Жуков Павел: другие произведения.

Холодные огоньки

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Очередной заказ выглядит для детектива Ларго Дельгадо утомительной рутиной, однако заказчик - влиятельный бизнесмен, предлагающий солидную сумму за простую, казалось бы, работу - найти убийцу его дочери. Зацепок куча, подозреваемый известен, работа привычная и понятная. И пусть это дело напоминает немолодому уже Ларго о собственном отцовском горе, он берётся за дело, рассчитывая заработать на билет в новую жизнь. Только вот след убийцы приводит детектива к людям, от которых даже его, видавшего виды, бросает в дрожь.

  Ищейка по найму
  
  В комнате царил бардак, как, впрочем, и во всей квартире. Старый, устоявшийся бардак, когда многие месяцы за жильём никто не следит. Следы борьбы в таком бардаке скрыть можно, но проблематично - их видно сразу, особенно отставному служителю правопорядка. Если здесь и имело место насилие, то случилось оно на большой двуспальной кровати, однако даже опытный специалист не сказал бы наверняка, душили тут кого-то или просто трахали.
  Ларго Дельгадо, к счастью, знал детали заранее, и это избавило его от лишней головной боли. Всё уже случилось, девчонку увезли ещё утром, и только деньги и влияние её отца держали бывших коллег старого детектива в узде. Ребятам из Департамента, приехавшим на место преступления, Ларго и его покровитель встали поперёк горла, однако начальство дало им чёткие указания детективу не мешать. Ларго делал свою работу с горькой усмешкой - ещё лет десять назад он сам материл подобных выскочек на чём свет стоит, и вот тебе на.
  Искать долго не пришлось. Он даже не стал ничего изымать - зафиксировал все данные на камеру, оставив вещи убийцы и убитой на своих местах. Проходя мимо бывших сослуживцев, Ларго не смотрел в их сторону. Стыдно ему не было, особенно после того, как его вышвырнули с работы в награду за долгую службу. Что они после этого ожидали? Что он выйдет на пенсию и заживёт в пригороде? Не в его ситуации, не с его проблемами. Да и не будь всех этих обстоятельств, разве для кого-то в этом городе было открытием, куда может податься ветеран полиции? Вариантов не так-то много, и Ларго выбрал не самый худший. Не им его судить.
  Уже на улице он прислонился к фонарю, чтобы немного отдышаться, и достал мятую пачку сигарет. Осталось всего две. Надо было отыскать круглосуточный супермаркет, иначе этой ночью он точно набьёт кому-нибудь морду - с возрастом Ларго становился всё раздражительней, когда заканчивалось курево, а это не способствовало работе.
  Звонок раздался как раз в тот момент, когда он подумал о заказчике. Деловой человек всегда чувствует, когда настало время позвонить своему наёмнику и спросить о делах насущных. Это умение всегда восхищало Ларго. И вместе с тем страшно бесило.
  - Слушаю, - ответил он, перекатив сигарету в уголок рта.
  - Ты всё осмотрел? Шеф полиции мне уже всю плешь проел, - заказчик говорил холодно и спокойно, не выдавая эмоций.
  - Пусть работают, - сказал Ларго. - Хотите услышать отчёт?
  - Не по телефону.
  - Линия вроде защищённая у вас.
  - Я старомоден, как и ты. Приезжай в 'Престо', там поговорим.
  - Полчаса, господин Клемм.
  В трубке раздались гудки - наниматель не прощался. Ларго позволил себе с удовольствием выкурить ещё одну сигаретку, и только тогда вызвал такси.
  
  Дмитрий Клемм был из тех людей, кто уже начал карьеру в большой политике, но так и не решил, что делать со своим бизнесом. По мнению Ларго он и впрямь был старомоден. Корпоративные акулы предпочитали заниматься делами, покупая политиков и влияние по мере необходимости. Во главе угла стояли их деньги, так или иначе. Клемм же считал, что влияние и связи на первом месте. В другие времена и в другом городе он взлетел бы выше всех, и Бревис, эта кишащая корпорациями дыра, явно ограничивал его амбиции, однако Клемм был достаточно серьёзной фигурой, чтобы бездумно переходить ему дорогу. И уж тем более убивать единственную дочь.
  'Престо' детективу не нравилось. Место вычурное, глянцевое, показушное, со статусными разодетыми лакеями, статусными изысканными блюдами, надменными музыкантами и невероятными ценами, которые дополнительно подчёркивали всю эту статусность и показуху. Стейк или кофе, пусть даже лучшие на Побережье, не могли столько стоить. Ларго был уверен, что корпораты сюда даже носа не показывают - это было место для бизнесменов старой закалки, доживающих долгий век пожилых акул.
  К счастью, кофе и десерт были за счёт Клемма, а Ларго и сам был достаточно стар и циничен, так что и не подумал отказываться от угощения. Заказчик же остановил свой выбор на чашке зелёного чая, к которой, впрочем, так и не притронулся.
  - Вы уверены, что этого типа должен ловить именно я? - спросил Ларго, покончив с куском торта. - На наёмного убийцу он не тянет, да и угроз вы не получали. Этот тип - обычная шпана, да ещё и наркоман, судя по тому, что я нашёл среди его вещей. Полиция его вам в два счёта достанет, и платить столько, сколько беру я, не придётся.
  Клемм молча смотрел на чашку чая и хмурил брови. Думал он о чём-то своём, и вряд ли запомнил то, что обстоятельно выкладывал ему детектив.
  - Нет в тебе жилки, Ларго, - ответил он, прервав раздумья.
  И то верно, подумал старик, нету. Сейчас бы цену себе набивать, ругать полицию на чём свет стоит, а не распинаться перед заказчиком. С другой стороны, Ларго понимал Клемма лучше, чем кто-либо и даже лучше, чем ему самому хотелось. Он вообще предпочёл бы не заниматься этим делом, если бы не сумма, которую ему озвучил Клемм.
  - Его видели жильцы, консьерж, посетители бара на первом этаже, камеры отследили его аж до набережной. В старых доках и тому подобных выгребных ямах его искать будет тяжеловато, но стоит этому типу сунуться в любой приличный район, как его тут же скрутят.
  Клемм покачал головой.
  - Я не думаю, что это случайность, - сказал он, подняв взгляд на детектива. - Да, угроз я не получал. И этот тип... Анжела всегда была легкомысленной, неразборчивой в связях, но я никогда не поверю, что он сделал это просто так, на импульсе, в угаре. Этот Жан, или как его там...
  - Жан Крю, - подсказал Ларго. - Но это псевдоним. Он бывший гонщик, ныне автомеханик.
  - Не важно, - отмахнулся Клемм. - Этот тип жил за её счёт, тянул деньги, подарочки, она брала его в поездки, оплачивала его счета. Этот мелочный альфонс не убил бы её без серьёзной причины. Я хочу знать, почему он это сделал, и если у причины есть имя или даже должность, то их я тоже хочу знать. Если для этого убийце придётся какое-то время побегать на свободе, пусть так.
  - Я понимаю, человек вашего положения не мог подумать иначе, - Ларго осторожно подбирал слова, чтобы не переключить гнев Клемма на себя. - Но может статься так, что вы преувеличиваете масштаб проблемы.
  - Я уже в возрасте, и никакие преувеличения мне не кажутся излишними. Предполагай худшее - и не ошибёшься. Даже если мне не угрожали напрямую, это не значит, что убийство моей дочери каким-то бродягой не скажется на моей политической карьере. Будь уверен, Ларго, завтра эту историю будут обсасывать в каждой ленте, в каждой газетёнке, об этом будут рассказывать репортёры и блогеры. Деньгам моим это не повредит, но мои партнёры рассчитывают, что этой осенью я войду в Городской Совет, а через несколько лет... Впрочем, это тебя не касается.
  Ларго согласно кивнул. Если живёшь в Бревисе много лет и хоть немного держишь нос по ветру, то можешь и сам догадаться, в какое кресло метит бизнесмен, вроде Клемма. Корпораты политикой часто пренебрегали, предпочитали играть мускулами или звенеть толстым кошельком. Гиганты, вроде ART или MNC, мало с кем вели переговоры - такие акулы редко находят рыбину, которую трудно проглотить зараз.
  - Связи превыше денег, Ларго, и люди, вроде меня, не любят, когда их пытаются этих связей лишить, - добавил Клемм, подтверждая догадки детектива. - Я не сидел бы здесь с тобой, если бы не оброс знакомствами с нужными людьми.
  - Совет директоров ART поспорил бы с этим утверждением, - пожал плечами Ларго. - Им никакие связи уже не требуются - они просто достают нужных людей, когда угодно и откуда угодно. Корпораты любят такой термин: ценный актив.
  Клемм дёрнул уголком рта - при его общей холодности это могло сойти за усмешку.
  - Они видят в людях инструменты. Я тоже. Но для меня даже мелкие сошки - своего рода партнёры, Ларго. Ты - мне, я - тебе. Найди этого Жана, разузнай всё, что вертится вокруг этой истории, и если этот тип и впрямь убил мою дочь просто так, я сам с ним разберусь. А ты в любом случае получишь гонорар. К тому же, если отбросить деловую часть вопроса, ты ведь тоже отец и можешь меня понять.
  Ларго стоило больших усилий сохранить невозмутимый вид, хотя вряд ли его замешательство укрылось от Клемма. Он был проницательный тип. Заметил поди: по движению рук, по блеску глаз, по чашке, которую детектив задержал у рта чуть дольше, чем того требовал небольшой глоток - так он обычно пил кофе. Клемм знал про него почти всё и не стеснялся давить. Даже так беспардонно.
  - Как ваша невестка, кстати? Мария, правильно?
  - Мари, - кивнул детектив. - Девочка молодец, держится, много работает, ей удалось неплохо устроиться в прошлом году.
  - А как внуки? Они же близнецы, правильно? Скоро им в школу?
  - Осенью.
  Клемм понимающе кивнул.
  - Жизнь отставного полицейского - не сахар, - сказал он. - Чем бы дело ни кончилось, позвони мне в конце лета - помогу устроить ребят в хорошее заведение. Там берут четыреста тысяч в год - это приличная сумма, но их директор мне обязан своим креслом, так что я выбью для твоих сорванцов скидку.
  - Спасибо, господин Клемм. Буду вам признателен.
  - Не сомневаюсь.
  Ларго допил кофе и поднялся.
  - Если позволите, я вас покину. День был долгий, а работы в ближайшее время будет много.
  - Не смею задерживать, Ларго. Езжай, хорошенько отоспись. И... я рассчитываю на тебя не только в деловом плане, а чисто по-человечески. Ты же понимаешь меня, как никто другой, как родитель родителя, так ведь?
  - Да, - согласился Ларго. - К сожалению понимаю.
  'Престо' он покинул в дурном расположении духа, несмотря на хороший аванс.
  
  Ночь была короткой, как и отдых. Заснуть Ларго удалось только в третьем часу, а в шесть он уже был на ногах, смолил сигаретой, варил кофе и выуживал у старых знакомых в Департаменте нужные ему адреса.
  Искать человека в доках, даже при наличии связей, дело неблагодарное. Ларго сразу отложил часть суммы, полученной от Клемма, чтобы заплатить за информацию людям, которые на городском дне ориентируются, как крысы на свалке, однако ставил он всё-таки на адреса родственников и знакомых. Преступники, не связанные с криминальным миром, часто прячутся у близких людей - там их и находят. Жан Крю при всех его недостатках бандитом не был, а значит, имелся шанс, что он подастся к друзьям или родителям. Полицейский подход - надёжная штука, которая редко подводила Ларго.
  За завтраком он разбирал сообщения из офиса Клемма. Старикан не стеснялся использовать своё влияние, и записи с камер, а также пачка рапортов были в распоряжении детектива часам к восьми утра. За это Ларго был ему благодарен, ибо договариваться с бывшими коллегами о такой милости было сложно и, как водится, очень дорого. Клемм сэкономил ему пару дней и несколько сот тысяч кредитов.
  Увы, но из этих писем Ларго узнал не так уж много. Свидетели не сообщили ничего нового, и камеры в городе не засекли минувшей ночью никого, похожего на господина Крю - следовательно, он либо не выбирался из трущоб, либо передвигался со сверхъестественной осторожностью и удачей.
  Доступ к закрытому аккаунту убийцы в соцсети оказался куда более полезен. Вот тебе и фото, вот тебе и знакомства, вот тебе и переписка. Крю не заходил на страничку со вчерашнего дня, никому ничего не писал. Последние сообщения были адресованы Анжеле Клемм: глуповатый флирт, предложение встретиться. Впрочем, переписку нужно будет просмотреть внимательней. Как и звонки с мобильного. И список адресов, который после перевода немалой суммы денег информатору, стал расти как на дрожжах. Беготня по подворотням по сравнению со всей этой бумажной работой вдруг показалась старому детективу очень даже заманчивым занятием.
  Ларго со вздохом захлопнул ноутбук и отключил звук на мобильнике. Желудок требовал пищи, голова отдыха, мысли с трудом упорядочивались в тяжёлой после короткого сна голове. Старик решил, что ничего плохого не случится, если он позавтракает в тишине и спокойствии. Работа всё равно никогда не заканчивается.
  Четыре яйца, упаковка бекона, сыр и кружка крепкого кофе - что ещё нужно мужчине для плотного завтрака? Ларго распахнул окно, впустив в дом утренний холодок, и уселся завтракать на подоконник. Вид из его квартирки открывался не самый шикарный: узкая боковая улочка, крыша соседнего дома, кусочек парка вдалеке. Не ахти конечно, но это в любом случае лучше, чем жить у проспекта и дышать выхлопными газами. Бревис не худший город на Побережье, он не разбит на бесконечные ярусы, перекрывающие небо всем, кроме тех, кому повезло жить на самом верху, и люди здесь не обитают ниже уровня моря, словно какие-то тоннельные крысы, но и у него есть своё дно. Старые доки, Задворки, Южные пригороды - уголки анархии в упорядоченном корпорациями и правительством мегаполисе. Искать там человека можно вечность.
  У Жана были пожилые родители, друзья и бывшие коллеги - именно в таком порядке Ларго и собирался их опрашивать. От близких к просто знакомым, от центра к периферии. Этим могла заняться полиция, и Клемм легко раздобыл бы ещё хоть сотню рапортов и протоколов, однако Ларго предпочитал работать самостоятельно, потому что был мотивирован лучше полицейских детективов. А пока он будет занят беготнёй и расспросами, деньги Клемма приведут в движение информаторов, ведь не может такого быть, чтобы господин Крю покинул цивилизованную часть Бревиса и растворился без следа.
  Набирая адрес родителей Жана в навигаторе, Ларго вспомнил о важном. Надо было проведать Мари и внуков, перевести деньжат, подарков купить, в конце концов. Ларго работал без выходных уже два месяца, и уже не мог точно сказать, чувствует ли он себя дерьмово из-за недосыпа или просто вымотался. Во время службы у него хотя бы были выходные, но с другой стороны не было денег, а после того, как Альберта не стало, деньги вдруг превратились в решающий фактор.
  От мыслей о сыне стало горько, и Ларго поскорее переключился на работу. Вот адрес, прыгай в тачку и поезжай. Ехать в спальный район на восточной окраине почти час. Поразмыслив, Ларго решил, что обойдётся без такси и поедет на своей старенькой 'Стелле'. Когда следишь за дорогой, нет времени думать о всякой ерунде.
  Но отвлечься в полной мере не удалось. Звонок невестки прервал монотонное бормотание навигатора, и Ларго поспешил ответить.
  - Папа, доброе утро. Не отвлекаю?
  - Нет, Мари, девочка моя - я за рулём. Еду на работу.
  Она по привычке замялась, прежде чем перейти к разговору. Их общение никогда не было лёгким и непринуждённым, несмотря на её кроткий характер и все попытки Ларго быть добрым и отзывчивым свёкром. Слишком разные люди. И разница эта с годами ощущалась всё отчётливей.
  - Сегодня младшего надо везти к доктору.
  - Зубы?
  - Да, зубы. В прошлый раз говорили, что придётся ставить дорогой имплант. Сегодня надо будет дать ответ.
  - Понял, Мари. Пусть делают всё, что нужно. Счёт могут выставить сразу мне.
  - Спасибо, папа. Прости, что беспокою снова и снова.
  - Нет нужды извиняться, Мари. Держи меня в курсе. Как твоя работа? Как ребятишки?
  - Работы много, пап. Но ничего, платят хорошо, корпоративную страховку выдали. Ребят хвалят в подготовительной группе. С их успеваемостью проблем не будет, нам главное подобрать хорошую школу.
  - Хорошо, девочка моя, я понял. Рад, что у вас всё в порядке. Но у тебя усталый голос. Я понимаю, что у тебя новая работа, но ты всё же побереги себя. Стресс сжигает людей дотла - уж я то знаю.
  Она снова замялась, после чего медленно, словно нехотя ответила:
  - Ладно, пап. Я работаю над этим. Хожу в одну группу, там помогают одиноким матерям.
  - К психологу что ли?
  - Да... вроде того.
  Ларго не доверял докторам, но практика показывала, что хороший мозгоправ может творить чудеса. Сам он в подобном не нуждался, но бывшие коллеги часто становились постоянными клиентами у психологов и психотерапевтов. Кто-то даже в мистику ударился. С одной стороны, блажь всё это, а с другой какая разница, если есть результат?
  - Если понадобятся деньги на это дело - звони. Детям нужна здоровая мама.
  - Спасибо пап, мне пока хватает.
  - Вот и отлично. До скорого, Мари. Я заеду на неделе к ребятишкам.
  - Увидимся, пап.
  
  Пожилые родители Жана жили в тихом районе, вдали от промзон, крупных магистралей и беспокойных кварталов прибрежной зоны. До комфорта корпоративных жилых комплексов эти места конечно не дотягивали, но и грязь большого города сюда почти не просачивалась - нет больших денег, нечего ловить. Тем не менее, Ларго был осторожен, и автомобиль оставил на платной парковке у супермаркета, а до места пошёл пешком. Благо, идти было недалеко.
  Он рос в похожем месте. Не в Бревисе, нет - далеко на юге. Но, судя по всему, те, кто заселял Побережье, не особо заморачивались с планом застройки и архитектурными изысками. Такие райончики, состоящие из сплошь панельных, либо кирпичных многоэтажек, встречались повсеместно: от застывшего в прошлом веке Сан-Сервандо до устремившегося своими шпилями в высокотехнологичное будущее Арно. В Бревисе контраст был заметен, но не бросался в глаза, город как-то сам собой оказался разделён на независимые районы, сравнить которые воочию можно было разве что с высоты птичьего полёта.
  - Так кем вы работаете, Ларго? - ухоженная пожилая женщина хлопотала, накрывая стол к чаю. - У Жанчика столько знакомых, что всех и не упомнишь.
  - И вы, признаться, самый приятный из всех, - со смехом добавил полный лысеющий мужчина. - Старая школа, а?
  Ларго кивнул. Родители Жана ему приглянулись - его ровесники, легко найти общий язык.
  - Я работал механиком ещё в старые времена, на треке, а потом вышел в тираж, как это у нас говорят. Жан, когда уходил, позвал меня поработать в перевозках. А мне то что - машина она и в Сан-Сервандо машина.
  - И то верно, - кивнул отец Жана. - Я тебя сразу раскусил, что ты человек рабочий - вон ручищи какие!
  Какие у него ручищи, Ларго уточнять не стал. Впрочем, на офисного работника он и впрямь похож не был.
  - Да, Манс, я человек к труду привычный, - поддакнул он. - Собственно, зачем я Жана-то искал - дело к нему есть. Работа хорошая, пока на полставки, но потом можно будет и на постоянку устроиться, и не горбатиться в гараже. Отвечать надо поскорей, а я до него уже который день дозвониться не могу. На работе же, сами понимаете, лучше такие вещи не обсуждать.
  Манс кивнул, а его супруга, Марта, разлив чай по чашкам, уселась за стол рядом с мужем.
  - Мы бы и рады, Ларго, да разве Жан перед нами отчитывается? Забегает иногда - и на том спасибо, - посетовала она.
  - Марти, парень молодой, себя вспомни, - неловко парировал её муж.
  - Эх, - Ларго изобразил неподдельное разочарование. - Куда же мне теперь податься...
  Манс пожал плечами, а Марта вдруг просияла.
  - Девочка у него есть, Анжела, - сказала она. - У меня и номерок есть. Неудобно конечно его давать...
  - Ну это же по работе, Марти, - сказал Манс. - Ничего, не обидится, я думаю.
  Это точно, подумал Ларго, девочка уже ни на кого не обидится.
  - Он в ней души не чает, просто сияет, когда о ней рассказывает. Я уж и мечтать не смею, что он ей предложение сделает, но девочка на Жана влияет хорошо - серьёзней он с ней становится, это точно. Я мать, я не перепутаю. Может он и сейчас у неё, - предположила Марта. - А если нет, то у своих новых друзей, но они мне, если честно, не очень нравятся. Я думала, что после того, как он порвал с гонками, сменит парень круг общения на более подходящий, но нет же. Эх, извините меня, Ларго, я тут разбухтелась. Просто очень уж подозрительные типы, и я так понимаю - это не с работы.
  - У нас все ребята нормальные, - поспешно подтвердил Ларго. - А вы о ком вообще?
  Манс крякнул.
  - Я думал, наркоманы или ещё какие бездельники,- проворчал он. - Но нет. Боюсь, как бы он чем нелегальным не начал зарабатывать.
  - А что?
  - Да, понимаешь, Ларго, я же вырос в доках, всякого насмотрелся. Когда я вижу типа, который что-то скрывает, что-то незаконное, я это сразу секу, в тот же миг. Я его когда навещал, видел каких-то незнакомцев. Выходили от него, не здоровались, даже не признавались, что знаются с ним. Жан же просто отмахнулся от моих вопросов. Но они его и здесь искали один раз - не знаю уж, как прознали, где мы живём. Щуплый такой тип, тщедушный, говорил, словно во сне, еле слышно и несвязно. Спрашивал про Жана, а тот тогда со своей подружкой за город укатил. Я его было к стенке прижал, но тип этот, что твоя сопля, утёк сквозь пальцы, только и ответил, что они с Жаном в один клуб ходят, вот он и искал его, типа сборище у них в те выходные было. Больше я от него ничего не добился.
  - Раньше Жан от нас друзей не скрывал, даже неприятных, - добавила Марта.
  Ларго с сочувствием кивнул. Отношения с собственным сыном у него складывались схожим образом.
  - Клуб, кстати, какой-то странный. 'Мечтательный странник' или типа того. Короче, какая-то чушь для голубых. Я в 'Ревущей турбине' всю молодость заседал, там же и Жан в своё время познакомился со всеми этими рей серами, дрифтерами и прочей шпаной. Не могу сказать, что они мне сильно нравились, но увлечения у них хорошие, мужские. Вот там-то можно оторваться по полной, что тридцать лет назад, что сейчас. А с этими 'Странниками'... Тьфу, не понимаю эту моду на бабские названия. Даже в Сети про них ничего не нашёл. Странные типы, в общем.
  Ларго слушал и кивал, сетовал на жизнь, сам травил байки, мешая правду и ложь в общем котле. Чтобы меньше подозрений вызывали его собственные вопросы, чтобы быть в доску своим. Уходя, он нёс в кармане бумажку с телефоном Анжелы Клемм, а из головы не шло странное название.
  Клуб без сайта. Явно не рок-клуб, не спортивный и не какой-то ещё. Группа по интересам? Маленькое, камерное сообщество? Что же, пора немного размять пальцы на клавиатуре.
  
  Соцсети Ларго ценил, но не любил. Ему вообще были неприятны человеческие столпотворения, будь то реальные или виртуальные. Однако где, как не здесь, специалист его профиля может найти тонны интересующей его информации? Не всё, не про всех, но это лучше, чем пыльные полицейские архивы. Пыли в них, правда, давно не было, как и бумажных документов, но суть осталась та же: несовершенные и громоздкие базы данных. Говорят, новому шефу базы данных налаживали корпораты, в обмен на... не важно на что. Может что и изменилось с тех пор.
  'Мечтательный странник'. Название и впрямь не очень, безвкусица какая-то, а из-за отсутствия фантазии у его авторов Ларго пришлось столкнуться с целой плеядой однообразных сообществ. Детские развивающие группы, какие-то литературные кружки, любители путешествий, которым хватало храбрости исследовать Побережье автостопом или на своих двоих, и прочая чушь. Огромный список, но Ларго не унывал. Кофе он припас целый термос, да и сигарет хватало.
  К вечеру энтузиазм его поубавился. Связей между аккаунтом Жана и этими группами он не нашёл. Название не то? Или их нет в социальных сетях? Что там у парня за интересы? Автомобили, музыка, концерты, уличные гонки, какие-то барахолки, в основном запчасти и какие-то тематические шмотки, холодное оружие, бары и рестораны, политика, какие-то спортивные обозреватели, малоизвестные блогеры, группы на несколько человек, междусобойчики. Ларго упрямо просматривал всё, что отобрал для него поисковый бот, а потом даже то, что программа отбраковала.
  'Группа любителей здорового сна' здорово выбивалась из всей этой плеяды, и Ларго тихо посмеялся. У Жана бессоница что ли была? Или что это за сборище?
  Количество участников в группе было скрыто, но заявку мог подать любой желающий. В топике было закреплено единственное сообщение с приветствием и ссылкой на сторонний ресурс. Ларго разочарованно зевнул и хотел уже свернуть страницу, но взгляд его упёрся в текст.
  'Неспящие в большом городе, опытные сновидцы и просто случайные прохожие! Все мы - очарованные странники на тропе между миром яви и миром грёз. Если вы ищите успокоения посреди бешеного ритма мегаполиса - это группа для вас. Если вы ищите новых неизведанных троп в бесконечном мире снов - эта группа для вас. Если вы просто хотите изменить свою жизнь, восприятие мира и самих себя - эта группа для вас. Переходите по ссылке и регистрируйтесь на сайте. Наш чат-бот поможет вам сделать первые шаги. Да будет славным каждый ваш сон!'
  - Странники, странники, - пробормотал детектив себе под нос. - Чтоб вас.
  Ссылка привела на одинокую страничку в Сети, отличавшуюся минимализмом как в оформлении, так и в содержании. Блёклый голубоватый фон, простецкие шрифты, неработающие вкладки и окошко чат-бота.
  'Чем могу помочь, странник?' - выдал бот спустя пару мгновений.
  - Ничем, - угрюмо ответил Ларго, обращаясь к монитору.
  'Тебе снятся сны, странник? Чувствуешь ли ты тревогу?'
  - Трата времени, - резюмировал детектив.
  'Здесь нет случайных посетителей. Что ты ищешь, странник?'
  У Ларго сложилось стойкое впечатление, что бот и впрямь пытался его услышать. Это разумеется невозможно, просто цифровой болван хорошо обучен. И тем не менее Ларго чувствовал непреодолимое желание ответить.
  'Я ищу друга. Он попал в беду', - набрал он.
  'Все мы порой попадаем в беду. Это как дурной сон, и нужно уметь проснуться, преодолеть обстоятельства. Как зовут твоего друга?'
  'Жан'.
  Ларго и сам не знал, что его заставило начать это общение. Словно что-то свербило там, в районе темени, не отпуская ни на секунду, раззадоривая и тревожа. Словно ты снова в детстве и видишь перед собой яркую игрушку. Не схватить её тут же - немыслимое кощунство.
  'Твой друг прячется. Ему непросто сейчас. Но это не беда - есть те, кто может его отыскать. Тебе покажут дорогу, странник, и ты пройдёшь по ней до самого конца. Ты готов? Готов прийти на встречу?'
  'На какую встречу я должен прийти?'
  'Если ты согласен, то скоро тебе всё скажут. Ты готов?'
  Ларго закатил глаза, этот разговор начинал ему надоедать.
  'Да'.
  'Ожидайте...'
  Сообщение оборвалось на полуслове, окошко чата повисло - ни написать сообщение, ни обновить. Сайт вообще не работал, даже курсор пропал. Ларго устало откинулся на спинку стула и отхлебнул кофе. Рука сама собой нащупала пачку сигарет и зажигалку, и вскоре он, выдыхая кольца дыма, пялился в потолок.
  Вибрировавший в кармане брюк мобильник вывел его из прострации.
  - Да, Мари, я слушаю...
  - Папа! - крик, раздавшийся из динамика, заставил его подскочить. - Папа, скорее! Мы... я...
  - Тише, Мари, угомонись! - прикрикнул он в ответ, немного прийдя в себя. - Что стряслось? Излагай скорее!
  - Кто-то ломится в квартиру! Какие-то амбалы, лица в масках, хохочут и ломают дверь! Мне страшно, пап! Соседи ничего не делают, полиция не отвечает - я висела на линии минут двадцать!
  - Тише, тише, - Ларго вскочил, накидывая куртку и проверяя пистолет в кобуре. - Дети с тобой?
  - Да! Мы заперлись в детской, там дверь прочная... я её подпёрла комодом!
  Он уже запустил навигатор, чтобы уточнить время. Ехать недолго. С другой стороны, в подобной ситуации любая минута тянется вечность.
  - Я буду через двенадцать минут. Сидите тихо. Если что, попробуй выбраться через окно.
  - Девятый этаж, пап! И там не за что зацепиться!
  - Тогда зови на помощь и обрывай трубки копам. Я буду очень скоро.
  Он слышал тяжёлое дыхание снохи, плач детей, грохот и неясные вопли вдалеке. Мари жила не в самом благополучном районе, но чтобы такое... Ларго мгновенно натянул ботинки и потянул ручку входной двери. Что-то заклинило в механизме, и дверь не поддалась.
  - Проклятье!
  - Пап, они кажется вломились!
  - Мари, девочка, держи себя в руках!
  Ключ не поворачивался и не выходил из замка, застрял намертво. Ларго начало трясти, то ли от гнева, то ли от ужаса. Мари что-то причитала, а он отчаянно пытался открыть дверь. Вышибить плечом, если понадобится. После нескольких бесплодных попыток, он решил просто отстрелить замок, но в пистолете не оказалось патронов. Забыл в машине? Быть того не может!
  Ларго метался по квартире, раскидывая мебель, добрался до оружейного шкафчика и торопливо набрал код. Потом ещё раз, и ещё раз... и ещё. Бесполезно. Бормоча проклятия, детектив повернулся к окну - там должна быть пожарная лестница.
  Высадив створку ногой - для уверенности, он выбрался в окно и, цепляясь за раму, перемахнул на узкую металлическую лесенку. Торопливо перебирая ступени, он продолжал прижимать к уху мобильник.
  - Папа, пожалуйста, торопись... Нам очень страшно...
  - Мари... - дыхания едва хватило, чтобы выдавить её имя. - Держитесь.
  Вместо очередной ступеньки нога ухнула в пустоту, Ларго коротко вскрикнул и провалился вниз, отчаянно уцепившись свободной рукой за последнюю перекладину, а второй удерживая телефон. Под ним была пустота в несколько этажей и холодный асфальт в конце пути.
  - Папа, они в доме!!! Папочка! - отчаянный крик сводил с ума, и чтобы зацепиться второй рукой он попытался убрать мобильник в карман, но тот выскользнул из дрожащих пальцев и разбился о тротуар внизу.
  Ларго тянулся изо всех сил, но перекладина была мокрая, холодная и скользкая. Одна попытка, две... силы его оставили. В ушах стоял женский вопль и плач детей. Он сорвался вниз.
  И проснулся.
  Ларго сидел, откинувшись в кресле, и пялился в потолок. Сигарета потухла, пепел лежал аккуратной горкой на полу. На мониторе висела всё та же картинка со странного сайта. Мобильник привычно оттягивал карман брюк. Всё как всегда, ничего особенного, ничего... только колотится сердце и дрожат пальцы, кое-как справляющиеся с целофаном на свежей пачке сигарет.
  Он встал рывком и пожалел об этом, когда перед глазами расплылись багровые круги, помотал головой, выпил последние капли остывшего кофе. Доковыляв до ванной, Ларго повернул ручку смесителя, плеснул в лицо холодной водой и на пару секунд приложился губами к крану, наплевав на неприятный привкус хлора в водопроводной воде.
  Мобильник в кармане!
  Ларго торопливо достал телефон и, кое-как уняв дрожь, набрал номер. В трубке пошли губки. Один, два, четыре... слишком долго, просто невыносимо.
  - Ну давай! Давай же!
  - Алло, пап? Что такое?
  Сонный голос Мари повторял его имя, а Ларго не мог произнести ни слова. С трудом он заставил себя заговорить.
  - Мари, девочка, у вас всё в порядке?
  - В смысле, пап? Мы спим. Ночь на дворе, - спросонья она говорила медленно, прерываясь на длинные зевки. - Что случилось?
  - Н-нет. Ничего. Позвонил узнать, как дела.
  - Так поздно? Пап, ты в порядке?
  Ларго осел на пол ванной комнаты.
  - Да, Мари, девочка моя. Просто заработался. Извини, ложись спать.
  - Пап, ты меня беспокоишь, - проговорила она после недолгой паузы. - Отдыхай, пожалуйста. Завтра поработаешь. Береги себя, у нас ведь больше никого нет.
  - Да, да. Я понял. Я умоюсь и пойду в постель, обещаю.
  - Хорошо, пап. До завтра. Я завтра обязательно позвоню.
  - Добрый снов, Мари.
  - И тебе, пап.
  Когда она положила трубку, Ларго понял, что плачет. Чертыхаясь на себя и на весь мир, он поднялся с пола и побрёл к компьютеру. На экране всё так же висела уже знакомая страничка с окошком чата. Ларго сел в кресло и тронул мышь - курсор дрогнул. Система больше не висела. Да и чат ожил, на той стороне, судя по анимации окна, кто-то набирал текст.
  'Ты видел, странник. Теперь мы ждём тебя'.
  Ларго нахмурился, но всё же заставил себя ответить.
  'Адрес'.
  'Седьмой проезд Кукушки, дом 3... тебя встр...'
  Сообщение дёрнулось раз, другой, а потом исчезло из истории чата. Впрочем, Ларго успел его запомнить, и его собеседник, похоже, был того же мнения.
  'С нетерпением ждём'.
  Детективу казалось, что его дурят, что это всё продолжение дурного сна.
  'Что я видел? О чём была речь?' - напечатал он.
  'То, что ты не готов принять, странник. То, чего ты боишься. Но это не беда, мы тебе поможем'.
  'В смысле...'
  Чат снова повис, и все попытки Ларго его реанимировать ничего не дали. В конечном итоге ему пришлось перезагружать систему. Повторная попытка отыскать подозрительный сайт ни к чему не привела, и после получаса перебора бесконечных ссылок Ларго сдался. Мысли о чертовщине без спроса залезли в голову, но детектив их сердито отогнал. Не хватало ещё этого.
  - Я просто устал, - сказал он сам себе.
  
  Очарованные странники
  
  Утром он первым делом навестил Мари и детей. Просто чтобы успокоить нервы. Просто потому, что он должен быть уверен. На вопросы о самочувствии Ларго не отвечал, как и не реагировал на предложения взять отпуск или хотя бы выходной.
  - Пап, ну правда, ты себя уже замучил всей этой работой, - не успокаивалась девушка.
  Детектив улыбался в ответ, цедил душистый чай из старенькой кружки со стёршимся рисунком и любовался внуками, играющими на полу в гостиной. Парни изображали полицейских детективов, копируя повадки персонажей популярных сериалов, хотя утверждали, что ведут себя 'как дед'. Ларго с ними не спорил - им незачем знать, как на самом деле выглядела его тогдашняя работа. Да и нынешняя.
  В доме тепло и уютно, пахнет выпечкой, шумит стиральная машина, тут и там валяются детские игрушки. Это умиротворяет, и Ларго старается оттянуть тот момент, когда придётся встать из-за стола и отправиться на встречу с любителями здорового сна.
  Надо заработать ещё немного, после чего увозить Мари с детьми из этого проклятого Бревиса. Хоть на юг, в Сан-Сервандо, хоть вглубь материка. Мегаполис - болото, язва на теле Побережья, как и его северный побратим. А он, Ларго, слишком стар и устал, и хоть его порох ещё не отсырел, нет никакой гарантии, что он дотянет до того счастливого мига, когда за внуков можно будет не бояться, когда можно будет уйти с миром. Можно ли вообще мирно уйти в городе, где даже богатейшие из людей не могут уберечь своих отпрысков?
  Бревис - город корпоратов, которым плевать на всё, город убийц, которые могут поджидать за любым углом, город, где каждый день нужно брать кого-то за глотку.
  Образы далёкого детства, когда всё было не так, когда сам Ларго был другим, смутно мелькают перед глазами каждый день. Он уже почти забыл о том времени, о том горном городке, где вырос, и память его только мучит, ностальгия не приносит ничего, кроме боли. А потом перед глазами встаёт работа. Трупы.
  Труп девушки, изнасилованной в заброшке на северной окраине, - самый первый, никогда не покидает памяти детектива. Труп парня, растерзанного подельниками, - такую жестокость он видел редко, и потому запомнил на всю жизнь. Трупы лидеров крупной банды из района Доков служили напоминанием, что даже опасные и авторитетные люди не могут чувствовать себя в безопасности. Труп высокопоставленного корпората, повешенный на балках под эстакадой, ведущей в Центр, дополнял предыдущих покойников, уточняя, что не защищены даже самые могущественные и привилегированные. А труп Альберта, в чьих глазах застыл немой упрёк, говорил о том, что у Ларго когда-то был сын.
  - Папа, - Ларго всё ждал, что губы его придут в движение, и Альберт позовёт своего глупого отца.
  Но он молчал. Он всегда молчал. Ледяное презрение - вот чего был достоин его старик.
  - Папа, проснись!
  Ларго помотал головой. Пелена спала с глаз, тепло кухни и смех внуков вернули его в реальность.
  - Что? Мари?
  - Ты задремал, - заботливо улыбнулась сноха. - Чуть чашку не опрокинул. Не спал ночью, так ведь?
  Она нахмурилась. Точно его покойная жена - вот один в один. Немудрено, подумал Ларго, ведь поговаривают, что мужчины ищут жён, опираясь на образ матери. Альберт попал прямо в точку. Даже детектив рефлекторно съёживался под её взглядом, как когда-то под взглядом супруги.
  - Поспал, - уверил он её. - Немного, но поспал.
  - Сегодня снова на работу?
  - Да, Мари. Ты уж не сердись.
  Она кивнула. Она всё понимала, хотя и не переставала за него переживать.
  - Береги себя, пап.
  
  Сидя на скамейке в незнакомом районе, Ларго никак не мог унять беспокойства. Он привычно осмотрелся в округе, выбрал удобное место для ожидания - так, чтобы ни один даже самый неприметный тип не смог зайти со спины. И всё равно он ощущал себя не в своей тарелке, в постоянном напряжении. Невыносимо, особенно для бывшего полицейского.
  Проезд Кукушки был одним из безымянных закоулков восточного Бревиса, на стыке между южной промзоной и спальными районами, жмущимися к Центру. Так себе район, хотя и не самый опасный в городе. Просто несколько десятков квадратных километров никому не нужной застройки. Здесь не было кричащих о могуществе корпоратов небоскрёбов и офисных центров, не было и полиции, напоминающей о том, что в городе есть какая-то власть, равно как и представителей криминала, не было даже вечно настороженных соседских сообществ, которые были популярны в жилых мегаплексах. Здесь было всего понемногу и ничего конкретного. Место, где нельзя ничего предугадать, и в котором может случиться всё, что угодно. Ларго предпочёл бы кишащие бандитами Доки.
  Велико было желание проверить оружие, но детектив сдержался. Пистолет на месте, заряжен и готов к применению, как и запасные магазины. Он знал это, он сам всё проверил ещё в автомобиле. Лапать пушку на виду у всей улицы - дурной тон, даже если делаешь это максимально деликатно. Это выдаёт волнение.
  - Добрый день, друг.
  Ларго медленно повернул голову. Сутулый мужичок сидел на другом конце скамейки и смущённо улыбался. Потёртая кепка, рубашка с коротким рукавом, заправленная в брюки, мокасины - типичный дед с района. Детектив кивнул, возвращая приветствие.
  - Вы Ларго, правильно? Я не мог перепутать.
  - А вы...
  - Виктор, просто Виктор, - улыбка незнакомца стала менее вымученной. - Мы ждали вас, но многие думали, что вы не придёте.
  - Многие? Это скольких же людей я заставляю себя ждать? - аккуратно уточнил Ларго.
  - Ох, вы не волнуйтесь, нас едва ли пара сотен будет, но мы никогда все вместе и не собираемся - времени ни у кого не хватает. Сегодня пришло двадцать три человека, не считая вас. Это нормально, люди работают, у многих дети, кто-то живёт далеко. Я бы и сам редко выбирался, если бы не жил по соседству. Идёмте? Я вас со всеми познакомлю.
  - А мы никого не разбудим? - попытался пошутить Ларго, и мужичок тихонько хихикнул в ответ.
  - Да нет, что вы, - замахал руками Виктор. - Мы же собираемся, чтобы поговорить, поделиться опытом, помочь друг другу. Забыться сном можно и дома.
  - Ведите.
  Собрания клуба любителей здорового сна проходили в съёмном подвальном помещении. Виктор по дороге объяснил, что арендуют они его вскладчину - так экономнее, ведь если делить на всех, то сумма в месяц выходит смехотворная. Детектив подумал, что этот клуб больше всего напоминает собрание анонимных алкоголиков. Впрочем, все подобные собрания в чём-то схожи. Люди, рассевшиеся в кружок на простеньких деревянных или пластиковых стульях, приветствовали его добродушно, без тени подозрения и агрессии.
  - Друзья, - взял слово Виктор. - Это наш дорогой друг Ларго. Его привела к нам та же дорожка, по которой прошёл каждый из вас. И, прежде чем он нам расскажет свою историю, давайте проявим такт и начнём первыми. Ларго, друг, присаживайся. Сегодня мы постараемся помочь найти ответы хотя бы на часть твоих вопросов.
  Ларго послушно сел на предложенный стул и оглядел присутствующих. Мужчины и женщины, молодые и старые, несколько подростков. Лица у многих бледные, осунувшиеся, и с этой печатью усталости, присутствующей на каждом из них, резко контрастировали улыбки и огонёк в глазах. Эйфория, как у наркоманов или фанатиков - такой была его первая мысль. Подавив тревогу, Ларго откинулся на спинку стула и стал внимательно слушать.
  Первой была женщина средних лет, в платье и переднике, типичный образ домохозяйки, выбежавшей из дома на пять минут за покупками. Чёрные сальные волосы она заплела в длинную косу, которую постоянно перебирала натруженными мозолистыми пальцами.
  - Привет, друзья. Я Оксана. Мы редко видимся, я всё кручусь, как пчёлка, но вот наконец выбралась к вам.
  - Это хорошо, что смогла, - подбодрил её один из мужчин. - Давно тебя не видели.
  - Тебе стало лучше? - участливо поинтересовался Виктор. - В прошлый раз ты была сама не своя.
  - Ой, Вить, было отчего... Но да, я, кажется, смогла. Я долго пыталась привыкнуть, побороть, обойти проблему. Но ведь даже мой психолог говорил, что надо сперва принять себя, а ведь это... часть меня, часть моей жизни.
  - Сон был тот же?
  - Да, почти тот же самый, но теперь я не была безвольной наблюдательницей. Это важно. Мама всегда умела вогнать меня в ступор, лишить сил, словом или взглядом. Колючий такой взгляд у неё был, злой. И при жизни, и теперь, во сне. И с каждым годом она была всё злее. Но вчера я не стала отводить глаз, не стала сжиматься в клубок, я шагнула к ней навстречу...
  - Поборола детский страх? - уточнил Ларго. - Правильно я понял?
  - Ой, нет, что вы, - Оксана натужно, нервно улыбнулась. - Дорогой друг, я никогда бы не смогла побороть этот ужас. Мама всегда была... сильнее меня. Подавляла любые желания, мысли, чувства. Отец поэтому ушёл. Извините, я это часто здесь повторяю...
  - Ничего, - подбодрил Виктор. - Поделись с гостем. У нас нет причин не доверять нашему доброму другу.
  Женщина отрывисто кивнула. Глаза её лихорадочно блестели, хотя Ларго решил, что они просто слезятся. Лето - сезон аллергии.
  - Этот сон, друг мой, стал мне сниться, когда её не стало. Он порой мимолётен, порой долог, место и время суток тоже меняются, но остаётся суть: мама, которая осекает меня, наказывает и запирает. Иногда это просто моя пожилая мама, иногда я вижу её молодой, иногда это монстр с её глазами. Я раньше и пошевелиться боялась, прямо как в детстве. Но теперь я знаю, что смело шагну ей навстречу, как только она появится. Сольюсь с тем страхом, который сдавливает моё сердце, приму его.
  - И это не избавит вас от страха? - Ларго подпустил в голос сомнения. - Вам не станет легче?
  Оксана опустила взгляд, не прекращая улыбаться. Девушка, сидевшая рядом, ласково коснулась её руки, пытаясь немного подбодрить.
  - Я приняла мой кошмар, дорогой друг, - ответила она. - Куда же он теперь денется? Я приняла его и я этому рада.
  - Спасибо, Оксана, - подал голос Виктор. - Это важный шаг, как и для любого из нас. Не опускай руки, дорогая, и в одну прекрасную ночь кошмар тоже примет тебя. Всё получится, я уверен.
  Следующим он пригласил молодого парня, прыщавого и страшно худого. Учёба и сверстники - вот чем были наполнены его дурные сны. Подростковые проблемы, приобретшие форму гротеска. И Ларго не заметил, чтобы кто-то из старших пытался объяснить парню всю глупость его переживаний, как-то поддержать или помочь решить самые насущные из проблем. Вернее, поддержку ему оказывали, но в такой форме, что сам детектив от подобной помощи предпочёл бы отказаться.
  За парнем последовал мужчина, которому изменяли все его жёны. Затем была девушка, которая много лет не могла родить ребёнка. Погрязший в долгах бизнесмен средней руки. Безработный парень, имевший проблемы с жильём и законом. Алкоголики. Замученные нервной работой служащие. Даже один кибер, чьи кортексные импланты имели заводской брак, и долгие годы расшатывали бедолаге психику. MnC inc. выиграли все суды, и несчастный не получил ни замены продукта, ни хотя бы банальной компенсации - только медленно нарастающее безумие, которое нельзя было вылечить никакими лекарствами.
  Эти истории не были оригинальными или интересными. Ларго видел ситуации намного худшие. Но это, казалось бы, нормально: каждый из пришедших делился переживаниями и фобиями, воплощавшимися в дурных снах. Групповая психотерапия или что-то вроде того. Только вот путь, которым двигались эти люди, вызывал у него сомнения. Он не заметил реальной поддержки или дельных советов. Принять себя и свою проблему здесь словно означало дать волю своему страху, впустить его глубже в свой разум, снять все ограничения. И никто не видел в этом ничего подозрительного. Особенно Виктор, который явно был здесь старшим. По крайней мере, старшим из собравшихся. Но мысли об этом странном старике детектив отогнал на второй план - сперва нужно было расспросить о Жане.
  - Вот такие у нас истории, друг Ларго, - голос Виктора прервал его раздумья. - Человеческие судьбы, проблемы и тревоги. Для нас они стали частыми гостями, приходящими как среди ночи, так и в ясный полдень. Я вот давно не сплю по ночам, а днём бывает частенько присаживаюсь подремать в кресле. Моя Элла приходит ко мне каждый раз, и стоит надо мной молчаливым напоминанием о совершённых ошибках. Ты ведь тоже потерял что-то важное, правда? Расскажи нам.
  - Меня привела сюда не моя потеря, а чужая, - ответил детектив. - Я искал друга, Жана, Я знаю, что он посещал такие собрания. А теперь с ним что-то стряслось, и ни знакомые, ни родители не знают, где он. Ваше... сообщество - последняя ниточка.
  Виктор выслушал его, слегка кивая.
  - Я понимаю, Ларго, и мы непременно поможем тебе. Я, кажется, догадываюсь, о ком ты. Жан - чернявый такой парень, он кажется бывший гонщик.
   - Псевдоним Крю, - подтвердил Ларго. - Но он давно уже не выступает.
  - Да Жанчика все здесь знают, - сказала пожилая женщина в безразмерных солнечных очках. - Он так переживал о карьере, а потом ещё о девочке своей - аж исхудал весь.
  - Нормальный мужик, - возразил кто-то из мужчин. - Стройный, худощавый. Просто он постоянно на нервах.
  - Он не посещал нас уже несколько недель, - развёл руками Виктор. - Но он хорошо справлялся со своими страхами. В его возрасте это понятно - молодой организм проще адаптируется. Его слова, его переживания, его сны - он менялся с каждой нашей беседой. А потом просто ушёл, и я не знаю, нужны ли мы ему теперь. Если нет, то оно и к лучшему. Если он принял свой кошмар, и тот ответил ему взаимностью, то ему здесь делать больше нечего.
  Ларго нахмурился.
  - Это всё какие-то психологические штучки, уважаемый...
  - Просто Виктор...
  - ... Виктор. Я понимаю, чем вы здесь пытаетесь заниматься, но не могу взять в толк, как можно исцелиться, давая волю своим страхам.
  'И не спятил ли наш убийца на такой терапии'.
  Виктор расплылся в улыбке и поднял руки в примирительном жесте.
  - Я всё объясню, друг Ларго. Ты ведь не просто так попал сюда. Ты общался в нашем чате.
  - Это просто бот.
  - И он знает, как определить нуждающегося в помощи. Ты нуждаешься, Ларго. И дело не в Жане. Поверь, твоему другу сейчас лучше, чем тебе или мне. Я не знаю, где он, и не могу тебе с этим помочь, но я могу выслушать тебя. У тебя ведь есть страх?
  - Как и у всех, - уклончиво ответил Ларго.
  - Ты не поделишься с нами?
  Собравшиеся молча смотрели на детектива. Участливо, с добротой и пониманием. Многие улыбались.
  - Я... - во рту пересохло, как на допросе, когда пытаешься не сболтнуть лишнего. - Я потерял сына. Давно.
  Ларго пожелал себе заткнуться, но не смог. Захотелось выговориться, выплеснуть всё, что копилось долгие годы. И он рассказал. О том, как лишился жены, не выдержавшей его характера и вечного отсутствия дома. О непростых отношениях с сыном, которые лишь с рождением внуков вошли в нормальную колею. О том как Альберт перешёл дорогу не тем людям, а его горе-отец не смог ни помочь, ни отвести беду, ни принять удар на себя. И с тех пор жил с мыслью, что точно так же во мгновение ока злая судьба может лишить его невестки и внуков.
  Ларго умолк, губы его дрожали. Ощущения были такие, будто его вывернули наизнанку перед всеми этими людьми. Впрочем, его никто не осудил.
  - И к тебе стали приходит сны, не так ли? - уточнил Виктор, когда Ларго прервал свой рассказ.
  - Да. Раньше мне снился Альберт, его немой укор, моя беспомощность. А теперь я увидел, как теряю тех немногих, кто у меня остался. Я понимаю, это всё усталость, стресс. Но сон был... как наяву. Не знаю, как ещё описать.
  - Ты часто терял тех, кто тебе дорог, да? - голос Виктора, тихий и мягкий, проникал в самое сердце.
  - Такова жизнь, - ответил Ларго уклончиво, силясь справиться с наплывом головной боли. - Жена, коллеги, сын...
  - Почему Анна-Люсия ушла от тебя? Разве ты был плохим мужем?
  Ларго давно не разговаривал ни с кем по душам, особенно на такие темы. Ни друзей, ни собутыльников у него не осталось. Острое желание говорить боролось с едва различимым чувством, вернее даже чутьём, буквально вопившем о незримой опасности. Ларго стискивал в кулаке смартфон, стараясь ничем не выдавать этой борьбы.
  - Плохим мужем - определённо. Я и хотел бы быть другим, но моя работа - она плохо подходила для семейных людей. Вот Анна и ушла. Многие уходили, я её не виню. Я не был первым, не стал и последним.
  Лёгкий озноб заставил его поёжиться. То ли кондиционер перестарался, то ли он просто не замечал, что в помещении холодно.
  - Что же это за работа, друг? - раздалось откуда-то с другого конца комнаты.
  Ларго пытался выцепить взглядом говорившего, но всё внимание переводила на себя фигура Виктора. Он не нависал, не давил, не желал зла.
  - Полицейский детектив, - слова соскользнули с языка легко и непринуждённо, словно он и не выдавал себя с головой, и даже лёгкий ужас от осознания происходящего остался где-то на самой грани восприятия. - Теперь уже в отставке. Работаю на себя. Выкручиваюсь... как могу.
  - Жёнам полицейских нелегко, друг, - согласился Виктор. - Служба, она такая.
  Ларго выдохнул облачко пара. Неужели никто не замечает, как здесь холодно?
  - Ты был расстроен, правда? - снова чей-то незнакомый голос. - Ты винил себя? Стал пить?
  Анна стояла перед глазами, как в тот самый день, когда их пути разошлись. Её длинные прямые волосы, гордый вздёрнутый подбородок, платье в горошек на точёной фигуре. Её молчание. Его молчание.
  Он посмотрел на свои руки. Вместо телефона он держал стакан. Ларго поднёс его к лицу - в нос ударил запах дрянного виски, которым он тогда напился до потери человеческого облика. Этот вкус наполнил его рот, запах залезал в ноздри, в горле нарастал ком. Его рвало в тот день, сначала в баре, потом на улице, и дома на полу прихожей. Он помнил эту тошноту, как будто это было вчера. Нет - как будто это происходило прямой сейчас.
  Ларго стиснул зубы и зажмурился. Тошнота не отпускала. Когда он открыл глаза, то увидел, что сидит на том же стуле, со смартфоном в руке, а какая-то дама средних лет участливо протягивает ему стакан воды. Ларго что-то пробормотал в ответ. Неловкие слова благодарности. Женщина молча отошла в сторону, а после первого глотка воды в помещение вернулся холод, которому Ларго был теперь рад, как старому доброму другу.
  - Скажи, - продолжил Виктор, выступая на первый план, - зачем ты ищешь нашего Жана? Чем он так важен для тебя?
  Он не мог врать. Но и правды говорить было нельзя. Ларго окоченел, пальцы не слушались, и он с трудом поставил стакан на низкий столик. Чувство опасности не унималось, мозг работал на пределе, преодолевая холод и дурман.
  - Его ищут, - выдавил он. - Жана ищут, я просто помогаю.
  - Кто его ищет?
  Холод стал нестерпимым. Ларго собрал остатки воли. Сказать всё и ничего.
  - Семья... Отец...
  Виктор нахмурился, но лишь на мгновение. Мгновение лютого холода, которое для Ларго растянулось на целую вечность.
  - Я не мог отказать, - перешёл в наступление детектив. - Я и сам отец.
  Холод медленно отступал. Виктор кивнул, понимающе, со значением. Его удовлетворил ответ? Или он и так всё понял. Ларго не хватало сил, чтобы гадать.
  - Я тоже отец, - вздохнул Виктор, отходя в сторону. - Многие из нас родители. Мы понимаем тебя, друг Ларго. И отца Жана тоже понимаем. Но помочь не сможем. Ему не сможем, но поможем тебе. Ты ведь так и не принял того, что случилось? Тебя мучит прошлое, это видно. И кошмаров твоих куда больше, чем ты сам можешь представить. Ко мне приходит лишь один и тот же сон, но ведь с тобой дела иначе?
  - Разве? - Ларго нашёл в себе силы поднять взгляд, разжать сведённую судорогой ладонь и убрать смартфон в карман.
  - Ты борешься с прошлым, и в то же время живёшь им. Это видно из твоих слов, из твоих снов. Нам есть что предложить тебе, дорогой друг. И в то же время есть чему у тебя поучиться. Ты бы мог заменить нам Жана и других, тех, с кем мы больше не увидимся.
  - Не понимаю.
  - А сейчас и не нужно, Ларго. Сегодня ты рассказал нам о своём страхе. Более того - ты нам его показал, а для этого требуется мужество.
  'Выдал себя с потрохами. Сдался, едва только правду стали тянуть щипцами. Да уж, много мужества для этого нужно. Глупый старик, тебя облапошили какие-то доброхоты, а ты даже не понял, как они это сделали'.
  Ларго молча потянулся за стаканом и залпом допил остатки воды. Холод почти отступил. В помещении было прохладно, как в любом другом подвале, но не более того.
  - Приходи к нам снова, - сказал Виктор устало. - Придёшь, Ларго? Просто поговорить. Мы откроемся тебе, а ты нам.
  - Я... - детектив не знал, что заставило его так говорить, но всё же ответил честно и без принуждения: - Да. Я подумаю над этим.
  - О большем мы и не просим. А теперь пришло время расходиться. Я хотел бы показать тебе больше, но время позднее. Возвращайся, дорогой друг, мы будем тебе рады.
  Ларго кивнул. Уже на выходе он задержался возле Виктора. Тот не отвёл взгляда. Смотрел пожилой мужчина без страха и смущения.
  - Не держи зла, друг, - попросил он. - Я уверен, что со временем смогу всё тебе объяснить.
  Ларго кивнул и протянул Виктору руку.
  - Договорились, - ответил он. - Никаких обид.
  Виктор с радостью пожал протянутую ладонь, и Ларго, хлопнув его по плечу, вышел на улицу.
  
  Летом темнело рано, и Ларго, покинув подвал, очутился в тёплой ночи, так резко контрастировавшей с холодом места, в котором собирались любители здорового сна. Название их группы в свете произошедших событий казалось детективу весьма ироничной шуткой.
  На негнущихся ногах Ларго доковылял до ближайшего тёмного переулка, где, хватаясь за стену, выблевал содержимое желудка. Он и так держался дольше, чем ожидал. Образ Анны, чувство отчаяния и вездесущий запах дрянного виски - всё как в тот день, и прорва прошедшего с тех пор времени больше не могла притупить боль, как будто худший момент его жизни вдруг догнал его годы спустя.
  Ларго отплевался. Хотелось пить, вкус виски медленно растворялся, уступая желчи. Мысль о чертовщине всё настойчивей стучалась в голову, но Ларго запретил себе об этом думать. Переживать он будет потом, а пока нужно работать.
  Выйдя на освещённую улицу, он закурил, встав вполоборота к тротуару. Пройдя пару перекрёстков, остановился возле уличного ларька, долго всматривался в витрину, после чего купил пачку сигарет и бутылку воды. Подозрение подтвердилось, и он, довольный собой, зашагал в направлении проспекта.
  'Всего двое, и явно не профи, раз так легко выдали себя', - подумал он, с удовольствием полоща рот холодной минералкой.
  Оторваться от дилетантов было вопросом времени. Днём он сделал бы это в хитросплетении улочек спального района, однако ночью ему требовалась более оживлённая улица. В Бревисе найти такую не составляло особого труда, ведь в какую бы дыру ты не забрался, в пределах пары кварталов всегда пролегала шумная радиальная автострада, которые десятками нитей стягивали все транспортные потоки в сторону сияющего Центра.
  Убедившись, что от него отстали, Ларго достал смартфон, проверил сигнал с жучка и, довольный собой, закурил ещё одну. Какими бы странными умениями не обладали Виктор и его друзья, трюки старины Ларго работали безотказно. И может так получиться, что он навестит своих новых друзей куда раньше, чем они сами того ожидали.
  Судя по геолокации, Виктор находился в двух кварталах от того места, где проходило собрание. Расстояние невелико, и Ларго рассчитывал добраться туда минут за двадцать. Оставалось только соблюдать осторожность и надеяться, что старик просто направился домой, а не куда-то ещё. Каким образом он заставит Виктора рассказать хоть что-то о Жане, Ларго ещё не придумал, и это беспокоило его больше всего. Достаточно будет припугнуть того пистолетом? Или он ловко погрузит детектива в транс, снова покажет ему... Ларго приказал себе не думать об этом.
  Четырёхэтажный жилой блок, к которому привёл сигнал, был построен, казалось, лет пятьдесят назад, если не больше, когда жильё для сотрудников строили рядом с промзонами. В Бревисе давно ничего подобного не возводили, и даже общежития при фабах ART выглядели куда солидней.
  Ларго подошёл к зданию со стороны палисадника. Жители вырастили у себя под окнами оранжерею, кто-то даже устроил грядки с овощами, хотя Ларго сомневался, что посреди мегаполиса можно вырастить хороший урожай. В тени увитой плющом арки он обнаружил скрытую от глаз беседку, откуда его даже днём бы никто не заметил, и поблагодарил судьбу за такой подарок. Устроившись там, он снова достал смартфон.
  Шпионский софт ему ставил один знакомый умелец, неофициально конечно же. Железо он тоже модифицировал, и хотя на работе смартфона это никак не отразилось, сигнал от жучка на определённом расстоянии получался необычайно чистый. Для копа или частного сыщика это была просто находка, которая к тому же обошлась Ларго в сущие копейки.
   Детектив устроился глубине беседки и проверил наушник. Жучок начал передачу аудио. Ларго сидел в полной неподвижности и молча слушал.
  - ...не стал бы отпускать его. Он из полиции, сам же сказал! - убеждал кого-то низкий грубый голос. - Мало ли что он ещё разнюхает, а нам тут не нужны неприятности. Кого он может за собой привести? Департамент правопорядка? Корпоративных силовиков? Старик, ты из ума выжил, если вообще решился его пригласить на собрание!
  - Это не нам с тобой решать, мой дорогой друг, - перебил голос Виктора. - Он нашёл нас в Сети, а алгоритм сам решил, что нужно позвать его. Ему виднее.
  - Это просто программа, Вить, - со вздохом ответил его собеседник.
  - Не просто. И не совсем программа. Это такой же проводник, как и Жан, и другие...
  - Он искал Жана. Тебе известно что-то? Кому он перешёл дорогу?
  - Жан передо мной больше не отчитывается. Я полагаю, он завершил своё становление. А вот нам нужно искать ему замену. Не всякий сможет заменить Жана. Поэтому я рассматриваю... варианты.
  На какое-то время в эфире повисла тишина, лишь изредка нарушаемая едва слышными звуками шагов по комнате.
  - Вот этот тип? Этот коп? - резко спросил неизвестный мужчина.
  - Он самый. Ты сам видел, какой потенциал. И то, что его мучит, лично мне очень близко.
  - Он нас сдаст с потрохами!
  - Он нас поймёт. И себя самого тоже.
  - Виктор, я всегда тебе верил. Я не хочу идти против тебя, но и согласиться с таким решением не могу. Нас мало, и многие из нас куда как слабы, просто люди, не способные справиться с тем, что на них навалилось. Любая внешняя угроза нас уничтожит, - в голосе мужчины чувствовалась дрожь.
  - Если ты всегда мне верил, поверь и сейчас, - спокойно ответил Виктор.
  - Я должен хотя бы Жана предупредить. Я найду его и скажу, что его ищут - так будет правильно.
  - Если найдёшь, - поддел Виктор. - Но здесь я препятствовать не буду. Если получится с ним встретиться, передай парню, что я очень за него рад. Все мы рады.
  - Передам.
  Шорох одежды. Тихое щёлканье дверного замка. Хлопок выходной двери. Больше в квартире никто не разговаривал.
  Ларго, выждав немного, осторожно поднялся со скамейки. Если сновидцы и не знают, где мог обретаться Жан, то хотя бы догадываются. И в любом случае им известно об этом типе что-то, о чём они не говорят напрямую даже друг с другом. Надо задать этому Виктору пару вопросов, любым способом разговорить его. Если учесть, что жучок сам отвалится от его одежды на следующий день, у Ларго было не такое уж большое окно для слежки, и ждать не имело смысла.
  На выходе из беседки Ларго встал, как вкопанный. Было темно, но чутьё его не подводило - кто-то смотрел на него. Кто-то находился очень близко, буквально в паре шагов. Ларго потянулся к пистолету.
  - Не надо, детектив, я уже держу тебя на мушке, - вежливо попросили из темноты. - К тому же мы с тобой скорее коллеги, чем враги.
  Ларго стоял молча, руку от кобуры он так и не убрал, однако и дальнейших попыток выхватить пистолет не делал.
  - И что будем делать? - спросил он. - Стоять в неловком молчании?
  Тень, что была чуть плотнее прочих, отделилась от живой изгороди, и Ларго услышал, как взведённый курок с щелчком встаёт на место.
  - Я бы предложил выпить пива.
  Тень приблизилась и слабый свет далёкого фонаря осветил невысокую коренастую фигуру. В полумраке задорно сверкнули золотые коронки.
  - Санчез, - выдохнул детектив. - Я даже не знаю, радоваться или плакать. Я, мать твою, поклялся, что с твоими делишками ничего общего больше не имею.
  - Ну, зарекалась свинья... - усмехнулся Санчез. - Идём отсюда, выпьем и поговорим.
  - Не раньше, чем я допрошу одного старикашку.
  - Виктора Семченко? Ну, вряд ли ты что-то из него вытянешь. Скорее сам выложишь ему всё на блюдечке.
  Ларго хотел что-то ответить, но запнулся на полуслове.
  - Идём, - произнёс Санчез более настойчиво. - Разговор есть. А этот дед никуда не денется - он тут живёт уже двадцать пять лет, и вряд ли сбежит, завидев у себя на районе отставного полицейского.
  Чувствуя, как усталость и голод начинают брать своё, Ларго великодушно позволил себя уговорить.
  
  Старые коллеги
  
  Пиво. Тёмное и холодное. Детективу казалось, что ничего лучше он не пробовал в своей жизни. Он подозревал, что вкуса напитку прибавили перипетии долгого и тяжёлого дня, однако его это не расстраивало. К тому же Санчез хорошо знал, куда можно сходить и пропустить по стаканчику, не рискуя под конец вечера получить по голове бутылкой.
  'Мистер кот' был одним из лучших баров на Задворках, чего уж говорить. Вряд ли он удовлетворял утончённые вкусы, но этого 'Коту' и не требовалось. Выпивка, скромная кухня, шикарная стойка из тёмного дерева, уютные столики и сцена. Ларго слышал, что здесь заседает местный рок-клуб, и был несказанно рад, когда оказалось, что сегодня ребята отдыхают. Голова и так готова была взорваться - не хватало ещё тяжёлой музыки.
  - С тех пор, как ты отправился на вольные хлеба, я уж и не надеялся тебя встретить, - произнёс Санчез, сверкнув золотыми коронками, и отпил виски из бокала.
  - Я тоже надеялся, что уже не встречусь ни с тобой, ни остальными парнями, - признал Ларго. - Без обид, Санни, ничего личного - просто меня достала служба.
  - Как и меня, представляешь?
  Ларго придал своему лицу удивлённый вид.
  - Да-да, - кивнул Санчез. - Я тоже подал в отставку. Правда, перед этим я получил, хм, как это у них говорят: оффер.
  Детектив уже понял, к чему клонит старый приятель.
  - И что, хорошо платят корпоративным ищейкам?
  - Лучше, чем копу-пенсионеру или частному сыщику.
  - Кто бы сомневался.
  Санчез выкупил у бармена всю бутылку и разлил ещё виски по бокалам.
  - Знаешь, грустить не о чем. Меня приняли по профилю, учитывая те дела, которые я раньше вёл. Я знаю, ты никогда не любил ввязываться во все эти делишки, ну, типа 'сверхъестественные', - Санчез гримасничал, делая ударение на последнем слове. - Но в ART ребята оказались толковые, и через пару месяцев я понял, насколько суеверным типом был всё это время. Ну, прямо как ты или наш шеф.
  - Я не суеверный. Однако с псиониками предпочитаю не работать. Не хочу связываться с вещами и явлениями, которые я с трудом могу понять и проанализировать. В городе полно работы с обычными клиентами, причём достаточно денежной.
  Санчез криво усмехнулся, и Ларго это ухмылка очень не понравилась. Он запил своё неприятное ощущение доброй порцией виски.
  - Тогда почему ты шпионил за Семченко? - спросил он, снова сверкнув коронками. - Дед-то... странный. Не находишь?
  Ларго насупился.
  - Он... свидетель, скажем так.
  - Ответ принимается. Только чему бы он ни был свидетель, Семченко куда более серьёзный тип, чем тебе кажется. И раз уж ты на него вышел, то твоё простое и рутинное дело начинает плохо пахнуть. Пахнуть 'колдовством'.
  Санчез заржал, радуясь собственной оригинальной шутке. Ларго сидел и смотрел на коллегу, как на идиота.
  - Кого ты ищешь, приятель? Давай, колись. А я, так и быть, выдам кое-что о нашем дедушке.
  - Какой у тебя резон, Санни? - угрюмо спросил Ларго. - Денег я тебе точно обещать не смогу.
  - Ларго Дельгадо в своё время был лучшим детективом в Департаменте, носом землю рыл, что твой крот, и всегда докапывался до сути. А я буквально на прошлой неделе лишился своего тупорылого напарника - земля ему пухом. Думаю, что никакие деньги мне сейчас не заменят такой ценный актив, как ты, мой друг.
  - Ладно, твоя взяла, - произнёс Ларго. - Я ищу человека по имени Жан Крю.
  - Гонщика?
  - Ты его знаешь?
  Санчез почесал заросшую тёмной щетиной шею, отхлебнул виски и кивнул:
  - Должны же у ищеек быть хобби. Обожаю гонки, знаю всех жокеев Побережья наперечёт. Этот типчик не очень известный был, едва дотянул до второго дивизиона. А что тебе в нём?
  - Его подозревают в убийстве дочери одного влиятельного человека, - уклончиво ответил Ларго.
  - Корпорат? - тут же поинтересовался Санчез. - Хотя нет, я бы о таком слышал.
  - Это человек старой закалки, Санни. Не все шишки в Бревисе имеют отношение к ART.
  - Что верно, то верно, дружище, но их не так уж много. Исчезающий вид, я бы сказал, вымирающая родовая аристократия, - Санчез задумчиво посмотрел на свой стакан, словно один только вид выпивки помогал ему думать. - Аквинский? Вайнштейн? Сурков?
  - Нет.
  - Верно, верно, они давно не в фаворе. Гаспар Джонс?
  Ларго покачал головой, эта угадайка начинала его раздражать.
  - Эмилио Корристо? Нет, этот не стал бы нанимать копа, даже бывшего. Клемм?
  Ларго не ответил, но был уверен, что коллега и так читает его, словно книгу.
  - Мм, понятно, - протянул Санчез. - Вот кто заплатил тебе за вендетту. Мужик и впрямь уважаемый, в авторитете у бизнесменов старой школы, да и в политике знает толк. Об этого мастодонта даже дзайбацу зубы могут обломать, и я не завидую тем, кто перешёл ему дорогу. Бедному Жану похоже крышка.
  - Убивать я его не собираюсь, только разыскать.
  - Ха, Ларго, дружище, это для него равносильно приговору, если я правильно понял расклад. Впрочем, ты и впрямь будешь чистенький. Ну да ладно, не моё дело. А что с Семченко? Они связаны?
  - Жан ходил в этот их... кружок? Группу по интересам? Короче на собрания с Виктором и его друзьями, - Ларго задумчиво покрутил стакан в руках. - Честно говоря, я не понял, чем они там занимаются. Сперва было похоже на анонимных алкоголиков и прочие подобные группы, но они словно и не пытались избавиться от своих проблем. Рассказывали истории. У кого-то проблемы серьёзные, а кого-то парит чушь собачья - не суть. Они просто выкладывали это, как перед психоаналитиком и... мне показалось, что они, не знаю, наслаждались процессом что ли.
  - Принимали свой персональный ад, - подсказал Санчез, ехидно ухмыляясь.
  - Тебе лучше знать, корпоративный детектив Ферейро, - съязвил Ларго.
  - Да не сердись ты. Ты их первый день видишь, а я слежу уже несколько месяце. Но ты ведь заметил в них нечто странное, да? Нечто, что заставило тебя проследить за Семченко?
  Ларго нахмурился. После того, как его буквально вывернули наизнанку, навязчивый тон Санчеза раздражал даже больше, чем во времена их молодости. Но отмалчиваться было нельзя.
  - Они спрашивали про Альберта. Так уверенно, будто знали... обо всём. Ты же знаешь, Санни, я не из болтливых. Но я выложил им всё, лишь бы прогнать из головы эти мысли, эти образы. Как будто всё случилось вчера, Санни, как будто бездна времени не залечила раны, оставив только саднящие рубцы.
  - Красиво говоришь, поэт, - без тени издёвки ответил Санчез. - Значит, они тебя подцепили. Это плохо. Хуже, чем я предполагал.
  - Я не мог сопротивляться, Санни. И эта боль в груди, этот холод. Я не знаю, что за приёмчики у этого Семченко, но я просто не мог сопротивляться, - Ларго осёкся и вопросительно посмотрел на коллегу: - Он псионик?
  - Нет конечно, - на лицо Санчеза вновь вернулась кривая ухмылка. - Корпорация таких быстро выявляет. По крайней мере в пределах Бревиса. Если в городе и есть какое-то серьёзное подполье одарённых, мне об этом неизвестно. А что до Виктора, он тоже человек непростой, но не псионик - это точно. Иначе у него под окнами ты встретил бы не меня, а отряд зачистки и пару пси-оперативников. Господин Семченко и его друзья не настолько опасны, они своего рода жертвы, а не преступники. И ты не поверишь, я потратил очень много времени как в Сети, так и на земле, пытаясь вычислить масштабы их, скажем так, культа.
  - Культ? - удивился Ларго. - Никогда не подумал бы. И кому же они поклоняются?
  - Своим кошмарам.
  Детектив почувствовал голод. Они ведь сразу взялись за виски, даже закусить не заказали. Усталость, отвратительный день и выпивка сделали своё дело.
  - Санни, давай что ли пожрём чего-нибудь.
  Санчез одобрил его предложение, и через пятнадцать минут они уплетали шкварчащие фахитос с двух горячих сковородок. Простая и жирная пища радовала Ларго как никогда. Санчез тоже выглядел довольным, и даже стал поглядывать в сторону второй бутылки виски, хотя первая ещё не показала дно. Только прикончив по половине порции, они вернулся к беседе.
  - Что ты знаешь о комплексе 'Аурум'? - спросил Санчез, смахивая жир с усов и бороды.
  Ларго пожал плечами.
  - Когда я ещё работал в Департаменте, это была одна из лабораторий ART. Там как раз проводили исследования, связанные с одарёнными. Ты и сам, наверное, помнишь все эти слухи об экспериментах над людьми и прочей чертовщине. Но об этом трубила пресса, а реальных сведений ни у кого не было.
  - Да, шумиха была знатная.
  - А толку, Санни? Чем бы ART там ни занимались, никто и ничего разнюхать не смог. Комплекс находится в глубине закрытой промышленной зоны, к нему невозможно даже близко подойти, не попавшись на глаза службе безопасности корпорации. Возмущённые бездельники потоптались по округе, пару раз подрались с охраной и полицией, и на этом всё закончилось. Но ты ведь неспроста вспомнил про это место?
  - Ага, дружище. 'Аурум' работает до сих пор. И работает не без проблем. Одарённые, ну, сам понимаешь... публика специфичная. Прошлой осенью у них случилась аварийная ситуация. Корпораты быстро ликвидировали проблему и провели все необходимые охранные мероприятия, однако один из объектов исследований попал за пределы лаборатории.
  Ларго хрюкнул и закинул в рот очередную порцию свинины с овощами.
  - Так у них что, подопытный псионик сбежал?
  - Тише ты, - беззлобно шикнул Санчез. - Нет, никто не сбежал. Объект не является человеком. Это некая разработка, продукт так сказать. Мои кураторы не вдавались в подробности, их инструкции касались только процедур обнаружения и нейтрализации.
  - Если это некий предмет или данные, значит их кто-то вынес тем или иным способом, - парировал Ларго. - Не мог же неодушевлённый предмет покинуть лабораторию самостоятельно.
  Санчез улыбнулся и развёл руками.
  - Я тоже так думал.
  - Ты издеваешься, Санни?
  Корпоративный детектив покачал головой с самым серьёзным видом, на какой была способна его лукавая физиономия.
  - Когнитивная угроза, Ларго. Ты ведь ещё помнишь, что это такое? Мы с тобой не раз испытывали это на себе. Я о воздействии психосил.
  - У этих воздействий каждый раз был источник, которому можно было вышибить мозги. Но ты говоришь, что сейчас псионики не замешаны. Источник угрозы... его вообще можно руками пощупать?
  - Сомневаюсь. Это скорее предмет информационного поля. Вредоносный предмет. Но информация, как известно, не может существовать без носителя, будь то человек, флешка или листок бумаги. Руководство комплекса ликвидировало утечку, однако объект к тому времени успел распространиться на другие носители. Социум и Сеть прекрасно для этого подходят.
  Ларго облизал вилку, собрал остатки соуса куском кукурузной лепёшки и с удовольствием отправил в рот. Как ни странно, добрый ужин избавил его от усталости и мигрени. Он даже был готов продолжать разговор и не обзывать Санчеза недоумком, как намеревался ранее.
  - Ты хочешь убедить меня, что информация может быть заразной? Типа передаваться от человека к человеку, словно вирус?
  - А что такого? Помнишь, ты смотрел на службе ту мыльную оперу о девице из богатой семьи, которая оказалась без гроша в кармане? Тупее дерьма я придумать не мог. И тем не менее, стоило тебе рассказать об этом мыле в участке, как все с ума посходили. Неделю спустя я уже посмотрел два сезона и никак не мог остановиться!
  Санчез расхохотался до слёз, и даже Ларго не удержался от улыбки. Времена были те ещё.
  - Но наш случай не то же самое, Санни, правда ведь?
  - Ага, - хрюкнул Санчез, вытирая взмокшее лицо салфеткой. - В нашем случае всё намного хуже. Объект представляет опасность, даже будучи зафиксирован в тексте или аудиосообщении, однако его физические носители, как ни странно, имеют свойство быстро деградировать. Поэтому он... оно... эта штука паразитирует на людях. Люди выдерживают дольше, однако особенности человеческой психики мешают быстрому распространению этой заразы. Мы не столь одинаковы, как страницы в записной книжке. Большинство носителей ненадёжны, не способны передать заразу дальше, да и сами быстро становятся умственными калеками. Поэтому он выбирает определённый типаж, лёгкую цель с определённым паттерном поведения, под который можно легко и безболезненно подстроиться. Что ты можешь сказать о людях на собрании? О самом Викторе? Если отбросить их проблемы, странности и всю чертовщину, которую ты там видел?
  Ларго задумался. Он знал ответ, просто не думал, что эта деталь хоть сколько-нибудь важна в его расследовании.
  - Они все слабые люди, - ответил он. - Тряпки, размазня - это если быть точнее. Не хотят ничего менять, ничего делать, наслаждаются своими страданиями. Своими ночными кошмарами.
  - И вот они-то больше походят на страницы одной толстой тетрадки. Не правда ли?
  - Но почему кошмары?
  - А на чём в Бревисе, по-твоему, проще всего паразитировать? На позитивных эмоциях? На светлых надеждах? Взгляни, что показывают в Сети, почитай новости. Этот объект, чем бы он ни был, использует те же темы, за которые цепляются СМИ. Потому что это легко и всегда работает.
  - Как болезнь, бьющая по тем, у кого слабый иммунитет, - догадался Ларго. - Или как вирусный код, разбивающий ненадёжные типовые системы защиты.
  Санчез кивнул.
  - Вот поэтому, приятель, шеф когда-то поставил нас с тобой разбираться со всей этой псионической шушерой. Поэтому меня, жирного хамоватого ублюдка, с руками оторвали ART. Мы с тобой были не самые большие эрудиты в Департаменте, зато всегда думали головой, всегда умели работать в условиях недостатка информации, достроить картину ситуации пусть не до истинной, но до такого состояния, чтобы можно было работать. Когда имеешь дело с одарёнными и их штучками, это важнейший навык. Чёрт возьми, спроси у десяти псиоников про то, что они ощущают и как проворачивают свои фокусы, и услышишь десять разных объяснений. Если вообще услышишь, ведь многие из них ничего о себе не знают. А те, которые знают много, типа дока Айгнера, меня очень сильно пугают. Поэтому ты мне нужен, Ларго. Наткнувшись на тебя сегодня, я понял, что это, мать её, судьба и никак иначе быть не может.
  Ларго слушал его, но думал о собрании и о Викторе. Неужели так просто? Ему показали самое страшное, что было в его жизни, заставили переживать смерть Альберта снова и снова, и он в итоге сдался. Он, Ларго Дельгадо, чьё неумолимое молчание было такой же константой, как бесконечная болтовня Санчеза. Старик, слабый и бесхарактерный, взял и запросто покопался в его голове, сделал из него безвольную марионетку. И шут знает, на что ещё он способен.
  - Если существует когнитивная угроза, то должны быть и методы противодействия, не так ли? - спросил он Санчеза.
  - Да, корпораты ставят своим агентам ментальную защиту. К тому же меня и моего покойного коллегу выбрали по психотипу. Мы оба из тех парней, кто переживает разве что из-за того, что пролил кофе на новую рубашку, или что девка вот-вот должна была дать, но не дала. Правда парень был ещё и тупица, поэтому дал себя убить.
  - Эти люди не похожи на убийц.
  - Эти - нет. А вот ночной визитёр, которого ты собирался брать у Семченко на квартире - вполне. И у тебя, как мы оба знаем, защиты никакой нет. Более того, они уже нашли к тебе подход. Ты без пяти минут их клиент, дружище.
  Ларго вздрогнул.
  - Тогда какой смысл работать со мной в паре? Получается, я такой же слабовольный тип. И я скомпрометирован, как агент, не так ли?
  - Как агент полиции или частный детектив, возможно. Тебя крепко зацепило, я это вижу. У тебя много дерьма было в жизни, им есть на чём играть, но Ларго Дельгадо не тряпка и не размазня - это точно. И здесь звёзды опять очень удачно сошлись. Дело в том, что я всё время хожу вокруг да около. А ты уже с ними, Ларго, внедрился так сказать. Я обеспечу тебе поддержку, а ты сойдёшься с этими ребятами поближе и расскажешь им, какой ты бедный и как тебе плохо. И выявишь проводников.
  - Кого?
  - Основных носителей. Тех, через кого эта дрянь распространяется, и кто получает способности, превосходящие человеческие. Они источник когнитивной угрозы и главные связующие элементы всей ячейки. Виктор и его гость под подозрением в первую очередь. Но есть кто-то ещё, я уверен. Нет смысла разгонять культ, если сперва не выявить проводников. Помоги мне - и Жан твой. Если он связан с культом, то через проводников мы легко на него выйдем.
  Ларго протянул руку к бутылке и разлил остатки по стаканам. Его молчаливый тост Санчез с радостью поддержал и, крякнув, залпом осушил свой стакан. Он никогда не умел смаковать виски.
  - Я думал, что раскрою ничем не примечательное убийство, получу деньги и свалю в Сан-Сервандо на отдых, - вздохнул детектив. - И что из этого вышло.
  - А я думал, что мне даст вон та официантка, - развёл руками Санчез. - А её сейчас забирает какой-то хер на мотоцикле. Жизнь несправедливая штука, дружище.
  
   Добравшись домой, Ларго без сил упал на кровать. В голове было пусто, ни мыслей, ни боли, вообще ничего. Даже привычного после выпивки дурмана, и того не было. Впрочем, Ларго был не из тех, кого можно свалить половиной бутылки спиртного. Повернувшись на спину, он уставился в потолок. Хотелось курить, но детектив давно отучил себя от привычки курить в постели - он не раз видел, чем это может закончится, - поэтому Ларго постарался закрыть глаза и уснуть. Думать о Санчезе, Викторе и Жане, о корпоративных секретах, расследовании и прочей ерунде он будет утром после плотного завтрака.
  Жажда подняла его с кровати в четвёртом часу ночи. Кое-как продрав глаза, он выпил остатки минералки, но легче ему не стало. Духота не отступала, кофе не хотелось, да и голод детектива не мучил. Накинув куртку, Ларго вышел прогуляться. Выспаться сегодня вряд ли получится, но можно немного освежиться, пройти пару кварталов до кислородного купола и подышать в саду свежим воздухом.
  В молодости он обожал ночные улицы. Несмотря на грязь и опасность, которые могли поджидать там, он всегда спешил на дежурство, а потом, заматерев и сменив значок патрульного на значок детектива, часто мерил шагами закоулки Бревиса, предпочитая работать на улице, а не из офиса. И с возрастом эта странная любовь только окрепла. Скользя из тени в тень, он пересекал улицу за улицей, то приближаясь к ярко освещённым проспектам, то вновь отдаляясь вглубь тёмных переулков. На ходу ему хорошо думалось, ничего не беспокоило, ничего не отвлекало. Дома перед компьютером настроиться на подобный лад у него никогда не выходило, и он даже перестал пытаться. Работа в Сети для него всегда была каторгой.
  Громкий хлопок отвлёк Ларго от раздумий. Знакомый звук. Выстрел из пистолета. Детектив прильнул к стене ближайшего дома, слился с тенью и обратился в слух. Ещё два выстрела не заставили себя ждать, за ними последовали крики, потом хлопнуло ещё несколько раз.
  Перестрелки не редкость на улицах Бревиса, и детектив совершенно не хотел ловить случайную пулю. Героем он не был, ещё в молодости научился не лезть на рожон. Но почему-то не в этот раз. Словно какая-то неведомая сила заставила его достать пистолет и сделать шаг из укрытия.
  Стреляли совсем рядом, в переулке, и в промежутках между выстрелами Ларго отчётливо слышал сдавленную ругань и крики о помощи. Это его подстегнуло, он перешёл на бег и, приблизившись к арке, ведущей в переулок, осторожно выглянул.
  Их было четверо. Не более чем тени на тёмном холсте ночного города, но Ларго отчётливо различал их силуэты, подсвечиваемые вспышками дульного пламени. Чуть дальше, укрываясь за рекламным щитом, лежал пятый. Он ещё был жив и изредка огрызался одиночными выстрелами. Бедолага явно не мог целиться, так что окружившие его убийцы чувствовали себя вольготно.
  Первого Ларго подстрелил без проблем, и тёмный силуэт беззвучно рухнул на асфальт. Впрочем, надо было отдать должное троим оставшимся - они тут же переключились на детектива, заставив того отступить за угол.
  Через секунду до слуха Ларго донеслись характерные щелчки и металлический звон. Стрелки перезаряжались, и это дорого им обойдётся. Ларго сделал несколько выстрелов вслепую, выступил из-за угла, выпустил пару пуль в ближайшую цель - и снова одна из теней упала наземь. Ларго снова отскочил за угол, и вовремя - град выстрелов обрушился туда, где он только что стоял, кромсая фасад здания, кроша и выбивая декоративную плитку.
  Детектив отступил вдоль стены, укрылся в нише, где располагался вход в какую-то подсобку, и приготовился встретить дорогих гостей, однако те, видимо, решили не испытывать судьбу. Выскочив из переулка, тени выстрелили несколько раз навскидку и тут же бросились прочь, громыхая по тротуару тяжёлыми ботинками. Гнаться за ними Ларго не стал, однако всё-таки выждал какое-то время, прежде чем отправился в переулок.
  Тел в темноте он не разглядел, да и не стал их искать. Он осторожно приблизился к лежавшему на земле бедолаге. Подсветка рекламного щита едва работала, однако этого хватало, чтобы разглядеть молодого парня. Тот лежал на спине, прижав руку к животу. В темноте было не разобрать, но Ларго по опыту догадался, что рана скверная. Парень едва дышал, а его пистолет бесполезной игрушкой валялся рядом с ним. В переулке больше не было никого.
  - Эй, ты говорить можешь? - детектив склонился над раненым, подобрав от греха подальше его пистолет.
  Ответом ему был только слабый булькающий хрип. Точно плохая рана. Повезёт, если бедолага дотянет до приезда скорой помощи.
  - Я вызываю медиков, - произнёс Ларго, вытаскивая мобильник. - Не шевелись и старайся ничего не говорить.
  Тусклый свет маленького экрана осветил переулок, и детектив выругался, когда устройство уверенно заявило, что оно не в Сети. Бросать раненого не хотелось, но, видимо, позвонить получится только с ближайшей улицы. Ларго, кряхтя, стал подниматься на ноги, когда парень крепко перехватил его руку и потянул к себе.
  - Отпусти, мать твою, для тебя же стараюсь! - Ларго попытался освободиться, однако хватка у парня была железная. - Дай мне уже скорую вызвать, чтоб тебя!
  Ларго выронил мобильник и очутился в полной темноте. Чертыхаясь, свободной рукой он достал из кармана маленький фонарик и направил яркий луч света в лицо раненому. В знакомое лицо. Знакомое до боли в сердце.
  - Альберт?
  Он вроде был ещё жив, но выглядел как покойник. Бледная кожа, немигающий взгляд, алая пена на губах. Он что-то пытался сказать, и не мог. Только хрип и бульканье. И железная хватка мёртвой руки с посиневшими ногтями.
  - Сын...
  Рука Альберта ослабла, соскользнула с его запястья, в мёртвом взгляде застыл укор. Всё как тогда, в тот проклятый день, когда он бежал быстрее мысли, и всё равно не успел. И даже месть, скорая и жестокая, не принесла облегчения. Глядя на умирающего сына, он чувствовал, как дрожат руки, как слёзы наворачиваются на глаза, как в животе сворачивается тугой комок боли.
  'Почему ты не успел, пап? Почему не спас?'
  Ларго прижал к себе сына и взвыл.
  И проснулся от собственного крика. Перед глазами, там, где только что стоял образ Альберта, расстилался потрескавшийся от времени белый потолок, безучастный ко всему на свете. Матерясь, Ларго запустил в потолок пепельницу.
  
  Весь следующий день он провёл с внуками. Никаких звонков, никаких расследований, никакой работы. Ларго отвёз сорванцов в пригород, поближе к океану, а уставшую от домашних хлопот Мари отправил пить кофе с подружками. Идеальный день, полный беззаботной ерунды. По крайней мере, Ларго старался себя в этом убедить. И ни в коем случае не думать о дне вчерашнем и тех воспоминаниях, которые он пробудил. К счастью, внуки не давали ему ни минуты покоя, и Ларго впервые в жизни был им за это благодарен.
  Вечером Мари встретила их сытным ужином, и детектив с радостью принял её суетливую заботу, которой раньше так часто сторонился. И, кажется, впервые в жизни заметил, как тяжело переживает невестка их общую потерю. Прошло уже несколько лет, а она всё носила траур, и отдавалась заботам о семье так же, как Ларго отдавался работе.
  - Ребятам скоро в школу, - сказал он ей, когда дети ушли в свою комнату. - Мари, скоро в твоей жизни появится больше свободного времени.
  - Может и так, пап, - кивнула она. - Поживём - увидим.
  Он недовольно поёрзал на стуле.
  - Я к тому, что тебе надо чаще видеться с друзьями. Может даже найти новую работу. Это полезно. Не стоит чахнуть дома.
  - Дома много дел, пап.
  - Их всегда много, Мари.
  Она пожала плечами, и принялась убирать со стола. Тарелки, приборы, чашки - всё это чёткими заученными движениями было отправлено в мойку. А на столе, словно по волшебству, возникла чашечка крепкого кофе, который Ларго так любил.
  - Мне проще так, пап, - сказала она, присаживаясь напротив. - В делах и заботах день быстро проходит. Я устаю, но порой я только рада, что у меня ни минуты свободного времени.
  - Понимаю, Мари, но... - Ларго отхлебнул кофе, позволив обжигающей горечи немного взбодрить его. - Нам обоим пора отпустить его. Как бы упрям я ни был, но пришло время признать, что надо жить, а не бежать от жизни. Вот, как философ уже заговорил. Будет трудно, но я подам пример - обещаю. Закончу работу и буду думать, что нам делать дальше. Начнём, к примеру, с переезда.
  - Хорошо, пап, это хорошо, - закивала Мари. - Я согласна с тобой, просто... я не могу забыть. Его взгляд, тепло его рук. Всё как вчера, как будто ничего не случилось, как будто он просто задержался на работе. Мне кажется, что он вот-вот откроет дверь, извинится за опоздание, сядет ужинать и всё будет по-прежнему.
  Ларго вздохнул.
  - Может обратиться к специалисту? Я мало об этом знаю, но говорят, что помогает. Психотерапевт, психолог - надо уточнить. А деньги найдутся, не волнуйся об этом.
  - Да, пап, я не волнуюсь. Я ведь уже говорила, что подыскала кое-кого, кто мог бы помочь. И денег не надо - это не так дорого. Просто пока результатов нет, но я буду стараться.
  Она выглядела такой несчастной, что Ларго успел пожалеть о начатом разговоре, и потому не стал допытываться. Ещё немного, ещё самую малость, и он займётся семьёй. Обещанного гонорара хватит надолго, да и Санчез тоже подкинет деньжат от лица корпорации. Подушка будет солидная, и он увезёт Мари с детьми если не из Бревиса, то хотя бы из этого клоповника. В северных пригородах или на Побережье им будет лучше, а Клемм, как обещал, поможет со школой.
  - Отдохни сегодня, - сказал Ларго, поднявшись со стула и отстранив Мари от мойки. - Я тебя подменю. Провожать меня тоже не надо, ложись лучше сразу спать, день был долгий.
  Мари благодарно кивнула.
  - Спасибо, пап. Но я всё равно не могу заснуть допоздна. Разучилась отдыхать, - девушка устало рассмеялась, пытаясь разрядить обстановку, но глаза всё равно её выдавали.
  - Что же ты делаешь ночами, Мари? Так же нельзя!
  - Я? Хлопочу по дому, планирую дела назавтра, радио вот слушаю.
  Ларго усмехнулся. Радио. Так старомодно.
  - Серьёзно? Я думал все радиостанции давно ушли в Сеть, одно название осталось от радио.
  - Да, все они есть в Сети, - согласилась Мари. - Но некоторые ещё и вещают по-старинке. Для любителей. Мне знакомый подарил приёмник, и я его иногда слушаю. Радиостанция 'Полночный эфир'.
  Ларго задумчиво почесал подбородок.
  - Не слышал, - сказал он после некоторой паузы. - Впрочем, моя стихия не музыка, а полицейские сводки.
  - А там не очень много музыки, в основном какие-то шоу и ещё страшные истории читают. Начинают они в десять вечера и вещают до шести утра. Аудитория маленькая, но кто-то даже звонит им в эфир. Они мне сперва не очень нравились, но я быстро привыкла, и даже легче становится, особенно когда бессонница мучает.
  - Часто мучает?
  - С тех пор, как Альберт... прости пап.
  Мари отвернулась, смахнула слезу.
  - Нет, это ты прости, дорогая, - поспешил извиниться Ларго. - Пристал старый хрен со своими расспросами. Давай лучше иди отдыхать, а я тут закончу и тоже на боковую.
  - Завтра опять работа, пап?
  - Да, опять. Не переживай, я привычный.
  
  Групповая терапия
  
  Когда Ларго появился на пороге клуба сновидцев, первым его приветствовал Виктор. Старик дружелюбно помахал ему и показал на стоявший рядом свободный стул. Ларго принял приглашение. Окружающие нестройно здоровались с ним, и детектив, пересекая помещение, отметил, что сегодня много новых лиц. Видимо, не врал старик, говоря, что на собрания все члены клуба ходят в разные дни.
  - Рад тебя видеть, друг, - сказал Виктор, протягивая ему стаканчик кофе. - Угощайся, сегодня Йен привёз немного свежих зёрен, отличный сорт.
  - Благодарю, - Ларго принял стаканчик и вдохнул аромат напитка. - Крепкий, да? Люблю такой.
  - Наслаждайся, дружище. Мы скоро начнём.
  Люди вокруг суетились, кто-то возился с кофемашиной, ребята помоложе носили стулья из соседней комнаты, старые знакомые собирались в кучки, негромко переговариваясь, делясь новостями. На Ларго мало кто обращал внимание, разве что предложили стул с удобной спинкой и место подальше от кондиционера. Ларго, всегда державшийся молодцом, отказался от такой милости, с горечью подумав, что выглядит он и впрямь как уставший от жизни старик, сколько бы не строил из себя героя. Радости ему это не прибавило.
  - Ты утверждал, что нам есть о чём поговорить, - бросил он Виктору и отхлебнул немного кофе - тот оказался очень горький, с приятной кислинкой.
  - Всем, кто приходит сюда, есть о чём поговорить, - в унисон ему ответил Виктор. - Ты искал одно, а нашёл иное. Сегодня будет особое собрание, Ларго, и я рад, что ты будешь присутствовать. В прошлый раз мы только делились друг с другом наболевшим, теперь же пришло время провести сеанс групповой терапии. Мы их проводим не чаще одного раза в неделю, иначе люди просто не выдерживают...
  - Чего не выдерживают?
  - Переживаний, друг. Мы же не железные, и тяготы жизни оставляют на нас свои следы. Ты всё увидишь, пей пока кофе.
  Ларго внял совету, опустошил стаканчик до половины и поёжился. То ли кондиционер переусердствовал, то ли в подвале всегда было холодно, и детектив очень быстро замёрз. Хорошо ещё куртку прихватил, иначе пришлось бы совсем тяжко. И он был такой не один, поскольку многие члены клуба накидывали куртки, кутались в шарфы и пледы, а кофе был нарасхват.
  Громкий звук отвлёк Ларго от тревожных раздумий. Он повернулся на звук, и оказалось, что это всего лишь хлопнула входная дверь, которую запирал за собой рослый угрюмый тип. Недружелюбно посмотрев на детектива, мужчина выбрал себе стул аккурат напротив него и уставился в пол. Остальные тоже подтянулись, и скоро кружок из разномастных стульев замкнулся. По прикидкам Ларго собралось около сорока человек. Не так уж и много, учитывая, что Семченко говорил о нескольких сотнях.
  - Друзья, давайте я начну, - объявил Виктор, поднимаясь с места. - Среди нас сегодня есть новые лица, и мне хотелось бы провести сеанс с полной самоотдачей. Ведь для того мы и ходим сюда, чтобы принять ту часть себя, которая порою мучит нас, не даёт спокойно жить, не даёт смириться. И только окунувшись в собственный страх с головой, мы находим способ жить с ним, договориться с ним. Я хочу, чтобы наш новый друг увидел это, услышал нас и самого себя, и наконец понял, к чему он может прийти.
  Ларго без интереса слушал эту странную высокопарную речь, то и дело пересекаясь взглядом с долговязым. Тот смотрел, не переставая хмуриться, играл желваками и стискивал кулаки. Детектив отвечал холодным и беззлобным спокойствием. Когда служишь в полиции, привыкаешь к чужой ненависти, и относишься к ней без эмоций, разве что с любопытством. Вот и Ларго было интересно, откуда в этом человеке такая злоба.
  - Сон - вот место, где пересекаются реальность и вымысел, именно там наше подсознательное обретает свободу, оживает, наливается красками, - продолжал Виктор, увлечённо жестикулируя. - И сон - лучшее лекарство. А сон дурной, полный страхов, и подавно. То, что вы не осознаёте или уже давно забыли, возрождается во сне. Только там можно увидеть во плоти всё то, что не даёт вам покоя. Только там можно лицом к лицу встретить свой Кошмар. Да будет славным каждый наш сон! Да будет славным каждый Кошмар!
  Шёпот прокатился по подвальчику, люди бормотали, то невпопад повторяя слова Виктора, то лопоча что-то своё. Никакой синхронности, как при молитве - просто нестройный ропот, белый шум, сигнал, искажённый и обращённый в сплошную помеху.
  Ларго на ум тут же пришла столь редкая в этих краях метель. Он никогда не видел снега в Бревисе, но когда-то в юности снежная буря застала его на одном из серпантинов близ Эникса, что на самом севере Побережья. Опасность ему в тот день не грозила, и он в полной мере насладился созерцанием стихии. Белый снег, белый шум. От этих мыслей ему вдруг стало ещё холоднее, и детектив подул себе на руки, пытаясь хоть как-то отогреть закоченевшие пальцы.
  Голос Виктора тонул в метели, сливался с ней, уносился куда-то далеко, и немудрено - старику не перекричать вой ветра. Ларго не слышал его, утопал в шуме, в своих мыслях, то и дело клюя носом. Люди вокруг него тоже погружались в сон. Кто-то уже заснул, скорчившись на стуле, кто-то ещё держался, раскачиваясь из стороны в сторону, многие просто уронили голову на руки, закрыв ладонями лицо. Угрюмый верзила перестал сверлить Ларго взглядом, сперва уставившись куда-то в пространство, а потом и вовсе закрыл глаза. Только Виктор продолжал стоять, слегка покачиваясь, посреди метели, и что-то говорил.
  Веки наливались тяжестью, и Ларго невольно моргнул. Альберт смотрел на него в упор. Не в силах отвести взгляд, Ларго попытался закричать, но выдавил из себя только тихий хриплый стон.
  День, когда не стало сына, приходил к детективу со сне, не отпускал его мысли днём, проникал повсюду, а стоило чувству вины хоть немного ослабить хватку, приходили новые страхи. Уход Анны-Люсии, отвернувшиеся друзья, презрение бывших коллег - всё это случилось, было и прошло, оставив только застарелые шрамы. Кошмар напомнил ему обо всём этом, оживил в памяти каждый мучительный день, а когда ему показалось мало, он рассказал о том, чего ещё не произошло. О Мари и мальчиках...
  Ларго почувствовал, как слёзы замерзают на щеках. Хотелось выть, но ледяной воздух не давал вдохнуть полной грудью и выпустить боль в оглушительном вопле. Оставалось только терпеть. Из метели на него смотрели они: Альберт, Анна, Мари... Смотрели мёртвыми глазами, укоряя и обвиняя. Он и сам винил себя каждый чёртов день. Если и была на свете пытка, способная рано или поздно сломать Ларго Дельгадо, это была она.
  - Нет, друг, не сейчас, - мягкий голос достучался до него сквозь шум ветра, на плечо легла твёрдая рука и потянула куда-то назад, прочь от бури.
  Он стоял на коленях, уперевшись ладонями в холодный каменный пол. Виктор стоял напротив, а вокруг них, где-то за пределами видимости, утопали во тьме силуэты спящих. Шум стих, холод больше не обжигал, и Ларго нашёл в себе силы встать.
  Детектив посмотрел на Виктора - тот мало отличался от покойника, и только слабый блеск в глубине запавших глаз выдавал в нём живого человека. А позади него клубился ад. И не один - десятки, сотни преисподних, в каждой из которых корчился единственный пленник.
  Беглый взгляд не мог выделить из общей картины ничего, кроме клубящейся тьмы, окутывавшей людей, словно чёрный едкий дым. Но стоило Ларго остановиться, собраться с мыслями, как его охватило чувство, знакомое каждому копу, который хоть раз в жизни патрулировал улицы. На него смотрели, пристально и изучающе. Нечто невообразимое, многоликое, словно толпа, следящая за каждым его шагом. А вслед за этим чувством разверзлись преисподние. Разбитые семьи, страх, боль, унижения, неуверенность, смерть близких, болезни, бедность, паранойя и злоба - куда бы Ларго не повернул голову, перед ним в самых неприглядных образах представали простые человеческие трагедии, чья-то глубже, чья-то проще, но природа ада от этого не менялась. И негде было спрятаться от невообразимого взгляда. Кошмар смотрел и показывал, брал и делился.
  Ларго пошатнулся, Виктор поддержал его, а за спиной старика прозрачной тенью промелькнула усталая женщина, заплаканный ребёнок, а после и он сам, одинокий и бесконечно уставший, в шаге от того, чтобы окончательно расквитаться с этой жизнью. Ларго удивился, как мимолётный образ был способен передать всю гамму эмоций, всю глубину трагедии. И неужели Виктор сейчас видит за его спиной... Альберта, Анну, Мари?
  - Он щедр, он делится с нами, и учит нас делиться, - сказал Виктор, когда Ларго немного пришёл в себя. - Те, кто приходит к нам, больше никогда не бывают одиноки.
  - Что это всё значит? - хрипло спросил Ларго. - Я сплю? Вижу сны? Чужие сны?
  - Спишь, - подтвердил Виктор. - Но видишь не сны, ты видишь истину. Кошмар не рождается в мире снов, он происходит из мира реального, а здесь лишь находит благодатную почву, растёт и крепнет. Не будет трагедии в жизни, не будет и Кошмара во сне, не так ли? Это аксиома, друг мой.
  - И это ваша терапия? Ваши групповые сеансы? Бесконечная пытка собственным страхом?
  - Ты догадливый. Сразу видно детектива. Но это не пытка, Ларго, это принятие. Любой психолог тебе скажет, что нужно принять себя таким, какой ты есть.
  - Вы не принимаете себя, вы купаетесь в собственном ужасе.
  Виктор улыбнулся. Без тени ехидства, по-доброму.
  - Ты пока ещё не понял. Но ничего, пройдёт немного времени и тебе всё станет ясно.
  - Почему мы с тобой здесь, стоим и спокойно беседуем? - спросил Ларго. - Только что я видел мёртвого сына, а ты... не знаю даже кого, своих утраченных близких. И вот мы стоим, дышим, говорим. Ты управляешь всем этим?
  Виктор снова засмеялся, тихо, словно умирающий.
  - Ох, нет, что ты. Нельзя подчинить его. Но можно договориться. Попросить.
  - Кого попросить?
  - Кошмар. И он ответит. Он добрый, хоть и по-своему. Но он ничего не делает просто так. Ему нужно, нам нужно... чтобы ты помог. Наш маленький мир под угрозой, мы теряем самых верных, самых сильных, а ищейки всё ближе. Даже я, старик, это чувствую.
  - Мне нужен Жан Крю, и меня не волнуют ваши странные игры, чем бы они ни были.
  - Работа, Ларго. В этом весь ты.
  - Не для себя стараюсь.
  - Да, как и все мы.
  Виктор взял его за руку, крепко сжал окоченевшие пальцы, и Ларго против своей воли увидел человека. Тот метался по городу, словно бегущий от погони зверь, и всё никак не находил приюта. Образ был чёткий, но какой-то неестественный, словно составленный по памяти портрет.
  - Это Феликс, и мне нужно, чтобы ты привёл его сюда. Без него нашему маленькому миру придёт конец.
  - Он выглядит безумным.
  - Он и есть безумец. Кошмар велик, Его нельзя объять, и те, кто заглянул слишком глубоко, лишились разума. Мы уже давно научились избегать... ненужных потерь. Но Феликс был способный малый, способней меня, Жана, Вольфа, Риты и всех остальных приближенных. Мы не уследили за ним, пустили слишком глубоко, положились на его талант - и вот результат. Его разум и личность расколоты, и мы не чувствуем его. Образ, который я показал тебе, был последним, что мне удалось нащупать, прежде чем Феликс сгинул окончательно. Это моя вина, ведь именно я поставлен, чтобы просить Его о снисхождении, и не позволять остальным смотреть на Него дольше, чем дозволено. Он сам поставил меня смотрящим, объяснил мне всю важность моего служения. Скольких Он потерял вот так просто, за считанные мгновения - не перечесть. Теперь Он стал мудрее, и, увы, я подвёл Его. Поэтому прошу, спаси нашего друга Феликса, не дай ищейкам добраться до него.
  - Почему я? - спросил Ларго, пристально глядя на Виктора. - Ты способен заворожить кого угодно в считанные мгновения, даже язык мне развязал. Неужели среди вас нет других способных людей?
  - Есть, друг Ларго, но прикосновение Кошмара оставляет глубокие следы, а нашим недоброжелателям служат одарённые - они всё чувствуют. Мы не в силах тягаться с ними на равных, не можем играть в открытую. Пока что. Тебя Он тоже коснулся, но ты лишь в начале пути, не так заметен, и у тебя есть опыт, которого нет ни у кого из нас.
  Одарённые. Вот теперь и от сновидца Ларго услышал это слово, и ничего хорошего оно не предвещало. Где замешаны псионики, жди беды.
  - Мне что с того, что я выручу этого Феликса?
  - Он безумен.
  - И?
  - Он стоит к Кошмару ближе, чем кто-либо из нас. Приведи Феликса и его устами мы спросим, куда делся Жан.
  - Не проще ли спросить напрямую?
  Виктор покачал головой и показал на клубящийся вокруг ад.
  - Посмотри, друг Ларго. Вот таков будет Его ответ, и ни один из нас не поймёт его, не потеряв рассудок. А тот, кто уже безумен, растолкует без труда.
  - Звучит как бред.
  - Это он и есть. Но в нём скрыта истина. А теперь Ларго, пока никто не заглянул слишком глубоко в Кошмар, пора и честь знать. Просыпайся!
  
  Ларго открыл глаза и обнаружил себя на скамейке в парке. Он сидел, откинувшись на округлую спинку, и смотрел в небо. На поверхности кислородного купола, накрывавшего парк, играли оранжевые и розовые отблески - стало быть, дело шло к вечеру.
  Он проверил, на месте ли оружие, мобильник и кошелёк, и с радостью убедился, что ничего не пропало. Если его и обыскали, то ничего не умыкнули.
  Куда больше его волновал другой вопрос: как он попал сюда? Судя по навигатору, пешком от места собрания до парка идти очень долго. Привезли на машине и оставили? И он ничего не почувствовал? Или сам приехал, даже и не осознав этого - такая мысль казалась невероятной, но способности Виктора говорили сами за себя.
  Детектив поднялся со скамейки и направился к выходу, борясь непослушными пальцами с пачкой сигарет. Многолетний опыт в итоге взял своё, и через несколько мгновений Ларго с наслаждением втянул сладковатый дым. Выход из парка обрамляла ажурная арка, органично встроенная в тело купола, и Ларго миновал её, любуясь затейливой ковкой.
  - Я пригляжу за тобой, легавый, - низкий грубый голос донёсся из ниши за воротами. - Что бы там Виктор о тебе не думал, мент всегда остаётся ментом.
  - Хорошая погода сегодня, - добродушно ответил Ларго, поворачиваясь к высокому верзиле, застывшему в тени, и выпустил ему в лицо облако дыма. - Так что можешь приглядывать на здоровье - с твоей бледной рожей надо больше времени проводить на свежем воздухе.
  Верзила дёрнул уголком рта. То ли усмешка, то ли гримаса злобы.
  - Малейшая ошибка, легавый, и тебе несдобровать.
  - Что сделаешь? Убьёшь меня?
  Губы верзилы снова дёрнулись, растянувшись в линию. На этот раз это точно была усмешка, пусть и крайне нездоровая на вид.
  - Нет нужды. Ты сам на себя руки наложишь. Когда я запру тебя в клетке с твоим величайшим страхом. Твоего сына ведь убили, да? Я вижу, как ты реагируешь, можно даже сказать, что нюхом чую твой ужас, и я оставлю тебя с ним наедине. Мой талант, быть может, не столь утончённый, как у Вити, и не столь великий, как у этого придурка Жана, зато работает, как часы. И твоя пушка тебе не поможет.
  Ларго спокойно смотрел в его стеклянные глаза, попыхивая сигаретой. Верзила тоже пялился на него, не двигаясь, и даже не мигая.
  - Я понял. Я это учту, - кивнул детектив и затушил сигарету об край стоявшей рядом урны. - А ты береги себя, не надорвись под тяжестью такого удивительного таланта.
  Щелчком отправив окурок в полёт, Ларго отправился к проспекту. На верзилу он не оглядывался.
  Чем бы ни был этот их Кошмар, а люди в обществе сновидцев были самые обычные. И дрязги им были не чужды. Ларго это радовало. Его всегда радовали простые вещи, которые можно понять и на которые можно повлиять. Какой бы чертовщиной не занимались эти типы, он сможет с ними справиться. Но сперва надо уладить пару вопросов.
  Достав мобильник, Ларго набрал короткое сообщение Санчезу, а потом вызвал такси.
  
  - Всё интересней становится, а?
  - Я не разделяю твоего энтузиазма, Санни.
  Корпоративный детектив Ферейро улыбнулся, сверкнув золотыми зубами. Судя по всему, ничто в этом мире не могло изменить его нахальный настрой.
  - Феликс, значит? - протянул Санчез. - Так звали кота моей тёщи - тот ещё мудак был. Не хотелось бы переходить дорогу другим ищейкам, но я всё же наведу справки, аккуратно, под дурачка закошу.
  - Уверен, ты это делаешь постоянно.
  - Ха. И то верно, - Санчез довольно потянулся и в его взгляде на секунду промелькнула серьёзная нотка. - А вот что нам с тобой делать, я даже и не знаю.
  - В смысле?
  - Ты же видел, на что способен Семченко? И он там такой не один, сечешь? Тот тип, что угрожал тебе, он не менее опасен, и, как я вижу, агрессивен. Ты должен быть готов к встрече.
  - Я всегда готов, Санни. И ствол при мне.
  - Ты забыл, как мы работали с одарёнными?
  - Не забыл. И вот, что я помню: каким бы сильным не был псионик, пуля в голову его остановит.
  - Ты даже до кобуры дотянуться не успеешь. И не спорь, Ларго, у меня стаж больше, я в теме разбираюсь лучше тебя. Поэтому пригласил специалиста.
  Ларго нахмурился. Когда Санчез начинает говорить намёками, жди беды. Прокуренный офис, в котором они сидели, был затерян среди бесконечных подсобок какого-то третьесортного бизнес-центра. Санни не изменял привычкам, и конура, из которой он руководил своими операциями, была точь-в-точь их старый кабинет в полицейском участке на Тридцать Третьей Авеню.
  За спиной у Ларго скрипнула дверь, кто-то вошёл в офис и, судя по шороху, повесил в шкаф пиджак. Затем посетитель подошёл к столу, за которым сидели детективы. Он был бледен и худ, неопределённого возраста, тень из теней, неприметный и непонятный. Типичный служащий корпоративного разлива.
  - Пси-оператор Райс, - представился мужчина. - Руководство утвердило вашу заявку, агент Ферейро. Оба шаблона готовы к установке.
  - Вот клиент, - Санчез показал на Ларго. - Приступайте сейчас же. А ты, друг, не мешай мистеру Райсу и не возмущайся.
  - Что он будет делать?
  - Установит когнитивную защиту. Первый шаблон будет работать постоянно, ослабляя влияние объекта. Защита не стопроцентная, иначе оно почувствует подвох, однако в случае необходимости шаблон активируется на полную мощность и поможет тебе сопротивляться влиянию чужой воли.
  - А второй?
  - Активная контрмера. Запуск по ментальной команде. На крайний случай, так сказать.
  - Я не псионик, я не умею отдавать ментальные команды, - возразил Ларго, искоса поглядывая на Райса, который уже расположился за столом рядом с ним и раскладывал перед собой какие-то документы.
  - Это сертифицированные шаблоны ART inc., - невозмутимо произнёс пси-оператор. - Спроектированы для применения неодарёнными людьми. Даже лицензия есть, если хотите убедиться. Псиоником вас это не сделает. Просто получите доступ к ряду инструментов.
  Санчез хихикнул и откинулся на спинку своего протёртого офисного кресла.
  - Ты, поди, под завязку этим добром набит? - язвительно уточнил Ларго.
  - Аж жопа трескается, - кивнул Санчез. - Не парься, приятель, это не больно.
  Райс взял Ларго за руку, привлекая его внимание.
  - Посмотрите на меня, сэр. Сейчас я активирую лицензионный ключ, а потом загружу шаблон. Повторяйте за мной: альфа-три-стройка-один-один-пятнадцать-омега принимаю...
  Ларго послушно затараторил, повторяя за пси-оператором бессмысленную мешанину случайных, как ему казалось, слов.
  
  Дурные сны пошли на убыль. Не отступили, но всё же Ларго перестал с криком просыпаться посреди ночи, и смог полноценно работать. Искать сумасшедшего в мегаполисе задача не из простых. Мало того, что безумцев в Бревисе было хоть отбавляй, так ещё и участь большинства из них была куда как печальна. Где его надо было искать? В притонах и приютах? Или сразу проверить морги?
  Ларго связался с Виктором, выудил что мог касательно Феликса, но информации оказалось немного. Семьи у бедолаги не было, родственники с ним не общались много лет, и жил он один, снимал комнату где-то на северной окраине Задворок. Арендодатель своими жильцами интересовался только раз в месяц, когда приходило время платить по счетам, так что от него детектив ничего не добился, а члены клуба сновидцев знали о своём приятеле совсем мало. Нелюдимый он был, неразговорчивый.
  - Феликс мало с нами общался, - говорил Виктор. - А уж когда Он начал ему отвечать, так и вовсе замкнулся в себе. Но мы не обижались, ведь он мог растолковать нам волю и замысла нашего дорогого покровителя.
  - Я думал, вы там равны между собой, без слуг и покровителей, - усмехнулся Ларго.
  - Так и есть, друг мой, но Кошмар - это нечто большее, чем просто клубок наших страхов. Порождённый людьми, он всё же куда сложнее и величественнее каждого из нас. Ты и сам видел.
  - Я видел то, чего видеть не хотел никогда в жизни. Там нет величия.
  - Я не буду спорить, друг Ларго. Тебе просто нужно время.
  Ларго потратил часть средств, предоставленных Клеммом, подключил своих осведомителей и даже уличную шпану. Обычно он так не надрывался, но чувствовал, что время играет против него, потому и бросил на поиски Феликса все свои силы. А Санчез, негодяй, упорно молчал, и никакой помощи от него не было.
  Те, кто считал работу детектива захватывающей и интересной, никогда не имели с этим дела, опираясь исключительно на кино, книги и видеоигры. Ларго и рад бы был, если бы оно обстояло так. Поиск зацепок, логические цепочки, хитрые ходы - и всё это, чтобы вычислить преступника, найти пропажу, раскрыть заговор. Он бы продержался на службе куда дольше, если б дела обстояли таким образом.
  По факту же это была рутина. Ты собираешь крупицы данных, опрашиваешь всех, кто мог что-то знать или видеть, плодишь агентов всех мастей, просматриваешь тонны записей с камер, данные прослушки и прочие массивы информации. Все его инструменты и связи - сито, через которое он просеивал город. А город был той ещё штучкой, в то время как сито пестрело дырами. Там, где день назад никто ничего не знал, всегда могло выясниться что-то новое, и потому работа была сродни круговороту. Даже с псиониками, какими бы непознаваемыми они для него были, Ларго использовал один и тот же рабочий метод. Интересные дела случались редко и рождались по сути из стечения обстоятельств.
  Вот и с Феликсом всё так же. Куда мог пойти псих? Кто его видел? Пропал он на Задворках или в более приличном районе? Когда он последний раз попадал в поле зрения камер и куда при этом направлялся? Куда он мог отправиться, ведомый своим безумием? Проклятье. На что опираться? На его безумные бредни?
  Ларго нахмурился и откинулся в кресле. Сигарета перекочевала из пачки ему в зубы, и вместе с облаком дыма в пространство вырвался возглас:
  - Да не может быть!
  Он набрал Семченко, и хоть на дворе была уже ночь, старикан тут же ответил. Не спит что ли? Бессонница у мастера сновидений?
  - Слушаю, друг мой.
  - Виктор, я насчёт Феликса. Кем он был у вас? Какую роль выполнял? Ведь не просто же так вы его выделяли.
  Нам том конце трубки какое-то время молчали. Потом Виктор вздохнул и ответил:
  - Он показывал нам Его волю. Мог за руку провести в Его владения, по одному или всех разом, объяснить увиденное, растолковать и вывести обратно так, что все остались бы в своём уме. Самая важная роль, если подумать, хотя у нас нет ролей, которые можно легко отбросить. Я открываю двери снов. Вольф, наш неприветливый гигант, показывает людям их сокровенное, вырванное из потаённых глубин сердца. Есть ещё люди, которые несут Его слово в Сеть, вплетают Его смыслы в машинный код, или те, кто ищет отголоски нужных нам снов в окнах ночного города. А есть люди, благодаря которым мы можем предстать пред Ним, а Он перед нами. Для нас это был Феликс, и поэтому мы не хотим его терять. Жан, твой друг, тоже был способен на это, но Кошмар позвал его раньше с какой-то своей неведомой целью.
  Ларго задумался. Разбираться в бреде этих ребят - сплошная морока. Ещё неизвестно, отличают ли они реальный мир и мир своих кошмаров, если грань между ними настолько стёрта? Похоже, чтобы понять их, нужно было и впрямь стать безумцем. Ну, или спросить у безумца совета.
  - Что Феликс показал вам перед тем, как пропал? - спросил он наконец.
  - Башню.
  - Башню? Небоскрёб что ли? Или вышку какую-то?
  - Нет, Ларго, это была буквально башня. Без дверей и окон, без единого намёка на то, как попасть в неё.
  - И всё? - разочаровано пробормотал детектив. - Башня и больше ничего? Ничего необычного? Ну, в смысле, необычного для таких, как вы, ребятки.
  На том конце раздался сдержанный смешок.
  - Тут ты прав, мой друг, - подтвердил Виктор. - Была странность. И не в самом видении. Просто обычно до нас доходил смысл послания, не в виде каких-то описаний или комментариев, не слова или текст, но осознание того, что хочет от нас Кошмар. Однажды мы увидели во сне паутину, в центре которой, там где положено быть пауку, клубился мрак. Паутина была огромной, и в ней билось великое множество мух, бабочек, комаров и прочих насекомых. Мрак тянулся к ним, но никак не мог достать, сколь яростно они не бились, привлекая его внимание. Открыв глаза, я понял, что он хочет попасть в Сеть, туда, где можно будет с лёгкостью отыскать новых последователей. Тогда мы взялись за работу и одними из первых плодов стали сайт и чат-бот, с которым ты переписывался. Позже мы узнали, что даже цифровые носители не могут удерживать Его эссенцию хоть сколько-нибудь долго, и стали создавать в соцестях новые и новые группы.
  - Ну, аллегория была недвусмысленная, я бы и сам сообразил, - прокомментировал Ларго.
  - Да, знаю, это лишь пример. Но образы бывали совсем неочевидные, однако мы просыпались с чётком осознанием того, что это и зачем. Нам просто подселяли знание, и не было нужды разгадывать загадки. Но не теперь. Последние образы, и эта башня в их числе, остались для нас загадкой.
  - Было ещё что-то?
  - Руки, воздетые к ночным небесам, сотни тысяч рук. И омут с чудовищами, каких мои глаза ещё не видели. Каждый раз эти образы внушали мне страх, однако понимать смысл я перестал. Всё это случилось три месяца назад. Спустя какое-то время Феликс отказался быть нашим проводником. Жан сменил его, но после первого же сеанса изменился, стал отстранённым, нелюдимым, а потом и вовсе исчез. Сказал кому-то из наших, что, мол, 'так надо' и ушёл. А спустя какое-то время появился ты, друг мой.
  - Понятно, - протянул Ларго. - Что там значит у вас было? Башня без окон и дверей, свора чудовищ и воздетые к небу руки, так?
  - Именно.
  - Что ж, я подумаю над этим. Будь на связи.
  - Буду. Никуда не денусь.
  Детектив положил трубку и прошёлся по комнате, с трудом сдерживая порыв сделать себе ещё кофе - сердце в его возрасте уже начинало пошаливать, и пить горький эспрессо в том объёме, что раньше, он уже не мог. На фоне этих культистов его жизнь казалась простой и понятной, и это в какой-то мере радовало. Дело за малым, распутать этот клубок, получить деньги и катиться на все четыре стороны. Вернее в Сан-Сервандо, к тёплому морю, свежим фруктам и какой-нибудь новой работе, не связанной с беготнёй по ночным улицам.
  
  Мари хлопотала у плиты, варила кофе и готовила ужин. Ларго, весь день провёдший в бесплодных поисках, был благодарен невестке за заботу и уют. В своей квартире он находится уже не мог, и потому решил навестить её и внуков, скинуть с себя груз забот хотя бы на один короткий вечер. Если бы это было так просто.
  Информаторы молчали, либо разводили руками. Как и коллеги. Разгадывать загадки потусторонней силы никто не умел, и все как один предлагали обратиться к какому-нибудь одарённому. Детектив и сам об этом думал, даже отписался Санчезу, однако тот, хоть и обещал помочь, сказал, что образы слишком абстрактные, чтобы их можно было точно расшифровать.
  Ларго пил горький кофе и терзал записную книжку, рисуя то башню, то воздетые к небу руки, то какие-то каракули. Бессмыслица. Какую систему или логику можно найти в ночных кошмарах психически больного человека? Даже серийного убийцу вычислить проще, он хотя бы оставляет следы в реальном мире, а здесь из зацепок только чьи-то фантазии.
  Он бросил шариковую ручку на стол и со злостью отшвырнул блокнот. Мари обеспокоенно посмотрела на него.
  - Папа, что-то не так? Может тебе хватит кофе на сегодня?
  Ларго покачал головой и упрямо протянул ей пустую чашку, которую невестка тут же наполнила.
  - Что тебя мучает? - спросила она, присев рядом.
  - Загадка. Нелогичная, бессмысленная, без подсказок и намёков.
  Мари с сочувствием посмотрела на него, потом потянулась к блокноту и перелистнула несколько страниц.
  - Это она? Твоя загадка?
  - Да. Это... что-то вроде зацепок, образы, обозначающие место.
  - Башня может быть небоскрёбом или вышкой в таком случае, - тут же просияла Мари.
  - Это самое очевидное, - усмехнулся Ларго. - И в городе тысячи башен, вышек, небоскрёбов и всего такого.
  - Тысячи рук, а над ними что? Это луна?
  - Ну, про луну я сам додумал. Не знал, как нарисовать ночное небо.
  - И... кляксы? Тени? Это...
  - Чудовища, - подсказал Ларго. - Монстры из худших ночных кошмаров.
  - Вышка, ночь, люди и чудовища, - перечислила Мари. - Похоже на 'Полночный Эфир'.
  Ларго поперхнулся кофе и непонимающе уставился на невестку.
  - О чём ты?
  - Радиостанция. Я тебе уже говорила. У них лого ещё такое... с вышкой под луной.
  - Да, кажется, я припоминаю, - закивал детектив, потянувшись за смартфоном. - Ты тогда говорила, что мало спишь. Сейчас как, легче не становится?
  - Нет папа, пока всё так же.
  Ларго набрал запрос в поисковике, бросил взгляд на всплывшее в браузере лого и мрачно усмехнулся.
  - Давай лучше ужинать, зови ребят! - сменил он тему, откладывая в сторону смартфон.
  Пока Мари накрывала на стол, Ларго вышел в уборную и проверил пистолет. Затвор ходит плавно, предохранитель в норме, в самой пушке полный магазин и ещё один про запас. Часы показывали начало десятого, и Ларго, умывшись, решил основательно подкрепиться перед вечерней прогулкой.
  
  Полночный эфир
  
  Найденный в Сети адрес привёл Ларго в старую корпоративную промзону, отданную на откуп предпринимателям помельче. Что именно здесь производилось до того как ART стали строить фабы нового образца, Ларго уже и не помнил. Ныне в промзоне процветал мелкий бизнес и сообщества энтузиастов, вроде мотоклубов, анонимных алкоголиков или любителей воздать хвалу Господу гурьбой и под музыку. Будь промзона ближе к заливу, здесь бы ещё собирались любители подводной рыбалки - в этом детектив не сомневался.
  Ехал Ларго наугад, ведь на официальной страничке радиостанции не было никаких контактных данных, кроме почты и назойливого чат-бота, и адрес он нашёл в соцсетях, в группе преданных фанатов 'Полночного эфира'. Оставив автомобиль на парковке, он дошёл до старых автоматических ворот и, обогнув их, прошёл на КПП.
  Внутри оказалось на удивление тепло и уютно. Даже как-то по-домашнему. Впрочем, если здесь дежурят длинные смены, то немудрено. Ларго отыскал взглядом ряд турникетов со стеклянной будкой охраны и направился прямиком туда.
  - Вам пропуск заказан? - поинтересовался сонный охранник.
  - Ещё нет, - ответил Ларго, сунув тому под нос своё старое удостоверение - на таком объекте трюк должен был сработать.
  - Ох, прошу прощения, - охранник встрепенулся и вышел из будки к детективу. - Чем могу помочь, офицер?
  Перед Ларго стоял, чуть сгорбившись, стареющий мужик, ещё крепкий и жилистый, но уже немного обрюзгший, тронутый сединой и морщинами. Детектив словно в зеркало смотрел.
  - 'Полночный эфир', - сказал он. - У них ведь здесь офис? Покажешь, куда пройти?
  Охранник наклонился к своему окошку, вытащил толстый журнал и полистал.
  - Да, вот они, - кивнул он. - Только, офицер, вы уж простите за выражение, но они в самой жопе комплекса. Придётся вам прогуляться.
  - Ничего, подышу свежим воздухом. Показывай, куда идти.
  Охранник обстоятельно объяснил путь и предложил проводить Ларго, но тот вежливо отказался.
  - Там ничего серьёзного, - заверил он. - Поговорю с ребятами и уеду.
  - Ну, сами смотрите, - охранник вернул журнал на место и открыл перед Ларго турникет. - Я тут не всех знаю, но этих ребят видел. Странные они какие-то. Может принимают что-то - не знаю.
  - Вряд ли мне стоит бояться диск-жокеев и техников с радиостанции, - усмехнулся Ларго и прошёл на территорию.
  До нужного здания он дошёл минут за пятнадцать. Промзона оказалась на удивление чистой и освещённой, хотя здания и выглядели заброшенными. Похоже собственники поддерживали минимальный товарный вид, привлекая арендаторов.
  Его встретила ещё одна проходная, однако в стеклянной будке не было ни души. Судя по всему, здесь если и имелась охрана, то работали эти ребята только днём. Турникеты были заблокированы, работал только крайний, через который детектив и попал внутрь.
  Ларго подошёл к информационному табло в центре вестибюля и постучал по экрану. Табло ожило, слегка ослепив его, однако яркость тут же автоматически подстроилась под полумрак помещения. Ларго вызвал поисковик и вбил название радиостанции. 'Полночный эфир' вещал с последнего этажа, из технического помещения под самой крышей - фактически с чердака. Ларго, фотографируя маршрут на смартфон, искренне надеялся, что лифты в здании по ночам не отключают.
  До технического этажа пришлось пройти один пролёт пешком по служебной лестнице. За скрипучей металлической дверью обнаружился длинный коридор, освещаемый неприятным холодным светом потолочных ламп. Ларго отсчитал нужный поворот, миновал извилистый переход и упёрся в неприметную дверь, которую сперва принял за вход в подсобку. Постучав для вежливости, Ларго вошёл внутрь.
  - Здорово, - бросил ему молодой патлатый паренёк, показавшийся из-за ряда мониторов, окружавших его рабочее место. - Чего тебе, мужик?
  Выглядел он вполне дружелюбно, и ночному визиту нисколько не удивился.
  - Я Феликса ищу, - с ходу заявил Ларго. - Знаешь такого?
  Такая линия поведения сработала, и парень, похлопав глазами, спрятался за монитор, бросив в ответ:
  - Да он вышел, скоро будет. Ты присядь, мужик, в ногах правды нет. Я, кстати, Миша.
  - Ларго.
  - С югов что ли? Имя какое интересное.
  - Ага, вроде того.
  Детектив осмотрел комнату. Больше всего помещение походило на it-отдел какой-нибудь небольшой конторы, куда понабрали студентов на полставки вперемешку с другими непритязательными к зарплате и условиям труда кадрами. Точно такая же берлога была у сетевиков и в его участке, когда Ларго работал в полиции. Общее впечатление развеивали только звукозаписывающая аппаратура и стойки с виниловыми дисками. Последние, правда, были скорее декорацией - это выдавал слой пыли на дверцах и полках, а также отсутствие в помещении необходимого для проигрыша пластинок оборудования. Ларго осторожно опустился на диван, откинув в сторону чью-то скомканную толстовку.
  - Так у вас тут радиостанция?
  - Ага, мужик, реально.
  - Сетевая?
  - Ну, в Сети мы тоже вещаем, - кивнул парень, не отводя глаз от монитора. - Но это ещё что. У нас реальный ретранслятор есть. Вернее корпоративный в аренду взяли - им всё равно ни к чему. Для них это старьё, а для нас олдскул. Сечёшь? Тебе вроде под полтинник, должен помнить.
  Ларго помнил, как отец любил слушать радио, пока они жили в глуши, за тысячу миль от Побережья. Ему же это было чуждо, цивилизация поглотила его с головой, стоило только уехать из родного дома в поисках лучшей доли.
  - Частоту тоже арендовали?
  - Не, мужик, кому это надо, - отмахнулся парень. - У нас своя, особая, нам её дали.
  - Кто дал?
  - Ну... дали, - парень осёкся, словно задумался о чём-то давно позабытом. - В общем, уже готово всё было, когда мы сюда пришли. Там, на системнике рядом с тобой наклейка с памяткой. Последняя частота в списке - наша.
  Ларго посмотрел на листок. Потом забил частоту в поисковик. И получил только ссылку на онлайн-страницу 'Полночного эфира'. Он поискал ещё, однако ни в каких реестрах частота не числилась. Ларго помотал головой. Ничего особенного ведь не произошло, не так ли? Ну вещает радио на незанятой частоте. Кому сейчас до этого дело? Или...
  Он в два клика скачал приложение радиоприёмника, вбил частоту 'Полночного эфира' и не услышал ничего, кроме треска статики.
  - Вы не вещаете что ли? Вроде уже одиннадцать.
  - Как же, уже час как музыку крутим, - удивился парень.
  - Но вас нет в эфире, тут пусто, - Ларго включил динамик на смартфоне.
  Парень странно посмотрел на него, но не стал ничего объяснять.
  - Ты просто пока не слышишь, - был ответ.
  Ларго передёрнуло от нахлынувшей жути. Что за эфир, который не все могут слышать? И кто тогда может? Мари же слушала это радио, и ничего, без проблем.
  - И что делать, чтобы услышать? Нужна какая-то аппаратура? Старый приёмник? Или проще слушать через Сеть?
  - Мужик, не кипишуй, потерпи. Может так выйти, что наш эфир не для тебя. Не всем он подходит, понимаешь ли.
  Ларго хотел уже допросить странного типа посерьёзней, как дверь отворилась и на пороге появился невысокий лысый мужичок. Он нёс квадратный бокс с четырьмя стаканами кофе, держа его, словно драгоценность. Во второй руке он сжимал пакет, чьё промасленное дно намекало на содержимое в виде пончиков. Мужичок посмотрел на детектива, вздохнул и, отдав один из стаканов Мише, уселся рядом, сбросив несчастную толстовку на пол.
  - Кофе? - спросил он, протягивая Ларго стакан.
  - Не откажусь. Феликс?
  - Да, это я. А вы... я знал, что вы придёте, но не знал имени.
  - Вот как, - протянул детектив. - Ларго Дельгадо, частный детектив. Я от ваших друзей.
  - Они мне больше не друзья, - грустно произнёс Феликс, откупоривая кофе. - Хотя, признаюсь, мне их жаль. По-человечески, искренне жаль. Но оставаться с ними и их истиной я больше не мог.
  Ларго отхлебнул кофе, надеясь, что тот окажется покрепче, но его надежды разбились о молочную пенку. Феликс выглядел вполне дружелюбно, от беглеца обычно такого не ожидаешь.
  - Они хотят вернуть своего проводника. Это часть сделки, - сказал детектив. - Я не хотел бы заставлять тебя.
  - И не придётся, Ларго, я не из тех, кто способен сопротивляться сильному. Однако я попробую вас переубедить.
  - Попробуй. Всегда рад выслушать человека, угостившего меня кофе.
  - Они потеряли проводника. Остались в одиночестве. Он недоволен ими, Он может их наказать.
  Феликс протянул руку и коснулся запястья Ларго.
  - Что ты...
  - Я чувствую Его присутствие. Он затронул и вас, детектив, не так ли?
  - Ты о том, что твои бывшие друзья называют Кошмаром?
  Феликс кивнул.
  - Ты ведь понимаешь, что это похоже на бред? - продолжил детектив. - Они поклоняются страхам, психическим травмам, наделяя их почти человеческими качествами, объединяя в виде какой-то невообразимой сущности. Выдумали себе бога, словно какие-то сектанты. Я так до конца и не понял, что там у них происходит, и откуда у них такие способности, но верить в существование какого-то одушевлённого Кошмара я не собираюсь.
  - Это и не нужно. Он просто есть, детектив, верите вы или нет. Вы ведь сами чувствуете Его прикосновение, не так ли? Дурные сны и видения настолько живые, что их не отличить от реальности, и всё это о вас и про вас, часть вашей жизни, та часть, которая вас мучит и которую вы никак не можете отпустить. Я понял это сразу, потому и не стал бежать. От Него не сбежать так просто, он всё равно найдёт. И заставит нести Его слово, славить Его имя. Как это делают сновидцы, как это делаю я...
  Ларго осенила догадка, от которой ёкнуло в груди.
  - Радиостанция? Что вы транслируете в эфир?
  - Вы и так догадались.
  - Но ведь это же белый шум. Нет ни слов, ни музыки, ничего, кроме шипения статики.
  Феликс с сомнением посмотрел на Ларго, протянул руку к стоящему на столике приёмнику и включил его. Помещение заполнил шум.
  - Не слышите?
  - Нет.
  - Похоже, вас кто-то защищает, детектив. Кто-то, хорошо осведомлённй о Нём.
  Ментальная защита, подумал Ларго, вот оно. Не зря Санчез старался. Он покосился на приёмник и выключил его от греха подальше.
  - Мне нужен Жан Крю, - сказал он Феликсу. - Знаешь такого?
  - Да, он сменил меня, и вовремя - мне было уже невмоготу. Увы, я так и не научился наслаждаться Его милостью, поэтому покинул моих бедных друзей. Кошмар никак не отреагировал на моё бегство, словно и не был против. Иногда мне кажется, что это не я сбежал, а просто Он позвал меня в другое место. Туда, где я буду полезней. 'Полночный эфир' к тому времени работал уже не первый год. Это редкость для тех, кто идёт Его путём. Жан тоже что-то понял и ушёл вслед за мной, так что несчастные сновидцы остались одни, без проводников, в кромешной тьме. Теперь они обречены. Ему не нужен увядающий культ, замкнувшийся сам на себе и на собственном вознесении. Ему нужно движение, нужны способы нести своё слово в массы. Затворники на это не способны, они даже в Сети ничего толкового создать не смогли. Многих ли привёл к ним бестолковый чат-бот, как думаете? А я отвечу - единицы. Зато в этой скромной студии мы способны рассказать о Нём куда большему числу людей, и к нам не нужно идти, не нужно с нами общаться или видеть нас - достаточно просто услышать. И это не скучные проповеди вперемешку с нытьём. Ребята вплетают Его истину в музыку, под которую засыпают тысячи, в истории, которые они с нетерпением ждут каждый вечер. Не так сильно наше влияние, не так радикально, как погружение людей в их ожившие кошмары, однако аудитория несравненно больше.
  От потока откровений у Ларго разболелась голова. Феликс вещал с чувством, жестикулируя и повышая голос, глаза его блестели, как у больного. Впрочем, они и был болен. Безумен.
  - Феликс, - детектив прервал длинную тираду собеседника. - Соберись.
  - Да, детектив, - мужчина осёкся и посмотрел на Ларго вполне осмысленным взглядом. - Простите. Я слушаю.
  - Ты можешь найти Жана? Мне нужен он и только он. Если поможешь мне, я тут же уйду, и мы больше не встретимся.
  - Все, затронутые Кошмаром, связаны, детектив. Да, я знаю, как найти Жана. Но наша с вами связь не оборвётся уже никогда, до самой смерти. В мире снов нет преград и расстояний.
  - Я понял тебя. Пусть так.
  Феликс повернулся к Ларго и щёлкнул пальцами. В помещении резко стало темно, и только свет мониторов отражался от стен. Где-то за гранью видимости сливался с тенями неподвижный Миша - парень словно выпал из реальности, слился с фоном, с рисунком на старых обоях. Остались только Ларго и Феликс. Детектив и безумец.
  - Что это? Психосила?
  - Среди нас нет одарённых. Он не любит их, старается избегать. Хотя лучших проводников Ему не сыскать, если подумать. Я просто делаю то, чему Он научил меня через мои сны.
  - Научил гасить свет щелчком пальцев?
  - Детектив, вы лучше меня знаете, что жест не значит ничего, если за ним нет воли. Программисты тоже сокращают названия команд, для простоты, для удобства, но за каждой командой всегда скрыт некий код.
  Комнаты уже не было, Ларго чувствовал, как становится невесомым тело, как сознание расширяется, выходя за пределы промзоны, района, города, всего Побережья, даже времени. Он увидел ещё живого сына, услышал свои мысли, вспомнил планы и мечты, его руки коснулась женская ладонь. Анна-Люсия смотрела на него, но не с укором, а с любовью. Он не хотел, чтобы этот миг прерывался хоть на секунду, больше жизни он желал остаться внутри этого застывшего момента времени. Но хозяин этих грёз думал иначе.
  Ларго кричал, снова теряя жену, сына, работу. Он кричал так, как не кричал в реальной жизни. Он привык держать ярость и боль внутри себя. Но теперь не получалось.
  - И не получится, детектив, - голос Феликса ввинчивался в голову, словно сверло. - Вы так глубоко внутри своих переживаний, что прятать эмоции просто некуда. Нужно только смириться и принять Его. Восславить...
  - Умолкни. Делай, что обещал.
  Ларго показалось, что подобное усилие воли его просто убьёт. Что ещё секунда борьбы с собой, и у него не выдержит сердце. Но ужас отступил, и голос Феликса перестал приносить боль. Они стояли друг напротив друга, а потом Феликс показал куда-то в сторону, и завеса тьмы развеялась, словно распахнулись на окнах старые тяжёлые шторы.
  Жан Крю сидел в глубоком кресле, безучастно глядя перед собой. Человек и предмет мебели были единственными объектами, которые Ларго мог видеть чётко. Помещение, в котором располагался Жан, выглядело максимально абстрактно. Нельзя было точно сказать, глухое ли это помещение без окон или открытая терраса, светло там или царит полумрак, сколько ещё мебели есть вокруг, есть ли люди, какого цвета стены и пол. Пелена обволакивала все важные детективу детали, и он чувствовал дурноту, когда пытался сфокусировать взгляд хоть на чём-то, кроме человека в кресле.
  Ларго стиснул зубы и напрягся, его трясло, а образ комнаты мерцал и переливался, словно намерено пытаясь ускользнуть от человеческого взгляда.
  - То, что тебе подсадили для защиты, мешает видеть мир таким, какой он есть, - сказал Феликс. - Тебе придётся отказаться от этого.
  - Я не могу, - прошипел Ларго, с трудом сохраняя равновесие. - Я даже не знаю, как это работает. Ты же проводник или кто ты там, так расскажи мне, что ты видишь. Где Жан? Почему я не могу разглядеть ничего?
  - Жан в безопасном месте. Так он думает, - Феликс пристально посмотрел на фигуру в кресле. - Закрыт. Спрятан ото всего мира. Даже от корпоративных ищеек. Даже от одарённых. Тебя коснулся один из них, и ты теперь слепнешь, когда твой взгляд скользит по поверхности истины. Но это ничего. Игры корпораций и одарённых не мешают Ему видеть своих приближенных. Кошмар не вовне, он всегда исходит изнутри, и даже в самых прочных замках нет никакого смысла.
  - Ты философ, да, приятель? - съязвил Ларго, с трудом удерживая взгляд на цели.
  - Филолог вообще-то. Диплом университета Эникса.
  - И как тебя занесло в эту потустороннюю муть?
  - Так же, как и вас, детектив.
  Феликс шагнул к образу Жана и коснулся старого знакомца. Тот вздрогнул, пошарил вокруг непонимающим взглядом, рот его распахнулся в беззвучном крике.
  - Зовёт на помощь, - вздохнул Феликс. - Он чувствует. Времени мало. Смотрите, детектив. Будет больно, говорю сразу. Когда Он ведёт нас за руку, это всегда больно.
  Присутствие чего-то большего, чем он сам и вся его несчастная жизнь, навалилось на Ларго, подобно тоннам земли, скрывающим одинокую могилу. Паника, истерика и парализующий ужас боролись за его разум, и тут же, подобно шелудивым псам, отпрянули, когда из тени шагнул Он.
  Невообразимое посмотрело на Ларго. Детектив посмотрел в ответ. Так смотрят в бездну. И в этой бездне находят силы принять всю тяжесть и горе своего бытия. Боль не утихнет, проблемы не исчезнут, но с ними можно и нужно будет жить дальше. Такую истину не зазорно принять. Её не стыдно нести людям. Славен будь...
  Ларго почувствовал, как его выдёргивает обратно, как сон развеивается, тает, под ногами снова образуется твердь, мир возвращается на своё место, и в мир возвращаются все его краски, звуки и запахи. Кофе, промятый диван, старый линолеум, стук пальцев по клавиатуре, тихое гудение системного блока, запах пота, пыли и старой краски.
  Феликс сидел рядом, глядя на детектива безумным взглядом. Ларго, держась за сердце, откинулся на спинку дивана, отхлебнул остывший - нет, холодный - кофе. Иней под пальцами растаял, превращаясь в капли конденсата, в комнате теплело, однако изо рта всё ещё вырывались облачка пара. Сработала психосила. Ларго был уверен в этом. Хотя и касание Кошмара, как он помнил, вызывало смертельный холод.
  - Теперь я понял, как это работает, - произнёс детектив. - Неудивительно, что только сумасшедшие могут расшифровать его откровения.
  - Всё верно, детектив, - кивнул Феликс, разочаровано глядя на свой стакан с замёрзшим кофе. - Безумца не тяготит реальный мир, не мешает смотреть и видеть истину. И вы уже встали на этот путь. Что вы видели?
  Детектив расхохотался.
  - Номер, - произнёс он сквозь слёзы.
  - Номер?
  - Ага. Децимальный номер. И серийный.
  - Не понимаю.
  - Не важно, дай ручку и бумагу.
  Ларго записал номера и убрал листок в карман, затем наклонился вперёд и кое-как встал с дивана. Взгляд его зацепился за старую кофемашину в углу комнаты.
  - Этот кусок мусора работает?
  - А? Что? - Феликс покрутил головой. - Ах да, детектив, она работает, но я не пользуюсь. Кофе слишком горький.
  - В самый раз.
  Через минуту в пластиковый стаканчик уже лилась горячая терпкая жидкость.
  - Так что за номера?
  - А, это так, техническая информация. Долго объяснять.
  Феликс потёр подбородок и вслед за Ларго решился нацедить себе кофе.
  - Вам это что-то даёт?
  - Да, - довольно крякнул Ларго, прихлёбывая горячий напиток. - Я получил достаточно информации. Возможно даже больше чем нужно. Мне бы теперь с коллегой переговорить... Кстати, а что твой приятель? С ним всё в порядке? Миша?
  Парень выглянул из-за монитора и поднял большой палец вверх.
  - Ты что, ничего не заметил? - удивился Ларго.
  - Не, ну, заметил, мужик, -пробормотал Миша. - Только это же не моё было дело, понимаешь. Все эти приходы, они у каждого свои, сечёшь? Других не касается, вот так вот. Феликс мне пояснил. Я типа свитер одеваю каждый раз - и всё пучком. А то холодно становится, понимаешь, мужик?
  - А сам-то ты здесь как оказался? - не удержался от вопроса Ларго. - Ты не похож... на этих.
  - Да в Сети забился с одним типом, что пройду их духовную практику или типа того. А я в теме был, сечёшь? Вот и прошёл, посмотрел на Него. А он в ответ посмотрел. Ты знаешь, сложно вообразить такой взгляд. Да и взгляд ли. Это как пропасть, только живая, жадная, смотрит на тебя и говорит с тобой, знает всё про тебя, про твои страхи и желания, вообще про всё, и показывает тебе всю твою жизнь, как наяву, и даже чётче, чем наяву. Все говорят, что это сны, кошмары, но я не согласен. Я давно в теме, осознанные сновидения, расширение сознания и всё такое. Но Его взгляд - это нечто, ни в какое сравнение не идёт. Правильно говорит Феликс: откровение, истина. И Он просил меня рассказать людям о Его истине, показать правду. А я же в теме был...
  Миша завис, задумчиво постукивая пальцем по клавиатуре.
  - И?
  - А? Чего, мужик?
  - Что было потом? - спросил Ларго, протянув тому стаканчик с кофе. - На, взбодрись, а то взгляд у тебя какой-то осоловевший.
  - Да, реально рубит, мужик, спасибо, - Миша взял кофе. - А дальше просто. Пацаны радио мутили, музычка, эмбиент, страшные истории на ночь, подкасты всякие криповые. Вот я и поделился с ними. Теперь вот эфиры мутим уже несколько лет. Расширяем сознание массам, сечёшь, мужик?
  - Ага. Секу.
  Ларго допил кофе и заказал машине ещё стаканчик.
  - И что с нами теперь? - спросил Феликс. - Мои друзья...
  - Да чёрт с ними, с культистами, - зло отмахнулся Ларго. - Ими уже занимаются. Я найду Жана, выполню свою часть сделки, и с деньгами перееду в другой город. А вам, ребята, я бы советовал залечь, пока всё не утихнет. Хотелось бы, чтобы вы и свою деятельность прекратили, но вряд ли ты, Феликс, согласишься на такое.
  - От Кошмара не сбежать, Ларго. Ни мне, ни вам. Сколько не отворачивайся, сколько не убегай.
  Детектив вздрогнул и, игнорируя протесты сердечной мышцы, приложился ко второму стаканчику.
  - Ты вроде неплохой мужик, Феликс, хоть и псих. Жаль тебя.
  Ларго допил кофе и направился к выходу, однако Феликс перехватил его ладонь возле дверной ручки.
  - Стойте, детектив. За нами пришли.
  Нахмурившись, Ларго достал пистолет, и Феликс мрачно покосился на оружие.
  - За мной шли? Кто?
  - Многие. Идём, детектив, я выведу вас через крышу.
  - А твой друг?
  Феликс посмотрел на Мишу и пожал плечами.
  - У нас здесь всего лишь маленькая радиостанция, мужик, - ответил тот. - Кому мы нужны, сечёшь? Идите, тут люк во второй комнате.
  - Люк? - удивился Ларго.
  - Это технический этаж, - пояснил Феликс. - Мы снимаем подсобку с выходом на крышу - так можно быстрее добраться до ретранслятора, если аппаратура засбоит.
  Вторая комната была заставлена хламом и шкафами с какой-то аппаратурой. В углу ютилась загородка с мягкими стенками - импровизированная кабинка для звукозаписи. Они прошли к дальней стене, Феликс дёрнул за торчавшую из низкого потолка ручку, и из открывшегося люка спустилась лестница.
  На крыше завывал ветер, злой и порывистый. Он нёс холодный воздух со стороны залива, и Ларго поёжился. Старые кости не любили такой холод. Феликс закрыл за собой люк и потянул Ларго за руку на дальний конец крыши.
  - Там есть спуск в служебный коридор, где практически никто не ходит, - объяснил он. - Оттуда на лифте до четвёртого этажа, и дальше до перехода в соседний корпус. Вон то большое здание по соседству. Там настоящий лабиринт, куча арендаторов, в том числе работающих ночью, так что вы затеряетесь без проблем.
  - Спасибо, приятель. Покажи где вход, а дальше я разберусь.
  Они подошли к небольшой надстройке. Дверь с электронным замком была заботливо подпёрта кирпичом. То ли здесь никто не следит за безопасностью, то ли местным сотрудникам лень таскать с собой лишние ключ-карты.
  - Сюда, детектив.
  Ларго был рад скрыться от ветра и холода в темноте извилистых коридоров. Света было мало, разве что каждые пятьдесят метров мерцала одинокая потолочная лампа.
  - До конца коридора и направо, - подсказал Феликс. - Удачи, детектив.
  - И тебе не хворать.
  Ларго направился по коридору и никак не мог отделаться от ощущения, что Феликс смотрит ему в спину. Лифт доставил его на нужный этаж, и, поплутав немного в потёмках, Ларго всё же добрался до просторного вестибюля. Длинная стойка ресепшена отделяла зону отдыха с рядами торговых автоматов от лифтов и арки, ведущей к переходу между зданиями - длинной трубе с окнами из толстого стекла. Ускорив шаг, детектив поспешил туда, к свету, шуму и людям.
  - Стоять, легавый! - низкий голос разнёсся по переходу, и Ларго обругал собственную беспечность.
  - Стою, - ответил он, встав вполоборота так, чтобы не было видно руку с пистолетом.
  Верзила в спецовке стоял в темноте, в тени большого рекламного щита, загородившего оконный проём, и свет с улицы позволял едва-едва разглядеть контуры его тела. Тем не менее, Ларго узнал его. Тот самый тип из парка, что ему угрожал. Вольф, кажется.
  Он шагнул вперёд, и тени вокруг него пришли в движение. Здоровяк явно был здесь не один.
  - Ты нашёл нашего друга, легавый?
  - Твоё какое дело? Я договаривался с Виктором, перед ним и ответ буду держать.
  Вольф вышел на свет, его компаньоны остались в тени.
  - Наше маленькое уютное сообщество решило перестраховаться, - прорычал он. - Витин пацифизм не всегда идёт на пользу. К тому же в этот раз я оказался прав. Где Феликс? Я чувствую, что ты был с ним, видел его. Почему ты не ведёшь его к нам?
  Ларго молча отступил на пару шагов, Вольф надвигался, не сводя с него глаз, и детективу ничего не осталось, кроме как направить на него пистолет.
  - Назад!
  - Ты шутишь, легавый? Это тебе не поможет.
  - Посмотрим, - Ларго сделал ещё пару шагов, поближе к спасительной тени и оконной нише, где можно было укрыться.
  - Дурак.
  Вольф сделал движение рукой, и Ларго почувствовал тошноту. Головокружение вывело его из равновесия, слёзы застили взор, в голове нарастал шёпот... а потом всё резко стихло. Вольф смотрел на детектива в недоумении.
  - Психосила, - догадался здоровяк. - Что ж, есть и другой способ.
  Он бросился к Ларго, на ходу выхватывая что-то из-под спецовки. Блеснул хромированный ствол, и детектив решил больше не ждать. Несколько выстрелов навскидку охладили пыл здоровяка, кто-то за его спиной жалобно вскрикнул, а Ларго, воспользовавшись замешательством, бросился бежать. Вслед ему прогремел выстрел, выбивший каменную крошку из простенка, но Ларго уже вернулся к вестибюль, откуда начинался переход.
  Оглядевшись в поисках крытия Ларго перемахнул через ряд металлических скамеек и опустился на колено, прижавшись к автомату с газировкой. Отсюда было хорошо видно переход, и первый выстрел точно будет за ним, а дальше - кто знает.
  Вольф не был идиотом. Оставшись за пределами видимости, он отправил вперёд сообщников. Ларго насчитал пять человек, чьи тёмные силуэты полукругом вошли в вестибюль. Он сделал пару предупредительных выстрелов, и преследователи рассыпались кто куда, укрываясь за лавочками и колоннами. Следом снова накатила тошнота, и Ларго, не удержавшись, сблевал на пол. Впрочем, защитный шаблон выдержал и эту атаку.
  - Я могу делать это бесконечно, - прокричал Вольф. - Ты либо сдашься Кошмару, либо я застрелю тебя, пока ты будешь захлёбываться собственной блевотиной. Я чувствую, как прогибается твоя защита, легавый. Так что, сделай милость, скажи мне, где Феликс!
  - Я тут, Вольф.
  Ларго выругался и оглянулся. Феликс вышел из бокового коридора, откуда несколько минут назад пришёл он сам. По пятам что ли шёл? Он вышагивал открыто, не прячась.
  - Зачем? - вырвалось у детектива.
  - Я почувствовал, что слишком поздно вывел вас, детектив. И мне не хотелось бы, чтобы вы пострадали из-за меня. Но это ничего, не переживайте. Как я уже сказал, от Него всё равно не сбежать.
  Ларго стиснул зубы и прикинул количество патронов в пистолете. Насколько сильно падает его меткость во время ментальной атаки? Хватит ли пуль, чтобы достать здоровяка?
  - Феликс, - Вольф появился в проходе, держа наготове пистолет. - Ты нас подвёл, приятель. Хуже того - ты нас бросил. Без проводника сны стали сумбурны, болезненны. Нам всё хуже, и это из-за тебя. Идём со мной, и тогда я отпущу господина детектива.
  - Ты не обязан его слушать, - сказал Ларго, борясь с головокружением. - Твои друзья погрязли в безумии.
  - Тебе то что, легавый?! - рявкнул Вольф и выстрелил Ларго поверх головы. - Ты ищешь этого придурка Жана, ищешь не из добрых побуждений, а ради бабок - вот и рой землю дальше, и будь благодарен, что жив остался. А к нашему сообществу больше не приближайся!
  Он был прав во всём, этот грубый верзила. И про деньги прав, и приоритеты Ларго он тоже прекрасно понимал. Все, кроме одного. В откровениях Кошмара детектив видел людей, удостоившихся Его милости. Сон связывал всех, хотели они того или нет. Их было много, тысячи несчастных душ по всему городу, и среди этих безвольных рабов Кошмара промелькнули те, кого Ларго никак не ожидал увидеть.
  Не ожидал? - спросило Невообразимое. - Ну-ну. Убеждай себя в этом сколько хочешь.
  - Вашему уродливому культу следует сгинуть, и чем скорее, тем лучше, - сказал Ларго, поднимаясь ему навстречу. - Сколько вас там? Шестеро? Идите сюда, ребятки, пуль на всех хватит.
  Вольф направил в его сторону пистолет, а тени напряглись, готовые к прыжку.
  - Ну как скаже...
  - Бросить оружие! Руки держать, чтобы я их видел!
  Стробирующий свет налобных фонариков разрезал тьму. Десятки вспышек в секунду застили взор, словно пелена помех. Ларго успел разглядеть двоих бойцов, появившихся из коридора позади Феликса. Обойдя детектива вокруг, они навели на культистов штурмовые винтовки.
  - Группа семь, мы нашли их, пеленгуйте нас, - отрывисто пролаял один из бойцов.
  - Отошли от них, все назад! - рявкнул второй, встав между детективом и культистами. - Мистер Дельгадо, вам надлежит покинуть помещение. Отходите, вас встретят.
  Ларго его не слушал, он кое-как пытался разлепить пересохшие губы, выкрикнуть слова предупреждения, сделать хоть что-то. Но драгоценные секунды он потерял.
  Культисты бросились вперёд, и первому не повезло - его срезала короткая очередь из винтовки. Остальные даже не замедлились, а Вольф снова сделал неуловимое движение рукой, и оба бойца рухнули на пол. Первый завывал во весь голос, колотил руками по полу и звал маму. Второй тихо рыдал, прося у кого-то прощения.
  - Я не знал, я не успел, я был пацаном сопливым, пацаном...
  Вольф прервал его причитания выстрелом. Другого опрокинули его сообщники, стали избивать, и отпрянули только когда Ларго выпустил по ним половину магазина.
  - Парень, ползи сюда! - крикнул он.
  - Он вас не слышит, - раздался за спиной голос Феликса. - Он заперт в своём кошмаре.
  - Надо его вытащить, нельзя бросать.
  Феликс покорно кивнул.
  - Я прикрою, оттащи его, - сказал Ларго и, высунувшись из укрытия, сделал навскидку ещё несколько выстрелов.
  В ответ пришла ментальная атака, бросившая его на колени. Какой бы ни была корпоративная защита, Вольф упорно пытался её пробить и не тратил понапрасну патроны. Ларго ничего не оставалось, кроме стрельбы в темноту.
  Боец на полу перестал биться в истерике, лишь пускал слюни и что-то неразборчиво бормотал. Феликс на корточках подполз к нему и потянул за ремни разгрузки, пытаясь отволочь в укрытие. Культисты, видя это, бросились к нему, и детектив, перезарядив оружие, подстрелил ещё одного. Двое других накинулись на Феликса, началась свалка, и Ларго, проклиная всё и вся, бросился на помощь. Первого он успокоил ударом по затылку, второму незамысловато двинул в челюсть, и потянул бойца вместе с молчаливым Феликсом.
  Ментальная атака обрушилась на них, и Ларго стиснул зубы, пытаясь сохранить контроль над телом. Грохнуло несколько выстрелов, но пули лишь выбили поролон из обивки ближайших скамеек. Феликс же словно не чувствовал ни страха, ни головокружения. Он упрямо тащил бойца корпорации, пробираясь к укрытию за массивным кофейным автоматом.
  Ларго видел, как здоровяк, преследуя их, вышел в круг света под одной из арок вестибюля. Трое культистов сопровождали его, двое мужчин и женщина, совершенно обычные на вид, словно с улицы зашли. Детектив попытался вспомнить, видел ли он их на собрании, но не смог. Повернувшись к ним, он прицелился, насколько это позволяла дрожь в руках, и выстрелил в Вольфа - тот отпрянул, схватившись за плечо, и выронил пистолет. Культисты среагировали мгновенно, встав живой стеной вокруг своего вожака, и Ларго, плюнув, бросился следом за Феликсом.
  Они упали на пол, едва укрывшись за автоматом. Боец лежал смирно, то ли потерял сознание, то ли окончательно спятил.
  - Тащим его в коридор и дёру, - сказал Ларго, проверяя магазин. - У меня ещё восемь патронов, и я не уверен, что достану всех четверых.
  - Не достанете, - подтвердил Феликс. - Надо идти по центральному коридору, оттуда можно попасть в любую часть здания, к любому выходу. Возвращаться тем же путём, что пришли, лучше не стоит - нас легко догонят, там и ведь спрятаться негде.
  Ларго вспомнил длинные пустые коридоры без ниш и каких-либо предметов мебели, и согласился с Феликсом. Он быстро обыскал бойца, забрал его пистолет и подсумок с магазином. Жаль, что винтовка осталась лежать на полу. Не учат их что ли пристёгивать оружие?
  - Вот теперь наши шансы повышаются, - выдохнул он, взвешивая в руке новую пушку. - Скорострельный, люблю такие.
  - Скорее уходим, - попросил Феликс, пытаясь половчей перехватить бойца. - Вы ранили Вольфа, но он быстро придёт в себя. Это опасный человек, поверьте.
  - Понял, - Ларго отпихнул Феликса и показал, как правильно нести раненого. - Вот, так его и держим. Так и нести легче, и он нам мешать сильно не будет.
  - У вас есть навыки парамедика, детектив?
  - В полиции и не тому научат, приятель.
  Они потащили бесчувственного бойца к центральному коридору. В спину им прогремело ещё несколько выстрелов, а вскоре к ним присоединились короткие очереди - культисты подобрали винтовки. Ларго, чертыхаясь, отчаянно искал укрытие. В итоге они вскрыли одну из дверей по правой стене, просто отстрелив замок, и ввалились в просторное помещение, напоминавшее что-то среднее между цехом и складом. Судя по толстому слою пыли на массивных рабочих столах, металлических шкафах и прочих предметах интерьера, оно пустовало уже очень давно.
  - Там, тьфу, наискосок через зал должен быть выход, - пыхтя и чихая сказал Феликс. - Стандартная планировка фаба, все помещения сквозные.
  - Понял, - кивнул Ларго. - Поднажали!
  До самой последней секунды он верил, что им удастся уйти. Волна ужаса прокатилась по всему телу, сводя судорогой мышцы, заставляя судорожно вдыхать воздух. К горлу подступила желчь, ибо блевать было уже нечем, и хуже того, детективу показалось, что он ещё и обмочился. Он упал, пытаясь сделать очередное усилие над собой, однако добился только того, что увлёк за собой и своих товарищей по несчастью.
  - Упорство и труд всё перетрут! - раздался голос Вольфа. - Даже корпоративные стены не устоят перед поступью Кошмара! Славься!
  - Славься! - подхватил нестройный хор голосов.
  Верзила шагал между рядов столов с штурмовой винтовкой в руках, культисты шли рядом. Голос Вольфа подрагивал, выдавая боль. Стоило Ларго пошевелитсья и подять голову над верстаком, как очередь загнала его обратно.
  Детектив прикинул расстояние до культистов и протянул Феликсу второй пистолет. Тот посмотрел на оружие, как на неведомую зверушку.
  - Стрелять сможешь? - поинтересовался Ларго.
  - Попробую, детектив.
  - Отлично. На тебя его штучки не действуют, как я погляжу, так что будешь прикрывать меня. Иначе они нас тут зажмут и расстреляют.
  Феликс, как и всегда, покорно кивнул.
  - Если вам нужна настоящая защита, детектив, - добавил он неожиданно, - то не следует возводить стены. Корпораты пытаются найти Его, укротить, как они привыкли делать, но они не понимают.
  - Чего не понимают?
  - Кошмар надо впустить в себя, детектив, и тогда он перестанет быть вашим врагом, а будет верным другом, и никакие ужасы, явленные вам, не сломают вашей воли, не лишат разума.
  - Это потому что я буду уже безумен, - фыркнул Ларго.
  - Зачастую это лучшее, на что вы можете рассчитывать в этом городе, да и на всём Побережье. Но вы хотя бы сами выберите свой путь к безумию, сами решите, когда сходить с ума, лишив корпоратов, город, да и всё общество этого удовольствия.
  - Ради чего?
  - Вы и сами знаете, детектив.
  Ярость возобновившейся перестрелки прервала их. Свет фонарей метался по помещению, крики, рыдания и причитания раздавались казалось бы отовсюду. Очередная ментальная атака обрушилась на Ларго, однако ему показалось, что враг его уже не бьёт в полную силу.
  - Он не в нас целится, - подтвердил его догадку Феликс.
  - Берите в кольцо, отсекайте выходы!
  - Потеряно четыре человека! Неидентифицированная психосила!
  - Контакт на два часа, четверо!
  - Не вижу ничего!
  - Мама! Прости!
  - Цель отмечена, ликвидировать...
  - Так темно, командир.
  - Ребята погибли.
  - Погибли...
  Ларго встал на ноги и ужаснулся увиденному. Группа захвата медленно двигалась к отстреливающимся культистам. Они словно продирались через кисель, теряя бойцов не от пуль, а из-за страшной силы, которой обладал Вольф. Верзила отстреливался из укрытия, делал это умело и чётко, что выдавало армейский опыт. У его ног лежал мёртвый культист, второй поддерживал предводителя короткими очередями, а женщина стояла, привалившись к высокому несгораемому шкафу, и зажимала ладонями рану в животе. И самое жуткое в этой картине было то, что корпоративные штурмовики проигрывали. Кто-то бился в истерике, кто-то стоял, глядя перед собой в пространство, другие бредили, боролись с невидимыми врагами, общались с галлюцинациями. Те, кто остался на ногах, двигались очень медленно, отстреливались невпопад и в итоге становились лёгкими мишенями.
  Детектив видел, как от Вольфа, словно от паука, тянутся тёмные нити. Слабые разумом были окутаны ими полностью, остальные боролись, но проигрывали неравную схватку. И тем не менее не отступали. С таким упорством могли биться только корпоративные реконы, обученные и вымуштрованные противостоять любым угрозам, с которыми приходится иметь дело ART. Только вот шансов у них не было. Даже если у бойцов и была какая-то ментальная защита,она не помогала простив странных способностей Вольфа.
  У стоявшего рядом с верзилой культиста взорвалась голова, обдав того брызгами крови. Вольф обернулся к новой угрозе - одинокому бойцу, приземистому и коренастому, вооружённому дробовиком.
  - Ларго, не стой столбом! - выкрикнул Санчез, отступая за укрытие. - Вали его!
  Но здоровяк среагировал быстрее обоих детективов. Ментальная атака опрокинула Ларго на спину, а вот Санчез даже не поморщился, и потому Вольф, недолго думая, кивнул раненой женщине.
  Ларго никогда не видел ничего подобного. Культистка, несмотря на рану в животе, с нечеловеческой скоростью бросилась наперерез Санчезу. Рявкнул дробовик, превращая её руку в уродливый кусок кровавого мяса, разворачивая её на ходу, однако неведомая сила продолжала толкать вопящую женщину вперёд.
  - Какого хера?! - успел выговорить корпоративный детектив перед тем, как женщина врезалась в него, яростно колотя уцелевшей рукой, а зубы её с чудовищной силой впились ему в запястье. - Блять, отцепись от меня!
  Тёмные нити тянулись за ней, оставляя похожий на дым шлейф. Не человек, а марионетка тёмной силы, которой не дают не то что умереть, даже потерять сознание, ведь только сознающий себя разум способен воспринимать Кошмар. Ларго в ужасе отползал назад, а Вольф уже был рядом, возвышаясь над ним, как гигантский коршун.
  - И вот это... вы славите? - пролепетал Ларго, пытаясь дотянуться до пистолета. - К этому вы обращаетесь, попивая кофе с печеньем? Среди вас же старики, дети!
  - Много ты знаешь, легавый, - Вольф сделал выстрел и Ларго отдёрнул руку от вожделенного пистолета. - Что тебе, что корпоратам объяснять бесполезно. Кабы не Виктор, я бы наши ряды хорошенько подчистил. На слабаков нельзя полагаться.
  - Как будто ты сильный, - неожиданно спокойно ответил Ларго, уже не делая попыток встать или уползти.
  Вольф навёл на него ствол.
  - Давай, стреляй. Я хотя бы умру в борьбе, а не буду превозносить собственное нытьё в кругу таких же никчёмных неудачников.
  - Сука, ты меня не знаешь!
  Ларго закрыл глаза и выдохнул. Вот и всё. Приехали, господин детектив. Но темнота не пришла, во мраке на него всё так же пристально смотрело Оно.
  Ещё не время, детектив, - сказало Невообразимое, и Ларго услышал выстрел.
  Тело упало на него, на лицо прилетели тёплые солёные брызги. Ларго открыл глаза и увидел лежащего на нём Феликса, из раны в шее толчками выбивались струйки крови. Над ними стоял опешивший Вольф.
  - Проводник... я не должен был...
  Бормоча, он попытался навести оружие на Ларго, закончить дело, однако выстрел из дробовика отбросил верзилу на ближайший стол. Он ещё пытался встать, однако Санчез, сбросивший с себя мёртвую культистку, добил его парой выстрелов.
  - Крепкий урод, - сплюнул детектив Дельгадо. - Вот я точно знал, что живым не возьмём.
  Ларго вылез из-под Феликса, снял куртку и скатал её, чтобы положить под голову раненому.
  - Не... надо...
  - Почему? - спросил детектив. - Ты мне ничем не обязан.
  - Он... решил. Ты ещё... нужен... детектив.
  Ларго молча смотрел на мёртвое тело. Боль и усталость накатывали, преодолевая адреналиновый заслон, и он покачнулся, кое-как удерживая себя в сознании.
  - Дружище, - Санчез сел рядом на корточки. - Вставай, дружище. Сейчас ребята помогут.
  - Он меня прикрыл.
  - Ага, спасибо ему, - Санчез выглядел потрёпаным, однако ехидная ухмылка с его лица так и не сползла. - Давай, поднимайся, тебя наш медик осмотрит.
  - Ты не сказал мне.
  - Что не сказал?
  - Про Жана Крю.
  Санчез пристально посмотрел на него, не прекращая улыбаться.
  - Ты умный, Ларго, чего уж там. Всегда докопаешься. Но это часть сделки, я ничего не нарушил.
  - Нам надо поговорить.
  - Ага, надо. Вставай, Ларго. Тут и без нас приберутся.
  
  Сделка
  
  Единственное, чему Ларго Дельгадо был рад в офисе Санчеза, так это крепкому кофе. Всё остальное вызывало в нём отвращение. Однотонные серые стены, гудение потолочных ламп, аромат сигар Санчеза, сам Санчез и его подчинённые. Впрочем, реконы и пси-оператор по приказу начальника быстро удалились, и детективы остались наедине.
  - Хочешь дать мне в морду? - спросил Санчез, присаживаясь напротив с чашечкой эспрессо. - Знаю, хочешь, можешь даже не отвечать. Имеешь право, чего уж там, и может даже исполнишь своё намерение. Но сперва дела, дружище.
  Ларго цедил кофе сквозь зубы и сверлил взглядом коллегу. Хотелось курить, но у Санчеза были только его сраные сигары. А хуже этих сигар было не найти на всём Побережье, и где их брал Санчез, Ларго не знал и знать не хотел. Возможно то место стоило зачистить напалмом.
  - Сперва дела, - согласился Ларго. - Сперва, блять, дела, мой друг. Только вот объясни, какого хера ты мне врал про Жана Крю? Какого хера я был вынужден общаться с этими психопатами? Ты видел этого Вольфа? Видел, мать твою? Когнитивная угроза такой силы, что пробивает корпоративную защиту! Или тебе дают дешёвые шаблоны? Экономят?
  Ларго и сам не заметил, как встал со стула, и почти орал на Санчеза, перегнувшись к нему через стол. Тот, сверкнув золотыми зубами, выдохнул ему в лицо облако дыма.
  - Остынь, приятель. Ты же самое спокойствие, а я буйный психопат Санчез. Мы ведь так всегда работали.
  - Забудь про то, как мы работали, - ответил Ларго уже тише и сел на место. - Выкладывай, где Жан. Я свою часть сделки выполнил, имена у тебя, больше никого в этой дохлой секте нет.
  - Хорошо, дружище, твоя взяла, - уступил Санчез. - Знать бы только, откуда вся эта информация? Источник так сказать. За тобой ведь не уследить.
  - Птичка напела, - огрызнулся Ларго.
  Объяснять, Кто на самом деле показал ему всех культистов, Ларго не собирался, иначе этот разговор мог бы зайти слишком далеко. Стать опасным для него самого.
  - Ты знаешь, зачем я ищу проводников? Почему важно достать их всех?
  - Просвети меня.
  Санчез поднялся и, смешно переваливаясь, доковылял до кофемашины, чтобы сделать себе ещё чашечку. В офисе он смотрелся этаким увальнем. Обманчивая внешность, - подумал Ларго, - особенно если ты воочию не видел, как он сносит головы из дробовика.
  - Я работаю на этом направлении уже три года. Это не первая ячейка и не последняя, и по сути культисты могут выдавать себя за кого угодно, но общее у них одно - те, кого зовут проводниками. Самые восприимчивые, самые... безумные. Люди, способные показать путь.
  - Путь людей к безумию, - усмехнулся Ларго.
  - Нет, наоборот, - возразил Санчез. - Путь ищет как раз Оно. Или он. Или что это такое, я и сам не знаю. А когда находит, начинает заражать людей, расползаться, как опухоль. Оно очень умное, если хочешь знать моё мнение. Знает наши слабые места, умеет вычислять слабых людей, подчинять их волю. Я не уверен, делает ли оно это сознательно, анализируя нас, либо же действует инстинктивно - на это тебе даже корпоративные псионики ответа не дадут. Но оно точно знает о нас больше, чем мы о нём. Настоящий демон.
  Ларго закатил глаза.
  - Хватит мистики, Санни. Мы работали с одарёнными, выявляли таких изощрённых типов, какие только и могли сбежать от всемогущей ART. Я знаю, что такое когнитивная угроза, не надо мне объяснять.
  Санчез покачал головой и с новой чашкой кофе подсел к коллеге.
  - Ларго, дружище, все эти псионики, пусть даже самые ушлые, были людьми. А вот Оно... объект, идея, психический паразит, чудовище, живущее в человеческих мыслях. Я в первый раз сталкиваюсь с таким, и никто из корпоративных умников не делится информацией. Всё, что я знаю, это то, как важны для Него проводники. Остальные это так, отдельные метастазы, расходный материал. Культисты очень быстро деградируют, сознание человека не выдерживает Его присутствия. Если только он не безумен... в правильном ключе так сказать. И эти люди полезны не только Ему, дружище. Проводник может работать в обе стороны, знаешь ли.
  - И вы надеетесь что-то с ним сделать? Договориться, подчинить, использовать?
  Санчез пожал плечами.
  - Я ни на что не надеюсь, дружище. Эти манипуляции находятся за пределами моего понимания. Но я точно знаю, что корпораты хотят пленить Его, и в этом я с ними солидарен. Не место Ему среди людей.
  - Как будто ты не знаешь, для чего твои работодатели пленят тех же одарённых, - съязвил Ларго.
  - Не бери на себя слишком много, дружище. Не я, так кто-то ещё это сделает. Есть и более зубастые охотники, знаешь ли, а мне нельзя терять хватку, иначе хорошая работа мне уже не светит.
  - Жан Крю тоже проводник, - сказал Ларго, не отрывая глаз от коллеги. - И ты знал об этом с самого начала. Он был нужен ART, твоим нанимателям. Ты не собирался выполнять свою часть договора.
  - Вряд ли ты поверишь, если я скажу, что искал способы усидеть на двух стульях. Жан и этот, как его, Феликс, оказались единственными проводниками. Даже их негласные лидеры со всей их силой - не более чем попрошайки, ждущие подачки своего тёмного бога. Больше с этой ячейки взять нечего. Нового проводника они уже не найдут и скоро распадутся. Жаль, что второй проводник погиб. За мёртвого мне денег не дадут.
  Ларго сжал кулак. Хотелось броситься на Санчеза и выбить ему его гнилые зубы вместе с коронками, убрать с его лица эту мерзкую ухмылку. Но будет ли толк?
  - Мне нужен Жан, - с нажимом произнёс Ларго. - Этой мой заказ.
  - Мне тоже. И я разговариваю с тобой только по доброте душевной. Тебя тоже коснулся Кошмар, Ларго. Корпораты не одобрят, если узнают, что я контактирую с заражённым, а тебя и вовсе пристрелят. Мой тебе совет - брось это дело и ляг на дно. Денег я тебе дам, поищу людей, которые возьмутся купировать симптомы. Есть много нелегальных пси-операторов, мы что-нибудь придумаем.
  Денег, обещанных Клеммом, хватило бы на безбедную жизнь в течение многих лет. Мари и дети встали бы на ноги, Ларго нашёл бы себе спокойную работу или открыл бы дело. Подачек Санчеза на это не хватит, их вообще ни на что не хватит. Даже на то, чтобы убраться из города. Детектив тяжело вздохнул и прикрыл глаза.
  - Санчез, я тут откопал один номерок. Посмотришь? У меня в куртке, в кармане бумажка.
  Он слышал, как толстяк тянется через стол, шарит по его карманам, разворачивает листок.
  - Знакомый номер?
  - Да, это же шаблон. 'Тихий омут', гасит волны Эфира. Им прикрывают псиоников или скрываются от псиоников. Маскировка. А что?
  - Серийный номер видишь? Кому выдали этот шаблон?
  Даже не открывая глаз Ларго знал, что Санчез сейчас улыбается, а его коронки ослепительно сверкают, оттеняя своим блеском жёлтые от кофе и табака зубы.
  - Он списан, использован во время операции.
  - Неправда.
  - Не лезь в это дело, дружище.
  - Мы много лет работали вместе, Санни. Я знаю, как скрываются одарённые. Знаю, кто и зачем им помогает. И ты знаешь.
  - Я зачищал подполье, как и ты, Ларго. На что ты намекаешь?
  - У кого ты его спрятал?
  - Не вынуждай меня приводить тебя в чувство силой, Ларго! И что ты там, мать твою, бормочешь?
  Губы детектива шевелились, когда он слог за слогом выуживал из памяти команду. Набор букв и чисел, на первый взгляд бессмысленный, словно машинный код, раскрытый в виде текста.
  Санчез не почувствовал опасности. Он был на своей территории, его люди сновали в коридоре, его пушка лежала рядом на столе, а его разум был защищён надёжными лицензированными психосилами. Ларго знал, что подаренного ему шаблона хватит на один удар, единственный отчаянный выпад. Это сломает защиту, но не сломает Санчеза. И что тогда?
  В тени закрытых глаз загорелись огоньки. Невообразимое посмотрело на детектива, он посмотрел в ответ. Бездна приглашала сделать шаг.
  'Предоставь это мне, Ларго'.
  - Договорились, - шёпотом ответил он.
  - Что с тобой, Ларго? Кретин, ответь мне! - всполошился Санчез.
  Ларго произнёс триггер-фразу, и почувствовал холод. Он открыл глаза только чтобы увидеть, как меняется в лице Санчез, как тянется к пистолету его рука. Но Кошмар был быстрее, и тонкие стебли оживших теней сковали его надёжней любых наручников.
  Толстяк схватился за сердце и упал на стул, елозя короткими ножками по полу. Он уже не пытался схватить оружие, а руки его отчаянно боролись с воротом рубахи, корпоративный детектив хрипел и задыхался.
  Кофе в чашках остыл и превратился в лёд. Температура в помещении стремительно падала, дыхание вырывалось из лёгких облачками белого пара. А где-то за спиной сверлил спину цепкий взгляд, и в голову непрошенным гостем вторгался тихий шёпот.
  'Хочешь знать, что он видит?'
  - Не хочу...
  Ларго обошёл стол и склонился над Санчезом.
  - Что ты сделал с Жаном? Где он?
  Санчез хрипел, он ещё пытался сопротивляться.
  'Пусть сопротивляется, они все через это прошли. Даже ты'.
  - Санни, ответь, - почти умоляюще произнёс Ларго. - Я не хочу тебя мучить.
  Сквозь смертный ужас, холод и застившую взор пелену кошмара прорезался отблеск золота. Санчез ухмылялся.
  - А ты... крепко влип... дружище, - он выговаривал слова с трудом, почти выплёвывал их.
  - Отдай...
  'Мне'.
  - ...Жана.
  Санчез вздрогнул, глядя на бывшего коллегу.
  - Это не ты... дружище. Не ты говоришь.
  - Кто прячет...
  'Моего проводника?'
  Санчез замер и перестал бороться, поник. Плечи толстяка опустились, руки безвольно сползли на живот.
  - Стоило ему покинуть культ, парень тут же попал в поле зрение корпоративных ищеек. Они поголовно псионики, больные люди, я им не доверяю, поэтому пошёл на конфликт. Думаю, они хотели сломать его, вытащить из парня всё до последней крупицы. Но я так не работаю. Это халтура, дружище. Парень много знал, это да, но на доверии, по-доброму он рассказал бы куда больше, чем под психической пыткой. Да и чем они стали бы пытать человека, искалеченного когнитивным кошмаром? Я спрятал его в одной из коммун для одарённых. Мелкие сошки, не псионики, а так - плюнуть и растереть. Но для меня они были полезны. Нельзя делать нашу работу без агентурной сети, ты и сам знаешь. Поэтому мне приходилось... идти на уступки. Куратор у меня мудак, как и большинство корпоратов, и я не стал ему ничего объяснять - так и контракта недолго лишиться.
  'Где...'
  - ...он?
  Шёпот нарастал, вытесняя прочие звуки, и Ларго уже с трудом мог отличить свои слова и мысли от чужих. Ему казалось, будто невидимый суфлёр подсказывает ему, что говорить, о чём думать, подталкивает и направляет куда-то.
  - Шоссе Тридцать три, двести километров на юго-восток, - ответил Санчез, стараясь не смотреть ему в глаза. - Приют для душевнобольных 'Клёны'. А теперь отпусти меня... пожалуйста.
  - Вот...
  '...видишь'.
  - Можешь же, когда...
  '...хочешь'.
  - Отпусти, - повторил Санчез, обхватив себя короткими ручонками. - Ларго... завязывай. Блядский холод...
  - Хорошо, я ухожу, - ответил Ларго, накидывая куртку. - Надеюсь, тебе хватит благоразумия не преследовать меня, Санни.
  'Он ещё не готов, ещё не принял истину'.
  - Хватит, я ухожу, - раздражённо сказал Ларго, направляясь к двери.
  'Пусть увидит больше, пусть видит всё'.
  - Довольно!
  Детектив достал пистолет и приставил ствол к подбородку.
  - Я открываю дверь и ухожу, - процедил он. - Санни остаётся здесь. Его люди тоже остаются. В противном случае я закончу это здесь и сейчас.
  Бездна расхохоталась. Сквозь ужас и холод, сквозь пелену кошмара Ларго чётко ощущал новую эмоцию - веселье. Невообразимое оценило его выходку и отвело взгляд.
  В кабинете потеплело. Так резко, что Ларго увидел испарину на гладких стеклянных поверхностях. Санчез без чувств развалился на стуле, грудь его судорожно вздымалась. Снаружи тоже не доносилось ни звука, и Ларго, повернув ручку, вышел в коридор.
  К выходу из офиса он добрался без происшествий. Никто его не окликнул и не задержал. Людей вообще не было видно, хотя их не могло здесь не быть. Охранник на посту спал, храпя на всю проходную, и Ларго не стал его будить, а просто перепрыгнул турникет - тот даже не пискнул. На улице детектив поймал такси и, назвав адрес, забылся сном. Хороший был сон, без сновидений.
  
  - Папа, на тебе лица нет, - причитала Мари, суетясь вокруг него. - Опять работал всю ночь, а? У тебя возраст уже не тот, пап, ну что же ты? Давай, садись, пообедаешь.
  Он не сопротивлялся, не отнекивался, не строил из себя мужика. В конце концов человек имеет право на обеденный час и тарелку тёплого супа, разве нет? Ел он молча, слушая болтовню невестки. Она говорила о работе, о детях, о погоде и ещё о какой-то ерунде. Всё как обычно, всё как всегда.
  - Пап, с тобой всё в порядке? - обеспокоенно спросила Мари, поставив перед ним чашку кофе. - Ты молчишь всё время.
  - Да, молчу, - согласился Ларго. - Иногда полезно помолчать. И послушать.
  Что он пытался услышать или увидеть, Ларго и сам не знал. Хотел проверить, уточнить, убедиться? В чём? В том, что его видения бред, что ничего не было, что холодные синие огоньки обманули, соврали, заморочили ему голову?
  'Все, затронутые Кошмаром, связаны, детектив'.
  Ларго хрипло откашлялся и приступил к кофе. А Мари, расценив его угрюмый тон по-своему, перестала лезть с расспросами. Ей было, чем поделиться со свёкром, и она продолжила в том же духе: на работе обещали прибавку, ребят надо готовить к школе, за квартиру скоро платить, а тарифы опять выросли, такие вот дела, пап.
  Он слушал её и угрюмо смотрел в одну точку, и ему всё время мерещилось, что где-то на периферии зрения что-то движется, что-то вроде тени. Но стоило присмотреться, и тень исчезала без следа, словно играла с ним в прятки. Мари же выглядела как обычно: уставшей, неухоженной, но с боевым настроением и неизменной слабой улыбкой. Тени под глазами не стали глубже, морщин не стало больше, ничего не изменилось.
  Ничего?
  - Я сегодня уезжаю за город. Вернусь завтра днём, может к вечеру, - сказал Ларго, когда они прощались в дверях. - Через неделю рассчитываю получить неплохие деньги, так что готовься и думай, как будем их тратить.
  - Пап, ну что ты, нам и так ясно, куда их тратить - всё на ребят.
  - Про себя не забывай, девочка.
  - Ну что ты, хватит, - запротестовала Мари, но Ларго жестом велел ей замолчать.
  - Думай, и думай хорошенько, - повторил он. - Пора начинать жить, Мари. Альберт хотел бы, чтобы у нас всё было хорошо, и я не собираюсь его подводить. Давай, до завтра.
  - До завтра.
  Он вышел за дверь и, вспомнив о чём-то, обернулся.
  - Ах да, Мари, не слушай больше 'Полночный Эфир'. Дурацкое радио, плохо на психику влияет.
  - Э-э, ладно, пап. Перейду на 'Классику FM'.
  - Вот и славно, девочка моя.
  
  Клемм напомнил о себе очень некстати. Детектива вполне устраивал тот факт, что клиент не стоит над душой и по мере сил оказывает помощь.
  - Тебя ищут, господин Дельгадо.
  - Что, уже розыск объявили?
  - Будь оно так, я бы разорвал наш контракт и не стал бы дискредитировать себя звонком. Тем не менее, люди из корпоративных кругов... встревожены. Твоё счастье, что среди них нет единства, и что полицию к этому делу пока не подпускают. Тем не менее, ты был замечен на месте перестрелки прошлой ночью, то есть как минимум являешься свидетелем.
  Ларго недовольно выдохнул и окинул взглядом раскинувшийся перед ним вид уходящей за горизонт пустоши. Тридцать пятое шоссе проходило не по самым живописным местам Побережья. Впрочем, чего можно ждать от дороги, вдоль которой корпоративные армии полгода утюжили друг друга из всех стволов? 'Зато города не пострадали' - так говорили они впоследствии. Бревис и впрямь не пострадал, а вот десятки мелких городишек вдоль автострады исчезли без следа.
  - А что ещё мне вменяют? - спросил Ларго, переводя взгляд обратно на дорогу.
  - От вмешательства в дела частной компании до пособничества и укрывательства лиц, находящихся в розыске.
  - Но это ведь неофициально, верно? Слухи - не более?
  - Слухи, - согласился Клемм, - не более. Но я не из тех, кому безразлична судьба деловых партнёров, а ведь у нас с тобой договор. Ты нашёл для меня того человека, Ларго?
  - Да, я вышел на его след. Рассчитываю сегодня-завтра пообщаться с мистером Крю тет-а-тет.
  - Тебе потребуется помощь? У меня есть люди, опытные и... деликатные.
  - Не думаю, что мне понадобится поддержка, но за предложение спасибо.
  - Оно останется открытым, - добавил Клемм после недолгого молчания. - На всякий случай. Я старой закалки, предпочитаю перестраховаться. Найди его, Ларго. Кто бы ни стоял за убийством Анжелы, я хочу это знать. Мне плевать, с кого спрашивать - с этого плюгавого типа или с самого дьявола.
  Где-то на самой границе восприятия разверзлась Бездна, готовая принять очередного безумца, но Ларго стиснул зубы, прикусил до боли губу, и Бездна, поняв намёк, отступила. Она умела ждать.
  - Я буду держать вас в курсе, ждите звонка, - детектив закончил разговор и вернул мобильник в слот на приборной панели - пусть заряжается.
  Где-то за спиной тонуло в океане светило, и вода полнилась яркими красками. Ларго слышал, что лучшие закаты только в Сан-Сервандо и на островах - вот прямо такие, как на открытках. Мысль об этом подстегнула его, и детектив прибавил газу. К чёрту Бревис, к чёрту корпоратов и их рукотворный Кошмар! В сентябре он каждый вечер будет пить коктейли в пляжном баре и пялиться на девок в купальниках.
  И Мари больше не скажет, что он грустный или уставший. Он надеялся, что на новом месте и в новой жизни невестке вообще будет не до него.
  
  Неприглядные истины.
  
  Констадес входил в юрисдикцию Бревиса и значился на картах и в сетевых путеводителях, как посёлок городского типа. Глубокий смысл подобного статуса заключался в том, что была это по сути захолустная деревня, но близость к шоссе, наличие заправки и автоматизированного склада CargoCult incorporated тут же включали Констадес в корпоративные логистические цепочки, отчего население и администрация должны были чувствовать себя более важными.
  Ларго таких мест знал много, что в пустоши, что предгорьях Арентин, что на Побережье, однако симпатии его были на стороне последних - там можно было разжиться свежими морепродуктами, а на зубах не скрипела вездесущая пыль с привкусом бензина. Единственное, чем Констадес выделялся среди прочих своих побратимов, так это зелень. Учитывая историю тридцать пятого шоссе и тех средств, которыми уничтожали друг друга корпоративные армии, детектив отдал должное жителям города - им удалось создать оазис посреди пустыни. Въезд в город, к примеру, украшала кленовая аллея. Клёнов в городе вообще было очень много, и Ларго про себя отметил, что люди, открывшие здесь приют, над названием размышляли не очень долго.
  Машину он бросил по старой привычке за полквартала до места. Прогуляться никогда не вредно, да и лишний раз светить своё авто перед незнакомцами не стоит. Даже в таком идиллическом городке.
  К вечеру похолодало, и Ларго, едва отойдя от машины на пару десятков шагов, зябко поёжился. Возникло желание выпить горячего кофе. Осмотревшись вокруг, детектив приметил небольшое семейное кафе, и уже хотел заглянуть туда по дороге, однако посетители встретили его такими подозрительными взглядами, что желание попить кофейку у него сразу пропало.
  'Тебе здесь не рады. Куда бы ты ни шёл, тебе не рады'.
  Непрошеные мысли назойливо лезли в голову, и Ларго сердито нахмурился - слишком уж чужеродными они были, словно кто-то нашёптывал. Кто-то не очень хороший. Кто-то...
  'Ты сам знаешь кто'.
  Налетел порыв ветра, стало ещё холоднее, и Ларго прибавил ходу. Удивительная погода стояла в этом городке. Холод собачий, хотя на дворе лето. Пустошь, одним словом, здесь всё не как у людей.
  Приют располагался в старом двухэтажном здании. То ли чей-то коттедж, то ли какой-то жилой дом, построенный ещё на заре освоения Побережья. Двускатная крыша, бледно-голубой фасад, стальная решётка забора, украшенная нехитрой ковкой а-ля 'зелень и цветочки'. Было похоже на провинциальный дом престарелых и исходила от здания некая едва уловимая вибрация ветхости и запустения.
  'Это место не пустует, здесь есть люди. Людей всегда сопровождают эмоции, желания, и самое чёткое, что можно почувствовать - страх. От дома разит страхом, неопределённостью, мрачным предчувствием. Он выглядит светлой обителью уставших от жизни душ, но на деле это ловушка отчаявшихся'.
  Ларго ужаснулся собственным мыслям, однако, если быть честным, то что ещё можно ожидать от дома, где прячутся беглецы? Ищейки ART выслеживают одарённых по всему Побережью. Нет надёжных укрытий, тебя ищут днём и ночью, кругом глаза и уши. Детектив хорошо знал, как делается эта работа, разве что он искал опасных преступников, а не бедолаг, которым не повезло родиться с даром.
  Прогулявшись вдоль забора, Ларго обнаружил огромные запертые ворота, а рядом с ними неприметную калитку с глазком видеокамеры, примостившимся аккурат на уровне лица. Детектив толкнул калитку, и та беззвучно отворилась, а его взору предстал сломанный магнитный замок. Если здесь и следили за безопасностью, то не очень внимательно или же вовсе на это плюнули. От штурмовой группы реконов не спасёт никакой забор, как и от корпоративных ищеек, большинство из которых сами одарённые, с прекрасной подготовкой и снаряжением.
  'Проще выглядеть убогим и никому не нужным, чем строить бесполезную крепость. Вспоминай, Ларго Дельгадо, как выглядели те общины, которые ты в своё время раскрыл? Никаких секретных баз и бункеров, не правда ли? Лучший способ спрятаться от ART - на самом виду, среди людей, обезопасив себя не больше, чем это делает типичный городской обыватель. Отшельники, выживальщики, вооружённые до зубов группировки и прочие глупцы, думающие, что от корпоратов можно удрать или что с ними можно воевать, погибают первыми.Конечно, всегда можно свалить на дальний север или в зону влияния других корпораций, но гарантий это не даст. Акулы чуют кровь и страх, они жадные хищники, вершина пищевой цепочки Побережья, а страхом от одарённых несёт за версту. Насколько они превосходят обычных людей, настолько же изысканней и многогранней испытываемый ими ужас. Сверхъестественный, нечеловеческий ужас. Как и безумцы, они видят мир таким, какой он есть, но те, кто лишён разума, лишены и страха, в отличие от тех, кто уже родился проклятым. Каждый из них калека, несчастная душа, изуродованная собственным никчёмным даром. Пища для акул, наживка, дичь. А ты - загонщик... и забойщик'.
  У Ларго пересохло в горле, налетевший порыв ветра заставил вздрогнуть от холода и спрятать руки в карманы. Он подошёл к крыльцу и, преодолев несколько ступеней, зашёл в здание. Он не ждал ничего особенного, не ждал отпора или страшной секретности от тех, кто скрывается под видом приюта, а потому не расстроился, когда его встретил мрачный холл с безликими обоями, скромной меблировкой и большим телевизором в дальнем углу.
  - Кто вы? Я могу вам чем-то помочь?
  Женщину он заметил не сразу. Она была столь же безлика, как и помещение. Серое строгое платье в пол, короткая стрижка, минимум косметики, волосы крашеные, светлые. Она поднялась со стула ему навстречу, без тени страха или дружелюбия, лишь с лёгким интересом, как будто была рада, что хоть кто-то нарушил её одиночество.
  - Добрый день. Я ищу друга, он... болен, и я знаю, что он может быть у вас. Его зовут Жан.
  - Простите, а с кем я говорю? Мы обычно не делимся информацией о подопечных с посторонними, только с родственниками или представителями властей.
  - Меня зовут Ларго Дельгадо. Я близкий друг Жана. Знаю его много лет, мы работали вместе, - ответил детектив. - Мой приятель бывший гонщик, был знаменитостью в своё время. Вот, посмотрите на фото, если не верите.
  Он открыл на смартфоне одну из фотографий, позаимствованных с аккаунта Жана, и показал девушке. Так пристально посмотрела на фото, потом на самого Ларго. Нехорошо так посмотрела. Внутренне детектив уже приготовился к тому, что информацию придётся тянуть клещами.
  - Простите, - ответила женщина, стараясь держаться вежливо и официально, - но вашего друга здесь нет. Я знаю всех подопечных в лицо и по имени. Возможно, вам стоит посетить другой приют, или ещё раз навести справки.
  - А как вас зовут? - спросил Ларго и подметил, как смутилась она от его вопроса. - Вы ведь не замужем, мисс...
  - Клара, - быстро ответила она и зарделась ещё сильнее. - Но почему вы решили, что я не замужем?
  - Догадался, - соврал Ларго, и продолжил: - Прошу вас, милая Клара, подумайте получше. Я проделал долгий путь, чтобы найти моего друга, а я ведь не в том возрасте, когда дальние поездки даются легко и просто.
  От неё пахло мылом, дешёвым детским мылом. Ни духов, ни дезодоранта. Но мылом пахло так отчётливо, будто она моется каждый час, словно пытается смыть что-то донельзя грязное, несмываемое.
  - Ваш парень плохо с вами обращался?
  Ларго не понимал, зачем спрашивает это. То ли хотел позлить, то ли ему просто была интересна её реакция. В любом случае он понял, что попал в цель. Клара изменилась в лице. Гнев и испуг сменяли друг друга, пока она собиралась с мыслями.
  - Я вынуждена просить вас уйти, - ответила женщина как можно спокойнее.
  - Но мне нужен мой друг. Он точно здесь, я наводил справки, ошибки быть не может. Если вы только позволите мне...
  Злость исказила её черты, она потянулась к лежавшему на стеллаже смартфону.
  - Если вы не уйдёте, я вызову полицию, и разговаривать будете уже с ними, - как можно более сердито отчеканила она. - В наручниках. Никакого Жана здесь нет!
  'Не ври мне, мерзкая тварь!'
  Она вздрогнула, словно получила пощёчину, и уронила мобильник на пол. Ларго замер, боясь шевелиться, и всё пытался понять, почему он это сказал. Он ли это сказал? Он собирался просто пообщаться с ней, разговорить, убедить... Потратить драгоценное время, которое эта сука отнимает у него. Бесполезное животное, назойливая помеха.
  - Ч-что вы сказали?
  'Лживая сука!'
  Девушка попятилась, и Ларго невольно сделал шаг вперёд, протянул руку, хотел извиниться, объяснить.
  - Клара, это не то, что вы думаете.
  'Где мой проводник?!'
  - Это не то...
  'Лживая тварь!'
  Ларго тряс головой, пытаясь унять какофонию в своей голове. Всё складывалось не так, как он планировал. Он не собирался пугать, не хотел. Но она ведь сама виновата, не так ли? Смотри на неё, вылупила глаза, словно рыба, бестолковая бесхребетная баба!
  - Он бил тебя, колотил башкой об стенку, - Ларго надвигался на пятившуюся Клару. - А ты молчала. У вас, тряпок, так принято. Молчать, когда о тебя вытирают ноги. Молчать, когда тебя бьют. Молчать, когда тянут потные ручонки к твоей дочери.
  - Я испугалась, я испугалась, - бормотала Клара. - Я ничего не могла сделать.
  - Ты и сейчас ничего не можешь!
  Детектив шёл к ней, чувствуя, что это не его движения, не его походка. И чем ближе он подходил, тем больший ужас нарастал в глазах у Клары. Что она видела? Кого она видела?
  Его губы кривились в ухмылке, он никогда так не ухмылялся. Он подошёл вразвалочку и небрежно облокотился на старый деревянный комод, он вёл себя вульгарно и вызывающе, как никогда не позволял себе Ларго Дельгадо. Ему казалось, что он ощущает запах каких-то незнакомых дешёвых сигарет и перегара, словно он пил весь день и всю ночь в какой-то убогой дыре.
  - Что пялишься, сука?
  Клара зажала рот ладонью, сдерживая крик.
  - Ты же умер... ты умер... Умер!!!
  Он ударил её, резко, наотмашь, не чтобы причинить боль, а чтобы унизить. Клара упала на колени, и Ларго услышал её плач. Вернее, это был не плач, а низкий утробный вой. Слёзы катились градом по её лицу, а она зажимала себе рот, но справиться со рвущимся из груди воем не могла.
  - Вот так всегда, - Ларго сплюнул и наклонился к ней. - Только и можешь, что ныть.
  Он грубо схватил её за волосы, слишком короткие, чтобы можно было нормально ухватиться, и рывком поднял на ноги.
  - Тим... - пролепетала она, - пусти, мне больно.
  - Пусти, мне больно, - передразнил он, нависая над ней. - Я тебе что всегда говорил? Когда мужик говорит, твой блядский рот на замке! Когда мужик спрашивает, ты отвечаешь, а? Помнишь?
  - Да, да, Тим, я помню!
  - Хватит мямлить!
  Он снова занёс руку, однако на этот раз удара не последовало.
  - Довольно, - произнёс Ларго. - Зачем так с ней?
  'Она привыкла, ты не видишь? Ей комфортно в этой ситуации, детектив. Она бежала от своего мучителя, бежала от проблем и от прошлого, но пришла к тому же самому. Жизнь в ожидании боли, вечно сгорбившись, сжавшись в комок, как будто удар вот-вот её настигнет. Мы просто показали ей то, что она привыкла видеть. Она будет благодарна, когда оценит и примет этот дар'.
  Ларго молчал, глядя на Клару. Та полностью поддалась истерике: её трясло, плач и причитания сменяли друг друга в невнятном речитативе, от слёз лицо покраснело и распухло.
  - Где Жан Крю? - повторил детектив, почти умоляюще. - Пожалуйста, ответь. И всё закончится.
  Она на миг пришла в себя и мелко закивала.
  - Да, вы, вы правы, Ларго...
  Она снова видела его, а не того, другого. Клара присела на корточки, подобрала телефон и быстро просмотрела какие-то заметки.
  - Второй этаж, комната тридцать три, - сказала она и, обхватив колени руками, села у стены.
  - Спасибо, Клара. Простите меня.
  Несчастная застыла, глядя перед собой, и ничего не ответила. Поднимаясь по лестнице, Ларго оглянулся - она так и сидела на месте, не шевелясь. На миг детективу показалось, что над ней склоняется с насмешливой пьяной ухмылкой какой-то мужчина, однако больше он ничего не рассмотрел.
  - Так нельзя,- произнёс он, оказавшись в коридоре второго этажа.
  'Она живёт прошлым, возразил незримый собеседник, она привыкла именно к этому, к жестокости и унижениям. Она не увидела ничего такого, чего с ней не было раньше. Она вернулась в свой кошмар и ей там хорошо'.
  - Сейчас я найду Жана, выполню свою часть сделки, и всё, баста, никаких больше мистических штучек. У меня нет желания присоединяться ни к культистам, ни к корпоратам - пусть сами разгребают эту кучу.
  'Ты просто ещё не понял, чего хочешь. Но ты поймёшь. У тебя большой потенциал, просто нужен человек, который покажет истину. Жан знает истину, он проводник, он видит дорогу, и умеет ходить по ней в обе стороны. Он привёл меня к людям, а теперь приведёт людей ко мне. Ты увидишь и всё поймёшь'.
  - Тебе нечем меня купить, - бормотал Ларго, ужасаясь тому, что разговаривает сам с собой.
  'Неужели нечем? Неужели у Ларго Дельгадо нет ничего за душой, чего он истово хотел бы исправить, изменить, вернуть? Ларго Дельгадо умён, он хороший детектив, но он всё же человек'.
  Комната Жана была в конце коридора. Ларго медленно вышагивал по старому протёртому ковру и прислушивался к тому, что творится в других комнатах и общих залах. Он слышал мысли, воспринимал чувства и эмоции. Он видел нити, чёрные и крепкие, которые, переплетаясь друг с другом, вплетались в ковёр, оплетали стены, залезали маленькими юркими червячками под двери, в дверные глазки и замочные скважины. Кошмар пускал корни, тянулся к тем, кому хотел показать свою истину. И Ларго, цепенея, понимал, что это он привёл его сюда.
  Коридор, на деле достаточно короткий, казался детективу бесконечной дорогой за горизонт. Он пытался идти быстрее, но как бы не напрягал мышцы, двигался всё равно медленно, словно плыл через вязкий кисель. Со стороны доносился смех, плач, шёпот, досужие разговоры, яростные споры, крики и хриплое дыхание сорванных глоток. За каждой дверью он видел целую жизнь, чью-то трагедию из детства или юности, плеяды неверных решений и фатальных выборов.
  'Это те, кто ещё не готов принять меня. Оставь их в одиночестве'.
  За другими дверьми ощущался лишь сдержанный интерес или безразличие. Но было в этом спокойствии что-то неправильное.
  'Безумцы видят мир таким, какой он есть, без прикрас. Они видят нас, чувствуют мою поступь. Им нет нужды в принятии себя, они уже живут с моей истиной в сердце'.
  И лишь несколько дверей показались Ларго не дверьми, а сияющими бастионами, куда юркие и неугомонные тени никак не могли пробиться.
  'Одарённые. Злейшие враги, знающие нас и умеющие постоять за свои жалкие души. Пусть их, детектив, их время ещё придёт. Их стоило бы ненавидеть за их отрицание, неверие и неприятие, однако и они способны прийти к пониманию сути вещей, пусть и не сразу'.
  Никто не вышел в коридор, никто не преследовал Ларго и не пытался следить. Он дошёл до конца, до нужной двери, протянул руку и повернул ручку. Дверь была не заперта.
  'Там ты узнаешь правду'.
  - Мне не нужна никакая правда, - сказал Ларго и вошёл.
  Жан Крю, гонщик, автомеханик, любимый сын и рубаха парень, убийца и проводник Кошмара, сидел в кресле. Спортивные штаны были ему велики, даже майка на голое тело свободно болталась на его худеньком торсе. Он не был строен или худощав, в этой тщедушной худобе не было красоты. Тёмная неухоженная щетина покрывала его лицо неравномерными островками, но так и не превратилась в бороду, хотя по виду он не брился уже очень давно. Тёмные непослушные волосы свисали неопрятными сальными прядями. Это могло быть красиво лицо, такому парню смотрят вслед девчонки, с такими все рады познакомиться, пообщаться у барной стойки за стаканчиком горячительного. Но Жан даже не пытался выглядеть, как раньше, как на фото с обложек журналов.
  Человек, которого искали бизнесмены и корпораты, друзья и родители, культисты и безымянные чудовища, выглядел, по мнению детектива, не слишком впечатляюще, даже скорее убого. Ларго приблизился, привлекая внимание, и Жан поднял на него взгляд. Поднял и увидел что-то своё, что-то знакомое, прямо как Клара, как Санчез.
  - Он привёл тебя, - сказал Жан, опустив взгляд. - Он дал мне знать, что ты придёшь, часто напоминал об этом. Ему было очень важно, чтобы я дождался.
  - Ты убил Анжелу Клемм, - сказал Ларго.
  - Я любил её больше жизни.
  Детектив почему-то не сомневался, что так оно и было, однако продолжил:
  - И все же ты её убил. Зачем?
  Жан рассмеялся, искренне и печально, так что детективу стало не по себе. Это был смех не безумца, а отчаявшегося, принявшего судьбу человека.
  - Её отец заплатил много денег за то, чтобы узнать это, - сказал Ларго. - И лучше будет, если ты сам всё расскажешь. Передавать тебя его костоломам мне не хотелось бы. Кто подбил тебя на это? Конкуренты? Корпораты? Твой чёртов культ?
  Жан прекратил смеяться и посмотрел на детектива с сочувствием. Ларго ожидал от него что угодно, но не этого всепонимающего дружеского взгляда.
  - Ты разматывал клубок, но так и не понял самое главное. Ты не всё никак не решишься сделать последний шажок, и потому не видишь правды. Или не хочешь видеть. Мы с тобой одинаковые, я это знаю.
  - Между нами ничего общего нет, - возразил Ларго. - Я много лет пахал на тяжёлой неблагодарной работе, обеспечивал семью, всё им отдавал. Ты же баловень судьбы, ленивый и слабовольный.
  Жан кивнул, он и не думал спорить.
  - Мы едины в Кошмаре, детектив Дельгадо. Я даже знаю твоё имя, хотя мы не виделись ни разу. Он рассказал мне. Он и тебе много чего рассказал. Ты ведь видишь сны, видишь то, что никак не можешь отпустить, кошмары, напоминающие о прошлом. И не только свои, да? Чужие судьбы, чужая боль и страх, ты видишь их отметины на теле реальности, видишь Его следы, слышишь его мудрый шёпот. Ты быстро пришёл к Нему, быстрее многих, а это значит, что ты давно уже был готов его принять. Мне, в отличие от тебя, пришлось пройти долгий путь. Путь, на котором я встретил её, мою Анжелу, и в тот миг я почти оступился, почти сошёл с дороги.
  Ларго слушал, и ему казалось, что он видит образ женщины за плечом Жана. Женщины, чья жизнь и смерть привели сюда их обоих.
  - Я был одним из многих, искал себя, делился своими страхами. Ты думаешь, жизнь знаменитого гонщика - это сплошь удовольствия и соблазны? Возможно это и так, но страх упасть с вершины для меня перекрывал всё, мешал жить и наслаждаться жизнью. И страх победил меня, я стал жить страхом, не опираясь более на зыбкую реальность. Тогда он и стал говорить со мной, показал мне, чего можно достичь, впустив Его. Путь к состоянию вечного счастья, путь к принятию себя. Его голос становился чётче, образы ярче, и вот я уже не только иду к Нему, но и веду других. Я был рад этому, я любил своё призвание, и мир сияющих огней, дорогих машин, девок и наркотиков ушёл на второй план, стал не нужен. Ничего не было нужно. До неё.
  - Женщина вытащила тебя из депрессии, только и всего, - догадался Ларго. - Не такая уж оригинальная история, если подумать. И чем же она тогда провинилась?
  - Что ты, детектив, на ней нет вины, просто... Она стала для меня целым миром. Банально звучит, как в паршивой попсовой песне, но это так. И в этом мире не было места Ему.
  Картинка складывалась простая, даже с учётом всей паранормальной шелухи. Слава, деньги, известность частенько идут рука об руку со стрессом. А нервы у Жана не стальные, вот и поймал звёздный мальчик депрессию. Наверное лечился, потратил кучу денег, обошёл кучу врачей, искал хоть какой-то выход, и нашёл маленький городской культ, поклоняющийся ментальному паразиту. Или культ нашёл его, это уж как посмотреть. Он им пришёлся ко двору, а потом они узнали, что получили не просто адепта при деньгах, а проводника, своего рода избранного.
  Касательно избранности у Ларго были сомнения. Он слишком много общался с Санчезом, слишком долго работал с псиониками и прочей подобной публикой. Одарённые, называли их, и в этом крылось больше насмешки, чем величия. Этот дар нельзя было заслужить, предсказать или вывести искусственно. Лотерея, а не дар.
  И вот избранный встречает женщину, которая залечивает его раны. Если и есть в мире что-то лучше антидепрессантов, то это любовь. И Жану уже не нужен ни культ, ни его паразит. Можно ли перекрыть любовью когнитивную угрозу? Ларго затруднялся ответить на этот вопрос, но в случае Жана женщина сыграла решающую роль. Поэтому ей и пришлось умереть. Потому что проводник нужен культу, нужен своему паразиту и, если подумать, нужен ART. Правильно?
  - Они заставили тебя убить её, - детектив с усталым видом прошёлся по комнате и остановился у окна, вглядываясь в тёплую летнюю ночь. - Потому что проводник Кошмара нужен всем, а влюбленный бездельник Жан не нужен никому. Я подозревал, что Семченко и компания готовы на многое, чтобы сберечь свой маленький культ, но как они вообще смогли заставить тебя...
  - Тише, детектив, хватит слов, - Жан приподнялся в кресле и подхватил со столика пачку сигарет. - Культу это было выгодно, но никто из них мне не указ.
  - Тогда это был Он? Это чудовище не хотело терять своих последователей?
  - О нет, детектив, Ему нет дела до того, живёт общество сновидцев или нет. Они давно отработали своё. Поверь, на Побережье очень много одиночек, которые служат Его делу куда лучше, чем десятки мелких культов. Эти группы нужны лишь затем, чтобы, словно сито, отделять избранных. Меня, Феликса, тебя...
  Детективу стало холодно. Холод был неумолимый, смертный, от такого не спасёт тёплое лето и добротная куртка. Хотелось закрыть глаза и оказаться в Сан-Сервандо с Мари и внуками, и чтобы не было ни этого городка, ни корпоратов, ни безумцев, ни их кошмаров.
  - Ты сам убил её, - заключил Ларго, поворачиваясь. - По собственной воле. Ради чего? Ты лишил себя любимой женщины ради монстра, у которого даже имени нет!
  - Нет, детектив, я сделал так, чтобы она была вечно со мной. Отобрать у меня Анжелу мог кто угодно: её отец, какой-нибудь настырный ухажёр, время и старость, автомобильная авария, да что угодно. Я так боялся её потерять, что чуть не сошёл с ума, и однажды Он милостиво подсказал мне решение. Шагнуть навстречу страху, самому стать этим страхом, совершить немыслимое. И я сделал это собственными руками, увидел истину, понял Его замысел. Анжела теперь всегда со мной, запечатлённая в том самом роковом дне, в последнем миге её жизни. Мы вместе навеки в бесконечном кошмаре, Ларго, я вижу её каждый день, говорю с ней каждый день, и никто не сможет отобрать её у меня!
  Холод стал невыносим, а в тенях вокруг Жана всё более отчётливо проступал женский силуэт. Они действительно были вместе.
  - Только так можно сберечь тех, кто нам дорог, - продолжал Жан, поднимаясь, и женщина обняла его за плечи. - Я чувствую руки, нежные и холодные. Её руки. Вот правда, детектив, ты ведь её хотел знать? А ведь и для тебя ещё не поздно вернуть тех, кого ты потерял.
  - Да что ты знаешь?! - вскинулся Ларго, но Жан лишь покачал головой.
  - Он знает, поверь. Ты можешь и сам спросить Его. Я помогу, если хочешь.
  - Спасибо, шёпота в голове и галлюцинаций с меня достаточно.
  - Это лишь отголоски, Ларго. А я могу проводить тебя к Нему. Ты ведь уже пробовал, детектив. Не отнекивайся, по тебе видно.
  Ларго вспомнил покойного Феликса, его прикосновение, нестерпимый холод и взгляд из бездны. Они и впрямь говорили, он и Невообразимое, хотя не было в их беседе ни слов, ни жестов, но смысл Ларго уловил и предложенную сделку принял. А что будет теперь? Новый уговор? И какова будет плата?
  Из теней на него смотрел Альберт, без укора, без упрёка, с одной лишь надеждой, и от этого взгляда становилось ещё больней. Не ты один ждёшь его, детектив, не руби с плеча, не решай за всех.
  - Достаточно, - Ларго достал пистолет и направил на Жана. - Собирайся, пойдёшь со мной.
  - И куда же?
  - К Клемму. У меня не желания пересказывать ему весь этот бред - не хватало ещё без денег остаться. Так что сам ему всё и расскажешь. Шевелись, иначе я прострелю тебе ноги и оттащу за шиворот.
  Жан и не думал сопротивляться. Доплёлся до шкафа, достал видавшие виды джинсы, рубаху, куртку. Холод отступал, и тени уже не лежали так густо, однако Ларго всё время казалось, что стройная красавица помогает своему мужчине одеться, поправляет воротник, застёгивает непослушную пуговицу, дарит скромный поцелуй. А в тёмном углу неподвижно стоял бледный как смерть Альберт, и даже когда они вышли в коридор, Ларго всё чудилось, будто сын смотрит ему вслед.
  - Думаешь, Клемм примет истину? - спросил Жан, пока они спускались вниз по лестнице и пересекали главный зал в сторону выхода.
  - Думаю, он выслушает тебя, а потом пристрелит, - огрызнулся Ларго. - А может и пощадит больного психа, и ты закончишь дни в комнате с мягкими стенами.
  Жан на это ничего не ответил. Ему словно и дела не было до того, что сделает с ним Дмитрий Клемм. Тень девушки следовала за ним неотступно, поддерживая под локоть. Альберт смотрел им вслед, стоя на пороге приюта, а потом появлялся на каждом углу, в окнах и дверных проёмах, и Ларго всё прибавлял ходу, чтобы побыстрее добраться до автомобиля.
  - Папа, осторожней, тебя ждут.
  От звука его голоса хотелось плакать, однако рациональное начало взяло верх и детектив, выйдя к повороту у кофейни, сбавил шаг. Возле машины отирались четверо, и он, сменив направление, потащил Жана по длинной кленовой аллее в сторону огней шумного и оживлённого проспекта. Возможно, на людях их не тронут. Ларго даже успел пожалеть о своём отказе от помощи Клемма, однако в глубине души понимал, что несколько телохранителей не сдержат ни корпоратов, ни культ сновидцев. Что ж, возможно он правильно сделал, решив не подставлять ребят Клемма под молотки.
  'Альтруизм на Побережье не в чести, детектив. Тебе ли не знать? Ты же не белая кость, не сразу стал охотником на одарённых. Ты начинал в патруле, Ларго, на земле работал. Сколько их таких ты повидал, игравших в благородство на улицах Бревиса?'
  - Для непостижимой человеческим разумом сущности ты довольно разговорив, - съязвил детектив, подмечая, как ухмыляется, глядя на него, Жан.
  'Это твои мысли, Ларго, твоё видение мира. Нет нужды говорить, когда ты сам себе всё скажешь'.
  - Тогда почему с мной говорят мертвецы?
  'Потому что ты так и не отпустил их. Потому что в глубине твоих худших кошмаров они всё ещё живы'.
  - Папа, берегись!
  Альберт на краткий миг промелькнул в отдалении, но детектив слышал его оклик. Он бы ни с чем не спутал голос сына. Вслед за предупреждением пришло знакомое чувство. Ментальная атака. Не такая, как у Вольфа, более утончённая. Волна спокойствия, умиротворения, смиренного осознания тщетности любой суеты. Захотелось остановиться, перевести дух, позволить себе передышку, отдых. Ларго, скрипя зубами, продолжал идти, волоча за собой проводника.
  - Это за мной, - вздохнул Жан, еле переставлявший ноги. - Можешь отдать меня им, детектив, и тебе дадут уйти.
  - Нет, - зло отрезал Ларго. - У меня работа.
  Пятеро крепких ребят заступили им дорогу в каких-то двух десятках шагов от залитой ночными огнями улицы. Ларго оглянулся: аллея, по которой они удирали, была полна движущихся теней. Десять, двадцать, целая толпа - всех не разглядеть. Вооружены? Возможно. Ларго прислонил Жана к ближайшему деревцу, а сам достал пистолет.
  - Друг Ларго, остановись, давай поговорим, найдём компромисс!
  Голос Виктора он узнал, хотя разглядеть его среди приближающихся культистов не смог.
  - Никаких компромиссов, - ответил он, держа на прицеле ближайшие фигуры. - Особенно после того, как ваши ребята пытались меня убить.
  Повисла пауза.
  - Вольф всегда был своевольным человеком, - ответил наконец Виктор. - Но мы не такие. Мы рискуем, следуя за тобой, и если бы хотели напасть, сделали бы это уже очень давно. Нам нужен наш Жан, нам и ты нужен, Ларго. Человек, вроде тебя, был бы нам очень полезен. До сего момента нашими проводниками были неплохие ребята, но им недоставало силы воли, решительности, остроты ума. А потом, когда мы уже начали отчаиваться, что больше не услышим Его, появился ты. И наш добрый пастырь стоял за твоим плечом, Ларго. Он всегда был рядом.
  Ларго до боли в пальцах сжал рукоять пистолета. Сознание уплывало, дрожали руки, дрожали колени, темнота сгущалась. Семченко заговаривал ему зубы. Ещё пара минут, и их просто возьмут голыми руками. Вот где пригодился бы шаблон, поставленный Райсом. Впрочем, а что он делал бы дальше? Даже если отринуть все психосилы, всю мистическую и паранормальную муть, он здесь один против нескольких десятков. На открытой местности. Пистолет не поможет, даже если они бросятся на него с кулаками.
  Культисты стали приближаться. Виктор что-то говорил, в чём-то его убеждал, шёпот в голове достиг пика, превратился в белый шум. Лицо Альберта промелькнуло в свете далёкого уличного фонаря.
  - Папа. Ложись на землю.
  Детектив толкнул Жана и упал рядом с ним на мощёную плиткой тропинку. Стрельба раздалась тут же. Сперва это были редкие одиночные выстрелы, затем их сменили короткие очереди и рявканье дробовиков. Сквозь шёпот пробивались обрывки фраз, переговоры, команды и крики.
  Разлёживаться не имело смысла, и Ларго, приподняв голову, огляделся. Тени метались среди деревьев в отсветах тактических фонарей или целеуказателей, кто-то из культистов отстреливался, кто-то пытался укрыться от огня.
  - Что там, война? Или конец света? - спросил распластавшийся рядом Жан.
  - Корпораты. Настырные сволочи, я так и знал, что они от меня не отстанут.
  - Какой план, детектив?
  - Сперва ползти, потом бежать. И не вздумай словить пулю!
  И они поползли прочь от перестрелки. На них не обращали внимания. Реконы явно уступали культистам числом, но какое-то время теснили их, методично отстреливая мечущихся в панике людей.- Холодно, - прошептал Жан. - Ужасный холод.
  Ларго коснулся травы - её покрывал иней. Иней в тёплую летнюю ночь. Детектив вскочил и потянул Жана за воротник - быстрее, бегом отсюда.
  'Они зовут на помощь. Они знают, как явить Кошмар этому миру'.
  Крики и стрельба стали интенсивнее, и Ларго споткнулся, когда вслед за нестерпимым холодом его накрыли головокружение и тошнота. Жана стошнило прямо на землю, и он устоял на ногах только благодаря детективу.
  - Друг Ларго, ты вынуждаешь нас идти на отчаянные меры, - сказал Семченко, выходя из тени. - Мы потеряли много хороших людей, и ещё многие могут умереть, если это не прекратить. Рита и другие способные братья и сёстры сдерживают корпоратов, но это ненадолго. Я не хотел бы продолжения бойни, друг мой. Прошу, прими моё предложение, идём с нами!
  Ларго молча направил пистолет на Семченко и выстрелил. Первая пуля ушла в пустоту, вторую грудью поймал высокий широкоплечий культист, вставший между своим лидером и детективом. Парень покачнулся, но не упал, и Ларго увидел, что под курткой у него армейский бронежилет.
  - Скрутите их, только осторожно, - скомандовал Семченко, и несколько человек бросилось на них из темноты.
  Ларго успел ещё несколько раз выстрелить, но ему не хватало ни сил, ни концентрации. Кто-то вскрикнул, хватаясь за раненую голень, но эта маленькая победа уже ничего не меняла. Ударом ноги у Ларго выбили из рук пистолет, мощным хуком слева отправили его на землю. Жана тоже повалили и уже затягивали пластиковые стяжки на его руках.
  - Папа, не сдавайся, борись.
  Альберт стоял в двух шагах, склонившись над свалкой, и Ларго встретился с ним взглядом. Пустые, холодные глаза, ни капли эмоций. И всё же это был он, его сын. Он просил не сдаваться.
  Ларго вывернулся из хватки культиста, вязавшего ему руки, и ударил того в кадык. Второго, крупного мужика с здоровенными мускулистыми ручищами, детектив пнул ногой в лицо, разбив нос. Ответный удар в живот не заставил себя ждать, и Ларго скорчился от боли, однако всё же нашёл в себе силы ухватить негодяя за ногу, потянуть и повалить наземь. Он боролся, как мог, бил, кусал, давил глаза, терпел побои. Нельзя было снова подвести Альберта, никак нельзя!
  Дробовик рявкнул где-то поблизости, и Ларго почувствовал, что тело, подмявшее его под себя, ослабевает и сползает на бок. Второй выстрел размозжил голову культисту, державшему Ларго за руки, и брызги крови оросили лицо детектива.
  - Дельгадо, сука такая, если кто тебя и грохнет, то это буду я и никто другой!
  - Санни, - прохрипел Ларго, глядя на приближающегося корпората. - Тебе было мало в тот раз?
  - Напугал ежа, - фыркнул Санчез, угостив зарядом дроби ещё одного культиста. - Так-так, что тут у нас? Руки все подняли!
  Ларго приподнялся на локте и увидел, как Санчез держит на прицеле Семченко и ещё двух культистов. Жан лежал у них в ногах лицом вниз.
  - Осторожно, Санни...
  От холода у Ларго заломило кости. Он видел, как тень сгустилась вокруг Семченко, свилась в тугой клубок, а потом выстрелила в сторону корпоративного детектива, чтобы опасть безвольной плетью в паре шагов от цели. Трава в этом месте превратилась в лёд.
  - Прекратите сопротивление, - сплюнул Санчез и пристрелил ещё одного культиста. - Господин Семченко, ваши трюки не помогут против корпоративных шаблонов. Не заставляйте меня убивать вообще всех.
  За спиной Санчеза из-за деревьев появились два бойца.
  Мы оттеснили их, захватили несколько человек, - доложил один из реконов. - Остальные сбежали в город, требуется подкрепление, чтобы их выловить.
  - Ясно, - кивнул Санчез. - Это может подождать. Сначала разберёмся здесь. Ваш культ доставил мне проблем, господин Семченко. И ты, Ларго, тоже. Я разочарован, можно даже сказать, что подавлен.
  - Я думал, ты должен ликвидировать эту группу, устранить угрозу, - удивился Ларго. - Чем же я тебе помешал? Я выявил проводников, один мёртв, второй тоже скорее всего не вернётся к своим друзьям. Без них культ быстро перестанет существовать. Ты ведь этого хотел?
  - Так и было, приятель, - ответил Санчез, опуская дробовик. - Однако я потерял много высокооплачиваемых бойцов, и теперь вся эта операция едва-едва себя окупает. Но я думаю, толстосумы ART увеличат мой гонорар, если я доставлю несколько ценных образцов для исследований. И... прости, Ларго, я надеялся, что с тобой всё не так уж плохо, что дело удастся замять, но ты показал мне... такое. Я не могу тебя отпустить, приятель.
  Где-то на дальней стороне аллеи ещё раздавались выстрелы, со стороны проспекта доносился вой полицейской сирены. Ларго подумал, что жители Констадеса должны быть в панике. Это не мегаполис, где перестрелка в тёмном закоулке обычное дело.
  Поднявшись на ноги, он оценил обстановку. Трое до зубов вооружённых корпоратов, два жалких культиста и распластавшийся на земле со связанными руками Жан. А под рукой даже пистолета нет. Плохо дело.
  - Клемм явно предложил мне недостаточно за эту работу, - вздохнул детектив. - А ты и вовсе хочешь упечь меня в клетку, Санни. Хреновый ты друг, а Клемм хреновый клиент. Знал бы ты, как я устал работать с мудаками.
  Санчез улыбнулся, сверкнув золотом, но эта улыбка была кривой, натужной. О чём бы ни думал сейчас корпоративный детектив Ферейро, радости ему это не доставляло.
  'Тебе не интересно, что же он увидел?'
  - Нет. Не интересно.
  Санчез нахмурился и снова поднял дробовик. Теперь ствол уставился на Ларго. Виктор, глядя на это, едва заметно улыбнулся.
  - А ты что ржёшь? - сердито прохрипел Санчез. - Его скоро корпораты по кусочкам разрежут, а он ржёт!
  - Он помогает верным своим, - ответил Виктор, улыбаясь всё шире. - Он не оставил нас, несмотря ни на что!
  В аллее было темно и холодно. Свет ближайших улиц и домов не пробивался через плотную завесу листвы. Деревья казались ближе и плотнее, чем минуту назад. Вокруг была только холодная тьма, люди во тьме и жалкий свет нескольких фонариков.
  Ларго почему-то видел всё очень чётко, несмотря на темноту. Видел каждое движение, жест, поворот головы, выражение лиц и блеск глаз. Так можно видеть только во сне, когда мозг сам рисует картину в обход такой ненадёжной вещи, как зрение.
  Тень девушки склонилась над Жаном, поглаживая его растрёпанные волосы. Тень женщины стояла возле Семченко, держа его под руку. Были и другие тени, они касались людей, что-то шептали, укоряли, просили... напоминали.
  Реконы беспокойно озирались, Санчез скалился. Корпораты стояли в круге обледеневшей травы, и этот круг стремительно сужался. Санчез что-то говорил, какую-то бессмыслицу, набор слов и звуков, однако эффекта это не давало.
  - Нужно ликвидировать проводника, - медленно проговорил один из реконов, беря в прицел Жана. - Мистер Ферейро, это единственный выход.
  Санчез отмахнулся и продолжил декламировать код шаблона. Тени за его спиной кружились в танце, смеялись, звали папу присоединиться. Тень высокого грузного мужчины перехватила ствол винтовки одного из реконов, и тот в ужасе попятился, пытаясь вырвать оружие. Кошмар второго бойца принял вид бесформенного облака с десятками длинных рук, он полз и перекатывался, хватал рекона за винтовку, ремни амуниции, пытался стянуть с головы шлем и визор.
  - Блять, прочь, отвали! - рекон вырвался из тёмного облака и открыл беспорядочный огонь. - Не трогай меня!
  Виктор и оставшийся культист воспользовались замешательством и бросились вперёд. Надо было отдать должное корпоративному детективу, он единственный справился с собой и успел сделать пару беглых выстрелов. Культиста ранило в ногу, он по инерции сцепился с ближайшим реконом и покатился с ним по земле. Семченко пытался вырвать оружие у второго, но видимо уже понимал, что не успевает. Санчез навёл на него дробовик и нажал на спуск, однако выстрел ушёл в сторону - кое-как поднявшийся на ноги Жан не придумал ничего лучше, как, разбежавшись, ударить корпората головой в живот. Тени плясали вокруг безобразной свалки, лезли к дерущимся, мешали, закрывали глаза, шептали на разный лад.
  - Пап, давай, самое время закончить с этим.
  Ларго посмотрел на Альберта и кивнул. Сын у него был умный, умнее папы, да и соображал куда быстрее. Ларго гордился им. Всегда. Детектив посмотрел вокруг и тень тут же указала ему на предмет, лежащий в траве всего в паре шагов.
  - Спасибо, сынок, - сказал Ларго, поднимая пистолет.
  Рекон, с которым боролся Виктор, отбросил своего противника и приложил по голове тяжёлым прикладом. Семченко упал на колени, его лицо заливала кровь из рассечённого лба. Рекон поднял винтовку и прицелился в культиста, подмявшего под себя его товарища.
  'Покажи ему, Ларго, пусть видит истину'.
  Детектив едва ли понимал, что делает. Он просто захотел, чтобы рекон проиграл эту схватку, чтобы оружие дало осечку или дрогнула его рука. От того, сколько врагов останется на ногах, зависело будущее Ларго, будущее Мари и детишек. Желание превратилось в приказ, и тень послушалась, набросившись на бойца. Длинная очередь прошила и культиста и его товарища.
  Взгляд Ларго упал на другую тень - ту, что присела за плечом Семченко. Он приказал ей, и тень подняла Виктора на ноги, бросила его к рекону, привела его руку к закреплённому на магнитном захвате ножу и вонзила нож в горло рекону.
  Глухо рявкнул дробовик и Семченко сложился пополам, словно соломенная кукла.
  - Тени здесь не справятся, - подсказал Альберт.
  Но Ларго и так это знал, и потому среагировал мгновенно, вскинув пистолет и выпустив в Санчеза половину обоймы - корпоративный детектив упал назад и, хватаясь за ствол ближайшего дерева, сполз наземь. Неподалёку без движения лежал Жан, шея его была неестественно вывернута, а тень стройной девушки, склонившись над ним, медленно таяла, словно дым на ветру. Мёртвые кошмаров не видят.
  - Он ещё жив, пап, - Альберт стоял, опёршись о дерево, и смотрел на корчащегося от боли Санчеза.
  - Да, сынок, знаю, - Ларго приблизился, не опуская пистолета, и аккуратно пнул выроненный Санчезом дробовик - от греха подальше. - Ферейро живучий ублюдок, всегда таким был.
  Санчез смотрел на него с каким-то нечеловеческим ужасом. Ларго ухватил его за воротник куртки и помог сесть спиной к дереву. Расстегнув ему бронежилет и рубашку, Ларго хмыкнул - в цель попала только одна пуля, зато прошла она очень удачно, в незащищённую пластиной часть живота.
  - Можешь... ничего не говорить, - произнёс Санчез. - Сам знаю, что дело... труба.
  - Не было времени целиться, Санни, - ответил Ларго и виновато развёл руками. - Ты мне выбора не оставил.
  - И что... теперь?
  Ларго потёр небритый подбородок и посмотрел на бездыханного Жана. Перспективы по работе вырисовывались не самые радужные.
  - Его-то за что?
  - Не было времени... рассчитывать силу, - ухмыльнулся Санчез и попытался пожать плечами. - Рефлекс, выучка. Вот и свернул бедняге шею. Он не слишком крепкий парень, знаешь ли.
  Ларго проверил магазин - оставалось ещё несколько патронов. Если за ним увяжутся, вряд ли он сможет отбиться.
  - Сможешь, пап, - возразил Альберт. - Тебе теперь не нужно оружие.
  Тени, окружавшие их, согласно кивнули, и Ларго не стал спорить с мертвецами.
  - Мне нечего предъявить Клемму, кроме этой безумной истории, - выдохнул детектив. - Придётся сильно постараться, чтобы он меня выслушал и заплатил. Гнилая работёнка оказалась, обидно как-то.
  Санчез хрипло усмехнулся и сплюнул на рубашку кровяной сгусток.
  - Слышал бы меня... давно бы уже... зарабатывал нормально.
  Ларго покачал головой и повернулся к сыну.
  - Клемму не нужен Жан, пап, - сказал Альберт. - Клемм хотел докопаться до правды.
  - Да, именно, Клемм хотел знать, что за этим всем стоит.
  - Так покажи ему, пап. Пусть увидит истину.
  - Увидит истину... да, хорошая идея, сынок.
  Санчез поперхнулся слюной и, бледнея, то ли от кровопотери, то ли от ужаса, пробормотал:
  - Сынок? Истину? Ларго, с кем ты, чёрт возьми, говоришь?
  - С Альбертом.
  Санчез расхохотался. Страшный был хохот, сквозь боль и слёзы, с толикой зловещего веселья. Так смеются покойники.
  - Ларго, приятель. Здесь... никого нет. Твой сын умер.
  - Мой сын здесь, Санни. Ты просто не понимаешь. Вспомни, что видел ты сам. Разве это не было реальностью?
  Санчез осёкся и посмотрел на коллегу чуть ли не с жалостью.
  - Это... не было... реальностью. Объект... поражает разум. Когнитивная угроза, Ларго. Ты знаешь.... что это. Не позволяй ему себя обманывать.
  - Он заблуждается, пап, - сказал Альберт, присев рядом с Санчезом. - Я настоящий. Я здесь. Мы так долго не виделись. И Мари с детьми, они тоже скучают, тоже хотят вернуть меня. Ты ведь не отнимешь у них последнюю надежду, пап?
  - Не отниму, - согласился Ларго. - Никогда. Всё это было ради них, вся эта история, кровь, потери, всё ради новой жизни.
  - И мы войдём в неё вместе, пап. Столько всего ещё ждёт впереди.
  - Не слушай! - рыча, выдавил Санчез. - Он проникает в твою голову, он знает о тебе всё, знает нужные слова, правильный образы. Но всё это обман. Твой сын умер, и ты говоришь не с ним, а собственным чувством вины. Очнись, Ларго, мать твою, ты самый крутой коп, которого я видел во всём этом городе. Лучший детектив, умный и хладнокровный скептик. Не поддавайся!
  Ларго молча смотрел на него. Было что-то в словах Санчеза. Но кто поверит?
  'Кто поверит корпорату? Кто поверит продажной твари? Он использовал тебя, называя себя другом!'
  - Ты тоже лжёшь, Санни. Когда ты последний раз говорил правду? Не выкручиваясь, не передёргивая? Понимаю, при твой работе ложь - ключевой навык. Но не потерял ли ты больше, чем приобрёл? Где твоя семья? Где друзья? Где хоть что-нибудь, кроме офиса, корпоративных реконов и сумасшедших, которых надо ловить по всему Побережью? Вот у меня есть семья, Санни, и я подарю им лучшую жизнь. Так или иначе. А теперь прости. Клемм ждёт результатов, не хочу его разочаровывать.
  - Стой, Ларго, стой... Дмитрий Клемм очень влиятельный человек. У него деньги и огромный авторитет в бизнес-кругах. Если есть на Побережье люди, способные послать нахер корпоратов, то Клемм самый видный из них. Ты... принесёшь ему... эту з-заразу. Страшно представить, что будет, если источником когнитивной угрозы станет такой человек. Ты проводник, Ларго, и самый опасный из всех, что я видел. Послушай меня, ты просто не имеешь права поддаваться Ему.
  - Я не поддаюсь. У нас договор, Санни. Дело верное и очень простое - я покажу людям истину, и сделаю это лучше, чем доморощенные культисты. Другого выхода просто нет.
  - Всегда... есть выход, - прошептал Санчез, кивая глазами на пистолет. - Хотя бы... останешься... человеком.
  Ларго взвесил в руках пистолет. Патроны есть. Одно движение, лёгкий нажим и всё кончено. Так просто.
  - Не надо пап, - покачал головой Альберт. - Не стоит оно того.
  Он умный мальчик, подумал детектив, его надо чаще слушать, и всё будет хорошо.
  - Не стоит, сынок. И впрямь не стоит.
  Ларго убрал пистолет и повернулся к Санчезу. Тот смотрел перед собой широко открытыми глазами, в приоткрытом рту сверкали золотые коронки. Ларго протянул руку и опустил старому приятелю веки.
  
  Эпилог
  
  В Бревисе третий день шёл дождь. Погода на побережье редко бывала капризной в это время года, и многие надеялись, что ливень вот-вот перестанет и можно будет насладиться последним месяцем лета. Ларго не разделял этих чаяний. Что-то подсказывало ему, что зарядило минимум на неделю. А следом придут холода, и лета как не бывало. Кто-то говорил, что к старости Ларго стал большим пессимистом, но детектив так не думал. Он не предполагал худшее, он знал, что так оно и будет.
  - Ваш кофе, - девочка с длинной косой поставила перед ним чашку, ласково улыбнулась и добавила: - Я могу быть ещё чем-нибудь полезна?
  - Нет, благодарю.
  Когда она вернулась к себе за стойку, Ларго отвернулся к окну и, глядя на Старую площадь, подумал, что в этой улыбке и заботе не было фальши или попытки услужить. Она была искренней.
  Наверное, это потому, что она просто вежливая и воспитанная девушка. Уважает старших и всё такое. Или потому, что он напомнил ей её собственного деда. Дедушку она любила, он был для неё другом, наставником, проводником во взрослую жизнь, потому его уход оказался столь болезненным. Она растеряна, подавлена, она до сих пор не может принять его смерть. Потому и видит в каждом пожилом мужчине дедушку, потому и подложила Ларго печенье, завёрнутое в салфетку.
  'Ей до сих пор снится тот день'.
  Ларго отхлебнул кофе, стараясь ни о чём не думать. Он имел право на минуту отдыха. Работа подходила к концу, и детектив наконец-то мог заняться семьёй. По крайней мере, он надеялся на это. После всего, что произошло, Мари и дети заслужили лучшей жизни. И даже если не удастся уехать из Бревиса, это ничего. Когда они узнают, что он вернёт им Альберта, остальные проблемы уйдут на второй план. Детектив ещё не виделся с невесткой и внуками, но был уверен - они готовы, и готовы давно, помечены Его прикосновением. Они поймут и примут.
  'Нас ждут'.
  - Да, ждут, - согласился Ларго и потянулся к мобильнику.
  Клемм ответил не сразу. Хотя до этого сам звонил, и не раз. Слишком уж долго Ларго томил старика неизвестностью. Но к чести бизнесмена можно было сказать, что ни к Ларго, ни к его родным не нагрянули с вопросами крепкие ребята. Дмитрий Клемм умел ждать. Старая акула, опытная.
  - Добрый день, Ларго. Ты заставил меня поволноваться. Я начал думать, что с тобой что-то случилось.
  - Признаюсь, господин Клемм, было непросто, но такая уж работа
  - Зря ты отказался от помощи. С моими ребятами было бы спокойней.
  - Извините, привык работать один.
  - Ты нашёл Жана Крю, - Клемм не спрашивал, он утверждал.
  - Да, нашёл.
  Молчание на том конце трубки было красноречивей любых слов.
  - Зачем он убил мою дочь, Ларго? Кто заставил его это сделать?
  'Он ещё не знает. Но он поймёт. Расскажи ему'.
  - Это не телефонный разговор, - ответил Ларго. - Нам нужно встретиться. И как можно быстрее.
  - Хм, ты и впрямь откопал что-то такое, о чём нельзя рассказать по телефону, - в голосе Клемма сквозил лёд, но Ларго это не заботило - до настоящего холода ему было очень и очень далеко.
  - Истина не любит посредников, господин Клемм.
  - Очень поэтично.
  'Она была для него не просто дочерью или наследницей. Это часть его самого, часть его образа, нерушимой скульптуры. Покушение на неё - покушение на него. Убить дочь такого человека, значит убить его репутацию. Потеря дочери выдаёт его уязвимость и бессилие, и он теряет лицо. А такой человек боится потерять лицо, как ничто другое. Вот лазейка. Путь к его душе'.
  - Это долгий разговор, господин Клемм. О Жане, о вашей дочери, о той истине, которая связала этих двоих. Я готов приехать к вам сейчас же и всё рассказать. И я уверяю вас, это знание не просто откроет вам глаза, оно поможет преодолеть потерю.
  - Ты говоришь загадками. Это странно Ларго, но вряд ли ты пьян или безумен. Приезжай в 'Престо' через час. Я хочу знать всё.
  - И вы...
  '...узнаете'.
  Ларго убрал смартфон в карман. Туда же отправилось печенье. Оставив под блюдцем чаевые, Ларго посмотрел в сторону стойки. Девчушка с длинной косой ответила ему белоснежной улыбкой и вернулась к кофемашине. Тень пожилого человека за её спиной неусыпно наблюдала за ней, иногда поддерживая под руку. Казалось, что стоит ей обернуться, и она увидит деда, радостно поприветствует его, коснётся сухой ладони, изборождённой сеткой толстых синих вен.
  'Нет времени, Ларго'.
  Жаль. Он бы рассказал и ей. Он бы рассказал всем в этом городе.
  Ларго вышел из кофейни и направился к машине. Зонта у него не было, но это было мелочью. За утро он и так вымок до нитки, хуже уже не будет. Старенькая 'Стелла' приветливо открыла водительскую дверь, и Ларго поспешил укрыться от ненастья.
  - Держи салфетку, пап, - сказал Альберт, протягивая ему бумажный прямоугольник. - Не простудись только, дел ещё много.
  - Не волнуйся, я крепкий старик. Простуда меня и раньше не брала, а теперь уж и подавно. Едем к Клемму. Он должен знать... про Жана и Анжелу... про Него.
  - Заводи, пап. Я покажу короткую дорогу.
  'Стелла' тронулась и, обогнув по периметру Старую площадь, скрылась за пеленой дождя. Корпоративный дрон, круживший над домами, какое-то время отслеживал одинокий автомобиль, однако вскоре его внимание привлекло какое-то более важное происшествие. Девушка в кофейне готовила напиток очередному гостю, мурлыкала под нос колыбельную, которую пел ей дедушка, и никак не могла отделаться от чувства, что рядом есть кто-то до боли знакомый и родной.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"