# Непроверенное средство

Павел Жуков

Грязная работа заводит в разные места, сводит с разными странными людьми. Очередная работёнка, в которой, казалось бы, всё предельно ясно, оборачивается для наёмника Шикейта неоправданным риском и неожиданным приобретением.

Ампула с прозрачной жидкостью легла в адаптер инъектора, и секунду спустя внутренняя емкость устройства наполнилась препаратом. Спусковой механизм негромко щёлкнул. Раздался короткий 'пшик', и Шикейт почувствовал, как боль отступает, а голова медленно восстанавливает способность чётко мыслить.

Смахнув со лба холодный пот, он поднял взгляд и посмотрел на человека в белом халате, убирающего со стола медицинские инструменты и отходы.

- Если ты и дальше будешь тянуть до последнего, то в очередной раз просто не успеешь сюда доползти, - посетовал он, и со вздохом добавил: - Только вот как мне донести до тебя эту простую мысль, ума не приложу.

- Оставьте эти лекции, док, - отмахнулся Шикейт. - Вы утверждали, что я смогу слезть. И где результат? Прошло уже целых полгода!

- Прошло всего полгода, - поправил его доктор. - И если ты не будешь выполнять мои предписания, то курс лечения может затянуться очень надолго, а нужного эффекта так и не даст.

Шикейт пристально и злобно посмотрел на него, но доктор был не из тех, кого можно так просто напугать, и к угрожающему виду пациента отнёсся более чем прохладно.

- В гляделки со мной можешь не играть, - заверил он. - Я в этой игре один из лучших. Веришь ли, но даже у самых хладнокровных убийц во взгляде проскакивает искорка боли и отчаяния, когда из них вытаскивают пули. Даже твои мутные глазёнки начинают блестеть от слёз, которые ты с таким трудом сдерживаешь.

Шикейт надменно фыркнул, однако спорить не стал. Сколько к боли не привыкай, а легче всё равно не становится, и смелая бравада ничуть не помогает - уж тут доктор был абсолютно прав. Любой даст слабину, когда в нос бьёт резкий запах дезинфекции, а в плоть вонзается холодный скальпель. По себе он знал, что даже пуля не так страшна: её порой и заметить-то не успеваешь. А с анестетиками у доктора был дефицит, и на простые операции он их тратил редко.

Шикейт поднялся с кушетки и откашлялся.

- Следующий раз...

- Через двадцать четыре дня, - сказал доктор. - Как и всегда. Заодно к следующему разу я проверю твою кровь. Посмотрим, даёт ли это лечение хоть какой-то эффект или все улучшения - продукт твоего самовнушения.

- Я не чувствую улучшений!

- Но продолжаешь сюда ходить.

- Хм.

- Как твоя память?

- Всё так же. Пустота, а в ней кружатся жалкие обрывки фраз, событий, мест и людей, которых я вроде помню, но никак не могу увязать между собой, определить их место в моей жизни. Это словно крылатые фразы из книги, которую я никогда не читал.

- Не отчаивайся. Главное, что никакой травмы у тебя нет, а психогенная амнезия - обычно временное явление.

- Прошло уже два года, док. Память проясняется медленно и фрагментарно, но может это и к лучшему. Вряд ли меня порадуют тайны, которые мой мозг так старательно пытается скрыть.

Доктор проводил его до двери операционной. Там, покопавшись в шкафчике, он выдал Шикейту пластиковый контейнер с пилюлями.

- Если станет хуже, принимай эти и бегом ко мне, - сказал он.

Кивнув, Шикейт забрал лекарства и вышел в тёмный коридор, который встретил его запахом горелой проводки, сыростью и приглушённым шумом идущего на улице дождя. В очередной раз он подумал, как же глубоко забрался этот человек, чтобы иметь возможность лечить других. Приёмная доктора располагалась не в клинике и даже не в квартире, а в трухлявом подвале в одном из припортовых кварталов Бревиса, и Шикейт был уверен, что доку ещё и приличную ренту приходится платить.

Он зашагал прочь, и вслед ему раздался тихий смешок:

- Удивительно.

- Что? - спросил он, не оборачиваясь.

- Ты, - ответил доктор. - Ты не перестаёшь меня удивлять. Я помню, как ты пришёл сюда первый раз, едва живой и почти спятивший от боли. Как метался в лихорадочном бреду, пока я вытаскивал тебя с того света. Я как-то показал результаты первых проб твоей крови одному компетентному коллеге. Знаешь, что он сказал?

- М-м?

- Он спросил, в каком морге я тебя нашёл, представляешь? Я и сам недоумеваю, почему ты до сих пор жив, можешь ходить, думать, и где-то добывать деньги на лечение.

- Это нормально, док, - усмехнулся Шикейт. - Порой я сам себе удивляюсь. До встречи.

Его силуэт скрылся за поворотом коридора, а доктор в очередной раз покачал головой и, прикрыв дверь, направился в свой маленький, тесный кабинет. Где-то там, под столом, оставалась ещё треть бутылки хорошего бренди.


Работа есть работа. Пусть даже очень грязная. Шикейт был не из тех, кто брезговал сомнительными заработками, хотя порой прекрасно понимал этих людей. Он и сам предпочёл бы заняться чем-нибудь другим, но это означало только медленную смерть, поскольку честным способом он на свои нужды заработать не мог, а Департамент правопорядка платил своим чистильщикам куда больше, чем получал любой другой наёмник в городе. Понимали, видимо, что положению таких людей не позавидуешь.

Впрочем, Шикейт в сострадании не нуждался. Ему было достаточно того, что его счета регулярно пополнялись, а новые задания поступали каждую неделю. Удивительно, но иногда он даже мог выбирать из нескольких предложений или взять перерыв, чтобы свалить куда-нибудь из города. Его не пасли, по крайней мере - не слишком назойливо. Парни, решающие проблемы радикальными способами, не были для копов чем-то, требующим особого внимания. Одним больше, одним меньше - разница невелика. Поэтому Шикейт не испытывал на свой счёт никаких иллюзий, редко совал свой нос в дела Департамента и не брался за работу, которая слишком дурно пахнет. Не слишком радужная жизнь, но альтернатива ей - побег с Побережья и смерть без лечения. Так себе выбор. Хуже только выбор растворимого кофе в сети забегаловок Твикки. Не кофе, а какое-то надругательство.

Поставив бумажный стаканчик на пол, Шикейт поморщился и в очередной раз дал себе зарок ничего в этих клоповниках не брать. При всей стойкости своего организма, он был уверен, что если когда-нибудь и отравится, то только в Твикки. Закончит жизнь после пирожка с вишней за десять кредитов. Кое-где даже мусор дороже стоит.

Приподнявшись, он выглянул из-за груды ящиков, служившей ему убежищем, и оглядел просторное помещение склада. Какая-то фармацевтическая компания отгрузила сюда целую партию дешевых медикаментов, и воздух был пропитан их едким запахом. Если бы не гадкий кофе, чей вкус и аромат могли перебить любую вонь на свете, его бы уже давно стошнило.

Второй ярус склада, где он прятался, был битком набит деревянными ящиками с маркировкой в виде зелёного крылатого кадуцея, и это играло чистильщику на руку. При его работе всегда было предпочтительней держаться в тени, нежели идти напролом, хотя среди наёмников Департамента встречались и такие психопаты. Но они надолго не задерживались.

С одним из таких 'профи' Шикейту пришлось работать на заре своей карьеры. И он до сих пор помнил дикий неудержимый смех этого тщедушного на вид человечка, который за считанные мгновения превращался в дикого берсеркера, забывая про боль и страх смерти, равно как чужой, так и своей. Возможно, со стороны это выглядело эффектно, но Шикейт, которому приходилось идти с Сорванцом Джейси под пули, был иного мнения.

Однажды им поручили уничтожить лидеров группировок Молотил и Гонщиков Побережья. Встреча проходила поздним вечером, в одном из баров на нейтральной территории. Шикейт хорошо запомнил это место: во-первых, там подавали недурственное для такого заведения пиво, а во-вторых, там его чуть не пристрелили.

В ту ночь их крепко прижали. Нет, Сорванец не облажался, и оба главаря получили своё, но он наделал столько шума, что в погоню за чистильщиками бросилось человек тридцать. Шикейт, побывавший во многих передрягах, оказался не совсем готов к такому повороту событий.

Сумасшедшая гонка по ночным улицам Бревиса привела их к закрытым дверям торгового центра. Вломившись туда, они с Джейси устроили преследователям засаду и хорошенько сбили с них спесь, пока численный перевес бандитов не заставил их отступить. Охрана, что характерно, даже и не думала вмешиваться.

Шикейт хорошо помнил, как его, раненого, загнали в большой спортивный магазин, и как в ожесточённой перестрелке у него кончились патроны. Помнил он и блочный спортивный лук, из которого уложил несколько человек, прежде чем его напарник обрушился на уцелевших и покончил с ними.

- Ну, ты даешь! - ухмылялся Сорванец, вытаскивая фиберглассовую стрелу из глазницы убитого. - И прикид твой красный тебе к лицу. Модный такой.

- Я весь в крови, если что, - ответил тогда Шикейт.

- Тоже дело хорошее, люблю, когда кровищи много. Я всегда знал, что мы сработаемся.

Это было их последнее совместное дело. Шикейт тогда выкинул любимую куртку, сплошь залитую красным, и сказал куратору, что придумал себе новое прозвище, вместо того идиотского псевдонима, под которым он проходил в Департаменте. А Джейси месяц спустя погиб в очередной перестрелке, и вряд ли по нему кто-то тосковал.

Сегодня задача была типовой: отыскать по наводке место бандитской сделки и устранить пару важных типов, которые должны были там присутствовать. Картель Вельо из далёкого южного Сан-Сервандо долго мозолил глаза Департаменту, активно делил рынок в Бревисе, угрожая войной местным группировкам, и вообще вёл себя крайне агрессивно, однако никому не было до этого дела.

- У вас чувство долга взыграло что ли? - спросил он куратора, когда получал от того инструкции и аванс.

Детектив лишь пожал плечами.

- Я бы таких мерзавцев лично отстреливал, не нанимая убийц, вроде тебя, - ответил он. - А что до моего начальства, то последней каплей стала сущая безделица - налёт на фармакологический центр, принадлежавший ART inc. Корпоративным боссам насрать на всё вокруг, однако когда кто-то вредит их активам - беднягу можно только пожалеть. Терпеть не могу корпов, но, признаться, мне по душе как оно всё обернулось.

- Выдаёшь оперативную информацию исполнителю, - поддел Шикейт.

- Она такая секретная, что через пару дней её будет вся Сеть обсасывать, а ART даже не снизойдёт до ответа. Тебе же с твоими благородными порывами неплохо бы знать, для кого ты в итоге делаешь свою работу, Красный.

Шикейт снова оглядел склад.

Дело выглядело просто: несколько точных выстрелов и можно делать ноги. Разумеется, если наводка была верна, и встреча пройдёт именно здесь. Шикейт посмотрел на стоящую в углу винтовку с оптическим прицелом, повторил про себя все маршруты отступления и остался доволен. Пока боевики картеля сообразят, что да как, его уже и след простынет. Знать бы ещё, с кем они тут встречаются...

Шикейт прождал более двух часов, прежде чем двери склада отворились, и внутрь проникло несколько человек. Молодые загорелые ребята, рослые и спортивные. Такие всегда на передовой уличных войн. Быки, бойцы, боевики - названий много, суть одна.

Парни бегло осмотрели помещение. Один даже вскарабкался на второй этаж и прошёл всего в паре метров от пригнувшегося за укрытием чистильщика. Потом они заметили висевшие под потолком камеры, но их старший только рукой на это махнул. Шикейт тоже догадывался, что охранную систему отключили заранее, однако на склад проник по всем правилам, чтобы не терять сноровку.

Когда они убедились, что внутри всё чисто, и отрапортовали об этом по мобильному, двери снова отворились, и на склад заявилось ещё человек пятнадцать. Часть тут же рассредоточилась среди ящиков и контейнеров. Возможно, кто-то остался караулить снаружи. А в центр помещения вышли пятеро.

Два здоровяка в строгих чёрных костюмах встали чуть поодаль. Их позы выглядели вялыми, однако Шикейт чувствовал исходящую от них перманентную угрозу. Таких следовало остерегаться.

Оставшиеся трое представляли собой забавное зрелище. Впереди всех стоял высокий молодой щёголь в бледно-розовом костюме с пластроном, украшенным пряжкой белого золота - Винсент Вельо, один из племянников главы картеля Вельо. Рядом с ним уселся на деревянный ящик некто Франко - коренастый мужчина средних лет в коричневом пальто и старомодной шляпе. А в сторонке, прислонившись к стенке контейнера, стоял сухощавый парень, одетый в потёртые джинсы и выцветшую серую ветровку. Глаза его были мутными и запавшими, словно от недосыпа, а волосы сальными и неухоженными. Он в ориентировках Департамента не фигурировал.

Винсент нетерпеливо переминался с ноги на ногу, в то время как его старший товарищ лениво раскуривал сигарету и беспокойства не проявлял. А странный неряха и вовсе выглядел так, будто он не в себе.

Их ожидание могло показаться мучительно долгим, однако Шикейт сверился с часами, и убедился, что до того момента, когда открылись двери с противоположной стороны, прошло всего лишь четыре с половиной минуты.

Пришедших с другой стороны было куда меньше - не более дюжины человек. Выглядели они как обычные прохожие с улицы, и Шикейт понял, что эти ребята вряд ли относятся к какой-либо из многочисленных банд Бревиса. Более того, по выражениям их лиц он видел, что с бандитами эти люди имеют дело впервые.

Вперёд вышли мужчина и женщина. Мужчина держал большой серебристый кейс с электронным замком. Они робко приблизились к ожидавшим бандитам и негромко поприветствовали их.

- На кой чёрт мне ваше 'здрасьте'? - фыркнул Винсент. - Лучше покажите то, ради чего мне пришлось тащиться в эту пыльную дыру!

- Господин Вельо гарантировал, что сперва мы увидим деньги и документы, и сможем всё проверить, - ответил мужчина, и Шикейт, глядя через прицел, увидел, как выступили на его лбу капельки пота.

- Значит так, - надменно бросил Винсент. - Либо ты сейчас же откроешь свой чемодан, либо я делаю тебе дырку в башке!

С этими словами он достал пистолет и наставил на говорившего. Женщина, стоявшая рядом, тихонько пискнула, прикрыв рот рукой. Щёголь ухмыльнулся, однако улыбка быстро сошла с его лица, когда на плечо ему легла тяжёлая рука.

- Закрой рот, Винсент, - сказал Франко, пыхтя сигаретой. - Тебя взяли, чтобы ты учился вести дела, а ты ведешь себя как полный придурок. Давай, Винни, мальчик мой, пристрели его, и мы никогда не откроем этот чемоданчик, не повредив содержимого. Я с такими вещами сталкивался уже не раз.

Винсент что-то неразборчиво пробурчал и отошёл в сторону. Франко сделал знак, и выступивший из темноты человек поднёс ему тонкий кожаный дипломат, а затем приволок тяжёлую спортивную сумку и положил её у ног своего босса.

- Здесь деньги, - Франко пнул сумку. - А в дипломате ваши новые документы. Проверяйте, господа.

Обстановка слегка разрядилась, когда мужчина стал просматривать кипу паспортов и прочих удостоверений, а женщина и подошедший ей на помощь сутулый старик проверять и пересчитывать сложенные в сумке стопки купюр.

- Я уверен, что вы останетесь довольны, - произнёс Франко, раскуривая вторую сигарету. - И с нетерпением жду, когда вы покажете то, зачем мы сюда пришли.

Наблюдая за ними, Шикейт медлил. Если он откроет стрельбу, тем дурачкам, что решили заключать сделки с бандитами, точно несдобровать. Скрипя зубами, чистильщик подумал, что принципы в его профессии очень дорого обходятся, однако решил, что огонь откроет в последний момент, когда у этих бедолаг появится хотя бы небольшой шанс удрать.

Прикидывая новый план, он поначалу взял в прицел Винсента, однако потом решил, что сперва подстрелит дичь покрупнее - Франко явны был здесь главным. Меняя цель, он мельком взглянул на того странного типа, который продолжал подпирать стенку и смотреть перед собой отсутствующим взглядом. Шикейт прицелился, не заметив, что парень внезапно встрепенулся и стал озираться по сторонам.

- Скай? - произнёс Франко, оборачиваясь. - Что-то не так?

- Здесь кто-то есть, - тихо произнёс парень.

Все вокруг напряжённо замерли, и лишь злобное шипение Винсента нарушило тишину:

- Вы что, уроды, привели копов?!

- Мы не... - попытался оправдаться мужчина, однако его никто не слушал - все хватались за оружие.

Чертыхнувшись, Шикейт сделал выстрел, и Франко упал с дыркой в голове. Он быстро перевёл прицел на щёголя и собирался уложить его, однако пальцы вдруг перестали его слушаться, а глаза стремительно застила рябь. Уши наполнил шум, наглухо перекрывший все остальные звуки, даже грохот перестрелки, завязавшейся внизу, и Шикейт повалился на пол.

Голова кружилась, содержимое желудка отчаянно просилось наружу, однако сквозь пелену, застилавшую разум, чистильщик расслышал странный голос, словно чьи-то мысли звучали прямо в его голове:

'Я нашёл тебя'

- Кто ты, чёрт возьми?!

'От меня не скроешься. Я вижу тебя насквозь, твои намерения... мысли'.

- Проклятье, - прорычал Шикейт, пытаясь встать на ноги.

Его не предупредили, что картель может привести с собой псионика.

'Кто тебя не предупредил?'

Вопрос, прозвучавший в его голове, привёл Шикейта в ужас. Он и впрямь читал его мысли. Вторжение чужого разума чистильщик ощущал, словно ему в голову всадили инородный объект, типа железного гвоздя. Приложив усилие воли, он попытался сопротивляться этому вторжению, вытолкнуть его, словно пробку из бутылки. Странно, но при этом он был уверен, что действует совершенно правильно, однако не помнил, кто и когда мог учить его подобному. До сего момента он даже не знал, что способен на такое.

'Ты борешься. Это интересно. Но я всё равно развяжу этот узелок, ниточку за ниточкой'.

Возможно, будь Шикейт готов к такому повороту событий, он бы смог вырваться и бежать, однако псионик застал его врасплох. Ему казалось, что чьи-то холодные пальцы проникают ему прямо в голову, рвут на части череп и потрошат его содержимое, нагло и бесцеремонно вырывая сведения о нём и о людях, которых он знал. Шикейта охватил ужас, и в этот момент его противник допустил ошибку, бросившись первым делом выпытывать его имя. Имя, которое он прятал ото всех за семью замками, поскольку это было всё, что осталось ему от прошлой жизни. Шикейт почувствовал неестественно сильное желание, дикую, неуёмную потребность произнести его. Рассказать, поведать, выдать самое сокровенное.

В этот момент он и потерял сознание, оставив псионика ни с чем.


Шикейт очнулся в мрачной комнате без окон, привязанный к жесткой койке, наподобие тех, что используют в психлечебницах. Поначалу он мог только лежать, глядя в потолок и боясь пошевелиться, поскольку головная боль и шум в ушах были невыносимыми. Однако спустя какое-то время эти ощущения улеглись, оставив лишь назойливое чувство дискомфорта, которому Шикейт не нашёл объяснения.

Оглядевшись, насколько это позволяли удерживавшие его ремни, он убедился, что руки и ноги целы, а ощущения во всём теле подсказывали, что его, судя по всему, даже не били, и его дискомфорт - прямое следствие ментальной атаки. Он уже имел дело с псиониками, и знал, что может случиться в результате их грубого и неумелого воздействия, а этот Скай, похоже, утончённостью методов не отличался.

В той части комнаты, которую он мог окинуть взглядом, располагалось ещё несколько таких же коек с ремнями и парочка медицинских столешниц. Пол и стены были выложены бирюзовой плиткой, а свет давала единственная потолочная лампа, скрытая за потрескавшейся панелью.

Какое-то время он лежал в полной тишине, прислушиваясь к малейшим звуками, проникавшим в комнату. Наконец, где-то вдалеке хлопнула дверь, следом он услышал чьи-то возбуждённые голоса и громкий топот ног, а минуту спустя в комнате появился Винсент в сопровождении четверых дюжих парней, которые вели скованных наручниками мужчину и женщину - тех самых, что вели переговоры. Пленников отвели к стенке у дальней стены помещения, где и приковали к водопроводной трубе. Мужчина держался тихо и спокойно, женщина плакала.

Винсент заметил, что Шикейт пришёл в себя, и склонился над ним. Всем своим видом он источал презрение, и чистильщику очень захотелось стереть с его лица надменную улыбочку. От таких улыбочек его всегда тошнило.

- Очнулся, киллер недоделанный? Ты хоть представляешь, кого ты убил, а?

- Свинью с квадратной мордой и в дурацкой шляпе, - усмехнулся Шикейт.

Бандита перекосило от злобы. Он сделал знак одному из своих подручных, и чистильщику в челюсть тут же врезался крепкий тяжёлый кулак. Из разбитой губы хлынула струйка крови, а Шикейт, придя в себя после удара, тут же выплюнул на пол выбитый зуб. Кровавый сгусток упал под ноги Винсенту, забрызгав мелкими бурыми капельками его светлые лакированные ботинки.

- А вот за это хамство ты мне ещё ответишь, - прошипел тот. - Но не сразу.

Он подкатил к Шикейту дребезжащую столешницу, на которой в беспорядке валялись всевозможные хирургические инструменты. Выбрав небольшой скальпель, он проверил пальцем остроту лезвия, вздохнул и положил его обратно.

- Нет, - произнёс он. - Я слишком горяч для этого. Ну да ничего. Когда мы закончим, я приведу к тебе одного моего приятеля. Это мерзкий тип и садист, но дело своё знает хорошо - он искусно вырежет твои мерзкие глазёнки, куда лучше, чем это сделаю я. А главное, работать он будет не спеша. Возможно, целую ночь.

- Быть может, ему лучше посвятить эту ночь тебе? - поинтересовался Шикейт. - Ты же такой сладкий.

Винсент наотмашь ударил чистильщика по лицу, но тот в ответ только хохотнул. Бандит побагровел и так яростно пнул столешницу, что она опрокинулась и инструменты полетели на пол. Вне себя от злости, он разразился бранью и, лишь хорошенько выговорившись, совладал-таки с собой, а затем невозмутимо уселся на стул, который ему принёс один из подручных.

Тем временем, другой бандит расчистил небольшой столик и поставил на него тот самый серебристый кейс, который принёс закованный в наручники мужчина.

- Мисс Одри, - произнёс Винсент, обращаясь к залитой слезами женщине. - Поскольку всё пошло через задницу, я считаю, что нам стоит проверить, не хотели ли вы и ваши друзья обмануть нас. Мне не очень-то хочется сообщать моему боссу, что Франко погиб зря. Поэтому, для начала, я хочу, чтобы вы попросили вашего приятеля открыть кейс. Поверьте, я делаю вам обоим большое одолжение, и не прошу помощи у Ская. Он может узнать всё, что нам нужно, однако его вмешательство сделает вас калеками. Так что давайте не будем доводить до этого.

Закончив, он пристально посмотрел на женщину. Та судорожно кивнула.

- Оливер, - сказала она охрипшим голосом. - Прошу, сделай, как он сказал.

По знаку Винсента обоих освободили. Пока Одри потирала затёкшие запястья, её спутник подошёл к кейсу и, откинув защитную панель с клавиатуры электронного замка, ввёл код доступа. Магнитные запоры щёлкнули, и кейс раскрылся, после чего один из бандитов толкнул Оливера обратно к стене, где его снова приковали наручниками к трубе.

Одри подошла к столу, протянула руку и достала из кейса портативный инъектор. Шикейт заметил, что точно таким же пользовался его доктор. Следом на свет явилась длинная голубоватая капсула. Заправив устройство, женщина в нерешительности застыла.

- А теперь - введи ему препарат, - приказал Винсент, указывая на Шикейта.

Чистильщик, который всё это время незаметно проверял на прочность свои путы, встрепенулся. Такой расклад ему не нравился, однако времени что-то придумать уже не оставалось. Не на аллергию же ссылаться?

Одри робко направилась в его сторону. Уже возле самой койки Шикейта она споткнулась и упала на колени, выронив инъектор.

- Торопись, неуклюжая овца! - прикрикнул Винсент. - И не разбей ничего!

Всхлипнув, она поднялась на ноги и склонилась над Шикейтом. Закатав ему рукав, она кое-как уняла дрожь в руках, поднесла инъектор и нажала на спусковой крючок. На секунду Шикейт ощутил судорогу во всём теле, однако странное ощущение тут же пропало. Одри расправила его рукав и вернулась к столу. Шикейт проводил её взглядом, нервно поёжился и вдруг почувствовал... что-то холодное в районе правого запястья.

- И сколько ждать? - спросил Вельо.

- Эффект проявится в течение часа, - ответила Одри. - В это время, возможно, его будет лихорадить.

- Ничего, - хмыкнул бандит. - Потерпит. Джуно, Кей, вы останетесь здесь и присмотрите за нашими гостями. И наручники на неё наденьте. Я вернусь через час. Надеюсь, что Скай к тому времени окончательно придёт в себя.

Он поднялся со стула и в сопровождении двоих бойцов вышел за дверь. Оставшиеся бандиты снова приковали женщину к трубе, а сами уселись за столик. Джуно тут же вытащил из кармана пачку сигарет и предложил своему приятелю. Кей взял одну и закурил. Подобрав с пола маленький алюминиевый тазик, он приспособил его под пепельницу. Затем он достал колоду карт и со знанием дела принялся её тасовать.

Шикейт лежал, глядя в потолок. Никаких изменений он не ощущал. Впрочем, даже если бы они и проявились, ему было не до того: чистильщик усердно перетирал скальпелем ремешок, удерживавший его правую руку.

Эта Одри оказалась находчивой, да и к тому же неплохой актрисой. Но что ему делать дальше? У этих двоих пистолеты, и ему явно не успеть разрезать остальные ремни, особенно те, которыми зафиксированы ноги.

Когда ремень уже держался на тонком лоскутке кожи, который можно было разорвать движением руки, Шикейт услышал шёпот. Обернувшись на звук, он увидел, что это женщина зовёт его. К сожалению, её услышал не только он.

- Эй, ты! - рявкнул тот, которого звали Джуно. - О чём вы там болтать пытаетесь?

- Я только спросила, как он себя чувствует, - попыталась оправдаться Одри. - Этот препарат даже клинических испытаний ещё не прошёл. У него может случиться приступ, понимаете?

- И что с того? - хохотнул Кей. - Ему и так жить недолго осталось.

Джуно поддержал его хриплым смехом.

- Он может потерять сознание, может умереть во время приступа! - настаивала Одри. - Понимаете?! И что тогда скажет мистер Вельо?

Ответом ей было требование заткнуться.

Шикейт отвернулся в сторону. Вот заладила: лихорадка, приступ. Он прекрасно себя чувствовал. Да и прав, в конце концов, этот Джуно: с чего бы без пяти минут покойнику беспокоиться о таких мелочах? Даже если и случится приступ, что с того?

Шикейт замер, снова и снова прокручивая в голове эту мысль. Лихорадка, приступ. Побочное действие. Приступ...

Почему бы и нет?

Когда он выгнулся дугой и взвыл нечеловеческим голосом, Джуно и Кей подскочили до потолка и схватились за оружие. Однако, убедившись, что никакой опасности нет, немного успокоились. Их пленник дёргался и выл, словно его заживо поджаривали, однако путы держали его крепко. А потом он захрипел.

- Скорее, помогите ему! - выкрикнула она. - У него удушье! Скорее всего язык запал! Шевелитесь! Иначе он задохнётся!

Джуно посмотрел на неё непонимающим взглядом, однако Кей объяснил напарнику:

- Она права. У одного парня с нашей улицы, эпилептика, такая же хрень. Нам даже врач объяснял, что такое может случиться.

- И что делать?

- Голову ему надо повернуть и пасть открыть. Пойдём, поможешь мне. Будешь держать его, а я остальное сделаю.

Они подошли к Шикейту. Джуно, встав у изголовья, попытался зафиксировать голову чистильщика, однако того сотрясали такие конвульсии, что это оказалось не такой простой задачей. Кей, покачав головой, встал рядом и попытался оттеснить приятеля.

- Дай-ка мне, Джу...

Удар был настолько стремителен, что бандит даже не успел удивиться, когда лезвие скальпеля вошло ему в висок. Он коротко вскрикнул и начал заваливаться вперёд, а Джуно, не видевший из-за его спины, что происходит, попытался поддержать своего друга. За что и поплатился. Сильная рука обхватила его за шею, притянула к себе, и он почувствовал холод металла чуть пониже левого уха. Бандит взвыл и попытался вырваться, однако мышцы у противника оказались подобны стальным канатам, и здоровяк лишь беспомощно трепыхался в этой хватке. Миг спустя его пронзила боль, после чего Джуно отбросило в сторону. Пытаясь подняться, он упёрся руками в пол и почувствовал тёплую влагу, которая капала на пальцы. Он попытался кричать, однако выходил только сдавленный хрип. Он поднял руку и коснулся своего перерезанного горла, пытаясь остановить хлещущий из него поток, но без толку. В глазах у него потемнело, и Джуно упал.

Пока бандит умирал на полу, Шикейт, не теряя времени, резал ремни. Освободившись, он встал с койки и оглядел себя.

- Проклятье, - буркнул он. - Опять вся куртка в крови. Эти пятна даже в самой дорогой химчистке не выведут.

- Тогда купи себе красную и забудь об этом, - нервно фыркнула мисс Одри. - Модный прикид получится

Он посмотрел на неё: побитую, перепуганную, с распухшими от слёз глазами. Тем не менее, она всё ещё могла шутить. В ответ она всхлипнула и опустила взгляд на наручники.

- Ты не мог бы...

- Да, конечно, - спохватился чистильщик. - Сейчас.

Он обыскал тела, забрал пистолеты и ключи. Бросив связку пленникам, он подошёл к столику, взял сигарету из пачки и закурил.

- Ты даже не представляешь, как мы тебе благодарны, - сказала Одри, управившись со своими наручниками. - Это просто невероятно.

- Да, - Шикейт кивнул. - Только где-то я это всё уже слышал.

- В смысле? - спросил Оливер.

- В смысле, вы не первые, кого при мне смерть поссать отпустила.

Оливер хохотнул. Одри его поддержала. Шикейт, глядя на них, тоже сдавленно усмехнулся. А потом всех троих словно прорвало: с минуту они хохотали так, что их должен был слышать весь этаж. К счастью, на шум никто не явился.

- Ладно, - Шикейт смахнул выступившую слезу и закурил ещё одну сигарету. - Если часы не врут, Винни не объявится ещё с полчаса. Так что я покурю, а вы расскажите, какого чёрта мне вкололи.

- Экспериментальный препарат, - Одри отвела взгляд, словно напроказничавший ребёнок. - Ремедиум.

- Мне это ни о чём не говорит.

- Он блокирует... - начал, было, Оливер.

- Прикрой рот! - прошипела Одри. - Мы не можем...

- Ещё как можете, - заверил её Шикейт и положил перед собой пистолет. - Иначе я уйду, а вас оставлю здесь. То-то Винни порезвится.

Мужчина и женщина переглянулись. Судя по выражению их лиц, делиться с Шикейтом информацией они не хотели. Однако оставаться наедине с разъярённым Винсентом Вельо они хотели ещё меньше.

- Это пси-ингибитор. Он подавляет псионический потенциал объекта и при должной концентрации создаёт эффект инертного поля. Поскольку ты не псионик, препарату нечего подавлять, так что для достижения инертного состояния достаточно стандартной дозы.

- Проще говоря, - добавила Одри. - Этот препарат на какое-то время сделал из тебя психическую пустышку, 'глушилку' для Эфира на жаргоне одарённых.

Выслушав обоих, Шикейт долго и пристально смотрел на них, а потом спросил:

- Да кто вы, чёрт возьми, такие?

- Научные сотрудники, - быстро ответил Оливер.

- Чьи?

- А разве это важно? - спросила Одри.

- Смотря для кого. Вот лично я знаю только одну организацию в городе, если не на всём Побережье, которая активно занимается пси-технологиями. И этим людям лучше не переходить дорогу.

- В таком случае нам с коллегами не повезло, - призналась Одри. - Твои догадки верны. Достаточно тебе такого объяснения?

- Вполне, - кивнул чистильщик, выдыхая дым. - К тому же у нас есть более насущная проблема - Скай. И очень хорошо, что теперь нам есть, чем его удивить. Кстати, когда должен пройти этот эффект?

- Э-э-э, - протянула Одри. - Понимаешь...

- Он может ослабнуть, но до конца вряд ли пройдёт, - закончил за неё Оливер и быстро добавил: - Если ты сам не псионик, то вряд ли почувствуешь разницу. Основная проблема в том, что могут проявиться побочные эффекты.

- Что, у меня и впрямь должна случиться лихорадка?!

- Нет, нет, - Одри махнула рукой. - Это всё моя выдумка. Побочки проявляются в основном в виде нарушений памяти, искажения, либо излишнего обострения восприятия, а также... Хм, похоже, я тебя огорчила?

Шикейт вздохнул и потушил сигарету. Возмущаться, похоже, было бесполезно.

- Также может развиться привыкание, - совсем тихо добавила девушка. - Ломка не такая сильная, но всё же...

Чистильщик закатил глаза.

- Ладно. В любом случае, дело сделано, - сказал он, затем поднялся с койки и проверил пистолеты. Предохранители оказались сняты, а в пистолете Джуно был даже дослан патрон в патронник - похоже, этот идиот только и ждал удобного случая, чтобы прострелить себе ногу.

- Всё в порядке? - спросил Оливер.

- Бывало и хуже, - ответил Шикейт. - Пора выбираться отсюда. Кто-нибудь в курсе, где мы?

- Это какое-то заброшенное здание на границе района старых доков, - сказала Одри. - Очень похоже на больницу. Точнее не скажу, извини.

- Есть здесь ещё люди картеля помимо тех, что пришли на встречу?

- Не знаю. Мы никого больше не видели.

- Где могут находиться Винсент и Скай, знаете?

- Да, это помещение этажом выше. Нас оттуда привели.

- Сможете меня туда проводить?

- Постараемся.

Шикейт кивнул и приблизился к двери. Аккуратно приоткрыв её, выглянул в коридор.

- Чисто, идём.

Он двигался быстро и тихо, словно парил над полом. Одри и Оливер старались не отставать, однако делали столько шума, что Шикейту пришлось сбавить шаг - уж лучше так, чем быть обнаруженными раньше времени.

Коридор привёл их на лестничную площадку, и Шикейт понял, что сейчас они находятся в каком-то подвале. Преодолев два лестничных пролёта, они вышли в коридор. В дальнем его конце виднелось небольшое зарешеченное окно, сквозь которое пробивались последние, едва заметные глазу лучи заката.

- Четвёртая дверь направо, - шепнул Оливер. - Только осторожно, их там может оказаться много.

Едва он произнёс эту фразу, как ручка двери стала медленно поворачиваться. Шикейт резко отпрянул в сторону и толкнул ближайшую к нему дверь в подсобное помещение, которая, к счастью, оказалась не заперта. Утащив за собой Одри и Оливера, он затаился и стал ждать.

Шаги двух пар ботинок прокатились по коридору, свернули за угол и вскоре затихли вдали. Выждав пару минут, чистильщик убедился, что опасность миновала, и покинул укрытие.

- Оставайтесь здесь и сидите тихо. Если я не вернусь, постарайтесь выбраться сами.

Приблизившись к двери, он услышал смех и обрывки разговора. Дверь оказалась слегка приоткрыта, и он осторожно заглянул в щёлку. Он смог разглядеть Винсента, развалившегося на старом кожаном диване, и нескольких парней, без дела слонявшихся по комнате. Судя по голосам, внутри могло находиться человек пять-шесть. Впрочем, не исключено, что остальные были поблизости и могли сбежаться, услышав шум. А это означало, что действовать придётся очень быстро.

Шикейт замер напротив двери и прислушался.

- И что с того? - жаловался кто-то - судя по голосу, Скай. - Зашьют твоих парней, отлежатся они и отправятся восвояси. Нам-то здесь зачем торчать?

- Босс так сказал, - отвечал Винсент. - Сказал, что мы наделали шума, и велел залечь. Впрочем, я думаю, он просто взбесился оттого, что этот негодяй прикончил Франко. Они же старые друзья как-никак.

- Но это не повод...

- Это ты ему расскажешь. Про то, что это не повод так с нами обращаться, про несправедливость и прочее. Только будь добр, сделай это после того, как он решит, что будет со мной и моими парнями. И вообще, радуйся, что он отложил разборки - будем надеяться, что старик успеет малость поостыть.

Шикейт дослал патрон в пустующий патронник второго пистолета и взвёл на обоих курки. В этом он подражал Сорванцу - страстному любителю пострелять с двух рук. Впрочем, старине Джейси было чем гордиться: и с правой, и с левой он стрелял так виртуозно, что Шикейт только успевал удивляться, хотя и сам неплохо владел такой техникой. Только вот вести прицельный огонь сразу по двум движущимся целям у него не получалось никогда, а Сорванец делал это играючи, прямо на ходу.

Он вышиб ногой дверь и выстрелил в телохранителей Вельо, что прогуливались по комнате. Двое упали сразу. Ещё один успел загородить своего босса, прежде чем получил пулю в спину, а Винсент, воспользовавшись моментом, укрылся за спинкой дивана. Четвёртый бросился на Шикейта с ножом - чистильщик отвёл удар рукой и уложил противника ударом рукоятки пистолета.

На всё это ушло три или четыре секунды. Ещё секунда понадобилась Шикейту, чтобы осмотреться. Комната была просторной и светлой, хоть и без окон, и заставлена старой потёртой мебелью. Диван, несколько кресел и стульев, большой деревянный стол. В дальнем углу стоял маленький холодильник, а рядом, на тумбе, телевизор. Объединял комнату расстеленный посередине цветастый ковёр.

Взгляд Шикейта упал на кресло у дальней стены. В нём сидел Скай, исподлобья глядя на чистильщика. Псионик держался напряжённо, пальцы его впились в подлокотники, воздух вокруг наэлектризовался и в помещении повис резкий запах озона.

- Попался, - произнёс Скай.

Псионик подался вперёд, глаза его затянула перламутровая плёнка, а запах озона стал ещё более резким. Несколько мгновений Шикейт стоял на месте, а затем непринуждённо повернулся к Скаю, расправил плечи и навёл на него дуло пистолета. В глазах псионика вспыхнуло недоумение.

- Попался, - передразнил его Шикейт.

Позже Шикейт признавал, что стоило отдать псионику должное - тот быстро сориентировался. Скай выбросил вперёд правую руку, и холодильник, стоявший в углу, полетел в чистильщика. Шикейт успел уклониться, а следом уже летела тумба с телевизором. Поднырнув под них, он бросился к Скаю, однако какая-то невероятная сила выдернула у него из-под ног ковёр. Сгруппировавшись, Шикейт сделал кувырок, встал на ноги в шаге от противника и вскинул пистолеты.

По правой руке больно ударила пепельница, слетевшая с журнального столика, и оружие выпало, а левую руку перехватил сам псионик, сделав шаг вперёд. Свободной рукой он достал нож и хотел уже ударить чистильщика в живот, однако удара не последовало.

Скай вдруг отшатнулся назад, отпустил Шикейта и, выронив нож, схватился за руку, которой только что держал его за запястье. Глаза парня округлились, дыхание стало частым и прерывистым, он баюкал свою правую руку и медленно пятился.

Шикейт шагнул к нему.

- Нет! - взвизгнул Скай. - Не приближайся! Не трогай меня! Чёрт возьми, как жжётся!

- Что ты несешь? - нахмурился Шикейт.

Скай его не слушал. Его ноги подкосились, он рухнул обратно в кресло, отчаянно вжимаясь в мягкую спинку. Его била дрожь, и чем ближе подходил чистильщик, тем сильнее она становилась, на губах выступила пена, а в глазах отражался такой ужас, что Шикейту стало не по себе. В конце концов, Скай не выдержал: он вскочил, дико вереща, оттолкнул Шикейта и бросился к выходу. Развернувшись, чистильщик хладнокровно выстрелил ему в спину, и Скай упал, не добежав до двери всего несколько шагов. В комнате стало тихо.

- Так, а теперь закончим с этим, - Шикейт поднял пистолет и приблизился к дивану. - Вылезай!

Подняв руки, из-за дивана поднялся Винсент Вельо. Его пиджак был расстёгнут, и Шикейт заметил под полами перевязь с кобурой. Что ж, подумал он, у этого труса была возможность умереть, как мужчина, но он ей не воспользовался. Сам виноват.

- Прошу... не стреляй... - промямлил Винсент. - Я сделаю, что хочешь, только не стреляй, пожалуйста.

- Что хочу? - переспросил Шикейт.

- Да, именно, - бандит закивал, в глазах его блеснул тусклый огонёк надежды. - Хочешь денег? Я дам тебе, сколько попросишь. У картеля много денег, поверь.

- Хорошо, по рукам, - сказал Шикейт. - Тогда ты скажи мне, где мой пистолет? Красивый такой. Где он?

- Какой пистолет? - недоумённо переспросил Винсент, однако, заметив, что Шикейт снова направляет на него оружие, затараторил: - Да, да, точно, мы забрали его, хотели... хотели отдать боссу. Как трофей.

- Где он? - повторил Шикейт, приближаясь к нему.

- У одного из парней. Они как раз вышли, пошли в другое крыло здания, за выпивкой. У нас здесь что-то вроде тайной базы. Подлечиться, отсидеться и всякое такое. Парни скоро вернутся, твой пистолет у них.

Шикейт приставил дуло к виску бандита, и тот осел на пол, съежившись и уже не в силах сдерживать себя. На глазах его выступили слёзы.

- Много ещё людей в здании?

- Ещё шестеро, раненые... лежат... лежат в лазарете... на третьем этаже.

- А врач?

- Он ушёл, когда залатал их, клянусь!

Продолжая удерживать Винсента на мушке, Шикейт медленно зашёл ему за спину. Перепуганный бандит не рискнул даже обернуться, и чистильщик подумал, что он и впрямь выглядит страшновато: жуткий тип, по самую макушку заляпанный кровью.

- Ты обещал не стрелять, - захныкал Винсент. - Обещал не стрелять, помнишь?!

- Разумеется, Винни, - кивнул Шикейт. - Я обещал не стрелять.

С этими словами он склонился над Винсентом, обхватил его голову и резким движением сломал ему шею. Тело обмякло и свалилось на пол.

- Насчёт остального я ничего не обещал, - сказал Шикейт, выпрямившись.

Чистильщик бросил тело за диваном. Туда же отволок и остальных, после чего сел в одно из кресел и, направив пистолеты на входную дверь, стал ждать. У него здесь оставалось ещё одно дельце.


Ампула с прозрачной жидкостью ложится в адаптер инъектора. Ёмкость наполняется препаратом. Щёлк, пшик - и боль уходит прочь.

Шикейт открыл глаза и посмотрел на доктора. Тот деловито убирал свои инструменты и не обращал на пациента никакого внимания. В операционной было холодно и так противно пахло хлором, что Шикейту захотелось поскорее убраться оттуда.

Он поднялся с кушетки и подошёл к небольшому зеркальцу, висевшему на стене. При этом взгляд его упал на правую кисть. Длинный шрам пересекал её от фаланг пальцев до запястья. Это сделали острые края пепельницы. Она врезалась в его руку с такой силой, будто ею выстрелили из пушки. Рентген показал несколько трещин, а гематома не сходила недели две или три.

- Как самочувствие? - спросил доктор.

- Да как в земле полежал, - признался Шикейт. - Но лучше.

- Память?

- Только на жёстком диске.

- Не остри. Я серьёзно спрашиваю.

- Как ни странно, но стало лучше, док. Словно принял волшебную таблетку. Кстати, тебе удалось что-нибудь выяснить про этот Ремедиум?

- Немногое. Копать под ART тяжело и опасно, сам знаешь, - доктор подошёл к столу, снял перчатки и открыл папку для бумаг. - Я собрал для тебя всё, что смог отыскать по этому препарату. Прости, но заходить дальше я не решился: светиться мне ни к чему, да и пожить ещё хочется. Держи.

С этими словами он протянул Шикейту несколько скреплённых вместе листов бумаги.

- И на том спасибо, док. Дальше я как-нибудь сам.

- Если будет ломка, дай мне знать. Возможно, кто-то из моих коллег сможет помочь.

- Обязательно, док.

Шикейт поправил воротник, подтянул кобуру и едва заметно коснулся жёсткой холодной рукояти пистолета, проведя пальцами по выгравированным на ней иероглифам. Он не знал почему, но это всегда его успокаивало. Быть может, однажды он вспомнит и это...

Он развернулся, чтобы уйти и встретился взглядом с доктором.

- У тебя пятно на куртке, - сказал он Шикейту и поскрёб пальцем по его нагрудному карману. - Кровь что ли?

Чистильщик посмотрел на высохшие бурые хлопья и скривился.

- Вот зараза, всегда одно и то же! - в сердцах воскликнул он.

Отстранив доктора, он решительно двинулся к выходу из операционной.

- И что теперь? Найдёшь работёнку поспокойней? - ехидно спросил доктор.

- Ты спятил что ли, док? - возмутился Шикейт. - Ни в коем случае.

- Тогда куда ты так рванул?

- Покупать новую куртку, - пояснил чистильщик. - Говорят, мне пойдёт красная. Что скажешь? - Ну, прикид будет модный, чего уж там.