Запорожан Кирилл Иванович: другие произведения.

Глава 4 Топи

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Глава четвертая.
  Топи
  Беги, беги за солнцем,
  Сбивая ноги в кровь.
  Беги, беги, не бойся
  Играть с судьбою вновь и вновь.
  "Ария"
  Пятый или шестой день подряд мне снилась Аня, сгорающая в призрачном пламени. Пятый или шестой день подряд я просыпался в слезах, но, слава богу, этого никто не замечал, потому что вот уже пятый или шестой день подряд шел дождь. Он то лил, как из ведра, так, что дорога размокала за пару минут и дальше вытянутой вперед руки ничего нельзя было разглядеть, то висел в воздухе мелкой моросью, проникая под плащи и рубахи. Торговец в последнем селении клялся, что плащи не промокнут никогда и почти не соврал. Они отлично держали воду три дня, но потом, без просушки, все же проиграли схватку со стихией. Приходилось часто останавливаться, делать навесы, разводить костер из сырых дров и хоть как-то сушить одежду. В остальное время грелись вином, и тут уже обещание самому себе не пить утонуло в грязной дождевой воде.
  Последняя жилая деревня встретилась нам три дня назад. Ближе к топям селиться никто не решался. А кто решался, тот потом бежал в ужасе и спешке, бросая все что успел нажить. А некоторые не успевали бежать. О чем красноречиво свидетельствовали две давно заброшенные деревни, от которых не осталось практически ничего, кроме просевших, обвалившихся домов и колодезных срубов.
  - Жутковато, - поежился Ламберт, когда вторая опустевшая деревня осталась позади. - Такое ощущение, что за нами кто-то наблюдает.
  - Причем уже довольно давно, - кивнул рыцарь. - Кто-то сопровождает нас от первой деревни, но я ничего не заметил. Ни звука, ни шороха. Даже ночью я ничего не расслышал.
  - Кира, а ты ничего не заметила? - я обернулся к воровке.
  - Ничего, - девушка поджала губы. - Я не видела никаких следов чьего-то присутствия.
  После нашего возвращения из библиотеки лицо у Киры было то цвета мостовой, то молодой весенней травки. Девушка практически ничего не ела и почти не разговаривала. Но на каждом вечернем привале она исчезала с луком в руках и возвращалась, мокрая, как мышь, но с добычей в руках. Один раз Паулю даже пришлось ходить с девушкой и тащить на себе двадцатикилограммового дикого поросенка. Стрела воровки вошла зверю точно в ухо, хотя я не мог понять, каким образом она умудряется целиться в темноте.
  - До топей осталось совсем немного, - шут поглубже натянул капюшон, но капля все же сорвалась с козырька и щелкнула Ламберта по носу. - Как ты собираешься искать кольчугу?
  - Понятия не имею, - признался я. - Но три сотни солдат не могли сгинуть бесследно.
  - Больше полутысячи лет прошло, - заметил Ламберт.
  - Да, - я усмехнулся. - Но думаю, что если они все утонули, то их тела могли и сохраниться под слоем торфа. Вот их-то мы и спросим.
  "Взрослеешь, мальчишка", - одобрительно хмыкнул Невеар. Я оставил его комплимент без ответа.
  - Кажется, впереди еще одна деревня, - сказал ехавший впереди Пауль. - Вернее то, что от нее осталось.
  - Возможно, имеет смысл в ней и остановится? - тучи с небес никуда не собирались исчезать, и темнело сейчас чрезвычайно быстро.
  - Как скажешь, - рыцарь пожал плечами. - Это действительно неплохая идея. Хоть переночуем под крышей.
  - Если найдем целую, - не удержался от подколки Ламберт.
  
  Мы медленно въезжали в заброшенную деревню. Лошади нехотя переставляли копытами. У околицы Годрик даже замотал головой, отказываясь пересекать границу, но потом все же перешагнул преграждающее дорогу гнилое бревно. Интересно, откуда оно взялось на самой дороге, если на обочине деревья не растут, а люди не забредали сюда уже несколько сотен лет.
  - Что-то здесь не сходится, - пробормотал Ламберт. - Насколько мне известно, здесь не должно быть третьей деревни.
  - Я подумала об этом же, - кивнула Кира. - К тому же не похоже, что эта деревня давно заброшена. Пять, максимум десять лет.
  Протяжно заскрипела покосившаяся ставня. Мы резко обернулись на звук, но это оказался всего лишь ветер. Внезапно Кира отклонилась назад и выпустила стрелу чуть левее колодезного сруба. Я даже не успел заметить, когда в ее руках оказался лук.
  Девушка слезла с коня и спокойно подошла к дереву, в котором торчала оперенная стрела.
  - Надо же, показалось, - губы Киры искривила жуткая усмешка.
  Выдернув стрелу, воровка вернулась в седло, и мы продолжили медленно двигаться по размытой дождями дороге. Деревня действительно была покинута относительно недавно. Дома хоть и покосившиеся, и с протекшими крышами, все же еще были довольно крепкими. Кое-где сохранились остатки покосившихся заборов, а колодезные срубы всего лишь покрылись мхом. Близость болота тоже сказывалась. В воздухе кружила мелкая мошкара, во многих дворах и у обочины дороги в затхлых, глубоких лужах росла осока. Конь Пауля потянулся к ней губами, но брезгливо фыркнул и отвернул морду.
  Рыцарь удивленно приподнял бровь, но ничего не сказал. Я тоже молчал. Несмотря на смутное чувство тревоги, которому я привык доверять, сейчас мне казалось, что волноваться не о чем. Серебристой дымки смерти не ощущалось, а значит и опасность в этой деревне нам вряд ли грозит.
  - Может, уже остановимся? - спросил я, указывая на довольно крепкий дом, рядом с которым находился сарай и сеновал.
  - Почему бы и нет, - шут повернул лошадь к выбранному мной дому. - Надеюсь, там есть печка.
  Печка в доме была, а в сарае нашлись хоть и сыроватые, но вполне пригодные для растопки дрова. На сеновале, как ни странно нашлось вполне приличное сено, которое мы перетащили в дом, устроив четыре лежанки. Вода в колодце была ледяной и кристально чистой. И это было уже совсем хорошо, хоть и подозрительно. Если бы не полуразрушенные здания можно было бы подумать, что деревню вообще никто не покидал.
  - Ты что-нибудь чувствуешь? - тихо поинтересовался я.
  "Что-нибудь - да", - загадочно ответил Невеар и замолчал.
  Огонь в печке жарко пылал, кухня, расположенная слева от сеней протопилась довольно быстро. Мы сидели, с удовольствием вытянув ноги к огню, и потягивали подогретое вино с корицей. Кира, быстро допив свою порцию, встала, взяла лук и вышла на улицу, но через минуту вернулась с озадаченным выражением лица.
  - Ребята, вы должны это увидеть, - растерянно проговорила она и вновь скрылась за дверью.
  - Ну, что там еще, - проворчал рыцарь. Выходить из протопленной комнаты на улицу в сырость и мрак не хотелось никому.
  Однако мы все трое поднялись и, накинув плащи, вышли на крыльцо.
  - Ну? - вновь проворчал Пауль. Я его прекрасно понимал. В сгустившихся сумерках разглядеть что-то было уже сложно, особенно если не знать, куда смотреть.
  - Сюда идите, - девушка появилась из-за угла дома.
  Мы последовали за ней и остановились рядом с окном кухни.
  - На землю смотрите.
  Я опустил глаза. Прямо под окном в грязи четко отпечатались следы. Пара детских человеческих следов, в окружении нескольких десятков козлиных копыт.
  - Насколько я помню, здесь никаких следов не было, - пробормотал Ламберт. - Мы ведь тщательно исследовали окрестности дома. Есть предположения, кто бы это мог быть?
  - Ну, судя по следам, здесь был пастух со стадом коз, - усмехнулся я. - Но мы ведь с вами прекрасно понимаем, что этого не может быть.
  - Босиком в такую погоду могут ходить только умалишенные люди.
  - Либо те, кому холод уже не страшен.
  - Что ты имеешь в виду, Темный?
  - Я имею в виду, что нам нужно убираться из этой деревни. Не такая уже она и заброшенная.
  - По-твоему, мы не справимся с мальчиком-пастухом? - усмехнулся Пауль.
  - Меня больше волнуют его козлы. Собирайтесь. Мы уходим.
  - Нет, - неожиданно ровным и четким голосом проговорил рыцарь.
  - Что значит "нет"? - мне показалось, что я ослышался.
  - Я не собираюсь снова мокнуть всю ночь под плащом только из-за каких-то следов на земле.
  - Действительно, Темный, - поддержал друга Ламберт. - Может, твои опасения не имеют под собой основания.
  - Кира?
  - Я тоже думаю, что нам лучше переночевать в доме, - девушка отвела глаза.
  Я посмотрел на темное небо, следы на земле и теплый огонек, светящийся в окне. Может, и в самом деле я напрасно волнуюсь. Нам всем нужно хорошо отдохнуть перед топями и ночь в тепле будет для этого как нельзя кстати.
  - Хорошо, - вздохнул я. - Но не говорите потом, что я вас не предупреждал.
  
  Всю ночь кто-то ходил под окнами, вздыхал, хихикал, постанывал. Но когда кто-нибудь из нас выходил на улицу, то никого не находил. Только вокруг дома оставались следы козлиных копыт. А вот детских следов не было. Но между козлиных копыт всегда оставалось пустое место, словно там кто-то двигался, не касаясь земли.
  - Достали меня эти смеющиеся козлы, - Ламберт в который раз вернулся в комнату и зарылся в сено. - Поспать не дают.
  - Ну, и кто был прав? - я лежал на спине, заложив руки за голову, и смотрел в потолок.
  - Какой умный, - огрызнулся Пауль, отворачиваясь к стене. - Утром я им всем рога поотшибаю.
  - Каким образом? Вряд ли они покажутся тебе утром, если не показываются сейчас.
  - Вот и посмотрим, - буркнул рыцарь. - Надо было ловушку поставить. Кира?
  - Делать мне больше нечего, только козлов ловить, - сквозь сон пробормотала девушка. - Дайте поспать, в конце концов, ноете не хуже козлов.
  Мы пристыжено замолчали, и скоро усталость закрыла наши глаза, и даже сопение и хихиканье под окном не помешало нам заснуть
  Утром странности не закончились. Проснувшись и выйдя на улицу чтобы умыться, мы ничего не обнаружили, хотя ночью грязь пестрела от козлиных следов.
  - Неужели нам все это померещилось? - Пауль таращился на землю, но следы не появлялись.
  - Сразу четверым? - не поверил Ламберт.
  - А что? Когда мы были в степи, нам тоже казалось, что мы скачем вперед. А на самом деле оставались на месте.
  - Там было совсем другое. Ладно, седлайте лошадей.
  С утра тучи немного рассеялись, и выглянуло солнце. Грело оно не по-осеннему жарко, и от земли начал подниматься пар. Я распахнул плащ, но прятать его не стал. Погода была слишком переменчива.
  Мы уже приближались к окраине деревни, когда ехавший впереди Пауль остановил коня. За ним остановились Ламберт и Кира.
  - В чем дело? - поинтересовался я, подъезжая к друзьям и останавливая Годрика.
  - Я не могу двинуться дальше, - прорычал сквозь зубы рыцарь. - Просто не могу и все.
  - Что значит, не можешь? - я тронул коня вперед, но Годрик не двинулся с места.
  Я хмыкнул, слез с коня и шагнул вперед. Вернее попытался шагнуть. И не смог. Мое тело прекрасно меня слушалось, но я был не в силах сделать шаг. Обычный шаг вперед.
  - Что за черт? - пробормотал я и вновь попытался сделать шаг. И вновь ничего не получилось. Все внутри меня, все мое существо противилось этому шагу. Это было похоже на борьбу с самим собой. Борьбу, в которой выиграть невозможно.
  - Я же предупреждал, - с мрачной улыбкой пробормотал я, после десяти минут неудачных попыток пересечь границу деревни.
  Друзья только вздохнули. Каждый из них также предпринял несколько попыток уйти, таких же бесплодных, как и мои.
  - Может это просто неудачное место на дороге? - Кира смущенно улыбалась, глядя на меня. Взгляд ее говорил: "Да, ты был прав, но теперь ведь все равно ничего не изменишь".
  Следующую половину дня мы пытались преодолеть сопротивление границы. Как четверо дебилов мы шли вдоль границы деревни и пытались уйти за ее пределы. Мы плелись друг за другом, понурив головы, изредка предпринимая попытки повернуть, но все они оканчивались провалом. У меня была надежда на замшелое бревно на дороге, но и она не оправдалась. Никаких границ, никаких заборов, но мы просто не могли покинуть пределы деревни.
  - Нам нужно обыскать каждый уголок в этой деревеньке и найти этих козлов и их пастуха, - Пауль попытался выбежать из деревни, но у самой границы резко затормозил и остановился, как вкопанный. - Не могу. Заррррраза!
  - Что ж, идея разумная, хотя я сомневаюсь, что мы кого-нибудь найдем, - я кивнул. - Кира, пойдешь с Ламбертом, обследуете дома слева от дороги. Я и Пауль справа. И быстрее. Что-то мне подсказывает, что ночью будет весело.
  - Опять твои дурацкие предчувствия?
  - Я никогда не ошибаюсь, - буркнул я. И добавил уже куда тише: - К сожалению...
  Обыск домов ничего не дал. Как и обыск сараев, погребов, овинов, бань, сеновалов и подвалов. Ни следа чьего-то присутствия, ни козлиного, ни человечьего. Не было даже мышиного помета. Деревня была заброшена. Полностью и окончательно, много лет назад. Здесь не могло быть никаких козлов и тем более босоногих пастухов. Тем не менее, их следы видели мы все четверо. У меня возникало стойкое ощущение, что ни встреча с Золом, ни эльф-ассасин, ни Библиотека, ни даже эта деревня-непроходимка не имели цели уничтожить нас. Все что от них требовалось, просто задержать на короткий промежуток времени. Словно Видящий Суть к чему-то готовился. И к тому же он был уверен, что я преодолею все препятствия. А значит, и эту деревню.
  Не обнаружив никаких следов, мы вернулись в выбранный нами дом, вновь растопили печь и уселись напротив нее полукругом. Начинало смеркаться и я подумал о том, что еще один день прошел впустую, ни на шаг не приблизив меня к моей Тени. Моей Анюте. Зачем она вообще нужна Видящему? Ладонь сжалась в кулак, и я скрипнул зубами. Плевать мне на этот мир и на Демиурга, но если жрец хоть пальцем ее тронет....
  За окном хихикнули. Пауль вскочил на ноги, в его руке мгновенно оказался топор и рыцарь рванулся к дверям.
  - Сиди, - тихо бросил я. - Еще рано.
  Рыцарь удивленно посмотрел на меня, но на этот раз спорить не стал и вернулся на место.
  - Пусть побегают, похихикают, - продолжил я. - Либо им надоест и нас выпустят, либо они обидятся, что их игнорируют и придут сами. Есть правда еще один вариант. Нас не выпустят и не обидятся, но тогда мы останемся здесь навсегда.
  - И все-таки я не понимаю, - покачала головой воровка. - В деревне нет никаких следов. Ни костей, ни вещей, неужели мы единственные, кто попал сюда?
  - Может эти козлы даже костей не оставляют? - попытался пошутить Ламберт.
  - Тогда почему они не нападают?
  - А может они питаются только падалью?
  - Хватит нести чушь, - прикрикнул Пауль. - Темный, так что мы будем делать?
  - А что я? Я предлагал уйти еще вчера.
  - Думаешь, вчера нам бы это удалось?
  - Уже не уверен, но попытаться стоило, - я сладко потянулся. - Когда им надоест ходить кругами, выйдем и перебьем всех. Как обычно.
  - А может с ними получится договориться? - хмыкнул шут.
  - Не получится, - внезапно ответил детский голосок. Потом вновь раздался смешок, а сразу за ним волчий вой.
  - Так это козлы или волки? - спокойно поинтересовался Пауль.
  - Думаю, все же козлы. Только полные козлы могут так себя вести.
  - Сам козел, - обиженно пискнул все-тот же голосок.
  Я поднялся на ноги и вышел на крыльцо. Друзья последовали за мной. Перед дверью стояла девчушка лет десяти с длинными до пояса темными волосами, одетая в ночную рубашку до пят.
  - Ох уж мне эти дети, - вздохнул я. - Вечно лезут во взрослые разговоры.
  - Я старше тебя на несколько сотен лет, смертный, - гордо вскинула голову малявка.
  - И чего же ты хочешь, женщина неопределенного возраста? - Ламберт продолжил ломать комедию вместо меня.
  - Не выпустить вас за пределы деревни, - подтвердила мою догадку девушка и шагнула вперед. На земле остались два отпечатка босых детских ножек.
  - Видящий приказал? - усмехнулся я.
  - Мне никто не смеет приказывать, - голос изменился, стал грубым и властным. Глаза девочки вспыхнули красными огнями.
  - А я думал, вы все под одну дудку пляшите, - я почувствовал сильную ауру ненависти исходящую от ребенка, но продолжил игру словами. На нежить никогда нельзя бросаться сразу и опрометчиво. Это вам не в переулках махаться, тут можно ожидать любых сюрпризов.
  - Я - Лан-го-шин, хозяйка этой деревни и этих болот! - взревела девочка уже совсем не детским голосом. Фигура ее вытянулась, стала женской и полупрозрачной, волосы стали еще длиннее, а лицо - более овальным.
  - Баньши, - удивленно охнула Кира. - Я думала, их не существует.
  - Как и драконов? - усмехнулся я. - Если кто-то мечтал встретить призрака влюбленной утопленницы, то его мечта может осуществиться.
  - Кажется, ты ее разозлил, Темный, - поежился Ламберт.
  - У меня к этому талант.
  От визга разъяренной баньши заложило уши. Тьма вокруг всколыхнулась, словно гигантское море и из нее к дому выбежало два десятка козлов. Нет, волков. Нет, помеси козлов и волков.
  Животные бежали на двух козлиных ногах, размахивая передними, как ветряные мельницы. У существ были серые волчьи тела и головы, украшенные козлиными рогами. Из пасти их вырывались странные звуки, напоминающие блеяние и рычание одновременно.
  - Дети, порвите этих мерзавцев в клочья! - взревела Лан-го-шин.
  - Дети? - изумился рыцарь. - Как же тогда выглядит папочка?
  Первого бросившегося на нас козла Ламберт проткнул шпагой. И понеслась. Две твари прыгнули на меня с разных сторон. Одна тут же отлетела к стене дома, жалобно скуля - ребра ее были сломаны. Напавший слева козел получил кинжалом в шею, поперхнулся хлынувшей кровью и упал, дергаясь в предсмертных конвульсиях. Слева и справа от меня слышались предсмертные всхлипы, там вовсю развлекались шут и рыцарь.
  Я вновь забыл обо всем на свете, полностью отдавшись запалу битвы. Пьющий Души мелькал, как маленькая черная молния, вспарывая волчьи шеи и протыкая бока. Булава крушила черепа и козлиные ноги, а в груди разгорался комок зеленого пламени.
  Пауль, как обычно, выбрал стратегию "танка". Принимал удары на щит и бил в ответ топором, продвигаясь вперед. А вот Ламберт умудрялся еще и шутить во время схватки. Правда, шутки у него получались жуткие. Подрубив ноги одному из козловолков, он подошел к барахтающейся в грязи скотине сзади и со словами: "Скажи А-А-А!", разорвал тому пасть. Кира держалась за нашими спинами, добивая подранков.
  Удар, укол, разворот, еще один удар. Я не сразу понял, что враги кончились, когда следующий удар булавы пришелся в пустоту.
  Тяжело дыша, я остановился, обводя место битвы изумрудно-зелеными глазами. Двадцать козловолков остались лежать в грязи давно заброшенной деревни, а наш маленький отряд не получил ни царапины. Я удовлетворенно улыбнулся. Не спеша развернулся к раскачивающейся из стороны в сторону Лан-го-шин.
  - Ну и что дальше? - насмешливо поинтересовался я. Как обычно, когда меня начинала переполнять сила, чувство опасности сходило на нет.
  - Убьем ее, - по-видимому, Ламберт решил, что я обращаюсь к нему.
  - Стой! - крикнул я, но шут уже бросился вперед и насквозь проткнул висевшую в воздухе баньши. Вы когда-нибудь пробовали разрезать ножом струйку дыма? Попытка Ламберта увенчалась тем же успехом.
  - Глупцы, - злобно зашипела баньши. - Вы все равно не выйдите из этой деревни!
  И она вновь завопила. Но на этот раз не призывно. Теперь ее вопль был направлен на наше полное уничтожение. Говорят, люди, слышавшие духа-самоубийцу седеют. Когда спустя три минуты я смог открыть глаза, то первым делом выдернул у себя волосинку. Она оказалась черной. Затем я сплюнул на землю остатки желчи и полупереваренного ужина. Почему остатки? Потому что все остальное уже было на земле. Переведя дыхание, я посмотрел на своих друзей. Цвет их волос не изменился, но подняться с земли они пока не могли. Шут сидел на земле, опираясь на расставленные за спиной руки, которые постоянно расползались в стороны. Пауль стоял на четвереньках и тряс головой, пытаясь прийти в себя. Кира просто лежала на спине и глаза ее под прикрытыми веками беспорядочно двигались.
  - Еще один такой вопль, и даже ширма меня не спасет, - пробормотал я. И тут же в мозгу вспыхнул ответ:
  "Темный, ты тупой!"
  - Почему это? - все еще отплевываясь, спросил я.
  "Повтори-ка, кто такая баньши? И шевели своей пародией на мозг. Она сейчас снова начнет орать".
  - Баньши становится влюбленная девушка-самоубийца, чей дух не может успокоиться, пока не отомстит возлюбленному, который ее предал. Ну и что мне это дает?
  "Послал Виссенд олуха на мою голову, - в голос взвыл Невеар. - Темный! Баньши это мертвая девушка. Понимаешь? Мертвая!!!"
  И вновь знания короля-призрака затопили мое сознание. Пальцы один за другим сплели три странных узора, а с губ сорвались несколько коротких, резких, как удар кнутом, слова.
  Из земли, прямо под Лан-го-шин, верх устремились четыре зеленых жгута. Словно лианы, два из них обхватили руки баньши, один оплел талию и последний обернулся вокруг шеи. Призрак задергался, но чем больше она сопротивлялась, тем сильнее сжимались кольца на ее теле. Со стороны можно было подумать, что Лан-го-шин оплела зеленая анаконда и теперь сжимает ее в своих смертоносных кольцах.
  Баньши захрипела, забилась сильнее, попыталась раствориться в воздухе, но не смогла. Моя магия, а точнее заклинание Невера было сильнее.
  Я все сильнее сжимал кулак, и лианы на теле баньши сжимались все туже и туже. Внезапно, сквозь хрипы я расслышал обрывок слова. Призрак явно пытался что-то сказать.
  Движимый любопытством, я слегка ослабил хватку.
  - Не убивай, - прохрипела Лан-го-шин.
  - Назови хоть одну причину, по которой я не должен этого делать?
  - Если ты убьешь меня, Первый Мастер, то никогда не отыщешь то, зачем пришел в мои болота, - на полупрозрачном лице девушки вспыхнула торжествующая улыбка.
  - Вот как, - я оглянулся. Мои друзья постепенно приходили в себя, но к разговору пока не прислушивались. - Значит, ты знаешь, где кольчуга?
  - Знаю. И если ты отпустишь меня, я отведу тебя к ней. Иначе ты можешь годами блуждать в Топях Вирма. Можешь даже пройти мимо нее, буквально в двух метрах, и не увидеть.
  -Я не верю тебе.
  - А говорили, что Первый Мастер образец благородства и чести, - вновь зло зашипела Лан-го-шин и мне пришлось затянуть зеленые жгуты потуже.
  - Врали, - я пожал плечами. - Как скоро мои друзья придут в норму?
  - Уже скоро, - прохрипела баньши. - И вам лучше поторопится. Покинуть деревню можно только до восхода солнца.
  - Так просто? - не поверил я. - Мы могли уйти прямо после того как кончился день?
  - Не совсем. Вам бы все равно пришлось пройти мимо меня. Но днем границу пересечь в принципе невозможно.
  
  Через час мы покидали деревню. Четверо уставших, измученных людей на лошадях и плывущая в воздухе, связанная зелеными жгутами баньши. Сил разговаривать не было. Все они уходили на то, чтобы не упасть с лошади.
  У самой границы мы остановились. Недоверчиво переглянулись друг с другом, осторожно тронули лошадей вперед. Лан-го-шин с усмешкой наблюдала за нашими исковерканными сомнением лицами. Годрик ступил раз, другой и вот уже его голова и широкая грудь оказалась за пределами деревни, а спустя несколько секунд наша четверка уже неслась на север по раскисшему тракту. Баньши летела следом, привязанная магией к моему правому запястью.
  Дождя не было, и в разрывах туч то и дело светила полная бледная луна. В ее тусклом свете было видно, как скрюченные деревья у обочины постепенно сходят на нет, уступая низкорослым кустарникам, в которых то и дело мелькали серые тени. И всю дорогу нас сопровождал волчий вой и козлиное блеяние. Лошади косили глазом и всхрапывали, но ровно бежали вперед.
  - Прикажи им заткнуться, - зло бросил я, когда эти завывания стали просто невыносимыми.
  - Они не послушают. Их и от нападения удерживает лишь то, что в этом случае ты меня уничтожишь.
  - А в противном случае я уничтожу их. Пусть хотя бы отбегут подальше.
  Отбежали, но стало только хуже. Далекий вой был такой заунывный, что хотелось повеситься. В конце концов, проскакав пару десятком километров, мы решили остановиться. Последние сутки выдались для нашей компании особенно тяжелыми, и нам необходимо было отдохнуть. Если не получилось в доме, то хотя бы под навесом из кустарника и длинной болотной травы, которая начала попадаться под ногами.
  Поели в полном молчании. Мясо стало жестким, хлеб совсем зачерствел, а вино не лезло в глотку. Вопли баньши все еще звенели если не в ушах, то в памяти, а ее присутствие раздражало и отвлекало одновременно. Но Лан-го-шин вела себя тихо, бежать не пыталась и, вновь приняв облик двенадцатилетней девчонки, села неподалеку от костра.
  - Зря вы развели огонь, - неожиданно проговорила она. - Мы уже слишком близко от Топей Вирма.
  - И что?
  - Мой муж терпеть не может огонь.
  - Твой муж и есть Вирм? - удивился Пауль.
  - О нет, - тихонько рассмеялась Лан-го-шин. - Молите богов, чтобы вы не встретились с Вирмом. Иначе погибните все, и даже магия не спасет тебя, Первый Мастер. Но и моему мужу очень сложно будет объяснить, почему я в оковах. А завидев огонь, он может прийти сюда.
  - Не понимаю, зачем ты все мне это рассказываешь?
  - Потому что, как бы ни сложились обстоятельства, я погибну первой. И не смотря на то, кто я, мне хочется прожить подольше.
  Ну, еще бы. Злые духи в любом обличие хотят жить. И нельзя им верить. Они не изменятся даже перед страхом смерти. Духи, вернувшиеся на землю должны нести смерть. Тем более нельзя верить той, чьим смыслом существования после возрождения является месть. Об одном она не лгала. Лан-го-шин до дрожи боялась смерти. Как и все духи, она не хотела возвращаться в свой мир, где нет возможности упиться теплой человеческой кровью.
  - Надеюсь, ты понимаешь, что я тебя все равно не отпущу? - спокойно спросил я.
  Девичье лицо исказила гримаса, рот раскрылся так широко, что в него могла бы поместиться лошадиная голова, взревев от ненависти, Лан-го-шин кинулась на меня. Я повел бровью. Жгуты сжались, и полузадушенная баньши рухнула на землю.
  - Надеюсь, до утра ты нам мешать не будешь, - я завернулся в плащ и подвинулся ближе к костру. - Иначе проведешь весь следующий день в таком состоянии.
  - Нам до топей осталось меньше часа езды, - Пауль подошел ко мне. - Темный, может, стоит оставить караульного?
  Но я его уже не слышал. Я спал.
  
  Болото. Топи Вирма. Солдатская Погибель.
  Это место имело много других названий, но из всех перечисленных Кирой я запомнил только эти три. Сейчас Топи простирались перед нами, на много миль, скрывая свои тайны в клубах серого тумана. По грязной, серо-зеленой почве стлались мхи и лишайники, длинная болотная трава с мелкими желтоватыми ягодками, напоминающими морошку, оплетала низкорослые, не выше колена скрюченные, словно вывернутые судорогой деревца. Этих уродцев было чрезвычайно много и ни на одном из них не было ни листочка. Но кое-где виднелись пни и даже стволы давно мертвых, окаменевших деревьев.
  Несмотря на то, что местность была болотистой, на ней было несколько холмов, верхушки которых скрывались в густом тумане. Все было серым, унылым, безжизненным. Даже мошкара здесь была какая-то вялая. Она не стремилась сразу бросаться на людей, хотя комариный писк звенел в ушах, не умолкая ни на минуту. Висящее в вышине бледное солнце без лучей довершало картину тоскливого, пустого, но очень опасного места.
  Под копытами чавкало уже минут двадцать, но настоящее болото начиналось именно в том месте, где мы стояли. То здесь, то там поблескивали оконца черной как ночь воды, но кто поручится, что под этим островком мха нет точно такого же?
  - И как мы пойдем? - Ламберт осторожно наступил сапогом на тот самый мох, который я себе облюбовал для первого шага, и едва не провалился в болото по колено. Но вместо того чтобы выругаться, неожиданно мерзко захихикал.
  - Гулять по воде, - усмехнулся я, вспомнив хорошую песню. - Ну что, Лан-го-шин? Ты приведешь меня к кольчуге или я приведу тебя на тот свет?
  - У меня есть выбор? - зло спросила баньши и, не дождавшись ответа, свернула направо и поплыла вдоль кромки болота. Мы двинулись следом.
  - Мы можем ей верить? - тихо поинтересовался Пауль, но так, чтобы призрак его услышал. - Может, лучше прикончить ее прямо сейчас?
  - Доверять мы ей, конечно, не можем, но пока она надеется выжить, будет нам помогать. Мертвые цепляются за свое существование куда больше, чем живые.
  - Почему?
  - Трудно сказать, - я шел за Лан-го-шин след в след, если там можно выразится, ведь баньши просто плыла по воздуху, не оставляя на земле отпечатков ног. Годрика я вел под уздцы; за мной гуськом вытянулись Пауль, Ламберт и Кира. - Наверное, потому, что у них нет тех чувств, которые присущи нам. Жизнь без боли, страха, отчаяния и грусти. Разве не прекрасно? Только страсть, ненависть, ярость, месть. Все те чувства, которые заставляют существовать, когда все остальное уже потеряло всякий смысл. Именно эти чувства двигают потусторонними сущностями. Делают их существование осмысленным.
  - И все же нам следовало ее убить, - вздохнул рыцарь.
  - Как ты собираешься ее убить? - снова захохотал шут, и в его смехе было нечто такое, что заставило меня вздрогнуть. - Она же и так мертвая. Ну, вы поняли? И так уже мертвая. Ха-ха-ха.
  - Ламберт, с тобой все в порядке? - осторожно поинтересовался я, стараясь не упустить из виду баньши. Как только мы вошли в болото, она заметно приободрилась, но пока зеленые жгуты держали ее крепко.
  - Да нормально с ним все, - зло прошипел Пауль. - Придуривается.
  Я не поверил, но выяснять в чем дело сейчас было бы неразумно. Неизвестно, какие опасности могут хранить эти болота. Я пару раз краем глаза замечал колебание воды неподалеку, но они были почти незаметны, и их легко можно было бы списать на ветер. Но вот только ветра не было. Окружающее пространство давило, как давила и тишина, нарушаемая только комариным писком. А ведь мы только вошли в болото. Ужасно хотелось убраться отсюда в теплую таверну к камину, а еще лучше под горячий душ с шампунем и пенкой для ванны.
  Под ногами чавкало и хлюпало, но пока еще вполне терпимо. Погружаясь в грязь до середины ступней, мы медленно двигались в глубь топей. Лошади теперь только замедляли наше передвижение, они были тяжелее и глубже погружались в болото. Их крутые бока покрылись мелкими каплями испарины и тяжело вздымались, дыхание было ровным, но это пока. Сейчас животные были обузой, но бросить их на окраине болот на растерзание козловолкам мы не могли.
  Баньши плыла впереди и уже не казалась несчастной пленницей, хотя мои зеленые путы все еще охватывали ее щиколотки и поясницу. Сейчас Лан-го-шин уверенно двигалась вглубь болот, сворачивая у незаметных ориентиров, петляла, но вела нас на север, мимо уродливых деревьев, обходя стороной холмы, которые стали попадаться все чаще и чаще.
  - Что это за холмы? - поинтересовался я, рывком заставляя баньши замедлить скорость своего полета.
  - Я бы не советовала к ним приближаться, - недовольно ответила та.
  - Почему?
  - Это убежища Вирма. Сейчас он может спать в любом из этих холмов и мне бы не хотелось его ненароком разбудить.
  - Что он из себя представляет? - я смахнул со щеки чересчур назойливого комара.
  - Что из себя представляет воздух? - рассмеялась в ответ баньши. - А туман? А смерть? На эти вопросы нет ответа. Но даже ты, Первый Мастер, не выйдешь живым из схватки с владыкой топей.
  И она вновь замолчала. Но мне молчать надоело, как и надоело смотреть на окружающий нас унылый пейзаж и я задал вопрос, который нежити задавать в принципе не следовало:
  - Как ты стала баньши, Лан-го-шин?
  Призрак замер, плечи его вздрогнули. Затем медленно двинулся дальше. Я хотел было повторить вопрос, но баньши меня опередила.
  - Шестьсот лет назад, - было такое ощущение, что девушка сглотнула комок в горле, - в нашей деревне остановились три сотни солдат. Они везли нечто очень ценное - кольчугу Первого Мастера.
  - Вот с этого момента поподробнее, - потребовал я. - Как везли, как охраняли? Почему не довезли?
  Баньши запнулась и с яростью посмотрела в мою сторону.
  - Ты уж определись, что хочешь услышать! Мою историю или про кольчугу?
  - Совмести, - я и бровью не повел.
  Призрак снова злобно зашипел, но теперь его шипение смешалось с поскуливанием и всхлипами. Баньши снова становилась собой. Я чувствовал, что по мере приближения к центру болот путы слабеют, и сил, чтобы удержать их, у меня может не хватить.
  - Кольчугу они везли, запечатанную в стальном ковчеге, украшенном золотом и драгоценными камнями. Его везли в карете, которую охраняло десять паладинов в лучших доспехах. Только эта десятка стоила сотни солдат. Ими командовал молодой капитан первого ранга, Фредерик Макер. Он был очень красив, хотя на его лице отражалось сильное волнение. Он всеми силами пытался его скрыть, но от моих глаз уже тогда мало что могло укрыться. Он отказывался от предложения остановится в деревне. Для него долг был превыше всего. Пока он не увидел в толпе меня.
  Его солдаты расположились в поле за деревней. В центре карета с ковчегом, далее десять паладинов и три сотни солдат в три кольца окружающие реликвию. А ночью Фредерик пришел ко мне. И взял меня силой. Не пойми меня неправильно, он мне нравился, но вот так, в первый же день, без моего согласия... Но именно тогда я и узнала главный секрет Фредерика. Ковчег был лишь приманкой. Кольчугу капитан вез на себе.
  - Что? - перебил я баньши. - Он посмел надеть мою кольчугу?
  - Это был приказ его короля. Кольчугу необходимо было сохранить любой ценой, а одному человеку куда проще скрыться, чем карете с десятком охраны. Утром я попросила его взять меня с собой, но Фред отказался.
  Рассказ выходил несколько рваным и сумбурным, но я больше не прерывал Лан-го-шин. Что-то должно было произойти. Но пока что я не мог понять, что.
  - Он обещал вернуться и вернулся. Через три часа. Совсем другим и чужим. Его армия вырезала деревню, изнасиловала всех девушек, не пощадила ни стариков, ни детей.
  - Почему? - не выдержал я.
  - Не знаю. В них словно вселились демоны. Словно Дети Драгора вернулись в наш мир. Я спаслась лишь потому, что с самого утра отправилась за войском, чтоб быть вместе с Фредериком. Когда солдаты повернули назад, я спряталась в зарослях орешника и видела, как толпа оголтелых мужиков смела деревню с лица земли. Это уже была не армия. Это была толпа, глупый, смрадный зверь, которого может остановить только другая толпа. Но что взять с крестьян, ни разу не державших в руках никакого оружия кроме косы? В ужасе я бежала на север и, как несложно догадаться, попала в болото. Я умерла быстро, просто наступила на окошко с водой и исчезла. А через полчаса возродилась, чтобы завести весь отряд в болото и утопить. Утопить всех до единого.
  - Кроме Фредерика, - усмехнулся я.
  - Откуда ты знаешь? - баньши обернулась ко мне. Губы ее слегка искривились в усмешке.
  - Он здесь, - я тоже усмехнулся.
  Тотчас тяжелое смрадное дыхание, которое я слышал уже около часа, стало громче. Послышался плеск воды и прямо из болота, напугав лошадей, выскочил гигантский волк грязно-серого цвета. Лошади занервничали, дергали поводья и переступали на месте, порываясь рвануть с тропы. Кира тотчас повисла на шее у своего коня, успокаивающе что-то зашептала ему на ухо. Гигантский зверь в два прыжка очутился рядом с баньши, и с той моментально слетели зеленые путы.
  Лан-го-шин рассмеялась и потрепала волка по загривку. Тот довольно рыкнул и поднялся на задние лапы. Хрустнули, смещаясь тазовый кости, вытянулась морда. Передние лапы удлинились, свесившись практически до колен, подушечки пальцев превратились в ладони, с пятисантиметровыми когтями. За спиной, практически касаясь земли, висел пушистый хвост, спереди тоже висело кое-что, длиной чуть выше колен. Вурдалак выпрямился во весь свой двухметровый рост и облизнулся, демонстрируя два ряда острых зубов, с которых капала слюна и темно-зеленый длинный язык.
  - Между ног болтается, на "х" начинается, - выдал Ламберт и тут же зашелся нездоровым переливчатым смехом.
  - Хвост, - беспристрастно парировал Пауль и поудобнее перехватил топор.
  С разных сторон заблеяли, заскулили козловолки, окружая нас плотным кольцом. Наше положение ухудшалось еще и тем, что мы совершенно не представляли, куда можно наступать, а куда нельзя. Монстров же эта небольшая мелочь ничуть не волновала. Зажатые между двух холмов, мы стояли, ощетинившись оружием, как загнанный в угол еж.
  Положение, конечно, хуже некуда. Слева и справа начинались холмы, в каждом из которых, если верить баньши, мог прятаться Вирм. Сверху оборону держать легче, и до каждого из холмов было не более пятидесяти метров, но кто даст гарантию, что сделав шаг в сторону, мы по уши не уйдем в болотную жижу.
  Впереди стояла Лан-го-шин, каким-то чудом освободившаяся из моих пут и волк, возможности которого мы не знали. Сзади к нам направлялось блеюще-рычащее стадо голов, этак, на семьдесят.
  - Кира, Ламберт - в центр, Пауль, прикрывай тыл, - быстро отдал приказ я и развернулся лицом к своим основным врагам.
  Вурдалак и баньши стояли рядом и едва что не держались за руки.
  - Неужели, самозванец, ты думал, что сможешь справиться со мной? - расхохоталась девушка.
  - Я и сейчас так думаю, - я пожал плечами. - Тоже мне противники нашлись.
  - Шути, пока у тебя есть такая возможность, - прорычал Фредерик. - Твоя история окончится здесь, человек, называющий себя Первым Мастером.
  - Минуточку. Я не называю себя Первым Мастером. Это вот они меня так стали называть.
  - Юмор в безвыходной ситуации. Типичная человеческая реакция. Через несколько минут, когда ты все-таки осознаешь безвыходность своего положения, он сменится паникой, - Фредерик облизнулся. - Давно я не ел сладкого человеческого мяса.
  - От него зубы выпадают, - усмехнулся Ламберт. - Эй, Темный, там сзади у нашего общего друга сейчас начнутся проблемы.
  Я на мгновение задумался. Разворачиваться спиной к Фреду с его стальными зубами мне не хотелось, но шут прав ќ- один рыцарь не справится, даже на узкой тропинке.
  - Уходим к левому холму, - приказал я, оценив расстояние и возможный маршрут.
  Все же следует отдать должное моему небольшому отряду - его члены питали глубокое уважение к своему командиру, то есть мне. Едва я отдал приказ к отступлению, как все организованным полукругом, спиной вперед, сошли с тропинки. Хотя подсознательно я понимал, что вновь найти ее будет совсем непросто, но иного выхода сейчас не было. После того, как с баньши спало мое заклинание, я уже несколько раз пытался дотянуться до источника зеленого пламени, но пока безуспешно. Невеар по этому поводу никаких мыслей не высказывал, а я пока не интересовался, не до того было.
  Стадо козловолков, рыча и блея, двинулось за нами. Лан-го-шин и Фредерик неспешно двигались в середине этой толпы, спокойные и уверенные в своей победе.
  - Я понял! - внезапно радостно заорал Ламберт, когда мы каким-то чудом добрались до холма, ни разу не провалившись в болото ниже колена.
  Все недоуменно развернулись к нему, даже монстры замерли, с интересом наблюдая за сумасшедшим человеком.
  - Это, - парень обвел рукой стадо, - козловолки, появились от союза этих двоих!
  Его перст уперся в парочку нежити.
  - Ламберт, не надо, - тихо попросил я, понимаю, к чему он клонит.
  - Но если Фред - волк, то вот эта барышня получается самой настоящей козой!
  И шут вновь зашелся в приступе хохота. На пару мгновений над болотом воцарилась звенящая тишина, нарушаемая только безумным смехом шута.
  А затем я едва успел вскинуть ширму, ибо оскорбленная до глубины души баньши вновь завизжала. С трудом сдерживая напор разъяренной девушки, я с грустью подумал о том, как сейчас не хватает Музыканта с его огненными демонами. Тот бы моментально разобрался с боящимися огня козлятами. Но Игорь был недоступен, и полагаться в который раз оставалось только на себя, потому что мои спутники катались по земле, зажимая руками уши.
  - Порвите их в клочья, - взвыла Лан-го-шин, перестав визжать. - Уничтожьте их наконец-то, во имя нашего бога и господина Драгора!!!
  И здесь без него не обошлось! Хотя в принципе логично, что все зло в этом мире поклоняется одному богу.
  "Вопреки распространенному мнению, - задумчиво начал некромант, моими глазами глядя на несущееся на нас козлоногое воплощение смерти, - Видящий Суть появлялся в Вельтерроне после своего бегства. В самом начале Войны Мертвых он вновь пришел в этот мир. Предложил мне свой союз, но как обычно предал всех и вся и бежал, спасая свою жалкую шкуру, как только дело запахло жареным. Вполне возможно, что в гибели трех сотен имперских воинов виноват именно он".
  "Даже если и так, - мысленно ответил я, - почему слуги Драгора не попытались найти и уничтожить доспехи Первого Мастера?"
  "По всей видимости, их сил было недостаточно. А потом даже память об оружии стерлась в веках. К тому же, уничтожить созданные богом доспехи из черного серебра не под силу обычной нежити. Их можно только спрятать, окружить непроходимыми горами и болотами и легионами стражей, но разве тебя это остановит?"
  Весь этот разговор продлился меньше мгновения, и за это время стадо уже почти достигло середины холма, на котором мы остановились. Я еще раз обвел взглядом своих лежащих в беспамятстве друзей и крутанул на пальце Кольцо Чернокнижника. Раз времени на заклинания не остается, значит, будем бить врагов чистой энергией.
  Руки мои окутало зеленое пламя, я наклонился к земле, когда до козловолков осталось не более тридцати метров. Быстро прошептав короткое заклинание, я положил руки на болотистую почву.
  - Лес Смерти, - шепнул я, улыбаясь.
  Первые монстры уже приблизились на десяток метров, когда из земли к небу устремились остро-оточенные штыки из зеленого мрамора. Послышался звук разрывающейся плоти и хруст костей, а затем полный боли визг. Шипы стремительно вырывались из-под земли под разными углами, разрывая волчьи тела, отсекая конечности и пронзая бедных уродцев насквозь. Стадо (или все же стая?) за несколько мгновений лишилась около двух десятков голов. Остальные попытались удрать, но я лишь глубже погрузил руки в землю. И вновь к небу взметнулись смертоносные зеленые копья, по которым тотчас на землю стала стекать ярко-алая кровь.
  Мои друзья стали потихоньку приходить в себя, а я все внимание сосредоточил на баньши. Колья пронзали бесплотный силуэт Лан-го-шин, но не причиняли той никакого вреда. Призрак девушки неумолимо двинулся вперед, все шире и шире раскрывая свою пасть. Ртом этот бездонный провал, из которого веяло пустотой и холодом, назвать не получилось бы при всем желании. Фредерик стоял на месте, не рискуя подойти на расстояние моей атаки, а вот баньши Лес Смерти нисколько не смущал.
  - Сдавайся, человек, - прорычал вурдалак, помахивая хвостом. - Если не будешь сопротивляться, она выпьет твою жизнь быстро и почти безболезненно. Ты словно уснешь и больше не проснешься, забыв обо всех страданиях и горестях. Здесь твоя магия на нее не подействует. В Топях Вирма она практически всесильна. Близость хозяина болот дает ей огромную силу. Оставь сопротивление и...
  Но я не слушал соблазняющего меня монстра, я уже плел новую паутину заклинания.
  - Не знаю, как это у меня получается, но мне это начинает нравиться, - напряженно пробормотал я, пропуская через свое тело колоссальные потоки энергии. Я буквально сам чувствовал, как горят зеленым огнем глаза, как по жилам струится сила, которой пропитан воздух над Топями. Ту силу, которая поддерживала баньши, сейчас я использовал против нее. И меня она слушалась не хуже, а возможно даже лучше. Ведь на моем пальце улыбалось черепом Кольцо Чернокнижника.
  А тем временем призрак приближался, стремительно меняясь. Лоб стал узким, и его прорезали глубокие морщины, глазки заплыли, нос вообще пропал, грудь отвисла и ухнула куда-то к животу, который превратился в огромное брюхо. В общем, существо передо мной предстало довольно уродливое и ничуть не сексуальное, но если девушка использовала этот вид, чтобы напугать меня, то тут она явно просчиталась.
  Когда пасть Лан-го-шин раскрылась до совсем уж неприличных размеров и нижняя челюсть опустилась до уровня груди, я швырнул прямо в нее зеленый шарик. Баньши проглотила его не поморщившись и пролетела еще пару метров, как ни в чем не бывало, затем замерла, уставившись перед собой широко открытыми глазами. На ее призрачном лице выразилось искреннее изумление, даже какая-то детская обида на вселенскую несправедливость. Баньши осуждающе посмотрела на меня, а потом...
  Грохнуло! Причем так, что я едва удержался на ногах. Шар взорвался внутри призрака, разметав того на тысячи ошметков, которые теперь плавали в воздухе, словно маленькие облачка, стремясь собраться воедино. Но и я не собирался останавливаться. Сделав в воздухе круговое движение руками, я собрал остатки сил и создал под разорванной баньши маленький воздушный смерч. Он завращался с невероятной скоростью, втягивая в себя то, что осталось от когда-то великой Лан-го-шин. Мы вдвоем наблюдали за действием моей магии: я устало и удовлетворенно, Фредерик - с ужасом и отчаянием. Мой маленький вихрь всосал в себя призрачные ошметки все без остатка и схлопнулся, унеся с собой в небытие древний призрак утонувшей девушки.
  Я резко выдохнул и покачнулся, едва удержался на ногах. Фредерик яростно взвыл и, опустившись на четыре лапы, бросился в мою сторону. Сил на новое заклинание уже не было, да и сражаться я был не в состоянии и все же я успел поднять булаву и подставить ее под удар когтистой лапы. Железо звякнуло о стальные когти, моя рука не выдержала, кисть разжалась и булава, кувыркаясь, улетела далеко в сторону, упала в болотную жижу, булькнула на прощание и скрылась в черной болотной воде. Я заскрипел зубами от обиды. Стоило пройти ради нее столько мордобоя, чтобы в итоге потерять в вонючих болотах!
  Пасть со стальными зубами лязгнула в опасной близости от моего лица, и мне едва удалось откатиться в сторону и избежать удара когтистой лапы. Разинув пасть вурдалак кинулся ко мне, а я лежал, парализованный болью и усталостью, не в силах больше пошевелится. Магический поединок с баньши измотал меня до состояния мочалки и если сейчас не случится чуда, я стану кормом для Фреда. Монстр прыгнул, намереваясь раздавить меня своей тушей и разорвать глотку. Я задержал дыхание, наблюдая за вытянувшейся в прыжке тушей.
  Вурдалак рухнул рядом. Правый глаз его расцвел красным цветком, из середины которого торчала стрела. В шею вонзился широкий метательный нож, а в груди торчал топор, который Пауль тупо метнул, вложив в бросок всю силу своих неслабых мускулов. Лезвие топора разрубило грудную клетку и до половины вошло в плоть, хотя как по мне монстру хватило бы и стрелы в глазу. Однако, я ошибался.
  Когда мы вчетвером сгрудились у туши, то оказалось, что Фред еще дышал, хотя попыток пошевелиться он не предпринимал.
  - Где кольчуга? - я присел над волком и для убедительности надавил на рукоять топора, шевельнув лезвием в ране.
  - Грррр, - монстр дернулся, задышал чаще. - Будь проклят, Первый Мастер! Арррр!!!
  Я безжалостно дернул топор из стороны в сторону. Кровь из раны заструилась с удвоенной силой.
  - Еще недавно ты не верил, что я Первый Мастер.
  - Я и сейчас не верю, - рыкнул волк.
  Пауль и Ламберт переглянулись. Кира держалась в стороне, поглядывая вокруг, неприметная, как береза в березовой роще. То есть, если не знать, что девушка есть, заметить ее было бы достаточно проблематично.
  - Зато я начинаю верить в это все больше и больше, - я вздохнул. - Где кольчуга, Фредерик? Говори уже, волк. Говори или твоя долгая никчемная жизнь, проведенная в служении прозрачной избалованной девки, пройдет зря.
  Волк тоскливо заскулил и отвернул морду. Но на этот раз я не стал прибегать к боли. Положив слегка дрожащую руку на рукоять Пьющего Души, я опустился на землю.
  - Ты был капитаном Императора. Носил кольчугу Первого Мастера. Мою кольчугу, - проникновенно начал я. - Долг был для тебя превыше всего Фред. Так исполни его. Верни кольчугу тому, кому она предназначалась и покинь этот мир со спокойной душой.
  Но волк лишь хрипло рассмеялся.
  - Глупец, - прорычал он. - Те, кто присягают на верность господину Драгору, не могут предать его. Да и не хотят.
  - Тогда, - я устало вздохнул, - я выдавлю по капле жизнь из твоего тела, оживлю труп и все равно узнаю, где находится кольчуга. Правда, сейчас сил на это у меня все равно нет, так что ты будешь умирать долго. Возможно, до завтрашнего вечера. Или до послезавтрашнего утра. Так, ребята?
  Пауль и Ламберт переглянулись и кивнули. В глазах рыцаря читалась холодная уверенная решимость, в глазах шута - азарт и неприкрытое веселье. Но обращать внимание на странность их поведения у меня не было времени. Вытащив из ножен Пьющего Души, я склонился над вурдалаком...
  Фред сдался через полтора часа, когда на его правой лапе остался всего один палец, а десяток зубов был выложен в рядок рядом с уцелевшим глазом.
  - У меня нет кольчуги, Темный, - проскулил вурдалак, - и тебе не найти ее, потому что сам Вирм сторожит это достояние Первого Мастера. А уж его тебе не одолеть никогда.
  - Если бы я получал золотой каждый раз, когда слышал это...
  - Ты не знаешь, о чем говоришь, глупый самоуверенный человек. Вирм - это не живое существо, он сам почти бог, совершенное воплощение самой смерти.
  - Ну уж со смертью я как-нибудь договорюсь, - перед глазами все плыло. - Где вход в его логово?
  - Ищите, - прозвучал ответ. - Их множество, в каждом холме может находиться одна из его пещер. И когда найдете, сразу начинайте молить о быстрой смерти.
  - Он примет вас, он милосерден, - вспоминая цитату из какой-то старой религиозной книжки, я опустился на колено и кинжалом перерубил Фредерику шейные позвонки.
  - Можно, я возьму себе его хвост? - Ламберт подошел ко мне и, не дожидаясь ответа, отрубил вурдалаку пышную часть тела и повесил себе на пояс.
  - Куда теперь, Темный? - рыцарь носком сапога брезгливо ткнул мертвую голову бывшего капитана первого ранга. - Темный?
  Последнее, что я помнил, была быстро приближающаяся к моему лицу земля.
  
  "Не понимаю я, Темный, как тебе удалось так долго стоять на ногах, - Невеар рассуждал на эту тему уже больше получаса. - Лес Смерти очень сложное заклинание, куда сложнее Волны Праха. А после этого еще и взорвать баньши, и создать смерч. Кстати, ты заметил, что тебе наконец-то удалось?"
  - Удалось что? - рассеянно отозвался я, глядя под ноги и ведя Годрика на поводу. Хотя, скорее всего, я держался за повод, чтобы не упасть. Голова все еще кружилась, а во всем теле была слабость.
  "Смешать Смерть и Воздух".
  - Да ну? - я едва не споткнулся. Но это от усталости. Удивляться у меня сил просто не было.
  "Ну да, - взбудоражено кивнул король-призрак. - Ты смешал два типа магии и получил свой смерч. Но, похоже, даже не понял, что сделал".
  - Оно само получилось, - пожал я плечами. - Это было внезапное озарение.
  "И все же, ты не ответил на мой вопрос. Как тебе удалось выстоять? Вообще держаться на ногах после такого колдовства? Еще и пытать полумертвого вурдалака?"
  - Я никогда не забываю о той, ради кого все это делаю.
  "Любовь? - недоверчиво хмыкнул Невеар. - Насколько же сильно ты ее любишь? Даже я в самом начале не мог похвастаться таким упорством, такой силой".
  - Возможно у меня таланта больше, - я с трудом выдернул ушедшую в болото по голень ногу. - А возможно...
  "Что возможно? Договаривай!" - забеспокоился мой призрачный собеседник.
   - Возможно, тобой двигала ненависть. Я в этом даже уверен. Ты не надеялся вернуть свою любимую. Ты хотел отомстить. Не спорю, ненависть чрезвычайно сильное чувство. Когда ничего не остается в этой жизни именно она заставляет двигаться вперед. Дает силы проснуться утром, и, стиснув зубы, жить, жить, жить! Холодная, расчетливая ярость, с которой ты заставляешь себя жить, конечно, отличный мотиватор. Но любовь всегда была сильнее ненависти.
  "Хочешь сказать, что любовь самое сильное в мире чувство?" - в голосе некроманта послышалась насмешка.
  - К сожалению, нет. Есть одно чувство, которое намного сильнее.
  "Какое?".
  - Страх.
  Призрак замолчал, да и у меня не было особого желания продолжать этот разговор. Я устал. Я ужасно устал. Провалявшись без сознания почти сутки, я очнулся совершенно разбитым, с горящими зеленым огнем глазами. Наскоро перекусив сухарями и вяленым мясом, мы двинулись в глубь топей, на поиски логова Вирма. Кем бы не являлся таинственный Владыка Топей, нам придется с ним встретится. Если до этого мы не утонем, или не сдохнем от голода. За почти полдня, в течение которого мы осторожно двигались по болотам, нам не встретилась ни одна живность. Ни болотные шакалы, ни какие-нибудь бородавочники, ни даже птицы не попадались нам на глаза. А возможно их на самом деле не было в этих болотах. Хорошо еще, что в воде не было дефицита - оконца с чистой пресной водой попадались регулярно.
  Первой на этот раз двигалась Кира. Воровка вела нас по болоту, положившись полностью на свое природное чутье. И надо признать, оно ее не подводило. Пока не подводило. Девушка легко скользила по болотистой почве, безошибочно выбирая правильную дорогу.
  Вторым двигался Ламберт, затем я, а замыкал наш небольшой отряд Пауль, на случай, если я все-таки потеряю сознание. Но я держался, хотя сил на колдовство у меня сейчас почти не было, и голова периодически кружилась.
  "Что будешь делать, если Вирм вылезет сейчас?" - вновь оживился Невеар.
  - Надеюсь, сейчас не вылезет, - откликнулся я. - Ты ведь знаешь, кто он?
  "Возможно, - не стал спорить некромант. - Но сейчас меня больше волнует кое-что другое".
  - Что же? - я пошатнулся, но устоял на ногах.
  - Темный, может, передохнем? - окликнул меня рыцарь.
  - Я в порядке.
  - Как скажешь, - Пауль пожал плечами. Его серебристые доспехи были сплошь покрыты болотной тиной и засохшей грязью, но глаза ярко светились холодным огнем.
  "Вот о них я, собственно, и хотел поговорить. О твоих спутниках".
  - А что с ними не так?
  "Что? - изумился король-призрак. - Да ты на них посмотри!"
  Я посмотрел. Вроде бы все в порядке. Только слишком тихая и неприметная, словно тень, Кира. Только нереально веселый не ко времени и не к месту Ламберт. И хмурый, жестокий, расчетливый Пауль, превосходная машина для убийства. Не такими я их встретил, не такими они были первые несколько дней.
  "Заметил, наконец", - удовлетворенно пробормотал Невеар.
  - Что с ними происходит? - удивился я.
  "Они меняются. Я не знаю, почему так происходит, но они открывают в себе свои плохие стороны. Становятся теми, кем должны быть в идеале. Воровкой и убийцей".
  - Ты назвал двоих.
  "Насчет Ламберта у меня самые сильные опасения. Этот смех. Те кто его слышит, обычно не могут об этом рассказать. Похоже, Темный, что твой друг может стать Жнецом".
  - Жнецом?
  "Жнецом. Когда Мортис надоедает собирать с земли свою страшную жатву, или когда жертв слишком много, например во время войны или эпидемии... Она выпускает порезвится своих вестников - Жнецов. И те выполняют свою работу прилежно, чтобы не расстроить свою богиню. От их косы не спастись никому".
  - Но почему это с ними происходит? - от волнения у меня перехватило дыхание.
  "Не знаю, - повторил некромант. - Но твоя вина в этом тоже есть. Все они увидели в тебе нечто, что заставило шевельнутся их темные сущности. А в мире сейчас неспокойно. Ты этого не чувствуешь, потому что ты иномирянин. Но все злое вокруг чувствует возвращение жреца и набирает силу. И ослабленный отсутствием богов мир вряд ли сможет противостоять Злу на этот раз".
  - Говоришь прямо как Виссенд, - хмыкнул я. - Но я повторю тоже, что сказал до этого демиургу. Я не спасаю этот мир. Я спасаю свою девушку.
  "И все же волей или неволей, ты влияешь на судьбу Вельтеррона. А теперь, пожалуйста, обрати внимание на холм впереди и слева. Его сейчас еще не видно, но я чувствую в нем присутствие кого-то очень сильного и злого".
  Я посмотрел в указанном направлении, но, как и предупреждал Невеар, ничего не увидел. А потом голова у меня в который раз закружилась, и я начал падать с тропинки в болото. Сильная рука в стальной перчатке вернула меня на тропинку, но сознание я уже потерял. Что ж меня так плющит то? Неужели я свои силы все же переоцениваю...
  
  Мне снилась высокая, необычайно красивая женщина в платье из красного шелка. Лицо ее скрывала черного цвета полумаска, в разрезах которых светились большие зеленые глаза. Черные волосы были уложены в высокую прическу, которую поддерживало с десяток шпилек, пальцы украшали тонкие золотые кольца, в ушах висели золотые же серьги. И ее губы, накрашенные ярко-алой краской, так и манили к себе.
  И эта женщина всюду следовала за мной и хотела меня поцеловать. Мы прошли вместе пустыню, поле битвы и городские улицы и всюду ее губы тянулись к моим. Я пытался поговорить с ней, узнать, кто она такая или хотя бы снять с нее маску, но женщина ускользала из моих рук и молча пыталась поцеловать меня.
  Наконец мы очутились в круглой комнате, полной зеркал. Свет попадал в эту комнату через отверстие в потолке, и, отражаясь от зеркала, дробился на тысячи лучей. И в центре этой комнаты, стоя под ярким светом, я наконец-то поддался напору женщины в красном. Мы поцеловались и комната завращалась вокруг нас, все увеличивая скорость, пока зеркала не лопнули и не забрызгали комнату тысячами острых блестящих осколков.
   Я открыл глаза и долго прислушивался к своим ощущениям. Была глухая ночь и прямо надо мной висело чистое звездное небо. Рядом горел небольшой костер, спиной к которому сидел Ламберт. Пауль и Кира спали, неподалеку слышалось лошадиное фырканье.
  Чувствовал я себя замечательно, полностью восстановившим силы и отдохнувшим. Вот только если бы не привкус тлена на губах. Сладко потянувшись, я откинул плащ и сел. Шут повернул ко мне голову и улыбнулся. Я улыбнулся в ответ и приложил палец к губам, давая понять, что будить спутников вовсе не обязательно. Пусть отдыхают, пока есть такая возможность.
  - Темный, ну ты и здоров спать, - усмехнулся шут. - Почти двое суток в общей сложности провалялся.
  - Зато я наконец-то выспался, - я сел к костру и заговорщицким шепотом поинтересовался, - осталось чего пожрать?
  Ламберт порылся в котомке и протянул мне два сухаря и кусок мяса.
  - Твоя доля, все честно, - предупредил он меня. - Еды осталось еще на пару дней максимум. Лошади на болотной траве тоже долго не протянут. Что будем делать, Темный?
  - Это зависит от того, где мы сейчас? Далеко от того места, где я потерял сознание?
  - Мы прошли еще метров двести вперед, там оказалась этот крошечный островок, на котором и решено было остановиться. И хотя здесь не слишком уютно, у нас не было другого выбора.
  - Слева впереди есть холм? - рука с недоеденным сухарем замерла в нескольких сантиметрах от рта.
  - Вроде прорисовывался на горизонте, - припомнил парень. - А что?
  - Возможно в нем цель нашего похода. Точнее маленькой его части. Ложись спать, Ламберт. Я покараулю.
  Шут не стал спорить и, завернувшись в плащ, моментально уснул. А я сидел до самого утра, подбрасывая в костер сухой мох и глядя на звезды. Кто же ты, женщина, поцелуй которой поставил меня на ноги???
  
  К холму, который указал Невеар, мы подошли спустя полтора часа после рассвета и остановились, задрав голову кверху.
  - Видал я такие холмы, рядом с которыми этот - просто равнина, - пробормотал я себе под нос, вспомнив Льюиса Кэрролла.
  Только здесь все было наоборот. По сравнению с остальными холмами этот был если не горой, то уж точно горкой. Метров двести в высоту и где-то полкилометра в диаметре.
  - Уверен, что Вирм внутри? - тихо поинтересовался я, отойдя в сторону.
  "А ты сам не чувствуешь?" - отозвался некромант.
  Я прислушался к внутренним ощущениям. Ничего необычного я не чувствовал - холодно, мерзко, противно и, кажется, у меня промокли ноги и начинается насморк.
  - А что я должен чувствовать?
  "Холод, исходящий из глубины холма, страх, возможно, скорую смерть", - хихикнул призрак.
  - Да ну тебя, - отмахнулся я. - Ребята, нам нужно обследовать холм. Но предупреждаю, это может быть смертельно опасно.
  - Мы все с тобой, Первый Мастер, - шут ободряюще похлопал меня по плечу. - В жизни и после смерти.
  - Не хватало мне еще после смерти вас созерцать, - усмехнулся я. - Лошадей оставляйте здесь. Думаю, никуда ни не денутся. Идем друг за другом, цепочкой. Будьте готовы абсолютно ко всему. В том числе и бежать сломя голову.
  - Куда бежать? Болота кругом.
  - Вот в них и бегите, пока я буду думать, как всех спасти, - нервно рассмеялся я, хотя доля правды в этой шутке была. - Двинули.
  За пару часов мы облазили холм вдоль и поперек. Причем дважды. И ничего. Никаких следов входа или выхода, только мох, лишайник, пара скрюченных деревьев и булыжники.
  - Когда уже можно бежать? - издевательски хохотнул Ламберт.
  - Когда рак на горе свиснет, - огрызнулся я. - Невеар!
  "Ась? - насмешливо отозвался некромант. - Во имя Мортис! Вот что значит отсутствие хорошей школы. Темный, у тебя же таланта действительно больше чем у меня, по крайней мере, силы больше раза в три точно, а ты так и не научился ее правильно использовать".
  - Сейчас я обижусь и пожалуюсь на тебя Альберику, - честно предупредил я. - Сколько можно издеваться? Каждый раз одно и тоже. У меня ведь не было лысого жреца, который помогал бы мне в моих начинаниях по завоеванию всего мира.
  "Напугал", - фыркнул король-призрак. - "Ладно, раз я обещал тебе помогать, то буду делать это по мере возможностей. Что-то мне подсказывает, что нас ждет еще много интересного. Пойдем-ка прогуляемся вокруг холма".
  Мои спутники уже не удивлялись моим разговорам с самими собой, но когда я вновь побрел на холм, Ламберт не преминул вновь меня подколоть:
  - Темный, мы уже третий круг тут нарезаем. Может, стоит поискать в другом месте?
   "Не обращай внимания. Еще немного. Чуть правее. Стоп. Вот здесь. Колдани чего-нибудь".
  - Колдануть? - улыбнулся я. - Это мы можем.
  Я взмахнул рукой и обрушил Молот Забвения на ближайший булыжник. Тот мгновенно рассыпался в труху и... И все. Больше ничего не произошло. Хотя...
  Холм вздрогнул. Раз, другой. В том месте, где я ударил Молотом, часть земли осыпалась, открывая нашему взору створки стальных дверей. Несмотря на то, что они неизвестно сколько времени провели под землей, двери были начищены до блеска. Створки были украшены какой-то рунической вязью и причудливым орнаментом. По углам створок были изображены вставшие на задние лапы медведи.
  - Милая дверка, - рыцарь толкнул створки. Те дрогнули, но не поддались. - А ну-ка, ребята, поднажмем.
  Мы с Ламбертом подошли и навалились плечами. Раздался протяжный скрип, дверь сдвинулась на пару сантиметров и заклинила.
  - Надо, наверное, произнести еще одно заклинание, - поучительно протянул шут.
  - Ага, - кивнул я, наваливаясь на дверь всем весом. - Сезам, откройся!
  Под напором трех здоровых мужиков створки не выдержали и распахнулись, а мы втроем едва не сорвались вниз по крутой лестнице. Каменные ступени уходили вниз и терялись в темноте подземелья.
  - Нужен свет, - Кира неслышно появилась рядом, держа в руке горящий факел. Когда она успела? Впрочем, неважно.
  - Дамы вперед? - хохотнул Ламберт, потом забрал у воровки факел, подумал и протянул мне.
  - Как обычно, - больше для вида проворчал я и ступил на первую ступень лестницы.
  Потом на вторую, третью. В свете факела медленно, словно из небытия, проступали сложенные из грубых камней стены, сквозь которые пробивались бледные тонкие корни болотных трав. Земляной потолок, держащийся на гранитных балках, кое-где осыпался, и комья земли валялись на лестничных ступенях.
  - Жутковато, - поежился Пауль. - Такое ощущение, что мы спускаемся по пищеводу в чей-то желудок.
  - Согласна, - воровка, шедшая третьей, коснулась тонкими пальцами с ухоженными ногтями холодных влажных камней. Как она умудрялась в болоте сохранять такую чистоту рук, да и всего тела, я понятия не имел. Женские секреты всегда были для меня тайной за семью печатями. Хотя ее профессия требовала, чтобы руки всегда оставались в идеальном состоянии.
  - Тише вы, - шикнул замыкающий колону Ламберт. - Не ровен час, наткнемся на хозяина этого подземелья.
  Я криво улыбнулся, пытаясь все это время унять нервную дрожь в руках. Теперь и я чувствовал, что внутри холма спит нечто. Нечто огромное, страшное и настолько сильное, что он концентрации энергии смерти в воздухе было трудно дышать.
  Лестница кончилась, превратившись в небольшой круглый зал. Обойдя его по кругу, я подпалил торчащие в стенах факела. Как ни странно они почти все загорелись. Кроме трех у дальней стены. Там темнота была особенно плотной, и даже свет факела ее не разгонял.
  - Темный, не нравится мне тот угол, - Пауль озабоченно огляделся, но Кира прервала его:
  - Тише. Смотрите.
  Мы все посмотрели. В центре комнаты стоял каменный алтарь, высотой как раз мне по пояс. В алтарь был вмурован человеческий скелет. Ноги скрывались в гранитном постаменте, а туловище без черепа и рук возвышалось над ним. На костяном торсе красовалась черная, словно смола, кольчуга.
  - Это она, - благоговейно прошептал Ламберт. - Мы нашли кольчугу Первого Мастера.
  Со стороны кольчуга была абсолютно не похожа на те доспехи, что я видел на картинках дома и здесь, в Вельтерроне. Кольца были практически незаметны, они были настолько миниатюрны, что заметить их соединения было почти невозможно. Если честно, то кольчуга напомнила мне водолазку, только без горла. К тому же рукава у кольчуги также были длинными, оставляя свободными только кисти рук.
  - Бери ее, Первый Мастер, - рыцарь аккуратно подтолкнул меня к алтарю.
  На негнущихся ногах я шагнул вперед и одним движением сорвал кольчугу с моментально рассыпавшегося в труху скелета. Тьма в углу зала колыхнулась, но мне было не до этого. Кольчуга была мягкой и гладкой, словно шелк и слегка теплая на ощупь. В моих руках черное серебро переливалось, словно черная рыбья чешуя или змеиная шкура.
  - Темный, там что-то есть.
  Я не слушал. Быстро сняв рубашку, я надел кольчугу. Она оплела меня, обтянула мускулы, слилась с телом, словно вторая кожа.
  Невеар витиевато выругался.
  "О, Мортис! - добавил он, покончив с более красноречивыми ругательствами. - Вы же созданы друг для друга".
  - Темный, хватит любоваться обновкой! Там что-то есть!
  Я провел ладонями по кольчуге от ключиц до середины бедер, где она оканчивалась. Так тепло. И приятно. Словно я нашел что-то давно принадлежавшее мне, утраченное, а теперь снова найденное. А главное, такое родное.
  Сильный удар по лицу привел меня в себя.
  - Ты, конченый кретин! - заорал на меня Пауль, и, схватив за плечи, развернул лицом в темный угол. - Нас же сейчас сожрут.
  Я моргнул. В темноте распахнулся желтый глаз с черным зрачком, размером с баскетбольный мяч. Затем темнота колыхнулась и из нее вылезла голова костяного дракона и щелкнула пастью рядом с моим лицом. Костяные зубы со скрежетом сомкнулись, перекусив пополам мою рубаху, которую я инстинктивно швырнул в монстра. Дракон рыкнул и спрятался обратно в темноту. Не дожидаясь повторного его появления, мы рванули вверх по лестнице. Вылетев из подземелья, мы буквально скатились с холма и бросились к лошадям.
  Земля за нашими спинами дрожала. Холм вздрогнул раз, другой, а затем его вершина раскрылась, словно бутон гигантского цветка, обдав нас градом земляных комков. Раздался жуткий вой и из дыры вырвался крылатый ужас, Вирм Хозяин Топей.
  Тело костяного дракона было длиной около шести десятков метров, причем добрую половину этого размера составлял хвост. Голова на короткой шее оканчивалась пастью, в которой без труда бы поместилась половина любой из наших лошадей. В глазницах полыхали желтые глаза. Гигантские крылья без труда несли по воздуху огромную тушу, хотя как дракон летит без перепонок, было для меня неясно. Туловище больше напоминало два штакетника, соединенных костяной перемычкой-позвоночником.
  - Не многовато ли приключений для одного болота? - задрав голову кверху поинтересовался Ламберт. - Думаю, бежать бесполезно?
  - Был бы лес, можно было бы и рискнуть, - поддержал его Пауль и по привычке крепко сжал рукоять топора. - Но на открытом пространстве, а тем более болоте, дракон догонит нас раньше, чем мы утонем.
  - Видишь, Кира, они все-таки существуют, - я толкнул девушку локтем. - Надо просто верить и ждать.
  - Я тебе тоже самое говорила, Темный, - отозвалась девушка. - Будем прощаться?
  - А я вас предупреждал, что не стоит со мной идти, - я вздохнул. - Берите лошадей и постарайтесь уйти как можно дальше. Я задержу его. Возможно, когда он вернет кольчугу, то успокоится.
  - Нет уж, - воровка вытряхнула из волос случайно попавшую туда травинку. - Мы останемся и посмотрим, как ты будешь забарывать дракона. Тем более такого злого и мертвого.
  Злой и мертвый дракон тем временем заложил крутой вираж и понесся в нашу сторону, разинув пасть. Подлетев поближе, он изогнулся и выпустил в нашу сторону облако ядовитого зеленого тумана. Смрадное дыхание не успело коснуться наших ноздрей, я успел прикрыть людей и животных ширмой. Правда, из-за ее размеров мне пришлось потратить много сил, но думать о восстановлении было некогда. Я взмахнул Молотом Забвения, не достал и, пока дракон делал повторный заход, побежал на вершину холма. Все же постоянно прикрывать своих друзей я не мог.
  Вирм ушел практически вертикально вверх и затем камнем начал падать вниз, прямо на то место, где я стоял. Значит, я все-таки прав, ему была необходима кольчуга. Что ж, попробуй, отними.
  Хлопок в ладони, и навстречу распахнувшему пасть Хозяину Топей устремилась Волна Праха. Это заклинание я швырнул наобум, предполагая, что на дракона оно не подействует Так и случилось. Вирм прошел сквозь Волну Праха и на полной скорости врезался в землю, подняв в воздух кучу грязных брызг. Я едва успел откатиться в сторону.
  Дракон вскочил на четыре лапы и заозирался по сторонам. Он искал меня и даже понятия не имел, насколько я близко. Пьющий Души легко вошел в левую лопатку костяного чудовища. Вирм взвыл и снова рванул в воздух, унося меня с собой.
  Мама! Я же с детства высоты боюсь. Не смотреть вниз, только не смотреть вниз. Цепляясь за кости и пробивая их кинжалом, я двигался вперед, к голове, единственному уязвимому месту на теле дракона.
  А что только Вирм не вытворял, чтобы сбросить меня. Мертвые петли, бочки и штопоры были лишь малой толикой виражей, которые заламывал летающий ящер. Земля и небо менялись местами с совсем уж неприличной частотой, иногда перед глазами проплывала тройка людей, задравших головы и разинувших рты.
  Если бы шея у Вирма была немного длиннее, он смог бы изогнуть ее и попытаться меня укусить, а так я был вне пределов его досягаемости, и единственной мыслью для меня оставалось не сорваться.
  От ветра слезились глаза, и ветер свистел у меня в ушах, но я упрямо полз по дракону, метр за метром, цепляясь за кости и малейшие наросты на скелете. Подтягиваясь и преодолевая сопротивление ветра, я наконец-то добрался до головы и, сев дракону на шею, заглянул в его глаза. Не могу точно сказать, что я в них прочитал. Боль, облегчение, горечь, обреченность, надежду... А возможно мне все это показалось, когда я воткнул Пьющего Души в левый глаз Вирма. Ящер взревел и начал заваливаться на бок, не переставая плеваться смертельными облаками зеленого цвета. Я дернул кинжал, пытаясь направить костяного монстра к земле, и мне это почти удалось.
  Хозяин Топей камнем пошел вниз, и тогда я вонзил кинжал в правый глаз дракона. Ослепленный, издыхающий ящер забился в воздухе, в последней отчаянной попытке сбросить меня. Но силы уже покидали некогда великого монстра.
  У самой земли я дернул дракона за глазные впадины и заставил принять горизонтальное положение. Вирм упал в болото, послышался хруст ломающегося скелета и во все стороны брызнули осколки костей, которые моментально, прямо в воздухе превращались в труху. Меня сильно приложило о землю, по счастью смягченную мхом, кувыркнуло несколько раз через голову и протянуло по земле метров двадцать. Ударившись спиной о поваленное мертвое дерево, я наконец-то остановился, сидя задницей в глубокой луже. По лицу катились капли грязной воды, смешанные со слезами и кровью из прокушенной губы. Было ужасно больно и все кости ныли, но я все равно улыбался. Кольчуга Первого Мастера теперь принадлежала мне, и я еще на шаг стал ближе к своей цели. Осталось найти шлем и секиру, и искать Видящего. Держись, Тень. Осталось совсем немного.
  - Знаете, чего мне хочется сейчас больше всего? - улыбнулся я подошедшим друзьям.
  - Чего же? - Пауль и Ламберт осторожно поставили меня на ноги.
  - Горячую ванну, - я блаженно прикрыл глаза, представляя, как погружаюсь с головой в бадью с горячей водой.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"