Сандерс Роб: другие произведения.

Техножрец

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  Роб Сандерс
  Техножрец
  
  Перевод: С. Зайцев
  Редактура перевода: Л. Евдокимова
   
  41-е тысячелетие. Император более ста веков неподвижно восседает на Золотом Троне Терры. Он - повелитель Человечества по воле богов, и владыка миллионов миров по праву силы своих неисчерпаемых армий. Он - гниющий скелет, тайно напитываемый силой Тёмных Веков Технологий. Он - Лорд Падали для Империума, которому приносят в жертву ежедневно тысячи душ, не давая ему окончательно умереть.
  Но даже в этом состоянии, лишённый смерти, Император продолжает нести свой вечный дозор. Могучие боевые флотилии пересекают кишащие демонами миазмы варпа - единственного пути между отдалёнными звёздами - ведомые Светом Астрономикона, психического проявления Воли Императора. Огромные армии сражаются с его именем на устах в бесчисленных мирах. Величайшие среди Его солдат - Адептус Астартес, Космические Десантники, биоинженерные супер-воины. Их товарищи по оружию неисчислимы: Астра Милитарум и бесчисленные Силы планетарной обороны, всегда бдительные Инквизиторы, и техножрецы Адептус Механикус. И это лишь некоторые из них. Но всего этого множества сил едва достаточно, чтобы сдержать постоянную угрозу со стороны ксеносов, еретиков, мутантов... И намного более худших противников.
  Быть человеком в такие времена - значит, быть одним из бессчётных миллиардов. Это значит жить под властью самого жесточайшего и кровожадного режима, который только можно себе вообразить. И здесь собраны рассказы о тех временах. Забудьте о мощи технологий и науки - столько знаний было потеряно, чтобы никогда не быть открытыми заново... Забудьте обещания прогресса и понимания, ибо в мрачном тёмном будущем есть только война. Нет мира меж звёзд, лишь вечность резни и бойни, и жестокий хохот жаждущих богов.
   
  01101011 01101110 01101111
  01110111 01101100 01100101
  01100100 01100111 01100101
  0001
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ЗАЦИКЛИВАНИЕ ПАКЕТОВ+
  
  
  Омнид Торкуора ждал, пока тяжёлые двери лифта отъедут в сторону. За разъехавшимися створками магосу-эксплоратору открылось тёмное пространство часовни диагностикорума. Мостик 'Мистраля' являлся тем центром, откуда управлялся ковчег-крейсер, но вся мощь армии Адептус Механикус, сражавшейся на поверхности планеты, координировалась только здесь, в диагностикоруме.
  Торкуора шагнул из лифта, и кабина тяжело скрипнула, выпуская чудовищное металлическое тело техножреца. Архимагос пересёк часовню, издавая металлический лязг при каждом шаге. Изначально органическое тело магоса-эксплоратора было всего лишь снабжённым кабельным интерфейсом мешком разлагающегося мяса, но Бог-Машина сделал Торкуору чем-то намного большим. Пока магос исследовал самые смертоносные уголки галактики, сражаясь с врагами Омниссии за артефакты и осколки древних технологий, он терял свою человеческую составляющую. Техножрец утратил не только конечности и функции плоти - он полностью избавился от своей человечности. Но то, что ксеносы взяли из Омнида Торкуоры, Омниссия возместил и многократно усилил. Магос-эксплоратор больше не был человеком. Приняв в себя аспект Бога-Машины, Торкуора вышел за пределы ограничений, накладываемых базовым органическим телом.
  Мертвенная суть особенностей конструкции Торкуоры, укутанная темными одеяниями, скрывалась ослепительной яркостью его сверкающе-синей оптики. Его изуродованное тело, путешествовавшее к дальним рубежам галактики, было пережёвано и выплюнуто ею к Адептус Механикус для аугментации. Сейчас оно представляло собой спутанное сплетение кабелей, трубок и проводников. Поверх зловонной иссохшей плоти и скреплённых проводами костей Омнид Торкуора был облачен в сияние металла и замысловатых механизмов. Костюм из броневых пластин и тяжёлой гидравлики окутывал его, словно усиленный саркофаг. Механические ноги несли вперёд его сминающую палубу фигуру. Грубые подвесные гнезда сервоконечностей поддерживали немалый вес тяжёлого вооружения, сложенного в походном положении. Бронированный клобук из перекрывающихся листов металла расширялся над черепом, как механический головной убор.
  Некоторым Омнид Торкуора казался металлическим монстром. Слугой Омниссии, поглощённым святым Поиском Знания настолько, что пожертвовал большей частью своего разума ради вычислительной мощи суперкогитаторов, ауспексов и мем-банков. Он стал топочущим, жужжащим и трещащим механизмами жрецом-машиной, чей реактор своим громыханием на полной мощности заглушал звуки всех менее значительных конструкций. Другим Торкуора представлялся именно той судьбой, что Великий Созидатель предназначил для всей Галактики. Странствующий идол. Грубый сплав слабой с рождения плоти и великолепных разработок Омниссии.
  Причудливая фигура техножреца прокладывала свой путь между рунными банками данных и филактическими интерфейсами консолей, влача за собой пропитанные маслом по всей длине вспомогательные одеяния. Часовня походила на тихий улей богобоязненной индустрии. Сервиторы в масках и мантиях двигались вокруг гнёзд рунных банков, разматывая кабели и подключая к ним своих хозяев. Сети питания, переплетаясь, свисали с потолка и змеились по консолям. Кибер-херувимы вились возле Омнида Торкуоры небольшой стайкой. Дроны пикировали к чудовищному магосу на своих сконструированных крыльях, повинуясь его желаниям. Они различались по размеру и внешнему виду, от детей-херувимов до машущих крыльями эмбриональных конструктов. Каждый дрон тащил за собой интерфейс или кабель, подключая своего повелителя к текущей через диагностикорум филактической информации.
  Магосы, логисты и техножрецы диагностикорума трудились в поте лица. Их разумы находились в прямом подключении к тем слугам Механикус, что были в составе флота, и к тем, что сражались на планете внизу. Тёмная часовня не могла похвастаться наличием наружных портов или иллюминаторов, и жрецы диагностикорума бесстрастно наблюдали кровавые чудеса битвы посредством тысяч единиц оптики, омниспектралей и сопряжённых глазных яблок. Они пропускали через свои рунные банки огромные объёмы данных, доставляемых с помощью массивов стабилизаторов, кабель-тросов и потоковых шлангокабелей. Им были доступны все мысли солдат-скитариев. Хаос битвы, победы и смерти служили для них всего лишь потоком пикт-процессинга, химически и эмпирически дробящимся в 'холодные' данные. Информация, подлежащая обработке, консолидировалась и сравнивалась.
  Омниду Торкуоре, в отличие от сопряжённых с рунными банками жрецов, не требовались ни трон, ни консоль. Он был своим собственным рунным банком данных. Вспомогательные конечности выскользнули наружу из одеяний магоса, их мульти-пальцы замелькали в лихорадочной работе вокруг когитаторов и логических приводов, заключённых в выдвинувшейся из его груди бронированной кафедре.
  Магос-эксплоратор остановился в центре темной часовни, окружённый стаей порхающих херувимов, постоянно подключающихся к портам и интерфейсам. Омнид Торкуора контролировал техножрецов диагностикорума точно так же, как они наблюдали ход битвы, развернувшейся внизу, на планете. При помощи кибернетических сил Адептус Механикус, жрецы видели всё, чувствовали всё, и знали всё, от взрыва снаряда чудовищных орудий до вспышки линзы прицельного устройства. Но Торкуора использовал диагностикорум намного глубже и сильнее. Через техножрецов он отслеживал и направлял солдат-скитариев. Он служил проводником для Движущей Силы и остался бы в единении со слугами Адептус Механикус, если бы обстоятельства требовали этого. Омнид Торкуора по сути был кукловодом. Кибернетика офицеров и солдат-скитариев становилась доспехами, которые он надевал, и оружием, которое он носил.
  <- Активация нейронного конгресса, - объявил Торкуора через совокупность сознаний жрецов часовни. -Требуется беспроводной автошунт. Загрузка...>
  Разум Торкуоры стал лихорадочным созвездием мыслей, императивов и сырых данных. Суперкогитаторы техножреца приручили каскад информационных потоков, усмирили метель пикт-линий и полноспектральных миазмов. Воспринимать опыт Священной войны Бога-Машины через такое количество оптических устройств, авгуров и целеуказателей было честью. Сверкающей иссушающей честью постигать Движущую Силу через развернувшийся дата-шторм событий, непоследовательных и вместе с тем разрывающих на части планету... Именно так, через священную работу всех верных Богу-Машине конструктов, Торкуора представлял себе восприятие Омниссией галактики. Работу одновременную и проходящую в сияющем восхитительном единении.
  
  Прошла уже половина марсианского стандартного года с тех пор, как Омнид Торкуора атаковал Велханос Магна. Когда варп-шторм Великого Вихря отступил, Мир-Кузница выплыл из него, словно утонувшее сокровище. Его защищали Тёмные Механикум и космодесантники-предатели из числа Железных Воинов. Теперь же неукротимые силы Адептус Механикус пытались отбить у них планету. Снабжённые бесценными по важности данными, полученными в ходе разведки боем, войска Торкуоры сражались как с порабощёнными Механикус, так и с их повелителями, Железными Воинами. 344 дня Адептус Механикус бились с порченными, извращёнными машинами и изменниками, принявшими Хаос. 344 дня подряд Торкуора занимал свой контрольный пост в диагностикоруме ковчега-крейсера 'Мистраль' и вёл в битву его легионы скитариев, нацеливал оружие массового уничтожения и направлял воинов-жрецов.
  Словно выдернув единственную звезду из целого космоса сознаний, Омнид Торкуора выбрал одного из своих солдат. Техножрец, благодаря своей вычислительной мощи, мог погрузиться в одного из скитариев, продолжая при том отслеживать всех остальных.
  Баллистарий первого класса Юникс 77-Эндосек был стрелком, перемещавшимся по пересечённой местности на своём 'Железном Ходоке'. Шагающий танк, его узкоспециализированный сервитор-водитель и Эндосек принадлежали к саггитариаку Ново Девять-Два. Данная боевая единица продвигалась по широким сборочным проспектам Грайя-Мактория. После того, как ходоки прошли мимо обломков полусобранных боевых танков и обнаружили макромашины-сборщики, произошло боевое столкновение с поражёнными варпом сервиторами-стрелками и слугами Тёмных Механикус. Сообразно тьме, поселившейся в их активных протоколах, развращённые конструкты не нашли ничего лучшего, чем защищать тлеющую и повреждённую в бою установку, вместо того, чтобы отступить и перегруппироваться.
  Возглавляя колонну 'Железных Ходоков', Юникс 77-Эндосек тщательно искал цели. Его многоспектральные лучи пронизывали насквозь дым и темноту. Последователи Тёмных Механикум укрывались за разбитыми корпусами танков, прячась на волнистых крышах и стреляли из смонтированных на высоких опорах обсервационных гондол, всё ещё стоящих по всей длине сборочного проспекта. Обнаружив очередного врага, 77-Эндосек уничтожал его с холодной точностью.
  Грайя-Мактория ответила гулким эхом на одинокий взрыв снарядов автопушки. Сдвоенные стволы когнис-оружия обладали способностью превратить транспортные средства и здания в полностью изрешечённые автоматическими потоками опустошительной стрельбы обломки за считанные мгновения. Подобная тактика, тем не менее, считалась пустой тратой времени и боеприпасов, и баллистарий первого класса предпочитал обжигающую точность одиночных выстрелов, поочерёдно задействуя каждый из стволов своей спарки. Каждый залп пронзал насквозь искорёженный металл крыш, выгнутые двери и шипастые баррикады укреплений и закрытых огневых позиций.
  Бешеная перестрелка и скрежет кодов противника становились всё тише, по мере того, как выстрелы превращали порченых в дымящиеся полосы и пятна застывающей крови на металле и рокрите.
   Из бронированной контрольной кабины вырвались рабы, снабжённые наспинными огневыми установками. Они добрались до самых ног 'Железного Ходока', выпуская вверх бледные лучи из своих причудливых лазганов, стараясь поразить Юникс 77-Эндосек. Но баллистарии не остановили свои машины. Подняв вверх захваты и триггеры, машины Саггитариака Ново Девять-Два опустили стволы автопушек вниз к земле, разметав жалких технорабов ужасающим огнём орудий.
  Пробудив сервитора-водителя и двигатель 'Железного Ходока', 77-Эндосек наступил на уродливого раба, пытавшегося исправить отказавшую лазерную винтовку, ударяя по ней ладонью. Оставив небольшую кучку раздробленных в пыль костей и плоти позади, шагающий танк двинулся дальше, вместе с ведущими огонь стрелками-сервиторами, шедшими по верхним подвесным путям.
  Омнид Торкуора позволил своему разуму плыть по течению. Его филактическое присутствие перемещалось от одного сознания конструкта к другому. Быстро переключаясь между оптикой и авгурами солдат-скитариев, магос-эксплоратор лицезрел планету, объятую войной. Через неустойчивые пикт-потоки и буферы подкачки данных с поверхности земли Торкуора видел смерть слуг Тёмных Механикум. Он наблюдал за макрокладами скитариев, упорно прорывавшихся через скрученный металл, разрушенные строения и кибернетические трупы обращённого в руины мира-кузницы. Он отслеживал военные успехи сикарийских ржаволовчих и лазутчиков, когда они в тишине пробирались по разбитому индустриальному пейзажу. Сикарийцы уничтожали техноеретиков Тёмных Механикум точными ударами в наспинные батареи, перерезая провода питания и срубая головы в капюшонах с плеч техножрецов, поражённых мусорным кодом.
  В двух лигах южнее дюнные краулеры 'Онагр' пятой колонны Адаманика-Фрактория сошлись в мясорубке жаркого сражения с боевыми танками Тёмных Механикум. Ранее эта территория была перерабатывающими районами Улья Ноктрои. Сейчас же она представляла собой затянутую облаками движущегося дыма и трещащих энергий пустошь, покрытую кратерами и воронками от взрывов.
  Внутри дюнного краулера 'Арахсус-440' Омнид Торкуора загрузил себя в электро-амниотический бак механика-водителя. 1-Лотан Качека, подключённый к своему краулеру и его машинному духу, возглавлял атаку на ветхий бронедивизион противника. Ряды техники Тёмных Механикум состояли из изрыгающих дым выхлопов боевых танков, транспортёров с установленными бульдозерными отвалами и ходунов с тонкими, напоминавшими паучьи, ногами. Когда 'Онагры' превратили своих поспешно бегущих прочь врагов в пылающие обломки, Торкуора переключился с 1-Лотан Качека на Ипсота 6-Драмски, стрелка-наводчика 'Арахсуса-440'.
  Разворачивая свою ракетную установку Гатлинга, Драмски всаживал ракету за ракетой в боевой танк, чьи электропушки светились, заряжаясь для залпа. Последовательные взрывы пробили танк, и он сдетонировал, выбросив пламенеющие обломки ввысь, словно яростные сгустки огня. Часть из них отлетела в сторону расположения войск Тёмных Механикум, и 1-Лотан Качека направился следом, шествуя сквозь пламя.
  Медленно переступая конечностями, 'Арахсус-440' прорвал линию вражеских войск, призвав на себя всю ярость танкового огня Тёмных Механикум. Его силовое поле 'Эманатус' стало сферой тошнотворного света, когда ходуны и боевые танки противника обратили на 'Онагр' всю чудовищную мощь своего энергетического оружия. Омнид Торкуора почувствовал падение целостности защитного поля даже раньше, чем 1-Лотан Качека.
  Впрочем, дюнный краулер и так попал в крупные неприятности. Авгуры 'Онагра' так же чётко, как и разлагающую энергию тяжёлого лучевого шторма, зафиксировали бронированный механизм, громыхающий по направлению к краулеру на скорости, достаточной для тарана. Транспортёр, выглядевший настоящим кошмаром из-за покрытых шипами траков гусениц, зазубренных бульдозерных отвалов и штурмовых киборгов, цепляющихся за его перекрученную броню, вылетел вверх над валом кратера, устремившись к возглавляющему атаку 'Онагру'.
  Отступив назад, и подняв одну конечность, 1-Лотан Качека пропустил бронетранспортёр перед своей освящённой машиной. Пока транспортёр разворачивался, скитарий-водитель опустил сужающийся коготь поднятой ноги вниз, пронзив крышу и десантное отделение вражеской машины. Киборги-штурмовики начали карабкаться вверх и по сторонам покрытых шипами обломков, взбираясь на ногу 'Онагра'. Ипсота 6-Драмски переключился с пусковой гатлинг-установки на турельные пушки, чтобы обратить врага в кровь, масло и осколки.
  Неожиданно показалась другая машина врага. Пока 'Арахсус-440' пытался извлечь свою застрявшую конечность и отправить облепивших его штурмовиков в небытие, рядом с ним очутился веретенообразный, похожий на паука, ходун Тёмных Механикум. Параболическое зеркало излучателя, смонтированного на подбрюшье ходуна, направило поток огня на броню 'Онагра', в то время как единственный чудовищный коготь пробил корпус краулера в области, где располагалось место водителя.
  Омнид Торкуора почувствовал, как разбитый бак стремительно теряет заполнявшую его электроамниотическую жидкость. Кривые потрескивающие когти огромной клешни паука-ходуна пронзили броневые пластины. Раскрывшись, они испустили электрическую дугу, прошедшую через повисшего в осколках бака 1-Лотан Качека. Изображение изнутри водительского места показывало Качека, покрытого вспышками энергетических разрядов. Чуть раньше Торкуора пережил ужас смерти Ипсота 6-Драмски. Источающий порченый код киборг воздвигся на крыше дюнного краулера над стрелком, и раскроил его пополам взмахом скрежещущего цепного лезвия своей ржавой винтовки.
  Когда биометрия 1-Лотан Качека дала сбой, Торкуора перехватил контроль над всеми системами скитария, как еще работающими, так и уже отказавшими. В последний миг своего существования водитель 'Онагра' ощутил присутствие Бога-Машины. Движущая Сила текла сквозь него, и Омнид Торкуора действовал через Движущую Силу. Когда трещащие клешни сомкнулись, Торкуора усилием воли заставил бионику руки Качека лечь на пульт управления 'Онагра'. Падение мощности и давления в гидравлических системах скитария превращали каждую секунду с того момента, как Торкуора двинул вперёд руку умирающего, в механизированную агонию.
  Надавив на пакет переключателей и ткнув бронированным пальцем в широкую кнопку, Торкуора приказал 1-Лотан Качека исполнить последний долг. Опустив пару нажимных рукоятей, скитарий инициировал последовательность разрушения машины. Торкуора не собирался оставлять Тёмным Механикум ни единого, даже мельчайшего, обломка краулера. Техножрец почувствовал, как дух машины 'Арахсуса-440' опустошает свои драгоценные банки данных, заполненные информацией с поля боя. Данные лились в поток, пуповиной связывавший краулер с 'Мистралем'. Перегружая мощностью энергетическое ядро боевой машины, Торкуора ощутил обжигающее прикосновение клешней вражеского ходока. Они зашипели и закрылись, разрезав 1-Лотан Качека пополам.
  Отозвав своё сознание, Торкуора отыскал путь к Рота Волатис-22, стрелку дюнного краулера 'Гермектрис-600', шедшего чуть позади. При взрыве 'Арахсуса-440' сверхновая сдетонировавших топливных стрежней, боеприпасов и энергии окутала окружавшие его машины. Пронзённый ногой краулера транспортёр и боевой танк Тёмных Механикум вспыхнули в цепной реакции разрывов. Подвесной каркас покосившегося паука-ходуна потёк и раскалился, объятый пламенем. Водитель 'Гермектрис-600' повернул свою машину, и Рота Волатис-22 прикончил паука потоком частиц нейтронного лазера. Колонна дюнных краулеров Адептус Механикус прорвала фронт и медленно втягивалась в проделанный ими разрыв в позициях Тёмных Механикум.
   
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА II ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ХОЛОДНЫЙ ГНЕВ+
  
  
  Омнид Торкуора путешествовал по наводящим ужас транспортным линиям Велханос Магна в филактическом единении со своими воинами: скитариями авангарда, потрескивающими от излучения их радиевого вооружения, рейнджерами, пробиравшимися через разбитые перекрытия жилых блоков, и уничтожавших Тёмных Механикум своими трансурановыми аркебузами. Он прожил смертоносную атаку Сикарийских ржаволовчих, прорезавших себе путь через орды порченых скитариев храмовой стражи. Бормочущие обрывки мусорного кода конструкты защищали руины Гамма Гидракс до последнего заражённого варпом солдата.
  Пока истребительные клады и легионы скитариев Торкуоры сражались, производственная машина мира-кузницы, продолжала выдавать на-гора свои свирепые изделия. В то время, когда жилые комплексы, целые ульи и покрытые кратерами пустыни образовавшихся после орбитальной бомбардировки руин захватывались Адептус Механикус, кластеры храмов-плавилен и сборочных дворов Тёмных Механикум трудились сутки напролёт, чтобы восстановить силы, истреблённые захватчиками Торкуоры. Взамен одного потерянного техноеретиками искажённого киборга, раба культа или сервитора-стрелка, генофабрики и кузницы Велханос Магна производили десять конструктов.
  Намного хуже было то, что эти бесценные установки охранялись демоническими машинами, яростно атаковавшими когорты скитариев и пробивавшимися сквозь колонны 'Железных Ходоков'. Даже 'Онагры' с трудом могли пережить потустороннюю дикость этих адских машин и табунов сопровождающих их одержимых боевых автоматов. Над храмами-кузницами перемещались крейсера Тёмных Механикум, неся самоубийственное боевое дежурство на низких орбитах. Чудовищные суда затмевали звезды, замещая их свет падающими отсветами своих лётных палуб и трюмов.
  Отремонтированные и снаряжённые могучими верфями мира-кузницы, остававшимися в руках предателей, изуродованные крейсера защищали ключевые центры производства Велханос Магна от ковчегов-крейсеров Адептус Механикус и наземных сил скитариев. Проводя бомбардировки варп-зарядами, вырезая, выпуская армады Адских Лезвий, выкашивающих врага, словно моровое поветрие, и поддерживая авиаудары истребителей-бомбардировщиков по наступающим легионам кибернетических солдат, порченые корабли обеспечили сохранение кластером храмов-кузниц их ужасающие темпы производства.
  У Омнида Торкуоры, наоборот, наличествовало совсем немного кораблей-кузниц для ремонта и поддержки боеспособности своих кибернетических войск, их транспорта и вооружения. И у него не было ничего, похожего на верфи для кораблей его израненного в битвах флота. Как не было храмов для поставки подкреплений. Такова была реальность этого уравнения, порождённого безвыходным положением, сложившимся между Адептус Механикус и мерзкими конструктами Тёмных Механикум за прошедшие 344 дня.
  Легионы скитариев Торкуоры состояли из закалённых в боях ветеранов, чьи стремительные победы прославляли их магоса-эксплоратора, но их количество не восполнялось. Силы Тёмных Механикум составляли совращённые хаосом конструкты, заражённые техножрецы и изуродованные гибриды демонов и машин. Они не могли устоять перед неукротимым натиском войск Торкуоры, но они и не должны были. Через миг после того, как они падали, сражённые, их искажённые формы замещались чем-то, что было сконструировано, ужасно аугментировано и наполнено демонической скверной в храме-кузнице за час до этого.
  С каждой новой потерей и с каждым мигом времени, пока Тёмные Механикум удерживали производственные центры на темной стороне планеты, шансы оборачивались против Омнида Торкуоры.
  Дальняя сторона планеты представляла собой проклятое месиво. Блокированное приливными силами, половина мира-кузницы была погружена в вечную ночь, в то время как другая половина страдала от нескончаемой оголённости дня. Для Омнида Торкуоры, 'мерцавшего' между солдатами-скитариями, сражавшимися с демоническими машинами в адских сумерках терминатора, дневной свет казался хуже.
  В тусклом сиянии далёкой звезды становились заметны масштабы того извращённого ужаса, который сотворило поглощение варп-штормом некогда великолепного мира-кузницы. Гордая промышленность планеты сейчас походила на скрюченное неведомой болезнью сплетение кривых башен-труб и вентиляционных коробов, изрыгавших яд порчи в небеса, которые когда-то были лишь немного испачканы выбросами честной индустрии. Сама архитектура была искажена и запутанна, походя на лабиринт из шипастых зданий и рваных проводов, теряющийся в высасывающем душу кошмаре проклятия. Насыщенные варпом металлы и камень образовывали формы, вызывающие в сознании боль, прославляя тем самым Тёмных создателей мира и доказывая своими извращениями немощь слуг Омниссии.
  Реакторы, окружённые трещащими дугами потусторонних энергий, разряжающихся в зубчатые крыши. Там, где химические моря давным-давно высохли, воздух дрожал в мареве над озёрами жидкого металла. Каналы расплавленного железа пересекали крест-накрест поверхность планеты, образуя отпечаток демонической злобы. Генофабрики порождали бесконечные орды искажённых уродов, в то время как храмы-кузницы, бывшие когда-то яркими центрами технологического развития, сейчас превратились в архитектурные мерзости, посвящённые демонам-повелителям и Губительным Силам галактики.
  Именно здесь, в этих храмах могучего мастерства и бесконечной промышленности, изначально построенных во славу Бога-Машины, и были совершены наихудшие злодеяния против святости механизмов. Храмы, превращённые в кузницы варповых отродий, сплавляли воедино демонические сущности с порченными конструктами дьявольского дизайна. Полученные мерзости шествовали по миру-кузнице, потакая своей ненависти ко всему чистому, и воздавая отмщение силам Адептус Механикус своим непотребным оружием.
  На юге целые квадранты индустриального ландшафта мира-кузницы были разрушены, оставив после себя искорёженные сооружения, пространства очищенного огнём песка и покрытые воронками пустоши. Там царили гиганты. Ковчеги-крейсера Адептус Механикус стёрли с лица планеты сооружения, храмы-кузницы и сборочные дворы с апокалиптичной точностью, и величественные боевые махины Центурио Ординатус тяжело двигались сквозь смерть и разрушение. Их колоссальные траки измельчали в труху конструкты и здания, заставляя дрожать землю.
  Ординати являлись величайшим выражением воли Омниссии. Башни и вздымающиеся в небеса дымоходы дрожали и разваливались при их приближении. Лучи малых орудий бессильно отражались от сферических дисперсионных полей и сверхбронированных форм святых махин.
  Горизонт разорвали ослепительные вспышки освящённого оружия, приносящего гнев Великого Созидателя. Ракеты взлетали в небо с пусковых установок махин, чтобы потом поразить свои цели, подобно ударам молний, превратив занятые врагом сектора в катастрофический ковёр пламени. Огромные параболические антенны акустических дизрапторов заливали районы кузниц мощным потоком энергии, обращая здания в руины и разрывая землю.
  Мир-Кузница не обошёлся без своих, помеченных варпом версий таких машин. Искривлённые и искажённые 'Бегемоты' ползли вокруг поля боя, подобно древним монстрам, бездумно перемалывая силы как лоялистов, так и предателей лучами своих орудий, черпающих энергию напрямую из имматериума. Пушки 'Нова' изрыгали разрывные снаряды, взрывавшиеся между боевыми махинами обеих сторон, пробивая щиты и броню осколками, летящими почти со скоростью света. Смертельно раненные гиганты останавливались, окутанные пламенем, и техножрецы вместе с солдатами покидали их через аварийные выходы. Несколько махин даже взорвались, превратив целые поля сражений враждующих конструктов в бурю осколков и огненного разрушения.
  Сквозь этот шторм огня, доставленного с орбиты, или обрушившегося на Велханос Магна при уничтожении боевых махин Ординати, шли богомашины Коллегии Титаника. Пока Ординати Минорис и свирепые титаны-разведчики углубились в южные руины, пробиваясь сквозь перегруппирующиеся когорты пехоты и танковых соединений врага, Боевые Титаны Легио Интерфекта схлестнулись в противостоянии с 'Железными Осколками'.
  Титаны классов 'Полководец' и 'Налётчик' Легио Интерфекта, поддерживая с флангов колоссальных 'Императоров', в то время как богомашины Адептус Механикус разрушили обитаемые башни вместе с подходами к ним, и превратили подульи в редкие погребальные костры из металла, рокрита и трупов. Пока легионы скитариев Омнида Торкуоры наступали в тени их гороподобных тел, Титаны Легио Интерфекта атаковали чудовищно безобразных махин 'Железных Осколков'. Принадлежавшие раньше к Легио Фортиори, махины врага теперь представляли собой поражённых варпом гигантов техноеретического вида, с адским пламенем, пылающим внутри. Земля содрогнулась с началом их дикой атаки. Огромные клубящиеся облака пыли и копоти окутали столкновения гигантов. Изнутри мутного водоворота небеса обжигали лучи турболазеров и выстрелы плазменных аннгиляторов. Обломки и шрапнель посыпались дождём, когда одержимые богомашины 'Железных Осколков' пробивали насквозь своими цепными кулаками и трещащими от разрядов когтями 'Гончих' и 'Налётчиков' из Легио Интерфекта.
  Омнид Торкуора командовал всем, начиная от ковчегов-крейсеров флота, и заканчивая исполинскими военными махинами Центурио Ординатус и Коллегии Титаника. У архимагоса имелись уполномоченные представители, и скитарии следовали указаниям, исходящим от техножрецов-капитанов, Великого Мастера Легио Интерфекта и Лордов-Ординатус. Слово Торкуоры и определения диагностикорума доводились до всех служителей Легио Кибернетика, осадных кузнецов Ордо Редуктор, военных учёных Ауксилии Мирмидон и техножрецов-Доминус, кто сражался во имя Бога-Машины. Все они были Торкуорой, подчиняясь командам, передаваемым через слово машинных эмиссаров или его личные сопряжённые действия. Могущественный флот и армия Адептус Механикус были продолжением его рук. Холодный гнев Омниссии полностью подчинялся ему.
  И все же, Велханос Магна не пал перед Культом Механикус.
   
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА III ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ОЦЕПЛЕНИЕ+
  
  
  Со всеми легионами скитариев, техножрецами и армией лучших боевых махин Омниссии, находившимися в его распоряжении, Омнид Торкуора должен был овладеть Велханос Магна еще несколько месяцев назад. Имелись достоверные данные, материалы и несгибаемая воля, чтобы завоевать мир-кузницу - но она по-прежнему оставалась в руках предателей.
  Темные Механикум и техноеретики мира-кузницы оказались достаточно искушены в своём ужасающем мастерстве, и настроены решительно сражаться, вплоть до последнего конструкта. Но способность изменникам выдержать натиск Торкуоры придавало вовсе не их яростное поклонение Абистра-Диномикону, демонической сущности, овладевшей расплавленным железным ядром планеты. Железные Воины. Предатели-Астартес нарушили все расчёты Торкуоры, изменив уравнения и сдвинув вероятность их реализации к предельным значениям.
  Военный Кузнец Идрисс Крендл когда-то привёл своих Железных Воинов к Велханос Магна для пополнения припасов, инфернального вооружения и ремонта. Похитив древнее знание и техно-артефакты из хранилищ мира-кузницы, и открыв тем самым Адептус Механикус Сатцики Секундус чудеса бомбы Геллера, Крендл ждал, пока слуги Бога-Машины проклянут сами себя. Испытывая это ужасное оружие, техножрецы Сатцики Секундус не только ослабляли Тёмных Механикум Велханос Магна, но еще и повергали свой собственный мир в пучины варп-шторма, ими же и созданного.
  Теперь у Военного Кузнеца Идрисса Крендла был не один мир-кузница, стонущий под его безжалостной пятой, но два. Два центра колоссальной промышленности, способной произвести армии рабов-конструктов, инфернальных механизмов, оружие массового поражения, и демонические корабли для флота Железных Воинов. Омнид Торкуора не имел представления, что именно такой маньяк будет делать с подобными ресурсами, но Железные Воины рождались завоевателями, и их Военные Кузнецы были жестокими тиранами. Неважно, что Идрисс Крендл приготовил для галактики - она все равно утонет в шторме крови и железа. В этом магос-эксплоратор был уверен.
  В настоящее время Торкуора блокировал Велханос Магна, но Сатцика Секундус оставалась богатым призом, ждущим, пока его заберёт Военный Кузнец. Целью архимагоса было лишить Крендла щедрости его порченного мира-кузницы и тёмного благословления подкреплений.
  <-Архимагос, - сказал техножрец от ближайшей консоли. - Прорыватели блокады. Сектор 34>.
  Торкуора переключился обратно на палубу диагностикорума, с его жужжащими банками данных и безмолвными жрецами, находящихся в тесной связи с наземными силами.
  <-Дайте мне визуальный канал>, - приказал архимагос.
  Через мгновение его разум заполнился сверкающей вереницей передних узконаправленных экранов 'Мистраля'. Он мог видеть то, что лицезрел техножрец-капитан Кинтрек Вольтрам, находящийся на командной палубе ковчега-крейсера. Тьму космоса, запятнанную эфирной статикой близлежащего варп-шторма. Ночной кошмар Велханос Магна, вращающийся внизу, под заслоном кораблей Адептус Механикус, показывая чудовищную путаницу изувеченной варпом промышленности и полного уничтожения. Омнид Торкуора мог видеть огромный разлом на поверхности мира-кузницы, зияющий, словно пылающая рана. Сквозь него просвечивало демоническое ядро планеты, обнажённое и беснующееся с инфернальным великолепием.
  Вокруг колоссальной пропасти Торкуора увидел скопище сухих доков и верфей, с орбиты походившее на строительные леса. В их извращённых и запутанных сердцевинах строились крейсера Хаоса. Были заметны скелеты шпангоутов новых рейдеров и кораблей эскорта, в то время как системные корабли, грузовые ковчеги Тёмных Механикум и крейсера Железных Воинов разной степени ремонта и аугментации висели прямо над расплавленной яростью Абистра-Диномикон. Демонические корабли сидели в спутанной сети лесов и подмостков, имевших отметки в виде закономерностей размещения губительных символов одержимого производства. Именно с этой верфи стартовали прорыватели блокады.
  - Техножрец-капитан Вольтрам, - произнёс Торкуора. Его слова слетели с губ сервитора, вмонтированного в мостик. Консулар размещался в колонне рядом с троном капитана Вольтрама.
  - Архимагос, - воксировал техножрец-капитан обратно.
  - Идентифицировать.
  - Корвет Тёмных Механикум, мой господин, - сказал Вольтрам. - Двигается позади пары броненосцев-адамантиклад. Они хотят испытать нас.
  - Это не испытание, - ответил капитану Торкуора. - Вы увидите.
  - Да, мой господин.
  - Траектория?
  - Они направляются к точке Мандевилль, архимагос.
  - Предсказуемо. Увеличиваю...
  
  Экраны 'Мистраля' отобразили прорывателей блокады в мельчайших деталях. Суда Тёмных Механикум были перекрученными извращениями, имевшими мало общего с шаблонами или благодатью. Их субсветовые двигатели яростно работали, оставляя призрачные светящиеся следы, позволявшие проследить путь судов от точки старта до орбиты. Броненосцы были системными кораблями без варп-двигателей. Конструкции этих кораблей представляли собой внутренности, броню, защитные поля и батареи, созданные для удержания преследуемого корабля. Они были построены и аугментированы только с одной целью - разорвать оцепление Адептус Механикус вокруг Велханос Магна.
  Торкуора знал по опыту взятия на абордаж таких судов, что они имеют очень малую команду. По сути, это были тараны, разработанные, чтобы выдержать всё, что флот Торкуоры был способен бросить против них, и тем самым обеспечить безопасную доставку драгоценного корвета до точки Мандевилль. Во всяком случае, так будет, если Омнид Торкуора потерпит неудачу и не сможет помешать этой попытке.
  Прорыватели блокады были обычным вызовом. Максимально защищённые верфи извергали из себя наружу корабль за кораблём в попытке однажды преодолеть кордон. Как и суда, сопровождавшие его на верную гибель, корвет, несомненно, нёс на борту представителей техножречества Велханос Магна, посланных Идриссом Крендлом для того, чтобы заключить пакт Хаоса с Сатцика Секундус, и обезопасить подкрепления для флота Железных Воинов. Чаще всего, попытки прорвать линию из судов Культа Механикус, расположенных на стационарной орбите, осуществлялись одиночными кораблями. Время от времени предпринималось несколько одновременных ударов, чтобы растянуть силы флота Торкуоры.
  - Получаем сообщение от 'Квантики' и 'Движущей Силы', мой господин, - доложил техножрец-капитан Вольтрам. - Прорыватели блокады стартовали с поверхности планеты.
  - Где? - спросил Торкуора
  - Полюса, - коротко сказал Вольтрам.
  Омнид Торкуора отправился в плавание через созвездие аугментированных сознаний. Мелькая в умах скитариев, штурмующих лишённого подвижности Титана Хаоса в южных регионах, Торкуора видел отремонтированные суда Тёмных Механикум, поднимающихся из огромных ям-ангаров на полюсах планеты. На севере архимагос наблюдал поверхность планеты с точки зрения веретенообразного скитарийского инфильтратора. Принцепс направлял своих убийственных скитариев в бой, и они разделывали на куски техножрецов и техников, обслуживающих дуговой реактор, венчающий северный полюс. Побудив инфильтратора перевести взгляд с его лезвий и уползающих с его пути растерзанных техноеретиков, Торкуора увидел тяжело бронированный монитор, взлетавший из скрытого сухого дока перед черным, покрытым шипами, рейдером.
  Торкуора перенёсся на мостики 'Движущей Силы', 'Квантики' и 'Мистраля'. Его модулированные приказы срывались с высохших губ и вокс-динамиков консуларов.
  - В атаку! Никто не должен пройти. Никто.
  Едва прорыватели блокады оторвались от поверхности планеты, ковчеги Адептус Механикус открыли огонь. В тишине космоса батареи макропушек и сверхтяжёлых лазеров полыхали ошеломительными залпами, летящими вниз вдоль всей длины корпусов судов. Щиты мониторов, адамантиклад и бронированных системных кораблей приняли бешеный удар, треща и загораясь яркими ореолами света.
  - Повторить, - приказал Торкуора. - И еще раз, - архимагос знал, что сейчас в орудийных секциях палубные жрецы начнут дирижировать работой чудовищно аугментированных сервиторов и зарядят пушки, чьи стволы выступали по бортам ковчег-крейсера.
  После того, как 'Мистраль' и его фланговое охранение выстрелили снова, защитные поля броненосцев вспыхнули от перегрузки, и выдали критическую ошибку. Суда получили залп лучевого орудия и множество снарядов в свои носовые секции, и апокалиптические энергии пронзили насквозь усиленные плиты брони, пройдя сквозь корпус по всей длине до самой кормы. Один корабль взорвался, разрезанный лучом, задевшим его субсветовые двигатели. Как только ослепительная вспышка на мгновение залила белизной пустоту, и угасла, второй адамантиклад распался на части, отойдя в сторону от корвета. Корвет Тёмных Механикум бесстрашно ринулся навстречу 'Мистралю'. Торкуора знал, почему - техножрецы и техноеретики на его борту предпочитали принять свою судьбу, и погибнуть в столкновении с ковчег-крейсером, чем докладывать о неудаче своим безжалостным повелителям, Железным Воинам.
  - Даруйте им отпущение грехов перед Богом-Машиной, - приказал архимагос. Торкуора смотрел, как поражённый варпом корвет исчезает в белом сиянии. Взрывы снарядов окутали корабль, словно буря. Когда фильтры и экраны скомпенсировали яркость, и энергия бортового залпа рассеялась, Омнид Торкуора увидел, что прорыватель блокады исчез, полностью стёртый с тёмного полотна бездны космоса.
  - 'Движущая Сила', - произнёс Торкуора, - 'Квантика', доклад.
  - Прорыв блокады нейтрализован, - отрапортовал техножрец-капитан 'Движущей Силы' Веррид.
  - 'Квантика'? Отвечайте.
  - Мониторы защиты уничтожены, архимагос, - сказал ему Парсимон, командовавший 'Квантикой'. Техножрец-капитан колебался. - Но рейдер класса 'Язычник' прорвался через оцепление.
  - Парсимон...
  - Он сильно повреждён, и в настоящее время преследуется перехватчиками из ангаров 'Гаптиса'.
  - Никто не должен пройти, капитан, - предупредил Парсимона Омнид Торкуора.
  - Да, мой господин.
  - Приказываю 'Гаптису' покинуть точку стояния, - сказал архимагос, - и авторизую техножреца-капитана Байтериуса настигнуть и уничтожить рейдер.
  - Принято, мой господин.
  Диагностикорум померк. Статика вокс-передач унеслась прочь. Омнид Торкуора снова погрузился в сообщность со слугами Омниссии, сражающимися за свои жизни и сохранение функциональности на планете внизу. Силы Хаоса испытывали Адептус Механикус на прочность не только в пустоте космоса. Война за Велханос Магна бушевала с новой силой.
  Некогда священная земля мира-кузницы, погрузившись потом в разложение варп-шторма, пропиталась порчей. Само ядро планеты было одержимо чудовищной сущностью эфира, и его расплавленное осквернение проходило через каждую плавильню или кузницу. Порча была частью всего на Велханос Магна. Каждое оружие, судно, строение и каждый кибернетический солдат были благословлены железом, содержащим частицы демонической формы. Нечистое техножречество Тёмных Механикум продолжили загрязнять планету своими еретическими технологиями и поклонением Абистра-Диномикону. Сейчас же власть принадлежала космодесантникам Хаоса. Военный Кузнец Железных Воинов, Идрисс Крендл своей нерушимой волей подчинил себе демона, одержимую планету и Тёмных Механикум.
  Торкуора переходил из скитария в скитария. От офицеров, Альфа и принцепсов, до киберсолдат, которые пробивали себе путь на поверхности планеты. К колоннам краулеров Сидонианских Драгун, 'Железных Ходоков', атакующих в облаках выхлопов ладана. Священные воины Бога-Машины... Они потеряли блеск своих доспехов и алые плащи. Их броня была избита, покрыта вмятинами и обожжена лучами. Обрывки плащей развеваются позади них, словно боевые знамёна, отказавшиеся падать. Их тела разбиты, и бионика обнажена, но они продолжали сражаться. Их неукротимые шаги вели от сражения к сражению. На протяжении полугода они стремились вернуть Велханос Магна в состав ржаво-красной империи Марса. Половину марсианского года они боролись рядом с техножрецами, боевыми автоматонами и колоссальными боевыми махинами во славу Великого Созидателя. Однако, они никогда не сталкивались с таким врагом, как Железные Воины.
  Индустриальный ландшафт, когда-то охватывавший всю планету с её бесконечным циклом работы и производства, сейчас стал зоной боев. Омнид Торкуора выжег в пепел целые сектора ужасающим вооружением своих ковчегов-крейсеров и Ординати. Он ходил вместе с богомашинами Коллегиа Титаника, посредством сервиторов-консуларов на командных палубах 'Налётчиков' и 'Повелителей Войны' разрушая ульи и ровняя с землёй храмы. Его легионы скитариев вбивали в землю мертворождённые конструкты с холодным пониманием своих успехов. С их пробуждением кибернетические солдаты покинули изуродованную пустошь, полную руин зданий, деформированных обломков корпусов машин и сплавившейся с осколками металла плоти.
  Между выходами на поверхность лавы и заполненной обломками пустошью лежали основные объекты, представлявшие интерес для Железных Воинов. Используя тактически гений своего примарха-демона и опыт вечности осад, битв и побед, космодесантники Хаоса быстро обеспечили безопасность ключевых точек мира-кузницы, имевших стратегическую важность: основных храмов-кузниц, верфей, космопортов, реакторных комплексов, кузниц и сборочных дворов. Жилым модулям и ульям Велханос Магна позволили гореть вместе с опустошёнными районами и сооружениями, сочтёнными не достойными защиты.
  В то время как установки суперпроизводства главных кузниц продолжали извергать наружу скверну скитариев Тёмных Механикум, оружейных сервиторов, боевых автоматонов и демонических машин, Идрисс Крендл и его отряд Облитераторов курировали трансформацию мира-кузницы Предателей. Храмы-кузни, порты и огромные сборочные дворы становились укреплёнными крепостями, окружёнными колоссальными баррикадами из лома и обломков рокрита.
  Одержимая гигамашинерия, дозеры и тяжёлые горбатые грузовики трудились круглые сутки, чтобы построить подобные горам оплоты из искривлённого металла и битого камня вокруг важнейших мест продолжающегося производства. Мёртвые тела, кости и исковерканные обломки разбитых конструктов заполняли промежутки между макроглайдерами и разрушенными секциями стен. Наклонные поверхности составленных из обломков насыпей цементировались расплавленным железом, передававшего свои демонические свойства возвышавшимся курганам, и застывавшем на них металлической оболочкой, покрытой чешуёй.
  С орбиты эти укрепления выглядели словно скопления больших и низких спящих вулканов, внутри которых гнездились храмы-кузницы и циклопические сооружения. При взгляде с поверхности земли сходство было еще более поразительным, чему способствовали пузырящиеся потоки расплавленного металла, лившиеся с их склонов и стекавшие вниз, по направлению к идущим на штурм силам Адептус Механикус.
  Торкуора потерял так много киберсолдат на этих склонах... Потоки расплавленного железа уносили их прочь в водоворотах демонической ярости. Скрытые орудийные позиции, замаскированные окружавшим их металлическим ломом, открывали огонь по приближающимся когортам с возвышенностей. Артиллерия осыпала солдат снарядами осадных мортир, пушек и бомбард, отправлявших залпы заряженной варпом смерти и разрушения изнутри насыпей. Когда когортам и истребительным кладам скитариев Торкуоры удалось взобраться наверх, они обнаружили, что внутренние склоны стен кишат конструктами Тёмных Механикум.
  Архимагос терял при штурме кузниц-крепостей даже Титанов и колоссальные махины Ординати. Чудовищное древнее тело Ординатус 'Геликон' превратилось в обугленный остов, тлеющий в тени подобного укрепления. Разрушенная богоформа 'Беллум Индомитат' лежала у подножия другого, и у его священного трупа продолжалось сражение между скитариями 10/17 Ауксиллии-Итинерари и небольшим морем выкрикивающих обрывки мусорного кода технорабов, текущим через край стены, чтобы овладеть останками.
  Идрисс Крендл управляли своей стороной опустошения с их ударных крейсеров, эсминцев и боевой баржи 'Разрушитель Наковален'. Они, вместе с демоническими кораблями и искажёнными порчей крейсерами-ковчегами Тёмных Механикум, заняли опасную позицию над чудовищными укреплениями. С низкой орбиты эти суда дополняли чудовищной огневой мощью своих орудий силу огня защитных батарей, повергая во прах богомашины Титанов и колоссальные махины Центурио Ординатус при их приближении.
  Через оптику умирающих солдат-скитариев Торкуора наблюдал за извергающими дым боевыми штурмовиками и ржавыми посадочными модулями, десантируемыми с кораблей Железных Воинов. Когда войска Адептус Механикус переломили ситуацию в свою пользу, справившись с визжащими мусорный код ордами конструктов Тёмных Механикум, высадились Облитераторы.
  Неся в своей плоти проклятье варпа, Железные Воины Крендла были чудовищами. Сильнейшие мутации космодесантников Хаоса вырвались за пределы их брони. Треснувшие шлемы открывали искажённую потёкшую плоть жутких лиц. Мышцы и жилы непристойно прорвали тусклый керамит их силовой брони, придавая Железным Воинам сутулость и звериный облик. Их руки уснащались большими гротескными когтями из металлоплоти или булавовидными придатками, из которых торчали зияющие стволы тяжёлого оружия, порождённого разрушенными храмами их тел. Броневые пластины казались вросшими в ужасающие мускулы. Эти космодесантники-предатели были мерзким неповоротливым извращением того, чем они когда-то являлись. Усиленным. Одержимым. Единым целым со своим оружием.
  Вступив на поле битвы, они убивали с жестокой свирепостью, подпитываемой пылающей яростью. Для Облитераторов недостаточно было просто прикончить врага. Обречённых скитариев Торкуоры крушили, жгли и взрывали в клочья. Их цели гибли не от экономных одиночных выстрелов, но полностью уничтожались, вбиваемы е в землю штормом железа. Отвратительные черты лица Железных Воинов, давным-давно утратившие былое благородство, искажались безумием боевых криков и дикого рёва. Однако, в то же время, их глаза пылали темным разумом, окружённые несущей отпечаток варпа плотью лиц. Как и все слуги разорения и опустошения, Железные Воины были безумны, но Облитераторы Крендла были очень ценными чудовищами. Все углы ведения огня установлены. Укрытия использованы. Стратегии применены для максимально разрушительного эффекта.
  Как только скитарии авангарда были растерзаны когтями Облитераторов, и превратились в кучи разрубленной бионики и окровавленных каркасов, Омнид Торкуора отключился. Архимагос забрал с собой последние моменты офицеров-Альфа и их кибернетических солдат, когда они погибли в мясорубке орудийного огня, лаз-лучей и потоках порченного пламени. Эти смерти предстояло изучить, и собрать еще больше данных. Тактику следовало адаптировать, и откалибровать будущие высадки десанта. Проживать последние беспощадные моменты жизни для Торкуоры было еще и не очень приятным опытом. Кажется, Железные Воины одновременно потакали своей древней ненависти и наслаждались физической силой их искажённых варпом тел.
  Архимагос был не единственным, кто изучал вражескую стратегию. Пока Железные Воины укрепляли районы и храмы, необходимые им для того, чтобы сохранить Велханос Магна и удержать натиск Адептус Механикус, их собственные нападения демонстрировали мастерство и тёмный расчёт. Отслеживая частоту и результат подобных наступательных манёвров, Торкуора пришёл к выводу, что Идрисса Крендла не стоит недооценивать. Чаще всего для срыва перегруппировки легионов скитариев и замедления колоссальной машинерии войны высылались орды тошнотворных конструктов. Крендл не тратил материальные ресурсы и зловонные жизни созданий Тёмных Механикум на попытки отбить те сооружения и зоны, которые не давали стратегических преимуществ.
  Но шахты глубокого бурения Каньона Орторкус таковыми не были.
   
  0010
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +НЕЛОГИЧНОСТЬ+
  
  
  - Вас вызывает Капитан Байтериус с 'Гаптиса', архимагос, - проинформировал Торкуору жрец диагностикорума.
  - Соедините.
  - Немедленно, мой господин.
  Торкуора дождался переключения частоты своего вокс-канала.
  - Капитан Байтериус, - сказал архимагос, - я искренне надеюсь, что у вас есть хорошие новости для нас.
  - Я не воспринимал провал как возможный вариант, архимагос- ответил техножрец-капитан Байтериус. Металлический гул его голоса искажался треском вокс-реле.
  - Докладывайте.
  - 'Гаптис' догнал прорыватель блокады, - сказал Байтериус. - Последовало короткое боевое столкновение, мой господин. Я с сожалением сообщаю о незначительных повреждениях, полученных этим благословенным судном.
  - Прорвавшийся сквозь блокаду корабль, капитан, - сказал Торкуора, побуждая Байтериуса завершить доклад. Среди непрерывного каскада кода, прокручивающегося вниз перед его оптикой, и содержащего каждый изданный императив, каждая потеря и одержанная победа на поверхности разорённой сражением планеты, техножрец идентифицировал всё, требовавшее его немедленного внимания. - Излагайте сжато.
  - Рейдер класса 'Язычник' уничтожен, мой господин, - сказал, наконец, Байтериус. - Он был обездвижен нашими перехватчиками, и пушки моего судна донесли до него правосудие Омниссии. Я хотел бы представить моих артиллеристов и пилотов-сервиторов к файл-благодарностям второго класса и...
  - Этот корабль прорвал оцепление и почти достиг точки Мандевилля этой системы, - предостерёг капитана Омнид Торкуора. - Если бы ему это удалось, он доставил бы перевозимое на своём борту послание на Сатцику Секундус, устанавливая тем согласие о сотрудничестве, и запрашивая подкрепления. Поразмыслите над этим, техножрец-капитан, перед размещением наград.
  - Да, архимагос.
  - Верните 'Гаптис' на его место в строю, - приказал Торкуора.
  - Как прикажете, арх...
  Торкуора разорвал канал, и вернулся к потоку данных, в котором захлёбывались его когитаторы. Пикт-каналы сервочерепов, вокс-передачам скитариев и кодовые потоки бинарика подгружались с поверхности планеты непрерывно. Его внимание привлёк один необычный фрагмент данных.
  - Снова Сектор 77? - спросил Торкуора. Холодные модуляции его голоса заполнили всю часовню.
  - Скитарии-рейнджеры сообщают о сосредоточении войск во Впадине Эуфракта, - ответил техножрец, вставая и откидывая капюшон своей рясы, обнажив причудливую маску с ребризером на ней.
  Следом за ним поднялись из-за своих консолей еще два техножреца.
  - Рад-фракты Драсток 4-14, осаждающие храм-кузницу Фаратои, идентифицировали большую колонну транспортных средств противника, покидающих комплекс, - сказал второй техножрец диагностикорума. - Они не вступили в столкновение с нашими скитариями. Альфа Кондиус не обладает достаточными силами, чтобы организовать преследование. Он сообщает, что враг направляется на юго-юго-запад со значительной скоростью.
  - Воздушная поддержка? - Омнид Торкуора обратил внимание на третьего жреца. Он уже наблюдал ту же модель ранее, в том же секторе.
  - Храмовая эскадрилья из Аутолики вышла из сражения с 'Мародёрами' Тарантис 8/70, - сказал техножрец, поблёскивая своей тройной оптикой, - Сервиторы-пилоты определили манёвр как нелогичный, учитывая успехи эскадрильи.
  - Направление? - спросил Торкуора.
  - Возвращаются в сектор 77, - ответил один из техножрецов, прежде чем все трое вернулись на свои троны.
  - Они снова возвращаются в Каньон Ортокус, - сказа Торкуора. - Предупредите ваши подразделения в этой зоне. В ближайшее время их атакуют.
   
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА II ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ОМНИССИЯ ЗАПРЕЩАЕТ+
  
  
  В шахтах глубинного бурения Каньона Ортокус не должно было быть ничего необычного. Планум Ортокус был древним рудным полем, его поверхность пронизывали огромные, зияющие чернотой отверстия, такие же тёмные, как бездны космоса. После того, как в процессе долгой разработки минеральные богатства этих шахт были исчерпаны, они были заброшены.
  В самом начале войны Омнид Торкуора выставил приоритет на захват этого района и зачистку его колоссального главного ствола. Каньон Ортокус был древней выработкой, которая проникала глубоко в каменную кору и слои мантии мира-кузницы. Как цель, Кантон не имел особой стратегической важности, и все же Омнид Торкуора укрепил заброшенные шахты, выделив для обороны некоторые подразделения лучших скитариев и техники Адептус Механикус, бывшей в его распоряжении. Защита и усиление бесполезного места не остались незамеченными некоторыми жрецами диагностикорума и теми офицерами-скитариями, с которыми те состояли в филактической связи. Но врага это заинтриговало не меньше.
  Следуя заведённому порядку, силы Тёмных Механикум отправились на прорыв обороны вокруг Каньона. Тысячи конструктов с повреждённым кодом выдвигались к траншеям у входа в шахты, только для того, чтобы присоединиться к искромсанному ковру из деформированной плоти и ржавой бионики подразделений, потерпевших неудачу незадолго до них. Омнид Торкуора не имел представления, почему противник предпринимает эти попытки снова и снова. Только он понимал значимость этих шахт. Может быть, Идрисс Крендл пришёл к пониманию, какую уязвимость они представляют. Возможно, Военный Кузнец Железных Воинов был охвачен возбуждением осады, и просто хотел взять сооружения и зияющий вход в Каньон Ортокус всего лишь потому, что Торкуора не отдавал их ему. В любом случае, Железные Воины и их союзники Тёмные Механикум приходили, чтобы захватить эти шахты.
  - Санкционируйте 'Мародёрам' преследование, - приказал архимагос. - Что еще у нас есть в этом секторе?
  - 'Канис Корпоралис' и скитарии поддержки осадили жилой стек Метра-Минориа, мой господин, - объявил находившийся поблизости жрец диагностикорума.
  - Пусть принцепс Венедикт прекратит свою атаку, - сказал Торкуора, - и займёт позицию над траншеями.
  - Как прикажете, архимагос.
  Торкуора прокладывал свой путь сквозь метель разумов, сражавшихся на планете внизу. Мгновенно переносясь от одного опыта к другому, архимагос внезапно обнаружил себя посреди кошмара опаляющих лучей и грохота стаб-огня мира-кузницы Предателей.
  Ультик-11 Квистрон был вышестоящим Альфой Пятьдесят Первого Тенна-Нойтралоида. Рейнджеры Нойтралоида занимали траншеи Ортокуса на протяжении полугода. Торкуора, установив филактическую связь с офицером скитариев, застал Квистрона совершающим обход. В сопровождении трио сервочерепов, вьющихся вокруг него, словно луны какой-нибудь планеты, Альфа пробирался через пепел и золу внешней траншеи. С орбиты эти районы выглядели концентрическими трещинами вокруг колоссальных отверстий главных шахтных стволов, соединёнными ходами сообщения, идущими от внешних траншей к скрещениям резервных окопов, лежащих внутри. Ежедневными обязанностями Альфы рейнджеров были патрулирование окопной сети, аудит боеприпасов и записи сервисных требований к оборудованию, огневым средствам и солдатам-скитариям.
  Пятьдесят Первый Тенна-Нойтраноид носил на своей броне ожоги и пробоины битв с холодной гордостью. Не принимая во внимание невысказанное Ультик-11 Квистроном отношение к шахтам глубокого залегания и их стратегической бесполезности, рейнджеры зачистили разрытые траншеи и удерживали их, несмотря на все усиливающиеся жестокие нападения.
  Но сейчас, если не считать доносящихся звуков далёкого боя, во внешней траншее царила тишина. Гидравлика длинных ног Квистрона несла его вдоль котлована. Его сервочерепа вели мониторинг, аудит и оценку боеготовности каждой секции. Огневые позиции скитариев, окружённые ящиками боеприпасов и тяжёлыми блоками энергопитания. Стволы тяжёлых стабберов, автопушек и искореняющих лучевиков-аннгиляторов, направленные наружу от внешней траншеи, создавали перекрывающиеся зоны огня, отмеченные выжженными дугами на изрытой взрывами пустоши. Кибернетические солдаты выглядывали из-за края траншеи, удлиняя свою телеоптику, пока их товарищи вносили корректировки в прицелы миномётов.
  Колонны рейнджеров, сжимающих гальванические винтовки, двигались вверх и вниз по линии, отдавая честь своему Альфе ноосферными пакетами. Их бионика была разбита и носила следы аварийного ремонта, их грязные красные плащи больше напоминали запятнанные прахом рубища. Ультик-11 Квистрон проходил мимо, принимая подгружаемые ему отчёты статуса от суб-альф и данные обнаружения от скитариев, снаряжённых трансурановым вооружением. Их оптика подключалась к прицелам и длинным стволам винтовок, нацеленных над валом траншеи.
  <- Альфа Квистрон, слушай меня внимательно>, - проявил себя Торкуора.
  Скитарий-офицер остановился, его сервочерепа продолжили скользить вокруг.
  <- Архимагос, - откликнулся Квистрон, ощущая присутствие Торкуоры, словно туннелированное вмешательство Самого Бога-Машины. - Вы почтили честью мои механизмы и моё расположение здесь>.
  <- Через три минуты ваши укрепления наполнится страданием. С орбиты это будет выглядеть очень решительной атакой. Враг на марше, единица Квистрон. Они не должны взять Каньон Ортокус. Я запрещаю это. Омниссия запрещает>.
  <- Я понимаю, архимагос, - передал Квистрон. - Я вызову техножреца-доминуса, мой господин?>
  <- Исполняйте, - приказал Торкуора. - Боюсь, он нам понадобится>.
   
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА III ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +СИСТЕМНЫЙ ШОК+
  
  
  К моменту возвращения Техножреца-Доминуса Теронимуса Ганта, сопровождаемого посланным за ним сервочерепом Альфы скитариев, авгуры траншеи приняли сигналы приближающейся орды. Армия порченных конструктов двигалась вперёд, покрывая, словно сыпью, мертвенным светом своих механизмов больную тьму. Поднимая голову над траншеей и фокусируя телеоптику, Ультик-11 Квистрон увидел силуэты приближающихся врагов. Силы Тёмных Механикум наступали через заброшенные остовы некогда великих факториумов и производственных комплексов. Высокие и тонкие автоматоны. Охваченные варпом скитарии. Сервиторы-стрелки со вздутыми телами, стада которых подгоняли техноеретические жрецы с ужасающей аугментацией.
  В то время как Торкуора препоручил техножрецу-доминусу обеспечить безопасность глубинных шахт, Гант уполномочил Альфу Квистрона укрепить их позиции.
  - Итак? - раздражённо спросил древний техножрец. Его пронизанный кабелями торс и паукообразная гидравлика ног были скрыты широким плащом.
  - Похоже на усиленные подкреплениями подразделения храмовой стражи Кузницы Геронтеус, - информировал своего повелителя Квистрон.
  - Разве я не считывал, что Кузница Геронтеус была уничтожена? - сказал Гант.
  - Очевидно, мой господин, это те силы, которые удалось восстановить и воодушевить дополнительной порчей и темной волей.
  - Что-то не так, архимагос, - сказал Гант. Торкуора согласился.
  - Архимагос согласен, повелитель, - произнёс Квистрон.
  - Враг не стал бы атаковать это место такими незначительными силами, - сказал Гант едва слышно, словно про себя. - Альфа Квистрон, готовь своих скитариев. Я хочу, чтобы они разобрали на части эту орду ходячих развалин, и превратили их в металлический лом, едва только те появятся на расстоянии выстрела.
  - Подтверждаю, Доминус, - ответил Квистрон.
  Гант повернулся и указал длинным металлическим когтём своей тонкой бионической руки на пару облачённых в робы сервиторов, следовавших за ним.
  - Вам бы стоило принести сюда моё оружие, - сказал древний. - Кажется, скоро здесь развернётся кровавая бойня.
  Лишённые нижних челюстей сервиторы послушно кивнули, выразив своё послушание перед тем как направиться к подъездному пути траншеи.
  <- Аутоликанские Мстители, - сказал Торкуора, и его слова отдались эхом, пройдя через мозг Альфы Квистрона и его когитационные контуры. - На подлёте>.
  Мгновением спустя радарные массивы, установленные на развалинах заброшенных шахтных строений, подтвердили количество единиц и направление полёта. Техножрец Доминус Гант различил горловой рокот, свидетельствующий о приближении эскадрильи истребителей.
  <- Рейнджеры, - приказал Квистрон, - занять укрытия. Воздушная атака>.
  - Они что, хотят провести артподготовку? - пробормотал Гант. Переключив вокс-канал, техножрец передал свои приказы офицерам-артиллеристам и жрецам Ордо Редуктор, находившимся у расположенных между выходами шахтных выработок оружейных платформ. - Входящие цели. Приближается шторм. Я чувствую его своими механизмами. За дело.
  Истребители-бомбардировщики вырвались из темноты ночного неба. Их черные фюзеляжи по всей длине украшали шипы и колюче-режущая проволока. Крылья щетинились лезвиями и зубцами, двигатели захлёбывались и истекали маслом, оставляя за собой след сожжённых варпом испарений.
  Едва сервиторы техножреца-доминуса вернулись с его богато украшенным вооружением, отягощённые дополнительными боеприпасами, Торкуора услышал грохот пушек Ордо Редуктор. Для этого он воспользовался ушами Квистрона. Небо над траншеями превратилось в водоворот молний и грома. Небеса раскололись вспышками разрывов снарядов. Электромагнитные импульсы, трещащие в воздухе, как фейерверки, рассеивались в дыму и огне.
  Когда истребители-бомбардировщики Тёмных Механикум снизились для захода на цель, несколько шедших впереди машин разлетелось огненными осколками. Артиллерия Ордо Редуктор метала громы через весь небосвод, обращая Мстителей в яркие болиды неестественного пламени. Другие самолёты накренились, стараясь избежать шторма снарядов, но треснули от электромагнитного резонанса. Когда погибли покрытые накипью варпа механизмы их двигателей, ударные истребители начали резко снижаться и падать, вращаясь. Они вонзались в пепел и руины израненной боями пустоши, подобно ударам молний.
  - Усилить огонь, - приказал техножрец-доминус. Его слова побудили офицеров-артиллеристов подгонять свои команды сервиторов, чистивших банниками стволы и заряжавших орудия.
  Когда первая волна Мстителей превратилась в огненные полосы и падающие на землю обломки, сервиторы-пилоты шедших следом истребителей-бомбардировщиков начали пикирование. Приводя рой самолётов Тёмных Механикус в колонну, летящую на бреющем полете, над траншеями показались, завывая двигателями, ведущие машины Мстителей. Их болт-пушки взревели.
  <- Занять укрытия>, - приказал Альфа Квистрон, схватив ближайшего кибернетического солдата за плечо. Скитарий поддался искушению всадить заряд в пролетающий мимо самолёт, но Квистрон толкнул его, возвращая на оставленный пост. - <Ваши цели - там>, - сказал Альфа своему скитарию, разворачивая его спиной, покрытой плащом, к мешанине пепла и камня.
  Техножрец-доминус оставался неподвижным, когда выстрелы роторных пушек потрошили траншею, разнося переходные мостки и пологие спуски. Упрямый древний пристально разглядывал шипастые фюзеляжи самолётов, проносившихся над его головой. Он активировал стазис-поле, окутавшее его механическое тело мерцающей сферой. Несколько скитариев, пересекавших траншею, были изрешечены болтами, и их разорванные трупы упокоились на склонах. Один из сервиторов Ганта исчез в кромсающем шторме болтов. Огневая позиция лазпушки взорвалась, послав скитариев в краткий полёт и залив траншею трещащими дугами разрядов высвобожденной энергии.
  Когда таймер стазис-поля Ганта деактивировал устройство, град задержанных в полёте болтов посыпался вниз, скатываясь по склонам и ступенькам. Теронимус Гант поднял искореняющий лучевик и нацелил его на рой истребителей, точным выстрелом вычеркнув из бытия одного из Мстителей.
  <- Враг в пределах дальности поражения>, - доложил суб-альфа. Искажённые варпом конструкты, скопившиеся в руинах, пошли в атаку. Сажа и пепел вились вокруг них, когда долговязые автоматоны и кибернетические извращения храмовой стражи Геронтеуса двинулись вперёд.
  Омнид Торкуора перемещался между скитариями-рейнджерами, ощущая каждый произведённый ими выстрел, как свой собственный. Трансурановые аркебузы тяжко содрогались, отправляя в полёт свои чудовищные заряды. Автоматоны врага разлетались в куски, разбрасывая осколки разбитых механизмов и горящего биопластика. Дробный стук выстрелов тяжёлых стабберов заполнил все вокруг, когда обжигающие лучи с огневых позиций протянулись через поле боя.
  <- Готовься>, - приказал Альфа Квистрон. Рейнджеры 51-го Тенна-Нойтралоида подняли свои гальванические винтовки, оперев их на вал траншеи. Скитарии Тёмных Механикум, заметив это, ускорились, вздымая в воздух своей гидравликой тучи пепла и щебня.
  - Миномётам - открыть огонь, - техножрец-доминус передал приказ по вокс-связи в резервную траншею. Миномёты за его спиной швырнули в небо свои снаряды. Разрывы мин подняли тучи пыли и щебня, в воздух взлетели оторванные бионические конечности наступающих храмовых стражей. Раздутые тела сервиторов-стрелков, наполненные порчей, взрывались и смертоносные автоматоны падали, сбитые с ног.
  <- Целься>, - скомандовал Ультик-11 Квистрон. Торкуора ощутил калибровку прицельных устройств скитариев-рейнджеров при сведении на наступающих конструктах.
  <- Огонь!> - сказал Квистрон. Его когитатор постоянно рассчитывал расстояние до приближающихся врагов.
  В идеальном, несущем ужас унисоне корпуса сервиторов взорвались, пробитые выстрелами гальванических винтовок. Словно натянутая проволока пронеслась по полю боя, отбрасывая храмовых стражей назад. Последовавшая за этим серия взрывов, перегруженных энергоячеек и реакторов раненых кибернетических солдат, выкосившая порченых скитариев, заставила управляемых безумным кодом стражей храма-кузницы Геронтеус рвануться вперёд. Они бежали на позиции рейнджеров, подгоняемые неистребимым стремлением к смерти. Миномёты снова и снова вздымали к небесам фонтаны металла и искажённой плоти. Тяжёлые стабберы и когнис-автопушки прорезали ряды порченых конструктов, разрубая их потоками пуль на куски, словно невидимой косой.
  <- Огонь по желанию>, - передал Квистрон, разрешив своим солдатам выбирать цели самостоятельно, обрывая существование тех храмовых стражей, что каким-то чудом преодолели этот развернувшийся хаос.
  Омнид Торкуора чувствовал скитариев, выпадающих из его филактического единения. Мстители Аутолика пошли на второй заход штурмовки. По мере того, как скитарии умирали, архимагос холодно переносил свою точку восприятия от одного из них к другому. Поле боя превратилось в кромешный ад. Огонь миномётов разрывал землю, пушки раздирали небо, раскалывая его надвое. Лучи лазганов, протягивавшиеся из окопов, пропадали, когда снаряды сервиторов врага обращали кибернетических солдат в неподвижные обломки. Болты проходили сквозь рейнджеров и их окрашенные пеплом плащи. Тяжёлые стабберы пробивали пулями обильные жиром телеса сервиторов-стрелков.
  Когда нечестивые конструкты посыпались внутрь траншеи, лихорадочно пытаясь взобраться наверх по ее противоположному склону, Ультик-11 Квистрон нацелил свой фосфорный бласт-пистолет и залил карабкающихся киберсолдат чистейшим химическим пламенем. Долговязый автоматон, состоявший, как показалось, из тонких ног, лезвий и безумия - появился у основания вала траншеи, захватив с помощью своих механодендритов, выстреливших вниз, пару рейнджеров, нацеливавших свои винтовки вверх на этот роботизированный кошмар. Острые крюки, пронзившие их туловища, утащили скитариев наверх. Одержимая машина отбросила тела рейнджеров назад, в сутолоку наступающих конструктов Тёмных Механикум.
  Подняв свой искореняющий излучатель, Теронимус Гант взорвал механическое уродство, превратив подвесное вооружение автоматона в иссохшее ничто. Каждый залп расширяющегося потока энергии, выпущенной техножрецом из своего оружия, лишал одержимую машину её разрушительных инструментов. Наконец, Гант уничтожил ноги автоматона, обрушив треснувший цилиндрический торс и голову конструкта на землю.
  Пока скитарии сражались за свои жизни против самоубийственного натиска сил Тёмных Механикум, Омнид Торкуора наслаждался роскошью отстранённости. Для Квистрона и его рейнджеров битва была метелью отслеживаемых траекторий, вспышками предупреждений и буферизацией данных. Торкуора мог видеть сражение далеко за пределами исступления приближающейся смерти и визжащих порченым кодом конструктов Хаоса. Он наблюдал 'Мародёров' из эскадрильи Тарантис 8/70, ревущих перегруженными моторами, и громогласное прибытие богомашин Омниссии.
  Передавая с хирургической точностью координаты для авиаудара, Торкуора видел через оптику скитариев, как вспыхнула стена пламени, тянущаяся и разбухающая огненным штормом вдоль линии окопов. Под глубокий рёв бомбардировщиков-'Мародёров', проходящих высоко в небе, атакующие конструкты исчезли в разверзшемся инферно. Когда пламя исчезло, и обугленные кибернетические останки рухнули вниз на поле боя, Квистрон всмотрелся в медленно оседающие золу и пепел опустошения.
  - Танковые силы противника на подходе, - объявил офицер-скитарий. Филактически погружаясь в боевой опыт Квистрона, Торкуора мог видеть колонну бронетранспортёров, переваливающихся через руины. Их траки перемалывали завалы в труху. 'Носороги' выглядели разбитыми и покрытыми потёками ржавчины. Их счетверённые выхлопные трубы извергали потоки чёрного дыма. Шипастые бульдозерные отвалы разрушали низкие остатки зданий, и колючие траки измельчали в пыль кости и корродированную бионику мертвецов.
  - Передай приказ, - обратился Теронимус Гант к раненому солдату-скитарию, - скорректировать прицел миномётов для огня по приближающейся бронетехнике.
  Торкуора приказал бомбардировщикам развернуться на второй заход, но его расчёты быстро показали, что самолёты прибудут слишком поздно. Бронетранспортёры не останавливались ни перед чем. Расходясь веером в стороны, они перемололи арьергард своей собственной пехоты. По насаженным на шипы бульдозерных ножей конструктам и телам скитариев Тёмных Механикум архимагос понял, что 'Носороги' намерены прорвать линию окопов любой ценой.
  Выстрелы сервиторов и пули стабберов высекали искры из помятых пластин брони 'Носорогов', вышедших на рубеж атаки. Ослабленные лучи лазпушек проходили сквозь корпуса транспортёров, но не могли остановить их. Когда 'Носороги' прорвались через силы Тёмных Механикум, оставив за собой только мутную взвесь нефти и крови, их перегруженные двигатели ревели. Дым валил яростными клубами из выхлопных труб, когда ржавые транспортёры ускорялись по курганам мёртвых тел. Молотя своими шипастыми траками по валу, сложенному кусками перемолотых боевых шасси, бионики и обгорелых трупов, 'Носороги' набрали ускорение, и отправились в беспорядочный прыжок над траншеями.
  Траки пронеслись над головами вовремя пригнувшихся Квистрона и Теронимуса Ганта. Большая часть бронетранспортёров не достигла противоположно стороны траншеи. Их ускорения и мощности шасси было достаточно, но стенка окопа, сложенная мульчированным пеплом и обломками, просто не выдержала веса. Склон траншеи сполз вниз, унося с собой бесполезно вращающую траками технику.
  - Топор, - сказал техножрец-доминус. Его единственный оставшийся функциональным сервитор, едва не падающий под тяжестью амуниции и вооружения, почтительно подал своему хозяину силовой топор с цепным лезвием.
  - Гранаты, - приказал Ультик-11 Квистрон, призывая на свою сторону траншеи несколько скитариев-рейнджеров.
  Стремительно подбежав к ближайшему 'Носорогу', Теронимус Гант взмахнул топором. Когда зубья оружия завязли в металле заднего люка, техножрец-доминус сдвинул дверь в сторону. Квистрон поднял свой пистолет. Что бы ни попыталось покинуть транспортёр, оно умерло бы сразу. Рейнджеры приготовились метнуть свои гранаты через открывшееся отверстие, убеждая врага покинуть машину, следуя к неминуемой смерти.
  Омнид Торкуора заглянул внутрь 'Носорога', осмотрев его через оптику Альфы Квистрона и его скитариев со всех возможных углов. Ему требовалось немного времени, чтобы просто получить подтверждение тому, что он видел. В машине находился один-единственный жалкий сервитор, варварски вживлённый в систему управления. Его ноги и руки были вплавлены в контроль движения, а тело - приварено к сидению. Больше в бронетранспортёре не было ни единого солдата. Все свободное пространство занимало чудовищное хитроумное устройство, ведущее обратный отсчёт на нескольких хромированных дисках. Торкуора опознал бомбу, едва увидев.
  <- Уходите оттуда!> - быстро передал архимагос. Его предупреждение, словно выстрел, прошло насквозь через сознания окружавших транспортёр скитариев и их офицеров.
  Резко выдрав свой силовой топор из искорёженного люка, Теронимус Гант быстро отскочил назад. Квистрон оттолкнул своих скитариев как можно дальше от ловушки, но через несколько секунд все утонуло в пламени. Торкуора вздрогнул при взрыве бомбы. Находясь в безопасном пространстве диагностикорума, высоко над полем битвы, он испытал удивление от того, насколько это повлияло на него. Филактическое сопряжение на мгновение прервалось.
  Архимагос мог увидеть яркие краткие вспышки взрывов с орбиты. Подтягивая каналы связи от бомбардировщиков-'Мародёров', находившихся высоко над полем боя и терзаемых роями аутоликанских штурмовиков, Торкуора теперь мог оценить замысел врага. Он наблюдал величайший ужас его исполнения, когда 'Носорог' за 'Носорогом', взрываясь, проделали разрывы в траншейной сети, и направили реки пламени через сеть окопов.
  Устанавливая соединение с рейнджером, обозначенным как Ансис-86 Ольтега, Торкуора обнаружил скитария-солдата бродящим возле опустошённый траншеи и находящимся в состоянии системного шока. Его плащ был охвачен пламенем, и киберсолдат хромал. Осколок шрапнели, застрявшей в его коленном суставе, нарушил работу гидравлики.
  Смотря через потрескавшуюся, лишившуюся большей части функционала, оптику солдата, Торкуора видел, как мерцает зрение скитария, переключая фильтры и прерываясь шипением статики. Его оверлеи перекрывались потоком данных и аварийных протоколов. Через миазмы информации Торкуора смог понять, что не взорвалось достаточно много 'Носорогов'. Помогая встать на ноги тяжело раненым солдатам-скитариям, Ансис-86 Ольтега обнаружил Теронимуса Ганта, лежащим на земле перед одним таким транспортёром. Подчиняясь своим императивам, Ольтега приподнял техножреца-доминуса, и потащил прочь с откоса. Доминус был очень тяжёлым, даже лишившись в огне взрыва половины своих паукообразных ног.
  'Носорог' походил на съеденную ржавчиной развалину. Одна из его гусениц порвалась, а другая выгребала наружу землю в безуспешной попытке освободиться из ставшей ловушкой разрушенной траншеи. Его окраска не отличалась от остальных - тускло-серая с полосой черно-жёлтых шевронов. Транспортёр нёс на своих бортах остатки какой-то выцветшей иконографии. Прямо перед Ольтега плотоядно скалился небольшой металлический череп на восьмилучевой звезде. Символ ужасающих Железных Воинов.
  Один борт транспортёра внезапно смялся, словно какая-то чудовищная сила ударила по нему изнутри. Ольтега утащил техножреца-доминуса со склона, и усадил у дальней стены траншеи. Одна рука Ганта представляла собой спутанную мешанину сервоприводов и кабелей, но он сумел откинуть назад свой обгоревший капюшон, используя искрящий коготь другой конечности. Лицо доминуса походило на маску из причудливых аугментаций и сгоревшей плоти. Его оптика просветлела, и техножрец пошевелился, приподнимаясь, чтобы видеть то, что происходит с разбитым 'Носорогом'.
  Удары продолжались, заставляя корпус транспорта выгибаться наружу. Одновременно с тем большие блестящие когти пробили ржавый металл десантного отделения, отгибая в стороны края разрыва, словно броня была не толще фольги. Будто неуклюжие монстры, Железные Воины вывалились из бронетранспортёра. Проклятые плотью Облитераторы уничтожили машину изнутри, используя когти, зубы и удары кулаков. Они прогрызли себе путь к свободе из внутренностей потерявшего ход БТР. Первое выбравшееся наружу нечестивое слияние человека и оружия проревело своё жестокое ликование. Плоть его рук выпирала за пределы брони и рукавиц. Осколки броневых пластин сидели в его проклятой плоти, а сами руки топорщились стволами и соплами тяжёлого вооружения.
  Скитарий-рейнджер запнулся и упал на склоне траншеи, отчаянно пытаясь оживить повреждённую винтовку. Охаживая её изо всех сил своей металлической ладонью, скитарий изо всех сил старался выжать хотя бы один выстрел из повреждённого искрящего оружия. Подняв руки, первый из Железных Воинов выстрелил перед собой потоком субатомных возмущений из сопел, установленных на его оплавленных кулаках. Поток перегретой плазмы охватил рейнджера, который так и не сумел выстрелить в ответ. Скитарий превратился в трясущегося безумца, окружённого липким пламенем, прежде чем рассеяться выпаренной пылью в порыве ветра.
  Другой Железный Воин с рычанием протиснулся мимо. Его броня едва удерживала внутри отвратительные гипертрофированные мышцы. Металлоплоть и искажённая мускулатура его рук светились, когда он стрелял потоками опаляющей энергии. Лучи разрезали скитариев пополам и вбивали раненых рейнджеров в землю.
  Торкуора не мог поверить своим глазам. Он терял шахты Каньона Ортокус. Словно брандеры, использованные против флотилии, БТР уничтожили траншеи, превратив их в заболоченное месиво и стерев в порошок скитариев, удерживавших укрепления. Потом, во второй волне, прибыли Железные Воины. Набросившись на Адептус Механикус в момент их наибольшей дезориентации, космодесантники Хаоса намеревались прорваться к шахтам. Возможно, еще больше Железных Воинов или извращённых конструктов Тёмных Механикум прибудут в скором времени на боевых катерах или более лёгких судах - ведь облитераторы уже разобрались с Ордо Редуктор и их артиллерийскими позициями.
  Железные Воины, казалось, собирались получить как можно больше устрашающего удовлетворения от убийств раненых скитариев во внешнем кольце окопов. Это не было обычной жаждой крови, как заключил Омнид Торкуора из анализа поведения его врага. Облитераторы казались наслаждавшимися ужасом и анархией битвы, страстным потаканием своим слабостям и нещадным упражнениям своих многочисленных способностей, которые позволяли только побеждать. Мутировавшие Железные Воины походили на озлобленных монстров из далёкого прошлого, на существ, живущих в недрах земли и выбирающихся на поверхность лишь затем, чтобы нести разрушение и гибель тому, что встанет на их пути. Торкуора наблюдал, как громадные ужасающие монстры рвут когтями скитариев 51-го Тенна-Нойтралоида, разрывая плоть и разрушая бионику. Он видел, как один из зверей испустил поток яростных сгустков зелёного пламени из форсунок в своих чудовищных ладонях, превращая разбитые окопы в филиал ада. Вдоль всей линии окопов космодесантники Хаоса вырывались из 'Носорогов' и обращали свой отвратительный гнев на солдат-скитариев.
  Сорвав с себя пылающий плащ, Ансис-86 Ольтега похромал назад и упал на колени рядом с техножрецом-доминусом. Торкуора слышал молитву скитария, обращённую к Богу-Машине, призыв божественной помощи, чтобы обрести победу, освящённую Его Именем. Мрачно взглянув на развернувшееся опустошение и хаос, архимагос придумал, как именно нужно ответить на такую мольбу.
  Отбросив прочь человеческую составляющую скитария, Торкуора вызвал эмоциональную матрицу его эксплуатации. Сводя фокус Ольтеги к уменьшающемуся набору понятий, Торкуора благословил киберсолдата невежеством. Сейчас он представлял собой пустой сосуд. Оружие без боеприпасов. Готовое к принятию в себя Бога-Машины. Служа голосом Омниссии, Торкуора сосредоточился на взятии под контроль тела Ольтеги, и ощущении его, словно своего собственного, вплоть до биения сердца, мощности гидравлики аугментированных конечностей и всех возможностей конструкта, полностью лишённого страха.
  Что-то огромное пинком отшвырнуло прочь разбитую раму горящего 'Носорога'. Это был чудовищный Железный Воин, с отвратительным лицом и ощетинившийся оружием, стволы которого торчали из огромных кулаков. Многие Облитераторы выдвинулись в сторону резервных траншей, обрушив на скитариев гнев порождённой их телами порчи. В свою очередь, винтовки рейнджеров лаяли в ответ, с глухим звуком вбивая оболочки сервиторов в изменённую варпом плоть. Тварь, стоящая перед Ольтегой и Теронимусом Гантом, задержалась, наслаждаясь убийством.
  Поместив бронированный ботинок на затылок рейнджера, Железный Воин вжал скитария в мелководье, чтобы он задохнулся. Стволы ротационных автопушек повернулись, расходясь в стороны вместе с металлоплотью космодесантника Хаоса. Их жужжание стало тише. Достав из своих чудовищных внутренностей пояс с амуницией, Железный Воин перезарядил своё оружие, и открыл огонь очередями по умирающему скитарию, пытавшемуся уползти прочь. Тварь, казалось, получает извращённое тёмное удовольствие, играя с жертвами и их ожиданиями, прежде чем разорвать их тела на куски короткими потоками огня.
  Две убийственные казни спустя Железный Воин обнаружил Ольтегу и охраняемого им техножреца-доминуса. Торкуора снял с жреца его обгоревшие одеяния. Он знал, что не сможет оттащить Ганта в безопасное место. Техножрец же, то приходя в оперативное сознание, то теряя его, не мог позаботиться о себе сам. Внутри сожжённых складок одежды Торкуора нашёл генератор стазисного поля, которым пользовался Гант. Устройство было разбито и искрило от коротких замыканий. Установив защитное поле на максимальную силу и продолжительность, Торкуора отвёл Ансис-86 Ольтегу назад. Будучи предметом личного пользования, поле не могло обеспечить защиту сразу двух единиц, и должно было включиться, только когда скитарий отойдёт прочь.
  Ковыляя назад, с осколком шрапнели, все еще застрявшем в его колене, Торкуора увидел, что огромный Облитератор обратил на него внимание. Железный Воин поднял свою руку, и его чудовищная пасть расплылась в кривой ухмылке. Стволы его роторной пушки ускорили вращение, размываясь в воздухе, и он навёл оружие на Ольтегу и техножреца-доминуса.
  Вращающиеся стволы извергали конусы вспышек, содрогаясь в пароксизме выстрелов, и разразился шторм, состоящий из снарядов. Торкуора в отчаянии огляделся. Смерть была от него в считанных секундах. Не оставалось времени ни на один план, сложнее, чем схватить кусок бронеплиты, полупогруженный в песок.
  Фрагмент плиты, изначально бывший частью взорвавшегося 'Носорога', оказался довольно большим. Держа кусок металла перед собой, как щит, Торкуора выставил его между Ансис-86 Ольтегой и яростным потоком снарядов. Пули рвали бронеплиту и высекали из неё искры. Сила ударов была велика, и скитарий отлетел назад, его развернуло влево, потом вправо и он, спотыкаясь, попытался двинуться обратно.
  Пока Железный Воин водил своей пылающей огнём выстрелов пушкой взад и вперёд, сработало стазис-поле Ганта, остановив рой пуль в нескольких дюймах от разбитого тела техножреца. Продолжая искрить от коротких замыканий и пробоев питания среди одеяний, генератор начал сбоить. Сферический щит мигнул и рассеялся, усеяв землю вокруг пулями, внезапно остановленными на их смертоносном пути. Включаясь и выключаясь со слабым шипением, стазис-поле поймало большую часть из второго потока огня, на чьём пути лежал Гант. Однако, несколько пуль все же смогло пройти сквозь щит, врезавшись в увитый кабелями торс техножреца. Гант было заворчал, но замер в своей продолжающейся агонии мгновением спустя, когда поле восстановило свою целостность.
  Когда Железный Воин поднял обе своих руки, и освободил полную ярость своего порождённого варпом вооружения, Торкуору отбросило назад, к разрушенной стене траншеи. Очереди ударяли в бронепластину, оторвав несколько пальцев с руки скитария, защищённой перчаткой, которой он держал плиту. Вмятины и трещины, появившиеся на задней стороне металлической плиты, показывали, что она не сможет долго выдержать обстрела такой интенсивности.
  Дождавшись секундной передышки, когда Железный Воин топал к нему по мелководью, Торкуора услышал, как роторная автопушка прекратила вращение стволов. И он отбросил бронеплиты прочь, прыгнув на стену траншеи. Это было весьма непросто, особенно с застрявшем в колене осколком. Подтягивая вверх тело скитария при помощи гидравлики его рук, Торкуора услышал, как облитератор с плеском рванулся вдоль разрушенного окопа к нему, и что стволы его пушек снова вращаются с болезненным визгом. В любой момент Железный Воин мог обрушить на скитария поток пуль.
  Подтянувшись, Торкуора втянул через край траншеи повреждённую ногу скитария. Выстрелы рванули стену окопа, выбивая фонтаны обломков, пепла и шлама, из которых состоял траншейный вал. Омнид Торкуора пригнулся, не поднимая головы, пока космодесантник Хаоса разочарованно ревел, выражая свои чувства в бешеной стрельбе своих автопушек по стенам окопа.
  Скрывшись на дальней стороне траншеи, Торкуора обнаружил себя среди искромсанного пространства, заполненного тлеющими мертвецами. Перекатываясь прочь от выстрелов, архимагос скоро запутался в телах и обугленной бионике. Лёжа на земле, со своей треснувшей оптикой, направленной в небо, он видел, как роящиеся Аутоликанские штурмовики сбили последний из бомбардировщиков-'Мародёров'. Когда замирал поток огня роторной пушки, Торкуора мог слышать, как по траншее внизу носится вперёд и назад Железный Воин, жаждущий снова поймать сбежавшую жертву.
  Сохраняя неподвижность, Торкуора почувствовал, как что-то стискивает его глотку. И действительно, Ансис-86 Ольтегу пытались в данный момент придушить. Порченый варпом храмовый страж, сожжённый и разорванный во время авиаудара, все еще мог двигаться, подчиняясь своим испорченным императивам или злокозненному желанию убивать во имя своих повелителей. Его сервомеханизмы тлели и оплавлялись, и рама скелета сохранила только одну функционирующую придаточную серворуку, которая и сомкнулась на шее Ольтеги, словно тиски.
  Торкуора отслеживал падение жизненных показателей скитария, пока солдат Тёмных Механикум шипел статикой и выдавал всё усилие, на которое был способен. К счастью для Торкуоры, мог он немного, и архимагос чувствовал, что оплавленные сервоприводы начали сдавать. Торкуора ударил своим бронированным локтем в середину груди своего противника, почувствовав, как что-то сломалось в глубине обгоревшей плоти. Повторив удар, и вложив в него всю массу Ольтеги, Торкуора ощутил, что грудная клетка конструкта подалась. Она лопнула, как перезревший фрукт, и наружу хлынули потоки крови, гноя и на поле боя вывалились отвратительные внутренности.
  Перебирая аугментированными руками, Торкуора тащил тело Ольтеги вдоль траншеи, удаляясь от Железного Воина. Перевалив через небольшой холмик, он обнаружил себя смотрящим прямо в зияющий ствол тяжёлой гравипушки, принадлежавшей когда-то к оборудованной здесь огневой позиции. Привалившись к орудию, чуть дальше лежал мёртвый скитарий-стрелок, обхватив его руками. Стараясь действовать как можно тише, Торкуора протиснулся внутрь стрелковой ячейки, как змея. Отпихнув размозжённого болтом стрелка от гравипушки, архимагос проверил системы наведения и энергопитания орудия.
  Торкуора внезапно услышал приближающийся звук громких шагов облитератора. Сжав поворотную рукоятку, он начал лихорадочно её крутить, разворачивая лафет орудия. Железный Воин приближался к Торкуоре, поднимая и нацеливая металлоплоть своей встроенной пушки. Монстр разочарованно зарычал, жалея о том, что наконец настиг свою скрывающуюся цель.
  Но вместо жертвы Железный Воин обнаружил - как и Торкуора несколько секунд назад - что смотрит в ствол тяжёлой гравипушки. Зарядив орудие, архимагос потянул за спусковой рычаг. Космодесантник Хаоса был разрезан надвое гравитационным излучением оружия. Сбросив чудовище обратно в траншею, Торкуора выстрелил в него еще раз, слыша, как ломаются выплавленные из металла кости, и рвутся на части порченые органы. Возбуждённо дёргая рычаг, архимагос превратил мерзость Хаоса в пыль, смяв броню, разбрызгав некогда сильную плоть и превратив Железного Воина в изломанную, вопящую тварь, наполовину погребённую в траншее.
  Стремительно отсоединив орудие от его лафета, Торкуора осторожно опустил длинную установку вниз, в окоп. Ковыляя назад по воде, Торкуора удерживал в одной бионической руке вес пушки, а в другой сжимал связанный с излучателем блок питания. Не существовало никакого способа задействовать гравипушку без посторонней помощи, но Торкуора не собирался позволять этому факту остановить его.
  Пока Железные Воины штурмовали резервные траншеи, отправляя в небытие когорты защищающих позиции скитариев, Торкуора транспортировал гравипушку обратно к Ганту. Проверив состояние техножреца-доминуса, он обнаружил, что генератор стазис-поля отказал окончательно. Древний техножрец сидел в небольшом холмике из остановленных генератором пуль, и тихо умирал от тех снарядов, что нашли свой путь через силовое поле.
  Тяжело занеся длинную гравипушку поверх частично разрушенной стены, Торкуора опустил ствол на щебень. Бросив ячейку питания и кабель в воду у своих ног, архимагос преклонил колени, и прижался плечом к орудию. Система наведения скитария была неисправна, но Железные Воины, удовлетворяющие свой чудовищный аппетит смертью и разрушением, были настолько велики, что промахнуться по ним было сложно. Торкуора прицелился в находящихся спиной к нему огромных мерзостных существ.
  Проверив наведение взглядом поверх ствола, он открыл огонь из гравипушки. Нажимая на спусковой рычаг и изменяя угол стрельбы орудия наклоном его ствола, балансирующего на гребне стены, Торкуора выстрелил несколько раз через траншею в космодесантников Хаоса. Словно удары невидимых каменных глыб, гравитационные взрывы разрушали Железных Воинов и ломали им спины. Облитераторы падали навзничь, отделённые от своих бронированных ног. Некоторые космодесантники потеряли свои снабжённые оружием придатки, а отдельные - даже лишились голов благодаря импульсам грави-излучателя, от которых не было защиты.
  Торкуора пригнулся, когда Железные Воины открыли ответный огонь. Стена, за которой он прятался, зардела от того количества лучей лазпушек и шаров порождённой плотью плазмы, которое в неё вонзилось. Отползая прочь, архимагос почувствовал, как рушится стена и взрывается ставшая бесполезной гравипушка. Подтащив себя поближе к техножрецу-доминусу, Торкуора устроился у стены траншеи, и стал ждать гибели. Смерти Ансис-86 Ольтеги. Смерти Теронимуса Ганта. Смерти скитариев-солдат в резервных окопах. Это был всего лишь вопрос времени. Шахты будут принадлежать Железным Воинам.
  Торкуора ощутил грохот приближающихся шагов через вибрацию избитой рамы Ольтеги. Вода в траншеях пошла рябью. Архимагос поднял голову, и увидел трёх крупных Железных Воинов, вернувшихся, чтобы прикончить Ольтегу. Каждая рука этих космодесантников Хаоса напоминала опутанное плотью гнездо, порождавшее оружие.
  'Всё закончится здесь и для меня тоже', - сказал себе архимагос. Торкуора знал, что без шахт глубинного залегания и тех возможностей для победы, которые они предоставляли, война за Велханос Магна будет проиграна. Флот Адептус Механикус не может держаться вечно без пополнения запасов и получения подкреплений. Идрисс Крендл мог позволить себе просто ждать, приближая неизбежный в будущем переломный момент.
  Но потом он увидел это. Блестящий дымный силуэт, проявляющийся из темноты. Фильтры Ольтеги продолжили настройку, и Омнид Торкуора смог разглядеть колоссальную фигуру разведывательного Титана класса 'Гончая Войны'. Призванный обратно 'Канис Корпоралис', под командованием Принцепса Венедикта. Это было приближение титана, которое Торкуора прочувствовал очень сильно.
  -...архимагос? - обратился к нему Теронимус Гант. Его разбитый модулятор издавал едва слышное шипение. Техножрец знал, что Торкуора был с ними здесь, направляя действия Ансис-86 Ольтеги.
  - Да, техножрец-доминус, - произнёс Торкуора голосом солдата-скитария.
  - Делай... то, что должно быть... сделано, - сказал древний, с трудом поднимая тонкий длинный коготь на пальце, и указывая вверх, на 'Канис Корпоралис'. Торкуора предположил, что Гант точно также видел прибытие Титана класса 'Гончая Войны'.
  Пока неповоротливые Железные Воины поднимали и нацеливали своё проклятое варпом оружие, Омнид Торкуора передал свои приказания Принцепсу Венедикту на тесную командную палубу титана, возвышающегося, подобно башне.
  Пока он говорил, губы Ансис-86 Ольтеги тоже двигались.
  - Принцепс Венедикт, это ваш архимагос, - сказал ему Торкуора. - Основной целью являются прорывы траншейной сети и боевые единицы противника. Задание - причинение максимального ущерба. Побочные потери не учитываются. Я повторяю, силы обороны являются расходным материалом.
  Словно гигантский металлический хищник, 'Гончая Войны' встряхнулся и развернулся в сторону засечённых им целей. Медленно выставив вперёд мегаболтеры 'Вулкан', смонтированные на каждой его руке, он зафиксировал их на уровне командной палубы. Торкуора услышал раскат грома, когда пара гигантских огневых механизмов заряжались и чистились.
  Внезапно все звуки поглотил разрывающий перепонки грохот выстрелов и громыхание массивных снарядов, как молнии, падающих на землю. Траншеи исчезали, выбрасывая вверх щебень и пепел. Великанские болт-выстрелы уничтожали, стирая с лица земли с одинаковой лёгкостью окопы, укрепления, огневые точки, и редкие транспортёры. Скитарии 51-го Тенна-Нойтралоида взлетали вверх фонтанами масла, крови и измельчённой бионики.
  Торкуора наблюдал, как землетрясение вихря болтов сверхкрупного калибра рвёт резервные траншеи. Спустя несколько мгновений Железные Воины исчезли в водовороте смерти и разрушения, который они даже не могли предвидеть. Архимагос наблюдал, как облитераторы, направившиеся к нему, расплескались кровавой и металлической дымкой. Спустя громовые секунды апокалиптического ужаса Теронимус Гант и Ансис-86 Ольтега присоединились к ним.
   
  0011
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ I
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ЭЛЕКТРОМАНТ+
  
  Омнид Торкуора проснулся. Он видел сны.
  Это было необычно для техножреца его степени аугментации и происхождения. Слишком много данных текло через его приёмники и когитационные катушки, чтобы по-настоящему находиться в мире с собой. Буферизация кода и информации переключала нечётные фрагменты в его мемо-банках. Ретранслируемые пикт-каналы иногда порождали призраков, находящих странные пути в его спящем разуме, словно спектральное наслоение перекрещивающихся каналов. Проводя так много времени в филактическом единении с другими, проживая их мысли и опыт, Торкуора иногда бессознательно возвращался к прошлым значимым моментам. Прошлым победам. Прошлым поражениям. Прошлым смертям.
  Он грезил об Ансис-86 Ольтеге и солдатах-скитариях 51-го Тенна-Нойтралоида. Слуги Омниссии, которых Торкуора лично обрёк на смерть. Апокалиптический шквал огня 'Канис Корпоралис'. Вал опустошения, текущий по окопам Каньона Ортокус. Пепел и пыль. Кровь и масло. Водоворот чудовищных болтов, разрывающих реальность.
  Архимагос сделал только то, что было необходимо сделать. Он не испытывал сомнений в этом. Большая вина, чем та, что тяготиться его совесть. Тёмные обязанности. Рушащиеся судьбы целых миров. Неудовлетворимое стремление Торкуоры к данным и секретам, древним и ужасным, привело его к Перборее и 'Стелла-Ксенитика'. В ловушку, поставленную Идриссом Крендлом.
  Открытие шаблона СШК бомбы Геллера. Создание и испытание этого устройства. Предполагаемая судьба, принесённая им в родной мир Торкуоры. Ничего из этого не было бы возможным без архимагоса и вечного Поиска Знаний. Поиска, который привёл Торкуору к вечному вопросу.
  Когда статика его оптики исчезла, а реакторы прогрелись достаточно для достижения полного оперативного состояния, Торкуора обнаружил себя перед причудливым смотровым постом его личных палат. Через армоглассовый экран, занятый гололитическими слоями и аннотациями, он видел мир-кузницу Велханос Магна. Даже с орбиты была заметна цена этой войны. Целые регионы были охвачены пламенем. Гороподобные укрепления поглотили исковерканное великолепие храмов. Каналы и плавильные русла пересекали крест-накрест помятую планету, преодолевая районы опустошения. Планета горела демоническим блеском, когда Абистра-Диномикон питал плавильни и кузни Тёмных Механикум и исполнял нескончаемые требования тиранических Железных Воинов.
  Личные сервиторы Омнида Торкуоры двигались по покоям беззвучно, опасаясь пробудить своего повелителя из прерывистой дремоты в его неповоротливом костюме, так похожем на саркофаг. Пока он спал, сервиторы молча исполняли свои протоколы обслуживания, полируя сияющие клинкерные доспехи Торкуоры, листы брони которых шли внахлёст. Магна-гидравлика его ног и держатели тяжёлого оружия его рук были помазаны наисвятейшими мазями высочайшей чистоты, в то время как само чудовищное оружие благословлено священными маслами. Реакторы техножреца зарядили, энергетические кабели тщательно уложили, а то, что осталось от его давным-давно выпотрошенной органики - поддержали при помощи протеиновых паст, внутривенно введённых через сеть трубок, проходивших в торсе архимагоса.
  Когда его системы вернулись к полному включению, зависимые подсистемы также ожили, заставив смонтированные на груди Торкуоры мульти-конечности начать работу с кафедрой-консолью. За короткое время сна архимагоса на поверхности планеты многое произошло. Мир, погруженный в войну, никогда не спал. Поставленные цены были взяты. Осады - сняты. Тысячи воинов погибли. Оверлеи Торкуоры переполнились прокручиваемыми отчетами данных, запросами соединений, каналами пиктов и кодовых потоков.
  Сквозь них прорезалась сигнатура вокс-передачи, поставленной на ожидание. Связь принесла авторизации приоритета часовых-скитариев, стоявших на посту по сторонам от входа в палаты Торкуоры.
  <- Продолжайте>, - передал Торкуора.
  <- Здесь братья Люминена, запрашивают аудиенцию, мой господин, - информировал его скитарий-часовой, стоящий снаружи. - Должен ли я их впустить?>
  Торкуора должен был встретиться с электрожрецами Люминена. Братство постоянно требовало внимания архимагоса, находя одну за другой проблемы с тем, как он вёл войну против врагов Омниссии или использовал ресурсы Адептус Механикус. Изначально они были советниками генерал-фабрикатора Сатцики Секундус, который и направил их в штат фабрикатора-локум перед испытанием Устройства Геллера. Подобный шаг был воспринят Торкуорой как признание того, что Ворикар Трега не доверял своему фабрикатор-локум.
  Во время производства устройства Геллера, Люминен служили советниками Энгра Мирмидекса в области технико-духовных вопросов, направляя его посредством их собственной интерпретации Движущей Силы и искр жизни. Торкуора подозревал, что фабрикатор-локум не оценил их вклад и настойчивость в распространении кредо так, как, по мнению Люминенов, должен был бы. После отбытия с Сатцики Секундус во главе флота Адептус Механикус, Мирмидекс организовал все так, что синод электрожрецов проводился в часовнях на борту 'Мистраля', а не флагмана Фабрикатора-Локум. Со смерть Энгры Мирмидекса Братство Люминена стало проблемой Торкуоры.
  <- Впустите их>, - приказал архимагос.
  Воздух загудел вокруг Торкуоры, насыщенный энергетическим потоком его реакторов. Гидравлика и поршни со щёлканьем развернули техножреца и его похожий на саркофаг костюм. На трупного цвета лице Торкуоры, сокрытом в глубинах металлического капюшона, зажглась оптика.
  Герметичная дверь содрогнулась, уходя вверх, и внутрь палат вошла группа Люминенов. Электрожрецы надели свои полные облачения, вмещающие их дорсальные генераторы и электростатические гало-конденсаторы. Они откинули назад свои капюшоны в знак уважения, обнажив бритые головы и плоть, светившуюся от заряженных подкожных схем. На головах жрецов были повязки, призванные скрыть пустые глазницы - ведь их глаза давным-давно выкипели и испарились от силы биоэлектричества, проходящего через тела. Взамен они получили способность воспринимать галактику как трещащее разрядами видение Движущей Силы. Они заявляли, что этот дар позволяет им видеть только истину, но Торкуора знал, что представители Братства ничем не отличались от жрецов Механикус прочих рангов, и были такими же жадными до власти, силы и манипуляций, как и остальные.
  - Мастер Диодемус, Мастер Пьезон, братья, - приветствовал Люминенов Торкуора. - Чем я могу служить?
  Электроманты вошли внутрь единым синодом, но скоро разделились по группам, собравшимся вокруг своих хозяев. Пребывание Люминенов на борту было само по себе достаточным испытанием для Торкуоры, но электрожрецы постоянно испытывали пределы его терпения, пытаясь советовать, направлять и задавать вопросы, как они привыкли делать ранее, вмешиваясь в дела фабрикатора-локум. Что еще неприятнее, синод жрецов разделился на фракции. Это значило, что Люминены, кичащиеся своей способностью видеть настоящий свет намерений Омниссии, не могли договориться между собой. Не говоря уж о том, чтобы убедить Торкуору.
  Аттика Диодемус и Кандеска Пьезон выступили вперёд, сплетя пальцы в священном знаке шестерни, прославляющей Бога-Машину. Мастер Диодемус, известный как 'Берущий', был фульгуритом по вере, и, как и его жрецы, нёс конденсаторный посох, который мог высасывать досуха энергию из махин, конструктов и базовой плоти, не делая между ними разницы. Батареи иссякали, бионика умирала и сердца переставали биться по их команде.
  В отличие от Диодемуса, скупого педанта, предпочитавшего сосредоточиться на накоплении силы и мощности потенциала, Кандеска Пьезон представлял собой сосуд, едва не трескавшийся от сдерживаемой добродетели. Как Мастер-корпускарий, он именовался 'Дающим'. Как и все жрецы своей фракции, он носил электростатические браслеты, скрытые расширявшимися книзу рукавами его одеяния. С помощью этих устройств корпускарии могли одарить святым экстазом электрической казни врагов Бога-Машины, оплетя их сетью живых молний, нисходящих с перчаток.
  - Вы можете проложить курс к Сатцике Секундус, - сказал Аттика Диодемус.
  - Зачем бы мне это делать, Мастер Диодемус? - спросил его Торкуора. - Наши враги - здесь.
  - Наша верность принадлежит Сатцике Секундус и генерал-фабрикатору, - ответил Диодемус. - Наша родня-по-кузне требует нашего возвращения и помощи.
  - Сатцика Секундус для нас потеряна, - сказал архимагос. - Возможно, когда-то она и была нашим домом, но теперь она лежит в сердце разразившегося варп-шторма.
  - В аномалии, созданной вами, архимагос, - обвинил его Диодемус.
  - Которую создал Генерал-Фабрикатор, приказав сконструировать Бомбу Геллера, - парировал Торкуора. - Которую создал Фабрикатор-Локум, поспешив с развёртыванием устройства.
  - Вы позволили фабрикатору-локум погибнуть, - сказал Кандеска Пьезон, и его слова пылали в воздухе, - точно так же, как вы сейчас позволяете гибнуть нашем родным кузницам.
  - Точные данные, Мастера Люминены, - сказал Торкуора. - Слуги Бога-Машины живут и умирают ради них. Железные воины уничтожили бы нас своим внезапным нападением. Через жертвоприношение фабрикатора-локум...
  - И половины нашего флота вместе с легионами скитариев! - огрызнулся Пьезон.
  -...Я предотвратил катастрофу, изучил наших врагов, и использовал оба фактора для того, чтобы принести гнев Омниссии на головы наших противников, - закончил архимагос.
  - У вас было полгода на то, чтобы доказать наше преимущество, но вот, пожалуйста! Архимагос, - вставил слово Аттика Диодемус, - мы все еще здесь, сражаемся на заражённом мире тьмы и руин.
  - Которые мы и обнаружим, когда попытаемся вернуться на Сатцику Секундус, - сказал Торкуора.
  - Мы проконсультировались с калькулюс логи, - информировал архимагоса Диодемус. - Мы слышали голос цифр, и они говорят нам то же, что и вам: Железных Воинов нельзя победить нашими текущими силами. Только десятикратно большими.
  - И логи правы, - сказал Торкуора, - но они не полностью владеют всеми переменными.
  - Может быть, в это время Генерал-фабрикатор и верные Омниссии конструкты нашего мира-кузницы сражаются за свои души, ожидая нашего возвращения с подкреплениями.
  - Для них уже слишком поздно.
  - Откуда вы знаете? - спросил Кандеска Пьезон.
  - Вы согласны с Мастером Диодемуса? - Торкуора обратил внимание на жреца-корпускария.
  - Я согласен с тем, что свет Бога-Машины должен быть принесён во тьму, осадившую нашу родину.
  - После победы над врагом, пытающимся выстроить руины нашей всеобщей гибели, здесь, - сказал Торкуора, - я обещаю вам, мы вернёмся на Сатцику Секундус. Но не как освободители. Мы придём, чтобы очистить её от порчи.
  - Вы развяжете войну против своих собственных сородичей? - возмутился Пьезон. - И пойдёте против Генерал-фабрикатора?
  - Да, - сказал Торкуора всему синоду жрецов. - Ибо было бы ересью не сделать этого. Вы думаете, жречество Велханос Магна выбирало свою судьбу? Я могу и буду уничтожать всех, пытающихся прорваться через блокаду. Равно как и удерживать тех, кто желает склонить наших братьев по кузне к измене силой своей темной воли, льющейся с Сатцики Секундус. Их погубили не Железные Воины и Тёмные Механикум. Но наш мир-кузница оказался под порчеными звёздами, насытившись искажения шторма. Как и техножречество Велханос Магна, они потеряны. Плоть. Железо. Сама поверхность планеты была извращена и заражена губительными силами варп-шторма. Мы не можем спасти тела и души наших соотечественников, ибо они уже стали частью безумия, порождаемого нереальностью, в которую они погружены.
  - Какие ваши доказательства? - спросил Аттика Диодемус.
  - Я могу блокировать планету - ответил Торкуора, - но не могу предотвратить обмен сообщениями между Велханос Магна и нашим потерянным миром. Фратер Астропатика перехватил эти нечистые образы, отправленные с планеты под нами. Это стоило ему двух астропатов, сошедших с ума при восприятии и расшифровке этих связей. Однако, он считает, что истинное значение перехваченных сообщений - предложение союза двух падших миров-кузниц, и совместное использование ими темных секретов и знаний. Железные Воины хотят подмять под себя как можно больше кузниц. Что более важно, Фратер Астропатика считает, что он смог перехватить ответ с Сатцики Секундус. Они подтвердили своё согласие.
  - Не верю, - произнёс Аттика Диодемус, глядя на Мастера Пьезона.
  - Генерал-фабрикатор никогда не поддался бы порче, - сказал Пьезон. - Он не станет неверным, и не поведёт свой народ к проклятию!
  - Возможно, вы правы, - сказал архимагос. - Пожалуй, Ворикар Трега больше не правит Сатцикой Секундус во имя пользы Омниссии. В конце концов, то, во что вы верите, неважно.
  - Вы не можете стать между конструктом и Движущей Силой, - предупредил Торкуору Кандеска Пьезон.
  - Не могу, - согласился архимагос. - Но мы можем встать между Железными Воинами и Сатцикой Секундус. Помогите мне уничтожить нашего общего врага. Мир-кузница может быть потерян, но, если Идрисс Крендл и его Облитераторы доберутся до него, наш народ будет вечно рабами Тьмы. Мы можем спасти их от этой участи.
  - Убивая наших сородичей по кузне? - спросил Пьезон.
  - Возможно, вы слишком долго сражались против Железных Воинов, - добавил Диодемус. - Похоже, вы приобрели вкус к бессмысленному кровопролитию.
  - Их не спасти, - сказал им Торкуора.
  - Тогда построим новое Устройство Геллера, - предложил Диодемус. - Оружие для того, чтобы очистить Сатцику Секундус от поразившей её варп-бури.
  - Да! - согласился Пьезон. - Примените оружие.
  - И повторить все муки нашего бесстрашного предприятия? - спросил Торкуора. - Я положу конец этому безумию, раз и навсегда. Есть причина, почему Устройство Геллера было утрачено Адептус Механикус. Это провал. Мы экспериментируем с силами, которые никогда не поймём, пробивая дыры в реальности по всей галактике. Варп нельзя контролировать или уничтожить. Качества его, как среды, определяются его же изменчивой непредсказуемостью. Я не стану снова высвобождать такие силы. Такие артефакты, как Устройство Геллера - предвестники рока.
  - Вы выступаете против святого Поиска Знаний, - обвиняюще произнёс Мастер Пьезон.
  - Я выступаю против безрассудных жрецов Адептус Механикус, - отмёл его обвинения Торкуора, - которые бродят по галактике, словно стервятники, подбирая кусочки давным-давно прошедших времён, полных опасностей, и принося их в клювах во времена настоящие. Никогда. Больше - никогда. Подобные артефакты должны раскрываться только для того, чтобы быть уничтоженными. Чтобы история заражённой чумой галактики более никогда не повторялась.
  - Мы не можем быть частью этого, - покачал головой Аттика Диодемус. - Вы просите нас потакать техноереси...
  - Вы просите нас предать Марс, - сказал Пьезон.
  - Ваш Генерал-фабрикатор мёртв, - ответил Торкуора, - и ваш фабрикатор-локум тоже мёртв. Все, что было холодной и чистой Сатцикой Секундус - осталось только здесь, в этом флоте. Высшим жрецом которого являюсь я. Я говорю от имени воплощённого Бога-Машины. Вы - от лица мёртвых и проклятых.
  - Вы сошли с ума... - Диодемус отшатнулся.
  - Нет. Я всего лишь решителен, - сказал Торкуора. - Ваш мир-кузница и генерал-фабрикатор предали Омниссию. Если вы утверждаете, что служите им до сих пор, вы принуждаете меня обвинить вас в ереси.
  Пьезон и Диодемус посмотрели друг на друга, считывая электростатические заряды присутствия. Пьезон кивнул, обращаясь к жрецу-фульгуриту, и, развернувшись, покинул покои вместе со своими электромантами. Фульгуриты последовали за ними. Только Аттика Диодемус, прежде чем выйти, остановился и тяжело оперся на древко своего посоха.
  - Существует много форм ереси, мой господин, - сказал он Омниду Торкуоре, и шагнул наружу. Гермодверь с грохотом закрылась за ним, запершись с тяжёлым клацаньем.
  Архимагос остался в одиночестве. Он ощущал уколы упрёков к самому себе. Обременять Люминенов истинами, которые им не принадлежали, было неблагоразумно. Глупо. Опасно. Впрочем, разумеется, там была и неправда, которую они силой вырвали у него.
  - Авторизация безопасности: 1/22/00/4. Принять, - тяжело уронил слова в пространство своих покоев Омнид Торкуора, вслед за последовательностью испущенного им бинарного кода.
  Секция палубы, на которой стоял архимагос, разблокировала свои печати, выбросив струи сжатого газа, и медленно опустилась в покои, располагавшиеся ниже, грохоча и поворачиваясь.
  Под личными апартаментами архимагоса находился скрытый лабораториум. По часовне двигались сервиторы, ремесленники и магосы этирикус, погружённые в работу. По прибытии их архимагоса, техножрецы на мгновение замерли, опознавая того, кто был их повелителем-Механикус и магосом, контролирующим их нелегальный проект. В центре часовни возвышалось Устройство Геллера. Эфирная бомба, построенная по спецификациям СШК. Она была вдвое больше устройства, произведённого на Сатцике Секундус. По приказу Торкуоры бомбу настроили так, что она выдавала десятикратную имматериальную полезную нагрузку.
  - Доклад статуса, - поставил задачу жрецам Торкуора.
  - Сборка Устройства Геллера практически завершена, мой господин, - ответил своему повелителю магос этирикус. - Оно ждёт ввода определённой вами цели
  - Отлично, магос, - ответил Омнид Торкуора. - У меня как раз есть одна на уме.
   
  0100
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ I
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +СВЯТОСТЬ МАШИНЫ+
  
  
  Всё началось с филактической подписи.
  Омнид Торкуора находился на пути к диагностикоруму. Он был предупреждён о новой атаке на оперативную базу скитариев в Пепельных Пустошах Цитонии, подбитой в горах Таргарии титанической богомашине, расстрелянной боевыми катерами колонне дюнных краулеров на грузовой трассе Нуминска, и еще одном решительном наступлении на шахты глубокого залегания в Каньоне Ортокус.
  Архимагос проклинал себя. Он должен был сделать свою работу лучше, скрывая значимость этого места. Возможно - укрепляя другие цели, кажущиеся незначительными. Теперь Идрисс Крендл разнюхал стратегию Торкуоры и место, которое тот отчаянно хотел удержать. Именно сопротивление на этом участке и убедило Военного Кузнеца Железных Воинов, чьи тактические инстинкты он демонстрировал на всей поверхности планеты, в необходимости отобрать шахты у архимагоса.
  Когда Торкуора шёл вниз по коридору, широкий каркас его бронированного костюма заставлял прижиматься к противоположной стене палубных сервиторов, солдат-скитариев и техножрецов. Его суперкогитаторы и рунные банки данных обрабатывали льющийся на архимагоса поток информации. Передвижения войск. Аудит повреждений и выхода из строя. Каналы данных. Интерфейс манифольда Титанов. Данные наблюдения инфорабов, дронов-прорицателей и сервочерепов, дрейфующих сквозь мириад боевых зон мира-кузницы Предателей.
  Всё это архимагос пропускал через суперкогитаторы, встроенные в кафедру его бронированного торса. Доверившись тонким дополнительным мультиконечностям, лихорадочно работавшим с рунными экранами и глиф-ключами, Торкуора позволил себе отвлечься на филактическую подпись. Это было просто невозможно. Идентификатор принадлежал Ансис-86 Ольтеге.
  Омнид Торкуора был со скитарием, когда тот умер. Он лично санкционировал смерть киберсолдата, чтобы обеспечить тактическое преимущество и сорвать успешное продвижение противника. Идентификация Ольтеги отмечалась сначала на оперативной базе скитариев в Цитонии, как часть Адвенсис VI Регнаультикона, когорты рейнджеров, к которой солдат никогда не принадлежал. Торкуора попытался установить филактическое соединение с Ольтегой через диагностикорум, но был уведомлён о том, что подобного канала не существует.
  Оттуда Ольтега улетел в десантном отделении лихтера, приписанного к кораблю-кузнице 'Стеропис', вместе с полным трюмом скитариев, нуждающихся в ремонте и кибернетической хирургии. Он не был включён в список тех, кто нуждается в обслуживании. Отдавая приказ о расследовании автоматону безопасности на борту кузнечного корабля, Торкуора засёк короткое указание в канале автоматона о столкновении, после чего машина немедленно отключилась.
  Убеждённый произошедшим в том, что наблюдает за проникновением разведчика, архимагос собрал на полётной палубе 'Мистраля' полу-кладу Сикарийских ржаволовчих. Они ждали грузовой тягач, который Ольтега угнал из ангара корабля-кузницы. Обыск тягача показал наличие сервитора-пилота, приписанного к судну, и распахнутый люк воздушного шлюза. Разведчик покинул корабль раньше, перепрыгнув на корпус ковчега-крейсера, и проник внутрь через технологический лаз.
  Остановившись со звуками гидравлики, напоминавших вздохи, Торкуора сканировал потоки данных и каналы вокс-связи в поисках необычной активности. Лазутчик проник на борт 'Мистраля', не поднимая тревоги. Казалось, он знаком с системами, идентификацией и организацией контингента скитариев флота Также он продемонстрировал некоторые знания об устройстве 'Мистраля'.
  Торкуора, всегда жадный до сбора данных, протестировал непредвиденные обстоятельства, и начал учиться у своего врага, предоставив разведчику полную свободу в демонстрации его стратегий. Это лишь поможет архимагосу в выявлении слабых мест и устранении недостатков системы безопасности флота. Лазутчик проник гораздо глубже, чем ожидал Торкуора. Теперь он находился на борту ковчег-крейсера, и архимагос очень неохотно позволял разведчику продвигаться дальше. Идентификационные подписи Ольтеги исчезли. Но не только они - несколько скитариев-часовых и канал телеметрии палубного суб-альфы также пропали, один возле ангаров обслуживания, и двое на верхних палубах казарм.
  Омнид Торкуора развернулся, и направился назад, к своим личным покоям. Его гидравлические ноги гулко ударяли в палубу. Ощущая путь разведчика по кораблю, и изучив логи секций судна, рунные банки и вокс-каналы скитариев, Торкуора совершил открытие, едва не перегрузившие логические цепочки его когитаторов. Когда идентификационная сигнатура Ансис-86 Ольтеги исчезла, её сменила авторизация незарегистрированного скитария Альфа. На посту охраны, при проходе через гермодвери повышенной безопасности и в потоках сканирующих лучей инфорабов-сервочерепов, лазутчик применял авторизации и разрешения, хорошо известные Торкуоре.
  Биометрическое профилирование в барбикане, ведущем к палубе рефекториума сразу за покоями Торкуоры подтвердило личность инфильтратора. Его плоть не могла лгать.
  <- Суб-альфа Эсттех, - Торкуора связался с дежурным офицером, отвечающим за безопасность корабля, - приведите верхние палубы в состояние повышенной боевой готовности. После этого прибудьте в мои покои со взводом часовых. Тяжеловооруженных, если не сложно>.
  <- Незамедлительно, архимагос!> - ответил скитарий.
  Когда Торкуора добрался до своих покоев, Эсттех и его скитарии были уже там. Суб-альфа проверял признаки жизни и возврат данных у двух скитариев-часовых, размещённых на посту у входа в апартаменты архимагоса. Они были мертвы. Торкуора был удивлён гораздо меньше отряда часовых, который немедленно взял под прицел дуговых винтовок распахнутую гермодверь. Торкуора почувствовал смерть солдат, и даже смог различить мелькнувшую фигуру их убийцы в пикт-канале их последних моментов. Наличие у разведчика кодов доступа на палубу рефекториума и персональным покоям архимагоса говорило только об одном. Больше не было сомнений в идентификации лазутчика.
  <- Омниспектральное зрение>, - приказал суб-альфа Эсттех.
  <- Сканируем, - откликнулись скитарии-часовые. И подтвердили: - Один сигнал...>
  <- Суб-альфа Эсттех, - сказал Торкуора, - у нас вражеский лазутчик на борту. Диверсант. Возможно, ассасин. Я хочу, чтобы вы взяли его живым. Вы поняли меня?>
  <- Да, архимагос, - сказал Эсттех, приступая к выполнению команды. - Рекалибровать оружие. 7-Модифекс Беток, Гармоник-4 Фектра: оставайтесь с Лордом Торкуорой>.
  Медленно войдя в покои Торкуоры, скитарии-часовые подняли дуговые винтовки к плечам. Их оптика сфокусировалась вдоль оси ствола, и они продолжили двигаться, обыскивая помещения, выцеливая углы, альковы, боковые комнаты.
  Нарушитель не заставил себя ждать.
  Одна половина головы скитария-часового взорвалась, разлетевшись всплеском мозговых тканей и краниальной аугметики. Еще до того, как воин успел упасть на палубу, двое оставшихся были повержены. Один киберсолдат зажимал разорванное горло и разбитый ребризер, другой получил выстрел в свою маску.
  Комнаты наполнились сполохами света и штормом, когда суб-альфа Эсттех и его часовые открыли огонь из своего оружия, испустив потоки молний. Поток энергии прошёл сквозь рунные банки, и бушевал тонкими разрядами между полированными стальными стенами. Вычурная мебель взорвалась, разлетевшись осколками, а гололитический подиум и оверлей-экраны покрылись статическими помехами.
  <- Навестись на цель, и...> - суб-альфа Эсттех начал говорить, не успел закончить. Лазутчик вышел из-за шипящей колонны со сверкающими вспышками выстрелов пистолетами. Заряды один за другим летели в грудь Эсттеха, и его боевые доспехи почти не защищали от них. Едва офицер-скитарий упал на пол покоев, Гамоник-4 Фектра открыл канал связи.
  <- Часовые резерва, немедленно прибыть на палубу рефекториума>, - передал скитарий.
  <- Архимагос. Следуйте за нами, пожалуйста>, - сказал 7-Модифекс Беток Торкуоре, отступая вместе с Гармоник-4 Фектра обратно в проход. Торкуора остался стоять, наблюдая, как скитарии спотыкаются перед открытой дверью покоев. Как только они упали на полированный металл пола, тихий свист пистолетного огня прикончил их.
  <- Архимагос, - сказал Гармоник-4 Фектра. - Не время для обсуждений. Мы должны доставить вас в безопасное место>.
  <- Нет>, - сказал Торкуора, когда дуговой поток яростно опалил комнату, найдя выход через открытую дверь. Огонь испепелил тела часовых-скитариев. Положив перчатки на оружейные гнезда Торкуоры, 7-Модифекс Беток и Гармоник-4 Фектра потянули чудовищное тело техножреца в нужном направлении.
  <- Архимагос, прошу вас, - сказал 7-Модифекс Беток. - Таковы протоколы>.
  Однако, всё было бесполезно. Может, Омнид Торкуора и был высохшими, прошитыми кабелями останками старика, но его бронекостюм по ширине мог сравниться с Дредноутом Адептус Астартес, и весил, как бронетранспортёр. Сдвинуть архимагоса с места не удалось.
  Когда последний часовой-скитарий пал от точного выстрела пистолета, лазутчик вышел туда, где Торкуора мог его видеть. Он был облачен в разбитые доспехи и лохмотья скитария-рейнджера. Снятая с мертвеца, посечённая болтами униформа и деформированное порчей шасси носили идентификаторы Ансиса-86 Ольтеги, погибшего в бою на поверхности планеты. Кибернетика убийцы была извращением формы рейнджера, наполовину скрытая под испачканным в золе и разорванным болтами плащом.
  В паре черных металлических когтей лазутчик сжимал оружие, напоминавшее радиевый пистолет, от которого исходило яростное сияние. Рад-курильницы Торкуоры сказали ему, что этот пистолет не излучает радиации, но содержит в себе нечто гораздо более худшее. Когда лазутчик шёл, опустив ствол оружия, куски мозгов и остатки бионики погибших часовых разлетались от него в стороны по полированному полу.
  Беток и Гармоник выступили, чтобы защитить архимагоса, обратив потоки электрической ярости на диверсанта. Кошмарная фигура превратилась в шар сверкающего сияния, когда потоки выстрелов из дуговых ружей столкнулись с энергетической интерференцией генератора силового поля Тёмных Механикум. Когда поток выстрелов иссяк, и исчезли последние вспышки рассеянной сферическим полем энергии, убийца двинулся вперёд, поднимая свои пистолеты. Настроив прицельные устройства и захватив цели, тёмная фигура коснулась спусковых триггеров, посылая выстрел за выстрелом в кибернетических солдат. Их боевые доспехи не смогли остановить проклятые пули.
  Их жизненные показатели и отчёты погасли на оверлеях Торкуоры, пока прицельные визиры архимагоса плясали вокруг анализируемых уязвимостей искажённой фигуры диверсанта. Отряд часовых был мёртв. Авгуры техножреца обнаружили в помещении только одну биометрическую подпись. Под лохмотьями маскировки и собранной из запчастей кибернетики лазутчика находилась плоть, которую безошибочно опознали рунные банки памяти Торкуоры.
  - Единица Стройка... - произнёс Торкуора. Модуляции его голоса отдались эхом вдоль перехода.
  Диверсант промолчал. Под мрачный аккомпанемент нереального мерцания защитного поля над ним, кибернетическое извращение, которое было Хальдроном-44 Стройка, альфа-примусом легионов скитариев Торкуоры, сбросило свой плащ. Украденные доспехи мёртвого Ольтеги, взятые из разрушенных окопов у глубинных шахт Каньона Ортокус, соскользнули с его боевого шасси, словно вторая кожа. Вместе с ними исчезли идентификаторы бионики Ольтеги, а биометрия вернулась к своей изначальной плоти и кодам альфа-примуса. Стройка проделал все это в присутствии вражеского командира.
  Выбросив разряженные обоймы из пистолетов, с характерным стуком упавшие на пол, извращённая вещь, которая когда-то была Хальдроном-44 Стройкой, перезарядила своё проклятое варпом оружие и отбросила прочь свой расколотый шлем. Без него, создававшего вид ужасающе израненного солдата-скитария, нуждающегося в обслуживании и киберхирургии, голова Стройки походила на исковерканное месиво. Мертвенная бледность его кожи оттенялась множеством инкрустированных варпом кабелей и трубок, накачивающих в его плоть чёрную субстанцию внутривенной порчи, напоминающую патоку.
  Переработанные механизмы Ольтеги были изменены техноеретиками Тёмных Механикум, превратившись в отвратительное совершенство покрытой шипами, зазубринами и придатками-лезвиями кибернетики, с шипованным каркасом извращённого боевого шасси, растягивающим покрытую сыпью кожу Стройки до полной прозрачности. Горб варп-реактора торчал из развороченной спины бывшего скитария, питая энергией его бионику и генератор поля, прикрывавший его еретическое тело сферой имматериальной энергии.
  Его искажённая плоть несла на себе отметки ужасных пыток и беспощадных экспериментов, а бесстрастная маска лица сидела на краниальных аугментациях, искрящихся и шипевших замыканиями. Это заставляло Стройку дёргаться и искажать черты. Его глаза прикрывало чёрное стекло очков, придавая диверсанту нечеловеческий вид хищного насекомого.
  Торкуора филактически потянулся к бывшему альфа-примусу, пытаясь установить соединение с гнусным конструктом, но не обнаружил ничего. Какой-то мясник из Тёмных Механикум, руководивший трансформацией Стройки, вырвал эти способности из его мозга.
  На мгновение архимагос почувствовал укол сожаления, столкнувшись с тем ужасом, которым стал Хальдон-44 Стройка, и который Идрисс Крендл вместе со своими техноеретиками пропустили через скитария. Военный Кузнец превратил Стройку в губительное оружие. Ассасин, ведомый проклятыми механизмами, порченной плотью и горечью заново рождённой ненависти. Торкуора почти физически ощущал изъеденную враждебность воина, которого он оставил страдать в руках Крендла и его инфернальных жрецов.
  Ответственность. Она долго была излишним понятием, похороненным глубоко внутри архимагоса, вместе с человечностью, и слишком долго мысли Торкуоры не касались её. Он не был построен для обработки таких чувств. Его протоколы и императивы нуллифицировали эмоции, как белые клетки крови уничтожают источник инфекции. Завладевали ими. Изменяли их и использовали.
  Омнид Торкуора почувствовал себя ответственным за Стройку. За тысячи скитариев-солдат, котором он позволил умереть на Велханос Магна во имя сопоставления данных. За миллиарды обитателей мира-кузницы Сатцика Секундус, ставших теперь рабами тьмы из-за его лихорадочной жажды исследования, открытия и использования опасных технологий прошлого. Все во имя Великого Созидателя.
  Ответственность нашла выход в решимости.
  Бог-Машина нуждался в служении ему по-новому. Адептус Механикус сбились с пути служения. Как неуправляемый бронепоезд, блиндированный и безразличный, летящий вперёд на всех парах, но без чьих-либо рук на рычагах управления, Адептус Механикус скоро потерпят крушение. Они слетят с рельс своей святой цели - если уже не сделали это - и эффектно разобьются, канув в небытие в каком-либо апокалиптическом происшествии своего же собственного производства. Уничтоженные жадностью и алчностью.
  Омнид Торкуора мог бы остановить неудержимый рост амбиций Механикус. Марсианская империя была бы спасена от самой себя. Больше всего это походило бы на сопротивляющуюся износу машину, нежели на взрыв и разлетающиеся осколки в результате разрушительных притязаний и открытий.
  - Клянусь всем холодным и чистым, - объявил Торкуора, - всей святостью Машины, всей логикой, истиной и Омниссией - я заставлю порчу этого конструкта освободить его душу, заточённую сейчас в границах еретической аугментации.
  Лицо Стройки передёрнулось, и его черепная бионика засверкала разрядами неестественной яркости. Он поднял пистолет, направив его на своего бывшего хозяина.
  - Великий Созидатель, - сказал техножрец, - чья Движущая Сила одарила единожды слугу твоего искрой жизни и служением машине. Чьи благословенные алгоритмы направляют, чьи масла освящены и чьи аугментации сделали из этого некогда истинного конструкта много большее, чем он мог стать...
  Насадка глушителя на стволе пистолета Стройки дрогнула и затряслась после благословления Бога-Машины. Это не помешало когтистой лапе диверсанта нажать на спусковой триггер, в горькой тихой ярости и боли.
  Торкуора почувствовал, как обжигающие выстрелы проходят сквозь его внутреннее оборудование. Омытые нематериальной силой варпа, пули одновременно существовали, и не существовали, находясь и в настоящем времени своими металлическими оболочками и энергией движения, и в нереальности запредельного. Системы Торкуоры предупредили его о факте прохождения пистолетных пуль сквозь его поле отражения, клинкерную броню костюма и гидравлику, кабельные системы и механизмы внутренностей. Его оптические оверлеи вспыхнули диаграммами, отчётами о повреждениях, показаниями мощности и диагностики. Игнорируя гололитические миазмы, архимагос сделал грохочущий шаг навстречу Стройке и его поднятому пистолету.
  -...Прими славные механизмы раба Твоего, и подключи его еще раз к дивному интерфейсу божественного соединения.
  Стройка выстрелил снова. Дрожащий глушитель подпрыгнул дважды, трижды, когда оружие выплюнуло пули в приближающегося техножреца. Две в амвон, и одну в бронированный капюшон Торкуоры. Оверлеи деформировались и зашипели, когда суперкогитаторы и рунные банки амвона сообщили о боевых повреждениях их собственных систем. Один из выстрелов пробил капюшон одеяний Торкуоры, совсем рядом с его лицом несвежего трупа, уйдя в бронепластину костюма прямо над его головой, лишённой волос и покрытой старческими пятнами. Другой облучённый варпом заряд прорвался через механизмы, и поразил плоть утыканного кабелями и портами торса архимагоса. Включились подсистему аутомедикации, и алхимические эликсиры регенерации затопили разъёмы тела, принявшись затягивать рваную рану в боку техножреца. Это было чувство жгучей безотлагательности. Так много лет подряд Омнид Торкуора боролся с врагами Омниссии при помощи чудес Его технологий, филактически манипулируя своими слугами-воинами. И прошло очень много лет с того момента, как Торкуора действительно сражался с врагом лицом к лицу.
  - Я прошу Тебя, Бог Машины, - продолжил Омнид Торкуора. Каждый его тяжкий шаг делался с праведной решимостью жреца, призывающего своё божество, - Омниссия Воплощённый. Тот, кто слышит всё, видит всё и знает всё. Воззови к нему - к закалённому инструменту, этому оружию Твоего священного арсенала. Очисти его от нечестивых призывов. Выправь то, что было искривлено. Вымой загрязнение ложной веры и плоти и железа. Пронеси сквозь его механизмы протоколы благословенных операций и доктринальных императивов машинного послушания. Яви в нем холодную силу железной истины и искру обслуживания, когда-то пылавшие в его своенравной плоти.
  Торкуора смотрел на то, как Хальдрон-44 Стройка борется с его благословениями и освящениями. Бледная плоть Стройки дымилась от слов призыва к Богу-Машине, когда черные сгустки порчи, прокачивавшейся ранее сквозь тело, текли по его подбородку. Он согнулся пополам, и его вырвало мощным потоком бурлящей и кипящей порчи прямо на полированный пол покоев.
  Когда Торкуора приблизился, пистолеты охваченного страданием конструкта снова поднялись, дребезжа в металлических когтях. Повинуясь замыканиям своих черепных аугментаций и энергиям, с треском разряжающимся в его голове, Стройка пытался сражаться со всеми забытыми протоколами, подпрограммами и холодной тиранией императивов. Он пытался противостоять непреклонным приказам, снизошедшим напрямую от Самого Омниссии. С самим Словом Божьим.
  С каждым новым дождём искр и черепных замыканий, выражение лица Стройки менялось, переходя от пустой ненависти к душевной агонии. Пистолеты то поднимались, то опускались. Вот они упали вниз, когда Стройка боролся, и снова взлетели вверх, уставившись на техножреца, с желанием убийства, идущим из самых глубин его порченной души.
  - Достаточно... - Стройка сплюнул остатки порчи, пятнавшие его губы. Его когти были стиснуты вокруг внезапно замерших пистолетов.
  - Да, - сказал ему Торкуора. - Достаточно, единица Стройка.
  Когда Стройка дёрнул когтями, пытаясь нажать на триггеры и пронзить Торкуору заряженными варпом пулями, архимагос ввёл в действие протоколы Эгиды. Бронированный костюм техножреца внезапно ожил. Магна-гидравлика и толстые поршни выстрелили, раскрыв гнезда, скрывавшие тяжёлое вооружение. Две чудовищные гидравлические дуговые клешни раскрылись на концах тяжёлых кибернетических рук, словно бутоны металлических цветов. Грубые стволы торсионных пушек скользнули по направляющим, замерев ниже одной клешни. На другой руке короткий и толстый массив вооружения встал в позицию, выставив вращающиеся стволы гатлинг-пушки между расставленными когтями трещащей разрядами дуговой клешни.
  Пистолеты Стройки задёргались, выплюнув проклятые пули в техножреца. Торкуора открыл ответный огонь из автопушек своего комплекса вооружения 'Икар', посылая в Стройку настоящую метель из пуль. Их оболочки вспыхивали неестественными цветами варпа, когда защитное поле убийцы-ассасина делал все возможное, чтобы поглотить стремительный поток автоматического огня. Имматериальные заряды пистолетов Стройки, словно удары молота, обрушились на механизмы бронекостюма Торкуоры. Они пробили его высохшее плечо и живот. Переключив оружейный комплекс 'Икар' с помощью гидравлики своего дополнительного вооружения, Торкуора стал выпускать в Стройку ракету за ракетой. Питаемый варпом силовой щит, казалось, справился с ослепляющими взрывами, но Стройка сдвигался назад с каждым колоссальным ударом.
  Шагая с громким топотом, Торкуора поддерживал сокрушительный заградительный огонь, перезаряжая ракетную установку с каждым клацающим оборотом многоствольного механизма. Стройку швыряло взрывами ракет взад и вперёд, и странные энергии генератора Тёмных Механикум не выдерживали натиска, коллапсируя. Когда дым и гарь от взрывов рассеялись, Торкуора обнаружил Стройку наполовину согнувшимся и выкашливавшим порчу. Его энергетическое защитное поле мерцало, и выключалось, чтобы включиться со слабым шипением, а его плоть была выжжена огнём ракет. Один из пистолетов вырвало из разбитой взрывом клешни, и Стройка пытался перезарядить оставшийся.
  - Смирись, как истинный конструкт Благословенного Омниссии! - сказал Торкуора, наводя головки ракет и нацеливая строенный ствол своей торсионной пушки на Стройку. - Подчинись Движущей Силе!
  Стройка завывал на палубе от охватившей его душевной боли, пока его плоть обугливалась до темноты над проклятым металлом боевого шасси. С трудом вбив новую обойму облучённых варпом пуль в пистолет, Стройка снова начал стрелять. Зарядив торсионную пушку, техножрец выстрелил силовым потоком частиц из раздутых стволов орудия. Когда гравитационное поле ударило Стройку, стволы торсионной пушки начали поворачиваться и вращаться вокруг друг друга. Отбросив его с силой, достаточной для размозжения каркаса, закрытые силовые поля каждого ствола безжалостно рвали и скручивали Стройку, оторвав руку в суставе, перемешав и скомкав металл его боевого шасси с измождённой плотью, и разбив самодвижущуюся гидравлику ног.
  Ударившись о дальнюю стену, Стройка упал, словно безобразное месиво рваной плоти, скрученных конечностей и сочащейся из них порчи. Вслед за ним Торкуора услышал синхронный звук шагов скитариев-часовых, прибывших на палубу рефекториума.
  <- Отбой>, - приказал техножрец, останавливая солдат. Торкуора стоял над сломанным воином, пока тот кашлял, хрипел и ревел, выплёскивая наружу ярость своего разрушенного тела. Втягивая тяжёлое вооружение в предназначенные для него гнезда и складывая свои гидравлические клешни и придатки, Торкуора посмотрел вниз на Стройку. Он причинил альфа-примусу невыразимую агонию, высочайшее страдание, и собирался сделать намного большее, чтобы исправить конструкт, с которым архимагос когда-то поступил несправедливо.
  Стройка отрыгнул и выплюнул сгусток мерзость порчи на бронированную обувь Торкуоры, разразившись маниакальным смехом продирающейся между уцелевшими механизмами тела искажённой души, ищущей путь наружу. Он потянулся уцелевшей рукой к гранатам, приколотым прямо к изорванной плоти плеча, как раз над разбитым каркасом боевого шасси. Зажав своей металлической клешней гранату, Стройка сорвал её, выдрав штифт-детонатор из кожи. Его смех сменился хихиканьем тёмного удовлетворения - убийца намеревался взвести и подорвать снаряжённую варпом гранату, и тем самым предать себя и архимагоса забвению.
  - Нет, единица Стройка, - сказал ему Торкуора, подняв измаранный грязью ботинок, и опустив его, зажав когти, гранату и штифт детонатора между тяжёлой металлической подошвой и полом, - я намерен снова сделать тебя целым, - Торкуора объявил в пространство покоев: - Авторизация безопасности: 1/22/00/4. Принять.
  Секция пола под ними начала дрожать. Пол опустился на своей встроенной гидравлике вниз, в лабораториум. Ремесленники и магосы, усердно трудившиеся над последними приготовлениями бомбы Геллера к запуску, подняли головы, чтобы посмотреть на своего хозяина. Доносящиеся сверху взрывы и выстрелы давно уже привлекли их внимание.
  - Магос этирикус.
  - Да, мой господин, - сказал техножрец, разглядывая изломанный конструкт у ног Торкуоры.
  - Устройство Геллера готово к транспортировке и развёртыванию? - спросил Торкуора.
  - Да, архимагос, - ответил техножрец. - С благословения Омниссии.
  Взбешённый своими пойманными в ловушку когтями и оставшейся невзведённой гранатой, зажатой меж ними, Стройка перевёл свой пылающий взор на недавно собранную бомбу Геллера. На мгновение замерев, словно парализованный, порченный конструкт завизжал и затрясся, словно сойдя с ума.
  - Одно последнее испытание, - приказал Торкуора. - Запуск фазирования полей, как первый этап нарастания перед к детонации.
  - Но, архимагос, - сказал техножрец, - устройство уже проходило этот тест.
  - Доставьте мне удовольствие, - приказал Торкуора.
  Пока сервиторы готовили помещение, ремесленники и магосы отступили от устройства, перешагивая змеящиеся по полу лабораториума кабели. Заняв места за консолями и экранами, техножрецы спешно готовили запуск последовательности детонации устройства Геллера.
  - Мой господин, может быть, вы предпочли бы не наблюдать испытания с...- попросил магос этирикус, но Торкуора оборвал его.
  - Приступайте.
  Стройка содрогался в приступах агонии своего разрушенного тела, Торкуора удерживал совращённого конструкта и его варп-гранату, а причудливая конструкция в центре лабораториума пробудилась к жизни с тяжёлым низким звуком. Окружённое транспортировочными подмостками, устройство издало зловещий гул, тревожащий внутренности и раздражающий слух. Магос этирикус объяснял каждый из предпринимаемых в испытании шагов, но Торкуора не слушал его. Он просто смотрел на внушающее ужас пробуждение бомбы Геллера, и слушал пение полевых конденсаторов, заряжающих оружие.
  - Инициация фазового поля, - объявил магос этирикус. Торкуора отфильтровал свои оверлеи, когда Устройство Геллера внезапно ярко запылало. Ослепительный свет мерцал с такой силой, что прогнал прочь все тени и окрасил стены, оборудование и персонал лабораториума белизной.
  У ступней архимагоса Стройка впал в истекающее порчей молчание. Он с ужасом смотрел на устройство Геллера, словно заглядывая в пасть смерти.
  - Поле достигло целостности, - объявил техножрец, перекрикивая шум устройства. - Периметр расширяется.
  Когда пылающий огонёк стал пузырём жгучей реальности, с шипением расширяясь в стороны от бомбы Геллера, Торкуора почувствовал, что Стройка пытается вырвать свою клешню из-под ступни архимагоса. Когда тот прижал свой бронированный ботинок к полу, Стройка начал реветь, выказывая ужас и отвращение к полю Геллера. Его душа будет гореть, и порченый конструкт знал это.
  Торкуора позволил пузырю реальности обволочь себя, вызвав всплеск статики и шипение брони. Он услышал крик Стройки. Плоть бывшего скитария обуглилась, обнажённый металл его развороченной кибернетики пылал бесплотным огнём. Порча хлынула из его носа, ран, и разъёмов плоти, испаряясь, едва встретившись с полем Геллера. Когда испытание фазового поля позволила бомбе достичь полной мощности, Стройка снова заорал. На сей раз это был не крик сумасшедшей марионетки, одной из игрушек губительных монстров, но вопль человека. Это была честная и настоящая агония.
  Торкуора удерживал его, погрузив в напряжённую реальность поля Геллера, и архимагос наблюдал, как Стройка проходит обратную трансформацию. Проклятый металл его аугментаций плавился и тёк, образуя лужи, кипящие и испаряющиеся. Порченые механизмы шипели, рассыпаясь искрами и взрываясь, словно предохранители, тёмные очки расплавились и потекли вниз по щекам ручьями липкого горячего стекла. Вместе со скверной порчи исчезли грязные линии и трубки, пятнавшие его выбеленную плоть. От Стройки остались лишь искромсанный хирургией торс и голова.
  Он потерял сознание. Черты лица расслабились, отражая снизошедший на скитария мир, которого он не знал очень давно.
  Торкуора кивнул магосу этирикус. Тот приказал своим техножрецам отключить фазовое поле Бомбы Геллера. Как только устройство выключилось, и шипящий пузырь реальности исчез, Торкуора приподнял свой ботинок. Варп-граната, как и тёмные кривые когти, сжимавшие её, расплавились и испарились.
  - Устройство готово, - сказал Торкуора, обращаясь к магос этирикус. Он посмотрел вниз, на бессознательного Стройку. - Но мы не единственные, кто знает о его существовании. Императив: нам следует развернуть устройство Геллера немедленно. Подготовьте бомбу для транспортировки. Сейчас.
  - Как пожелаете, архимагос.
  - И сообщите магосу кибернетика, чтобы он собрал своих жрецов и благословил свой лабораториум, - сказал Омнид Торкуора, взирая на останки Хальдрона-44 Стройки. - У меня есть субъект для его хирургического стола.
   
  0101
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ II
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ВАРП-ПЕРЕХОД +
  
  
  Омнид Торкуора еще раз обозрел через оптику сражающихся кибернетических солдат опустошения, произведённые войной. Рад-фракты Драсток 4-14 были сняты с жестокой осады храма-кузницы Фаратои для защиты разрушенных траншей Каньона Ортокус. Присоседившись к уцелевшим скитариям, продолжавшим удерживать окопы, и истребительной кладе Сикарийских ржаволовчих, они сделали защиту и обеспечение дальнейшей безопасности данного объекта своей обязанностью и долгом их Альфа-примуса, обожжённого лицом Альгора-14 Галлиум.
  Выгрузив с ковчегов-фрейтеров, дислоцированных над траншеями, экскаваторы и бульдозеры, Галлиум и его скитарии авангарда принялись за работу, стремясь восстановить защитную сеть окопов вокруг сооружений шахт. Рад-фракты усиленно работали, чтобы укрепить позиции, рассчитывая на бомбарды, миномёты и орудия 'Сотрясатель', размещённые поблизости, а также на Титан класса 'Гончая Войны' 'Канис Корпоралис', отбрасывающий на них свою тень дозорного. Однако, это им не удалось.
  В 2700 часов ковчег-фрейтер 'Силикос' распознал перемещение трёх боевых махин Тёмных Механикум. Техноеретические боевые махины были колоссальны, как и величайшие создания Центурио Ординатус. Их возвышающееся, подобно башням, вооружение казалось непристойным из-за размеров и извращённого дизайна. Они крушили все на своём пути, превращая своими чудовищными гусеницами в пыль уничтоженные пожаром здания. Сопровождаемые бронированной техникой Тёмных Механикум, и нёсшие на своей броне маленькие армии бешеных технорабов, приближавшиеся военные махины собирались объединить усилия и взять Каньон Ортокус.
  Торкуора мог отдать примусу Галлиуму только один приказ: удерживать натиск Тёмных Механикум как можно дольше. Архимагосу нужно было всего несколько часов, пока Устройство Геллера грузили на борт транспортного судна, и собирали конвой для него. Но желанию Омнида Торкуоры не дано было сбыться.
  Через оптику Примуса Галлиума Торкуора наблюдал падение Каньона Ортокус. Гигантские боевые махины Тёмных Механикум открыли огонь по 'Канис Корпоралис' с дистанции, которую Торкуора был не в состоянии оценить.
  Пустотный щит 'Гончей Войны', пробитый от края до края толстыми лучами эфирной энергии, разрушился, и обжигающие потоки варпа прошлись по освящённой броне богомашины, вскрывая её. 'Канис Корпоралис' разрядил свои мегаболтеры в боевые махины, видневшиеся на горизонте, но даже величайшее оружие богомашины не смогло преодолеть эту дистанцию. Наступая на махину врага, титан попал под разрушительный совместный удар остальных двух махин, ужасающий по последствиям. Галлиум, разделив своё зрение с Торкуорой, наблюдал, как команда титана покидает свою богомашину, погибнув, когда могучее тело 'Гончей Войны' взорвалось.
  Подготавливая своих скитариев авангарда к нападению, приказывая им занять траншеи и привести в боевую готовность радиоактивное оружие, Галлиум смотрел, как начинается штурм силами отрядов поддержки махин. Бронемашины с невнятно верещащими грязный код технорабами, сидящими на бронированных панцирях гротескных боевых танков, в прицепах и цепляющиеся за прикрывавшие гусеницы щитки, обрушили электромагнитные потоки молний на скитариев в окопах.
  Торкуора следил за наступлением войск Тёмных Механикум, перемещаясь между рад-фрактами и слыша потрескивание их кадильниц, постоянно напоминающее о пути, которым их оружие медленно отравляло тела скитариев. Те солдаты, что потеряли свои шлемы в предыдущих боях, имели мрачное выражение на лицах, испятнанных радиационными ожогами.
  С заметным запозданием Галлиум доложил о боевых катерах, сопровождавших передвижение танков. Пользуясь глазами Примуса и парой магнокуляров, Торкуора определил принадлежность этих машин к Железным Воинам. Колпаки кабин ржавых катеров подсвечивались губительным светом, а двигатели извергали потоки чёрного дыма. Доселе космодесантники Хаоса не осмеливались на воздушный десант в Каньон Ортокус, в основном из-за артиллерии Ордо Редуктор, дислоцированной в руинах сооружений шахт. Что-то подбодрило Железных Воинов, обычно не искавших оправданий для наглого штурма вражеской крепости в любое время. Омнид Торкуора подумал, что он знает причину такой спешки. Узнав о том, что флот Культа Механикус собрал Устройство Геллера, Идрисс Крендл не мог оставить это на волю случая. Также Торкуора подозревал, что Крендл теперь полностью осознал стратегическое значение шахт глубокого заложения, и хотел заполучить их в руки Предателей.
  Вскоре потоки молний, выпускаемые боевыми танками Тёмных Механикус, вонзились в землю траншей, и электризовали отмели, где стояли скитарии авангарда. Пушки, бьющие с огневых позиций, сбрасывали технорабов с брони, а радиевые джеззайлы и трансурановые аркебузы пробивали дыры в танках, разрывая их чудовищные двигатели. В первые прекрасные минуты боя даже казалось, что рад-фракты Драсток 4-14 смогут удержать траншеи, пока огонь артиллерии дождём падал на бронетехнику Тёмных Механикум. Но потом боевые катера рванулись вперёд, и это ощущение пропало.
  Раздирая воздух громом своих двигателей, 'Громовые Ястребы', 'Грозовые птицы' и 'Огненные Рапторы' нанесли по траншеям жестокий удар. Пушки 'Мститель' и тяжёлые болтеры обрушили вниз, на рад-фрактов, потоки смерти, вынудив скитариев рассредоточить огонь радиевых карабинов между самоубийственным натиском визжащих технорабов и нарастающим громом боевых катеров. Покрытые шрамами многочисленных битв, 'Громовые Ястребы', обшитые укреплённой броней с рядами заклёпок, сокрушили силы Ордо Редуктор. Сброшенные ими бомбы разрывали артиллерийские орудия и подрывали боеприпасы миномётов. Одновременно с тем древние 'Грозовые Птицы', прерывисто ревя двигателями и щеголяя многочисленными заплатами на корпусах, пошли на посадку позади линии окопов. Они доставили на поверхность свой груз - Железных Воинов.
  Когда Облитераторы ударили скитариев Галлиума в спину, боевые танки навалились на них с фронта, вместе с воющим стадом технорабов. Оказавшись между потоками молний, терзающих лучей лазкарабинов и проклятого варпом вооружения мутировавших Железных Воинов, скитарии авангарда были разбиты. Их кибернетические тела лежали на отмелях, пробитые болтами во многих местах.
  Когда Альгор-14 Галлиум докладывал о своём провале Омниду Торкуоре, альфа-примус повернулся, и архимагос увидел чудовищную фигуру Железного Воина, башней истерзанной плоти возвышавшегося над офицером-скитарием. Подняв свой радиевый пистолет, Галлиум выстрелил несколько раз, отправив радиоактивные заряды в грудь извращения идеи Космодесанта. Железный Воин пробил тело альфа-примуса своей металлоплотью пальцев, имевших вид искривлённых когтей. Подняв скитария над землёй, космодесантник Хаоса, скривившись, долго смотрел в затухающую оптику Галлиума. Его собственные глаза светились ликованием ненависти и торжества.
  - Передайте своему жрецу, что этот мир - наш! - выплюнул он слова сквозь перекрученные губы. - И что его собственный мир будет следующим. Ты слышишь меня, жрец, не так ли? Крендл придёт за вами. Забирай своих оловянных солдатиков, и беги...
  С этими словами Железный Воин выставил наружу ствол пушки из металлоплоти, бывшей частью его чудовищной руки. Вышибив жизнь из Альгора-14 Галлиума одним выстрелом, космодесантник Хаоса зашвырнул тело альфа-примуса на другую сторону усыпанной трупами траншеи. Галлиум умер на середине полёта, позволив Торкуоре увидеть уродливую ухмылку Железного Воина и пережить ужас последних мгновений существования офицера-скитария.
  - Мой господин, - сказал один из жрецов диагностикорума, прерывая филактическое соединение архимагоса. - Вас вызывает техножрец-капитан Вольтрам.
  Переместив свой интерфейс в пост консуляра на мостике, Торкуора обратился к капитану Механикус.
  - Техножрец-капитан, у вас имеется для меня новая информация? - сказал он. Его слова исходили из губ единицы-консуляра.
  - Архимагос, - ответил Вольтрам, - наши авгуры дальнего действия засекли суда, входящие в систему.
  - Когда?
  - Варп-переход произошёл в течение часа, - сказал Вольтрам.
  - Количество?
  - Я думаю, около тридцати кораблей разного тоннажа и класса, - ответил техножрец-капитан.
  - Тридцать кораблей...
  - Да, мой господин.
  - Принадлежность? - спросил Торкуора.
  - Они слишком далеко для визуального распознавания, архимагос, но мои жрецы работают над этим. У меня при изучении данных авгура и боевого порядка судов сложилось впечатление, что они принадлежат к линейному флоту Адептус Механикус.
  - С Сатцики Секундус? - уточнил Торкуора.
  - Вполне вероятно, мой лорд.
  - Продолжайте информировать меня, техножрец-капитан, - передал архимагос. - Мне необходимы результаты определения принадлежности и визуального осмотра так скоро, как они у вас будут.
  - Да, мой лорд.
   
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА II ИЗ II
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ИСПОЛНЕНИЕ+
  
  
  Двери в диагностикорум разошлись в стороны. Торкуора повернулся. Это было необычно. Жрецы диагностикорума постоянно размещались в нём, и только архимагос мог входить и выходить. Когда сервиторы отключили его соединительные кабели, Торкуора изогнул торс своего бронированного костюма и развернулся. От дверей шествовал, следуя за своими Мастерами синод жрецов-членов братства Люминен.
  - Это... нарушает правила, - сказал Торкуора.
  Дающий и Берущий стояли бок-о-бок со своими электромантами, распределившимися за их спинами, чтобы создать впечатление от общего количества.
  - Данное дело не может ждать, - высокомерно сказал Кандеска Пьезон. Короткие слова срывались с его потрескивающих разрядами губ.
  - Что именно не может ждать? - потребовал ответа от электрожрецов Торкуора.
  - Мы совещались, - сказал Аттика Диодемус. Эти слова не стали сюрпризом для архимагоса, так как, казалось, все жрецы Люминена занимались исключительно совещаниями и советами. - Фульгуриты и Корпускарии пришли к согласию.
  - Это весьма необычно, Мастера, вы не находите? - спросил Торкуора.
  - Если история Марсианской Империи демонстрирует что-то, - сказал Диодемус, - то это момент, когда большие угрозы могут раскрыть миру истину, которая скорее объединит различные фракции, чем разъединит их.
  - Хорошо, Мастер Диодемус, Мастер Пьезон, - сказал Торкуора. - Мы уже столкнулись с великой угрозой на планете внизу.
  - Архимагос, - объявил через вокс техножрец-капитан Вольтрам
  - Да, капитан.
  - Мы идентифицировали самый большой корабль, мой господин, - доложил Вольтрам. - Это 'Энкоронада', Ковчег Механикус древнего происхождения, порт приписки...
  - Сатцика Секундус, - закончил фразу Торкуора.
  - При поддержке восьми или девяти кораблей класса крейсер, с прочим эскортом, десантными баржами, кораблями-кузницами и храмами-баржами Коллегии Титаника. Линейный флот, как я и предполагал. Визуальное сопоставление подтверждено.
  - Благодарю вас, техножрец-капитан, - ответил ему Торкуора. - Визуальное сопоставление, так быстро, как оно у вас появилось. Торкуора передачу завершил.
  - Итак, - произнёс Аттика Диодемус, - подкрепление с Сатцики Секундус.
  - Да, - согласился Торкуора. - Но подкрепление кому?
  - Вы верите, что генерал-фабрикатор может послать флот своих лучших кораблей, чтобы поддержать наших врагов? - спросил Диодемус.
  - Я в этом почти уверен, - сказал Торкуора. - Извините, Мастера, время поджимает. Я ожидаю боевого столкновения с этими кораблями в течение часа. Как вы сами только что сказали, мы предстали перед великой угрозой.
  - Угроза, про которую говорили мы, - отрывисто сказал ему Кандеска Пьезон, - это ты, архимагос.
  Торкуора посмотрел вверх. За все время разговора только сейчас он осознал, что электрожрецы были обряжены не в корабельные рясы. Вместо того они были обнажены до пояса, и их субдермальные электроцепи светились внутри мускулистой плоти.
  - Мастера Диодемус и Пьезон, - медленно произнёс Торкуора, - что вы действительно делаете здесь?
  - Мы не можем поддерживать ваши способы ведения этой войны, - сказал Диодемус. - Мы - контроль.
  - Мы - баланс, - сказал Пьезон.
  - Генерал-фабрикатор надеялся, что мы будем надзирать за фабрикатором-локум, - продолжил Диодемус. Когда он погиб, мы пришли, чтобы направлять тебя. Но ты неуправляем, ни нами, ни светом Движущей Силы. Ты клевещешь против святого догмата Поиска Знаний. Ты угрожаешь Сатцике Секундус и её людям. Ты противопоставляешь себя самому генерал-фабрикатору, трактуя те незначительные доказательства своей правоты, что имеешь, в пользу удовлетворения своих амбиций.
  - Амбиций? - удивился Торкуора.
  - Ты - эксплоратор, - обвинительным тоном произнёс Кандеска Пьезон.
  - Чужеземец.
  - Одиночка.
  - Радикал, идущий своим собственным путём, а не предназначенным ему, - сказал Диодемус. - Ты извратил божественное расслоение нашей иерархии, используя ресурсы Адептус Механикус для исполнения своей собственной воли.
  - Кое-кто может сказать, что ты стал изгоем, Омнид Торкуора, - добавил Пьезон. - Что твои сражения с ренегатами и ксеносами привили тебе вкус к подрывной деятельности.
  - И к завоеваниям, - дополнил Диодемус. - Не исключая и твоих собственных.
  - Вы имеете наглость поучать меня диверсиям и завоеваниям, - прогрохотал Торкуора. - Жрецы храмового суда. Хранители веры генерал-фабрикатора? Те, кто мошенничал, плёл полотнища лжи и шептался за его спиной, чтобы получить продвижение для себя или тех, кто был союзен вам. Вы назвали меня одиночкой. По крайней мере в этом вы правы. Поскольку я хотя бы предпочитаю холодную пустоту бездны, в которой мне составляют компанию только далёкие звезды, а не такие жрецы, как вы. Люди, которые даже убивают только коллегиально. Вы ведь именно поэтому сегодня здесь? Выбрав момент, когда война наполовину выиграна, а за нашими спинами висит вражеский флот, вы собираетесь судить меня?
  - Омнид Торкуора, - с толикой торжественности сказал Аттика Диодемус. - Архимагос-эксплоратор. Братство Люминен признает твои действия экстремальными, а твои цели - сомнительными. Мы приговариваем тебя к задержанию и помещению в темпоральный изолятор до тех пор, пока тебя не сможет судить собрание равных тебе по рангу. Ты подчиняешься?
  - Или ты вынудишь нас уничтожить тебя при попытке сопротивления? - произнёс Кандеска Пьезон, активировав наполнившиеся энергией из его спинального конденсатора электростатические браслеты на руках. Послышался треск разрядов электричества.
  Торкуора переводил взгляд с Пьезона на Диодемуса, позволив своей оптике переключаться с одного из священников синода к другому. Корпускарии с их шипящими узловатыми браслетами. Фульгуриты, склонившие свои высасывающие энергию посохи. И, в свою очередь, Торкуора ощутил, что сейчас все глаза и вся оптика жрецов диагностикорума обращены на него.
  - Я боюсь, мастера, - сказал Торкуора, - братья света, что легче всего судить конструкта в темноте. У вас нет глаз, чтобы увидеть его невиновность.
  Торкуора выстрелил поршнями гидравлики своих оружейных гнёзд, раскрыв клешни и позволяя тяжёлому вооружению своего костюма встать на места, предписанные боевым распорядком. Едва он так поступил, как Люминены атаковали. Лица жрецов свело от неприкрытой враждебности. Корпускарии зажгли тонкое пляшущее пламя электрических дуг и трещащей энергии, узлы их гало и электростатических перчаток налились ярким свечением. Электроманты, перемещая руки в священных жестах и топорща свои кабели, словно крылья, обрушили колонны грубой энергии на архимагоса.
  Торкуора был вынужден отступить назад под напором потоков электричества, врезавшихся в его бронированный костюм, перегрузивших системы и парализовавших гидравлику. Ворча от невыносимого напряжения и испуская дым из своего грудного амвона, техножрец запнулся о филактический интерфейс, разрушив пустовавшую консоль. Выбрасывая вперёд свою открытую боевую клешню, Торкуора разрядил свой оружейный комплекс автопушек в синод, пролив на жрецов поток пуль, сносящих напрочь головы и разрубавших обнажённые торсы электрожрецов.
  Внезапно жрец-фульгурит оказался перед архимагосом, развернув и раздвинув свой посох, увеличив его длину. Конец высасывающего посоха, снабжённый зубцами, присосался к навесному вооружению Торкуоры, и автопушка захлебнулась - отключилась энергия, вращавшая стволы и подававшая боеприпасы. Из пластин нагрудного амвона Торкуоры вылетели искры, когда в него вошёл наконечник посоха другого жреца-фульгурита.
  Торкуора рванулся, скрежеща гидравликой своих клешней, но Люминены были слишком быстры и хорошо скоординированы. Фульгуриты пригибались и ловко уклонялись от дуговой клешни. Потом они отбили её в сторону, и их посохи разбили заднюю часть коленного сустава бронекостюма. Вместе с каждой новой молнией, ударявшей в техножреца со стороны наступающих корпускариев, которая взрывала и плавила его эксплорационное оборудование через бронированные пластины, отбрасывая назад, словно удары молота, Торкуора осознавал, что было просто слишком много электрожрецов в синклите, чтобы справиться с ними в одиночку.
  Жрецы диагностикорума были безоружны, но они не выдержали, и, отрывая себя от кабельных соединений и дата-вводов, атаковали электрожрецов голыми руками и интерфейсной бионикой. Прыгая с рунных банков памяти и собираясь захватить Люминенов, они внезапно обнаружили, что противник значительно превосходит их по всем статьям. Вонь жареной плоти заполнила воздух, когда корпускарии вонзали потоки молний из своих электростатических перчаток в тела вмешавшихся жрецов. Казнённые электричеством, с расплавленной аугметикой жизнеобеспечения, жрецы отлетали обратно над своими консолями, встретившись с бурлящей энергией этих потоков силы. Фульгуриты тем временем развернулись и элегантно направили свои посохи против нападавших, выпивая конструктов при каждом касании. Вонзая наконечники и вырывая их из тел, электрожрецы забирали энергию из бионики, но много хуже было то, что их атаки похищали все электрические импульсы вообще, в том числе и те, что заставляют биться сердца и функционировать мозг. Люминены двигались со смертельным изяществом, отбрасывая в стороны жертв, словно танцевали кровопролитный танец света и движения.
  С обесточенной броней и потерей мощности больших реакторов Омнид Торкуора мог протянуть довольно долго, но чувствовал себя отвратительно. Его эксплорационный костюм был разработан, чтобы противостоять жестокости и физическому превосходству ксеносов в размерах, скорости и силе. Магна-гидравлика и клинкерная броня силового костюма позволяли Торкуоре не только противостоять нападениям стай ксеносов. Те существа, что обладали невероятной стремительностью или сверхчеловеческими рефлексами, все равно не могли избежать выстрелов из пушек или уклониться от разрыва детонирующей ракеты.
  Дары Люминенов обратили способности Торкуоры против него же. Созданный, чтобы уничтожать чужаков-монстров, он даже не мог предположить, что столкнётся в бою с головокружительной скоростью и изяществом воинов-жрецов, способных как перегрузить, так и лишить энергии его чудовищные системы.
  Торкуора пытался доказать своё превосходство, борясь с перегорающими от перегрузки кабельными сборками и едва шевелящейся от недостатка питания бионикой. Его оптика и оверлеи выдавали лаги и срывались в статику с каждым ударом высасывающих посохов Фульгуритов, а обожжённый молниями костюм вонял горящей проводкой и собственной подгоревшей плотью архимагоса.
  Оставив одну руку замершей в потрескивающих объятиях энергетического потока, заставлявших его соединённое интерфейсом плечо конвульсивно подёргиваться от разрядов, Торкуора взмахнул другой конечностью, неуклюже, но мощно. Снеся одному фульгуриту голову с плеч своей дуговой клешней, он расплющил другого, обрушив вниз всю чудовищную массу гидравлики и металла. Электрожрецы разбили поршни и люльки подвесок своими осушающими посохами, и системы пошли вразнос. Ракеты полетели по всей часовне, разрушив взрывами секции интерфейсных консолей и оставив воронки в настиле палубы.
  Два жреца-корпускария наложением рук в электростатических браслетах превратили напавших на них техножрецов в почерневшие аугментированные скелеты, пропустив через них в упор пульсирующие потоки энергии. Расправившись с ними, электроманты обратили свои ручные молнии на Торкуору.
  Отбивая разряды и дуги последней атаки рукой, пока еще остававшейся подвижной и управляемой, техножрец навёл свою торсионную пушку на пару электрожрецов, разметав их по комнате ударом всей мощи гравитационного поля оружия. Кости с хрустом сломались, спины хрустнули, когда опутанные кабелями корпускарии были скручены и преобразованы в новые пугающие и истекающие кровью фигуры.
  Внезапно перед ним появились Пьезон и Диодемус, объединив усилие перед великой угрозой, которую для них представлял жрец-мясник Торкуора. Архимагос выстрелил из заикающейся автопушки рваной очередью, целя в Аттику Диодемуса, но тот ушёл с линии огня, перекатившись и используя в качестве балансира свой посох.
  Пьезон медленно повёл руками в воздухе, совершая мистический жест и заряжая свои конденсаторы. Потом он разрядил электростатические перчатки в Торкуору. Потоки-близнецы, состоящие из бурлящей электрической ярости, ударили в бронированную грудь архимагоса. Плиты, раскалённые до белого каления, выбросили потоки искр, рунные экраны разбились, а суперкогитаторы пробило коротким замыканием, прошедшим через весь нагрудный амвон. Жрецы-корпускарии Пьезона присоединились к своему Мастеру, направляя свои колонны молний в Торкуору. Архимагос отлетел назад так, что едва не перевернулся на спину, тяжко переступая через тонкие механизмы и интерфейсные кабели банков филактического соединения. Всё, что он мог сделать - поднять гидравлические клешни, защищая свой костюм от самых сильных потоков энергии.
  Диодемус и его братья-фульгуриты перепрыгнули консоли и изящно пробрались через обломки. Пока электрожрецы усилили свои атаки, ударяя дренирующими импульсами в бронекостюм Торкуоры, Аттика Диодемус воткнул зазубренный оголовок посоха точно в магна-гидравлику ноги архимагоса. В обычной ситуации мощные поршни бионической конечности разрушили бы посох и его накопитель, но сейчас застрявшее оружие фульгурита, постоянно вытягивавшее энергию из ноги, парализовало сустав. Вынужденный развернуться на месте вокруг внезапно отказавшей конечности, Торкуора ощутил, как его мир внезапно наполнился воющей мукой электрической пытки и ужасом умирающих систем. Пойманный в ловушку своего костюма-саркофага, архимагос понял, что умрёт.
  Никто не заметил, как приоткрылась одна из створок двери в часовню. Ни жрецы диагностикорума, которые умирали десятками, ни корпускарии, жгущие врагов своими пламенными прикосновениями, ни фульгуриты, выпивавшие своими посохами остатки жизненной энергии из конструктов.
  Хальдрон-44 Стройка вернулся к своему хозяину, как и было приказано. Только что покинув магоса кибернетика и его маленькую армию адептов, киберхирургов и ремесленников, Стройка представлял собой совершенно новый конструкт. Его плоть очистили от порчи, а разрезанные внутренности освободили от извращённых механизмов. Дни Стройки во главе легиона канули в прошлое, теперь он не был офицером скитариев. То, что Железные Воины и Торкуора оставили от него- голова и верхняя часть туловища - теперь являлось частью чудовищной машины. И имя ей было Святой аннигилятор. Катафрон-разрушитель. Пройдя лоботомию, Стройка ничего не помнил о своих прошлых страданиях или чаяний будущего. Созданный, как живое оружие, катафрон имел слишком мало возможностей, кроме ориентированных непосредственно на битву, чтобы нуждаться в размышлениях. Стройка въехал в часовню диагностикорума на чудовищном гусеничном шасси. Поверх шасси возвышался торс с присоединёнными турелями, частично защищённый пластинами. Словно небольшой танк или часть комплекса мобильной артиллерии, он представлял собой устрашающую машину целеустремлённой смерти и разрушения. На одной руке Стройки была смонтирована плазменная кулеврина, и на наружном придатке - огнемёт. Его голова представляла собой нагромождение систем наведения, прицелов и авгуров. Та небольшая часть лица, что была открыта взорам, казалась бесчувственной маской пустого повиновения.
  Просканировав своей оптикой и оверлеями весь диагностикорум, Стройка обработал сцену битвы. Вспыхивающие контуры тел электрожрецов и подёргивания ретикул наведения привели его взгляд к телам техножрецов, царившему в диагностикоруме опустошению, а потом - к Омниду Торкуоре. Немедленно распознав информационные метки бронекостюма архимагоса, Стройка вычислил, что его хозяина атакуют. Протоколы защиты и боевые нейроструктуры, заменившие ему большую часть мозга, пришли к выводу, что без немедленной помощи Омнид Торкуора погибнет. Разрешив вмешательство, системы катафрона направили энергию от его смонтированного в корпусе реактора к плазменному оружию. Пушка налилась ярко-синим свечением, и излучала непереносимый жар, опалявший бледную плоть бритой головы Стройки и его пустое лицо. Запальное пламя огнемёта с хлопком пробудилось к жизни, танцуя на коробчатом раструбе ствола огнемёта, соединённого топливными шлангами с спрятанным за плакированными листами корпуса прометиумным баком. Позволяя загрузиться императивам, Стройка моргнул.
  - Исполнение, - прогудел он сам себе голосом, наполненным гибельными модуляциями.
  Скрежеща гусеницами вниз по ступеням, и далее в зал диагностикорума, Стройка двигался прямо на собрание электрожрецов. Едва осмыслив его появление, братья-фульгуриты и корпускарии в ужасе повернулись и увидели летящую на них чудовищную машину. Наматывая бросивших посохи электрожрецов на гусеницы и сопровождаемый волной прерывающихся криков, Стройка оставлял за собой только раздавленные кровавые ошмётки мяса и кусков кабеля.
  Разглядев, что за машина пришла на помощь Омниду Торкуоре, жрецы-фульгуриты обратили свой гнев против Стройки. Нанося удары по разрушителю, и вращая посохи вокруг себя, они хотели как можно скорее лишить энергии это чудовищное создание. Разворачивая свою турель, едва удавалось засечь электрожрецов поблизости, Стройка обливал их обнажённые туловища струями густого прометиумного пламени. Плоть врагов хрустела и обугливалась до черноты, жрецы катались по палубе, силясь сбить всепожирающий огонь, потушить горевшие юбки, но лишь безуспешно подёргивались в наступавшей агонии.
  Когда на Стройку набросились фульгуриты с посохами в руках, разрушитель повернул свою турель, наклонив закопчённое жерло огнемёта и испепелил нападавших несколькими большими шарами пламени. Жрецы умирали везде. В дыму и вони сгоревшей плоти братья-корпускарии пытались сохранить дистанцию, отступая перед убийственной машиной. Катафракт перемалывал их гусеницами, разливая вокруг себя потоки адского огня. Молнии прорезали пламя и били в разрушителя спереди, сзади, с боков, шипя на пластинах брони. Электроманты объединили свои усилия. И это было худшее, что они могли сделать.
  Уничтожитель навёлся на цели, разметив ретикулами угрозу перегрузки цепей питания Стройки. Силуэты жрецов замигали подтверждением.
  - Исполнение.
  Стройка повернулся на своём шасси с тряской уверенностью машины. Его плазменная кулеврина засверкала яркими вспышками. Сферы бушующего водорода вырвались из магнитных ускорителей ствола. Пробивая дыры в дыму, ослепительные шары энергии взорвали электрожрецов одного за другим, отбросив обгорелые останки через весь диагностикорум.
  Стройка продолжал поиск целей в рассеивающемся едком дыму, заполнившем часовню. Он заметил своего хозяина, с трудом ковыляющего в его бронированном костюме, чьи системы искрили и листы брони обуглились. Когда катафракт повернулся в поисках целей, Аттика Диодемус вскарабкался на корпус Стройки. Вооружённый подобранным им на поле боя посохом одного из мёртвых собратьев, мастер-фульгурит стал вонзать его в фрагментарную броню спины разрушителя.
  Стройка чувствовал, как с каждым ударом отключается все больше и больше оптических систем м оверлеев. Поворачиваясь снова и снова, он так и не смог захватить прицелами техножреца. Когда заострённое навершие посоха Диодемуса пробило броню, оружие Стройки выключилось. Секундой позже энергия стала утекать из его двигательной коры, заставив замереть гусеницы.
  Пока Диодемус удерживал Стройку, наполовину сгоревший Мастер Пьезон вывалился из дыма, заряжая свои электростатические браслеты. Сверкая узлами своего гало и браслетов, трещащих яростью, жрец-корпускарий готовился испустить поток молний в обездвиженного катафракта.
  Ракета с визгом пронеслась через диагностикорум, поразив Кандеску Пьезона прямо в спину. Жрец взорвался, разбросав по помещению мелкие осколки металла и куски дымящейся плоти. Омнид Торкуора с трудом опустил вниз вдоль ноги гидравлическую клешню, и раздавил высасывающий энергию посох, наполовину вбитый в его коленный сустав. Он разрушил накопитель устройства, и магна-гидравлика ноги довершила остальное.
  Переводя взгляд электромагнитного присутствия с парализованного Стройки на приближающегося техножреца, Аттика Диодемус отступил от разрушителя. Оставив посох, он побежал к приоткрытой двери диагностикорума. Торкуора поднял и нацелил свою торсионную пушку, выстрелив потоком гравитационных частиц в фульгурита. Мастер Диодемус переломился пополам, и вылетел из диагностикорума, опережая собственный вопль.
  Архимагос Торкуора несколько раз вздрогнул в саркофаге своего костюма. Дым рассеивался, открывая картину разрушения, постигнувшую диагностикорум, и несколько уцелевших жрецов осмелились покинуть свои укрытия, выйдя вперёд. Когда стих грохот сражения, сменившись молчанием, Торкуора смог расслышать голос техножреца-капитана Вольтрама, доносившийся из вокса.
  - Архимагос?
  Торкуора отправил оставшихся жрецов к разбитому воксу и змеящимся по разрушенной часовне кабелям связи.
  - Продолжайте, капитан.
  - Наши магнаскопы сделали несколько захватов изображения на дальней дистанции для вас, мой господин, - сказал Вольтрам.
  Когда жрецы подключили соединительные кабели в интерфейсные порты израненного боевого костюма, Торкуора филактически потянулся к мостику и консуляр-посту. Консуляр открыл глаза, и архимагос увидел изображение на экранах мостика. Они были расплывчатыми и нечёткими, но безошибочными. На экранах был показан Ковчег Механикус 'Энкоронада'. Величественный линейный корабль колоссальных размеров и разрушительной силы. Межзвёздное оружие со славной историей, овеянное славой. Торкуора видел даже сейчас, не взирая на расстояние, как мерзка его изменившаяся архитектура и гротескно аугментировано вооружение. Командная палуба 'Энкоронады' и ее ангары светились внушающим ужас сиянием варпа, а прежде прекрасные изящные линии сейчас покрывали шипы и зазубрины.
  Однако, Торкуора хотел убедиться в своей правоте.
  - Какова эмиссия субсветовых двигателей, техножрец-капитан?
  - Выхлопы двигателей содержат химические подписи, неизвестные нашим инструментам, архимагос, - ответил Вольтрам. - Плюс, они коммуницируют. Только не с нами.
  - Транслируйте, - сказал Торкуора.
  Вокс взорвался какофонией треска кодового безумия. Кричащие инкантации бинарика перекрывались инфернальными трещащими напевами порчи, заставлявшими ныть разум.
  - Место назначения?
  - Велханос Магна, мой господин.
  Торкуора оглядел дымящиеся руины диагностикорума, где его жрецы устанавливали на места упавшие рунные банки и очищали их узлы подключения. Время пришло. Маленьким чудом было то, что Железные Воины продолжали развивать своё продвижение лишь на поверхности планеты. С флотом, принёсшим подкрепления для Тёмных Механикум с Сатцики Секундус, Идрисс Крендл мог бы перейти от обороны к нападению, спустив с привязи своих Облитераторов. Торкуора предвидел наступления по всем фронтам. Для флота Адептус Механикус, зажатого в тисках между Военным Кузнецом и колоссом 'Энкоронады', это будет просто кровавая бойня.
  - Техножрец-капитан...
  - Мой господин?
  - Штурмовой фрейтер 'Бремя Долга' ожидает на лётной палубе с грузом, приданными ему техножрецами и тяжеловооруженным эскортом, ожидая отправления на поверхность планеты.
  - Да, архимагос.
  - Я хочу, чтобы вы разрешили запуск 'Бремени Долга', - сказал ему Омнид Торкуора, - а затем объявили всепланетную эвакуацию. Я хочу, чтобы поверхность планеты покинули все когорты скитариев, тяжёлая техника и летательные аппараты. Используйте мои авторизации. Я приказываю вернуть все наши войска до единого конструкта на борт их крейсеров в течение двух часов.
  - Махины Ординатус и богомашины Коллегии Титаника требуют гораздо больше времени на вывод войск, мой господин, - заметил Вольтрам.
  - У них нет больше времени, - ответил Торкуора. - Прикажите им ускорить все ритуалы и делать все возможное, чтобы загрузить свои орбитальные баржи так быстро, как это возможно. Через два часа флот покинет орбиту, и мы не вернёмся обратно. Проинформируйте всех прочих техножрецов-капитанов.
  - Мой господин... Это отступление?
  - Да, капитан, - признался Торкуора. - Но тактическое. Иногда, чтобы выиграть войну, не нужно выигрывать битву.
  - Да, архимагос.
  - Торкуора связь закончил.
  Когда канал оборвался, Торкуора повернулся, и обнаружил, что его жрецы вытащили посох фульгурита из спины и механизмов Хальдрона-44 Стройки.
  Через несколько мгновений оптика Стройки засветилась голубым, и прицельные устройства ожили. Гусеницы, скрежетнув, начали движение. Турели разрушителя повернулись. Его оверлеи были заполнены статическими помехами, и он все еще продолжал поиск целей. Чудовищная плазменная кулеврина на его плече опасно гудела, заряжаясь, а на огнемёте зажегся огонёк запального устройства. Развернувшись со скрежетом тяжёлых гусеничных траков на триста шестьдесят градусов, Стройка остановился напротив своего хозяина, удовлетворённый тем, что все угрозы были устранены.
  Готовясь к филактическому подключению среди частично разрушенных рунных банков и интерфейсных консолей диагностикорума, Торкуора направил всех уцелевших жрецов на аварийное восстановление соединения, которое могло бы достигнуть поверхности планеты. Архимагос посмотрел на тихо стоящего разрушителя и трупы Люминенов, разбросанные и раскатанные траками по всей часовне.
  - Никто не должен пройти через эту дверь, - приказал Омнид Торкуора, пока его жрецы сновали с трубками и кабелями вокруг его бронированной фигуры. Хальдрон-44 Стройка, обработав приказ, передал техножрецу выражение чистого послушания как катафрон-разрушитель:
  - Исполнение.
   
  0110
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ II
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ИНИЦИАЦИЯ СТОЛКНОВЕНИЯ+
  
  
  С помощью жрецов диагностикорума, восстанавливающих повреждения тонкого филактического оборудования, Омнид Торкуора попытался получить доступ к Принцепсу Датрику 31-Термохрону из клады 4.7 Сигмус-Сикариакс. Ранее архимагос придал истребительную кладу 31-Термохрона для сопровождения на поверхность мира-кузницы магоса этирикус, его жрецов и Устройства Геллера. Приказы, отданные Термохрону, были прозрачны: любой ценой защитить устройство и доставить его в сохранности на место взрыва.
  Было странно смотреть на внутренности штурмового фрейтера Механикус через пучеглазую оптику принцепса сикарийцев. Как и все конструкты его рода, он сильно отличался от прочих скитариев. Обладая аугментациями настоящих кибернетических убийц, 31-Термохрон и его клада были холодными и расчётливыми даже по стандартам легионов скитариев. Стоя в грузовом трюме, словно тонкая статуя, 31-Термохрон сканировал своих ржаволовчих, а его системы бесконечно запускали диагностики и аудиты приготовлений к битве. В то время, как магос этирикус и жрецы были пристёгнуты к настенным сидениям, ржаволовчие окружили гусеничный ковчег, содержащий внутри драгоценное устройство Геллера.
  <- Принцепс, доложите в кокпит>, - приказал Торкуора, пока фрейтер грохотал во время своего запуска.
  Минуя подключённых проводами сервиторов, сидящих в оружейных альковах штурмового транспортника, 31-Термохрон направился к трапу грузового отсека. Когда 'Бремя Долга' качнулся и задрожал, принцепс вытянул руку, чтобы не свалиться на громоздкого боевого автоматона. Торкуора снабдил миссию манипулой роботов-кастеланов, чтобы иметь дополнительную страховку на случай непредвиденных обстоятельств. Кастеланы были башнеподобными реликтами прошлых эпох, возвышаясь в грузовом трюме, и едва не задевали укреплённым на панцире вооружением потолок отсека. Когда мультикоготь принцепса звякнул о металл рядом с бронелистом кулака автоматона, инфокузнец роботов Динострий задрал голову вверх, и подозрительно вгляделся в полумрак. Через свой снабжённый расширенной оптикой шлем инфокузнец убедился, что 31-Термохрон достиг трапа и поднялся по нему. После чего Динострий любовно протёр большой кулак робота полой своего одеяния, добиваясь безукоризненного блеска полировки.
  Сикариец проигнорировал инфокузнеца, и продолжил путь в кокпит. Штурмовой фрейтер нёс команду из двух сервиторов-пилотов и четырёх сопряжённых стрелковых сервиторов, как и другие бронированные транспортные суда Механикус, обычно предназначенные для перевозки артиллерийских боеприпасов и припасов, не вмещавшихся в лихтеры. Стрелки управляли мультилазерами, и 31-Термохрон предвидел, что они им понадобятся. Спуск обещал быть весьма ухабистым.
  Через оптику принцепса Торкуора видел изломанный индустриальный ландшафт и покрытые воронками пустоши мира-кузницы. Летательные аппараты Тёмных Механикум заполонили небо, словно рои потревоженных мух. Фрейтеры. 'Небесные Когти'. Баржи. Боевые катера. Истребители. Атмосферные беспилотники-дроны. Корабли были черны и топорщились шипами, словно морские ежи. Колпаки кабин и командные мостики судов отбрасывали отвратительный свет одержимости демонами. Силы Тёмных Механикум перемещались. Как и предполагал Торкуора, Железные Воины отдали войскам приказ о скоординированном разрушительном нападении. Эта волна должна была смести и похоронить вооружённые силы Адептус Механикус на поверхности планеты. Впрочем, там оставалось не так много когорт и контингентов, которые можно было атаковать.
  Как и приказал Торкуора, солдаты-скитарии отступили к местам эвакуации, откуда их переправляли на переместившиеся на низкие орбиты войсковые транспорты при помощи боевых катеров, лихтеров и больших десантных кораблей. Несмотря на хаос эвакуации в зоне боевых действий, летящие над головами болты и лучи, скитарии грузились на транспорты в чётком порядке и соблюдая молчаливую дисциплину. Они не испытывали никакого желания сражаться или облегчения при уходе из кровавого тупика, которым стала планета-кузница Предателей. Скитарии просто выполняли полученные приказы и ожидали новых.
  Скитарии-часовые, прикреплённые к Коллегии Титаника и Центурио Ординатус, сдерживали натиск орд конструктов Тёмных Механикум. Охваченные кодовой лихорадкой технорабы, вздутые от избыточной плоти сервиторы-стрелки и демонические машины высаживали десант за десантом на отступающих скитариев, пока боевые махины и богомашины Легио Интерфекта грузились в орбитальные баржи. С каждой секундой и отданной жизнью киберсолдаты выигрывали время для успешной погрузки своих могучих собратьев.
  Когда транспорты Адептус Механикус оторвались от поверхности, вспыхивая двигателями, преследуемые одержимыми демонами судами Тёмных Механикус, показалось, что каждое орудие, каждая пусковая установка и каждый излучатель орбитальной артиллерии на Велханос Магна изрыгнули в небеса отвратительные лучи, огромные болты и заряженные варпом ракеты. 'Бремя Долга', повинуясь командам пилота-сервитора и его со-пилота, изменило свой курс, меняя галсы и закладывая манёвры уклонения. Корабль скользил сквозь разрушение, скалящее зубы в тошнотворной болезненной ухмылке.
  Внезапная вспышка сверху привлекла внимание 31-Термохрона, вглядевшегося в неё через свой пучеглазый шлем. Ковчег-крейсер Адептус Механикус 'Логарита' взорвался над экваториальными пепельными пустошами. Омнид Торкуора почувствовал, как содрогнулась палуба диагностикорума под его ногами, когда ударная волна сместила 'Мистраль' на несколько градусов с его точки стояния.
  Идрисс Крендл не тратил время на маневрирование своей флотилией из кораблей Железных Воинов и крейсеров Тёмных Механикум. Торкуора попытался посмотреть на разворачивающиеся события с точки зрения тёмного сознания Военного Кузнеца. Половину марсианского года флот Адептус Механикус и корабли врага держали позиции на низких орбитах, пока яростные битвы внизу прокатывали свой огненный вал через оживлённый индустриальный ландшафт и проплешины прежнего опустошения. Два флота по большей части следили за движением каждой молчащей батареи противника с безопасного расстояния, оказывая поддержку своим армиям чудовищными орбитальными бомбардировками и наблюдением за стратегическими точками. Эти суда были особой ценностью, выведенной из всех тактических расчётов. Флот Торкуоры никогда не мог похвастаться доступом к верфям для ремонта, а доки Крендла постоянно находились под огнём. Крендл не хотел терять свой военный потенциал с каждым погибшим кораблём, на постройку которого уходили многие месяцы. И обе стороны избегали вступать в открытые орбитальные столкновения, кроме участия в блокаде мира-кузницы и попыток её прорыва.
  Как рассчитал Торкуора, лучшего времени для нападения Идрисса Крендла на флот Адептус Механикус, чем прибытие подкреплений с Сатцики Секундус и эвакуация скитариев с планеты, просто не существовало.
  31-Термохрон наблюдал, как 'Логарита' превращается в огромный яростный сгусток пламени, медленно падающий вниз. За ним летели обломки распадающихся секций и вращающиеся тела. Когда пылающий корабль снизился, сикариец смог увидеть 'Разрушитель Наковален', боевую баржу Железных Воинов, которая, как знал Омнид Торкуора, была флагманом Крендла. Скорее всего, 'Логарита' начала побатарейную стрельбу по приближающейся боевой барже, но судно Железных Воинов оказалось слишком близко, и смогло в самоубийственном рывке нанести разрушительный удар всеми бортовыми орудиями по древнему ковчег-крейсеру.
  В небесах Велханос Магна 31-Термохрон мог видеть точно такие же столкновения. Суда флота Адептус Механикус, удерживающие позиции и пытающиеся принять тяжело гружёные транспорты - и рвущиеся в атаку крейсера, системные корабли и защитные мониторы Тёмных Механикум.
  'Бремя Долга' заложило крутой вираж, заставляя 31-Термохрона еще раз зафиксироваться, чтобы сохранить устойчивость. Под ними четыре башни, бывшие частью разрушенного храма-кузницы, открыли отверстые жерла батареи орбитальных турболазеров. Едва штурмовой транспорт приподнялся и жёстко рванулся вправо, яростная колонна порченого света протянулась снизу. Выровнявшись, фрейтер определил предполагаемый вектор спуска, ведущий к достаточно широкой для посадки площадке. В этот момент огневые позиции разрушенного храма вонзили опаляющие лучи в борт войскового транспорта 'Модулус', и тот ответил огнём своего скудного вооружения.
  Когда штурм-фрейтер отвернул в сторону, он привлёк внимание чего-то тёмного и хищного, продирающегося через переполненные небеса. Заметив, что транспорт направляется вниз, к планете, в то время как все остальные стремятся ее покинуть и выйти на низкие орбиты, демоническая машина врезалась в 'Бремя Долга'. Сигнал тревоги прозвучал в кокпите, сопровождаемый вспышками рунных экранов, когда инфернальная смесь демона и атмосферного летательного аппарата сорвала кожух двигателя на верхней части корпуса фрейтера.
  'Бремя' сорвалось в штопор, и сервиторы-пилоты вцепились в свои рукояти штурвалов, пытаясь вывести машину из пике, и одновременно избежать столкновения с другими судами, как скитариев, так и Предателей, которые попадались навстречу.
  Вместе с 31-Термохроном в кокпите Торкуора мог видеть заикающиеся вспышки мультилазеров, когда приписанные к судну сервиторы-стрелки пытались сбить машину-хищника. Сливаясь своей чернотой с небесами, бронированный демон с адской грациозностью уклонялся от нарастающего движения судов вокруг, наземных пусков ракет и трассёров выстрелов. Вращаясь, демон-машина проскользнул сквозь расходящийся конусом веер режущих лучей мультилазеров, и впился в штурм-фрейтер огромными гидравлическими когтями. Раскрыв механическую пасть, машина обнажила похожие на хоботы стволы скрытого вооружения. Стреляя пламенем варпа по верхней части корпуса транспорта и колпаку кабины, дьявольский механизм одновременно пытался вскрыть броню судна своими когтями. Сквозь разрывы в рассеивающемся покрове порчи 31-Термохрон заметил, что 'Бремя Долга' направляется прямо на тяговый бриг Тёмных Механикум. Пилоты-сервиторы меняли курс, чтобы не столкнуться с ним.
  <- Нет, - сказал принцепсу Торкуора. - Пусть они инициируют столкновение>.
  - Таранить его, - приказал 31-Термохрон, указывая своим мультикогтем на бриг и его тонкие, как паучьи ноги, грузовые стрелы. - Закрепиться перед столкновением, обезопасить груз, - передал он по общему вокс-каналу фрейтера.
  Вернувшись обратно на курс столкновения, 'Бремя' лишь слегка задело буксируемый бригом раздутый транспортный контейнер. Демону-машине повезло гораздо меньше. Она врезалась в буксировщик. И, когда штурмовой транспорт по спирали направился к поверхности, одержимая тварь заорала от ярости - её покрытые броней крылья запутались в промышленных цепях и крюках, свисавших с грузовых стрел кранов брига.
  <- Вернитесь на свой курс>, - приказал Торкуора.
  - Верните нас на вектор высадки, - передал пилоту 31-Термохрон, наблюдая, как их судно покидает воздушное пространство индустриального ландшафта сира-кузницы с его храмами, плавильнями и искажённой архитектурой. Внизу принцепс видел гигантские черные дыры в поверхности планеты. Это были шахты глубокого залегания, цель их полёта. Пролетая над зияющими отверстиями, 31-Термохрон анализировал оставленные скитариями траншеи и захваченную артиллерию. Небо возле фрейтера тряслось от пламени разрывов снарядов. Торкуора не мог поверить своим глазам: рабы Тёмных Механикум использовали принадлежащие Адептус Механикус орудия 'Сотрясатель Земли' против них же.
  <- Не позволяйте им расстрелять аэродинамические тормоза, - предупредил внимающего приказам принцепса Торкуора. - Поддерживайте скорость и направление спуска. Нацеливайтесь на главный ствол>.
  Штурм-фрейтер свалился с небес, направляясь к главному стволу глубинных шахт Каньона Ортокус, сопровождаемый взрывами многочисленных снарядов. Пилоты-сервиторы привели раскачиваемый турбулентностью и дрожащий от резких ударов торможения корабль к зияющей тьме провала в земле, которая и поглотила 'Бремя Долга'. Когда поверхность мира-кузницы поднялась им навстречу, вспышки орудийного огня простучали по корпусу фрейтера, и секундой позже 'Бремя' нырнуло в беззвёздное забвение главного ствола шахт.
  - Свет, - приказал 31-Термохрон. В мерцании прожекторов корабля принцепс мог видеть каменную стену ствола, истекающую паром и изобилующую проржавевшими лестничными клетками, трапами и подмостками лифтовых кабин древних горных выработок. В своё время запасы минеральных богатств здесь были исчерпаны, и разработка ископаемых переместилась в шахты-спутники. Главную выработку забросили, и уже несколько сотен лет эти камни не видели ни единого луча света в своих глубинах.
  Всматриваясь через прозрачный колпак кабины, 31-Термохрон заметил какое-то движение в темноте. Слабый проблеск посадочных огней. Они были не одиноки в этом мрачном месте.
  <- Архимагос, - передал Торкуоре принцепс. - За нами следят>.
   
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА II ИЗ II
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ГЛУБОКОЕ ЯДРО+
  
  
  Казалось, что тьма заполняет все окружающее пространство. Когда штурм-фрейтер 'Бремя Долга' спускался вниз вдоль скалистой стены шахты, его прожекторы выхватывали из темноты разные слои редких минералов, из которых были сложены внешняя кора планеты-кузницы и верхние слои мантии. Все это время 31-Термохрон осознавал наличие преследователей. Оставив тягу только в своих посадочных двигателях, 'Бремя' буквально неслось вниз к центру планеты. Все более уверенный в том, что ни одно другое судно не рискнёт развить такую же скорость в окружавшей тьме, пренебрегая опасностью столкнуться со стенами ствола, принцепс позволил своим сознанию и когитаторам включиться в подготовку к прибытию их противников.
  В отличие от корабля-преследователя, имевшего крайне приблизительные представления обо внутреннем устройстве центрального ствола и горизонтов шахт, Омнид Торкуора знал внутренности шахты, как механизмы собственного тела. Многие месяцы назад архимагос посылал зонды для сбора всех необходимых данных. Торкуора отправил принцепса проверить состояние магоса этирикус, статус Бомбы Геллера и ржаволовчих. Их миссия уже изменилась. При наличии вражеского контингента в шахтах Устройство Геллера не могло быть взведено и оставлено, как планировалось изначально.
  Омнид Торкуора, давая своим техножрецам задание собрать вторую эфирную бомбу, намного более мощную, чем первая, прекрасно отдавал себе отчёт, что именно он делает. Сделав так, и изменив неприкосновенные святые технологии Омниссии, архимагос уже заслужил обвинение в техноереси. Но он смирился с этим фактом, зная, что, скорее всего, никогда не сможет ступить на священную землю мира-кузницы. И опять же, теми двумя мирами, которые он не собирался посещать вновь, были Велханос Магна и Сатцика Секундус. Бичом этих планет стала их восприимчивость ко Тьме. Он не мог позволить Идриссу Крендлу и его Железным Воинам присвоить богатства этих кузнечных миров.
  Сделав бомбу Геллера, и выбрав для её подрыва глубочайшее место планеты, Торкуора поставил целью то, что Люминены никогда не смогли бы вообразить, не говоря уж о том, чтобы принять подобное знание. Он решил уничтожить оба мира сразу. Долгое время пребывавший под влиянием порчи Велханос Магна пострадает от ударной волны взрыва бомбы Геллера в первую очередь. Торкуора рассчитывал убить этим воздействием как можно больше техноеретиков и Предателей. Потом разрушительные энергии пройдут до самой Сатцики Секундус по следам, оставленным в варпе её флотом - так же, как случилось в прошлый раз с флотом Торкуоры. На сей раз архимагос надеялся на значительно большую разрушительную силу взрыва, который принесёт из варпа бурю такой катастрофической силы, что уничтожит его родной мир, павший перед Губительными Силами.
  К сожалению, устройство Геллера нельзя было просто оставить после включения - его могли остановить или уничтожить до срабатывания враги, пробравшиеся в недра мира-кузницы вслед за Адептус Механикус. 31-Термохрон и ржаволовчие из Сигмус-Сикариакс это прекрасно понимали. Как и тихий Динострий, которому посчастливится узреть чудо детонации одним из первых, вместе со жрецами, сконструировавшими бомбу. Сервиторам штурм-фрейтера и роботам-Кастелянам подобные суждения были недоступны в силу специфики их устройства.
  31-Термохрон ощутил импульсы тяги посадочных двигателей, и 'Бремя Долга' начало сбрасывать скорость. Когда он вернулся обратно в кабину, через прозрачный колпак можно было заметить, что штурм-фрейтер уже не находится в стволе гигантской шахты. Лучи прожекторов корабля подсвечивали скальные стены колоссальной пещеры, состоящие из кристаллических многогранников, растущих из камня.
  Ориентируясь на данные, полученные исходным зондом, сервиторы-пилоты замедлили 'Бремя', разворачивая фрейтер так, чтобы можно было рассмотреть внутренность кристаллического кармана во всем великолепии. По мере того, как лучи прожекторов шарили по пещере, принцепс разглядывал странный волнистый ландшафт, созданный угловыми кристаллическими валами, сложенными из минерала, напоминавшего красный дымчатый топаз. Пилот-сервитор, медленно перемещаясь через чудеса сияющей пещеры, искал место для посадки.
  - Здесь, - 31-Термохрон указал когтём на кристаллическую полку недалеко от кромешной тьмы обрыва. Пласт породы выступал вперёд из вершины огромной пирамиды кристальных колонн, терявшихся в сумраке пещеры.
  Сервиторы-пилоты направили 'Бремя Долга' вокруг кристаллической горы. Выдвинув посадочные опоры и маневрируя посадочными двигателями, они мягко опустили штурмовой фрейтер на выступ. Спускаясь вниз по лестнице в трюм, принцепс увидел, как дверь грузового отсека открылась, выдавленная гидравликой запорных систем, и рухнула на кристаллы, раздробив их.
  31-Термохрон спустился по двери, словно по пандусу, сопровождаемый по флангам ржаволовчими из Сигмус-Сикариакса. Высокие и тонкие кибернетические убийцы были вооружены трансзвуковыми клинками.
  - Вырубите двигатели и отключите освещение, - приказал по воксу пилотам-сервиторам 31-Термохрон. Спустя несколько мгновений посадочная площадка погрузилась в успокаивающую темноту. Принцепс вслушался в тишину. Его эквалайзеры никогда не вели запись подобного отсутствия шума. - Фильтры! - приказал он своим сикарийцам, чьи оверлеи циркулировали через его собственные. В шелковистом зелёном свечении ночного видения 31-Термохрона окружавший ландшафт из кристаллических колонн выглядел как чужеродный мир, или нечто, приснившееся в лихорадочном сне.
  Потом он услышал это. Отдалённый гул двигателя. Их преследователи достигли пещеры. В полной темноте принцепс заметил отблески света посадочных огней.
  Магос этирикус и его священники выкатили передвижной ковчег из грузового отсека, используя платформу со множеством катков.
  - Мы должны начать ритуалы, - мрачно произнёс магос. - Мы можем установить устройство здесь.
  - Нет, - ответил 31-Термохрон. Жрецы посмотрели на него. - Прошу прощения, господа мои, но я заметил при посадке естественную впадину, в минуте или двух хода отсюда, в этом направлении. Вы можете начать свои ритуалы там.
  - Почему не здесь? - требовательно спросил один из техножрецов.
  - Потому что здесь мы будем приветствовать наших гостей, - ответил принцепс. - И я хотел бы сохранить некоторое расстояние между ними и вашим чудесным творением. Впадина выглядит защищённой с этой стороны, и находится вне пределов прямой видимости.
  Прислушиваясь к принцепсу и его доводам, Омнид Торкуора не мог возразить их логичности и верности.
  - Как будет угодно, - сказал, подводя итоги разговора, магос этирикус. Он не знал, пришло ли это предложение от архимагоса, или его высказал принцепс скитариев, и решил не спорить.
  <-Эфрок, Залтон, Кода, Алтрис - следуйте с ними, - приказал принцепс четырём ржаволовчим, кивнув на уходящих священников и Бомбу Геллера. - Что бы не случилось, вы должны защищать устройство и увидеть, как оно исполнит заложенное в неё Богом предназначение>.
  Пока Эфрок-7 уводил колонну жрецов и устройство Геллера в лес кристаллических колонн, принцепс всматривался в приближающееся мерцание прожекторов. Даже с выключенными источниками света фрейтера, авгуры приближающегося корабля все равно обнаружат их. Единственные живые существа в колоссальной пещере, скитарии и жрецы не смогут долго скрывать свои жизненные сигналы от импульсов ауспекса. Принцепс повернулся к скитариям и инфокузнецу Динострию.
  - У нас не так много времени, - сказал он, модулируя слова в шипение. - И мы должны предоставить жрецам столько времени, сколько им нужно. Сикарийцы, вы нужны мне здесь, среди этих колонн. Держитесь вне поля зрения, атаковать только по моему приказу.
  - Что с моей манипулой? - спросил инфокузнец.
  - Мой господин инфокузнец, нам потребуется разместить ваших роботов дальше на уступе, также вне видимости противника, и подготовить их к приёму ваших протоколов, - сказал 31-Термохрон. - Но мне также понадобится ваше содействие на борту фрейтера.
  Пока слуги Омниссии занимались своими мрачными приготовлениями, Омнид Торкуора перемещался между холодными сознаниями Сикарийских ржаволовчих. Такие же стоические, как и их принцепс, высокие тонкие скитарии ожидали врага, прижавшись спинами к заполнявшим поверхность уступа кристаллическим колоннам. Через фильтры их оптики Омнид Торкуора наблюдал вблизи мастерство своих последователей. Недалеко тяжело загрохотал двигатель летательного аппарата, чей проржавевший корпус носил следы ремонта. Пока катер шарил внизу своими поисковыми прожекторами, Торкуора идентифицировал его как 'Громовой Ястреб', принадлежащий Железным Воинам. После того, как они заметили спуск штурм-фрейтера в глубины шахт, Идрисс Крендл уже не испытывал сомнений, направляя Облитераторов вслед слугам Омниссии.
  Когда массив аугура катера захватил цель, и поисковые прожекторы зафиксировали штурм-фрейтер, стоящий на уступе, 'Громовой Ястреб' медленно облетел вокруг него. Пушки катера молчали. Когда летательный аппарат Железных Воинов опустился на уступ чуть выше 'Бремени Долга' и распахнул двери своего десантного отсека, Торкуора осознал, насколько глубоко Идрисс Крендл смог проникнуть в планы архимагоса и как кузнец войны понял то, что видели глаза его ассасина. Крендл знал, что Торкуора сделал новую бомбу. Кузнец Войны не был дураком. Как и техножрец, видевший в шахтах величайшую возможность, он видел в них огромную уязвимость. Железные Воины, отправленные на захват, были связаны по рукам и ногам возможным наличием Бомбы Геллера на борту, и потому не могли сразу взорвать штурм-фрейтер.
  Наблюдая за 'Громовым Ястребом' сначала через один набор оптики с фильтрами ночного видения, потом через другой, Торкуора видел громадных Облитераторов, выпрыгивающих из своего катера. В большинстве своём поражённые чудовищными искажениями плоти от сил варпа, они упивались страданием, и были мутировавшими монстрами, переросшими свою броню. Маленькие горы неестественных мышц с лицами, искажёнными масками ненависти. Их верхние конечности, как и все остальное тело, несли проклятие металлоплоти, разросшись наплывами и уродливыми клешнями, в которых скрывалось порченое вооружение.
  Железные Воины могли быть чудовищами, но века влияния варпа и воли Губительных Сил не притупили их навыки. Они были Космодесантниками. Сыновьями примарха Пертурабо, и война была в их крови. Это было частью их генетического наследства. Когда Железные Воины пробирались по кристаллическому уступу, их древние взгляды скользили везде, проникая в каждую щель. Хотя их плоть и подверглась порче, но космодесантники все же не утратили чувства тех, кем они когда-то были. Их рефлексы оставались неимоверно быстры для существ таких больших размеров, и их порождённое плотью оружие отслеживало любое движение.
  31-Термохрон наблюдал за Космодесантниками Хаоса из-за кристаллической колонны. Каждая секунда, купленная им, представляла огромнейшую ценность для магоса этирикус. Несколько Облитераторов остались возле 'Громового Ястреба', и три их чудовищных собрата поднялись на борт штурм-фрейтера. Как и рассчитывал принцепс, аугуры их катера показывали наличие на борту 'Бремени Долга' признаков жизни. И их нужно было исследовать.
  Как показалось Торкуоре, когда он наблюдал за Железными Воинами, они были настороже. Даже обладая неестественно мощными телами и проклятием своего вооружения, они не были бессмертны, и знали это. Такое знание и обострённое чутье дефектов тактики делали Облитераторов опасными противниками. К счастью для Торкуоры, их собственный военный кузнец поставил своих солдат в безвыходное положение, отправив за судном Механикус. Штурм-фрейтер нужно было обыскать во что бы то ни стало. Достигнув рампы, два Железных Воина поднялись по ней, нацелив стволы в темноту внутри корабля. Третий остался снаружи, на пандусе, постоянно сканируя взглядом заросли кристальных колонн.
  Подключившись к частоте бортового вокса 'Бремени', 31-Термохрон слышал тяжёлые шаги Облитераторов и скрежет пластин их брони по стенам отсеков. Он различил мясистый звук перезарядки и раскручивания стволов пушек. 31-Термохрон приготовился.
  <-Архимагос?>
  <- Выполняйте, принцепс>, - сказал ему Торкуора.
  - Начали! - приказал 31-Термохрон по воксу. Его голос эхом прокатился по внутренним отсекам фрейтера. Сервитор-пилот нажал массивный переключатель, отвечавший за подкачку топлива.
  Динострий, как техножрец, знал великое множество машинерии. Несмотря на то, что он специализировался в качестве члена Легио Кибернетика, он посвящал каждую минуту своей жизни, используя свои таланты, чтобы обслуживать, улучшать и ремонтировать священные технологии Бога-Машины. Эти знания, будучи применёнными реверсивно, могли нанести непоправимый ущерб или даже уничтожить саму технологию. По предложению принцепса, инфокузнец потратил драгоценное время в качестве инженера на борту фрейтера, готовя катастрофу. Включение подкачки топлива было лишь первым звеном цепной реакции, которая и привела моментом позже к детонации двигательной установки штурм-фрейтера.
  Кристальный уступ сотрясся при детонации 'Бремени Долга'. Взрыв осветил огромную пещеру, разбросав, словно шрапнель, остатки корпуса и кристаллов на сотни метров. Железные Воины, оставшиеся у 'Громового Ястреба', в ярости закричали, разворачивая стволы своего оружия и пытаясь найти врага вокруг. Облитератору, стоявшему на рампе 'Бремени', не повезло. Он потерял большую часть своего отвратительного тела и приземлился поблизости от кристальной колонны. Его искажённая варпом плоть горела. Перед смертью космодесантник Хаоса повернул голову назад, и увидел часть тела 31-Термохрона, выступавшую из-за края колонны.
  - Инфокузнец, сейчас! - передал по воксу принцепс.
  Разнося в куски колонны кристаллов, манипула роботов-кастелянов Динострия с грохотом выдвинулась на уступ. К четвёрке обнаруживших, наконец, цели, Облитераторам присоединился пятый гротескный Железный Воин из 'Громового Ястреба'. Их металлоплоть ответила, и выросшее из их тел оружие открыло огонь. В столкновении со стеной атакующих их керамитовых роботов точность стрельбы Железных Воинов была поразительна. Искры от отражающих полей и панцирной обшивки Кастелянов. Боевые автоматоны, подчиняясь приказам установленных в их черепах био-пластековых кристаллов, выполняли заложенные в них инфокузнецом последовательности инструкций.
  Невозмутимо преодолевшие беспощадную стрельбу Железных Воинов, шесть Кастелянов ударили своими бронированными плечами в борт 'громового Ястреба'. Этот удар, скоординированный и мощный, заставил посадочное шасси катера скользить по гладкой поверхности уступа. Шагая раз за разом своими дробящими кристаллы ступнями, Кастеляны сделали то, что велели им их доктринальные императивы. Под сконцентрированным огнём Железных Воинов, перегружавшим их экранирующие сети, и с громом ударявших в броню снарядов, манипула толкнула весь огромный вес 'Громового Ястреба' к обрыву уступа.
  Пилот катера судорожно пытался запустить двигатели, но не успел. Стойки шасси оторвались от кристаллической поверхности, катер завис над обрывом одним крылом. Покачнувшись, машина замерла и рухнула вниз при следующем толчке. Катер прокатился по крутому спуску, дробя кристаллы и переворачиваясь, теряя крылья одно за другим, и рухнул в темноту провала не подлежащей распознаванию массой измятого металла. Через несколько секунд послышался слабый взрыв, донёсшийся далеко снизу.
  Железные Воины заревели от ярости и неверия в происходящее, выплёвывая проклятия своего примарха-демона. Облитераторы походили на небольшие танки, стреляя по роботам из всех стволов своего оружия, расположенного на отвратительных придатках-подвесах. Металлические гиганты, тяжеловесно развернувшись, перешли к выполнению своих дополнительных императивов, не обращая внимания на вспышки попаданий, расцветавшие на их корпусах. Едва они это сделали, как в них вонзились широкие лаз-лучи и шары порождённой плотью Облитераторов плазмы, прожигая керамит и слои твёрдого металла под ним.
  Бета-Бронтариус Два, находившийся ближе всего к космодесантникам Хаоса, получил больше всего попаданий из этого залпа возмездия. Поверженный Кастелян опустился на колени, шары плазмы уже разнесли его грудную клетку, и он упал вперёд. Кристаллы пола треснули от удара тяжёлого металлического тела робота.
  Не заботясь о тяжелейшем состоянии своего собрата, роботы манипулы тяжело двинулись вперёд. Смонтированные на их панцирях огнемёты выплеснули в унисон потоки пламени, соткавшиеся в стену огня. Железные Воины, отступая, пронзали эту стену лучами, болтами и пулями.
  <- Сикарийцы, атакуйте!> - приказал 31-Термохрон.
  Проскользнув между кристаллических колонн, ржаволовчие рванулись к Железным Воинам, держа активированные трансзвуковые клинки позади себя. Набрав ускорение при помощи мощной гидравлики, установленной на легкосплавных рамах их когтистых ног, кибернетические солдаты наносили режущие удары, разрубавшие доспехи, переполненные искажённой плотью Железных Воинов, и вонзали дрожащие лезвия своего оружия, обернувшегося настоящим перемалывающим броню кошмаром, в бока Облитераторов.
  Обратив против атакующих скитариев ярость своего заражённого варпом оружия, Железные Воины превратили Герца 777-Телекон в груду обломков. Пока ржаволовчие орудовали своими лезвиями, отбивая в сторону металлоплоть стволов оружия и элегантно уклоняясь от судорожных залпов порождённого ею вооружения, огромные силовые перчатки роботов-Кастелянов проникли сквозь испаряющуюся завесу пламени.
  Боевые автоматоны, превышающие самого высокого из Облитераторов вдвое, добрались до Железных Воинов. Один кастелян схватил мутировавшего космодесантника, и мощнейшая гидравлика, скрытая в потрескивающей разрядами латной перчатке раздробила Предателю плечо. Железный Воин взревел от переполнившей его ярости, когда насыщенные порчей кости треснули и распались, а между толстыми металлическими пальцами выплеснулась кровавая жижа. Спустя пару мгновений голова Облитератора отлетела прочь, перекатившись через край кристаллической полки. Семь Вардна-Рондус отделил её ударом тыльной стороны своего силового кулака.
  Получив чувствительные удары короткими и толстыми перчатками боевых автоматонов в свои ужасающие чрева, космодесантники Хаоса инстинктивно перестроились в защитную позицию. Сомкнувшись, Железные Воины сражались, как один. Словно небольшая крепость из керамита и укреплённой плоти, они ощетинились стволами своего гротескного оружия. Обрушив на роботов-кастелянов плотный продолжительный огонь, чудовища отбросили прочь лёгкие боевые шасси скитариев своей массой.
  Загнанные в угол Железные Воины оказались яростны в ближнем бою. В отличие от Кастелянов, чьи сила и размеры компенсировались сниженной скоростью реакции и увеличенным временем обработки протоколов, чудовищные Облитераторы сражались, демонстрируя бешеную скорость и точность тренированных бойцов. Уклоняясь от смертоносных ударов силовых кулаков, Железные Воины наносили ответные удары. С каждым ударом их уродливых клешней они выпускали субатомные импульсы энергии из стволов на тыльной стороне своих огромных рук. Отбрасывая скитариев назад, Облитератор пробил лаз-лучом бронированный торс не только Ультро 14-Фанти, но и стоявшего за ним Занн-8 Регулона.
  Еще один Кастелян рухнул на кристальный пол пещеры грудой металла. Его бронированная лицевая пластина и синтетический кортекс за ней превратились в размозжённую пулями мешанину. Динострий появился из-за торчащего вверх кристалла колонны. Добравшись до павшего робота, инфокузнец разрядил свой гамма-пистолет в грудь ближайшего Железного Воина. Вспышка смертельного излучения от потока заряженных частиц убила космодесантника Хаоса мгновенно. Когда тело Облитератора упало наземь, инфокузнец бросил пистолет на гладкий пол, и занялся обслуживанием своих роботов.
  Вырезая своим трансзвуковым лезвием рваные раны на обнажённых мышцах Железного Воина, 31-Термохрон придаточной бионической рукой отводил в сторону оружие отвратительного Облитератора. Воспринимая сражение через глаза принцепса, Омнид Торкуора моментом раньше 31-Термохрона понял, что Железные Воины выстроили ход битвы так, чтобы роботы-Кастеляны встали между ними и бритвенно-острым краем кристаллической полки. Архимагос передал предупреждение офицеру-скитарию, и 31-Термохрон отозвал автоматонов. Но было слишком поздно. Железные Воины нацелили свои стволы на кристаллы между ними и взорвали часть полки. Вес трёх Кастелянов довершил остальное.
  - Нет! - крикнул Динострий. Эхо его модулированного голоса разнеслось по всей пещере вместе со звуком стрельбы.
  Роботы внезапно исчезли, скатившись вниз по склону вместе с гигантскими осколками кристаллов, падавшими поверх них. 31-Термохрон подступил к краю и заглянул в провал с нового края утёса, но вынужденно отступил в сторону с пути 6 Аутал-Сентинокса, который, словно пушечное ядро, врезался в отделившегося от своих собратьев Железного Воина, снося его и переваливаясь вместе с ним через край.
  Проследив за ними через визирное перекрестье, принцепс - и Омнид Торкуора вместе с ним - пришёл к выводу, что у них возникли гораздо большие проблемы. Когда 'Громовой Ястреб' чуть раньше взорвался внизу склона, бушующий ад пламени озарил пещеру во всем её кристальном великолепии. И только теперь 31-Термохрон понял, что яркий свет так и не затухал. Снизу, булькая и пузырясь, поднималось расплавленное железо Абистра-Диномикона. Демон ядра планеты учуял угрозу, исходящую от Устройства Геллера, и теперь яростно наполнял пещеру. Его чувствующий и живой металл с потусторонней яростью ударял, расплёскиваясь и шипя, в поверхность кристаллов.
  Принцепс развернулся к оставшимся двум Железным Воинам, бегущим прочь. Одного из них перехватил Инвал 7-Статика. 31-Термохрон мог видеть пылающий свет Устройства Геллера, идущий из ложбины через лес кристальных колонн. Посмотрев на море демонического жидкого железа, заполнявшее каньон, и бушующее у самого края, и Железных Воинов, собравшихся атаковать вычурную бомбу, принцепс понял, что у него нет иного выхода, кроме как следовать за космодесантниками Хаоса.
  - Милорд инфокузнец, - позвал офицер-скитарий, но Динострий не ответил. Если должно было умереть, техножрец умирал вместе со своими машинами.
  Инвал 7-Статика срубил отвратительные выросты оружия с рук Железного Воина, а 31-Термохрон прыгнул на чудовищную сгорбленную спину космодесантника. Вцепившись своим скрипящим мультикогтем в лицо Железного Воина, принцепс сорвал его напрочь. Когда 31-Термохрон соскользнул со спины Облитератора, Инвал 7-Статика ударил головой в обнажённый угловатый череп, сбивая отвратительное искажение сути на землю.
  - Вперёд! - приказал принцепс, отправляя быстрого и лёгкого ассасина к ложбине. Обернувшись, 31-Термохрон заметил, как расплавленное железо медленно переливается через край кристального поля, словно волна. Поглотив инфокузнеца и его роботов-кастелянов, исполненная инфернальной злобы масса жидкого металла стремительно размывала кристаллы по направлению к принцепсу.
  <-Устройство, Термохрон, - сказал Омнид Торкуора. - Устройство должно выполнить своё предназначение...>
  Пробегая через лес хрустальных колонн, принцепс слышал выстрелы и неестественные вопли. Когда он достиг ложбины, он увидел тела магоса этирикус и его жрецов, застреленных чудовищными Железными Воинами. Там же лежали три его сикарийца, их бронированные головы были оторваны от тел.
  Облитераторы, однако, тоже были мертвы. Попавшие под удар поэтапного расширения фазового поля Устройства Геллера, исполненные варпом Космодесантники Хаоса ощутили на себе страдание очищающего прикосновения Бога-Машины. Расширяющееся поле окутало порченые тела Железных Воинов, и Инвал 7-Статика погрузил свои трансзвуковые лезвия в спину одного из них. Второй замерший монстр услужливо упал на колени, чтобы Пакс-60 Криод перерезал ему глотку.
  Стоя в растущем поле бомбы Геллера, два Сикарийских ржаволовчих разместились между устройством и льющимся из одержимой демоном коры планеты расплавленным железом. Их оружие было бесполезно против такого противника, но они все равно следовали императивам своего архимагоса, не взирая ни на что.
  <-Всего лишь несколько секунд, - молился Омнид Торкуора. - Омниссия Воплощённый, во имя любви Твоих славных механизмов, даруй мне еще несколько секунд...>
  Когда поток расплавленного железа хлынул на лес кристальных колонн, он походил на рушащуюся в открытую темноту волну палящего инфернального цунами. Через оптику 31-Термохрона Торкуора наблюдал светящуюся злобу демонического железного дождя, падающего перед ним. Позади скитария он слышал, как устройство Геллера достигло сверхкритического уровня синхронизации. В последние мгновения принцепса техножрец почувствовал, как из сердца планеты вырывается взрывная сила жестокой реальности.
   
  0111
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ I
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
   +ЭФФЕКТ ГЕЛЛЕРА+
  
  
  - Кормовой экран, - сказал Торкуора, прибыв на командную палубу.
  - Есть кормовой экран, - ответил техножрец-капитан Вольтрам, выводя на экраны пикт-канал, транслировавший вид с кормы ковчег-крейсера.
  Техножрец протопал через мостик в своём бронированном костюме, сотрясая обслуживаемые сервиторами рунные банки. Его сопровождал телохранитель, единица Халдрон-44 Стройка. Раздирающий палубу своими траками уничтожитель терпеливо ждал новых приказов. Палубные жрецы, трансмеханики и сервиторы заметили прибытие своего хозяина, но в этот момент всё внимание находившихся на командной палубе было приковано к экранам, где разворачивалась катастрофическая сцена.
  Пикт-канал показывал умирающий мир. Как и 'Мистраль', крейсера и фрегаты Адептус Механикус покинули свои орбиты и уходили прочь от Велханос Магна на полной скорости, сверкая выхлопами двигателей. Войсковые транспорты скитариев, корабли-кузницы, ковчег-фрейтеры Механикус и храмовые баржи Коллегии Титаника разгонялись следом за ними на субсветовой скорости. Кто-то только выходил на орбиту, а некоторые суда, вроде гигабарж и ковчегов-фрейтеров, всего лишь несколькими минутами ранее покинули поверхность планеты, неся в себе боевые махины Ординатус и богомашины Титанов.
  Флот Торкуоры был не единственным оставившим планету. Боевая баржа 'Разрушитель Наковален', окружённая ударными крейсерами и эсминцами Железных Воинов, говорила о том, что Идрисс Крендл отдал приказ своим войскам покинуть мир-кузницу. Торкуора мог только предположить горячность ярости, охватившей Военного Кузнеца, который захватил и подчинил себе мощную и производительную планету-кузницу только для того, чтобы потерять всё в итоге.
  Техножрец внёс свой вклад в разворачивающееся внизу катастрофическое зрелище умирающего мира. Устройство Геллера было успешно взорвано в глубине шахт Каньона Ортокус, недалеко от демонического сердца планеты. При тестовом подрыве первого устройства эффект Геллера быстро распространился сквозь варп-шторм Великого Вихря, укрепляя стабильность реальности в огромном объёме пространства и оттесняя прочь разрывы метрики, через которые в реальность проникал Имматериум.
  Торкуора мог только гипотетически предполагать, что детонация бомбы Геллера внутри планеты может отсрочить или задержать внешние проявления эффекта. Но, осматривая ужасы разрушений Велханос Магна, архимагос не верил, что подобное сдерживание продлится очень долго. Планета медленно выворачивалась наизнанку.
  Прокатившиеся по всей поверхности землетрясения и возникшие разломы были заметны даже из пустоты космоса. Огромные отметины на лице планеты - индустриальные ландшафты, искажённые и искривлённые порчей, Храмы-Кузницы, посвящённые потусторонним сущностям и изрытые кратерами пустоши, на которых сражались слуги Адептус Механикус и Тёмных Механикум - исчезли. В ядре мира-кузницы шла битва стихий за превосходство, непреодолимая сила эффекта Геллера воздвигало реальность против инфернального присутствия могущественного демона, который, хотя был и невообразимо силен, все же не мог выжить во взрывной интенсивности расширяющегося пузыря реальности, охватившего самою его суть и ядро планеты.
  Кипящая, брызжущая лава шипящего железа штурмовала стены большого каньона, бегущего, словно шрам, по поверхности мира-кузницы. Глотая целые верфи вместе со строящимися и ремонтирующимися демоническими кораблями, благословлёнными его нечистым именем, Абистра-Диномикон разбивал их в щепки. Проламываясь сквозь храмы-кузницы техноеретиков, мощные промышленные комплексы и производственные центры, демон погружал поклонявшийся ему мир в адский поток расплавленного металла.
  В отличие от Железных Воинов, жрецы и порченые конструкты Тёмных Механикум, служившие своим хозяевам так же, как те служили демону, остались, чтобы слиться и стать единым целым с апокалиптическим потопом жидкого металла. Они собирались на грузовых дорогах, в храмах-кузницах и на берегах плавильных каналов, крест-накрест пересекавших планету. Они ждали своего настоящего крещения огнём. Железо возвращалось к проклятому железу, надеясь возродиться в виде какого-нибудь демонического механизма - мощного, инфернального и вечного. Они еще не знали, что их мир гибнет, и они умрут вместе с ним.
  По мере того, как ковчег-крейсер 'Мистраль' удалялся от падшего мира-кузницы вместе с сияющим двигателями флотом Адептус Механикус, Велханос Магна все ярче светилась гнилостным жёлтым светом расплавленного порченого железа. Его демоническое ядро изливалось на поверхность планеты, покрывая мир-кузницу бесконечным океаном жидкого светящегося металла. Потом, внезапно и вдруг, волнующееся и плюющееся бешенство расплавленного железа прекратилось. Омнид Торкуора наблюдал, как Велханос Магна мгновенно остывает, сменяя своё яростное сияние на унылую серость твёрдой металлической поверхности.
  - Во имя всего, что свято и истинно, - с нотками потрясения в голосе произнёс техножрец-капитан Вольтрам, - Архимагос, что случилось?
  - Демоническая сущность, овладевшая сердцем мира-кузницы, изгнана, - сказал Омнид Торкуора, наблюдая, как светящиеся трещины начали разрывать железный панцирь поверхности планеты. Разломы и трещины пролегли вокруг всей планеты, сливаясь и множась. Поверхность мира треснула, как скорлупа яйца.
  - Мы все еще можем заплатить жизнями за нашу победу, - сказал Торкуора, сосредоточив свой разум и мощь суперкогитаторов на бурлении уравнений, возможностей и вероятностей. - Мы никогда не достигнем точки Мандевилля.
  - Мой господин... - сказал техножрец-капитан.
  Велханос Магна вспыхнула вновь. Безумная мозаика растрескавшейся металлической поверхности сверкало все ярче.
  - Закрепить всё и приготовиться к удару! - приказал Торкуора. - Капитан!
  Вольтрам открыл каналы связи на всех палубах Мистраля и трансляции на идущие в его фарватере суда Адептус Механикус.
  - Приготовиться к удару, я повторяю: приготовиться к удару!
  Потом мир-кузница взорвался.
  Кормовой пикт-канал умер сразу, и экраны мостика зашипели статикой, перед тем, как отказать полностью. Тьма бездны космоса вторглась на мостик, казавшаяся ослепляюще глубокой и темной после адского сияния Велханос Магна.
  Стоя за рельсами кафедры, Торкуора схватился за один из них своей гидравлической рукой с мощными когтями. Едва он сомкнул захват на толстой металлической балюстраде, до крейсера докатилось действие ударной волны. Детонации бомбы и распространению эффекта Геллера больше ничего не мешало. Брошенный силой удара вперёд, Торкуора разбил своим бронированным капюшоном близлежащий рунный банк данных, врезавшись в инструментальную стойку. Корабль сотрясся, и каждого конструкта на его борту мотнуло сначала вперёд, а потом назад. Палубы, стены и надстройки судна задрожали, когда волна Геллера прошла через них.
  Когда все замерло, техножреца еще раз швырнуло, сначала от рельса, потом к нему, когда что-то врезалось в 'Мистраль'. Это была не взрывная волна и не расширяющийся пузырь реальности, находившийся в стадии насильственной реализации. Что-то физически ударило в корабль.
  Все еще сжимая оторванный металлический рельс в своей гидравлической клешне, Торкуора, пошатываясь в своём бронированном костюме, осмотрел разбитую и гудящую командную палубу.
  - Единица Стройка? - выкрикнул архимагос, разворачивая свой бронекостюм в сторону, откуда услышал звук и заметил движение. Уничтожитель использовал свои гусеницы, чтобы протолкнуть массивное тело меж двух консолей. Торкуора огляделся вокруг. - Техножрец-Капитан?
  Вольтрам не ответил.
  Командную палубу заливало красное свечение аварийного освещения. Сирены с разных палуб пытались перекричать одна другую. Банки и консоли фонтанировали искрами, приборы, сорванные с потолка мостика, висели на проводах и кабелях. Большинство рунных экранов было пусто. Гололитические дисплеи проецировали миазмы статики. Помещение было наполнено едким дымом от нескольких возгораний.
  Обозревая разрушенную командную палубу, Торкуора обнаружил, что большая часть сервиторов мостика были вырваны из своих интерфейсных подиумов. Палубные жрецы оглушённо возились среди обломков своих консолей и рунных банков.
  - Вольтрам, - позвал Торкуора.
  - Здесь, архимагос, - сказал техножрец-капитан, перебираясь через останки своего снесённого ударом трона и ковыляя вдоль остатков рельса амвона. Он придерживался за металлические направляющие, чтобы не упасть, и прижимал к груди разбитую искрящуюся бионику другой руки.
  - Палубные жрецы, - сказал Торкуора, - всем вернуться к своим станциям. Доложить о состоянии. Мы нуждаемся в знании того, насколько сильно повреждён корабль.
  - Технопровидцев на мостик! - Вольтрам отправил вызов в вокс-канал.
  Когда архимагос посмотрел на узкие стрельчатые окна мостика, он увидел огромные куски скал, дрейфующие мимо корабля. Торкуора заключил, что, поскольку 'Мистраль' поддерживал максимальную субсветовую скорость, эти гигантские фрагменты пород были выброшены взрывом с намного большей скоростью. Вся планета целиком взорвалась в едином апокалиптическом порыве, разбросав куски обречённого мира-кузницы во всех направлениях. Расчёты техножреца показали, что с наибольшей вероятностью ковчег-крейсер был поражён именно таким обломком останков планеты.
  Но это было до того, как он увидел, что еще проплывает мимо. Вращаясь вперемежку с колоссальными обломками Велханос Магна, мёртвые корабли и разрушенные выпотрошенные секции судов заполняли космос. Изучая повреждения, горячий сияющий металл разбитых палуб, рассыпающих вокруг целый шлейф обломков и тел, было сложно определить, что именно послужило причиной гибели кораблей. Может быть, взрывная волна эффекта Геллера, или поражение обломками взорвавшейся планеты, или удар другим судном, захваченным силой детонации Велханос Магна. Также было вполне вероятно, что 'Мистраль' получил повреждения от попадания в него секции развалившегося корабля Адептус Механикус, который сейчас дрейфовал мимо.
  - Техножрец-капитан Вольтрам, - Торкуора обратился к капитану через разбитый мостик. - Установите связь с остальными судами флота.
  Оглянувшись на разрушенную секцию корабля, вращающуюся впереди 'Мистраля', он подумал, что она могла принадлежать любому из них.
  Следующие несколько минут были заполнены сомнениями и замешательством. Технопровидцы и сервиторы обслуживания пытались починить рунные банки и консоли на мостике, чтобы вернуть в строй командную палубу. Отчёты о повреждениях с нижних палуб показали, что взрывной волной Эффекта Геллера были выбиты массивы аугуров, а сильнейшее столкновение с твёрдым объектом стоило 'Мистралю' почти всех орудийных батарей правого борта. Секции крейсера теряли давление, атмосферу и гравитацию, заставляя присутствующих там техножрецов принимать решения о блокировке разгерметизированных отсеков вместе с бывшими там членами команды корабля. По мере того, как треснувшие и разбившиеся гололитические дисплеи и рунные экраны возвращались в строй, и между стрельчатыми окнами развернулись трещащие и колеблющиеся тактические оверлеи, данные начали поступать.
  - Что с двигателями? - требовательно спросил у Вольтрама и находившегося на связи через вокс-канал инженерной секции главного технопровидца Торкуора.
  - Незначительные повреждения субсветовых двигателей, архимагос, - протрещал по воксу Главный Технопровидец Цертек. Его голос звучал резко, с металлическими реверберациями. - Варп-привод нуждается в тестах и диагностике, чтобы установить степень полученных от шоковой волны повреждений.
  - Неприемлемо, - сказал ему Торкуора. - Флот должен совершить переход через варп. Само наше выживание зависит от этого.
  - Мой господин, - передал через вокс Цертек, - простите, если я выразился неточно. Я не имел в виду, что варп-двигатели повреждены. Я сказал, что мы лишь будем стараться узнать степень их повреждений, полученных в результате столкновения.
  Тяжело ступая по разбитому мостику, с роящимися вокруг сервиторами и жрецами, Торкуора покачал головой.
  - Пусть ваши жрецы начинают свои ритуалы, технопровидец, - сказал архимагос. - Навигатор уже трудится над эфирными решениями по нашему указанию. После того, как мы достигнем края системы, мы включим варп-двигатели, и да поможет нам Омниссия. У нас нет выбора. Торкуора связь закончил.
  - Я сопоставил данные, которые вы просили, - сказал техножрец-капитан Вольтрам со своего помоста, выхватив длинную ленту пергамента из рук подчинённого ему техножреца.
  - Какие суда не ответили? - потребовал ответа Торкуора.
  - Кузнечный тендер 'Дентрик', - ответил ему техножрец-капитан, перечисляя потери, - храмовая баржа 'Ультиматум', вместе с которой потеряно три богомашины, ковчег-фрейтер 'Мизерикордия', ковчег-крейсер 'Гордость Омниссии', ковчег-крейсер 'Иррадиал', войсковой транспорт 'Адамантик', и, возможно, кузнечное судно 'Деус Кондуис'. По последним данным, его техножрец-капитан докладывал о критическом повреждении двигателей. Я думаю, что придётся бросить его здесь.
  Список потерь ужасал. Торкуора разглядывал мерцающие ланцетные экраны мостика и их оверлеи.
  - Кормовые экраны, - приказал архимагос. - Всё, что может выдать пикт-канал.
  Экраны переключались на размытый и нечёткий вид пространства позади 'Мистраля'. Торкуора видел, что мир-кузница исчез. Бомба Геллера не просто вырвала и выбросила в космос кусок планеты. Велханос Магна полностью разлетелась во взрыве, оставив в наследство после себя смертоносный каменный шторм кувыркающихся валунов и разбитых обломков кораблей.
  В кильватере 'Мистраля' Торкуора видел остатки флота Адептус Механикус, старающиеся догнать флагман. Переломанные ужасными столкновениями ковчег-крейсера. Раздутые фрейтеры, выводящие свои повреждённые двигатели на предельный режим. Фрегаты с разбитыми корпусами реакторов, оставляющие за собой шлейф смертельно опасных излучений, поражающих их экипажи. Войсковые транспорты, с трудом плетущиеся через пустоту.
  А позади остатков некогда гордого флота Торкуора мог видеть растерзанную флотилию Железных Воинов. Хотя корабли Космодесанта и строились с многократным запасом прочности, чтобы выдержать любые испытания, которые могла бросить на них враждебная Галактика, но ударные крейсера были слишком древними. И космодесантники Хаоса были намного ближе к эпицентру планетарной детонации. Торкуора отметил, что Железные Воины потеряли множество принадлежавших им судов. Они без жалости бросали в горнило ярости разрушенной планеты одержимые демонами и повреждённые корабли своих искажённых варпом союзников-Темных Механикум.
  Среди ржавой воинственности флотилии Железных Воинов Торкуора разглядел боевую баржу 'Разрушителя Наковален', прокладывавшую себе дорогу между двумя тяжелобронированными фрейтерами Тёмных Механикум. Корабли, утыканные шипами и чудовищным вооружением, пытались убраться с пути боевой баржи, и один из них столкнулся с черным крейсером Тёмных Механикум. 'Разрушитель Наковален' врезался во второй фрейтер, сминая его бронированный борт, и отбрасывая корабль в сторону. Мощный молотообразный нос-таран боевой баржи, и ее амортизирующая макрогидравлика уже несли на себе останки своей первой жертвы. Обломки 'Мизерикордии' волочились за мощным усиленным тараном боевой баржи.
  - Они ускоряются, - сказал техножрец-капитан Вольтрам Торкуоре. - Этот корабль не должен быть таким быстрым. Особенно, если вспомнить про возраст. Я не знаю, что Железные Воины сделали с колонной двигателей, может быть, что-то для сверхускорения своего тарана, но... Это значит, что они могут нас догнать.
  - Когда это случится?
  - Задолго до границ системы, - мрачно признал Вольтрам. Он показал гололитический оверлей, сменившийся передним пикт-каналом. - И есть еще это, - техножрец-капитан увеличил изображение.
  Но Торкуора не нуждался в аугурах, чтобы сказать, что именно он видит перед собой. Флот Тёмных Механикум с Сатцики Секундус. Тридцать порченых судов, несущих на своих нечистых палубах поддавшихся порче конструктов с бывшей родины Торкуоры. Открыв орудийные батареи правого борта, подкрепления, прибывшие к Тёмным Механикум, спешили к возглавляемому 'Мистралем' разрозненному и неоднородному каравану кораблей Адептус Механикус. Они стремились догнать корабли слуг Омниссии до того, как те достигнут точки Мандевилль. Во главе строя предателей Торкуора мог наблюдать техноеретическое великолепие Ковчега Механикус 'Энкоронада', флагмана причудливо аугментированных мерзостей.
  - Архимагос. Каковы ваши приказы? - техножрец-капитан спросил у него.
  Бледные сухие губы Торкуоры скривились, и с них сорвалось рычание. Как жрец Адептус Механикус, он на протяжении долгого времени пытался очистить себя от лишних эмоций и чувств. Пока логические катушки его суперкогитаторов и рунных банков сражались с кошмарным противоречием, он ощутил горячую хватку неизбежности, крепко сжавшую его сердце, все еще бившееся в древней истерзанной плоти. Бешеная ярость вгрызалась в сознание, сжигая его, и это следовало признать. Он уничтожил запятнавшего своей сущностью Велханос Магна демона Абистра-Диномикрона. Он убил мир-кузницу Предателей и миллионы поддавшихся порче обитателей. Как и Идрисс Крендл. Однако, архимагос заплатил за свои победы. Преследуя 'Мистраль', Военный Кузнец собирался принудить Торкуору выплатить самую последнюю, высочайшую цену.
   Пока Омнид Торкуора сражался с эмоциями и побуждениями своей плоти, столь давно забытой и заброшенной, архимагос не мог помочь, но находил некоторое утешение в том, что его враг пережил что-то подобное. Торкуора представлял себе горькую ярость Идрисса Крендла. Велханос Магна, ее армады порченых конструктов и непредставимая ценность ее темной промышленности были навсегда потеряны для Военного Кузнеца. Торкуора чувствовал проявление желания Железного Воина отомстить в том, как бесцеремонно тот обращался с древней боевой баржей и в том, как ярко сиял пламень разогнанных двигателей 'Разрушителя Наковален', работавших далеко за пределами всех конструктивно заложенных в них возможностей. Торкуора знал, что Идрисс Крендл не остановится ни перед чем, чтобы догнать и уничтожить архимагоса и его флот. Теперь Кузнец Войны и его Железные Воины, терзавшие галактику на протяжении тысячелетий, будут охотиться за ним и уничтожат архимагоса вместе со всеми истинными конструктами, которые будут рядом с ним.
  Насколько Торкуора понимал, Крендл сейчас вышел из себя, и позволил захватить контроль над рассудком своей ярости и холодной жажде быстрой мести. И архимагос задался вопросом, как можно использовать такую очевидную слабость. Вместе с мыслью, помогающей успокоить гулкий стук сердца в высохшей груди техножреца, Торкуора ответил на вопрос техножреца-капитана.
  - Посмотрим на наших союзников, - сказал он.
  -Наших союзников, мой господин?
  - Те из наших врагов, на чью предсказуемость и последовательность мы можем рассчитывать, - ответил Торкуора. - То, чем мы сами не будем. Свяжитесь с Навигатором. Попросите передать его эфирные решения и координаты точки рандеву остальным кораблям флота. Техножрецам-капитанам эта информация потребуется довольно скоро, а мы не будем рядом, и не сможем предоставить её потом.
  - Мы не сможем, архимагос? - осторожно спросил Вольтрам, подразумевая, что к тому моменту 'Мистраля' уже не будет в живых.
  - Успокойтесь, капитан, - сказал Торкуора. - Я не собираюсь терять 'Мистраль' в самоубийственном броске.
  - Я думаю, что я скажу от лица всех слуг Омниссии на этом корабле, если отмечу, что действительно рад это слышать.
  - Я всего лишь хочу, чтобы это выглядело, как самоубийство, - сказал ему Торкуора. Перед тем как техножрец-капитан успел обработать эту информацию, архимагос приказал: - Запрос состояния: каковы наши наступательные возможности?
  - Основной калибр: носовая пушка 'Нова' ожидает ваших приказов, - сказал Вольтрам. - Макропушки батарей левого борта заряжены и готовы к стрельбе. Батареи правого борта выведены из строя, способна вести огонь только передняя секция.
  Торкуора кивнул головой, покрытой пятнами, напоминавшими трупные, в складках своего капюшона. Его оптика напоминала пару раскалённых докрасна точек.
  - Что со щитами?
  - Пустотные щиты работают на шестьдесят три процента мощности, - сообщил техножрец-капитан, - хотя я не могу гарантировать долгой работы. Технопровидцы докладывают, что целостность генератора щита нарушена.
  Торкуора не удивился. Пустотные щиты ковчега-крейсера, конечно, спасли жизни всех, кто находился на борту, но планетарная детонация и взрывная волна все-таки нанесли генераторам тяжёлый урон.
  - Живые силы?
  -Эти данные все еще поступают с нижних палуб, - признал Вольтрам. - Медикусы и секции технического обслуживания докладывают о большом количестве повреждённой бионики и ранений органических частей конструктов.
  - Каков расчёт в наилучшем приближении? - надавил на капитана Торкуора.
  - Укомплектование корабля скитариями-часовыми и бортовыми сервиторами - двадцать процентов, - сказал техножрец-капитан. - Плюс заявлены записи боевых автоматонов Крондин Зета-Два, Третья и Восьмая манипулы, и когорты скитариев, эвакуированных с поверхности мира-кузницы - Колонна Ориак Сцинтилланс 4 под командованием Примуса Винтегара-4 Фобала. И, конечно же, имеется от двух до трёх сотен жрецов, которые могут оставить свои станции и взяться за оружие во имя Омниссии.
  - Соберите наши силы и подготовьте их к отражению нападения на орудийных палубах правого борта, - сказал Торкуора.
  - Что насчёт батарейных портов? - уточнил техножрец-капитан.
  - Только палубные жрецы и команды сервиторов, - ответил архимагос. - Мы будем атакованы через батарейные порты, но не станем там сражаться. Любой здравомыслящий капитан попытается пойти в атаку со стороны незащищённого фланга, не опасаясь ответного залпа. Это настоящее приглашение.
  - Приглашение, мой лорд? - спросил Вольтрам.
  - Железные Воины возьмут нас на абордаж, не сомневайтесь, капитан, - ответил Торкуора.
  - Сомнений не будет, особенно если это поможет.
  - Когда и где это произойдёт, - ответил капитану Торкуора, - это единственное, на что мы можем повлиять. Информируйте остальных капитанов, что мы отрываемся от флота.
  - Откуда вам известно, что Железные Воины последуют за нами? - спросил Вольтрам.
  - Они обязательно последуют за нами, - заверил его Торкуора, думаю об Идриссе Крендле, рычащем на мостике чудовищной боевой баржи. - Мы не оставим им выбора. После изменения курса необходимо, чтобы все техножрецы-капитаны флота совершили рывок к точке Мандевилль. Они не должны пытаться помочь нам. Они не должны ждать нас. Флот должен как можно скорее перейти в варп. Удостоверьтесь, что они все поняли.
  - Да, мой господин.
  - Немедленно, - сказал Омнид Торкуора. - Железные Воины заманили нас в ловушку, когда мы построили и испытали Устройство Геллера. Давайте посмотрим, не сможем ли мы соблазнить наших врагов и привести их в нашу западню.
   
  1000
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ I
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +НУЖДА РОЖДАЕТ ИЗОБРЕТАТЕЛЬНОСТЬ+
  
  
  Когда Велханос Магна исчезла, система превратилась в скопище зелёных газовых гигантов и потоков камней. Когда 'Мистраль' вошёл в разворот, прокладывая новый курс вокруг обширного пояса самой большой планеты системы, остальные корабли разнородного флота Адептус Механикус сохранили свою траекторию, подразумевавшую прохождение в разрыв между малой системой колец газового гиганта и орбитами его ледяных лун. С большого расстояния планета-гигант казалась спокойной и безмятежной, но в её зелёном водовороте бушевали гигантские шторма со скоростью ветра в сотни километров в час. Вспышки, словно прожилки, пробегали по всей атмосфере газового гиганта, когда очередной фрагмент разрушенной планеты, размером с космический корабль, падал в глубокие объятия гравитационного колодца зелёного монстра.
  Минуты, полные напряжения, шли, пока 'Разрушитель Наковален', удерживая свою неимоверную субсветовую скорость, ложился на новый курс. Торкуора вёл расчёты, затаив дыхание. Его оптические оверлеи были заполнены танцующими заголовками, траекториями, таблицами времени и расстояния.
  - И... Сейчас, капитан Вольтрам, - сказал архимагос.
  - Отключить подачу энергии на двигатели, - приказал капитан Вольтрам. - Включить тормозные двигатели, четверть мощности.
  Внезапно пламя, вырывавшееся из двигателей ковчега-крейсера, исчезло, подавая Железным Воинам на борту 'Разрушителя Наковален', что еще не все потеряно. 'Мистраль' лёг в дрейф и стал замедляться, а боевая баржа продолжала лететь к нему, не проявляя никаких признаков замедления.
  - Они меняют направление, - сказал Торкуора, наблюдая за боевой баржей, которая изменила курс, следуя траектории судна Адептус Механикус, проложенной вокруг газового гиганта. С некоторой толикой удачи, архимагос надеялся, что и вся флотилия Железных Воинов до последнего корабля последуют за ними.
  - Они собираются протаранить нас, - сказал Вольтрам, смотря, как сильно на кормовых экранах выросла в размерах боевая баржа.
  - Давайте, давайте же... - пробормотал сам себе Торкуора. Его оверлеи шипели от схематичных данных и разворачивающихся уравнений. Целую вечность казалось, что ковчег-крейсер не собирается останавливаться. 'Разрушитель Наковален' надвигался на него, словно колесница Джаггернаута, и его носовой молот заполнил все поле зрения кормовых пикт-каналов.
  - Архимагос...
  - Ещё рано, - сказал Торкуора. Его суперкогитатор пролистывал каскад цифр перед его глазами. Если начать действовать слишком рано - Крендл сможет изменить свой курс. Если уже слишком поздно, как опасался техножрец-капитан, то ковчег-крейсер развалится надвое. - Ещё рано.
  - Мой господин, мы должны...
  - Тормозные двигатели, полная тяга! - приказал Торкуора.
  Маневровые двигатели 'Мистраля', используемые, как правило, при торможении и манёврах стыковки, вспыхнули. Ковчег-крейсер был огромен, но перед тем замер неподвижно во тьме космоса, и маневровые двигатели придали ему все ускорявшееся движение.
  На мостике еще раз прозвенели сигналы опасности столкновения. Торкуора мог только надеяться, что его расчёты оказались достаточно точны, и ждать, пока колоссальный корпус боевой баржи рос рядом с бортом крейсера. С двигателями малой тяги, включёнными на полную мощность, корабль Адептус Механикус медленно, с неспешностью сползающего ледника, сдавал назад и в сторону, с тончайшей точностью уворачиваясь от тарана 'Разрушителя Наковален'.
  - Приготовиться к столкновению, - сказал Торкуора.
  - Всей команде, приготовиться к столкновению! - затрещал голос техножреца-капитана по всем палубам ковчега-крейсера.
  Едва Железные Воины поняли, что промахнулись мимо своей цели, медленно отползающей задним ходом, они включили свои тормозные двигатели. Но было уже слишком поздно. 'Разрушитель Наковален' летел слишком быстро. Готовясь к тарану, составлявшие команды его орудий технорабы, сервиторы и автоматоны оказались не готовы стрелять и упустили возможность открыть огонь по ковчегу-крейсеру. Однако, Торкуора не собирался пропустить такой шанс.
  Когда носовой таран 'Разрушителя Наковален' скользнул по носу идущего задним ходом 'Мистраля', всех палубных жрецов и сервиторов швырнуло в одну сторону. Удар, пришедшийся вскользь, разнёс вычурные украшения, разбил надстройки и палубы носовой части крейсера. Торкуора ощутил удар, прошедший вибрацией по всему судну. Как и палубных жрецов, его тоже снесло в сторону, бронированные металлические ботинки силового костюма заскользили по палубе, и техножрец остановил своё движение гидравлической клешней.
  Углы прицелов уменьшились, и цифры расстояния до цели на оверлеях Торкуоры сошлись в ноль. После удара в скулу всей огромной массой боевой баржи, батареи левого борта ковчег-крейсера оказались развёрнуты в сторону борта 'Разрушителя Наковален'. Оверлеи Торкуоры вспыхнули отметками срочности.
  - Залп, - сказал Омнид Торкуора. Техножрец-капитан кивнул.
  - Орудийные палубы левого борта, - передал Вольтрам по корабельному воксу, - огонь!
  Торкуора почувствовал, как 'Мистраль' содрогнулся от синхронизированного залпа макропушек. Взрывы снарядов, прилетевших в упор, разорвали борт боевой баржи. Зазвенело еще больше сигналов столкновения, когда 'Мистраль' и 'Разрушитель Наковален' почти столкнулись друг с другом. Но разворачивающийся крейсер, которому удар в нос лишь придал ускорения, смог избежать смертельного удара.
  Боевая баржа Железных Воинов промелькнула в опасной близости от 'Мистраля'. Сила её ускорения, которое было не так-то просто сбросить, направила судно дальше к зелёному газовому гиганту. Правый борт древнего корабля представлял собой мешанину разрушенных надстроек, а внутренние взрывы все еще пробивали палубы, выворачивая их наизнанку. Оставляя за собой шлейф из обломков и кусков тел орудийных команд, 'Разрушитель Наковален' включил тормозные двигатели на полную мощность, рискуя их сжечь.
  Выйдя из разворота, 'Мистраль' оказался повернут носом к приближающейся флотилии судов Железных Воинов. Те корабли Космодесанта Хаоса, что вознамеривались ранее преследовать оставляющий поле боя флот Адептус Механикус, вернулись, чтобы поддержать своего Кузнеца Войны.
  - Пушки 'Нова', - приказал Торкуора, - огонь по готовности.
  - Носовые команды, взвести гравиметрику, - передал по воксу капитан. - Пушкам - огонь!
  Торкуора наблюдал за пылающим потоком выстрелов, летящим прямо в возглавлявший преследователей ударный крейсер Железных Воинов. Древний корабль, обладавший укреплённой броней и зубчатыми украшениями надстроек, выстрелил в ответ. Его колоссальный главный калибр изверг из себя огромный шар магма-бомбы.
  - Усилить передние пустотные щиты, - приказал Торкуора.
  Когда боеголовка 'Новы' ударила в щит ударного крейсера, тот моментально облёкся в шторм из яростных плазменных разрядов. Начиная с носа, по пустотному щиту корабля прокатились ударные волны и спустя мгновение щит пал, ярко вспыхнув.
  - Закрепиться! - приказал Торкуора.
  Магма-бомба ударила в 'Мистраль', пульсирующим импульсом пробив щиты. Пустота пылала яростной белизной, когда взрыв ударил в защитные поля.
  - Целостность пустотного щита сорок два процента...- объявлял палубный жрец. - Двадцать семь процентов. Одиннадцать процентов.
  После падения пустотных щитов, последний всплеск бушующего разрушения магма-бомбы захлестнул нос 'Мистраля', сжигая плиты брони и плавя пластины датчиков. Торкуора продолжал работать с множеством чисел и вспышек траекторий, разбегавшихся по его оверлеям. Для техножреца битва будет выиграна или проиграна только с помощью чисел, но не ярости.
  - Субсветовые двигатели, половина мощности, - сказал Торкуора. - Все, что это благородное судно может дать нам.
  Нос 'Мистраля' все еще продолжал разворачиваться, когда его основные двигатели зажглись ослепительными огнями.
  - Батареи левого борта, зарядить оружие, - приказал Торкуора. Пока ощетинившийся макропушками борт ковчега-крейсера продолжал разворот, ближайшие суда Железных Воинов выпустили в судно Адептус Механикус торпеды.
  Торкуора шагнул к стрельчатым окнам мостика, и по его оверлеям ползли траектории летящих торпед.
  - Они промахнутся, - уверенно объявил техножрец, и развернул свой тяжёлый костюм, чтобы рассмотреть Вольтрама, стоящего в полуразрушенном ограждении командного пункта.
  - И будут промахиваться, пока мы сохраняем нашу скорость, - кивнул Вольтрам.
  - Техножрец-капитан, - обратился к нему Торкуора. - Вы можете приказать своим орудийным командам стрелять по готовности.
  Макропушки левого борта одна за другой швыряли снаряды в приближающиеся эсминцы Железных Воинов. Несколько зарядов вспыхнули, ударив в пустотные щиты судов, вызывая рябь. Один снаряд врезался в незащищённый борт шедшего впереди ударного крейсера, пробивая древнюю броню. Большая часть выстрелов пришлась во мрак пустоты, но сам факт обстрела заставил флотилию Железных Воинов испытать замешательство. Капитаны Облитераторов изменили курс своих судов - некоторые последовали за флагманом, другие вернулись к преследованию бегущего флота Адептус Механикус, третьи заложили манёвры уклонения, чтобы не допустить пересечения траекторий своих судов с сектором обстрела левого борта 'Мистраля'.
  - Архимагос? - произнёс техножрец-капитан Вольтрам.
  - Курс на точку Мандевилль, - ответил Торкуора, - со всей возможной скоростью.
  Время летело. Ковчег-крейсер мчался сквозь шелковистую черноту пространства. Точка Мандевилля, располагавшаяся на самом краю системы, никогда еще не казалась такой далёкой. Мостик наполнился тишиной, которую никто не решался нарушить шёпотом или звуком голоса. Отдалённый рокот могучих субсветовых двигателей 'Мистраля' наполнял адептов Механикус чувством комфорта, словно пылающие колонны приводов несли слово самого Омниссии в своём яростном громе.
  Обойдя вокруг газового гиганта, 'Мистраль' преодолел препятствие в виде ледяных лун, вращавшихся вокруг гигантской планеты. Флотилия Железных Воинов перегруппировалась, и направлялась к ковчегу-крейсеру в некоем подобии кипящего гневом боевого порядка. Но их манёвры стоили им немалой толики ускорения, и привели к тому, что флотилия вышла за пределы оптимального расстояния для пуска торпед. Торкуора заключил, что 'Мистраль' без труда избежит как залпа торпед, так и столкновения с судами противника.
  Гораздо больше архимагоса беспокоил флот Темных Механикус, прибывший с Сатцики Секундус. Держась на окраине системы (как, несомненно, приказал им Идрисс Крендл), Ковчег Механикус 'Энкоронада' сейчас двигался, намереваясь отсечь бегущие суда Адептус Механикус от точки выхода. По расчётам Торкуоры, это было возможно. Оказавшись в точек Мандевилль, суда могли активировать свои варп-приводы, и покинуть систему. Однако, путь к свободе лежал через стену пушек, выстроенную целой процессией порченых кораблей и искажённых транспортов Темных Механикус.
  - Они вернулись, - объявил техножрец-капитан Вольтрам.
  Стрельчатые экраны мостика показали пылающий след военного корабля, пролегающий возле зелёного газового гиганта. Объятая пламенем боевая баржа 'Разрушитель Наковален' пошла на опаснейший гравитационный манёвр, разогнавшись многократно в полях тяготения колоссальной массы планеты. Полученного импульса ускорения хватило, чтобы догнать 'Мистраль'.
  Торкуора кивнул собственным мыслям.
  - Нужда рождает изобретательность, - сказал он Вольтраму.
  - Они нас поймали? - спросил техножрец-капитан.
  - Да. Они нас поймали, - подтвердил архимагос. Его оверлеи отразили интерполяцию курса 'Разрушителя наковален' при текущей скорости. - Но они будут заходить с нашего правого борта. Свяжитесь с Примусом Фобалом. Скажите ему, что абордаж неизбежен. Пусть готовится отразить его.
  - Да, мой господин. Вы хотите начать манёвры уклонения?
  Торкуора перевёл взгляд с обжигающего следа боевой баржи Железных Воинов, которая походила сейчас на огненный шар, кружащийся вокруг планеты, на далёкий флот Тёмных Механикум, чьи крейсера пытались перехватить остатки кораблей Адептус Механикус. Суперкогитаторы архимагоса загудели, рассчитывая возможности.
  - Нет, - сказал Торкуора. - Коррекция курса: точка ноль, ноль, два. Поддерживать ориентацию.
  - Этот курс приведёт нас к боевой барже врага, - предупредил Вольтрам.
  - Но уведёт от 'Энкоронады', - ответил техножрец. - Я не испытываю восторга от идеи оказаться под ударом могучих орудий Ковчега Механикус. Выношу предположение, что наши шансы на выживание будут выше, если мы окажемся под атакой нескольких крейсеров поменьше.
  - И боевой баржи, мой господин?
  - Мы захватим её, - сказал Торкуора.
  - Мы собираемся сделать это, чтобы переместиться на борт вражеского судна?
  - Хвала Омниссии, нет, - ответил Торкуора. - Это было бы самоубийством. Они Железные Воины. Мы сцепимся с боевой баржей и позволим Железным Воинам подняться к нам на борт - раз уж они все равно собираются сюда попасть. Не будем разочаровывать их.
  - Мой господин?
  Торкуора развернул свой бронекостюм.
  - Капитан Вольтрам, - сказал техножрец, приближаясь к командному пульту. - Единственный способ преодолеть флот Тёмных Механикум и его блокаду точки перехода - это сделать это в сцепке с вражеским кораблём. Тёмные Механикум не смогут стрелять в нас, не задев своих новоявленных союзников. И я думаю, что они не станут стрелять'.
  Техножрец-капитан кивнул в молчаливом согласии.
  - Капитан Вольтрам, оставляю мостик на вас, - сказал Омнид Торкуора. - Держите вокс-каналы открытыми. Если я понадоблюсь, я буду на орудийной палубе правого борта, вместе с Примусом Фобалом и его людьми.
  - Может быть, вам стоит остаться здесь, на командной палубе, архимагос? - спросил Вольтрам.
  Торкуора остановил свой громыхающий металлом о металл бронированный костюм возле капитана, ненадолго прервав путь к лифтам мостика.
  - Нет. Мы приобретём для вас столько времени, сколько сможем. Когда достигнете точки Мандевилля, подавайте на ввод эфирное решение Навигатора и переходите в варп немедля.
  - Да, архимагос, - сказал техножрец-капитан Вольтрам.
  Торкуора посмотрел на чудовищное машинное тело Хальдрона-44 Стройки, ждущего неподалёку. Его траки и тяжёлое вооружение были в полной готовности.
  - Единица Стройка, - сказал Торкуора, - следуй со мной.
   
  1001
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ПОЧИТАЙ ЖЕЛЕЗО СВОЁ+
  
  
  Омнид Торкуора и Хальдрон-44 Стройка пробирались вниз по переходам ковчег-крейсера. Гусеницы уничтожителя рвали металл настилов палуб, и гулко звучали шаги архимагоса. Во время их пути сирены оповещения отключились. Вместе с визгом сигнализации и вспышками натриевых ламп, обозначавших чрезвычайное положение на судне, ожил вокс-канал Торкуоры.
  - Боевая баржа идёт на сближение, мой господин, - сказал техножрец-капитан Вольтрам. Техножрец нашёл его в филактическом канале, испытав при этом симпатию к капитану. Обстановка на мостике, с подавляющей картиной пикт-канала с приближающимся 'Разрушителем Наковален', была напряжённой. Молотовидный нос баржи приближался метр за метром, медленно и мучительно, его металл пятнали заклёпки и участки броневых плит, зияющие батареи пушек...
  - Они включили свои тяговые поля и магнитные замки, - проинформировал архимагоса Вольтрам.
  - Включить наши, - ответил Торкуора. - Есть ли энергетические сигнатуры от их систем вооружения?
  - Никаких, мой господин.
  - Тогда они все-таки решили взять нас на абордаж, - сказал архимагос. - Они - Железные Воины. Они были признанными мастерами осад, еще до своего падения во тьму.
  - Да, отсюда кажется, что они собрались взять корабль приступом, - сказал Вольтрам.
  - Что насчёт флота? - спросил Торкуора.
  - Все наши суда покинули систему, - сообщил ему техножрец-капитан. - Последний корабль перешёл в варп, пока мы с вами разговаривали.
  - Хвала Омниссии! - сказал Торкуора.
  - Так точно, - ответил Вольтрам. - Троекратная хвала. Мы можем лишь надеяться, что Он прольёт немного Своего света во тьму, которая нас окружает. Мы движемся на боевой порядок флота Тёмных Механикум... без пустотных щитов.
  - Без щитов?
  - Главный технопровидец и его диагностический конклав все еще работают над этим, архимагос.
  - Это уже не важно, - ответил Вольтраму техножрец. - Сатциканские жрецы не откроют огня по Железным Воинам - только не в пылу битвы, где намерения и преданность могут быть поняты неверно. Вот потому-то мы и должны удерживать их корабль как можно ближе.
  - Они достаточно близко, - уверил его Вольтрам. - Похоже, они готовят абордажные торпеды - и всё, что могут еще бросить на нас.
  - Мы готовы к этому.
  - Включение тяговых полей и магнетических замков, - сказал Вольтрам, - сейчас.
  - Торкуора связь закончил.
  
  Тяжко топоча по длинной и похожей на огромную пещеру орудийной палубе правого борта, Омнид Торкуора внимательно изучал обстановку. Корпус и края портов походили на мешанину скрученного металла, после столкновения, повредившего 'Мистраль'. Фазовые поля орудийных палуб, по крайней мере, уцелели, и удерживали давление, атмосферу и гравитацию. Без трещащих энергетических экранов макропушки, установленные в противооткатные устройства, не могли выдвинуться наружу и стрелять - это бы угрожало целостности корабля. Там, где столкновение было наиболее сильным, пушки были окружены искорёженными рейлингами и разбитым настилом, и было видно, что уцелели далеко не все орудия.
  Поверхность длинной орудийной палубы все еще покрывали толстые энергокабели, подъёмники и транспортёры боеприпасов. Палубные жрецы и сервиторы, составлявшие орудийные расчёты растворились в море конструктов, собранных здесь. Альфа-Примус Винтегар-4 Фобал стоял, попирая ногами гигантские останки разбитой макропушки. Офицер-скитарий был облачен в свою потрёпанную боевую броню и шлем с зубчатым плюмажем. Воздух вокруг него мерцал и шипел от радиации, полученной Фобалом за долгий период службы в когортах скитариев авангарда. Его рад-кадильница яростно потрескивала, когда он говорил, добавляя тем самым фоновый шум статики к модуляциям его голоса.
  Суб-альфы стояли перед ним, их перчатки покоились на радиевых пистолетах в поясных кобурах. Офицеры приписанных к кораблю скитариев-часовых также заняли позиции у подножия разрушенного орудия. Передав всеобщее командование альфа-примусу, возглавившему противодействие абордажу, их часовые смешались с киберсолдатами Ориакских Сцинтиллянтов Фобала, когортой ветеранов-конструктов, полгода противостоявших противнику на поверхности Велханос Магна. Среди них были покрытые боевыми отметинами ветераны авангарда, вооружённые винтовками рейнджеры и похожие на пауков Сикарийцы.
  Магосы Редуктор и старшие палубные жрецы парили в воздухе неподалёку, в своих одеяниях и подсвеченных оптикой капюшонах, незримо подтверждая авторитет примуса для своих боевых сервиторов и подготовленных палубных команд. Над этой маленькой армией возвышались подобно башням несколько баллистариев-стрелков, оседлавших пилотируемых сервиторами 'Железных Ходоков'. Боевые автоматоны-Кастеланы из подразделения Крондин-Зета стояли со своими инфокузнецами совершенно безмолвно.
  Когда скитарии расступились, чтобы почтить сопровождаемое ударами шагов о палубу прибытие Омнида Торкуоры вместе со Стройкой, следовавшим за архимагосом, словно тень, техножрец увидел чудовищного 'Разрушителя Наковален'. Боевая баржа Космодесанта Хаоса проглядывала сквозь шипящие фазовые поля орудийной палубы. И она приближалась. Орудийная палуба к орудийной палубе.
  Используя увеличение и усиление оптики и своих оверлеев, Торкуора разглядел чудовищное скопление конструктов напротив. Трэллы-слуги легиона, гротескно искажённые сервиторы. демонические машины. Чудовищно аугментированные кибернетические ударные отряды и одержимые автоматоны. Весь ужас отвратительных конструктов и проклятой бионики техноереси Тёмных Механикум, который могла обеспечить Велханос Магна. Среди машинного безумия и потоков мусорного кода перемещались туши Железных Воинов. Их встроенная броня, проклятие металлоплоти и их непристойно торчащее из тел оружие делало космодесантников похожими на порченых варпом Дрендноутов или подвергшиеся действию порчи танки.
  <- Архимагос, - Примус Фобал прервал свой инструктаж подчинённым. - Вы оказали нам честь, почтив своим присутствием, но, вероятно, ваше место все же на мостике, рядом с капитаном. Все до единого конструкты, собравшиеся здесь, скорее отдадут свою жизнь и пожертвуют святостью своих аугментаций, чем позволят врагам Марса причинить вред Архимагосу Адептус Механикус>.
  Торкуора склонил свою голову вместе с капюшоном, затемняя оптику в знак уважения, и развернул свой широкий бронированный костюм к небольшой армии скитариев, сервиторов и жрецов, собравшихся на орудийной палубе.
  - Это честь для меня, - сказал им техножрец. - В ваших словах - ваши мысли и ваши деяния. С каждым зубцом шестерни, сервоприводом или поршнем. С каждым ударом ваших неукротимых сердец и каждой драгоценной каплей вашей крови.
  Он знал, что слугам Омниссии не требуются речи. Они обладали императивами, протоколами и кантиками. Они были частью величайшей Марсианской Машины, простирающейся через всю галактику. Автоматизированная империя. Кибернетическая цивилизация. И, тем не менее, за всеми этими живыми технологическими чудесами, наполненными молниями Движущей Силы, они все оставались людьми. Где-то под аугметикой и бионическими дарами, они все были плотскими существами: смертными, способными ошибаться и обладающими недостатками. В то время как железо их тел можно было нагружать без причины, и без вопросов оно бы выдержало любое испытание, плоть отзывалась на воодушевление и вдохновение. Как жрец Адептус Механикус, он нёс Слово Бога-Машины. Энергию, текущую через их двигательные системы и данные, льющиеся через их процессоры. В последнюю очередь Торкуора думал, что способен раздуть огонь в их груди и надежду в сердцах людей, принёсших в жертву так много своей плоти Великому Созидателю.
  - Я видел войны Омниссии через ваше послушание, выносливость и последние моменты ваших жизней, - сказал Торкуора. - Это привилегия - быть посланником Бога-Машины. Быть каналом, посредством которого встречаются конструкт и Творец. Быть ответом на ваши вопросы и вопросом к вашим ответам.
  - Я был всем этим, осуществляя свою службу с борта этого судна, пока слуги Бога-Машины жертвовали собой в служении и битвах, проигрывая и выигрывая их. Но теперь война пришла на этот священный корабль. К освящённому железу одного из технологических чудес Омниссии. Я не буду - и не могу - сражаться в этой битве через трудности, деяния и тела других. Я встаю рядом с вами. Плечом к плечу. В своей собственной плоти и с благословением Великого Созидателя на устах.
  - Предатели пришли за нашим железом. За железом, что течёт красным по нашим венам. Что придаёт силу нашим конечностям и оружию. За тем железом, что сформировало броню, защищающую нас от болта, луча и враждебной пустоты. За благословлённым железом, когда-то бывшим в горной породе и грязи миров-кузниц, которые нас породили. Они называют себя Воинами Железа, но они не знают ничего о его истинной ценности. Мы чтим железо как среду, через которую человек и Бог могут стать единым. Это святость. Это - сила Омниссии, вложенная в наши тела. Когда мы ломаемся, железо делает нас целыми. Железо делает нас большим, чем мы могли быть. Мы вплавляем железо в нашу плоть в священном акте интерфейса, и только так мы можем однажды превзойти уязвимость смертности и служить Богу-Машине вне пределов наших лет.
  - Эти порченые отступники, что пришли за нами, не служат никому, кроме себя. Они - техноеретики и чудовища. Сотворённые техноангелы, продавшие свои души тем, кто пришёл из-за пределов мира. Неправильным и искажённым сущностям варпа, чьи пророки соблазнили их ложью, которой жаждали их сердца, и к которой были готовы их уши. Они стали громилами, живущими только лишь для удовлетворения своей алчности, которая состоит в бесконечной войне, и жизни для одинокой смерти. Они чтят только то, что железо может сделать для них. Они подчиняют его своим целям и считают себя его хозяевами. В состоянии своей вырождающейся порчи они превратили свои чудовищные тела в кузницы, не менее техноеретические, чем те, что мы изничтожили во имя Бога-Машины. Храмы, чьё предназначение испорчено. Плоть, из которой проистекают нечестивость железа и его неверность. Оружие без Духа. Это недуг, от которого мы должны исцелить их. Освободить, предоставив смерть тем, кто пришёл сюда за нею.
  - Вот чего хочет от вас Творец. Вот о чем он вас просит. Выстоять. Чтить ваше железо. Наказать тех, кто извращает чистоту его предназначения. Положить конец всему тому, что не является частью великого замысла Бога-Машины. Я останусь с вами. Буду сражаться вместе с вами. Умру рядом с вами, если это необходимо ради благословления Омниссии. И я прошу вас сделать то же самое.
  Омнид Торкуора посмотрел на Винтегара-4 Фобала. Примус скитариев медленно кивал своим шлемом в такт словам техножреца, придавая им значимость и подтверждая каждое из них. Не было никакого веселья, аплодисментов или криков ликования. Это не путь слуг Бога-Машины. Движущая Сила текла через их механизмы. И теперь она текла еще и через их плоть, разумы и сердца.
  - На позиции, мои товарищи.
  Толпа скитариев, сервиторов и жрецов разошлась молча. В воздухе чувствовалась наэлектризованность. Что-то, что не происходило из выдачи императивов или прохождения протоколов. Заложенное в кузницах в кибернетику, плоть и железо неизъяснимое чувство присутствия божественного. Им нужно было знать, что Бог-Машина с ними. Не абстрактное понятие или аватара, а присутствующий на палубе и сражающийся плечом к плечу с избранными Им конструктами - ведь если это было так, как можно проиграть?
   
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА II ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ОТБРОСИТЬ АБОРДАЖНИКОВ+
  
  
  'Разрушитель Наковален' сблизился с ковчегом-крейсером 'Мистраль'. Тяговые поля и мощные магнетические замки, включённые на обоих судах, соединили корабли воедино, словно в смертельных объятиях. Тишина и неподвижность, царившие на орудийной палубе 'Мистраля', тревожили даже такого конструкта, как Омнид Торкуора.
  С каждой секундой два соединённых корабля были все ближе к краю системы. К границе, которая означала аннигиляцию или выживание для техножреца и ковчега-крейсера Адептус Механикус, ибо там их ждали военные корабли их родного мира - подвергшиеся порче конструкты, которых когда-то они называли братьями по кузнице. За боевым порядком Тёмных Механикум, кордоном, который по приказу Идрисса Крендла никто не мог пересечь, лежала свобода варпа.
  Военный Кузнец Железных Воинов желал быть одним из тех, кто повергнет 'Мистраль'. Захватит, но не силой огня или ярости пушек, а лицом к лицу. Железные Воины были озлобленными искажёнными чудовищами, чья неутолимая жажда разрушения являлась непререкаемым обетом их черных душ. В своё время Хальдрон-44 Стройка уже встал между Идриссом Крендлом и миром-кузницей, которой тот желал овладеть. За это Стройка принял невообразимые муки в плену у Железных Воинов, став их жертвой, и затем - марионеткой. Омнид Торкуора был уверен, что Крендл хочет для него самого то же самое, или много худшее. Для конструкта, который лишил Военного Кузнеца его мира-кузницы и будущих побед, которые она гарантировала...
  <-Началось, - информировал своих солдат Витегар-4 Фобал. - Занять укрытия. Блокировать и уничтожать>.
  'Разрушитель Наковален' произвёл бортовой залп в сторону правого борта ковчега-крейсера. Тусклые абордажные торпеды линией пронеслись от боевой баржи - большие, тупоносые, они напоминали пули стабберов. Короткий путь в замёрзшей пустоте капсулы проделали очень быстро, за мгновение прорвав мягкое сияние экранов фазовых полей, и взрезав уже разбитые конструкции правого борта крейсера.
  В отличие от торпед 'корабль-корабль', которыми крейсер обстреливали эсминцы и корабли эскорта, не было взрывов. Только разрушение. В один момент времени палубы представляли собой зону порядка и дисциплины, с солдатами-скитариями, занявшими позиции за разрушенными секциями стен, ящиками и машинерией. И в следующий миг все обратилось в хаос. Абордажные торпеды ударили в орудийную палубу с тупой мощью металлического цунами. Подъёмники и автоматоны-загрузчики разлетелись дождём осколков. Ящики и незаряженные боеприпасы отправились в полёт, прежде чем приземлиться с грохотом на палубу. Макропушки разламывались прямо на своих откатных рейлингах. Некоторые орудия срывало со станин и уносило через всю палубу разрушительным ударом. Бронированные тяжёлые кабели рвались, как нитки, вырываясь из пультов, которые взрывались тучей осколков. Плоть и бионика кибернетических солдат сыпались осколками на палубу, а спешно установленные огневые позиции превращались в металлические руины.
  Взвизгнувшие в секции сигналы тревоги показывали, что фазовые поля пробиты. Внутренняя стена орудийной палубы была взломана и разбита, являя сквозь проломы картину разрушений внутри корпуса ковчега-крейсера. Когда дым рассеялся, и скитарии перераспределили углы стрельбы и укрытия с учётом торпед, палубу снова окутала звенящая напряжением тишина.
  Торпеды были повсюду. Некоторые застряли в толстом металле стен или в снесённых пролётах ступеней из тёмного металла. Другие пробили настил палубы, разорвав металл плит и сетки, прежде чем упокоиться в окружении обломков. Сплющенные и деформированные рикошетами от надстроек и шпангоутов крейсера абордажные торпеды лежали на палубе. Усиленные носы некоторых из них были запятнаны кровью и маслом. Другие были искривлены и выглядели, как пули, извлечённые из стен.
  Омнид Торкуора выпрямился во весь рост своего бронекостюма посреди небольшого холмика обломков, ссыпавшихся с него при подъёме. Снаряд рикошетировал от его пластинчатой брони и прошёл через механизмы огромной клешни палубного погрузчика, висящей под потолком на гидравлической подвеске. Разрушенные части механизмов обрушились на Торкуору дождём, а торпеда пробила стену орудийной палубы и улетела в камеры склада боеприпасов, расположенные за ней.
  Техножрец направил свою оптику, обозревая разрушения и бронированные трубы, истекающие паром из пробоин, отмечая места повреждений в точках, где они уходили в стены и пол. Посмотрев на 'Разрушитель Наковален', архимагос увидел, что обрушившаяся на ковчег-крейсер жестокая волна была только первой из многих. Бронированные лихтеры, штурмовые лодки, абордажные скифы и орбитальные баржи - порченная продукция верфей Тёмных Механикум - стремились пересечь пространство между кораблями, используя собственные двигатели. Торкуора не сомневался, что каждый транспорт под завязку забит порчеными конструктами и генно-искажёнными рабами, готовыми сражаться, убивать и калечить. За медленно движущейся линией судов Торкуора мог видеть орды аугментированных штурмовиков, все еще загружающихся на борт очередной волны ветхих разномастных корабликов, стоящих в огромных ангарах боевой баржи. Также там были конструкты, надевавшие громоздкие скафандры с ракетными двигателями, чтобы перепрыгнуть между двумя могучими судами. Железные Воины собирались забросать 'Мистраль' волнами абордажников до полного захвата или уничтожения крейсера.
  Из лежащих и засевших в палубе торпед, покрытых пятнами ржавчины, донеслись звуки поворачивающихся поворотных колёс и сброса давления. Давление сбрасывалось из задних отсеков деформированных труб, в то время как гидравлика начала толчками выталкивать разбитые носы торпед наружу, чтобы начать высадку.
  Примус Фобал не собирался ждать, чтобы увидеть, что же именно ждёт встречи с его солдатами внутри торпед. Он отдал приказ открыть огонь. По одноразовым транспортным средствам ударили множество выстрелов, высекших искры из металла и пробивших его. Снаряды сервиторов, радиоактивные пули скитариев... Потоки молний текли по поверхности цилиндров, энергетические лучи плавили обшивку, шары плазмы проплавляли себе путь через закрытые люки, а ракеты, запущенные из стационарных пусковых установок, обращали торпеды в сплющенные обломки, падающие на палубу. Жрецы направили орды сервиторов и орудийных расчётов, которые столкнули абордажные капсулы, находившиеся наиболее близко к краю палубы, наружу, в невесомость и темноту космоса.
  Перед тем, как Омнид Торкуора увидел одинокого абордажника, выбравшегося из торпеды, авгуры техножреца обнаружили подписи экзотической энергии в окрестностях. Архимагос топтался на месте, пытаясь зафиксировать сигналы для того, чтобы его рунные банки могли вычленить природу и положение энергетической матрицы.
  <-Телепорты! - Торкуора передал предупреждение Фобалу и его скитариям. - Сигналы поступают из пороховых погребов и складов снарядов>.
  В один момент все поменялось. Железные Воины идеально рассчитали время. Из входов и люков подачи боеприпасов для макроорудий вырвались Облитераторы. Со все еще потрескивающим статическим электричеством разрядов телепортационного перенесения на своей чудовищной броне, гигантские Железные Воины появились из теней арок. Стоя наверху ступеней лестниц, тянувшихся вдоль всей палубы, эти небольшие горы искажённой металлоплоти и покрытой коррозионными рубцами брони вытянули свои набитые оружием конечности. Гнезда стволов и опутанных сухожилиями сопел, выступавшие из их изуродованных рук, извергли море огня, направленного на силы Адептус Механикус, располагавшиеся внизу.
  Силы Торкуоры окружали абордажные торпеды, бросив всю огневую мощь на подавление тех извращённых мерзостей, что пытались выбраться наружу. И Космодесантники Хаоса обнаружили, что целятся в спины скитариям, стрелковым сервиторам и жрецам, находящихся в открытых позициях: кибернетические солдаты повёрнуты спиной к опасности и не знают, что скоро умрут.
  Толстые болезненно яркие лаз-лучи пронзали целые колонны скитариев, по три в ряд. Автопушки перемалывали жрецов вместе с их одеяниями, перемешивая сервиторов и их хозяев. Железные Воины выпускали черные шары порченой плазмы в огневые позиции, сложенные из пустых бочек и ящиков боеприпасов. Тяжёлое вооружение, стрелки-скитарии и сервиторы-подносчики боеприпасов, шипя, растворялись в светящихся отвратительным светом кратерах.
  Скитарии-часовые, размещавшиеся вблизи к задней части орудийной палубы, были буквально вбиты в свои укрытия. Их боевая броня и плащи взрывались фонтанами запёкшейся крови, масла и механизмов. Те из них, кто сумел развернуться и открыть огонь из своих дробовиков вверх по ступеням, закончили свои дни немногим лучше. Железные Воины, с яростным ликованием на своих чудовищно деформированных лицах, рванулись к скитариям вниз. Сжав кулаки они залили киберсолдат пламенем из сопел, выступавших на тыльной стороне ладоней. Вонючий огонь стремительно охватил скитариев, погрузив их в пылающий ад. Выстрелы дробовиков попадали в искажённую плоть Облитераторов, а ответные субатомные взрывы энергии испаряли неудачливых скитариев, превращая их в мерцающие потоки пепла.
  - Мостик, внимание, - Торкуора связался по воксу с техножрецом-капитаном Вольтрамом. - Вражеские абордажники прорвались через наши порядки, используя телепортаторы. Обеспечьте безопасность командной палубы и инженерного отсека.
  - Подтверждаю, архимагос, - ответил техножрец-капитан. Пока десятки Железных Воинов выкатывались из темноты погребов и складов снарядов, стремясь уничтожить силы Адептус Механикус на орудийной палубе, много большее их число могло найти путь вглубь корабля с целью саботажа, чтобы предотвратить бегство ковчега-крейсера.
  - Единица Стройка, - сказал Торкуора, поднимая своё вооружение в позицию для атаки, - Уничтожь Железных Воинов.
  Хальдрон-44 Стройка обработал команду своего повелителя. Единица-телохранитель не требовала повторять приказов дважды, и еще до того, как Торкуора закончил говорить последнее слово, протоколы разрешили наведение и зарядку ранее обесточенного оружия. Его тело, снабжённое гусеничным приводом, прогремело по настилу палубы траками, с лёгкостью преодолев ступени.
  - Выполняю, - прогудел Стройка. Его подвергли лоботомии, но Торкуора все еще видел в дальнем тёмном уголке мозга своего телохранителя пролески глубоко укоренившейся ненависти к Железным Воинам. Та часть Стройки, что замкнула воспроизведение ужасов пыток, экспериментов и перестройки сознания в бесконечный, уродливый и отвратительный цикл.
  Торкуора топал следом за ним в своём бронированном костюме. Стройка достиг вершины лестницы. Его плазменная кулеврина светилась от перегрева, источая синеватый свет священной мощи. Катафрон-уничтожитель выпускал плазменные шары один за другим в приближающихся к нему Облитераторов, разрушая их громоздкие чудовищные тела. Шары энергии вспыхивали, словно миниатюрные сверхновые, прожигая древний керамит, испаряя проклятую варпом плоть и искажённый панцирь. Железные Воины один за другим падали на колени. Рикошеты выстрелов автопушек скользнули по броне Стройки, и он направил потоки кипящего пламени из своего когнис-огнемёта в Облитераторов, чья страждущая боя плоть начала плавиться в их телах.
  Вынырнувший из проёма арки хранилища снарядов, Железный Воин ударил Стройку своей энергоклешней по голове. Отброшенный назад силой удара, Стройка развернул свою турель и, словно молотом, забил Облитератора обратно в проём импульсами взрывов пламени. Когда Космодесантник Хаоса рухнул на металл палубы, его лицо сползло с костей черепа от жара огня, и Стройка завершил дело двумя пылающими шарами плазмы, взорвавшимися в теле поверженной мерзости. После чего переехал дрожащий в агонии труп несколько раз подряд, давя останки тяжёлыми гусеницами.
  Вращая турель, Стройка провёл её системы наведения и авгуры вдоль сложенных в ячейках ящиков с зарядами макропушек, хранящихся в соединённых друг с другом помещениях, тянувшихся вдоль всей орудийной палубы, которая и снабжалась боеприпасами через них. Его прицельные сетки остановились на инфодоске, установленной на металле стены. На ней было вытравленное по трафарету предупреждение о требуемых процедурах безопасности и мерах обращения с крайне нестабильной взрывчаткой зарядов.
  - Выполняю, - сказал уничтожитель. Его протоколы полностью совместились с приказами архимагоса.
  Подключив к реактору плазменную кулеврину, смонтированную на его плече, Стройка реверсировал свои гусеницы, и отъехал назад, покинув помещение склада боеприпасов через арку. Как только он преодолел границу хранилища, его пушка выбросила поток плазменных шаров.
  Хранилище боеприпасов взорвалось.
  Лежавшие в нем разрывные макро-снаряды сдетонировали с необычайной силой. Орудийная палуба затряслась под бронированными ботинками костюма Омнида Торкуоры, заставив его покачнуться. Цепь яростных взрывов прокатилась вдоль всей орудийной палубы, разрывая надстройки судна. Опустошительные взрывы вырывались из арок и разрушали стены, охватывая пламенем тех Железных Воинов, что только что вышли оттуда. Пока продолжалась цепная реакция, некоторых Облитераторов разорвало на части, или нашпиговало шрапнелью, разворотившей их спины и головы, а другие просто исчезли в столбах ревущего пламени.
  Омнид Торкуора бежал, грохоча ступнями своего костюма, через палубу. Вокруг него шло яростное сражение, вспыхнувшее с новой силой, когда из абордажных торпед смогли выбраться наружу порченные конструкты.
  Чудовищно деформированные сервиторы-стрелки, несущие ярмо из двух спаренных тяжёлых болтеров. Трэллы-слуги Железных Воинов, гротескно аугментированные и вооружённые абордажными дробовиками на бионических подвесах. Генетически изменённые рабы, чья плоть и мышцы были многократно усилены разрушительной энергией варпа, покачивали осадными молотами, трещащими разрядами. Кибернетические ударные группы шли на прорыв.
  Омнид Торкуора продолжал свой бег по палубе. Он направлялся к группе Железных Воинов, приходящих в себя после взрыва, поднимающихся на ноги и старающихся выбить из головы застрявший там апокалиптический взрыв. Сейчас скитарии оказались зажаты между вырвавшимися из капсул порченными абордажными командами, затопившими внешнюю часть орудийной палубы, и уцелевшими после телепортации и взрыва пороховых погребов Железными Воинами. Торкуора знал, что он хочет получить в результате взрывной интервенции Стройки. Если у солдат Примуса Фобала и был шанс выстоять против чудовищных Железных Воинов или их аугментированных абордажников, то скитариям нужно было его дать, позволив перегруппироваться.
  Торкуора пробирался сквозь перекрещивающиеся сетью лучи и трассёры, приводя своё личное вооружение в боевую готовность. Космодесантник Хаоса с горящими после взрыва рукой и спиной выстрелил в архимагоса шипящим лаз-лучом, но вместо этого разрезал пополам вооружённого цепным клинком сервитора. Нацелив торсионную пушку на Облитератора, Торкуора использовал искривление потоков гравитации, чтобы взорвать настилы палубы вокруг пламенеющего монстра. Кусок металла вместе с Железным Воином поднялся вверх, и врезался в стену. Космодесантник откатился в сторону, и в дело вступили два скитария-рейнджера Фобала. Первый выпустил блестящую дугу молнии в облитератора, приковывая проклятое варпом существо к палубе. Пока по отвратительному телу и порождённому варпом оружию космодесантника пробегали трещащие разряды энергии, второй скитарий подошёл с трансурановой аркебузой, тщательно прицелился и разнёс череп Железного Воина на мелкие части.
  Техножрец, размеренно и с гидравлической настойчивостью ударяя в палубу своими ступнями, развернулся, чтобы заняться другими Железными Воинами, приближающимися к нему. Один за другим они были отброшены назад, испепелены горящими шарами перегретой плазмы, разнёсшей в клочья их тела. Рядом с Торкуорой следовал нога в ногу Хальдрон-44 Стройка, чьи протоколы защиты перегружали устройства наведения, стремясь минимизировать угрозы архимагосу со стороны врагов.
  Орудийную палубу правого борта наполняло пение визжащих лучей и смятых пуль, отлетавших от стен и обломков. Сикарийские ржаволовчие погружали свои трансзвуковые клинки и мультикогти в спелую плоть сервиторов-стрелков, одержимые боевые автоматоны, казалось, состоящие только из клинков, лезвий и захватов, резали солдат-скитариев. Конклавы палубных жрецов, окружённые ордами порченых конструктов, обратили против них гнев аннигилирующих излучателей, с каждым залпом сокращая число нападавших. Баллистарий, только что отбросивший в сторону выстрелом своего лаз-орудия одного Облитератора, был немедленно атакован другим. Бросившийся под ноги Ходоку, Железный Воин повалил его на палубу. Выкатившийся из своего седла всадник выхватил свой дуговой пистолет, и обрушил поток энергии на Железного Воина. Плоть космодесантника дымилась, и в одном из наплечников зияла дыра, но он поднял другую руку, и сжёг скитария зловонным пламенем из сопел на чудовищной ладони.
  Кибернетические штурмовые группы прогрызали себе дорогу сквозь толпы сервиторов из орудийных команд, разбрызгивая цепными лезвиями плоть, кровь и масло выше собственных голов. Торкуора вступил в сражение, нацелив свой оружейный комплекс 'Икар' на покрытых чёрной броней кошмарных конструктов. Частым огнём своей автопушки техножрец отбросил назад киборгов, опьянённых безумием варпа. Их оружейные подвески и сопряжённые с позвоночным столбом шлемы взлетели вверх, и архимагос решил наказать еще и штурмовиков. Но пули только ударяли в черные плиты их доспехов, рикошетя и визжа, в то время как неукротимые конструкты напирали, вонзая свои цепные штыки в спины ближайших скитариев.
  Гулко протопав к ближайшей разбитой трубе абордажной торпеды, Торкуора поднял гидравлику одной ноги, и упёрся ступнёй в корпус трубы. Напрягшись, техножрец использовал всю силу своего костюма, чтобы пнуть торпеду ударом ноги. Пустой корпус одноразового транспортного средства покатился, набирая скорость, и влетел в группу штурмовиков, исторгавшую загрязнённые протоколы. Капсула врезалась в конструктов, и отбросила их, или сбила с ног. Инерция катящегося цилиндра заставила его прокатиться по павшим киборгам, давя и круша их бионику и боевые шасси всей массой. Скитарии-часовые немедленно выдвинулись к месту инцидента, чтобы прикончить выстрелами дробовиков искажённых мерзостью порчи киберштурмовиков, разбросав их нечистые останки по палубе.
  Грохот сражения достиг своего крещендо. Вокруг Торкуоры лучи поджигали воздух, пули рикошетили с пронзительным воем от пластин брони и палубы. Слышались глухие удары лихтеров и скифов, заходящих на посадку со стороны боевой баржи. Сплошное громыхание огневых позиций. Детонация конструктов, разорванных многочисленными попаданиями пуль оружия стрелков-сервиторов. Пронзительный визг цепных лезвий, вгрызающихся в бионику. Смерть. Смерть была повсюду.
  Мало что могло заглушить звуки, издаваемые чудовищными Облитераторами. Словно шагающие танки, или артиллерийские установки, они давили ногами мёртвых и умирающих солдат обеих сторон, поднимая вверх целые гнезда выпирающих из плоти стволов проклятого оружия. Сметая потоком огня автопушек целые толпы сервиторов и скитариев. Испуская ярчайшие лаз-лучи, пронзающие насквозь роботов-Кастелянов. Хороня целые взводы в ревущих облаках адского пламени. Шедшие в атаку жрецы и сервиторы обращались во прах и крики субатомными взрывами. Черные шары бушующей плазмы превращали сикарийцев в лужи кипящей плоти и расплавленного металла, пузырящегося на дне кратеров, изрывших орудийную палубу. Железные Воины казались неостановимыми. Для огромных монстров в тяжёлой броне они двигались чётко и точно, избегая большей части направленных в их сторону выстрелов и ударов с грубым изяществом.
  Торкуора опустил ботинок своей бронированной ноги, наступив на инженерного уродца, посмевшего замахнуться на архимагоса осадным молотом. Выращенный в ванне раб-солдат разбрызгал свои облучённые варпом внутренности по палубе, и техножрец услышал потусторонний рёв. Развернув свой костюм под аккомпанемент шипения и вздохов гидравлики, увидел две вспышки демонических глаз, смотрящих на него из глубины абордажной торпеды. Винтегар-4 Фобал и его скитарии авангарда загнали демоническую машину в капсулу выстрелами радиевых пуль. Дьявольская машина заревела снова, когда непрерывный огонь рад-винтовок пробил ее шкуру, и повредил что-то из внутренностей, и неожиданно выпрыгнула из капсулы. Двигаясь с грацией, неожиданной для подобной техники, она приземлилась перед скитариями, отступившими назад от торпеды. Торкуора классифицировал эту вещь как механического хищника - четвероногое устройство с толстой шеей, покрытой кабелями, клыкастыми челюстями и хвостом. Распахнув свою адскую глотку, машина заревела, словно демоническая печь, извергая изнутри себя сверкающее яростное пламя на плащи скитариев. Гибкие усики извивались на его механическом теле. Полированные бронеплиты скользили с лёгкостью, созданные, чтобы сообщить звере машине гидравлическую силу, равновесие и мощь.
  Подбросив скитария вверх своими челюстями, машина перекусила его пополам адамантиевыми зубами, после чего оперлась на палубу потрескивающими от разрядов кулаками, и выбросила вперёд свои гибкие металлические усики. Они пробили грудные клетки скитариев авангарда, которые начали содрогаться в конвульсиях, гремя доспехами, когда потусторонние энергии торили свой путь сквозь их механизмы, пока не остановили сердца.
  Втянув усики обратно, разрушительная машина-дьявол двинулась на Примуса Фобала. Скитарий-офицер выпустил два радиоактивных выстрела по броне наступавшего демонического механизма, прежде чем ткнуть его своим электрошоковым жезлом. Когда два заострённых зубца оружия ударили в бронированную морду твари, искры посыпались дождём. Демонический механизм выдул короткие вспышки пламени из своих носовых вентиляционных отверстий, и затряс головой, получив мощный электрический разряд.
  Но несколькими мгновениями спустя адское пламя ярости снова зажглось в его мёртвых механических глазах. И демоническая машина снова атаковала альфа-примуса. Торкуора поднял свою автопушку, и снаряды высекли извилистую черту на гибком теле металлического исчадия ада. Машина-демон погрузилась в поток вспышек снарядов, ударяющихся в её тело, и Торкуора, громко топоча, направился к ней с самыми угрожающими намерениями. Его многоствольная ракетная пусковая установка в этот момент дозаряжалась.
  Архимагосу удалось привлечь внимание твари, и он воспользовался этим, послав в металлического зверя визжащую в разреженном воздухе ракету. Взрыв отбросил монстра обратно в разверстую абордажную торпеду - обратно в тень. Едва ракетница сменила ствол, Торкуора выстрелил снова, вбивая демон-машину взрывной волной в пылающие внутренности капсулы. И в третий раз ракета техножреца снова поразила свою цель, выбросив разрушительное исчадие ада из носа торпеды наружу.
  Торкуора возвышался над корчащимся и царапающим своё взорванное металлическое тело зверем. Используя свою большую гидравлическую клешню, архимагос откатил в сторону раздробленный корпус абордажной торпеды, и двинулся к демону. Разъярённый зверь, истекавший расплавленным металлом и разбрасывавший искры из проломов своего корпуса, атаковал в ответ. До того, как техножрец смог провернуть ствол своей ракетницы, существо оттолкнулось от палубы когтями, раздирая металл, и бросилось на него. Ударив бронированным горбом в костюм архимагоса, демон-машина оттолкнула его назад. Торкуора споткнулся, и его спина врезалась в разбитую торпеду, сминая ржавый обгорелый металл. Демон-крушитель прыгнул, вонзая свои когти в капсулу и пришпиливая техножреца к цилиндру.
  Рубящие металлические щупальца входили в Торкуору, как гарпуны, заставляя престарелого жреца корчиться и извиваться, так и этак, в своём костюме-саркофаге. Он дёргал шеей, избегая ударов и разрядов гибких лезвий. Посмотрев вверх, Торкуора увидел, как к ему выдвигается глотка демона-крушителя. За металлическим капканом игольных зубов сиял магма-резак, заменявший существу язык. Кончик резака ослеплял. Обжигающий луч вырвался из него, и начал прорезать бронированный капюшон костюма Торкуоры. Удерживая демоническую машину гидравлическими клешнями, архимагос медленно отклонял металлическое чудовище в сторону от себя, стараясь, чтобы луч магма-резака не перерезал пергаментную плоть шеи техножреца.
  Демон-крушитель взвыл в потусторонней агонии, когда пара плазменных взрывов пробила броню на его сутулой спине. Стройка был поблизости, но Торкуора чувствовал необходимость прикончить металлического зверя самостоятельно. Выдавив из своих древних лёгких скрипучий рёв, техножрец оторвал демоническую машину от своей груди. Выпрямившись, он поднял зажатого в клешнях извивающегося зверя еще выше, и с силой вбил его в палубу. Пока оглушённый демонический механизм тряс головой, пытаясь прийти в себя, техножрец отступил на несколько шагов назад, и выпустил ракету в бронированное тело дьявольского создания. Торкуора стрелял снова и снова, швыряя измятого демона-крушителя по палубе взрывами ракет, пока тот не перевалился через край пушечной палубы, и не исчез в замороженной пустоте бездны.
  Торкуора ощущал холодную ярость Омниссии, текущую через своё слабое тело и магна-гидравлику сопряжённого костюма. Когда заплатанный и помятый штурмовой катер приземлился на палубу неподалёку, и открыл свой десантный отсек, техножрец выстрелил ракету вовнутрь, разнося взрывом внутренности машины. Катер полыхнул огнём через сорванные заплаты. Запустив свои гидравлические клешни в останки палубной макропушки, архимагос выпустил дуговые когти, и, напрягая все силы костюма, швырнул обломки в отталкивающего на вид Железного Воина, который осмелился нацелить на техножреца стволы своего оружия.
  Активировав свою торсионную пушку, Торкуора захватил идущий на посадку скиф, заскрипевший от силы гравитационных полей, и обрушил его на палубу. Превратив десантный корабль вместе со всеми порчеными конструктами на его борту в пылающие обломки, техножрец метнул их в орду искажённых варпом оружейных сервиторов.
  - Омнид Торкуора, - прошипел голос, пылающий в вокс-каналах. Он напоминал звук расплавленной стали, вонзающейся в холодную воду. Пытку железа. Древнюю ненависть.
  - Кто это? - требовательно спросил техножрец. Разумеется, это не был ни техножрец-капитан Вольтрам, ни Главный Технопровидец Цертек.
  - Архимагос, - произнёс голос, играя словами и каждым жгучим звуком, срывавшимся с его губ. - Я знаю все о тебе.
  Торкуора двигался по палубе, не обращая внимания на слабые лучи энергии, шипящие над ним и стаб-выстрелы, рикошетящие от брони и магна-гидравлики костюма.
  - Крендл... - сказал Торкуора.
  - Да, - протрещал Военный Кузнец Железных Воинов в вокс-канале.
  Торкуора повернулся лицом к 'Разрушителю Наковален'. Идрисс Крендл лично телепортировался вместе со своими Облитераторами, но его не было на орудийной палубе. Суперкогитатор Торкуоры начал составлять список наиболее важных, чувствительных и тактически выгодных мест на борту 'Мистраля'. Одно из них вспыхнуло вверху списка, с наибольшей вероятностью.
  - Ты на командной палубе, - сказал Торкуора.
  - Я действительно тут, - вскипел голос Крендла. - Там, где я ожидал встретить тебя - скрывающегося и прячущегося. Кажется, мы оба неприятно удивили и разочаровали друг друга.
  Торкуора подошёл к рваному краю палубы. 'Разрушитель Наковален' и 'Мистраль', все еще пребывали сцепленными между собой, с включёнными магна-замками и тяговыми полями на обеих судах, и абордаж продолжался. Оптике Торкуоры не требовалось включать увеличение, чтобы через статику фазового поля увидеть впереди боевой порядок кораблей Тёмных Механикум. Техножрец-капитан Вольтрам положил ковчег-крейсер на курс, ведущий между двумя гранд-крейсерами Сатцики. Архимагос ясно видел их порченую варпом архитектуру и орнаментальные шипы. 'Мистраль' и боевая баржа, слившиеся в объятиях, летели через бездну прямо на изуродованные порчей корабли под прицелом их орудий, готовых к стрельбе.
  - Я захватил твой мостик, - прошипел Идрисс Крендл. - Твой корабль - мой. Ты - мой!
  - Это кажется очень невыгодным обменом, Кузнец Войны, - ответил Омнид Торкуора. - Я отнял у тебя мир-кузницу и миллиарды конструктов, принадлежащих тебе до последней шестерёнки своих механизмов, а ты получаешь всего лишь... меня.
  Идрисс Крендл, как могло показаться на первый взгляд, не ответил. Но Торкуора услышал яростный вдох, разнёсшийся в вокс-канале.
  - И всё же, жрец. Я всё ещё жду тебя. - сказал Крендл. - Некоторые люди могут вынести намного больше страданий, чем другие. Например, я пережил смерть тысячу раз, только лишь для того, чтобы вернуть свой умирающий разум к существованию. Может быть, ты даже превзойдёшь меня, и испытаешь муки за каждую из миллиардов темных душ, которые ты украл у меня. Я с нетерпением жду момента, когда смогу выяснить это.
  - Я жду тебя на мостике. У тебя есть три минуты. Если ты не предстанешь передо мной в это время, мои Облитераторы начнут убивать твоих офицеров и уничтожать оборудование. Возможно, они даже разрушат что-то критически важное, и тем самым спасут нас от неприятностей. Три минуты, жрец.
  Когда в воксе затрещала тишина, Омнид Торкуора развернул свой бронированный костюм. Вокруг него все так же погибали конструкты. Пули резали воздух, и потоки энергии рассекали палубу крест-накрест. Взрывы сотрясали пушечную палубу. Забитые идущими на абордаж врагами катера приземлялись. И все это являлось ничем большим, чем продолжающаяся диверсия.
  Прежде, чем он понял это, техножрец топал по палубе. Он рванул в сторону своими гидравлическими клешнями обломки, раздавив своими бронированными ступнями прячущихся за ними порченых конструктов. Ему не нужно было оглядываться, чтобы увидеть своего единицу-телохранителя, Хальдрона-44 Стройку, катящегося следом на тяжёлых гусеницах. Катафрон-уничтожитель выпускал сияющие шары плазмы во всех, кто имел неосторожность напасть на архимагоса.
  - Главный Технопровидец Цертек, - произнёс Торкуора в зашифрованный канал. Суперкогитаторы техножреца раскалились от подсчётов вероятностей.
  - Архимагос? - ответил Цертек.
  - Инженерная секция в безопасности? - спросил Торкуора с нажимом.
  - Подтверждаю, мой господин. Все переборки запечатаны. Скитарии-часовые удерживают проходы.
  Торкуора кивнул под своим бронированным капюшоном.
  - Я посылаю еще больше скитариев, чтобы укрепить секцию, - сказал техножрец. - Корабль атакован, и командная палуба захвачена.
  - Да, мой господин, - сказал главный технопровидец.
  - Боюсь, что вражеский командир не недооценил значение вашей секции., - сказал Торкуора. - Из инженерного отсека можно запустить двигатели, как субсветовые, так и варп-драйв, в обход мостика.
  - Да, архимагос, - ответил Цертек, - но без рулевого у нас нет никакой возможности изменить курс или направление входа в Имматериум.
  - Если нам немного повезёт, менять курс не понадобится, - сказал Омнид Торкуора. - Я знаю, что Навигатор уже ввёл эфирные решения, и мы можем совершить переход в варп. Навигатор выведет нас оттуда.
  - Да, мой господин.
  - Удерживайте инженерную секцию, несмотря ни на что, - приказал Торкуора. - Обеспечьте полную мощность на субсветовых двигателях, пока мы не достигнув грани системы. Потом я приказываю вам включить варп-двигатель. Вы понимаете, о чём я прошу вас, технопровидец?
  - Как я узнаю, что мы достигли точки Мандевилль, мой господин? - спросил Цертек.
  - Вы узнаете, - пообещал ему техножрец. - Мы все узнаем. Ожидайте подкреплений. Торкуора связь закончил.
  Торкуора пересёк опустошённую боем орудийную палубу, Стройка двигался впереди него, беспощадно уничтожая все встреченные вражеские конструкты. Вместе они добрались до Винтегара-4 Фобала. Одержимый боевой сервитор нападал на скитария, широко размахивая цепным клинком, а офицер отбивал удары сверкающим электрожезлом. Торкуора, разнеся сервитора в мелкие клочки короткой очередью из автопушки, навис над примусом скитариев.
  <- Да, архимагос?> - сказал Фобал, отбрасывая нападающих на него конструктов короткими ударами электрожезла и точными выстрелами в голову из радиевого пистолета.
  <- Примус, мне нужно, чтобы вы послали своего лучшего суб-альфу с двадцатью солдатами укрепить инженерную секцию. Немедленно>, - сказал Торкуора.
  <- Да, мой господин, - ответил Фобал, вонзая зубцы своего тазер-жезла в трэлла-слугу, и подвергая его электроказни. Когда техножрец направился прочь, примус скитариев спросил: - Куда вы, сэр?>
  <- Вернуть мостик>, - ответил ему Торкуора.
   
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА III ИЗ III
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +КАК БОГ-МАШИНА СОТВОРИЛ МЕНЯ+
  
  
  Путь на мостик был усеян телами. Торкуора топал наверх по огороженному трубчатыми поручнями подъёму, Стройка катил впереди на своих гусеницах, объезжая кибернетические трупы конструктов, жестоко поверженных Железными Воинами. Продвигаясь по ковчег-крейсеру, Идрисс Крендл и его Облитераторы убивали всех - сервиторов, скитариев, жрецов - попадавшихся на их пути. На входе в секционный подъёмник Торкуора с телохранителем обнаружили множество тел скитариев, все еще дымящихся на палубе. Они были убиты огнём штурмовых орудий, и прямыми попаданиями лучей лазпушек, прожёгших огромные дыры в их грудных клетках. Некоторые были распороты когтями от подбородка до пупка, и их плоть была отделена от бионики, но большинство трупов были сожжены пламенем огнемётов, и от них остались только обгорелые головешки.
  Пока лифт поднимался, Торкуора молчал. Кабину подъёмника наполняли вздохи его гидравлики и потрескивающий гул реакторов Стройки, маневрировавшего перед архимагосом.
  В открывшуюся дверь подъёмника пахнуло дымом, идущим с командной палубы. Стройка выдвинулся вперёд, вращая гусеницами и ощупывая помещение своей системой наведения в поисках целей. Едва он покинул кабину лифта, как с другой стороны двери вытянулись стволы порождённого плотью оружия Облитератора, и прикоснулись к голове телохранителя.
  - Обесточь оружие, киборг, - сказал один из Облитераторов.
  - Делай, как он сказал, - приказал Торкуора.
  Шипение пламени запальника огнемёта Стройки умерло, и замер обжигающий пульс его плазменного оружия. Стволы вооружения катафрона-уничтожителя уставились в пол с замирающим скулежом сервоприводов.
  Сопровождая Стройку своим гротескным пучком стволов, Железный Воин Последовал за единицей-телохранителем по заполненной мутью и дымом палубе.
  - Ты тоже, жрец, - сказал второй Облитератор, наводя металлоплоть своего искажённого варпом вооружения на кабину лифта. Активировав магна-гидравлику своих оружейных подвесов, Торкуора втянул стволы торсионной пушки и пусковой установки 'Икар', и дезактивировал механизмы. Указав направление стволами оружия, Облитератор проводил техножреца следом за телохранителем.
  Пока Торкуора шёл через затуманенный дымом мостик, он замечал, что рунные банки разрушены, а консоли искрят разрядами. Огромные рваные раны тянулись по металлу приборных стоек, там, где когти Облитераторов терзали терминалы, вырывая их с мясом. Несколько консолей были объяты пламенем, остальные разбрасывали вокруг разряды молний. Командная палуба была завалена трупами. Сервиторы. Скитарии-часовые. Палубные жрецы. Все выпотрошены, обезглавлены, или лишены частей тел. Это была бойня.
  - Ты опоздал, - сказал сквозь дым Идрисс Крендл. - Мы начали без тебя.
  Переключая фильтры оптики, Торкуора разглядел Военного Кузнеца Железных Воинов, стоящего на дальнем краю командной палубы. Он был гигантским уродливым монстром, даже если сравнивать с остальными его собратьями. Генетическое совершенство Железного Воина было извращено и искажено потусторонней болезнью, которая терзала и деформировала тела и остальных Облитераторов. Древний и внушающий безотчётный ужас, Кузнец Войны походил на разбитое зеркало, собранное вместе, в котором отражалась искажённая мешанина плоти и металла. Его тело было покрыто шрамами и заплатками, покрывавшими лоскуты мышц и выпуклости огромных сухожилий. Запятнанный кольчужный плащ офицера драпировал его согбенную спину. Его чудовищный череп, некогда разбитый на части, был скреплён рамками проволочной сетки, а потёкшая плоть лица наполовину свисала из-за прутьев клетки, спускаясь по мышцам шеи вниз. Одна из рук представляла собой гигантскую клешню из металлоплоти, а вторая казалась беспорядочной мешаниной сухожилий, стволов, жерл и форсунок оружия, направленного на единственного члена команды мостика, оставшегося в живых. Это был техножрец-капитан Вольтрам.
  Железные Воины Крендла стояли в дыму и вспышках умирающих консолей, подобно чудовищным призракам. Их оружие было нацелено на Торкуору и Хальдрона-44 Стройку. Но Крендл поставил техножреца-капитана в его бронированном капюшоне прямо перед толстым армостеклом одного из стрельчатых окон мостика. Для пущей уверенности в том, что Торкуора и его телохранитель не будут пытаться сделать что-то, Кузнец Войны одновременно угрожал разнести голову капитана Вольтрама и иллюминатор мостика. Если стрельчатый экран будет разбит в этом месте, и крейсер разгерметизируется, весь воздух на мостике с визгом вырвется наружу через разбитое окно. При этом прихватив с собой всех - Торкуору, Стройку, и Железных Воинов.
  - Мы понимаем друг друга? - пробулькал Идрисс Крендл.
  Техножрец медленно остановился перед Кузнецом Войны. Гусеницы Стройки тоже замерли. Оружие Облитераторов осталось наведённым на архимагоса и его телохранителя.
  Торкуора оглядел разбитую командную палубу. Громоздкие фигуры Железных Воинов. Молотовидный нос 'Разрушителя Наковален', торчащий далеко вперёд справа от 'Мистраля'. И стена пушек Тёмных Механикум, к которым приближались оба судна.
  - Я тебя понимаю, - ответил Омнид Торкуора. - Слишком хорошо понимаю, Кузнец Войны Крендл. Ты и твои люди - всего лишь оружие, попавшее в неправедные руки. Продукт генетических экспериментов 31-го тысячелетия. Рукотворная вещь. Серийное производство. Так же относящаяся к твоему Отцу, как каждый скитарий или сервитор - к моему Богу-Машине. Как сын своего Отца, ты проклят надменностью, ты ожесточён, и ты предсказуем. Надеюсь, ты понимаешь, какой опасности ты подверг себя и своё судно в этой вашей дерзкой абордажной акции?
  - Ты считаешь, что можешь разозлить меня еще сильнее, жрец? - спросил в ответ Идрисс Крендл.
  - Да, - честно ответил Торкуора. - Я думаю, что могу. Я уже стоил вам Велханос Магна, но я все еще могу обойтись вам гораздо дороже. Например, твоя драгоценная боевая баржа. Ты думаешь, что захватил моё судно при помощи своей тактики абордажа. Но можешь ли ты представить, что тем самым ты передал мне контроль над своим кораблём?
  - Ты говоришь загадками, жрец, - прошипел Крендл, и когти его плотеметаллической лапы задёргались. - Когда я вернусь на свой корабль, твой язык будет первым призом, который я возьму. Там ты увидишь, как мал твой контроль. Контроль твоего жалкого существования, твоей собственной плоти - даже твоей смерти, о которой ты будешь меня ежедневно умолять. Я совращу тебя и всех твоих слуг, подчинив своей воле, как сломил твоего командира скитариев!
  Торкуора услышал пульсацию энергии в плазменной кулеврине Хальдрона-44 Стройки. Уничтожитель снова зажёг запальное пламя огнемёта, дёрнул гусеницами, отъезжая назад, и начал поднимать стволы своего оружия. В каком-то тёмном и далёком уголке сознания Стройки, тот помнил Крендла и те ужасы, через которые провёл его Кузнец Войны.
  - Единица Стройка, - предупреждающе сказал Торкуора. Облитераторы подобрались, стволы их вооружения поднялись на уровень головы телохранителя. Оружие Стройки медленно опустилось.
  - Стройка? - удивился Идрисс Крендл. Его полустёкшее лицо сформировало жестокую улыбку удовлетворения.
  - То, что ты сломал, - сказал Железному Воину Торкуора, - Бог-Машина восстановил и сделал сильнее.
  - Тогда я должен быть сильнее всех, - прошипел Крендл, но Торкуора покачал головой.
  - Твоё создание началось с самого слабого звена, с твоей плоти, - сказал ему техножрец. - Вот почему ты отвернулся от Света Галактики, и объял тьму за её пределами. Омниссия благословляет Свои конструкты сплавом плоти и железа. Они становятся больше, чем простая сумма их частей, из-за железа, через которое Он передаёт им свою силу. Твоя плоть слаба, немощна и загрязнена. Твоё тело не чтит союз и гармонию с железом. А это - портал для проникновения нечестивости железа. Ты - всего лишь оболочка, шасси, несущее искажённую плоть и кости, на которых твоё оружие само выбирает точки для монтирования. Ты думаешь, что подчинил себе это проклятие, что эта отвратительная награда служит тебе? Это не твоё оружие. Нет. Оно выбрало тебя в качестве своего раба, чтобы ты мог добывать души для его повелителей.
  Уродливая пасть Крендла исторгла гнусное рычание. Его глаза впивались в Торкуору с инфернальной ненавистью. Но Кузнец Войны все же бросил взгляд на чудовищное оружие, нашедшее дом в его искажённой плоти, а потом перевёл глаза обратно на техножреца.
  - Капитан, - сказал Торкуора, обращаясь к Вольтраму. - Вы установили курс?
  - Да, мой господин, - ответил техножрец-капитан. - 'Мистраль' пройдёт между крейсерами Тёмных Механикум.
  Крендл прижал голову Вольтрама к армостеклу стволами своего оружия, растущими из плоти, и посмотрел на Торкуору.
  - Боевая баржа не пройдёт, - спокойно объяснил ему архимагос.
  - Кузнец Войны, - сказал один из чудовищно деформированных Железных Воинов, - вокс-контакт с нашего мостика. Крейсер впереди рекомендует 'Разрушителю Наковален' снизить скорость.
  Лицо Крендла исказилось в гримасе ярости и разочарования. Слова Торкуоры по-прежнему обжигали его сознание. Он посмотрел на стрельчатые окна-экраны мостика, и на ощетинившийся пушками крейсер Тёмных Механикум, почти заполнивший правую сторону экранов.
  - Крендл, - настойчиво повторил Облитератор.
  - Прикажи мостику включить тормозные двигатели, - сказал Крендл.
  - Это не сработает, - сказал Торкуора, когда Железный Воин передал приказ. - Ваши тормозные двигатели против субсветовых двигателей этого судна, идущего на полной скорости?
  Драгоценные секунды проходили. 'Разрушитель Наковален' и 'Мистраль' все сильнее приближались к крейсеру Тёмных Механикум.
  - Он прав, - сказал своему Кузнецу Железный Воин. - 'Разрушитель' не замедляется. Мостик начал отсчёт до столкновения и включил сигнал тревоги.
  - Мы должны разъединиться, - настаивал другой Облитератор. - Немедленно, Кузнец!
  - Отключить тяговые поля и магнетические замки, - приказал Крендл.
  - Вы можете выключить свои замки и поля, - сказал ему Торкуора. - Но что насчёт наших?
  Надстройки ковчег-крейсера содрогнулись, корпус затрясся. 'Разрушитель Наковален' попытался вырваться, но крейсер Адептус Механикус крепко держал его, и поплатился за настойчивость.
  Глаза Крендла вспыхнули, и он обвёл взглядом руины мостика и тела мёртвых жрецов на палубе.
  - Ты не сможешь отключить тяговые поля отсюда, - сказал Кузнецу Войны Торкуора. - Особенно после разрушения мостика. Твоё время истекает, Крендл.
  Облитератор повернулся к стрельчатым экранам.
  - Столкновение через три... - Железный Воин воспроизводил отсчёт с мостика 'Разрушителя Наковален'.
  - Останови это судно, - приказал Крендл, вжимая свои стволы в голову Вольтрама.
  - Два... - сказал Железный Воин.
  - Нет, - ответил Торкуора.
  - Один...
  
  Ударная волна прошла по всей длине ковчега-крейсера. Массивных Железных Воинов швырнуло вперёд. Торкуора оступился, и опустился на одно бронированное колено. Идрисс Крендл упал навзничь напротив стрельчатого окна. От нескольких повреждённых рунных банков донеслось гудение сигнала тревоги. Через экраны мостика было видно, как 'Разрушитель Наковален', удерживаемый тяговыми полями и магнитными замками 'Мистраля', вонзился в шипастый нос крейсера Тёмных Механикум. Нос гранд-крейсера разлетелся на части, взрываясь, когда в него вошёл молотовидный таран боевой баржи.
  'Мистраль' застонал ещё раз, когда боевая баржа сорвалась с тяговых полей и магнитных замков ковчег-крейсера. Корабль Тёмных Механикум отплывал в сторону, разламываемый на части многочисленными взрывами. 'Разрушитель Наковален' тоже плыл в сторону, наконец, освободившись, и его тормозные двигатели из последних сил оттаскивали прочь от разорванного боевого порядка Тёмных Механикум. 'Мистраль' проскользнул между крейсерами врага, и его сверкающие субсветовые двигатели вынесли судно за пределы системы.
  - Сейчас, единица Стройка, - приказал Торкуора. Подняв стволы и зарядив плазменную кулеврину, Хальдрон-44 Стройка открыл огонь по сбитым с ног Железным Воинам, посылая в них шар за шаром синие сгустки плазмы. Сверхперегретый водород прожигал их бронированные тела, и чудовищные воины Хаоса умирали один за другим.
  Один из Железных Воинов открыл стрельбу из своей автопушки, целясь в полуброню на спине Стройки, и катафрон развернул свой корпус, ударив врага своей плазменной кулевриной. Тяжесть орудия помогла отшвырнуть нападавшего назад, и Стройка, сдав назад, развернулся на своих гусеницах. Обдав Железного Воина слепящим потоком яростного пламени из огнемёта, катафрон выпускал в него шары ярчайшего пламени, раз за разом, отбрасывая врага назад, пока тот, наконец, не упал в кабину подъёмника через открытые двери. Лифт закрылся, но из него еще доносились какое-то время удары по металлу бьющегося в агонии космодесантника.
  Идрисс Крендл, подтащив к себе тело Синтрека Вольтрама с того места, где он упал на палубу, приставил стволы своей руки из металлоплоти к голове техножреца-капитана, и выстрелил. Потом он прыгнул к Торкуоре, все еще стоящему на одном колене, и схватил архимагоса за плечо растущей из другой руки клешней. Крендл приставил бессчётные стволы своего растущего из тела оружия к подбородку техножреца.
  Хальдрон-44 Стройка, нещадно разбивая траки своих гусениц, рванулся к Кузнецу Войны, его плазменная кулеврина гудела и мерцала, уведомляя о намерении отправить Идрисса Крендла в пустоту.
  - Выполнить. - прогудел Стройка.
  - Нет, - приказал Торкуора.
  - Выполнить. - снова прогудел уничтожитель.
  - Нет, - сказал ему техножрец. - Стрельчатые окна. Мы лишим корабль атмосферы.
  Идрисс Крендл перевёл взгляд со Стройки и зияющей черноты ствола плазменной кулеврины на холодное машинное спокойствие архимагоса и потом - на заполненные пустотой оконные порталы. Крендл отступил назад от ствола кулеврины, стараясь держаться спиной к толстому армостеклу. Его полулицо исказилось яростью.
  - Чтоб ты провалился, - сплюнул он на пол. - Проклятая ты машина...
  - Я есть то, что мой Омниссия сделал из меня, - сказал Омнид Торкуора Железному Воину. А потом передал по вокс-каналу: - Технопровидец Цертек, запускайте варп-двигатели.
  Кузнец Войны бросил быстрый взгляд через стрельчатое окно мостика. Каждая секунда все сильнее уносила ковчег-крейсер и его самого от 'Разрушителя Наковален'.
  - Всем Облитераторам вернуться на корабль, - передал по воксу Идрисс Крендл, обращаясь ко всем выжившим Железным Воинам. - Немедленно.
  Вокруг Военного Кузнеца соткался водоворот свинцового цвета, в котором открылась дыра в реальности. Всплеск варпа поглотил Идрисса Крендла, который телепортировался с мостика.
  Поднявшись на ноги, Омнид Торкуора протопал по направлению к стрельчатым экранам. Хальдрон-44 Стройка замер в неподвижности, его оружие оставалось наведённым в ту точку пространства, откуда исчез его мучитель. Торкуора посмотрел наружу через иллюминаторы. Его оптика нацелилась на 'Разрушитель Наковален', замерший под пушками гранд-крейсеров Тёмных Механикум, воспринявших его действия как предательство и нападение на союзников.
  <- Архимагос>.
  <- Да, Примус Фобал, - ответил Торкуора. - Докладывайте>.
  <- Железные Воины исчезли, мой господин, - сказал командир скитариев. - Большая часть нападавших тоже бегут в своих десантных средствах>.
  <- Пусть бегут, - сказал Торкуора. Техножрец смотрел, как появилось сияние поля Геллера, окутывающее ковчег-крейсер пузырём реальности, и как в пустоте перед 'Мистралем' раскручивается пурпурный водоворот. -Приготовиться к переходу в варп>.
  Мгновением спустя ковчег-крейсер Адептус Механикус исчез.
   
  1010
  
  ВЫБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ I
  
  ВКЛЮЧЕНИЕ НЕЙРОННОГО КОНГРЕССА
  ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ БЕСПРОВОДНОГО АВТОШУНТА
  ЗАГРУЗКА...
  
  +ДОБРОДЕТЕЛИ НЕВЕЖЕСТВА+
  
  
  Орбитальная баржа спускалась.
  Под ней плыл через черноту космоса колоссальный фрагмент обломка планеты. Пробив нематериальную статику снова раскрутившегося варп-шторма, огромнейший кусок скалы продолжил свой путь через тёмную замороженную пустоту.
  По приземлении баржи стало понятно, что этот планетарный фрагмент ещё обладал жизнью. В то время как нижняя сторона обломка была каменистой и замороженной, полоса поверхности сохранила здания, башни, турбины генераторов и даже реактор, шипевший и плевавшийся неестественной энергией. Разрушенные остатки кузнечных храмов были увенчаны скоплениями искривлённых вентиляционных установок, темных сооружений и мастерских, светившихся от процессов инфернальной промышленности. Тандерфейн был тусклой тенью себя самого, половина храмового комплекса исчезла, а остальные сооружения походили на обломки после кораблекрушения. Тем не менее, тусклый свет ламп показывал, что кто-то или что-то пребывал в его несвятых залах.
  Орбитальная баржа выпустила посадочные платформы, и с ревущим свистом опустилась на разбитую и потрескавшуюся индустриальную мозаику, которая украшала площади и грузовые пути Сатцики Секундус, когда мир-кузница еще не подвергся порче. Пар шипел вокруг приземлившегося судна.
  Когда двери баржи опустились на своих гидравлических приводах, сформировав пандусы, из судна быстро выбежали и рассыпались вокруг скитарии авангарда из IV Колонны Ориакских Сцинтиллянтов, вооружённые радиевыми карабинами. Скитарии покидали корабль двумя линиями, расходясь влево и вправо от рампы, чтобы окружить и защитить своё судно. Их рад-курильницы потрескивали от смертельной ауры радиации, которую киберсолдаты несли с собой. После взятия баржи под охрану из её чрева в синхронном беге выдвинулись рейнджеры подразделения Зераватт 6-17 Паноптика. Их гальванические винтовки, сопряжённые с краниальной оптикой, взяли под прицел окружающее пространство. Наконец, вниз по пандусу спустился, гулко топая, Омнид Торкуора в своём бронированном костюме. Его сопровождали Хальдрон-44 Стройка, катящийся на своих лязгающих гусеницах с одной стороны, и Примус Винтегар-4 Фобал с другой.
  Половина трещащих курильницами Сцинтиллянтов остались удерживать периметр вокруг баржи, а остальные двинулись вместе с архимагосом и своим альфа-примусом. Вместе с рейнджерами, пронизывающих темноту заброшенных грузовых путей прицелами, и передвигавшимися внутри опустошённых, искажённых и разрушенных зданий, Адептус Механикус вершили свой путь по тому, что осталось от Сатцики Секундус.
  Как и говорил заблудшим электромантам Люминена Омнид Торкуора, мир-кузница Сатцика Секундус был потерян. Их родина была обречена ещё при первом подрыве Устройства Геллера. Имматериальные энергии прошли по следам флота Адептус Механикус, и варп-шторм разразился вокруг Сатцики Секундус, в то время как Великий Вихрь угас у Велханос Магна. Внешний вид и выбор стороны сатциканским флотом по прибытии в систему Велханос Магна подтверждал падение мира-кузницы в техноересь, и влияние зловредных сущностей варпа. Жрецы Сатцики Секундус стали тем, кого они всегда ненавидели - членами Тёмных Механикум.
  Изучая внешний вид извращённой архитектуры и разрушительных для сознания глифов и печатей, вырезанных в металле, Торкуора знал, что поступил верно, подорвав второе Устройство Геллера. Калибруя эфирную бомбу так, чтобы взрыв десятикратно превосходил первый, архимагос знал, что это усилит варп-шторм вокруг Сатцики Секундус, и разрушит планету в его эпицентре. Торкуора все еще разбирался с рассеянными остатками планеты, выброшенными из варп-шторма силой случившегося тогда взрывного разрушения.
  Пока рейнджеры разведывали искажённые руины, Торкуора заметил толстые кабели питания, змеившиеся от работавшего на энергии варпа реактора к техноеретическим устройствам, которые создавали гравитацию, регулировали температуру и создавали атмосферу. Торкуора знал, что на этом кувыркающемся в космосе осколке должны быть жрецы, но пока что все его рейнджеры нашли только нескольких чудовищно изуродованных порчей диких сервиторов и заразу гремлидов.
  Следуя по главной грузовой трассе, Торкуора приказал Фобалу отправить Зераватт 6-17 Паноптика вперёд. Скитарии исследовали пустое пространство, обнаружив несколько сервиторов, присосавшихся к сбитым наземь силовым кабелям и порченых автоматонов, казавшихся замёрзшими и безжизненными.
  <-Мои рейнджеры что-то нашли, мой господин>, - сообщил Торкуоре Винтегар-4 Фобал.
  <-Ведите>, - ответил архимагос.
  Вместе с потрескивающими от радиационных курильниц Ориакскими Сцинтиллянтами по одну сторону и Стройкой, развернувшим свои турели, отслеживающим любую активность в руинах, командующие Адептус Механикус проследовали в могучие двери полуразрушенного Тандерфейна. Одна из великих дверей была наполовину сорвана с петель, и открывала доступ в Храм-Кузницу.
  Могучая промышленность Громового Храма давно исчезла. Сейчас это была не более чем разбитая церемониальная оболочка. Однако, как обнаружили рейнджеры-скитарии, эта оболочка скрывала в себе жизнь. Снесённые залы и неустойчивые лестницы были наполнены визжащими жрецами. Вещами, которые скрывали под своими черными одеяниями награды демонических договоров, и выкрикивали повреждённый порчей код в отдающиеся эхом развалины. Пауконогие демонические машины спали в углах. Одержимые херувимы летали по разрушенным холлам небольшими стайками, напуганные прибытием скитариев Торкуоры.
  Двигаясь через нисходящие арки и под сводами, скреплёнными искажёнными стяжками Адептус Механикус исследовали храм проклятых конструктов. Следуя за Примусом Фобалом, и обращая своими мощными шагами попадающиеся под ноги куски мрамора в пыль, Торкуора вошёл в покои, показавшиеся ему знакомыми. Зал походил на тронный, и мельком появлявшиеся обитатели на балконах, в изогнутых арках и разбитых проёмах, походили на призраки, исторгающие визг порченого кода перед тем, как убежать. Больше, чем другие полуразрушенные помещения, это было всего лишь преддверие настоящей тронной комнаты, которой так гордился прежний Тандерфейн.
  В центре покоев находился помост, обёрнутый ниспадающим каскадом занавеса из фольги, заляпанной маслом и грязью. Истекающие варпом кабели змеились по разбитому полу и уходили под занавес. Торкуора видел через фольгу небольшие вспышки разрядов и свечение энергии. Двое рейнджеров, потянувших в стороны полог, открыли взгляду искажённый ужас трона. Четыре фузионные башни служили ему основаниями, и именно от них исходила замеченная детекторами Торкуоры утечка энергии.
  Внезапно кабели и провода, через которые переступали рейнджеры, обвились вокруг ног солдата-скитария. Чёрный трон, словно цепкими усиками запутав конечности рейнджера, потащил его сквозь покров из фольги. Второй скитарий поднял свою гальваническую винтовку, но Примус Фобал приказал ему отойти. Из-за металлического занавеса донеслись крики. Кровавый пар поднялся поблизости, и потрескивающие фузионные колонны ожили.
  Торкуора навёл свою торсионную пушку на возвышение, и сорвал прочь фольгу занавеса. Оказалось, что рейнджера затянуло внутрь трона. Механизм, по-видимому, потреблял и отводил прочь тёкшую через базовую органику и бионику скитария Движущую Силу. Пирующая на запасённой в реакторе шасси рейнджера и самой жизненной силе рейнджера проклятая технология трона опустошила неудачливого конструкта. Его боевая броня и шлем упали дымящейся кучей на грязный пол.
  Фузионные колонны трона засветились и выдвинулись вверх, потрескивая от собранной энергии. Лампы по всему залу ожили и замерцали со всё растущей частотой.
  - Омнид Торкуора, это ты?... - шипящий сталью голос был везде, треща из пыльных вокс-ревунов, установленных на стенах вестибюля.
  - Это я, Генерал-Фабрикатор.
  Когда-то с трона храма Тандерфейна правил Ворикар Трега. Это было его буквальное место силы на Сатцике Секундус - ходили слухи, что вся энергия мира-кузницы проходила через тело Генерал-Фабрикатора. Торкуора понял, что от древнего техножреца остался один лишь трон. Губительная ловушка, ожидающая ничего не подозревающего конструкта или падальщика, чтобы осушить его энергию.
  - Как приятно тебя видеть, Омнид, - прошипела безумная машина.
  - Не могу сказать того же самого, Генерал-Фабрикатор, - сказал Торкуора, прежде чем повернуться к Примусу Фобалу. <-Если Ворикар Трега здесь, то это - то, что мы ищем. Пусть твои скитарии обыщут то, что осталось от этого дворца. Иди>.
  Когда Винтегар-4 Фобал и его рейнджеры направились к боковым комнатам и заброшенным залам, трон снова заговорил.
  - Подойди ближе, друг мой...
  - Думаю, нет, мой господин. Я не друг вам, - сказал техножрец. - В моё отсутствие вы, кажется, предпочли наладить отношения с другими. Техноеретиками, потусторонними сущностями и Ангелами-Предателями из Железных Воинов.
  Трон остался неподвижным, но зашипел через вокс-рупоры и затрещал неестественными энергиями в своих колоннах.
  - Омнид, - сказал Генерал-Фабрикатор, - мои жрецы всегда предупреждали меня о тебе. Они говорили, что эксплораторы - это своенравные души, приносящие проклятие в свои родные кузницы.
  - Они были не так уж неправы, - сказал Торкуора.
  - Омнид, - прошипел Трега, - Что ты наделал?
  - Я уничтожил два мира-кузницы Адептус Механикус, Генерал-Фабрикатор, - признал Торкуора, - включая вашу. Всё - во имя Омниссии.
  <- Мой господин, - Примус Фобал появился в арке. - Мы нашли>.
  Торкуора повернулся к Хальдрону-44 Стройке.
  - Если эта вещь двинется, - сказал техножрец, - уничтожь её.
  Следуя за скитарием-офицером через частично разрушенные залы, Торкуора пришёл в сводчатое хранилище с разбитым дверным проёмом, по сторонам которого несли охрану двое рейнджеров. Внутри Торкуора нашёл реликварий губительных технологий и древних данных. В центре клада, разобранный и обесточенный, находился Высший Алтарь Знаний храма-кузницы. Сейчас, искажённый и порченый, он стоял среди проклятых сокровищ, спасённых с уничтоженной Сатцики Секундус.
  Торкуора узнал опрокинутый и частично опустошённый герметичный ковчег. Направляя Фобала, техножрец принял из рук командира скитариев разрушенный контейнер, содержащий внутри Стандартный Шаблон Конструкций. Шаблон, использованный для создания Устройства Геллера. Шаблон, который техножрец нашёл на Перборее. Шаблон, который Идрисс Крендл оставил на борту 'Стелла-Зенитика', чтобы его обнаружил Торкуора.
  <- Установите заряды, - приказал Торкуора Фобалу. - Мы должны уничтожить всё это и взорвать этот храм вместе с куском скалы, на котором он стоит>.
  <- Понял, сэр, - сказал альфа-примус. - Прошу разрешения для уточнений>.
  <- Разрешения предоставлены, примус>.
  <- Прошу простить моё невежество, - спросил Фобал, - но разве это не будет актом ереси, мой господин? Нас учат, что Бог-Машина требует от нас улучшать себя к моменту Его прихода. И потому священный Поиск Знаний является частью этого улучшения. Данные и технологии, полученные в результате Поиска, являются высшим проявлением Его Божественности. Вы держите в руках шаблон СШК, одно из величайших сокровищ-открытий в Галактике>.
  Торкуора посмотрел еще раз на разбитый шаблон. В нем содержались схемы технологического чуда, способного в неправильных руках превратиться в ужасное оружие. Архимагос знал, что так и будет. Торкуора не мог позволить этому безумию продолжаться дальше. И Адептус Механикус, и Тёмные Механикум - все они искали древние технологии, забытые знания и потерянные давным-давно дары. Бездонная жажда знаний и власти, терзавшая обе группировки, могла привести только к одному: однажды их стремление извлечь на поверхность утраченное и начать эксперименты с ним уничтожат галактику.
  Архимагос вспомнил радикалов, с которыми сталкивался в Святой Инквизиции. Они поддерживали дух своей организации, но крайности в подходах к достижению цели обычно приводили к тому, что все остальные начинали считать радикалов еретиками. Торкуоре придётся вытерпеть подобные обвинения, в этом он не сомневался.
  <- Я верю в Поиск Знаний, - сказал Торкуора командиру скитариев. - Это путь Великого Созидателя. Но если ересь заключается в спасении галактики от знания, которое уничтожит её, то - да, я еретик. Подумай об этом. Омниссия просит от нас быть добродетельными как в созидании, так и в разрушении. Есть добродетель знания, и есть добродетель в невежестве>.
  <-Мы должны найти эти сокровища прежде, чем они будут обнаружены нашими собратьями-жрецами или Тёмными Механикум. Ни один техножрец или фабрикатор не является достаточно надёжным; ни одно хранилище не является достаточно безопасным для этих апокалиптических технологий. Только уничтожая их, мы можем быть уверены, что галактика действительно безопасна для слуг Омниссии. Данные об этом шаблоне были уничтожены на Велханос Магна, информация была стёрта из мемо-банков моих собственных ремесленников и магосов, и теперь, по воле Бога-Машины, ты уничтожишь его здесь, - Торкуора вернул контейнер с шаблоном обратно командиру скитариев. - Закладывайте заряды, альфа-примус>.
  - Омнид, Омнид, Омнид, Омнид, - вокс-рупоры шипели, пока техножрец шёл обратно через тронный зал. - Ты не можешь оставить меня здесь...
  - Мой господин, - сказал Торкуора чудовищному трону. - Вы послали флот моего мира-кузницы, чтобы помочь своим новоявленным союзникам, Железным Воинам, и уничтожить меня. Я возвращаю вам это ощущение. На краю варп-шторма мой корабль засек флот Идрисса Крендла. Я знал, что он придёт. Он ищет Сатцику Секундус - которой не найдёт. И скоро он узнает, что я лишил его обладания миром-кузницей не единожды, но дважды. Кроме того, он узнает, что едва сбежав с Велханос Магна, я послал астротелепатическое сообщение о присутствии Железных Воинов ордену космодесанта, Имперским Кулакам. Они дислоцируются на 'Фаланксе', недалеко от Древней Терры и Марса. Их боевой флот должен скоро прибыть к внешним зонам варп-шторма.
  Омнид Торкуора посмотрел в пустое лицо Хальдрона-44 Стройки. Разрушитель вернул ему взгляд.
  - Я оцениваю вероятность уничтожения Идрисса Крендла и его Железных Воинов в семьдесят два целых четыреста семьдесят шесть тысячных процента, и это гораздо больше, чем те шансы, что вы и этот Ангел-Предатель оставили мне.
  <- Заряды размещены, мой господин>, - сказал Примус Фобал, ведя за собой рейнджеров.
  Стройка и техножрец направились к выходу, сопровождаемые скитариями авангарда, и Омнид Торкуора в последний раз обернулся к вещи, которая была его генералом-фабрикатором.
  - Не расстраивайтесь, мой господин, - сказал Торкуора. - Когда я связывался с Имперскими Кулаками, я взял на себя смелость дать имя варп-шторму, поглотившему нашу родину. Теперь он называется 'Безрассудство Трега'. Ваше наследие останется, даже если вас не станет. Как вы правильно догадались, я не могу просто оставить вас здесь. И лучше всего будет, если вас не станет вообще.
  То, что осталось от Тандерфейна, взорвалось, когда архимагос, его телохранитель и скитарии эскорта вернулись обратно к своей орбитальной барже. Привнеся немного света в черноту пустоты, заброшенный храм-кузница исчез, обрушив на окрестности дождь осколков. Огонь, порождённый взрывом, пронесся через окружавшие храм развалины, а крики и визг горящих жрецов было слышно далеко вокруг.
  Перед тем, как подняться на борт баржи, Примус Фобал и его солдаты-скитарии сопроводили техножреца обратно к рампе. Хальдрон-44 Стройка остановил траки своих гусениц, замерев на наклонной металлической плите. Омнид Торкуора ждал. Это был последний раз, когда он ступал на поверхность Сатцики Секундус. Архимагос смотрел на уничтоженный храм-кузницу, и размышлял об опасном знании, сгорающем там. Знании, которое могло поставить галактику под удар, и теперь исчезло без следа.
  - Это одно знание из многих, - сказал техножрец Стройке, когда поднимался с ним по пандусу.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"