Зиновьев Станислав: другие произведения.

Беглец

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Издавай на SelfPub

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 8.65*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В честь 365-ого посетителя представляю Вашему вниманию мой новый фантастический рассказ "Беглец" о войне в далеком будущем.


   Беглец.
   Рассказ.
  
   Я бежал уже трое суток. Не устал, нет. Гоминиды, гнавшие меня и готовые растерзать за побег из их плена, придавали мне сил.
   Я бежал днем и ночью, через дремучий ельник и бездонные топи. Дыхание моё было ровным, а биение сердца - спокойным. Голода и жажды практически не чувствовал. Ел ягоды и пил темную болотную воду из луж, а по ночам обыденно не спал из-за отравлений и поносов. покрытая засохшей коркой грязи одежда, которую своровал в ближайшей к концлагерю человеческой деревне, уже поистерлась местами. Пятизарядная винтовка, болтавшиеся у меня за плечом, придавала уверенности на случай, если я устану или окончательно выдохнусь, или обезьяны-переростки, гоминиды, все-таки догонят меня.
   На третье утро я вышел на открытую болотистую местность, поросшую редким кустарником и невысокими тощими стволами деревьев. Здесь были уже слышны разрывы снарядов и возгласы смерти, что наполнили мое сердце решимостью ускориться. Ноги без устали несли меня сквозь кустарники по мягкой, застеленной мхом почве, пока глаза, уставшие от беспрестанной гонки, не подвели меня. Проносясь через очередной кустарник, мои ступни не почувствовали под собой опоры. Ноги подкосились, а сам кубарем покатился по земле.
   Через мгновение я открыл глаза. Передо мной стоял отвесный бугор, с которого я и скатился, с шапкой из кустарников. У себя под боком я нащупал опрокинутую корзинку с рассыпанными ягодами вокруг нее. Обернувшись, заметил небольшой комочек в белом ситцевом платьишке и косынкой на голове. Личико и лапки ее были подмяты под себя, погружены в низкорослую поросль ягодных кустарничков. Я резко поднялся и рявкнул: встать!
   Через некоторое мгновение комочек поднялся на колени. Девочка повернулась, чуть попятившись, утирая рукавом платья ягодный сок с мордашки. Она смотрела на меня блестящими страхом карими глазами, прижимая свои грубые смуглые ручки к голубенькому фартучку с геометрическим узором.
   Гоминидка.
   В моих глазах загорелся огонь, я направил винтовку на девчонку. Мушка винтовки указывала на её лицо, искаженное ужасом. Гоминидка стала чаще дышать, огромные карие глаза её налились кровью, но пустить слезу не решались, как и крик. Она смотрела в бездонное дуло. Наши сердца стучали гулко, что, казалось, они били в барабаны унисон, создавая симфонию битвы богов глубокой древности. Духи бесновались над нами в грохоте раскатов, которые разрывали небеса, рыдающие солеными, жгущими кожу слезами.
   Наконец моя злость перешла через край: сдернул винтовку на ремень, схватил девчонку за плечо и бросил ее в небольшую яму, под козырек земляного отвеса, с которого я и свалился. Как только она упала наземь, я поспешил укрыться под отвесом вместе с ней. Кислотный ливень с каждым мгновением становился все сильнее.
   Она прижалась ко мне, обхватила своими кулачками мою робу и крепко зажмурилась, словно боялась, что эта яма окажется не кроличьей норой чудес, а пещерой ужасов. Чтобы ее успокоить, я завел колыбельную под аккомпанемент дождя. И пел, пока она не успокоилась и не заснула.
   Это сопящее существо напомнило мне мою дочь, которую я оставил, уйдя на войну. Я давно не получал на фронт от них писем и делал вид, что надеялся на то, что они успели эвакуироваться из захваченного гоминидами города, умчаться на спасительном поезде глубоко в тыл. Но сердце выло от боли, оно не питало надежды, и где-то на уровне подсознания понимал, что мои девочки стали средством для очищения от рабского клейма на телах гоминидов, что через насилие вооружает их бесстрашием и чувством собственного достоинства. Через насилие они освобождали себя. И даже родители этой девочки, что сейчас мирно спит у меня на руках, не удержались и пересадили кусочек человеческой кожи ей на плечо, где когда-то находилось позорное клеймо.
   Наверно, думалось мне, они так пытаются избавиться от чувства неполноценности, от отчаяния и пассивности, которое присущее этим созданиям. Хотя бы кусочком приобщится к нашей цивилизации, сообщив небесам: мы равны с вами!
   Когда дождь прекратился, я положил спящую девочку на землю, подложив ей под голову свернутый платок. Забрал из ее корзинки кусок хлеба, служивший, наверняка, ей обедом. Взял с собой винтовку и продолжил путь, на ходу поедая грубую гоминидскую булку, надеясь, что девчонку не найдут голодные лесные звери, и она без происшествий доберется домой.
  
   Следующей ночью уже лежал на выжженной земле, на пепле. Похоже, здесь накануне велись бои, но самого фронта, как и следов гоминидов не было. Присутствовали лишь многочисленные воронки от разорвавшихся снарядов. Несмотря на глухую ночь, воздух был горячим, сухим, душным и обжигающим легкие. Редкий свежий ветер мог прорваться ко мне, но он лишь усиливал тяжесть окружающего воздуха.
   Во тьме я полз наугад, словно слепой котенок на зов матери, пока не услышал, как меня спросили "Кто идет?". "Свои!- радостно воскликнул я, представился. "Шел вон, гоминидов лазутчик!- закричал второй, и застрочил пулеметом. Горячие пули вонзились мне в грудь. "Стой!- закричал кто-то и подбежал ко мне. Это был кто-то знакомый, мне было знакомо его лицо.
   Очнулся я в госпитале. Сюда меня поместили, чтобы залечить истощение, ожоги от химических дождей, ссадины от побоев в концлагере, желудок от последствий отравлений, а также до боли приятные ранения от родных пулеметов и свести с моего тела многочисленные рубцы от гоминидских знаков. Потом, думалось, отправят обратно, кинут в мясорубку на редеющий с каждым ударом гоминидов фронт.
   Моих сил было недостаточно, чтобы говорить или кричать от боли. Большую часть времени я молчал и размышлял. Мои мысли заполняла та девочка, с которой я столкнулся. Я пытался вспомнить: с чего все началось, что является причиной столь долгой, упорной и беспощадной войны.
   Вспомнил уроки истории о гоминидах, жившим в хижинах в суровых лесах, где не было ничего кроме деревьев и болот. Как мы их вытащили из чащ, заставив служить себе в обмен на дары цивилизации. Заставили рубить деревья, осушать болота и сеять пшеницу и рожь. Как они через сотню лет начали бастовать, восставали от невыносимости своего положения и быта, боролись за свои права, пока не обрели свое государство, новую родину для всех гоминидов, где-то на краю земли. А потом... а потом мы решили показать им их место, наше превосходство с присущей нам жестокостью, с присущей нам насмешкой над их неразвитостью, их нецивилизованностью и их дикостью. Война вспыхнула быстро, словно разлившийся в засушливое лето по полю бензин. Достаточно было только искры.
   Размышления ввели меня в тупик, где пришло осознание, что если бы мы не вмешались в ход их истории, то они бы стали сами равными нам, а не пришивали наши кусочки кожи к своим телам, прививая себе цивилизованность, словно это болезнь. Наверно, нам просто повезло, что мы заразились ею раньше этих обезьян.
  
   Через пару месяцев, когда я уже окреп, смог говорить и даже вставать, меня посетил репортер и фотограф. Он сообщил мне, что в том месте, где я вышел к своим, обнаружили брешь в обороне гоминидов. Войска прорвали фронт и перешли в яростное наступление, продвигаясь в глубь вражеских позиций. Также он поведал мне об освобожденном концлагере, где я когда-то пребывал. О том, как гоминиды расстреляли пленников в лагере, из которого я бежал, на кого не хватило патронов травили газом или жгли живьем, а оставшихся бросили умирать голодной смертью. Сообщил, что меня хотят наградить, называют героем, а он хочет написать обо мне статью, а может даже книгу.
   Я не торопясь поведал ему свою историю во всех деталях и подробностях. Репортер внимательно выслушал ее с включенным микрофоном, записывая что-то в свой блокнот. Фотограф сделал пару моих снимков.
   Напоследок репортер радостно вспомнил, что взял с собой фотокарточки, сделанные накануне на передовой. Он достал их из внутреннего кармана куртки и показал мне. Я медленно их листал у себя в руках, пока мой взгляд не остановился на одной из них. На той фотокарточке стояло трое довольных солдат, в руках одного из которых был поводок. Ремень был натянут и закреплен на ошейнике, в котором была, словно мартышка, маленькая девочка в ситцевом платьишке. Та девочка, с которой я столкнулся в лесу.

Оценка: 8.65*7  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Боталова "Академия Равновесия. Охота на феникса" (Попаданцы в другие миры) | | К.Юраш "В том гробу твоя зарплата. Трудовыебудни" (Юмористическое фэнтези) | | Н.Любимка "Власть любви" (Приключенческое фэнтези) | | П.Флер "Поцелуй василиска" (Попаданцы в другие миры) | | О.Чекменёва "Доминика из Долины оборотней" (Любовное фэнтези) | | А.Анжело "Сандарская академия магии" (Любовное фэнтези) | | Т.Серганова "Эквей. Трилистник судьбы" (Любовная фантастика) | | М.Мистеру "Прятки с Вельзевулом" (Юмористическое фэнтези) | | Н.Романова "За Край" (Любовное фэнтези) | | А.Хоуп "Тайна Чёрного дракона" (Любовная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"