Замковой Алексей: другие произведения.

Майорат на двоих

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 6.02*11  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Два брата-близнеца живут тихой, спокойной жизнью в самой лесной глуши мира Чаши, воспитываемые дядей. Но, в один день, все разрушено неизвестными, напавшими на их дом. Перед смертью, дядя указывает братьям на тайник, в котором они находят доказательства того, что являются наследниками одного из благородных Домов. Смогут ли близнецы доказать свое право и вернуть наследство? Ведь они даже не знают, кто из них старше.

  
  В связи с подписанием договора с издательством, здесь опубликован только фрагмент.
  
   - Фарри! Слов! - хриплый голос еле слышен за стуком деревянных палок.
   Два юноши, достигшие уже того возраста, когда их перестали воспринимать как детей, однако, еще не называют мужчинами, размахивали палками, изображая бой на мечах. Высокая трава вокруг них вытоптана, словно здесь промчался табун лошадей, сочащаяся влагой земля превратилась в грязное месиво. "Клац-клац" - стучат палки.
   - Фарри! Слов! - голос не сдается. - Хватит палками махать!
   Ребята похожи друг на друга, почти как две капли воды. Придирчивый взгляд, конечно, без заминки отыскал бы в них различия, но никто не усомнился бы, что перед ним - братья. Оба среднего роста, черноволосые. У обоих правильный, благородный, овал лица, которое лишь чуть портит немного крупноватый для него нос. Темные, почти черные, глаза одновременно сверкают задором схватки, и излучают настороженность, внимательно следя за соперником. Волосы того, кто справа, чуть длиннее чем у второго - еще чуть-чуть, и достанут до плеч. Другой брат стрижен более коротко, зато он может похвастаться небольшими усиками над верхней губой, а его челюсть тенью окутывает короткая щетина.
   Запыхавшись после целого урагана ударов, так, впрочем, и не достигших цели, братья чуть отступили друг от друга, но своего "оружия" не опустили.
   - Так, парни, - в голосе, зовущем их, послышалась нотка раздражения. - Если мне придется самому идти к вам...
   - Дядя зовет. - тяжело дыша, произнес Слов, не отвлекаясь от плавно перемещающегося вокруг него брата. - Надо ловушки проверить.
   - Не раньше, чем я оставлю тебе такую же отметину, как ты мне только что. - на левом боку Фарри наливался фиолетовым большой синяк - след удачной атаки Слова.
   - Бьюсь об заклад, что, если мы сейчас же не откликнемся, - Слов усмехнулся, - то наши ребра украсит не одна такая отметина.
   - Ты же не думаешь, что я позволю, чтобы у тебя было на один синяк меньше? - Фарри прыгнул к брату, занося палку.
   Слов отступил чуть в сторону, поднимая свое оружие. "Клац-клац-клац" - снова защелкали удары дерева об дерево. Длинный рубящий удар сверху-вниз, которым атаковал Фарри, неожиданно сменился режущим - наискосок слева-направо. Слов еле успел перестроится и его палка встретился палку брата всего в ладони от груди. Приземлившись, Фарри чуть присел и, будто пружина, оттолкнулся ногами, наваливаясь всем весом на Слова. Тот, ожидая чего-то подобного, снова отступил, уйдя от толчка, и, развернувшись, оказался за спиной брата. Пинок под зад был не очень сильным, но, по инерции своего движения, Фарри покатился по земле.
   - Милорд, вы смертельно ранены! - Слов отсалютовал палкой Фарри, который копошился в грязи, пытаясь подняться на ноги, и захохотал. - Прямо в задницу!
   - А вот я кому-то сейчас сам по заднице надаю! - не дозвавшись братьев, дядя таки решил сам прийти к ним.
   Смех тут же утих, будто его и не было вовсе. Слов, вместе с поднявшимся наконец-то с земли, Фарри, вытянулись перед дядей. Выражение лиц братьев было настолько невинным, что любой, кто не знал бы их, тут же усомнился бы, что они вообще могли в чем-то провинится. Просто ангелы какие-то! Однако, старый Алмостер Бровин отлично знал их. Знал он и это выражение, довольно часто посещающее лица Слова и Фарри. Особенно часто - Фарри.
   Алмостер Бровин был уже в том почтенном возрасте, когда большинство людей уходят на покой и проводят дни, предаваясь, за кружкой пива, разговорах о минувших временах и обсуждении нынешних. Но это все не нем. Старик больше напоминал корень дуба - чем старше он становился, тем, казалось - крепче и жилистей. То же касается и его характера. Если тело и начало уже иногда подводить Алмостера Бровина - в чем он, следует сказать, отказывался признаваться даже себе самому - то нрав его, с каждым прожитым днем, становился все жестче и жестче. И этот нрав не раз приходилось испытывать братьям за всякие проступки и шалости, обычно свойственные их возрасту.
   Ни отца, ни матери Фарри и Слов никогда не знали. Сколько они себя помнили, единственным их родственником был только Алмостер Бровин. Их дядя. Впрочем, они даже не знали, с чьей стороны он им родственник. Со стороны отца или матери? Алмостер Бровин никогда не говорил о прошлом их семьи. Любой другой счел бы это странным, но для братьв так было всегда. Поэтому, особого внимания они на это не обращали. Конечно, временами их снедало любопытство, но, после первого же вопроса, Алмостер Бровин всегда находил какое-либо 'полезное занятие', которое напрочь отбивало любые другие мысли. Постепенно так и повелось. Двое братьев вместе с дядей просто жили в самой глуши, почти рядом со стеной, земель Дома Вудакс. Промышляли охотой, ловлей рыбы. Время от времени спускались по реке в небольшую деревеньку, которая даже не имела названия, чтобы обменять добытые шкуры на вещи, необходимые в хозяйстве. И не задавали никаких вопросов.
   - Фарри, это что за цирк? - старик упер руки в бока и насуплено глянул на одного из братьев.
   - Мы просто тренировались, дядя. - Фарри безуспешно пытался очистить грязь с одежды. - Ты же сам говорил...
   - Я знаю, что я говорил! Что это был за прыжок?
   - Нууу... - протянул Фарри, оставив наконец одежду в покое. - Я думал...
   - Ты думал тем местом, по которому получил пинок от брата. - перебил дядя. - И скажи спасибо, что это был только пинок, а не кинжал под ребра.
   Он покачал головой, глядя то на одного парня, то на другого. Братья стояли перед ним, всем своим видом выражая раскаяние. Немного портило картину только то, что Фарри потирал ушибленный сапогом Слова зад.
   - Ладно, на охоту пора. - в конце концов Алмостер Бровин махнул рукой. - Если через минуту вы не будете стоять передо мной, готовые идти в лес...
   Последние слова были обращены в пустоту. Фарри и Слов будто испарились, исчезнув за углом дома. Алмостер Бровин лишь покачал головой.
   - Тренировались они... - буркнул он и глянул на стоявшее уже высоко солнце. - Вечером потренируетесь.
   Лес был настолько густым, что пройти по нему хоть сотню шагов казалось уже подвигом. Толстые стволы деревьев стояли густо - почти вплотную друг к другу, оставляя только небольшие просветы, в которые только лиса и протиснется. Там же, где расстояние между деревьями позволяло пройти и человеку, царствовали густой кустарник, заросли высоких трав и, конечно же, вездесущий бурелом, которого кое-где было навалено чуть ли не на высоту человеческого роста.
   Этот лес протянулся, как говорил Алмостер Бровин, больше чем на сотню верст с севера на юг, до самого Большого озера, на острове посреди которого расположилась столица Дома Вудакс, и еще больше - с запада на восток. Вечный лес - вот как его называют. Дядя рассказывал братьям, что именно этот лес и есть основа всего богатства Дома Вудакс. Он действительно был вечным. Нигде в землях Чаши растительность не была такой стойкой, и не разрасталась столь быстро. Может причиной тому было огромное количество болот и озер, из-за которых Дом Вудакс называли еще 'Озерным Домом', а может было в этих местах нечто другое, особенное. Посаженное здесь дерево уже через год достигало таких размеров, как в других землях, по словам Алмостера Бровина, за десять лет. Хотя, по его же словам, деревья здесь росли самые обычные - как и везде. В итоге, когда практически все леса в Чаше оказались вырублены и превращены в поля, Дом Вудакс стал главным поставщиком древесины в Чаше. Как Дом Хорра - главным поставщиком железа, а Дом Кавер - товаров подземного народа.
   - Слов, опиши дом Хорра. - Алмостер Бровин всегда утверждал, что не стоит зря тратить ни секунды времени. Поэтому, пока они шли, дядя изводил братьев бесконечными вопросами.
   - Дом Хорра находится южнее Моря. На востоке - граничит с Домом Варрайд, а на западе - с Домом Добфин. Столиц Дома - Хоррхолл. Герб - на темно-синем поле три семиугольные золотые звезды. - Слов говорил легко и непринужденно, словно не рассказывал скучнейшие и никому не нужные, по мнению Фарри, сведения, а, напротив - о чем-то приятном. - Основа богатства Дома Хорра - руда с Железных холмов. На землях дома находится три четверти всего запаса железной руды Чаши...
   - Дядь, ну зачем оно нам надо? - Фарри больше не мог слушать. Почему-то, стоило зайти речи о подобных вещах, как его сразу же неудержимо клонило в сон.
   - Затем, что надо быть образованными людьми. - спокойно ответил Алмостер Бровин. - Вот представь себе - встретишь ты кого-то из членов Дома и, не разбираясь в цветах, неправильно назовешь его Дом...
   - Кого в этой глуши встретишь? Сюда даже Искатели почти не забираются! - взвыл Фарри. - Чего это какая-нибудь благородная шишка будет шляться болотам?!!
   - ...Если тебе повезет, - не слушая племянника, продолжал Алмостер Бровин, - и этой благородной шишкой окажется кто-то из, например, Гирайи, то он даже не обратит на твою ошибку внимания. Если, конечно, ты не перепутаешь его Дом с Бовкроссами. Тогда он тебе попросту выпустит кишки, не хуже, чем какой-нибудь Вулхов. А почему?
   - Потому что Дом Гирайя враждует с Домом Бовкросс из-за Северной реки. - ответил за Фарри Слов.
   - Перепутай их... - проворчал Фарри. - Ясно же - если одет в белое, то Гирайа. Если в фиолетовое - Бовкросс.
   - Вот. - наставительно произнес дядя. - Кое-что, все же, знаешь. А говоришь - незачем.
   Возвращались домой уже в сумерках. Настроение у дяди значительно улучшилось после того, как оказалось, что большая часть ловушек сработала и принесла им неплохую добычу. Семь великолепных водяных крыс и три бобра пополнят своими шкурами уже накопившийся запас, который Алмостер Бровин обменяет на припасы в следующий поход в деревню. В одну из ям попался кабан, который обещал превратиться в отличный ужин и пополнить запасы вяленого мяса. Вдобавок, две сети, расставленные в небольшом озере, которые Алмостер Бровин проверил на обратном пути, оказались полны рыбы. В общем, настроение охотников поднялось настолько же, насколько тяжесть добычи оттягивала им руки. Правда, радость Фарри и Слова немного омрачало то, что именно им пришлось тащить тушу кабана, но это была привычная работа.
   По возвращении домой, Алмостер Бровин не дал ни минуты отдыха братьям. Едва они остановились перед небольшим бревенчатым домом, служившим им жильем, дядя тут же принялся раздавать указания.
   - Фарри, займись коптильней. - положив на стоящий во дворе стол тушки крыс и бобров, Алмостер Бровин потянулся, расправляя плечи, и подошел к кабану, которого ребята с облегчением бросили на землю. - Слов, поможешь мне снять с хряка шкуру.
   Работа закипела. Пока Фарри разжигал огонь под коптильней, его брат и дядя быстро расправились с кабаном, разделив мясо на то, что пойдет на ужин сегодня, и то, которое займет свое место в коптильне. Слов, при этом, перемазался в крови так, что Фарри заржал, лишь увидев его.
   - Раз у тебя такое хорошее настроение, - тут же отреагировал Алмостер Бровин, - значит, тебя не особо огорчит и чистка рыбы.
   Смех тут же прекратился. Зато на губах Слова заиграла улыбка. Тяжко вздохнув, Фарри направился к корзине, полной рыбы.
   Когда работа была закончена, стояла уже поздняя ночь. Желудки братьев вовсю урчали, требуя жареного мяса, аромат которого уже давно распространился по двору. Но дядя не подпускал их к очагу, зорко следя, чтобы никто 'случайно' не забыл сто-то сделать. Только когда почищенная рыба и свинина заняли свое место на коптильне, а шкурки бобров и крыс были вычищены и растянуты на рамах, Алмостер Бровин объявил, что время ужинать. Возражений, конечно же, не последовало. Фарри и Слов, не теряя ни секунды, направились вслед за дядей, несущим миску с мясом и закипевший чайник, в дом.
   Что может быть лучше ужина, особенно, если этот ужин уже довольно поздний, и после насыщенного работой дня? Примерно такие мысли витали в головах братьев, устроившихся у пылающего камина с тарелками и кружками. Слов за обе щеки уписывал горячую свинину, закусывая ее испеченным утром хлебом и запивая обжигающим чаем. Фарри не отставал от него. Да и сам Алмостер Бровин всем своим видом излучал удовлетворение.
   - Дядя, можно мы завтра потренируемся с настоящими мечами? - Фарри указал кружкой на два длинных меча, висевшие над камином. - А то с палками этими...
   - Палками вы, по крайней мере, не настрогаете друг друга ломтиками. - эту тему братья поднимали уже не в первый раз, но ответ Алмостера Бровина был всегда одинаков. - Боевое оружие предназначено для боевой схватки, а не для развлечения мальчишек.
   - Хоть бы опробовать их. - вздохнул Фарри.
   Дядя никогда не разрешал им прикасаться к этим мечам. Даже чистил их сам. И, хоть братьев всегда тянуло оружию, они с самого детства усвоили, что лучше без разрешения его не трогать. Взбучка, устроенная Алмостером Бровином, когда Фарри и Слов еще не полностью осознали это правило, запомнилась им на долгие годы.
   - Опробовать? Вот послушайте. Это еще до вашего рождения было. - Алмостер Бровин поудобнее устроился в кресле. Как обычно, после ужина, дядя приготовился рассказать одну из историй, которых, похоже, у него было огромное количество, и рассказывал он их братьям с огромным удовольствием. Впрочем, Слов и Фарри слушали эти истории с еще большим удовольствием - ведь в этом, затерянном на самом краю мира, доме, кроме хозяйственных дел, других развлечений они практически не знали. Была, разве что, парочка книг, но, во-первых, братья эти книги перечитали уже не один десяток раз, а во-вторых, они не могли сравниться в историями Алмсотера Бровина. - Слов, принеси-ка мне пивка.
   Парень спешно метнулся к бочонку и исполнил просьбу дяди. Но тот не спешил приступать к рассказу, наслаждаясь вниманием братьев и нетерпеливым выражением их лиц. Продолжил Алмостер Бровин только после того, как сделал пару больших глотков из поданной кружки.
   - Еще до того, как я пришел в эти места, случилось мне поучаствовать в одной войне. Помнится, я тогда был в лагере Бокенов - мелкого Дома, принадлежащего тогда Дому Вулхов. С кем же мы тогда воевали?.. - Алмостер Бровин на мгновение задумался, сделал еще глоток пива. - Точно! Жеданы тогда подумывали переметнуться к Варрайдам, а Вулховы, чтоб выбить у них из головы подобные мысли, отправили на Жеданов пару своих вассалов. Боккенов, Тагиров и, по-моему, Скахедов. Жеданы тогда сильно пожалели, хе-хе, что не успели принести клятву Варрайдам, и те прямо не смогли их поддержать. Но Варрайды тоже тогда отправили какой-то захудалый Дом на помощь Жеданам. Естественно, сделав, при том, вид, что ничего об этом не знают.
   - Так что там случилось? - Фарри быстро надоели разговоры о политике. Кто кого поддержал, кто против кого выступил... Ведь гораздо интереснее слушать рассказ о битве, а не о политических финтах Домов!
   Алмостер Бровин вздохнул и снова ненадолго замолчал, делая вид, что пиво интересует его гораздо больше, чем выжидательные взгляды племянников. Фарри и Слов ожидали продолжения молча - все равно дядя продолжит рассказ только тогда, когда сам сочтет нужным. В том, что продолжение будет, они не сомневались. Наконец, когда кружка опустела, и Алмостер Бровин решил, что довольно уже мучить племянников, он снова принялся рассказывать.
   - В общем, был у нас в лагере один паренек. Обычный ополченец - ничего особенного. Но, как все новобранцы, только одевшие форму, считал себя великим воякой, чуть ли не гвардейцем Великого Дома. Ходил он, гордый, как петух, в новенькой форме по лагерю. Меч напоказ выставлял, хотя сам же об него спотыкался время от времени...
   Дядя резко оборвал рассказ и уставился в окно. Слов раскрыл рот, желая что-то спросить, но не успел. Дверь сотряс мощный удар снаружи. Засов выдержал, но треск дерева не оставил никаких сомнений, что эта преграда задержит того, кто снаружи, ненадолго.
   - Что... - Фарри привстал со своего места, но его слова потонули в грохоте нового удара.
   Алмостер Бровин резко, будто распрямившаяся пружина, сорвался с кресла. Одним прыжком он оказался возле камина. Слов и Фарри, немного запоздало последовав примеру дяди, тоже уже были на ногах. Алмостер Бровин сорвал мечи с крюков.
   - Держи. - бросил он один Слову. Парень, растерянно оглядывающийся то на дверь, то на дядю, еле успел поймать оружие.
   Нового удара засов не выдержал. Дверь распахнулась, грохнув о косяк. Бесшумно, словно тень, в дом скользнула фигура, одетая во все черное. На миг незваный гость замер на пороге, оценивая обстановку в помещении, но и этого хватило, чтобы старик успел прыгнуть ему навстречу. 'Почти как я утром!' - отметил Фарри, хватая кочергу - первое, что попалось под руку.
   В один миг все преобразилось. Слов замер, пытаясь переварить происходящее. Только что они сидели, отдыхая после длинного дня, слушали рассказ дяди... И вот уже дверь выбита, вместо воспоминаний дяди о былом в комнате звучит ругань, за которую сам Алмостер Бровин хорошенько вымыл бы с мылом рот любому из братье, вперемешку со свистом и звоном железа. Когда именно началась схватка, Слов сказать не мог. Вот, вроде, только дядя прыгнул к темной фигуре на пороге, а вот уже там кружится какой-то бешеный танец. Еще и меч - настоящий меч! - так непривычно оттягивает руку... С диким воплем, скорее для того, чтобы подбодрить себя, а не испугать врага, мимо промчался Фарри, занося над головой кочергу. Только тогда Слов опомнился. Но не успел он закончить первый шаг, как раздался протяжный, исполненный боли, стон. Кто?!!
   Танец прекратился так же неожиданно, как и начался. Алмостер Бровин стоял спиной к братьям, закрывая все, что творилось перед ним. Фарри только успел добежать до дяди, как тот чуть сместился в сторону. С меча Алмостера Бровина сорвалась и упала на пол алая капля. Человек, одетый во все черное, с которым он сражался, медленно, держась за живот, повалился на бок. Фарри застыл, разглядывая дергающееся у его ног тело. Мгновение - и рядом оказался Слов, наконец-то пришедший в себя.
   - Назад! - рыкнул Алмостер Бровин, отталкивая Фарри в сторону. - не выс...
   Короткий протяжный свист, чмокающий удар...
   - Дядя! - вскрикнул Слов, бросаясь к старику.
   Пошатнувшись, Алмостер Бровин сделал шаг назад. Еще один... Из его груди торчало древко стрелы - непривычно толстое, как на взгляд Слова. Потянуло запахом дыма. Только сейчас Фарри заметил, что на земле снаружи, пока слабо, играют оранжевые отблески. Нос уловил запах дыма.
   - Пожар... - прошептал Фарри, неуверенно глядя на дядю.
   Новый свист. Срезав клок волос с головы Фарри, пролетела мимо и вонзилась в стену еще одна стрела. Парень от неожиданности присел, непонимающе глядя на еще подрагивающее древко. В чувство его привел громкий треск и, резанувший по ушам затем, рык Алмостера Бравина. Фарри отпрыгнул, прижимаясь к стене возле двери. Дядя, выругавшись, отбросил в сторону отломанное древко стрелы. Запах дыма становился все сильнее. Фарри показалось, что он даже заметил язычок пламени, скользнувший сквозь щель в досках, перекрывавших потолок.
   - Не зря я их учил... - еле слышно пробормотал Алмостер Бравин, а потом голос его окреп. - В доме оставаться нельзя - сгорим, как крысы.
   Фарри глянул на окна и вздохнул. Если бы они были чуть побольше! За дверью ведь неизвестный стрелок. И, кто знает - может он не один.
   - А если выйдем, нас перестреляют. - на удивление спокойно отозвался Слов, невольно озвучивая мысли брата. Он стоял по другую сторону дверного проема, рядом с дядей, и хмуро пытался что-то рассмотреть в том небольшом куске двора, который открывался с его угла обзора. - Мы не знаем, сколько их там...
   - ...и кто они вообще. - добавил Фарри, глядя на дядю.
   - Не время сейчас. Об этом позаботимся после. - Алмостер Бровин оглядел племянников и потрепал окровавленной рукой Слова по плечу. - Первым выхожу я. Не спорить! Вы двое сразу бежите в лес...
   - Нет! - в один голос воскликнули братья.
   - Я сказал - не спорить! - прикрикнул на них дядя. - Мне, все равно, далеко с этой раной не уйти...
   Отвлекшись на разговор, Фарри еле заметил, как в дверь влетел новый нападающий. Еле успел выставить перед собой кочергу. Звякнула сталь, врезавшись в железный прут. Еще чуть-чуть... Что было бы, если бы 'еще чуть-чуть', Фарри даже думать не хотел.
   - Ах ты... - скривившись от боли, Алмостер Бровин сделал выпад, но напавший на его племянника резко развернулся, и снова сталь зазвенела о сталь.
   На этот раз Фарри успел. Как только дядя отвлек от него внимание, парень взмахнул кочергой. От удара по голове, фигура в черном пошатнулась. Фарри снова занес свое оружие, но того мига, на который нападающий отвлекся, хватило, чтобы дядя успел проткнуть и этого. Однако, этот удар отобрал у него слишком много сил. Схватившись рукой за грудь, в которой торчал обломок стрелы, Алмостер Бровин тяжело осел на пол.
   - Под моей кроватью... - прохрипел он из последних сил. - Доска, сразу у стены....
   - Какая доска? - опешил Слов.
   - Доска... Заберите обязательно... Если выживете... - голос Алмостера Бровина ослабел настолько, что его слова были еле слышны. На губах его вздулся и лопнул кровавый пузырь. - Заберите... Ваш отец... Наследство...
   Последнее слово сменилось громким стоном. Алмостре Бровин затих.
   - Дядя? - Слов присел рядом с ним на корточки. - Дядя?!!
   - Что о нашем отце? - вторил ему Фарри.
   Но Алмостер Бровин уже не слышал. Из уголка его рта сбежала струйка крови. Ярко-алая, она резанула по глазам ребят, выдавливая из них слезы. 'Умер?' - беззвучный вопрос возник в этих глазах одновременно. 'Умер...' - сами себе ответили глаза. Тело Алмостера Бровина, их дяди, который был единственным родным человеком, которого они знали, лежало неподвижно у их ног. А сверху, над головами ребят, гудел, все набирая силу, пожар.
   - Что будем делать? - Слов первым пришел в себя и отвел взгляд от тела дяди.
   - Что? - пробормотал Фарри и закашлялся от едкого дыма, постепенно заполнявшего дом. Он глянул вверх. Потолок уже охвачен пламенем. Того и гляди, дом обрушиться им на головы.
   - Лови! - Слов поднял меч, выпавший из руки Алмостера Бровина, и бросил его брату. - Или ты кочергой драться будешь?
   Фарри тряхнул головой, приводя мысли в порядок, и взял упавший у его ног меч. Дядя тренировал их с самого детства. На палках, не позволяя прикасаться к настоящему оружию, но тренировал. Предвидел ли он все, что происходит сейчас? Было ли это просто игрой, как всегда выставлял их тренировки Алмостер Бровин? Меч непривычно оттягивал руку. Непривычно блестел в свете пламени...
   - Что за наследство, о котором говорил дядя? - спросил Фарри, задумчиво глядя на меч в своих руках.
   - Я знаю не больше твоего. - огрызнулся Слов. - Но знаю точно, что если мы не начнем шевелиться, то...
   Он не договорил. И так все понятно. Снаружи поджидает неизвестный стрелок, и благо, если один. Внутри вскоре воцарится огненный ад... Двое парней застыли над телом дяди, не зная, как поступить. Был бы жив дядя - уж он всегда знал что делать!
   - Я посмотрю, что там у дяди под кроватью. - неожиданно уверенно сказал Слов. - Ты пока смотри за дверью. Если что...
   - Куда! Там уже, наверно, все в огне! - опешил Фарри. - Дом вот-вот обрушиться! Надо...
   - Смотри за дверью! - крикнул Слов, не слушая брата, и бросился через всю комнату.
   Свистнула еще одна стрела, но выстрел снова оказался неудачным. Выругавшись вслед брату, Фарри обратил все свое внимание на дверной проем. И сделал он это вовремя.
   Слов пинком распахнул дверь, ведущую в спальню, и отпрянул от волны жара, хлынувшей ему навстречу. Здесь огонь уже бушевал вовсю. Языки пламени лизали стены, с потолка сыпались искры, а дым практически не давал что-либо разглядеть. Слов замер в нерешительности. "Ваш отец..." - вновь зазвучали в его голове последние слова дяди. Отец. Братья никогда не знали своего отца. Сколько они себя помнили - рядом был только Алмостер Бровин, а тот от любых разговоров о семье всегда уклонялся. "Наследство..." Слов сжал зубы и бросился, сквозь огонь, к дядиной кровати, еле видневшейся в дыму.
   Едва брат скрылся в спальне, еще один убийца перепрыгнул через трупы своих товарищей. на этот раз Фарри был наготове. Первое смятение прошло, а гибель дяди вселила в него такую злость, что парень, едва увидев перед собой цель, тут же, с криком, бросился на врага. Он даже не задумался над тем, почему этот человек ворвался в горящий дом, почему он не дождался, пока обгоревшие остатки дома обвалятся, похоронив под собой всех, находящихся внутри. Главное - перед ним один из тех, кто убил его дядю, поджог его дом и, походя, разрушил всю привычную жизнь Фарри.
   Длинный выпад, одновременно - уход, чуть ли не перекатом, от ответного удара. Вражеский клинок прошел близко... Слишком близко! Звон стали, когда Фарри рубанул врага, держа клинок параллельно земле. Парень не был мастером меча. Однако, по каким-то своим соображениям, Алмостер Бровин с самого детства обучал их с братом. Палки, конечно, не мечи, но, под руководством хорошего учителя, научится фехтовать можно и ими. И они с Словом научились. Учились, потому что, кроме всего прочего, это было одним из немногих развлечений, доступных ребятам в лесной глуши. И теперь все те синяки, полученные Фарри от брата в тренировочных боях, а также те, которые он сам поставил Слову, очень пригодились.
   Удар - удар - блок - удар - блок - блок... Сталь звенела, заглушая гул огня и треск бревен, начавших уже прогорать и подающихся под собственным весом. Глаза незнакомца удивлено расширились - он явно не ожидал встретить такой отпор от парня, только вышедшего из детского возраста. Удар - блок - удар... Убийца оказался слишком опытным противником. Фарри вскрикнул, когда меч незнакомца чуть не отсек ему руку. На предплечье налился кровью длинный порез. Вложив всю свою злость, Фарри сделал выпад, целясь в живот противника. Но тот небрежно отбил клинок парня в сторону. Следующий удар должен прикончить мальчишку...
   Слов, задыхаясь в дыму, отодвинул дядину кровать. Доски пола под ней уже начали гореть, плюясь искрами и выпуская тонкие усики сизого дыма. Крайняя доска... Слов бросил на пол одеяло, прибивая огонь, и упал на колени. Вот эта доска, но что с ней делать? Обжигая пальцы, он ощупал пол, в поисках... В поисках чего? "Наследство..." Доска чуть подалась под пальцами. Слов заметил небольшую, как раз просунуть лезвие ножа, щель между этой доской и стеной. Для меча щель оказалось узковата, но, с третьего раза, Слов все же сумел поддеть доску и, надавив, отбросить ее в сторону. Его глазам открылась ниша, в которой лежал какой-то сверток. Огонь добрался уже и сюда. Ткань, в которую было завернуто то, что прятал Алмостер Бравин, кое-где играла небольшими язычками пламени, тлела. Слов схватил сверток и, на ходу сбивая с него огонь, бросился прочь из спальни. Едва перескочив порог, он увидел, как брат, роняя капли крови с порезанной руки, вскрикнул, и выбросил руку с мечом в живот человека в черном.
   Убийца поднял меч, намереваясь одним ударом покончить с Фарри. нап его губах зазмеилась улыбка, не предвещающая парню ничего хорошего. острие его меча сверкнуло алым, отражая свет пожара - словно тоже улыбалось, готовясь вонзиться в мягкую плоть. Фарри в ужасе не мог отвести глаз от блестящей стали. Вдруг незнакомец содрогнулся всем телом и застыл. Парень увидел, как из живота его вырастает острый кусок железа. Еще мгновение понадобилось Фарри, чтобы заметить стоящего за спиной убийцы брата.
   - Чего разлегся? - тело еще не успело упасть, когда Слов протянцул брату руку. - Давай, живо!
   Схватившись за протянутую руку, Фарри вскочил, и братья опрометью бросились вон из горящего дома. В лес, подальше отсюда! Они даже не оглянулись, когда сзади раздался громкий треск рушащегося строения, а вокруг заиграли причудливые тени от взметнувшегося в самое небо пламени. Братья бежали, словно за ними гналась сама смерть. Хотя, может так оно и было? Бежали, продираясь сквозь кусты, чудом не переломав ноги об выступающие из земли корни. Остановились они только тогда, когда вокруг них не было ничего, кроме темного леса, а зарево оставшегося позади пожара стало всего лишь отсветами в ночном небе.
   - Стой! - прохрипел Фарри, дернув Слова за руку.
   Ребята попадали на землю, тяжело дыша, и не прекращая оглядываться туда, откуда они только что прибежали. Сквозь шум в ушах и хрипы в легких, они прислушивались - не идет ли кто следом, но ничего, кроме звуков ночного леса, они не слышали.
   - Дядя. - тихо произнес Фарри, когда они чуть отдышались. - Он...
   - ...Мертв. - закончил за брата Слов.
  Снова повисла тишина. Каждый пытался осознать, что же произошло только что. Понять, из-за чего этот обычный вечер, такой же, как все в их жизни, превратился внезапно в кошмар. Но никому из братьев не приходило в голову ничего, кроме одной мысли - "Дядя мертв".
   - И что теперь? - снова нарушил тишину Фарри. - Слов, что делать будем?
   - Надо идти в деревню. - чуть подумав, произнес Слов. - Там люди...
   - А на нас, что - звери напали? - тихо спросил Фарри. - Как по мне, так жили здесь сами, без людей, так и дальше неплохо было бы.
   - Как ты себе это представляешь? - фыркнул Слов. - Будем дом заново отстраивать? А если те, кто напал на нас, вернутся?
   Фарри промолчал. Его взгляд упал на обгоревший сверток, лежащий возле ног брата. Хотя мысли его были далеки от любопытства, чисто автоматически он спросил:
   - Что там?
   Слов тоже взглянул на сверток. Какое-то время братья тупо смотрели на него, пока Слов не принялся разворачивать ткань.
   - Темно. - сказал он. - От луны света недостаточно.
   - Огоньку бы, да? - нервно хохотнул Фарри, но быстро взял себя в руки. - Погоди, у меня где-то огниво было.
   Дождавшись, когда небольшой огонек, разожженный Фарри из мелких веточек, хоть как-то осветит сверток, Слов развернул и аккуратно расстелил на земле укрывающую его ткань. Ничего особенного перед братьями не появилось. Хотя, кто скажет, чего они ожидали? Пухлый мешочек, звякнувший, когда Фарри тронул его пальцем, обгоревший свиток, небольшая книжица в кожаном переплете - вот и все, что, по словам покойноно Алмостера Бровина, было их наследством. Все, из-за чего Слов рисковал сгореть заживо в охваченной огнем спальне.
   - И что нам с этим делать? - недоуменно спросил Фарри.
   Слов пожал плечами и поднял мешочек.
   - Золото! - когда завязки были распущены, в слабом свете заблестел желтый металл. - Погоди, тут еще что-то.
   Позвякивая монетами, Слов вытащил из мешочка толстый золотой перстень. На прозрачном камне, украшавшем его, было вырезано какое-то изображение, но для того, чтобы ясно разглядеть его, света оказалось слишком мало.
   - Слов. - голос Фарри прозвучал настолько странно, что брат тут же отвлекся от разглядывания перстня.
   Фарри держал в руках развернутый свиток, внимательно изучая его в свете гаснущего костерка. Прямо посередине большого листа бумаги зияла неровными черными краями обгоревшая дырра.
   - Слов... - повторил Фарри и протянул свиток брату.
   Тот осторожно взял свиток и всмотрелся в обгоревшую, пожелтевшую от времени бумагу.
   - Я, Сам Бровин Грах-Дормайл, глава Дома Дормайл, милорд замка Дормайл, города Амилон, деревень Зыбь, Луг Покета, Сабова, Кроты и Золотая, - вслух прочитал Слов, - а также - находящихся вблизи последней рудников, верный вассал и капитан третьей сотни гвардии Великого Дома Бовскросс, объявляю о том, что отрекаюсь от всех титулов и владений в пользу своего старшего сына... ...сыну, когда тот достигнет подходящего возраста, оставляю две тысячи золотых и наказ вступить в гвардию Великого Дома Бовкросс, служить с честью, достойной Дома Дормайл и всех его предков. До достижения совершеннолетия моего старшего сына, протектором Дома Дормайл назначаю своего брата, Алмостера Бровина Дормайла. да будет так...
   Тишина, сгустившаяся, стоило лишь смолкнуть последнему слову, давила на уши, словно была вполне материальной. Схватка, пожар - все вдруг как-то размылось, словно произошло не полчаса назад, а прошли уже годы. Слова, написанные красными чернилами на свитке, кружили хороводы в головах братьев. "Глава Дома Дормайл...", "...старшему сыну...", "...своего брата, Алмостера Бровина...". И слова дяди, произнесенные им вместе с последним дыханием- "...Отец...", "...наследство..."
   - Это что получатся?.. - Слов икнул и снова уставился на свиток, словно пытаясь прочесть там что-то еще.
   - Слушай... - голос Фарри звучал хрипло. Он прокашлялся. - Алмостер Бровин Дор... Дормайл? Значит, насчет наследства...
   - ...это - про нас. - закончил за брата Слов.
   - А кто из нас старше? - братья посмотрели на прожженную дыру в бумаге, на том месте, где огонь съел имена наследников, а потом перевели взгляд друг на друга.
  
  ***
  
  К дому ребята подбирались осторожно, словно к оленю на охоте. Ни одна ветка не треснула под их ногами, ни одна травинка не зашелестела. Для тех, кто провел всю свою жизнь в лесу, это было несложно, но мысль о том, что кто-то может поджидать их здесь, держала в постоянном напряжении и заставляла удвоить усилия. Глазам братьев открылось пепелище того, что еще вчера было их домом. Черная груда обугленных бревен, над которыми все еще вился дымок, ничем не напоминала тот аккуратный домик, который вчера стоял здесь. И совсем дико смотрелся на этом фоне уцелевшие стол, вкопанный в землю перед домом, коптильня и небольшой сарайчик, стоявшие чуть в стороне.
  - По-моему, никого нет. - прошептал Слов после нескольких минут, которые братья провели, лежа в кустах и наблюдая за пепелищем.
  - Пошли? - Фарри медленно поднялся и насторожено выставил перед собой меч.
  От пепелища до сих пор шел жар. Угли, присыпанные пеплом, все еще тлели, а дым, поднимающийся над ними, начал есть глаза уже когда Фарри и Слов приблизились к остаткам дома на пять шагов. Какое-то время они продолжали озираться по сторонам.
  - Никого. - наконец сказал Фарри.
  Слов опустил меч и подошел к тому месту, где раньше находилась дверь. Где-то здесь, слева от двери, должны лежать останки Алмостера Бровина... Слов поднес руку к лежащему на самом верху здоровенному куску угля, в который превратилось одно из бревен. Слишком горяча, чтобы прикасаться к нему голыми руками.
  - Посмотри в сарае. - сказал он брату. - Нужны длинные жерди, чтобы разворошить эти угли.
  Фарри кивнул и убежал к сарайчику. Слов, кривясь от жара, присел на корточки.
  - Прости, дядя... - сказал он. Почему-то, ничего больше, кроме этих слов не приходило ему в голову. - Прости...
  - Вот, должно подойти. - Фарри вернулся быстро. В руках он держал две лопаты.
  Слов посмотрел на меч брата, небрежно заложенный за пояс.
  - Ножны нужны. - сказал он, кивнув на оружие. - А то отрежешь себе чего-нибудь ненароком.
  Братья принялись за работу. Жар был силен, но терпеть можно. Вдвоем они поддели лопатами и откатили в сторону почти погоревшее бревно, разбили другое, превратившееся в угли. Работали быстро, время от времени поглядывая на лес - не появится ли кто? После очередного взмаха лопаты, в сторону откатился один из углей. У Фарри перехватило дыхание - на него смотрел пустыми глазницами, покрытый черными наростами обуглившейся кожи, обгоревший череп.
  - Дядя? - прошептал он.
  Желудок Фарри не выдержал. Он спешло отвернулся, извергая на землю все, съеденное вчера за ужином. Судя по звукам, Слов тоже не отличался сильным желудком.
  - Это... Это может быть, - вытирая рот, прокаркал Слов, - один из тех...
  Фарри немного пришел в себя и кивнул. Молча они снова взялись за лопаты. Слезы застилали глаза, заставляя мир вокруг расплываться. Жар от пепелища тут же иссушал эти слезы, а зола, поднятая в воздух, покрыла лица братьев грязной макой. Стиснув зубы, они продолжали работу до тех пор, пока не расчистили то место, где, как помнили, должен был лежать Алмостер Бровин, а у их ног не собралась куча обгоревших костей.
  - Хватит. - тяжело дыша, Слов оперся на лопату, и взглянул на солнце. - Давай теперь вон там могилу выкопаем.
  Еще около получаса ушло на то, чтобы выкопать яму. Неглубокую, всего лишь по колено. Аккуратно, словно боясь, что кости рассыплются от прикосновения, братья положили в нее останки, и замерли, не зная, что делать дальше. Точнее - что сказать? Оба понимали, что надо произнести какую-то речь, но что говорят в таких случаях, ни один из братьев не знал.
  - Прощай, дядя. - наконец, прошептал Фарри. - Мы...
  - Мы узнаем, кто стоит за всем этим. - твердо сказал Слов. - И отомстим.
  Когда на месте могилы образовался небольшой холмик, Слов отбросил лопату в сторону и, не говоря ни слова, пошел к сараю. Фарри непонимающе смотрел ему вслед. Брат вернулся быстро, неся в руках доску и нож, которым раньше они снимали шкуры с добытых животных.
  - Хочу вырезать имя дяди. - пояснил он.
  Фарри кивнул. Он молча наблюдал за работой брата. За тем, как на гладкой доске появляются буквы. 'Алмостер Бровин Дормайл'.
  Закончив похороны дяди, братья, после недолгого разговора, решили, все же направится в деревню. Фарри быстро собрал все, что, как он предполагал, понадобится в дороге. Пока он загружал мешки копченым мясом и рыбой, отбирал всякие полезные мелочи, уцелевшие в сарае, Слов смастерил из толстой веревки петли, в которых можно повесить мечи на пояс - плохая замена ножнам, но не тащить же мечи в руках! К сожалению, луки братьев сгорели вместе с домом.
  Солнце уже повисло над горизонтом, когда братья покинули свой разоренный дом. Небольшая лодка, спрятанная в кустах, оставалась на своем месте. Путь пешком занял бы слишком много времени и отнял бы много сил. В этих краях, густо усеянных озерами, испещренных лабиринтом рек и болот, вообще мало кто ходил пешком на большие расстояния. Ведь гораздо удобнее, когда вода сама несет тебя туда, куда ты стремишься. В последний раз взглянув на родной берег, Слов отпихнул лодку, в корой уже сидел брат, ногой, и запрыгнул в нее сам.
  - Думаю, не стоит долго в деревне задерживаться. - произнес через некоторое время Фарри.
  Слов молча кивнул, подправляя веслом курс. Мимо проплывал девственный лес, склонивший свои зеленые руки к самой воде. В переплетении корней хором пели жабы.
  - Прикупим необходимое, - продолжил Фарри, - и отправляемся дальше. Думаю, лучше всего нам потом не останавливаться до самого Этвуда.
  - Не получится. Или ты знаешь дорогу до Этвуда?
  - Узнаем в деревне.
  - Если там кто-то знает. - согласился Слов. - Но ты прав. Этвуд должен быть большим городом, где мы сможем затеряться.
  - Затеряться? - глаза Фарри загорелись. - Вот чего уж я делать не намерен! Или ты хочешь оставить все, как есть?
  - Не собираюсь. Я хочу отомстить за дядю. И я хочу вернуть то, что принадлежит нам по праву.
  - Хорошо бы еще знать, что и кому принадлежит по праву. - пробурчал Фарри. Его запал угас так же резко, как и появился. - Слушай, а что мы с наследством будем делать?
  - Что ты имеешь в виду?
  - Ты у меня спрашиваешь? По-моему, Слов, это ты у нас всегда проявлял больше интереса к учебе. - Фарри достал из мешка свиток, спасенный от огня, и потряс им перед носом брата. - По этой бумаге, один из нас получает замок, город, села и рудники, а другой - две тысячи монет. Так кто из нас будет Главой Дома Дормайл, а кто отправится в гвардию Бовкроссов?
  - По закону майората, наследство получает старший сын... - задумчиво произнес Слов.
  - Тут так и написано! - перебил его Фарри. - А кто из нас старший сын? Огонь проделал дыру в свитке как раз там, где были наши имена!
  - Мы родились в один день. - Слов отмахнулся от брата, тычущего ему свитком прямо под нос. - Но это не имеет значения. 'В наследование вступает старшее чадо мужеского роду, без различия - родился лось ли оно на год, или на минуту ранее остальных. Ежели чадо, имеющее право на наследование, умрет до вступления в свои права, или после, не имея своих наследников, то право наследования переходим к следующему по старшинству его брату'.
  - Почему дядя никогда не говорил нам, кто из нас старше? - Фарри снова спрятал свиток в мешок.
  - Об этом мы уже не узнаем. Фарри, давай договоримся, что, независимо от того, кто из нас имеет право на это наследство, мы не будем из-за этого ссорится.
  - Слов, неужели ты думаешь, что я...
  - Мы остались вдвоем, Фарри. Понимаешь? - Слов взял брата за руку. - Ни одного родного человека, кроме друг друга, у нас не осталась.
  - Слов, я бы никогда не выступил против тебя, - голос Фарри прозвучал еле слышно, а на глазах выступили слезы, - даже, если бы на кону стоял Великий Дом, со всеми его землями, вассалами и местом в Совете Домов.
  - Я тоже. - так же тихо произнес Слов.
  - Слушай, а что нам делить? - неожиданно весело сказал Фарри. - Давай просто договоримся, что поделим все пополам.
  - Майорат не делится. - покачал головой Слов, а потом тоже улыбнулся. - Но ведь управлять им можно и вместе.
  Какое-то время они плыли в полном молчании, думая каждый о своем.
  - Осталось только придумать, - сказал вдруг Слов, - как доказать, что речь в свитке идет именно о нас.
  Для Фарри и Слова деревня всегда была просто 'деревней'. Даже если она и имела какое-то название, в чем никто из них не был уверен, то братья его не знали. Здесь ребята бывали и раньше. Пусть Адмостер Бровин и нечасто появлялся здесь, но всегда брал племянников с собой. Обычно они приезжали сюда, когда скапливалось достаточно шкур, чтобы загрузить лодку. Шкуры меняли на муку, крупы, гвозди, разный инструмент и прочее, что могло пригодиться в хозяйстве. А еще они приезжали сюда на праздники. Фарри и Слов всегда с нетерпением ждали этого. Музыка, танцы... Один раз, несколько лет назад, здесь оказался даже менестрель! Тогда, вспомнил Фарри, они, раскрыв рот, слушали сказания о Искателях, уходивших в горы Стены в поисках прохода, ведущего в иные земли, которые, они верили, существуют за пределами Чаши, о битвах и приключениях... Здесь у ребят были, не друзья - они слишком редко бывали в деревне, чтобы завести настоящую дружбу с кем-то из местных ребят - но знакомые, а когда Фарри и Слов повзрослели достаточно, чтобы обратить внимание на девушек, появились и симпатии.
  Когда, за очередным поворотом, стал виден небольшой дощатый причал, пальцем вонзившийся в полотно реки, Слов уверенно направил лодку к нему. Вот и первые дома - больше их собственного, сгоревшего, крытые шапками тростниковых крыш, пускающие в небо ленты дыма из труб. Причал жалобно скрипнул, когда Фарри выпрыгнул из лодки и принялся привязывать ее к одной из опор.
  - Никак Фарри и Слов пожаловали? - зазвучал надтреснутый старческий голос, когда Фарри подал брату руку, чтобы помочь выбраться из лодки. - Здорово, ребята! Как там Алмостер?
  Рядом с причалом, спрятавшись за свисающими до самой воды ветвями дерева, сидел на чурбачке седой как лунь старик. Увидев ребят, он отложил в сторону удочку, вынул из беззубого рта трубку, и, покряхтывая, встал.
  - Добрый день, господин Болвин. - Фарри помахал рукой в ответ. - Дядя...
  - Ему нездоровится. - быстро сказал Слов. - Послал, вот, нас прикупить кое-чего. А у вас тут как дела?
  - Нездоровится? - старый Болвин покачал головой и пыхнул трубкой. - Годы-годы... Никто из нас не молодеет... Как могут быть дела у старика, ребята? Греюсь на солнышке, да рыбу ужу.
  - А новости какие есть в деревне?
  - Да какие тут новости! - махнул рукой старик, усаживаясь обратно и снова беря в руки удочку. - Только неделю назад трое искателей проходили, да и они не задержались.
  Фарри и Слов переглянулись.
  - Искатели? - осторожно спросил Фарри. - Трое?
  - Ну да! Знаете, есть такие дурни, которые все по Стене шарят - проход, видите ли, ищут. - Болвин мелко закивал головой. - Лазят по горам, лазят - а что в итоге? Сворачивают свои дурные бошки на скалах, и все!
  Слов толкнул брата, напряженно глядящего на старика.
  - Они это или нет, но надо вести себя так, чтобы не навлекать на себя подозрений. - шепнул он.
  Фарри кивнул и взвалил на плечи один из мешков, вытащенных из лодки.
  - Хорошего вам дня, господин Болвин! - братья направились по поскрипывающему настилу к берегу.
  - Ага, и вам того же, ребятки. - старик забросил удочку и уперся взглядом в поплавок. - Алмостеру, того, привет передавайте.
  - Не повезло, что старик там сидит. - шепнул Фарри, когда они с братом отошли на достаточное расстояние, чтобы не быть услышанными.
  - Почему? - так же, шепотом, спросил Слов.
  - Сам подумай! Если бы мы домой возвращались, когда здесь все закончим, то плыли бы куда? Вверх по реке! А нам-то надо в другую сторону!
  - Ну и что?
  - Как что? - Фарри удивился непонятливости брата. - Старик Болвин - глазастый! Говорю тебе - как заметит, что мы поплыли не в ту сторону, так сразу что-то заподозрит!
  - Ну и что? - повторил Слов и, глядя, как Фарри покраснел от злости, тут же добавил. - Нам все равно придется вопросы задавать. Думаешь, никто ничего не заподозрит, когда мы спросим, как добраться до Этвуда?
  - Ну да... - тут же сник Фарри. - Не подумал.
  - Ты лучше подумай, что нам купить надо.
  Пока братья шли к дому Грега Сомика, который приторговывал кое-какой мелочью, купленной у местных мастеров и заезжих торговцев, время от времени забирающихся и в такую глухомань, они встретили еще нескольких знакомых. В том числе, и Малу - девушку, к которой Слов испытывал определенный интерес. Но никто к ним больше не приставал с расспросами, как боялись Слов и Фарри. Все ограничилось приветствиями и лукавой улыбкой Малы, прекрасно знающей чувства Слова, которая вогнала парня в краску по самые уши. Наконец, в конце улицы показался и дом господина Сомика. Сам хозяин сидел на низенькой лавочке возле порога и строгал ножом какую-то деревяшку.
  - Привет, парни! - взгляд Грега Сомика задержался на мече, висящем на поясе Фарри. - А где Алмостер?
  - Дядя заболел, господин Сомик. - Слов чуть поклонился. - Отправил нас купить кое-что.
  - Купить? - задумчиво спросил Сомик, снова глянув на мечи братьев. - Ну, давайте показывайте, что принесли. И говорите, чего взамен хотите.
  Тут Фарри пожалел, что, когда собирал вещи в дорогу, совершенно не подумал о том, что Апмостер Бровин за все, купленное в деревне, рассчитывался шкурами животных. Шкур-то он не захватил с собой!
  - Мы расплатимся деньгами. - неуверенно сказал Фарри.
  - Деньгами? - нахмурился Сомик. - Алмостер Бровин всегда приносил мне отличные шкуры. С чего бы это он отправил вас ко мне с деньгами?
  Братья одновременно пожали плечами. Как выпутаться из этой ситуации? Все надежды на то, что их появление не вызовет подозрений, разом рухнули.
  - Шкуры... это... - залепетал Слов, лихорадочно пытаясь придумать какую-нибудь отговорку. - Дядя...
  - Дядя сказал, что шкуры потом привезет. - нашелся Фарри. - Ловушки уже месяц как почти пустые...
  - Потом, да? - Грег Сомик поднялся и расправил плечи. Он не отличался телосложением, но был на голову выше Фарри и Слова. - Думаю, парни, что вы что-то темните.
  Фарри снова открыл рот, но Сомик поднял руку, не давая ему сказать ни слова.
  - А еще я думаю, что вы просто сбежали из дома. - продолжил он суровым голосом. - Где вы взяли деньги и те мечи, что у вас на поясах висят, я не знаю и знать не хочу. Пусть с вами Алмостер разбирается. А теперь я кликну Семака - пусть он проследит, чтобы вы, оба, вернулись домой... А ну стойте!
  Фарри и Слов, не сговариваясь, начали потихоньку сдавать назад. Как только Грег Сомик заметил это и прикрикнул на них, парни развернулись, и опрометью бросились прочь по улице.
  - Стойте, говорю! - Сомик побежал в след, но куда уж ему угнаться за двумя перепуганными братьями, которые, к тому же, еще и гораздо моложе его. - Стойте, а то я вам сам сейчас так всыплю...
  Преследуемые Сомиком, Фарри и Слов неслись через деревню так, словно на них спустили собак. Даже не оглядываясь. Вслед им неслись удивленные вопросы местных жителей, которые недоуменно провожали парней взглядами. Толстая Маги Алайн выглянула в двери своего дома и, увидев бегущих братьев, выскочила на улицу, намереваясь перехватить их, но те оббежали ее с двух сторон. Причем, Фарри еле сумел увернуться от широко расставленных рук и бросить назад 'Простите, госпожа Алайн'.
  Так Фарри и Слов вбежали на причал. При виде их старый Болвин крякнул и чуть не выпустил изо рта свою трубку.
  - Это... Вы чего? - старик привстал со своего чурбачка и даже не заметил, что поплавок его удочки уже повела рыба. - Чего там?
  - До свидания, господин Болвин! - крикнул в ответ Слов, обрезая поясным ножом веревку, которая держала лодку у причала.
  Фарри налег на весла. Как раз вовремя. Едва лодка отдалилась от причала на несколько шагов, как на него влете Грег Сомик.
  - А ну стойте! - он бессильно погрозил братьям кулаком. - Вернитесь сейчас же, а то я лично прослежу, чтобы вы неделю сидеть не смогли! Алмостер...
  - Дядя умер! - крикнул ему почти с середины реки Фарри. - Кто-то напал на нас, убил дядю и сжег дом!
  Слов больно ткнул брата под ребра, призывая прикусить язык.
  - Как? Алмостер... - пробормотал Сомик вслед удаляющейся лодке.
  Через несколько минут причал, вместе с растерянно стоявшим на нем Грегом Сомиком, скрылся за новым поворотом реки. Вскоре исчезли и дымки из труб, парившие над древесными кронами. Вокруг снова царила первозданная природа, и водомерки пырскали во все стороны от носа лодки, распарывающего гладь реки.
  - И что теперь? - нарушил молчание Слов.
  - Еда у нас есть, - Фарри оглянулся назад, где осталась деревня, - А остальное купим где-нибудь еще. Там и дорогу узнаем. Не одна ведь деревня в мире, правда?
  
  ***
  
  Два дня река неторопливо несла лодку по течению. Два дня не было заметно никаких признаков жилья. Словно Фарри и Слов вдруг оказались единственными людьми во всем мире. Девственный лес, почетной стражей стоя по берегам реки, то смыкал над ними свои зеленые руки-ветви, просеивая солнечные лучи сквозь густую листву, то расступался далеко в стороны, следуя изгибам берегов. Некоторые животные, видимо пришедшие к реке на водопой, лишь провожали лодку любопытными взглядами - похоже, они никогда не сталкивались с охотниками. Узкие ответвления уходили от реки куда-то вглубь леса. Фарри и Слов, посовещавшись, решили следовать основному руслу - кто знает, куда ведут эти мелкие речушки, и не заплутают ли братья в водном лабиринте, густо изрезавшем здешние леса. Время от времени река, по которой они плыли, впадала в озера всех форм и размеров. Большие и маленькие, чистые и заросшие цельным ковром кувшинок. Иногда, особенно в последних, братьям приходилось налегать на весла, проталкивая лодку сквозь переплетение водорослей. А потом их снова подхватывало речное течение и увлекало за собой.
  - Дымом вроде пахнет. - Фарри принюхался и завертел головой, выглядывая источник запаха.
  Слов отложил весла и привстал, вглядываясь вперед.
  - Вон, смотри!
  Еще через минуту, впереди стало видно большую вырубку. На протяжении пятидесяти шагов, по левому берегу, лес был расчищен, а сам берег завален очищенными бревнами и мелкими ветвями, срубленными с древесных стволов. Пусть растительность упрямо пыталась затянуть свободное пространство, но здесь рука человека была видна невооруженным глазом.
  Дым, который учуял Фарри, исходил от двух громадных костров, горевших по краям вырубки. Вскоре стали слышны новые звуки - стук топоров и, пока еще невнятная, речь.
  - Пристанем? - Слов вопросительно посмотрел на брата. - Или дальше поплывем?
  - Здесь нас никто не знает. - подумав, ответил Фарри. - Надо узнать, правильно ли мы плывем.
  Приняв решение, братья направили лодку к берегу. Когда нос лодки ткнулся в прибрежный ил, Фарри выскочил из нее, стараясь не замочить ног, и принялся привязывать лодку к коряге, лежащей на самом края берега.
  - Р-раз! - раздалось, сквозь стук топоров, откуда-то из глубины вырубки. - Р-раз!
  Братья поднялись на берег и остановились перед россыпью толстых бревен, в беспорядке разбросанных здесь. Неподалеку они заметили людей, голых по пояс, ожесточенно вонзающих топоры в древесные стволы. Чуть ближе к ним пятеро мужчин, впрягшись в веревки, изо всех сил тянули к берегу здоровенное, очищенное бревно, а там, откуда они это бревно волочили, споро очищали от ветвей еще несколько упавших деревьев.
  - Поберегись! - огромное, в два обхвата толщиной, дерево, застонав, начало клонится к земле. Лесорубы ловко отскочили в стороны и, с громким треском, дерево упало. Тут же в поверженного гиганта снова впились опоры, безжалостно отсекая еще дрожащие зеленые ветви.
  - Р-раз! И р-раз!
  - А вам здесь чего надо? - от одного из костров к Фарри и Слову, не спеша, направился высокий мужчина. Чуть полноватый, с косматой черной шевелюрой и солидной бородой. Вся его одежда, как и у всех жителей здешних лесов, в том числе и братьев, была сделана из кожи, но на боку, вместо меча, у него висел топор на длинной рукояти. Длинное, узкое лезвие топора, чуть загнутое вниз, совсем не походило на рабочий инструмент. Когда он остановился рядом с Фарри и Словом, ребята сразу же обратили внимание на небольшой знак на его груди - темно-зеленый щит, посреди которого нарисован черный топор. Знак Дома Вудакс, которому принадлежат все здешние леса.
  - Мы хотели узнать, где оказались, господин. - Слов чуть поклонился. - И далеко ли до Этвуда.
  - Дня три, если по реке. - мужчина махнул рукой вниз по течению. - Вы откуда такие?
  - С севера. - ответил Фарри. - Мы там на хуторе жили, почти под самой Стеной.
  - Не знал, что у вас там неспокойно. - мужчина указал на меч Фарри. - И - что в ваших диких местах мечи предпочитают честному топору.
  - Да нет, все у нас спокойно. - Слов посмотрел на свой меч. - Просто, дорога дальняя - мало ли что в пути произойти может, господин...
  В ответ мужчина расхохотался. Чуть ли за живот от смеха не схватился. Братья недоуменно переглянулись, пытаясь понять, что же вызвало такую реакцию.
  - Зовите меня - господин Перес. - отсмеявшись, произнес их собеседник.
  В ответ Фарри и Слов, снова поклонившись, тоже представились.
  - Слушайте, вояки, - Перес, хмыкнув, указал на их мечи, - вы хоть умеете обращаться с этими железками? А то ведь неловко взмахнете, так и ногу себе отрубите!
  - Нас дядя с детства учил! - Фарри оскорблено выпрямился и глянул прямо в глаза Переса. - Уж можете не беспокоиться за наши ноги.
  - Дядя, значит? - Перес снова хмыкнул. - оказывается, я много о севере не знаю. Там, значит, и мастера меча водятся...
  - Мастера-не мастера, а постоять за себя мы сможем. - твердо парировал Фарри, не обращая никакого внимания на тычки и шипение брата.
  - А давай проверим! - вдруг предложил Перес. - Ставлю серебряную монету, что побью любого из вас!
  - Извините, господин Перес... - начал Слов, выступая вперед брата, едва тот успел раскрыть рот.
  - Да ладно вам! - Перес по-своему истолковал его слова и махнул рукой. - Я и не надеюсь, что вы ставку поддержите. Откуда у вас там деньги? Давайте так - если кто-то из вас меня побьет, то получаете серебряную монету. Если нет - вы мне ничего не должны. Хоть какое-то развлечение, а то месяц уже тут за тем, как деревья падают, наблюдаю.
  - А на золотой поспорить - слабо? - Фарри оттолкнул брата.
  - А у вас и золото есть? - глаза Переса полезли из орбит. - Или это ты решил за мой счет подзаработать?
  Слов больно наступил брату на ногу.
  - Какой золотой! - злобно шепнул он Фарри в ухо. - Заткнись, придурок!
  - Ну, вы же все равно считаете, что нас побьете. - тут же сказал он Пересу. - Чего вам беспокоиться, что свое золото потеряете?
  - Понятно. - Перес снова расхохотался. - А вы - наглые, крысеныши! Только вот, я вам не милорд какой, чтоб золотыми разбрасываться. И я не привык ставить на кон то, чего у меня нет. Так что, согласны на серебро?
  - Идет! - кивнул Фарри, отстраняя Слова.
  - Фарри, может давай лучше я буду драться? - тихо спросил Слов, пока Фарри сбрасывал с себя куртку.
  - Думаешь, я хуже тебя дерусь? - ухмыльнулся Фарри. - Не мешай лучше.
  Почуяв забаву, вокруг Фарри, Слова и Переса начали собираться лесорубы. Даже те, кто в отдалении рубил деревья, узнав о предстоящем развлечении, побросали работу и поспешили к берегу. Сразу же в воздухе зазвенели выкрики. Кто-то подбадривал Фарри, кто-то бросал шутки, не всегда безобидные, кто-то интересовался что происходит...
  - Ну, готов, малыш? - Перес взмахнул своим топором.
  Фарри встал в стойку, выставив перед собой меч, и повел плечами.
  - Начали?
  С мощным рыком, Перес бросился вперед. Лезвие топора полетело сверху-вниз к голове Фарри. Слов затаил дыхание, ожидая, что сейчас топор раскроит его брату череп. Но, лязгнув о железо, которым древко топора было оковано на половину длины, меч Фарри уверенно встретил удар. Фарри, не успел еще стихнуть лязг металла, чуть сместился вправо, выводя клинок из-под топора, пригнулся... И еле успел отскочить - обух топора, изменив направление движения, чуть не врезался ему в висок.
  - Неплохо. - осклабился Перес, поигрывая топором. - Меч держать ты умеешь.
  Теперь уже Фарри пошел в атаку. Удар наискосок слева-направо. Заблокировал на возврате контратаку Переса. Лезвие топора застыло на расстоянии пальца от лица парня. Фарри сглотнул. Сражаться против человека, вооруженного топором, было непривычно. Он привык, что противник вооружен мечом, а если быть честным - всего лишь палкой, изображающей меч. Здесь же, пришлось приноравливаться по-новому. Пришлось постоянно учитывать, что лезвие топора далеко выступает от древка, и уже не получится заблокировать удар совсем близко от своего тела - если остановить клинком древко топора слишком близко от своего тела, то лезвие этого топора вопьется в плоть. И еще одно. Тренируясь с палками, братья рисковали лишь заработать парочку лишних синяков. Здесь же схватка шла боевым оружием, и Перес, похоже, не особо заботился, чтобы не поранить своего противника.
  Снова рыкнув, Перес навалился на топор, отталкивая Фарри. Парню пришлось на шаг отступить, но Пресс вдруг дернул топор на себя, зацепив лезвием меч. Руки Фарри рвануло так, что, казалось, суставы вот-вот выскочат. Пользуясь заминкой, Перес снова ринулся вперед, отжимая клинок меча Фарри вниз. Сильный толчок плечом в грудь, и Фарри кубарем покатился по земле.
  - А ты молодец! - перес опустил свой топор и протянул Фарри руку. - Не думал, что столько продержишься.
  Фарри принял руку и поднялся с земли. Тут же возле него оказался Слов. Все то время, пока шел поединок, он наблюдал за братом, крепко сживая рукоять своего меча. Если брат пострадает в этом поединке... Слов готов был в любой момент броситься с мечом на Переса. На всех, окруживших бойцов и наблюдавших за поединком!
  - Ты как? - спросил он у брата, но тот только раздраженно дернул плечом.
  - Парни, если вам в Этвуд надо, можете подождать здесь пару часов. - Перес вложил топор в петлю на поясе и указал на груду бревен, лежащую на берегу. - Мы лес сплавлять по реке будем. Как раз почти до Этвуда.
  - Спасибо, но...
  Слов тут же перебил брата:
  - Благодарим, господин Перес. Пару часов мы можем и отдохнуть здесь.
  - Ну, тогда давайте посидим.
  Втроем они отошли в сторону, где Перес сидел до того, как лодка братьев пристала к берегу. Присев на обрубок бревна, Перес достал из-за него большую кожаную флягу и, крякнув от удовольствия, сделал большой глоток.
  - Так чего вам в Этвуде понадобилось? - он протянул флягу Фарри и тот, чуть поколебавшись, принял ее.
  - Просто путешествуем. - быстро сказал Слов, глядя как брат принюхивается к содержимому фляги. - Там, на севере, кроме лесов и болот ведь нет ничего. Хотим мир посмотреть.
  - Приключений ищете. - понимающе кивнул Перес. - Ну-ну... А родители знают, что вы мир на юг отправились?
  - Нет у нас родителей. - Фарри наконец решился сделать глоток из фляги и закашлялся.
  - Пива никогда не пили? - снова захохотал Перес.
  Фарри замотал головой, все еще кашляя от непривычной горечи, и протянул флягу брату. Слов взял ее, задумчиво глянул на брата, перевел взгляд на флягу, и решительно протянул ее обратно Пересу.
  - Так что ж вы, - тот без слов взял флягу обратно и снова приложился к ней. - одни там жили?
  - С дядей. - ответил Слов. - Но он умер.
  - Ага. - закивал Перес, пряча опустевшую флягу за бревно. - И вы, оставшись одни, решили, что жизнь в глуши - не для вас.
  Фарри угрюмо кивнул. В данный момент его больше всего волновал вопрос, как бы прогнать изо рта непривычную пряную горечь пива. Дядя никогда не разрешал им с братом пить подобные напитки. И сам, насколько Фарри знал, никогда не пил. Дело даже не в том, что он был трезвенником. Алмостер Бровин всегда сокрушался, что в этих краях не раздобыть хоть какого-то вина, а к пиву и сивухе, которую гнали в деревне, относился с презрением, как к чему-то, недостойному его.
  - Насчет этих мечей, - продолжил Перес, - откуда они у вас? Не думаю, что их выковал деревенский кузнец, даже если в ваших краях и добывают руду.
  - Они всегда висели у нас над камином. - пожал плечами Фарри. В голове у него чуть шумело после схватки и глотка пива. - Дядя, в молодости, путешествовал и, наверно, привез их с собой.
  - Бьюсь об заклад, - ухмыльнулся Перес, - что ваш дядя неспроста забрался в такую глушь. Ну, да это не мое дело, пока вы сами не нарушаете законы на землях Дома Вудакс. Здесь, в лесах, двое из трех или сами скрываются от каких-то неприятностей, нажитых на юге, или их родители спрятались от них здесь.
  Они сидели, болтая, все то время, пока лесорубы сбрасывали бревна в воду и связывали их в большие плоты. Слов сбегал к лодке и принес мяса. Перес поделился с братьями хлебом, который, после нескольких дней на одном мясе и рыбе, показался лакомством. Из разговора братья узнали кое-что о жизни в Этвуде и тамошних порядках. Кое-что о самом городе и землях, южнее него.
  - Вы, парни, главное, не ввязывайтесь ни в какие неприятности. - поучал их Перес. - А то мигом окажетесь на одной из таких вот вырубок. Здесь, конечно, лес валят не преступники. Но в этих краях достаточно и таких вырубок, где нарушившие закон отрабатывают свои преступления. Тяжко отрабатывают.
  - Мы и не собирались нарушать закон. - вежливо ответил Фарри.
  - Ага. А жить вы как собираетесь? Здесь, в лесу, вам деньги не нужны. Силки поставил или подстрелил какую-нибудь дичь - и ужин обеспечен. А там, в городе, без монеты вам и обглоданной кости никто не даст.
  У Фарри и Слова хватило ума, чтобы не показывать деньги, извлеченные из тайника Алмостера Бровина. Они внимательно слушали и понимающе кивали словам Переса.
  - Я вам вот что скажу. Вы, парни, с мечами своими худо-бедно, но обращаться умеете. - увидев, как Фарри скривился, Перес улыбнулся. - Ну, не худо-бедно, а, скажем, даже неплохо. Но не об этом речь. Если хотите, чтоб животы были всегда полны, а горбатится на рубке леса или подмастерьями какими-то, не желаете, то найдите вербовщика. В каждой таверне кто-то, да набирает людей в армию какого-нибудь малого дома. Платить, конечно, много не будут, но...
  - Спасибо, господин Перес. Мы подумаем. - Слов посмотрел на реку, где уже почти закончили связывать бревна. - Думаю, пора нам уже дальше отправляться.
  - Удачного пути. - Перес достал из кармана трубку и принялся набивать ее табаком. - И подберите к своим мечам какие-то ножны. А то отрежете себе, случайно, что-нибудь.
  Под крики лесорубов, плоты были окончательно готовы и спущены на воду. Фарри и Слов спешно запрыгнули в лодку и, помахав на прощание Пересу, отправились вслед за медленно сплавляющимися по реке бревнами. Вскоре вырубка окончательно исчезла из виду, а о том, что она вообще была, напоминали только ползущие вниз по течению плоты, да по несколько человек, правивших ими.
  Вскоре после того, как братья покинули вырубку, начали попадаться и другие признаки того, что эти места обитаемы. Сначала редко, а потом все чаще и чаще они проплывали мимо деревень, которые то, чем дальше, тем становились больше. Фарри и Слов во все глаза глядели на них. Вроде такие же дома, к которым они привыкли в своих краях. И люди одеты так же...
  - Спорю, что там не меньше пятидесяти домов! - в голосе Слова звучало чуть ли не благоговение. - Как думаешь, город намного больше?
  - Можно подумать, что я бывал в городе. - фыркнул Слов, тоже наблюдая за проплывающей мимо деревней. - Думаю, город все же побольше будет.
  Они не останавливались в этих деревнях. Зачем? Плывущие впереди плоты верно указывали дорогу, запасов еды хватало. Что еще надо? Братья рассудили, что если что-то и понадобится, то можно будет приобрести это и в городе. Благо, деньги у них имелись. Всего в мешочке, как подсчитали в начале путешествия Фарри и Слов, было сорок восемь крупных золотых кругляшей. Много это или мало... Ребята надеялись, что, по крайней мере, на первое время им хватит. А потом - что-то придумают. В любом случае, мысли Фарри и Слова гораздо больше занимал вопрос, как они добьются своего. Они еще не обсуждали все в подробностях, решив, что все надо делать последовательно. Сначала добраться до Этвуда, а уже потом - думать, куда идти дальше. Да и толку сейчас думать, когда они, считай, и не знают ничего даже о том, где находится Дом Дормайл? Где-то на севере Чаши, западнее Вудакса - вот и все, что было им известно.
  Через два дня неспешного плавания, возле очередной деревни, показавшейся братьям просто огромной, плоты повернули к берегу. Сплавщики, за все это время не сказавшие Фарри и Слову больше двух слов подряд, отталкивались от дна длинными шестами, а на берегу их уже поджидали встречающие. Лодка братьев не удостоилась больше пары взглядов - все были заняты делом. Проплывая мимо, Фарри и Слов видели, как приставшие к берегу плоты тут же цепляли к упряжкам лошадей, и, щелкая кнутами, вытаскивали на берег.
  А еще через час река влилась в большое озеро. Фарри и Слов ахнули, при виде открывшегося им. Озеро было намного больше, чем все, что они видели до того. Берега, расходились далеко в стороны и лес, покрывающий их, практически исчезал в дымке. Но всюду, в пределах видимости, берега были просто усеяны деревнями. Тут и там над кронами деревьев поднимались дымки из печных труб, а запахи, принесенные ветром, заставили желудки парней заурчать, напоминая, что со времени обеда прошло уже довольно много времени. По глади озера сновали во всех направлениях лодки, разных форм и размеров. Кто-то плыл через озеро по каким-то своим делам, кто-то - таких было большинство - тянул сети, в которых серебрилась бьющаяся рыба. Несколько лодок, выглядящих просто роскошно, медленно плыли по озеру - их хозяева, похоже, вовсю наслаждались приятным вечером. На одной, совсем уж большой лодке, украшенной, хоть было еще светло, разноцветными фонарями и гирляндами, вовсю шло какое-то празднество - оттуда до братьев долетали веселые крики и звуки музыки. Но главное не это. На окружающие их лодки Фарри и Слов смотрели лишь постольку, поскольку старались не столкнуться ни с одной из них. В основном, взгляды их были прикованы к тому, что находилось посреди озера.
  Огромный остров, видневшийся впереди, величаво вздымал песчаные берега из вод озера. Он был настолько огромен, что из центра его, наверно, озерной глади не видно было вовсе. И все это было застроено. Чуть дальше линии причалов, сплошным кольцом опутывавших остров, устремились к небу городские стены. Даже с немалого расстояния, Фарри оценил, что они поднимаются, как минимум, на высоту пяти его ростов. А то и всех шести! И, главное, эти стены были сложены целиком из камня! До сих пор ребята никогда не видели каменных строений. То есть - вообще не видели! Все постройки, которые были на севере лесов Вудакса, были сложены из дерева. Из больших и малых бревен. Крыши клали либо из тростника, в изобилии растущего на болотах, либо из древесной дранки. В общем, камень, в их родных краях, был не в почете.
  - Это ж сколько камня надо, чтобы сложить такую громадину? - выдохнул Слов, не отводя взгляда от приближающейся стены. - Дотащить сюда камни, перевезти их через озеро, сложить в стену...
  Однако, верхушка стены была, все же, из дерева. Толстенные, плотно подогнанные друг к другу бревна образовывали просторные галереи, а через равное расстояние из стены вырастали бревенчатые же башни. О том, чтобы забраться на такую высоту, как, например, верхний этаж одной из таких башен, Фарри и думать не хотелось.
  - Куда прешь, щенок! - засмотревшись на чудо впереди, Фарри не заметил, как они чуть не влетели в сеть. Прямо им навстречу медленно плыла рыбацкая лобка, с левой стороны которой, словно ухо, крепилась уходящая под воду рама, на которой и была эта сеть растянута. Трое, сидевшие в рыбацкой лодке, грозили братьям кулаками и ругались на чем свет стоит.
  Пришлось быстро налечь на весла, меняя курс. Лодки разминулись лишь на расстояние вытянутой руки. Слишком близко, если учесть то, что из рыбацкой лодки, чуть не попав в голову Слова, прилетела брошенная одним из рыбаков крупная рыбья голова - материальное воплощение тех проклятий, которыми рыбаки щедро осыпали братьев.
  - Хорошо нас тут встречают. - Слов задумчиво проводил взглядом рыбаков.
  - Ты чего? Они же хотели подарить тебе замечательную рыбью голову! - Фарри указал на снаряд, покачивающийся в воде неподалеку, и заржал. - Можно отличную уху сварить!
  - Не смешно. - буркнул Слов. - Мы еще не добрались до города, а нас уже встретили руганью. Сомневаюсь, что мне здесь понравится.
  - Мы же не собираемся надолго здесь задерживаться. - Фарри вновь уставился на остров, становившийся с каждой минутой все ближе. - Разузнаем, что к чему, и отправимся дальше. Хотя...
  - Что 'хотя'? - Слов наконец отвернулся от рыбаков и посмотрел на брата.
  - Город, Слов! - глаза у Фарри загорелись. - Если только стена - такая громадная, то что же находится за ней? И, потом, если мы встретили пару невежд, то это не значит, что все в этом городе такие.
  - Может ты и прав. - согласился Слов с братом. - Посмотрим, что это за город.
  
  ***
  
  Пристать к берегу оказалось не такой уж простой задачей. Вначале Фарри и Слов направили лодку к ближайшему причалу, но, стоило только Фарри попытаться выбраться из лодки, как, тут же, появился какой-то человек.
  - Эй-эй! Куда это вы?!! - кричал он, размахивая руками. - Сюда нельзя!
  - Почему? - удивился Фарри.
  - Здесь все места заняты. - парень, оказавшийся, при ближайшем рассмотрении, едва ли старше братьев, остановился перед Фарри и смерил его взглядом. - Не местные, ага?
  - Мы с севера. - пояснил Слов.
  - Оно и видно. Что, тяжко там, на севере, нынче? - похоже, парень не прочь был поболтать.
  - Да так... - Фарри пожал плечами. - Город, вот, захотели посмотреть.
  - Ну да. Все стремятся в город. Лезут и лезут... Только я вам вот что скажу. - парень покачал головой, словно в том, что люди с севера идут в Этвуд, было его личное горе. - Город скоро по швам трещать начнет от вашего брата. Вот скажите мне, чего вам дома не сиделось?
  Фарри и Слов переглянулись, не зная как реагировать на эти слова. Но ответа парню, похоже, не требовалось.
  - Вот представьте, что в вашу деревню, или откуда вы там, начинают лезть всякие чужаки. - продолжил он. - Без медяка в кармане, слоняются тут по улицам... Жить нормально честным людям мешают. А большинство из них где, в итоге, оказываются? Правильно. В том же лесу. Возвращаться-то сами не хотят уже, а к доброй работе - непривычны. А там и начинается - где-то что-то украдут, с кем-то драку устроят, а то и убьют кого-то. И что? И приходится страже их обратно в лес возвращать. Только уже не в родные деревни, а на вырубки, лес валить. Так зачем, я вас спрашиваю, лезть сюда, если, все равно, опять в лесу окажешься? Вам на свободе не нравится деревья рубить?
  - Мы вообще-то не лесорубы. - вставил слово Фарри, когда парень, ему показалось, немного выдохся от своего монолога. - Мы охотой жили...
  - Так чего дальше не стали жить охотой? Вот ты, - парень уже накрутил себя так, что из его голоса исчез даже намек на доброжелательность. Он ткнул пальцем в грудь Фарри. - скажи мне, чего тебе в Этвуде надо?
  - А что, уже город посмотреть нельзя? - Фарри стал надоедать этот разговор. - И чего это мы должны перед тобой отчитываться? Ты, вообще, кто такой?
  - Я? Я здесь приглядываю за причалом. Как раз, чтоб такие, как вы, - он сплюнул под ноги, - не занимали места добрых людей. Так что, валите отсюда, пока я стражу не позвал. Они-то вас быстро на место вернут!
  - Ну, и где нам тогда лодку оставить? - Фарри не двинулся с места.
  - Так мне это - без разницы. Хоть затопите ее! А если у вас монета имеется, то валите на один из общественных причалов. Ну, чего стоишь?
  - Фарри, давай убираться отсюда. - Слов поднялся в лодке и дернул брата за штанину.
  - Ага-ага. - закивал парень. - Верно. Убирайтесь, давайте!
  Смерив, напоследок, парня взглядом, Фарри еще чуть постоял, показывая, что не намерен спешно выполнять его команду, и спрыгнул в лодку. Слов налег на весла, снова выводя лодку в воды озера.
  - Слушай, мы еще даже не успели причалить к берегу, - задумчиво произнес он, глядя в спину уходящему парню, - а нас уже успели дважды обругать. Что-то мне здесь начинает не нравится.
  - Может сегодня день такой. - Фарри сплюнул в воду и повернулся к брату. - Везет нам на хамов сегодня.
  - Надеюсь только, что дальше нам так 'везти' не будет. - ответил Слов.
  Им пришлось еще долго плыть вокруг острова. Весь берег был усеян причалами, но, куда бы братья ни свернули, всегда, как из-под земли, возникал кто-то, требующий поскорее убраться. Кто-то бросал в их сторону ругательства, кто-то холодно оповещал, что здесь им нельзя останавливаться. Повезло Фарри и Слову только на девятом или десятом - они уже сбились со счета - причале, где им подсказали, что следует искать причал, отмеченный знаком, на котором нарисована лодка, означающим, что здесь и есть общественный причал.
  Искомый знак первым заметил Фарри, сидящий на носу лодки и внимательно всматривающийся в берег.
  - Слов, правь туда! - он указал на причал, на мостках которого была установлена перекладина. Выкрашенная в зеленый цвет деревянная табличка, на которой был нарисована красным лодка, покачивалась на цепях под слабым дуновением ветерка.
  Здесь их тоже встречали. Не успели ребята привязать лодку, как перед ними вырос полный мужчина, сразу же заявивший:
  - Три медяка в день.
  Он, как и все, с кем братья уже успели здесь пообщаться, внимательно осмотрел их с головы до ног, и замер, уперев руки в бока. Слов покопался в мешочке, не извлекая, впрочем, его на всеобщее обозрение, и протянул толстяку блеснувший кругляш.
  - Пока мы остановимся на пять дней. - он не знал точно, скольким медякам равен один золотой, но предполагал, что уж на пять дней этого хватит. Судя по округлившимся глазам толстяка, монеты хватило бы и на намного большее время.
  - Хорошо, господа. - тон его тут же сменился на елейно-любезный, а монета исчезла, словно ее и не было никогда. Вместо нее, в руках толстяка появился тощий кошель, из которого он принялся отсчитывать сдачу. - Ни о чем не беспокойтесь! Приглядим за вашей лодкой в лучшем виде! Как за своей собственной!
  Отсчитав, он протянул Слову сдачу - три серебряных монеты и пятнадцать больших, стертых до того, что уже сложно было различить, что на них изображено, медяков. Судя по виду его кошелька, вряд ли в нем, после этого, осталось много монет. Фарри понадеялся, что их не обсчитали.
  - Подскажите, пожалуйста, где в городе можно остановиться. - спросил он, загоняя мысль о том, что их слишком легко обмануть, подальше.
  - О, конечно, господа! - толстяк расплылся в улыбке. - Пройдете туда, примерно полверсты, до западных ворот. Там, через ворота, идите по Речной улице, а через три перекрестка, у самого рынка, свернете направо. Сразу увидите! Гостиница называется 'Веселый охотник'. Самая лучшая еда в городе, Водоворотом клянусь! Да-да!
  - Большое вам спасибо. - Слов забросил свой мешок за спину, проверил, не осталось ли чего в лодке, и подождал, пока Фарри не пристроит на плечах свой мешок.
  Пока они не покинули причал, толстяк семенил за ними, уверяя, что ничего с их лодкой не случится, расписывая прелести Этвуда и преимущества гостиницы, которую порекомендовал, и всячески увещевая пользоваться услугами его причала. В конце концов, когда братья покинули причал и толстяк отстал, Фарри и Слов аж вздохнули от облегчения.
  Когда братья уже достаточно удалились от причала, Фарри оглянулся по сторонам и остановился.
  - Слушай, давай-ка достанем пару монет из мешка. - сказал он. - нечего при всех за деньгами каждый раз лазить!
  - Думаешь, могут украсть? - неуверенно спросил Слов.
  - Вполне! - заявил Фарри. - Народ тут какой-то...
  Слов полез в свой мешок и нащупал деньги.
  - Монеты две, думаю, хватит. - заявил он, перекладывая кругляши в карман. - Кстати, я тут пытаюсь посчитать. Тот толстяк на причале говорил, что в день берет три медяка. Я заплатил за пять дней - это пятнадцать медяков. С золотой монеты он вернул мне три серебряных и пятнадцать медяков. Это, получается, золотая монета сколько стоит?
  Фарри задумался, подсчитывая в уме, но с ходу решить задачу у него не получилось. Как и у его брата. Постояв немного, они решили купить что-нибудь по дороге, разменяв серебро на медь, и таким образом точно узнать стоимость имевшихся у них денег.
  До ворот они добирались немного дольше, чем предполагали. Расстояние в полверсты не было такой уж большой проблемой, однако, чем ближе они подходили к виднеющейся в дали большой надвратной башне, тем оживленнее становилось вокруг. По набережной сновали лоточники, громкими криками призывавшие купить, казалось, все, что угодно - от лески и рыболовных крючков, до свежих булочек и фруктов. Возле причалов, прямо из лодок, продавали рыбу, только что выловленную в озере. Несколько раз попадались пузатые продавцы пива, разливающие пенный напиток в кружки прямо из огромных бочек. И, конечно же, здесь было вдосталь просто праздношатающегося народа. Кто-то прогуливался, кто-то отчаянно торговался с продавцами, кто-то просто стоял, прислонившись к городской стене.
  - Пирожки с рыбой! Самые свежие! Купишь один раз - всегда будешь у меня покупать! - мальчишка с лотком, висящим поперек груди, чуть не налетел на Слова. - Прошу прощения, господин! Купите пирожок! Клянусь Водоворотом, это самые вкусные пирожки во всем Этвуде!
  - И сколько ты хочешь за один пирожок? - Фарри остановился и принялся рассматривать товар. Пирожки и впрямь выглядели аппетитно.
  - Всего медяк, господин! - оживился мальчишка. - Купите - не пожалеете! Самый вкусный для вас выберу.
  Он принялся перебирать пирожки на лотке, видимо выбирая покрасивее. Фарри кивнул брату.
  - Купим?
  - Давай. Есть и впрямь хочется. - слов выудил из кармана серебряную монету и протянул торговцу. - Давай два.
  - А помельче у вас денег нет? - взгляд мальчишки сразу потух. Он полез в карман и принялся звенеть монетами, пересчитывая, хватит ли у него на сдачу. Судя по выражению лица, денег у него не хватало.
  - Слушай, - оживился Фарри, останавливая Слова, полезшего было за медяками, - А давай-ка пирожков на все!
  - Ой, спасибо, господин! - мальчишка прямо засиял. - Сию минуту, господин! Я вам даже заверну!
  Он выудил откуда-то, из-под своего лотка, практически чистую тряпицу и принялся укладывать на нее свой товар. Один, два, три... Он передал Фарри пакет, в котором были завернуты десять пирожков, и выхватил из рук Слова монету. На сдачу же он вернул им пять медяков.
  - Итого, одна серебряная монета стоит пятнадцать медяков. - произнес Фарри, разворачивая пакет и выуживая пирожок. - Получается, три серебряных монеты - это сорок пять медных.
  - Ага. - согласился Слов, беря пирожок и себе. - Один золотой - это семьдесят пять медных монет или пять серебряных.
  - На те деньги, что у нас есть, - Фарри откусил сразу полпирожка, отчего его слова еле можно мыло разобрать, - пирожками можно просто объестся.
  Жуя пирожки, оказавшиеся действительно неплохими, они двинулись дальше. Возле самых ворот толпа стала еще гуще. Ребята, выросшие в лесу и только иногда бывавшие в деревне, только дивились тому, как столько народа может собраться в одном месте. Только у одних ворот, прикинул Фарри, людей было столько, что хватило бы заселить две деревни, и еще осталось бы на парочку хуторов! Они шли осторожно, стараясь ни на кого не налететь, не наступить никому на ногу. Однако, несмотря на все усилия, полностью избежать столкновений не удалось - на память об одном из них у Слова на ребрах остался синяк от локтя какого-то господина, спешно пробиравшегося через толпу. Но самым худшим был - шум. Голоса множества людей сливались в неразборчивый гул, словно здесь собрались одновременно все птицы и звери северных лесов, к тому же - одновременно сошедшие с ума.
  - Как они могут здесь слышать друг друга? - Слов чуть ли не прокричал эти слова в ухо Фарри. - Тут в двух шагах уже ничего не разберешь!
  - Город. - пожал плечами Фарри. - Если такое творится у ворот, то представь, что там, за стенами!
  В самих воротах люди двигались еле-еле. Как только Фарри и Слов шагнули в черный зев ворот, причина сразу стала ясна. За мощным столом, сколоченным из досок, сидел средних лет мужчина, одетый в зеленую шерстяную куртку, на левой стороне груди которой был вышит черным топор в контурах щита. По бокам стола стояли шестеро стражников. Одетые, как Перес, в кожу, с такими же топорами. Но, в отличии от Переса, на них были надеты еще и зеленые табарды с вышитым на груди гербом Дома Вудакс, кроме топоров, висящих на боку, стражники были вооружены короткими копьями и большими круглыми щитами, а на головах их были надеты, похожие на круглые шапочки, кожаные шлемы, укрепленные железными полосами.
  - Неместные? - поинтересовался человек за столом таким тоном, что его слова больше походили на утверждение, а не на вопрос. Мимо Фарри и Слова протиснулся какой-то мужчина, махнул перед носом стражи рукой, в которой был зажат круглый медный значок. Стражник, стоящий ближе к нему, кивнул и отошел в сторону, пропуская мужчину в город. - По медяку с каждого за проход.
  - Пожалуйста, господин. - Фарри положил на стол две монеты, которые тут же отправились в большой деревянный ящик с прорезью на крышке.
  - Проходи, не задерживай! - стражник чуть подтолкнул их в проход.
  Здесь стало чуть свободнее. Люди уже не так теснились и ребят даже почти не толкали. Еще десять шагов, и братья оказались в городе.
  Если Фарри и Слов дивились количеству людей снаружи городской стены, то, оказавшись внутри, они были поражены. Сотни людей рекой растекались от ворот по городским улицам. Теснились и толкались, кричали и смеялись... Кое-где даже вспыхивали ссоры. Здесь похоже, собрались люди не только из самого Этвуда, но и из других земель. Разнообразные одежды пестрели всеми цветами так, что начинало рядить в глазах. Вот, недовольно пробурчав что-то, мимо братьев протолкался усатый мужчина, одетый в обтягивающий жилет на голое тело, и просторные шаровары, подпоясанные широким кожаным ремнем. А вот идет другой - в расшитой замысловатым черно-белым узором тунике, доходящей до самых колен. Навстречу ему - не идет, а словно плывет! - женщина, одетая в ярко-красное платье, жестко обтягивающее ее фигуру в лифе, но ниспадающем просторными юбками до самой земли. Она ведет непринужденную беседу с другой женщиной, одетой в роскошные меха, хотя погода стоит довольно теплая. Проплыл, покачиваясь, по морю людей портшез.
  Остановиться, хотя бы на мгновение, здесь было невозможно. Людской поток снес бы любого, как река, в половодье, плотину. Оставалось только выбирать течения, которые понесут в нужном направлении. Фарри и Слов взялись за руки, боясь затеряться в этой толкотне.
  - Нам прямо! - крикнул Слов в ухо брату.
  Вокруг вздымались в небо высокие дома, словно стены ущелья, дном которого были улицы. Ребята смотрели на них, открыв рот. Высоченные! По два, а некоторые даже в три этажа! Некоторые дома были сложены, как и стена, из камня. Некоторые - из привычных бревен. Были и такие, в которых первый этаж был каменным, а второй - деревянным. И ни одной тростниковой крыши! Никаких пузырей на окнах! Крыты все дома были черепицей, а в окнах вставлены, разного качества, но настоящие стекла. Засмотревшись, Фарри споткнулся, и только рука брата удержала его от падения. Фарри внезапно задумался - а остановился бы хоть кто-то, упади он на землю? Или толпа так и продолжила бы идти, продвигаясь по упавшему, пока не затоптала бы его насмерть?
  Вскоре поток людей вынес их на большую лошадь. Вначале, Фарри и Слов даже не сообразили, что это именно площадь - все здесь было заставлено рядами лотков, палаток и раскладок, а шум достиг своего апогея. Только то, что стены ущелья из домов разошлись в стороны, свидетельствовало о том, что это все-таки площадь. Здесь стало чуть свободнее - как вода, вырвавшаяся на простор из узкого русла, толпа замедлилась, и даже толкать братьев стали чуть реже.
  - Направо! - говорить стало практически невозможно, поэтому, Слов дернул Фарри за руку и указал направление.
  - Давай по базару сначала походим! - Фарри кивнул в сторону торговых рядов. - В гостиницу мы еще успеем!
  - Давай!
  Братья двинулись к торговым рядам. Чего здесь только не было! Как же беден господин Сомик, по сравнению с любым торговцем на этом базаре! а ведь раньше ребята считали деревенского торговца настоящим богачом. Рыба, овощи, фрукты... Фарри и Слов останавливались, чуть ли не через один лоток, разглядывая выложенный на продажу товар. Потратив еще три медяка, Фарри купил маленький пакетик каких-то орехов, похожих на желтоватые шарики - продавец, вовсю расхваливая орехи, утверждал, что они привезены с самого юга Чаши. По вкусу же, они оказались похожи на землю. Чуть сладковатые, но - земля землей. Слов, тоже попробовавший пару орешков, так и заявил об этом Фарри, указав, что не стоит выкладывать за маленький пакетик какой-то гадости деньги, за которые можно купить целых три вкусных пирожка. В ответ Фарри только рассмеялся, и заявил, что если не попробовать, то никогда не найдешь лучшего.
  Устав от толчеи, Фарри и Слов свернули в другой ряд, где, как им показалось, людей было поменьше. Это действительно оказалось так. Здесь продавали дерево, во всех его видах. Штабеля бревен, досок, какие-то заготовки, разнообразные поделки из дерева. И покупатели здесь, в отличии от продуктовых рядов, выглядели немного по иному. Солидные мужчины в богатых одеждах - купцы, как решили ребята - до хрипа торговались с продавцами. Другие, похожие на мастеровых, внимательно осматривали товары, чуть ли не обнюхивая каждую доску. Здесь же продавали и разный инструмент - от топоров и пил, до гвоздей, чопиков и прочей мелочи. Эти ряды быстро наскучили Фарри и Слову. Чуть послонявшись - Фарри чуть не купил небольшую статуэтку коричневого дерева, изображавшую обнаженную женщину - Слов заявил, что надо пойти, посмотреть, что еще продают на этом базаре.
  Свернув в следующий ряд, ребята сразу же оказались перед небольшим павильоном, в витрине которого было выставлено оружие. Топоры, кинжалы, несколько мечей хищно поблескивали на свету, притягивая взгляд парней.
  - Может, зайдем? - предложил Фарри, разглядывая витрину. - Спросим ножны для мечей.
  В павильоне были только продавец - солидный лысоватый мужчина с грубым лицом и мозолистыми руками, указывавшими на то, что он умеет не только продавать оружие, но и обращаться с ним. Он, спокойным, уверенным голосом, расхваливал единственному покупателю кинжал. Сам покупатель - молодой парень, на рукавах кожаной куртки которого, свидетельствуя о принадлежности к одному из мелких Домов, были нашиты шесть полос синего, красного и розового цветов - крутил тот самый кинжал в руках, внимательно его изучая.
  - Две монеты! - устало сказал он, проводя пальцем по лезвию. - Заточка неправильная. У меня еще монета уйдет на то, чтобы ее исправить.
  - Где вы, господин, видите неправильную заточку? - слова продавца, вроде бы, указывали на то, что он возмущен, но голос звучал все так же спокойно. Он взял из рук покупателя кинжал и провел лезвием по кусочку кожи. - Посмотрите, какой разрез. Кожу, как масло режет. Две серебряных и десять медяков - это если для вас.
  - Две монеты и пять медяков. - торговался покупатель. - Заточку все равно придется править! И посмотрите на баланс - он же смещен на палец!
  - Отличный баланс, господин. Вы посмотрите, как сидит рукоять. Попробуйте, как удобно кинжал лежит в руке. А сталь? Лучшая сталь, выплавленная в самих Железных холмах. Две серебряных и восемь медяков.
  - Две серебряных и шесть медяков.
  - По рукам, господин. - продавец вложил кинжал в ножны и протянул новому владельцу. Звякнули на прилавке монеты и господин, купивший кинжал, покинул павильон.
  - Эй-эй! Вам тут что надо? - тут же продавец обратил внимание на Фарри и Слова, разглядывающих витрины. Голос его звучал все так же спокойно. - Здесь вам не балаган, чтобы глазеть. Если ничего не собираетесь покупать, то попрошу вас покинуть...
  - Нам нужны ножны. - Слов вытащил меч из петли на поясе, отметив, что веревка уже почти перерезана, и протянул его продавцу. - Найдется что-то?
  - Поглядим... - тот осторожно взял меч из рук Слова и принялся его разглядывать. - Так... Отличное оружие... Где вы его взяли?
  Почему почти каждый встречный интересуется нашими мечами? - подумал Фарри, глядя на продавца. - Такое впечатление, что они прямо притягивают взгляды.
  - Эти мечи нам достались в наследство. - спокойно ответил Слов.
  - В наследство, говорите? - продавец попробовал пальцем острие и повернулся к братьям. - Если хотите, я могу купить у вас их по хорошей цене.
  - Спасибо, - Фарри покачал головой, - но...
  - Нам нужны только ножны.
  - Что ж, хорошо. - продавец прошел к прилавку и принялся обмерять меч, записывая что-то на листке бумаги. - Вы же понимаете, что у меня нет ножен под каждый меч. Это надо делать под заказ.
  Закончив обмерять, он протянул меч Слову и снова принялся черкать что-то на бумажке.
  - Нам надо двое ножен. - заметил Фарри. - У меня точно такой же меч.
  - Все равно я должен снять с него мерки. - продавец протянул руку Фарри и тот, поколебавшись, отдал свое оружие. - Выглядят-то они одинаково, но, вы же понимаете... Один - на волосок длиннее, другой - на волосок толще... Или шире...
  Братья терпеливо дожидались, пока он закончит свои подсчеты. Вскоре весь листок в руках продавца оказался исписан.
  - Какие ножны желаете? - он положил записи перед собой и взглянул на братьев.
  - Какие? - переспросил Слов, а Фарри пожал плечами.
  В ответ продавец достал из-под прилавка несколько листов, на которых были нарисованы различных форм и размеров мечи вместе с ножнами, и выложил их перед ребятами.
  - Есть ножны из цельной меди, есть кожаные с медными накладками. Вот здесь вы можете выбрать узор, каким украсить ножны или заказать без всяких украшений. Медные ножны вам обойдутся по золотому за каждые. За кожаные, я возьму по две серебряных монеты. Это, разумеется, без стоимости украшений и узора. Плюс, если выберете кожу, то дополнительно, поговорим насчет накладок. - он отвлекся от рисунков, по которым водил пальцем, показывая братьям о чем говорил, и еще раз осмотрел их. - Советую вам выбрать кожу. Добрая кожа - она не хуже меди, если вы конечно не во дворец на бал собрались. И стоит намного дешевле.
  - Мы... - начал было Фарри, но Слов не дал ему договорить.
  - Давайте кожаные. - быстро сказал он, глянув на брата.
  Еще какое-то время они обсуждали накладки и узор. Продавец показывал образцы, которые у него были в немалом количестве, снова достал из-под прилавка новые листы бумаги, на которых были изображены разнообразные узоры. В конце концов, братья сделали свой выбор. Слов остановился на простых медных накладках, которые должны будут оковывать устье ножен и их конец. От какого-либо узора он отказался. Фарри же захотел себе накладку на устье ножен, длиной чуть ли не на треть их, и украшенную самым дешевым узором - в виде опоясывающего накладку плетеного шнура, а на конец ножен - заостренную накладку с хитрым вырезом по краю.
  - Хорошо-хорошо... - бормотал продавец, снова черкая что-то на своем листочке. - Это будет... семь серебряных монет и девять медяков.
  - Пойдет. - кивнул Слов.
  - Только, вы же понимаете, что, без задатка, начинать работу... Половину платы я возьму с вас сейчас, а остальное заплатите, когда ножны будут готовы. Скажем, завтра к вечеру.
  Слов полез за деньгами, но Фарри остановил его.
  - Нам еще нужны кинжалы и луки со стрелами.
  - Зачем? - шепнул Слов, а продавец вежливо отошел в сторону давая братьям свободно поговорить.
  - А ты посмотри на свой нож. - ответил Фарри. - Он же на половину сточен уже! Сколько ему лет?
  Действительно, ножи братьев были в состоянии, оставлявшем желать лучшего. Изделия из железа вообще редко попадали в те места, где жили Фарри и Слов. Конечно, какое-то количество руды добывали и там, но качество этой руды было довольно низким. Да и хороших кузнецов можно было пересчитать по пальцам. Поэтому, все изделия из железа, как ножи, топоры и другие инструменты, берегли и дорожили ими. И использовали те же ножи до тех пор, пока их вообще возможно было использовать.
  - Вот, могу предложить вам. - продавец вернулся, неся два кинжала средней длины. Оба были в кожаных ножнах с небольшими медными накладками. Крестовина одного из кинжалов прямо расходилась в стороны, а гарда другого была чуть изогнута вниз. Рукояти кинжалов были так же обмотаны шершавой кожей. - Они недорогие, но сделаны хорошо. За оба я возьму три серебряных монеты и десять медных.
  Братья взяли кинжалы из рук продавца и принялись внимательно их изучать. Особенно Фарри понравился тот, гарда которого была изогнута. Удовлетворившись качеством, ребята согласились с выбором продавца.
  - Луки, к сожалению, я вам продать не могу. - продавец развел руками. - Я не занимаюсь ими. Но, если вы, когда выйдите из павильона, свернете направо и пройдете еще через три павильона, то увидите магазин мастера Гила. Обязательно скажите, что вас направил мастер Балд.
  - Спасибо, мастер Балд. - Слов отсчитал монеты и положил на прилавок. - Один золотой, два серебряных и семь медяков. Я правильно посчитал?
  - Правильно. - мастер Балд бросил взгляд на свои записи. - Жду вас завтра вечером.
  Фарри и Слов вышли из павильона и пошли дальше, как советовал мастер Балд. Нужный магазин они нашли быстро - даже если бы у его входа не висела табличка, на которой был изображен лук, большая стойка с товаром все равно привлекла бы их внимание. Мастер Гил, поначалу, отнесся к ребятам насторожено, но, когда они упомянули мастера Балда, тон его чуть потеплел, а окончательно продавец расслабился, когда зазвенели монеты. Здесь Фарри и Слов оставили еще один золотой, приобретя два неплохих лука с запасными тетивами и два колчана, полных стрел.
  - Послушай, Слов, - сказал Фарри, когда они покинули и этот магазин, - а не купить ли нам новую одежду?
  - Зачем? - удивился Слов. - По-моему, наша одежда еще вполне неплохая.
  - Ага, неплохая! - фыркнул Фарри, демонстрируя разрез на рукаве, - Ты разве не обратил внимание, как на нас смотрят, когда мы заходим в магазины? Будто думают, что... не знаю. Словно думают, что мы можем у них что-то украсть. Вот посмотри.
  Фарри указал на соседний магазин, возле входа в который стояла вешалка с разнообразными ремнями, а на витрине были выставлены пряжки всех форм и размеров. Туда как раз заходил молодой человек в аккуратной кожаной одежде. Выглядел он, как человек, в кошельке которого водятся деньги. Не успел молодой человек еще ступить на порог, как в дверях павильона, кланяясь, появился хозяин. Он сделал учтивый жест, приглашая покупателя в свой магазин, а с губ его не сходила вежливая улыбка.
  - И что? - спросил Слов.
  - А ты сам не видишь? Смотри, как продавец его встречает! А как нас встречали?
  - Может продавец просто знает этого человека.
  - Нет, брат. Думаю, дело в том, что этот покупатель выглядит обеспеченным. Вот, глядя на меня, ты можешь сказать, что в кармане есть деньги?
  - Может ты и прав. - задумался Слов. - Только, если мы так будем деньги тратить...
  - Лучше, чтоб на нас смотрели, как на голодранцев?
  Новая одежда обошлась братьям еще в две золотых и пять серебряных монет. Слов ворчал, что деньги уходят слишком быстро, но Фарри буквально заставил его купить, кроме приличных кожаных штанов и курток, еще по паре крепких сапог и несколько смен белья. Переоделись братья прямо в магазине. Теперь мало кто отличил бы их от местных жителей. Картину портили только мечи, продолжавшие висеть в истрепанных веревочных петлях, но - это только до завтрашнего вечера, когда будут готовы ножны.
  Уже начинало темнеть, когда Фарри и Слов выбрались с базара и отправились на поиски гостиницы. Людей на улицах, к облегчению братьев, стало значительно меньше. Когда они наконец-то нашли нужную улицу, почти совсем стемнело.
  - Похоже, вот она. - Слов указал на вывеску, на которой был нарисован человек, держащий в одной руке лук, а в другой - кружку.
  Фарри толкнул тяжелую дверь, и в лицо братьям ударил желтоватый свет ламп, показавшийся нестерпимо ярким, по сравнению с сумраком городских улиц. В общем зале гостиницы витали запахи, от которых рты Фарри и Слова тут же наполнились слюной. Слов тут же вспомнил, что последний пирожок они съели еще несколько часов назад. Большинство столов в зале были заняты. Посетители сидели, в основном, по три-четыре человека. Со всех сторон доносились обрывки разговоров, смех, стук кружек. В дальнем углу зала играли в кости, оживленно комментируя каждый бросок, а за одним из столов, где, похоже, обосновались посетители благородного происхождения, сдавали карты. Между столами сновали с подносами и кружками девушки, одежда которых была весьма откровенной, но в рамках приличий. Одна из официанток пробежала мимо замерших на пороге Фарри и Слова, одарив братьев улыбкой. Когда глаза немного привыкли к свету, Слов заметил хозяина гостиницы, внушительный живот которого был туго обтянут белоснежным фартуком. Он сидел, развалившись, на стуле возле ряда бочек разного размера, выстроившегося у дальней стены. К нему братья и направились.
  - Добрый вечер. - Фарри кивнул хозяину. - Нам нужна комната.
  Хозяин чуть подался вперед, окидывая братьев цепким взглядом. Видимо, новая одежда ребят его полностью удовлетворила, и он кивнул.
  - Одна на двоих?
  - Да. - чуть подумав, ответил Слов.
  - Десять медяков в день за двоих. Оплата вперед. Если столоваться тоже у меня будете - доплатите отдельно.
  - Пойдет. - Слов протянул хозяину две серебряных монеты. - Пока заплатим за три дня, а там - посмотрим.
  - Зовите меня - мастер Бровк. - хозяин ловко выхватил деньги, и они исчезли где-то под его фартуком. - Желаете осмотреть комнату прямо сейчас?
  - Сначала мы бы хотели поужинать. - сказал Фарри, но Слов толкнул его локтем.
  - Да, пожалуйста. Нам надо оставить где-то вещи.
  - Сари! - крикнул вдруг хозяин так, что ребята аж подпрыгнули. - Покажи господам третью комнату!
  Тут же перед ними выросла одна из официанток, и мастер Бровк протянул ей ключ, неведомо как появившийся в его руках.
  - Пожалуйста, господа. - девушка улыбнулась и, сделав легкий реверанс, поплыла через зал. - Следуйте за мной.
  Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж, прошли по короткому коридору и остановились у одной из дверей. Всю дорогу девушка щебетала, расписывая Фарри и Слову достоинства этого заведения. Она не замолкала и когда отпирала дверь комнаты.
  - Если пожелаете, то я мигом принесу воды для умывания. - Сари снова присела в реверансе и, хихикнув, добавила. - Или еще что-нибудь. Если пожелаете.
  - Умыться было бы неплохо. - заметил Слов, осматривая комнату.
  Небольшая, но чистая. Две кровати стояли у противоположных стен, оставляя небольшой проход между собой. В стене, у изголовий кроватей, было большое окно, выходящее на улицу. В ногах кроватей стояли деревянные сундуки, в замках которых торчали ключи. Вешалка на три крючка была прибита к стене у дверей, а рядом с ней висел небольшой умывальник, под которым стоял на табуретке глиняный тазик.
  - Сию минуту. - девушка снова хихикнула и, лукаво улыбнувшись, испарилась.
  - Тесновато. - Фарри бросил свой мешок на одну из кроватей и плюхнулся рядом, чуть попрыгав, чтобы оценить ее мягкость.
  - Ты здесь плясать собрался? - Слов занял другую кровать. - В любом случае, мы здесь ненадолго.
  Через пару минут вернулась Сари. Она наполнила умывальник из пузатого кувшина и повернулась к братьям.
  - Если кто-то из господ пожелает, я могу, всего за один серебряный, согреть ему постель.
  Фарри и Слов переглянулись.
  - Согреть постель? - переспросил Фарри.
  - Спасибо, не надо. - ответил девушке Слов и та, снова присев в реверансе, выбежала из комнаты.
  - Можно подумать, тут постель холодная. - глядя вслед девушке пожал плечами Слов. - Целую серебряную монету за то, чтобы согреть.
  Фарри почесал затылок.
  - Ладно, идем ужинать. А то у меня уже кишки жрут друг друга.
  
  ***
  
  - Пора подумать, что делать дальше. - заявил Слов за завтраком.
  Фарри угрюмо ковырял вилкой яичницу. В голове, после выпитого вчера вечером вина, немного шумело, и пить хотелось гораздо больше, чем есть.
  - Слов, дай поесть, а? - взмолился он. - Тем более, не думаю, что разумно обсуждать такое дело здесь, при людях.
  Слов оглядел общий зал - за столами сидело лишь несколько человек.
  - Нечего было вчера пить. - проворчал он, но все же последовал пожеланию брата.
  Поднявшись в свою комнату, братья уселись на кровати.
  - Ну, так что? - спросил Слов. - Будем что-то думать, или и здесь ты найдешь какую-то причину, чтобы отложить дело?
  Фарри вздохнул и полез в один из сундуков, куда братья заперли свои вещи. Он достал то, что они нашли в тайнике дяди, и разложил на кровати. Обгоревший свиток, небольшая книжечка и мешочек с деньгами.
  - Давай сначала еще раз внимательно все изучим. - сказал Фарри. - С кошельком все ясно. Здесь деньги и перстень.
  - А мне не все ясно с этим перстнем. - возразил Слов. - Почему дядя хранил его в тайнике, а не носил на пальце?
  - А зачем ему золото в лесу? Может, он просто положил золото к золоту. - Фарри выудил из мешочка перстень и принялся его рассматривать.
  - А может этот перстень имел какое-то значение? - не унимался Слов.
  Фарри надел перстень. Он пришелся как раз впору.
  - Красивый. - произнес он, полюбовавшись украшением. - Только могли бы изобразить на нем что-нибудь получше, чем ворона. Слушай, не против, если я буду его носить?
  - Как хочешь. - Слов пожал плечами и, покачав головой, взял с кровати книжечку.
  Фарри, оставив перстень в покое, принялся, уже в который раз, перечитывать свиток.
  - Здесь указано два имени. - задумчиво произнес он. - Первый - это должен быть наш отец. Сам Бровин Грах-Дормайл. Второй - наш дядя, которого отец оставил протектором. Алмостер Бровин Дормайл...
  - А почему отец - Грах-Дормайл, а дядя - просто Дормайл? - Слов оторвался от книги.
  - Откуда я знаю? Ты же у нас всегда умным был. Дядя, вон, тебя мне всегда в пример ставил. Наверно, какие-нибудь юридические тонкости или еще что-то подобное. - однако, вопрос брата заставил Фарри задуматься. Чуть помолчав, он выдвинул предположение. - То, что оба они - Дормайлы, указывает на то, что они принадлежат к Дому Дормайл. Так?
  Слов кивнул.
  - Но мы даже не знаем, с чьей стороны дядя нам был дядей. - Фарри запнулся, но, мотнув головой, продолжил. - Может, он был братом не отцу, а матери?
  - Нет, там же ниже написано. 'Назначаю своего брата'.
  - Ну да. - согласился Фарри. - Слов, что дядя рассказывал о законах? Насчет наследования?
  - Наследование ведется по мужской линии. По принципу майората, все права на наследство имеет старший сын. Если он умирает, не вступив в наследство, или вступив в наследство, но не заведя своих детей, то права переходят к следующему по старшинству сыну...
  - Погоди! - Фарри выпрямился. - А если сыновей нет вообще? Если у главы Дома из детей - только дочери?
  Слов задумался. Через какое-то время он покачал головой.
  - Я таких тонкостей не помню. Надо бы с кем-нибудь, получше разбирающимся в этих вопросах, посоветоваться. С юристом каким-нибудь...
  - Ага. И зажечь сигнальный огонь для тех, кто хотел нас убить. - фыркнул Фарри. - Сомневаюсь, что они отказались от своих намерений.
  На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Каждый размышлял над поставленным вопросом, пытаясь найти хоть какой-то ответ.
  - Если следовать логике, - медленно, все еще обдумывая свои слова, произнес Слов, - то можно предположить, что право на наследование переходит к мужу старшей дочери.
  - А если отец и были таким мужем старшей дочери? - подхватил идею Фарри. - Может Грах - это название Дома, из которого происходила наша мать? Ты когда-нибудь слышал о Доме Грах?
  Слов покачал головой.
  - Может быть... Может быть... Слушай, я думаю, что лучше все же обратится к кому-то, кто мог бы помочь нам собрать всю информацию.
  - Слов, а как же убийцы?
  - А мы постараемся сделать так, чтобы не привлечь внимание. Скажем, найдем человека, который согласится собрать для нас все сведения о Доме Дормайл. Давай наймем юриста. Дядя говорил, что они никогда не разглашают тайны своих клиентов. Конечно, говорить о том, зачем нам нужна эта информация, мы не будем.
  - Ну, если ты так говоришь... - неуверенно согласился с братом Фарри. - А что в той книжке?
  Слов снова взял в руку книжечку, оставленную дядей.
  - Здесь какие-то записи. Вот, послушай. - он принялся читать, водя пальцем по странице. - 'Клаим Рагх - 50'. 'Брег Строн - 18'. 'Завтра, в полдень, в таверне 'Рыжий кот'...
  - Что за ерунда? - Фарри мотнул головой.
  - ...а вот здесь, - Слов перевернул несколько страниц, - какие-то рисунки.
  Он протянул книжечку брату и Фарри принялся рассматривать страницу. Она вся была исчеркана какими-то квадратиками, треугольниками и кругами, внутри которых были написаны цифры. От фигур, иногда пересекаясь, тянулись стрелки, а в самом низу страницы было написано: 'Карнейл'.
  - Ничего не понимаю. - Фарри пролистал книжечку, открыв последнюю заполненную страницу. - 'Этвуд. Метр Совин - 50 золотых'.
  - Ну-ка, дай... - Слов потянулся за книжкой и, взяв ее, принялся изучать последние страницы. - Здесь еще одна запись, где упоминается Этвуд. 'Десятник городской стражи Этвуда, Горел Сам'.
  Они еще почти два часа изучали записную книжку дяди, пытаясь найти хоть что-то полезное. Имена, цифры... Изредка попадались названия городов и деревень. Несколько рисунков, схем, как та, на которую они обратили внимание ранее. Слов предположил, что на этих схемах может быть изображен ход каких-то сражений, в которых Алмостер Бровин принимал участие, но Фарри возразил, что они могут означать все, что угодно. На одной из страниц было нарисовано женское лицо, впрочем, никаких пояснений к рисунку не было.
  - Что ж, - подытожил Cлов, глубоко зевнув, - У нас есть два имени в Этвуде. Давай и начнем с них. Хотя бы - с этого Совина.
  Снова заперев вещи в сундук, братья покинули комнату. Они спустились в общий зал. Мастер Бровк так и сидел возле бочек - похоже, он вообще не никогда отлучался с рабочего места. Увидев Фарри и Слова, он кивнул и вернулся к своему занятию - протиранию кружки, которая не особо в этом и нуждалась.
  - Мастер Бровк, - Слов направился к хозяину и Фарри, поколебавшись, последовал за ним. - Нам необходимо найти одного человека. Вы не знаете, как это можно сделать?
  - И кто же понадобился молодым господам? - хозяин гостиницы снова отвлекся от кружки, впрочем, не выпуская ее из рук.
  - Некто - Совин. Метр Совин.
  - Метр? - мастер Бровк кивнул. - наверно, это юрист или какой-то чиновник. Спросите в магистрате. Как выйдете из гостиницы, поверните налево. От Рыночной площади к самому магистрату идет Торговый проспект.
  - Спасибо, господин Бровк.
  На улице было так же оживленно, как и вчера. Однако, это уже не доставляло ребятам такого неудобства, как когда они только пришли в город. Возможно дело в том, что умение приспосабливаться к любой ситуации - бесспорное преимущество молодости. А может, озаботившись своими делами, Фарри и Слов просто не обращали на толкотню, царившую на улицах, такого уж большого внимания. Они инстинктивно выбирали нужное им течение в толпе, продвигаясь к своей цели.
  Торговый проспект оказался таким широким, что здесь было намного свободнее. Даже портшезы, которых здесь было немало, плыли по проспекту, почти не сбавляя скорости. Дома, стоявшие по обеим сторонам проспекта, выглядели намного богаче, а первые их этажи были заняты, в основном, различными магазинами.
  - Может, зайдем? - Фарри указал на один из таких магазинов, на вывеске которого был изображен богато одетый господин, а витрина заставлена манекенами, одетыми в роскошные одежды. Фарри разрывался между желанием зайти в этот магазин и в другой, находившийся чуть дальше по проспекту, в зарешеченной витрине которого поблескивали золотом и серебром кольца, браслеты, цепи и другие украшения. Однако он рассудил, что сначала лучше зайти в тот, который ближе.
  - Фарри, мы не гулять вышли. - Слов потянул брата за руку, уводя от витрин. - Сначала дело, а потом, если захочешь, посмотрим город.
  - Можно подумать, что лишние пару минут что-то изменят. - вздохнул Фарри, но позволил брату увлечь себя дальше.
  Слов спешил по проспекту, двигаясь с такой скоростью, какая только возможна на такой многолюдной улице. Он даже по сторонам, в отличии от Фарри, почти не смотрел. Снова и снова Слов прокручивал в голове план предстоящих действий, раскладывая все по полочкам и тщательно обдумывая каждый его пункт. Попасть в магистрат. Узнать, где можно найти метра Совина. Найти этого господина, если это будет возможно. Выяснить... Что выяснить? Гул голосов вокруг отвлекал, но Слов упрямо пытался сосредоточиться. Выяснить... Узнать, какие дела связывали метра Совина и его дядю. Да, именно так! А еще, если разговор с метром пойдет гладко, попросить его собрать сведения о Доме Дормайл. Сначала - так. Потом, если Слов поймет, что метру Совину можно доверять, попытаться разузнать у него, что же могло заставить брата главы Дома, назначенного протектором, прятаться в самой глуши, какую только можно представить. И прятать наследников Дома. Может тогда станет ясно, кто пытался их убить? Корни всей этой истории прячутся где-то в прошлом. Наверно - еще до их, с Фарри, рождения, или вскоре после него.
  А если метра Совина не удастся найти? Слов обдумал и такой вариант. Тогда надо искать того десятника, имя которого тоже упоминается в записной книжке дяди. Если он служил в городской страже, то, наверно, о нем тоже можно разузнать в магистрате. И что дальше? Прийти к нему - 'Здравствуйте, господин Сам! Мы с братом - наследники Дома Дормайл, но всю свою жизнь прожили в лесу. А, недавно, кто-то убил нашего дядю, в записях которого мы обнаружили ваше имя, и пытался убить нас.'?
  - Ты только посмотри! - Фарри дернул Слова за рукав.
  Слов отвлекся от своих мыслей. Брат показывал на девушек, стоявших у витрины одного из магазинов, где были выставлены манекены в роскошнейших платьях. Точнее - на одну из этих девушек. Первое, что бросалось в глаза, при виде ее - длинное, до самой земли, ярко-рыжее платье. Тонкий, украшенный почти незаметной вышивкой, шелк так обтягивал ее точеную фигуру, что заставлял воображение просто сходить с ума. Волна блестящих, чуть рыжеватых, волос падала на спину и рассыпалась по ней брызгами водопада в лучах рассвета. Лицо, гладкое, словно выточенное из мрамора гениальным мастером, было обращено к витрине, но, с того места, где остановились братья, был виден профиль. Девушка разглядывала одно из платьев, задумчиво постукивая тонким пальчиком по пухлым губкам. Вторая девушка была чуть моложе первой - примерно того же возраста, что и братья. Одета она была гораздо скромнее, что касается и роскоши ее наряда, и его кроя. Видимо - служанка. Она просто стояла позади своей хозяйки, держа в руках небольшую сумочку из меха лисы. Однако, девушки были не одни. Чуть поодаль, внимательно следили за проходящими мимо людьми двое высоких мужчин. Под рыжими же табардами, на которых был изображен зеленый бегущий лис, поблескивали кольчуги, а руки лежали на эфесах мечей так, что всякому становилось понятно - обращаться с оружием эти двое умеют. Взгляды мужчин были остры, как отточенная сталь. На каждого, проходящего мимо, они смотрели так, словно ожидали нападения и были готовы немедленно броситься на защиту дам, несомненно, находящихся под их охраной. Было ли им из-за чего беспокоиться или нет, но практически все мужчины, проходящие мимо девушек, просто не отрывали от красавиц взглядов.
  - Дом Рафокс. - мысли в голове Слова сразу стали далеки от их с братом проблем. - Возможно, она - дочь самого главы Дома...
  Охранники девушки обратили внимание на двух парней, остановившихся посреди проспекта и откровенно глазеющих на их хозяйку. Взгляды из, если такое возможно, стали еще тяжелее, а один, тот, что справа, даже подался вперед.
  - Пойдем! - заторопился Слов, буквально потащив за собой Фарри. - Еще на неприятности нарвемся!
  Однако, сам он не отводил от девушек взгляда, пока его шея давала голове поворачиваться.
  - Как думаешь, когда мы займем свое место... - задумчиво начал Фарри, когда девушки остались позади.
  - Сомневаюсь. - перебил Слов. - Она принадлежит к одному из Великих Домов, а мы - к малому Дому.
  Фарри невнятно что-то пробурчал, в последний раз оглянувшись, зашагал рядом с братом. Впереди, поверх людских голов, уже отчетливо был виден большой купол, на верхушке которого трепетал зеленый флаг.
  Магистрат оказался даже больше, чем Фарри и Слов себе могли представить. Огромное здание гордо стояло посреди площади, обособившись от окружающих его домов. Оно было выстроено без особых излишеств - простой серый камень, без резьбы, лепнины или других украшений, которых можно было ожидать от столь важного сооружения. Однако, несмотря на свою простоту, магистрат производил гораздо большее впечатление, чем даже окружающие площадь здания, которые, словно, спорили в своей роскоши. Так волк смотрится внушительнее и благороднее какой-то мелкой породистой собачонки, пусть даже та выделяется причудливой мордочкой, и украшена шелками и драгоценностями. Суровая простота, от которой исходит ощущение силы и важности.
  Фарри и Слов направились к дверям магистрата. Вопреки опасениям, стоящие по обе стороны дверей стражники не остановили их и даже не осведомились, по какому вопросу братьям понадобилось прийти сюда. Ребята беспрепятственно зашли внутрь и оказались в большом зале, заставленном столами, за которым работали люди в зеленых шерстяных куртках, украшенных знаком Дома Вудакс. Повсюду скрипели перья, раздавались шепотки, а в воздухе царил запах бумаги и чернил. Множество чиновников сидело за столами или сновало между ними, пробегая со стопками бумаг или с пустыми руками, но всегда - бегом.
  - Могу я чем-то помочь, господа? - тихий голос не сразу пробился в сознание братьев, растерянно застывших у самого входа. Когда они вошли, то даже не заметили, что у дверей, отдельно от остальных, стоит еще один стол.
  - Простите... - Слов прокашлялся и поклонился чиновнику. - Нам надо найти одного человека. Метра Совина.
  - Пройдите, пожалуйста, к девятнадцатому столу. - чиновник любезно улыбнулся и, указав рукой направление, откинулся на спинку стула.
  Найти указанный стол оказалось не так уж и просто. Фарри и Слову пришлось раза три спрашивать дорогу у клерков. Еще чаще им приходилось отскакивать в сторону, пропуская спешащего чиновника, стараясь, при этом, не налететь на какой-нибудь из столов. Добравшись наконец до цели, они остановились перед девятнадцатым столом, за которым сидел маленький человечек, быстро перелистывающий страницы какой-то книги. Время от времени он кивал головой, словно найдя нужное, но ни на одной из страниц не останавливался дольше, чем на несколько секунд.
  - Ээээ... Метр Совин? - Слов неуверенно замялся.
  Человечек поднял голову от книги и подслеповато прищурился, недовольный, что его отвлекли.
  - Нет, господа. - ответил он, внимательно осмотрев братьев. Было видно, что ему не терпится снова вернуться к своей книге.
  - Нам надо найти метра Совина. Человек на входе направил нас к вам. Я подумал...
  - Да-да. - человечек вздохнул. - Чем метр занимается? Юрист? Чиновник? Судья? Нет, если бы он был судьей - я бы знал это имя... Ну?
  - Мы не знаем. - Слов ненадолго задумался. - Нам рекомендовали обратиться к нему, но не сказали, как его найти.
  - Один серебряный. - чиновник вздохнул еще более тяжко.
  Фарри протянул ему монету, но тот, указал глазами на небольшой ящик с прорезью на крышке, практически затерявшийся на заваленном книгами и бумагами столе. Когда монета звякнула о дно ящика, маленький человек удовлетворенно кивнул.
  - Попробуем посмотреть среди юристов. - задумчиво сказал он, вытаскивая одну из книг из-под завалов на его столе. - Так...
  Какое-то время он листал страницы, что-то еле слышно бормоча.
  - Сабат... Смони... Сноук... - наконец его палец остановился на одной из строчек. - Совин. Лесная улица, дом пять. Что-то еще, господа?
  - Спасибо. - поклонился Слов.
  - А как нам попасть на эту улицу? - спросил Фарри.
  Чиновник только пожал плечами и, похоже - начисто забыв о ребятах, вернулся к книге, которую изучал до их прихода. Чуть помявшись, Фарри и Слов двинулись к выходу.
  Пришлось постараться, чтобы найти Лесную улицу. Фарри сбился со счета, сколько раз они спрашивали прохожих. Двадцать человек? Тридцать? И две трети из тех, к кому братья обращались с вопросом, попросту проходили мимо, даже не повернув головы. Однако, кое-кто все же подсказывал Фарри и Слову нужное направление. Вначале, когда они только вышли из магистрата, те, кто соизволил ответить на вопрос, просто махали рукой в нужную сторону, и говорили, что Лесная улица 'где-то там'. Потом, по мере продвижения в нужном направлении, ответы становились все увереннее. 'Прямо по улице, а там - спросите'. 'Направо, и, через два перекрестка - снова направо'. 'Идите прямо, и, на следующем перекрестке, поверните налево'. Наконец один из прохожих указал на узкую улицу, сворачивающую направо от той, по которой шли Фарри и Слов. Лесная улица оказалась на северной окраине города. Дома здесь были ветхие, давно нуждающиеся в ремонте. Примерно так же выглядели и люди - потрепанные, хмурые, с какими-то тусклыми глазами. Контраст с той частью города, где Фарри и Слов остановились в гостинице, был просто потрясающим.
  На искомом доме не оказалось никакой таблички. Ничто не говорило, что метр Совин проживает именно здесь. Фарри и Слову пришлось отсчитывать дома, гадая, как идет их нумерация, и полагаясь на удачу. Дверь, перед которой они остановились, была сколочена из толстых досок, давно рассохшихся от старости. Краска, покрывающая ее, давно уже потеряла свой цвет и пошла трещинами.
  - Думаешь, это здесь? - Фарри с сомнением посмотрел на дверь. - Выглядит как-то...
  - Не знаю. - пробормотал Слов, оглядываясь по сторонам. - Но, не поворачивать же обратно.
  Он неуверенно, словно боясь, что доски рассыплются от одного прикосновения, постучал. Тишина в ответ. Постучал сильнее...
  - Вам что здесь нужно? - позади них стояли молодой человек, одетый в видавшие виды одежды. Вылинявшая куртка была изрядно потерта. Кое-где по ткани змеились швы, указывавшие, что одежду не раз чинили. Не лучше выглядели и штаны мужчина, а краска с сапог давным-давно вытерлась. Единственным элементом его одежды, диссонирующим с остальными, была широкополая шляпа, выглядевшая такой же старой, но с претензией на нечто большее.
  - Мы ищем метра Совина. - ответил Фарри, разглядывая незнакомца. - Может, вы подскажите...
  - Зачем он вам?
  - По одному делу. - осторожно ответил Слов.
  - По делу, говорите? - мужчина на секунду задумался, а потом кивнул какой-то своей мысли. - Если по делу, то я и есть метр Совин.
  Он прошел мимо не верящих своей удаче парней и загрохотал кулаком в дверь.
  - Ботси! - крикнул он так, что Фарри аж подпрыгнул, а Слов, в недоумении, воззрился на Совина. - Открывай!
  Он продолжал колотить в дверь, пока та не открылась.
  - Чего орешь, Совин? - на пороге появилась сгорбленная старушка, гневно взирающая на нарушителя спокойствия. - Грохочешь тут... Хватит орать, или я тебя так веником отлуплю - метр ты там, или не метр!
  Старушка исчезла в темном проеме, а метр Совин повернулся к братьям.
  - Прошу! - он сделал жест, приглашающий ребят проходить внутрь.
  Они прошли по длинному, темному коридору, света в котором было ровно столько, чтобы видеть очертания предметов или людей, идущих впереди. При каждом шаге жалобно скрипели половицы, вряд ли бывшие в лучшем состоянии, чем доски двери.
  - Сюда. - метр Совин указал на одну из дверей и отпер ее.
  Когда, чиркнув несколько раз огнивом, метр Совин зажег небольшую лампу, слабый свет озарил комнатушку, казавшуюся еще меньше, чем на самом деле, из-за нагромождения мебели. В помещении, ненамного большем, чем гостиничная комната, где остановились Фарри и Слов, каким-то образом умудрились вместиться узкая кровать, белье на которой было разворошено так, словно какой-то зверь свил там гнездо, здоровенный шкаф, сквозь приоткрытые дверцы которого свешивался до самого пола смятый рукав, огромный письменный стол, который, если бы он не был таким обшарпанным, вполне смотрелся бы в просторном кабинете, и небольшой книжный шкаф, забитый истрепанными книгами. Метр Совин указал Фарри и Слову на кровать, а сам уселся за стол. Он сгреб в сторону завал из каких-то старых бумаг, чуть не сбросив при этом на пол глиняную тарелку, и водрузил на стол ноги.
  - Так какое дело вас привело ко мне, господа?
  Слов неуверенно посмотрел на разворошенную постель, но, вслед за братом, осторожно присел на самый краешек.
  - Видите ли... - начал Фарри, но Слов, осененный какой-то мыслью, положил руку ему на плечо.
  - Извините, - сказал он, поднимаясь, - но, видимо, мы все же ошиблись.
  Фарри недоуменно захлопал глазами, уставившись на брата. Метр Совин нахмурился.
  - Сначала вы говорите, что ищите метра Совина. - медленно произнес он. - Когда я говорю вам, что вы нашли его, и приглашаю в свой дом, то вам вдруг приходит в голову, что метр Совин вам уже не нужен. И как вы прикажете понимать это, господа?
  - Нам нужен метр Совин. - неуверенно произнес Слов. - Однако, возможно, нам нужен другой метр Совин...
  - Слов... - Фарри продолжал таращится на брата, не понимая, что на того нашло.
  - Если вам нужен именно метр Совин, - хозяин комнаты сделал ударение на слово 'метр', - то другого вы в Этвуде не найдете. Что вас натолкнуло на мысль, что вы ошиблись?
  - Вопрос, по которому мы пришли... - Слов чуть подумал и снова сел на кровать. - К этому вопросу метр Совин имел отношение пятнадцать-семнадцать лет назад. Вы выглядите слишком молодо, чтобы быть тем самым метром Совином.
  В глазах Фарри наконец-то появилось понимание и он, подивишись, как не догадался об этом сам, перевел взгляд на хозяина комнаты.
  - Значит, в том деле участвовал мой отец. - молодой человек пожал плечами. - Других метров Совинов в городе никогда не было.
  - Ваш отец? - Слов кивнул своим мыслям. - Вполне возможно... Однако...
  - Давайте вы изложите мне суть дела, а я скажу, смогу ли помочь вам.
  - Метр Совин имел дело с Алмостером Бровином. - быстро сказал Фарри, пока Слов раздумывал над предложением молодого метра Совина.
  - Фарри! - Слов повернулся к брату, но тот, отмахнувшись, продолжил. Никто из ребят не заметил, что взгляд метра Совина последовал за рукой Фарри, на которой, в свете лампы, блеснул перстень.
  - Алмостером Бровином Дормайлом. - уточнил он, не обращая внимания, что, при этих словах, Слов судорожно вдохнул. - И мы хотели бы узнать, что именно это было за дело.
  - Алмостер Бровин Дормайл... - метр Совин поднялся из-за стола и прошелся по комнате.
  - Да. - подтвердил Слов, и было понятно, что это слово далось ему с трудом.
  - Не припоминаю такого... - пробормотал метр Совин. - К сожалению...
  - Простите за беспокойство. - Слов поднялся и потянул за собой Фарри. - Тогда мы пойдем...
  - Погодите! - метр Совин остановился и резко поднял руку. - Я не сказал, что совсем не могу ничем вам помочь.
  Он снова замолчал и зашагал по комнате, о чем-то бормоча и кидая на братьев косые взгляды.
  - У меня остались кое-какие бумаги отца. - наконец сказал он. - Я могу поискать там, и, возможно, найду что-то, что вас заинтересует. Если, конечно, я смогу разгласить эти сведения.
  - Мы будем очень благодарны. - оживился Фарри. - И еще, нам нужны сведения о Доме Дормайл. Насчет оплаты...
  - О, не беспокойтесь! - улыбнулся метр Совин. - Если я смогу вам помочь, то мы отдельно поговорим об оплате. Скажите мне, где вас можно найти, и завтра я сообщу вам, смогу ли чем-то помочь.
  - Гостиница 'Веселый охотник'. - быстро сказал Фарри. - Это рядом с Рыночной площадью.
  - Да-да, я знаю это место. Значит, ждите меня там завтра вечером. Надеюсь, я смогу вам помочь. - метр Совин, прощаясь, протянул братьям руку. Когда Фарри ответил на рукопожатие, взгляд метра снова скользнул по его перстню. - Всего вам доброго, господа.
  Отойдя несколько десятков шагов от дома метра Совниа, Слов набросился на Фарри.
  - У тебя мозги в голове есть? - зло прошипел он. - Или ты совсем ум потерял? Забыл, что на нас могут охотиться? Раскрывать имя...
  - А как ты хотел? - ответил Фарри. - Не называть вообще имен?
  Слов задохнулся от ярости.
  - Ваш отец имел дело с неким человеком, - Фарри передразнил голос Слова. - но мы не можем назвать его имени... Но, вы нам помогите найти то, о чем мы не можем вам сказать... Так, да?
  Слов отпустил руку брата.
  - Может ты и прав. - вздохнув, спокойно сказал он. - У нас действительно не получится узнать хоть что-то, не назвав имен.
  - Ты тоже прав. Мне надо быть осторожнее. - признал Фарри. - Будем надеяться, что я не зря рискнул, и этот метр Совин нам действительно поможет.
  - А если нет, - добавил Слов, - то он, хотя бы, соберет информацию о Доме Дормайл. И потом, у нас есть еще одно имя - десятник Сам.
  Помирившись, братья пошли прочь от Лесной улицы. Уже вечерело и, опасаясь заблудится в темноте, они все ускоряли и ускоряли шаг. Кроме того, надо ведь еще забрать ножны у мастера Балда. Ребята сильно сомневались, что тот будет ожидать до ночи. Конечно, ничто не помешает забрать их утром, но Фарри и Слову не терпелось забрать свою обновку. Особенно - Фарри.
  По пути им снова пришлось несколько раз спрашивать дорогу, но, на этот раз, им подсказывал каждый. Где находится Рыночная площадь, в городе знали все. Вот и она - несмотря на поздний час, такая же многолюдная, как и днем. Чуть поплутав по торговым рядам, Фарри и Слов наконец нашли павильон мастера Балда. Хозяин был все еще там, и даже если он собирался закрываться, то этого не было заметно.
  - Добрый вечер, господа. - таким же спокойным тоном, какой они запомнили по вчерашнему дню, приветствовал он братьев. - Проходите, пожалуйста.
  - Добрый вечер, мастер Балд. - улыбнулся Фарри.
  - Извините, если мы слишком поздно...
  - Что вы - что вы! - мастер Балд прошел вглубь павильона. - Дайте, пожалуйста, ваши мечи.
  Переглянувшись, Фарри и Слов протянули продавцу свое оружие.
  - Надо еще кое-что закончить. - пояснил он. - Я же не могу отдать вам ножны без окончательной подгонки.
  Продавец скрылся за внутренней дверью, и вскоре оттуда раздались негромкие удары, шорох кожи и прочие звуки, свидетельствующие о том, что мастер занят своей работой.
  - Смотри, какой красавец! - Фарри указал на длинный кинжал, лежащий на оружейной стойке.
  - У тебя уже есть кинжал. - Слов бросил только один взгляд на оружие, на которое указывал брат. Сам он рассматривал странное копье. Длиной - чуть выше его роста. Толстое древко было усеяно бронзовыми заклепками, поблескивающими на свету. Но самым странным в этом копье был наконечник, более похожий на меч. Изогнутый, остро заточенный клинок придавал копью довольно хищный вид.
  - Это глефа. Такое оружие популярно в землях Дома Вулхоф. - мастер Балд появился неслышно. - Очень неплохо служит против кавалерии Дома Варрайд. Вот ваши ножны.
  Он протянул братьям ножны, в которые уже были вложены мечи. Фарри и Слов осторожно взяли их и принялись осматривать работу. Насколько они могли судить, сделано было на высшем уровне. Хоть ножны и выглядели просто, но работа была сделана качественно и очень аккуратно.
  - Спасибо. - поблагодарил Слов и мастер Балд чуть поклонился. Фарри сразу же повесил ножны на свой пояс.
  - А может у вас перевязи есть? - спросил он, поправляя ремень, который тут же, под весом меча, начал сползать.
  - К сожалению, нет, господа. - покачал головой продавец. - Однако, вы можете найти что-то подходящее в соседнем магазине.
  - Спасибо. - снова поблагодарил Слов.
  - Заходите. Если вам понадобится хорошее оружие...
  Для разнообразия, Слов не протестовал против того, чтобы потратить еще немного денег на перевязи. Они действительно продавались в магазине, рядом с павильоном мастера Балда. Там Фарри и Слов, не особо задержавшись, подобрали себе простые, но добротно сделанные перевязи. Пришлось еще немного подождать, пока продавец подгонит все по размеру, но это не заняло много времени. Когда братья вновь вышли на улицу, уже почти стемнело.
  - Если я что-то сейчас не съем, то съем кого-то. - желудок Фарри согласно заурчал. Кроме завтрака, в животы братьев за весь день не попало ни крошки, а ведь завтрак был уже ой как давно!
  - Только не меня. - проворчал Слов. Несмотря на то, что желудок его был так же пуст, как и у брата, настроение у Слова было приподнятым. Он посмотрел на Фарри, поглаживающего новые ножны, висящие на новой перевязи. - Идем-ка в гостиницу. Может там, на кухне, осталось еще хоть что-то на ужин.
  Минут через сорок, сытые и довольные Фарри и Слов, развалившись, сидели в общем зале 'Веселого охотника'. Фарри отодвинул в сторону опустевшую тарелку, в которой только что была щедрая горка тушенного мяса, и довольно улыбнулся.
  - Принеси-ка мне вина, пожалуйста. - он поймал за руку пробегающую мимо официантку.
  - И брату - тоже.
  - Тебе мало сегодняшнего утра? - спросив Слов, отрываясь от своей тарелки. - По-моему, ты утром не сильно был в восторге от выпитого вчера вечером вина.
  - Зато, оно мне вчера вечером даже начало нравится. - возразил Фарри. - Не думаю, что будет вред от одного стакана.
  - Как хочешь. - Слов пожал плечами и снова уткнулся в тарелку. - Только с чего ты взял, что я буду его пить?
  - Ты не можешь не попробовать. - засмеялся Фарри, вкладывая монету в руку девушки, принесшей вино. - Дядя ведь так жалел, что у нас не было вина. И потом, оно ведь уже стоит перед твоим носом!
  От соседнего столика раздался особо громкий взрыв хохота. Когда Фарри и Слов вошли в общий зал, там уже сидела компания из пяти молодых господ. Старше Фарри и Слова, на вид, был только один из них. Он, как заметил Фарри, и платил за выпивку. да и сложно было это не заметить - остальные громко провозглашали хвалу угощающему после каждого стакана. Все были одеты в кожу, что свидетельствовало о том, что они - местные. Однако, разноцветные полосы на рукавах и значки с гербами на груди, указывали, что веселящиеся юноши - отпрыски благородных Домов. Впрочем, ни одного представителя Великого Дома, среди них не было. Все то время, пока братья ужинали, компания весело играла в карты, а количество вина, исчезнувшего уже за их столом, явно превосходило разумные пределы.
  - Возможно, ему лучше было бы выпить молока. - слова были произнесены тихо, но не настолько, чтобы их не расслышали за пределами столика. А последовавший смех был слишком громким. Взгляды, брошенные на Слова, не оставляли сомнений, кого имеет ввиду шутник.
  - По крайней мере, мой брат в состоянии сам купить себе выпивку. - Фарри глотнул вина и демонстративно отвернулся.
  - Ты хочешь на ссору нарваться? - тихо спросил Слов, не поднимая глаз от тарелки.
  - А ты хочешь сидеть, и молча слушать, как тебя оскорбляют? - так же тихо произнес Фарри. Голос его звучал беззаботно, но парень прислушивался к тишине, сменившей веселье за соседним столиком.
  Слов пожал плечами. Судя по всему, пьяные шутки этих весельчаков его не особо-то и трогали. Он попросту не обращал на них внимания. Если бы не брат... Пусть бы смеялись себе, пока не охрипнут!
  - Мало чести купить выпивку, и не прикасаться к ней. - снова зазвучал голос от соседей. - В этом, как по-моему, гораздо больше глупости.
  Новая вспышка смеха. На этот раз - настолько демонстративного, что Фарри покраснел от злости, но Слов, еле заметно, покачал головой.
  - Сиди! - шепнул он.
  В этот момент в зале появился новый посетитель. Тоже молодой парень, и тоже - одетый, как благородный. Кожаная куртка его была выкрашена в зеленый цвета, а рукава ее украшали синие, фиолетовые и зеленые полосы. На груди новоприбывшего был приколот круглый занчок с гербом - черный топор на зеленом, показывающий, что его Дом - вассал Дома Вудакс, в левой верхней четверти, устремленный вверх черный сжатый кулак - герб его Дома - в правой верхней четверти, и вертикальные полосы, по цвету тех, что красовались на его рукавах - в нижней половине круга. Не было сомнений, что это еще один участник компании. с которой у братьев назревала ссора. В подтверждение этого, он и направился, не останавливаясь в дверях, к компании.
  - Зелин! - приветствовали его дружным криком товарищи. - Ты где пропадал столько времени? Мы уж думали, что ты совсем нас забыл!
  Слов вздохнул с облегчением. То, что внимание этой компании переключилось на новоприбывшего, значительно уменьшило вероятность ссоры. Может и Фарри успокоится... Только бы никто не вспомнил, что, еще пару минут назад, брат обменивался с этими повесами колкостями! Только бы...
  - Интересно, он сам купит себе выпивку, - Фарри грохнул по столу опустевшим стаканом, - или монеты из кошелька того парня польются в еще одну глотку?
  Тишина, окутавшая зал, была практически осязаема. Даже те, кто не имел никакого отношения к ссоре, те, кто вообще сидел в другом конце зала и не был в курсе происходящего, замолчали. Напряхся и хозяин, явно не зная, бежать ли за стражей, чтобы предотвратить намечающуюся драку, или все обойдется. Все взгляды обратились на столик, за которым сидели братья. Слов старался не смотреть на соседей, но краем глаза он все же заметил, как медленно повернулось к ним обрамленное курчавыми черными волосами, холеное, с печатью высокомерия, лицо вновьприбывшего.
  - Здесь какие-то хамы, - отчетливо прозвучал в тишине голос старшего в компании гуляк, - все нарываются на ссору.
  - Мы бы и не обратили на вас внимания, - Слов глянул говорившему прямо в глаза, - если бы на нас не обращали внимания вы.
  - Вот видишь, о чем я? - покачал головой старший. - Теперь они утверждают, что мы недостойны их внимания...
  - Возможно, эти двое - члены какого-нибудь Великого Дома, по какой-то причине скрывающие свои цвета? - вновьприбывший чуть склонил голову. - В таком случае, я приношу свои извинения. Я никогда не поверю, что какое-нибудь быдло, не имеющее, произошедшее от какой-нибудь подзаборной шлюхи и ее пьяного клиента, посмело бы так разговаривать с людьми благородного происхождения.
  Слов тяжело вздохнув, понимая, что этот хлыщ, не подозревая о настоящем происхождении братьев, хотел нанести им оскорбление, единственным ответом на которое может быть только немедленное кровопролитие. Однако, Фарри лишь кивнул, словно принимая извинения, и отвернулся от компании. Кто-то изумлено присвистнул.
  - Я снова прошу прощения. - когда Слов снова поднял глаза, парень уже стоял возле их столика. Увидев, что ему удалось привлечь внимание, он поклонился с демонстративным, подчеркнутым уважением. - Не могли бы господа удовлетворить мое любопытство, и ответить мне - к какому благородному Дому они принадлежат? Если это не секрет, конечно.
  - Дом Дормайл. - ответил Фарри, не успел Слов и рта раскрыть. Фарри глянул незнакомцу прямо в глаза, ожидая ответа.
  Глаза незнакомца расширились.
  - Благодарю. - он, так и не представившись сам, снова поклонился, и отошел к своим приятелям.
  Слов мысленно схватился за голову. Пинать брата под столом было уже слишком поздно. Слова вылетели, и обратно в рот их уже не запихнешь... Слов пообещал себе, что, если Фарри еще когда-нибудь захочет выпить вина, то он отвесит брату крепкую оплеуху. Хотя, язык Фарри, похоже, метет и без всякого вина. остается уповать лишь на то, что никаких последствий этого случая не будет. Что, например, завтра утром их не будут поджидать у входа в "Веселого охотника" убийцы... Что в их еде не окажется, случайно, яд... Но, на всякий случай, он все же пнул брата под столом. Пнул так, что тот подскочил, как ужаленный.
  - Идиот! - еле слышно шепнул Слов.
  Разозлившись, он резко поднялся, и пошел к себе в комнату, даже не взглянув на брата второй раз. Слов вбивал подошвы сапог в ступени лестницы с такой силой, словно хотел проломить их. дверь за его спиной хлопнула так, что со стены обвалился кусок штукатурки. Войдя в комнату, Слов сел на свою кровать и уткнул лицо в сложенные ладони.
  - Дурак пустоголовый! - простонал он.
  - Да ладно тебе! - Фарри, покачнувшись, аккуратно закрыл дверь. - Надо было как-то ответить этому благородному хаму! Слов, да у меня уже руки чесались выхватить меч!
  Ничего не ответив, Слов, прямо в одежде, повалился на постели и отвернулся к стене. Фарри немного постоял в дверях, глядя на брата, и тяжело вздохнул.
  - Ладно, Слов. Извини!
  Фарри упал на свою постель. Да, он погорячился. И совсем не вино было тому причиной! Он не понимал, как Слов мог спокойно реагировать на те замечания, которые отпускали благородные наглецы. Благородные! Можно подумать, что они с братом - не благородные! Хамят, задирают людей... Так, словно им позволено все! Словно они, в любом случае, останутся безнаказанными! Нет, надо было молча встать, и двинуть в челюсть кому-нибудь из них... А еще лучше - сломать об чью-то голову стул!
  Фарри не заметил, как уснул. За окном давно царила ночь... Слов, так и не пошевелившись, тоже начал тихонько похрапывать. Закончился их второй день в Этвуде. Непонятно, хорошо он прошел, или плохо. С одной стороны, они нашли метра Совина. пусть не того, о котором писал дядя, но метр пообещал посмотреть, чем сможет помочь братьям. С другой стороны, их родовое имя прозвучало сегодня целых два раза. Причем, последний раз название Дома Дормайл прозвучало там, где было слишком много лишних ушей.
  Не прошла еще половина ночи, когда громкий стук в дверь разбудил братьев.
  - Что?.. - Фарри вскинулся, пытаясь понять не приснился ли ему этот стук. Судя по тому, что Слов тоже сидел в своей постели - стук прозвучал на самом деле.
  Снова в дверь загрохотали. Слов, окончательно проснувшись, вскочил на ноги и выхватил меч из ножен. Фарри если и отстал от него, то лишь на секунду. Выставив перед собой оружие, братья стояли перед запертой дверью.
  - Открывайте! - раздалось из-за двери, и, словно в подтверждение слов, снова загрохотали об дерево кулаки. - Городская стража!
  - Доволен? - буркнул Слов, понимая, что не время сейчас разбираться, кто прав, а кто виноват. - И что будем делать?
  - Открывать. - Фарри опустил меч. - Не в окно же прыгать, тем более, что они могут и там нас ждать.
  Слов положил меч на кровать и подошел к двери. Скрежетнул в замке ключ. дверь распахнулась и в открывшийся проем, один за другим, вломились четверо стражников. В комнате стало так тесно, что, казалось - даже пошевелиться негде! Даже если бы, моментально скрутившие братьев, стражники позволили пошевелиться.
  - Вы обвиняетесь в краже имущества Зелина Свойла Граха. - бросил один из стражников.
  - Какой краже? - вскинулся Слов, но братьев никто не слушал. не давая даже поднять головы, их протащили по коридору, мимо мнущегося у дверей мастера Бровка, на улицу.
  
  ***
  
  - Может, хватит уже? - Фарри мерил шагами узкую камеру, в которую бросили их с братом.
  С того момента, как они оказались в тюрьме - сколько же времени уже прошло? - Слов не сказал Фарри ни слова. Все из-за его длинного языка! Сначала выложить все метру Совину, который был явно не тем человеком, о ком писал дядя! Потом, заявить, что они - Дормайлы человеку, который набивается на ссору! В набитом общем зале гостиницы! Слов знал, что Фарри несколько легкомысленный, но - не до такой же степени! И чем все закончилось? Тем, что они оказались в этом каменном мешке, вместо того, чтобы отоспаться за ночь, а утром снова приступить к делам. Тем, что они потеряли все свои вещи и вполне могут потерять жизни. Да, что там 'вполне могут'! Неспроста ведь их обвинили в краже, которой они не совершали. Так, на пустом месте, заявить, будто Слов и Фарри что-то украли у того индюка... Хотя, может это месть этого... как его?.. Зелина Граха за ту ссору? Стоп! Грах? Отца Фарри и Слова звали Сам Бровин Грах-Дормайл. Уж не родственничек ли объявился? Судя по одежде, равно как и по поведению, он - из благородных. Вполне может быть... Вполне! Слов покачал головой и бросил взгляд на брата.
  Фарри уже столько времени мерил шагами камеру, что, если сложить пройденное их все вместе, то получилось бы приличное расстояние. Он не понимал, как Слов может вот так сидеть, и ничего не делать. Нет, брат, конечно, расстроен, но... На Фарри, всю жизнь проведшего на лесных просторах, эта камера действовала угнетающе. Ха! Камера! Он вообще не понимал, как сюда можно поместить человека. Они с братом даже рассмотреть эту камеру смогли, только когда их сюда заводили. Темнота здесь была - хоть глаз выколи. Полоса света от горевшего в коридоре фонаря, когда открыли дверь, чтобы запустить в камеру братьев, осветила на какие-то мгновения маленькое помещение - шагов пять на пять. Две узкие койки у противоположных стен, дыра в углу, куда, судя по запаху, положено справлять естественные потребности... Вот и вся обстановка. Даже окон - и тех не было! Фарри только заметил, что в потолке имеется несколько отверстий для вентиляции, но в них не проникало ни лучика света, а размеры этих отверстий были таковы, что туда вряд ли пролезла бы и крыса. Когда дверь захлопнулась за спинами братьев, камера потонула в темноте. Чуть-чуть света проникало только сквозь маленькое зарешеченное окошко в двери, но, сколько Фарри не старался, больше куска стены коридора, напротив двери, он рассмотреть не мог.
  - Слов, ну дурак я! - Фарри остановился перед братом. - Мозгов у меня - не больше чем у лося во время гона!
  - Знаешь, меня это очень утешает. - язвительно ответил Слов, но Фарри облегченно вздохнул. Было бы гораздо хуже, если бы брат вообще с ним не разговаривал.
  - Надо думать, как отсюда выбираться. - Фарри сел на свои нары, снова встал и подошел к двери.
  - Как ты отсюда выберешься? Протиснешься в ту вонючую дыру? - Слов указал на парашу, хотя в темноте Фарри вряд ли увидел бы его жест. - Или пройдешь сквозь стену?
  - А что, сидеть и ждать, пока... - чего ждать Фарри не знал и сам. Может быть - пока их не станут судить (или как тут еще с преступниками обходятся?), или - пока их просто не убьют в этой самой камере... Фарри постарался успокоиться. - Как думаешь, что с нами будет?
  - Не знаю. Помнишь, что тот парень на вырубке говорил? Перес, или как там его? С которым ты дрался. Он сказал, что преступников здесь отправляют валить лес...
  - Напугали! - фыркнул Фарри. - Мы жили в лесу, сколько себя помним. Сбежим оттуда на следующий же день!
  - Только мы ведь не простые преступники. - не обращая внимания на слова брата, продолжил Слов. - Начнем с того, что мы вообще не преступники. Кому понадобилось нас оговорить? Уж не тому ли, кто подослал в наш дом убийц? Тогда нас просто прикончат. Может быть, даже в этой самой камере...
  - Значит, надо выбираться отсюда, пока этого не произошло! - Фарри снова остановился и замер перед братом. - Может напасть на охрану? Например, когда еду принесут. Должны же нас кормить...
  - Голыми руками на мечи? Точнее - топоры? - хмыкнул Слов. - Вдвоем против всех стражников города?
  - По крайней мере, не дадим себя прирезать, как щенят беспомощных. - проворчал Фарри.
  - Если дойдет до этого... - Слов пожал плечами. - Лично я думаю, что нам ничего не остается, кроме как ждать. А там - видно будет. Пока мы здесь, все равно сделать ничего не сможем.
  Снова потянулось ожидание. Слов так и сидел на своих нарах. Фарри - расхаживал взад-вперед, стараясь не налететь в темноте ни на брата, ни на нары. Каждый размышлял о том, как выбраться из этой ловушки. Должен же быть какой-то выход! Дядя всегда говорил, что не бывает таких неприятностей, из которых нельзя было бы выбраться... Время шло... Точнее - ползло. Неуловимое и неощутимое. Сколько прошло уже времени с того момента, как они оказались здесь? Может, снаружи уже день или даже вечер, а может - еще продолжается та ночь, когда братья были схвачены.
  Стук шагов в коридоре раздался неожиданно. Вот только казалось, что во всем мире не осталось ни одной живой души, кроме Фарри и Слова, а вот - подтверждение тому, что мир, несмотря на ощущения, не превратился в маленькую темную камеру. Шаги приближались, грохоча по каменным плитам. Отдаваясь эхом от стен, усиливаясь и умножаясь так, что непонятно даже было, сколько людей идет по коридору. Фарри застыл в шаге от двери. Вскочил с нар Слов. Напротив их камеры шаги смолкли, и их единственный источник света - окошко в двери - заслонил темный силуэт.
  - Прочь от двери! - хриплый голос был далек от дружелюбия, но Слов неожиданно поймал себя на мысли, что рад и ему.
  Заскрежетал засов. Братья прищурились от заструившегося сквозь дверной проем света лампы. Когда им удалось проморгаться, а глаза, привыкшие к тьме, перестали слезиться, Фарри и Слов увидели, что за дверью стоит стражник.
  - Выйти из камеры! - буркнул он, отступая в сторону.
  - Куда? - напряженно спросил Слов.
  - Выйти из камеры! - снова прорычал стражник.
  Посмотрев друг на друга, братья повиновались. Фарри чувствовал, что не стоит заставлять стражника повторять приказ. Они шагнули в коридор и замерли у двери.
  Стражник оказался не один - за братьями пришли аж трое. Так и не объяснив что к чему, Фарри и Слова повели по куда-то по коридору. Они проходили вдоль дверей, скрывавших камеры, такие же, как та, что они только что покинули. Иногда они останавливались у дверей, преграждавших дальнейший путь, и ожидали, пока их не отопрут с обратной стороны. Постепенно обстановка вокруг приобретала более благоприятный вид. За очередной дверью оказалась крутая лестница, поднявшись по которой, братья оказались уже не в темном, сыром подземном коридоре, а в другом - не столь угнетающем. Вот маленькое окошко - Слов бросил в него взгляд и увидел, что на улице уже совсем светло. Их провели еще через несколько дверей, пока, наконец, братья не оказались в квадратной комнате, в которой, кроме них и их конвоиров, был еще один стражник. Он сидел за простым, даже немного грубым, столом, и что-то писал в большой книге. Вдоль противоположной стены протянулась такая же грубая, как и стол, лавка.
  - Привели? - сидевший за столом поднял голову.
  - Да, господин десятник. - ответил один из конвоиров.
  Десятник кивнул и исчез за противоположной дверью. Снова появился он спустя минуту.
  - Заводите! - махнул рукой десятник, возвращаясь на свое место, и снова беря в руки перо.
  Большой кабинет, куда стражники втолкнули братьев, резко контрастировал со всем тем, что они видели с тех пор, как оказались в тюрьме. Стены были обшиты панелями из полированного дерева, а кое-где висели картины или гобелены, на которых были искусно изображены сюжеты из битв или охоты. По сторонам огромного, выше человеческого роста, окна, висели тяжелые зеленые портьеры. Что касается мебели, то кабинет был почти пуст. В углу, справа от входа, стоял небольшой столик, по сторонам которого расположились два кресла. Ряд стульев, жестких на вид, растянулся вдоль одной из стен, а у дальней стены обосновался большой, украшенный резьбой, письменный стол. Человек, сидевший за столом, оторвался от бумаг, которые изучал перед приходом братьев, и поднял взгляд на Фарри и Слова. Седой венчик волос обрамлял обширную лысину, чуть поблескивавшую в свете, падающем из окна. Лицо человека было круглым, чуть пухлым. Его можно было бы назвать добрым, если бы не глаза - цепкие, пронзающие, словно видящие всех насквозь. Человек был чуть полноватым, но не настолько, чтобы можно было назвать его толстым. Кольчуги, как на стражниках, на нем не было, но, поверх одежды, был одет такой же, только гораздо лучшего кроя и качества ткани, зеленый табард, на котором изображен герб Дома Вудакс.
  - Свободны! - голос человека был мягок, примерно как толстая ткань, в которую завернут булыжник.
  Фарри вытаращил глаза - неужели слова были обращены к нему с братом? Вот так, бросили на ночь в камеру, потом привели к какой-то шишке, и та, одним словом, снова выпускает их на свободу? Может все обвинения рассыпались в прах, и дело разрешилось?
  - Попробуете выкинуть какой-то фокус, и я прослежу, чтобы вам переломали все кости, перед тем, как убить. - прошептал сзади голос одного из стражников, а затем послышался скрип двери.
  Фарри сник - сиюминутная радость улетучилась, как только он понял, что хозяин кабинета отпустил конвоиров, а никак не его и Слова.
  Слов же практически не обратил внимания на слова хозяина кабинета, как, впрочем, и на слова стражника. Его взгляд приковали к себе лежащие на столе, перед шишкой, мечи. Их с братом мечи! Приглядевшись, он обнаружил там же и остальные вещи, принадлежащие ему и Фарри. Обгоревший свиток лежал, словно небрежно брошенный, слева от мечей, а рядом с ним была дядина книжечка, на которой поблескивал перстень, грубо сорванный стражниками с пальца Фарри.
  - Милорд Зелин Свойл Грах обвиняет вас в краже его имущества. - взгляд человека за столом буквально ощупывал Фарри и Слова. Казалось, что обладатель такого взгляда непременно почует любую ложь или недомолвку, если братьям, по глупости, взбредет в голову утаить хоть кроху правды. - А именно - вот этого перстня. Вы признаете свою вину?
  - Нет, господин... - Слов замялся, не зная, кто перед ним.
  - Я - капитан городской стражи. Зовите меня господин капитан. - он откинулся на спинку кресла и, взяв со стола перстень, принялся подбрасывать его на ладони. - Тогда, откуда у вас этот перстень?
  - Этот перстень, вместе со всем остальным, мы получили в наследство. - Фарри чуть подался вперед. В голосе его прозвучал вызов. - Я не знаю, с чего этот Грах решил...
  - Вот как? В наследство? - капитан приподнял бровь. - Тогда вы, несомненно, знаете, что это за перстень?
  Фарри снова открыл рот, но закрыл его, не произнеся ни слова. Он не знал на самом деле, что это за перстень. Просто перстень, который лежал в мешочке с золотом, который они извлекли из тайника. Он посмотрел на брата, но Слов тоже молчал, и сказать ему, судя по всему, было нечего.
  - Понятно... Значит не знаете. - капитан вздохнул и аккуратно положил перстень на стол. - Вы одеты, как горожане. Однако, одежда на вас - совсем новая. В ваших вещах обнаружена старая одежда, судя по которой - вы прибыли в Этвуд с севера. Насколько я знаю, мечи, о которых, кстати, отдельный разговор, и такая сумма денег, которая была при вас, в тех краях - очень большая редкость.
  - Это все - наше! - упрямо заявил Фарри.
  - Но Грах не обвинял нас в краже денег и мечей. - одновременно с братом, спокойно сказал Слов.
  - ...Посудите сами. - не обращая внимания на слова ребят, продолжил капитан. - Человек благородного происхождения обвиняет вас в краже вещи, которой у вас никак не должно быть. При вас находят другие вещи, ваши права на которые - очень сомнительны...
  Капитан сделал паузу. Он снова принялся рассматривать братьев, словно обмеряя и взвешивая по-новому. Оставшееся недосказанным повисло в воздухе. Он убежден, что братья - виновны. И ведь обвинения капитана звучат вполне логично и обоснованно... Как доказать, что мечи, деньги, перстень и все остальное действительно принадлежат двум парням, прибывшим из глуши, где даже деньги не пользуются особой популярностью?
  - Нашим отцом был Сам Бровин Грах-Дормайл. - тихо произнес Слов. - Об этом сказано в свитке, который лежит на вашем столе. Эти вещи достались нам в наследство от отца.
  Фарри изумленно уставился на Слова. Надо же! Только недавно, когда они сидели в камере, брат обиделся на него за то, что Фарри много болтает. А теперь - сам выкладывает все. По напряженному выражению лица Слова было видно, что эти слова дались ему с большим трудом. Он смотрел прямо на капитана, ожидая его реакцию на свои слова.
  - Вот как? - капитан подался вперед и оперся локтями на стол. - И когда же отец передал вам это наследство?
  - Мы не знали отца. - Слов вздохнул, но решительно продолжил. - Мы с братом действительно выросли в лесу, на севере. Из всех родственников, мы знали только дядю - Алмсотера Бровина, который и растил нас...
  - Что случилось с Алмостером? - вопрос прозвучал настолько резко, что Слов вздрогнул. Капитан встал из-за стола и подошел к окну.
  - Он был убит. - ответил Фарри.
  Капитан резко развернулся и пронзил парня взглядом.
  - Когда и как был убит Алмостер?
  - Около десяти дней назад. - ответил Слов. Он посмотрел на напрягшееся лицо капитана и неуверенно спросил. - Вы знали его?
  Капитан не сводил взгляда с братьев. Какое-то время он просто стоял у окна, рассматривая их, а потом вздохнул.
  - Садитесь, - он указал на ряд стульев, - и рассказывайте все, как есть.
  Рассказ Фарри и Слова не занял много времени. Что рассказывать? То, что они выросли в глуши, считая деревню неподалеку - большим поселением? Слов лишь упомянул об этом, и перешел сразу к тому моменту, когда на их дом напали. Как они сражались с убийцами, как пал, сраженный стрелами, дядя, как он, умирая, поведал братьям об их наследстве и указал на тайник, где лежали те вещи, которые сейчас находятся на столе капитана, как они бежали из горящего дома... Фарри иногда вставлял свои замечания, поправляя рассказ брата. Свою историю Слов и Фарри полностью изложили капитану за пять минут. Еще пару минут занял рассказ о том, что братья собирались предпринять, чтобы вернуть себе свое наследство. О том, что они уже предприняли. Слов заметил, что капитан, который, на середине рассказа, начал расхаживать по кабинету, чуть запнулся, когда прозвучали слова о том, как они с братом посетили метра Совина.
  Когда Слов закончил рассказывать, капитан какое-то время продолжал молча ходить взад-вперед.
  - Ты! - он резко остановился и указал на Слова. - Возьми меч.
  Слов застыл от неожиданности, во все глаза, глядя на капитана. Что он задумал? Взять меч? Зачем? Капитан, не обращая внимания на этот взгляд, снова подошел к столу и достал откуда-то свой меч. Снова повернувшись к братьям, глядящим на него, раскрыв рты, он поморщился. Не глядя, он взял со стола один из мечей и бросил Слову.
  - Говоришь, Алмостер учил вас фехтованию? - он вытащил свой меч из ножен и небрежно бросил их на стол. - Давай-ка проверим. Вставай, чего сидишь!
  Слов неуверенно поднялся. Фарри, не веря происходящему, переводил взгляд с одного на другого. Он тоже начал подниматься, но капитан указал на него острием меча.
  - Ты - сиди! - он снова посмотрел на Слова. - Ну что?
  Слов обнажил меч и сунул ножны в руки Фарри. Он не отводил взгляда от капитана. Выйдя в центр кабинета, Слов встал перед его хозяином.
  - Готов? - капитан смотрел прямо в глаза Слова. - Тогда, начали!
  Он сразу же ринулся в атаку, нанеся рубящий удар сверху вниз. Слов отступил на полшага, отбивая удар. Капитан крутанул меч в кистью - новый удар. Не успело еще стихнуть эхо звона стали о сталь после второго удара, как дверь, ведущая в кабинет, распахнулась. Сжимая топоры, ввалились десятник и охранники, приведшие сюда Фарри и Слова.
  - Назад! - прорычал капитан. - И двери закройте!
  Похоже, стражники были привычны к необычным выходкам своего капитана. Дверь снова захлопнулась, не успел еще тот закончить говорить. Не обращая больше ни на что внимания, кроме своего противника, капитан снова атаковал. Удар сыпался за ударом, но каждый из них встречал меч Слова. Сам Слов не атаковал. Не то что бы ему не предоставлялось такой возможности... Просто, все происходящее выбило его из равновесия настолько, что он не мог поверить в это.
  - Защищаться ты умеешь. - капитан отступил на шаг и опустил меч. - Но одной защитой бой не останется за тобой. Я не настолько стар, чтобы меня можно было измотать. Нападай!
  - Слов, приди в себя! - Фарри бросил ножны на соседний стул и подался вперед.
  Слов неуверенно поднял меч. Капитан стоял в двух шагах от него, и ждал. Вздохнув, Слов ударил. Звон стали. Новый удар, и еще... Капитан, уйдя от удара сверху-вниз, перешел в контратаку. Слов отбил короткий выпад, нацеленный в его живот, перевел это движение в режущий удар, который, получись он как надо, оставил бы длинный порез на лице противника. Капитан отпрянул - его меч находился слишком низко, чтобы подставить его под этот удар.
  - Вот это - другое дело. - он отступил на несколько шагов. - Хватит!
  Слов застыл с мечом в руках, не зная, что делать дальше. Капитан вложил свой меч в ножны и снова спрятал его за столом.
  - Меч - в ножны, и положи на стол. - он снова сел в кресло и принялся крутить в пальцах перстень. О братьях он будто позабыл. Словно то, что в его кабинете находятся пленники, один из которых вооружен, было самым обычным делом.
  Слов взял из рук брата ножны и, вложив в них меч, выполнил указание капитана. Помявшись перед столом и не дождавшись никакой реакции, он вернулся на свое место возле Фарри.
  - Этому идиотскому режущему удару вас мог научить только Алмострер. - произнес капитан, едва Слов сел. - Я ему всегда говорил, что пытаться проделать мечом те штуки, которые у Варрайдов вытворяют саблями - чушь несусветная.
  - Так вы знали дядю? - повторил Фарри недавний вопрос брата.
  - Знал. - пробурчал капитан. - Теперь вижу, что и вы знали его.
  - Но зачем... - начал было Слов, но капитан не дал ему договорить.
  - Потому что в моем городе объявляются двое, которых Грах обвиняет в краже перстня главы Дома Дормайл. Перстня, который я видел в последний раз у Алмостера, а уж от него Грах мог получить этот перстень - только сняв с трупа. Вдобавок ко всему, в ваших вещах нашли другие, принадлежащие Алмостеру. Думаете, я так разговаривают со всеми арестованными?
  - Нет, господин капитан. - Фарри замотал головой, хотя откуда ему знать, какие порядки царят в этом городе? Может, капитан действительно учиняет допрос всем арестованным. - Но...
  - Я должен был проверить вас. - продолжил капитан. - Если бы оказалось, что вы стащили все это, то, поверьте, живыми вы в камеру не вернулись.
  Слов сглотнув, поняв, что он только что действительно сражался за свою жизнь. Пусть бой был тренировочным, и капитан не убил бы его своими руками, но угроза прозвучала вполне серьезно.
  - Ваш рассказ настолько неправдоподобен, - продолжал капитан, - что звучит, скорее, как байка менестреля. Двое парней, выросших в лесу, вдруг узнают, что они, на самом деле, благородного происхождения, и отправляются за наследством, оставленным им отцом, которого они никогда не знали... - Капитан вдруг рассмеялся. - И, при всем этом, они даже не знают, кто из них старше и имеет право на это наследство. Может действительно продать эту историю какому-нибудь менестрелю? Заработаю себе пару серебряных на старость!
  Фарри и Слов не верили своим ушам. Человек, сидевший за столом, как-то неуловимо изменился. Вроде выглядит так же, но из его глаз исчезла та жесткость. Впрочем, несмотря на это, они не стали менее внимательными.
  - Теперь давайте поговорим серьезно. - тон капитана снова резко изменился. Ни следа веселья на его лице не осталось. - Вы, ребята, попали в очень непростую историю. Я так понял, вы ничего не знаете о Доме Дормайл?
  - Нет, господин капитан. - выдавил из себя Слов, ошарашенный резкими переменами поведения собеседника. Фарри, подтверждая слова брата, покачал головой. - Мы просили метра Совина собрать сведения...
  - О метре Совине - потом. - отмахнулся капитан. Он побарабанил пальцами по столу, и, подумав, продолжил. - Пятнадцать лет назад Дом Дормайл был на слуху практически по всей Чаше. Такая история была... мда... Так вот. Милорд Дормайл тогда заключил, как ему казалось, очень удачный брак. Он женился на Сели Грах - старшей дочери старого Роби Граха, с внуком которого вы вчера познакомились. Кстати, он - ваш кузен. Вся шутка была в том, что у Граха не было сыновей. Только две дочери. Так что, майорат передать было некому. После смерти Роби Граха, протектором его Дома должен был стать Сам Бровин Дормайл, присоединивший к своей фамилии фамилию Грахов, как муж старшей дочери. А дальше, главой Дома Грах должен был стать один из вас. Однако, почти сразу после свадьбы, начались странные вещи. В то время обострилось противостояние между Бовкроссами и Гирайа. Они никогда не были дружны, но в тот год дело дошло до пограничных стычек. Дормайл тогда вдрызг разругался с Бовкроссом, и даже отказался откликнуться на зов Дома Бовкросс. В итоге, стычки чуть не переросли в полномасштабную войну, а Гирайа, пусть и ненадолго, удалось захватить плацдарм на берегу Бовкроссов. В общем, милорд Бовкросс решил проучить вашего отца. Армия Дормайлов была разбита, можно сказать, за неделю. Не знаю с чего, но Дормайл решил отправить вас подальше, хотя вам ничего угрожать не должно было.
  - Почему? - хрипло спросил Фарри.
  - Что 'почему'?
  - Почему нам ничто не должно было угрожать, если враги стояли под стенами замка?
  - Потому что милорд Бовкросс не скрывал, что он не намеревается уничтожать Дом Дормайл. Как тогда говорили, Бовкросс объявил, что голова Сама Бровина Дормайла займет свое место на городской стене, а главой Дома, по достижении соответствующего возраста, займет законный наследник. Но ваш отец решил почему-то иначе. Может Алмостер и знал о причинах, но мне он их не раскрывал. Дормайл назначил его протектором и отправил подальше из замка, вместе с двумя сыновьями, которым тогда еле исполнился год. Алмостер говорил, что Дормайл велел ему спрятать вас до тех пор, пока не минует какая-то опасность. Да, именно тогда я и видел Алмостера в последний раз...
  Капитан замолчал, погрузившись в воспоминания. Молчали и братья, переваривая услышанное. Какое-то время в кабинете царила тишина.
  - Протектором Дома Грах еще два года, до совершеннолетия Зелина, будет Свойл Малк Грах-Добаси. - снова заговорил капитан. - Это муж Реаны Грах - младшей сестры вашей матери. Впрочем, там правит скорее сама Реана. Кого Бовкросс поставил протектором в Доме Дормайл, я не знаю, но и не сылшал о том, что Дом уничтожен.
  - Так, может, нам стоило обратиться к тете? - спросил Фарри. - К этой Реане?
  - После того, как этот Зелин обвинил нас в краже? - фыркнул Слов.
  - Во-во. Неспроста Зелин так поступил. - капитан нахмурился и поднял со стола перстень. - Он мог видеть это у вас?
  - Мы встречались с ним в гостинице. - ответил Слов. - Тогда чуть не вспыхнула ссора. А перстень был на пальце Фарри...
  - Ваше появление означает, что Зелин Грах теряет право на Дом. - кивнул капитан. - Сомневаюсь, что ваша тетка с радостью примет племянников, которые лишат ее сына всего. Кроме того, кое-кто, связанный с Грахами, уже намекал этой ночью, что будет очень благодарен, если вы не выйдете из тюрьмы.
  - Так может, это она подослала убийц, которые убили дядю? - спросил Слов, а в глазах Фарри зажегся огонек.
  - Может быть. Но сейчас ситуация стала еще сложнее. - он снова задумался и молчал несколько минут. - В Доме Бовкросс происходит что-то странное. Никто раньше не обращал на это особого внимания, но, за последние пятнадцать лет, при сомнительных обстоятельствах, погибли девять человек, которые имели право наследования по родственной линии Великого Дома Бовкросс. Кто-то утонул, купаясь в реке, кто-то погиб в какой-нибудь мелкой стычке с Гирайа, кто-то съел что-то несвежее... - капитан снова поднялся и нервно зашагал по кабинету. - Никто не обращал на это внимания, больше обычного, пока не погиб сын милорда Бовкросс. Старик остался без наследников, и он уже не в том возрасте, когда можно зачать еще одного. В данной ситуации, права на наследство переходят по родственной линии.
  - А мы-то здесь причем? - спросил Фарри.
  - При том, что Дом Дормайл, если конечно найдутся законные наследники, станет первым претендентом на наследование Дома Бовкросс, когда умрет старый милорд. - капитан резко повернулся к братьям и застыл на месте. - А теперь сами подумайте, сколько людей будут рады вашему появлению. Подумайте, у скольких Домов - тех, которые стоят за вами в своем праве на вступление в наследство Великого Дома - есть основания желать вашей смерти.
  
  ***
  
  - ...А еще говорил - дядин друг! - Фарри снова расхаживал по камере, бормоча себе под нос. Он резко остановился и посмотрел на брата, который лежал на своих нарах, заложив руки за голову. - Если он друг, то почему не может нас просто отпустить? И вообще, как ты можешь так спокойно лежать?
  - А что - метаться туда-сюда, как ты? - Слов проигнорировал первую часть вопроса. - Так здесь места на двоих не хватит.
  - ...помогу вам найти юриста! - Фарри дошел до двери и, изо всех сил, грохнул в нее ногой. - ...постараюсь что-нибудь придумать! Трус проклятый! Поверь мне, Слов - этот капитан, хоть и называет себя другом дяди, даже зад со своего кресла не поднимет, чтобы нам помочь!
  К огорчению братьев, несмотря на то, что капитан поверил их истории, Фарри и Слов снова оказались в камере. Во время разговора с капитаном они, было, воспрянули духом, надеясь, что выйдут из его кабинета прямо на свободу. Однако, не тут то было! Вся помощь капитана ограничилась тем, что он пообещал поспособствовать Фарри и Слову на суде. О том, чтобы выпустить их - не шло и речи.
  - Я здесь для того, чтобы в этом городе соблюдались законы. - заявил капитан, глядя прямо в глаза братьев, в которых вначале появилось непонимание, а потом, по мере слов капитана, начало разгораться отчаяние. - Нарушь порядок в чем-то одном, потом - в другом, а потом все здесь рассыплется в прах.
  Единственным послаблением для братьев стало то, что теперь в их камере не царила такая тьма, как раньше. Запустив арестованных в застенок, стражник поставил на пол, у двери, фонарь. Кроме того, закрывая за собой дверь, он пообещал принести Фарри и Слову на завтрак что-нибудь более-менее съедобное. Однако Фарри, в сердцах, посоветовал стражнику найти той еде другое, не совсем приличное, применение.
  Снова потянулось ожидание. Секунды складывались в минуты, которые переходили в часы... Сколько их прошло? Если судить по тому, что масло в фонаре не прогорело еще и на половину - не очень много. Устав от метания по камере, Фарри последовал примеру брата, и улегся на нары. Слов уже тихонько посапывал - ночь и утро выдались не из самых легких, и силы, даже у молодого человека, не бесконечны. Слушая спокойное дыхание брата - единственный звук, раздававшийся в камере - заснул и Фарри. Однако, в отличии от Слова, он спал не так спокойно. Соломенный тюфяк, брошенный на нары, не отличался особой мягкостью. Скорее - он здесь лежал только для порядка. Хорошо, хоть никакой живности в нем Фарри не заметил.
  Разбудил братьев стук в дверь.
  - Обед! - заскрежетал засов.
  Фарри открыл глаза, отгоняя остатки сна. Несмотря на те, советы, которые он давал недавно стражнику по поводу еды, организм парня был совсем другого мнения. Есть, честно говоря, хотелось - до рези в желудке.
  - Вечером суд. - стражник поставил на пол у двери две миски, и захлопнул дверь.
  - Интересно, они всех заключенных так кормят? - Слов, едва задвинулся с обратной стороны двери засов, тут же оказался возле тарелок.
  - Думает, что нам нужны его подачки! - пробормотал Фарри, однако живо подхватил свою тарелку.
  После доброй порции рагу, где мяса было явно больше, чем овощей, и большой краюхи еще теплого хлеба, настроение братьев чуть улучшилось. Фарри даже перестал ворчать и осыпать проклятьями капитана, стражников, Граха и весь этот город, в целом. Однако, едва закончив есть, он снова принялся мерить шагами камеру, давая выход накопившейся энергии.
  До вечера не происходило ровным счетом ничего. Фарри и Слов почти не разговаривали - лишь перебросились парой фраз. Слов продолжал лежать на нарах, и, уставившись на мерцающий огонек лампы, думал о предстоящем суде, размышляя, что будет говорить. Фарри - наоборот. Он всячески гнал от себя мысли о суде, предпочитая размышлять о возможности побега. На этот раз, время, для разнообразия, пролетело как-то незаметно. Слов даже удивился, когда в коридоре снова загрохотали шаги.
  - Отойти от двери!
  Стражников было четверо. Видимо, они уже успели смениться - ни одного из стражников Фарри и Слов не узнали. Их снова повели по коридорам, как и в прошлый раз - останавливаясь перед множеством закрытых дверей. Коридоры, лестницы... На этот раз их повели по другому пути. Шли долго. Фарри уже запутался в поворотах коридоров, когда они остановились возле новой двери. Один из стражников постучал, и, с обратной стороны двери, раздался приглушенный голос - 'Арестованные доставлены'.
  Дверь открылась и братья, которых грубо толкнули в спины, сделали шаг вперед. Дверь за их спинами захлопнулась. Фарри и Слов оказались в небольшой клетке, отгораживающей угол большой комнаты. В клетке не было ни стульев, ни лавки - ничего, кроме пола, потолка, стены и стальных прутьев. Остальная часть комнаты оказалась меблирована гораздо богаче. Хотя, по сравнению с клеткой, даже лачуга нищего выглядела богаче! Прямо перед клеткой стоял большой стол, за которым сидел человек, одетый в зеленую мантию. За его спиной, от самого потолка, до пола, свешивалось зеленое же полотнище, на котором был нарисован черный топор - стяг Дома Вудакс. На небольшом расстоянии, перед столом, расположились несколько стульев и кресло. Судья за столом лишь глянул на братьев, когда те появились в клетке. Однако, в комнате оказался еще один человек - невысокий, тощий, похожий на какую-то птицу. Его длинный нос лишь подчеркивал это сходство. Одежда его была простой, но очень хорошего кроя, а толстая золотая цепь на шее подчеркивала, что он совсем не бедствует. Поднявшись со стула, на котором сидел, он быстро засеменил к клетке.
  - Зовите меня - метр Брас. Господин капитан ввел меня в курс дела. - зачастил человек, подойдя к клетке. Он то и дело бросал взгляды то на братьев, то на судью, то на дверь в другом конце комнаты. - вы, стало быть, Фарри и Слов. Я буду вас защищать на суде...
  - Что нас ждет? - перебил Слов, подходя ближе к прутьям.
  - Слушайте меня и делайте только то, что я говорю. - метр Брас понизил голос практически до шепота. - Господин капитан сказал, что вы имеете некие претензии на благородную фамилию...
  - Мы не 'имеем претензий'! - скривился Фарри. - Мы - благородного происхождения...
  - Да-да, несомненно! - быстро закивал метр Брас. - Однако, я настаиваю на том, чтобы вы не упоминали об этом на суде.
  - Почему? - Слов положил руку на плечо брата, раскрывшего было рот для ответа.
  - Насколько я осведомлен, у вас нет доказательств вашего происхождения? - метр Брас внимательно посмотрел на Фарри. - Я имею в виду - твердых доказательств.
  - Нет. - покачал головой Слов. - Но...
  - Тогда, послушайте моего совета. Если вы принадлеите к благородной фамилии, вас может судить только сам милорд Ест Приор Вудакс - глава Дома Вудакс. Только...
  - Так пусть нас и судит глава Дома! - Фарри сбросил с плеча руку брата.
  - Фарри, ты головой думай! - Слов явно начинал злиться. - Если мы не можем пока доказать...
  - Вот-вот. Слушайте брата, молодой человек! - снова закивал метр Брас. - Ваше благородное происхождение сначала надо будет доказать здесь. А если вы этого не сможете, то ваше обвинение будет уже совсем другим. Вы и так обвиняетесь в краже у лица, благородного сословия. Вам грозит клеймо и пять лет каторги на вырубках Дома Вудакс. А за присвоение благородной фамилии, без права на то - вам отрежут языки и добавят еще пять лет срока.
  - Отрежут языки? - изумился Слов.
  - Присвоение благородной фамилии, без права на нее - это оскорбление всех благородных фамилий Чаши. - пожал плечами метр Брас.
  - Фарри, если ты скажешь на суде хоть слово... - Слов посмотрел прямо в глаза брату.
  Фарри, похоже, тоже стало не по себе. По крайней мере, его запал практически угас, а в глазах появилось какое-то загнанное выражение. Словно у зверя, попавшего в ловушку и ожидающего, когда придет охотник. Сглотнув, он кивнул.
  - Очень правильно решение! Очень! Итак, слушайте меня. В любом случае, не говорите ничего, если к вам не обратится господин судья. Я постараюсь сделать все, чтобы вас, если и не оправдали, то вынесли не самый суровый приговор. - голос метра Браса стал практически неслышным. - Более того, я слышал, что к господину судье сегодня нанес визит господин капитан...
  Ему не удалось договорить, чем закончился визит капитана к судье. В этот момент двери распахнулись, и в комнате появился Зелин Свойл Грах, собственной персоной.
  - Господин судья. - Грах поклонился, даже не обратив внимания на братьев в клетке, и прошел к креслу.
  - Я сделаю все, что возможно! - прошептал напоследок метр Брас.
  - Думаю, можно начинать. - судья кивнул Граху и дождался, пока метр Брас усядется на своем стуле. - Итак, вчера ночью были арестованы двое, назвавшиеся Слов и Фарри, по обвинению милорда Зелина Свойла Граха в краже. Милорд Грах обвиняет этих двоих в том, что они украли у него фамильный перстень Дома Дормайл. У вас есть что добавить, милорд?
  Грах покачал головой. Он развалился в кресле, закинув ногу за ногу, и выглядел так, словно не понимал, как здесь вообще оказался. Создавалось впечатление, что он занят каким-то скучнейшим делом, и лишь необходимость сдерживает его от того, чтобы встать и удалиться прямо сейчас.
  - Метр Брас? - судья посмотрел на юриста.
  - Да, господин судья. - метр снова поднялся. - Я хотел бы, если позволите, узнать, по какому праву представитель Дома Грах владеет фамильным перстнем Дома Дормайл. Также, я хотел бы услышать об обстоятельствах преступления, в котором обвиняют этих молодых людей.
  - Милорд Грах, желаете ли вы ответить на эти вопросы? - осведомился судья.
  - Ты смотри, как он лебезит перед этим Грахом! - прошептал Фарри на ухо Слову, ненавидяще глядя на их обвинителя.
  - Я отвечу. - голос Граха звучал так, словно он вот-вот начнет зевать. - Как известно, моя тетка, ныне покойная, Сели Грах, была замужем за Самом Бровином Дормайлом, главой Дома Дормайл. Думаю, не стоит лишний раз рассказывать о печальной судьбе милорда Дормайла. Перстень попал к нам после его смерти, как к единственным выжившим родственникам.
  Фарри покраснел. Было видно, что он так и рвется что-то сказать, но изо всех сил сдерживает себя. Он посмотрел на брата, но Слов стоял спокойно, словно из уст Граха не звучит наглая ложь! Словно вообще ничего не происходит.
  - Вы удовлетворены, метр Брас? - спросил судья.
  - Господин судья, я хочу обратить ваше внимание, - метр Брас замялся, но глянув на братьев, продолжил, - что не прозвучало никаких доказательств того, что перстень действительно принадлежит милорду Граху, кроме...
  - ...Кроме моего слова! - Грах сверкнул глазами на юриста. - Если вам мало слова человека, благородного происхождения, то я хотел бы услышать, как иначе этот перстень мог оказаться у этих двоих, если они его не украли у меня. Также, если вы, метр Брас, сомневаетесь в моем слове, то скажите, кто еще мог бы законно претендовать на этот перстень.
  - Вы слышали вопрос? - судья наконец обратил внимание на сидящих в клетке.
  - Господин судья... - Слов замолчал, обдумывая, как бы лучше ответить, но тут не выдержал Фарри.
  - Перстень достался нам от Алмостера Бровина Дормайла, брата Сама Бровина Дормайла, главы Дома Дормайл! - выпалил он. - Мы...
  - Господин судья, как известно, милорд Алмостер Бровин Дормайл исчез как раз перед тем, как пал замок Дормайл. - быстро затараторил метр Брас. - Так же, если бы перстень главы Дома Дормайл был бы у милорда Дормайла, то сейчас он принадлежал бы протектору Дома. Я могу предположить, что милорд Сам Бровин Дормайл передал перстень своему брату, приказав тому сохранить его...
  - Заткнись, Фарри! - прошипел Слов. - Замолчи!
  - Вы 'могли бы предположить', - передразнил юриста Грах, - а я - заявляю, что перстень был передан моей матери. Или, может, вы, метр Брас, осмелитесь требовать, чтобы она предстала перед господином судьей, и подтвердила мое слово?
  - Милорд Грах, нет необходимости беспокоить почтенную леди Грах. - быстро сказал судья. Он снова повернулся к братьям. - Как вы можете доказать свои слова.
  - Если господин судья позволит, - вновь вмешался метр Брас, - то, среди вещей, найденных у этих господ, были обнаружены и другие вещи, несомненно, принадлежавшие милорду Алмостеру Бровину Дормайлу. Поскольку, милорд Зелин Свойл Грах не заявлял свои права на те вещи, то можно предположить, что и перстень, принадлежавший Дому Дормайл, находился у господ Слова и Фарри по праву.
  - Вот как? - Грах поднял бровь. - Эти двое еще у кого-то что-то украли? И снова - вещи, имеющие отношение к Дому Дормайл?
  - Никаких обвинений, кроме вашего, - быстро сказал метр Брас, - этим молодым людям не предъявлено.
  - Откуда у вас все эти вещи? - судья обращался к Фарри и Слову, но, не отрываясь, смотрел на метра Браса.
  Слов вздохнул и, посмотрев на Фарри, покачал головой.
  - Как сказал мой брат, - медленно произнес он, - перстень и все остальное досталось нам от Алмостера Бровина Дормайла.
  - Как эти вещи достались вам?
  - Он... Алмостер Бровин Дормайл воспитывал нас. Недавно он был убит, и, умирая, рассказал нам о тайнике...
  Говоря, Слов, краем глаза, следил за метром Брасом. Юрист еле заметно кивал. Судя по выражению его лица, Слов все говорил правильно.
  - Теперь мы узнаем, что Алмостер Бровин Дормайл, полтора десятка лет считавшийся пропавшим, недавно погиб. - рассмеялся Грах. - Причем, при весьма сомнительных обстоятельствах. И вещи его оказались у этих двоих воришек. Господин судья, вам следовало бы подумать о том, чтобы тщательнее расследовать это дело.
  - Вы уверены, что желаете этого? - тон судьи чуть изменился. Теперь в нем промелькнуло что-то, кроме елейного уважения. Возможно, даже неодобрение.
  - Я желаю, чтобы мне вернули мою собственность. - выпрямился в своем кресле Грах. - И чтобы воры были наказаны со всей возможной строгостью.
  - Метр Брас? - судья вопросительно посмотрел на юриста.
  - Я так и не услышал рассказа об обстоятельствах, при которых, как утверждает милорд Грах, у него был украден перстень.
  - Вчера вечером, в гостинице 'Веселый охотник', эти двое затеяли ссору с моими друзьями. - лениво, словно отмахиваясь, произнес Грах. - Заметьте - с благородными милордами! Я успокоил хамов. Уже после этого я обнаружил пропажу перстня и позвал стражу. Посколько никто из моих друзей не мог поступить так низко, я сразу заподозрил в краже этих. Как видите - не ошибся.
  - Лжец! Да что ты!.. - Фарри рванулся к прутьям клетки, но Слов дернул его обратно за шиворот.
  - Видите, господин судья, с кем благородному человеку приходится сталкиваться на улицах этого города? - Грах печально покачал головой, поднимаясь с кресла. - Я не намерен больше терпеть оскорблений. Я требую самого строгого приговора для этих хамов, и, обещаю, господин судья, что поставлю в известность об этом деле милорда Вудакса.
  Не сказав больше ни слова, Грах вышел из комнаты. Едва лишь хлопнула дверь, закрываясь за ним, судья посмотрел на Фарри и Слова.
  - Для вас было сделано исключение. - холодно произнес он. - Обычно, дела людей вашего сорта не рассматриваются на отдельном заседании. Я потратил на вас столько времени лишь по тому, что господин капитан Горел Сам лично просил об этом. Я даже взял на себя смелость, чтобы как можно тщательнее расследовать это дело, пригласить милорда Зелина Свойла Граха. Однако, господа, раз вы не цените этого...
  - Господин судья, я прошу простить этих молодых людей. - быстро вмешался метр Брас. - Они слишком многое пережили за последнее время, и эти волнения...
  - Не дают права нарушать порядок в зале суда. - отмахнулся судья. Он не отводил взгляда от Фарри и Слова. В основном - от Фарри. - У вас есть, что еще сказать?
  - Это - не суд! - выкрикнул Фарри. - Я требую справедливого и полного расследования...
  Слов только покачал головой и отступил от брата на шаг. Он будто стал ниже ростом. Вне всяких сомнений, Фарри все испортил. Уже в который раз! Если он не может держать язык за зубами... если не может сдерживать свой характер... Слову все это было так же неприятно, как и брату. Он понимал Фарри. Однако, он понимал также и то, что иногда приходится чем-то жертвовать, чтобы не завязнуть еще глубже. Ну почему Фарри не мог чуть потерпеть?!!
  - Я приговариваю вас к пяти годам работ на лесных вырубках Дома Вудакс... - спокойно сказал судья.
  - Господин судья... - метр Брас вскочил на ноги. - Я прошу...
  - ...Без клеймления. - закончил судья и дернул шнур, висящий рядом с его креслом. - Метр Брас, письменное решение вы получите завтра.
  Скрипнув, позади братьев снова отворилась дверь.
  - На выход! - прозвучало из-за спин Фарри и Слова.
  Братья, понурив головы, вышли из клетки в коридор. Снова бесконечные переходы, повороты, лестницы... Оказавшись в камере, Слов сразу же лег на свои нары и отвернулся лицом к стене.
  - Что? - рявкнул Фарри, встав над братом, едва дверь за ними закрылась. - Этот напыщенный тип нагло оболгал нас, а я должен молчать?
  Фарри пнул нары, на которых лежал Слов.
  - Ты видел, как судья бегал перед этим Грахом на задних лапках? Да, милорд! Конечно, милорд! Позвольте поцеловать вашу задницу, милорд!
  - Думаешь, мне не противно? - вскинулся Слов, резко садясь на нарах.
  - Так почему ты молчал? - тихо спросил Фарри. - Испугался?
  - Фарри... - Слов молчал долго, почти минуту. - Помнишь, как дядя учил нас фехтовать? Помнишь, как он говорил нам, что нельзя, сломя голову, бросаться на врага? Что в бою нельзя позволить, чтобы злость взяла над тобой верх?
  - Помню. - Фарри сел рядом с братом. - Но...
  - Знаешь что? - Слов улыбнулся. - Я тебе даже завидую. Пока шел тот суд, у меня аж зудело все от желания плюнуть в морду этому Граху. Ты, хоть и не плюнул, но вел себя достойно.
  - О чем я жалею, - пробурчал Фарри, - так это о том, что тогда, в 'Веселом охотнике', не проткнул Граха мечом.
  - Мы остались только вдвоем, брат. - помолчав, сказал Слов. - Вокруг - только враги. Весь этот мир... Я имею ввиду, эти люди... В общем, здесь все совсем не так, как у нас дома. Может быть, дядя не зря спрятался в лесу и жил вдали от людей...
  - Слов, ты как считаешь - если бы я вел себя как-то по-другому, суд закончился бы в нашу пользу?
  - Не знаю. Метр Брас, по-моему, старался. Но судья... - Слов покачал головой. - Думаю, судья не пошел бы против Граха.
  - Благородный! - Фарри прямо выплюнул это слово. - Сбежим с вырубки, я покажу этому 'благородному'...
  - Погоди! - Слов напрягся, обрывая брата. - Ты помнишь, как судья назвал капитана?
  - Что? - не понял Фарри. - Он...
  - Капитан Горел Сам!
  - Ты думаешь - это тот самый Горел Сам?
  - Он вполне мог дослужиться до капитана за эти годы. - тихо сказал Слов. - И он знал дядю.
  За ними пришли на следующий вечер. Весь день братья провели, как на иголках. Им не терпелось покинуть эту камеру. Хоть на вырубку - лишь бы выбраться из этого каменного мешка! Фарри начинал чувствовать, что стены давят на него всем весом камня, из которых они сложены. Пусть они уже не сидели в темноте, но... Слову тоже было не по себе. Хотелось вдохнуть свежего воздуха, не пропитанного сыростью подземелья и запахами, исходящими из дыры в полу. Так что, когда появились стражники, и приказали выйти из камеры, ребята выполнили этот приказ чуть ли не с радостью.
  На этот раз Фарри и Слова вели не очень долго. Они прошли всего лишь через три двери, поднялись по лестнице, и остановились перед новой дверью, которую один из конвоиров, в отличии от остальных, промежуточных, дверей, открыл сам. Комната, в которой оказались Фарри и Слов, была побольше, чем их прежняя камера. Главное - они покинули подземелье. Здесь даже было небольшое окно. Однако, толстая решетка, которой оно было перекрыто, ясно указывало на то, что это - тюрьма. Слов с грустью посмотрел в окно. Там, всего лишь протянуть руку - свобода! Фарри бросил на окно лишь мимолетный взгляд. Гораздо больше внимания он уделил человеку, скучающему на лавке.
  - Еще двое? - здоровяк, похожий больше на косматого медведя, чем на человека, сплюнул на пол. - Откуда только эти гады лезут?
  - Скажи спасибо, что не тебе приходится валить лес за них. - хмыкнул один из стражников за спинами братьев.
  - И то верно. - хохотнул здоровяк. - Лес кто-то должен сдерживать. Давайте-ка сюда, ребятки.
  Толчок в спину недвусмысленно указал Фарри, что последние слова обращены к ним с братом. Ребята подошли к здоровяку. Тот достал из большого ящика, стоявшего рядом, два странных приспособления, каких Фарри и Слов раньше никогда не видели. Каждое из них состояло из двух толстых досок, скрепленных с одной стороны железными петлями, а с другой - замком с хитрой задвижкой. Между досками были проделаны два отверстия.
  - Давайте-ка сюда руки. Колодки уже заждались. - здоровяк разомкнул колодки и защелкнул их на руках, сначала Фарри, а потом - Слова.
  Фарри тряхнул руками, словно пытаясь сбросить с них непривычную тяжесть. Однако, колодки сидели крепко. Он посмотрел на Слова. Брат, так же, как и он сам, рассматривал свои колодки.
  - Вот и ладно. - улыбнулся здоровяк. - руками особо не машите, а то понатираете в кровь.
  Он подтолкнул Слова к другой двери, ведущей из комнаты. Сам же пошел за ними. Дверь открылась, едва здоровяк стукнул в нее кулаком.
  - Двое? - в проем просунулась голова другого стражника. - Давай их сюда.
  Переступив через порог, Фарри и Слов оказались в небольшом дворике, огороженном стенами. Отсюда вели только два пути - двери, через которые они только что прошли, и ворота в противоположной стене. Кроме стражников, здесь оказались еще пятеро, судя по колодкам на руках - товарищи по несчастью. Стражники стояли, в основном, у ворот и дверей, из которых только что вышли братья. Они скучающе переговаривались и следили за своими подопечными одним глазом. Видно было, что стражники не особо опасаются, что преступники могут попытаться сбежать. Пятеро же в колодках, стояли унылой кучкой прямо по центру дворика. Вид у них был унылый и безрадостный. Судя по выражениям лиц, никто из закованных в колодки не ожидал от своей дальнейшей судьбы ничего хорошего. Только один, на лбу которого было выжжено клеймо в виде топора Дома Вудакс, был более-менее спокоен. Щуплый мужчина, неопределенного возраста, сразу же уставился на братьев хмурым взглядом, словно оценивая их.
  - Все что ли? - осведомился один из стражников, стоявший у ворот. - Пошли тогда, что б до темноты успеть.
  Фарри и Слова впихнули в группу арестантов. Тут же их окружили стражники, разом сбросив с лиц скучающее выражение. Тот, который предложил вести куда-то заключенных, стукнул пару раз в ворота. Жалобно заскрипев петлями, давно не видевшими смазки, ворота распахнулись. Небольшой, шагов пять в длину, тамбур, в котором были еще двое стражников, уперся в новые ворота. Пройдя через них, конвой оказался на городской улице.
  Несмотря на поздний час, в городе царило оживление. Похоже, с улиц никогда не исчезали прохожие. Разве что, с приходом темноты их становилось чуть меньше. Едва заключенные вышли из ворот, вокруг них начала собираться толпа.
  - Так вам и надо, бандиты проклятые! - выкрикнула какая-то женщина.
  Со всех сторон раздались свит, улюлюканье и оскорбления. Заключенные, даже тот - с клеймом, вжали головы в плечи и старались смотреть только себе под ноги. Стражники, похоже, привычные к такому, вовсе не обращали на происходящее внимания. Только если какой-нибудь особо ретивый горожанин выскакивал перед ними, препятствуя продвижению группы заключенных, кто-нибудь из стражников, без особой злости, отталкивал его древком копья в сторону.
  - Топор в руки-топор на лоб! - крикнул кто-то из толпы, и его слова были поддержаны одобрительным гулом.
  К счастью, идти пришлось не очень далеко. Так и сопровождаемые толпой - Фарри порадовался, что в них хоть ничего не бросали - они дошли до одних из городских ворот. З пределами городских стен идти стало гораздо легче. Не то, что бы по городу идти было слишком тяжело, но Слов, когда толпа осталась внутри стен, ощутил облегчение. Здесь, конечно, тоже хватало зевак, отпускающих вслед заключенным шуточки, и сыплющих проклятиями, но их было гораздо меньше.
  Путь по набережной занял гораздо больше времени, чем по городу. Причал, к которому вели заключенных, оказался далеко от ворот. И правильно - заключенные могут и ногами поработать. Зачем утруждать честных горожан? Но, в конце концов, их путь закончился. Еще издалека Фарри приметил большую баржу, чуть покачивающуюся возле одного из причалов. Он не ошибся, предположив, что их ведут именно к этой барже. Ведь окружающие ее лодки совсем не походили на те, что подходят для перевозки заключенных.
  - Живее! - после того, как стражники сдали подконвойных другим, стоящим на причале, те принялись загонять заключенных на баржу.
  Никакого трапа или сходней не было. Фарри и Слову пришлось перепрыгнуть через узкую полоску воды, отделявшую баржу от причала. Их товарищи по несчастью, напутствуемые пинками и тычками стражников, по одному исчезали в темной дыре, ведущей в трюм.
  - Эй! Вам не сюда! - один из стражников - молодой, но с бородой, больше подходившей гораздо более почтенному возрасту - схватил Фарри за плечо. - Вы идете туда!
  В отличии от остальных заключенных, братьев заперли не в трюме, а в небольшой надстройке на палубе баржи. В клетушке, гораздо более тесной, чем даже камера, в которой провели последние дни Фарри и Слов. Вдобавок ко всему, они оказались в полной темноте.
  - Слов, что-то мне это не нравится. - прошептал Фарри, как только дверь за ними закрылась. - Почему они посадили нас отдельно от остальных?
  - Откуда я знаю? - так же, шепотом, ответил Слов. Он сделал два шага вперед, и уткнулся в стену. - Мне тоже это не нравится.
  - Может они нас... - Фарри прислонился к стене и попробовал освободить руки. Деревянные колодки держали крепко.
  - Может быть. Хотя капитан... - Слов помолчал, а потом повторил. - Может быть...
  - Слушай, Слов, - после недолгого молчания сказал Фарри, - колодки же без замков. Там только задвижки. Может, попробуем освободиться?
  В полной темноте они нащупали друг друга, и Фарри принялся изучать задвижку на колодках брата. На ощупь выходило не очень. Фарри смутно помнил, что тот здоровяк, сковавший им руки, что-то там отодвигал, поворачивал... Но - слишком смутно. Когда ему сковывали руки, Фарри было не до того, чтобы внимательно следить за действиями здоровяка. Задвижка поддалась, когда Фарри уже совсем потерял надежду. Он даже не заметил как - просто открылась, и нижняя половина колодок упала, повиснув на петле. Теперь пришла очередь Слова освобождать руки брата.
  - По крайней мере, теперь хоть как-то можно будет отбиться. - прошептал Фарри, потирая натертые колодками руки.
  - Не отобьемся. - прошептал Слов. - Сделаем так. Если кто-то сюда войдет, то сбиваем его с ног и прыгаем за борт.
  - А если их будет много? - спросил Фарри.
  - У нас только один шанс спастись - прыгнуть в воду.
  Потянулось томительное ожидание. Сколько прошло времени, Фарри и Слов не знали. Они прислушивались к каждому звуку, доносящемуся снаружи, но ничего, кроме скрипа досок, не слышали. Несколько раз раздавались шаги. Фарри и Слов напрягались, ожидая, что эти шаги затихнут возле их двери, но каждый раз их ожидания обманывались. Через час или два, а может - спустя ночь, после того, как их закрыли здесь, Фарри и Слов настолько вымотались, словно весь день шли по лесу. Нервное ожидание истощало их силы не хуже хорошей физической нагрузки. Снова раздались шаги. На этот раз, они не стихли где-то на палубе.
  - Эй, вы там! - прошептал кто-то из-за двери. - Без глупостей!
  Братья промолчали. Фарри очень захотелось переглянуться со Словом, но в этой темноте он не видел даже собственную руку. Только напряженное дыхание брата, которое он, судя по всему, всеми силами пытался сдерживать, говорило о том, что Фарри здесь не один.
  - Вы уже освободились? - снова раздалось из-за двери. - Знаю, что освободились. Я сейчас открою дверь. Не вздумайте дурить! Господин капитан Горел Сам просил меня помочь вам.
  - Ты веришь ему? - еле слышно прошептал Фарри. В нем внезапно вспыхнула надежда, что все закончится благополучно.
  - Не знаю. - одними губами ответил Слов, а потом, поняв, что и сам не расслышал свои слова, повторил чуть громче. - Не знаю. В любом случае, будь настороже.
  Дверь медленно отворилась. В коморке, где были заперты братья, не стало от этого светлее. Снаружи была глухая ночь, в которой не видно было ни огонька. Свет звезд - и тот был скрыт плотными облаками. Фарри замер сбоку от двери, приготовившись со всей силы опустить на голову вошедшего, кто бы он ни был, свои колодки. Хоть такое, но все же - оружие. Однако, в проем никто не шагнул.
  - Выходите. - снова зашептал голос из темноты. - Вас ждет лодка.
  Чуть поколебавшись, Слов медленно шагнул в дверь. Фарри дернулся было к брату, чтобы попытаться удержать его, но было уже поздно. Он замер на мгновение, прислушиваясь. Снаружи было тихо - никаких звуков борьбы, никаких криков...
  - Ты тоже выходи!
  - Фарри, выходи! - поддержал незнакомый голос Слов. - Он здесь только один.
  Все еще крепко сжимая колодки, и готовый в любой момент пустить их в ход, Фарри осторожно шагнул вперед. Чуть сбоку от двери он сразу увидел две темные фигуры, вырисовывающиеся на фоне неба.
  - Фарри! - позвала одна из фигур.
  - Значит так, ребятки, - прошептала другая, - Здесь, по левому борту, привязана лодка. Вещи, которые мне передал господин капитан, в ней. Да погодите!
  Фарри, сделавший было шаг к левому борту, замер.
  - Спуститесь в лодку по канату. Как отчалите, я, через пару минут, подниму тревогу. Скажу, что вы выпрыгнули в воду. - продолжил голос. - А вы - гребите изо всех сил. Плывите в ту сторону, куда обращен левый борт. Господин капитан велел передать, чтобы вы направились в Вуллир. Найдете леди Дорну. Плывите вниз по Егену, и к полудню пересечете границу с Вулховами. Там спросите, как попасть в столицу. Все, быстрее!
  Слов постарался впечатать в память все, что сказал незнакомец. Вуллир. Леди Дорна. Все-таки капитан не подвел! Не бросил их! На какое-то мгновение ему стало стыдно за те мысли, которые приходили ему в голову насчет Горела Сама. Интересно, что чувствует Фарри, еще недавно всячески поносивший человека, который теперь, как оказалось, спас их?
  Фарри не заставил себя долго упрашивать. Он метнулся к борту, и, лишь нашарив канат, которым была привязана лодка, ужом скользнул вниз. Лодка опасно накренилась, и Фарри сохранил равновесие только благодаря тому, что не выпустил из рук канат. Аккуратно, ощупывая дно лодки ногами, нашарил большой узел и сел возле него. Спустя мгновение в лодке оказался Слов, чуть не приземлившийся брату на голову. Зато им обоим на голову приземлился канат, сброшенный сверху. Баржа начала потихоньку удаляться.
  - Свободны! - выдохнул Фарри.
  - Греби! - Слов бросил в руки брату весло. - Потом поговорим.
  Из огромной черной стены, нависающей над братьями, баржа, понемногу, превратилась в еле видневшуюся вдали тень. Братья гребли изо всех сил, стараясь оставить между своей лодкой и баржей как можно большее расстояние. Гребли молча, лишь хрипло дыша.
  - Сбежали! - разнесся над водой приглушенный расстоянием крик.
  На барже вспыхнул один огонек, второй, третий... Неразборчивые крики доносились до ушей Фарри и Слова, пробиваясь сквозь шум крови в висках и хрипы легких. Лодка словно летела на крыльях, чуть не выпрыгивая из воды.
  - Хватит! - прохрипел Фарри, когда от баржи остался лишь далекий огонек. - Давай передохнем!
  Слов не успел ответить. С громким треском нос их лодки врезался во что-то. Они гребли, сидя спиной по ходу движения и не видели ничего впереди. От сильного удара, братьев швырнуло на дно лодки. Они забарахтались, пытаясь занять хоть какое-то нормальное положение и, при этом, не опрокинуть лодку.
  - Что там? - крикнул кто-то сверху.
  Яркий свет фонаря, на какое-то время ослепив братьев, упал на лодку.
  - Два каких-то придурка на лодке! - другой голос, чуть грубее первого. - Эй вы! А ну поднимайтесь на борт!
  Слов попытался отпихнуть лодку от борта большой яхты, в которую они врезались, веслом.
  - Поднимайтесь, говорю! - прикрикнули сверху. Усиливая весомость приказа, узнаваемо заскрипели натягиваемые тетивы луков. - Стрелять будем!
  Слов зло бросил весло на дно лодки.
  - А я говорил, что нечего так жилы рвать. - покачал головой Фарри. Подняв голову кверху, он крикнул. - Бросайте веревки! По борту нам, что ли, карабкаться?
  - Ты еще покомандуй! - проворчал голос, но, спустя несколько секунд, конец веревки упал Фарри на голову.
  Парень ловко привязал лодку и дернул веревку, проверяя, как она закреплена наверху.
  - Полезли? - вздохнул он, и принялся перебирать руками, подтягиваясь вверх.

Оценка: 6.02*11  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"