# Первая серия. Знакомство

Михаил Зарубин

- Извини. Ты попал под сокращение...

С этими словами историка, теперь уже бывшего, отправили на не заслуженный отдых.

На самом деле никакого сокращения нет, ему, то бишь Николаю Андреевичу Морозову, просто не нашлось места в другой школе. Недавно прошёлся слух о том, что Зона расширяется и нужно срочно эвакуировать население. Вот и стали развозить людей по стране и зачислять на новые места работы.

Но вот ведь какая проблема: с каждым расширением Зоны, безработных становится всё больше (в основном не классифицированных), а рабочих мест всё меньше. И что прикажите делать с тысячами людьми, жаждущих жить как люди?

Другие страны тут же смекнули, чем им это может грозить - потоком эмигрантов, нелегальных чёрнорабочих. И поэтому они укрепили границы самым серьёзным образом. А сама Украина просто закрыла глаза на этих, можно сказать, бомжей.

Сегодня список вновь пополнился.

Что теперь делать? - с этим вопросом историк побрёл домой.

Свинцовые тучи медленно плывут по небу, иногда сбрасывая тяжёлые капли на обожженную землю. Вот и до них добралась Зона, а ведь год назад ничего не предвещало этому, даже кислотных дождей не было. Жизнь текла мерно и неспешно, люди планировали воспитать внуков в этой деревне и самим умереть здесь. А теперь приходиться покидать насиженное место и разрывать красивые мечты.

Во всём виновата Зона - эта вездесущая тварь! Историк это понял только сейчас, жаль поздно.

И, что всё-таки делать? - Вопрос вновь повис в воздухе чёрной дымкой.

Уехать в другую страну - значит предать Родину, которую Морозов любил всей душой. Остаться в Украине - стать бомжём на всю жизнь. С его-то образованием в университет работать не возьмут, а в городских школах уже давно стоит многокилометровая очередь, таких же 'сокращённых', как и он.

Остаётся последний вариант, который очень не нравится историку, но выбора нет. Лучше умереть быстро, чем долго загибаться от голода.

На следующий день Морозов пошёл на местную лесопилку к своему другу Артёму.

Атмосфера вокруг становилась всё хуже и хуже. Чувствовалось наступление Зоны. Ещё неделя и в этих местах пройдётся выброс неумолимой волной. Мало кто знает, что происходит во время сильнейший аномальной активности, но лучше не попадать под неё.

Артём находился за складским помещением возле грузовика ЗИЛ. Сейчас они вели разборку всех агрегатов лесопилки и сразу же загружали их для отправки на новое место службы.

Историк поманил друга, тот с фразой: 'перекур', подошёл к Морозову.

- Здрав буди, чем могу помочь?

- Слушай, можешь достать пистолет? - сразу перешёл к делу Николай.

- Могу. А зачем тебе? - Артём недоверчиво посмотрел на него и достал из верхнего кармашка рубашки пачку дешёвых сигарет, закурил.

- Да... - замямлил тот, - хочу пострелять по банкам.

- Съезди в город, там тир есть.

- Меня уволили, - признался историк. - Вряд ли денег хватит на ежедневные поездки.

- Весомый довод, - согласился он, - но врать ты так и не научился.

Морозов испугался, подумав, что друг догадался, зачем ему 'валына' и напрягся, сильно сжав кулак, заведённый за спину.

- У тебя проблемы какие-то? - продолжил Артём. - Наезжает кто?

Историк мысленно выдохнул с облегчением, но вида не показал.

- Да наехали отморозки. Хочу проучить, - соврал он.

- Так давай я своих позову, мы их быстро разгоним, - предложил Артём.

- Не хочу вас утруждать. Не стоит. - Отмахнулся Морозов.

- Как знаешь, - он выплюнул истлевшую папироску на утрамбованную гальку и растёр ногой. - К семи завтра подходи сюда - всё будет.

- Так быстро? - удивился Николай.

- Вскрою давний тайничок.

- Спасибо тебе.

- Пока не за что. - Ухмыльнулся Артём и ушёл по своим непосредственным делам.

Морозов вернулся домой и разворотил весь дом, но таки нашёл противогаз и плащ с кольчужной ставкой - подарок отца. Сталкера. Тот частенько ходил в рейды и иногда по возвращению приносил разные вещи, но оружие или артефакты никогда не оставлял на Большой земле.

Всю ночь историк сидел в интернете и читал всевозможные записи о Зоне. Закончил лишь к пяти утрам. Документов и статей было множество, но всё равно, кажется, он прочёл только четверть всей доступной информации, а получил в общем и того меньше десяти процентов.

Как и сказал Артём, Морозов прибыл точно в семь утра - привычка, привитая в школе. А друг, что-то запаздывал. Но через несколько минут историк услышал свист, явно предназначенный ему и хриплый голос:

- Подкатывай сюда.

Он подошёл, Артём прятался под лесопилкой.

- Конспирация превыше всего, - оправдался он. - Вот держи.

Артём вынул тряпичный свёрток, пропитанный маслом. Аккуратно развернул его, показывая товар. На свет появился старенький, но хорошо сохранившийся пистолет ПМ.

- Полный магазин, плюс ещё три по двенадцать патронов.

Историк взял агрегат в руки, сталь обожгла кожу, словно примериваясь к новому хозяину.

- Разберёшься, как с ним работать?

- Да. Батя меня натаскал, - не открывая взгляда от пистолета, сказал он. - Сколько я тебе должен?

- Нисколько. Этот пистолет достался мне бесплатно.

- Спа-си-бо. Выручил.

- Всё, мне пора. Автобус уезжает.

- Да-да, конечно, - прошептал он, отходя от транса. Быстро спрятал ПМ в левый карман штанов, а запасные магазины сунул в другой.

Морозов проводил своего друга взглядом и пошёл домой собирать манатки - еду, медикаменты, тёплую одежду. Вечером полностью укомплектовался и, заперев дом на все возможные замки, ушёл из этого места навсегда.

Конечно, хозяйство не хотелось оставлять, но через неделю от него всё равно толку не будет. И ведь даже не продать.

Ближе к полуночи историк, наконец, дошёл до периметра. Длинная колючая проволока в три ряда тянулась от двух блокпостов слева и справа. Морозов для такого случая взял кусачки. Он приблизился к ограждению и услышал с боку звук движущиеся машины. Резко упал в сухую траву животом и замер. Грузовик проехал рядом, из него послышался чей-то анекдот и громкий смех.

- Пронесло, - тихо прошептал историк.

Он вынул из рюкзака инструмент и безжалостно начал кромсать проволоку. Первая линия пройдена, теперь вторая - тоже готова. А третья находится в пятидесяти метрах от второй.

Луна осветила табличку: 'Стой! Мины'. Вот только этого не хватало. Миноискателя, как раз у историка не было. Он вдруг вспомнил фразу: 'нужно действовать быстро, иначе всё закончиться, даже не успев начаться'.

Морозов недоверчиво посмотрел на хорошо вспаханную местность. 'Мне бы в огороде так' - подумал он и пополз. Спустя полчаса кряхтения и точного обнаружения мин, он дополз до третьей лини.

Либо это невероятное везение, - что маловероятно из-за последних событий, - либо мин просто не было - что очень даже, скорее всего. Использование служебного положения процветает в этом месте активно. Дали генералу денег для заминирования местности, а он купил своей жене шубку заморскую и в отчёте написал, что всё сделано. Проверять никто не станет, а если станут, то оправдание будет таково: сталкеры прут нескончаемым потоком и мрут, как мухи, подрываясь на минах.

А то, что его не задержали военные, можно легко списать не скорейший выброс. Вот-вот расшириться Зона, нужно срочно переносить блокпосты и производить передислокацию служащих. Никому сейчас нет дела до незаконно-пробирающихся сталкеров.

Историк отряхнулся и побежал вглубь леса. Преодолев около двухсот метров, он успокоился и позволил себе осмотреться. Вокруг ничего нет примечательного, уродливые деревья, да и только - не уж-то он не в Зоне? Приглядевшись внимательней, Морозов заметил за рощей кустарников, странное мерцание, будто кто-то сваркой работал.

Приблизился к ней, странное образование светилось и шипело. Вокруг этого места пахло палёными деревьями. Историк читал об этом, по всем признаком рядом находилась слабая 'электра' - размах синих щупальцев всего метр.

Теперь точно можно констатировать - он в Зоне. Теперь нужно везти себя скромнее и желательно использовать оружие, так же активно, как и движение рук.

Историк снял с предохранителя пистолет и обогнул аномалию по широкой дуге - не нужно искушать судьбу - и насторожено, чуть пригнувшись, пошёл на север - так по крайне мере указывал компас.

Лес закончился, впереди раскинулась поляна, дальше железнодорожная насыпь. Слева какая-то деревушка, в которую соваться лучше не надо - говорят местные жители не очень приветливые. Справа идёт полоса леса, где на много опаснее.

Историк пошёл к насыпи. Пару раз ему на пути попались 'воронки' и 'трамплины', хорошо он их во время успел заметить и благополучно обходить. Мутантов пока не встречалось, а, то и понятно. Кордон в принципе спокойное место, здесь частенько бродят новички, и военные проводят зачистки.

Морозов не знал куда идти и где можно найти людей, чтобы прибиться к ним и ходить группой. Так больше шансов остаться в живых и заработать хоть что-то. Но как назло никого не было.

Железнодорожная насыпь удачно была преодолена, внизу странный пролесок. Одинокие деревья стоят хаотично и далеко друг от друга. Слева тянется бетонка, а за ней ферма, место, где вполне возможно есть люди.

Кашель приостановил мысли, историк завертел головой по сторонам. Кашлял не он, а кто-то другой. Возле деревянной будки, что-то замаячило, Морозов подошёл к ней и увидел, как в могиле кто-то роется (об этом свидетельствовал наспех сколоченный крест, который валялся рядом с кучей земли).

- Я думал зомби только ближе к центру Зоны, - сказал историк и направил пистолет в человека (или уже нет)

- Кхе-кхе. Едрит тебя за кочерыжку. Сам ты зомби! - донеслось из могилы недовольное хрипение.

- Что ты делаешь в могиле тогда?

- Слепой пёс, что ли? Не видишь - роюсь в ней.

Человек в чёрной рясе вылез из ямы. Откашлялся - наверное, от пыли - и вытащил небольшой ящик.

- Ты новичок вижу, недавно в этих местах. Верно? - предположил он.

- С чего ты взял?

- Другой бы уже застрелил меня. - Печально вздохнул незнакомец.

- Почему? - не понял историк. Ему казалось в этих местах нужно бороться с мутантами, а не отстреливать себе подобных.

- Во-первых, у меня нет ПДА и другой электроники, устанавливающую мою личность в сети. Во-вторых, я копаюсь в могиле. И, в-третьих... - он задумался. - Я выгляжу, как бандит, а их здесь не любят.

- Понятно.

- Меня Грехом кличут, - представился незнакомец.

- Странное у тебя имя.

- Это кличка, - усмехнулся Грех, - здесь каждому её дают. Слушай, опусти оружие, - попросил он, - а, то мне неловко как-то.

- А ты мне ничего не сделаешь?

- Упаси Зона!

Морозов недоверчиво опустил ствол.

- Пошли со мной, - предложил Грех. - Вдвоём сподручней будет.

- Пошли.

Спустя полчаса они сидели возле костра, на заброшенной ферме. Раньше на ней разводили свиней, а сейчас разводятся псевдоплоти - пугливые твари, Грех их быстро разогнал.

- Кличать тебя как? - спросил Грех.

В свете костра на его лице отчётливо просматривался широченный шрам, от правой брови до левого краешка рта, через глаз и нос. Нет, одноглазым Джо он не был. Его зрительную систему во время спасли, благодаря артефакту 'Ломтя мяса'.

- Зови меня Историком, - решился Морозов. Пусть хоть, что-то останется от прошлой жизни.

- Историк так Историк.

Грех подтащил к себе ящик, который недавно выкопал в могиле и с помощью ножа стал выковыривать ржавые гвозди из досок.

- Что ты в могиле делал? - поинтересовался Николай.

- Понимаешь, - затянул тот, - я занимаюсь одним очень выгодным делом. Я раскапываю могилы и забираю вещи покойного. - Грех, наконец, откупорил ящик и вынул оттуда две гранаты РГД, артефакт 'Медуза' и пистолет Макарова с запасным магазином. - Видишь, какой навар, - довольно скривился он, - вот так и живу.

- Это же чистой воды вандализм: осквернение могилы. Тебе не становиться противно, когда убираешь руки мертвеца от его вещей, хоть и бывших.

- Во-первых, здесь все занимаются вандализмом и мародерством, и никто за это не осуждает, так как сами этим занимаются. Во-вторых, трупов нет, потому что слепые псы прекрасно чуют дичь и под землёй. В-третьих, я раскапываю те могилы, где вообще никогда не закапывали людей.

- Как это?

- А вот так. Крест это всего лишь метка об обозначении тайника или, правда кто-то умер, и друг его на память оставил крест. Главное уметь различать липу и реальный тайник. Я это умею.

- И долго этим занимаешься? - Историк из рюкзака достал консервы и поставил на огонь разогреваться.

- Не очень и дальше Кордонов я не захожу. Слушай, а хочешь стать моим напарником? Вдвоём мы сможем подойти ближе к центру Зоны, где хабар намного ценнее оставляют сталкеры-ветераны. Одному мне делать там нечего, а так ты прикроешь мою спину, я твою и хабара утащим больше. Что думаешь?

- Почему именно могилы оскверняешь? - Историк проигнорировал его вопрос.

- Их легче обнаружить.

- Тогда я согласен.

- Фу-ух, - выдохнул Грех, - я думал мне придётся уговаривать тебя не убивать меня за такое предложение.

- Просто я хочу заработать деньги более мирным путём. Без перестрелок со сталкерами из-за артефакта в аномалии, который ещё нужно достать и самим не умереть.

- Полностью поддерживаю тебя, - заговорщицки сказал Грех и достал бутыль водки.

- Я не пью, - отмахнулся Историк и отвернулся.

- Так и я тоже. В Зоне никто не пьёт, здесь лечатся, - он поднял указательный палец к потолку.

- От чего? - не глядя на нового напарника, спросил Морозов.

- В основном от радиации и, чтобы не сойти с ума. Иногда здесь такие ужасные вещи происходят, что без ста грамм не обойтись.