# Между Сциллой и Харибдой. Глава 8. "цель жизни" и её перенацеливание

Сергей Николаевич Зеленин

Что касаемо авиации, то большевики на ней - были просто сдвинуты!

Говорю это без малейшего преувеличения или какого-то стёба с моей стороны. Три четверти населения страны рассекают в лаптях, младенческая смертность доходит до половины рождающихся, улицы городов кишат безработными, бездомными и беспризорниками... Разруха в промышленности, на транспорте и, "в головах" - прежде всего у членов единственной правящей партии и её вождей...

А они - на меньшее, чем на великую авиационную державу, не согласны!

Правильно это или нет?

Сказать как на духу:

Я НЕ ЗНАЮ!!!

Всегда хочется найти какую-то альтернативную "золотую середину", но так видимо бывает чрезвычайно редко... А может и, вообще не бывает.

У меня тоже имеются кое-какие авиационные "тараканы" в голове, задумки то есть, поэтому будем считать:

Всё, что ни делается - делается к лучшему!


Летом 1921 года, на IV Всероссийском съезде работников Красного Воздушного Флота, с целью привлечения населения к финансированию государственной программы по созданию отечественной авиационной индустрии - был рождён, а потом широко растиражирован государственной пропагандой лозунг:

"Трудовой народ, строй воздушный флот"!

Весной 1923 года от слов перешли к делу. С подачи газеты "Известия" было создано "Общество друзей воздушного флота СССР" (ОДВФ) - первая всенародная общественная организация, занимавшаяся всесторонним содействием развитию военной и гражданской авиации. Но прежде всего - развитием авиационного спорта в виде авиамоделизма и планеризма.

Редакция обнародовала специально открытый банковский счёт, на который для всенародного участия в строительстве советских самолётов - читателям предлагалась перечислить как свои личные сбережения, так и коллективно собранные средства. В "Инициативную группу" входили такие известные личности, как - Каменев, Рыков, Дзержинский, Антонов-Овсеенко, Подвойский, Фрунзе, Радек, Крадек...

Проще пожалуй, перечислить тех большевиков из их "топа" - кто не принимал участие в создании и затем деятельности этого общества!

Мне вот только интересно: они тоже сдавали "сколько не жалко" на строительство Красного воздушного флота...? Откуда? Из своего "партминимума " в сорок пять(!) рублей? На что же потом жили?!

...Или только призывали это сделать других?


Человечеству, его лучшим умам, всегда свойственно было мечтать об более справедливом устройстве общества. Сперва христианство - с его "Царством божьим" на небесах, затем коммунизм - обещающим построить "Небеса обетованные" на грешной земле. Оба проекта сгубила ложь, лицемерие и ханжество - сперва церковников, затем - партийных чинуш.

Будет ли третий проект, или человечество - окончательно превратится в толпу откормленного фаст-фудом жвачного стада, что-то блеющего в Инете про "общечеловеческие ценности"?

Боюсь, уже никогда не узнаю...


Как бы там не было, "Инициативная группа" утвердила "Устав Общества друзей воздушного флота СССР" и выбрала руководство - "Совет ОДВФ", в котором опять же: мы видим одни и те же - уже хорошо известные по предыдущему "списку", лица.

Первую скрипку же в "Обществе", играли его Генеральный секретарь - Орлинский-Крипс, товарищ генерального секретаря (заместитель) Иордан и казначей Инюшин.

Про последних двух никаких сведений в моём "послезнании" не нашлось, а вот про "генерального секретаря" известно, что происхождением он был из политработников и, это с него Михаил Булгаков "запилил" злобного и тупого - як фл╕бустовск╕й троль, литературного критикана Латунского в "Мастере и Маргарите".

Должно быть, "достойный" был товарищ - раз "удостоился" внимания классика русской литературы!

Конечная дата его биографии - "1938", тоже о многом говорит: "Не всё скоту масленица", так сказать.

В том же году, что и "ОДВФ", с подачи нашего - уже достаточно хорошего знакомого Александра Краснощёкова, появилось "Российское акционерное общество Добровольного воздушного флота" (Добролёт) ...

Прошу не путать!

Эти два общества плотно друг с другом сотрудничали - но их предназначение и правовой статус, были совершенно различны. Первое послужило родоначальницей "ДОСААФа", второе - "Аэрофлота".


***

Мы в своём Ульяновске, тоже старались идти в ногу со временем, чтоб отвечать на все возникающие вызовы эпохи. По разработанному мной и утверждённому на собрании партийной ячейки "Первому пятилетнему плану развития", город должен был стать как минимум - всесоюзным центром развития планеризма и легкомоторной авиации СССР.

Поэтому у нас, ранее даже чем в губернском центре - была создана "инициативная группа", затем - региональное отделение "ОДВФ", в которое вошло всё - "региональное" же начальство. Затем и, волостной "Совет ОДВФ", Первым секретарём которого был избран наш бывший однорукий военком - Взнуздаев Иван Данилович. Я не избежал участи удостоиться чести быть его заместителем по технической части, а один из самых уважаемых горожан - всю жизнь проработавший в фискальных органах, казначеем.

Впрочем, последний - ещё до эпохи "диалектического материализма" вышел на пенсию и, тяготясь ответственностью - всю "черновую" работу свалил на меня. Мне же, ничего не оставалось делать, как так же - "свалить" контроль и учёт поступающих добровольных пожертвований на людей, которым я больше всего доверял... На планово-бухгалтерский отдел Ульяновской исправительно-трудовой колонии, то есть - зэков-экономистов в который, я подбирал с особой тщательностью.


"Инициативная группа ОДВФ" состояла из активных комсомольцев или просто - из гиперактивных школьников и, собирала добровольные пожертвования (не только в Ульяновске или волости - но и по всей губернии) для строительства в городе "имени Вождя мирового пролетариата" аэроклуба. В этом, им всецело помогали наши ребята-комсомольцы - со времён прошлогодней войны с хулиганством, окопавшиеся в Нижегородском губисполкоме РКСМ.

Но думаю, ещё больше в сборе средств помогала развязанная мной шумная пиар-компания в прессе и, реализация по рыночным ценам очень красивых значков "Общества друзей воздушного флота" - изготавливающихся одной из артелей кооператива "Красный рассвет".

На собранные средства, на комсомольско-молодёжных субботниках - ударными темпами расчищались сельскохозяйственные неудобья чуть севернее Ульяновска. Там, строилась взлётно- посадочная полоса, ангар, пункт управления полётами, диспетчерская вышка с "колбасой", здание для обслуживающего персонала, ангар для техники и так далее...

Конечно, несмотря на "солидные" названия - всё убого-примитивно как подмышечная щекотка!

Однако и вся тогдашняя советская авиация (а другой я пока не видел), ничего - кроме безудержного смеха до геморроидальной икоты, у меня не вызывала.


Кроме собственного аэроклуба и следовательно - подготовки лётных кадров, у меня предусмотрено развитие в Ульяновске серийного производства планеров и небольших самолётов - вроде небезызвестного "кукурузника".

А вот это уже серьёзно!

Подобная авиатехника в тогдашнем СССР, иной другой - как деревянной в прямом смысле этого слова, быть не могла по определению. Из-за нехватки в стране "крылатого металла", полностью или частично деревянные самолёты, даже в Великую отечественную войну - летали и воевали и, в целом небезуспешно.

И вот здесь - мы имеем громадное преимущество перед, положим - даже самой Москвой!

Как я уже рассказывал, в Ульяновской волости исстари находится так называемое "кустарное гнездо" - центр надомной промышленности. И эта промышленность - именно деревообрабатывающая, причём уже знакомая с таким технологическим приёмом - как разделение труда.

Согласен: примитивная "промышленность" конечно - донельзя и, с едва умеющими читать-писать "кадрами"...

А кто мешает вовлечь кустарей в производственные кооперативы наглядно-ощутимой выгодой, снабдить их более совершенным инструментом и научить работать по "плазово-шаблонный методу " - значительно нивелирующему недостаток их квалификации? Не так ли, мобилизованным из деревень женщинам и подросткам - удастся произвести в предстоящую войну бесчисленные летающие орды "Яков", "ЛаГГов" и "Илов" с деревянными крыльями и хвостами?!

Напротив, у наших ульяновских кустарей - имеется значительно преимущество перед будущими рабочими эвакуированной на Восток авиационной промышленности: они с самого раннего детства - собственными родителями приучены работать с деревом, они живут в собственных сравнительно благоустроенных домах - а не в возведённых на скорую руку промозглых бараках и, они - более-менее сыты, подкармливаясь с собственных огородов, а не пухнут с голоду на пайке из чёрного хлеба и селёдки.


С далеко идущими в области авиации целями, близ нашего с Ксавером "Домостроительного комбината" (ДСК) - производящего быстросборные деревянные домики, уже строится "Деревообрабатывающий комбинат" (ДОК) - так же входящий в АО "Жилстрой". Там же планируется на следующий год возвести фанерный цех, в самом Ульяновске - мебельную фабрику, развивающуюся из артели "Красный интерьер".


Но, одного дерева для производства летательных аппаратов, мало!

Через посредников, я активно вёл переговоры с руководством эвакуированного в 1915 году из Риги в Харьков велосипедного завода "Россия", не так давно возобновившим выпуск продукции на предприятии "Серп и молот". Это в будущем хорошо известный свой вело- мото- техникой - "Харьковский велосипедный завод" (ХВЗ). Точно такие же переговоры велись с бывшим московским заводом "Дукс", а ныне - "Государственным авиационным заводом ╧ 1" (ГАЗ ╧ 1), где по достоверным сведениям - ещё имелись специалисты, не забывшие как делать велосипеды и мотоциклетки "Мото-Рев".

Переговоры вселяли надежду, что если не полноценный велосипедный или мотоциклетный завод - то цех по выпуску отдельных видов комплектующих, мне удастся построить.

Все вышеперечисленные предприятия, довольно легко перепрофилировать для производства тогдашней авиатехники - кто б, спорил?!


С моей стороны, всё уже было практически готово... Даже подобраны несколько толковых парней и девчат в авиационное конструкторское бюро. Оставался главнейший элемент прогрессорства в области авиации: энергичный, упорный, настойчивый, что немаловажно - молодой и, самое главное - фанатично преданный авиации Главный конструктор.

С большой буквы, заметьте - Главный конструктор!

Где б, мне такого взять?


***

Моя, сперва оживлённая переписка с Яковлевым, как-то - очень "дипломатично" с его стороны, к весне постепенно сошла почти на нет. Точно также, естественно, не сбылась идея завлечь его в Ульяновск - посулив дать возможность построить собственный планер...

К той, совершенно случайной нашей встрече с ним в августе прошлого года на "Первой всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставке" в Москве, я специально не готовился. Давая на мой взгляд - весьма заманчивые посулы будущему генеральному конструктору, я основательно подзабыл кое-какие факты из читаной когда-то книги Яковлева "Цель жизни" - касаемые его характера и личной биографии.

И главное, что я не учёл: какой москвич согласится добровольно уехать из столицы в глухую провинцию? Тем более, такой честолюбивый и амбициозный человек - как будущий Главный конструктор?!


Из его редких писем стало известно, что сведя знакомство с целью получить работу по проектированию аэропланов с Александром Пороховщиковым - организатором и владельцем частного авиационного конструкторского бюро, он получил от якобы изобретателя первого в мире танка - грандиозный отлуп. Не пав духом, Яковлев познакомился с не менее известной личностью - Константином Арцеуловым. Внук Айвазовского, лётчик-истребитель Первой мировой войны и уже(!) испытатель первого советского истребителя "Ил-400" конструкции Поликарпова, более участливо подошёл к настойчивому до неприличия юноше - устроив того помощником к некому летчику Николаю Анощенко, строившему в здании Военно-воздушной академии планер собственной конструкции. С последним же и, с уже готовым планером с прикольным названием "Макака" - он и отправился осенью 1923 года на всесоюзные планерные соревнования в Коктебель. Это курортное место близ крымской Феодосии, надолго станет традиционным местом соревнований советских планеристов.

"Как вы яхту назовёте - так она и поплывёт" - видимо, это правило верно не токмо для чего-либо водоплавающего!

Но хотя для самого Анищенко соревнования окончились плачевно - его "Макака" разбилась вдребезги при первой же попытке взлететь, для Яковлева они оказались знаковыми. Там он познакомился со множеством полезных людей, в частности - с Сергеем Ильюшиным (тем самым!), который чуть позже - помог ему рассчитать собственный планер.

Вернувшись в Москву, Яковлев и ещё дюжина его друзей, заразившихся от него энтузиазмом, организовали планерный кружок и взялись за постройку своими руками летательного аппарата в гимнастическом зале родной школы. Средства им, видимо выделило "Общество", необходимые материалы для планера они покупали на авиазаводе.

К маю число энтузиастов-конструкторов в школьном "КБ" сократилось втрое, но планер был готов к испытательным полётам...


Далее, если верить моему "послезнанию", события будут развиваться так.

На первых же испытаниях планер конструкции Яковлева "АВФ-10" показал превосходные пилотажные качества и, в августе - на всесоюзных соревнованиях в том же крымском Коктебеле, он будет признан лучшим. Сам Александр получит почётную грамоту и 200 рублей премии.

С этой поры, с выбранного пути его уже не свернуть!

Окрылённый первым успехом, начинающий авиационный конструктор устроится "по блату" в мастерские "Военно-воздушной академии имени Жуковского" - сперва разнорабочим, затем мотористом. В саму Академию, ему тогда и ещё очень долго не удавалось поступить - из-за его "неблагородного" происхождения.

Театр абсурда, мля!

Практически всё Политбюро ЦК ВКП(б) - дети дворян, купцов или на худой конец - попов. А внуку крестьянина и сыну "почётного гражданина" - пеняют на непролетарское происхождение.

В тех же учебных мастерских при "Академии воздушного флота", Александру Яковлеву и уже сложившегося вокруг него костяку будущего КБ - в 1927 году удалось спроектировать и построить свой первый лёгкий двухместный самолет "АИР-1". На нём, лётчик Юлиан Пионтковский - командир эскадрильи Воздушной Академии, те же летом совершит беспосадочный полёт из Севастополя в Москву.

Этот день и будет считаться датой основания "ОКБ им. Яковлева".


Ну, а пока...

Пока, ещё ничто не предрешено!

- Ну что ж, "коренной москвич"..., - как-то раз бреясь перед зеркалом, сказал я самому себе, - не хочешь, значит, по-хорошему? Тогда, будем по-плохому - ты сам этого хотел.

Не люблю москвичей!


***

- Тебе пожалуй не стоит больше "косить" под беспризорника, Барон. Уж больно ты выглядишь великовозрастным и откормленным!

Однако, надо отдать должное - его артистические способности всё перевешивают.

Вернувшийся с задания Миша, наворачивая за двоих, слушает да ест - лишь изредка:

- Угу.

- "Угу...", - передразниваю, - садись на диету или меняй имидж!

Искусство гримировки он уже освоил не хуже меня и, подобрать ему нужный новый "сценический образ", или даже несколько - не составит особенного труда.

Дождавшись, когда он за столиком в одной дешёвенькой московской забегаловке - где у нас с ним была назначена встреча, прикончит "добавку", спрашиваю:

- Что, юные авиаторы тебя не кормили за труды тяжкие?

Промокая рот и вытирая руки салфеткой:

- Сам голодные, как церковные мыши. А за "мои труды" Саша пообещал меня с собой в Крым взять.

Вид у него был слегка сладко-мечтательным, как бы говорящим: "А я бы не отказался".

- Какой он добрый, однако! Однако, я посылал тебя не в турфирму - за "горящей путёвкой" на юга... Что выяснил по делу?

- "Общаком" в этой компании заведует сам Яковлев. Правда, денег уже не осталось - всё потрачено на эту кучу сосновых реек и тряпок. Испытания планера назначены на середину мая - когда конкретно неизвестно. Знаю только, что пилотом будет Пионтковский... Или Сергеев.

Прикидываю в уме: у нас в запасе ещё около двух недель.

- Планер ещё в школе?

- Да. Но поговаривают - скоро его разберут и отправят в Академию для экспертной оценки.

Пожимает плечами:

- Так, вроде была уже комиссия... При мне была.

- Что за народ был в той комиссии?

- Серьёзные дядьки! А удостоверения мне они свои не показывали.

- А ты у них спрашивал?

- ...???

- Ха-ха-ха! Что говорили то "серьёзные дяденьки", хоть?

Мишка наморщив лоб, вспоминает:

- Один говорит, дескать: "Деталь узла крепления крыльев рассчитана, по моему мнению, неточно, неправильно и в полете она развалится". А другой ему вторит: "Думается, товарищ Яковлев не имел никаких оснований - чтоб строить этот планер. У него нет ни образования, ни опыта, а ведь ему отпустили большие деньги для постройки". Третий - самый важный: "Товарищи не забывайте, что в самолет должен будет сесть человек. Где у вас уверенность, что летчик не разобьется? Имейте в виду, эта затея может плохо кончиться и, на месте товарища Яковлева - я бы от неё отказался...".

Почему-то, мне стало очень обидно за будущего Генерального:

- Хм... На месте Яковлева - он никогда не окажется, ибо - разумом скорбен!

- Типичный перестраховщик, - согласился Миша, - я этот тип руководителей наиболее хорошо по твоим инструкциям изучил, Серафим: "Как бы что не вышло!". Ими легче всего манипулировать - если знаешь как, конечно.

- Молодец! А списочек - что я просил, составил?

- Да, вот он.

Изучив список фамилий и адресов юных конструкторов и взрослых "перестраховщиков", я после недолгих сомнений и размышлений, типа - "а стоит ли?", решительно заявил:

- Ну, тогда... Завтра начинаем, Миша!


***

Когда я окликнул Барона, тот слегка округлил глаза:

- Ух, ты! Вылитой городовой - что в возле нашего дома в Питере постоянно околачивался.

- Ты тоже хорош!

Критически осмотрев с ног до головы своего воспитанника, выглядевшего - уже лет на пять старше самого себя, но "вчерашнего":

- А ну-ка пройдитесь, товарищ милиционер...

Часто бывает, человека не по внешнему виду - по походке или голосу узнают, а тот перед друзьями и знакомыми Яковлева - уже достаточно засветился.

- Да, нормалёк всё, - прошепелявил Мишка, слегка прихрамывая сделав вокруг меня круг, - я в левый ботинок камешек положил, как ты учил.

Недовольно для порядка поморщившись:

- Сойдёт для сельской местности. Но всё же, рот свой поменьше открывай.


Первым, перепугав всех соседей по коммуналке и родителей, мы посетили Гушу - того паренька, что прошлым летом - постоянно падал в воду с поплавка "Юнкерса-13" во время "Всесоюзной выставки". Красиво светанув перед носом "корочкой", я ладонь к козырьку форменной фуражки:

- Оперуполномоченный отдела по борьбе с экономическими преступлениями "МУРа", комиссар Каталкин!

Отец Гущи будучи в изрядном подвыпитию по случаю субботы, отвесил любимому чаду звучный подзатыльник:

- Что он натворил? Неуж, наш тихоня украл что или с беспризорниками связался?!

Делаю предостерегающий жест:

- Спокойно, гражданин! У нас к вашему сыну несколько вопросов по поводу его знакомого Александра Яковлева...

Мать паренька будучи в предъистеричном шоке, с размаха шлёпнула того пониже спины скрученным мокрым полотенцем, которое видимо стирала перед нашим приходом:

- Я ж тебе сколько раз говорила - не связываться с этим малахольным!

- Спокойно, гражданочка! Мы всего лишь проверяем поступившие к нам сигналы...

Улыбаясь, развожу руками:

- ...Служба у нас такая, понимаете?

После чего, разговор пошёл более спокойным и конструктивным.


Опрашиваемый Гуща был одет...

Ну, мягко сказать - весьма непритязательно!

Очень мягко сказать.

На этом и, на неизбежно появившимся в таком возрасте эгоцентризме - можно хорошо сыграть. Прямо ни в чём не обвиняя Александра Яковлева, я грамотно подводил перепуганного паренька к мысли о нечистоплотности лидера их "планерного кружка" в целевом использовании финансовых средств - выделенных ему "ОДВФ":

- Не подскажите, откуда у вашего приятеля новенькая "пролетарка", "камчатка" и эти... Как, их там?

- "Берцы", - подсказывает Мишка, - между прочим, на рынке - больше "партминимума" стоят!

"Партминимум" - это максимальная месячная зарплата, которую до 1934 года мог получать истинный коммунист.


Для сравнения мужскую обувь Зеленкина "с клеймом на подошве" ("штиблеты" - как их тогда называли, с рантом и без) - казавшаяся тогда самым верхом шика, в магазине находящемся в доме 3 по Кузнецкому Мосту, стоила тогда от девяти до двадцати рублей.

Черные, серые, или песочного цвета фетровые женские боты стоили ещё дороже - 25-32 рубля.


- Вот, вот! - обрадованно, - так откуда "дровишки"?

Гуща, отчаянно защищая своего друга, краснеет и пищит:

- Ему, один наш хороший знакомый из...

Мефистофелем из Преисподней криво усмехаясь, я иронически хмыкнул:

- "Хороший знакомый" из Ульяновска выслал-подарил?

Кивает, но уже неуверенно.

Ребятки, запомните: "бесплатный сыр" - только в мышеловке бывает.

Конечно, было опасение, что Яковлев подарки продаст или обменяет на что-нибудь "авиационное". Но мой коварный расчёт оказался верен: ничто человеческое - будущему "Главному" не чуждо и, молодой человек - не отказался от возможности пофорсить-покрасоваться обновой перед сверстниками.

- ...Нам эта версия уже знакома и в данный момент - мы её тоже прорабатываем. Но тогда возникает вполне справедливый вопрос: а почему он Вам ничего не подарил? Или ещё кому-нибудь из ребят? А?

Гуща, бледнея кусает губы. Видимо и, до этой встречи - он неоднократно задавал себе этот вопрос:

"А почему не мне? Почему только ему? Чем это интересно, я хуже?".


Дальнейшими вопросами буквально за каждую мелочь, за каждую "статью" расходов" по изготовлению планера, я довёл и без того робкого и зашуганного паренька до полуобморочного состояния.

Наконец, давая подписать протокол опроса:

- На сегодня достаточно. Если, к Вам у следствия появятся какие-то дополнительные вопросы - вызовем повесткой на "Петровку 38". А потом на суд, по адресу... Что с Вами, молодой человек?

Клиент "поплыл" и передав его на попечение переполошённым родителям, я отправился на выход, строго обратился к обалдевшим соседям:

- Надеюсь, граждане, мне не надо напоминать об тайне следствия и ответственности за его разглашение?

Хотя, формально "опрос" свидетеля происходил с глазу на глаз на общей кухне, нас активно подслушивали не только родители Гущи - но и многочисленные соседи по коммуналке и, в последующей самой широкой огласке сомневаться не приходилось.

Мишка же, буквально одной фразой "на посошок" перед нашим уходом - поселил в сердце яковлевского друга и сотрудника (а так же его родителей и соседей) уверенность, что Александра Яковлева вот-вот арестуют за мошенничество и отправят в домзак:

- Помогайте сушить сухари вашему дружку, в общем.


Примерно по той же схеме, были опрошены ещё трое соратников Яковлева из его "КБ". Не в пример слегка лоховатому Гуще, Сергей Гришин держался молодцом, "лез в бутылку" и даже требовал - предъявить ему для более тщательного изучения, моё и Барона удостоверения сотрудников "МУРа".

Пожав плечами и как можно равнодушнее:

- Это ваше конституционное право, гражданин!

Умильно было наблюдать, как он напряжённо шевелил губами - пытаясь найти в них хоть какую-нибудь "зацепку". Однако взрослый, умудрённый жизнью человек - всегда без особых усилий психологически переиграет, буквально - ещё только вчера подростка.

Зевнув, я ничего хорошего не предвещающим тоном, предлагаю:

- Рука, на колчаковском фронте раненная - уже устала держать документ перед вашим носом... Может, к нам в управление на "Петровку" проедем, гражданин Гришин? Чтоб, "снять все подозрения" в нашей легитимности - так сказать?

Мишка, с готовностью прошепелявил от двери:

- Там и заночуете: после последней амнистии - сидячие места в подвале имеются.

Перепугавшись, тот сразу же

- Нет, не надо на Петровку! Опрашивайте здесь...

К немалой моей досаде выяснилось, что средств выделенных на строительство планера "Обществом друзей воздушного флота" не хватило и юные энтузиасты - зарабатывали недостающее лекциями.

Что ж, делать?

Приглядевшись замечаю, что гражданин Гришин, вид имеет какой-то "бледно-недокормленный". Хотя НЭП наполнил прилавки магазинов и лотки рынков всеми видами продовольствия, но они многим не по карману.

Поэтому быстро нашедшись, говорю:

- А вот имеется свидетельское показание соседей, что на буржуазное Рождество - семья Александра Яковлева кушала гуся, на Крещенье - поросёнка, а на Международный женский день - он подарил своей маме коробку конфет и духи... Как Вы считаете, Сергей: из какой тумбочки он взял деньги?

Тот, сперва сглотнув слюну от перечислений недоступных ему яств - "копытом" бия себя в грудь, возопил:

- Да, этого не может быть! Саша не такой!

Тяжело вздохнув, я печально глянув в его чистые, честные юношеские глаза:

- Увы, но в эпоху НЭПа - даже за некоторыми испытанными в борьбе с Самодержавием коммунистами, стал замечаться грешок стяжательства. Учитывая же непролетарское происхождение вашего лучшего друга - в том, что он утаил и потратил на себя часть собранных вами средств - не приходится удивляться...

Короче, к концу опроса и, у него - мне удалось посеять сомнение в лидере их "планерного конструкторского бюро".


Девушка же, отвечающая за обшивку деревянного каркаса планера материей-перкалью и, без сомнения - тайно в Яковлева влюблённая, сразу же после нашего появления впала в ступор. Поэтому вместо опроса свидетеля, получилось приведение в чувство барышни.

Этим в основном занимался Миша, уже изучившим тонкую женскую душу по взятым у меня методичкам:

- Успокойтесь, гражданочка! Наш народный суд - самый гуманный суд в мире: учтёт молодость, глупость, отсутствие прежних судимостей и много вашему любезному дружку не даст. Лет пять - если амнистии никакой не будет и, Вы снова сможете с ним миловаться... Так что не плакали бы, а собирали б "тормозок": запасная пара белья, полотенце, кружка, ложка и кусок мыла.

Бесполезно: даже - протокола опроса не удалось составить!

На выходе говорю:

- Миша! Ты их так действительно поженишь.

- С чего бы вдруг?

- "Комплекс жены декабриста", помнишь?

- Ах, да... Ну, тогда совет да любовь им!

Насколько мне известно, Александр Яковлев в "реальной" истории женится уже в тридцатых годах, на какой-то - то ли лётчице-спортсменке, то ли - парашютистке-рекордсменке.

Короче, не помню!


В течении последующей рабочей недели, были опрошены деятели "ОДВФ" - предоставивших Яковлеву средства на строительство планера, материально-ответственные лица авиационного завода - где он получал необходимые материалы и, наконец - помогавший ему с расчётами конструкции Сергей Ильюшин...

Тот самый!

Не избежали сей участи и, лётчики Пионтковский с Сергеевым.

Конечно со взрослыми и часто наделёнными властью людьми, мы с Мишей - уже никаких вольностей себе не позволяли. Особенно с Ильюшиным, перед которым - я буквально благовёл за его "Ил-2", на котором я "там" совершил многие сотни "боевых вылетов" на одноимённом авиа-симуляторе и, еле сдерживал себя - чтоб не дать какой-нибудь непрошенный совет по апгрейду этой славной "птички".

Представились, всегда вежливо излагаю суть возникшей проблемы:

- Поступил сигнал от законопослушных граждан, о нецелевом использовании Александром Яковлевым собранных и выделенных ему средств на строительство летательного аппарата. Что Вам известно на этот счёт?

- Ничего не известно...

- Хорошо, так и запишем: "Соучастнику...". Ой!

Комкаю лист бумаги и, достав новый, шевеля губами пишу "вслух":

- "Свидетелю, по существу заданного вопроса"... Не вспомнили часом чего, гражданин Ильюшин?

- Я же сказал - НЕТ!!!

- "...Ничего не известно".


После чего, я нудными и мелочными вопросами - так психологически изматывал собеседника, что уверен: только при виде "виновника" - у них должен был возникнуть стойкий рвотный позыв. На прощанье же, после росписи на официальном бланке опроса, всегда:

- Больше Вам сказать следствию нечего, Сергей Владимирович? "Без протокола", так сказать?

- Нечего.

Вздыхаю осуждающе:

- А жаль - другие более разговорчивыми были... И на суде сможете подтвердить Вами сказанное?

Опрашиваемые, всегда - крайне нервно отвечали-реагировали на этот вопрос:

- И на суде, тоже!

- Очень хорошо, - встаю и не торопясь собрав со стола "архив", - тогда ждите повестки из Басманного переулка.


У всех без исключения официальных и "полуофициальных" лиц по нашему уходу, на лице написано одно желание: никогда больше в жизни не видеть и не иметь дело с этим - не по возрасту настырным, упрямым и оказывается - вороватым пареньком.


***

Я уехал по срочно-неотложным делам в Ульяновск, оставив в Москве Мишку, а события шли своим чередом.

Начальству "Академии Воздушного Флота имени Н. Е. Жуковского", от имени "Отдела по борьбе с экономическими преступлениями и саботажем" Московского ОВД, было отправлено грозное письмо - с требование не допустить планер Яковлева к испытаниям, как важную улику и вещественное доказательство, могущую во время неудачного полёта быть испорченной. И принять меры к недопущению её уничтожения злоумышленниками - с целью сокрытия преступления.

В итоге, Александр Яковлев - из потенциального главного конструктора авиационной техники, вдруг оказался "космонавтом" - вышедшим в открытый космос. Вокруг него оказался "вакуум", а его планер - арестованным в одном из ангаров столярной мастерской "Академии".

Всё бы ничего!

Да, куда не кинь свой взор - дисциплина в Стране Советов хромала на обе ноги и, высшее учебное заведение "Красного военно-воздушного флота" - не была в этом ряду чем-то особенным.

Во время празднования 1 Мая - "Дня международной солидарности трудящихся", когда весь советский народ как один - дружно демонстрировал на демонстрациях эту самую "солидарность", кто-то пробрался в ангар и топором изрубил первый планер Яковлева в щепки. Сосновые рейки, стальная проволока, да покрытая лаком парусина - много ли надо, умеючи?!


Приехав вновь в Москву через две недели после этого события, чисто ради спортивного интереса, спрашиваю у Миши:

- Какая сволочь, мне интересно, это сделала?

Тот, пожав плечами:

- Мало ли сволочей среди этого быдла, что за пару бутылок сивухи - хоть мать родную зарубит?

Стало, до слёз "за державу обидно":

- Хм, гкхм... Ты уж, Барон, не утрируй и на людей напрасно не наговаривай! Самодельный планер - это всё же не родная мать.

Затем, наградив его за успешное выполнение задания словом "молодец!" и одобрительно-поощрительным лёгким похлопыванием по плечу, говорю с немалым патетическим пафосом:

- А теперь Миша, ты исчезаешь с исторической сцены и на ней появляюсь я... Весь в белом!


***

Стою незаметно у входа с полчаса примерно и, наблюдаю.

Как мне удалось только что убедиться собственными глазами (не без малой толики злорадства, каюсь): рабочие учебной столярной мастерской "Академии воздушного флота" - куда по протекции Ильюшина в марте 1924 года, удалось устроиться Александру Яковлеву - его откровенно гнобили. Юноша "из интеллигентов", со средним образованием - под насмешливые комментарии из курилки, с утра до вечера таскает на спине фанерный короб с опилками и сосновой стружкой - работа для самых неквалифицированных рабочих, вчера только приехавших из деревни.

- Александр, это ты? - столкнувшись буквально "лоб в лоб", делаю вид, что крайне изумлён, - вот, кого не ожидал здесь увидеть... Так это тебя угораздило, не подскажешь?

Когда он поставил пустой короб на пол, я с живейшим участием заглядываю ему в тоскливые глаза:

- А... Как же тот планер - про который писал?! Я уж думал, ты где-нибудь в кабинете, на самый худой конец - в чертёжном зале с пульманом...

- С "кульманом"...

Согласно киваю:

- Тем более. Что случилось?


Тот, вытирая уже достаточно влажным носовым платком пот со лба, вкратце рассказал мне уже известную "из первых рук" историю. Сочувственно качая головой, пнув ящик, спрашиваю:

- Неужели, всё так плохо, Саша?

Тот, надо отдать должное - не впадая в грех уныния, пытается передо мной хорохориться:

- Да, нет - все очень хорош...

Тут его весьма ехидно окликнули от циркулярной пилы:

- Молодой человек, хорош прохлаждаться! Вы ещё у меня не убрали.

Яковлев, пробурчав под нос:

- Вот так всегда: не "товарищ" и даже - не "гражданин"... Не "ты", а всегда - "Вы". Они не считают меня за своего!

Безапелляционно, резко и без малейшей тени какого-нибудь слюнявого сочувствия, бросаю как перчатку в лицо:

- И правильно делают!

Тот, крайне изумлён:

- Почему?!

- Да потому что, по их мнению - ты маешься дурью, как бесящийся от жира барчук. Делаешь не свою работу и занимаешь чужое место в разгар массовой безработицы.

Тут его ещё раз нетерпеливо окликнули и, схватив короб - будущий Главный конструктор бегом отравился собирать лопатой и метлой, здоровенную кучу опилок из-под станка.


Когда я в следующий раз выловил Александра во время краткого перерыва, тот попытался оправдаться. Скорее, перед самим собой, чем предо мной:

- Зато я очень хорошо узнаю производственный процесс, научусь так сказать - своими руками...

Грубо его перебиваю, обличительно тыча пальцем в грудь:

- Ничего ты здесь не узнаешь, не ври самому себе! Никого "производственного процесса" - так как авиация скоро перейдёт на сплавы алюминия. А "своими руками" учиться работать с деревом - тебе уже поздно, Саша. Это надо было начинать с самого раннего детства. Так что, даже гробовщик с тебя - получится весьма и весьма посредственный!

Понимает, что я прав и, с немалой ненавистью пнув вконец опостылевший фанерный ящик, тем не менее с браводой:

- Отработаю год или два и поступлю в "Академию".

Довольно насмешливо его обламываю:

- Не факт, Саша! Далеко не факт. У тебя неподходящее происхождение и после этой грустной истории с планером - репутация конченного неудачника.

У Яковлева сжимаются кулаки:

- Кто это сделал?!

С невозмутимо-безапелляционным видом:

- Кто-нибудь из конкурентов. Или, ты один-единственный в "Академии" - кто делал планер?!

Насколько мне известно, только планеров с индексом "АВФ" во II Всесоюзных планерных испытаниях 1924 года - участвовало аж целых семнадцать. А ведь в соревнованиях участвовала вся страна - от Питера до Владика!

Непонимающе:

- Так ведь "конкуренция" - это между капиталистами...

Здорово им здесь уже мозги успели прополоскать!

Откровенно насмешливо:

- "Конкуренциями" - между людьми, между личностями. Даже за девушку, очень часто бывает - парни бьют друг другу морды. А девушки конкурируя - стремятся перещеголять друг друга косметикой, нарядами и украшениями. Тебе это разве неизвестно?

- Известно, но ревность - это мещанство.

- Пусть будет так, пусть будет "мещанство", - перехожу на доверительный шёпот, - а как тогда назвать конкуренцию за власть в Кремле?


По советским газетам не разберёшь, конечно, что твориться во властных верхах - только пищеварение себе испортишь. Но в народе всё же ходили достаточно правдоподобные версии про всю эту подковёрную возню и, он не мог их не слышать.

Мальчик был умный и на эту тему спорить не стал, лишь вполголоса осторожно:

- Не знаю...

- Хорошо! А соревнования в Крыму - разве не конкуренция между конструкторами планеров, в поисках самого лучшего? А для чего тогда? Собраться, на народные денежки потусить, профукать их, да разъехаться?! Или устроить состязания - в которых обязательно будут победители и проигравшие?

Наконец-то соглашается со мной:

- Получается, что - конкуренция.

Хлопаю его по коленке и не по месту жизнерадостно:

- Ну, вот видишь! Так что - проиграл ты в этой конкурентной гонке, Саша.

Он вспыливает:

- Это была нечестная конкуренция!

Глядя на него несколько сверху вниз:

- А кому это интересно, Саша? Главное - ты её проиграл, а подробности - никого не интересуют, кроме тебя конечно.

С досады тот прикусывает губу и надолго замолкает. Молчу и я...


***

Пауза изрядно затянулась и, я стал обеспокоенно поглядывать на часы - делая вид что тороплюсь. Наконец Яковлев, понимая - что я вот-вот уйду и, быть может - навсегда, с затаённой надеждой спрашивает:

- Серафим! А ты как здесь оказался?

- Да, так... По делу.

- Извини, конечно... Если не секрет - что за дело у тебя в "Академии"?

Похлопываю по "совнаркомовскому" портфелю:

- Да, какой там "секрет"... Прям, как Диоген - хоть рисуй плакат "Ищу человека" и, ходи с ним по вашей Москве. Ха-ха-ха!

Смеюсь, а потом резко:

- "Кто ищет - то всегда найдёт"!

Заглядывает мне в глаза:

- Какого "человека"?

- Да если б, одного-единственного...

Не торопясь достаю из портфеля папочку с надписью "Акционерное предприятие "Красный полёт"" и, открыв её:

- ...Нижегородские комсомольцы на общем собрании выдвинули лозунг: "Комсомольцы - на самолёт!". Ты читаешь газеты? Если читаешь, то понимаешь: скоро этот лозунг - подхватит молодёжь всей страны. Поэтому, через пару лет для аэроклубов страны потребуется достаточно дешёвый массовый планер, а в дальней перспективе - лёгкий самолёт для первоначального обучения.

Внимательно слушает.

- Всё будет практически готово, уже к осени. В Ульяновске уже начинают строить аэроклуб, аэродром, учебные классы и производственные помещения. Заключены договора с поставщиками материалов и со смежниками. Дело осталось за малым...

Вздохнув:

- ...Нам нужен человек умеющий делать планеры, ещё один - могущий преподавать курсантам аэродинамику и, прочие - необходимые авиатору науки. И ещё третий: авиатор - умеющий управлять планером и аэропланом и, могущий научить этому других. В Нижегородской губернии таковых, увы - не оказалось.

В принципе, я и не искал.


В отличие от нашей первой с ним встречи - никакой отсебятины с моей стороны, никакого экспромта!

Разглагольствуя, я как бы ненароком показывал Александру Яковлеву рисунки, чертёжики, графики, таблицы... Даже несколько штук фотографий.

Компьютерная графика, ещё раз скажу и, повторю ещё не раз в дальнейшем - это убийственная сила для хроноаборигенов!


Как бы спохватившись, захлопываю папочку и засунув её обратно в портфель:

- Александр, ты бы не мог помочь мне найти таких людей?

В ответ пересохшими губами, он хрипло:

- Серафим! Извини, что не ответил тебе тогда... Я просто...

Лихорадочно озирается по сторонам, как будто ища причину - по которой он не ответил на мой последнее письмо, где я уже потеряв терпение - ставил вопрос "ребром".

Наконец, нашёл:

- ...Я просто потерял твой адрес.

По-детски несложная откорячка, одна не забываем: Главному конструктору - едва исполнилось (1 апреля!) восемнадцать лет. Поэтому я, не поведя бровью:

- Сам по запарке постоянно обо всём на свете забываю. Особенно досадно бывает, когда утром забываешь имя девушки - с которой спал... Хахаха!

Однако, вижу - моему собеседнику не до смеха.

Выжидающе смотрю на него:

- Так, что? Порекомендуешь кого, или мне сразу идти к товарищу Баранову?


С этим "товарищем" Александр был постоянно "на ножах" - особенно после посещения того двумя "муровцами" почти месяц назад и, его - буквально передёрнуло лишь при упоминании этой фамилии. Уволить просто так рабочего в то время было невероятно трудно, а вот выжить - науськав на того коллектив, это запросто. Являясь хоть и не непосредственным, но всё равно - начальником Яковлева, тот казалось - только этим и занимался, устраивая постоянно собрания - на которых все кому не лень, песочили будущего Главного конструктора, почём зря.


Человек, в своё время (в реальном будущем) смогший пропиарить себя перед самим Сталиным - особой скромностью не отличался. Поэтому, со всей решимостью, он:

- Лучшего человека, умеющего делать планеры - чем я, тебе не найти!

Помолчав, я со всей серьёзностью кивнул:

- Я знаю.

Горячечно, Яковлев:

- У меня сохранились чертежи и расчёты и, если у тебя всё уже готово - то я смогу успеть до соревнований...

Подняв руку, строго предупреждаю:

- Торопиться не надо: авиация не терпит суеты, а торопыг - наказывает увечьями и смертью. Если не успеем на соревнования этого года - то будем участвовать в следующем. В нашем с тобой положении, Александр, лучше потерять год или даже два, чем поторопившись - осрамиться ещё раз...

Заговорщически подмигнув:

- ...Хорошенько, не торопясь подготовимся, создадим действительно - самый лучший в СССР планер и, затем - порвём им всем жоп... Разом заткнём за пояс всех конкурентов!


***

Как поётся в одной комсомольской песне: "Сборы были недолги"!

Как в ледяную прорубь бросившись - решившись переехать в Ульяновск, Александр Яковлев развил прямо-таки бешенную деятельность. Нашёлся и один "теоретик" из буржуазных специалистов - знавший ещё Жуковского и, не шибко ладивший с новой властью. И, "практик" - лётчик Первой мировой войны, потерявший ступню и по этой причине - вынужденный прозябать в безвестности и полунищете.

С первым были постоянные проблемы по причине его излишне бойкого языка, со вторым не меньшие - по причине его запойного пьянства.

Но, ничего!

По мере роста наших успехов, "теоретик" увлёкся и почти перестал бухтеть на "красный цвет", а лётчику я - хорошенько порывшись в своём "послезнании", нашёл лекарство от алкоголизма.

Но об "лекарствах" в целом - как-нибудь в другой раз.


Вся "троица" переехала к нам в Ульяновск с семьями. Его отцу, Сергею Васильевичу - закончившему когда-то "Коммерческое училище" и, до Революции - работающему в "нефтянке" у самого Нобеля, я при первом же знакомстве сделал предложение стать коммерческим директором производственно-торгового кооператива "Стандарт-Ойл" - от которого он не смог отказаться. Мать Главного конструктора - Нина Владимировна, домохозяйка и, она тоже не возражала перебраться в более спокойное и хлебное место. Недвижимости у них не было, мебель в единственной комнатушке пожгли в буржуйке во время Военного коммунизма, носильные вещи были изношены и выброшены...

Короче, "собраться в путь - только подпоясаться"!