Жуков Сергей Александрович: другие произведения.

Потери асов-истребителей на советском фронте в 1941 году

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Потери асов-истребителей Германии и союзников на советском(восточном) фронте в 1941 году

работа написана в 2004 году и поэтому некоторые моменты в ней ошибочны

Потери асов истребительной авиации Германии и её союзников на советском (восточном) фронте
1941-1945 гг.

  

Вступление

   Истребительная авиация Германии вступила в войну с Советским Союзом, имея полное превосходство по многим факторам, от которых зависит успех боя. Это и солидный боевой опыт большинства пилотов, и более эффективная тактика ведения боевых действий, лучшие ТТХ большинства типов немецких самолётов, вывод из строя значительного количества техники и инфраструктуры советской авиации в приграничных округах, в результате массированных ударов с воздуха, и быстрого продвижения немецких войск. Боевые счета немецких асов очень скоро превысили число их побед на Западе. Счета признанных и начинающих асов быстро начали расти. Однако крушение "блицкрига" зимой 1941 года и втягивание в длительную войну на два фронта, постепенно истощили с трудом накопленный за 15 лет военно-экономический потенциал Германии, и привело её к полному краху во Второй Мировой войне. Главная, решающая заслуга в этом, принадлежит многонациональному народу и вооружённым силам Советского Союза, возглавляемым коммунистической партией и её вождём И.В.Сталиным.

    С первого дня нападения 22 июня 1941 года, и до конца 1943 года, немецкая авиация, и в частности истребительная авиация, несли основные потери на советском фронте. Лишь с началом массированных налётов авиации США и Британии на территорию Германии с середины 1943 года, потери немецкой истребительной авиации на Западном фронте резко возросли. Однако советский фронт также продолжал притягивать к себе значительные силы немецких истребителей, и они продолжали нести тяжёлые потери. С середины 1943 года соотношение сил было уже не в пользу немецкой техники и лётчиков. Снизился уровень подготовки, в частях было много новичков, советская техника и мастерство советских пилотов были на уровне немецких, количество самолётов многократно превысило немецкое число, при непрерывном наступлении и продвижении вперёд советских войск. Это заставило немецких истребителей значительно увеличить количество вылетов, что быстро изматывало лётчиков, всё больше применять тактику "свободной охоты", внезапные атаки-наскоки при взлётах-посадках советских самолётов. Количество "сбитых" росло как на дрожжах, но это было стратегическим поражением. Собственные пехота и бомбардировщики всё чаще оставались без прикрытия, а самолёты и лётный состав продолжали выбывать из строя. Всё окончательно завершилось 9 мая 1945 года безоговорочной капитуляцией.

   Необходимо отметить, что статистика потерь немецкой авиации очень неполна и противоречива, и только в последнее десятилетие именно российские (!) историки и исследователи приступили к установлению истинных цифр потерь немецкой авиации на СГФ, без пропагандисткой мишуры советских и западных источников. В самом начале "документальной эры" исследований (1992-1996 гг.), эти потери по данным немецких документов составляли 16 тысяч самолётов. На сегодняшний день, число потерь немецкой авиации на СГФ составляет уже не менее 25 тысяч самолётов, и эти данные коррелируются в сторону увеличения. Согласно данных о производстве немецких самолётов, числе оставшихся к моменту капитуляции и переданных союзникам, потерях при обучении и испытаниях, а также довольно точные цифры потерь на Западном фронте (Европа, Африка, морские театры), на советский фронт должно приходится не менее 33-35 тысяч безвозвратных потерь авиатехники. Таким образом, в имеющихся на сегодняшний день немецких документах, отсутствует до 50 % учёта потерь авиатехники на СГФ. Это может быть объяснено небольшим недоучётом потерь в 1941-1944 гг., но в основном тем, что большое количество повреждённой авиатехники в 1943-1945 гг. не было восстановлено в силу определённых обстоятельств, и это не было зафиксировано в текущей отчётности. Получившие в этот период серьёзные повреждения самолёты эвакуированные в тыл, были разобраны на запчасти, списаны или простояли в таком состоянии до конца войны, в результате нехватки времени, материалов, рабочих рук и т.д. Также во фронтовых условиях, большое количество незначительно повреждённой техники, постигла такая же участь, в силу тех же причин. В безвозвратные потери, согласно немецкой классификации, зачислялись самолеты, получившие от 60 % повреждений, однако уже с началом "русской" компании, списание шло уже с 50 и менее процентов.

Немецкая авиация понесла колоссальные потери в войне. Основываясь на данных из открытых источников и опубликованных в последнее время исследований на тему войны в воздухе, я обобщил в отдельную работу тему потерь истребительной авиации Германии и её союзников на СГФ, особо уделив внимание потерям признанных асов. В Германии и странах бывшими её союзниками в войне (впрочем, как и во всём мире), асом (экспертом) считался человек, сбивший не менее 5 самолётов противника. Таких только в самой Германии набралось около 5 тысяч человек. Однако ФАКТИЧЕСКОЕ число сбитых самолётов, было в несколько раз меньше официальных счетов. Конечно, для каждого лётчика эта разница индивидуальна, но в целом прослеживается некоторая закономерность. Это одна фактическая победа (сбитый-уничтоженный, подбитый-повреждённый, легко повреждённый-вышедший из боя и т.д.) на 3-4 официальные победы для каждого лётчика фашистского блока на СГФ, за исключением финской авиации, которая вела учёт по британской системе подтверждения побед. На Западном фронте и для финской авиации, эта закономерность составляет одну фактическую победу на 2-3 официальных. Поэтому в работе подробно рассматриваются только лётчики, на счетах которых не менее 15 официальных побед на СГФ и не менее 10 официальных побед на западном, если они также участвовали в боях на советском фронте. С учётом этих поправок, реальное число немецких экспертов за всю войну составило не более пятисот человек, ещё столько же можно в принципе отнести к категории "начинающих" асов, то есть реально одержавших 3-4 победы. На этом фоне оставшихся четыре тысячи "асов" можно смело причислить к достаточно опытным и подготовленным воздушным бойцам, но, ни в коем случае к реальным экспертам. По самым оптимистическим оценкам, лишь до половины из них имели на своих счетах 1-2 реальные победы, подтверждённые документами и свидетельствами противной стороны, а около двух тысяч оставшихся "асов" не имели и этого. Таким образом, число фактических побед всей немецкой истребительной авиации составляет до 50 тысяч максимум на всех фронтах ВМВ. Поэтому число в 45 тысяч сбитых (непременно сбитых!) немецкими истребителями только советских самолётов, можно смело сократить в полтора раза, и уверенно считать, что немецкими истребителями на восточном фронте было одержано в воздушных боях максимум до 25 тысяч побед (сбитых и подбитых самолётов).

Большие счета немецких асов в ВМВ по сравнению со счетами асов антигитлеровской коалиции, объясняются особенностями тактики их действий, но в первую очередь весьма "прозрачной" системой зачёта побед. При полном отсутствии такого понятия как "сбитые в группе", немецким лётчикам засчитывали сбитые самолёты почти всегда лишь на основании свидетельств других пилотов, участвовавших в бою, а иногда только лишь по свидетельству самого пилота. Так часто цитируемые "шоу-историками" строгость и немецкая пунктуальность в зачёте побед, принцип "один пилот - одна победа", являются лишь пропагандистскими штампами и ничем не подтверждаются. Правда необходимо отметить, что в немецкой документации, победы истребителей официально считались именно "победами", то есть сбитыми и подбитыми самолётами, однако везде давалось понять, упоминалось и везде повторялось, что это непременно сбитые (читай - уничтоженные) самолёты. Также в работе рассматриваются потери асов, которые якобы относятся к небоевым потерям. Известно как гордые не(!)побеждённые "в бою" немецкие солдаты и военачальники взяли реванш в послевоенных мемуарах, на основе которых в послевоенные годы "пекли" свою продукцию западные "историки" и популяризаторы. Якобы во всех тактических боях (в т.ч. в проигранных стратегических сражениях) немцы всегда выходили победителями, при минимуме собственных сил против неисчислимых орд противника, нанося ему огромные потери при незначительных собственных. В стратегических поражениях виноват лишь Гитлер, отдававший противоречащие здравому смыслу приказы, и всячески вставлявший палки в колеса умным генералам, погода, плохие дороги, да пресловутая нехватка "последнего батальона". Русские же в подавляющем большинстве воевать не умели, брали массой при страшных потерях, обладая неисчислимой техникой поставляемой по ленд-лизу. Поэтому так часто в ожесточённых воздушных боях, у немецких асов внезапно (!) "кончалось горючее", возникали "неполадки в моторе" (но конечно, только не от попаданий советских пуль и снарядов), при виражах они сталкивались со своими самолётами или сбитыми вражескими, с землёй, водой, деревьями, постройками, сбивались своими зенитками и союзниками по недоразумению, на худой конец - советским зенитным огнём, но только не советскими истребителями. Также с успехом использовался "отказ в бою синхронизатора стрельбы", и как следствие, отстрел собственных лопастей винта. Этот вариант поражения в воздушном бою применили двое сбитых, но оставшихся в живых немецких аса. Но вершиной этих баек, можно считать на полном серьёзе (!) преподносимый случай, с "ослеплением пилота при вираже солнечным лучом"! Другой ас придумал объяснение для покалеченной в воздушном бою плоскости - якобы в пушке в момент выстрела взорвался собственный снаряд, испорченный на заводе саботажниками. Далее читателям втирают очки рассказом о том, что даже был послан запрос на завод, и там "действительно" разоблачили шайку вредителей. Но подобные сказки, лишь дополняют основное положение в официальной методике учёта немецких потерь, когда подбитый самолет, совершивший вынужденную посадку на своей территории - не считался боевой потерей. Именно этим объясняется огромный процент якобы небоевых потерь в условиях фронта, отмеченный в немецких официальных отчётах.
В работе также представлены некоторые сведения о потерях "начинающих" асов, то есть тех, которые были официально признаны таковыми (сбили по немецким данным от 5 до 14 самолётов на советском, и 5-9 на западном фронте), но реальными асами не являлись (реальное число побед менее пяти, или отсутствие таковых). Также кратко будут показаны потери рядовых лётчиков, если они непосредственно связаны с потерями асов, а также обзор потерь других видов авиации в конкретных боях с участием асов. Все потери показаны на фоне общего хода войны, включая данные о состоянии самолётного парка частей ИА Германии, изменения её численности, передислокации и т.д.

   Относительно распределения потерь немецких асов по фронтам, можно сказать следующее - большее количество потерь истребителей на Западе, которое предъявляется новоявленными "историками" (ни бельмеса в истории не смыслящими), как свидетельство "слабости" советских лётчиков, и якобы неглавным театром военных действий в воздухе, на самом деле объясняется отражением массированных бомбардировочных налётов союзников на территорию Германии в 1944-1945 гг., их масштабами, и ничем больше. Эти бомбардировки вынудили руководство нацистов перебросить на Запад отдельные части с СГФ, существенно его ослабив. Но можно утверждать, что немецкие асы, погибшие на Западном фронте в 1944-1945 гг., не избежали бы этой участи и на Восточном фронте. Чего бы это стоило нам, и насколько бы это отдалило Победу, отдельный, но не принципиально важный вопрос. Непреложная истина заключается в том, что именно на советском фронте ещё в 1941 году был переломлен хребет нацисткой Германии и заложен фундамент Великой Победы. Начав свою авантюру против СССР, Гитлер подписал себе и своему режиму смертный приговор, и никакие асы не смогли бы предотвратить их крах.

  
   Приложение 1
   Краткие обозначения основных авиационных частей Германии
  
  
   JG - Ягдгешвадер - истребительная эскадра (аналог дивизии)
   Состав - штаб (одно-два звена), 3-4 группы (аналог полков), от 120 до 160 самолётов основного типа (без учёта связных и т.д.)
   I, II, III, IV/JG - Группен - истребительные группы (аналог полков)
   Состав - штаб (звено), три отряда (аналог эскадрилий), от 40 до 50 самолётов основного типа
   1.-12./JG - Штаффель - истребительные отряды (аналог эскадрилий)
   Состав - штаб (пара), три звена, 14-16 самолётов основного типа
  
   SKG - эскадра скоростных бомбардировщиков (на базе тяжёлых истребителей)
   ZG - эскадра истребителей-бомбардировщиков (аналогично SKG)
   NJG - эскадра ночных истребителей-охотников
   KG - бомбардировочная эскадра
   KGr. - отдельная усиленная бомбардировочная группа
   StG - эскадра пикирующих бомбардировщиков
   SG (Sch.G) - штурмовая эскадра (штурмовики, в том числе на базе истребителей)
   LG - учебно-боевая эскадра (несколько типов самолётов)
   Организационное деление частей аналогично вышеприведённым данным по истребительной эскадре (группы-штаффели)
  
   .(H). - отряды ближней разведки
   .(F). - отряды дальней разведки
  
  


1941 год


   К 22 июня на границах Советского Союза были сосредоточены следующие силы истребительной авиации Германии и Румынии (таблица 1). Общее количество немецкой авиации составляло около 3,5 тысяч самолётов, в том числе 36 групп бомбардировочной и штурмовой авиации, что соответствовало 12 полнокровным дивизиям трёхполкового состава в советской авиации.
  
   Таблица 1
   Истребительные части авиации Германии и Румынии, выделенные для операции "Барбаросса" - на 22 июня 1941 г.
   ГЕРМАНИЯ
   Авиасоединение "Киркенес"
   13./JG 77
   14./JG 77
   Stab, 2./ZG 76
  
   Группа армий СЕВЕР
   Stab, I, II, III/JG 54
   Stab, II, III/JG 27
   II/JG 52
   III/JG 53
   Stab, I,II/ZG 26
  
   Группа армий ЦЕНТР
   Stab, I, 4, 5/JG 53
   Stab, I, II, III, IV/JG 51
   Stab, I, II/SKG 210
  
   Группа армий ЮГ
   Stab, III/JG 52
   Stab, I, II, III/JG 3
   Stab, II, III/JG 77
   I(J)/LG 1
  
   РУМЫНИЯ (в полосе группы армий ЮГ)
   Gr.3 V^an
   Gr.4 V^an
   Gr.6 V^an
   Gr.8 V^an
   Eck.53 V^an
  
   Все эти части, за исключением вступивших в войну на несколько дней позже III/JG 52 и авиасоединения "Киркенес", приняли участие в вероломном нападении на нашу страну. По советским аналогам, эти силы (без учёта румынских истребителей) соответствовали 24 полнокровным полкам, что соответствует 8 дивизиям трёхполкового состава. Количество немецких истребителей составляло около 1.100 машин (в т.ч. не менее 1 тысячи исправных), которые будучи сосредоточены на направлениях главных ударов (впрочем, как и все немецкие войска, включая другие рода авиации), представляли собой мощнейшую силу вторжения. Однако сопротивление Красной Армии и советского народа было не менее мощным, что и предопределило весь ход и итоги войны.
  
   "С этого момента был потерян счёт времени и предел физической и моральной нагрузки..."
   техник 94 АП 62 БАД ВВС 5 армии ЮЗФ И.В.Бондаренко
  
   В первый же день войны немецкая истребительная авиация безвозвратно потеряла 25 самолётов (22 Bf 109 и 3 Bf 110), ещё 33 машины (24 Bf 109 и 9 Bf 110) были повреждены, но могли быть (теоретически) отремонтированы. Также было безвозвратно потеряно три Bf 110 в составе неистребительных частей. По итоговым немецким данным из работы И.Прина, боевые потери составили 20 безвозвратно потерянных самолётов (14 Bf 109 и 6 Bf 110), и 10 повреждённых (6 Bf 109 и 4 Bf 110). Однако если рассматривать потери "по-самолётно", к боевым безвозвратным потерям следует отнести не менее 28 машин (22 Bf 109 и 6 Bf 110). Немецкая истребительная элита понесла первые тяжёлые потери на новом фронте, который на два ближайших года, станет основным источником потерь (от 50 до 90 %) всей немецкой авиации.
   22 июня в 3.05 во главе JG 27 на Bf 109E-7 (w/n 4189) поднялся в воздух оберст-лейтенант Вольфганг Шеллманн (>obstlt. W.Schellmann), чтобы совершить свой первый вылет на восточном фронте. К этому времени, на его счету было 25 "сбитых" самолётов, из которых 12 он якобы сбил в Испании, за что в июне 1939 года был награждён высшим испанским орденом "крест в золоте". За 10 "сбитых" после начала ВМВ самолётов, 18 сентября 1940 года Шеллманн был награждён Рыцарским Крестом (RK). Но на этот раз удача отвернулась от него. Эскадра получила приказ атаковать советские аэродромы в районе Гродно, и на "мессершмиты" были подвешены осколочные бомбы SD-2. При заходе на цель, "мессеров" атаковали советские истребители. Немецкая версия событий выглядит следующим образом - в ходе боя Шеллманн сбил И-16, одержав свою 26 победу, что случилось с ним потом неизвестно, но некоторые немецкие историки почему то считают, что он был сбит зенитным огнём, выпрыгнул с парашютом и с тех пор считается пропавшим без вести. Историки 27 эскадры Р.Ринг и В.Гирбиг, в своём исследовании пишут, что Шеллманн столкнулся со сбитым им самолётом. По словам безымянных "местных" крестьян, Шеллманн приземлился на кукурузном поле и попытался спрятаться на ближайшем хуторе, но был схвачен солдатами в форме НКВД и спустя два дня расстрелян. По советским данным, недалеко от посёлка Каменки в районе Гродно, ст.л-т П.А.Кузьмин из 127 ИАП на И-153 таранил немецкий истребитель, и при этом погиб. Шеллманн был взят в плен пограничниками и возможно, расстрелян при отступлении несколькими днями позже. По известной причине, эта версия гибели Шеллманна является единственной не только среди западных "исследователей" и их отечественных подпевал, но и среди достаточно компетентных российских историков, что совершенно непонятно. Справедливости ради следует сказать, что могло произойти всё, что угодно. Шеллманн мог быть убит и при попытке к бегству, или погибнуть под немецкой же бомбёжкой или обстрелом, умереть от ран полученных в бою, что вполне возможно, ведь об этом также ничего не известно. Видимо установить точную причину гибели командира JG 27 уже вряд ли удастся.

   Примерно в это же время, в районе посёлка Немакшай (Литва), истребители из II/JG 53 атаковали группу советских бомбардировщиков из состава 40 БАП. Оборонительным огнём стрелков, был ранен в руку (по другим источникам - в ногу), командир группы, капитан Хайнц Бретнютц (hptm. H.Bretnu"tz), а его Bf 109F-2 (w/n 6674) получил попадания в двигатель. Бретнютц совершил вынужденную посадку и до 26 июня скрывался у местных крестьян. Когда район заняли немецкие войска, Бретнютца отправили в госпиталь, где ему ампутировали раненую конечность, но 27 июня он умер от развившейся гангрены. Обладатель RK, Бретнютц имел на счету 244 вылета и 36 "сбитых" самолётов, два из которых он "сбил" ещё в Испании. Официально считается, что в своём последнем бою он одержал 37 победу, сбив СБ-2.
   В районе наступления группы армий ЮГ, советскими истребителями в воздушном бою был подбит Bf 109F-2 (w/n 8244), который пилотировал командир 8./JG 3 обер-лейтенант Вилли Штанге (oblt. W.Stange), якобы сбивший 12 самолётов на Западном фронте. Совершив вынужденную посадку на берегу Днестра, он погиб в перестрелке с красноармейцами.
   Ранним утром в районе Львова, по немецкой версии одержал свою первую победу, сбив И-16бис, обер-лейтенант Вальтер Дахл (oblt. W.Dahl) из II/JG 3, однако сам был подбит, и совершил вынужденную посадку на советской территории. Избежав плена и гибели, Дахл вернулся в часть на следующий день и впоследствии стал известным асом, "сбив" к концу войну 128 самолётов (из них 84 на СГФ), занимая ряд высших командных должностей в руководстве люфтваффе.
   Также в первый день войны, едва не была поставлена точка в карьере командира JG 54 капитана Ханнеса Траутлофта (hptm. H.Trautloft). Во второй половине дня над границей Восточной Пруссии, огнём бортстрелков СБ-2 был подбит его Bf 109F-2 (w/n 5761). При заходе на посадку выяснилось, что шасси выпустить невозможно, и лётчик посадил машину на фюзеляж. На счету Траутлофта было 5 самолётов "сбитых" в Испании (сам Траутлофт был и первым немецким летчиком, сбитым в той войне) и 12 "сбитых" самолётов на западном фронте. В боях 22 июня, он одержал по немецким данным 18 победу, сбив СБ-2.
   Кроме командира JG 54, первый день войны мог стать последним и для командира II/JG 51 капитана Йозефа Фьёзо (hptm. J.Fo"zo"). Он также был сбит (подробности неизвестны), но остался жив и 24 июня смог вернуться в часть. На его счету было 15 "сбитых" самолётов, из которых три он якобы сбил в Испании.
   Впервые немецкие лётчики столкнулись с массовым применением намеренных таранов, в результате которых было потеряно не менее восьми самолётов. По советским данным, 22 июня было совершенно 14 таранов, но эти данные требуют дальнейших изысканий. Четыре подтверждённых обеими сторонами таранов, были применены против самолётов истребителей. Кроме вышеописанного случая с Шеллманном, в районе Бреста л-т П.С.Рябцев из состава 123 ИАП на И-153 таранил "мессершмит" который пилотировал фельдфебель Теодор Штебнер (fw. T.Schtebner) из состава 3./JG 51. Штебнер спасся на парашюте и вернулся в часть 25 июня. В первые минуты войны, мл.л-т Д.В.Кокорев из состава 124 ИАП на МиГ-3 таранил Bf 110 и спасся на парашюте, к-н А.С.Протасов на СБ-2 из состава 16 БАП также таранил двухмоторный истребитель-бомбардировщик, но сам при этом погиб. Некоторые исследователи считают, что оба Bf 110 принадлежали 4./SKG 210, однако, как видно из данных бундесархива, сами немцы уверенно считают эти потерянные самолёты, сбитыми зенитным огнём. Поэтому можно предположить, что сбитые таранами Bf 110 числились в составе отрядов ближней разведки, причины потерь которых в немецких источниках, обозначены как неизвестные.

   В первый день войны, все потери немецкой авиации по данным И.Прина, составили не менее 166 самолётов (в т.ч. 78 потерянных безвозвратно и подлежащих списанию, и 89 получивших повреждения, которые теоретически подлежали ремонту). Документально зафиксированные потери немецких истребителей, во многом расходятся с воспоминаниями очевидцев и обстоятельствами потерь. Эти расхождения подробно показаны отдельным списком (таблица 2). Все безвозвратные потери лётного состава составили 133 человека, из которых не менее 12 человек составляли лётчики-истребители. Несколько десятков пилотов и членов экипажей получили ранения, в т.ч. несколько пилотов истребителей. Двенадцать самолётов безвозвратно потеряла румынская авиация, около десятка машин было повреждено, потери лётного состава составили 37 человек, из которых более 20 погибли и попали в плен. Безвозвратных потерь в истребителях у румын не было, хотя четыре самолёта получили боевые повреждения.
   В некоторых изданиях, основанных на пропагандистских сказках из ведомства Й.Геббельса, разбавленных приключенческими байками ветеранов люфтваффе, утверждается, что все немецкие потери 22 июня 1941 года составили 35 самолётов. Эти данные, несмотря на опубликованные ещё 13 лет назад немецкие архивные документы, продолжают иногда всплывать без всяких комментариев в различных компилятивных работах и повторяются "шоу-историками" в СМИ, как "серьёзные немецкие данные", в противовес "лживым советским сведениям" о двух сотнях сбитых немецких самолётов. Часто для "достоверности" своей лжи, приводятся уточнённые цифры советских потерь (особенно если они были выше), но при этом всегда, цифры немецких потерь, остаются на уровне немецких же пропагандистских сводок времён войны.
   Получить представление о том, как с первого дня начали расти счета побед немецких асов и их союзников, можно на примере боевых действий на южном участке фронта. Штаб VIII авиакорпуса люфтваффе сообщил, что за 22 июня в воздушных боях было сбито 16 советских самолётов, помимо 142 уничтоженных на аэродромах. Ещё на 11 самолётов сбитых в воздухе и 37 уничтоженных на земле, претендовала румынская авиация. Всего 27 сбитых в воздухе и 179 уничтоженных на земле, что составляет в сумме 206 самолётов. В действительности же, было выведено из строя около 40 советских самолётов.* В воздухе было выведено из строя, в т.ч. зенитным огнём 17 машин, половина из которых получили лишь незначительные повреждения, и были восстановлены в тот же день.

  
   * - в советской сводке указано 23 выведенных из строя самолёта, но при критическом рассмотрении это число необходимо увеличить.
  
   Таблица 2
   Безвозвратные потери немецких самолётов-истребитей (в т.ч. в составе неистребительных частей) 22.06.1941

N

Часть

Тип

WNr

Район и причина потери

Судьба пилота (экипажа)

1.

St./JG 3

Bf-109F-2

8145

р-н Кокудза1

? не пострадал

2

II/JG 3

Bf-109F-2

?

р-н Львова2

обер.л-т В.Дахл не пострадал

3.

8./JG 3

Bf-109F-2

8244

данных нет/воздушный бой

об.л-т В.Штанге погиб

4.

III/JG 3

Bf-109F-2

8238

данных нет

? пропал без вести

5.

St./JG 27

Bf-109E-7

4189

р-н Гродно/воздушный бой

оберст л-т В.Шеллман пропал без вести

6.

5./JG 27

Bf-109E-4B

3352

данных нет

? пропал без вести

7.

5./JG 27

Bf-109E-4B

6036

р-н Гродно/данных нет

? ранен

8.

3./JG 51

Bf-109F-1

5678

р-н Бреста/воздушный бой

ф-ль Т.Штебнер не пострадал

9.

II/JG 51

Bf-109F-1

?

данных нет3

к-н Й.Фёзо не пострадал

10.

III/JG 51

Bf-109F-1

6672

р-н Тирасполя/данных нет

данных нет

11.

8./JG 51

Bf-109F-1

6635

р-н Бреста/данных нет

данных нет

12.

8./JG 51

Bf-109F-1

5653

---4

данных нет

13.

11./JG 51

Bf-109F-1

6630

данных нет

данных нет

14.

2./JG 52

Bf-109F-2

5780

--- 5

ефр. Кюхл ранен

15.

II/JG 53

Bf-109F-2

6674

р-н Немакшай/воздушный бой

к-н Х.Бретнютц смертельно ранен6

16.

8./JG 53

Bf-109F-2

5523

район Меркино/воздушный бой

ф-ль Кословски не пострадал

17.

9./JG 53

Bf-109F-2

6689

данных нет

об.ф-ль Кроншнабель не пострадал

18.

1./JG 54

Bf-109F-2

12638

---7

? не пострадал

19.

St./JG 77

Bf-109E-7

1092

район Балти/зенитный огонь

? пропал без вести

20.

II(J)/LG 2

Bf-109E-7

1635

район Гродно/данных нет

? пропал без вести

21.

II(J)/LG 2

Bf-109E-7

5937

район Гродно/данных нет

данных нет

22.

II(J)/LG 2

Bf-109E-7

0699

район Березняков8

данных нет

23.

2./SKG 210

Bf-110E-3

3796

район Пинска/данных нет

экипаж не пострадал

24.

4./SKG 210

Bf-110E-3

3767

район Замброва/зенитный огонь

экипаж пропал без вести

25.

4./SKG 210

Bf-110D-3

4291

район Замброва/зенитный огонь

экипаж погиб

26.

St.StG 1

Bf-110E-3

2402

район Торна9

экипаж не пострадал

27.

3(F)/11

Bf-110C-5

2231

район Львова/данных нет

экипаж погиб

28.

2(H)/23

Bf-110E-3

2333

район Гродно/данных нет

экипаж погиб

  
   1 - По списку потерь - "кончилось горючее". Лётчик спасся на парашюше или совершил вынужденную посадку за линией фронта, вернулся в часть и "гордо" доложил, что потерял самолёт по "небоевой" причине, что и было занесено в официальную сводку потерь.
   2 - Потеря самолёта В.Дахла из состава II/JG 3, совершившего вынужденную посадку за линией фронта, упоминается во всех немецких источниках, но в списке потерь техники за 22.6.1941 г. почему-то отсутствует.
   4 - Самолёт совершил вынужденную посадку на аэродроме (или в районе) Бяла-Подляска.
   5 - В немецкой ведомости потерь указана вынужденная посадка "из-за отказа мотора", по всей видимости по докладу вернувшегося в часть пилота, проверить это невозможно, т.к. самолёт остался на советской территории, поэтому, зная о "гордости" немецких "непобедимых" лётчиков, можно предположить, что вероятнее всего самолёт был подбит в воздушном бою или огнём с земли - то есть "отказ мотора" был вызван попаданиями советских пуль и снарядов, что подтверждается ранением пилота.
   6 - История боевого пути III/JG 53 сообщает, что после занятия немцами района, где Х.Бретнютц совершил вынужденную посадку, его легко повреждённый самолёт был отправлен в ремонт и восстановлен, однако эта информация не вызывает серьёзного доверия.
   7 - В списке немецких потерь за 22 июня отсутствует потеря самолёта, которую можно отнести к безвозвратной (повреждения от 60 процентов), однако во всех немецких работах упоминается, то в этот день эскадра безвозвратно потеряла одну машину. Вероятно это повреждённый на 50 процентов по немецкой классификации Bf-109E-2 (12638) который так и не был восстановлен после вынужденной посадки.
   8 - по списку потерь "вынужденная посадка", безвозвратная боевая потеря (степень повреждений - 90 процентов).
   9 - по списку потерь "аварийная посадка", однако вполне возможно, что она была вызвана боевыми повреждениями. Так как более подробные данные отсутствуют, принимать на веру сведения немецкого источника нет никаких оснований.

  
   Исследователь Д.Хазанов в своих работах "Вторжение" и "Немецкие асы на восточном фронте" пишет следующее - "Никогда более, немцы не несли столь тяжёлых потерь в воздухе на советско-германском фронте". Однако в другой своей работе, Хазанов приводит данные о безвозвратных потерях люфтваффе в воздухе, только в районе Курской дуги в первый день немецкого наступления - 67 самолётов, без учёта некоторых частей (за отсутствием документации) и без учёта потерь на других участках СГФ. Также в одной из немецких работ, кратко упоминается о потерях Sonderkommando Falke III при ночном налёте на советский плацдарм на Одере лёгкой штурмовой авиации в марте 1945 года, когда было потеряно 82 Bu" 181, а вернувшиеся на аэродром 39 самолётов имели повреждения, после чего часть была расформирована. Вместе с дневными потерями, эти потери (при условии их документального подтверждения) сопоставимы с потерями 22 июня 1941 года и первыми днями боёв на Курской дуге. Кроме этого, по косвенным данным потери понесённые 23 июня 1941 года, были не меньше потерь первого дня войны. Поэтому утверждение Хазанова не совсем верно, правильней было заявить, что 22 июня 1941 года, входит в ОДИН из НЕСКОЛЬКИХ ДНЕЙ на СГФ, когда были понесены самые высокие потери в воздухе.

  
   23 июня в районе Вильно (по другим данным в районе г. Лида) был сбит зенитным огнём и погиб командир 4./JG 27 обер-лейтенант Вильгельм Вейзингер (oblt. W.Wiesinger), имевший на счету 10 самолётов "сбитых" на западном фронте. В одном из источников сообщается, что Вейзингер одержал на западе 9 побед, а одну успел записать на свой счёт (или она была записана на его счёт посмертно) уже в боях с советской авиацией. Расхождение, связанное с местом гибели, объясняется тем, что II/JG 27 вела бои над обширным районом, в котором расположены эти два крупных города.
   В этот же день в районе Кедайняй над территорией Литвы, в боях с СБ-2 из состава 9 БАП, огнём бортстрелков был подбит и совершил вынужденную посадку в 200км за линией фронта Bf 109F-2 (w/n 9207), который пилотировал командир 9./JG 54 обер-лейтенант Ханс-Эккерхардт Боб (oblt. H.-E.Bob). В ходе т.н. битвы за Англию и в Югославии, он "сбил" 21 самолёт и 7.3.1941 г. был награждён RK. Считается, что в этом бою Боб одержал 22 победу, сбив один бомбардировщик. 27 июня Боб вышел к наступающим порядкам 1 танковой дивизии и смог вернуться в часть. В некоторых работах говорится о том, что он вернулся в часть на следующий день, что совершенно нереально, учитывая расстояние и темпы среднесуточного продвижения немецких войск.
   В районе Граево, также на прибалтийском направлении, в воздушном бою был подбит, и при вынужденной посадке разбил самолёт командир 7./JG 53 обер-лейтенант Хейнц Альтендорф (oblt. H.Altendorf), однако сам лётчик не пострадал.

   Потери немецкой авиации за 23 июня 1941 года, в открытых источниках не публиковались, но по некоторым косвенным данным, они были не меньше потерь первого дня войны. Например, один из источников сообщает, что за первые два дня войны, потери JG3 составили 16 самолётов. Если потери JG 3 за 22 июня составили 5 "мессеров", то, следовательно, за 23 июня, потери эскадры были вдвое больше - 11 машин. Потери JG 54 за 23 июня составили 4 полностью потерянных "мессера", в то время как накануне, был, возможно, безвозвратно потерян только один истребитель. Общие потери тяжёлых истребителей Bf 110 за 23 июня (9 машин) были меньше, чем в первый день войны (14 машин), однако безвозвратные потери из них составили 7 самолётов, что на одну единицу больше. Так же как и накануне, были безвозвратно потеряны два пикирующих бомбардировщика, а JG77 потеряла одного погибшего лётчика, как и 22 июня. Нет оснований считать, что потери других частей существенно снизились, поэтому можно сделать вывод о том, что потери 23 июня были если не больше, то, во всяком случае, равными потерям первого дня войны.
   Тяжёлые потери, понесённые немецкими бомбардировочными частями, в послевоенных мемуарных байках частично переложили на "свой огонь" - не всем же разбиваться из-за "отказа двигателя", вдруг кто-то усомнится в такой частоте? Так, над Восточной Пруссией, якобы истребителями JG 54 "по ошибке" были сбиты 4 He-111 из состава KG 55 и один Ju-88 из состава KG 53. Не приходится сомневаться, что эти победы принадлежат советским истребителям. К тому же в боевых отчётах всех трёх эскадр, об этом инциденте почему-то не упомянуто.
   Не избежала потерь 23 июня и румынская авиация. Во время налёта на аэродром Болграда, двенадцать He-112B-2 из Gr.5 V^an вступили в бой с семью И-153 из состава 249 ИАП. Командир полка к-н П.К.Козаченко сбил один "хейнкель", его пилот спасся на парашюте и был взят в плен.
   24 июня восточнее г.Пружаны Брестской области, в бою с СБ-2 из состава 13 БАД был сбит Bf 109F-2 (w/n 6722), в котором погиб командир I/JG 53 обер-лейтенант Вилфрид Балфанц (oblt. W.Balfanz), имевший на счёту 10 "сбитых" самолётов, один из которых (по немецким данным Пе-2) он сбил в своём последнем бою, но погиб от огня бортстрелка другого бомбардировщика. Почему-то несмотря на "весьма строгую" немецкую систему учёта сбитых самолётов, все "сбитые" погибшими немецкими лётчиками в своих последних боях самолёты, всегда зачислялись на их официальный счёт, даже при отсутствии личной заявки на одержанную победу - да и откуда ей взяться, если пилот погиб или попал в плен?
   В ответ на немецкие бомбардировки советских городов, советская авиация также начала ответные налёты на немецкие и румынские военные и гражданские объекты, вступая в бои с вражескими истребителями. Один из первых налётов состоялся 23 июня на румынский порт Констанца, однако серьёзного ущерба нанести ему не удалось, лишь в результате прямого бомбового попадания, на немецкой зенитной батареи 4./Flak.254 погибли 5 солдат. В самом городе были разрушены здания почты и телеграфа, в результате чего была прервана связь с Бухарестом. Также бомбардировке подвергся порт Сулина, где были взорваны склады боеприпасов, подожжены хлопковое и нефтяное хранилища. В обоих городах погибло 48 человек, в основном немецкие и румынские военнослужащие. Налёт на аэродром Мамайя 24 июня был также эффективным. На лётном поле были уничтожены три Bf 109F-4 из состава III/JG 52, ещё несколько самолётов получили повреждения. На земле погиб обер-фельдфебель Б.Браун, а фельдфебель О.Рейнхардт был ранен. Также получил тяжёлое ранение командир румынского морского авиаотряда капитан Майетик. В воздушном бою, оборонительным огнём стрелков советских бомбардировщиков был сбит обер-фельдфебель А.Вальтер (obfw. A.Walter) из состава 8./JG 52, который спасся на парашюте и был спасён в море румынским гидросамолётом. Два румынских He-112B-2 из состава Gr.5 V^an столкнулись на аэродроме "во время рулёжки" и были списаны из-за полученных повреждений. Это столкновение произошло в результате советского налёта, вследствие попадания бомб в лётное поле и всеобщей суматохи, но в немецких и румынских документах, эти потери вопреки логике считаются "небоевыми". Истребители из состава III/JG 52 при отражении налёта "сбили" 12 самолётов, румынские истребители "сбили" ещё 4 самолёта, и на два "сбитых" претендовали немецкие зенитчики. При этом реальные потери советских бомбардировщиков составили 10 машин.
   Над аэродромом Бельцы, лётчики III/JG 77 сбили по их докладам 6 советских истребителей и ещё 28 уничтожили на земле совместно с бомбардировщиками из состава KG 27. В действительности, советские потери составили 2 МиГа из состава 55 ИАП сбитых воздушном бою, и три самолёта потерянных на земле. Следовательно победы немцев в воздухе завышены в три раза, а победы на земле завышены в 9 раз.
   Рассказывая о "великих" победах над советскими бомбардировщиками, которые шли в бой без истребительного прикрытия, по причине частичной дезорганизации и больших потерь в результате вероломного нападения, немецкие авторы "набрали в рот воды" в случаях подобных потерь собственной авиации в условиях хорошо организованного вторжения. При налёте на Минск группы пикирующих бомбардировщиков из состава StG 1 и StG 2 в отсутствии истребительного прикрытия, советскими истребителями из состава 43 ИАД были сбиты 7 Ju-87, ещё два повреждённых пикировщика были добиты уже над Волковыском. Спаслись лишь три экипажа (в т.ч. экипаж командира III/StG 2), двенадцать лётчиков и бортстрелков погибли и пропали без вести, в том числе два командира отрядов. Потери тяжёлых истребителей Bf 110 за 24 июня составили 4 машины, в том числе три из них были потеряны безвозвратно.
   На 24 июня приходится и первая потеря старшего командного состава Германии, и в частности из ведомства люфтваффе. В районе Линово-Барановичи при налёте советской авиации на командный пункт 2 танковой группы (армии), погиб командующий авиацией этой группы, полковник Карл фон Герлах (obst. K.v.Gerlach). Посмертно ему было присвоено звание генерал-майор. Возможно, что этот день мог бы стать и последним для командующего самой армии генерал-полковника Хайнца Гудериана, но он находился в порядках своих наступающих войск.
   Утром 25 июня на аэродромы в районе Гродно, вместе с III/JG 53 перебазировалась JG 27, где почти сразу эти части подверглись налётам советской авиации. Согласно немецким мемуарам и официальным сводкам, в течении дня истребители и зенитчики сбили 53 советских бомбардировщика. Видимо с этого периода, аппетиты немцев в истребительных частях, массово стали расти, соответственно полученным пропагандистким установкам о спортивном "сафари" в варварской стране, на диком востоке. Четыре "сбитых" записал на свой счёт лейтенант Г.Шрам (lt. G.Schram) из состава III/JG 53, а лейтенант Г.Лангаке (lt. G.Langake) из состава II/JG 27, сбил сразу 7 советских самолётов! Именно эти пилоты, первыми положили начало "спортивным" докладам в войне на востоке. Собственные потери составили 6 самолётов, при этом половина из них, была вызвана якобы "авариями". Один Bf-109F-2 (w/n 12610) был сбит огнём бортовых стрелков СБ-2, лейтенант Рудольф Мюллер (lt. R.Mu"ller) спасся и вернулся в часть, ещё два "мессера" столкнулись при взлёте и полностью сгорели, однако конечно не говорится, что это произошло в результате бомбёжки, из-за повреждений полосы, общей суматохи или близкого бомбового попадания. При этом "столкновении" получил ранение командир III/JG 53 капитан В.Д.Вильке (hptm. W.-D.Wilke). Реальные потери советской авиации, были ниже заявленных немецких побед примерно в два раза, а побед экспертов в три раза.
   В районе Выгоновского озера (Wygonowski-See), был сбит в воздушном бою лейтенант Вальтер Кригер (lt. W.Krieger) из состава JG 51, на счету которого было 6 побед.
   После нанесения серии советских авиаударов по финским аэродромам 25 июня, в войну против СССР официально вступила Финляндия, имевшая несколько истребительных частей (около 160 самолётов), и большое количество лётчиков c боевым опытым советско-финской войны 1939-1940 гг., среди которых было до двух десятков человек, ставших асами в ходе этой войны. Вместе с финнами в полном масштабе начали действовать и немецкие части из авиасоединения "Киркинес", базировавшиеся на финских и норвежских аэродромах, самолёты которых уже несколько дней совершали разведывательные полёты над территорией СССР. Ещё накануне была одержана первая победа советских ВВС в небе Заполярья. Командир эскадрильи 72 САП ВВС СФ, будущий прославленный лётчик-ас ст.л-т Б.Ф.Сафонов лично сбил Ju-88A-5 (w/n 8173) из состава 6./KG 30, весь экипаж которого погиб.
   При налёте восьми ДБ-3 из состава ВВС КБФ на Мемель, были разрушены несколько зданий, химический комбинат, электростанция, город остался без электричества и водоснабжения, погибли 23 человека. Это был первый удар советских ВВС по территории Германии в Великой Отечественной войне.
   В боях с советской авиацией, продолжавшей совершать налёты на Румынию, немцы и румыны засчитали себе 10 "сбитых" самолётов, при том, что реально был сбит только один бомбардировщик. Румыны также потеряли сбитым один гидросамолёт SM-62 из состава 102 эскадрильи морской авиации, экипаж которого был спасён немецким гидросамолётом. В противовес этим реальным данным, западные и отечественные "шоу-историки" продолжают впихивать обывателям "правду" из воспоминаний, например Эдвина "Пауля" Россмана (uffz. E.Rossman), в те дни унтер-офицера из состава III/JG 52 - "Они летели на Констанцу. Нас было четверо. Я сбил двоих во время своей первой атаки, а мой ведомый одного. В следующей атаке я сбил ещё два бомбардировщика. Это была истинная резня..." Кроме самого Россмана, за 24-25 июня над Констанцей "сбили" по одному самолёты "величайшие" впоследствии асы Ралль, Шаде и Коппен. Не стоит удивляться, что их итоговый счёт к концу войны, едва не достиг пятисот "сбитых" самолётов.
   Немецкие потери 25 июня не обошли стороной и асов-истребителей. В воздушном бою над Украиной был сбит и погиб лейтенант Хорст Будденхагген (lt. H.Buddenhagen) из состава JG 3, имевший на счету восемь "сбитых" самолётов, а в районе Белостока огнём с земли был тяжело ранен командир I/ZG 26 капитан Херберт Камински (hptm. H.Kaminski), "сбивший" 4 самолёта на западном фронте, и прибавивший к ним два самолёта, сбитых в первые дни войны с Советским Союзом. После излечения, на восточный фронт он ненадолго вернулся только через 11 месяцев.

   На фоне завышенных данных о победах, немцы всячески ретушировали свои потери, списывая их на что угодно, только не на воздействие противника, а также занижая лукавой статистикой. Например в официальной хронике JG54 сообщается, что за первые четыре дня войны, лётчики эскадры выполнили 593 вылета, считали уничтоженными 250 советских самолётов, потеряв безвозвратно только пять Bf-109F-2. То есть, на один свой потерянный самолёт приходится пять советских, и 120 вылетов на одну свою потерю. Подобная, с позволения сказать "статистика", действительно серьёзно поколебала нетвёрдые по причине запущенного антисоветизма умы Астафьева, Радзинского, Соколова и других деятелей от "шоу-истории", которые проглотив подобные затхлые байки из сводок геббельсовского "информбюро", стали вопить о том, что их с народом лишали настоящей (?!) "правды о войне". По поводу же потерь JG54 можно сказать, что действительно за 22-25 июня было безвозвратно потеряно пять истребителей, однако списано было возможно на две единицы больше (степень повреждений 50%), кроме того ещё пять "мессеров" получили повреждения менее 50 процентов и требовали ремонта. Реальные победы эскадры в воздухе, могут составлять максимум до 50 сбитых и подбитых советских самолётов.

   Получить некоторое представление о завышенном числе побед на счетах немецких асов в первые недели войны, можно по боям на южном участке фронта, где по донесениям лётчиков было сбито 10 СБ-2 и пять ДБ-3, из которых сразу 8 СБ были зачислены командиру одного из отрядов II/JG 77 обер-лейтенанту Вальтеру Хёкнеру (oblt. W.Ho"ckner). Не всегда упоминается, что в этом бою оборонительным огнём бортстрелков, были сбиты также два немецких истребителя, их пилоты пропали без вести, то есть фактически погибли. Согласно советским документам, за день было потеряно 6 бомбардировщиков.

   При анализе побед, заявленных в этот период лётчиками JG3, можно сделать вывод, что фактические их победы подтверждаются максимум на 60 процентов, а число самолётов и другой техники "уничтоженной" на земле завышено минимум в 5 раз, по сравнению с реальным количеством уничтоженной и повреждённой советской техники. При этом немецкие потери были намного тяжелее тех, что описаны в послевоенных мемуарах и западных работах. Например, за первые четыре дня боёв, потери SKG 210 составили 13 безвозвратно потерянных истребителей-бомбардировщиков, ещё 12 самолётов были повреждены, погибло и пропало без вести 16 членов экипажей. Потери в основном были вызваны зенитным огнём. Только за 25 июня в эскадре было потеряно 4 самолёта, в т.ч. три из них безвозвратно, а всего за день, немецкая авиация лишилась восьми Bf-110, из которых только один подлежал ремонту, погибли 7 членов экипажей.
   26 июня в районе Двинска оборонительным огнём стрелков ДБ-3 был подбит Bf-109F-2 из состава III/JG 54 (lt. M.-H.Ostermann). Имевший на своём счету 12 "сбитых" самолётов, лейтенант Макс-Хельмут Остерманн был ранен и совершил вынужденную посадку. Это была его первая неудача на восточном фронте. Впоследствии он будет ещё несколько раз будет сбит, станет кавалером RK, и к моменту своей гибели одержит 102 официальные победы, то есть согласно немецкой пропаганде, непременно "собьёт" 102 самолёта.

   В воздушных боях над Украиной получили повреждения семь "мессершмитов" из состава JG3, тяжёлое ранение получил лейтенант Людвиг Хафнер, "сбивший" в этих боях свой первый самолёт, из 52 к концу своей карьеры. Два истребителя эскадры не подлежали восстановлению, и были списаны от полученных повреждений, но об этом факте послевоенные работы конечно же умалчивают. Кроме этих потерь, по немецким данным, один истребитель "столкнулся" в вылете со связным самолётом, при этом погиб командир II/JG 3, кавалер RK, капитан Лотар Келлер (hptm. L.Keller), на счету которого было 23 "сбитых" самолёта, три из которых он "сбил" ещё в Испании.
   Ещё несколько потерь немецких истребителей за 26 июня пришлось на командный состав, но к несчастью для советской стороны, эти потери обошлись без жертв со стороны лётчиков, что можно объяснить опытностью пилотов и везением. Зенитным огнём в районе Слонима был подбит и совершил вынужденную посадку командир JG 53 майор Гюнтер фон Малтцан (major G.v.Maltzahn), в районе Борисова за линией фронта был сбит зенитным огнём, но сумел вернуться в часть капитан Эрих Войтке (hptm. E.Woitke). Майор Малтцан имел на счету 22 самолёта, из которых 17 он "сбил" на западном фронте, и ещё 30.12.1940 г. был награждён RK. На фоне этих боевых потерь со спасением лётчиков в ожесточённых боях, довольно странно выглядят потери командного состава в "авариях" и "катастрофах", окончившихся гибелью и тяжёлыми увечьями для пилотов. Поэтому якобы небоевая потеря к-на Келлера в день, когда его группа в ожесточённых боях понесла существенные потери, не вызывает ни малейшего доверия, при том, что лукавость немецкой боевой статистики уже давно не требует доказательств. По всей видимости, Келлер не просто "столкнулся" в каком-то отвлечённом вылете со связным самолётом, а совершил столкновение на потерявшей управление подбитой машине, или же в результате ранения (а возможно и того и другого) при возвращении из боя на свой аэродром.

   Советские бомбардировщики продолжили налёты на финские военные объекты, и ценой потери всего одной машины, полностью вывели из строя аэродром Турку - по финским данным около 40 попаданий в лётное поле. Находившаяся на нём авиация была вынуждена перебазироваться на другой аэродром. Признавая, что аэродром Турку был "непригоден для дальнейшего использования", финны сообщают лишь о двух "незначительно повреждённых" самолётах.
   При отражении новых налётов на Констанцу, немецкие истребители и зенитчики засчитали себе 14 "сбитых" советских самолётов (13/1), командующий немецкой миссии сообщал в донесении даже о 17 самолётах, сбитых только истребителями JG 52, при том, что реальные потери советской авиации составили 4 сбитых бомбардировщика. Оборонительным огнём стрелков был подбит штаб-фельдфебель Йозеф Кляйн (stfw. J.Klein) из состава 9./JG 52. В результате авианалёта и обстрела лидеров "Харьков" и "Москва", серьёзно пострадал порт. Кроме Констанцы, бомбовые удары были нанесены в этот день по Бухаресту и Плоешти. Интенсивность боёв в небе Румынии характеризуется тем, что к исходу 26 июня была выведена из строя половина самолётов III/JG 52, большая часть которых получила боевые повреждения.

   В этот же день, войну Советскому Союзу объявила Венгрия, использовав как повод, провокацию румынской авиации. Три румынских самолёта PZL P.37B Los' из состава Gr.4 Bomb., подвергли бомбардировке жилые районы и воинские казармы в г. Кашша (Кошице), в котором были найдены неразорвавшиеся бомбы с якобы советской маркировкой. Погибло 32 человека (в т.ч. 7 мирных жителей), ещё 280 человек получили ранения. Также несколько самолётов (вероятно истребители) подвергли обстрелу скорый поезд N1701, в результате чего погибли трое, и были ранены шесть пассажиров. Провокация, организованная спецслужбами Германии с поддержкой некоторых представителей венгерского Генерального Штаба, полностью удалась - Венгрия объявила войну СССР. В составе венгерских ВВС было несколько истребительных частей, и небольшое количество опытных лётчиков, имевших боевой опыт, приобретённый при вторжении в Югославию, и в пограничных конфликтах с Румынией и Словакией. Для войны на восточном фронте было выделено около 20 истребителей "Фиат" CR.42 итальянского производства, в двух (2/3. V.Szd. и 2/4. V.Szd.) эскадрильях. Общая численность венгерской авиации выделенной для войны с Советским Союзом, составляла около сотни различных самолётов.
   Истребители JG77 в отсутствии "громких" успехов, 26 июня заявили о 47 "сбитых" советских самолётах, из которых лишь не более 10 реально сбитых и повреждённых машин подтверждаются советскими документами. По всей видимости, в отличие от других частей, где приписки на начальном этапе войны являлись следствием особенностями воздушного боя, командование и сами лётчики 77 эскадры намеренно завышали свои победы, чтобы не отстать от своих более успешных коллег на других участках фронта, и не вызвать гнев высокого начальства. Впоследствии, метод JG77 успешно переняли все остальные немецкие истребительные части.
   27 июня в районе Вильно, был сбит в воздушном бою и пропал без вести (фактически погиб) обер-фельдфебель Ханс Умбах (obfw. H.Umbah) из состава JG 27, успевший заявить 5 "сбитых" самолётов на советском фронте. Ещё один рядовой лётчик эскадры погиб в воздушном бою в районе Минска.
   В районе Мемеля в воздушном бою был сбит Bf-109F-2 (w/n 12784), в котором погиб командир 1./JG 54 обер-лейтенант Адольф Кинцингер (oblt. A.Kinzinger). Несмотря на довольно большую опытность и должность, стать асом он так и не успел.
   В районе Молодечно, был сбит в воздушном бою фельдфебель Зауэр (fw. Sauer) из состава JG 53, который через несколько дней вернулся в часть из-за линии фронта, и за две последующие недели, согласно немецким документам смог стать асом. Потери за шесть дней боёв составили 14 полностью потерянных Bf-109F-2, ещё 33 самолёта получили различные повреждения, в 19 случаях из них, достаточно серьёзные. За эти дни погибли два командира групп, один получил ранение.
   Каждый день продолжали нести потери румынские истребители. В бою над Измаилом, л-т М.С.Максимов на И-153 из состава 96 ОАЭ сбил два He-112B-2 из состава Gr.5 V^an., один румынский лётчик погиб, второй был ранен. В бою с истребителями И-16 был также сбит истребитель IAR-80 из состава Gr.8 V^an., его пилот погиб. На следующий день, при налёте на Измаил, зенитным огнём (по румынским источникам) был сбит ещё один He-112B-2 из состава Gr.5 V^an., его пилот также погиб, в бою с И-16 был подбит другой "хейнкель", его пилот смог совершить вынужденную посадку на фюзеляж.
   Первые потери 27 июня понесли венгерские истребители. Было потеряно сразу три CR.42 из состава 2/4. V.Szd., хотя конечно утверждается, что это произошло в результате "плохой погоды", один лётчик погиб, ещё один получил тяжёлое ранение. В то же время "плохая погода" не помешала одержать первую победу в войне, когда один из истребителей 3/4 V.Szd., оторвавшись от группы, "совершенно случайно" наткнулся на советский разведчик и сбил его. Без лишних свидетелей, это было более "достоверно". Победитель сам совершил вынужденную посадку "из-за выработки горючего", и перелетел на свой аэродром только через неделю, после доставки топлива (и возможно устранения боевых повреждений). Также при совместной с бомбардировщиками атак советских войск и пограничных застав, огнём с земли был сбит CR.42 (V.217), из этой же части. Лётчик остался жив и через 16 (?!) суток вернулся в часть. Вполне возможно, что этот срок включает в себя не только возвращение из-за линии фронта, но нахождение в госпитале.
   К исходу 28 июня, то есть за первую неделю боёв, в III/JG 3 вышло из строя 14 самолётов из 34 имевшихся в исправном состоянии в начале вторжения. Общие потери германской авиации по официальным данным, составили 280 безвозвратно потерянных самолётов, ещё 165 машин получили повреждения, теоретически подлежащих ремонту, что составило 13 процентов, от количества всей немецкой авиагруппировки. Даже из этих заниженных данных следует, что средние ежедневные потери в период 24-28 июня, стабильно достигали 25 выведенных из строя машин, и тенденции к снижению потерь не наблюдалось. В реальности, потери были даже выше, и достигали не менее 30 полностью потерянных самолётов ежесуточно. Но эйфория первоначальных успехов, затмила беспокойство отдельных штабистов. Общая обстановка на фронте внушала оптимизм, и тяжелейшие потери пока не вызывали тревоги.
   29 июня снова был подбит и совершил вынужденную посадку на фюзеляж на аэродроме Бобруйска, командир JG 53 майор Малтцан, но и на этот раз он не пострадал. Несмотря на то, что его Bf-109F-2 (w/n 8311) был подбит в воздушном бою, оборонительным огнём советского бомбардировщика, сам Малтцан конечно же "считал" что стал жертвой зениток.
   На самом северном участке фронта, зенитным огнём советского сторожевого корабля, в первом же боевом вылете был сбит Bf-109E (w/n 5164) командира только что созданной IV/JG77 капитана Альфреда фон Лоевски (hptm. A.v.Lojewsky), одержавшего 20 побед на западном фронте и 2 в Испании. Спустя трое суток, не сумев выйти к немецким войскам, и едва не погибнув в тундре, Лоевски сдался в плен советским бойцам.
   Тяжёлые потери понесла JG27 при налёте бомбардировщиков 2-го авиакорпуса Дальнего Действия на аэродром Вильно. Было уничтожено и повреждено около 30 самолётов (почти вся материальная часть II/JG 27), а также четыре Bf-110E-1 из состава II/ZG 26, перебазировавшейся на аэродром накануне. Погибли два человека из числа наземного персонала 27 эскадры. С потерями за неделю, число выбывших из строя самолётов JG 27 составило 47 единиц, потери ZG 26 достигли 13 машин, в т.ч. 11 потерянных безвозвратно. В этот же день в районе Старой Руссы, SKG 210 потеряла в воздушных боях два самолёта (один из них был списан после аварийной посадки), погиб командир второго отряда эскадры.
   Северо-восточнее Двинска в воздушных боях были подбиты два "мессера" из состава JG54, пилоты не пострадали. Один Bf-109F-2 (w/n 8929), который пилотировал обер-фельдфебель Макс Штоц, был повреждён довольно серьёзно (50 % по немецкой классификации), второй Bf-109F-2 который пилотировал фельдфебель Кемпф, был повреждён незначительно. Оба лётчика впоследствии стали известными асами и удостоились RK, но восточный фронт также стал и концом их карьеры в войне.
   30 июня большие потери понесли JG51 и JG54. В районе Бобруйска JG51 потеряла 6 истребителей, сбитых в воздушных боях. Погиб унтер-офицер Хельмут Юргенс (uffz. H.Jurgens), имевший на счету 13 (по другим данным 12) "сбитых" самолётов, из которых 11 он успел "сбить" на восточном фронте. Ещё один лётчик получил ранение. Вынужденную посадку за линией фронта совершил ефрейтор Бюкер, но избежав гибели и плена, смог вернуться в часть. В одной из своих работ, немецкий историк Х.Новарра пишет только об этой "единственной" потере эскадры за день. Лётчики JG 51 заявили в этот день 113 "сбитых" самолётов. Командир эскадры подполковник В.Мёльдерс (obstlt. W.Mo"elders), капитан Х.-Ф.Йоппинен (hptm. H.-F.Joppinen) и лейтенант Х.Баер (lt. H.Baer) увеличили свои счета на пять побед каждый. Реальные советские потери в полосе Западного фронта составили 82 самолёта, из которых несколько машин были сбиты зенитчиками и потерпели аварии, поэтому немецкие заявки на сбитые и подбитые советские самолёты подтверждаются на 60 процентов. Счета асов нуждаются в двойном сокращении, можно предположить, что вышеупомянутые лётчики сбили и подбили в этот день по 2-3 самолёта максимум, причём возможно, в поражении этих машин участвовали и другие пилоты.
   В районе Двинска, в боях с советскими самолётами, бомбившими немецкие переправы через Западную Двину, JG 54 потеряла пять истребителей безвозвратно, ещё три машины получили повреждения, погибли двое рядовых лётчиков. Немцы со своей стороны приводят данные о двух "сбитых" и шести "повреждённых" самолётах, не уточняя, что три из "повреждённых" были списаны после вынужденных посадок. Четыре "мессера" были сбиты оборонительным огнём стрелков ДБ-3 из состава 1 МТАП ВВС КБФ. Один из подбитых ДБ-3 (экипаж - мл.л-т П.С.Игашов, мл.л-т Д.Г.Парфёнов, мл.л-т А.М.Хохлачёв, краснофлотец В.Л.Новиков) таранил Bf-109F-2, и по советским данным, совершил после этого "огненный таран" немецкой колонны. Не ставший асом немецкий лётчик (ofw. Kiening или fhr. Waschel) и советский экипаж погибли. В 1995 году мл.л-т П.С.Игашов и его экипаж были удостоены званий "Герой России" (посмертно). Возникает подозрение, что если бы погибшие герои узнали, почему и кем им присвоено подобное звание, то они бы направили свой бомбардировщик на Кремль.
Сбитые над Двинском обер-лейтенант Мютерих и лейтенант Малаперт на этот раз избежали гибели, и впоследствии стали известными асами, но всё равно нашли свой конец на восточном фронте. Всего в этот день, пилоты II и III/JG 54 заявили, что одержали 65 побед, то есть по немецкой терминологии непременно сбитых-уничтоженных самолётов, ещё на несколько самолётов претендовали зенитчики. Фактически было сбито 17 ДБ-3 (1 и 57 МТАП) и 16 СБ-2 (73 БАП) из состава ВВС КБФ, ещё около 20 самолётов получили повреждения, три СБ-2 потеряла фронтовая авиация. Подавляющее число пилотов сбитых советских машин вообще не имели боевого опыта, в то время как из числа 11 лётчиков прошедших "финскую" войну, погиб только один командир эскадрильи.
Победы немцев подтверждаются на 90 процентов, и это очень редкий случай, когда немецкие заявки почти соответствуют действительности, хотя и здесь необходимо делать поправку на повреждённые самолёты, числящиеся у немцев как "сбитые". Некоторые "победы" не поддаются объяснениям, например известнейший в будущем ас, унтер-офицер Отто Киттель, имевший на тот момент два "сбитых" самолёта, заявил, что сбил пару Ил-2 и атаковал Як-1, которые вообще не принимали участие в налётах. И если с некоторой натяжкой можно допустить, что Киттель спутал одномоторный Ил-2 с двухмоторным СБ-2, то с каким типом самолётов, он спутал Як-1 и ЛаГГ-3 ? Большие потери ДБ-3 и СБ-2 были вызваны именно отсутствием истребительного прикрытия. К моменту своей гибели на восточном фронте в 1945 году, Киттель "собьёт" 267 советских самолётов, три четверти которых относится к подобным "победам".

   В период с 25 по 30 июня, финские истребители заявили о 34 "сбитых" советских бомбардировщиках, из которых подтверждается очень высокий процент (более 80 %), учитывая и самолёты сбитые зенитным огнём. Советская бомбардировочная авиация в налётах на финские военные объекты понесла тяжёлые потери, нанеся совершенно неадекватный ущерб противнику. Это объясняется ошибками командования в планировании операции, и отчасти невероятным везением двух финских эскадрилий, совершенно случайно избежавших полного разгрома на аэродромах. За 6 дней операции, финские потери на аэродромах по официальным данным составили 1 уничтоженный учебный самолёт и 14 легко повреждённых боевых самолётов, ещё одна машина (трофейный СБ-2) "находилась в ремонте" более года. Можно утверждать, что она вероятно была разобрана на запчасти или списана. Есть все основания считать, что эти данные о потерях финской авиации в результате советских налётов несколько занижены. Например известно, что 28 июня в воздушном бою был повреждён Bruwster-239 из состава LLv/30, другой самолёт из этой же части разбился при вынужденной посадке. Ещё несколько истребителей получили 25 июня лёгкие повреждения в воздушных боях. В "поп-исторических" финских работах продолжают писать только о двух "незначительно повреждённых" самолётах в результате этих боёв, и эти работы переводятся для российских читателей, без уточнений современных исследователей. Также были понесены некоторые потери военных и гражданских служб, погибли и получили ранения около 50 человек из числа гражданского населения. Эти потери ясно показали финнам, что попытка реванша за "зимнюю" войну, будет стоить больших жертв.
   До конца июня JG 51 полностью потеряла 34 "мессершмита", но при этом якобы потери лётчиков, по официальным данным составили двое погибших и один пропавший без вести. В действительности, согласно списка потерь личного состава эскадры, потери лётчиков составили троих погибших и одного пропавшего без вести, в их числе двое асов (Кригер и Юргенс), и двое "качмареков" (новичок, "желторотик"), не имевших на счету ни одной победы. Всего за 9 дней июня, германская авиация безвозвратно лишилась около 500 самолётов, до 350 машин получили различные повреждения, и теоретически могли быть отремонтированы. Количество истребителей из этого числа составило примерно треть - 160 уничтоженных и 120 повреждённых машин. Из числа командного состава всей авиации Германии и Румынии, безвозвратно выбыли из строя 1 командующий авиацией танковой армии, 1 командир эскадры, 8 командиров групп и 10 командиров отрядов.

   С начала июля, в боях на восточном фронте начала участвовать словацкая авиация, в т.ч. 25 истребителей Avia B-534 в составе двух (12 и 13) эскадрилий.
   Помимо потерь убитыми и пленными, из строя навсегда выбывали лётчики, получившие тяжёлые ранения, не позволявшие им в дальнейшем участвовать в боях. В воздушном бою 2 июля был сбит унтер-офицер Лайфельдт (uffz. Laifeldt) из состава JG 53, который несколько дней числился пропавшим без вести, скрываясь на советской территории. После занятия района немецкими войсками, тяжело раненого лётчика нашли и отправили в госпиталь, но последствия ранения не позволили ему вернуться на фронт до конца войны, и возможно стать одним из известных асов.
   При налёте на аэродром Болгарийка, зенитным огнём был сбит He-112B-2 из состава Gr.5 V^an., его лётчик погиб, второй He-112B-2 был подбит советскими истребителями и совершил вынужденную посадку на советской территории. Его лётчик был убит при попытке скрыться, а легко повреждённый истребитель был эвакуирован в тыл, отремонтирован и испытан для изучения лётно-технических характеристик немецкой техники. По румынским данным, оба самолёта были сбиты зенитным огнём.
   В течение 3 июля румынские истребители "уничтожили" 48 советских самолётов, в т.ч. 8 "сбили" в воздушных боях. Реальные советские потери в этот день составили не более 20 полностью потерянных и повреждённых самолётов, и это при том, что ещё на полсотни "сбитых и уничтоженных на земле" также претендовала немецкая авиация! В то же время, только румынская авиация потеряла за день 11 реально сбитых самолётов.
   В воздушном бою над Прибалтикой, был сбит и погиб лейтенант Карл Витцель (lt. K.Witzel) из состава JG 27, на счету которого было 9 "сбитых" самолётов, три из которых он "сбил" на западном фронте.
   Продолжали оставаться высокими и потери других родов авиации. За три дня июля только StG 1 безвозвратно потеряла 7 самолётов, один был тяжело повреждён, при этом погиб командир одного из отрядов, и буквально чудом уцелел командир третьей группы.
   4 июля в воздушном бою в районе Бобруйска получил ранение командир I/JG 51 капитан Йоппинен. В этих же боях, при вынужденной посадке разбил подбитый самолёт, но не пострадал лейтенант Херберт Пушманн (lt. H.Puschmann) из этой же группы. Командир 1./JG 51 обер-лейтенант Фридрих Эберле (oblt. F.Eberle) спасся на парашюте, поле того, как его самолёт был протаранен И-16 из состава 160 ИАП, пилот которого, мл.л-т М.Табарадзе погиб. К моменту своей гибели на западном фронте в 1944 году, Пушманн "собьёт" 54 самолёта, а к 4 июля он уже считался официальным асом, "сбив" более десяти советских самолётов, как и Эберле. Не суждено было стать асом лейтенанту Альбрехту фон Гильзе (lt. A.v. und zu Gilsa), который погиб в сбитом самолёте, имея на счёту только две победы.
   Потери JG53 за день составили 5 самолётов, два из которых были потеряны полностью. В районе г. Остров, в воздушном бою был сбит и погиб унтер-офицер Райперт (uffz. Raipert), зенитным огнём по немецким источникам был подбит, и получил ранение новый командир II/JG53 обер-лейтенант Эдуард Шрёдер (oblt. E.Schro"der), который совершил вынужденную посадку. На его счету было более десяти "сбитых" самолётов. Ещё один лётчик был ранен при посадке на подбитом самолёте, и один получил ранение при аварии на взлёте.
   Согласно западным и прочим "поп-историческим" работам, которые теперь дошли и до российского обывателя, при одиночной атаке дюжины СБ-2, финский ас Туоминнен (8 побед) за считанные минуты "сбил" аж 4 советских бомбардировщика. Взятый в плен пилот одного из них, якобы не только пожал Туоминнену руку, и поздравил его с совершённым подвигом, но и поздравил заодно все финские ВВС с наличием таких героев, "которых боятся экипажи советских бомбардировщиков"! Правда в реальности, штабисты три победы асу почему-то не засчитали, но это конечно подаётся в таком ключе, что сколько же ещё побед не засчитано на счета таких асов, из-за штабных крючкотворов?! Прошедшая реальность не имеет почти ничего общего с теми сказками, которые выдаются за "правду" о войне. В этом бою Туоминнен действительно сбил только один бомбардировщик, причём ответным огнём стрелков был подбит и его "Фиат" G.50 (б/н FA-3). Выдумки о рукопожатиях и поздравлениях советского лётчика, оставим на совести финских пропагандистов, сочинивших подобную лабуду на заданную им тему, и западных авторов, переписавших её в свои поп-исторические книжки.
   На утро 5 июля, то есть за 13 дней войны, по неполным (заниженным) данным немецкого историка Х.Новарры, истребительная авиация Германия безвозвратно потеряла 124 самолёта, и 110 машин получили повреждения. Таким образом, потери составляли в среднем по 25 машин ежедневно в период с 24 июня по 4 июля. Однако по более достоверным подсчётам, потери немецких истребителей составляли на тот момент не менее 220 потерянных полностью, и 180 повреждённых самолётов, то есть по 30 машин в сутки. Все потери немецкой авиации составили более 800 самолётов, из строя ежесуточно выбывало более 60 машин. Ожесточённость боёв на земле, и в воздухе возрастала с каждым днём. Июль действительно стал для немцев "месяцем упущенных возможностей", как называли его впоследствии гитлеровские военачальники. Они до конца жизни так и не поняли (во всяком случае публично не признали) ГЛАВНЫЕ причины своего поражения - никем и ничем неистребимые мужество, самопожертвование и воля к Победе советского народа, мудрость и патриотизм руководства армии и государства, ненависть к любым захватчикам, под какую бы личину они не рядились. Но зато лживые генеральские оправдания сокрушительного разгрома нацистского рейха, через полвека подхватили доумки от "шоу-истории" - млечины, соколовы и прочие правдюки. Летом жара, осенью грязь, зимой мороз, "ошибки" Гитлера, "благородный" вермахт, тупоумие и садизм "советов", минимум немецких потерь, горы трупов красноармейцев в каждом бою, злобные комиссары,"не благодаря, а вопреки" и тому подобная чушь, на "ура" подхваченная книжно-киношной неграмотной швалью.
   Включительно на 5 июля, истребительная авиация Германии потеряла 73 человека погибшими и пропавшими без вести, в т.ч. 36 лётчиков Bf-109 и 37 пилотов и стрелков двухмоторных "мессеров".
   6 июля в районе Острова Псковской области, в воздушном бою был подбит Bf-109F-2 (w/n 6788) лейтенанта Эрвина Лейкауфа (lt. Е.Leykauf) из состава JG54, который совершил вынужденную посадку в 25км за линией фронта. Пилот смог вернуться в часть, и впоследствии смог стать достаточно опытным асом, "сбив" 33 самолета на советском фронте.
   Потери всей немецкой авиации за первые две недели войны, вызывали серьёзное беспокойство в среде более-менее трезвомыслящих немецких стратегов. В дневнике начальника германского Генерального Штаба Ф.Гальдера, за 7 июля отмечено - "разведывательные отряды дальнего действия группы армий ЦЕНТР крайне ослаблены, лишь в одном из отрядов имеется три боеспособных самолёта, в остальных отрядах ни одного. Из числа ночных разведывательных самолётов, исправны только два." В группе армий ЦЕНТР действовали дневные отряды 4.(F)/11, 3.(F)/31, 1. и 2.(F)/33, 4.(F)/14, ночные 2. и 4.(F)/(Nahct), в каждом из которых, к началу войны имелось от 12 до 16 самолётов. Таким образом, в этих частях всего за две недели войны, было уничтожено и надолго выведено из строя 95 % всей материальной части!
   7 июля при налёте девяти СБ-2 из состава ВВС СФ на немецкий аэродром Хебуктен в Норвегии, за счёт грамотной организации была достигнута полная внезапность, и вследствии этого удалось полностью избежать потерь. В результате бомбового удара один Bf-110C-4 (w/n 3271)из состава JG77 был уничтожен, ещё один Bf-110E-2 (w/n 3769) из этой же части и Ju-88A-5 из II/KG30 были повреждены. Потери в людях составили 19 погибших, в т.ч. 1 зенитчик, 1 солдат службы наблюдения, 4 солдата аэродромной комендатуры, и 10 человек из наземного персонала авиачастей. Ещё 16 военнослужащих люфтваффе были ранены. Особенно тяжело пострадал технический персонал 1.(F)/124.
   В районе Порхова, в воздушном бою был сбит обер-лейтенант Георг Руланд из 3./JG54, который спасся на парашюте, и несколько суток считался пропавшим без вести, пока не вернулся в часть. Так и не став асом, Руланд всё равно погиб 1 августа, при ночном налёте советской авиации на аэродром. В районе Двинска, также в воздушном бою получил тяжёлое ранение и умер после посадки рядовой лётчик из состава 4./JG54. Все потери эскадры за день составили 7 полностью потерянных и повреждённых самолётов.
   8 июля в бою с советскими истребителями был сбит Bf-109F-1 (w/n 5174) который пилотировал обер-фельдфебель Вальтер Маргштайн (obfw. W.Margstein) из состава II/JG53, имевший на счету 7 "сбитых" советских самолётов. Лётчик попытался спастись с парашютом, но из-за малой высоты тот полностью не раскрылся и Маргштайн погиб.
   При отражении налёта советской авиации на Констанцу, где при бомбёжке погибли 10 работников порта, истребители 7./JG52 "сбили" 6 советских бомбардировщиков, при том, что реально был потерян только один самолёт.
   Западнее Киева, за линией фронта были сбиты три Bf-109-F2 из состава JG3, ещё семь истребителей получили повреждения. Среди подбитых, но не пострадавших лётчиков, были командир штабного звена обер-лейтенант Ф. фон Крамон (oblt. F.v.Kramon), и один из лучших на тот момент асов I/JG3 л-т Д.Ровер (lt. D.Rower), "сбивший" по немецким данным 13 самолётов. На следующий день юго-западнее Киева, в воздушных боях были сбиты ещё три "мессера" из состава эскадры.
   В воздушных боях в полосе наступления группы армий СЕВЕР, было сбито и подбито шесть "мессеров" из состава JG54, пятеро лётчиков получили ранения. В районе Острова был подбит "мессер" обер-лейтенанта Хейнца Ланге (oblt. H.Lange), который совершил вынужденную посадку в расположении своих войск. На тот момент он успел "сбить" более десятка советских самолётов, и считался одним из самых перспективных лётчиков эскадры. Всего в период с 4 по 9 июля в боях над территорией Прибалтики и Псковской области, по всем причинам были потеряны полностью или получили повреждения 27 Bf-109F-2 из состава 54 эскадры, погибло несколько рядовых лётчиков. Наибольшие потери были понесены 7 и 8 июля.
   В воздушных боях 9 июля потери I/JG53 составили три сбитых самолёта. Один лётчик погиб, двое получили ранения.
   Командующий 4 Воздушным Флотом докладывал 10 июля командующему группой армий ЮГ - "В районе Бердичев-Шепетовка-Житомир-Новгород Волынский, новые скоростные истребители противника затрудняют действия воздушного флота. Тоже происходит в районе Тернополя. У нас большие потери лётчиков истребителей, так как русские сражаются отважно. Русские бомбардировщики плотными группами атакуют наши войска, не обращая внимания на сильный огонь зенитной артиллерии. В связи с этим воздушный флот стеснён в своих действиях. Атакуя с утра до вечера колонны и аэродромы противника, мы подвергаемся сильному противодействию советской авиации, весь день отражая атаки их истребителей". Немецкий генерал ещё не знал, что ждёт его части на следующий день после этого доклада.
   11 июля западнее Бердичева, в воздушном бою пропал без вести (фактически погиб) командир 2./JG52 лейтенант Рюба (lt. Ru"ba). Юго-восточнее Бердичева в бою с И-16, ранение в голову получил адъютант (заместитель командира) I/JG53 лейтенант Вольфганг Тонне (lt. W.Tonne), сумевший совершить вынужденную посадку на подбитой машине (Bf-109F-2 w/n 6728). Он уже имел на своём счету десять "сбитых" самолётов, а к концу войны стал одним из лучших асов люфтваффе со счётом в 122 самолёта.
   Также в бою с И-16 был подбит командир JG3 майор Г.Лютцов (major G.Lu"tzow), и, не долетев до аэродрома Полонное, пошёл на вынужденную посадку, при совершении которой разбил совсем новый Bf-109F-2 полученный в счёт восполнения потерь, понесённых эскадрой в предыдущие дни. В бою с СБ-2 был тяжело ранен в грудь капитан Винфрид Шмидт (hptm. W.Schmidt), сменивший на должности погибшего 22 июня командира 8./JG3, но всё же сумевший совершить вынужденную посадку на аэродроме Полонное, благодаря указаниям по радиосвязи, передаваемых летевшим рядом лейтенантом В.Лемке. Ранение оказалось настолько серьёзным, что Шмидт выйдя из госпиталя, по состоянию здоровья в боевых действиях больше не участвовал. К моменту ранения, он успел одержать 19 "подтверждённых" побед и совершить более 150 боевых вылетов.
   В этот же день, в воздушном бою погиб унтер-офицер Хорст Бейер (uffz. H.Beyer), сбивший по официальным немецким данным 8 советских самолётов. К исходу дня в III/JG3, в строю осталось лишь 6 исправных "мессершмитов".
   Всего за 10-11 июля в 4 ВФ (Киевское направление), согласно немецким документам, вышло из строя около 20 истребителей, из которых десять были потеряны безвозвратно. За этот период, по "официальной" статистике потерь 4 ВФ, было безвозвратно потеряно 18 самолётов, погибшими и пропавшими без вести за день, числилось 35 человек из числа лётного состава. Ещё 10 самолётов получили повреждения, шесть человек получили ранения. Из-за линии фронта впоследствии вернулись 13 лётчиков и членов экипажей сбитых самолётов, некоторые из них в течении 7-10 дней, поэтому число безвозвратных потерь лётного состава сократилось до 22 человек. В статистике боевых потерь немцы не учитывали повреждённые самолёты, совершившие вынужденные посадки на своей территории, и которые затем были списаны, а также потери армейской авиации. С учётом этих потерь, на Киевском направлении в течение двух дней было потеряно около 40 самолётов (в т.ч. 25 из них безвозвратно), не менее половины из которых составляли истребители.
   12 июля при налётах советских бомбардировщиков из состава 33 БАП на немецкие колонны западнее Киева, завязались ожесточённые бои с истребителями из состава III/JG3 и I/JG53. Немецкие истребители заявили 37 "сбитых" самолётов, из которых около двадцати подтверждаются советскими документами, причём несколько машин были поражены зенитным огнём. Командир III/JG3 капитан Вальтер Оесау (hptm. W.Oesay), заявил в этот день о семи "сбитых" самолётов. Неудивительно, что к концу войны, его счёт достиг 125 "сбитых". Собственные потери JG3 за 12 июля составили троих погибших лётчиков. Одним из них был командир 4./JG3 обер-лейтенант Карл Фауст (oblt. K.Faust), имевший на счету 14 "сбитых" самолётов. Подбитый в воздушном бою севернее Житомира, он совершил вынужденную посадку в 15 км за линией фронта, и несколько дней числился пропавшим без вести. После того, как труп Фауста был найден, за дело взялись пропагандисты, сочинившие "версию" полностью соответствующую взглядам немецких солдат того времени, но которую до сих пор на полном серьёзе долдонят иные правдюки. Был собран полный набор штампов, своё дело геббельсовские врали знали прекрасно. Конечно, немецкого аса в воздухе могут сбить только свои, по ошибке - "стрелок Ju-88 принял Bf109 за МиГ-3 и открыл огонь".
   "Камрады никогда не бросают своих" - видя, что лётчик совершил вынужденную посадку, к нему был послан спасательный самолёт, но обнаружили только подбитый Bf-109F-2 (w/n 9164).
   "Изверги большевики всегда зачем-то берут в плен, и тут же расстреливают на месте" - передовой танковый дозор в районе Черняхова обнаружил труп Фауста с пулевым ранением - комментарии для антикоммунистов и обывателей-дураков излишни.
   По здравому же рассуждению, не доступному соколовым и правдюкам, Фауст пробираясь к линии фронта, был обнаружен, после чего либо застрелился, либо был убит в перестрелке. А в официальном списке немецких асов перепечатанном в книге М.Зефирова, вообще говорится о том, что Фауст погиб в результате катастрофы!
   Также на Киевском направлении в этот день был подбит воздушном бою командир 7./JG3 обер-лейтенант Курт Сохатци (oblt. K.Sohatzy), "сбивший" на восточном фронте уже более двадцати самолётов. Он совершил вынужденную посадку, но был вывезен из-за линии фронта на высланном к нему "Шторхе" Fi-156. Не пройдёт и месяца, как Сохатци вновь окажется после боя в критической ситуации, но её итог будет для него уже не таким благополучным.
   На центральном участке фронте, в воздушном бою был подбит Bf-109F-2 (w/n 12869) командира JG51, оберст-лейтенанта Вернера Мёльдерса (obstlt. W.Mo"lders), имевшего 98 "подтверждённых" заявок на сбитые самолёты. Однако Мёльдерс дотянул до территории занятой немецкими войсками и совершил вынужденную посадку. Мёльдерс был лучшим на тот момент асом в мире, поэтому подбивший его неизвестный советский истребитель, заслуживает ещё большей славы.
   В этот день, с русским способом ведения боя пришлось познакомится венграм. В воздушном бою, венгерский CR-42 (V.265) из состава 3/4 V.Szd., был протаранен советским И-16. Пилотировавший "Фиат" хаднадь (лейтенант) Фамош (Famos') спасся на парашюте. Необходимо отметить, что многие случаи таранов, в немецких документах представляются как ненамеренные столкновения в ходе боя, часто со "сбитыми" советскими самолётами. Подобную манеру изложения боевых действий, полностью переняли и германские союзники. Поэтому, вышеупомянутый эпизод, трактуется в венгерских источниках как "столкновение в ходе боя".
   13 июля в воздушном бою на смоленском направлении, был сбит и взят в плен лейтенант Р. Фурх (lt. R.Furch) из состава IV/JG51, который имел на счету два "сбитых" советских самолёта. Однако ему посчастливилось бежать, и он смог вернуться в часть. Впоследствии Фурх стал достаточно опытным асом, "сбив" к осени 1942 года (когда он покинул восточный фронт) по официальным данным 27 советских самолётов, из которых около 10 сбитых-повреждённых лично и в группе, подтверждаются советскими документами.
   14 июля в районе г. Быхов, зенитным огнём был сбит и получил ранение обер-лейтенант Херманн Штайгер (oblt. H.Staiger) из состава JG51, который успел "сбить" с начала войны более десяти советских самолётов. Ещё два рядовых лётчика эскадры погибли в воздушных боях в этом же районе.
   На аэродроме Бельцы, при налёте советской авиации были понесены большие потери, и повреждены самолёты из состава I,II/JG 77 и I(J)/LG 2, ранение получил лётчик 77 эскадры. В течение последующего дня, эти группы не смогли принять участие в боевых действиях, что подтверждается отсутствием заявок на сбитые самолёты.
   15 июля в районе Ржева, в бою с И-16 был подбит и совершил вынужденную посадку, командир 53 истребительной эскадры майор Малтцан, "сбивший" с начала войны уже не менее 30 советских самолётов. Удача явно благоволила ему - за три недели боёв, он был подбит уже в третий (по некоторым источникам - в четвёртый) раз, но снова остался в живых, не попал в плен и даже не был ранен. После вывода эскадры с восточного фронта, Малтцан успешно воевал на Западе и закончил войну, имея на счету 69 "сбитых" самолётов.
   "Сбив" 15 июля два самолёта, оберст-лейтенант Вернер Мёльдерс добился 101 победы во Второй Мировой войне, с учётом 14 побед одержанных в Испании, его счёт достиг 115 "сбитых" самолётов. Нет сомнений, что Мёльдерс был одним из лучших лётчиков-истребителей того времени, но в официальном счёте его побед не усомнятся разве только такие невежды, как Гавриил Попов, Лев Дуров и им подобные. Вряд ли реальный счёт Мёльдерса превышал 50 фактических побед (сбитых и повреждённых самолётов), часть из которых к тому же, была одержана совместно с другими лётчиками.
   Получив 16 июля известие, о "сбитых" Мёльдерсом накануне самолётах, Гитлер наградил его Бриллиантами к Рыцарскому Кресту с Дубовыми листьями и Мечами (RK-EL), и командир JG51 стал первым человеком, который был удостоен этой высшей награды рейха. Однако радость эскадры была омрачена тяжёлыми потерями. В районе Гизино, в бою с советскими истребителями был сбит обер-фельдфебель Франц Бартен (obfw. F.Barten), над Ельней оборонительным огнём СБ-2 был сбит лейтенант Хорст Хаазе (lt. H.Haase), зенитным огнём в районе Старого Быхова был сбит командир 5./JG51 обер-лейтенант Ханс Колбов (oblt. H.Kolbow). "Сбившие" соответственно 7 и 8 самолётов, Бартен и Хаазе остались живы, а Колбов погиб при попытке спастись с парашютом на малой высоте. По немецкой версии этих событий, Колбов спускаясь на парашюте, был убит огнём с земли. Командир 5./JG51 имел на счету 27 "сбитых" самолётов, из которых 13 "сбил" на западном фронте, и стал первым немецким лётчиком на восточном фронте, который был награждён RK посмертно.
   Потери в асах не обошли стороной и 53 эскадру. В районе Смоленска, после воздушного боя совершил вынужденную посадку подбитый Bf-109F-2 (w/n 9160). Пилотировавший его фельдфебель Курт Зауэр (fw. K.Sauer), имевший на счету 9 "сбитых" самолётов, в т.ч. 6 советских, попал в плен. По немецкой версии событий, Зауэр совершил вынужденную посадку "из-за неисправности" двигателя. Можно предположить, что эту с позволения сказать "версию", придумали немецкие пропагандисты или сам лётчик, вернувшись из плена после окончания войны. Также огнём бортстрелков ДБ-3, был подбит и вышел из боя "мессер", которым управлял командир 1./JG53 обер-лейтенант Оли. Принявший командование лейтенант Норберт Шеффер "сбил" два бомбардировщика, но сам был подбит и совершил вынужденную посадку. Эти два "сбитых" самолёта, стали первыми и последними победами Шеффера, так как он был взят в плен. Правда остаётся непонятным, как эти "победы" были записаны на его счёт, без личной заявки, при таком "строгом и пунктуальном" немецком учёте. На аэродроме, советская авиация уничтожила ещё два "мессершмитта" из состава II/JG53.
   При прикрытии немецкого разведчика Hs-126, зенитным огнём был подбит словацкий Avia B-534 из состава 13 лётки. Его пилот, цатник (унтер-фельдфебель) И.Швейдлик (I.Schweidlik), при посадке на аэродроме Черткова разбил самолёт, но сам не пострадал.
   17 июля при защите от трёх налётов аэродрома Ваенга, советскими истребителями из состава 72 САП ВВС СФ был подбит Bf-109F-3 (w/n 1407) лейтенанта Ханса Махлкуха (lt. H.Mahlkuch) из состава 14./JG77, который вышел из боя, и не долетев до аэродрома. совершил вынужденную посадку на озеро Няссюк-Ярви. Пилот "сбивший" к этому дню уже около десятка самолётов, успел покинуть кабину и смог вернуться в часть. Также в этом бою был подбит Bf-110D-3 (w/n 3710), севший на воду у п-ва Рыбачий. Его пилот лейтенант Брандис (lt. Brandis) спасся на резиновой лодке, стрелок-радист погиб. При ударе по аэродрому был уничтожен один И-16 и повреждены восемь И-15бис, потерь в воздухе у советских истребителей не было, однако, это конечно не помешало немцам, записать на свои счета два десятка "уничтоженных" советских самолётов.
   В районе Сувилахдессы зенитным огнём был сбит финский "Гладиатор" (CL-267), из состава 1/LLv 16, но его пилоту удалось спастись.
   В воздушном бою на Киевском направлении был сбит и погиб лейтенант Херманн Книвассер (lt. H.Kniwasser) из состава JG3, успевший "сбить" 6 самолётов на восточном фронте.
   На следующий день, в районе озера Ильмень мл.л-т И.Л.Юхимович на И-153 из состава 29 КИАП, сбил над аэродромом Старой Руссы Bf-110E-1 (w/n 4091), который пилотировал и.о. командира I/ZG26 капитан Х.Лерманн (hptm. H.Lehrmann), сменивший тяжело раненого 25 июня Камински. Лётчик спасся на парашюте и был взят в плен, стрелок-радист погиб в машине.
   В воздушных боях с советскими бомбардировщиками в районе Житомира, был сбит успевший стать асом фельдфебель Райбель (fw. Raibel) из состава JG53, который некоторое время числился пропавшим без вести, но смог через некоторое время вернуться в часть. Подбитый зенитным огнём (по немецким источникам) обер-фельдфебель Корнац (obfw. Kornaz) из этой же части, смог совершить посадку на аэродроме.
   Включительно на 18 июля, по "официальным данным" в немецких частях было безвозвратно потеряно 216 одномоторных истребителей, ещё 187 самолётов получили повреждения различной степени тяжести. По более реальным оценкам, безвозвратные потери должны составить не менее 300 машин, и до 200 получивших повреждения. Потери Bf-110 по неполным данным составили 65 полностью потерянных самолётов и 31 получивший повреждения.
   Венгерские истребители, несмотря на "громкие" успехи фальшивых "официальных" отчётов, не могли даже на равных противостоять советским истребителям в воздушных боях, и чаще всего использовались в качестве штурмовиков. 20 июля пять "Фиатов" из состава 1/3 V.Szd., во главе с командиром части, сазадошем (капитаном) Ласло Томаром (sz. Tomor), атаковали наземные цели южнее Винницы. Зенитным огнём были повреждены 4 самолёта, сам Томор получил ранение.
   22 июля первый в Великой Отечественной войне таран против финской авиации, применил мл.л-т В.Н.Шавров из состава 7 ИАП, который на МиГ-3 таранил Н-75 (CU-501) из состава LeLv 32, и при этом геройски погиб. Финскому лётчику удалось спастись на парашюте.
   Ровно через месяц после вероломного нападения на СССР, германская авиация совершила первый массированный налёт на советскую столицу. Московская ПВО встретила его в полной боевой готовности и сбила 7 бомбардировщиков. Нанесённый ущерб ввиду силы оказанного противодействия и умелой маскировкой важных объектов, оказался минимальным.
   В районе Констанцы пара Bf-109 из состава 7./JG52 атаковала над морем три ДБ-3ф, которые вели разведку. Оборонительным огнём стрелков бомбардировщиков оба "мессера" были сбиты. Фельдфебель Ф.Шлоссер (fw. F.Schlosser) и унтер-офицер П.Эберхардт (uffz. P.Eberhardt) спаслись на парашютах и были спасены гидросамолётом. Получившие повреждения советские самолёты благополучно вернулись на аэродром, и в короткий срок отремонтированы. Однако, они остались на счетах немецких лётчиков, как "сбитые".

   За первый месяц войны, JG 54 потеряла 18 лётчиков погибшими, шестеро получили ранения. Потери материальной части составили 76 самолётов, из которых более половины было потеряно полностью (сбито и повреждено до степени исключающей восстановление). Эти потери составляли более 80 процентов от числа всех имевшихся месяц назад, перед началом вторжения. Потери эскадры были самыми тяжёлыми среди всех истребительных частей, оснащённых одномоторными истребителями, на советском фронте. Например, две группы JG52 потеряли за этот же период, всего трёх погибших и двух раненых. Среди погибших в этих частях не было асов, многие рядовые лётчики погибли, даже не успев сбить ни одного советского самолёта. Зато в других истребительных частях, только безвозвратные потери асов составили 18 человек (таблица 3), помимо нескольких десятков рядовых пилотов. Например, потери личного состава ZG26 погибшими и пропавшими без вести, составили 21 человека из числа лётчиков и стрелков-радистов, ещё 5 человек получили ранения.
В эти же дни, в воздушном бою получил ранение, и надолго выбыл из строя известный ас, командир 9./JG3 обер-лейтенант Виктор Бауэр (oblt. V.Bauer). К концу войны он "собьёт" 106 самолётов, и станет командиром своей эскадры. В частях оснащённых одномоторными истребителями, на каждого выбывшего из строя аса, приходилось в среднем 5 погибших или попавших в плен рядовых лётчиков. Накал боёв не ослабевал и усиливался с каждым днём, принося всё новые тяжёлые потери.

  
   Таблица 3
   Потери асов немецких истребительных частей с 22 июня по 22 июля 1941 года
   Часть
   Погибшие
   Пленные
   Тяжело раненые
   Итого
   ZG 26

1

--

--

1

JG 77

1

--

--

1

JG 27

3

--

--

3

JG 51

3

--

--

3

JG 53

3

1

--

4

JG 3

5

--

1

6

Всего

16

1

1

18

  
   Примечание - из этого количества "асов" в 18 человек, только 10 лётчиков фактически сбили-повредили пять и более самолётов противника, и являлись настоящими асами-экспертами.
  
   Тяжёлые потери за первый месяц войны понесли румынские истребители. Например, из 28 He-112B-2 из состава 5 истребительной группы (Gr.5 V^an.) было выведено из строя 14 машин, то есть половина всех имевшихся, вследствие чего одна эскадрилья была расформирована. Всего по заниженным официальным данным, румынская авиация безвозвратно потеряла за первый месяц войны 42 самолёта. Потери только лётного состава составили 117 человек погибшими, пленными и ранеными, что должно соответствовать не менее 60 безвозвратно потерянным машинам.
   Для действий на советском фронте, 23 июля в Испании была сформирована 1 истребительная эскадрилья (1a Eskuadrlla de Caza), в составе которой было 17 лётчиков, одержавших в сумме 79 побед в войне 1936-1939 гг.. Так как эскадрилья должна была быть укомплектована Bf-109E, её личный состава направили для обучения в Германию.
   На 24 июля, в III/JG53 из 38 имевшихся в начале войны истребителей, осталось лишь 6 в исправном состоянии. За первый месяц войны потери матчасти составили более 80 процентов. Долго так продолжаться не могло, но немцы старались не думать об этом, надеясь разгромить все советские вооружённые силы в течение ближайших недель.
   24 июля в воздушном бою был сбит и получил серьёзное ранение лейтенант Георг-Петер Эдер (lt. G.-P.Eder) из состава I/JG51, который сбил по немецким данным в этом бою свой десятый (и последний) советский самолёт. После трёх месяцев проведённых в госпитале, Эдер на восточный фронт уже не вернулся и закончил войну, считаясь одним из известнейших асов, "сбив" по официальным данным 78 самолётов, из которых 25 он "сбил" на реактивном Ме-262.
   Новые потери понесли словацкие истребители, правда потерь в личном составе они избежали и в этот раз. 25 июля зенитным огнём был подбит и совершил вынужденную посадку на территории занятой советскими войсками Avia B-534 цатника (унтер-фельдфебель) Франтишека Брецины (F.Brezina). Другой лётчик совершил посадку рядом с подбитым самолётом, и вывез Брецину в расположение своей части. Подобная ситуация повторилась через шесть дней, когда подобным образом был спасён цатник Йозеф Дрлицка (J.Drlicka).
   Тяжелейшие потери несли не только истребители, но и все другие рода немецкой авиации. Например в районе г. Белый, командир эскадрильи 122 ИАП, ст.л-т Ф.А.Орлов на МиГ-3 в одном воздушном бою сбил два разведчика Ju-88D из состава 4.(F)/14, все члены экипажей которых (8 человек) погибли или были взяты в плен.
   25 июля в воздушном бою получил ранение лейтенант Герхард Бакхорн (lt. G.Barkhorn) из состава II/JG52, уже перешагнувший официальную черту аса в пять "сбитых" самолётов. Впоследствии он станет вторым по результативности асом Германии, уступая лишь знаменитому Э.Хартману.
   Под Вязьму на усиление жалких остатков JG27, перебросили звено из четырёх самолётов - всё, что осталось от III/JG53.
   26 июля в районе Ельни, после воздушного боя с советскими истребителями пропал без вести (т.е. фактически погиб) фельдфебель Хейнц Геркен (fw. H.Gerken) из состава JG51, на официальном счету которого числилось 9 "сбитых" советских самолётов. На южном участке фронта, также в воздушном бою, погиб обер-фельдфебель Эрвин Рихл (obfw. E.Riehl) из состава JG77, "сбивший" по официальным данным 11 самолётов. Также в этот день в воздушных боях были сбиты три "мессершмита" из состава JG52, один рядовой лётчик погиб, ещё двое получили ранения.
   При отражении налёта советских бомбардировщиков на свой аэродром, Stab. и I/JG53 "сбили" 13 советских самолётов, при своём одном подбитом, и совершившем вынужденную посадку самолёте. Реальные потери советской стороны составили 5 сбитых и получивших повреждения машин.
   Немецкие зенитчики защищавшие Констанцу засчитали себе 2 сбитых советских бомбардировщика. Реально потерь понесено не было, а оборонительным огнём СБ-2 был сбит один истребитель из состава 7./JG52. Также, при попытке ночью над морем атаковать ведущие разведку МБР-2, огнём стрелка одного из самолётов (с-т Н.Ващенко), был сбит Bf-109F-4 (w/n 8300) в котором погиб фельдфебель Тепан (fw. E.Tepan) из состава третьей группы 52 эскадры. Это был последний бой III/JG52 в небе Румынии в 1941 году, через несколько дней группу пополнили самолётами и перебросили на аэродром Белая Церковь.
   На 26 июля включительно в I/JG 53 из 38 имевшихся перед вторжением самолётов, осталось 19 машин, из которых лишь 10 были исправны, то есть за 35 дней войны безвозвратные потери составили 50 процентов мат.части.
   Немецкая авиация, и в частности истребительная авиация, продолжала нести небольшие, но регулярные потери на земле, в основном в результате ударов по аэродромам. 27 июля при налёте на аэродром Хебуктен в Норвегии шести СБ-2 из состава 72 САП ВВС СФ, был уничтожен He-111 (w/n 2101) из состава Flugbereitscaft Luftflotte 5, и повреждён на 60 процентов по немецкой классификации потерь (то есть подлежал списанию) Bf-109E-7 (w/n 5925) из состава I/JG77. Погиб один и получили ранения четверо техников из числа наземного персонала истребительной части, также были ранены два зенитчика из состава 352 резервного дивизиона. В воздушном бою был сбит один советский бомбардировщик, а оборонительным огнём стрелков подбит Bf-109E, который разбился при вынужденной посадке. Также в воздушных боях продолжали гибнуть рядовые лётчики. В течение 27-28 июля в районе Великих Лук погибли два лётчика из состава JG27, на киевском направлении погиб лётчик-офицер из JG 52.
   29 июля на свободную охоту в район о.Озель в Рижском заливе, вылетел со своим ведомым лейтенант Вальтер Новотны (lt. W.Nowotny) из штабного звена JG 54, имевший на счету две официальные победы. В воздушном бою с советскими истребителями над аэродромом Аренсбург, он "сбил" по немецкой версии событий, сразу три самолёта (т.е. стал официальным асом), но сам был подбит и посадил повреждённый Bf-109E-7 (w/n 1137) на воду. 1 августа шлюпка с находившимся в ней в полубессознательном состоянии Новотны, была прибита к берегу, где её обнаружили латышские солдаты из вспомогательных частей немецкой береговой артиллерии. По советским документам подтверждается лишь одна достоверная победа в этом бою, одного из известнейших к концу войны асов люфтваффе - был сбит И-153 из состава 153 ИАП. Его пилот, командир эскадрильи ст.л-т А.Авдеев был ранен, но спасся на парашюте и около месяца провёл в госпитале. В 1944 году Новотны стал командиром знаменитой "команды" своего имени, воевавшей на реактивных самолётах, и сейчас невозможно представить себе некоторые аспекты воздушной войны на Западе, если бы этот вылет закончился для него более трагично.
   На аэродроме Тудора в 80 км северо-западнее г.Яссы, для поддержки отправленных на восточных фронт итальянских войск, был создан штаб "специального авиационного соединения", на основе которого началось формирование итальянской авиационной группировки для участия войны с Советским Союзом.
   30 июля в воздушном бою севернее Бобруйска, был сбит и погиб командир 5./JG51 лейтенант Ханс-Иоахим Стеффенс (lt. H.-J. Steffens), сменивший на этом посту погибшего 16 июля Колбова. Стеффенс "сбил" 22 самолёта, в т.ч. два из них на западном фронте, и был одним из лучших на тот момент асов 51 истребительной эскадры.
   В районе Киева при прикрытии группы Ju-87, зенитным огнём (по немецким источникам) был сбит и погиб адъютант (должность в немецких авиационных частях аналогичная должности начальника штаба в СССР) JG53 лейтенант Шисс (lt. Schiss), успевший "сбить" несколько советских самолётов, но так и не ставший даже "официальным" асом. Также за день в воздушных боях были сбиты 4 истребителя из состава 54 эскадры, погибли двое рядовых лётчиков, ещё один получил ранение и до возвращения в часть считался пропавшим без вести.
   На 31 июля из 1939 исправных боевых самолётов к началу вторжения, по данным У.Бальке и Р.Дж.Овери осталось только 1045 машин, следовательно даже по этим заниженным данным (без учёта потерь армейской и вспомогательной авиации) вышло из строя 894 самолёта, т.е. по 22 в сутки. Эти данные вероятно во многом основаны на "официальных" данных немецкой пропаганды, которая объявила например, что за июль было потеряно не более 150 самолётов-истребителей. Однако в феврале 1942 года, были подсчитаны реальные июльские потери Bf-109 на восточном фронте (таблица 4) не предназначенные для широкого ознакомления.

   Таблица 4
   Потери одномоторных истребителей Германии на СГФ в июле 1941 года

Категория потерь

Безвозвратные

Подлежащие ремонту

Итого

   Боевые потери

166

69

235

   Небоевые потери

128

160

288

   Всего

294

229

523

  
   Таким образом, всего в июле вышло из строя 523 одномоторных истребителя, т.е. по 16-17 машин в сутки, из них 9-10 безвозвратно, погибло более 40 лётчиков. Только в II/JG52 за июль было безвозвратно потеряно, то есть сбито за линией фронта или списано по всем причинам 17 истребителей - половина штатного состава. Однако даже в этой таблице вызывает недоумение количество немецких истребителей потерянных по "небоевым" причинам, а вслед за ним и основанные на этом сомнения - могли столь опытные в большинстве лётчики, так гробить технику в авариях, или как же большинство таких неумёх, одерживали столь много побед в воздушных боях? Лукавство даже секретной немецкой статистики явно бросается в глаза. По всей видимости, не менее половины "небоевых потерь" было занесено в ведомости только на основании докладов пилотов и командиров частей, буквально не желавших признавать поражения в боях. Реальные боевые потери должны составлять не меньше 360 машин (200 потерянных полностью и 160 повреждённых), небоевые потери соответственно снизятся до обыкновенного уровня всех ВВС того времени - около 30 процентов.

  
   1 августа на южном участке фронта, в воздушном бою был сбит и пропал без вести (фактически погиб) унтер-офицер Хорст Бошманн (uffz. H.Boschmann) из состава JG77, который по официальным немецким данным "сбил" 13 советских самолётов.
   В воздушном бою был подбит и ранен командир 7./JG54 обер-лейтенант Гюнтер Шольц (oblt. G.Scholz), его истребитель получил 40 процентов повреждений по немецкой классификации учёта. Потери эскадры за день составили 5 истребителей.
   Из Румынии на аэродром Белой Церкви была перебазирована III/JG52, которую сменила I(J)/LG2, в свою очередь отозванная с фронта. Это сразу отразилось на потерях корабельного состава в порту Констанцы. Если до этого ущерб ограничивался мелкими повреждениями, то 1 августа в результате налёта сел на грунт транспорт "Durostor" (1309 т) и потоплен лоцманский буксир "Amarilia" (103 т), серьёзный урон был нанесён нефтехранилищу. Советская авиация потерь не имела, хотя все самолёты имели незначительные повреждения. Оборонительным огнём стрелков советских бомбардировщиков был сбит румынский "харрикейн" из 53 истребительной эскадрильи, пилот которого погиб. На следующий день, при налёте трёх Пе-2, в порту был тяжело повреждён спасательный катер люфтваффе Fi.B.301.
   3 августа в районе Киева лейтенант Ч.К.Бенделиани из состава 43 ИАП на И-16 в лобовой атаке таранил Bf-109 который пилотировал командир 7./JG 3 обер-лейтенант Курт Сохатци (olt. K.Sohatzy), и спасся на парашюте. В предыдущем месяце Сохатци уже был дважды сбит за линией фронта, но смог в обоих случаях вернуться в часть. На этот раз, также спасшийся с парашютом Сохатци приводнился в Днепр и был взят в плен, из которого вернулся только в 1949 году. По немецкой "версии" этого боя, Сохатци сбил свой 39 самолёт (Ил-2), но тот в последний момент "при падении" протаранил немецкий истребитель. По советским данным Сохатци был взят в плен 31 июля, но немцы утверждают, что бой произошёл 3 августа. Вероятно, это расхождение связано с тем, что немцы записали потерю самолёта только спустя трое суток, по истечении надежды на возвращение лётчика, чтобы в связи с этим "избежать" потери, если он вернётся в часть. 12 августа "пропавшего без вести" Сохатци наградили Рыцарским Крестом.
   При налёте на порт Констанцы, советские бомбардировщики ценой потери трёх самолётов, нанесли различные повреждения многим румынским кораблям, в том числе эсминцу, двум минным заградителям, двум канонерским лодкам и плавбазе. Сгорели пять резервуаров с нефтью, склады и мастерские, а товарная станция и молы были выведены из строя на несколько суток. На Южном причале, со всем личным составом была уничтожена немецкая зенитная батарея. Один подбитый ДБ-3ф (пилот - л-т И.И.Жолдак) ударил крылом немецкий истребитель и смог вернуться на аэродром. Фельдфебель В.Шайб (fw. Scheib) из состава I(J)/LG2 спасся на парашюте и был эвакуирован из воды гидросамолётом. Также огнём бортстрелков был подбит связной румынский самолёт, на свою беду оказавшийся на пути советских самолётов. Немецкие истребители в этом бою по их собственным заявкам, "сбили" 6 советских самолётов, румынские истребители претендовали на 2 "сбитых" самолёта, ещё 2 самолёта в этот день "сбили" немецкие зенитчики. Таким образом общий заявленный успех был завышен в три раза.
   4 августа в районе посёлка Шонгуй в 20км южнее Мурманска, истребителями 145 ИАП был подбит Bf-110E-2 (w/n 3761) командира штабного звена I/ZG76 капитана Герхарда Шашке (hptm. G.Schaschke), успевшего "сбить" с начала боевых действий 12 советских самолётов, а всего имевшего на счету 22 "сбитых" самолёта и 3 "потопленных" судна. При вынужденной посадке на лес, Шашке получил смертельные травмы, стрелок-радист погиб в перестрелке с красноармейцами. Этот бой стоил нашим пилотам четырёх сбитых самолётов и троих погибших лётчиков. Победы Шашке подтверждаются более чем наполовину с учётом подбитых машин, но увеличивать свой счёт и дальше, ему было не суждено. Причиной гибели Шашке в немецких и западных поп-исторических работах конечно же "считается" зенитный огонь, даже несмотря на сохранившиеся немецкие боевые отчёты.
   5 августа в воздушном бою северо-восточнее Ельни был сбит унтер-офицер Херберт Бушманн (uffz. H.Buschmann) из состава JG51, который по официальным данным сбил 6 самолётов. Несмотря на то, что Бушманн смог покинуть самолёт с парашютом, с тех пор он считается пропавшим без вести, то есть фактически погибшим.
   Последний бой в ходе летней компании на восточном фронте провели Stab и I/JG53, "сбив" в районе Киева два советских бомбардировщика, ставших 142 и 143 победами группы в 1941 году. Командир группы капитан Ф. фон Керра получил приказ передать уцелевшие машины JG3 и следовать в Манхейм. Имея к началу вторжения 35 истребителей, за 45 дней боёв группа потеряла 29 машин (13 полностью и 16 переданных в ремонт), погибли и пропали без вести четыре лётчика, шестеро получили ранения. Если снизить победы до 60 реально сбитых и подбитых советских самолётов, то окажется, что собственные потери были ниже только в два раза, а не в 4-5 раз по "официальной" отчётности.
   Продолжали нести потери союзники Германии. В районе Умани венгерские истребители из состава 1/3. V.Scd. атаковали советский аэродром, на котором якобы уничтожили "трёхмоторный транспортный самолёт, вероятно предназначенный для эвакуация советского командования из окружения". При этом зенитным огнём были подбиты все шесть "Фиатов", два из них на аэродром не вернулись, один лётчик пропал без вести, другой вернулся в часть через несколько дней.
   6 августа на ленинградском направлении зенитным огнём был подбит "мессершмит" командира 2./JG54 обер-лейтенанта Хайна (oblt. R.Hain). Совершив вынужденную посадку, он был взят в плен. В этот же день на южном участке фронте в районе Катаржана советскими истребителями И-16 из состава 69 ИАП, были сбиты девять румынских Bf-109E-3 из состава 53, 54 и 55 эскадрилий. Кроме них, в районе Хаджибейского лимана группой И-16 из 9 ИАП ВВС ЧФ были сбиты два бомбардировщика "Бленхейм". Всего в районе Одессы румыны потеряли 11 самолётов. Эти потери обескровили румынскую авиацию, и в частности её истребительные части в течении нескольких недель.
   8 августа в воздушном бою северо-западнее Ельни, пропал без вести (фактически погиб) унтер-офицер Альфонс Бауэр (uffz. A.Bauer) из состава JG51, согласно официальному списку асов, успевший "сбить" к моменту своей гибели 5 советских самолётов. Правда, немцы сами запутались в учёте своих "асов", так как в другом источнике (список безвозвратных потерь эскадры), на счету Бауэра нет ни одной победы.
   9 августа только на северном участке фронта немцы безвозвратно потеряли 8 самолётов, в том числе истребители Bf-109E-4 и E-7 (w/n 4912 и 3363) из состава 14./JG77 сбитых в воздушном бою с истребителями 72 САП СФ над аэродромом Ваенга, при этом погиб лейтенант Волтер (lt. H.Wolter), всего потери лётного состава за день составили 14 погибших лётчиков и членов экипажей.
   В воздушном бою над Карельским перешейком был подбит, и при посадке на аэродром разбит и впоследствии списан Bru"ster-239 (BW-355) из состава LLv 24. Пилотировавший его старшина Лаури Вилхелм Ниссинен (L.W.Nissinen), имевший на счету 10 побед по официальным финским данным, получил лёгкое ранение.
   В продолжавшихся ожесточённых боях над Ельнинским выступом, были сбиты сразу трое лётчиков 51 истребительной эскадры. Пропал без вести (фактически погиб) лейтенант Карл Шнекер, на счету которого было 4 "сбитых" самолёта, и даже начинающим асом он так и не стал. Двое погибших рядовых пилотов не успели сбить ни одного советского самолёта. Также ещё несколько лётчиков JG51 участвовавших в этом бою, сумели посадить свои повреждённые машины.
   В этот же день над южной окраиной Киева, лейтенант В.Г.Карелин из состава 2 ИАП сбил обер-фельдфебеля Йозефа Фернсбера (obfw. J.Fernsbehr) из состава III/JG52, имевшего на своём счету 15 "сбитых" самолётов. Немецкий лётчик погиб. На следующий день восточнее Киева при штурмовке аэродрома был сбит и погиб ведомый командира JG3, обер-лейтенант фон Мейтцинген. Безвозвратные потери 4 авиационного корпуса на киевском направлении за 10 августа составили 4 "мессершмита". Продолжала нести потери финская авиация. На аэродроме Миккели при налёте советских бомбардировщиков были уничтожены 3 "бленхейма" из состава LLv 24, ещё несколько самолётов получили повреждения.
   11 августа только в JG 3 вышло из строя 11 "мессершмитов", из которых 5 были потеряны полностью, безвозвратно потеряно 4 лётчика. В районе деревни Вишенька оборонительным огнём СУ-2 из состава 226 БАП, был сбит Bf-109F-2 из состава I/JG3 который при падении столкнулся со своим ведомым и оба истребителя (w/n 5647 и 8153) разбились. Пропали без вести (погибли) фельдфебель Х.Хак (fw. H.Hack) и унтер-офицер Е.Борн (uffz. E.Born). На счету Хака было три "сбитых" самолёта, Борну штабом части неизвестно на каком основании был записан в последнем бою один "сбитый" самолёт, ставший его первой и последней победой, бывшей к тому же фиктивной, так как советские самолёты не понесли потерь. Севернее г. Осокорки бойцы 44 комендатуры огнём из винтовок подбили самолёт лейтенанта Люка (lt. G.Lu"ck), который совершил вынужденную посадку и был взят в плен. В том же районе батарея 234 ЗАП сбила самолёт обер-лейтенанта Хейнца Шёнфельдта при штурмовке советского аэродрома, ведомого командира II/JG3 капитана Гордона Голлоба. Незадолго до этого "сбивший" свой 5 советский самолёт, Шёнефельдт погиб.
   Восточнее Ельни не вернулся из боевого вылета, и с тех пор считается пропавшим без вести лейтенант Оттмар Маурер (lt. O.Mayrer) из состава JG51, якобы "сбивший" 14 советских самолётов.
   При налёте 5 венгерских бомбардировщиков в сопровождении 11 истребителей на мост через Днепр в районе Николаева, лётчики добились (конечно, только по их донесениям) и прямого попадания в мост, и вдобавок разбомбили железнодорожный вокзал. Правда при этом зенитным огнём был сбит один Re.200 (v.420) его пилот пропал без вести, и был подбит один Ca.135bis. При возвращении венгерские самолёты встретили группу И-16, и в завязавшемся бою сбили 9 (!) советских истребителей, причём три из них были сбиты экипажем одного подбитого зенитчиками бомбардировщика! Подобные байки, предназначенные для западных обывателей, сейчас под видом "правды о войне" без всяких критических комментариев предлагают обывателям РФ.
   12 августа на один из румынских аэродромов, из Албании прибыл итальянский истребительный полк 22о Gr.Aut.C.T. в составе четырёх эскадрилий, в которой было около 50 самолётов. Затем в течение недели на советский фронт была перебазирована итальянская бомбардировочная часть. Общая численность итальянской авиации на советском фронте к середине августа составила почти 90 самолётов. До конца года на фронт прибыли ещё две транспортные части общей численностью в 20 машин. Несмотря на несколько заявленных "громких" побед, реальные успехи начавших действовать с 27 августа итальянских истребителей, были мизерны.
   13 августа на южном участке советско-германского фронта был сбит и пропал без вести (фактически погиб) фельдфебель Гюнтер Маршхаузен (fw. G.Marschhausen) из состава JG77, "сбивший" по немецким данным 7 советских самолётов. На северном участке фронта такая же участь постигла обер-лейтенанта Ханса Тетцнера (oblt. H.Tetzner) из той же эскадры, чей Bf-109E-7 (w/n 1133) был сбит с истребителями 72 САП СФ при налёте на Мурманск. Западные авторы до сих пор лукаво замечают, что Тетцнер просто "не вернулся из вылета в Норвегии", полностью игнорируя советские и собственные данные о воздушном бое, в котором погиб такой опытный лётчик-ас "сбивший" 20 самолётов.
   Финские истребители в воздушном бою над р.Тулоксой "сбили" все участвовавшие в нём 9 советских И-153 из состава 195 и 197 ИАП. Двум финским лётчикам записали по два "сбитых" самолёта, ещё пятерым записали по одной "победе". В действительности было сбито три советских истребителя. Один из "сбивших" в этом бою две советские "чайки", был известным асом, и к концу войны довёл свой счёт до 42 побед, таким же образом "сбивая" в иные дни, по два-три советских самолёта.
   14 августа юго-восточнее г.Канев в воздушном бою с И-16 из состава 88 ИАП был сбит лейтенант Хайнц Рессель (lt. H.Ressel), получивший тяжёлое ранение, но спасшийся на парашюте, и подбит "мессер" командира 1./JG3 обер-лейтенанта Герберта Олейника (oblt. G.Olejnik), который смог дотянуть до аэродрома и совершить посадку. Советские истребители в этом бою также потеряли два самолёта, лётчики которых погибли. К этому дню Олейник по официальным немецким данным сбил два десятка самолётов, из которых реально подтверждается около 7-8 действительно сбитых и подбитых машин. К концу войны он "собьёт" 41 самолёт, в том числе аж три Б-17 в ходе одного вылета. Хайнц Рессель, который "сбил" с начала войны 6 самолётов, из-за последствий ранения, в боях после излечения больше не участвовал.
   15 августа вследствии больших потерь, с советского фронта были отозваны 13 истребительная и 3 разведывательная эскадрильи словацкой авиации. 16 августа в воздушном бою в районе Кингисеппа был сбит Bf-109F-2 (w/n 8215) из состава JG54, в котором погиб обер-фельдфебель Георг Браунсхирн (obfw. G.Braunshirn), имевший на счету 13 "сбитых" самолётов, в том числе пять из них в ходе гражданской войны в Испании.
   17 августа после воздушного боя на южном участке фронта, пропал без вести (фактически погиб) фельдфебель Альфред Йешко (fw. A.Jeschko) из состава JG77, имевший на счету семь официально "подтверждённых" сбитых самолётов.
   Кроме безвозвратных потерь в лётном составе, немецкие истребители каждый день несли тяжёлые потери в технике. За 16-17 августа только в III/JG3 в воздушном бою был сбит, но спасся на парашюте фельдфебель Клиппен, фельдфебель Винтцель совершил две вынужденные посадки, при совершении одной из которых полностью разбил машину, а при второй тяжело повредил. К 18 августа в III/JG3 остался только один (!) самолёт в исправном состоянии. Усилиями механиков к 20 августа были отремонтированы ещё три машины, но в условиях ожесточённых боёв этого было совершенно недостаточно. Несмотря на резкое сокращение в частях исправной техники, количество "сбитых" советских самолётов продолжало оставаться таким же высоким, как в первые недели боёв, за счёт всё тех же недостоверных докладов о числе собственных побед.
   20 августа в воздушном бою с СБ-2 в 50км южнее г. Дно Псковской области, вновь был подбит (попадание в радиатор), но смог привести на аэродром свой Bf-109F-2 (w/n 12696) командир 9./JG54 обер-лейтенант Боб, имевший на счету к этому дню уже 31 "сбитый" самолёт.

   В период с 10 по 21 августа действовавший на ленинградском и тихвинском направлениях 8 авиакорпус люфтваффе безвозвратно потерял 27 самолётов, ещё около 140 получили повреждения (из них до 40 не подлежали восстановлению), то есть за 11 дней было выведено из строя почти 65 процентов всей численности корпуса. Среднесуточные потери достигали 16 выбывших из строя машин. Потери на других участках фронта были столь же тяжёлыми. Совершенно очевидно, что дальше так продолжаться не могло, но германские стратеги продолжали надеяться в ближайшие полтора месяца полностью завоевать европейскую часть СССР и разгромить оставшиеся боеспособными советские части, успев одержать победу до полного истощения своих сил. Сводки с фронта о "великих" (завышенных) победах и заниженные данные о советском потенциале, позволяли надеяться на это, но эта надежда стала страшным просчётом, обернувшийся крахом нацисткой Германии.

   21 августа в воздушном бою с советскими истребителями в районе Одессы, был сбит и погиб командир 7 истребительной группы, кавалер высшего ордена Румынии "Михай Витязул" лейтенант-командор Александр "Попику" Попиштяну (lt.-kmd. A.Popisteany), которому посмертно было присвоено звание капитан-командор.
   22 августа в районе Старой Руссы в бою с советскими истребителями был сбит Bf-109F-4 (w/n 7161) из состава JG53, в котором погиб унтер-офицер Хейнрих Шайхенпфлюг (uffz. H.Scheichenpflu"g), "сбивший" к моменту гибели 5 самолётов, в том числе 4 из них на восточном фронте.
   23 августа на подступах к Мурманску, ст.л-т Жданов на И-153 из состава 72 САП сбил Bf-109E-3 (w/n 1118) из состава 14./JG77. Пропал без вести (фактически погиб) лейтенант Ханс Малкух (lt. H.Mahlkuch), имевший на счету 16 "сбитых" самолётов.
   25 августа в бою с истребителями 20 ИАП восточнее Брянска был сбит кавалер RK-EL, командир I/JG51 капитан Герман-Фридрих Йоппинен(hptm. H.-F.Joppinen). Он "сбил" к моменту своей гибели 70 самолётов, из которых 28 приходилось на советский фронт, и занимал 4 место в иерархии асов люфтваффе. Немецкие источники конечно же "считают", что такой великий ас не мог быть сбит в воздушном бою, тем более русскими "варварами", поэтому вина за гибель Йоппинена целиком возложена на не такой позорный, "варварский" зенитный огонь. В этот же день на аэродроме Спасская Полисть, при налёте советских самолётов из состава 8 САД, были уничтожены два Bf-109E (w/n 3455 и 0926) из состава II(Sch)/LG 2, ещё не менее 4 "мессеров" получили повреждения. В воздушном бою над аэродромом ст.л-т Ф.Кузнецов из состава 15 ИАП подбил Bf-109E (w/n 6018) из состава той же части, пилот которого смог совершить вынужденную посадку.
   Кроме немецкой авиации, тяжёлые потери несли союзники Германии. 28 августа в районе Одессы румыны потеряли 4 самолёта, в том числе 3 истребителя. Один из двух PZL-11 из состава 3 истребительной группы был сбит тараном И-16 из состава 8 ИАП 62 ИАБР ВВС ЧФ, который совершил мл.л-т И.С.Беришвили, в районе с. Карсталь Беляевского района.
   В эти же последние дни августа, при атаке группы Ил-2 с истребительным прикрытием, были сбиты два МС200 из состава 7 истребительной группы, при этом погибли два брата Русполио - итальянцы, служившие по контракту в румынской авиации, и неизвестно что забывшие в СССР. В этом бою уцелел их младший брат, которому хватило ума после происшедшего вернуться на родину.
   30 августа при налёте советских бомбардировщиков СУ-2 из состава 227 БАП, на аэродроме Белая Церковь были уничтожены 10 Bf-109F из состава I и III/JG3, большое количество авиатехники было повреждено. В течение трёх следующих суток в III/JG3 считался боеготовым только один "мессершмит".
   31 августа в районе Новгорода-Северского, "сбив" по немецким данным в воздушном бою с И-16 свои 79 и 80 самолёты, в 40 км за линией фронта был подбит Bf-109F-2 (w/n 8312), который пилотировал кавалер RK-EL (Nr.31), командир 12./JG51 обер-лейтенант Хейнц "Притцл" Бэр (oblt. H.Ba"r). Накануне, он по немецким данным "сбил" сразу 6 советских самолётов. Покинув самолёт с парашютом, Бэр приземлился на территории занятой советскими войсками и сильно растянул мышцы ног. Несмотря на это, 2 сентября Бэр перешёл линию фронта, и смог вернуться в часть, но был вынужден провести в госпитале два месяца. Вскоре после излечения он покинул восточный фронт и закончил войну 8 по счёту в иерархии асов истребительной авиации.
   На том же направлении юго-восточнее Гродно, 51 истребительная эскадра потеряла ещё одного "официального" лётчика-аса. В воздушном бою пропал без вести (фактически погиб) обер-лейтенант Йохан Миссфелд (oblt. J.Missfeld), успевший "сбить" 8 советских самолётов. Также 31 августа в районе г.Торопец Тверской области зенитным огнём был сбит и пропал без вести (фактически погиб) лучший на тот момент лётчик-ас из состава III/JG53, кавалер RK, обер-лейтенант Эрих Шмидт (oblt. E.Schmidt), имевший на счету 47 "сбитых" самолётов, из которых 30 он "сбил" на восточном фронте. В немецких источниках говорится о том, что другие лётчики якобы видели, что Шмидт покинул свой Bf-109F-2 (w/n 12633) с парашютом и даже благополучно приземлился, но с тех пор считается пропавшим без вести.


   Потери немецкой авиации на советском фронте с начала войны по данным Х.Новарры составили 2.631 самолёт, из которых 1.603 были потеряны полностью и 1.028 получили повреждения (таблица 5).

  
   Таблица 5
   Потери немецких ВВС на советско-германском (восточном) фронте в период 22 июня - 31 августа 1941 года
   Тип самолёта
   Уничтожено
   Повреждено
   Всего
   Бомбардировщики

536

337

873

   Пикирующие бомбардировщики

146

49

195

   Истребители

466

333

799

   Истребители-бомбардировщики

62

29

91

   Дальние разведчики

110

72

182

   Ближние разведчики

170

124

294

   Прочие

113

84

197

   ИТОГО

1603

1028

2631

  
   При сравнении этих цифр с данными потерь истребительной авиации из отчёта А.Галланда за июль (таблица 4), можно уверенно сделать вывод, что потери из сводки вермахта приведённые Х.Новаррой намеренно занижены, или же по умолчанию, в ней приведены только "официальные" боевые потери. Например, потери истребителей-бомбардировщиков в реальности составили 183 самолёта, то есть в 2 раза (!) выше приведённой цифры (91) в таблице. Большего доверия вызывают данные, согласно которым только безвозвратные потери немецкой авиации составили 2.337 самолётов, то есть в среднем 31 полностью потерянную машину ежесуточно! Даже по заниженным данным Х.Новарры, средние ежесуточные потери с 24 июня были на уровне "битвы за Англию" летом-осенью 1940 года. Германские войска за два с небольшим месяца войны с СССР безвозвратно потеряли почти 140 тысяч человек, то есть больше чем потери на всём западном фронте за два года с начала ВМВ. Красная Армия и советский народ стояли насмерть, массово проявляя самые лучшие человеческие качества, руководство страны принимало единственно верные в той обстановке и условиях решения, что в конечном итоге предопределило исход войны. Неизвестно сколько десятилетий продолжался бы нацистский "новый порядок" в Европе и чего бы это стоило миру, если бы Советский Союз в реальности был тем сборищем тупых и злобных "bolschewikow" (знак равенства с нацистами), которым его пытаются выставлять "поп-историки" и либеральные "свободолюбцы".

  
   В ходе ожесточённых боёв на советском фронте, к началу сентября из имевшихся 253 самолётов румынской авиации, в пригодном для полётов состоянии осталась лишь 91 машина, то есть было выведено из строя 162 самолёта (65 процентов первоначальной численности). Потери немецкой авиации в процентном отношении были не меньше и продолжали расти. Только в первый день сентября, при штурмовке советского аэродрома, зенитным огнём были сбиты два истребителя из состава III/JG52, ещё один истребитель группы был сбит в воздушном бою. Все три лётчика погибли. В этот же день, в воздушном бою были сбиты 4 "мессершмита" из состава JG51, пилоты которых погибли. На их счету не было ни одного сбитого советского самолёта.
   3 сентября в воздушном бою на южном участке фронта погиб фельдфебель Ханс Эссер (fw. H.Esser) из состава JG77, "сбивший" по официальным немецким данным 10 самолётов.
При налёте на мост через Днепр в районе Днепропетровска, зенитным огнём (по итальянским данным) были сбиты три итальянских истребителя МС200, пилоты которых погибли.
   6 сентября при заходе на посадку на аэродроме Любань, истребитель обер-лейтенанта Августа-Вильгельма Шуманна (oblt. A.-W. Schumann) из состава II/JG52, по немецким данным "столкнулся" с другим истребителем, что подразумевает небоевую потерю. Лётчик успел выпрыгнуть с парашютом, но погиб, ударившись о плоскость своего самолёта. За свою карьеру Шуманн успел "сбить" 30 самолётов, 4 из которых он "сбил" в Испании. В действительности столкновение произошло или в результате полученных боевых повреждений, или же являлось следствием тарана советского истребителя. Всего за день погибло трое лётчиков JG52, причём даже в официальном списке потерь эскадры, напротив фамилий (в т.ч. Шуманна) нет никаких отметок о "катастрофе" или "аварии".
   За первую неделю сентября только II/JG53 потеряла 6 самолётов, погиб один лётчик, ещё два получили ранения. 7 сентября на южном участке фронта в воздушном бою был сбит и погиб фельдфебель Арним Стумпф (fw. A.Stumpf) из cостава JG77, имевший на счету 7 "сбитых" самолётов. В районе аэродрома Мироновка южнее Кременчуга, в воздушном бою погиб обер-фельдфебель Хайнц Бреннер (obfw. H.Brenner) из состава JG3, имевший на своём счету по официальным данным 12 "сбитых" самолётов.
   8 сентября в воздушном бою был сбит и получил тяжёлое ранение командир 4./JG51 обер-лейтенант Эрих Хохаген (oblt. E.Hohagen), который на тот момент исполнял обязанности командира II/JG51, и имел на счету 20 "сбитых" самолётов. Ранение оказалось настолько серьёзным, что Хохаген смог вернуться в строй лишь весной 1943 года, но продолжил войну уже на Западном фронте.
   9 сентября после воздушного боя в районе Красного Села, совершая вынужденную посадку на подбитом Bf-109F-2 (w/n 9602), разбился кавалер RK и командир 5./JG54 капитан Хуберт Мютерих (hptm. H.Mu"therich), который "сбил" 43 самолёта, в том числе 33 из них на советско-германском фронте.
   11 сентября восточнее озера Ильмень был сбит в воздушном бою и попал в плен лейтенант Петер-Фердинанд фон Малаперт (lt. P-F.v.Malapert) из состава 7./JG54, "сбивший" на тот момент 17 самолётов. В районе Ленинграда в бою с И-16 (по другим источникам в бою с СБ-2) был сбит Bf-109F-4 (w/n 8408), пилот которого обер-фельдфебель Стефан Литьенс (obfw. S.Litjens) из состава II/JG53, к этому времени "сбил" 24 самолёта, в том числе 17 из них на советском фронте. Тяжело раненый в руку, потерявший глаз Литьенс спасся на парашюте и смог продолжить боевые вылеты лишь в ноябре 1942 года, но на восточный фронт уже не вернулся. В районе Вязьмы при совершении вынужденной посадки после воздушного боя, столкнулся с деревом и сгорел "мессершмит", в котором погиб лейтенант Ханс Рихтер (lt. H.Richter) из состава III/JG27, "сбивший" 22 самолёта, в том числе 12 на советском фронте.
   12 сентября на мурманском направлении одержал свою первую победу унтер-офицер Мюллер из состава JG77, подбив И-16 (72 САП ВВС СФ), который совершил аварийную посадку на аэродроме, его пилот мл.л-т Плотников не пострадал. Впоследствии самолёт был отремонтирован, но на счету Мюллера он, конечно, значится "сбитым", то есть подразумевается полностью уничтоженным. Немецкие потери в этот день составили два сбитых (реально уничтоженных) Bf-109E-7 (w/n 1075 и 4078), при этом погиб один рядовой пилот, и повреждённые Hs-126 (w/n 3461) и He-111H-5 (w/n 3506), из экипажа которого один человек погиб, другой получил ранение. Один из "мессершмитов" был сбит, а "хеншель" подбит советскими лётчиками совместно с лётчиками британского авиакрыла. Их потери составили один сбитый "харрикейн", пилот которого погиб.
   13 сентября в районе Акуличей западнее Брянска погиб командир I/SKG 210 капитан К.Г. Штрикер (hptm. K.-G.Schtriker), немецкие поп-исторические работы не уточняют подробности, подводя эпитетом "разбился" к мысли о небоевой потере. Хотя Штрикер не являлся асом, он был опытным пилотом и погиб сбитый зенитным огнём при штурмовке советских позиций. Вскоре после этой чувствительной потери I/SKG 210 была выведена с восточного фронта. На следующий день на центральном направлении в воздушном бою был сбит и погиб лейтенант Альберт Лутц (lt. A.Lutz) из соcтава JG51, который не успел стать асом, "сбив" лишь три самолёта к моменту своей гибели.
Немецкие асы не несли потерь ежедневно, но каждый новый день войны стоил жизни десяткам рядовых лётчиков. Например, 15 сентября только на северном участке восточного фронта, советские истребители из состава 72 САП СФ под командованием капитана Б.Ф.Сафонова без потерь со своей стороны сбили три Ju-87 из состава IV/LG1 и Bf-110 (w/n 2215) из состава 1./JG77, при этом погибли и пропали без вести (фактически погибли) все 8 членов их экипажей.
   16 сентября зенитным огнём в районе Конотопа был повреждён самолёт командира JG51 майора Фридриха Бека, получившего тяжёлое ранение в ногу. Хотя Бек не покинул свою эскадру, вылетов он уже не совершал. Лишь 3 октября Бек из-за угрозы гангрены был отправлен в госпиталь, где находился до 21 декабря, не имея возможности ежедневно прибавлять к имеющимся "сбитым" новые победы, что впоследствии даже не дало ему войти в категорию асов имевших на счету более 50 "сбитых" самолётов. Можно не сомневаться, что за два месяца отнятых у него ранением, Бек непременно "сбил" бы ещё не менее 30 советских самолётов, как и другие ведущие лётчики немецких истребительных частей.
   17 сентября при налёте трёх И-16 на финский аэродром Уомаа был повреждён один истребитель из состава 1/LLv16, на следующий день ещё один "гладиатор" (GL-278) этой части не вернулся из разведывательного вылета в районе Сямоозера. Вероятнее всего, он встретился с советскими истребителями и был сбит в воздушном бою.
   19 сентября в районе Вязьмы был сбит в воздушном бою и попал в плен фельдфебель Эрнст Риепе (fw. E.Riepe) из состава III/JG27 который все свои 6 самолётов "сбил" на Восточном фронте.
   20 сентября в районе Перекопа, командир 245 ИАП 51 армии майор М.Федосеев на МиГ-3 сбил "мессершмит" обер-лейтенанта Эрнста Баера (oblt. E.Baer) из состава JG77, который получил ранение, но остался жив. На его официальном счету было 14 "сбитых" самолётов. На следующий день над аэродромом Чаплинка тараном был сбит ещё один из , который по немецким источникам в ходе боя "столкнулся" с советским самолётом, а в реальности был таранен советским лётчиком.
   23 сентября был подбит зенитным огнём и совершил вынужденную посадку в районе Ярцево Смоленской области обер-фельдфебель Александр Мудин (obfw. A.Mudin) из состава JG51, "сбивший" к этому моменту 18 самолётов. С тех пор немецкий ас считается пропавшим без вести, что фактически является констатацией гибели.
   24 сентября в воздушном бою севернее Перекопа были подбиты два немецких аса из состава II/JG77, которые смогли совершить вынужденные посадки на своих Bf-109E-4 (w/n 1459) и Bf-109E-7 (w/n 3632) и оба попали в плен. Это были лейтенант Хервиг Цуцик (lt. H.Zuzik) "сбивший" 13 самолётов и обер-фельдфебель Еуген Винтергест (obfw. E.Wintergest) "сбивший" 20 самолётов на восточном фронте. Винтергест претендовал на звание лучшего аса 77 эскадры и его "успехи" активно приукрашивала немецкая пропаганда. Вот один типичный образец, перекочевавший после войны в западные книжки, а ещё через полвека поразивший своей "правдивостью" нынешних российских читателей "поп-истории" -
"7 августа в районе Одессы Винтергест в одиночку атаковал семь СБ-2 и все их сбил. Командир группы сначала не поверил этому, но после того, как сам лично увидел в указанном районе обломки всех семи бомбардировщиков, засчитал их Винтергесту".
На основе этого пассажа можно оценить реальное число побед Винтергеста и предположить, что реальное число сбитых и повреждённых советских самолётов едва ли превышало планку фактического аса. В конце года, оба лётчика каким-то образом убедили советские органы в своей преданности и были заброшены на территорию Румынии с диверсионными целями, однако сразу же сдались местным властям и переданы немцам. Теперь в западных работах утверждается (несомненно, со слов самих лётчиков), что они совершили вынужденные посадки в результате столкновения своих самолётов в ходе боя. Только в марте 1943 года оба лётчика были вновь допущены к боевым вылетам, но не на советском фронте.
Кроме Цуцика и Винтергеста, в бою 24 сентября ещё один немецкий истребитель был сбит, другой получил повреждения и совершил вынужденную посадку.
   На центральном участке фронта при вылете на штурмовку были сбиты два истребителя из состава 53 эскадры, при этом командир 8./JG53 капитан Хайнц (hptm. Hainz) спасся на парашюте и смог вернуться в часть, а фельдфебель Винклер (fw. Winkler) погиб.
   25 сентября в районе Вязьмы в воздушном бою был сбит и попал в плен обер-фельдфебель Франц Блацутко (obfw. F.Blazutko) из состава III/JG27, "сбивший" 29 самолётов, в том числе 25 из них на восточном фронте.
   Немцы и их союзники начали нести серьёзные потери авиатехники в результате партизанских и диверсионных действий. В районе Житомира перешедшая к партизанским действиям одна из окружённых частей Красной Армии уничтожила на аэродроме три Ju-52/3m, 48 автомобилей, 50 мотоциклов и 260 бочек с бензином. Через два дня при нападении диверсионной группы ГРУ на финский аэродром Тииксярви был уничтожен "фоккер" D.XXI (FR-138) из состава 1/LeLv 10, ещё несколько самолётов были серьёзно повреждены, и длительное время находились в ремонте.
   26 сентября на аэродроме Мошны южнее Витебска прибыла испанская эскадрилья в составе 12 истребителей Bf-109E-7, которая была включена в состава расположенной неподалёку JG27 15.(Span)/JG27. В воздушных боях над перекопским перешейком были подбиты и разбились при посадках на аэродроме Чаплинка два Bf-109E-7 из состава 6./JG77 и 3.(J)/LG2, при этом получили серьёзные ранения имевший на своём счету 13 "сбитых" самолётов обер-лейтенант Эрих Фридрих (oblt. E.Fridrich) и рядовой лётчик фенрих Рёдер (fhr. Ro"der).
   27 сентября в воздушном бою на подступах к Ленинграду был сбит и погиб фельдфебель Карл Кауфхолдт (fw. K.Kaufholdt) из состава JG54, имевший на своём счету 7 "сбитых" советских самолётов.

   До конца сентября с восточного фронта были отозваны части 53 истребительной эскадры, потерявшие 82 самолёта безвозвратно и 64 повреждёнными, то есть 180 процентов всей материальной части (в том числе 120 % безвозвратных потерь) от первоначального состава за три месяца боёв. Потери лётного состава эскадры составили 15 погибших и пленных, 26 лётчиков получили ранения. Чтобы компенсировать тяжелейшие потери истребительной авиации, из Голландии на восточный фронт была перебазирована I/JG52.
   30 сентября в воздушном бою над Ленинградом, л-т И.Д.Одинцов из состава 7 ИАП на И-153 сбил Bf-109F-2 (w/n 9668) из состава III/JG54 капитана Арнольда Лигнитца (hptm. A.Lignitz). Немецкий ас "сбил" 25 самолётов, в том числе 22 из них на западном фронте, и в конце 1940 года был награждён RK. Тяжело раненый Лигнитц спасся на парашюте, но при падении на крышу высотного здания не смог на ней удержаться и упал на землю. Получивший дополнительные травмы, Лигнитц был взят в плен и помещён в Военно-Морской госпиталь, в котором скончался через два дня. В немецких работах до сих пор утверждается, что такой ас-истребитель мог быть сбит только зенитным огнём. Вероятно, если бы Лигнитц умер сразу после приземления, в западных работах ещё бы обязательно упоминалось, что его "тут же расстреляли" злые красноармейцы или кровожадные энкавэдэшники.
   Оценить достоверность немецких источников в описании собственных потерь и определить свою степень доверия к ним, можно по одному боевому эпизоду на южном участке фронта. В районе аэродрома Аскания-Нова, в ходе воздушного боя (!) "упал и разбился по неизвестной (??!) причине" Bf-109E-7 из состава 1.(J)/LG2, который пилотировал унтер-офицер Карл Ференц (uffz. K.Ferenz). Можно поразиться провидению немецкого командования при составлении отчётов боевых действий - знать о появлении через полвека таких дураков (тем более в России), которые полностью поверят в подобную "правду" официальных немецких документов. В период с 20 по 30 сентября потери JG77 в боях над перекопским перешейком составили 16 полностью потерянных "мессершмитов", погибли и попали в плен 7 пилотов (из них два аса), ещё 4 получили ранения (из них также 2 аса). Согласно "методике" шарлатана Б.Соколова, которой он пользуется при определении советских потерь, но почему то не применяет к немецким, только безвозвратные потери лётного состава JG77 (и это без учёта потерь в Заполярье) в 1941 году должны составить не менее 130 человек и 300 самолётов. Подобными абсурдными цифрами в отношении потерь Красной Армии, тем не менее, переполнены книги иных новоявленных "историков".

   В начале октября с Восточного фронта немцы вывели половину частей оснащённых двухмоторными истребителями. Из под Ленинграда в Германию убыли Stab и I/ZG26, из под Киева была отправлена на родину I/SKG 210, которая к этому времени безвозвратно потеряла в боях 4 командиров отрядов и одного командира группы. Потери эскадры составили 64 полностью потерянных самолёта, ещё 18 получили повреждения, то есть 100 процентов от первоначального состава. Погибли и пропали без вести 68 лётчиков и стрелков-радистов, ещё 12 человек из состава экипажей были ранены. За июнь-сентябрь 1941 года немецкая авиация была обескровлена и не могла больше в полном объёме решать поставленные перед ней задачи. Поступавшие пополнения едва успевали компенсировать потери. Только в первый день октября на аэродроме Орла, при налёте советской авиации был уничтожен Bf-109E из состава 9.(H)/LG2, получили повреждения Ju-52 из состава 9 транспортной группы, He-111 из состава KGr. 100, Ju-87 из состава II/StG77 и Bf-109 из состава III/JG3. В воздушном бою были сбиты сразу три транспортных Ju-52 из состава KGr.z.b.V. 9, два экипажа которых (w/n 6870 и 6988) спаслись с парашютами, а один экипаж (w/n 6356) погиб.
   2 октября в первом же боевом вылете понесла потерю испанская эскадрилья. При вынужденной посадке на подбитом в воздушном бою "мессершмите", разбился тениенте (лейтенант) Луис Алькокер Морено-Абелла (L.A. Moreno-Abella), который в ходе воздушной войны в Испании одержал пять побед.
   3 октября зенитным огнём в районе Харькова был повреждён "мессершмит" обер-лейтенанта В.Дахла из состава II/JG3, который уже считался асом, "сбив" полтора десятка самолётов из 84 якобы "сбитых" на восточном фронте к концу войны.
   В районе Шатало южнее Ельни после воздушного боя с Ил-2 из состава 215 ШАП, не вернулся на аэродром и считается пропавшим без вести (фактически погибшим) кавалер RK обер-фельдфебель Хейнрих Хоффманн (obfw. H.Hoffmann) из состава JG51, совершивший к этому моменту 261 боевой вылет и "сбивший" по официальным данным 63 самолёта, из которых только один был "сбит" на западном фронте. 19 октября Хоффманн посмертно был удостоен RK-EL.
   В связи с большими потерями и неготовностью вести боевые действия в зимних условиях, 6 октября начался вывод с советского фронта венгерской авиации, который растянулся на полтора месяца.
   Кроме признанных асов, командиров частей и кавалеров RK, каждый день гибли и получали ранения десятки рядовых пилотов. Советские лётчики и зенитчики корректировали списки начинающих и признанных экспертов, решая, кто из них к концу войны останется в живых, с самым большим счётом "сбитых" самолётов.
   7 октября на центральном участке фронта получил тяжёлое ранение и до самого конца войны выбыл из строя фельдфебель К.Мараун (fw. K.Maraun) III/JG27, сбитый юго-восточнее Вязьмы мл. л-том С.А.Нечаевым на И-153 из состава 120 ИАП. Имевший на своём счету 4 "сбитых" советских самолёта, немецкий лётчик смог совершить вынужденную посадку, при которой его Bf-109E-7 был полностью разбит.
   8 октября в воздушном бою над крымским г. Армянск, тараном советского истребителя был сбит и погиб кавалер RK обер-лейтенант Курт Лассе (oblt. K.Lasse) из состава JG77, "сбивший" 39 самолётов (по другим данным 41 самолёт) и совершивший более 300 боевых вылетов. По установившейся традиции, немцы пишут о потере столь известного аса в результате простого "столкновения" в ходе боя с советским самолётом.
   10 октября в телеграмме командующему сухопутными войсками Германии, штаб группы армий "ЮГ" сообщал, что зенитная артиллерия не справляется с сильной авиацией противника, и настоятельно просит дополнительно перебросить в район боевых действий зенитные батареи из Румынии и Болгарии. Советские самолёты из так называемой "фрайбургской группы" ежедневно совершали более ста вылетов на бомбардировку и штурмовку наступающих в Крыму немецких войск, попутно ведя воздушные бои с истребителями противника.
   11 октября в бою с Пе-2 над перекопским перешейком, стрелком советского бомбардировщика был сбит, и при этом погиб лейтенант Ханс Шмайдлер (lt. H.Schmeidler) из состава 9./JG77, имевший на счету 7 "сбитых" советских самолётов.
   13 октября в воздушном бою восточнее г. Медынь Калужской области, был сбит и погиб лейтенант Йоахим Хакер (lt. J.Haker) из состава JG51, который имел на счету 32 самолёта, все из которых он якобы "сбил" на восточном фронте.
   14 октября в районе Калинина в воздушном бою с тремя ДБ-3, огнём бортстрелков были подбиты два "мессершмита" из состава 15.(Span)/JG27, которые смогли дотянуть до аэродрома. Одним из подбитых был командир отряда, команданте (майор) Анхель Салас Аррасабаль (A.S. Arrasabal), имевший на своём счету 16 самолётов "сбитых" в Испании и 2 советских самолёта, якобы "сбитых" в одном бою на восточном фронте. Вторым подбитым был капитан Карлос Аллесандри Байо (K.A. Bayo), одержавший 11 побед в Испании. Конечно по испанским "источникам" в этом бою были "сбиты" все три ДБ-3, а повреждения "мессеров", оказывается были вызваны столкновением друг с другом, так как испанские пилоты "сильно увлеклись, атакуя практически беззащитные (??!) бомбардировщики".
   Кроме потерь непосредственно самолётов-истребителей в истребительных частях, немалые потери несли самолёты на базе истребителей в составе штурмовых частей. При атаке соединений 30 советской армии на калининском направлении, зенитным огнём были сбиты два Bf-109E из состава II(Sch)/LG2, при этом чудом уцелел Х.Франк (H. Frank), впоследствии ставший одним из наиболее известных лётчиков штурмовой авиации. Северо-западнее, в районе г. Торопец зенитным огнём при штурмовке советских войск были сбиты два Bf-110E-3 (w/n 4393 и 4336) из состава 3./ZG26, экипажи которых погибли.
   15 октября в воздушном бою над перекопским перешейком был сбит фельдфебель Вильгельм Баумгартнер (fw. W. Baumgartner) из состава JG77, якобы "сбивший" к этому моменту 17 самолётов. Он спасся на парашюте и попал в плен, но в конце октября сумел бежать и вернулся в часть. На следующий день при налёте советской авиации на аэродром Чаплинка был фактически уничтожен (повреждения - 80 процентов) один Bf-109F-4 (w/n 4448) из состава 8 отряда 77 эскадры.
В ходе запланированной операции по захвату Крыма, для усиления понесшей большие потери и не справляющейся с советскими налётами JG77, немцы перебросили под Перекоп II/JG3 и III/JG52, ослабив свою авиационную группировку на ростовском направлении.
   16 октября получила приказ вернуться в Германию III/JG27, в которой последние дни могли взлетать только два "мессершмита". При заявленных 224 победах, реально было сбито и подбито не более 60 советских самолётов. За неполные четыре месяца боёв, группа потеряла погибшими и пленными 9 лётчиков и около 60 уничтоженных и повреждённых самолётов. Ещё ранее, 13 октября в Германию был отозван штаб 27 эскадры. Таким образом, формально из состава JG27 на советском фронте осталась только одна испанская эскадрилья. На следующий день с советского фронта начался вывод остатков словацкой авиации. К этому времени в 1-ой разведывательной эскадрилье осталось три Letov B-534, то есть потери составили не менее 15 самолётов. За четыре неполных месяца словаки по "официальным" данным потеряли 46 самолётов. Боевые потери из них якобы составили всего 9 машин, погибло 4 лётчика. По хитрому учёту боевых и небоевых потерь, словаки даже перещеголяли своих хозяев. В действительности боевые потери словацкой авиации составили около 30 самолётов. Словацкие пилоты претендуют всего на 6 сбитых советских самолётов, половина из которых к тому же существует лишь в воображении самих словаков.
В отличии от словаков, для которых наступила временная передышка, тяжёлые потери продолжала нести остающаяся на фронте румынская авиация. Только за 16 октября в районе Одессы которую уже оставили советские войска, в воздушных боях было сбито 7 румынских самолётов. Приморская армия в ночь на 16 октября в образцовом порядке эвакуировалась в Севастополь, к которому рвались немецкие войска. За два с небольшим месяца боёв, 3 румынская армия потеряла под Одессой 92.5 тысяч человек, из которых более 29 тысяч погибло и пропало без вести. Потери авиации составили свыше 50 самолётов, хотя румыны до сих пор твердят о 29 единицах. Только общие потери румынской авиации составили 172 человека, из которых свыше 80 погибли и пропали без вести.

   Крупные успехи на московском направлении стоили немецким войскам больших потерь в людях и технике. 17 октября на фоне невиданных ранее достижений по окружению советских войск в районе Вязьмы и Брянска, отчего-то застрелился командующий войсковой авиацией 9 армии генерал-майор Александр Мюллер-Кале. По всей видимости, это был жест отчаяния из-за понесённых тяжелейших потерь подчинённых ему разведывательных и связных авиаотрядов. Отрывочные немецкие сведения позволяют сделать вывод, что к этому моменту были безвозвратно потеряны все самолёты из состава войсковой авиации 9 армии, включая поступившие в ходе боевых действий пополнения. Например, ещё две недели назад, командующий войсковой авиацией группы армий "ЦЕНТР" (куда организационно входила 9 армия) информировал главный штаб люфтваффе - "Уничтожено противником 97 наших разведывательных самолётов, потери лётного состава составили 92 погибших и 41 раненый. Это потери в основном от истребителей противника. Кроме того, уничтожено 27 самолётов транспортных и связи, которые подчинялись этим эскадрильям. Погибли и повреждены ещё 38 самолётов без воздействия противника. Самолёты получившие повреждения в боях и восстановленные в частях, в отчёте не указаны."
   22 октября восточнее г. Малоярославец Калужской области, бортстрелками ДБ-3ф из состава 751 БАП был сбит и погиб обер-фельдфебель Роберт Фукс (fw. R.Fuchs) из JG51, "сбивший" 23 самолёта, из которых только три приходились на западный фронт. Кроме потерь на других участках фронта, на московском направлении было сбито в этот день 20 немецких самолётов, в том числе 13 бомбардировщиков из состава 3 и 53 эскадр, погибло и было захвачено в плен свыше 40 человек из состава их экипажей.
   23 октября в воздушном бою с И-16 ВВС ЧФ в районе Ишуни (Крым) был сбит и пропал без вести фельдфебель Эвальд Дюн (fw. E.Du"hn) из состава III/JG52, имевший на счету 23 "сбитых" самолёта согласно официальных немецких данных, а в районе н.п. Шёлковка Московской области был сбит и также пропал без вести обер-фельдфебель Хейнц Шаваллер (obfw. H.Schawaller) из состава JG51, имевший на счету 12 "сбитых" самолётов. По советским данным Дюн попал в плен, но его дальнейшая судьба неизвестна. Вероятно немецкий ас погиб при отступлении советских войск в результате немецкого огня, был убит при попытке к бегству или расстрелян. Точную причину его гибели установить уже вряд ли удастся.
Официальные немецкие сводки продолжают поражать своей казуистикой перевода боевых потерь в небоевые. 24 октября в воздушном бою над крымской землёй отчего-то "вспыхнул мотор" истребителя, который пилотировал фельдфебель Ридрих из состава II/JG3, который совершил вынужденную посадку на территории занятой советскими войсками и был взят в плен.

   В эти дни продолжались ожесточённые бои в воздухе и на земле на московском направлении. В одном из них был сбит, но остался в живых, смог перейти линию фронта и вернуться в часть один из асов JG51 лейтенант Гюнтер Шак (lt. G.Schack), который к концу своей карьеры истребителя "собьёт" 174 самолёта.
   25 октября при штурмовке советского аэродрома в районе г. Клин, был подбит зенитным огнём и получил тяжёлое ранение тениенте (лейтенант) Абундио Сестерос Гарсиа (A.S. Garsia), одержавший пять побед в гражданской войне в Испании. На советский фронт после излечения он уже не вернулся.
   Немецкие истребители несли потери не только в воздухе, но и на земле в результате авианалётов и артиллерийских обстрелов. 29 октября на аэродроме г. Калинин дальнобойная артиллерийская батарея под командованием лейтенанта Беликова вывела из строя 17 самолётов, в том числе восемь Bf-109 II/JG52 (два истребителя были уничтожены полностью), три Hs 126 из состава 2.(H)/23, и шесть самолётов из II(Sch)/LG2. Только во второй группе 52 истребительной эскадры погибло двое человек из числа наземного персонала.

   Потери немецких истребителей на СГФ в октябре 1941 года составили 184 самолёта потерянных полностью и подлежащих ремонту (таблица 6). Эти данные приведены в отчёте А.Галланда составленном в феврале 1942 года. В этих цифрах по прежнему настораживает бОльшее число небоевых потерь. При сравнении этих цифр с боевыми потерями за месяц лётного состава JG52 получается следующая картина - при 6 погибших и раненых пилотах, что минимально соответствует 12 безвозвратно потерянным самолётам, боевые потери пяти истребительных эскадр должны составлять не менее 60 только безвозвратно потерянных машин.

  
   Таблица 6
   Потери немецкой истребительной авиации на СГФ в октябре 1941 года
   Категория потерь
   Безвозвратные потери
   Подлежащие ремонту
   Всего
   Боевые потери

46

29

75

   Небоевые потери

51

58

109

   Итого

97

87

184

  
   Судить о тяжелейших потерях немецкой авиации можно по некоторым отрывочным данным, иногда неосмотрительно приводимых в немецких источниках. Например, 2 бомбардировочная эскадра до конца октября 1941 года, когда остатки этого соединения покинули восточный фронт, безвозвратно потеряла не менее 55 экипажей (более 200 человек лётного персонала) из 76 имевшихся на начало вторжения в СССР, то есть безвозвратные потери самолётов должны составлять не менее 100 единиц. Эскадра KG53 только в октябре безвозвратно потеряла 51 человека из числа лётного состава, только два отряда KG28 действовавших на центральном участке СГФ, безвозвратно потеряли с начала войны около 30 лётчиков и членов экипажей. 8 октября был сбит Ju-88 (F1+JH) из состава 1./KG76, после чего в отряде остался единственный боеспособный Ju-88 (F1+LC), который в свою очередь 10 октября был сбит зенитным огнём в районе Калинина.

  
   1 ноября тяжёлую потерю понесла финская авиация. Южнее о. Коэ в районе Ханко, ст.л-т В.Голубев на И-16 из состава 13 ИАП ВВС КБФ сбил "Хок" Н-75А (CU-570) капитана Пааво Давида "Пате" Берга (kapt. P.D. Berg), который был командиром специально созданной "особой команды Ханко" (OsH), переведённый в неё с должности командира LLv 32 и имевший на счету 9 побед одержанных в ходе советско-финской войны. В своём последнем бою Берг одержал десятую победу (разделённую командованием пополам с другим пилотом, хотя одержал её лично), тяжело повредив один из участвовавших в бою И-16 и ранив лётчика, который при посадке разбил машину. Гибель Берга, а затем потеря 5 ноября ещё одного лётчика OsH сбитого в бою с советскими истребителями, вынудили финнов в течение следующего месяца не использовать над Ханко свою авиацию, вплоть до эвакуации гарнизона полуострова.

  
   Таблица 7
   Потери финской авиации над полуостровом Ханко в 1941 году
   Период
   Тип самолёта
   Подразделение
   Обстоятельства потери
   Судьба экипажа
   Июнь
   Бленхейм Мk.1
   LeLv 44
   сбит в воздушном бою
   экипаж погиб
   1 июля
   Бленхейм Mk.1 (BL-130)
   LeLv 44
   cбит в воздушном бою
   экипаж пленён
   10 июля
   И-153 (VH-14)
   3./LeLv 6
   сбит в воздушном бою
   пилот погиб
   Август
   Бленхейм Mk.1
   LeLv 44
   сбит зенитным огнём КБФ
   экипаж погиб
   20 сентября
   Бленхейм Мк.1
   LeLv 44
   сбит в воздушном бою
   экипаж погиб

---

   Бленхейм Мк.1
   LeLv 44
   сбит в воздушном бою
   экипаж погиб
   1 ноября
   "Хок" Н-75А (CU-570)
   OsH
   сбит в воздушном бою
   к-н П.Д.Берг погиб
   5 ноября

-?-

   OsH
   сбит в воздушном бою
   пилот погиб
  

   На южном участке фронта в воздушном бою был сбит и погиб фельдфебель Альберт Вессель (fw. A. Wessel) из состава JG77, "сбивший" 6 советский самолётов. Помимо воздушных боёв, немцы продолжали нести небольшие, но стабильные потери авиатехники на земле. При налёте советской авиации на аэродром Юхнов-северный (Кувшиновка) было выведено из строя не менее семи самолётов, в том числе три Ju-87 из состава II/StG1 сгорели полностью.
   4 ноября в воздушном бою были сбиты два истребителя испанской эскадрильи, при этом погиб один рядовой лётчик, а командир 15.(Span)/JG27 команданте Салас совершил вынужденную посадку на нейтральной полосе и был спасён немецкими солдатами.
   В этот день в небе Заполярья "сбил" свой восьмой советский самолёт, известнейший в будущем ас-эксперт унтер-офицер Рудольф Мюллер (uffz. R. Mu"ller) из состава JG77. Однако согласно советским документам, реально он не мог претендовать на звание аса, так как фактически одержал лишь 4 победы (три сбитых СБ-2 и повреждённый И-16). Мюллер стал "официальным" асом ещё 28 сентября, реально сбив один СБ-2, но кроме первой победы (повреждённого И-16), три других "сбитых" (2-я, 3-я и 4-я победы) являлись абсолютной фикцией.
   6 ноября в воздушном бою был тяжело ранен командир I/JG52 обер-лейтенант Карл-Хейнц Лесманн (oblt. K.-H. Leesmann), но несмотря на ранение он сумел довести подбитую машину до аэродрома и совершить посадку. Сбивший якобы 22 советских самолёта, Лесманн после излечения на Восточный фронт не вернулся и погиб в бою с английской авиацией 25 июля 1943 года.
   13 ноября юго-западнее Москвы в бою с И-153 из состава 120 ИАП был сбит и погиб один из лучших на тот момент асов III/JG51 обер-фельдфебель Эдмунд Вагнер (obfw. E.Wagner), якобы сбивший 58 самолётов. По немецкой "версии" событий, такой ас, конечно, не мог встретить более искусного, чем он сам, тем более советского истребителя, и поэтому якобы был сбит оборонительным огнём стрелков Пе-2, что считалось не таким "низким" поражением.
   14 ноября немецкая авиация предприняла ряд массированных атак на позиции советских войск, аэродромы и объекты в самой столице. Впервые при налётах на Москву немецкие истребители сопровождали бомбардировщики на всём пути следования. В ожесточённых воздушных боях было сбито два Bf-109 (w/n 8985 и 12755). Немцы претендовали на 12 "уничтоженных" самолётов только на аэродромах, в то время как в реальности был потерян лишь один советский самолёт, ещё три машины были легко повреждены.
   15 ноября в районе Старой Руссы пропал без вести (погиб) в воздушном бою лейтенант Вальтер Шик (lt. W. Schcik) из состава JG51, "сбивший" 10 советских самолётов. Победы немецким лётчикам давались всё труднее, советские истребители дрались с ними на равных. Восточнее Можайска, пять Як-1 в бою с пятёркой Bf-109 из состава II/JG52 сбили один истребитель в котором погиб унтер-офицер Бернхард Вилски (uffz. B. Wilsky). Все советские самолёты получили повреждения, один самолёт был потерян после вынужденной посадки, но потерь среди лётчиков не было.
   17 ноября 1941 года покончил с собой ответственный за снабжение и поставки вооружения для люфтваффе генерал-полковник Эрнст Удет (Gen.Obst. E. Udet) осознавший, что авантюра Гитлера очень скоро приведёт к полному краху как авиапромышленность, так и саму Германию. Для участия в похоронах с восточного фронта был срочно отозван инспектор истребительной авиации, лучший ас Германии генерал-лейтенант Мёльдерс, но самолёт на котором он летел потерпел катастрофу и разбился. В связи с гибелью двух столь высокопоставленных генералов авиации, в Германии был объявлен траур, а их имена были присвоены двум истребительным эскадрам. Наименование "Udet" получила JG3, а JG51 удостоилась имени "Mo"lders".
   К двадцатым числам ноября советско-германский фронт покинула вся венгерская авиация. Лётчики (в основном истребители) претендовали на 30 сбитых советских самолётов. Собственные потери составили 56 полностью потерянных и тяжело повреждённых машин. По всей вероятности эти данные занижены. Только безвозвратные потери лётного персонала составили 23 человека (17 погибших, 6 пропавших без вести), ещё 28 пилотов и членов экипажей получили ранения.
   27 ноября зенитным огнём были сбиты два Bf-109E из состава 15.(Span)/JG27, при этом погибли их пилоты. Хотя они не были асами, и не одержали даже одной "официальной" победы на советско-германском фронте, один их них, майор Хосе Муньос Миллас (maj. H.M. Millas) был весьма известным и опытным лётчиком, активно участвовавшим в гражданской войне 1936-1939 гг. По испанским источникам, некоторые лётчики видели как Миллас покинул самолёт с парашютом, но тот не раскрылся ввиду малой высоты. В западных работах пишется о том, что "советским данным" (которых никто не видел), Миллас был якобы взят в плен, но "о его дальнейшей судьбе ничего не сообщается", что прозрачно подразумевает расстрел Милласа "крофавой гэбнёй" или его мучительную гибель в "сталинских застенках".
На южном участке фронта в воздушном бою был сбит и пропал без вести (фактически погиб) обер-фельдфебель Роман Пайнцук (obfw. R. Painzuk) из состава JG77, который по официальным немецким данным "сбил" 8 советских самолётов.
   28 ноября в бою с советскими истребителями между Таганрогом и Ростовом-на-Дону был подбит командир 8./JG52 лейтенант Гюнтер Ралль (lt. G. Rall), который по немецким данным "сбил" в этом бою 36-й самолёт. При вынужденной посадке самолёт Ралля перевернулся и лётчик получил тяжёлую травму позвоночника, из-за которой 10 месяцев был вынужден лечиться в госпитале.

   В конце ноября в Германию была отозвана II/JG3, в которой осталось не больше десятка самолётов. Также к этому времени с советско-германского фронта была выведена румынская авиация, в войсках остались лишь три связные эскадрильи. Румынские лётчики претендовали на 332 самолёта сбитых в воздушных боях и 150 якобы уничтоженных на земле, помимо этого на 115 сбитых самолётов заявили румынские зенитчики. В таком количестве "подтверждённых" сбитых усомнилось даже собственное командование, которое серьёзно ужесточило правила подтверждения побед. По реальным оценкам, советская авиация от действий румын потеряла уничтоженными и повреждёнными не более 100 самолётов в воздухе и на земле. Боевые безвозвратные потери румынской авиации, по официальным заниженным данным составили 40 самолётов потерянных только в воздушных боях. С потерями от зенитного огня и на аэродромах, общее число только безвозвратных боевых потерь румынской авиации составило около 120 машин. Например, были полностью потеряны все 43 Bf-109E полученные от немцев. Боевые безвозвратные потери только лётного персонала составили 109 человек (83 погибших, 26 пропавших без вести).

   В наступившем декабре, ввиду огромных потерь и погодных условий, резко снизилось число вылетов немецкой истребительной авиации, и поэтому сократилось число потерь немецких истребителей в воздушных боях - всего за декабрь было сбито и подбито около 40 немецких истребителей. Однако потери по другим причинам продолжали оставаться очень высокими.
   13 декабря при налёте советской авиации на немецкий аэродром в районе Клина, были уничтожены 13 истребителей из состава II/JG52 и испанской эскадрильи.
   На следующий день в воздушном бою с советскими истребителями в Карелии был сбит и погиб керсантти (унтер-фельдфебель) Тойво Томминен (kers. T.Tomminen) из состава LLv 28 на счету которого было 6,5 побед. В финских источниках утверждается, что это произошло при "столкновении" в ходе боя, так как наши противники не осознают намеренной жертвенности ради спасения Родины, ценой собственной дорогой жизни. Впрочем, скрепя зубы они иногда соглашаются с фактом намеренного тарана, но только с позиций "дешёвости" жизни в условиях советской власти. Самолёт Томминена Ms.406 (MS-329) был сбит тараном "харрикейна" ст.л-та Н.Ф.Репникова, при совершении которого советский лётчик геройски погиб.
   26 декабря не вернулся из боевого вылета Ms.406 (MS-318) который пилотировал вянрикки (лейтенант) Мартти Инехмо (va"n. M. Inehmo) из LLv 28, одержавший по официальным финским данным 8 побед. С тех пор он считается пропавшим без вести, то есть фактически погибшим. Финские поп-писатели не утруждая себя поисками причин гибели аса в советских архивах, тупо долдонят из года в год про "плохие метеоусловия" в день вылета, подразумевая, что такой искусный лётчик не может погибнуть в бою.

   Таблица 8
   Список боевых безвозвратных потерь командного состава авиации Германии и её союзников на СГФ в 1941 году

   22 июня obstlt. W. Schellman - командир JG 27
   ---------- hptm. H. Bretnu"tz - командир II/JG 53
   ---------- oblt. W. Stange - командир 8./JG 3
   ---------- hptm. M. Stadelmeier - командир II/KG 55
   ---------- oblt. Peters - командир 1./KG 2
   ---------- oblt. J. Hof - командир 3.(F)/11
   ----------
   ----------
   23 июня oblt. W. Wiesinger - командир 4./JG 27
   24 июня oblt. W. Balfanz - командир I/JG 53
   ---------- oblt. W. Roesler - командир 6./StG 1
   ---------- oblt. E. Beutler - командир 1./StG 2
   ---------- oblt. J. Zeller - командир 3.(F)/33
   25 июня hptm. R. v. Sichart - командир I/KG 76
   ---------- hptm. H. Kaminski* - командир II/ZG 26
   26 июня hptm. L. Keller - командир II/JG 3
   ---------- oblt. W. Mayer - командир 1.(H)/32
   27 июня oblt. A. Kinzinger - командир 1./JG 54
   ---------- hptm. O. Stams* - командир II/KG 1
   28 июня hptm. H. Emig - командир KGr. 806
   29 июня hptm. A. v. Lojewski - командир IV/JG 77
   ---------- oblt. F. Amende - командир 2./SKG 210
  
   2 июля oblt. E. Grisinger - командир 7./KG 76
   3 июля hptm. E. Roeger - командир II/KG 30
   --------- oblt. J. Berkhoff - командир 9./StG 1
   4 июля oblt. R. Staehle - командир 4.(F)/33
   6 июля maj. A. Lerschen - командир II/KG 51
   7 июля oblt. F. Nohl - командир 3./StG 77
   8 июля hptm. F. Reinhard - командир I/KG 27
   ------------ hptm. H. Mahlke* - командир III/StG 1
   10 июля oblt. G. v. Wenschowscki - командир 5./KG 55
   11 июля lt. Ru"ba - командир 2./JG 3
   ------------ hptm. W. Schmidt* - командир 8./JG 3
   ------------ oblt. K. Brink - командир ./JG 52
   ------------ oblt. Herrfurth - 4-6./KG 55
   12 июля oblt. K. Faust - командир 4./JG 3
   13 июля oblt. G. Ludwig - командир 1./JG 54
   ------------ hptm. G. Buchenau - командир 9./StG 2
   16 июля oblt. H. Kolbow - командир 5./JG 51
   ------------ oblt. W. Friedel - командир stab/StG 77
   18 июля hptm. G. Lehrmann - командир I/ZG 26
   22 июля oblt. K. Firnhaber - командир 9.(H)/LG 2
   26 июля hptm. J. f.v. Richthofen - командир 6./ZG 26
   ------------ oblt. K. Langhof - командир 3./ZG 26
   27 июля oblt. R. Guhl - командир 5./KG 3
   29 июля oblt. K.-H. Knot - командир 5.(H)/31
   30 июля lt. H.-J. Steffens - командир 5./JG 51
   ---------- lt. Schiss - командир stab/JG 53
   31 июля oblt. K. Sochatzy** - командир 7./JG 3
  
   1 августа oblt. G. Ruland - командир 3./JG 54
   2 августа oblt. G. Skambracks - командир 8./StG 1
   4 августа hptm. G. Schaschke - командир stab/ZG 76
   6 августа oblt. R. Hain - командир 2./JG 54
   7 августа oblt. A. Moell - командир 6./ZG 26
   10 август hptm. J. Ruff - командир 1.(H)/12
   13 августа maj. H. Hartwig - командир KGr. 806
   14 августа oblt. G. Krieger - командир stab/StG 2
   --------------- oblt. F. Anders - командир 2./SKG 210
   --------------- oblt. G. Schmidt - командир 5./SKG 210
   15 августа oblt. F. Ulrich - командир ./KG 26
   21 августа lt.komm. A. Popisteanu - командир 7 (Rum.)
   23 августа oblt. W. Lazarus - командир 5./KG 77
   25 августа hptm. H.-F. Joppinen - командир I/JG 51
   ------------- oblt. S. v. Gauerstadt - командир 1./KG 2
   29 августа hptm. A. Keil - командир II/StG 2
   30 августа oblt. H. Ba"r* - командир 12./JG 51
   31 августа oblt. W. Leonhardi - командир 7./KG 53
  
   * - тяжело ранен, после излечения на ВФр не вернулся
  
   1 сентября oblt. J. Ziebell - командир 1.(H)/11
   3 сентября - командир 1.(H)/11
   6 сентября oblt. A. Schumann - командир 5./JG 52
   9 сентября oblt. H. Mu"therich - командир 5./JG 54
   12 сентября hptm. W. Suwelack - командир 7./Kst
   13 сентября hptm. K-H. Scricker - командир I/SKG 210
   15 сентября hptm. H. Brinken - командир 4./KG 4
   23 сентября hptm. E. Steen - командир III/StG 2
   26 сентября hptm. K. v. Leutsch - командир 9./KG 1
   27 сентября oblt. B. von Buelow - командир 1.(H)/13
   30 сентября hptm. A. Lignitz - командир III/JG 54
  
   7 октября oblt. G. Weiss - командир 1./StG 2
   8 октября oblt. K. Lasse - командир 9./JG 77
   10 октября oblt. H. Bumke - командир 8./StG 77
   11 октября hptm. G. Weithaas - командир 7./KG 1
   16 октября oblt. K. Obermayer - командир 3./KGr. 806
   23 октября oblt. F. Volke - командир 2./KG 3
   25 октября hptm. H. Widmann - командир I/KG 54
   29 октября hptm. H. Schafer - командир 7.(F)/LG 2
  
   1 ноября Berg - командир OsH (LLv 32)
   3 ноября - командир II/KG 1
   6 ноября oblt. K.-H. Leesmann - командир I/JG 52 = ()
   ------------ hptm. H. Roth - командир 6./SKG 210
   25 ноября - командир I/KG 3
   ------------ - командир III/KG 51
   26 ноября hptm. G. Riedlinger - командир 5.(H)/13
   27 ноября - командир 15.(Span)/JG 27
  
   17 декабря - командир 5./KG 1
   19 декабря - командир 9./KG 1
   20 декабря hptm. H. Girke - командир 2.(H)/41
   21 декабря - командир II/KG 3
   23 декабря - командир 5./KG 4
  
   * - тяжело ранен
   ** - плен
  
   * - тяжело ранен
   ** - плен
  



 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Панасенко "Бойня"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) А.Робский "Охотник 2: Проклятый"(Боевое фэнтези) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези) В.Пылаев "Видящий-4. Путь домой"(ЛитРПГ) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"