# Экономка для некроманта. Глава 2. Торжище

Аноним Ursus

добавлено очередное продолжение от 15.10.2011, 16.10.2011, 17.10.2011, 18.10.2011

## Глава 2. Торжище.


До города мы дошли часа через четыре. Уже смеркалось. Столей объяснил, что мы заходим в Гарлит через Прогонные ворота. Ещё есть Скотские ворота, Белые ворота, Золотые ворота, Грузовые ворота. Также имеется порт, называемый Речные ворота.


Ещё несколько часов мы шли по улицам Гарлита. Насколько я поняла, эти улицы и предназначались, собственно, для прогона рабов. Из разговоров вокруг я поняла, что у марье Артени есть собственные склады и казармы, где мы и поселимся до продажи.


Наконец мы дошли до высокой каменной стены без опознавательных знаков. Прошли ещё немного вдоль неё и увидели массивные деревянные, окованные железом ворота. Над воротами возвышалось что-то вроде балкона. Один из охранников проскакал вперёд и заколотил в ворота. С балкона выглянул какой-то человек. Крикнул вниз и ворота начали открываться.


Через ворота мы попали на широкий мощёный двор. С одной стороны двор был ограничен стеной, справа, судя по звукам и запахам, была конюшня, перед нами возвышалось трёхэтажное каменное здание, в которое и направился марье Артени. Охрана направилась в здание слева (думаю, что там казарма), а нас отправили в арку под казармой.


Пройдя арку, мы оказались на другом дворе. Он был заполнен суетящимся народом. "Люди подумал Штирлиц, хоздвор подумал Мюллер". Нас там встретил мужик лет 40 самой что ни наесть плюгавой внешности: мелкий, кривоногий, тощий (зуб даю - ворует), я таких много повидала, ведя бухгалтерию строительной фирмы. Встречаются, знаете ли, иногда такие прорабы. Зажимают деньги бригаде, покупает гавно, а не стройматериалы. До сих пор в недоумении, как таких не закатывают в асфальт обманутые подрядчики и бригады.


Мужичок начал верещать, что он масье Орфей (на этом имени я чуть было не начала смеяться, но вовремя спохватилась).

- Я старший над рабами марье Залита Артени. Вы должны меня слушаться (естественно, слушаться, такой прыщ тронешь, обрызгает и тебя по уши и окружающим достанется). Сейчас вы отнесете свои вещи и пойдёте в баню.

Тут он наморщил свой нос, показывая, что его тонкий нюх не в состоянии выносить такого амбрэ.

- Потом Вы поедите, я вас всех осмотрю, потом идёте спать. Завтра утром вы все отправитесь к мастеру рабов Центрального рынка Гарлита. Те, кого определит марье Артени, уже к полудню попадут на торги...

Ну и так далее..

Чем-то действо начало смахивать на корпоративные летучки азиатских гигантов. Хорошо хоть гимн разучивать не дали. Слушать дальше смысла не имело, поэтому я сделала внимательное лицо и начала внимательно разглядывать окружающих. Вокруг суетилась обслуга дома. Тощая рябая тётка притащила целую связку кур и ловко рубила им головы, побежал мальчишка с бадьёй помоев, трое мужиков разгружала телегу дров, из одной из дверей одуряющее пахло выпечкой, в паре метров от меня на чём-то напоминающем мангал девушка жарила мясо.

Вот эта девушка меня сильно заинтересовала. Явно было видно, что она крайне молода, но она выглядела сильной, массивной, очень ловкой, но скупой на движения. Такие движения я видела только у тренеров по верховой езде ещё советской школы и у одной пожилой балерины. Таких движений можно достичь, занимаясь осмысленной физической деятельностью на протяжении очень долгого времени. Кстати, у мастеров боевых искусств, гимнастов, военных, циркачей таких движений нет. Не знаю уж почему.


Движения всегда служили для меня основным средством идентификации. Я очень рано посадила зрение. При минус шесть на одном глазу, минус три на другом при сильном астигматизме. Черты лиц окружающих из-за этого для меня выглядят довольно размытыми, а с большого расстояния вообще мало читаемыми. Поэтому пришлось научиться запоминать моторику и характерные позы разных людей.

Именно поэтому я опознала мошенницу, которая занималась фальшивыми поставками. Она перекрасила волосы, сменила стрижку и макияж, манеру одеваться и аксессуары, даже цвет глаз и размер бюста, но изменить свои жесты, походку и выражение лица у неё не получилось.

Ах, ну да.. вернусь-ка я к девушке. Не только сочетание юности и опыта сделало её приметной, но и общая, так сказать, фактура. Она была реально крупной. Нет, не толстой или грузной, вполне себе пропорциональная девушка, Но что-то было в ней неправильным. Тут она поправила рукой волосы и я поняла, что девушка кто угодно, но не человек. У неё было шесть пальцев. Да, я знаю, что у людей тоже бывает шесть пальцев, но строение ладони всё равно одинаковое. У девушки четыре средних пальца лежали чуть выше крайних двух. У неё как бы было два больших пальца. И, судя движением пальцев, суставов было поболее, чем у человека. Очевидно заметив мой взгляд, девушка подняла лицо, и я ахнула: у неё были глаза с вертикальным зрачком.


Тем временем Орфей закончил толкать речь. Оказывается, к этому времени нам назначили сопровождающих. Рабы женского полу общим числом в шестнадцать человек подхватили вещички и отправились вслед за весьма представительной дамой в направлении самого дальнего угла. Оглянувшись, я увидела, что мужики топали вслед за пареньком в противоположном направлении.


Тем временем мы дошли до неприметной двери. Дама открыла дверь и кивком головы направила нас вовнутрь. Мы зашли, оказавшись в длинном узком помещении, заставленном топчанами. Каждый топчан был накрыт простынёй, в головах лежал круглый тюфячок, а в ногах лежало свёрнутое одеяло. Тюфячок, думаю, использовался в качестве подушки. Везде царила почти стерильная чистота, а в воздухе стоял запах свежести, немного пахло сухими травами. Помещение освещалось рядом светильников, которые представляли собой мягко светящиеся конусы. Конусы были установлены на широких подставках и напоминали мне торшеры пятидесятых годов.


Тут дама, сопровождающая нас, решила привлечь к себе наше внимание. Она прокашляла и начала говорить.

- Я масье Калтория. Надзираю за женщинами этого дома. Кроме свободных, конечно. Если появятся какие-то вопросы, обращайтесь ко мне. Сейчас вы положите вещи в сундуки, - с этими словами она указала на ящики, стоящи в изножии каждого топчана, - далее я поведу вас в баню. В бане каждая из вас возьмёт немного мыла и тщательно вымоется. Далее я проверю ваши руки и стопы. Думаю, что в пути ваша кожа стала похожа на шкуру ящерицы. Такими вас купят только на черновые работы. Поэтому вы получите мази и каждые два часа будете втирать в те места, которые я укажу.


После окончании своей речи, масье Калтория отошла к двери. Мы быстро убрали вещи в сундуки и чинно выстроились в проходе. Прямо как воспитанницы института благородных девиц. Масье Калтория одобрительно кивнула и повела нас к двери, которая находилась рядом со входной.. За дверью оказалось что-то вроде предбанника. Там стояли длинные скамьи, вдоль стен стояли шкафы с кувшинами, банками, мисками, флаконами. Еще были стеллажи, на которых лежала женская одежда и полотенца. Не дожидаясь команды, мы начали раздеваться. Потом каждой из нас выдали по миске желеобразной массы, полотенцу, шапочке, пузырьку белого порошка и отправили к очередной двери.


За дверью оказался большой зал, заставленный бадьями из которых поднимался пар. Остальные девушки оказались знакомы с процедурой. Они высыпали порошок из пузырька в бадью, поставили пузырьки на полку, надели шапочки и полезли в бадью. Я последовала их примеру. После высыпания порошка, вода в бадье стала белой и непрозрачной, на поверхности её периодически лопались пузырьки.

После погружения в эту жидкость, кожу стало немного пощипывать. Я подняла свою руку и поднесла к своим глазам. Тихо офонарела. Да за такой порошок самые крутые косметические салоны передрались бы. Огрубелая, потемневшая кожа набухла и начала слезать клочьями. Подковырнув один из кусочков, я увидела розовую, гладкую и абсолютно ровную кожу. Я опустила руку в бадью, немного подогнула ноги и опустилась так, чтобы вода чуть не доставала до уровня подбородка. Остальные девушки оказались в таком положении сразу, но так как я была значительно выше, то вода изначально немного лишь прикрывала мне грудь.


Так просидели мы ещё минут пятнадцать. Потом вылезли из бадеек, ополоснулись чистой водой и начали скрестись жесткими мочалками. Кожа слезала клочьями с ладоней, локтей, ступней и коленок. Но что ещё было удивительно, кожа при этом ещё и отбелилась. Это было заметно по резкой границе на шее. Загорелые лица забавно контрастировали с молочно белыми телами. Также с тела сошли, как будто их и не было, все ранки, прыщики, неровности и волосы. Да.. тот кто ни разу не делал эпиляцию зоны бикини никогда не поймёт счастья её избежать.


Далее мы вымыли голову тем самым желеобразным содержанием миски, какой-то мазью отбелили лица и шею. На этом помывка закончилась. Мы дружной толпою вышли из помывочной и выстроились перед масье Калторией. Далее был тщательнейший осмотр. Зубы, подмышки, руки, ноги, локти, ногти, волосы, всё подверглось тщательнейшему осмотру. Мне было велено подпилить ногти, намазать пятки и локти, но, в общем, осмотр прошла без серьёзных замечаний. Правда, насчёт цвета волос пришлось пообщаться подробнее. Мне было сказано, что мои рыже-красные колорированые пряди с отросшими корнями совершенно не подходят для моей роли. Поэтому подлежат перекрашиванию в седой цвет. Через минут десять я стала обладательницей белоснежной шевелюры.


Потом пришёл черёд одежды. Я получила на руки комплект, состоящий из панталон, короткой комбинашки, рубахи, юбки, нижней юбки, корсета, гольфов и чепца. С последним у меня возникли проблемы. До сих пор с этим предметом гардероба я не сталкивалась. Все над этим дружно посмеялись, и я стала учиться сложному искусству плетения косы из моих куцых волосиков, укладывания её в дульку и напяливанию на всё это чепца. Весь этот имидж дополнился чем-то вроде кожаных сабо. Посмотрев на себя в зеркало, я увидела кого-то смахивающего на официантку с Октоберфёста. Правда, декольте было скромнее. Намного скромнее.


Наконец, закончив вертеться перед зеркалами, мы выстроились гуськом и проследовали за масье Калторией. Шли мы довольно долго. Наконец зашли в зал. Каменные стены, очень высокие потолки, окна где-то вверху. В зале были накрыты столы. Нам выдали по миске с овощной похлёбкой, куску хлеба и паре ломтей сыра. Деревянные кружки и кувшины с водой уже стояли на столе. Мы принялись за трапезу. Я увлеклась похлёбкой, когда услышала звонкий шлепок. Подняв глаза над тарелкой, я увидела одну из девушек, потирающую руку. Тут масье Калтория ещё раз ударила девушку чем-то типа хлыстика. Ударила и повторила: "Не смей есть руками. Тебе выдана ложка". Да, оказывается осмотр не закончился. Далее эта гранд-дама ещё несколько раз прерывала трапезу ударами, сопровождаемыми поучениями. К счастью, я ела достаточно аккуратно. Да и как моржно неаккуратно есть после многих лет деловых обедов и корпоративов.


Поела я довольно быстро. Поэтому начала разглядывать окружающее и окружающих. Девушек я успела разглядеть в купальне, да и за время пути присмотрелась. Девушки как девушки, ничем особым от таковых у нас не отличающиеся. Юные, где-то наивные, где-то хитрые. Разные по характеру. Единственное, что удивило - это отсутствие "синдрома конкурса красоты". Но, поразмыслив, поняла, что таки да.. сыпать в тапки стекло тут: а) не позволяет татуировка, б) нет смысла, т.к. оценка (в смысле цена) определяется не соревнованием, в) похоже, что среди рабов взаимовыручка для чего-то нужна. Ибо я ни разу за всё время не заметила ни крысятничества, ни подстав, ни даже равнодушия. Интересно, почему бы? Думаю, что дело не в общем благородстве человеческой натуры здесь, а каких-то неизвестных мне факторах.


Тем временем ужин закончился. Наша гранд-дама погнала весь наш выводок на осмотр к вышестоящему начальству. Надеюсь, что плюгавый дурик (вот что он мне не понравился-то так! х.з., но подлянка будет, или я ни черта в этой жизни не понимаю) быстренько на нас посмотрит и мы разойдёмся баиньки.


Опять долгий поход по коридорам и лестницам. Интересно, это дом или лабиринт? Я так и не поняла истинных размеров сооружения. Всё же марье Артени, похоже, совсем не бедный.. Может ходьба с караваном - хобби?


Пока я развлекалась этими размышлениями и страдала по поводу г-на старшего, мы уже пришли. Оказались в не особо большой комнате. В комнате стояли стол, стул, пара лавок, пара шкафов и четыре мужика. Ой, не нравится мне всё это....


Мы выстроились вдоль свободной стены. Орфей (блин, язык не поворачивается назвать его масье) пару раз прошелся мимо нас. Ой, лишь бы зубы проверять не начали.. или ещё чего похуже. Однако, радовало, что масье Калтория осталась с нами и начала рассказывать о каждой: кого стоит подучить, кого уже можно отправлять на рынок, кто чего умеет и кто чего стоит. Узнала много нового о себе. Оказывается, я тётка ценная, веду себя хорошо, нелюбопытна, умна, спокойна.. Сплошные дифирамбы. Но без ложки дёгтя не обошлось, ибо я варварка и нужно меня учить, как цивилизованные люди живут. Зато потом за меня могут дать половину золотого, а может и малый золотой. Она рекомендует дней на десять оставить меня на обучение этикету, сервировке стола, заправлению постелей и прочим премудростям быта. Как няню продавать меня бессмысленно и небезопасно для продаваемого.


Этот снусмумрик слушал, но глазкми мозолил одну из самых молодых девушек. Я бы дала её лет пятнадцать. Педофил что ли? После того как масье Калтория закончила свои пояснения, Орфей закатил алаверды на тему как всё хорошо масье Калтория сделала, что он полностью одобряет её предложения и даёт карт-бланш. А теперь она может быть свободна и забирать себе всех кроме четырёх девушек. Они показались ему более перспективными, чем масье Калтория об этом думает, поэтому он порасспрашивает их сам, а потом совсем скоро вернёт их обратно.


Масье Калтория совершено невозмутимо согласилась, но мне всё же показалось, что в глазах мелькнула сдерживаемая неприязнь. Мы дружно развернулись и отправились в обратный путь, оставив четырёх девчонок. Впрочем, девочки не выглядели ни испуганными, ни расстроенными, как, впрочем, и обрадованными.


Обратный путь был так же долог и запутан. За это время я успела подумать о некоторых несуразностях. Пока мы шли, ни один охранник не предпринимал никаких поползновений в нашу сторону. Даже намёков не было. Из этого можно сделать несколько выводов: 1) они геи - но как-то не походили они на них, 2) они монахи - не походили на них ещё больше, 3) это было не принято или даже запрещено - этот вывод мне казался самым верным. Было ещё несколько вариантов, но они мне показались ещё более маловероятными - типа мысли о том, что все воины евнухи. В общем, появилось и с каждым шагом крепло убеждение, что всё это делается без ведома и соизволения. Как бы мне потихонечку выяснить обстановку и статус этого певуна недоделанного и настучать на него?


Тем временем мы дошли до нашей спальни и были отпущены спать. Через пару часов вернулись девушки. Вопросов им не задавали, не расспрашивали и вообще не реагировали особо.


Проснулись мы довольно рано. Точнее не так... Пришла масье Калтория и разбудила нас всех. Делала это она не особо распыляясь на любезности: пару раз прокричала у входа, а тех кто не проснулся просто сталкивала с кровати. Далее был завтрак. После него двенадцать девушек отвели на торги, а я и ещё трое были оставлены. Двум девушкам было заявлено, что их ещё пару дней будут приводить в порядок, одну отправят на кухню учиться готовить, а я буду проходить учёбу под её, масье Калторией, патронажем.


Далее все разошлись, а я направилась вслед за свое наставницей. Мы прошли очередную дистанцию коридоров и лестниц и очутились в небольшом, судя по всему подвальном, помещении. Оно было без окон, но чистым и вполне себе приятным. Стол и пара шкафов была занята бумагами, гроссбухами, папками, книгами. Далее мне был устроен очередной допрос с пристрастием на тему прихода, расхода, списания и выдачи материальных ценностей.

Ха, напугали ежа голым задом! Уж контроль и анализ всего этого добра я знаю назубок. Недаром пару лет была главбухом довольно солидного дома отдыха. Так что экзамен я прошла на отлично. Потом пришел черед всяких учётных книг, финансовой отчётности и прочих регистров. Это тоже не вызвало у меня никаких проблем. А вот правил поведения, субодинация, обычаи и прочие общественные заморочки вызвали немало проблем. Наконец было решено, что я буду все десять дней следовать за масье Калторией, если что-то будет непонятно спрашивать, а уж она постарается прокомментировать свои действия и, что ещё лучше, мои.. Также ежевечерне она будет читать мне лекции о нравах и обычаях разных классов, народов и рас.


И начались одни из самых бешеных дней в моей жизни. Так много работала, училась и так мало спала я только в шальные девяностые, когда я осталась с двумя детьми и депрессивным мужем на руках без средств к существованию. Но тогда справилась и сейчас справлюсь.

Спала я совсем мало - около трёх часов в день. А всё оставшееся время посвящала изучению того как с кем и когда надо разговаривать, как по виду отличить масье от марье и от благородных. Как можно принять в доме эльфа, орка, огра, гнома, тролля, русала, морского повелителя и горного духа. Что для них необходимо, а что считается оскорблением, Как накрывать стол для завтрака, обеда, ужина, перекуса, банкета, званого ужина, бала, совещания. Что давать с собой на пикник. Какие пряности бывают, для чего нужны и сколько стоят. Убедившись в моей способности готовить, масье Калтория выдала мне книгу рецептов и сказала, что по ним я всегда смогу приготовить, раз знаю методику приготовления вообще. Так что через десять дней я вполне была готова для посещения мастера рабов Главного рынка Гарлита.


И вот он наступил, этот день. Сегодня я узнаю себе цену.

После завтрака меня и ещё двоих мужчин посадили в повозку, и мы выехали из ворот. Оказывается, ехать было совсем недолго. Где-то через полчаса неторопливого путешествия мы оказались перед огромнейшим домом. И красивым. Он мне напомнил дворцы на Луаре. Такой же светлый, массивный, но изящный и тянущийся вверх. Это оказалась здание гильдии работорговцев Гарлита.


Сопровождающий нас клерк убежал, а мы с охранником и возницей остались ждать. Через каких-то пятнадцать минут клерк выбежал с какими-то бумагами и мы отправились дальше. На рынок.

Рынок представлял себе что-то вроде помеси Черкизона и общежития. В разных углах находились помосты, на них стояли люди и распорядители торгов. Стоял неумолчный гомон. Распорядители хвалили, покупатели торговались, зазывалы объявляли торги. И множество людей и нелюдей вокруг. И суета. Около одного из распорядителей выгрузили мужчин, а меня повезли дальше. Насколько я поняла из рассказа масье Калтории, раб - штука дорогая. Дешевле нанять работника, чем купить раба. Но раб надёжнее. И ещё.. рабов не так много, потому что на разведение рабов нужна лицензия. А чтобы рабы не размножались бесконтрольно, то в татуировку вкладывается еще и заклинание контрацепции. Его может снять лишь мастер рабов после получении лицензии хозяином и допуска раба или рабыни к разведению. Селекция, мать её.


Наконец мы добрались до длинного четырёхэтажного здания. Это было место для регистрации и хранения высшего обслуживающего персонала. Мы с клерком вышли и пошли прямо к мастеру рабов.


Мастером оказалась дама лет тридцати. Глядя на неё, можно было быть спокойным: всё будет сделано в лучшем виде. Я всегда старалась на должности старших бухгалтеров нанимать таких дам, надёжных, спокойных профессионалок. Дама взяла у сопровождающего бумагу, ознакомилась с ней и отправила клерка ждать в коридор. А меня посадила на стул и начала задавать вопросы. Через полчаса она знала обо мне больше, чем я знала о себе. Точнее не обо мне, а о моих умениях и навыках. Было учтено всё: и навыки финансового учета, и умение руководить стаей болтливых тёток, и мои лингвистические познания, даже то, что я была "иностранкой" и то было оценено. Оказывается, на языке работорговцев это означало умение готовить экзотические блюда. Потом пришел старикашка. Он меня всю общупал и прослушал. Дал медицинское заключение о моём здоровье. Так что через полчаса перед мастером рабов лежало "дело", содержащее всё обо мне: от слепка ауры, до схемы татуировки. Ну и сумма, в которую меня оценили, тоже там была.


Наконец мастер рабов вызвала моего сопровождающего. Когда мастер рабов выдала свою оценку, я ничуть не удивилась. Как и предполагала масье Калтория, я была выставлена на продажу в малый золотой.


После оценки мы отправились собственно на торги. Торги служанок проходили в крытой веранде. Сопровождающий передал меня с рук на руки распорядителю, а тот отправил меня в "массу" продающихся. Женщин на продажу было около пяти десятков. Все были рассажены вдоль стен на стульях, туда же уселась и я. А что, ничего так, удобненько. Вещи под стул, ноги вмести, ручки на колени, лицо куриной попкой. Всё цивильно и солидно. Покупатели ходят, прицениваются. Если покупатель задерживался около какой-либо женщины, к нему подбегал один из помощников распорядителя и начинал рассказывать об умениях и квалификации рабыни. Мною интересовалось несколько дам, но узнав о цене, сразу возмущенно фыркали и отходили. Да, в высокой цене не всегда сплошные приятности.


Так продолжалось довольно долго. Выставили на продажу меня утром, а дело уже шло к вечеру, нас покормили, посетителей стало гораздо меньше. Постепенно разливалось сонное марево. Дело близилось к вечеру. Вдруг мы все как-то очнулись, пробрал озноб, будто прокатился ледяной сквозняк. На пороге стоял мужик. Мужик как мужик, лет шестидесяти, самый обычный, незапоминающееся лицо, рыже-чалый. Обычный то обычный, вот только почему-то с ним совсем не хотелось шутить, а хотелось вытянуться во фрунт, потом прикинуться ветошью и отползти незаметно подальше. Одет был мужик в серый френч, черные брюки и сапоги. Забавно, но на груди у него была приколота брошь в виде шести нежно-голубых колокольчиков.


Он внимательно оглядел весь "товар" и поманил распорядителя. О чём они толковали слышно не было. Очевидно, вошедший излагал свои требования. Распорядитель поддакивал и всячески демонстрировал свой восторг и компетентность. Наконец, наговорившись, распорядитель повёл господина с колокольчиками к одной из женщин. Та встала и начала рассказывать о себе, но в глазах у неё был страх. Покупатель оборвал её и резко повернулся к расплорядителю.

- Я же объяснил, что мне нужна компетентная и умеющая держать себя в руках домесса.

- Марье Раоло, это одна из лучших домесс. Она работала в доме сияющего Оттраси, пока тот был жив. Она может вести любое хозяйство и держит слуг в руках.

- Чушь, она не умеет себя вести.

- Может быть Вы тогда пройдёте сюда? Это прекрасная хозяйка, она знает множество блюд, умеет проводить банкеты и балы, прекрасно разбирается в винах и тканях. У неё есть способность модно обставить дом, услужить самым капризным леди. Она...

Господин Раоло оборвал распорядителя.

- Мне не нужно ублажать жеманниц и получать сведения о самом модном цвете этого сезона, а также собирать сплетни по всей провинции. Мне нужна компетентность. Мне, милейший, говорили, что здесь собраны лучшие, но то, что я вижу не стоят даже огарка.

- Уважаемый магистр, мы Вам сможем подобрать любую прислугу, просто нужно немного больше времени, чтобы я мог показать всех.

- Так не стой! Показывай!


Так постепенно, перебирая кандидаток они продвигались всё ближе. Распорядитель вилял хвостом, а магистр Раоло всё больше злился. Нет, он не топал ногам, не багровел лицом, не кричал, просто создавалось ощущение натянутой в воздухе струны. А женщины вели себя странно. Они не протестовали, не плакали, но было видно, что им не по себе. Очевидно всё же, что это не просто так. Мне тоже нужно было бы волноваться, но вот беда, я не знаю чего. Я не успела узнать ничего о местных магах.

Ну вот.. дело дошло до меня.

- Господин магистр, вот одно из последних приобретений марье Артени. Она пришла из теней. Хорошо обучена, умеет управляться с людьми, получила необходимое обучение, немолода, в состоянии вести хозяйство не менее десяти лет. Знает тирийский, атайский, имперский, талесский и эльфийский. Может готовить экзотические блюда. Ездит верхом. Может предполагать погоду.


Я старалась держать на лице мину Мери Поппинс и смотрела за плечо распорядителя.


"Посмотри на меня", - обратился ко мне на талесском магистр. Я повернула голову и перевела взгляд на марье Раоло. Он практически вцепился в меня глазами. Этот взгляд выворачивал наизнанку. Я только и смогла принять жесткую позу и повторять про себя двадцать пятую главу налогового кодекса. Там такая хрень написана, что отвлечёт даже от ядерной войны.

- Хорошо, я беру эту. Доставь её в шестой дом на Фруктовой улице. У мастера рабов у меня открыт счёт. Пусть её перепишут на меня.

- Всё будет сделано в лучшем виде. Я лично позабочусь, чтобы она была доставлена к Вам в самом кратчайшем времени.


На этом мой будущий хозяин развернулся и вышел. А я осталась стоять, думая о том, что не настал ли мой тяжкий час? Но мои размышления были прерваны самым грубейшим образом. Распорядитель дёрнул меня за руку, велел забирать свои вещи и с одним из помощников распорядителя идти к мастеру рабов. Все формальности у мастера рабов были закончены очень быстро. Мастер составила договор купли-продажи, вызвала волшебника, тот поводил рукой над контрактом. Татуировка на моей руке поменяла свой рисунок. Она стала походить на схематическое изображение собаки, стоящей около куста колокольчиков. Но вот что странно. Линии татуировки были нечеткие, под ними проглядывал предыдущий рисунок. Но мой вопросительный взгляд, волшебник рассмеялся и сказал, что татуировка станет окончательной, когда марье Раоло утвердит контракт. Второй и третий экземпляры контракта также изменятся.


И вот очередная повозка везёт меня к новому месту обитания.


Дом номер шесть на Фруктовой улице оказался довольно массивным трёхэтажным особняком из серого камня. Он стоял в глубине заросшего сада. Сад окружала высокая решетка. Повозка высадила меня около больших кованых ворот. Они оказались не заперты, поэтому я приоткрыла створку и пошла по каменной дорожке к дому.