Ophidian: другие произведения.

Без надежды на счастье Часть 2. Ганимед

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 9.24*30  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    99-210
    Комментарии в общий файл 1й части сюда.
    Кто-то мечтает о сильном мужчине, кто-то о богатом. Кому-то нравятся романтичные, кому-то - надёжные. А Дана мечтает, чтобы их не было. Мужчины приносят в её жизнь боль и ужас, все, до единого, женщины же просто презирают её. Дана любит одиночество, оно для неё синоним свободы.
    Свободы от мужчин.
    Главной проблемой стал самый ужасный из них. Жёсткий, волевой, властный. Его любовь стала её оковами, она словно игрушка в его руках. Он дал ей защиту, заботу, страсть, - то, что никогда раньше не испытывала. Взамен хочет её. Её любовь, её жизнь, её душу. Никакого выбора. Никакой свободы. Никакой собственной воли. Только его желание... и её.

  99.
  Космос поблёскивал россыпью разноцветных ярких пятнышек в лощёной черноте. Где-то среди них развернул свою базу Даниэль, который на самом деле командор пиратов Джаггернаут, и которого Дана, оказывается, совсем не любит.
  Вскоре прозрачная панель мягко засветилась и на обозрение выплыл Юпитер. Огромный, больше чем Сатурн, он не просто занимал собой большую часть неба, но сам казался небом. Оранжевый и живой, он клубился и полыхал.
  Громадный диск оказался усыпан тёмными спутниками, и Дана тщетно пыталась понять, какими, пока Амир не объяснил ей.
  Ио, словно шарик золота. Сверкающая гирляндами огней Каллисто. Мелькнула красноватая Метида.
  А потом выплыл серебристый с тёмными пятнами Ганимед, и почему-то сердце забилось быстрее.
  Огромные купола нарастали с невероятной быстротой, Дана уже разглядела причал и тёмный зев ангаров.
  Внутри Амир снова раздал указания. Впрочем, уже коротко и быстро. Потом повернулся к Дане:
  - Тебя надо сразу внести в базу данных. Пока оформим, как посетителя, потом разберёмся. Дай ручку.
  Он бережно взял её ладонь и внёс в сенсорное поле.
  - Если потеряешься - активируй навигатор. Он тебя выведет к моей квартире по местным базам. Пошли.
  К этому времени все прибывшие уже разошлись. Дана сделала неуверенный шаг по направлению к выходу в космопорт. Амир положил руку на её плечо: не давил, но удерживал крепко, не отпуская.
  Дана чувствовала себя одновременно и почти в безопасности - и собачонкой на привязи.
  Странное чувство. Уже начинает привыкать.
  Амир вывел девушку в коридор космопорта, и она замерла, поражённая.
  Высоченные - несколько метров потолки, широкие коридоры. Стены из молочно-белых панелей с приглушённым матовым блеском и лазурным геометрическим узором. Кое-где были вставлены панно в техностиле. Довольно часто попадались скрытые панели информации, помеченные синими мнемосхемами. И - такие же мнемосхемы дверей и кресел, которые можно было выдвинуть из стены.
  Это так разительно отличалось от простых пластиковых стен с заслонками компьютеров на станции Сатурна, что Дана шла крайне медленно, разглядывая обстановку. Амир её не торопил.
  Через некоторое время коридор ещё больше расширился, потолки взобрались на недосягаемую высоту, а сверху появились ещё коридоры с ажурными стенами. По ним кто-то ходил, и навстречу начало попадаться большое число людей. В основном, в серо-голубой униформе, некоторые с инструментами, видимо, техники. Почти все здоровались с Амиром.
  Такое внимание, даже хоть и не к Дане, нервировало.
  Лифт в виде площадки без стенок нервировал тоже.
  Девушка схватилась за Амира, как только их начало уносить вверх. Тот засмеялся:
  - Маленькая, ты не упадёшь. Здесь силовое поле.
  Протянул руку и провёл ей в воздухе. Дана тоже аккуратно потрогала пространство. Силовое поле действительно было.
  - Для гостей даже включаем это.
  Он сделал жест в воздухе, и невидимая стена засветилась голубоватым.
  - Так лучше, - тихо прошептала Дана.
  А лифт уже остановился.
  - Нам сюда, на транспорт.
  Скоростная капсула с прозрачной крышей помчалась по прозрачной же трубе. Правда любоваться пейзажами Ганимеда не получалось, слишком быстро они мелькали. Но и кромка Юпитера над горизонтом казалась не менее интересной.
  Пятнадцать минут, снова лифт, снова коридоры. Стены уже тёпло-зелёные, мягкий свет под более низким потолком. Наверное, должно напоминать Землю. Амир объяснил, что это жилые секции.
  Смотреть по сторонам здесь было уже не так интересно, пока они не поднялись на самый верх, под огромный купол, на который навалилось чёрное небо Ганимеда.
  - Выглядит таким тонким... - с лёгким страхом сказала Дана, глядя вверх.
  - Выглядит - да, - весело ответил Амир, - но здесь два слоя пластика и силовое поле. К тому же искусственная гравитация не даст уйти воздуху сразу, даже если что-то случится.
  - А может? - на всякий случай уточнила.
  - Может быть что угодно, но подобное - крайне маловероятно. Со времён нейтрализации радиационных поясов Юпитера не было ничего опасного для большого количества людей. Ганимеду можно доверять, малышка. Вот, заходи сюда. Это моя квартира.
  К счастью, внутри купола не было. Простой потолок, прозрачной была лишь одна из стен. Дана с любопытством приникла к ней, рассматривая планету.
  Широкие, тускло отсвечивающие дороги, горящие огнями башни склады и ангары, и купола, купола, купола...
  - Даная, - Амир тронул её за плечо. - Давай тебя разместим, потом насмотришься. Здесь много интересного. Видела гидропонные сады?
  Она помотала головой. На Сатурне были генераторы воздуха.
  - Потом устроим тебе экскурсию. Твои вещи скоро доставят, можно будет разбирать.
  - Кто доставит? - удивилась Дана. Они же не используют людей...
  - Автомат. Не доверяешь?
  Пожала плечами.
  - Мне бы отдохнуть. Чуть-чуть.
  На самом деле усталость навалилась огромная, но не признаваться же в этом! Подумаешь, перелёт - сидела, поездка до жилой секции - сидела. С чего уставать?
  - Я только покажу тебе комнаты.
  - Комнаты? - та, в которой они находились, огромна. Есть ещё? Зачем? Здесь мебель - диван, большой стол, целая стена, видимо, использовалась, как экран - перед ней много свободного пространства. Несколько шкафчиков в других стенах. Что ещё надо? Разве что душ, туалет и кухня.
  Но комнат и в самом деле оказалось много. Остальные были поменьше, правда, только по сравнению с первой. Ещё одну, с мини-спортзал, Амир представил, как свою спальню. На его кровати Дана, пожалуй, потеряется. Кабинет был с другой стороны, и его показывать, видимо, было незачем.
  Ещё комната была закрыта. На вопрос Амир смутился и бросил: 'Всякий хлам лежит'. Комната Синей Бороды? Скорее, правда всякий хлам. Так поступит каждый мужчина с лишней комнатой.
  - Это... гостевые комнаты, - сказал он про две оставшиеся, открывая двери. Говорит чуть напряжённо и всё ещё смущённо. - Понимаешь, на всякий случай, ведь рано или поздно... В общем, ты можешь здесь разместиться. Я понимаю, что лучше было бы тебе выделить отдельную квартиру. Но рядом всё занято, а позволить тебе жить где-то в отдалении я не могу. Прости. Это сильнее меня. Каждый раз, когда я тебя оставляю, ты влипаешь в неприятности. Здесь, конечно, тебя не похитят пираты, но мне будет спокойней, если будешь рядом.
  Дана согласно кивнула. Ей тоже будет спокойней. Она боялась - не этого места, а того, что не соответствует ему. Боялась что-то сделать не так.
  Кровать, шкаф в стене, что-то вроде трюмо с интерактивным объёмным зеркалом. И много места ещё.
  - Можно поставить ещё любую мебель, какую хочешь, но у меня другое предложение. Вторая комната поменьше, под рабочий кабинет. Я полагал, что... с большой вероятностью моя жена будет кем-то из наших, ей надо будет кабинет. Но ты... У нас есть спортзалы внизу, но ты занимаешься очень часто, тебе неудобно будет выбирать время. Если тебе хватит места здесь, кровать можно будет переместить вот сюда, - он открыл дверь в соседнюю комнату. - И шкаф может открываться туда же.
  Дана растерялась. У него комнаты заготовлены для будущей жены? В самом деле, как вообще такой мужчина долго бегал от штампа в паспорте? Конечно, он очень умный, но какой ум сравниться с изобретальностью женщины, желающей выйти замуж? Может, его уже кто-то присмотрел? И... у него кто-то намечался?
  А может, до сих пор намечается?
  - Амир... А у тебя никого не было? - так он и сказал, конечно. Но вдруг?
  Он непонимающе нахмурился:
  - До тебя? Были, конечно. Но всё завершилось ничем.
  - Завершилось? Ну, раз комнаты свободные...
  Всё-таки сомнение поселилось в сердце. У кого бы узнать?
  Амир хмыкнул:
  - Малышка, мои подружки в этих комнатах не жили. Здесь ещё никто не жил. Просто при планировке надо было закрепить за собой территорию, а то потом переезжать придётся, чтобы расшириться. Но мои прошлые отношения закончились, поверь.
  - А сколько тебе лет?
  - Тридцать семь.
  - И до сих пор никого нет?
  - Ты говоришь, как моя мама, - засмеялся он. - Ну что, как тебе предложение? Достаточно тебе здесь места, чтобы заниматься?
  - А на стену можно сделать зеркало?
  Молча понажимал что-то в скрытой панели, и всю стену словно затянула зеркальная поверхность. Дана ахнула от восторга.
  - Нравится тебе здесь?
  - Спасибо! Очень! А.. надолго я у тебя?
  Он замялся. Потом ответил:
  - Как посчитаешь нужным. Хоть всю жизнь.
  Заминка. Обычно означает, что о чём-то умолчали.
  Лучше бы он назвал конкретный срок. Потому что про всю жизнь - это как ребёнок просит щенка и обещает о нём всегда заботиться. А потом питомец надоедает.
  
  100.
  Амир пообещал прислать техников переставить мебель и предложил Дане пока разобрать необходимые вещи.
  Она кивнула и уселась на пол возле сумок.
  Сил никаких не было. Пока можно медленно перекладывать одежду и косметику, делая вид, что ищет что-то нужное. Сейчас она малость отдохнёт, и...
  Амир ходил по соседним комнатам и разговаривал с кем-то командным тоном. Иногда заглядывал, и Дана снова начинала имитировать разбор вещей.
  В конце концов он зашёл и пристально посмотрел на кучки, лежащие на полу:
  - Ты не можешь что-то найти?
  Подняла несчастный взгляд и попросила:
  - У меня совсем сил нет. Пожалуйста, мне нужен стимулятор.
  Два шага - подхватил её на руки и прижал к груди.
  - Данечка, не нужен тебе стимулятор. Почему бы тебе просто не отдохнуть?
  - Вещи...
  - Никуда не денутся. Там есть что-то скоропортящееся?
  - Нет.
  - Ну вот. Разберёшь позже.
  Отнёс её в свою спальню и уложил на широкую кровать. Сел рядом.
  - Завтра рано утром я улетаю на Землю.
  - А я?! - испугалась Дана и даже приподнялась на локте.
  - Хочешь со мной?
  - Нет! Не надо! Я не могу на Землю! Мне нельзя!
  - Тихо, малышка, - он погладил её по голове. - Нет так нет. Побудешь здесь пока. Это не пиратская станция, здесь безопасней, чем где-либо. Будешь под присмотром. Хотя страшновато оставлять тебя, каждый раз во что-нибудь вляпываешься. Но я ненадолго. Всё-таки на Ганимеде с тобой не может ничего случиться. Это самое безопасное место в Солнечной системе. А почему ты так уверена, что на Землю тебе нельзя?
  - Когда Миша забирал меня, - её голос дрогнул, - нас уже искали. Я видела в космопорте одного из охранников. Вернее, была группа людей, просто я одного только узнала. А ведь времени прошло чуть-чуть, а космопорт хорошо защищён!
  - На Земле? - хмыкнул Амир и пожал плечами. - Ладно, подумаем над этим.
  Дана промолчала. Пусть думает, он вроде умный, может сам сообразит, что на Землю ей нельзя.
  Она зевнула. Глаза закрывались. Только бы не вырубиться сейчас.
  - Даная, ты хочешь спать?
  - Зачем ты меня зовёшь этим именем? - пробормотала она. - Некоторым нашим девочкам меняли имена... Другим оставляли, и только иногда другими называли... Некоторым формы меняли... А меня всегда Данаей... Им нравилось... Когда меня подкинули, назвали так, вроде, как данная свыше... Но это издевательство.
  - Ты можешь поменять имя, если оно тебя совсем не устраивает. Это твоё имя и твоё дело. Если тебе неприятно, я не буду тебя так называть, только скажи. Но мне очень нравится. Очень красивое. Всё, отдыхай, малышка, ты совсем спишь.
  
  101.
  - А где Дана? - удивился Сергей, когда Амир пришёл в столовую один.
  - Спит. Устала с дороги, да и думаю, влияет то, что она перестала пить стимуляторы. Потом, отдельно поест.
  - Думаю, она расстроится, если пропустит обед.
  - Если проснётся до ужина.
  На ужин обязательно надо будет её разбудить. И ещё сводить показать город и на медицинское обследование.
  Пожалуй, с первым можно подождать до его возвращения. А вот к врачу надо записать. Ничего страшного, пока одна начнёт обследоваться. Амир как раз успеет к первым результатам.
  И заодно это займёт её, с таким талантом попадать в неприятности.
  Он пристально посмотрел на Сергея и Ильгиза. Нет, поручать друзьям присмотр за бестолковой подружкой - некрасиво. И вообще хочется держать её подальше от мужчин. Несправедливо, конечно, должен быть выбор... С появлением Даны слово 'справедливость' всё утрачивает свою привлекательность.
  Наташа будет очень занята.
  Да ладно. Вряд ли девочка захочет ходить туда-сюда. Может быть, вообще не выйдет из комнаты. Танцевать там есть где, надо только настроить доставку еды. Что она любит?
  Похоже, всё. Дана любит есть, и точка. С аппетитом сметала любое предложенное блюдо. Странно, что худенькая такая. Правда, она много занимается. И кормили её крайне экономно, нельзя отрицать. Наверное, теперь начнёт поправляться.
  Впрочем, Дана-пышечка привлекала не меньше, чем Дана-худышка. Амир улыбнулся, представив себе.
  - Ты бы лучше подумал, что будешь говорить в министерстве, - нахмурился Ильгиз.
  - Может, я об этом и думаю.
  - С такой мечтательной улыбкой? Да ты влюблён в министра, я погляжу.
  - Всё будет нормально с министром, - отмахнулся Амир, прогоняя все опасения. Скрыть неуверенность не получится, друзья-то почувствуют. Будут переживать и волноваться. - Меня больше волнует, сколько придётся задержаться на Церере. Серёг, пригляди за Даной? Не то, чтобы надо было с ней нянчиться...
  - Пусть обращается, если что, - согласно кивнул тот.
  - Может, лучше я? - предложила Наташа.
  - Тебе-то когда? Ты из кабинета не выйдешь ближайшие пару дней.
  - С тебя сверхурочные, - недовольно поджала губы женщина.
  - Когда я отказывал? Наташ, не беспокойся. Дана вряд ли даже будет выходить из квартиры, я так, на всякий случай прошу. Серёге не придётся её выгуливать или караулить.
  - Я ничего такого не имела в виду, - смутилась та. Амир улыбнулся. Ну да, не имела. Ты же женщина.
  Если бы Дану было так просто разгадать. Точно знать, от чего она замкнётся в своей раковине.
  
  102.
  На ужин Амир Дану разбудил. Девушка так наелась, что о танцах до следующего дня пришлось забыть, даже о поздней разминке. Весь оставшийся вечер она разбирала вещи.
  Кухня прямо в квартире её очень удивила. А душ вообще поставил в тупик. Некоторое время она изучала сенсоры, позволяющие подать струи воды с любого направления и любой силы, а потом Амир показал холодный пар.
  Воздух в кабине очень быстро насыщался водяными капельками - до любой плотности. Не обязательно холодные, температуру можно было выставить по желанию. Можно было даже сделать направленный поток.
  Оказывается, Дана видела такое в первый раз. Исследовала возможности изумительного душа часа полтора, и выгнать её оттуда у Амира не хватило духу. Жаль, потому что вечер хотелось провести вместе.
  Но нет, в душ к ней он лезть не стал. Это никак не вписывается в план терпеливого приручения. Да и сдержаться будет просто невозможно. И так уже ему грозит ещё ночь мучения. Ворочаться с боку на бок, ругать собственные принципы, размышлять, правильно ли вообще это всё...
  Правильно было сдать Дану психологам и полиции и изредка присматривать. Оплатить какие-нибудь косметические курсы и помочь найти работу. И забыть. Изредка интересоваться, всё ли у неё в порядке.
  Правильно.
  Но мучительно до невероятности.
  Потому, что где-то на Земле есть место, в котором у маленьких девочек отбирают детство и нормальную жизнь. И только Дана может помочь найти негодяев.
  Потому, что где-то в поясе Койпера мощная организация пиратов набирает силу, и Дана связана с ними, и не может быть в безопасности, пока на свободе Джаггернаут и его приспешники.
  Но самое главное - её улыбка. И даже не она. Злость. Гнев. Те проблески души, которые вырывались из-под страха и тоски. То, что заставляло сердце Амира бешено стучать, а чувства - вырываться из-под контроля.
  Настоящая Дана блеснула и скрылась, но запомнилась на всю жизнь. И он будет рядом сколько угодно, ради того, чтобы увидеть это ещё хотя бы раз.
  
  103.
  Почему же так страшно оставаться без Амира?
  Долгое время Дана была совсем одна. Никто её и не думал защищать. А ведь подумать, что с пиратами жила столько времени! И ничего, жива. А теперь даже подумать не может провести сутки в одиночестве?
  Страшновато даже лежать одной в кровати, хотя через комнату спит Амир. И ему надо выспаться. А у Даны только симпатичная миниатюрная атласная пижамка, которая не для удобства, а для красоты.
  Пусть побудет один.
  И она одна.
  Тревожно и беспокойно.
  Из-за нервозности даже задремать не получалось. Ворочалась с боку на бок, и всё. Начало уже казаться, что нет никакого Амира, и никогда не было, а Дана всё ещё на Сатурне. Одна с пиратами.
  Нет, так невозможно.
  Встала, очень-очень тихо открыла дверь. Пол коридора слабо замерцал.
  Первая дверь - нет, не та. Комната в которой 'всякий хлам'. Спальня следующая.
  Совершенно темно, шла Дана почти наощупь. А так как старалась вести себя потише - получалось очень медленно.
  Страх темноты так и не изжил себя со взрослением, и приходилось сдерживаться, чтобы не прыгнуть в кровать.
  Тихо-тихо нащупала край постели. Присела.
  Нашла его по глубокому дыханию. Кажется, спит. Неужели даже не заметил её? Амир? Не может быть. Может, принял какое-то успокоительное? Чтобы выспаться перед завтрашним днём?
  Осторожно протянула руку. Он спал под тонкой простынёй, на спине, руки по швам, как будто даже поза для сна регламентирована у этих странных юпитериан.
  Дана провела кончиками пальцев по его щеке и шее. Появилось искушение нажать посильнее, ощутить, как пружинят упругие мускулы. Это оказывается так приятно - прикасаться к сильному мужчине. Но почему-то больше не хотелось, чтобы он проснулся.
  Осторожно, медленно, буквально по миллиметру она откинула простыню.
  Несомненно, не стоит расценивать как приглашение, но ему стоило одеть хоть что-то на ночь. Неужели Амир даже не подумал, что Дана здесь, в соседней комнате, и может войти?
  Или он больше не в силах терпеть, а отказаться от своих принципов - гордость не позволяет?
  Вот интересно, он так и не проснётся?
  Дана медленно вела кончиками пальцев по волоскам, сбегавшим по животу вниз. Дыхание оставалось всё так же глубоким и ровным.
  Это придало чуть больше смелости.
  В конце концов, почему нет? Ей же давно хотелось сделать ему приятное, а вдруг случай - как раз сейчас?
  Даже уже и не знает, чего хочет больше. Чтобы Амир продолжал спать - но выйдет тогда что-нибудь? А если проснётся - не прогонит ли?
  Склонилась ниже - и замерла: её волосы волной упали на его ноги.
  Нет, всё ещё спит. Можно продолжать.
  Осторожные поначалу движения губ и язычка вскоре стали смелее. Он сначала несколько раз вздохнул - Дана поняла, что Амир всё-таки проснулся, когда он прошептал её имя.
  От этого мужчины она ожидала чего угодно. Даже того, что он оттолкнёт её, как придёт в себя.
  Это было бы ужасно обидно, но не удивило бы.
  К счастью - ему и в голову не пришло.
  Дана стралась, прислушивалась к его дыханию, ловила скупые движения, дрожь, пробегающую по телу. И когда всё кончилось, даже немного пожалела, что так быстро.
  Но - учитывая, сколько он сдерживался...
  Кроме того, она действительно умеет.
  Дана приподнялась чтобы отдышаться - и вдруг сильные руки дёрнули её вверх. Амир впился в её губы жадно, на грани боли, как будто забыл, что она только что делала. Она упёрлась ему в грудь, и, как только поцелуй прекратился, приподнялась. Вгляделась в темноту, пытаясь увидеть его лицо.
  Бесполезно.
  Почему он её целует? Разве ему не противно?
  - Данечка, ну зачем? - почти пробормотал Амир. - Мы же договаривались.
  - Нет, - она с облегчением улыбнулась. - Мы не договаривались. Это ты так решил, один.
  Не сердится. Отлично. Ну разумеется, нормальный мужчина и не стал бы сердиться после такого. Но ведь это же Амир.
  Попыталась высвободиться, но он сжал её крепче.
  - Не уходи.
  - Ладно.
  Нащупала простынку. Ну это же не серьёзно!
  - А одеялко?
  - Вот, - пробормотал Амир, уже в полусне укрывая её повыше.
  - Ерунда, - пробормотала сердито Дана и выскользнула из его рук. Он даже немного проснулся:
  - Дана?
  - Сейчас вернусь! - пообещала она и побежала по коридору. Сгребла одеяло со своей кровати. Ничего страшного, поспит одну ночь под нормальным одеялом. На Сатурне же спал!
  Амир не возражал, только обнял её покрепче. Какой-то он совсем сонный.
  - Ты случайно не принимал какие-нибудь успокоительные? - испугалась Дана. Вдруг он собирался получше выспаться, а она всё испортила.
  - Это наведённый сон.
  - Что?
  - Завтра покажу аппарат. Спи. И больше никаких сюрпризов.
  
  104.
  Амир связался с Цехоцким сразу, как только появилось свободное время - после старта служебного корабля. Большую часть мыслей занимала Дана, но ведь надо заставить себя работать!
  Ничего нового по поводу пиратов тот сказать не мог. Джаггернаут пропал в поясе Койпера, станцию на Сатурне обыскивает полиция, и, по крайней мере, теперь у них есть запись видео со знаменитым разбойником. Вместе с фамилией этого хватило, чтобы объявить его в общесистемный розыск. Как и его ближайшего приспешника - Михаила Лерина.
  Амир попросил добавить от себя награду за последнего. За передачу в руки космической полиции или убедительные доказательства его смерти.
  Цехоцкий даже не стал спрашивать. Это могло помочь и он согласился.
  Ещё раз уточнили некоторые детали. Котласов, глава Госкосмостройнадзора, ещё не появлялся на Сатурне, пока изучал отчёты Амира. Но взять на себя решение дальнейшей судьбы строительства согласился.
  - Пока можешь забыть про пиратов. Их так быстро не поймать. Некоторое время будет идти расследование. Я тебе скажу, если будут какие-то подвижки. Наверное, - разумеется, если не засекретит начальство, и Амир это понимал. - Пока же... тебя ещё интересует то дело, по которому ты просил помощи.
  - Разумеется.
  Андрей качнул головой.
  - С этой суматохой некогда было. Не то, чтобы что-то полезное. Скорее, малость подозрительное.
  - Ты уже что-то нашёл? - удивился Амир. Он и не рассчитывал на такой быстрый результат, учитывая, на что были готовы пойти негодяи по словам Даны, чтобы остаться в тени.
  - Не то, чтобы. У меня не было времени. Нашёл, скажем так, точку, с которой можно взять старт.
  - Чего тянешь кота за...
  - Там видеозапись. Я сам ко всему привыкший, ты-то уверен, что можешь такое смотреть?
  - Не уверен, конечно. Но нервы у меня крепкие. Показывай.
  - Я могу двумерное показать.
  - Для начала давай так.
  Андрей открыл плоскую проекцию видеозаписи, так мелко, что Амир недовольно увеличил её. Что там такого может быть, что нельзя показывать взрослому мужчине?
  - Андрюх, это ж обычное порно, - пожал он плечами через минуту просмотра. - Может, покажешь, на что я должен обратить внимание?
  - На возраст девочки.
  Амир всмотрелся. Сразу он не обратил на неё внимания. Ему, конечно, нравились стройняшки, особенно миниатюрная Дана, но здесь вообще смотреть не на что! Груди почти нет, кости торчат, голенастенькая очень.
  Прямо подросток.
  Сердце как будто сжало в тисках.
  - А... а вдруг она просто очень худенькая?
  - Женщины одеваются особым образом, делают операции, красятся, и выглядят от этого молодо. Но подростком человека сделать трудно. Взгляд, телосложение... Амир, ей не больше четырнадцати лет.
  Девочка на экране устало, механически улыбалась, в глазах её застыло напряжение. И страх.
  Такой же страх охватывал сейчас Амира. Дана рассказывала о таком, но для неё-то всё уже позади. Она-то сейчас в безопасности. А эта девочка... Жива ли она сейчас?
  - Ты уверен? - тихо спросил, скорее, не желая принимать правду.
  - Насчёт возраста - практически. Хирурги могут специально сделать из взрослого ребёнка, это тоже нарушение, но более мягкое. Но что-то не кажется мне эта актриса довольной своей работой. Просто если твоя Дана вдруг узнает её, это может нас сильно продвинуть.
  - Ты предлагаешь показать это Дане? - усилием воли притушил возмущение. Разумеется, Андрей не знает, насколько тяжело малышке пришлось.
  - Мы можем сделать огромный шаг. Скачок. Кроме того, Амир, если она совсем недавно делала что-то подобное, не думаю, что ей так уж будет тяжело вспоминать. Полагаю даже, что она отнесётся к этому гораздо легче, чем ты. Ладно, если ей станет страшно, выключишь видео и утешишь. Рахимов, ты что, действительно полагаешь, что можно всё решить и преподнести ей на блюдечке наказанных злодеев? Она окажется в эпицентре событий, если ты решишь продолжать.
  - Суды, журналисты, следователи? - горло пересохло, будто в песчаной буре. Он ведь всегда подозревал что-то подобное. Но хотел держать Дану подальше от этого как можно дольше. - Андрей... пусть она сама решает. Я покажу ей видео. Мы посоветуемся с психологом. Если она захочет продолжать, так и будет. Если нет - новые документы, и будем обходиться без неё. Только так.
  
  105.
  Дана проснулась одна.
  Сначала обеспокоило то, что Амир улетел, не попрощавшись. Может, немного сердится, что она его не слушается.
  Но, уверена, она всё сделала правильно. Хорошо бы Амир перестал теперь на неё сердиться вовсе, но нельзя же получить всё и сразу.
  Как только Дана села на кровати - включилась аудиозапись и голосом Амира принялась давать указания. Ну разумеется, ему надо покомандовать, даже находясь в космосе далеко отсюда. Изображения не было, зато слышались шаги, шорох, позвякивания и прочее - вероятно, он надиктовывал, пока собирался.
  Есть ей предполагалось здесь, в кухне. Это просто замечательно - маячить в столовой, на глазах у всех, почему-то не хотелось. Сергей и Ильгиз жили тут же на этаже, и с проблемами предполагалось обращаться к ним же. Были даже номера для связи с ними, так как днём, понятное дело, оба были на работе.
  А вот указание посетить врача после обеда Дане откровенно не понравилось, и даже испугало. Зачем ещё? Она совершенно здорова и никуда не пойдёт.
  Амир, разумеется, будет сердиться. И это страшно, но пока ведь его нет.
  Насчёт здоровья Дана явно поспешила. Это стало понятно за завтраком. Омлет, тосты с солёным творожным кремом, большое медовое пирожное, мармелад, кофе с волшебным ароматом. Всего помногу. Еле заставила себя доесть последние кусочки.
  Тошнота навалилась, когда Дана попыталась вылезти из-за стола, и при каждом движении усиливалась. Вот почему её так скудно кормили на Сатурне! Пусть она и ходила постоянно голодная. Вкусная еда вредная. Да ещё и такое количество. Это Амир может съесть и только закусить легко, а Дана должна питаться, как раньше. Переедать очень опасно.
  Всё утро она провела, не вставая с дивана. Включила новости на громадном экране и долго перебирала их, пока не нашла упоминание о Даниэле. Его объявили в розыск, как и многих с проекта 'Пан'. Но кадрах из видео командор пиратов выглядел деловым, уверенным, собранным. Но смотрела на него Дана почти с равнодушием. А вот изображение Миши вызвало отголоски страха. И желание, чтобы Амир поскорее вернулся.
  Лучше не становилось. Её средство от желудка не помогало, а остальное Амир не разрешил брать с собой. Впрочем, ничего там и не было такого, на что можно рассчитывать сейчас.
  Нужны другие лекарства. Но лучше умереть, чем идти к доктору.
  Страшно только - медикаменты строго нормированы. Миша, помнится, устроил скандал, когда Дана попыталась выписать себе витаминный комплекс. Только по назначению врача ей разрешали что-то себе взять. Разумеется, такой роскоши, как витамины, врач не выписывал.
  Что уж говорить об этом месте! Тут наверняка за всеми следят так, как Дане раньше и не снилось.
  Она чувствовала себя страшно неудобно, когда стучала в двери квартир сначала Ильгиза, потом Сергея. Разумеется, их не было дома. Беспокоить их на работе?
  Стыдно.
  Дана некоторое время мялась возле дверей, как вдруг увидела в коридоре Наташу. Та быстро подошла и спросила недоуменно:
  - Ты что здесь делаешь?
  Сначала Дана даже испугалась вопроса. В самом деле, что ей делать у двери квартиры Сергея? Потом поделилась проблемой.
  - А что ты от Серёжи хотела? - всё ещё не понимала Наташа.
  Может, и она поможет? Дане всего лишь нужно знать, какие лекарства можно взять без разрешения.
  Но Наташа не приняла всерьёз такую мелкую проблему.
  - Это у тебя, наверное, акклиматизация. Возьми активированный уголь, его-то точно можно без рецепта. И иди к врачу. Серёжка тебе ничем не поможет.
  Обещав обязательно зайти в медкабинет, Дана вернулась в квартиру Амира. Было очень стыдно. Как можно было вообще подумать приставать с такими мелочами? Тем более, к Наташе, которой она не нравится. Видно невооружённым взглядом.
  Активированный уголь? Нет, тут он не поможет.
  Дана никак не могла набраться смелости и взять себе чего-нибудь от переедания. Наверняка лекарства тут по какому-нибудь строгому заказу.
  Наконец, она решилась. Ведь скорее всего от лишней самой дешёвой и простой таблеточки ни у неё, ни у Амира не будет проблем?
  
  106.
  Дане стало легче, но танцевать она ещё не решалась, а сидеть взаперти уже не хотелось.
  В конце концов, ничего страшного не случится, если она пойдёт прогуляться? Маршруты заложены в миникомпьютер на запястье, заблудиться невозможно. А живут здесь только сотрудники юпитерианских организаций. Все свои. Охрана сильная.
  Амир сказал, Ганимеду можно доверять.
  Дана на всякий случай одела свои самые свободные и скромные брюки, тёмную непрозрачную накидку. Жаль, абайя потерялась!
  Отходить далеко всё равно очень страшно. Можно просто спуститься по лестнице на этаж вниз. Для начала.
  Несмотря на навигатор, дорогу Дана старалась запоминать. Так, на всякий случай.
  Интересно, почему всё здесь такое современное и технологичное, а лестница обычная? Простые ступеньки.
  Ну то есть не совсем обычная. Очень красивая лестница. Перила представляли собой стеклянный короб, в котором клубились маленькие искусственные облачка всевозможных оттенков. Каким-то чудом разные цвета не перемешивались. Вдоль перил висели горшки с земными растениями.
  Внизу ходила немолодая женщина и обрывала сухие листочки.
  Дана долго разглядывала каждое растение. Все разные, и такие красивые! Некоторые цвели крупными и мелкими цветами, у других цветов не было, зато были очень красивые листья. Дана не удержалась и потрогала нежные лепестки розоватого цвета.
  - Эй! - окликнула её женщина дружелюбно. - Каттлею трогать не надо. Она этого не любит.
  - Простите! - Дана испугалась. Разумеется, она сделала что-то не то сразу, как только вышла из квартиры. Можно ли было ожидать иного? - Я давно не видела живых цветов. Уже не помню.
  - Лучше их вообще не трогать, - посоветовала женщина.
  - А вы за ними ухаживаете? - поинтересовалась Дана. Ведь та сама-то трогала цветы.
  - Это моя работа. Слежу за поливом, за тем, чтобы росли хорошо.
  Какое чудо! Каждый день иметь дело с такими прекрасными цветами, и ей за это ещё платят?
  - А как получить такую работу? - с замиранием сердца спросила Дана.
  Женщина нахмурилась:
  - Учиться. Изучать садоводство, ботанику, химию, инженерное дело. И найти вакансию. Думаешь, всё так просто?
  - Нет-нет. Не думала даже. Выращивать такие чудесные цветы, наверное, очень сложно, - и проскользнула вниз по лестнице, красная от смущения. В самом деле, как она могла подумать, что такую невероятную работу просто получить? Наверное, очередь выстраивается и отборы проводят.
  Пошла по случайному коридору. В нишах всё ещё попадались цветы под лампами с мягким белым светом. От них веяло теплом. Но теперь Дана боялась их разглядывать.
  В коридоре стали попадаться люди, мимо которых она старалась проскальзывать, не привлекая внимания. Но на одного нечаянно посмотрела - широкоплечий, коренастый, мускулистый, подобно всем юпитерианам. Взгляд её привлекли знакомые черты - похоже, Дана его видела на Сатурне.
  Мимолётного взгляда хватило для того, чтобы он тоже её узнал.
  - Девушка? Девушка! - в два шага догнал её и схватил за рукав. - Подожди! Мы же виделись на Сатурне! В столовой, тогда, на вечере, когда шеф на нас рассердился ещё. С инспекции снял. На тебя тоже, - подмигнул. - Я слушал, станцию закрыли? А тебя, значит, сюда забрали? Здорово, а вечером делаешь что?
  Дана похолодела. Все слова потерялись, и она молча стояла. Вырываться и не пробовала - помнила, какая силища у этих юпитериан.
  - Пошли ко мне, проведём время, а?
  Сейчас? Сейчас он её уведёт к себе, и не будет Амира, для того, чтобы её защитить?
  Ледяной страх - и снова подступила тошнота. Дана дёрнулась из его хватки и взмолилась:
  - Нет, не надо! Амир обещал, что мне больше не прид ётся этого делать!
  Эмоции переключались на лице юпитерианина, как радиоканалы. Раздражение, непонимание... понимание. Испуг.
  - Так ты... Это ты та девочка, которую Амир Василевич привёз? Я даже подумать не мог, что... Я ничего не хотел... Пожалуйста, не рассказывай никому! Если до шефа дойдёт... Не говори, а?
  Дана лихорадочно закивала, только бы он отпустил. Как только получилось выдернуть руку, развернулась и почти побежала назад, усилием воли заставляя себя не переходить всё-таки на бег. Не привлекать внимания. Никогда.
  Отошла она совсем недалеко, и уже скоро дверь с шорохом сдвинулась, пропуская её в квартиру.
  Тревога и страх не давали покоя. В зале было слишком пусто, в её комнате тоже. Почему-то немного успокоилась только в спальне Амира, забравшись с ногами на огромную кровать. Его запах, еле уловимый, придавал уверенности.
  Даже если Амира не будет неделю, она больше ни за что не выйдет из квартиры. Будет сидеть здесь и всё тут.
  
  
  107.
  Самочувствие не позволяло долго танцевать и во второй половине дня, хотя в обед Дана постаралась не объедаться. Хотелось съесть всё, и только огромным усилием воли заставила себя ограничиться тем, что даже не заполнило желудок. Надо питаться как раньше, тогда не будет так плохо, что до сих пор чуть мутит.
  Поэтому вечер она посвятила растяжкам. Сидеть в полном расслаблении в неудобных позах по десять минут обычно скучно, так что Дана предпочитала потанцевать. Но гибкость для танцовщицы - первое дело. Разрабатывать суставы и мыщцы надо регулярно.
  В неспешных, медленных асанах йоги хорошо думается. Конечно, мысли эти не должны быть о мужчинах, но Амир не лез из головы.
  Просто замечательно то, что Дана смогла, наконец, победить его странное упрямство. Хотя не факт, что насовсем. Ну ладно, сделала большой шаг. И теперь ей как-то поспокойнее. Да, он увлечён её танцами, ею самой, но если всё пойдёт дальше так, как он считает правильным? Первая же красотка, которая может дать ему то, что он хочет, получит всего Амира очень быстро. А Дана останется в стороне. И что тогда делать? То, что у неё лучше всего получается?
  Сегодняшнее происшествие показало ей, что и на строгом, правильном Ганимеде есть потребность в девушках для удовлетворения некоторых надобностей. Но обслуживать юпитериан - это, должно быть, ужасно! Вряд ли все они такие нежные и внимательные, как Амир. Таких мужчин вообще не бывает. Да и всю эту внимательность перекрывает его непрошибаемое упрямство и властность. Нет, она не хочет работать с ними. Было бы идеально всё-таки попасть на астероиды...
  Или нет? Сегодня мужчина, который хотел от неё того же, что и все, привёл в ужас. Дрожью в теле отзывались воспоминания о его прикосновениях. Как же разбаловал её Амир! Сможет ли Дана теперь так свободно и легко работать?
  И что, если нет?
  Тревога подкралась мрачной поступью.
  Нельзя зависеть от одного мужчины. Это слабость, такая, которая может погубить. Мужчины думают прежде всего о себе. И слабостей не ценят и не прощают.
  Дана должна держать себя в руках. Сохранять пути отступления. Какой бы ни была привлекательной жизнь, которую обещает Амир, пока увлечён.
  Просто надо пытаться продлить это увлечение.
  Даниэль говорил... что она могла бы быть поласковее, хитрить, и всё такое.
  Даниэль считал, она сможет. Да, он негодяй, но ведь не дурак.
  И да, сегодня ночью Дана сделала шаг в нужном направлении. Амир наверняка думает о ней.
  На лицо вылезла улыбка - счастливая и, честно говоря, дурацкая.
  Но тут же пропала, когда вспомнились слова Ильгиза - о том, что Амира невозможно обмануть.
  А Дана обманула. И продолжает обманывать.
  Когда ложь раскроется, конец всем планам.
  Если только рассказать самой... Амир очень любит играть словами, преподнося всё так, как ему лучше. Почему бы с ним не проделать то же самое?
  Нет, даже думать нельзя о том, чтобы с ним играть. Он обо всём догадается, и будет хуже.
  Просто рассказать обо всём честно?
  Просто ужас охватывает при одной мысли об этом. Какой мужчина стерпит подобный удар по самолюбию? Нет, нет. Она будет молчать.
  И тогда Амир сам догадается?
  Что хуже, гораздо хуже.
  Но и гораздо позже.
  
  108.
  Вернулся Амир глубокой ночью. И это ещё отлично вышло. На Церере допрос пиратов уже шёл полным ходом, и прерывать его полицейские не хотели. Их пришлось уговаривать - ведь несправедливо ему, честному законопослушному гражданину, ждать в очереди за бандитами.
  Беспокойство за Дану заставило его торопить служебный корабль. Казалось, ещё немного, и он вытолкает из рубки пилота и сам сядет за панель управления. На Ганимеде трудно найти неприятности на свою голову, но эта девчонка может всё!
  Глубокой ночью Амир вернулся домой. Первым делом, очень-очень тихо прошёл в спальню Даны.
  Заходящий Юпитер слабо осветил пустую кровать.
  Сначала он даже испугался. Идиотская реакция. Она могла задремать на диване.
  Не задремала.
  И когда Дана нашлась в его спальне - от сердца ощутимо отлегло.
  Амир тихонько прошёл к кровати и присел рядом на пол. Она спала под одеялом, ещё и в пижаме. Над кроватью всегда циркулировал тёплый воздух. Как ей не жарко?
  Но девушка закуталась и сжалась в комочек.
  Внезапно пришла догадка - она уже не спит. Вроде бы дыхание ровное, движений нет - но Амир, почему-то, был уверен.
  Немного добавил света - как ночник. Не удержался, просунул руку под одеяло и поймал её ножку, чуть влажную от пота.
  Всё-таки ей жарко.
  Дана вздрогнула и села, испуганно глядя на него.
  - Привет.
  Попыталась вырвать ножку. Он сжал пальцы - совсем легко.
  Такая крошечная, размером практически с его ладонь.
  Взгляд исподлобья. Затравленный зверёк в глубине глаз.
  - Тебе больше нравится эта кровать? - с лёгкой улыбкой.
  Которую она, кажется, не увидела:
  - Я... сейчас пойду к себе, - Дана попыталась встать, но он крепко держал её за щиколотку. - Амир, пусти, я пойду. Прости, я не должна была здесь ложиться. Я не думала, что ты так скоро вернёшься.
  - Я на Церере их поторопил. Честно говоря, боюсь тебя оставлять одну. Лежи. Всё хорошо.
  Он перебирал её пальчики под одеялом, и Дана перестала вырываться. Очень приятные ощущения - раньше Амир никогда не понимал сравнения кожи с шёлком.
  А вот на стопе - твёрдые натоптыши. Танцовщица. Такая нежная кожа, за которой она наверняка тщательно ухаживает - но никакой уход не уберёт следы постоянных тренировок.
  Откинул одеяло. Зачем она так мучает себя? Вся мокрая. Маленькая симпатичная пижамка местами прилипла к телу.
  Вздохнула глубже, похоже, от облегчения.
  - Тебе не надо накрываться. Воздух над кроватью и так тёплый. А можно ещё теплее сделать.
  - Лучше холоднее. Я хочу укрыться. Ой, прости, я забываюсь, я уйду к себе.
  Голос резко стал виноватый, и Дана снова попыталась освободиться.
  Ну уж нет.
  Амир подтянул её к себе и легко прижался губами к её ножке, чувствуя лёгкую дрожь - и запах. Какого-то душистого мыла, косметики, и - сквозь это всё - горький и сладкий, возбуждающий. Её запах.
  Глаза огромные, испуганные, но сидит неподвижно.
  Покорно.
  Что бы он не сделал сейчас, она не будет протестовать.
  Почему подобные мысли вызывают приступы гнева, тщательно подавляемые, но всё большие каждый раз?
  Если так будет и дальше, он испугает Дану. Которая прекрасно видит все его скрытые чувства.
  Он пристально посмотрел в её глаза, тёмные в свете ночника. Улыбнулся как можно добрее.
  Взгляд девушки заледенел новым страхом.
  Как он может победить её чудовищ, если они срослись с её душой? Иногда кажется, что это уже невозможно, что всегда будет только так.
  Но даже в этом случае он не отпустит её.
  - Жди меня здесь, ясно? - по возможности мягко, а не строго.
  Аккуратно снял форму и убрал в шкаф. Футболку кинул в чистку. Ему и самому хотелось быстрее в душ. Главное, чтобы Дана не ушла. Если она спит в его кровати, это может означать многое. Начиная с того, что кровать ей и правда нравится. Но может быть один из её страхов. Ведь той ночью она тоже пришла к нему.
  Если ей хочется, пусть спит здесь.
  
  109.
  Дана дождалась его из душа, не ушла - но и не спала больше. Сидела там, где он её оставил, с одеялом в охапке. Как будто бы, подобно маленькой девочке, считает его защитой от чудовищ во тьме.
  Амир убавил температуру над кроватью. Если ей так нужно это одеяло - пожалуйста, но зачем же так мучиться?
  Он лёг на бок, прижимая к себе Дану со спины. Тоненькая пижама совершенно не ощущалась, и Амир пожалел, что не завёл себе что-то из ночной одежды, как все нормальные люди. Он же всегда спал один, за непрозрачными снаружи окнами.
  А сейчас спать совершенно невозможно.
  Коснулся губами её ушка - кажется, в прошлый раз ей это понравилось.
  Дана напряглась и судорожно вздохнула. Что это? Похоже на нормальную женскую реакцию. Это ведь распространённая у них эрогенная зона.
  Только нельзя быть полностью уверенным с Даной. Вдруг у неё на этот счёт тоже какое-нибудь табу?
  Но если он всю жизнь будет бояться её задеть - у них никогда ничего не получится.
  Амир приподнялся, опираясь на локоть, прижал девушку к себе чуть крепче и прошёлся языком по её ушку. Она тихонько ахнула, дыхание сбилось - теперь уже совершенно точно от возбуждения.
  Осторожно просунул ладонь за поясок её штанов. Никакой реакции. В случае с Даной это, скорее, хорошо.
  Девушка тихонько ойкнула, когда его пальцы проникли в неё.
  Амир остановился и спросил:
  - Данечка, что такое?
  - Ничего, - ответила она, тяжело дыша. - Продолжай, - и прибавила совсем тихо, - пожалуйста...
  Это была победа - и довольно значительная. Дана шумно вздыхала, коротко постанывала, по её телу пробегала резкая дрожь - уже совершенно точно не от страха, а от удовольствия. Ничего большего она себе не позволяла, но Амир уже чувствовал её, её желание. Её удовольствие. Девочка больше не контролировала себя - сжимала ладошки, стискивала бёдра - но ему это совершенно не мешало. Он всё равно поймал момент, чуть усилив напор, вырвав из её груди короткий вскрик.
  Дана пыталась выровнять дыхание, отодвинуться чуть-чуть. И на этот раз Амир не стал возражать. Потому что мучительно вот так прижимать её - и ничего больше.
  Девушка села, толкнула его в плечо:
  - Ложись на спину.
  - По-моему, тебе уже хватило, - как можно спокойнее ответил он.
  - Нет, нет. Так нечестно. Твои условия выполнены, - она стянула верх пижамы, наклонилась чуть ближе и провела рукой по груди. - Ложись.
  Дана избавилась от штанов, и кажется, настроена проверять его на прочность до предела. Он перекатился на спину - лучше дать ей в первый раз самой контролировать процесс.
  - Осторожней, маленькая.
  - Всё хорошо, - заверила она.
  
  110.
  Утром Амир встал очень тихо, но Дана всё равно проснулась. Села на кровати и потёрла пальчиками глаза.
  Он посмотрел на неё ласково, вернулся и поцеловал.
  - Как ты себя чувствуешь?
  - Хорошо, - озадаченно ответила. Почему он спрашивает об этом? Дана чувствовала себя прекрасно. Настроение такое, что можно протанцевать полдня на подъёме.
  Если только у Амира нет ещё планов. Но ему, наверное, надо работать.
  - Вчера была у врача?
  Дыхание перехватило. Вся эйфория пропала и уступила место панике. Подняла на него глаза, но сказать ничего не смогла - слова как будто замерли в горле.
  Он встал, сжал губы и резко выдохнул.
  - Засранка... - очень тихо, вероятно вообще не хотел вслух.
  Но Дана услышала, и ещё сильнее испугалась. Голос пропал, но она смогла выдавить:
  - Я... не могу... я боюсь...
  - А умереть в двадцать лет - не боишься? Я даже представить не могу, каких болячек ты могла нахватать с твоим образом жизни! - тяжёлый взгляд, глубокое дыхание.
  Злится.
  - Ничего подобного! Я регулярно проверялась! - запротестовала Дана. - После каждого раза экспресс-анализ. Я чистая!
  - Я не про эти болезни, - ещё больше злится. Но что он имеет в виду? - Впрочем, врач тебе скажет лучше.
  Он вышел, набирая номер. Дана лихорадочно стала искать по кровати пижаму - захотелось убежать к себе, скрыться с его глаз, забиться в уголок и переждать бурю.
  Зашёл в соседнюю комнату. Ту, в которой всякий хлам.
  По утрам Амир делает зарядку. Можно как раз пробраться мимо.
  Кажется, не услышал. Через некоторое время зашумел душ. Дана оделась и сидела в своей спальне у стеночки - она была намерена сидеть так, пока он не уйдёт. На работу или на завтрак.
  Не вышло.
  Амир просто позвал её. И всё.
  Разве может она не прийти? Сделать вид, что не услышала?
  Он одевался в спальне. Дана вошла в тот момент, когда он застёгивал форму перед зеркалом, и стоял спиной ко входу. Перекрывая так же собственное изображение.
  Не видно его лица. Куртка скрывает даже спину, по которой можно было бы хоть что-то сказать.
  Но осанка - идеально ровная. Так что, скорее всего, до сих пор сердится.
  - Завтра с утра идём к врачу. Я отведу тебя туда за руку, так что отчёты надо будет закончить сегодня. Сейчас идём на завтрак.
  Дана молчала.
  Амир повернулся и осмотрел её. Потом сказал уже мягче:
  - Ты так хочешь идти?
  Что не так с её одеждой? Короткая пышная юбочка, светлые лёгкие полусапожки на высоком каблуке, облегающая кофточка, открывающая полоску кожи на животе. Для него это слишком неприлично - или наоборот, чересчур закрыто?
  - Дана, - он закусил губу, снова осмотрел её с ног до головы. - Это может показаться глупым. Я вовсе не домостроевец, который хочет упрятать свою женщину в груду ткани и платки. Просто меня очень волнует то, что ты перенесла в жизни. То, что с тобой делали люди, уверенные в своей безнаказанности. Я могу защитить тебя теперь - но не могу отменить того, что было раньше. Именно поэтому меня нервируют все мужские взгляды на тебя - хотя в этих-то мужчинах я уверен. Пусть будут какие-нибудь брючки пока, ладно? Каждая частичка голой кожи кажется мне крайней уязвимостью. Прости, если тебе это кажется несправедливым.
  - Конечно, я переоденусь, - очень странно. То ей не разрешали носить брюки, то теперь заставляют. Поди пойми этих мужчин!
  И вообще, остановилась Дана у порога, что значит 'уверен'?
  - Это в каком смысле ты уверен в местных мужчинах?
  - Здесь не задерживаются негодяи. Мы их быстро раскусываем. И тебя здесь не обидят. По крайней мере, явно.
  - Ты правда считаешь, что никто не захочет этого сделать? Амир, я же не такая, как все женщины здесь. Как Наташа. Я...
  - Ты - такая, - повысил голос он. - И прекрати думать о себе, как о человеке второго сорта. Ты под защитой закона и морали просто потому, что родилась.
  Она набрала воздуха, чтобы поспорить... А потом вспомнила, как убеждал её тот тип не говорить Амиру. У них тут не задерживаются негодяи. Может ли такое быть поводом для того, чтобы убрать этого парня? Может. Амир очень рассердится. А тот ничего такого и не сделал ещё. Даже извинялся потом.
  Промолчала.
  - Маленькая? Ты что хотела сказать?
  Качнула головой непринуждённо:
  - Нет-нет, ничего.
  - Даная, - в голосе строгость. - Что ты хотела мне сказать?
  - Правда, ничего! - испуганно ответила девушка. Как он только почувствовал?
  - Кто к тебе приставал? - пристально глядит ей в глаза и требует ответа. Дана сжалась, но не смогла отвести взгляда.
  - Если я посмотрю по камерам - будет хуже обоим.
  В глазах защипало, и она сглотнула, пытаясь удержать рыдание. Только не хватало сейчас расплакаться. Его это ещё больше разозлит.
  - Я его не знаю... Он был тогда в столовой... Когда мы пытались... сделать...
  - Я понял, - спокойно сказал Амир, но это его спокойствие больше не обманывало. - Он на что рассчитывал? Как вообще он покусился на моё?
  - Он не знал... Не думал, что... Он потом догадался... Извинялся даже. Просил не говорить.
  - Он тебя трогал, Данечка? - ещё больше смягчился. Но её тревога никуда не делась.
  - Он... просто хотел, чтобы я с ним провела вечер... Просто хотел отвести меня к себе.
  - Какого хрена! - разозлился Амир. - Что за развлечения в середине рабочей недели! Все подписывают трудовой договор. Никаких случайных связей с незнакомыми. Так, я с этим разберусь. Данечка, не бойся таких. Тебе просто в такой ситуации надо сказать 'Нет'. И всё. И если вдруг - это, разумеется, совсем маловероятно - тебя не послушают, просто зови на помощь. Даже если вокруг не будет никого, охранные системы среагируют. Тебя здесь защищают не только люди, но и автоматика. Поняла?
  Дана кивнула, хотя верилось очень слабо. Она не из тех, кого защищают, как Амир не понял? Ей хорошо вдолбили, что никаких защит быть не может. Если она хоть какой-то вред причинит хоть кому-то - будет жестоко наказана. По тому же закону. Если проститутка причинила вред клиенту - не важно, почему она это сделала.
  На Земле им, бывало, показывали, что делают с теми, кто думает, что может сказать 'Нет'. Дана была не настолько глупа, чтобы не усвоить урок.
  - Я пойду переоденусь, - полувопросительно. Амир кивнул:
  - Я тебя подожду.
  
  111.
  Амир нежно, но крепко держал её за локоть, словно боялся, что сбежит.
  Именно это хотелось сделать. Коридоры были просто наводнены народом - и все шли в одном направлении. Понятно, время завтрака. На станции Сатурна не было и трети от такого количества. И половина здоровались с Амиром. И он всем отвечал!
  К концу пути осталось только жгучее желание исчезнуть.
  В столовой не было отдельных маленьких столиков, как на Сатурне. Длинные большие столы и множество людей.
  Когда Амир выдвинул ей стул, Дана поняла, что не сможет и кусочка проглотить.
  К огромному счастью, среди тех, кто их окружал, оказались знакомые Дане люди. Сергей, Ильгиз, Наташа. Дана робко улыбнулась в ответ на приветствия. И чуть не упустила момент.
  - Амир!
  Он уже шёл к раздаче, но остановился и обернулся:
  - Данечка, я за едой.
  - Мне надо обязательно моё прежнее меню. Мне плохо с новой пищи.
  - И ты не сходила к врачу, - сердито проворчал он. - Пойдём тогда со мной, выберем, что тебе можно.
  Это было спасением - пойти с ним. Хотя - нельзя сказать, что вышел толк. Амир всё равно набрал ей полные тарелки.
  - Просто не доешь то, что не хочешь.
  Как можно? Миша неоднократно рассказывал, насколько дорого кормить людей в космосе свежей едой. Сколько стоит каждый лишний грамм, привезённый на другую планету. И теперь Амир предлагает просто выкинуть лишнее?
  Но даже сейчас он её высмеял.
  - Малышка, на Ганимеде гектары гидропонных садов. Все органические отходы станут отличными удобрениями. Все. Ты не брезгливая? Даже содержимое туалетов попадёт в переработку. Поэтому не сливай в унитаз химикаты, если не хочешь их на своём столе.
  Подобные секреты не повлияли на аппетит. Уж во всяком случае куда меньше, чем огромное количество людей вокруг.
  Амир умудрился расправиться за пару десятков минут с огромным количеством еды, и ещё рассказал о планах на ближайшие дни. Услышав, что ему надо лететь на Нептун менять коды пояса безопасности, Дана расстроилась.
  - Не переживай, мы тебе найдём дело, - пообещал он. - Скучать не придётся. Ну, не грусти, у меня для тебя подарок.
  - Подарок?! - сердце замерло в груди.
  - Честно говоря, - смущённо улыбнулся он, - я про него малость забыл. Прости. Я лечу завтра после обеда, с утра сходим с тобой к врачу, как собирались.
  Дана пропустила последние фразы. Что значит подарок? Даже страшновато. Что такого ей может понадобиться, без чего нельзя жить на Ганимеде? Наверняка это что-то очень важное, раз Амир подумал об этом, в то время, как у него было много дел.
  Может, какие-нибудь документы? Разрешения?
  Догадку Дана озвучила.
  - Нет, что ты, - рассмеялся он. - Это само собой, тебя уже оформляют. Пока гостевое разрешение. Но это не проблема, не думай. Нет, настоящий подарок. Ты наелась?
  Дана опустила глаза. Нет, наедаться - плохая идея. Раньше она жила впроголодь, и проблем не было.
  Кивнула. Амир шумно выдохнул:
  - Между 'налопаться так, что обратно полезет' и 'съесть две крошки' очень много градаций. Ты вполне можешь доесть овощи и фрукты. Овощи тушёные, тебе полезно. Ничего с них не будет.
  - Ты думаешь? - с надеждой спросила Дана.
  - Конечно. Давай.
  - Дана чем-то болеет? - нахмурилась Наташа.
  - Наверняка, врач завтра скажет, - отмахнулся Амир. Он похоже не хотел обсуждать это за столом, и Дана была ему благодарна.
  Она торопливо ела. С одной стороны, хочется съесть побольше. С другой - подарок! Как хочется посмотреть!
  И всё-таки страшно. Что может там оказаться? Это приятный сюрприз? От Амира можно ожидать и приятного.
  Э, нет. В связи с чем это приятный? Что она такого сделала? Если бы речь шла о другом мужчине, Дана прекрасно поняла бы - что. Встречались те, кто презирал шлюх, да. Часто встречались. Но они вели себя с ней всё время одинаково. Неприятные типы. Но больше было добрых, которые обращались с ней хорошо - если она старалась получше. Это просто и понятно. А Амир непонятный. Нечасто можно угадать, когда он будет доволен, а когда рассердится.
  Может, насчёт подарка - просто жестокая шутка. Раньше с Даной так и было. На Земле 'подарками' называли секс-приспособления, которые необходимо было осваивать.
  
  112.
  Дана настолько осмелела, что пошла к выходу одна, пока Амир относил посуду.
  И, разумеется, зря.
  - Девушка, вы новенькая? Я вас раньше не видел.
  У недавно работающих на Юпитере пока ещё не сильно раздались мышцы, и они были похожи на нормальных людей. Но пугали не меньше.
  Дана замерла, сжавшись. Опять? Амир говорил, что Ганимед безопасен, но к ней пристают не меньше, чем на Сатурне!
  - Где вы работаете? - настаивал юпитерианин. Что ему надо? Зачем расспрашивает?
  Тяжёлая рука легла ей пониже спины:
  - А тебе зачем это знать?
  Парень перевёл взгляд чуть вверх, и в его глазах отчётливо проступил страх:
  - Я... просто... Амир Василевич, извините! Просто девушка красивая. Я же не знал, что это ваша! Честно, не знал! Просто хотел познакомиться с девушкой. Если бы я знал, что она с вами, я бы просто не подошёл!
  Рука чуть сжала её бедро, и Дана скорее почувствовала, чем услышала тихий выдох.
  - Ну, это слишком, - мрачно сказал Амир, и его тон, и, по всей видимости, выражение лица говорили, что ничего не слишком, а в самый раз. Парень ещё раз тихо выдавил 'простите', и поспешил затеряться в толпе.
  - Он ничего такого не имел в виду. Просто хотел познакомиться, - объяснил Амир. - Он так поступил бы с любой симпатичной девушкой. Так что не надо бояться.
  - Почему тогда ты так рассердился? - простодушно спросила Дана.
  Он подтолкнул её к выходу:
  - Так ты согласна на паранджу?
  - Ты же говорил, он так поступил бы с любой девушкой, - робко напомнила она.
  - Пусть с любой и поступает! - процедил Амир, и Дана не решилась уточнять дальше.
  
  113.
  Амир привёл её в квартиру и усадил на диван в зале. Сам уселся на пол напротив.
  - Данечка, надо поговорить.
  Она напряглась:
  - Насчёт того мужчины, в столовой?
  - Нет, - он сердито мотнул головой. - Насчёт тебя. И того борделя, где тебя держали.
  Дана понимала, что Амир не отдаст её обратно, но почему-то ледяные пальцы страха сжали сердце.
  - Ты смогла сбежать - не исключено, что единственная. Но сама организация ещё действует, и негодяи не просто остаются безнаказанными, но и совершают преступления. Хотела бы ты это остановить?
  Несколько секунд Дана даже не понимала, что он имеет в виду. Потом вспомнила полицейского, который общался с Амиром так по-дружески, и безумная надежда появилась, возрастая, захлёстывая с головой.
  - Это... возможно? - прошептала она, боясь спугнуть удачу.
  - Да. Но - очень, очень непросто. И дело не в том, что они прячутся, и даже не в том, что прикрывают их, очевидно, влиятельные люди. Тяжелее всего придётся тебе, маленькая. Именно тебе надо будет поднять самые тяжёлые воспоминания, вскрыть самые глубокие раны, обнажить душу перед всеми. Тебя будут трепать в прессе и изучать словно под лупой всевозможные общественные организации. Тебе будут перемывать косточки на каждом углу, и осуждения и недоверия будет не меньше, чем сочувствия. Тебе придётся пройти в следственных органах и судах каждый твой кошмар сначала и в подробностях. И через довольно короткое время наступит точка невозвращения, когда ты уже не сможешь прекратить всё это. Не сможешь остановиться, потому что тебя не оставят в покое. Больше никогда.
  Он замолчал и посмотрел на неё. Дана, затаив дыхание, ждала.
  - Данечка? - похоже, он ждёт ответа.
  - Что? Я согласна.
  Амир вздохнул.
  - Так скажешь, когда я тебе предложение сделаю. Подумай над тем, что я сказал.
  - Да не надо! - её охватило возбуждение. - Ты понимаешь, что наши девочки могут быть ещё живы? И ребята, хотя я их мало знаю!
  - Ребята? У вас там и мужчины были? - удивился Амир. - А... Э... для женщин, или тоже для мужчин?
  - Ну, у кого какие вкусы. Кто как захочет. Амир, если хоть что-нибудь могу для них сделать, я должна помочь. И уж как-нибудь выдержу осуждение и недоверие, с моей профессией такое всё время бывает.
  Он поморщился:
  - Малышка, это не профессия. Ты её не выбирала.
  - Много кто не выбирает. Выбирают родители. У меня, фактически, тоже, - мрачно сказала Дана.
  - Мы найдём тебе профессию. Которая понравится. Окончишь курсы, подберём, что понравится.
  - Без школьного аттестата не возьмут, - грустно улыбнулась Дана.
  - У тебя нет аттестата? - удивился Амир. - Так мы восстановим. Ты в какой школе училась?
  - Не восстановим, его просто нет! В принципе!
  - Тогда надо сделать. Должны были сохраниться свидетельства о том, что ты училась.
  - Но я проучилась только четыре класса!
  Он удивлённо смотрел некоторое время. Потом пожал плечами:
  - Значит, сначала закончишь школу. Всё будет в порядке.
  Дана почувствовала лёгкое раздражение. Не о том они говорят!
  - Так что насчёт наших девочек? Как можно им помочь?
  - Пока не уверен, я попросил друга из космополиции. Если что-нибудь найдём, будем подключать земные структуры. Им нужны какие-то основания для расследования. Подумай получше.
  - Да чего тут думать? - с жаром воскликнула Дана. - Я больше всего мечтала, чтобы хоть кому-нибудь тоже удалось убежать! Амир, я что угодно сделаю...
  Она осеклась. Вдруг ошарашила мысль. А ему-то это зачем? Что будет иметь с этого сам Амир? Директор предприятия стандартизации? Ему-то зачем?
  - А тебе это зачем?
  - В смысле? - не понял он.
  - Что с этого получишь ты сам? Зачем тебе это делать?
  Он заметно разозлился. Какое-то время молчал, потом сказал:
  - А тебе зачем? Почему бы не поверить, что простому человеку не безразлично, что где-то издеваются над детьми? Ты увидишь, сколько людей поднимется на вашу защиту после резонанса в прессе.
  Дана молча поёжилась. Почему-то вдруг стало страшно. Она ненавидела внимание. Но только так она может помочь.
  - Ну что? - ещё раз спросил Амир.
  - Нечего думать, это то, о чём я мечтала.
  Неважно, почему он это делает. Главное - помочь своим. А она уж постарается, чтобы Амир получил... награду.
  - Тогда, малышка, тебе нужно посмотреть одну видеозапись. Очень неприятную. Ты готова?
  Дана решительно кивнула.
  Амир пересел на диван и посадил её на колени. Обнял и включил проектор.
  - Тебе надо сказать, знаешь ли ты девочку на этом видео. Может, видела когда-нибудь.
  Он поставил запись - без звука. Дана напряглась.
  - Что? Узнаёшь её? - с надеждой уточнил Амир. - Или тебе просто больно вспоминать?
  - Это то место, - почти прошептала девушка.
  - Где вас держали? - уточнил юпитерианин, но Дана покачал головой:
  - Нас сюда возили. Первый раз страшно, когда с завязанными глазами, связывают, куда-то везут... Я думала - всё... А привезли туда, и всё как обычно. Только снимают. Ей, правда, повезло, один достался, и не изобретательный особо. Так что зря она такое лицо сделала, ей влетит сильно... Что бы ей улыбнуться поприветливей!
  Дана даже разозлилась на незнакомую девушку. Наверное, новенькая. Пока ничего не умеет. Её не один раз накажут, пока научится.
  - То есть где-то есть подобные видеозаписи с тобой в главной роли?
  Дана кивнула. Амир ведь не рассердится на неё? Она ведь не виновата.
  Где-то есть. И что?
  Он прижал её ещё крепче.
  - Даная... Девочка моя. Я обещаю тебе выполоть эту заразу из сети. Не оставить ни единого ролика, ни одной секунды. Дай только время.
  Дана пожала плечами. Из-за чего он расстраивается?
  - Не волнуйся! - она даже ласково улыбнулась ему. - Я не переживаю по этому поводу. Вот делать это было неприятно, да. Но даже не самое неприятное, что бывало. А видео... Ну пусть смотрит, кто хочет, про меня и так все всё знают.
  Он вздохнул, но ничего не сказал.
  На экране продолжался ролик.
  - Давай выключим, тебе же неприятно, - предложила Дана.
  - Это отвратительно. Но я должен знать, через что ты прошла.
  
  114.
  Амир поцеловал её и велел никуда не уходить. Собирался на работу, обещал зайти за ней на обед.
  И всё.
  Он уже был в дверях, когда Дана не выдержала:
  - А подарок?
  Остановился. Сделал виноватое лицо:
  - Данечка, прости! Я же опять про него забыл!
  Прошёл в кабинет, вытащил две коробки и вручил Дане. Она взяла и уставилась в изумлении.
  Через прозрачную стенку алела яркая огромная роза.
  - Она в консервации, - пояснил Амир. - Пока не открываешь её, не завянет. Очень долгое время.
  - Она... живая? - дыхание перехватило от восхищения.
  - Разумеется. Открывай.
  Замотала головой. Ужасна сама мысль о том, что эта красота завянет.
  - Данечка, открывай. Она всё равно со временем завянет. Вечно там храниться не будет.
  - Ну и пусть, - упрямо возразила Дана. - Подольше полежит.
  - Она гораздо красивее без упаковки.
  Уставилась в пол и пробормотала:
  - Потом открою.
  Вздохнул.
  - Как хочешь.
  Дана радостно отставила розу и ухватила вторую коробку. Её пришлось открыть - хотя не хотелось. А вдруг там тоже что-то законсервированное?
  Но внутри, в тонких пластиковых контейнерах, слоями лежали стразы.
  Она ахнула, не веря своим глазам. Хрустальные блики, мерцающие нанопокрытия, светящиеся основания... Разные цвета, формы, размеры. Откуда?..
  - Где ты их взял?!
  - На Земле, разумеется.
  - Но... как ты узнал...
  - Да никак, маленькая, не льсти мне. Я просто нашёл номер магазина в Москве, позвонил туда, попросил мне собрать что-нибудь для девушки, которая танцует и шьёт костюмы сама. У них что-то вроде товаров для танца живота.
  - На Земле? Ты же летал туда... к министру? Когда ты успел?
  - Между делом. Мне даже подвезли куда надо за отдельную плату. Ладно, малышка, мне пора. Работу никто за меня не сделает.
  
  115.
  Роза алела сквозь прозрачное покрытие, такая яркая, что лепестки, казалось, светились. Дана сидела с шитьём, перебирала стразы, прикладывала их к тканям, рисовала модели костюмов. Делать ничего не хотелось, третий день без стимулятора давал о себе знать. Но коробка, сияющая драгоценными искорками, не отпускала. Такие великолепные стразы она видела первый раз. Даже подумать страшно, сколько они могут стоить!
  Несколько часов она просидела, перебирая и рассматривая их, пришивала на недоделанные костюмы. Пока самые плохонькие, но и они казались роскошными по сравнению с теми, которые были раньше.
  Амир пришёл за ней, когда глаза уже начали болеть, а пальцы перестали гнуться.
  Дана бросила всё прямо на кровати и выбежала навстречу. Нерешительно замерла, но он протянул руки, и девушка скользнула в его объятия.
  - Спасибо, - прочти пошептала, прижимаясь щекой к его груди. - Такие замечательные подарки!
  - Я рад, что угадал. Пошли обедать.
  По пути в столовую по-прежнему множество незнакомцев здоровались с Амиром, но одну из них он окликнул и ухватил за локоть:
  - Слава, подожди-ка! У меня к тебе просьба.
  Красивая девушка, стройная, с пышной причёской и огромными глазами. Дана ощутила укол беспокойства.
  - Амир Василич, просьбы перед обедом? - весело и деланно-удивлённо спросила та.
  - Это назавтра, на после обеда. Ты же работала вчера сутки?
  - Да.
  - Я хотел попросить тебе помочь Дане. Ей нужно пройтись по магазинам, а мне совершенно некогда.
  Девушка широко улыбнулась Дане:
  - Да без проблем! Такую просьбу - всегда с удовольствием!
  - Дана, - сказал Амир, - это Ярослава. Поможет тебе завтра приобрести всё, чего не хватает для жизни здесь. И обновите гардероб заодно. Слава, я пришлю тебе номер счёта - специально определённая сумма. В качестве моей личной благодарности можешь и себе чего-нибудь набрать.
  Ярослава посмотрела в маленький экран на запястье:
  - Пришло. Вижу. Ого!
  Она подняла ошарашенный взгляд на Рахимова:
  - Амир Василевич! Это же... несколько зарплат!
  - Нет, это как раз моя зарплата. И не волнуйся, не последняя. Я не хочу, чтобы Дана экономила, а она попытается. Так что принимать решения - это на тебе. Этой суммой можете распоряжаться совершенно свободно. - Он нахмурился, - этого вообще хватит? Я слабо представляю, что может понадобиться женщине.
  - Вполне хватит. На Ганимеде столько трудно потратить. У нас здесь всё хорошее и качественное, но изысков вроде трюфелей и шампуней с хлопьями золота не встречается. Впрочем, вы же сами определяете поставщиков в городе.
  Амир кивнул и сказал Дане:
  - Значит, определите с Ярославой, что тебе надо, и будешь её слушаться. Гардероб тоже не мешало бы сменить. Что-нибудь...
  Он закусил губу, нахмурился. Подумал. Покачал головой:
  - Что-нибудь деловое, что ли. Более... строгое.
  - Поняла, Амир Василич! - бодро отозвалась Ярослава. - Дана, я завтра за тобой зайду после обеда!
  - Спасибо, и не смею больше задерживать, - улыбнулся Амир как-то облегчённо.
  
  116.
  В этот раз дорога до столовой оказалась ещё интереснее. В том смысле, что не все встречи оказались разрдажающими.
  Дана от удивления остановилась и тихо охнула: в углу коридора невозмутимо сидел большой чёрно-белый кот.
  - Это... это голограмма?
  Амир посмотрел в указанном направлении и улыбнулся:
  - Нет, что ты. Обычный кот. Их тут много кто держит. Собаки есть. Рыбки. Грызуны запрещены, и птицы. Насекомые и пауки. Змеи. А таких можно. Нравится?
  Он подошёл к равнодушному животному, протянул руку. Тот обнюхал пальцы и потёрся мордой.
  Амир подхватил кота и принёс Дане:
  - Можешь погладить.
  Девушка обняла зверя и принялась гладить и чесать за ухом. Тот не возражал, и даже начал тихонько урчать.
  - Какой замечательный! - с восторгом сказала Дана на ухо коту. Он и не собирался протестовать и убегать, как те кошки, которых она видела раньше, в детстве. - Тёплый...
  - Пойдём на обед, Данечка.
  С сожалением она оставила зверя.
  - Хочешь, заведём тебе такого. Возьмём котёнка. Будешь с ним играть и воспитывать.
  - Нет, нет! - испугалась девушка. - Не надо!
  - Почему нет? Они не проблемные, возни не так много.
  - Я не могу взять на себя ответственность... Я не уверена, что смогу о себе-то позаботиться, а кот... Амир, как я его смогу бросить, если что?
  - Никак. Тебе не надо его бросать. Заботиться о тебе буду я.
  - Нет. Не надо, - твёрдо сказала Дана, пытаясь закрыть тему.
  
  117.
  Весь вечер Дана провела одна в квартире. Амир работал до позднего вечера.
  Еле заставила себя потанцевать. Может, к лучшему, что завтра её посмотрит врач? Выпишет какой-нибудь стимулятор, и Амир не будет возражать.
  Апатия и слабость портила и настроение тоже. Танцы подняли его - но чуть-чуть.
  Она ждала конца ужина с нетерпением. Чтобы остаться вдвоём, без кучи знакомых и его коллег, без его работы. Хотелось чего-то похожего на предыдущие ночи, ведь она должна удержать его внимание. Дана знает только один способ. Сколько бы он не говорил об общении, танцах, но с тех пор, как они прибыли на Ганимед, Амира интересовало только одно. Он, разумеется, продолжал заботиться о ней - но теперь предпочитал перепоручать кому-нибудь.
  Всё общение с Даной сводилось к одному. И надо очень постараться, чтобы не разочаровать его. Теперь, когда она поняла, что от неё требуется, будет гораздо легче. Вряд ли она сможет изобразить то, что Амир хочет, и не раскрыться, с ним очень трудно притворяться. Дана и так уже притворяется, причём так, что даже представить трудно, что будет, когда обман раскроется.
  Нет, больше никаких притворств. Если он хочет от неё таких эмоций - Дана должна их испытывать. Но как он это делает? Если сам секс оставляет её равнодушной, а пара хитрых поцелуев меняет ситуацию?
  И что это за странные чувства, когда всё тело охватывает дрожь, кровь словно закипает, кожа горит и дыхание перехватывает? Когда она совершенно забывает о том, что тоже должна что-то делать и принимать участие в процессе?
  Дане это не нравилось. Вернее, очень нравилось, но так нельзя.
  Перед сном Амир пустил её в душ первой, и дождаться его оказалось непосильной задачей.
  Честно сидела на краю кровати, стараясь не заснуть, и ждала. Но у неё ничего не вышло.
  
  118.
  А утром Амир извиняющимся тоном сказал Дане, что ей не стоит завтракать.
  Нет так нет, не проблема. Обидно то, что сам Амир на завтрак пошёл. Мол, у него режим. Нет, Дана всё понимает, и полностью согласна. Но одно дело пропустить завтрак на станции Сатурна, где он и состоял из каши на воде и чая. А другое дело - лишиться чего-то вкусного и аппетитного, и плюс великолепного десерта и фруктов. Особенно жалко фрукты. Чуть ли не каждый раз она пробовала что-нибудь новое.
  Но ей предстояло сдавать анализы.
  Она бы снова не пошла к врачу, если бы Амир не отвёл её за руку. Страшно - невероятно. Опять будут колоть, засовывать разные инструменты, водить холодными мокрыми штуками... Дана боялась всего. И ещё больше - выводов врача. После них приходилось пить и есть отвратительные вещи, делать болезненные процедуры, и, самое главное, врач мог разрешить самую неприятную работу. А он обычно разрешал.
  Нет, сами-то они были очень дружелюбные, внимательные. Это пугало ещё сильнее.
  Вот и Евгений Дмитриевич оказался приятным в общении, вежливым человеком.
  Удивил он, когда попросил Амира выйти. Мол, Дане будет свободней.
  Дана с этим согласилась - но молча.
  А вот сам Амир - не особенно, судя по выражению лица. Спорить не стал, попросил врача только посидеть в его кабинете по соседству - надо работать.
  Но совсем не ушёл.
  Напутствие рассказывать врачу всё, без ограничений, пугало. Дана вообще не понимала - зачем рассказывать? Он же врач. Пусть сам смотрит.
  Но Амира ослушаться не решилась. Покорно объяснила, чем занималась, как долго, ответила на все вопросы.
  Пока они разговаривали, улыбчивая, деловитая медсестра взяла у неё несколько проб крови. Дана даже дёрнулась, чем заслужила одобрение обоих.
  - Гляди сюда, - Евгений Дмитриевич поднял длинный пинцет в её лицу. - Это капсула с нанороботом. Как только он окажется в тебе, оболочка растворится, и прибор начнёт собирать информацию. Потом мы извлечём его. Таких понадобиться несколько, в сосуды, в лёгкие, желудок, и гинекологический, пожалуй. Ты не боишься?
  Дана подняла на него полные ужаса глаза и решительно сказала:
  - Не боюсь. Давайте.
  Пока собирались данные, врач просматривал её медицинские файлы. Поначалу он выглядел озадаченным, потом начал злиться.
  - Дана, - сдерживаясь, спросил. - Кто это вообще заполнял? Что значат вообще эти все 'от лечения отказалась', 'от обследования отказалась', 'от прививок отказалась'? Извините, но как вас допустили на космическую станцию при всём этом?
  - Минимальные необходимые процедуры пройдены! - испугалась Дана. - То, что надо, я делала!
  - Почему вы так сопротивляетесь остальному? - терпеливо спрашивал доктор. - Если у вас понижено давление и масса тела, повышена кислотность, подозрение на несколько заболеваний - зачем вы отказывались от обследования и лечения? Просто из-за нервов?
  Отказывалась? Дана не отказывалась!
  - Но я делала всё, что мне говорили!
  Лицо доктора помрачнело, и он чуть сжал губы, листая документы.
  - Хорошо, вот, отказ от обследования - ваша подпись?
  - Д-да... - испуганно ответила Дана. Этот доктор разозлился на неё, а она так и не поняла, за что.
  - Зачем? Почему бы вам просто не сделать УЗИ? Это же совершенно не страшная процедура!
  Дана не знала, что ответить, потому что не понимала, о чём речь. Просто сжалась и уткнула взгляд в колени.
  - Простите, - выдохнул врач. - Я не должен был так реагировать. Понимаю теперь, почему Амир Василевич так торопил меня. Вам всё-таки стоит хотя бы обследоваться. Зря вы так упорно отказывались раньше.
  - Я правда делала всё, что мне говорили! - взмолилась Дана. Что она сделала не так? Ведь врач на Сатурне не сердился на неё, и не жаловался. В чём тогда дело сейчас?
  - Ваша? - Евгений Дмитриевич сунул ей под нос электронную подпись. Дана кивнула. - И зачем вы тогда подписали?
  - Так сказали...
  Врач вздохнул и покачал головой. Потом позвал:
  - Амир Василевич, можно вас?
  Тот появился мгновенно, словно ждал. Доктор подвинул к нему экран с медицинскими файлами Даны:
  - Посмотрите сюда.
  Амир смотрел недолго. Одну страницу пробежал глазами, вторую...
  - Дана, - тихо спросил он наконец. - Ты отказывалась от медицинских процедур?
  - Нет-нет, - мотнула она головой в отчаянии. - Я делала то, что мне говорили!
  - Подписывала это?
  Она кивнула.
  - А ты смотрела, что это?
  - Я всё равно ничего не пойму, - жалобно сказала Дана. - Я же не врач!
  Веки и уголки губ его напряглись. На что он злится? Тихо повторила:
  - Я же делала всё, что говорил врач...
  - Не сомневаюсь, - тяжело сказал Амир, а Евгений Дмитриевич, кажется, тоже помрачнел:
  - Но так же не может быть! - он покачал головой.
  - Может. Вот почему я и должен присутствовать.
  - Зачем... зачем бы... - доктор никак не мог подобрать слова.
  - Полагаю, опять экономия.
  - Но за это можно лишиться лицензии! - возмутился Евгений Дмитриевич.
  - В поясе Койпера не нужна лицензия. Сделайте все необходимые процедуры. Дана не будет отказываться.
  - Нет-нет! Сделаю всё, что надо! - с жаром пообещала Дана. Кажется, Амир сердится не на неё, и от этого стало гораздо легче.
  
  119.
  Медсестра отвела Дану в соседнее помещение - огромное, уставленное устрашающими устройствами, и Амир проследовал за ними. Выгнать удалось только на гинекологический осмотр.
  Но вернулся сразу, как только он закончился. Придвинул стул ближе к столу и сел.
  Евгений Дмитриевич уже смирился и комментировал результаты для обоих. Хотя Дана предпочла бы, чтобы Амир этого не знал.
  Столько всего жуткого! Точно бросит. Зачем ему такая больная?
  Хотя может доктор ошибся? Дана не чувствовала себя так, как он описывал.
  - Странно, что болит, по вашим словам, Дана, только желудок. Фактически, весь желудочно-кишечный тракт не работает, как надо. И это не удивительно. Ваша так называемая диета в медицинских файлах - она же не имеет никаких оснований! Она, может, способствует похудению, но у вас астеническое телосложение, вы бы и так были худенькой. Просто вы не получали достаточно витаминов и минералов, и большая часть симптомов от этого. Я вам выпишу витаминные комплексы, и, разумеется, диета нужна - но совсем другая. Ваши сосуды... Амир Василевич, вы уверены, что в возрасте ошибка? Двадцать семь лет больше соответствует состоянию организма, а внешность - здесь есть упоминание о процедурах регенерации кожи.
  - Дана, тебе ведь двадцать на самом деле?
  Соврать Амиру трудно, особенно когда он смотрит в упор.
  - Двадцать, это точно.
  Евгений Дмитриевич нахмурился:
  - Но тогда... преждевременное старение? Сосуды... - он перечитывал результаты. - Вот эти образования во внутренних органах... И регенерация кожи. Дана, а у вас не было лучевой болезни?
  Она покачала головой:
  - Вроде нет...
  Амир подался вперёд:
  - Дана, ты на Пане бывала до нас?
  Она покачала головой:
  - Я вообще не выходила со станции.
  - А с Земли тебя как везли?
  Тревога закралась в сердце, сжалась в груди. Они говорят о чём-то страшном?
  - В багажном отсеке. Так надо было! - сразу уточнила Дана, полагая, что Амиру это может не понравится. - Меня прятали там! Меня бы убили иначе!
  - Но есть багажные отсеки с лучевой защитой, - его голос звучал глухо.
  - Там было занято. Где получилось. Главное было улететь с Земли, понимаешь?
  - Она нелегально улетела? - с опаской спросил врач, но Амир отмахнулся:
  - Нет, там в другом дело. Всё в порядке.
   Евгений Дмитриевич как-то сразу успокоился. Видимо, в директоре он был уверен.
  - Если это лучевая болезнь - объясняется множество симптомов. Кроме кожи, надо было лечить много симптомов, этого не сделано. Подписан отказ. Ещё авитаминоз, истощение, в том числе нервное.
  - Выпишите мне, пожалуйста стимуляторы! - вспомнила Дана. - А то Амир мне не разрешает их принимать.
  - Правильно не разрешает! -возмутился Евгений Дмитриевич. - Почти всё, что вы принимали, яд для вас! Вам, несомненно, нужны многие средства, но не это убожество. Я вам выписал обязательные к приёму лекарства, ещё напишу, что принимать, если будете плохо себя чувствовать. И ничего, кроме этого! Прививки дополните. Процедуры поделаете, но некоторые ткани стоит заменить. Посмотрим через некоторое время. А что касается... - он неуверенно глянул на Амира, но продолжил, - ещё некоторых симптомов... Свозили бы вы её на Каллисто, в центральную клинику. У меня всё-таки не гинекологическая специализация. Я только аппаратное обследование и лечение провожу. Даже восстановить способность к деторождению не могу.
  Не успела она испугаться по-настоящему, Амир покачал головой:
  - Это пока не надо. Не уверен, что Дана готова. Пока давайте посмотрим так, потом можно будет на Каллисто.
  - Я, конечно, не специалист в этой области, но слизистая есть слизистая. У неё она покрыта грубыми рубцами. Хотя эти ткани должны регенерировать просто отлично. Полагаю, у вас пониженная чувствительность, и это помогало вам... терпеть насилие?
  Врач снова закусил губы и пристально посмотрел на Дану. Та пожала плечами:
  - Со временем конечно становится легче. Просто слово, которое вы подобрали...
  - Я вас обследовал. И мне лучше знать, какие слова здесь нужны, - сухо возразил Евгений Дмитриевич.
  - Рубцы... - Амир качнул головой. - Нам пока лучше воздержаться?
  - Пока не обязательно. У неё просто чувствительность снижена. Что надо было делать...
  - Операции по восстановлению девственности, - подсказал Амир. Доктор покивал:
  - Думаю, не только это. Ткань надо регенерировать, убрать рубцы. Но это позже, после общего лечения. А вот от анального секса лучше бы воздержаться, если бы вдруг это пришло вам в голову. Извините за прямоту, вы сами настояли на том, чтобы присутствовать.
  Евгений Дмитриевич старательно не смотрел на Амира.
  Тот насмешливо улыбнулся:
  - Не придёт в голову. Всё нормально, вы же врач. Продолжайте.
  Дана просияла. Даже трудно сказать, какое облегчение! Она так боялась, что Амир этого захочет. Да, он очень внимательный и осторожный, но при его размерах многое всё равно пугало.
  - Регенерацию будем делать здесь, не на Каллисто? - уточнил Амир.
  - Разумеется! У нас травматология лучшая в системе. Вы же сами закупали оборудование и посылали Альмиру на обучение на Землю. У нас и китайцы, и американцы лечатся.
  Евгений Дмитриевич выписал ей лечение на ближайший месяц - лекарства, процедуры. Множество дополнительных обследований.
  Если всё это соблюдать - времени остаётся только лечиться. Когда же ей танцевать?
  
  120.
  Когда они вышли из кабинета, Дана ожидала, что Амир возмутится тем объёмом лечения, который ей назначили. Но он остановился, взял её за плечи и участливо спросил:
  - Малышка, ты, получается, постоянно плохо себя чувствуешь?
  - Всё нормально! - Дана испугалась. Если начать жаловаться, он не захочет с ней возиться. Зачем мужчине столько проблем? И что означали слова врача о том, что пока воздерживаться не надо? Какое-то лечение будет? Но зачем Дана нужна, если нельзя будет ничего такого? Амир избавится от неё.
  Пусть он говорил, что не бросит в любом случае... Ну оставят её на Ганимеде. Что здесь делать? Даже цветы поливать не сможет, для этого образование нужно.
  - Если ты почувствуешь себя плохо, тебе нужно сразу обратиться к Евгению Дмитриевичу, - менторским тоном велел Амир. - Обещай, что сделаешь это.
  Дана охотно кивнула. Ну и ладно, как он проследит за этим? Пообещать она может легко.
  
  121.
  После обеда Амир улетел, а в дверь позвонили.
  Дана сначала испугалась и решила не подходить.
  Но вспомнила про Ярославу.
  Правильно, это оказалась она. С радостной улыбкой на лице и одним лишь вопросом:
  - Готова? Тогда пошли!
  Сразу потащила Дану по коридорам, дальше и дальше от квартиры. Теперь дорогу назад можно было найти только по навигатору. Хорошо, что Амир запрограммировал его заранее.
  Было бы неплохо, если бы он запрограммировал и Ярославу. Девушка болтала без умолку - нет, он предупредил. 'Болтлива и любопытна'. Ещё бы знать, что ей рассказать, а что - нет.
  Ну чего ему стоило сказать чётко: вот это - можно, это - нельзя? Нет, надо было объяснять. 'Всё равно все всё узнают, но лучше, если из прессы. Там у тебя будет правильный образ. Не надо заявлять о себе всему миру, просто решай сама, кому и что надо знать'.
  Дана не хотела решать сама. Она всё порешает неправильно.
  Пока Ярослава только рассказывала, куда и зачем они должны зайти. Может, всё не так плохо?
  Были магазины техники. 'То, что ты носишь на руке, прошлый век. Выберем получше'. Здесь Дана вообще ничего не понимала. Ярослава выбрала ей несколько устройств, как знакомых, так и вообще непонятных. 'Монитор здоровья. Надо вживить под кожу. Он маленький и незаметный, мы все такие носим. Обучающие очки. Ты же будешь чему-нибудь учиться. Это - просто красиво. Поставь на тумбочку и будут голограммы цветов...'
  Терминал оплаты озвучил сумму, и Дана пережила что-то по ощущениям похожее на микроинфаркт.
  Она попыталась протестовать, но счёт был у Ярославы. Она запросто отмахнулась и провела оплату.
  - Амир Василич предупредил, что ты будешь возражать, - напомнила она только.
  Вот как раз встречи с ним Дана теперь боится. Страшно даже представить, что нормальный мужчина может сказать на такое транжирство. Ярослава заметила состояние Даны и поспешила её успокоить:
  - Да не переживай ты! Амир Василич же сам выделил нам именно столько. В любом случае всё это сложно потратить такими темпами. Ты хоть представляешь себе уровень зарплат нашего начальства? Эх, может, когда-нибудь, и у меня будет что-то подобное.
  Она подумала:
  - Нет, вру. Не будет. Женщине такую не получить.
  - Почему? - удивилась Дана, почувствовав укол обиды. Не то, что бы она думала о себе. Скорее, солидарность.
  - Там же надбавки за Юпитер.
  - Амир говорил, что не берёт на такую работу женщин, - вспомнила Дана.
  - Это не его личная прихоть. Котласов из 'Главкосмоса' тоже не берёт. И у китайцев вроде бы нет. А вот американки работают, и я тебе скажу, это жуткое зрелище. Вот представь себе женщину такую, как наш директор. Никакая зарплата такого не стоит.
  Ну и ладно, подумала Дана. Пусть они уродливые. Зато хотелось бы посмотреть на того, кто попробует их обидеть!
  Потом они пошли в магазин косметики, и Дана уже не чувствовала себя так глупо. Уж в этом-то она разбиралась.
  Как оказалось, не очень.
  - Ну зачем тебе косметика ручной работы? - отмахнулась Ярослава. - Автомат выверит порции с такой точностью, что и не снилось человеку. Смешает, как надо. Выдержит правильно. Не накапает пота, не уронит волос. А это - просто красота. И всё. Это тоже - гляди, написано 'с натуральными компонентами'. А на деле вот эти компоненты натуральные, а остальное - ядрёная химия из прошлого века. Вот, гляди. Если уж мы неограничены в средствах, давай вот этой наберём. Никогда не могла себе позволить, у меня зарплата пока недалеко от начальной ушла.
  Дана не стала возражать. На такую она и сама заглядывалась, и тоже не могла себе позволить. Мишу долго приходилось уговаривать на дорогие средства.
  - Ты же помнишь, Амир Василич разрешил мне для себя что-нибудь выбрать. Я ни в коем случае не собираюсь отказываться! Ни из каких благородных побуждений. Да ты не волнуйся! Он... щедрый. Ну то есть деньги не хранит. Другие там дома на Земле покупают, зачем только, корабли, драгоценности. У Рахимова ничего такого, говорят. Он оборудование нам берёт на излишки. Хотя, ходят слухи, у него акции всякие есть. Но подробностей не говорят.
  На покупки Ярослава оформляла доставку автоматом. Вероятно, такой доставил и её вещи из космопорта. Удобный автомат. И не надо с собой носить сумки.
  На косметике Дана решила не экономить. Лучше потратить деньги на внешность, чем на технику или что-то в этом роде. Эти крема и средства по уходу сделают её моложе и красивей, Амиру понравится.
  Только не все средства она может выбирать с Ярославой. Есть интимные отделы, куда бы она очень хотела заглянуть. Но - одна.
  Оказывается, желание, возбуждение - полезные штуки, та ночь с Амиром прошла как по маслу, если можно позволить себе этот пошлый каламбур. Но рано или поздно ей понадобятся смазки, анестетики, да и афродизиаками неплохо бы разжиться. Совершенно точно не с Ярославой.
  Поэтому она ограничилась косметикой. И не смогла удержаться от пары спортивных кремов - разогревающий и расслабляющий мышцы.
  Её гид пообещала одежду, обувь и украшения, но только после чашечки чая в огромном и необычном кафе. Вместо стен были огромные аквариумы с красивыми рыбками, водорослями и камнями. Крышка каждого стола была прозрачной и внутри застыли узоры из растений. На удивление в меню оказалось минимум морепродуктов, в основном закуски, чай, кофе.
  Чем её одежда плоха, Дана не понимала.
  - Она очень хороша, - начала Ярослава настороженно. - Но Амир Василевич сказал, деловую. Я просто думаю... Слушай, пообещай, что ему не скажешь.
  И она уставилась в пирожное на блюдце в виде ракушки.
  Дана пожала плечами:
  - Ярослава, извини. Я мало что от него могу скрыть. Каким-то образом Амир догадывается. Поэтому обещать не могу.
  - Ладно, но пообещай, что попытаешься.
  Это можно, и Дана кивнула.
  - И называй меня Слава, не будешь же каждый раз полное имя?.. Просто он говорил про деловой стиль одежды. Но у нас нет такого. Все носят на работу форму, вне работы - что хотят. А ты вообще не сотрудник! И я ещё вспомнила слух. Ты же знаешь Севу Воронцова, - не вопрос, а утверждение.
  - Я знаю Севу, просто не знаю фамилию.
  - Рахимов его перевёл на сотрудничество. Знаешь, в 'Метролабе' есть отдел 'Главкосмоса', и наоборот. Всё-таки мы много где пересекаемся. В 'Главкосмос' нужны толковые, но отправлять талантов туда опасно. Котласов их в два счёта переманит, на повышение направит в свой отдел, и всё. А Сева талантливый. Перспективный. Наш Рахимов его при себе держал, вроде как обучал и проверял, явно имел на него планы. А теперь отдал Котласову. Может получиться, насовсем. А наши говорили, что Сева выполнял для нашего директора поручения даже личные, доверие такое. И говорят, за тобой присматривал на Сатурне, когда Амир Василич не мог.
  Дана кивнула. Она всё ещё не поняла Славу.
  - Вот, а потом Сева тобой стал интересоваться. Как ты красиво танцуешь... И ты, поговаривают, про него спрашивала.
  - Пираты его отравили газом! Я просто боялась, что с ним что-то случилось.
  - Ну, наверное, у тебя была причина. Но Дана! После этого Рахимов возвращается и отдаёт Севу в 'Главкосмос'! Ты-то знаешь, как дела обстоят на самом деле, и можешь сказать, что я слишком мнительная, но мне чётко видится, что это - одна из его хитрых схем.
  Дана погрустнела. Похоже, что Слава права. Больно логично рассуждает.
  А она-то считала, что разбирается в чувствах мужчин...
  - Я могу поговорить с Амиром насчёт Севы. Убедить его...
  - Нет, что ты! - почти вскричала девушка. - Ещё хуже сделаешь. Теперь можно просто забыть.
  - Но Сева, можно сказать, пострадал ни за что.
  - Брось, он не пострадал. Нет разницы между тем и этим предприятием на самом деле. И он всегда может вернуться, если захочет. Если Рахимов что-то ещё не придумает. Постой, тебе он что, действительно нравится? - забеспокоилась Слава.
  - Не то, чтобы нравится, - Дана вздохнула. - Он весёлый, добрый. Но я не собираюсь злить Амира.
  Её собеседница смотрела круглыми глазами.
  - Ты что, правда в него влюбилась? Правильно, шеф всегда замечал всё до мельчайших подробностей...
  - Да нет же! - сейчас напридумывает ещё, а потом сплетни пойдут. - Ни в кого я не влюбилась. Если бы в женском монастыре разрешили танцевать, я бы вообще туда ушла.
  Ярослава вернула чашку на стол, так и не отхлебнув, и подалась вперёд:
  - Так ты правда танцовщица? Знаешь, слухи - вещь ненадёжная и противоречивая. Чего только не рассказывали!
  Дана пожала плечами:
  - Уж не знаю, что там рассказывали, но, думаю, то, что ты считаешь грязными сплетнями - и есть правда.
  
  122.
  Ярослава посмотрела проникновенно и, понизив голос, сказала:
  - Ты даже не представляешь некоторые слухи.
  - Что я на станции Сатурн выполняла обязанности штатной проститутки? - резковато спросила Дана.
  Сейчас она рисковала. Слава могла иметь в виду что-то более безобидное. Но здесь так разносятся сплетни! Про то, что Амир привёз себе девушку, знает каждый встречный. Так что рассчитывать на то, что никто никому не рассказал подробности, не приходится.
  И, судя по смятению на лице её сопровождающей, она правильно думает.
  Это уже было. Никто не хочет общаться с проституткой. Можно лишь не ставить её в неудобное положение - на лице девушки написано, что она лихорадочно размышляет. Может, понимает, что не стоит высказывать в лицо что-то резкое любовнице начальника.
  Единственное, что тут стоит делать - избавить её от мучительных сомнений.
  И - заодно себя от унизительной сцены.
  Дана встала, не глядя на неё:
  - Я пойду домой. Спасибо, что помогла, без тебя я бы не справилась. Пока.
  Ярослава сделала безумные глаза и воскликнула:
  - Нет!
  Вздрогнула и обернулась.
  - Дана, я обидела тебя? Я не должна была говорить... - тихо закончила она.
  - Просто, по-моему, на сегодня достаточно, - мягко попыталась сгладить острые углы. Но девушка жалобно глянула на неё снизу вверх:
  - Пожалуйста, ты не можешь уйти!
  Дана моргнула и спросила непонимающе:
  - Почему?
  - Во-первых, сообщить такое - и бросить меня вариться в этом котле слухов? Это жестоко. Во-вторых, - она понизила голос, - Амир Василевич что скажет? Он же велел ещё и одежду тебе посмотреть.
  Точно. Амир дал распоряжение. Ни Дана, ни, очевидно, Ярослава, не решатся ослушаться.
  Медленно села обратно:
  - Точно. Прости, если тебе придётся меня ещё потерпеть.
  - Кто кого терпит! - воскликнула Слава. - Слушай, я знаю, что болтаю лишнего. Но ведь не всё выбалтываю, а просто люблю поговорить! Я никому не передам то, что ты мне скажешь. Не буду распространять новых сплетен. Но теперь моё дурацкое любопытство разбужено, как древнее чудовище, такими известиями. То есть ты правда...
  - Правда.
  - И Амир Василевич знает? - осторожно уточнила Слава.
  - Вся комиссия знает. Это невозможно было не заметить.
  - А... другие наши... тоже... м-м... пользовались твоими услугами?
  - Нет.
  Девушка передёрнула плечами:
  - Конечно, что я говорю! Разве от шефа такое скроешь? Он же мысли читает! Натурально, Дана! Спросит такой, как дела, отвечаешь - всё нормально, как обычно. И в голове: не скажу про то, что потеряла результаты обработки и придётся задержаться и переделать. Улыбнёшься ещё. А он - 'Что случилось?' 'Ничего, Амир Василевич'. И всё. 'Где накосячила? Узнаю - хуже будет'. И, пока размышляешь, сказать ему, или нет, он сам уже в курсе: 'Что с испытаниями нового силового щита?' В общем, наверняка изобрёл устройство чтения мыслей незаметно.
  - Он сам - устройство чтения мыслей, - вздохнула Дана.
  - Ты тоже заметила! Ну вот. А, так там же были пираты! О! - она осеклась и широко раскрыла глаза. - У вас на самом деле нет ничего? Он просто хотел тебе помочь, и поэтому сказал...
  - Всё у нас есть, - недовольно ответила Дана. - Сама-то подумай.
  - А. Точно. Не, ну наверняка вы договорились, что ты больше не будешь этим заниматься.
  - Разумеется. Даже для спасения жизни, - недовольно вспомнила Дана.
  Ярослава покивала задумчиво.
  - А... ты... можешь говорить на эту тему? Я тебя не замучила? Ты скажи, чтобы я заткнулась, если что. А то сама я этого уже не сделаю.
  Дана пожала плечами.
  - А как долго ты этим занимаешься? По тебе вообще не скажешь, что ты какя-то опытная жрица любви. Не то, чтобы я раньше встречала девушек такой профессии.
  - Очень долго. Да, я опытная.
  - И тебя устраивает? То есть если вдруг вы с Амиром Василевичем расстанетесь, ты продолжишь... То есть ты не хотела другую работу?
  - Для другой работы нужно уметь делать что-нибудь другое.
  Её губы сложились в беззвучное 'О'.
  Пирожное и чай были забыты. Не Даной, разумеется. Она уже почти подъела, хотя порция оказалась огромной. И чай был какой-то необычный, с сильным ароматом.
  Лучше было бы сосредоточиться на еде. Но Ярослава не унималась:
  - Нет, я понимаю, что неприлично так расспрашивать. Но я не могу! - почти с отчаянием. - Я же умру от любопытства! А как ты поняла... ну, что хочешь так работать? Как в первый раз получила за это деньги?
  - Я не получала за это денег, - тихо ответила Дана, чем ещё больше поразила Славу.
  - Типа работать за еду? Но... зачем? Даже если ты ничего не умеешь, можно же... хотя бы танцевать, где-нибудь пристроиться, на астероиды в кафе... Там деньги платить будут. Прости, если тебя обижает этот вопрос... У меня маловато опыта в подобных вещах, я правда не понимаю. Зачем такие вещи делать бесплатно?
  - Кто бы ещё спросил моего мнения, - ещё тише сказала Дана, и Ярослава некоторое время смотрела непонимающе. Потом ахнула:
  - Пираты! Те, с Сатурна! Так это называется не проституция, а рабство! Сексуальное рабство, Дана! Так вот почему... Ой...
  Она поёжилась.
  - Что, неужели сейчас правда такое бывает?
  - Это не совсем так... - неуверенно начала Дана. Объяснять подробности не хотелось. Ну вообще. Есть ли шанс, что Ярослава выполнит обещание и никому не расскажет?
  - А Амир Василевич тебя, можно сказать, спас?
  - Ну... можно сказать. По крайней мере, с ним легче.
  - Но тебе он не нравится? - что за допрос? Дана уже пожалела, что начала отвечать на её вопросы.
  - Почему же, нравится.
  - Просто его боятся, причём и в профессиональном, и в личном плане. Когда он пришёл собеседовать участников нашей олимпиады, он же сразу предложил работу. Нас там человек шесть девчонок было, кому было предложено. И на собеседование пришла я одна. Остальные просто сказали, что не хотят себе ни таких мужчин, ни, тем более, самим становиться такими. А я пошла - не будут же меня насильно увозить на Юпитер, почему бы не узнать? Рахимов сразу объяснил про изменение тела, про то, что для девушек работа другая, можно не бояться. Я ещё предложила рассказать девчонкам, они из-за этого не пришли. А он, знаешь, как обычно улыбается? Вот, говорит, не надо, ему нужны только те, кто хорошо соображает. Из парней, кстати, двое пошло, но он взял только меня! - с гордостью закончила Слава. - Слушай. Нет, так нельзя, - вдруг сменила она тему. - А тех сволочей, что тебя заставляли, можно за это привлечь?
  - Если их достанут с Чёрных астероидов, - пожала плечами Дана спокойно, - их и так много за что можно привлечь. Слав, там не то, чтобы заставляли. Не совсем так. Долго объяснять, не бери в голову.
  - Ну хорошо, отказаться ты могла?
  - Могла, - ответила Дана чтобы закрыть тему.
  - И что бы тебе за это было?
  Они здесь, в 'Метролабе', все такие, что ли? Это называется либо проницательность... либо назойливость.
  - Я не хочу об этом говорить.
  - Ой, прости! Понимаю.
  Ярослава молча доела пирожное.
  - Будешь ещё чай?
  - Да, он очень вкусный! - в конце концов, лишняя чашечка чая - это не переедание.
  - А, это с душицей! Я его очень люблю.
  Она сделала заказ на экране в середине стола, посидела, повертелась на стуле и спросила:
  - А что ты танцуешь?
  - Восточные танцы.
  - Танец живота? - снова оживилась Слава.
  - В том числе.
  Разумеется, для непосвящённых так понятней.
  - Тебе надо как-нибудь станцевать на вечере.
  - Каком вечере? - не то, чтобы Дана испугалась этой перспективы, но танцы на публику, которые от неё требовали обычно... провоцировали.
  - Творческие вечера. Мы же здесь вообще по бумажке живём. Каждый должен заниматься искусством и спортом. Нам то, девушкам, зачем обязательно спорт, не понимаю! У нас ничего не деформируется, мы на Юпитере не бываем. Но это не только Рахимов, это и в 'Главкосмосе' тоже так. Потом можно выступить на творческих вечерах.
  - Я же не сотрудник, - попыталась отказаться Дана.
  - И что? Любой может. Да ладно, нам хочется знать, на что Сева так запал. А?
  - И Амир, - тихо вздохнула Дана.
  Их прервал голос за спиной, и она крупно вздрогнула от неожиданности.
  - Славка, привет! Познакомь нас с подругой.
  Двое парней, ещё недавно работающих, синхронно придвинули стулья и расселись между девушками.
  Ярослава, на мгновение подняв глаза от чашки, ровно ответила:
  - Дана, девушка Амира Василевича.
  - Оп! Ошибочка. Прошу прощения! - Один сделал вид, что смутился, но широкая улыбка так и осталась на лице.
  - А мне фиолетово, - с весёлым равнодушием сказал второй. - Я в 'Главкосмосе', а не в 'Метролабе'. Дана, значит?
  Не может быть. Опять. Это опять происходит.
  Она сжалась, и ужас в глазах не укрылся от Ярославы.
  - Так, Паша, ты сейчас же убираешься отсюда, и друга своего уводишь, - рявкнула та.
  - Да ладно тебе, - примиряюще сказал парень в форме 'Метролаба'. - Мы просто так посидим с вами. Без задней мысли.
  - За себя говори, - нахально улыбнулся второй. - Я не собираюсь сидеть без задних мыслей рядом с такими девушками.
  - Тогда вали, - велела Ярослава. - Давай, давай. Или мы уйдём, - уже с лёгким сожалением. Но Дана даже обрадовалась. Чем прогонять этих - куда проще сбежать самим. Она с готовностью встала.
  - Ну что вы! - продолжал улыбаться нахал. - Мы пройдёмся с вами.
  Слава тоже встала и презрительно посмотрела на того сверху вниз.
  - То есть Амира Василевича ты не боишься.
  - Нисколько! - улыбка ещё окрепла.
  - Он не твой начальник.
  - Не мой.
  - И вообще из другой организации.
  - Вот именно, крошка!
  - Просто посторонний мужчина.
  - А ты умная.
  - Спортивный, два метра роста и два центнера веса.
  Молчание.
  - К девушке которого ты пристаёшь.
  Больше нет улыбки.
  - Я-то умная... А вот ты...
  Неуверенно, скорее, не желая терять лицо:
  - Масса не главное...
  - Тот пират тоже так говорил! - дрожащим голосом, но громко сказала Дана.
  - Пират?
  - А у вас сплетни не распространяются? - удивилась Слава. - Речь о негодяе, которого Амир Василевич убил в рукопашном поединке. Как раз из-за Даны.
  Молчание.
  - И если вы сейчас отвалите от нас, мы ничего ему не расскажем. Но только сейчас. Сию секунуду.
  Паша встал и ухватил приятеля за локоть:
  - Конечно. Прости, Слав, мы уходим. Я вообще не знаю, что на него нашло. Пошли, пошли.
  
  123.
  Девушки тоже ушли - сидеть дальше уже не хотелось. Не торопясь, они шли по коридорам. Ярослава откровенно недоумевала.
  - Нет, какая наглость, а? Я понимаю, приставать к девушкам - нормально, ладно, пусть даже так нагло, бывает. Но к чужой девушке? И с какого перепою он вдруг нашего директора не боится? Они с Котласовым вообще на короткой ноге.
  - Дружат? - уточнила Дана. Довольно странно, ведь должны конкурировать.
  Слава замялась.
  - Я не знаю... Вроде как встречаются, ужинают вместе, дела решают разные сообща, то есть похожи на друзей. Но при этом оба утверждают, что они злейшие враги. Никто из тех, с кем я общаюсь, не понимает. Не того полёта мы, чтобы знать, что в верхах происходит. Если тебе интересно - спроси у Амир Василича. Но со стороны отношения у них очень хорошие.
  - Зачем тогда этот приставал к нам?
  - М-м. Дана, давай откровенно. Приставал он к тебе. Ты же видела, он на меня внимания не обращал. А вот почему... Просто вот так, напролом... Видимо, ты ему прямо безумно понравилась.
  - Ничего себе - понравилась! - проворчала Дана. - Я вообще не могу выйти без Амира, чтобы никто не пристал.
  - То есть это не в первый раз у тебя?
  - Позавчера Амир улетел, я одна прогуляться пошла. Ну ладно, тот парень узнал меня и думал, что я буду как на Сатурне. Он потом извинялся. Потом в столовой. Амир просто отстал, чтобы посуду оставить. Тот тоже извинялся. Теперь этот. Я не знаю, что было бы, если не Амир, и сегодня - если бы не ты.
  - Да уж... Я теперь понимаю, что Амир Василевич имел в виду, ну, насчёт одежды. И про ревность, похоже, была неправа. Ты уж не говори ему, ладно?
  Дана кивнула:
  - Ну что ты!
  Слава нахмурилась. Поглядела на неё:
  - Так не должно быть. Слушай, наверное, в тебе что-то не так. Нет, ты, конечно, очень красивая. Но к просто красивой девушке не стали бы приставать так откровенно. Тут и по морде огрести можно. Причём от самой девушки.
  - Ладно тебе. Понятно, что никто не решится врезать здоровому мужику, - вздохнула Дана.
  - Это почему, если он - хамло? - удивилась Ярослава. - Те, кто может ударить женщину, пусть даже и в ответ, здесь не работают. Так что не бойся, если что. Не то, чтобы стоит раздавать направо и налево, конечно.
  Дана промолчала. Даже подумать страшно, что сделает мужчина, которого ударили. Да местные убьют - не заметят.
  Слава молчала уже полминуты, и эта непривычная тишина удивила.
  - Я вот вспоминаю подробности. Ты как-то не так себя ведёшь, получается, когда к тебе пристают. Тебе ведь было страшно, правильно? Но при этом... В общем, когда человек сжимается от страха, плечи обычно поднимает, и так вперёд, - она показала, как. - А ты, наоборот, убираешь назад, руки так под грудью скрещиваешь, прямо грудь подчёркиваешь. Поза такая призывная получается. А ещё голову вниз и чуть набок, и поглядываешь из-под ресниц. Видимо у наших мужиков кровь закипает от такого. И мозги разжижаются. А ты ещё хорошенькая очень, ну вот.
  - Я не обращала внимания... - растерялась Дана. Даже если она что-то такое и делает, это же должно быть почти незаметно.
  Ладно. Слава, похоже, права. Сама-то Дана без труда замечает подобные мелочи у других.
  - Вроде как поведение такое. Тип - жертва. Тебе надо держаться уверенней, но не думаю, что это может получиться так сразу. Но по крайней мере, отшивать тебе их надо научиться.
  - Как?! - почти с отчаянием спросила Дана.
  - Просто рявкнуть надо, и большая часть сама отвалит. Ты можешь на них прикрикнуть?
  - Я даже голос повысить не смогу... - призналась Дана.
  - Да. Это проблема. Надо тебя научить.
  - Ты что! У меня точно так не получится!
  - Что значит не получится? Ты хочешь всю жизнь с Амир Василичем за ручку ходить? Он же человек занятый. И вообще. Короче, будем учиться. Навряд ли, конечно, кто-то пристанет к тебе прямо в магазинах одежды. Давай так. Завтра я на сутках, а послезавтра после обеда пойдём в клуб. Там музыка, танцы. Правда, спиртное запрещено, но туда ходят знакомиться, поэтому к тебе наверняка кто-нибудь подкатит. И не раз. Вот на них и потренируешься. Тебя отпустят?
  - Вряд ли...
  В клуб, куда ходят знакомиться? Да ни за что Амир не разрешит. Дане и не хотелось на самом деле.
  - Тогда не говори ему, - пожала плечами Ярослава. - Мы ненадолго, часа на три. Уйдём сразу, как захочешь.
  - Не надо пока в клуб, - тихо попросила Дана.
  - Это самый верный способ. Надо натренироваться.
  - А если... А если там кто-нибудь...
  - Глупости! - перебила Слава. - Ты так и не поняла. Это Ганимед! Дана, у нас нулевой уровень преступности. Везде камеры и охранные системы. Живём по режиму. Нас отбирают по морали и нравственности. И за провинности могут запросто выставить на Землю. Это не поселение, это предприятие. С железной дисциплиной. Здесь ничего не происходит, кроме попыток, разве что. И то редко. У нас даже спиртные напитки запрещены к ввозу.
  - И все согласны? - вот в это просто не верится.
  - Несогласные могут найти другую работу. Но я что-то не видела, чтобы отсюда стремились сбежать.
  - Ну у некоторых же характер такой... Так сказать, ищут приключений.
  - Ой, брось. Здесь хватает приключений. У нас лаборатории по всей системе Юпитера. Есть Ио, которая плюётся вулканами ежесекундно по всей поверхности. На ней нельзя даже стоять на месте спокойно. Есть Европа - для того, чтобы установить на ней хоть какое-то оборудование, надо спускаться под километровый слой льда, причём в строго определённых разломах. Есть крохи-спутники, на которых трудно удержаться на ногах, но надо работать. А в открытом космосе полно горячих облаков, которые остались от радиационных поясов. И это я не говорю про сам Юпитер! Кому нужны приключения на пятую точку - найдут сполна. У нас не скучают. Ну что, рискнём послезавтра?
  Да уж. Пойти в клуб после такого - это вообще не риск. И, честно говоря, бояться стало малость стыдно. Хотя страх и не прошёл.
  Сердце забилось сильнее.
  - Давай попробуем!
  
  124.
  Магазины вообще оказались непохожими на жилые помещения. Те же огромные купола, но под ними - огромные площади, с орнаментом на полу, разноцветными фонтанами, деревьями и газонами. Между этим великолепием притаились лавочки. Они казались маленькими в этих величественных парках, но внутри это впечатление пропадало.
  Для того, чтобы примерить одежду, оказалось совсем не обязательно в неё переодеваться. Продавцы накладывали голограмму и даже подбирали разное освещение. Длинные прилавки тоже не содержали настоящей одежды и обуви - только голограммы. Множество голограмм, впрочем, не отличимых от настоящих.
  Дана пыталась уточнять цену вещей, которые на неё примеряли, но Ярослава велела продавцу молчать, так как денежные вопросы решает она. Это заставляло нервничать. Что скажет Амир, когда увидит состояние счёта? Не грохнут ли они всю его зарплату?
  Слава пыталась её успокоить. Во-первых, последние деньги бы Рахимов не отдал на магазины двум женщинам. Во-вторых, даже если бы и было так, с голоду на Ганимеде помереть трудно. Стоимость еды вычитается автоматически с каждого расчёта.
  И, в-третьих, это всё-таки её начальник. Не стала бы Ярослава злоупотреблять его бюджетом. Ну в самом деле!
  Всё-таки до конца это не успокоило. Но такие чудесные вещи прямо требовали немедленно их купить - и как можно больше.
  Но теперь возражала Слава. С каждой новой примеркой она недовольно качала головой.
  - Нет, так не пойдёт. В этих жилетках и юбках-карандашах ты как будто ролевую игру затеяла. Деловой стиль одежды не делает тебя менее сексуальной. Думаю, это всё - не то, что имел в виду Амир Василевич. Нам бы просто поскромнее.
  Прямые свободные брюки, длинные юбки в пол и мешковатые кофты помогли добиться нужного эффекта.
  Вот только никакой радости вообще не доставили.
  - Так я и Амиру нравится не буду, - вздохнула Дана. - Жаль, абайя потерялась.
  И объяснила непонимающей Ярославе:
  - Восточный халат, просторный и длинный. Под него можно что угодно спрятать, даже самую откровенную одежду.
  Дана вздохнула печально.
  - Когда меня пираты поймали, абайя куда-то делась. А я её так красиво расшила...
  - А это отличная идея! - Воскликнула Ярослава. - Абайю мы, конечно, не найдём, а вот кое-что другое есть.
  Новые варианты понравились обеим куда больше. Короткое, выше колена, трикотажное платье - и длинный жакет. Обтягивающие попу прямые брючки, узкий жилет - и просторный пиджак. Тонкая кофточка с глубоким декольте - и закрытая накидка. Обувь под это всё подобрали с невысоким каблуком - крайне непривычно для Даны.
  - Думаю, Амиру Василевичу понравится, - удовлетворённо заявила Ярослава.
  - Для него давай зайдём ещё кое-куда, - улыбнулась Дана. Если уж необходимо бухнуть кучу денег, она сделает так, чтобы возражений появилось как можно меньше.
  Неожиданно в отделе нижнего белья Слава смутилась.
  - А давай ты просто сама выберешь, что надо, а? Я тут подожду...
  - А в чём дело? Слав, деньги-то у тебя. И советы твои могут быть не лишними.
  - Дана, ну не могу я просто. 'Это так себе, а вот это ему понравится'. Я имею в виду, для кого ты это бельё выбираешь. Он же мой директор!
  - А что такого? - удивилась та. - Просто не думай, что это для Амира, и всё.
  - Ну вот, ты сказала это, - Слава покраснела.
  - Да ладно. Пойдём. Это для меня. Не ему же мы выбираем. Пошли, я не хочу снова остаться одна.
  Последний аргумент подействовал.
  Ярослава сначала вела себя как девственница в интим-магазине, но потом страсть к красивым вещам взяла своё. Она подбирала и комментировала, вот только себе брать что-либо отказалась наотрез:
  - У меня от зарплаты осталось уже немного, а на деньги Рахимова я такое не возьму! Кроме того, не надо наглеть. В следующий раз. Да и было бы для кого стараться... - вдруг вздохнула она.
  - Ерунда! - отмахнулась Дана, выбирая очередной комплект в примерочную. Здесь тоже можно было одеть голограмму, но не выставлять же эту голограмму на всеобщее обозрение! - В красивом белье ты и будешь чувствовать себя красивой женщиной. Это будет видно. Так что, если не обзавелась подобными вещами, - она выбрала ещё - чёрный пеньюар с чулками, - со следующей зарплаты - давай.
  Та вздохнула и кивнула. Дана огляделась в поисках ещё чего-нибудь интересного. Что-то не очень пошлое. Амир пока не выглядел пресытившимся, его ещё не надо пытаться расшевелить чем-нибудь этаким. Просто красивое бельё - комбидрессы, пеньюары, корсеты, чулки. Она взяла разных цветов и оттенков, различных материалов. Надо же понять, что ему нравится. От абсолютно прозрачного кружева - до почти закрытых и скромных. Бывают же мужчины, которых лишние изыски только пугают, они предпочитают простые спортивные модели. Правда, не похоже, чтобы Амира можно было испугать чем-нибудь вообще, и уж особенно кружевным бельём...
  Когда они вышли из этого магазина, Дана поняла, что на сегодня покупок хватит.
  - Я не чувствовала себя такой усталой даже после нескольких часов танцев, - пожаловалась она.
  Ярослава посмотрела на часы:
  - Жаль, времени ещё мало. Но я тоже жутко устала. Можем пойти по домам... или в кино.
  - В кино? - растерялась Дана.
  - Давай, а? Амир Василевич всё равно вовремя домой на придёт. Его всегда можно найти ещё пару часов после окончания рабочего дня, наши говорили. А если он на Юпитере работает, то вообще долго. Они прилетают, бывает, ближе к ночи даже.
  Дана поёжилась. Опять одна?
  А почему это доставляет неудобство? Всегда одиночество казалось для неё самым желанным, драгоценным сокровищем. То, ради чего есть вся жизнь. А теперь она не может выдержать пару часов без Амира в пустой квартире?
  Должно быть, это из-за незнакомого, нового места. В последние дни она чувствовала себя растерянной, а ещё и стимулятор запретили. Ничего, освоится - всё станет по-прежнему.
  - Пошли, тут недалеко! - настаивала Слава. - Там и отдохнём. Если фильм выберем правильно. Ты какие предпочитаешь? Мелодрамы?
  - Мне разрешали смотреть только некоторые фильмы. Исторические драмы, научно-популярные некоторые, эротику, мелодрамы - нет.
  - Почему? - изумилась Ярослава.
  - Да так, - зачем она вообще это сказала? - Давай лучше ты сама выбери, что посмотреть. Что-нибудь такое, чтобы Амир потом не сердился.
  - Не думаю, что он рассердится, даже если мы будем смотреть эротику. Ты боевики как?
  Дана пожала плечами.
  - Подумай, а то кинотеатр с полным погружением. Сможешь смотреть так боевик?
  - То есть? - удивилась даже. - А чего там не мочь? Внушаемые запахи и ощущения? Я слышала про такие.
  - Даже более того. Ты практически участвуешь в сюжете. Если герои сидят за столиком в кафе, ты сидишь с ними. Если падают в пропасть - летишь и ты. Но, разумеется, ничего страшного почувствовать нельзя. Имитируются только приятные и неожиданные ощущения. Была когда-нибудь в таком?
  - Ни разу. Даже не знала, что так бывает...
  - Так я тебя уговорила? - победно улыбнулась Ярослава.
  Дана кивнула.
  
  125.
  Автоматическая доставка Дане понравилась. Можно набрать хоть целую гору вещей, и они сами окажутся дома.
  По крайней мере, покупки уже ждали, когда она вернулась.
  Только это значит, Амир уже видел. И наверняка заметил, сколько они потратили.
  Может ли быть, что он уже сердится меньше?
  Но - в любом случае - Дана не может вечно стоять под дверью.
  Она прошла в квартиру - всё-таки тихонько. Но Амир услышал.
  - Даная, это ты?
  Кажется, из комнаты с хламом. Ладно, надо сдаваться. Пока он ни разу не сделал ничего страшного. Надо полагать, Дана переживёт его гнев.
  Успокоиться не вышло. Даже подавить дрожь. Она невольно затаила дыхание, ступив на порог.
  И правда хлам. Шкафы, сумки, стулья, одежда, какие-то пузырьки, коробочки и ящики. Середина комнаты относительно свободная, Амир замер в непонятной позе, как будто посередине отжимания.
  Дана первый раз увидела его в чём-то кроме рабочей формы и нижнего белья. И в красных спортивных штанах и такой же майке он выглядел далеко не так устрашающе. И, по правде говоря, очень похожим на спортсмена.
  Даже страх чуть приутих. Дана замерла на пороге, не решаясь пройти. Ей сюда никто не разрешал заходить.
  Амир выдохнул, поднялся и потянулся.
  - Малышка, я так понимаю, вы сходили очень продуктивно?
  Взгляд, как и голос, мягкий. Он что, ещё не смотрел состояние счёта?
  - Мы... взяли, наверное, всё.
  Вообще-то не всё, но сейчас не время об этом заговаривать.
  - Иди сюда, - велел он, и Дана покорно подошла.
  Амир взял её подбородок двумя пальцами, нагнулся и поцеловал. Легко, нежно.
  Точно не смотрел счёт.
  Но разве он сам не догадывается, что все эти вещи не могут стоить копейки?
  - Амир... Ты уже видел...
  - Я твои покупки не разбирал, - усмехнулся он. - Это уж как-нибудь сама.
  - Нет, ты видел... сколько мы потратили?
  Дана замерла. Если бы только он уже знал! Но нет. Если бы знал, разговаривал бы по-другому.
  Сказать 'Это всё Ярослава' было бы, разумеется, очень некрасиво.
  - Видел. Далеко не всё, что я давал. Данечка, я не требую с вас отчёта. Ты могла потратить всё это.
  - Но это же твоя зарплата! - несомненно, Дана зря про это напоминает.
  - За позапрошлый месяц. В самом деле, не волнуйся на этот счёт. Лучше скажи, вы что-нибудь решили с одеждой?
  Она радостно закивала. Кажется, грозная и неизбежная буря рассеялась солнцем и ясным небом. Неужели пронесло? Нет, в самом деле, там же огромная сумма! Если он не сердится, значит... значит, у него столько денег, что эта сумма - ерунда?
  Нет, сам же сказал - зарплата за позапрошлый месяц. Так может, у него есть какие-то другие доходы?
  Наверняка. Такие, что зарплата по сравнению с ними - ерунда. Такая зарплата, что на одну её можно взять космический катер.
  - Тебе показать, что мы купили?
  Миша тщательно контролировал её одежду. Не говоря уж о том, что было раньше. И Амиру тоже, вроде бы, не всё равно. Что если он не одобрит их покупки? От этой мысли стало страшно, почти так же, как десять минут назад. Эти замечательные вещи... Дана уже привыкла к мысли, что это всё теперь её. Неужели придётся отказаться от такого счастья, если Амиру не понравится?
  - Малышка, - он широко улыбнулся, - давай ты мне покажешь что-нибудь одно, а остальное потом. Я боюсь, что не выдержу сейчас показ мод.
  - Ладно! - Дана побежала к пакетам и поволокла несколько в свои комнаты. Она уже придумала, что ему продемонстрировать.
  
  126.
  - Интересно, - сказал Амир, осмотрев внимательно длинный, ниже колен, бежевый жакет. - Мне нравится. Делает тебя серьёзней, но при этом не портит.
  - Это верхний, - объяснила Дана и аккуратно стянула жакет, уложив на стул рядом. Она осталась в коротком трикотажном платье. Тонкая ткань мягко подчёркивала контуры тела, и улыбка сошла с лица Амира. Девушка сначала даже испугалась - но в глубине его зрачков притаилась страсть.
  - Теперь всё? - тяжёлый, давящий взгляд - но совершенно не пугающий. Дана поняла его.
  - Нет, - широкий ворот растянулся, позволяя платью соскользнуть к ногам. Кокетливо улыбнулась, опуская глаза, и замерла, позволяя разглядеть сногсшибательный комплект из бюстгальтера и трусиков оттенка старого вина. Мягкий атлас, полупрозрачные кружева, золотистая отделка - этот комплект ей нравился больше всех остальных покупок.
  Некоторое время он не двигался, и Дана снова подняла глаза.
  Словно сигнал подала. Амир в два шага оказался рядом и подхватил её на руки. Жадно впился в губы, врываясь языком в её рот. Девушка коротко простонала, испуганная его натиском, но обхватила его руками за шею, принимая правила игры.
  Она сама спровоцировала, прекрасно понимая, что делает. Теперь остаётся только подчиниться.
  Его кожа была влажной от пота, и горьковатый запах почему-то не казался неприятным. Дана прижалась сильнее, страясь снова почувствовать понравившееся ощущение твёрдых мыщц мужчины.
  Амир отнёс её в спальню и осторожно опустил на кровать. С застёжкой бюстгальтера он справился в мгновение ока, стянул с неё трусики.
  - Давай-ка попробуем ещё кое-что.
  Он сел у её ног и раздвинул их пошире.
  - Не надо! - Дана догадалась, что он хочет, и не сдержала испуганного крика.
  - Ещё одно табу? - удивился Амир.
  - Это... просто... неприятно. Пожалуйста! - взмолилась она.
  - Разве? - он качнул головой. - Я, пожалуй, в первый раз слышу это от женщины. Мы просто попробуем. В конце концов, ты и поцелуев раньше боялась. А теперь вроде бы даже понравились.
  Она испуганно молчала.
  - Понравились, Даная?
  - Да... - тихонько призналась она.
  Конечно, никакого выбора. Разве можно даже подумать, что Амир отступится, услышав 'Нет'?
  Но Дана привыкла подчиняться.
  Она откинулась на спину, раздвинув ноги. Замерла, почувствовав его язык и закрыла глаза.
  Первое же движение буквально накрыло её огненной волной.
  Она еле удержалась от того, чтобы сжать бёдра, чувствуя, как вспыхивают новые, непривычные ощущения.
  - Амир, - тихо позвала Дана.
  - Что, не так уж неприятно? - улыбнулся он довольно.
  - Как ты это делаешь? - прошептала она.
  - Места знать надо, - хмыкнул мужчина и по телу прошла новая волна огня.
  
  127.
  Что-то невероятное. Сознание куда-то уплыло, и она с трудом сосредоточилась на том, что Амир говорит ей.
  - Данечка, ты в состоянии продолжать?
  Она была не в состоянии, просто растеклась лужицей по постели. Только навязчивая мысль о том, что сам он не получил ничего, заставила её собраться.
  - Да, да. Я... сейчас.
  - Ясно, - иронично протянул он. Разделся и лёг рядом. Медленно, нежно поцеловал её.
  - Дана? Ты как?
  Девушка, наконец, собралась с мыслями. Обняла его за шею, поглаживая волосы, тихо предложила:
  - Давай продолжим.
  - Точно?
  - Точно.
  Амир раздвинул ей ножки и медленно вошёл, давая привыкнуть. Удивительно, но с ним не было ни больно, ни неудобно. Таких ощущений, как до этого, правда, тоже не было. Но ведь и ему надо получить удовольствие. Дана обхватила его ногами, подстраиваясь под ритм.
  Почему-то показалось ужасно неправильным изображать страсть, хотя у неё получалось очень реалистично. Мужчины твёрдо уверялись в своём неповторимом искусстве любви, даже если в этот момент не причиняли ничего, кроме безумной боли.
  Но сейчас не хотелось притворяться. Это бы испортило... всё. И уж точно Амир бы заметил, потому что ни за что не получится изобразить то, что было только что.
  Даже близко бы не получилось.
  Поэтому она просто обнимала его, позволяя самому дойти до конца.
  Разумеется, он понял это. Потом, когда лёг рядом, медленно поглаживая её тело, сказал:
  - Прости, малышка. Я, конечно, не должен был продолжать.
  - Ну что ты, - она счастливо улыбнулась. - Очень даже хорошо получилось. Спасибо.
  Смешок.
  - Что? - опять он над ней смеётся?!
  - Пожалуйста.
  В голосе угадывалась улыбка.
  - Просто было совсем не больно, я практически ничего не чувствовала.
  Он откровенно смеялся:
  - Не самые приятные слова от женщины, с которой был только что. Умеешь ты делать комплименты.
  Дана растерялась. Что такого она сказала? Что-то обидное?
  - Извини.
  Не понимая, за что. Но не хочется его разозлить или задеть.
  - Иди сюда, - он обнял её, привлекая к себе. - Как сходили? Что-нибудь ещё тебе нужно?
  Кажется, он довольный. Самое время рассказать всё остальное.
  - Мы были в кино. Ничего?
  - Молодцы. Что смотрели?
  Дана подумала немного.
  - Ой. Я, кажется, забыла название. Но так здорово! В самом деле, как будто сидишь не в зале, а в фильме. Даже ветер дует, и запахи, и вообще всё происходит вокруг. Интересно было бы даже если бы фильм был нудный. А он такой... Наверное, я никогда ничего подобного не видела.
  - Хотя бы про что?
  - Боевик. Про террористов. Страшноватый.
  - Замечательно, что вы сходили отдохнуть. Знаешь, надо бы тебе показать Ганимед, а то сидишь в четырёх стенах. Завтра или послезавтра.
  - Лучше завтра! - и осторожно добавила:
  - Мы на послезавтра со Славой договорились.
  - Куда?
  - Не знаю ещё! - ответила Дана с кристально честным взглядом. Сердце замирало: сейчас он догадается.
  Но нет. Ложь осталась незамеченной.
  - Тогда завтра. После обеда.
  - Спасибо! - Дана улыбнулась, потом спросила, вспомнив:
  - Извини, что не в тему. А мы сегодня на ужин не пойдём?
  Амир резко сел, подняв с собой Дану:
  - О-о. Ужин. Так, одевайся-ка быстрее, мы ещё успеем.
  
  
  
  
  128.
  Наутро начались лечебные процедуры. Дана сама не понимала, что с ней делают, а доктор не объяснял. Но Амир привёл её за руку и оставил, деваться оказалось некуда.
  После лечения она рискнула пройти до квартиры одна, и, как ни странно, получилось. Никто не пристал, ничего страшного не произошло.
  Это оказалось огромным облегчением. Тем не менее, после обеда она не стала никуда ходить. Несколько часов занималась, - танцы, растяжка, тренировка координации и выносливости, - пока совсем не выдохлась.
  К счастью, успела отдохнуть перед ужином. Потому, что после Амир повёл её на прогулку по Ганимеду.
  То, что она видела, когда ходила по магазинам с Ярославой, оказалось очень малой частью.
  Начали они со смотровых площадок. Все располагались недалеко от космопорта и гостиниц. Это понятно - местные уже, наверняка, привыкли к подобным пейзажам. Дана и сама первое время долго могла смотреть в окно в квартире. Там всходил Юпитер, иногда появлялись спутники, а частенько доводилось увидеть Солнце. Как ни странно, той безумной тоски по огромному светилу уже не было. А ведь первое время казалось, что она с ума сойдёт. Вечный мрак на орбите Сатурна, маленький фонарик вместо родного Солнца... Как хотелось обратно на Землю! Не на Землю - к Солнцу.
  На Ганимеде оно было куда больше. Амир сказал, что можно даже погреться, но не под куполом.
  Конечно, смотреть в окно одной не так интересно. Никто не расскажет, как называются спутники, что это за пятна на Юпитере, в какой стороне Земля.
  Но куда интереснее оказался сам город. Он жил вечерней жизнью, яркой, богатой, искрился множеством огней, шумел и суетился. Мчались скоростные капсулы и лифты, играла музыка - самая разная, маленькие кафе аппетитно пахли.
  В одно они зашли поесть мороженого. Дана пробовала мороженое в детстве. Вкус давно забылся, но осталось воспоминание о почти внеземном удовольствии.
  Нежная холодная масса с шоколадной крошкой и сливочным вкусом оправадала все надежды. Хотелось есть килограммами, но Амир не позволил много. Впрочем, обещал ещё раз привести сюда в скором времени.
  Кафе и само можно было долго разглядывать. Стены переливались голограммами. Амир сказал, это картины современных художников. Дане они понравились - очень реалистичные пейзажи Земли. В памяти даже пормелькнули несколько собственных впечатлений. Но слишком давно она была на Земле просто на улице, слишком давно рассматривала голубое небо, траву, деревья. Эти образы поблекли, казались ненастоящими, ещё менее реальными, чем эти картины.
  Гуляли они часа два, но впечатлений хватило с лихвой. Ганимед начал казаться дружелюбным и гостеприимным.
  Тем не менее, по возвращении Дану ждал серьёзный разговор.
  Амир усадил её на диван и заключил в объятия.
  - Не сказал тебе сразу. Не хотел портить удовольствие от прогулки. Звонил Андрей, мой друг из космополиции, который занимается твоим делом, пока на досуге. Он посадил жену за поиск, пока не хочет на работе афишировать. Мало ли кто стоит за теми людьми. Так вот, жена нашла несколько роликов, подобных первому. Один из них - с твоим участием.
  Дана посмотрела на него с опаской:
  - Ты его смотрел?
  - Да.
  - И как?
  - Не всё так плохо. Как будто инсценировка какая-то... Там некий молодой человек.
  - А! - поняла Дана. - Это тоже из наших. Нас к парням не подпускали почти, только кое-что потренировать. Но когда вывозили, такое бывало, да. Я теперь узнала, что видео снимали. Но там ничего страшного не было, иногда даже просто надо было ласкать себя, и всё. Вообще ерунда. Легко.
  Руки Амира закаменели, он чуть отвернулся.
  - Мы их найдём. Обещаю. Эти ролики Андрей уберёт вообще, где бы они не были. Есть у него под рукой специалисты. В общем, он считает, что для создания такого нужны приличные средства. Скорее всего, клиентами могут быть богатые люди, которые ищут запретных развлечений.
  - Это может быть, - согласилась Дана. - Они вроде бы платили немало. Просто нам никогда не говорили, сколько.
  - Если это так - их будем ловить на живца, - Амир поджал губы
  - Это как?
  - Увидишь.
  
  129.
  Потом Амиру позвонили, он куда-то сорвался и пришёл очень поздно, Дана уже успела заснуть. Он не стал её будить, возможно даже из-за того, что сам хотел выспаться.
  С утра снова были лечебные процедуры. А на обед Амир повёл её не в столовую. Обещал кое с кем познакомить.
  То ли кафе, то ли ресторан. Отдельные кабинки бывают в ресторанах - но здесь нет живых официантов. Заказ готовился и доставлялся автоматически.
  Так и лучше. Дана не привыкла к официантам.
  Стоило Амиру при двинуть ей стул, как в кабинке появилось ещё одно действующее лицо.
  Ростом немного пониже директора 'Метролаба', он не уступал ему в развороте плеч. Такое же нагромождение мускулов, бычье лицо - и точно такой же взгляд - простой, открытый, честный... А если приглядеться - хищный.
  Размер кабинки, да и мебели, позволял юпитерианам умещаться без труда. Ещё бы, на Ганимеде таких - большинство мужского населения.
  Незнакомец внушал страх, почти такой же, как при первом знакомстве с юпитерианами. Дана сжалась на стуле, жалея, что Амир далеко и она не может хотя бы взять его за руку.
  Вошедший вперил взгляд в потолок и произнёс со злостью:
  - Рахимов, ты ведь знаешь, насколько я тебя ненавижу?
  - Дана, это Николай Котласов, мой главный противник и конкурент, - невозмутимо отозвался Амир.
  - Директор 'Главкосмосстройпроекта'? - уточнила Дана, вспомнив фамилию.
  - Он самый. А о вас, Даная, я наслышан.
  Он сел и вывел на экран меню.
  - Если можно, Дана, - попросила та, рассматривая, как мужчины набирают какие-то шифры. - Амир, мы будем кушать здесь?
  - Да, мы здесь пообедаем. Заказывай.
  - А ты что будешь брать?
  - Паёк, - засмеялся он. - У меня диета.
  Странные названия блюд и непонятные изображения. Дана вздохнула и посмотрела на Котласова:
  - А вы?
  - Паёк! - усмехнулся тот.
  - О! Простите.
  Разумеется, раз он тоже так выглядит, значит, работает на Юпитере. И тоже живёт по строгому расписанию.
  Снова уставилась в меню. Вообще ничего не понятно. Разбираться казалось не просто сложно, но и долго.
  - Амир, а что мне здесь заказать? - жалобно спросила Дана. Тот в ответ усмехнулся:
  - Я тебе что-нибудь выберу. В общем, Коль, мы с Андреем тебе рассказали историю Даны, но не сказали, зачем ты нам нужен.
  - Амир, враг мой самый злейший, благодаря тебе у меня и так хватает сейчас геморроя.
  - Проект 'Пан'? - с весёлым сочувствием спросил тот.
  - На кого же я повешу это? Со всей массой проблем. Ты в курсе, что там пропало восемнадцать человек, и, предположительно, они мертвы?
  Дана тихо ахнула. Сжалась, вперив взгляд в колени и осмелилась спросить:
  - Это... Даниэль?
  - Неверов? - хмыкнул Котласов. - Он же Джаггернаут? Думаю, не собственноручно, но приказы однозначно раздавал.
  Воспоминания последних дней нахлынули лавиной. И они причиняли боль. Теперь Даниэль не казался даже просто симпатичным, что уж там говорить о любви.
  Бывший идеал только пугал.
  - Но ведь только один человек погиб! Остальные либо работали, либо увольнялись, - очень тихо сказала она.
  - Никто не увольнялся, так, Коль? - предположил Амир.
  - По крайней мере, по документам у них был билет на Землю. Они есть в списках прибывших. Но никто больше о них не слышал. Так что, думаю, списки в космопортах тоже подделали как-то. Скорее всего, кто-то летел по чужим документам.
  - А Миша?.. - ещё тише спросила Дана.
  - Какой Миша? - не понял Котласов.
  - Лерин. Правая рука Неверова. Её муж, - пояснил Амир.
  - Так она у тебя замужем? - ехидно уточнил тот.
  - Это фиктивный брак.
  Дана совсем погрустнела. Даже еда, которую заказывал ей Амир, уже не радовала. Зачем об этом так, во всеуслышание говорить? Она себя временами чувствовала - совсем немного - замужней дамой, а не проституткой для всеобщего пользования. По крайней мере, казалось, что незнакомые люди не знают правды.
  - Данечка, чего ты? - заметил мужчина. - Неприятные воспоминания?
  Она пожала плечами. При незнакомых людях обсуждать что-либо не стоит.
  Правда, Котласов смотрел с сочувствием.
  - Дана, если я вам могу как-нибудь помочь...
  - Ты как раз можешь, - бесцеремонно перебил Амир.
  - Мы работаем на Сатурне с космополицией, правда пираты или сбежали, или уже на Церере в СИЗО. Джаггернаута здесь, на Ганимеде, вы можете не бояться.
  - Джаггернаута можно бы бояться скорее, мне, - пожал плечами Амир. - Вряд ли он тронет Дану. Меня может, чтобы душу отвести. Я теперь приобрёл злейшего врага среди пиратов, - усмехнулся он.
  - Злейшего врага?! - обиделся Котласов. - А как же я?
  - Ой, прости, Коль, - серьёзно и виновато. - Второго по злейшести. Но нам не с пиратами помощь нужна. Здесь космополиция справится лучше. Тебе же Андрей рассказывал, откуда Дану привезли на Сатурн.
  - Эта мерзкая история про подпольный бордель? Амир, если я что-то могу сделать, я в лепёшку расшибусь. Но слабо представляю себе - что.
  Дана попыталась сосредоточиться на еде. Они так и договаривались, что всем расскажут, и что она будет терпеть. Больно и неприятно, когда душу публично выворачивают наизнанку. Но только так можно помочь остальным. Амир вообще не должен это делать, и, пока он не передумал, надо делать всё, что он скажет.
  - Андрей из космополиции, информаторов на Земле у него нет, а прежде чем подключить кого-то, надо, во-первых, иметь хоть что-то кроме слов Даны. А во-вторых, надо знать - кого. Такое масштабное злодеяние должны прикрывать могущественные люди. Надо найти хоть какие-нибудь следы, что- то конкретное.
  - Ты ведь не хочешь, чтобы я притворился богатым извращенцем, который любит молоденьких девочек?
  - Я очень не хочу. Но это простой и быстрый способ выйти на кого-нибудь. Для нас с тобой это безопасно, и я бы сделал это сам, но не знаю, что известно этим людям. Вдруг они следят за Даной и знают, что она у меня.
  - Они могут подумать, что она тебе рассказала о таком волшебном месте и ты хочешь ещё, - нахмурился Котласов.
  - Могут. Но это маловероятно. Правда, я бы сам сделал это, но не уверен, что на меня рыбка клюнет. Тебе, скорее всего, не придётся ничего делать на самом деле.
  - Скорее всего?! Ты с ума сошёл? Несовершеннолетние девочки?
  - Не стоит, мало ли что. Возьмёшь совершеннолетних на садомазо.
  - Я тебе рожу сейчас расквашу, Рахимов, - мрачно сказал тот. - Ты станешь замаскирован и сам сможешь их взять.
  - Коль, если ты сделаешь это, можешь хоть рожу мне расквасить.
  Тот ещё больше помрачнел:
  - Да сделаю я. Ни один нормальный человек не откажется помочь. Только ничего такого делать не буду. В конце концов, какая разница, что я делаю с заказанной проституткой? Может, я её на поболтать взял.
  - Если вы ничего делать не будете, - неожиданно сказала Дана, - они заподозрят неладное. На поболтать можно практически легальных взрослых женщин на Земле найти, которые ищут 'свободной любви за небольшие подарки'.
  - И под этим подразумевается... - Амир удивлённо поднял брови.
  Но его неведению Дана удивилась ещё сильнее:
  - Проституция запрещена в чистом виде. Так они обходят запрет. А вы что, не знали?
  - Как-то не интересовались, - пожал плечами Котласов. - У нас такого нет. Кто будет нарушать режим своей свободной любовью, быстро вылетит с Ганимеда. К Амиру в земной филиал. Дана, а нельзя ли найти кого-то надёжного там, из твоих подруг, и просто попросить их молчать.
  - А раны, ожоги и рубцы она сама себе делать будет? - девушка начала злиться, хотя, разумеется, тщательно скрыла это.
  Котласов резко выдохнул:
  - Когда Амир рассказал, я всё-таки не мог поверить, что до сих пор существуют такие мрази. Дана, я ведь в любом случае не смогу сделать девушке никаких рубцов и ожогов.
  - Просто побьёте плетью. На первый раз большего от вас не будут ждать, с самого начала обычно клиенты боятся чего-то более серьёзного.
  - Коль, - вмешался Амир. - Это самый крайний случай. Мы постараемся всё устроить так, чтобы тебе не пришлось.
  Тот вздохнул, мотнул головой.
  - Не самая приятная просьба, конечно.
  - Буду должен, ты же понимаешь.
  - Рахимов, не мели чушь. Я, думаешь, меньше твоего хочу, чтобы эти мрази оказались за решёткой?
  
  130.
  Амир довёл её до квартиры. Ему снова надо было идти на работу.
  После разговора с директором 'Главкосмоса' даже забрезжила какая-то надежда. Может, действительно оставшимся девочкам можно будет помочь? Она не думала о наказании и возмездии, подобные мысли казались кощунственными и чересчур смелыми. Но если получится хоть кого-нибудь спасти - это будет самым большим счастьем.
  Амир водил её по коридорам исключительно обнимая за плечи, и Дана начала привыкать к этой надёжной поддержке и защите. Разумеется, по-прежнему хотелось самой быть кем-то, хотелось полной жизни, а не сладкой тюрьмы. Никуда не делись мечты о самостоятельности, о собственном пути. Но как же невероятно здорово не бояться! Хотя бы просто вечерок посидеть в компании интересного мужчины, не ожидая ни боли, ни унижения. А если вести себя тихо, молчать побольше - то Амир не разозлится, и всё будет хорошо.
  А ночью - ещё лучше. Дана радовалась, что может сделать ему приятное, гордилась тем, как это у неё получалось. Но, надо признаться, всё это - большей частью его заслуга. Только сейчас стало понятно, что Амир имел в виду, когда настаивал, что она тоже должна что-то чувствовать.
  Воспоминание прошло электрическим разрядом и заставило крепче прижаться к нему.
  - Что, малышка? - спросил обеспокоенно.
  Дана бросила взгляд из-под ресниц и с лёгкой улыбкой ответила:
  - Кое-что вспомнила.
  - Что же? - тревога его прошла, так же мимолётно, как и появилась.
  - Ночью и тебе напомню, - позволила себе лёгкую лукавую улыбку.
  Дана была готова к последствиям в полной мере. И получила то, что спровоцировала. Амир резко остановился, подхватил её на руки и жадно впился в губы. Она обхватила его за шею руками и прижалась сильнее. Пока не очень умела отвечать на поцелуи, поэтому просто слегка раскрыла губы. Риск казался огромным - если сейчас кто-нибудь пойдёт по коридору, будет ужасно.
  Несколько мгновений, будоражащих кровь - и он поставил её на ноги, обнял и повёл дальше.
  - Дана, не провоцируй меня сейчас, мне ещё полдня работать.
  Виновато улыбнулась в ответ.
  - Малышка, ты сегодня же с Ярославой куда-то идёшь?
  - Да, - просто ответила Дана, стараясь вести себя по-прежнему непринуждённо.
  - Не задерживайся, ладно? Пока я не могу отпустить тебя надолго.
  Надолго она и не хотела. Так, чуть-чуть. Ничего страшного они не задумали, правда ведь?
  Дело даже не в том, что ей чему-то там хотелось научиться. Девушка предпочла бы не сталкиваться с мужчинами вообще, а не уметь отшивать. Просто она впервые в жизни с кем-то куда-то шла развлекаться. Ну, пусть не развлекаться - всё равно! Не за вещами по приказу Амира, просто так, сама. С другой девушкой.
  Он разозлится, Дана это понимала. Главное, чтобы не очень попало Ярославе, надо взять всё на себя. Просто... есть в её арсенале мощное оружие. Она постарается заработать прощение. Даже если он что-нибудь сделает ей, как-нибудь накажет... Дана готова потерпеть. Ради такого - точно.
  А может, обойдётся. Сделать так, чтобы Амир и не подумал о наказании. Кажется, несмотря на свой возраст и статус, он не слишком искушён в некоторых вещах. Ему хватает просто секса, без боли и тому подобного. Заслужить прощение раньше, чем он что-либо сделает. Может, сгодится тот восхитительный комплект из тёмно-синего атласа и кружев. Очень оригинальный бюстгальтер, простые, но соблазнительные трусики. Дане он нравился почти так же, как вишнёвый.
  Или стоит выбрать чёрный? Во-первых, он с чулками, во-вторых, чёрное кружево вроде как сексуальней. И в третьих... красный, синий. Амиру это точно не напомнит её цыганское прошлое? Или попугая из детских книжек с картинками.
  Ладно, синий в другой раз.
  Вечер Дана будет ждать со страхом и предвкушением.
  
  131.
  Клуб был сосредоточием ярких пятен, жизнерадостной музыки, вспышек света и красивых, но бессмысленных голограмм. Дана замерла прямо на пороге зала.
  Слава устала ждать её и потянула за руку:
  - Ты чего, испугалась?
  - Немного, - призналась Дана. Она жадно глядела по сторонам. - Тут невероятно!
  - Ты в таких тоже никогда не была? - удивилась Слава. - Где же ты жила раньше, до Сатурна?
  - В закрытом помещении, - сочла нужным объяснить Дана, и приготовилась отбиваться от вопросов.
  Но та просто сжала её ладонь чуть сильнее:
  - Пошли. Сядем к стойке и будешь разглядывать.
  Она усадила Дану на высокий стул и вывела голографическое меню перед ней.
  - Мне не надо ничего, - покачала та головой.
  - Брось, спиртного ничего нет. Оно вообще запрещено к ввозу на Ганимед. Напитки совершенно невероятные, странные на вкус, неожиданные, но безвредные.
  - Ты же отдала Амиру остаток денег?
  - Конечно, а что, в этом дело? Ой, я тебе закажу что-нибудь.
  - Да не надо...
  - Ну хочешь, потом отдашь. Давай, всё. Предпочитаешь просто вкусные вещи или интересные? Я тебе тогда беру одну вещь, спорим, ты такого никогда не пробовала? Я сама когда в первый раз попробовала, обалдела просто. Только предупреждаю, пей мелкими глоточками сначала.
  Она нажала несколько символов, не слушая протестов Даны. Впрочем, что-то вставить в её болтовню редко получалось.
  - Я, кстати, говорила с парнями на работе. Не уверена, мне кажется, тебе стоит знать. Ни для кого не секрет, как тебе жилось на Сатурне, но и практически никто не представляет это правильно. Наиболее популярный слух - что у вас с Рахимовым ничего нет на самом деле, просто тебя надо было под каким-то предлогом забрать с Сатурна, а на Ганимеде просто так не живут, это же не космическое поселение, а рабочее. Очень правдоподобный слух на самом деле.
  Дана чуть не опрокинула стакан со странным коричневым напитком. Но ответить не успела.
  - А правда, Дана? Он ведь довольно добрый человек, хотя считают его жестоким и хладнокровным, но только из-за высоких требований. Вот Котласов из 'Главкосмоса' сразу закладывает в стандарты запас небольшой, говорит, что нарушать всё равно будут, так что на это надо сделать скидку. А наш считает - никаких скидок, в космосе любая ошибка и погрешность критична и может убить. Понимаешь, хоть его и боятся, ну и строгий он, да, но работать в 'Метролабе' одно удовольствие, чувствуешь себя человеком, даже если ты - лаборант. Никакого самодурства начальников, никаких нарушений трудового кодекса, щедро платят, куча надбавок за всё подряд, даже внерабочее время организовано, творческие вечера и всё такое. У нас тут видишь, какой город? У китайцев даже хуже, а у американцев вообще чуть ли не бараки по сравнению. Нам и еду только качественную заказывают, многое здесь выращивают, и досуг - концерты самодеятельности, и магазины видишь - каких только нет! Медкабинет у нас такой, что с Каллисто иногда людей присылают по хоздоговору лечиться. Это всё от Рахимова идёт. Парни рассказывали, что там с тобой делали на Сатурне, он бы точно такое не пропустил, обязательно захотел бы помочь.
  - Слава, это ерунда! Подумай, зачем ему не трогать меня, если я уже у него живу?
  - А он тебе нравится? Ну, настолько, чтобы... Просто если ты правда до этого... Нет, нет. Если бы он тебе не нравился, он бы сам заметил и не стал бы тебя трогать. Просто... ну, там наши считают, что Амир Василевич не из тех, кто мог бы увлечься проституткой, пусть и бывшей. Я тебя не хочу обидеть, это просто наши так говорят. Он всё время серьёзных отношений искал. Жениться хотел, даже не обязательно на ком-то конкретном, просто. Тебя же никто не знает, кто-то даже думает, что ты притворяешься, и если настаивать, непременно согласишься. Ещё и поэтому пристают. А ты же не отказываешься прямо, сначала пугаешься и молчишь. Знаешь, если они узнают, что тебя просто заставляли это делать, всё изменится. Я не стала говорить, я же обещала не рассказывать, но если ты разрешишь - расскажу. Но Амир Василевич правда может сделать многое, просто чтобы помочь. На слухи ему, кажется, наплевать вообще.
  Ярослава посмотрела на часы, не прерываясь:
  - Где все? Неужели никто не собирается приставать?
  Может, просто не могут и слова вставить в её болтовню, а так бы давно пристали, подумала Дана, но озвучивать не стала. Она почему-то не обиделась ни на что.
  - Слава, - спокойно глянула на девушку в упор, - помнишь тот комплект белья, вишнёвый с золотой отделкой? Амир оценил. Правда, долго не рассматривал...
  Та густо покраснела и низко опустила голову:
  - Прости. Я сама виновата. Извини. Закрыли тему.
  Дана кивнула понимающе и отхлебнула глоточек из высокого бокала.
  Первое мгновение сладкая жидкость обожгла словно пламенем, потом пришла волна холода.
  Дыхание перехватило. Хорошо, что глоток маленький. И понятно, почему бокал такой узкий. Много подобного напитка не выпить, хотя и очень вкусно.
  - Девочки, свободны? - долгожданный - и такой страшный мужской голос прервал досуг. Дана беспомощно глянула на Ярославу, та еле заметно приподняла брови и указала пальцем на неё - мол, давай сама.
  Но дар речи пропал полностью.
  
  132.
  Весь страх уже ушёл. Постепенно нарастало раздражение. Подсевший к ней мужчина жаловался на жизнь долго и упорно. Несколько раз Дана умоляюще глядела на Ярославу, но та только ехидно улыбалась и качала головой.
  Сколько можно слушать про адскую работу, тяжёлую жизнь, бросившую девушку и всё такое?
  - Пока ты будешь ему вежливо улыбаться, - сказала Слава ей прямо в ухо, - он никуда не уйдёт. Давай, смелее. Скажи прямо.
  Дана тяжело вздыхала и слушала ещё порцию нытья.
  Что её подтолкнуло, сама не поняла. То ли заверения Амира, а потом Ярославы, что Ганимед полностью безопасен. То ли злость на парня, испортившего её первый в жизни поход в клуб. То ли напоминание себе о цели этого похода.
  Но она раздражённо сказала:
  - Слушай, хватит, а? Просто уйди.
  Сердце заколотилось, достукивая аж до висков. Дыхание спёрло ещё в груди. Адреналин растёкся по жилам. Сейчас будет гроза.
  Но мужчина хмуро глянул на неё.
  - Уходи, мы просто посидеть пришли. Одни, - куча усилий только на то, чтобы голос не дрожал.
  Тот что-то буркнул и...
  Встал.
  Ушёл и затерялся в толпе.
  - Ну вот, молодец! - радостно похвалила Слава. - Не так уж страшно?
  - Неужели сюда ходят знакомиться? - удивилась Дана. Внутренняя дрожь всё ещё не унялась.
  - Здесь бывают и нормальные, - пожала плечами. - Я сама, было дело...
  - И что? - заинтересовалась Дана.
  - Ничего. Знаешь, отношений на одну-две ночи не хочется. Не то, чтобы мораль, просто - не хочется. А когда завязывается что-нибудь серьёзное... Гляди, какие здесь мужчины. Умные, смелые, надёжные, а какая у них фигура! И то, что диета у всех - нет противных запахов и прыщей. Ну и заработки отличные. Все надёжные, не раздолбаи. Теряешь голову постоянно. Но потом видишь какого-нибудь начальника или старшего инженера - и понимаешь. Все эти красавцы тоже станут такими. Жуткими горами мяса. Тут можно сколько угодно считать, что внешность - не главное, просто страшно, и всё.
  - Я понимаю, - Дана кивнула. - Я тоже первое время Амира боялась ужасно. И если бы мне дали выбор - как тебе - близко бы к нему не подошла. Но выбора не дали, и... Он ни разу ни сделал мне больно. Очень внимательный, осторожный, нежный. Слава, это же просто внешность. Ничего больше. Да и, если подумать, стальные мышцы гораздо приятнее, чем жировые складки. Во всех отношениях.
  Та слегка покраснела и что-то собралась ответить, но их прервал ещё один подопытный.
  Он не стал ничего спрашивать, подсел и сказал:
  - Привет!
  
  133.
  Второй оказался самоуверенным хвастуном, и Дана начала сомневаться, что здесь реально можно познакомиться. Впрочем, может, дело в ней? Кто на самом деле хочет, тот находит себе нормальных мужчин?
  Он выбрал в любом случае неверный тон. Хвастаться ночными гонками на мотоциклах во времена учёбы на Земле? Может, и были девушки, которых бы это привлекло, но Дану откровенно пугало. Как и то, как он списывал в университете, получал зачёты на халяву... Этого девушка не понимала вообще. Она даже школу не закончила.
  Второй раз набраться храбрости получилось быстрее. Дана сказала резко:
  - Извините, но не могли бы вы уйти? Нас подобное не интересует.
  И снова ничего. Пожал плечами и растворился в толпе.
  Подняла глаза на Ярославу:
  - Так просто?
  - Сюда многие ходят знакомиться. И если ты не хочешь, не настаивают. Так что да, очень просто. Нет, так нет.
  - Вы даже друг другу говорите 'Нет', девушки? - между ними вклинился - уже третий. - Всех отшиваете, вижу. Неужели никто не нравится?
  Он обнял за талию обеих девушек, и Дана почти отшатнулась - но впереди была стойка.
  - Отпустите! - она старалась говорить не слишком испуганно, но это прикосновение ввергало её в панику. - Мы здесь не собираемся знакомиться. Пожалуйста, оставьте нас в покое.
  Рука на талии сжалась крепче:
  - Это просто приятный бонус, девочки. Просто поболтаем.
  Спортивное телосложение. Недавно на Юпитере. Без формы, интересно, он-то с 'Метролаба'?
  - Руки убери, - мрачно сказала Ярослава.
  - Готова к общению на таких суровых условиях?
  Руки никуда не делись.
  - Для начала, - всё так же мрачно. - Не лапай девушку своего начальника. Ни она, ни я общаться не желаем.
  - У Гарина нет девушки, - но Дану отпустил.
  - А у Рахимова есть, дебил, - чуть успокоилась Ярослава, несмотря на то, что сама не избавилась от столь пристального внимания. - Значит, ты с отдела информатизации.
  - О-о! Да ладно! А ты чья девушка, Сафарова?
  Этот тип Дане вообще не нравился. Издевательские нотки в голосе казались отвратительными. И то, что он отпустил её, не снимало беспокойства за Ярославу.
  - Кто это - Сафаров? - спросила она робко.
  - Замдиректора, - пояснила Ярослава. - И нет. Я могу тебе сломать палец сама.
  - Ильгиз? - уточнила Дана. Она знала в 'Метролабе' одного замдиректора.
  Слава хмыкнула:
  - Можно было догадаться, что ты знаешь Ильгиза Рифовича, если встречаешься с Рахимовым.
  Она словно стала меньше обращать внимание на парня, но тот и сам отпустил её и отступил назад:
  - Так вы серьёзно? Э... прошу прощения, ошибочка вышла. Я думал, вы шутите. Девочки, без обид, я не хотел ничего такого.
  Ярослава вздохнула:
  - Знаешь, по-моему, на сегодня хватит. Пойдём домой?
  Дана с облегчением кивнула.
  
  134.
  Амир недвижимой статуей ждал у дверей квартиры.
  Ярослава вздрогнула, заметив его, и замедлила шаг.
  - Похоже, нас ждёт.
  Дана похолодела. Она понимала, что последствия будут далеко не мягкими, но теперь, когда расплата за преступное веселье оказалась близка, стало очень страшно.
  Нет, не жалела нисколько. Никогда в жизни она не была в подобных местах, и за сегодняшний вечер готова была вытерпеть почти всё, что угодно. Настроение ничуть не испортил даже последний слишком наглый парень. Она не так сильно испугалась, как раньше.
  - Раз стоит здесь, значит, нас.
  - Кажется, он не сердится сильно? - осторожно спросила Слава. Амир смотрел на них сквозь полуприкрытые веки, уголки губ приподнялись чуть вверх - не улыбка, но намёк на неё.
  Только Дану не обманет это ложное спокойствие.
  - Он в ярости. Таким злым я его видела в последний раз... Когда нас пираты похищали. Казался таким же спокойным. Ты лучше иди, я сама поговорю.
  - Ну уж нет! Я обещала тебя отвести домой, и одну на растерзание хищнику не оставлю. Ой, прости, вырвалось.
  Слава вздохнула, схватила Дану за руку и рванула вперёд.
  Амир ровно и спокойно окинул взглядом обеих.
  - Что ты творишь? - размеренно спросил он, в упор глядя на Ярославу. Та опустила взгляд, потом снова вскинула голову:
  - Можете сколько угодно сердится, но так надо было! Ничего страшного не случилось, напротив, всё получилось! Я сама всё придумала, не ругайте Дану.
  - Ну нет! - возмутилась та. - Это всё-таки моё решение. Слава про меня всего не знает.
  - Как и ты.
  Амир всё ещё спокоен.
  Слишком спокоен.
  - Ярослава, что это ты разыграла? Сумасшедшая вылазка, потом этот спектакль?
  - Почему спектакль? - удивилась Дана.
  
  135.
  Днём ранее.
  - Славка, только Рахимов ни в коем случае не должен знать! - нахмурился молодой парень в форме, ещё без особых изменений тела.
  Двое мужчин и Слава сидели за пультами, системами вычислений и объёмными мониторами. Графики, таблицы и модели сменяли друг друга.
  - Разумеется! - отозвалась девушка. - Как бы там ни было, вас не вмешиваем. Просто поможете в клубе, и всё.
  - Глупо как-то, - пожал плечами второй, вообще нормального вида. - Там разве мужиков мало?
  - Если они будут такие же, как в кафе попадались, могут испугать Дану, - строго сказала девушка. - Надо сделать всё деликатней.
  - Э... - замялся первый. - А с чего ты взяла? Ты в курсе, что она, говорят, проституткой была на Сатурне?
  Ярослава оторвалась от мониторов, на которых шли вычисления, и в упор посмотрела на него:
  - А ты все сплетни собирал? Или так, наслушался? Хоть кто-то внимательный своё мнение сообщал?
  - За какие могут быть тут разночтения, Слав? Никто, даже Рахимов сам этого не отрицает.
  - А он должен ходить по отделам и разъяснять, что ли? Артём, проституция предполагает добровольность.
  Тот нахмурился и хотел что-то сказать, но Слава махнула рукой:
  - Всё, сплетен хватит. Просто, если согласны помочь, не давите на неё и ни в коем случае не прикасайтесь.
  - К девушке Рахимова? Охотно. А как, ты предполагаешь, можно приставать, но не давить?
  - Надо, чтобы она просто вас прогнала. Отшила. Сама. Вывести из себя, я не думаю, что она решится просто так.
  - А что может выбесить девушку, но деликатно? - спросил второй.
  - Я могу поныть! - оживился Артём. - Я когда домой приезжаю, мама на пару с тётей начинают разведработу. Какие там девушки, кто мной интересуется, кем я, когда свадьба... Я начинаю ныть и долго они не выдерживают. Иначе весь обед будет игра на нервах.
  - Не знаю, сработает ли... - засомневалась Слава.
  - Ты не знаешь, как я наловчился ныть! - победно воскликнул Артём.
  - Ладно, Вить, ты?
  - Понятия не имею. Предлагай.
  - Некоторых бесит, когда хвастаются, - предложил Артём.
  - Да ну! - отмахнулся Витя. - Если она с Рахимовым, над всеми хвастунами ей только поржать.
  - Не, Дана не будет ни над кем ржать, точно. Я вообще не видела, чтобы она смеялась пока, - грустно добавила Слава. - Пойдёт, я думаю. Давайте договоримся об условных знаках.
  
  136.
  - Откуда вы вообще узнали?
  - Девочка, собираешься на моей территории от меня что-то скрыть? Не забываешь, что везде стоят камеры? Третий, как я понимаю ситуацию, был не подставной.
  - Амир Василевич! - Ярослава даже забыла бояться и в отчаянии посмотрела на Дану. - Вы же всё испортили! Всё напрасно теперь!
  Постановка. Те, которые уходили с первого слова, подставные. Настоящие просто так не отстают. И Дане бесполезно что-то делать. Только одно: не отходить от Амира. А когда он работает - сидеть дома. Одной.
  На Сатурне он работал при ней. Может, попроситься и здесь? Она будет вести себя тихо.
  Впрочем, неизвестно, что будет дальше.
  - На кой вас вообще туда понесло? - зло спросил он. - Зачем ты куда-то потащила Дану?
  Слава виновато уставилась в пол.
  - Амир Василевич. Такого больше не будет. Мы будем всё спрашивать у вас.
  - Ты больше к ней вообще не подойдёшь.
  - Что?! - воскликнула девушка. - Но почему? Я же обещала, что мы больше не будем! Всегда только с вашего ведома! Пожалуйста!
  - Я тебя попросил помочь один раз. За вознаграждение. Не устраивать спектаклей. Всё, хватит.
  Слава вскинула голову и сжала губы. Глаза её вспыхнули яростью.
  - Вам не кажется, что Дана тоже имеет право решать?!
  - Ты про неё ничего не знаешь.
  Злость в голосе Амира уже слышалась явно, но он всё ещё оставался демонстративно спокоен.
  - Нет уж, кое-что знаю! И я...
  - Ты больше с ней не общаешься. Всё. Спасибо.
  - Вот оно как? Не прошла испытательный срок для работы сопровождающей? - почти выкрикнула с обидой Ярослава. - Устроите новый отбор на эту должность? Вы, наверное, моё личное дело изучали?
  - Так, хватит! - он повысил голос. - Не забывай, я твой начальник. Дана, домой.
  Он подтолкнул её в квартиру, вошёл и закрыл дверь.
  
  137.
  Всё это время Дана не проронила ни слова. Стыд сжигал её изнутри. О чём вообще думала, когда примеряла на себя чужую шкуру? О том, что может стать как все? Вот так мгновенно перечеркнуть происхождение, воспитание, своё место в обществе? Раз за разом она забывала о пропасти между ней и всеми этими - нормальными - женщинами, пытаясь завязать общение.
  Надо было всё усвоить в самый первый раз. Во втором классе, когда благополучный одноклассник из хорошей семьи пригласил во двор коттеджа троих цыганят. С бранью их выгнала оттуда мать, как только заметила. И на жалобы свои же спрашивали - а зачем они пошли? У них свои компании, свои игры. Своя судьба.
  В детстве всё видится иначе. Можно принять решение поменять эту судьбу, стать... кем она хотела? Продавцом в магазине? Уйти из общины в город.
  Судьбу изменить можно. Только в лучшую сторону она не меняется.
  Что бы сказала благополучная Ярослава, если бы и вправду всё про неё узнала? Поняла бы, что Дана - не жертва, волей случая попавшая в руки жестоких пиратов. А просто из тех отбросов общества, чья жизнь никого не волнует, кого боятся и избегают все благополучные - нормальные - люди.
  Слава-то понятно, но как могла Дана вообще подумать, что может завести себе подруг и ходить с ними развлекаться?
  Миша ей не раз говорил это. 'Знай своё место'. Амир - ни разу. Он вообще невероятно терпелив. Как можно было снова врать ему? Первая страшная ложь лежала тяжким грузом на душе, нераскрытая, угрожающая, бомба замедленного действия. И - хорошо, что не прибавилась вторая. Хорошо, что всё раскрылось сразу.
  Амир сел на диван в зале с отсутствующим видом. Лицо было напряжено, и только это выдавало злость. На Дану он так и не взглянул. Девушка замерла на пороге комнаты.
  - Прости меня, - наконец, не выдержала она молчания.
  - Ты больше не будешь ходить в подобные места.
  - Никогда больше. Прости.
  - Пошли на ужин.
  Меньше всего хотелось сейчас куда-то выходить. И тем более есть. Но она покорно кивнула и направилась обратно к выходу.
  
  138.
  Дана не подняла глаз ни разу за время ужина. Кусок в горло не лез, но ослушаться спокойного 'доедай!' не посмела.
  Ничего. Надо терпеть и слушаться. А не устраивать дикие выходки. Амир был добр к ней всё время, а что сделала она?
  Что, если он тоже захочет от неё избавиться, как Миша? Если надоест такое поведение? Не отправит ли на Землю, вместо того, чтобы помочь?
  После того, что она сделала, вряд ли речь может идти о какой-то помощи. Но если Дана сможет вымолить прощение, может он хотя бы перестанет так сердиться?
  Она знала много способов задобрить мужчину.
  Специальные крема в душе, делающие кожу шелковистой. Чёрное кружевное бельё сидело и впрямь отлично. Чёрные чулочки, аккуратные туфельки на шпильке - не домашние тапочки, но и не уличная обувь. Симпатичные. Дана тронула губы и глаза несмываемой косметикой. От неё всегда бывает раздражение на следующий день, но зато, что бы с ней ни делали, никогда не бывает ни размазанной помады, ни поплывшей туши. И не духи, а особый состав с приятным ароматом, усиливающий некоторые естественные запахи тела.
  А с халатиком что? Белый сюда никак не подходит. Есть ещё красный, но как-то всё смотрится ярковато. Безвкусно.
  Она снова примерила белый. Было бы лучше. Если бы чёрное бельё не просвечивало сквозь тонкий атлас.
  Накинула красный. В конце концов, ненадолго.
  Амир уже вышел из душа, пока она готовилась и уже ложился. Дана вошла в спальню, слегка притушила свет и скинула халатик.
  - Прости меня, - сказала нежным голосом. - Я заглажу свою вину.
  Раздражение с его лица ушло, как только красные лоскутки упали на ковёр. Дана не дала ему опомниться - скользнула на кровать и уселась верхом на его ноги.
  Впрочем, он не стал наблюдать и ждать. Мягко уложил её рядом и навис сверху, целуя в шею. Его руки и губы вели себя чуть грубее, чем обычно, но - всё ещё очень осторожно. Даже теперь он не причинял ей боли. Дана постепенно расслабилась и успокоилась, напряжение постепенно уходило. Его губы и язык ласкали её, не вызывая почему-то прежнего отклика. Но и неприятно тоже не было. Дана обнимала его. Чуть поглаживая - это вс ё, что ей было позволено.
  Внезапно Амир оторвался от неё и пристально посмотрел в глаза. Долгие секунды. И отодвинулся в сторону:
  - Дана, иди к себе.
  - Что? Но почему?
  Беспокойство, которое, казалось, ушло, нахлынуло с новой силой. Он не принял извинений.
  - Амир, пожалуйста, позволь...
  - Иди. Спать. К себе.
  Спорить не решилась. Подобрала халатик, туфли, оглянулась.
  - Возьми одеяло.
  Всю охапку дотащить оказалось тяжело. Поэтому Дана бросила всё прямо у дверей комнаты, захватив только одеяло. Избавилась от чулков и тесного бюстгальтера.
  И только теперь позволила себе заплакать.
  
  139.
  С утра глаза, покрытые едкой косметикой и солью от слёз, распухли, покраснели и почти заплыли. Увидев своё лицо в зеркале, Дана опрометью бросилась в ванную.
  К счастью, Амир ещё спал, и можно было долго плескаться, отмывая лицо водой, лосьонами, пенками и маслами. В конце концов контрастный душ и немного косметического льда практически привели её в порядок.
  Когда Амир встал к завтраку, она уже успела даже одеться и подкраситься.
  Поэтому, когда он пристально вглядывался в её лицо, следов слёз и плохого сна совсем не осталось.
  Дана пыталась вести себя непринуждённо. Сиять яркой улыбкой она не рискнула - Амир отлично чувствует фальшь. А вот выглядеть спокойной и дружелюбной ей под силу.
  Старалась не смотреть по сторонам. Если он хочет, вполне можно обойтись без общения с кем-либо вообще.
  Но всё-таки не удержалась от того, чтобы не поискать глазами Славу. Интересно, злится ли та? Захочет ли вообще смотреть в её сторону?
  Какая теперь разница... Дане нельзя с ней общаться.
  И больше ослушаться она не рискнёт.
  После завтрака Амир сказал, что собирается на весь день на Юпитер.
  - Но одна на обед ты не пойдёшь, - он решительно покачал головой. - Ильгиза я, конечно, забираю с собой, Серёга тоже там будет... Знаешь что, я попрошу Наташку тебя проводить. Помнишь Наташу?
  Дана кивнула.
  - Спасибо. Я не буду никуда ходить, кроме обеда.
  - Уж надеюсь!
  Он отвёл её в медкабинет на лечение и поцеловал её на прощание, но его губы снова ощущались суровым наказанием. Впрочем, Дана, как всегда, не подала виду.
  
  140.
  После процедур до обеда оставалось время, и Дана просто сидела в приёмной. Амир оставил ей учебник математики для младших классов и велел вспомнить материал. Чтобы начать школьное обучение, нужно сдать экзамен. Если Дана сдаст экзамены за младшие классы, не придётся их проходить заново.
  Наташа пришла за ней в аккурат перед началом обеда. Выглядела не очень довольной. Ещё бы! Наверняка дела, а Дана отрывает её. Поэтому девушка старалась вести себя потише, не дёргать свою сопровождающую и лишнего не разговаривать.
  Невольно она искала взглядом Ярославу, но безуспешно. То ли она приходит раньше, то ли позже. А может, есть другая столовая, потому что народу было маловато для огромного предприятия.
  В молчании Наташа отвела её обратно, подождала, пока откроет дверь.
  - Спасибо, - искренне произнесла Дана.
  - Подожди, - вдруг сказала та. - Ты что, всё время здесь одна сидишь?
  - Амир вечером приходит...
  Закусила губу. Качнула головой:
  - Вот что. Пойдём со мной. В отделе с девчонками чаю попьёшь.
  - Нет, нет! - испугалась Дана. - Потом и тебе, и мне достанется!
  - Да брось, - рассмеялась Наташа! - Что Амир может иметь против?
  - Вчера вечером мы с Ярославой в клуб сходили. Я не сказала, куда именно, он так рассердился!
  - Ярослава?
  - Тоже здесь работает.
  - Мне попадалось личное дело какой-то Ярославы сегодня, - нахмурилась Наташа. - Перевод на Землю.
  - Как?! - испугалась Дана. - Это же у вас вместо увольнения!
  Та пожала плечами:
  - Как правило, да. С филиала обычно увольняются. Крайне редко кому-то удаётся доказать свою полезность и вернуться на Юпитер. Но это, скорее, исключение. Амир не хочет связываться с трудовым кодексом и увольнять людей. Вот мы их и переводим. Без понижения, только надбавок на Земле нет, но условия хуже, чем у нас.
  Дана растерянно смотрела на Наташу:
  - Это из-за меня.
  - Конечно нет. Причиной могут быть либо профессиональные качества, либо характер. Это точно не отдельные проступки. Амир всегда объективен в таких вопросах.
  - Но сначала ему Ярослава нравилась, и он даже попросил её сводить меня в магазины.
  Наташа улыбнулась:
  - Действительно нравилась.
  - Она с ним разговаривала грубо вчера... Из-за меня.
  - Дана, не думай об этом, - убеждала юрист. - Я Амира давно и хорошо знаю. Он за такое не избавляется от людей. Нет нужды. Может поставить на место любого, и так, что желание грубить отпадает.
  Дана опустила голову. Довольно убедительно звучит, но она знает, как оно на самом деле.
  - Так что пошли, - Наташа взяла её за руку. Ты тихенькая, мешать не будешь, и тебя никто не обидит. У нас одни девчонки, - она усмехнулась. - Амир специально так набирает, мол, надо же ребятам женского общества.
  - Нет, не надо, правда, он рассердится, - Дана неуверенно потянула руку, и та отпустила.
  - Ну давай позвоним и спросим. Вот, я наберу его.
  Экран показал помещение, больше похожее на склад, чем на лабораторию. Амир в перепачканной чем-то футболке рылся в ящике, вытаскивая оттуда витки толстенного кабеля. Вокруг сновали другие рослые фигуры, растаскивая этот кабель, прибивая скобами в короб.
  Наташа извинилась и объяснила суть вопроса. Он быстро посмотрел в экран и отвернулся обратно к ящику, осторожно извлекая какой-то аппарат.
  - Не надо, - покачал головой. - Дана не скучает. Она привыкла быть одна, ей даже нравится. Пусть учит математику и танцует, я вечером вернусь.
  Наташа попыталась возразить, но её голос потонул в грохоте. Амир нахмурился, поднял голову и прислушался. Вздохнул.
  - В квартире ей безопасней и спокойней будет. Наташк, оставь её в покое. Всё, простите, девочки, надо узнать, что там случилось.
  Связь прервалась. Обе некоторое время смотрели друг на друга.
  - Ладно, тогда извини, мне на работу. Если Амир не вернётся к ужину, я снова за тобой зайду.
  - Спасибо большое.
  - Не скучай, - неловко сказала Наташа.
  Дана пожала плечами. Ей-то очень хотелось посидеть с юристками, попить чай. Но одного раза ей хватило. Не такая уж она и непонятливая.
  
  
  
  141.
  Амир вернулся поздно, но к ужину успел. Даже жаль. Дана не знала, как себя с ним вести, и предпочла бы сходить ещё раз с Наташей.
  Он успел за пару минут скинуть форменную куртку в чистку, туда же отправил футболку, пропитанную потом, зеленовато-бурой пылью и какими-то техническими смазками. Наскоро натянул новую.
  - Данечка, ты готова? Извини, я задержался. У газоанализатора оказался брак в креплениях и ребята его грохнули. Завтра снова придётся слетать, Серёга с Наташкой будут с этим разбираться. Ты чего-то немного грустная?
  Внезапно от чисто мужской болтовни о работе он резко перешёл к Дане, и она замерла, растерявшись. Что ему сказать? Она и вправду чувствовала какую-то непонятную печаль.
  - Всё хорошо. Просто я уже который день без стимуляторов.
  - А! - он с сочувствием приобнял её. - Ну потерпи пока. Это называется абстинентный синдром, и он со временем исчезнет. Хочешь, на десерт ананас возьмём? Говорят, завезли с Земли.
  - Он же на шишку похож, - с сомнением сказала Дана. - Думаешь, он вкусный?
  - Так же, как яблоки, апельсины и киви. Пошли.
  Кажется, он не слишком обращал внимание на то, что Дана ходила смурная, и уж точно не раздражался по этому поводу. Понимание этого позволило, наконец, расслабиться, даже слегка успокоиться к концу ужина.
  Ананас её просто поразил. Его выдали сразу ломтиками, но, тем не менее, размер казался огромным. Таких шишек просто не может быть.
  А внутри он и правда фрукт. Чем-то похожий на киви и клубнику.
  Кислый ароматный сок стекал с ломтика, но Дана уже научилась есть осторожно и не обмазываться пищей с ног до головы.
  С ужина она пришла довольная, настороженность пропала, а зря.
  - Есть разговор.
  Амир усадил её на диван рядом с собой, обнял и открыл перед ней небольшой экран с документами.
  - Данечка, Наташа тебе не сказала, потому что я не велел. Мне надо самому тебе объяснить. Она подготовила тебе документы на развод.
  Дана похолодела. Развод?
  - В идеале нам бы получить согласие Лерина. Но, так как он скрывается от закона, можно подать в суд. Там рассмотрят все документы, Андрей как раз оформит материалы следствия по пиратам, тебя разведут без согласия мужа. Просто это займёт время.
  Дана сглотнула. Грудь сдавил страх.
  - Разведут?
  Амир крепче обнял её и улыбнулся:
  - Рановато делать тебе официальное предложение, малышка. Но я собираюсь на тебе жениться, а для этого тебе придётся развестись.
  Сердце колотилось в груди как сумасшедшее. Это ведь мечта каждой проститутки: найти себе покровителя и завязать. А уж выйти замуж - колоссальное везение!
  Несколько дней назад Дана бы радовалась. Потому, что подобное кажется логичным завершением сказки о прекрасном принце. Или, скоре, о благородном рыцаре, спасающем от драконов. Маленькая пьеса, разыгранная в её жизни.
  Иногда эти сказки модны. А потом в моду входит другое - задумываться, что бывает после.
  Золотая клетка. Неизвестно, откуда взялось выражение. Но какое точное!
  Дана не может возразить Амиру ни в чём. Всё происходит так, как он хочет. Не помогают ни открытые конфронтации - потому что он умнее. Не женские хитрости - опять же, потому что он умнее. Ей совершенно нечего противопоставить. Он запрёт её у себя дома, в безопасности, всегда доступную, и вынужденно-покорную. Только, в отличие от её мечты о будущем, свободы не будет никогда. Ни одной минуты. Ни одного её, самостоятельного решения. Не её жизнь. Жизнь его игрушки.
  Разумеется, она бы не смогла влиться в общество нормальных людей. Подружиться с кем-то вроде Наташи и Ярославы. Но ведь всегда есть такие, как она, отбросы и изгои, с которыми её может связать судьба. Есть же нелегальные бордели, в которых девочки работают совершенно добровольно, есть на астероидах и прочих диких местах гостиницы с подпольными услугами, где Дана могла бы не просто найти более приятную работу - потому что добровольную, но и, возможно, друзей. Которых Амир никогда не подпустил бы к ней, несмотря на то, что более приличные к ней сами не подойдут. А возможно, она бы даже сошлась с каким-нибудь мошенником, таким же изгоем, как сама, или простым работягой, которому всё равно прошлое женщины, лишь бы дом был в порядке и постель не пустая.
  Конечно, намного более приятно жить в полной безопасности и уверенности в завтрашнем дне. Получать лучшее лечение, есть клубнику и ананасы, танцевать в собственном зале с зеркальными стенами и объёмной акустикой...
  Вот только маленькие радости жизни кажутся гораздо ценнее навязанной роскоши. И гораздо желанней.
  - Амир... - почти прошептала она. - Если я это сделаю, ты поможешь найти моих девочек и освободить их?
  Он не шевельнулся, но мышцы закаменели, дыхание сделалось тяжёлым.
  - Вроде бы мы уже это делаем. И не только ради тебя. Каждый нормальный человек сделает всё, чтобы помочь. Ты что же, думаешь, что я просто делаю подарок любовнице?
  Дана молчала. Если она скажет 'да' - что будет? Новая буря? Или он всё-таки укажет на дверь? Да и зачем говорить 'да'?
  Она всё равно не понимает его.
  - Данечка, тебе надо подписать документы, чтобы Наташины девочки могли тебе помочь с этим.
  - Я... не хочу, - прочти шёпотом ответила Дана, уткнув взгляд в коленки.
  Амир аж вздрогнул:
  - Ты что, хочешь остаться замужем за человеком, который над тобой издевался?
  - Ты не понимаешь... - несчастно проговорила Дана. - Дело не в муже, а в самом факте. Я замужем. Не шалава и не бродяжка, которая живёт милостью других. Замужняя женщина - это совсем другой статус.
  - Я тебе не предлагаю менять статус, - раздражённо ответил Амир. - Я предлагаю тебе сменить мужа. Я, по-твоему, хуже этого негодяя?
  - Миша - его же всё равно, что нет. Я предоставлена самой себе, не нужна ему. Могу жить, как хочу. А с тобой... с тобой я могу жить только как ты хочешь. Амир, - она подняла на него глаза, - я тебе очень благодарна. И сделаю всё, что ты хочешь. Всё, что тебе нравится. Я буду жить с тобой столько, сколько ты скажешь, пока не надоем. Но я не выйду за тебя замуж.
  - Выйдешь, - он разозлился. Очень. Лицо закаменело, глаза словно излучали ярость. - Так или иначе, ты освободишься от своего брака и выйдешь за меня.
  Дана сжалась и снова смотрела в коленки.
  - Ты можешь просто сказать, что не будешь помогать нам, если я не соглашусь. И я подпишу, что угодно. Но просто так - нет, Амир, нет.
  - Я совершенно точно не буду шантажировать тебя этим. Не равняй меня с теми негодяями, которые над тобой издевались. Ты подпишешь этот документ сама. Рано или поздно.
  Страх стучал в ушах, дрожь уже не унималась, комок в горле, казалось, отрастил шипы. Но Дана, не поднимая взгляда, упорно прошептала:
  - Нет.
  Амир резко встал, выключил экран и вышел.
  
  142.
  Дана тихонько сидела в комнате и расшивала костюм новыми стразами. Очень долгий процесс, но результат уже сейчас поражает. Ещё бы новую абайю взамен потерянной сшить! Но ткани нет, а просить Амира она теперь точно не будет.
  Он прошёл в ванную, через несколько минут обратно. Дана малодушно выждала время, чтобы не столкнуться в коридоре и тоже сходила сполоснуться перед сном. Такой душ, как у Амира в квартире, она видела впервые, и с удовольствием пробовала разные режимы, каждый раз меняла настройки.
  Это развлечение даже поднимало настроение, и в этот раз придало решимости. Если она будет до утра прятаться, Амир невесть что подумает. И неизвестно, не решит ли избавиться от Даны, если толку от неё никакого не будет.
  Накинула халатик - на этот раз не красилась, не подобрала бельё. Если снова прогонит её, то хоть не так обидно будет.
  Амир лежал в одних трусах на полу спальни, и Дана замерла на пороге, не понимая, что происходит.
  Он заметил её и тепло улыбнулся. Как будто не было ссоры.
  Может, его успокаивает лежание на полу?
  - Спина болит, - объяснил Амир, угадав причину растерянности. - Сначала эта проверка, потом отчёты, дела, давно не работал нормально на Юпитере. И на лечебную физкультуру не было времени забежать. На днях покажусь врачу. А сейчас просто полежу на твёрдом. Буду признателен, если не дашь мне здесь заснуть.
  - Есть другое предложение, - робко улыбнулась Дана. В груди всколыхнулась радость от того, что она может пригодиться, быть нужной. - Я могу с этим помочь.
  Он заинтересованно приподнял бровь.
  - Совсем раздевайся и залезай на кровать, - сказала девушка нерешительно. - Ложись на живот.
  Забралась на кровать, ожидая, пока Амир ляжет. Халатик задрался почти до основания, и она попыталась одёрнуть подол.
  Тяжёлая ладонь припечатала её руку. Он склонился к ней и вкрадчиво спросил:
  - Ты ведь понимаешь, что мы этим не ограничимся?
  Дана придвинулась ещё ближе, положила руку ему на грудь и прошептала:
  - Это ты всё время пытаешься нас ограничить. Ложись, - толкнула его.
  Легко, одними пальчиками начала разминать мышцы, буквально закрученные в стальные жгуты, чувствуя, как неохотно расслабляются они, подрагивая от её прикосновений.
  - Ты можешь не жалеть, делай сильнее!
  - Амир, не учи учёного! - Она настолько сосредоточилась, что слова вырвались сами, - думаешь, лучше меня разбираешься?
  И уже позже сообразила - а не обидится он на грубость?
  - Тебя тоже этому учили? - мрачно спросил он в подушку.
  - В общем, да. Правда, клиенты обычно не заказывают массаж. Для этого есть легальные заведения, где полное обслуживание в рамках закона и, с натяжкой, морали. К нам за другим ходили. Но друг другу часто приходилось разминать мышцы и суставы после долгого связывания и подобных вещей.
  Спина его разом напряглась, так, что ухватиться стало не за что. Дана сердито шлёпнула ладошкой:
  - Ну вот, всё заново начинать. Расслабься, я буду молчать.
  Потихоньку ласковые, но точные движения заставляли мышцы таять, словно масло. Дана аккуратно прошлась вдоль позвоночника, раз, другой. Нет, всё в порядке. Просто спазмы мускулатуры и перенапряжение.
  С этим вполне можно справиться.
  Осторожными прикосновениями и поглаживаниями разогрела ему спину, а потом... пришлось сильно потрудиться. Жгуты мышц казались протезами, настолько были твёрдыми по сравнению со стройными спинами девочек в борделе. Дана быстро перестала бояться сделать ему больно, то, что она может сделать, Амир еле почувствует.
  Ну и ладно. Она-то знала, что необязательно крутить и щипать до боли, чтобы расслабить мышцы.
  Он не двигался и не разговаривал, дышал ровно. Когда руки уже болели, а пальцы не гнулись, Дана осторожно наклонилась и тихо позвала его.
  Нет ответа.
  Усмехнулась. Прошептала, скорее себе:
  - Чем ты там собирался ограничиваться?
  Осторожно слезла с кровати. Амир спит очень крепко. Если не будить, можно вполне притащить одеяло и забраться к нему под бок.
  
  143.
  Утром Амир проснулся свежим и отдохнувшим. Ничего не болело и не затекло. Дана сжалась у него под мышкой, но уже не спала - глаза открыла, как только он пошевелился.
  Закутал её в одеяло, сам встал. Отвернулся, одеваясь. Целый день ещё работать, голова должна быть ясной.
  Вместо утренней зарядки можно по-быстрому...
  Стоп. Что значит 'вместо'? Мало вчерашних болей?
  И что значит 'по-быстрому'? С Даной так нельзя. Ей нужно терпение и внимание.
  Прошлые размолвки он не упоминал. И так девочка ходит грустная. При этом старается ему угодить, что вызывало уколы совести.
  На Сатурне она огрызалась, и ещё как! Спорила с ним, флиртовала, хитрила.
  А сейчас либо спокойная, либо печальная.
  Это стимуляторы. Всё от того, что Дана прекратила их принимать. От этого вялость, грусть, нежелание что-либо делать.
  Когда он вернулся в спальню, Дана уже оделась и сидела на убранной кровати. Ей и в самом деле идут новые шмотки. Кажется серьёзней и старше.
  И соблазнительней.
  Даже в длинном коричневом пиджаке. А может - особенно в нём. Так она меньше похожа на девочку-подростка, выглядит взрослой женщиной. Что резко добавляет ей привлекательности, хотя до этого казалось, что больше уже некуда. Наверное, это привлекательность иного рода. Не маленькая девочка, которую хочется окружить заботой, а взрослая женщина, которую... просто хочется.
  Амир быстро натянул форму:
  - Пойдём на завтрак?
  Кивнула и встала.
  Обнял её за плечи и повёл к выходу.
  - Данечка, спасибо. Я сегодня чувствую себя прекрасно. Если придётся зарабатывать себе на хлеб, можешь иметь в виду эту профессию.
  - Какую? - не понимающе переспросила.
  - Массажисткой можешь быть.
  - В смысле такая профессия есть?
  - Есть, - Амир захлопнул дверь и поздоровался с Сергеем, который, видимо, собирался зайти за Наташей. Дана тоже радостно поприветствовала его, что вызвало укол ревности, совершенно идиотский.
  - В смысле, без других услуг? Интимных? Просто массаж делают? - удивилась Дана.
  Приходилось каждый раз напоминать себе, что она полжизни провела взаперти.
  - Просто массаж.
  - Да не, - отмахнулась. - Это просто так пишут, чтобы под статью не попасть. Просто массаж и машина может делать.
  - Даная. Есть просто массажисты. Они умеют обращаться с машинами, но руками лучше. Я даже думал выписать с Земли массажиста, теперь буду думать снова.
  Её лицо вдруг вспыхнуло неудержимой надеждой:
  - То есть, ты считаешь, что я могла бы... А что для этого надо? Ведь не высшее образование, нет?
  Вообще-то нет. Надо закончить школу, которую Дана так и так должна закончить. И какой-нибудь колледж медицинский. Или хотя бы курсы, но государственные. И можно было бы протащить её.
  Но сама мысль об этом приводила Амира в бешенство.
  - Не думай даже!
  - Но почему? - надежда сменилась растерянностью.
  - Потому, я тебе не позволю даже прикасаться к посторонним мужикам, - сердито объяснил он.
  Снова потухший взгляд.
  Амир постарался успокоиться.
  - Малышка, - сказал он мягко. - Закончи сначала школьный курс, получи аттестат. Поверь, ты сможешь освоить много профессий. Ты повторяла математику?
  Кивнула потерянно.
  Ну что теперь? Куда она так торопится? Пока не сообразила, что никуда Амир её не отпустит, пока не получит на неё законные права?
  
  144.
  Сегодня не придётся таскать ящики с кабелями. Что уже неплохо. В юпитерианской лаборатории тихо и спокойно. Новый газоанализатор надо протестировать и настроить. Это делать Амир собирался с Семёнычем - заведующим лабораторией. Старик девяносто двух лет, он застал ещё предшественника Рахимова, при котором 'Метролаб' ещё не был ГУП, а был просто лабораторией изучения и стандартизации электроники. Несмотря на возраст, он мыслил ясно, без каких-либо признаков старости. И в этом была заслуга исключительно современной медицины Ганимеда. Старик шутил, что работает испытателем не только газовых смесей, но и медкабинета.
  Точный, пунктуальный и аккуратный. И когда вместо Семёныча за пульт оператора уселся Ильгиз, это показалось малость неожиданным.
  - Разговор есть, - как обычно невозмутимо ответил он на незаданный вопрос.
  Принялся задавать координаты манипуляторов, пока Амир настраивал дозировку и периодичность подачи газа. Это не требовало постоянного внимания и полной сосредоточенности. Эксперименты зачастую бывали самой простой частью их работы. Куда сложнее подготовка и обработка результатов.
  - Что там с Даной у тебя? - спокойно спросил Ильгиз.
  Амир промолчал.
  - Она приходит в столовую как призрак. Бледная, печальная и смотрит перед собой. Серёга говорит, ему Наташка пожаловалась, что ты её никуда не выпускаешь.
  - Куда я её выпущу? К ней обязательно кто-нибудь пристанет. Вон даже попросил Ярославу, девочку из обработки результатов, поводить её по магазинам. Не самому же это делать? Так к ним и там привязались.
  - Может, ей сменить стиль? И поведение как-нибудь. Поувереннее пусть будет.
  - Ильгиз! И ты туда же. Поведение само поменяется, когда малышка перестанет всего бояться.
  - Куда - туда же?
  В испытательной камере начался эксперимент, и мужчины принялись проверять настройки.
  Ильгиз не унялся. Когда за прозрачными стенами пошёл процесс, можно было уже не следить так. Он снова спросил:
  - Она у тебя в последние дни вообще призрак. Не похоже на хоть какое-то улучшение. Вы не ссорились?
  Амир выдохнул и оглядел испытательную камеру. Но нет, решительно ничего не требовало его внимания.
  - Амир?
  Ну какое его дело?!
  - Эта Ярослава не ограничилась походом по магазинам. Она решила, что Дана должна научиться сама давать отпор, когда к ней пристают. Затащила её в клуб, подговорила двоих приятелей, чтобы они, значит, приставали, а Дана отшивала. Что смешного?
  - Что за Ярослава? - заинтересовался Ильгиз, не пытаясь скрыть смех.
  - Олимпиадница. Из нашего универа. Я два года назад летал на Землю, собеседовал призёров математической олимпиады, помнишь?
  - И? Что-то произошло?
  - Да! - Амир чуть было не нажал на панель с размаху, в последний момент смягчив удар. - Третий был незапланированным. И его отшить было очень трудно обеим.
  - Ну и ладно. Но, по крайней мере, два первых сработали как надо?
  - Ну тут я накосячил, - признался Амир. - При Дане дал понять, что те, которые у неё получились, подставные. А с настоящим не вышло. Да, не стоило ей говорить, признаю, но ничего вообще бы не случилось, если бы не эта безумная авантюра!
  Ильгиз снова усмехнулся:
  - А по-моему вполне логично. Изобретательно. И могло сработать.
  - Сработать?! - возмутился Амир. - Дане не нужны лишние волнения!
  - Что такого можно сделать, чтобы перекрыть то, что с ней делали раньше? - отмахнулся Ильгиз. - Ладно тебе. Может, теперь у неё подружка появится.
  - Не появится. Ярослава на Земле будет работать.
  - Ты ведь не разозлился из-за Даны? - осторожно уточнил, и отвлёкся на мониторы. - Серёжкины парни прислали стандарт?
  Амир кивнул и вывел данные.
  - Дело не только в Дане! Что бы ни было там, это не повод грубить начальнику! Должна быть хоть какая-то мера.
  - Эй, ты сначала тащишь девочку на Ганимед за нестандартное мышление, а потом прогоняешь за то, что она нестандартно мыслит? И в любом случае, ты не имел права мешать личное и профессиональное. Попросил её помочь в личном деле, и тем самым перевёл ваши отношения немного в другую плоскость. То, что она тоже прониклась положением Даны и захотела ей помочь - вообще для тебя удачно. Могла испугаться проблем и сбежать. В любом случае... сколько лет этой Ярославе? Наверное, почти как Дане?
  - Примерно, - кивнул Амир.
  - Так девочкам вместе интересно. Чего ты так испугался этого клуба? Там даже напиться нельзя! Камеры везде и охрана. Пусть бы развлекались. Ты-то целыми днями на работе, наверняка ей скучно. А уж переводить талантливого сотрудника из-за личной неприязни... Амир, ну в самом деле! На тебя не похоже. Сколько мы народу потеряем из-за Даны? Мне хватило Воронцова. Уже из отдела кадров его личное дело забирал, хотел его мозги пристроить.
  - Он там при деле, - буркнул Амир.
  - Он не помешал бы Сергею в стандарты. Просил подобрать кого-нибудь сообразительного, но не хитрого. Чего ты сейчас возражаешь, думаешь, не понятно, чего ты его перевёл подальше? Мне-то зачем врёшь? Или ты себе тоже не признался?
  Амир молчал, глядя в одну точку.
  Потом сказал тихо:
  - Я понимаю всё. И понимаю, насколько это глупо. Но если бы это была слепая ревность! Я бы тогда сам понимал, что происходит, как-то сдерживал себя с помощью здравого смысла. Но сейчас мой здравый смысл говорит, что это нормально для молоденькой двадцатилетней девушки встречаться с молодыми же симпатичными парнями... А не с тридцатисемилетним уродливым мужиком.
  - Эй! - возмутился Ильгиз.
  - Давай глянем на вещи реально.
  - Брось, они, молодые и симпатичные, тоже такими будут.
  Амир тяжело вздохнул и покачал головой:
  - Это ещё когда! Если включать здравый смысл. А её сердечко оттаивает, и она перестаёт шугаться мужчин. Особенно когда они с таким восторгом рассказывают, как она великолепно танцует, и какая вообще миленькая. Тот же Воронцов. А когда она сама его вспоминала, мне хотелось прибить его, а не перевести. Даная - девочка ответственная, не думаю, что она начнёт бегать налево. Но какой мне будет смысл в том, что она будет жить со мной, а тосковать по кому-то ещё?
  - Общеизвестно уже, что ревность - признак неуверенности в себе. С чего ты взял, что она предпочтёт молодых парней?
  - У меня не ревность, а вполне обоснованный страх её потерять. До этого в её жизни было мало достойных мужчин. Вернее, вообще не было. А сейчас? У неё есть выбор. Помнишь, что сердцу не прикажешь?
  Ильгиз помолчал. Пожал плечами:
  - Это внешне так выглядит. А если копнуть поглубже? С её проблемами молодёжь не справится, опыта недостаточно. Если вообще кто-то сможет с этим разобраться, то это ты. Погулять с тем, с другим, может возникнуть желание. Но в более тесных отношениях - к ней нужен особый подход. Молодые не справятся, - повторил он. - Даже если захотят.
  - И что, - ехидно уточнил Амир, - ты предлагаешь мне подождать, пока она переспит с несколькими, чтобы понять, что они не подходят?
  - Утрируешь. Ты же понимаешь, что не сможешь её запереть в квартире и никого не подпускать? Но в любом случае, если бы ты её действительно любил, думал бы не только о себе. Сам же говоришь, она молоденькая, хочет развлекаться, а ты держишь её одну у себя. Она через такое прошла, неужели не заслужила чуть-чуть свободы и счастья?
  - Я её люблю, - тихо сказал Амир.
  - Яркая, миленькая, такая беззащитная. Ты очарован, я тебя понимаю. Но вспомни, например, Розу. Её мнение ты уважал, даже когда считал его глупым. Думал, как бы не обидеть и не задеть. Обсуждал с ней работу.
  - Но Даная-то ничего не понимает в моей работе!
  - Роза - с бухгалтерии и тоже не слишком много понимает в твоей работе. Но ты пытался ей объяснить. Советовался с ней. В ней ты видел личность, а Даная для тебя - всего лишь игрушка. Ты не видишь в ней равную. Знаешь, - вздохнул Ильгиз. - У моих родителей был кот. Двадцать лет прожил с ними, из них одиннадцать - со мной. Я его тоже очень любил.
  Амир смотрел в экран газоанализатора. И только тихо сказал:
  - Ты не прав.
  
  
  145.
  В обед за ней снова зашла Наташа.
  Всё время Дана молчала, не решаясь спросить. Конечно, она боялась гнева Амира, но и неудобно было как-то.
  Набралась смелости она только на обратном пути. Помогла, наверное, мысль - если она промолчит, будет жалеть всю жизнь.
  Ну или очень долго.
  Она спросила про Ярославу. Ведь Наташа сама говорила, что ей попадали какие-то документы с её именем.
  Начальница юротдела с печальной задумчивостью посмотрела на неё и сказала:
  - Амир ведь не в курсе?
  Дана сжала зубы, и, не отводя взгляда, кивнула.
  - Ой, я тебе дам её номер. Если что... Ну его, Дана! Ты имеешь право... Если что, ссылайся на меня.
  - Я тебя вообще не выдам, - тихо пообещала Дана.
  - Да брось! Думаешь, я его боюсь? Я не лаборантка из обработки результатов. Только пусть попробует что-нибудь скажет.
  Дана вздохнула:
  - Жаль, Ярослава не может так сказать. Она вообще не виновата. Виновата-то я.
  Наташа задумалась.
  - Может, тебе с Ильгизом поговорить? Во-первых, он точно скажет, кто тут виноват. Но если вдруг ты окажешься права, только он может вправить Амиру мозги. Вон его дверь, через одну от Амировой. Так, вот номер Ярославы, и... место работы, если нужно.
  
  146.
  Позвонить Дана снова не решилась. А вдруг Слава не захочет её слушать? Наверняка не захочет. Ей бы только попросить прощения... Пусть за такое нельзя простить, пусть она будет ненавидеть Дану. Просто сказать ей пару слов. И всё.
  И чтобы не сделал Амир, потом Дана готова ответить за непослушание.
  Ярослава должна была быть на сутках. Это проблема, потому что в лаборатории Дану никто не пустит. Если даже и можно провести туда кого-то со стороны... Так её совершенно некому провести.
  Дана решила хотя бы просто посмотреть место. И так оказалось трудно заставить себя выйти из квартиры, пройтись по коридорам одной. Это не Сатурн, коридоры которого можно запомнить за неделю.
  На удивление, Ярослава оказалась дома.
  Она открыла дверь и некоторое время удивлённо смотрела на Дану. Потом осторожно спросила:
  - Амир Василевич знает?
  - Нет. Надеюсь, я не подставляю тебя... снова?
  - Ты о чём? - она втащила Дану внутрь. - Ты меня не подставляла! Это же была моя идея. Хотя, конечно, я не ожидала, что Амир Василевич так рассердится. Знаешь, я, конечно, слышала, что на Землю отправляют не только за косяки на работе, но и за личное несоответствие. Но правда не ожидала. - Она пожала плечами. - Что ж теперь? Я косяк большой. Вспылила. Такое со мной бывает. Не стоило на начальство орать.
  Дана посмотрела несчастно:
  - Но ты же не орала! Да я сама на него орала больше, и всё равно он меня забрал с Сатурна.
  Ярослава устроилась на кровати и похлопала рядом, приглашая Дану сесть.
  - Не сравнивай. Ты его девушка, я - просто сотрудница. Тебе многое прощается. Тебе-то он ничего не сделал?
  - Ты знаешь, ничего! Просто запрещает без него выходить. Велел сидеть одной, Наташа приглашала к себе в отдел чаю попить, но Амир не разрешил.
  - Это какая Наташа?
  - Она, вроде, с юротдела.
  - Наталья Алексеевна, наверное. Ты же у нас начальство знаешь. Но странно, туда-то почему? Ревновать нечего, там только женщины, произойти с тобой там ничего не может, уж с Натальей Алексеевной-то! Может, всё-таки наказал? Типа, в отместку?
  Дана пожала плечами:
  - Да это ерунда, а не наказание. Я на Сатурне с удовольствием так жила. Напрягала необходимость выходить в спортзал. А здесь Амир мне тренировочный зал прямо в одной комнате устроил.
  - Значит, всё-таки, тебе с ним хорошо? Ты прости, это не моё дело вообще, просто я... ну беспокоюсь за тебя. Амир Василевич, конечно, властный, он же таким огромным предприятием управляет. Но чтобы настолько? И в жизни тоже? Ну понятно, в любом случае он лучше, чем те, с кем ты жила до этого, пираты. Тут даже сравнивать не приходится. Но... тебе он правда нравится? Так, чтобы с ним жить? Ой, ну что такое я спрашиваю, конечно, раз ты живёшь. Иначе, наверное, улетела бы на Землю.
  - Мне нельзя на Землю, - тихо-тихо сказала Дана.
  Ярослава молчала аж несколько секунд.
  - Как это? Почему?
  - Раньше... до Сатурна. Я жила... в одном месте... где заставляли делать ужасные вещи. Такие, по сравнению с которыми жизнь с пиратами - просто сказка. Меня там держали, не выпускали, и других девочек. А я сбежала, получается. И если они меня найдут, то убьют наверное. На Сатурне меня охраняли, на Ганимеде вроде безопасно... Амир говорит, это подпольный бордель, и говорит, что поможет найти его и освободить остальных.
  Слава обняла себя за плечи.
  - Дана, это... Сколько тебе лет? Ты ведь не старше меня.
  - По документам старше.
  - А на самом деле?
  Дана качнула головой. Такие подробности рассказывать не хотелось.
  - Ты перенесла такое, что и представить страшно! Но... неужели эти места ещё остались? Ведь, говорят, подобные вещи вытравили с корнем во всём мире! Я статьи читала...
  - Остались.
  - Зачем он с тобой так обращается? Это нечестно! Как будто ты...
  Ярослава замолчала.
  - Всё хорошо, - осторожно сказала Дана. - Он не особо плохо со мной обращается. Просто не разрешает ничего. Как и раньше было. Мой муж, который из пиратов, Миша, не разрешал одно, Амир - другое. Я могу подстроиться. Здесь мне лучше. Не приходится обслуживать всех подряд. Вообще Амир, видишь, никого ко мне не подпускает. Только он сам, но... с ним хорошо. Мне не хватает свободы, самостоятельности. Но у меня её и не было никогда. Я привыкла.
  - Но... ты ведь можешь жить сама! Рахимов не будет удерживать тебя насильно, он же не такой негодяй, как те твои...
  Дана покачала головой:
  - Слава, он обещал помочь моим девочкам. Я-то на свободе, и относительно неплохо устроилась.
  - Ну тогда пока...
  - Нет. Это вообще некрасиво. Ты ведь не думаешь, что я буду с ним только пока он мне нужен? Если Амир поможет нам, я останусь с ним столько, сколько он захочет. Если бы вдруг получилось найти и арестовать их - всё что угодно за это. Потом, когда я ему надоем, я получу свою свободу. Это в идеале.
  Ярослава сидела мрачная.
  - Я даже не представляла... Что такое вообще бывает. В моей жизни всё было благополучно и гладко, и самое сильное переживание - бабушка умерла. Я ведь считала трагедией, когда меня бросил парень в универе. А тут...
  - Я же говорю, сейчас всё хорошо. Мне только неудобно, что из-за меня ты теряешь работу.
  - Да забудь! - С жаром воскликнула та. - Это вообще не проблема! Ну найду место малость менее престижное. Я бы хотела помочь тебе, но... Амир Василевич и так будет ругаться, что бы пришла, да?
  Их прервал звонок в дверь.
  
  147.
  Ярослава посмотрела камеру перед дверью и в панике повернулась к Дане:
  - Там он!
  - Кто? - паника оказалась заразительной.
  - Рахимов! Ой, ладно, ну что он мне теперь-то сделает? Пойду открою!
  Она решительно встала, и Дана вскочила тоже:
  - Нет, подожди! Зря ты так считаешь. Это же Амир. Он придумает, как нас наказать, если захочет. Вообще, я виновата, мне и разбираться.
  Подошла к двери. Открыла. Встала в проёме и с вызовом глянула на него.
  - Данечка? - тихо сказал Амир и нежно улыбнулся. - Я пришёл за тобой.
  Его улыбка снова начала пугать, как и в самом начале знакомства, и Дана растерялась, выбирая слова оправдания.
  Но на этот раз её прервал букет маленьких красных роз.
  Она уставилась на них, не понимая, что происходит.
  - Даная, - позвал Амир.
  Чуть вздрогнула, услышав непривычное полное имя. Подняла на него глаза.
  - Я был неправ. Извини.
  Что он хочет? Это издёвка? Или ещё какая-нибудь игра? Дана никак не могла понять, в чём дело.
  Молча обнял, притянув к себе. Она не смогла бы этому воспрепятствовать, даже если бы хотела.
  Любопытная Ярослава не выдержала и тоже выскочила в коридор, глядя на них со смесью страха и ожидания.
  - Слава? Ты тоже извини. - Он вручил ей оставшуюся розу, нежно-розовую. - Я не должен был мешать личное и профессиональное. Если ты согласна, перевод отменяется.
  Девушка счастливо взвизгнула и захлопала в ладоши.
  - Спасибо, спасибо! Амир Василевич! - она сделала большие глаза. - Я никогда ничего не буду больше от вас пытаться скрыть! Всё будем спрашивать!
  - Да уж, будь добра. И не надо таскать Дану в такие места. Есть много более культурных развлечений.
  - А можно?.. - с надеждой спросила Ярослава.
  Амир пожал плечами:
  - Запретить ей я не имею ни права... ни возможности. Пойдём домой, Дана.
  Та кивнула и перехватила его ладонь.
  
  148.
  Дана не знала, что и думать. Может, это Наташа что-то такое сказала? И он оставил Ярославу? И принёс им цветы.
  Нет, как-то странно. Да и зачем Наташе хлопотать за Ярославу? Что ей с этого...
  Очень хотелось рассмотреть цветы, но за Амиром ещё надо было поспеть. Поэтому увидела она только когда дошли до квартиры.
  Одна розочка обломилась и лежала на соседке, еле удерживаясь на остатке стебля.
  Нежная, с атласными лепестками, яркая, как земное солнышко. Такая красивая.
  И лепестки уже чуть поникли.
  Так невыразимо жалко, так обидно.
  Дана молча ушла к себе в комнату. Нельзя показывать мужчине истерики. Ни один этого не любит.
  Слёзы прожигали путь наружу и текли по щекам - тихо, чтобы не показать ничего лишнего.
  Амир не должен видеть. Нечего его дёргать.
  Дана привыкла - без всхлипов, почти не сбивая дыхания, если нужно - и без слёз.
  Букет лежал на коленях, бутоны свешивались - так, чтобы ничего больше не повредить.
  Сломанный цветок ещё больше бросался в глаза.
  - Данечка, вот, возьми, я заказал и вазу сразу, у меня не во что было ставить букеты. - Амир появился на пороге комнаты с чем-то чёрным и странным в руках. - Эй, ты чего?
  Дана быстро выдохнула, тряхнула головой, чтобы слёзы высохли и улыбнулась, легко, чтобы не получилось очень фальшиво:
  - Ничего. А что такое?
  Подошёл, поставил вазу возле кровати. Сел на пол. Заглянул в глаза:
  - Маленькая, что случилось?
  Дана, всё ещё удерживая маску спокойствия и невозмутимости, ответила:
  - Ничего. Всё хорошо.
  Амир обнял её за талию одной рукой, другой сгрёб её ножки к себе на колени:
  - Данечка, в чём дело? - спросил очень мягко. - Что такого я сделал, что ты не плакала тогда, но плачешь сейчас?
  Он думает, это из-за...
  Повернула к нему букет, показав сломанный бутончик.
  Несколько секунд он разглядывал, потом поднял глаза:
  - И что, ты из-за этого плачешь? - Дана кивнула. - Из-за этого? Ну ты нашла... Такая ерунда!
  Не удержалась и всхлипнула. Как же ерунда! Это вторые в её жизни цветы! И самые замечательные! Та огромная роза, которую Дана до сих пор не вытащила из консервации, конечно, красивая. Но эти - милые и трогательные.
  А, нет, кажется... Ей присылал один из клиентов розу на следующий день. Но ей только сказали об этом, и не отдали.
  Но это её и не волновало сейчас. Цветы от Амира в тысячу раз лучше. Даже эта, сломанная.
  - Маленькая, ну чего ты! Пошли-ка! - он встал, забрал букет и потянул Дану за собой.
  В зале открыл аптечку, набрал код, достал маленький тюбик.
  - Давай сюда.
  Положил букет на стол, выпрямил сломанную головку, выдавил большую прозрачную каплю и палочкой разравнял по стебельку. Подул. Осторожно поставил в вазу.
  - Ну вот. Пусть высохнет, не трогай пока.
  - Что ты сделал? - Дана широко распахнула глаза.
  - Это специальный медицинский клей. Теперь цветок как будто не ломался. Всё? Не будешь больше плакать?
  Дана вздохнула, ещё не веря до конца:
  - Он будет теперь стоять? Как остальные?
  - Будет. Как остальные. Данечка, есть просьба. Прежде чем плакать в следующий раз, скажи мне. Мы вместе что-нибудь придумаем. Ладно, мне надо бежать, ещё дела в управлении. На ужин за тобой, может, зайдёт Ильгиз, но я там буду. Если успею, сам зайду. С работы буду поздно, не жди меня, ложись спать. Ну всё, побегу.
  Он чмокнул её на прощание и ушёл.
  Дана оперлась на стол, разглядывая букет. Всё-таки Амир умеет быть просто замечательным! Жаль, что он такой сложный человек.
  
  149.
  Очень хотелось дождаться Амира с работы, и Дана не ложилась. Сидела в зале и смотрела фильмы. Сначала пробовала боевик, но выяснила, что такие напряжённые вещи смотреть одна не может. Поэтому поставила документальную передачу про восточную музыку.
  Под неё и заснула.
  Проснулась, когда Амир выключил передачу и поднял её на руки.
  - Привет, - улыбнулся он. - Ты спи, спи. Я тебя переложу на кровать.
  Он уложил её, но Дана села и начала раздеваться.
  - Спи, - ещё раз сказал Амир и вышел. Зашумела вода в ванной.
  Нет уж. Дана аккуратно повесила одежду, забралась под одеяло и стала ждать. Больше она не уснёт.
  Когда Амир вернулся, она отчаянно зевала, но боролась со сном.
  - Я же велел спать! - укорил он. Выключил свет и лёг. Подгрёб девушку под бок и поцеловал.
   Неожиданно для неё поцелуй быстро кончился. Амир лёг рядом и затих.
  Дана приподнялась.
  - Ты чего?
  - Спи, малышка.
  Вот ещё! Всё время у него так. Ночью спать, и всё. А Дана тогда зачем?
  Вылезла из-под одеяла и откинула его в сторону. Скользнула вниз, склонилась к его ногам.
  - Дана?
  Амир приподнялся на локтях, и девушка замерла. Она никак не могла избавиться от этого страха, боязни его окриков.
  - Ты что делаешь? Сказал же - спать!
  - Я быстренько! - виновато глянула на него.
  - Ты меня унизила сейчас, - мрачно улыбнулся Амир. - Иди-ка сюда.
  Он подтянул её к себе и опрокинул на постель. Навис сверху, удерживаясь на одном локте. Вторая рука легла ей на бедро, и Дана замерла в ожидании.
  Но он просто поцеловал её, нежно, мягко. Прошёлся губами по шее, вызвав резкий вздох.
  Его язык прочертил путь до её груди, и Дана неожиданно для себя застонала. Кожа горела в том месте, где он прикасался, искры словно расходились по всему телу. Неосознанно она подалась вперёд, прижимаясь к его телу, но его ладонь нажала, вдавливая в постель.
  Амир ухватил губами её сосок, несколько движений языком - и Дана снова застонала, выгнулась, забыв о решении лежать смирно и слушаться.
  И снова тяжёлая рука прижала её к кровати.
  Ещё стон - долгий, протяжный. Он перешёл ко второму соску, и Дана не выдержала и взмолилась:
  - Что ты хочешь? Амир, скажи, что мне делать?
  Вместо ответа сжал сосок губами. Невероятно трудно - просто лежать, и девушка извивалась под его сильной рукой. Его пальцы проникли внутрь, вызвав непонятный для Даны отклик. Мышцы внутри словно сжимались, отзываясь всё тем же огнём.
  Амир рывком подтянулся повыше и медленно вошёл в неё. И это принесло одновременно и облегчение, и новые чувства. Дана подалась вверх, к нему, и на этот раз он её не удерживал, двигаясь внутри неё.
  - Вот так, девочка, вот так, - прошептал, наращивая темп. Дана уже не сдерживала стонов и со всей доступной ей силой сжимала его плечи, не думая о содранной коже и других следах. Тело дрожало, как будто электрические разряды пронзали, голова кружилась.
  Амир замер и всмотрелся в её лицо.
  - Вот и умничка, - улыбнулся и продолжил. Но Дана уже ничего не понимала и не слушала. Странная дрожь сотрясала тело.
  Непонятные и новые ощущения завладели ей.
  
  150.
  Удивительно, но утром Дана спала настолько крепко, что Амир разбудил её сам нежным поцелуем.
  Уже полностью одетый и готовый к выходу.
  Почему-то она ощутила острое сожаление.
  Обняла его за шею. Ужасно хотелось прижаться к нему, обнять крепче. Но ни один мужчина не терпит навязчивости. Лучшее, что она может сделать - держаться подальше и поскромнее.
  До следующей ночи.
  Словно обожгло воспоминание о ночи прошедшей. От этого ещё больше захотелось обнять.
  Но Дана отпустила руки, лишь только Амир прервал поцелуй.
  - Малышка, будешь вставать на завтрак?
  - Конечно!
  Она села, потянулась и слезла с кровати, разглядывая мощную фигуру в серо-коричневой форме. Уж смотреть-то ей никто не запрещает.
  Но он коротко улыбнулся и вышел.
  Дана быстро оделась и выскочила в коридор. Амир ждал её там. Девушка сама взяла его за руку, но он мягко вытащил ладонь и обнял её за плечи. Это нравилось ещё больше, и она прижалась к его боку, подстраиваясь под шаг.
  Идти так, конечно, неудобно, но приятно.
  Вспоминались картинки, на которых изображались влюблённые парочки, неизменно в объятиях друг друга. В реальной жизни так не бывает. Мужчины не хотят, чтобы их доставали всякими нежностями. Самое лучшее - просто сидеть и слушать. Или лежать - смотря когда его застала жажда выговориться. А попытки прикасаться без цели возбудить их неизменно раздражают. Очень не хотелось бы, чтобы Амиру пришлось отгонять Дану, как надоедливую муху.
  Вспоминался Сатурн. Как тогда было здорово. Он просматривал свои отчёты, а Дана просто сидела рядом. Или в его объятиях. Тогда она не понимала, как это замечательно.
  А сейчас он работает где-то, куда Дане ходу нет.
  
  На выходе из столовой их перехватила Ярослава.
  - Амир Василевич! - она сияла улыбкой. - Я тут подумала! Может быть, Дане будет интересно прогуляться? Ведь на Ганимеде есть свои достопримечательности. Мы бы могли посмотреть зоопарк.
  - Зоопарк? - Амир нахмурился. - Ну, если Дана хочет...
  - Хочу, хочу! - закивала удивлённая Дана. Она в жизни не видела ни одного дикого животного.
  - Вы прямо сейчас пойдёте?
  - Если можно, - попросила Слава.
  - Конечно. Но никакой самодеятельности больше!
  
  151.
  Зоопарк оказался невероятным.
  Огромные медведи совсем не выглядели неуклюжими. Они ступали по вольерам градиозно, уверенно, гордо. Трудно поверить в то, что они настоящие. Придуманные, умело отрисованные, грамотно анимированные. Дана долго спрашивала, не голограммы ли это.
  Ещё больше на голограммы оказались похожи тигры, барсуки и верблюды.
  Лошади и волки напоминали ожившую сказку - Дана читала в детстве немного. А когда они смотрели павлина, он как раз раскрыл свой невероятный хвост. Дана долго не могла отойти от вольера.
  Но почему-то больше понравились небольшие пушистые зверьки - хорьки, суслики, ласки, лисы. Возможно, потому что большие и странные останутся несбыточной сказкой... А маленькие похожи на домашних, которых и Дана могла бы завести, если бы жизнь её сложилась совсем иначе.
  Они обошли весь зоопарк, и к некоторым ещё возвращались.
  Потом Ярослава показала серпентарий, но он не понравился. Змеи с презрением поглядывали на них, даже не провожая взглядом. И выглядели они странно и страшно. Хотя красивые, да.
  Как люди. Особенно женщины.
  Правда, последней мыслью с Ярославой делиться не стала.
  Её сопровождающая стойко несколько часов выдерживала тяготы пути. Но в конце концов взмолилась: ноги просто отваливались. Дана тоже утомилась, поэтому согласилась пойти в кафе посидеть.
  Если кто-то пристанет, они позвонят Рахимову.
  Впрочем, Ярослава и так ему позвонила. В выбранном кафе сидела шумная компания девушек и звала их к себе.
  - А что за девушки? - спросил Амир.
  - Из нашего отдела, и со стандартизации.
  - С этими девушками посидеть можно, - он ничуть не рассердился, что его беспокоят. Слава хоть и опасалась этого, не решилась больше проявлять инициативу. - Но только с девушками.
  - Ой, а если парни подойдут, нам что, надо будет уйти? - погрустнела она.
  Тот задумался. Потом сказал мягко:
  - Пока да. Мы поговорим с Даной насчёт этого, и решим, потом. Пока - только девушки.
  
  152.
  Слава представила Дану, как девушку Рахимова, и сразу все разговоры утихли, а всё внимание сфокусировалось в одной точке.
  Это испугало Дану, и Ярослава постучала кулачком по столу:
  - Ну-ка вести себя, как ни в чём не бывало! Дана не любит лишнего внимания! Нас и так отпустили с кучей оговорок.
  - Домой вовремя? - хихикнула пухленькая блондинка.
  - Без парней. И Амир Василич ещё уточнил, что за девушки тут, - Слава растянула губы в ехидной улыбке. - Что-то мне вспоминаются бухгалтеры и кадровики. Интересно, к ним бы тоже отпустили?
  Теперь захихикали уже все за столом. Блондинка передёрнула плечиками:
  - Да ладно тебе. Между прочим, его Роза тоже из бухгалтеров.
  - Роза? - тихо спросила Дана. - Что за Роза?
  Ярослава закусила губу и втянула голову в плечи:
  - А ты уверена, что Дана знает про Розу? Мне, между прочим, больше огребать от Рахимова неохота. Так что, если что, я ничего не говорила.
  - Но ты её привела, - резонно заметила девушка с узким лицом и серьёзными глазами.
  - Кто такая Роза? - всё ещё тихо, но твёрдо настаивала Дана.
  - Вот пусть Танюха тебе и рассказывает, - насупилась Слава.
  - Да что такого? - Махнула рукой блондинка. - Рахимов же не хочет подобное скрыть? Только не здесь. Это бывшая его.
  - Бывшая?
  - Последняя и самая серьёзная. С другими наверное так было, слегка, я, например, не застала даже разговоров. А эта Роза - мы уже думали, поженятся, а они разбежались.
  - Почему? - почти шёпотом уточнила Дана.
  Таня пожала плечами:
  - Начальство нам не докладывает. Нас это не касается.
  - Да как же не касается! - возмутилась другая девушка. - Если бухи при этом так нос задирали, что нам чуть премию задерживать не начали? Проект правил эффективности персонала какой-то толкали... Хорошо, что подобными вещами Рахимов не сам занимается, а на зама спихивает. А тот, видимо, не пустил.
  - Если Роза с Рахимовым встречалась, что же она сама не попросила? - пожала плечиками Слава. - Может, и не было ничего между ними?
  Девочки снова захихикали:
  - Ну ты скажешь! - весело воскликнула Таня - Было, было. Почему не толкнула - непонятно. Мы-то не спрашивали. И ты, Дана, не спрашивай. Хоть ты и его девушка, но Рахимов суровый очень. И вряд ли ему понравится, если ты начнёшь выяснять про бывшую.
  - Да я понимаю... - погрустнела Дана.
  - Девочки, ладно, хорош, - нахмурилась Слава. - Меняем тему. Мне ведь из-за вас попадёт. Воздержитесь пока от подобных сплетен.
  - А какие можно?
  - Любые негрязные, - она повернулась к Дане. - Тебе Амир Василич рассказывал что-нибудь о Ганимеде?
  - Немного, - пожала плечами Дана. - Про спутники, город показал...
  Девушки засмеялись:
  - Эти мужчины вечно не с того начинают! - сказала Татьяна. - Может, тебе интересно узнать о людях, которые здесь живут и работают?
  Дана с восторгом восприняла эту идею. Допрашивать Амира ей казалось неудобным, да и сейчас они мало проводили времени вместе. Фактически, на пути в столовую и обратно. А раз девушки сами предлагают...
  То, что называли рабочим посёлком, оказалось полноценным городом с пятью десятками тысяч жителей, магазинами, больницами, школами, спортивными и культурными заведениями, развлекательными комплексами, парками и тому подобным. Со станцией Сатурна даже сравнивать не приходилось. Но на спутниках Юпитера люди поселились давно, сразу после колонизации Марса. На Каллисто, например, размещался целый мегаполис.
  Девочки подтвердили, что таких посёлков на Ганимеде несколько. Ещё китайский - только одно предприятие, но людей на нём столько же, сколько на обоих российских.
  А ещё американцы. Более малочисленные, они были интересны тем, что их инженерный персонал, работающий на Юпитере состоял не только из мужчин, но и из женщин.
  Одну такую Дане даже показали на снимке. Зрелище казалось ужасным. Женщина ненамного мельче Амира...
  Глянула украдкой на Ярославу и попыталась представить её такой. Ужас.
  Оказывается, чтобы посетить другие посёлки, нужна виза. Вообще-то, не больно и хотелось.
  А были ещё генераторы энергии, гравитационные и лучевые, огромные оранжереи, искусственные пруды - на Ганимеде почти не ели мяса, так как разводить скот неэкономично и трудно, а консервов на всех не навезёшь. Зато выращивали всевозможную рыбу. И даже морских гадов. Дане тоже показали их изображения в меню. Ей никогда не доводилось пробовать такое... И, честно говоря, не хотелось. Гады выглядели противно. Особенно креветки.
  Девочки единодушно заявили, что она ничего не понимает в деликатесах.
  Ярослава снова угостила Дану - чаем с пирожным, и та подумала попросить всё-таки у Амира деньги, как бы страшно не было. А то некрасиво получается...
  Когда одна уставала рассказывать, эстафета переходила другой, и вскоре информация уже не лезла.
  Это заметила Татьяна и махнула рукой:
  - Ладно, пока хорош. Лучше и ты нам что-нибудь поведай. Про нашу самую главную сплетню.
  - Я же не знаю вашу самую главную сплетню, - смутилась Дана.
  - Конечно, это ты! Про тебя столько рассказывают, что кое-что мы бы даже не рискнули повторить.
  - Что я проститутка? - опустила голову Дана. - Это правда.
  Наверное, она испортит Славе посиделки. Потому, что совершенно точно эти девушки не захотят с ней теперь сидеть. Общаться. Иметь дело. Но лучше сразу, не надеяться на глупые чудеса и внезапные перемены.
  Но Ярослава внезапно вспылила:
  - А ты вообще в словарь заглядывала? Значение этого слова знаешь? Похоже, ни разу. Ну вот и молчи. Думаешь, большой секрет - про тебя? Да все, кто был в инспекции на Сатурне, уже давно рассказали, как с тобой там обращались, и что делали! И как Рахимову приходилось тебя буквально отбивать у этих подонков и провожать до комнаты! И вообще - проститутка с твоим поведением скорее монашку напоминает. Зачем ты всё время пытаешься всем об этом поведать?
  - Так это же правда... - еле слышно сказала Дана, опустив глаза.
  - Где там правда? Ни разу! Хочешь правды - вот и расскажи о себе! Что любишь делать. Какие фильмы нравятся. Как танцуешь. А будешь такие вещи говорить... Я Рахимову на тебя нажалуюсь. Думаешь, ему это понравится?
  - Думаю, нет... - так же тихо ответила Дана.
  - Слав, да ладно тебе, - вмешалась Татьяна. - Мы можем сменить тему.
  И тему сменили. Снова рассказывали про Ганимед, но Дана почти не слушала. Она обдумывала причину гнева Ярославы. Несомненно, та не хотела показывать, что водится с проституткой. Похоже, Дану она водит везде из-за Амира. Причин больше придумать не удалось. Ведь эта совершенно нормальная, хоть и несколько разговорчивая девушка, могла спокойно проводить время с такими же нормальными и болтливыми подругами. Обсуждать знакомых, работу, новости. Развлекаться. А вместо этого она водит гулять девушку столь неприятной профессии.
  
  153.
  Об этом она сказала, когда Слава вела её домой. Как бы не весело было, нельзя навязываться. У людей есть собственная жизнь, никто не обязан развлекать других просто так, только потому что начальник попросил.
  Но почему-то Ярослава обиделась.
  - Ты что, действительно думаешь, что я с тобой гуляю из-за Рахимова? Да он давно уже ничего такого не просит. Почему ты думаешь, что общаться с тобой можно только под принуждением? Я возмущаюсь, да, что ты унижаешь себя. Но это не значит, что ты мне не нравишься.
  Дана не очень поняла, о каком 'нравишься - не нравишься' идёт речь, но решила промолчать.
  - Ты что молчишь? - с ней, похоже, трудновато промолчать. - Объясняю. Я тебе сочувствую, хочу помочь освоиться. Немного развлечься, ты выглядишь так, будто никогда в жизни не расслаблялась и не веселилась. Мне очень любопытно, ты словно из какого-то другого мира. Ну и с тобой как-то легко. Ты не ворчишь, не ругаешься на меня, не пересказываешь наши разговоры в извращённом виде и не пытаешься выставить меня дурочкой перед парнями. Ну, скажи что-нибудь?
  - Спасибо... - тихо ответила Дана.
  - Ну тогда давай договоримся. Извини, что сорвалась на тебя, но давай ты забудешь слово 'проститутка'. Попробуй расскажи правду, если тебе придётся что-то рассказать. И не выгораживай тех, кто тебя мучил. Вот. Примерно. Послезавтра я снова за тобой зайду. Там решим, что будем делать.
  
  154.
  Трёхмерная карта рабочего посёлка поражала воображение. Маленькие этажи с ячейками квартир, в коридорах даже различались проекции цветов. Площадей оказалось несколько, а уж миниатюрных парков - просто не счесть. Кварталы магазинов и развлекательных центров светились огоньками, транспортные трубочки и шахты лифтов пронизывали поле стереограммы. Дана с удовольствием бы разглядывала её целый вечер. Вот только нужен был ей совсем не посёлок.
  Торговые районы плавно переходили в административные купола. Там обитало управление посёлка, начальство 'Метролаба' и 'Главкосмоса', бухгалтерии, хозяйственные отделы и другие подобные структуры. Отдельно располагались лаборатории, гидропонные сады, энергетические станции.
  Туда Дане и не надо.
  Изучала она всё остальное. Очень долго и тщательно. Если она останется на Ганимеде, пригодится. Да, сейчас ей нужен один-единственный отдел. Но Амира обманывать трудно, необходимо учесть слишком многое. Сейчас, открывая каждую ячейку памяти карты, она делала вид, что вовсе не собирается искать ничего конкретного.
  И уж особенно важно скрыть то, что она ищет на самом деле.
  Поэтому - если вдруг Амир будет смотреть историю поиска, чтобы найти Дану, например - ничего не должно её выдать.
  После долгого изучения, она даже смогла найти дорогу. Пусть не сразу - но всё-таки смогла!
  Жаль, что никому не похвастаешься.
  Коридоры, коридоры и коридоры. Растения на стенах и потолках, мягкий белый свет, и, наконец, стены из светлого пластика и большая дверь с электронным замком.
  Повезло сразу. Молодая женщина быстрым шагом шла к двери, приготовив опознавательный ключ. Разумеется, заметила. Как Дана растерянно смотрит по сторонам.
  - Девушка, вы не заблудились?
  Не очень дружелюбно. А как надо обращаться к постороннему, который стоит возле бухгалтерии?
  - Заблудилась, - призналась Дана. - Простите, я здесь новичок, и никогда раньше не видела таких больших поселений. Никак не могу сориентироваться даже по навигатору.
  - А куда ты хотела попасть? - уже добрее спросила женщина.
  - Сейчас - домой. Но, кажется, ошиблась с транспортом.
  - Да уж, - сочувственно кивнула. - Жилые комплексы в противоположной стороне.
  Дана сразу ссутулилась и опустила голову. Оперлась на стену и вздохнула очень грустно:
  - Я ведь так устала, думала дом уже близко...
  - А где ты живёшь? Адрес знаешь? Попробую тебе помочь, что ли? - она кажется не очень довольной. Но - решимость на лице.
  Дана показала адрес на экране навигатора.
  И женщина изменилась в лице.
  - А ты не новая ли девушка Рахимова?
  Кивнула.
  - Знаешь что? Раз ты устала, заходи к нам. Заодно обсудим, как тебе отсюда выбраться. Хочешь чаю?
  
  
  
  
  155.
  Удобные современные кресла, высокие потолки переменной прозрачности, настраиваемые системы контроля за воздухом, обилие цветов, - бухалтерия устроилась точно с шиком.
  Чай пили прямо на рабочем месте. Полдюжины ухоженных красавиц с непоколебимой уверенностью во взгляде сидели за огромной проекцией, отображающей какие-то базы данных. Что-то вносили, копировали и изучали.
  - А вам точно можно... здесь? - засомневалась Дана. - Амир говорил, что даже в квартирах есть не разрешается.
  - В квартирах - да, - снисходительно улыбнулась самая старшая, но сногсшибательно красивая брюнетка. - Здесь можно. Ну, Дана, расскажите о себе. Нам интересны новички.
  - Но я не буду работать в 'Метролабе', - пожала плечами та. Что-то не было желания начинать с откровенностей.
  - Понятно, что не будете, - кивнула нежная блондинка. - К нам трудно попасть, и уж точно невозможно через постель. Но я думаю, вы уже решили, чем можете заниматься.
  - Пока нет, - коротко ответила Дана.
  - А какое у вас образование?
  - Разве сплетни не рассказали уже всё обо мне? - она уткнулась в чай. Хотелось взять красивое печенье из вазочки, но решимости пока не набралась.
  - Сплетни рассказывают жуткие вещи, - вздохнула в показной досаде женщина, которая привела её. Кажется, она старше, чем выглядит из-за короткой стрижки.
  Кто же здесь та самая Роза? Эта, со стрижкой? Старшая? Или другая брюнетка, которая заинтересованно молчит в уголке? Или блондинка, которая спрашивала её о работе? Пышечка с глубоким декольте? Девушка в синем платье со стервозным взглядом?
  - И какие же? - резковато спросила Дана, вспомнив предупреждения Ярославы.
  - Простите, - виновато потупилась пышечка. - Мы здесь не обсуждаем подобные гадости.
  - А если это правда? - раздражение скрывать она научилась. Вопрос прозвучал даже доброжелательно.
  - Тем более! - отрезала старшая.
  Кто же из них мог понравиться Амиру? Каких женщин он любит? Похожих на Дану? Или наоборот?
  - Лучше скажите, - улыбнулась пышечка, - это правда, что вы танцуете?
  Дана кивнула.
  Есть ли вообще среди них эта Роза?
  - Здорово! - воскликнула женщина. - У нас есть несколько танцевальных кружков. Классический балет, народные танцы, современные световые танцы, акробатические танцы. Преподавателей нанимали на Земле. Выбирали лучших! А какой стиль вы предпочитаете?
  - Восток, - коротко ответила Дана. После таких уважаемых стилей, как балет, световые танцы, её любительский танец живота не хотелось упоминать. Никаких преподавателей - не то, что лучших, вообще никаких. Никаких кружков. Только стереозаписи и уроки в сети.
  - Говорят так же, - пышечка хитро улыбалась, - что нашего Рахимова так впечатлили ваши танцы, что он сразу забрал вас на Ганимед, несмотря на возражения мужа.
  Упоминание о муже Дана проигнорировала. Она до сих пор не была уверена, что ей стоит рассказывать про пиратов, а что - нет.
  - Его очень впечатлили мои танцы, - согласилась она.
  - Это, вероятно, были особенные танцы? - голос прозвучал медово - но с намёком.
  Или намёк показался?
  Дана пожала плечами.
  - Я имею в виду, довольно эротичные...
  - Ну что ты говоришь! Зачем упоминать такие вещи вслух! - укорила её блондинка.
  А молодая брюнетка поддержала:
  - Но ведь это, наверное, правда?
  - Мне трудно оценить эротично я сама танцую, или нет, - Дана натянула равнодушную маску на лицо. Опять! Это привычно для танцовщиц её стиля. Латино в символических юбочках и огромных каблуках - ничего, водные танцы в купальниках - нормально, вода же, балет в обтягивающих всю анатомию лосинах - это искусство, а танец живота - 'это стриптиз, что ли?'
  Общественное мнение нелепо и не имеет никакой логики.
  - Ну как же! - воскликнула брюнетка. - Если ты танцуешь танец с элементами раздевания, то это наверняка эротично. Я имею в виду, наедине ты ведь совершенно другие танцы ему показываешь?
  Дана поджала губы сердито. Что за дурацкие вопросы?
  - Амир вряд ли хочет, чтобы мы обсуждали нашу с ним личную жизнь.
  - Ну, может тебе пригодятся пара советов от... более опытных? - мурлыкнула блондинка.
  Дана еле сдержала смешок.
  - Более опытных... чем я? В чём это, интересно, более опытных?
  В танцах что ли? Или в эротике?
  - Например, в отношениях с Амиром...
  Вот теперь стало кристально ясно. Эта дама и есть Роза.
  - Извините, - она твёрдо качнула головой. - Я не буду обсуждать Амира ни с кем. И мне совершенно точно не пригодятся советы от женщины, с которой он уже расстался.
  Та не изменила ни выражения лица, ни интонации.
  А так бывает, когда человек держит маску.
  - И ты не в курсе, кто кого бросил?
  Всё, хватит. Посмотрела - и будет. Отсюда надо уходить.
  Дана глотком допила чай, и хотела распрощаться, когда входная дверь открылась.
  И вся её смелость и уверенность улетучилась с первыми звуками его голоса.
  - Даная? Ты что здесь делаешь?
  Хотелось бы вести себя поуверенней в присутствии этой Розы. Но слова застряли в горле, а по телу пробежала слабость страха.
  - Я... потерялась... гуляла просто, и... видимо, перепутала направление...
  Амир мимолётно бросил на неё многообещающий взгляд, и вежливо улыбнулся присутствующим:
  - Здравствуйте, девочки.
  Те наперебой принялись здороваться и уверять, как счастливы его видеть.
  Кроме блондинки, и это только подтверждало выводы Даны.
  Та снисходительно улыбнулась и бросила, словно невзначай:
  - Ничего девочка.
  Амир адресовал ей тяжёлый взгляд:
  - Роза, не лезь не в своё дело, будь добра.
  - Я за тебя переживаю, - нежно мурлыкнула она.
  Мужчина приподнял бровь. Легко и довольно улыбнулся.
  - Тебе совершенно не должно быть стыдно. Всё сложилось наилучшим образом.
  Та не стала спорить и опустила глаза. Амир протянул руку:
  - Данечка, пойдём. Скоро ужин.
  Нерешительно подала руку, и её легко выдернули со стула.
  Твёрдые ладони обняли её за талию, не давая увернуться от поцелуя. Опять почувствовала себя страшно неудобно, вдвойне, из-за демонстративности происходящего.
  Он снова тепло улыбнулся женщинам.
  - Спасибо вам огромное, что присмотрели за Данечкой. Я за неё волновался.
  - Что может случиться на Ганимеде? - фыркнула Роза. Но Амир в ответ пожал плечами и вывел свою новую девушку за дверь.
  
  156.
  Куда только девалось дружелюбие и вежливость!
  Лишь только закрылась дверь бухгалтерии, крепкие руки сжали её талию, лишая возможности избежать сердитого взгляда.
  - Даная! Это что ещё такое? Что ты здесь делаешь?
  Казалось, она приготовилась к его гневу. Взвесила всё, и решила, что будет рисковать.
  Только на деле дрожали колени, а горло сжал спазм.
  - Я... просто... гуляла, и...
  - Только не надо мне повторять эту глупость про 'перепутала направление'! Что тебе здесь потребовалось на самом деле?
  Действительно, как она могла подумать, что сможет его обмануть?
  Упрямо опустила глаза и сжала губы.
  - Что тебе рассказали эти девочки, которых вы встретили? Что такого ты помчалась проверять? Дана?
  Он встряхнул её - совсем легко - непременно требуя ответа.
  - Ничего, - не поднимая головы. - Про начальство они ничего не знают.
  - И из-за этого 'ничего' ты примчалась в бухгалтерию? Хотя даже столовую найти сама не можешь?
  - Прости.
  - Ну, и что ты здесь выясняла? Или просто посмотреть?
  - Не просто.
  Ответ вышел настолько тихим, что Амир не должен был вообще услышать.
  Но услышал.
  - Ты понимаешь, что не все люди такие дружелюбные и простые, как Слава? И такие понимающие, как Наташа?
  - Я знаю, что бухгалтеры не такие, - тихо ответила Дана.
  - Опять сплетницы сказали? Или сама увидела?
  Вдруг стало колоссально обидно. Что он говорил ей про Ганимед? Что все говорили? Видите ли, за моральный облик Амир может выставить сотрудника на Землю. Если тот сделает что-то не то. Да? А как же?
  - Зачем ты их держишь тогда? Если знаешь?
  - Они великолепные специалисты. Мастера своего дела. И от них не зависят наши жизни вот так мгновенно и напрямую. Можно примириться с маленькими слабостями.
  Что-то он не слишком мирился с этими слабостями, когда выгонял Славу, или тех парней из инспекции.
  Ну правильно, среди них не было этой Розы.
  Которую он так тщательно пытался уязвить только что. С помощью Даны.
  Да, она увидела, что хотела, и даже больше.
  
  157.
  Эта маленькая шпионка пропустила обед. Амир даже сначала испугался, когда не нашёл её в квартире. Потом решил, что девочки не вернулись из зоопарка.
  Впрочем, может так и было. Искать её он начал незадолго до ужина. Когда Ярослава сказала, что Дана должна быть уже давно дома, пришлось просматривать записи камер.
  Понятно, какого её понесло в бухгалтерию. В этом клубке сплетен нельзя сохранить в тайне что-либо, что не помечено 'для служебного доступа'. Но как к этому относиться? Что это с её стороны означает? Любопытство девочки не переборет осторожность. А ревность подразумевает чувства. В это тоже слабо верится. Только-только она перестала его бояться - по крайней мере, не до такой степени. Приятно было бы верить в зарождающееся чувство, реализм не даёт.
  Теперь малышка плелась рядом, опустив взгляд, и молчала. Расстроилась из-за того, что он устроил выволочку? Или обидели в бухалтерии?
  Ладно, с чего бы? Роза сама ему отказала, они фактически расстались по её инициативе. Может, она и обижается на него, но совершенно не за что обижаться на Дану. Только что из-за стервозности... Но Роза никогда такой не была. Показной характер прямо вровень с остальными, но в глубине души - милая и романтичная. Амир сознавал, что обижал её невниманием. Поэтому и не стал налаживать отношения после того отказа. Он пропадал на работе иногда до позднего вечера, сам участвовал во многих инспекциях, пусконаладке объектов стратегического значения, регулировке ответственного оборудования... Ни одна женщина не будет ждать столько времени, пока у мужчины найдётся на неё время где-то в перерыве. А особенно шикарная Роза. Ей нужны подарки и прогулки, кино и рестораны, совместные вечера и разделение интересов. Может, Дане тоже? Именно поэтому она выглядит такой несчастной? И устраивает сумасбродные авантюры. Теперь даже к врачу она ходит не каждый день, не выступает с танцами перед публикой - даже такой сомнительной, как пираты с Сатурна, и не должна соблазнять и выведывать секреты. Девочке, должно быть, просто скучно! Сидеть без каких-либо занятий, кроме математики, даже денег карманных он не дал!
  Занять её чем-нибудь? Малышка красиво танцует, но выталкивать её на вечера местной самодеятельности Амир пока не рисковал. Шумное, неформальное мероприятие. Даже если её там никто не обидит и не испугает - как она будет себя чувствовать? Сначала надо убедиться, что Дана адаптируется.
  Можно кое-что ей поручить ещё. Но - это сначала надо посоветоваться.
  В столовой уже начал собираться народ. Когда Амир вернулся к столу с двумя подносами - для себя и для Даны, она с лёгкой тоской смотрела в сторону.
  Нечего и сомневаться, что в том направлении сидит Слава.
  - Если хочешь, иди к ней, - предложил Амир, с отчаянной надеждой, что Дана откажется. Но девочка полыхнула радостью, вскидывая взгляд:
  - А можно?
  - Ну почему же нет? - улыбнулся ей.
  Она радостно вскочила - и даже не оглянулась ни разу.
  Теперь тоскливо стало уже Амиру...
  
  158.
  Яркая, хорошенькая, милая. Очаровательная малышка. Её характер должен быть лёгким и добродушным - но погребён под грузом несчастий, спрятан глубоко внутри, замаскирован покорностью и страхом. Те редкие моменты, когда Даная выходит из себя настолько, что начинает спорить с ним, фыркать и огрызаться, кажутся частичками её настоящей. Хотелось бы увидеть её радость, услышать смех, но - Амир готов ждать сколько угодно, довольствоваться лишь такими крошечными проблесками.
  Лишь бы она была рядом.
  Девочка же совершенно беззащитна и беспомощна. Нуждается в заботе и опеке. Не сможет быть одна, как бы ей этого не хотелось.
  Пусть сейчас хочется - он рано или поздно пробьёт её броню, прогонит страхи, уничтожит напрочь все её представления о собственной неполноценности. И пусть пока она предпочитает общество Ярославы. Ничего страшного. Это всего лишь подруга. Напоминает о других - тех девочках, что остались в борделе, тех, которые в меру сил поддерживали друг друга. Единственных близких людях, которые были у Даны многие годы.
  Пока малышка ещё не готова для любви. Но Амиру хватит и привязанности, пока. Лишь бы она была рядом, позволяла любить и заботиться. Можно перестроить её жизнь так, чтобы с ним оказалось связано всё хорошее и светлое, можно стать основой для всех её планов, тесно вплести свою поддержку в её будущее. И тогда она никуда не денется - даже не захочет.
  Всё давно спланировано, в общих чертах, но надёжно. Только одно может помешать, отринуть все чёткие планы, отобрать у него Дану - возможно, навсегда.
  Другие мужчины.
  На Ганимеде хватает молодых, весёлых и всё ещё красивых ребят. Которые, к тому же не имеют начальственной хватки и повадок, умеют смущаться перед девушками и красиво ухаживать, обладают обаянием молодости и огромной массой свободного времени на прогулки, выбор подарков и организацию сюрпризов. В двадцать лет девушки очень даже ценят внешность. Да Амир и сам в этом возрасте делал стойку на каждую симпатичную мордашку.
  А теперь постоянно ловит себя на желании посмотреть в зеркало и убедиться, что он ещё очень даже ничего.
  Какое там ничего! Дана его поначалу откровенно, панически боялась.
  Природу её страхов он потихоньку понимал - но факт есть факт.
  
  159.
  Дана почти успокоилась и решила, что её проступок прощён и забыт.
  Но Амир привёл её домой, сел на диван и устроил девушку на коленях.
  Она прижалась к его груди, вдыхая его запах. Он пах слабее, чем обычно мужчины, особенно отработавшие целый день. И причина точно не в туалетной воде - везде запах был еле заметный. И даже приятный в какой-то степени.
  Ладонь его легла на её бедро, чуть касаясь внутренней поверхности. Совершенно неожиданно от этого жеста словно пробежали электрические разряды, сердце забилось сильнее. Дана глубоко и медленно вздохнула, пытаясь успокоиться. То, чего он делал, нельзя ожидать каждый раз. Ей стоит немного поработать, а не лежать просто так.
  Амир внезапно убрал ладонь и развернул Дану к себе лицом, поддерживая её спину.
  - Малышка, пожалуйста, не надо мне врать. Даже не пытайся.
  Она отвела взгляд. Слова не шли.
  - Ты поняла? - строго спросил он. Что-то надо обязательно ответить?
  Надо сказать 'ладно'. Пообещать. Но как?..
  - А что ты сделаешь, если я не перестану? - не выдержала всё-таки. Амир закатил глаза:
  - Выпорю, - пообещал он свирепо.
  - И всё? - словно камень упал с души. Это ей не впервой, а Амир совсем не жесток. Вполне можно потерпеть. - Тогда я тебе должна рассказать. Про Сатурн.
  Запнулась, собирая всю решительность. Он приподнял бровь непонимающе.
  - Я обманывала тебя тогда.
  Пауза. Смотрит на его реакцию. Что ещё можно рассказать, чтобы не вызвать бурю.
  - Ещё как, - с ехидством улыбнулся Амир.
  - Я притворялась, разыгрывала чувства, - с нарастающим опасением.
  - Да, я помню.
  Похоже, не понимает. Как объяснить?
  - И когда в первый вечер просила тебя, и дальше! Не только... хорошие чувства! Притворялась, чтобы ты меня не прогнал, чтобы пожалел. Чтобы рассказал, как идёт инспекция.
  Молча и выжидающе улыбается.
  - Я тайком ходила к Даниэлю! Рассказывать, что узнала!
  Снисходительная улыбка:
  - Не так уж и тайком.
  - Ты не знал! - с жаром воскликнула Дана. Амир молчал и улыбался. - Знал? Ты что, знал?
  - Догадался. И везде же камеры, малышка.
  Дыхание перехватило, и девушка еле выдавила:
  - Но почему ты меня не прогнал?
  Амир снова прижал её к груди и тихо усмехнулся ей в волосы.
  - Ты что, не сердишься?
  - За тот случай - нет. А за сегодняшний - сержусь.
  Она почти затаила дыхание:
  - Ты меня накажешь?
  - Это была шутка. Только ты могла принять её за правду, глупышка. Зря ты меня боишься.
  - А я тебя больше и не боюсь, - тихонько пробормотала Дана, уткнувшись в форменную футболку. - Ты добрый.
  Амир вдруг посмотрел время и посадил девушку на диван рядом.
  - Знаешь, у нас с тобой есть одно важное дело.
  
  160.
  Николай Котласов был не из тех, кто пользуется секс-услугами. Это только называется 'разрядкой' - среди тех, кто видит вокруг самую грязь и дно человеческого существования. И впитывают они эту грязь, и хочется на кого-то вылить. Но если регулярно рискуешь собственной жизнью - так, в рабочем процессе, если на плечах держишь жизни и судьбы сотен отличных, в общем-то, ребят, а так же тысяч мирных граждан... Если ежедневный труд заставляет выверять каждое действие с колоссальной точностью и предусматривать огромное число факторов...
  Не хочется никаких разрядок в саунах и борделях. Хочется прийти домой и посидеть за ненапряжным фильмом с понимающей и спокойной женщиной. Поболтать с ней... вернее - рассказать ей, не давая вставить ни слова и даже досмотреть фильм. Свалиться в кровать, вырубиться сразу после самого сокровенного - главное, не во время.
  Ещё и находить кого-то за деньги?
  Николай считал, что за секс после рабочего дня это ему должны доплачивать.
  К счастью, ему подсказывали что делать команда полковника Реброва. Её земное отделение, конечно. Цехоцкий в этом расследовании официально не мог участвовать. Возможно, это к лучшему. Конечно, майор не был 'карманным полицейским Рахимова', как за глаза называл его Котласов. Но всё равно до конца не понятно, как себя вести в его присутствии, что можно говорить и делать, а что - нельзя.
  Были другие ребята, помладше званием, но работали они не покладая рук.
  Для Николая создали виртуальную личность в сети. На форумах садистов и секс-чатах появился стеснительный новичок, который пресытился традиционными отношениями и хотел разнообразить их.
  Котласов не понимал, зачем создали такого робкого персонажа. Неужели кто-то поверит, что в тайне он мечтает кого-то огреть плёткой или связать?
  Полицейские объясняли, что бывалого садиста он с непривычки сыграть не сможет. Да и нет нужды - именно скромные и незаметные в реальной жизни люди зачастую скрывают глубоко внутри тайные и тёмные желания.
  Некий пользователь рассуждал о том, какие женщины плохие актрисы в постельных играх и не могут достоверно сыграть страх и боль.
  Вроде бы с ним кто-то даже пытался знакомиться. Но полицейские вели беседу так, что большинство желающих быстро сбегали с комментариями 'ну и запросы!'
  Николай и в самом деле не смог бы поддерживать подобные беседы долго. Все его попытки разообразить сексуальную жизнь ограничивались ролевыми играми в пациента и медсестру, с белым халатиком в качестве атрибутики.
  Подготовительный этап длился достаточно долго, можно было уже расставлять ловушку.
  И делать это надо самому. Так как найти злоумышленников не получилось, остаётся устроить всё так, чтобы они нашли его.
  Беспокоила Николая только необходимость чуть-чуть раскрыться. Необходимо именно чуть снизить анонимность. Подобные услуги стоят очень и очень дорого, и предоставляются лишь избранным.
  Надо стать избранным.
  
  161.
  Как его выследили, Николай не знал. Полицейские может и догадывались, но объяснять не торопились.
  Это и не важно. Главное, что в один прекрасный момент на одном из сайтов одноразовых знакомств его спросили, правда ли он никак не может найти то, что хочет.
  Почему полицейские сделали охотничью стойку на этот вопрос, Котласов не особенно понял. Вопрос как вопрос, один из многих подобных. Но, видимо, у них присутствовало особое, профессиональное, чутьё.
  Странные диалоги, смысл которых Николай не понимал, но отвечал, как велено. Приглашение на Землю - особенно трудно оказалось улучить время для этого. Станция 'Пан' до конца не была оформлена и проверена, и подрядчиков на неё ещё не нашли. А достроить объект стоило - на спутниках Сатурна размещались только маленькие исследовательские и перевалочные станции, никакой цивилизации и даже военной защиты.
  Котласов чуть было не перенёс встречу на попозже.
  Но хвататься за шанс следовало сразу же, и вскоре Николай проходил прилётную регистрацию на Земле.
  С международного космопорта 'Дружба' до указанного адреса лететь оказалось около получаса. Невероятно короткие полчаса. Когда оттягиваешь что-либо неприятное, время летит быстро.
  Его ждала в небольшом тихом парке женщина средних лет. Та или не та, которая нашла его в сети, Котласов так и не понял. Но это и не принципиальный вопрос.
  Он подтвердил, что действительно хочет чего-то нового, необычного. Что согласен и приплатить. И что понимает всю конфиденциальность.
  Было ещё много вопросов. Напоминало анкетирование, только регистрации никакой не было. В этом Николай был уверен - устройство, которым его снабдили в 'Метролабе', выявляло такие вещи.
  Ещё не хватало ему беседовать с сутенёрами под запись.
  В конце концов ему дали ключ и координаты.
  Навигатор привёл к небольшому коттеджу в посёлке на окраине.
  Первый этаж состоял из большого холла, коридора и кухни, так что Николай сразу поднялся на второй. Толкнул деревянную дверь.
  Всю мебель спальни составляла огромная кровать и тумбочка. Ну конечно, что ещё надо?
  Худенькая рыжая девчонка смотрелась совсем крошечной, да ещё и сжалась в уголочке, пытаясь натянуть коротенькое платьице на колени.
  Взгляд, изначально растерянный и испуганный, поменялся в считанные доли секунды. Юпитерианин словно почувствовал волну паники - и обречённости.
  На белом, почти бескровном лице не было ни грамма косметики. В самом деле, этой девочке нет нужды наводить красоту. Её задача в другом.
  Губы, плотно сжатые и такие же белые, как остальное лицо, мелко дрожали. Глаза казались чересчур огромными - распахнутые так широко. Узкие плечики сжались, из-за чего косичка топорщилась на спине.
  Николай глубоко и тихо вздохнул.
  - Пока готовься, - бросил он и вышел в коридор.
  
  162.
  Рахимов с самого начала, с момента встречи в парке был на связи. И теперь он отозвался сразу.
  - Слушай, я не могу, - выдохнул тихо Николай. - Забирай нас отсюда.
  - Коль... - осторожно ответил тот. - Мы ведь вернёмся к тому, с чего начали. Будет у нас ещё одна Дана, которая ничего не знает, ещё и не хочет рассказывать.
  - Я же рассказала! - возмутилась Дана где-то рядом.
  - Далеко не сразу, - отрезал Амир. - И с этой возиться придётся ещё дольше, и, скорее всего, напрасно.
  - Ты не понимаешь, что ли? - разозлился Николай. - Я тебе её покажу сейчас.
  Он зашёл в туалет и включил просмотр короткого ролика. Девочка в спальне смотрела исподлобья, мгновение - и в глазах появлялся дикий ужас, по телу шла крупная дрожь.
  Всего несколько мгновений, но очень ярких.
  Амир молчал.
  Николай тоже.
  Юпитериане оба отводили взгляд от маленькой голограммы связи.
  Наконец, директор 'Метролаба' втянул воздух и набрал другой номер, отправив сообщение.
  - Там, внутри, похоже всё записывается, поэтому страхуемся.
  Котласов согласно кивнул.
  А Дана ахнула.
  - Вы же обещали! Мы должны найти их! А вы хотите всё отменить!
  В её голосе прозвякивали слёзы - но никогда она не позволяла себе рыдать на людях.
  - Данечка, - мягко попытался уговорить Амир, - неужели ты хочешь там её оставить?
  Она в отчаянии сдвинула брови и сжала кулачки.
  - Я никого, вообще никого не хочу там оставлять!
  Амир обнял её крепче и сказал голограмме:
  - Коль, она выглядит лет на четырнадцать. Ей, как и Дане, наверняка накинули возраст до совершеннолетия. Не вздумай её трогать, пусть разбирается полиция.
  Тот согласно кивнул и сочувственно сказал Дане:
  - У нас есть незаконная проституция, может, удастся определить возраст девочки. Теперь можно начинать расследование вполне официально. Полковник Ребров наверняка так и сделает.
  Девушка сжалась в руках Амира, отстраняясь от него. Её сейчас терзали собственные демоны.
  - Дана, разве вы хотели бы, чтобы эта девочка осталась в руках негодяев? - мягко спросил Котласов. Та мотнула головой, глядя в колени.
  Он открыл кран, зашумела вода. Немного подержал, выключил и вернулся в спальню.
  Несколько секунд спустя туда же ворвались группа полицейских при исполнении.
  
  163.
  - Молодой человек, осторожнее, - чуть слышно попросил Котласов полицейского, который пытался зацепить на его запястьях наручники.
  У того хватило соображаловки не отвечать, даже тихо. Он подошёл к лейтенанту, командовавшему группой, и спросил:
  - Не лезут наручники. Может, ну их?
  Лейтенант чуть дёрнул щекой. Потом произнёс:
  - Я запарился здесь уже. Жарко будет. Солнце с два северо-запада.
  Полицейский неловко переступил с ноги на ногу, закрыв плечом камеру. Её расположение только что сообщила кодовая фраза.
  - Не подумали. Цехоцкий мог и сказать. Взяли бы большего размера. Подожди пока, я с девочкой разберусь.
  Подчинённый вернулся в растерянности и снова попробовал - уже не надеясь на успех.
  На компьютере на запястье вспыхнула фраза.
  'Просто накиньте. Я пока подержу'.
  Через некоторое время и камера, и микрофон оказались аккуратно упакованы, помещение осмотрено, и у Николая забрали наручники, свободно подвешенные на запястьях.
  С ним поздоровался Цехоцкий в гражданском. Всё это время космополицейский скрывал лицо. Неизвестно, что могут подумать и предпринять преступники, увидев его. Космическому отделению полиции вообще здесь не место.
  Мужчины обернулись к девочке в углу кровати. Она сжалась ещё сильнее, по щекам текли слёзы.
  Лейтенант покачал головой:
  - Андрюх, ты уверен, что это хорошая идея? У неё же истерика. Как мы её сейчас арестуем? Может, ей успокоительного дать?
  - Насильно? - хмыкнул тот. - Да и неизвестно, под какими они лекарствами уже. Дана говорила, что принимает многое, чтобы... вытерпеть.
  Лейтенант несчастно поморщился.
  - Эх, что полковник с нами сделает... Ладно, а ты не можешь у Рахимова спросить, что он со своей делал?
  - Приручал день за днём, - пожал плечами Андрей. - Давай пока просто вытащим её оттуда, а психологи на Церере разберутся. Коль, давай сюда эти наручники, просто свяжем руки чем-нибудь при выходе. Поиграем в садомазо, раз уж пришёл за этим.
  Младший сотрудник возник за плечом Цехоцкого с удивлённой миной:
  - Вы уже совсем заработались, начальство? Зачем вам эти наручники, это же сам Котласов! Я б его на самом деле арестовать и не решился бы.
  Николай хмыкнул. Лейтенант пожал плечами. Андрей вздохнул:
  Пойду попробую поговорить с ней.
  - Помягче там, а?
  - Не, судя по Дане, толку больше будет от повелительного и строгого тона.
  Котласов опёрся спиной на стену, наблюдая издали. Похоже, девочку пугали все до полной истерики. Чего ж эти бравые ребята додумались прийти строго мужским составом? Пять человек - и ни одной женщины.
  Кажется, они чего-то добились, потому как девочка забормотала что-то, глядя вниз, потом отчаянно замотала головой. Посмотрела на полицейский, и Николай уже явно различил слово 'пожалуйста!'
  Он не выдержал, подошёл к ним.
  - Николай, ты не знаешь случайно, что это за штука? - озабоченно спросил Цехоцкий.
  Девочка пальцами сжимала тонкий ошейник.
  - М-м... Ну... А что в нём необычного? Атрибут...
  - Да нет... Алина говорит, что ошейник не даст ей выйти.
  - Это как? - нахмурился Николай.
  - Она не знает. И я не пойму. Здесь какие-то сочленения...
  - У Амира сейчас и спросим, - пожал плечами Котласов. - Это по его части.
  Он нажал вызов, и увеличил голограмму.
  - Привет, - поздоровался Амир с Цехоцким. - Здравствуйте. Проблемы?
  Суть объяснили, и он попросил показать поближе ошейник. Потом попросил Николая запустить несколько приложений. Внимательно просмотрел результаты.
  - Вероятно, - наконец сказал он, - ошейник может начать её душить. Эти сочленения регулируют размер. Хотя может они просто для того, чтобы одевать на разных людей. Но в любом случае он напичкан электроникой, и квантовый контроллер тоже есть.
  - Он не следит за нами? - осторожно присмотрелся лейтенант.
  - Нет, ваша техника для обнаружения слежки работает на любые приборы. Вероятно это и в самом деле для контроля. Я бы на вашем месте не стал снимать его без специнструмента, если не хотите навредить ребёнку.
  - И что, нам ждать, пока подвезёт инструмент? - желчно спросил Андрей. - Амир, ты нам что-то конкретное посоветовать можешь?
  - Попробую. Как тебя зовут, ребёнок? - спокойно, но строго спросил он.
  Девочка молча сжалась.
  - Алина, - подсказал лейтенант.
  - Алина, скажи, при каких условиях должен сработать ошейник?
  - Если я выйду за дверь... - пролепетала та.
  - Коль, что за дверь там?
  - Да дверь как дверь, - отмахнулся Андрей.
  - Я что, тебя спрашиваю? - вздохнул Амир.
  - ДСП, электронный замок, датчик присутствия.
  Рахимов задумался. Потом спросил:
  - Что за датчик?
  - На такие двери всегда оптику ставят. Фотоэлектрические, тип 'Тёмный луч'.
  - Так, если это 'Тёмный луч', значит, светодиод на одной стороне двери и матрица фотодиодов на другой. Фотодиод ловит инфракрасный луч со светодиода и, если луч прервётся, значит человек вошёл.
  - Спасибо, - самым ехидным образом ответил Котласов. - Но я как-то в курсе работы оптических датчиков.
  - Я для Даны объясняю, - отмахнулся Амир. - На поверхности ошейника окошечко, там фотодиод, проходишь мимо светодиода двери, он ловит луч сам. По крайней мере фотодиод в окошечке регистрируется.
  - Так может его закрыть?
  - Лучше выжечь. На твоём компьютере должна быть лазерная указка, добавь мощности ватт до трёх, ему хватит. Только не попади по Алине.
  - Это точно поможет? - засомневался лейтенант.
  - Коля в любом случае может этот ошейник сломать. Просто пораните девочку в этом случае. Откуда вообще такая гадость взялась? Моя мне ничего такого не рассказывала.
  - Алина говорит, после того как одна девочка сбежала, всем такие стали делать. Что ж, - пожал плечами Андрей, - будем пробовать. Не отключайся.
  
  164.
  После окончания сеанса связи Дана сидела неподвижно, глядя в одну точку. Не отреагировала, даже когда Амир втащил её к себе на колени.
  - Малышка? - спросил он тихо. - Что с тобой?
  Вздохнула и пожала плечами.
  - А мы не можем так всех девочек вытащить?
  Не успел ответить, Дана покачала головой:
  - Прости, глупость сказала. Что теперь будет с Алиной?
  - Всё хорошо. Поселят на Церере, с ней будут работать психологи.
  - На Церере? - обеспокоилась Дана. - Почему? А нельзя её тоже привезти сюда? Хотя бы на время?
  Амир обнял её крепче:
  - Нельзя. Теперь начальник Андрея будет возбуждать уголовное дело, им нужны свидетели, пострадавшие, нужны факты и доказательства. А Алине нужна квалифицированная помощь.
  - А мне? - девушка с вызовом глянула на него.
  Амир помолчал.
  - И тебе. Для начала тебя надо будет свозить на Каллисто, к психологу. Я думал, сначала тебя хотя бы чуть-чуть подлечить.
  - Глупости! - погрустнела она. - Ничего эти психологи не помогают. К ним ходят богатые, которым нечего делать. Ни мне, ни Алине не нужны такие. Только хуже сделают.
  Он погладил её плечи:
  - Разберёмся. Ты её знаешь?
  Дана покачала головой:
  - Наверное, после меня появилась. Хочу её спросить, как там девочки, - она погрустнела. - Кто ещё остался.
  - Ты поэтому хочешь, чтобы её привезли сюда? Чтобы поговорить с ней?
  - Нет, просто ты же сам говорил, что здесь безопасно. А что? - девушка настороженно посмотрела ему в лицо, - может быть, я не смогу с ней поговорить?
  Амир нахмурился:
  - Я должен был подумать, что ты захочешь этого.
  Её губы, кажется, задрожали, и Дана попыталась взять себя в руки.
  - Но ты же сам говорил, от неё трудно будет добиться чего-то! А я могу помочь. Вряд ли она так просто поверит, что вырвалась оттуда, я долгое время не верила, когда на Сатурн попала. Только потом начало появляться ощущение, что это всё на самом деле. Я знаю, как объяснить ей, как подобрать нужные слова.
  Она замолчала. Как сказать, что ей и самой это надо? Прошлое кошмарами приходило по ночам, и если Дана не просыпается с криками, как в кино, это не значит, что спит она спокойно. Кошмары жили не только во сне. Они виднелись в лицах незнакомцев, просвечивали из тёмных углов, подстерегали за углами. И пока они оставались призраками, покоя ей не будет. Столкнуться лицом к лицу и победить. Это единственный путь.
  И эти перспективы помогают жить.
  Амир смотрел ей в лицо, чуть прикусив губу. Вздохнул, видимо понял.
  - С утра, после завтрака, летим на Цереру. Я договорюсь с Андреем, вам устроят разговор.
  
  165.
  Для разговора полицейские создали девушкам полный комфорт. Удобная гостиная, мягкие кресла, столик, накрытый на двоих. Бананы, персики, творожные тортики и душистый чай. Дана могла предугадать реакцию Алины на эти вкусности. Сначала придётся её накормить хорошенько, потом только разговаривать. А накормить будет трудновато. Надо убедить, что еда просто так, можно брать и ничего за это не будет.
  Девочку усадили в кресло, Дана сама села в другое. Полицейские ушли.
  А Амир остался.
  Он встал у двери, скрестив руки на груди.
  - Ты же не собираешься здесь остаться? - осторожно спросила Дана.
  - Я буду с тобой, - просто пояснил он.
  - Нет! - с лёгким отчаянием. - Пожалуйста, оставь нас одних. Алина тебя боится. Она вряд ли будет говорить при тебе.
  - Маленькая, я тебя не оставлю. Воспоминания могут быть суровыми, тебе нужна поддержка.
  - Амир, пожалуйста! - встала, подошла к нему, взяв за руки. - Пожалуйста, дай нам поговорить. Я справлюсь со своими воспоминаниями. А Алина - нет. Ты пугаешь её.
  Он упрямо сжал губы:
  - Мне жаль Алину, и я хочу, чтобы с ней было всё хорошо. И я хочу найти и освободить остальных. Но тебя я люблю, и ты для меня гораздо дороже их всех. И подвергать тебя испытаниям я не позволю.
  - Но дело не в испытаниях, - покачала головой Дана. - Я не смогу свободно говорить при тебе. Вспомни, как ты реагируешь на... Я просто не смогу многое сказать, ну почему ты не понимаешь!
  Амир обхватил её талию ладонями и прижал к себе:
  - Я справлюсь со своими реакциями. Буду просто для поддержки.
  - Амир, нет! - девушка рассердилась. Возражать чуть страшновато, но нет другого выхода. Она уставилась на грудь, обтянутую форменной тканью, не в силах поднять глаза выше. - Выйди, пожалуйста, и подожди за дверью.
  Как могла твёрдо. Пусть он даже рассердится...
  Но он подхватил её на руки и жёстко впился поцелуем, так, что перехватило дыхание. Его губы требовали и подчиняли, и Дана не решилась возражать. Обхватила его шею, прижимаясь к груди, и расслабилась. Привычный страх поднял голову где-то внутри - и ещё что-то непривычное. Желание быть ещё ближе, покориться натиску его губ, зарождающаяся страсть. Сами ощущения пугали Дану ещё сильнее, чем предполагаемый гнев Амира, но как не хотелось всё это заканчивать!
  Тем не менее, она оттолкнула его мягко и тихо сказала:
  - Мы пугаем Алину.
  Два шага - Амир вытащил её за дверь, поставил на пол, но не отпустил, по-прежнему обнимая ладонями талию. Огромные пальцы вдавливались в её тело - но девушка понимала, что он удерживает её осторожно, ровно с той силой, которую считает нужной. Даже в этих вспышках возмущения не причинил ей ни малейшей боли.
  - Даная. - Он покачал головой. Одна рука скользнула по её бедру вниз, потом вверх, по спине, по-хозяйски огладила грудь, и обхватила её голову.
  Она глубоко вздохнула, прогоняя робость и глупое желание броситься на колени и просить прощение, взяла себя в руки - хоть сколько-нибудь. Прижалась к нему, спрятав лицо на груди.
  - Амир, спасибо тебе. Ты самый лучший. Благодаря тебе у меня - у всех нас - теперь есть надежда. Но ведь ещё только самое начало, и ты сам говорил, что путь предстоит трудный. Как же я могу испугаться и отступить в самом начале? Поверь, я готова ко многому. И ничего теперь не случится страшнее, чем уже было. Просто позволь мне, ладно?
  Он сжал губы. Отпустил её.
  - Потом мы поговорим.
  Дана согласно кивнула и вернулась в комнату. Девочка так и сидела, и не подумав прикоснуться к вкусностям.
  Устроилась в кресле напротив. Взгляд упал на камеру под потолком... и она нерешительно позвала в объектив:
  - Амир! Пожалуйста...
  Молчание. Конечно, камеры не разговаривают. Но...
  - Амир, пожалуйста не слушай нас.
  Дверь рывком распахнулась. Он молча поглядел на Дану в упор и вышел снова.
  
  166.
  Дана взяла банан и протянула девочке. Сказала как могла твёрдо:
  - Бери.
  Та скорчилась в кресле, поглядывая исподлобья. Нерешительно протянула руку. Взяла банан.
  - Если ты не поешь сейчас, я не знаю, когда тебя будут кормить в следующий раз.
  Это был железный аргумент для неё самой - всю жизнь. И если что-то способно перебороть страх, то только это.
  Дана подождала, пока та съест банан, пододвинула ей тортик и чай.
  - Меня зовут Дана, - начала она, - и я несколько лет назад сбежала из твоего борделя.
  Алина подалась вперёд и воскликнула:
  - Дана?! Но ты же умерла!
  - Это почему это я умерла? - опешила та.
  - Нам рассказывали... когда ошейники показали... Что Дана пыталась сбежать... но её нашли и убили в космопорте. Может, это была другая Дана?
  - Вряд ли. Разве бывают такие совпадения? Но на всякий случай... Расскажи, как там Ада, Настя, Лена?
  - Как и все... - запал и удивление девочки начали проходить, на глазах она замыкалась в себе. - Я с ними не очень общаюсь. Только с Элей.
  - Эля? Светленькая, но смуглая, с карими глазами?
  - Всё-таки ты та самая Дана, - тихо сказала Алина. Она снова сжалась, и голос звучал еле слышно. - Жаль, девочки не знают, что ты выжила. Но как? Как ты умудрилась передать весточку наружу?
  - Я не передавала, - недоумённо пожала плечами.
  - Но говорили, что тебе помог кто-то. Не из наших.
  - Я попросила клиента, прямо на месте. Он меня забрал, и я работала на него некоторое время.
  Алина окончательно сникла.
  - А потом тебя тоже арестовали? Где мы? Что с нами сделают?
  - Всё будет хорошо теперь. Тебя не арестовали. Тебя спасли. Тот мужчина, который играл роль клиента - друг.
  Дана старалась доброжелательно улыбаться и говорить спокойно. Хотелось, чтобы Алина ей поверила, послушала, перестала бояться. Но та тихонько качала головой.
  - Друг? Я не хочу таких друзей... Что сделает полиция? Я не хочу в тюрьму... Но лучше в тюрьму, наверное, чем... Чем такой...
  Стало слегка обидно за Николая. Парадоксально - потому, что точно так же и сама Дана боялась юпитериан сначала. Сейчас - меньше, но всё равно...
  - Он хороший. Но ты ему не нужна. Мы просто хотим найти это место, чтобы спасти остальных.
  Но девочка тихо заплакала.
  - Ничего не выйдет... всех убьют... и меня найдут...
  - Никто тебя не тронет на Церере, - попыталась убедить Дана. Но ведь и сама не верила Амиру?
  - Они везде... И тебя найдут... Я не хочу, не хочу!.. И я не хочу ни на кого работать, я не проститутка!
  Дана легко пожала плечами:
  - А кто ты тогда?
  - Ты же знаешь! Меня там насильно держат! - всхлипнула девочка.
  Снова пожала плечами:
  - Ладно, но тебе не придётся больше так работать, если не захочешь. Полицейские тебе помогут, если ты поможешь им.
  Как бы не была эта девочка сейчас несчастна и запугана, но есть ещё остальные, и их надо найти. Если Николай не смог сделать, как договаривались... Тоже ещё, взрослый мужчина, не мог потерпеть, - промелькнула мысль. Но Дана её отогнала. Наглеть не надо.
  Ну и сделке будет больше доверия, чем просто чудесному спасению. Если только она не новичок совсем.
  - Сколько ты уже там?
  - Четыре года, - всхлипнула Алина. - Пожалуйста, Дана! Помоги мне! Я хочу к маме и папе!
  Прозвучало как гром среди ясного неба. Почему все решили, что эта девочка - такая же сиротка, как Дана или Настя?
  - А где твои мама и папа?
  - Мы прилетали на землю... - слёзы текли по щекам Алины, - я потерялась... встретила женщину... она отвела меня в кафе... я пила чай, потом не помню... Потом было то место...
  - Так надо найти твоих родителей! - Дана даже воодушевилась. - Но ты нам тоже должна помочь. Ты ведь хочешь освободить остальных?
  - А я? - с тревогой спрашивала девочка. - Меня тоже освободят?
  - Тебя уже освободили, глупая, - улыбнулась тепло. - Тебя не арестовали, это сделано просто чтобы никто ничего не заподозрил. Полицейские найдут твоих родителей. Но им надо, чтобы ты помогла найти остальных.
  - Я не хочу... - судорожно всхлипнула Алина. - Я боюсь!
  - Всё будет хорошо. Церера - это управление космической полицией, здесь тебя не тронут, даже если найдут. Ну или в самом крайнем случае попрошу Амира взять тебя на Ганимед.
  - Кого? - девочка подозрительно нахмурилась.
  - Это мой...
  Дана запнулась. Кто? В нормальном обществе женщина может сказать на мужчину 'мой друг'. Но как-то язык не повернулся назвать так Амира. Она рядом с ним не имеет никакого статуса, даже замужем за другим человеком.
  - ... Покровитель. - В конце концов, по факту так и есть.
  - Который здесь только что был?
  - Да. Он имеет большой вес на Ганимеде. Можем его попросить.
  Алина испугалась:
  - Нет, на надо! Я лучше здесь. Меня они пугают.
  - Тебя никто не тронет.
  - И зачем я им тогда? - горько спросила девочка. - Если не буду работать, как ты?
  - Я не работаю, - попыталась объяснить Дана. - Я просто живу с ним.
  - Но ты говорила...
  - Это были другие люди. Пираты, сейчас они в розыске.
  - Поэтому тебя арестовали?
  - Да не арестовали меня! - кажется, у неё не так много терпения, как думалось в начале. - Я здесь, чтобы поговорить с тобой. Помочь тебе и попросить тебя помочь нам.
  - Я сделаю всё, если меня не отдадут такому, как твой покровитель - или тот клиент. Я думала, что умру, когда его увидела. Я бы не выдержала...
  Она снова начала всхлипывать.
  - В таких случаях тебе надо просто попросить сделать всё самой, - сочувственно посоветовала Дана. - Разве девочки тебе не говорили?
  - Говорили! - заплакала та. - Но как я могу? Я не проститутка! Они заставляют меня, но я никогда не буду делать такое по собственной воле!
  Дана не мешала девочке плакать. Включила чашку с чаем на подогрев и пододвинула ей тортик.
  - Алина, пожалуйста, помоги полиции. Они найдут твоих маму и папу, и ты вернёшься домой, только помоги найти то место. Ты ведь не сможешь жить спокойно, пока они на свободе. А когда их всех арестуют, можно будет уже не бояться.
  Та посмотрела на неё сквозь слёзы, кивнула и продолжила плакать.
  167.
  Амир ждал её под дверью.
  Он обнял ладонями её плечи и всмотрелся в лицо:
  - С тобой всё нормально?
  Дана кивнула. Осторожно вывернулась из его рук.
  - Где полицейские? Надо найти её маму и папу.
  Амир нахмурился сердито и прижал девушку к себе:
  - У неё есть родители? Пошли-ка, скажем Андрею.
  К тому в кабинет надо было идти через коридоры. Дана молчала, размышляя.
  Алина - из нормальной жизни. Мама, папа, хорошая работа, муж. Тот кошмар, что был в её жизни - как будто сбой. Не должны девочки из приличных семей попадать в такую клоаку. Это удел таких, как Дана.
  Как неправильно получилось.
  Казалось бы, страшная доля уравняла их обеих, стёрла границы между хорошей девочкой и цыганкой-бродяжкой.
  Ан нет. Алина так и не прогнулась, не стала безликим орудием незаконных развлечений мужчин. Она не стала проституткой, как её не заставляли. Подумать, каких мучений ей это стоило! Упрямство и сопротивление жестоко наказывалось, хоть и совершенно не мешало использовать девочек.
  А Дана поддалась. Потому, что изначально она другая.
  И Амир, который твёрдо и осторожно держит её за плечи, просто пока не понял этого. В его мире живут как раз такие, приличные девочки. Он просто не знает, что бывают другие. Намерен спасти и помочь. Только ничего не выйдет. Взрослого человека не переделать. Пропасть между ними не преодолеть.
  Всё вокруг вдруг стало чужим и враждебным. Цивилизованный мир словно выталкивал её из себя, подбрасывая напоминания о том, как должно быть. Она снова забыла своё место, но стоит ли ждать, пока на него укажут? Нет, лучше не пытаться прыгнуть выше головы.
  Только как объяснить это Амиру?
  
  168.
  Цехоцкий сидел за столом, подперев ладонями лоб. Вздохнул и встал, привествуя.
  - Как успехи?
  Амир сочувственно спросил:
  - Ругался?
  - Ещё как! Сначала даже приказал срочно вернуть девочку с Цереры на Землю. К счастью, выпендриваться и утверждать, что полиция обеспечит надёжную охрану, не стал. Алина остаётся здесь. Расследованием теперь займутся официально. Но если только обнаружится, что наши такие-сякие действия привели к ухудшению ситуации, мне влепят выговор.
  - Извини, - вздохнул Амир.
  - Ну, иначе никак не получалось. Зато теперь у нас что-то есть. Вот, присаживайтесь, там стулья. Дана, как у вас дела?
  - Надо найти родителей Алины, - сразу сообразила, о чём он спрашивает.
  - Родителей?
  - Да, она сказала, что её украли у них.
  - Да ладно?! - удивился Цехоцкий. - Нам она ничего вообще не сказала! Как у вас получилось?
  - Мы поговорили...
  - Вы ещё и говорили? Даная, не хотите к нам работать?
  - Вы ведь не серьёзно, - погрустнела девушка.
  - Не шути так, - тихо попросил Амир.
  - Прошу прощения, - пожал плечами тот. - Но это не шутка в смысле шутки. Если у вас нет спецобразования, можно вступить в волонтёры. После волонтёрства можно официально попасть в стажёры и даже - в перспективе получить погоны.
  - Даже с незаконченной общей школой? - сердито уточнил Амир.
  - М-м... Надо уточнить. Может, придётся экстерном закончить.
  - И кто угодно может?
  - Дана, зачем тебе это? - юпитерианин напрягся. - Это опасно, постоянный риск, да и нервная работа, нервы надо иметь железные.
  - Я не боюсь... - она уставилась в пол. Кажется, где-то на горизонте всплыла надежда.
  - Волонтёры живут в специальных лагерях. И там по большей части мужчины, - как будто непринуждённо пояснил Амир. - И в космополиции большинство мужчин.
  Дана вздрогнула всем телом, представив. Вот и этот путь не для неё.
  - Ну ты и сволочь, - очень тихо сказал Андрей.
  - Нисколько, - процедил юпитерианин.
  - Даная, хорошо, о чём ещё вы говорили? Она сказала, где искать родителей?
  - Нет, но вы её спросите, - подняла глаза девушка.
  - С нами она говорить не стала вообще. Даже с женщинами-психологами. У вас особый талант.
  - Скорее, Алина удивилась, что я жива. Я так понимаю, всем девочкам сказали, что меня убили за побег. Поэтому она заговорила. Но основном боялась и плакала.
  - Ладно, попробуем расспросить про родителей. Пообещаем найти, может, скажет, как. Она же может оказаться несовершеннолетней, мы вообще её не должны допрашивать тогда отдельно от них. Даная, спасибо, если что, мы можем к вам обратиться?
  Она посмотрела вопросительно на Амира, тот кивнул.
  
  169.
  - Полетели домой?
  - Домой? - не поняла Дана. Они снова шагали по длинному коридору - куда-то, ей не очень важно. Просто шла, куда ведут.
  - На Ганимед, - Амир улыбнулся и обнял её крепче. - В полёте перекусим. Или ты хочешь ещё остаться, пообщаться с Алиной?
  Дана пожала плечами. Общаться с Алиной не очень хотелось, почему-то.
  - Тебе же надо работать, - несмело напомнила она.
  - Работает Ильгиз, - усмехнулся. - Если тебе надо, мы ещё останемся.
  - Нет, полетели.
  Дане больше нечего сказать этой девочке из приличной семьи, которая попала в беду. Теперь найдут её родителей, и всё будет хорошо.
  У неё своя жизнь. Другая.
  
  Амир сам устанавливал курс в системе управления катером, выводил его на орбиту, направлял на траекторию. Дана на пути туда даже хотела спросить, есть ли у него удостоверение космического пилота, но постеснялась. Это прозвучало бы грубо. Раз летает, значит есть.
  Когда катер выключил двигатели, направляясь в систему Юпитера, Амир сел рядом с Даной в пассажирское кресло и спросил:
  - Ну, и что случилось?
  Удивлённо вскинула взгляд:
  - Где?
  - Не играй дурочку, малышка, - устало качнул головой юпитерианин. - Что такого ты услышала от этой Алины, что на тебе с тех пор лица нет?
  - Нет, это не из-за Алины, - она попыталась отмахнуться небрежно и натурально. - Я расстроилась, что ещё кое-где работать не смогу. Просто я пока даже не знаю - где. Все варианты, которые придумываются, ты отсеиваешь.
  Он сжал губы и качнул головой сердито.
  - Какие ещё варианты? Кто-то в шутку что-то сказал - это варианты? Просто сломя голову метнуться, не подумав, не разобравшись, не узнав? Я, если что, хочу, чтобы ты сначала получила школьный аттестат, избавилась от своих проблем со здоровьем и психикой и тогда выяснила, что тебе нравится, что у тебя получается. А ты готова взяться за что попало. Какой тебе смысл в этой космополиции? Андрей может сколько угодно узнавать, но я тебе скажу сразу - без аттестата не возьмут. Практически никуда. А с ним тебе откроется множество дорог. За те же пару лет волонтёрства ты вполне окончишь какие-нибудь курсы, получишь много других профессий. Те, которые нравятся! Ты даже не представляешь, сколько возможностей работать у людей, которые этого хотят! А ты хочешь. Или? Хочешь устроиться, или хочешь работать? Готова ли ты изо дня в день заниматься тем, что считаешь непонятным и неправильным? Контактировать с людьми, выполнять распоряжения, достигать результата? Как у тебя с математикой, например?
  Дана вздрогнула, покраснела и опустила глаза.
  - Как решаются квадратные уравнения?
  - Я не помню... - выдавила она.
  - Ты хотела торговать своим телом, - хладнокровно напомнил Амир. - А теперь представь себе какие-нибудь астероиды, где на это будет спрос, и полиция не будет вмешиваться. Сколько-то ты, конечно, проработаешь, а потом? Когда начнёшь терять свежесть, потому как нет там возможностей - да и заработков не хватит - так ухаживать за собой, как ты делаешь это. Когда подхватишь кучу болезней, которые требуют профессионального лечения, а на тебя распространяются только простейшие медицинские услуги. И все скопленные деньги уйдут на лечение. И хорошо, если их хватит. Потому, что копить тоже надо уметь. Деньги теряются, обесцениваются, тратятся, и для того, чтобы иметь что-нибудь на старость, надо в этом разбираться. Например, знать математику. Да тебя обманет первый встречный! А пенсии от государства у тебя не будет.
  Дана уставилась в колени и замерла. Маленькое движение, даже лишний вздох - и разрыдается. Нельзя, нельзя показывать мужчине своих слёз.
  Но если бы она могла сделать ему так же больно, как он ей...
  - Сердце моё, - продолжил, всё так же невозмутимо. - У тебя полно смелости и решимости. Но не хватает опыта и знаний, чтобы в одиночку устроить свою жизнь. Ни у кого не хватает. Всех хоть кто-нибудь, да поддерживает. Государство, семья, друзья. Ты нашла поддержку - и не надо сопротивляться. Садись за учебник и три дня тебе на квадратные уравнения.
  
  170.
  Дана кивнула, и снова уставилась в колени. Эти идиотские уравнения никак не давались, да и простейшие арифметические действия, нужные для этого, пришлось долго и мучительно повторять. Но Амир прав. Школьный аттестат ей нужен. Надо посвятить этому все перерывы между танцами и лечением.
  Как-то внезапно наросло много занятий, и они занимали много времени. Раньше в её жизни были только танцы, работа на Даниэля и косметические процедуры. Казалось бы, должно стать посвободнее, ведь теперь не надо работать. Автоматические программы уборки в квартире Амира пришлось осваивать, они очень отличались от всего, что было на Сатурне. Но оказались легче и проще, это факт.
  Куда теперь уходило время, Дана не представляла.
  - Данечка...
  Он взял её ладонь в свои, и нежно погладил.
  - А теперь скажи, что на самом деле случилось.
  Девушка испуганно вскинула взгляд, и вжала голову в плечи.
  - Ну ты чего? - насмешливо улыбнулся Амир. - Я же не ругаю тебя. Но мрачной ты стала после разговора с этой Алиной, а не с Андреем. Что она тебе сказала?
  Дана слегка улыбнулась, постаравшись, чтобы это вышло непринуждённо.
  - Да ничего. Мы просто говорили.
  - Дана, не обманывай меня, пожалуйста, - вздохнул Амир. - Эта девочка умудрилась ляпнуть что-то такое, что уверило тебя в собственной неполноценности, в том, что ты из низших слоёв общества и не такая, как она. Расскажи мне.
  Она напряглась испуганно:
  - Откуда ты знаешь?
  - Я тебя знаю. Ну, рассказывай.
  - Что?
  - Что такого она сказала.
  Дана беспомощно поглядела на него. Никогда не позволяет ей возразить, настоять на своём. Либо уступает - либо заставляет.
  И, похоже, сейчас уступать не намерен.
  Может, это и к лучшему? Нет, не расставить все точки сразу, заронить в его голову мысли, ведь лучше сразу, чем мучиться долго...
  Она пересказала содержание разговора, не акцентируя внимание ни на чём. Сам решит потом, что к чему.
  Решил.
  Дана сразу поняла это, когда Амир подался к ней всем телом, нависая горой, вытягивая до упора ремни кресла. Лицо его напряглось - не особенно сдерживаемый гнев.
  - Чтоб я. Хоть ещё раз. Вышел, когда ты просишь! Даная, я с самого начала понял, что придётся бороться с твоим гигантским комплексом неполноценности, но я совсем не вижу никакого прогресса! Одно самоуничижение, вот поводы для этого ты выискиваешь искусно! Как будто специально... Теперь тебя впечатлила девочка, которая, в отличие от тебя, попав в такое отчаянное положение, даже не попыталась хоть как-то приспособиться, выжить, хоть что-нибудь сделать! В то время, как ты и твои подруги держались вместе, старались помочь друг другу, она почти ни с кем не общалась, замкнулась в себе и держалась за своё ненужное уже достоинство. Тебе ни о чём не говорит ситуация - ты единственная из всех смогла освободиться! Я уверен, что больше никто не смог, иначе мы про это знали бы, поверь. Ребров, начальник Андрея, выяснял. Понимаешь, никто не смог сбежать, кроме тебя! Ты как раз действовала по ситуации, старалась подстроиться, усыпить бдительность, остаться в живых и освободиться. Сохранить здоровье и психику, насколько это возможно в таких условиях. Даная, ты перехитрила опытных, прожжёных преступников! Организаторов банды, которая не оставляла следов, не попадалась на глаза полиции, хотя даже сложно представить, сколько людей в этом завязаны. После всего, что выпало на твою долю, ты ещё и не пытаешься забыть, начать новую жизнь, а хочешь помочь остальным, спасти подруг. Хотя большинство на твоём месте с радостью бы не вспоминали о прошедшем. Я уверен, что, когда найдутся родители Алины, они вместе улетят домой и будут изо всех сил избегать полиции и расследования, под предлогом, что ребёнок и так столько пережил, и оставьте её в покое. Ты по-прежнему будешь считать её образцом хорошей девочки? Хотя она ничего не сделала для своего спасения, всё самое главное сделала ты!
  - Не я, а... - попыталась возразить Дана.
  - Нет, ты. Ни Коля, ни я ничего особенного не сделали, даже наоборот, не смогли очень многого. А полиция - там только Андрей рисковал, остальные отделались бы понижением, если бы что-то пошло не так. А ты - это ты спасла Алину. А сама она даже не попыталась что-то сделать. Я понимаю, когда боится полиции маленькая цыганочка, которую с детства приучали считать их врагами, но девочка из благополучной семьи должна была в первую очередь попросить помощи! Она вряд ли о чём-то думала. Я её не виню, и никто не стал бы, не всем дана такая сила воли, такая стойкость и самоотверженность, как у тебя. Ещё бы мозгов тебе хоть немного, малышка... Я мог бы думать за двоих, но ты мне не доверяешь, скрываешься, изворачиваешься и обманываешь, и все соображения уходят на то, как бы тебя разоблачить, понять, разгадать.
  Он посмотрел наручный компьютер, отстегнулся, освободил от ремней и Дану и усадил к себе на колени. Девушка испугалась. Она немного побаивалась космических перелётов после путешествия на Сатурн в багажном отсеке. Совсем чуть-чуть, и старалась не подавать виду.
  - Разве можно отстёгивать ремни?
  - Мы вышли из пояса астероидов, перешли на постоянную скорость, сейчас очень даже можно. А я хочу тебя обнять. Ну, успокойся. Ты дрожишь.
  Дана судорожно выдохнула, прижалась к его груди и попыталась расслабиться. То, что он говорил... Это совсем непонятно. И не может быть правдой. Хотя звучит логично, правильно. Но так не может быть. Амир просто хочет её успокоить.
  
  171.
  Дана впервые пробовала жить с мужчиной, и для неё оказалось полной неожиданностью то, что Амир по ночам, в основном, падал в кровать, подгребал её под бок и засыпал. Не потому, что сдерживал себя, или что-то в подобном роде. Просто работал, приходил только забрать Дану в столовую, а после ужина ещё разбирал документы, иногда уходил, по его словам - поговорить с сотрудниками. Девушка считала, что умеет устроить лучший отдых для усталого мужчины. Но Амир засыпал слишком быстро, а когда всё-таки находилась возможность - отказывался. 'Данечка, малышка, я сейчас ничего не могу дать тебе. Мы ведь договорились, это обязательное условие'.
  Он обещал, что вот-вот разгребёт хотя бы Сатурн - 'я же не могу бросить всё это на одного Котласова! Во-первых, просто некрасиво. Во-вторых, он всё себе захапает.
  Что же делать, если Дана знает только один способ выражения благодарности мужчине, а Амир не позволяет этого?
  И, кроме того, она уже с нетерпением ждала их редких ночей. Нравились эти яркие необычные ощущения, его уверенные движения, и чувство беспомощности и зависимости уже не внушало страха, а дарило наслаждение. Девушка понимала, что поступает нечестно, полностью отдаваясь его рукам и своему удовольствию, их учили ни на минуту не забывать о мужчине, вбивали, как непреложную истину, что секс - это тяжёлый труд. Но когда Амир прижимал её к постели своим тяжёлым телом, вдавливал её ладони в подушку, Дана внезапно забывала все вбитые за годы умения и навыки, и только стонала, задыхаясь от резкой, нестерпимой страсти и изгибалась, пытаясь стать ещё - на миллиметр - ближе.
  Несомненно, если бы он лежал спокойно и доверил дело ей, не пришлось бы тратить столько сил, усталость не стала бы препятствием. Слишком мало ей позволено из того, чему учили девять лет.
  Но пока Дана до конца не понимала, что он хочет, что считает правильным.
  На самом деле в глубине души засел страх сделать что-то не то. Не опасение рассердить, а глупая и нелогичная боязнь надоесть. В самом деле, сколько у него было таких, как она? Но в запасных комнатах его квартиры до Даны никто не селился. Не то, чтобы она чувствовала себя избранной, особенной из-за этого. Просто её некуда больше девать. А так - обычное увлечение, очень временное. Ей рассказывали, что не стоит верить мужчине, который обещает быть вместе вечно. Да и сама видела не раз - ни один регулярный посетитель не становился регулярным для одной, конкретной девочки. Рано или поздно любому надоедало такое однообразие.
  Кажется, должна быть ещё настоящая любовь. Такие книжки никогда не разрешали читать, и Дана плохо понимала, что это. Но была уверена: все эти страсти от эгоизма и капризов.
  Поэтому рано или поздно она надоест Амиру. Это было бы идеальным вариантом, ведь сбежать в благодарность за его помощь нельзя. И жить на коротком поводке не хотелось. А вот если он сам охладеет - Дана станет свободной!
  Это должно было обнадёживать. Но почему-то пугало. Совершенно непонятно почему, наверное, первобытный страх одиночества, боязнь быть отвергнутой, природное желание женщины нравиться мужчинам.
  Так-то Дане бы очень подошёл такой расклад.
  Амир ведь не давал ей ничего сделать, проявить себя, свои таланты. Это ужасно нечестно - не так много их у Даны. Когда-то он говорил, что ему нравятся её танцы - давно. Он домой возвращается прямо перед ужином, какие уж танцы после ужина?
  Но ведь ему тоже что-то нравится, а что-то - нет. Более того, он что-то хочет от Даны, просто она пока не понимает.
  Не спрашивать же у кого-то! Это даже не те темы, на которые можно поговорить с Ильгизом или Наташей. А Амир сам ничего толком не объясняет.
  Дану это даже раздражало.
  Хотя... не все такие щепетильные и хранят чужие тайны. Вспомнилась Роза из бухгалтерии, которая прямо-таки горела желанием объяснить самые интимные подробности. Можно было просто сидеть и слушать.
  Только в бухгалтерию снова Дана не придёт. Амир и в первый-то раз не поверил её оправданиям.
  Просто кроме Розы никто не будет говорить на эти темы, и никто не знает. Да, заметно, что Дана ей не понравилась. Но ничего страшного она не сделала, а если будет язвить - так это не страшно. Как ещё должна себя вести нормальная женщина с такими, как Дана?
  Осталась малость - встретиться с Розой без ведома Амира.
  И, кажется, это совершенно невозможно.
  
  172.
  Через несколько дней Амир, забирая Дану на ужин, сообщил ей, что родителей Алины нашли.
  Девушка долго молчала. Не могла разобраться в чувствах, охвативших её. Чудесно знать, что хоть с одной из девочек всё теперь будет хорошо. И просто замечательно, что у неё есть те, кто может взять её домой. Позаботиться о ней. Сказать о любви. Быть рядом.
  Мама и папа.
  Интересно, каково это? Люди собираются за ужином, ездят вместе отдыхать, планируют, куда дети пойдут учиться, обсуждают проблемы и радости...
  Глубоко внутри внезапно возникла зависть к этой Алине. Непонятно откуда взялась, ведь Дана никогда не примеряла на себя чужих судеб, смиряясь со своей. Но остро вдруг захлестнуло сожаление...
  - Малыш? Ты чего погрустнела?
  Что вообще можно скрыть от Амира? И бесполезно сейчас молчать.
  - Родители... - вздохнула она тихонько. - Семья.
  Обнял её за плечи, выводя в коридоры:
  - У тебя тоже будет семья. Обязательно. Просто я тебя не тороплю. Хотя очень хочется.
  Это не то. Как он не понимает?
  - Но если хочешь, мы можем поискать и твоих родителей.
  Словно через силу сказал. Он не хочет этого на самом деле.
  - Не хочу.
  - Они ведь знали, что сделал с тобой жених? И не помешали ему?
  - Мой жених... считал себя в своём праве.
  - Как его звали?
  - Тебе зачем? - Дана вдруг сообразила - зачем. - Не надо, Амир! Пожалуйста, забудь об этом!
  - В наше просвещённое время за такие дикие обычаи наказывают. Но я хотел поговорить о другом. Ты говорила, что тебя подкинули. Куда?
  - Та семья, что растила меня до одиннадцати лет... Они нашли меня на пороге однажды. Когда у матери родился свой ребёнок, так что молоко было, и меня тоже выкормили. Так что я им благодарна.
  - И ты не знаешь, почему тебя подобрали? Просто пожалели?
  Пожала плечами.
  - Мы можем найти твоих биологических родителей.
  Дана попыталась отстраниться, но рука, которая нежно обнимала её плечи, в то же время и крепко удерживала.
  - Зачем? Я им не была нужна тогда. Может, конечно, вдруг стала нужна сейчас... Но для чего мне это? Никаких чувств быть не может. Семьи уже тоже не будет. И мне... честно говоря, не интересно.
  - Всё-таки подумай, - тихо сказал он.
  - Я понимаю, ты очень любишь своих просто замечательных родителей, и тебе трудно представить, что может быть иначе. Но давай оставим эту тему.
  Амир пожал плечами:
  - Как хочешь... Только зря ты пытаешься привести в пример моих родителей.
  - Ну у тебя же нормальная семья?
  - М-м... Можно сказать и так. Я потом тебя с ними познакомлю, когда сможешь свободно бывать на Земле.
  
  173.
  После ужина Амир отвёл Дану домой и устроил на диване.
  - Андрей говорит, Алину хотят забрать на Марс, и не позволяют космополиции с ней работать. Он просит тебя поговорить с ними, думает, вдруг ты сможешь убедить хотя бы сотрудничать. Я против, но, если ты всё-таки захочешь, на этот раз никуда выходить не буду.
  И он уверенно разместился рядом с ней и обнял покрепче.
  Дану кольнуло испугом это его 'я против'. Но запрещать ей Амир ничего не собирался, просто поставил в известность о своём отношении. Для неё очень важно довести до конца начатое - невзирая на препятствия.
  Несомненно, она сумела разговорить Алину раньше. И, возможно, сумела бы ещё раз.
  Но непонятные люди под названием 'родители' сидели рядом с дочерью и отвергали все попытки диалога.
  Это ведь нечестно, люди, которые не обязаны совершенно, спасли Алину, и пожалели её настолько, что разрушили перспективы освободить других ради одной. А она теперь не хочет помочь - и ведь ничего такого не требуется. Освободить её же подруг сложно, и девочка может сдвинуть дело с мёртвой точки. Ей это ничего не будет стоить - кроме разговоров.
  Но - все аргументы разбивались о непреклонное 'оставьте ребёнка в покое, разве она мало перенесла?'
  Дана попробовала и сыграть на чувствах. Напомнить, что у других девочек тоже есть родители, которые их ждут. Ей казалось, это железный аргумент.
  Не в этот раз.
  После недовольного 'Пусть ищут. Мы же свою нашли!' Амир решительно прервал сеанс.
  - Хватит. Ты же видишь - бесполезно. Некоторые люди ужасно твердолобы.
  - Но ведь всё напрасно! Николай помогал, и полицейские - им же попало за это. И ничего не добились! - Дана всхлипнула.
  - Ну не совсем уж, - Амир подтянул её на колени. - По крайней мере, теперь земная полиция открыла дело. Официально. Может, через суд пришлют повестку.
  - Да?! - с надеждой Дана взглянула ему в глаза.
  - Они могут отказаться, Алина несовершеннолетняя. Но поверь, полиция перевернёт всё вверх дном, чтобы найти их. И не только земная. Найдут подход и к родителям Алины. Андрей даже денег им предлагал от моего имени. Мол, на хороших психологов пригодится. Что-нибудь придумают. Данечка, хочешь поплакать - не сдерживайся.
  - Я... - она снова всхлипнула. - Я не буду...
  - Давай, - прижал её голову к своей груди. - Не держи всё в себе.
  И Дана перестала сдерживать слёзы. То, чего она не позволяла в присутствии мужчин.
  
  174.
  Юпитер опять на Ильгизе. Хотя Дана считает, что Амир работает.
  Жаль, не получится выписать заму премию за счёт собственной зарплаты. Это срабатывало первые два раза, потом друг разобрался, откуда идут надбавки. Все кадры идут через него, поэтому он просто не подписывает приказы о премировании.
  Хотя и нечестно - сваливать на него работу, пока Амир занимается посторонними делами.
  До Марса с Ганимеда рукой подать. Хотя приходится лететь через Юпитер - всё равно недалеко. Ещё не кончилось утро по всемирному координированному времени, как Амир уже стоял перед дверью небольшой марсианской усадьбы.
  Дверь не открылась, и видеопроекция хозяина дома метнула злобное 'Убирайтесь!'
  - Откройте, - хладнокровно велел юпитерианин.
  - Нет. Немедленно уходите, никто не собирается с вами разговаривать. Оставьте нас в покое.
  Амир активировал радиоканал на миникомпьютере на запястье. Набрал сервисный код и активировал подключение. Пара пунктов меню, настройки, и замок издал сигнал отключения питания. Сильный толчок - и дверь отошла в сторону.
  Он вошёл внутрь и вежливо поздоровался.
  - Послушайте! - хозяин сочился яростью. - Хоть вы и спасли нашу Алину, это не даёт вам права на подобные действия! Алина не хочет вас видеть, вы её пугаете!
  - Вячеслав Георгиевич, это был не я, - поморщился Амир. Конечно, для этих людей все юпитериане на одно лицо, но уж спасителя собственной дочери можно было запомнить. И, желательно, поблагодарить. - Алину спас Николай Андреевич Котласов, директор 'Главкосмосстройпроекта'. Меня зовут Амир Василевич Рахимов, и я директор 'Метролаба'.
  - Это должно меня впечатлить? - глянул исподлобья.
  Юпитерианин хмыкнул.
  - Да я понял, вас ничем не впечатлишь. Но мне и не нужно вас впечатлять. Понял, что вам абсолютно наплевать на девочек, ради которых полицейские рисковали своими погонами, а солидный человек притворялся скучающим извращенцем. Я хотел просто сказать, что я люблю Дану, которая тоже была жертвой, как и ваша Алина.
  - Дана - ваша дочь? - настороженно спросил Вячеслав Георгиевич.
  Что-то больно сжалось в груди от этих слов, вскипая яростью. Амир медленно моргнул и превратил рвущуюся злобную гримасу в лёгкую саркастическую усмешку.
  Ещё не время нагнетать.
  - Дана - моя любовница. Я знаю, насколько тяжело ей пришлось, что она пережила, и сделаю всё, что она захочет, выполню каждое её желание, любой каприз. А особенно я готов помочь ей спасти её подруг. Возможно, Котласов и отступится, встретившись с реальностью, попав в её тупики. Возможно, у полиции связаны руки законами. Но я, - он пожал плечами, - мне-то ничего не мешает. Вы точно про меня ничего не слышали?
  Марсианин напрягся. Видно было, что он сдерживает гнев, и давно бы выкинул незваного гостя из дома, вот только худощавое телосложение обывателя с небольшой благоустроенной планеты не противопоставишь стальным мускулам, проверенным Юпитером.
  - Слышал.
  - Так вот, я сначала просто попрошу вас позволить Алине помочь.
  - Я сейчас вызову полицию, - прошипел отец.
  Амир не сдержал насмешливой улыбки:
  - Вызывайте. Я даже мешать не буду. Хотя мог бы заглушить всю вашу внешнюю связь парой опций на миникомпьютере. Вызов пойдёт через ту самую Цереру, с которой вы забрали дочь, вопреки рекомендациям полицейских и психологов.
  - Вы в любом случае не имеет права являться сюда!
  - Не имею, - он продолжал доброжелательно улыбаться, даже наклонился к собеседнику. - А знаете, на что я имею право? На внеплановую проверку марсианских поселений. У вас кажется, в Арсии, последняя была пять лет назад? Раз в четыре года 'Метролаб' имеет право проводить инспекции.
  Марсианин побледнел и вжался в стену.
  - Наслышаны про ваши инспекции с высосанными из пальца претензиями!
  - Наши претензии, - жёстко ответил Амир, выпуская на лицо малую часть бушующего внутри гнева, - писаны кровью. И если теория вероятности и математическая статистика даёт вам возможность выжить при всех нарушениях наших стандартов, это не значит, что Государственные Стандарты состоят из простых придирок. А что, вам есть, чего бояться? Если обнаружится, что колония не соблюдает технический регламент хоть в чём-то, вас могут не закрыть. Просто заставить исправлять огрехи. Реально ли вам остаться без техники на не до конца террафомированной планете? Связь, транспорт, медицинское обеспечение, энергостанции... Для сервисного обслуживания вас переселят на Землю. Всех колонистов. Ах, да, вас-то не на Землю, Алине туда нельзя. Ей предоставят жильё в безопасности, на Церере.
  По лицу Вячеслава Георгиевича ходили желваки. Наконец он сказал - уже тише:
  - Неужели вы так поступите? Только ради того, чтобы угодить любовнице?
  Амир пожал плечами:
  - М-м, ради того, чтобы спасти несколько десятков детей от педофилов? Легко!
  - Но это - прямая угроза!
  Юпитерианин выпустил на лицо злую улыбку и промолчал.
  - Моя Алина столько перенесла! Она не сможет помогать!
  Молчание.
  - Жена не согласится...
  Молчание.
  - Да что вы за человек-то такой! - с тоской отвернулся марсианин. - Ладно, я понял. Я поговорю с женой.
  
  175.
  Удивительно, просто невероятно, до чего простыми оказываются на проверку самые сложные вещи. Неприступная крепость Ганимед, оплот порядка и безопасности, сдалась без боя - ожидаемого тяжёлого боя.
  Дана оказалась внесена в базу данных жителей в запись 'Родственники, члены семей и сопровождающие сотрудников ГУП 'Метролаб'. Счёт, который Амир ей открыл, давал возможность приобрести билет почти в любую точку Солнечной системы, побывать везде, где летают пассажирские рейсы.
  Да уж, он никак не для этого давал ей денег.
  Он будет в ярости.
  Живот сводило от страха, и ужас кружил голову, когда Дана думала об Амире. Но абсолютная безнадёжность, тупик, в который зашли самые могущественные люди России вкупе с обоими подразделениями полиции - земной и космической - всё это пугало ещё сильнее. И если при мысли о возможном наказании паника билась в груди и в глазах темнело, то воспоминания о неудачных попытках найти её товарищей по несчастью наполняли сердце неизбывной тоской. Такой мрачной и тяжёлой, что не хотелось жить дальше. Дана чувствовала себя совершенно одинокой.
  До астероидов всего полчаса лёту. Но это не подходит - если, разумеется, не стремиться на Цереру. Где её встретит майор Цехоцкий, завернёт в подарочную упаковку и преподнесёт Амиру.
  Нет, её цель - совершенно другой астероид. 1998 QJ1, странник меж планет, гость между орбитами Марса и Юпитера, чей путь доходит до пояса безопасности Нептуна.
  Лишние сорок минут лёту, и пассажирский кораблик высаживает её на крошечной стоянке астероида.
  Вдаль несётся крошечный камушек несколько километров в поперечнике, в тьму глубокого космоса, где Солнце - лишь яркая звёздочка в чернильной пустоте.
  А в маленькой гостинице, в столовой, ждут те, кому туда и надо.
  Кто-то из них - рабочие и дальнобойщики, следующий пассажирский рейс должен унести их к месту работы - или, наконец, домой.
  А вот среди остальных - авантюристы всех мастей, которым позарез надо за этот самый пояс безопасности Нептуна.
  И они ждут, чтобы космический транспорт, с огромной скоростью летящий туда, подошёл чуть поближе. Туда, где их обнаружат потенциальные товарищи. Братство Чёрных астероидов.
  Люди, не нашедшие себе места в жизни, ищут его у космических пиратов.
  Дана поплотнее закуталась в кардиган и прошла к администратору.
  Немолодой мужчина, скорее всего, и есть хозяин, с беспокойством поглядел на Дану:
  - Вы одна здесь?
  - Ненадолго, - заверила она. - Меня заберут... я не знаю, когда... но скоро. Я бы даже сказала, вот-вот. Но мне надо поговорить с кем-то, кто собирается в пояс Койпера.
  Администратор вздохнул тяжело:
  - Видно, что вы приличная девушка. Вам вообще небезопасно находиться здесь одной, да и кто бы за вами не прилетел, ему тоже стоит вести себя поосторожнее. Но уж разговаривать с теми, кто собирается в пояс Койпера, я бы вам вообще не советовал. Вы понимаете, кто это?
  Дана кивнула, медленно, убеждённо.
  - Это будущие пираты, девочка. В большинстве своём.
  - Знаю. И я готова рискнуть. Мне просто надо, очень надо поговорить кое с кем из них.
  - Конкретно?
  Дана набрала в грудь воздуха, и призналась:
  - Меня зовут Дана Лерина, и я хочу поговорить с мужем, Михаилом Лериным, или с Даниэлем Неверовым. Так же подойдёт командор Джаггернаут.
  
  176.
  Лицо администратора закаменело.
  Он оглядел коридор, отделанный молочно-белым пластиком. Равномерно светились стены, чуть гудела климатическая система и слегка потрескивала гравитационная.
  Никого в коридоре.
  - Девушка, с тех пор, как полиция разослала ориентировки, паспортные данные Джаггернаута секретом ни для кого не являются. Тем не менее, заверяю вас, в моей гостинице его нет. Как и вашего мужа.
  Дана облокотилась о стойку и кивнула:
  - Верное, только те люди, которые сидят в кафе... Кто-то из них наверняка связан с пиратами. Мне очень, очень надо, и не для чего-то незаконного, а для вполне благородного дела.
  - Не надо мне рассказывать, что пираты в глубине души благородные... - начал администратор, но девушка его перебила:
  - Пираты - негодяи, каких мало. Но могут знать кое-что, что нам поможет. Пожалуйста, от этого зависят жизни людей!
  - Могут знать, и вам расскажут, а? - хмыкнул тот. - А что, если я вызову космополицию? Они вас не узнают ли?
  - Конечно, узнают, - похлопала ресничками Дана. - Я свидетельница по довольно важному делу. Но за мной и так вскоре прилетят. Вопрос времени. Мне надо успеть.
  Вздохнул.
  - Знаете... Идите пока в кафе посидите. Устройтесь поближе к охране, я посмотрю, чем вам помочь.
  
  В зале она словила сразу несколько заинтересованных взглядов. Поэтому вняла совету и села за ближайший к охраннику столик. Заказывать ничего не стала: возможно, благодаря этому Амир мгновенно определит, где она, а ей нужно ещё время.
  Внимание она привлекала к себе чрезмерное. Все посетители кафе были мужчинами, и вскоре к Дане подсели двое с банальнейшим 'Почему такая красивая девушка одна?'
  - За мной скоро придут, и я здесь по делам, - твёрдо сказала она, не глядя на этих двоих. Внутри неё начала подниматься паника.
  - Ну, пока не пришли, составите нам компанию?
  Покачала головой, пытаясь скрыть дрожь.
  - Оставьте девушку в покое.
  Рослый крепкий охранник навис над столиком грозной горой, и Дана с облегчением выдохнула.
  - Да девушка просто скучает, - криво улыбнулись навязчивые посетители.
  Дана качнула головой, глядя в стол.
  - Пожалуйста, уходите.
  - Пожалуйста! - ехидно протянул охранник. - Девушка, пройдёмте со мной. Хозяин звал по вашему делу.
  Администратор при виде Даны помахал рукой и скрылся за стойкой. Расценив это, как приглашение, зашла туда же.
  Неприметная дверь - за ней маленькая комната с большим экраном.
  И с этого экрана на неё смотрел Даниэль.
  
  177.
  Дыхание перехватило, и Дана обессиленно присела на кресло у стены.
  - Привет, Дана, - равнодушно и непринуждённо, будто расстались хорошими друзьями.
  И почему-то кольнуло сердце при звуках его голоса.
  Он подстриг волосы до плеч и слегка загорел. Вместо костюма - лёгкая куртка. Но, по большому счёту, совсем не изменился.
  Правильно, если подумать, времени прошло немного.
  - Даниэль... здравствуй, - выдавила из себя пересохшими губами.
  - Ты передумала и решила всё-таки присоединиться к нам? - уголки губ слегка подались вверх.
  В его исполнении это улыбка.
  Решительно качнула головой:
  - Нет! Всего лишь хочу найти то место, из которого меня забрал Миша.
  - Что, так допёк тебя твой метролог, что готова сбежать от него куда угодно? - с картинным сочувствием спросил пират.
  - Нет, нет! - с жаром возразила Дана. - Но я хочу помочь своим подругам. Очень хочу, но полиция никак не может найти их.
  - И ты решила спросить нас с Михой? - он слегка закатил глаза, демонстрируя всю глупость такого.
  - Вы же как-то выходили на них. Когда нашли меня. Даниэль, - сказала она серьёзно, - я не знаю, что могла бы тебе предложить. Амира я не предам. Но - может, тебе хоть что-нибудь от меня нужно? Что-то я могла бы сделать? Сейчас, или, возможно, потом?
  Пират позволил Дане наблюдать его улыбку - насмешливую, но довольную.
  - А ты посвежела. Даже, я бы сказал, выглядишь моложе. За такой короткий срок... Ну, может, в чём-то Миха был неправ. Интересно, сейчас... - пожал плечами. - Нет. Вряд ли. Видишь ли, ты ему не нравишься. Без обид. Но, Дана, почему ты вдруг решила обратиться ко мне за помощью полиции?
  - Даниэль, это же... отвратительно, согласись! Ты ведь не такой. Ты, конечно, плохой, ты убийца и всё такое, но это же - за гранью добра и зла!
  Он не сдержал смешок:
  - Ты меня искала только чтобы прочесть детскую лекцию о добре и зле? Дана, сколько тебе лет? Тридцать?
  - Двадцать, - тихо поправила она. Теперь ей нет нужды скрывать.
  Его лицо снова стало жёстким.
  - Я видел документы.
  - Они подделаны.
  - Тогда твоя наивность оправдывается молодостью. Зачем мне это? Ты не можешь предложить ничего. Ссориться с этими людьми ради?..
  Она опустила глаза и сцепила руки на коленях.
  - Ты убил человек двадцать, и не хочешь ссориться с кем-то?
  - Двадцать? - он кашлянул, пытаясь подавить смех. - Ты, наверное, имеешь в виду Сатурн. В любом случае, я не супергерой, спасающий деточек, а просто человек, который хочет жить хорошо. Мне просто не надо переходить дорогу. Дана, я разочарован. Думал, разговор будет интереснее.
  
  178.
  Дверь с шелестом открылась, и девушка вздрогнула, оборачиваясь.
  Всмотрелась в лицо, пытаясь различить хоть какие-то чувства под маской равнодушия.
  Сидела и молчала, не в силах отвести взгляд, и ни звука не получалось выдавить.
  - Я бы тебя убил, - Амир равнодушно смотрел на экран.
  - Я бы тебя тоже, - так же равнодушно ответил Даниэль. - Впрочем, у меня не вышло с первого раза. Но это не значит, что я оставлю попытки.
  - Больше так не делай, - размеренно, со скрытой яростью.
  - Вот не поверишь, сейчас я действительно ни при чём.
  - Поверю.
  Тихо, глуховато. Один взгляд попал на Дану, заставляя её съёжиться.
  - В любом случае это идиотский поступок, - пожал плечами пират. - И бесполезный, к тому же. Я понятия не имею, где находится ваш дом удовольствий. Девочек доставали через начальника порта, ни я, ни Миха ни о чём не знали.
  Экран погас, оставив чёрную пропасть, и Дана осталась наедине с отчаянием.
  И Амиром.
  
  179.
  Молча он поднял её за плечи и подтолкнул к выходу.
  Администратор ждал снаружи.
  - Спасибо вам большое, что присмотрели, - юпитерианин мягко улыбнулся, никак не показывая ярости, которая бушевала внутри. Но Дана видела напряжённые губы, словно сдерживающие взрыв, чувствовала неподвижно впивающиеся в её плечи пальцы.
  И молчала, опустив взгляд.
  Всё, что она может сказать в своё оправдание, он понимает и так.
  - Без проблем, - хозяин настороженно разглядывал Амира. Тот остановился перед считывателем для чаевых и прислонил браслет с компьютером.
  Хозяин пробежал глазами экран и высоко поднял брови.
  - Что-то не так?
  - Я догадался, что вы не из простых, по вашему внешнему виду. Имею дело с работягами, понимаете ли, много наслышан про работу на Юпитере. Рад, что смог оказаться вам полезен, Амир Василевич.
  - Моя подруга ещё просто очень молода и, в силу своей молодости, не всегда адекватно оценивает свои возможности. Но не связывались бы вы с пиратами.
  Тот резко качнул головой.
  - Ничего такого. Просто этот астероид много лет проводит слишком близко к их базам, и ссориться с ними чревато. У Урана дикие места. Но противозаконного я ничего не делаю, как и аморального.
  - Никаких претензий. Ещё раз спасибо.
  Молча он отвёл Дану к причалам, где висел в крепежах личный катер, усадил в кресло, пристегнул, проложил курс и только после старта и выхода из петли повернулся вместе с креслом к ней лицом.
  - На экранах стереозапись космического пространства вокруг этого камня, то, что было, когда я подлетал.
  Дана метнула испуганный взгляд на запись, и снова посмотрела на Амира.
  - Ты туда смотри.
  Два крошечных катера с разных сторон летели к 1998 QJ1. Показался третий, в котором Дана узнала катер Амира. И два первых, один за другим, скорректировали курс, обогнули астероид и вылетели обратно в открытый космос.
  - Скажи мне, почему они испугались меня? Катер частный, да, с логотипом 'Метролаба', имею право. Корабли без опознавательных знаков. Молчишь? Это тебе сюрприз от Неверова. Я, оказывается, вовремя, а? Молчишь, - он говорил спокойно, но - лучше бы орал. Дана бы не боялась так, не ждала бы в предвкушении чего-то страшного, неожиданного. - Давай-ка немного правды. Ты ведь не полная дура, чтобы совать голову в пасть хищнику. Ты бы не отправилась в такое место, не предусмотрев пути отхода. И кто же был этим путём в твоих планах? Да, да, - он жестом отмёл возражения, - ты не продумывала мелочи. Но представляла себе общую картину. Ты знала, что я прилечу за тобой, довольно скоро - следов ты особенно не заметала. Знала, что я тебя найду. Что бы ни случилось. И просить меня о чём-то, договариваться - зачем? Я всё равно это сделаю. Таким образом, можно сказать, что меня использовали втёмную. А, Даная?
  Его губы дёрнулись - а Дана? Дана снова не знала, что сказать.
  - Я отдаю себе отчёт в том, что согласился на это сам. На то, чтобы терпеливо, день за днём, быть для тебя никем особенным. Просто отсутствием другого выхода. Кем-то вроде вынужденного друга. Средством к существованию, защитой и денежным мешком. Малышка, не перебивай. Я ожидал, что буду любить тебя безответно, добиваться хоть какого-то ответного чувства очень долго. Что долгое время буду для тебя навязанной обузой. Я с самого начала был готов ждать сколько угодно чтобы получить... если не статус твоего любимого человека, то хотя бы члена твоей семьи. Но, Дана, скажи мне, неужели я не заслужил хоть немного уважения?
  Осознание того, как должен чувствовать себя Амир, тяжким грузом обрушивалось с каждым его словом. Девушка начала понимать, сколько просчётов было в её решении, сколько обстоятельств могли помешать, хотя бы поговорить с Даниэлем. Она просто-напросто надеялась, что пират захочет с ней поговорить, и что-нибудь сделает для этого. Но разговор оказался отвлекающим маневром, и если бы Амир не прилетел гораздо быстрее, чем она ожидала...
  - Как ты меня нашёл так быстро? - спросила почти шёпотом.
  Юпитерианин в ответ саркастически усмехнулся:
  - Профессиональные тайны, конечно, отличная вещь, но неужели ты думаешь, что в российском порту Ганимеда от меня что-то будут скрывать? Наоборот, они первым делом про тебя рассказали, чему я очень благодарен. По крайней мере, я успел, хоть и выжег большую часть энергии на разгон. Как тебе вообще пришло в голову играть с Неверовым?
  Она покачала головой.
  - Я должна была понять, что из этого ничего не выйдет. Сейчас не место разочарованиям, такой результат ожидаем.
  Слёзы грозили прорваться наружу, и Дана старалась даже дышать потише. Иногда мужчины хотели её слёз, хотели, чтобы она плакала и умоляла. Может, сейчас лучше было бы именно это, может, её унижение принесло бы Амиру хоть чуть-чуть удовлетворения... Но почему-то подобное казалось неимоверно сложным. Неуместным. Отвратительным.
  Ведь есть Амир, и есть все остальные мужчины.
  - Почему же, - тихо сказал юпитерианин, разглядывая экраны. - Неверов дал тебе то, что ты хочешь.
  - В смысле? - неужели ещё и подумает про неё плохо, ещё хуже, чем на самом деле? Неужели не понял, для чего Дана рисковала?
  - Он же сказал.
  - Сказал, что...
  'Девочек доставали через начальника порта'.
  - Начальник порта!
  Амир кивнул, всё ещё изучая экраны. Космос вокруг был куда интереснее, чем разговор с Даной.
  Впрочем, она это заслужила.
  
  180.
  В порту их встречал Ильгиз, и его лицо выражало явное облегчение. Только вопросов он не задавал, хотя, очевидно, хотел.
  - Я отведу её и вернусь. Ты достал, что я просил?
  Ильгиз протянул прозрачную полоску с серебристыми тонкими схемами внутри.
  Амир кивнул Дане:
  - Надевай.
  Она неуверенно взяла, пытаясь разобраться, что это и на какое место.
  - Браслет с маячком, - равнодушно пояснил Амир. - Я буду всегда знать, где ты находишься, и не пересекла ли обговорённый периметр. Преступники носят такие на ноге, но это исторически, осталось с тех пор, когда браслеты были огромными, громоздкими. Ты можешь одеть на руку.
  Дану это больно резануло. Оправданное недоверие, желание контролировать лёгким путём ей казалось понятным, ведь она и правда виновата. Но этот маячок роднил её с преступниками, невменяемыми и неисправимыми. Наверное, это так и есть. Вспомнить только её происхождение и воспитание! Но - словно отсекалась надежда на то, что Дана сможет войти в чужой мир, хотя бы гостьей.
  Только ни слова поперёк она не имеет права сказать Амиру. Безропотно сдвинула рукав и застегнула браслет на запястье.
  Ильгиз старательно отводил взгляд.
  
  181.
  Сразу пошли на обед. Амир отвёл её вымыть руки и усадил за стол. И всё это - практически молча.
  Дана не знала, что и думать. Он не орал и не ругался, не запрещал ничего, и даже что-то ей говорил, когда надо.
  Но девушка не могла отделаться от мысли, что её наказание в самом разгаре.
  Амир водил её за руку по коридорам, но не более того. А Дане очень хотелось, чтобы обнял. Ужас, сопровождавший её на астероид, разгорелся с новой силой, когда экран показал два пиратских катера, посланных Даниэлем за Даной. И теперь она сжимала огромную ладонь мужчины, как единственную надёжную защиту. Нестерпимо хотелось обнять его, прижаться к груди, но это рукопожатие - единственное, что Амир позволил.
  И то, только в коридорах.
  В столовой, как обычно, вокруг сидели люди. Помахала рукой Ярослава, но Дана только улыбнулась подруге и помахала в ответ. Села рядом с Амиром за стол и опустила глаза.
  Запоздало подумала, что он может не захотеть таскать ей еду, раз сердится. Но - он по-прежнему принёс два подноса.
  Еда - такая же, как обычно. Как у Наташи и остальных женщин за столом. Даже десерт - шоколадное пирожное и апельсины.
  И эти восхитительные сладости казались не такими вкусными. Оттого, что Дана их не заслужила. Амир должен был лишить её, по крайней мере, десерта.
  Может, он забыл?
  Но, когда Дана робко подвинула к себе тарелку с пирожным, он ничего не сказал, и даже не повернулся в её сторону, разговаривая с одним из начальников отделов.
  За что ей эти вкусности?
  Лучше бы он наказал её сразу. Что угодно можно вытерпеть, лишь бы снова попасть в его надёжные объятия. После наказания следует прощение, Дана привыкла.
  Но Амир ничего такого не делал.
  На привычный способ просить прощения девушка уже и не рассчитывала - и правильно делала. Вечером Амир сказал 'Иди к себе, ложись спать'. Ничего грубого, даже без командного тона, но и слова против не посмела сказать.
  На пороге ванной комнаты Дана остановилась. Вернулась. Робко окликнула Амира, который сидел на диване за документами.
  - А браслет можно мочить? Или стоит снять пока?
  - Ты его не сможешь снять, - ровно отозвался тот. - Мочить можно. Он почти неубиваемый.
  - Не смогу? - растерялась Дана.
  Амир поглядел на неё поверх стереоэкрана:
  - А зачем тебе?
  - Нет-нет, - испугалась она. - Я не собираюсь. Но вдруг...
  - 'Вдруг' я тебе его сниму, если надо. Так что мойся свободно.
  И мучительно захотелось что-нибудь придумать для того, чтобы снять этот браслет хотя бы на минуту. Чтобы он подошёл к ней, чтобы прикоснулся, почувствовать его рядом, его надёжное плечо...
  Почему он просто не накажет её, и всё?
  
  182.
  Двадцатиминутного путешествия на Юпитер хватило Ильгизу для того, чтобы опять припереть друга к стенке.
  Просьба, высказанная злым голосом, во время взлёта и разгона, не допускала никаких вопросов и комментариев. Но его мрачное неодобрение словно сочилось наружу.
  - Этот браслет не просто облегчит мне жизнь, - объяснил Амир, чуть поморщившись от самой необходимости объяснять. - Он может спасти Дану. Если бы речь шла только о том, что она убегает в клубы с Ярославой! Не изнасилуют же её там. Не на Ганимеде. Но последняя выходка... Я думал, смертельные угрозы и пираты остались в прошлом. Но эта девчонка...
  - Но можно же было хотя бы не в такой форме. Вообще ей не говорить, замаскировать под украшение, попросить никогда не снимать. Ну не верю я, что ты бы ничего не придумал!
  Они уселись в кресла, и челнок пошёл на взлёт. Оба пришли за несколько минут до отправки. Тем не менее, устроились на привычных местах. Ну кто осмелится занять места начальства?
  - Можно было. Но я был зол. Очень. Кроме того, ну представь себе, что я её обманул. Подарил бы красивенький браслетик с камушками, так она бы счастлива была не знаю как! Сама бы не снимала, благодарила, радовалась, как ребёнок... Как мне себя при этом чувствовать? Знаешь, как было бы противно... Тем более, сейчас мы вроде как в ссоре.
  - Думаешь, ей не всё равно? Девушка, которую били просто за отказ... ну сам знаешь. Она вообще заметит, что между вами что-то не то?
  Амир вздохнул и пожал плечами. Уставился в стену напротив и грустно усмехнулся.
  - Данечка ластится, как котёнок. То пальчиками заденет, как бы случайно, то пройдёт близко, прямо вплотную...
  - То есть просит прощения? - ухмыльнулся Ильгиз. - По-моему, это прогресс.
  - Да какой прогресс! - с болью ответил Амир. - Если бы ей действительно это было нужно! Она же так делает потому, что думает, что мне это нравится.
  - А тебе не нравится?
  - Нравилось бы... Если бы нравилось ей. Ты что, не понимаешь? Она вообще не хочет никаких прикосновений и чего-то в этом роде. Её самая большая мечта - чтобы никто не трогал. Ни я, ни кто-то ещё. Это притворство, игра, допускаю, что она хочет сделать мне приятное. Показывает то, чего у меня нет, и может, никогда и не будет! Это мучительно.
  - Ты можешь на меня обижаться, - покачал головой Ильгиз. - Но лучше тебе просто отпустить её. Отвези на Цереру, её поместят в гостиницу для свидетелей, там безопасно. Полиция сможет сама разобраться с этим борделем теперь, да и помогать им можно просто так, без посредничества Даны. С ней будут работать полицейские психологи, помогут ей адаптироваться, освоить профессию, влиться в нормальную жизнь... Ты же просто мучаешь и себя, и её. Неизвестно ещё, кого больше. Ну не получается у вас, что делать-то теперь? Всё, можешь начинать ругать меня.
  Но Амир молчал, разглядывая стену.
  
  183.
  Дана тоже не могла думать ни о чём другом. Квадратные уравнения казались китайской грамотой, танец - механическим комплексом упражнений.
  В конце концов она позвонила Ярославе.
  Та очень удачно была не на работе. Дана знала, что можно считать её смены, но почему-то пока не получалось.
  В любом случае, сейчас Слава предложила встретиться в торговом комплексе, где она выбирала себе обувь. Дана решила попробовать добраться сама, пользуясь только навигатором. Вроде бы в разрешённую область магазины входили.
  На этот раз девушки выбрали кафе с отдельными кабинками. Теперь у Даны были деньги и она могла позволить себе взять чаю с пирожным. Перекусы между обедом и ужином наверняка плохо влияли на фигуру. Но проще было пообещать себе лишний час интенсивных упражнений, чем отказаться от пирожного.
  С деланным воодушевлением Дана рассказала подруге об успехах в расследовании. Но ту не обманул фальшиво-довольный тон. Слово за словом, вытянула подробности.
  Слава была, мягко говоря, под впечатлением. Напомнила, что Рахимова просто взбесил куда меньший проступок. Что же произойдёт теперь?
  Дана молча задрала рукав и показала браслет.
  - Симпатичный, - не поняла подруга. - Что это значит?
  - Это маячок, - тихо пояснила девушка. - Чтобы знать, где я нахожусь, и не зашла ли куда не надо.
  Несколько секунд потрясённого молчания.
  - Как он мог так поступить с тобой? - прошептала Слава. - Мне казалось, в прошлый раз вы всё выяснили...
  - В прошлый раз он был не совсем прав, - пожала плечами Дана. - А сейчас совсем прав. Абсолютно.
  - Ничего подобного! - Покачала головой. - Так нельзя поступать с теми, кого уважаешь.
  - Ну я же поступаю, - печально вздохнула Дана. - Я его использовала, на его деньги, непродуманный и опасный поступок, причём полетела в полной уверенности, что он будет следом, и если мне что-то грозит, Амир всё уладит.
  - Ничего подобного, это неправильно, - припечатала Ярослава. - Ой, знаешь... Я, конечно, слышала, что руководство наше - парни суровые. И женщины тоже. У нас, на низах, особо не заметно, порядки либеральные, но если что-то положено, то спросят строго. Рассказывают, все они такие. Что, Рахимов, что Сафаров, Храмцов, Велецкая... Но одно дело - работа, другое - личная жизнь. Нельзя же свою привычку командовать приносить в семью? Бедная Даночка, как ты это терпишь? Тебе бы кого-нибудь терпеливого и понимающего...
  - Ты не права, - тихо возразила Дана. - Амир очень терпеливый. Я не знаю, как ведут себя другие мужчины, мне не с кем сравнивать, но он так возится со мной... Может, это считается нормальным, но он не получает ничего взамен! Даже то, что я умею лучше всего. Ему, видите ли, надо, чтобы я тоже... Ой. Извини, не могу это обсуждать, даже с тобой.
  - Не, я понимаю, - пожала плечами Ярослава. - Но этот браслет! Такие домашним животным цепляют.
  - Если честно, то мне тоже так спокойнее, - вдруг призналась Дана. - На Сатурне ничего не происходило плохого, когда Амир был рядом. Даже на корабле пиратов - был Амир, и всё закончилось хорошо. Для меня вообще. А у него до сих пор шрам. Если бы я была поумнее... Если бы всё рассказала с самого начала. Не верила так Даниэлю. В первый раз, обратилась бы за помощью не к Даниэлю, а к Амиру... Там много 'если'. Но хоть одно из них могло предотвратить... Хорошо, если Амир всегда будет знать, где я. Пока не получается так доверять Ганимеду, как это делаете вы. Я не чувствую себя в безопасности, пока Амира рядом нет. А такое напоминание, что он следит за мной, и поможет, если что... Ничего не вижу страшного.
  Ярослава поджала губы. Потом покачала головой:
  - Знаешь, мне кажется, психологи бы сказали, что у тебя какой-нибудь синдром, или комплекс. Не обижайся.
  - В таком случае, как раз Амир поможет мне с ним разобраться, - отмахнулась Дана. - Если захочет теперь. Он как будто обижен на меня, что ли...
  - Но он же тебя уже наказал? - не поняла Слава.
  - Нет! В том-то и дело. Браслет - это ни разу не наказание. Он не чувствуется и не причиняет никаких неудобств. И ничего другого не было. Вроде бы он ничего мне не сделал, не тронул вообще, и не наказал никак. У меня даже порция в столовой по-прежнему с десертом. Просто... ты можешь сказать, что мне кажется... Я и сама не понимаю... Но он как будто... как-то изменился. Нет, разговаривает со мной, когда что-то надо... В столовую водит. Но не более того. Не обнимет, ничего лишнего не скажет, и тон какой-то холодный. Мне, может, кажется, но не было так! Но при этом мне и правда ничего не было за то, что сбежала.
  Дана печально вздохнула и покачала головой.
  Ярослава хмыкнула.
  - Ну, добро пожаловать во взрослую жизнь. В ней не наказывают, не лишают десерта, не бьют ремнём и не ставят в угол. Амир Василич, видимо, крепко на тебя обиделся. Вот и не разговаривает - без необходимости.
  - И всё? - растерялась Дана?
  - А тебе всё равно?
  - Нет, - тихо, почти шёпотом. - Лучше бы наказал. Я привыкла. А так - отвратительно просто. Долго так будет?
  Слава пожала плечами:
  - Пока он будет обижен. А ты не думала... не пробовала... ну, это... - девушка покраснела, - Примирение в постели, всё такое. Ты же вроде бы это умеешь?
  Дана сердито поджала губы:
  - Да ещё как! Но когда Амир злится, прогоняет меня спать отдельно. А с ним не особо поспоришь. Ну и вообще... Это не вариант. По многим причинам. Что ещё можно сделать? Я слышала, что мужчинам много способов угодить, но всё не подходит мне. Например, вкусная еда - у Амира же строгая диета, расписанная врачами. И всё такое.
  - А просто извиниться не поможет? Пообещать, что больше не будешь?
  - Просто так пообещать? Думаешь, поверит?
  - Не знаю, но ты попробуй. Часто срабатывает. Или ты не собираешься прекращать такие... м-м... поступки?
  - Нет, я понимаю, что была неправа. А хуже не сделаю?
  - Не, хуже точно не сделаешь. В самом плохом случае, просто ничего не изменится.
  Дана вскочила - и села обратно:
  - Ой, он всё равно на работе же ещё.
  - Тем лучше. Пока придумаешь, что говорить. Пойдём, пройдёмся со мной по магазинам.
  
  184.
  Ужин прошёл как обычно. Амир отвёл её в столовую, принёс еду. Отвёл назад.
  И всё так же равнодушно.
  Дана даже испугалась, что разонравилась ему. Но ведь не прогнал же, просто... не разговаривает.
  После ужина он устроился на диване, просматривая документы. А Дана пыталась набраться смелости и найти слова.
  Одеваться как-то по особому и прихорашиваться не решилась. Помнила, к чему это привело в прошлый раз. Как ей вести себя теперь? Ничто из её богатого жизненного опыта не годилось для подсказки.
  ' Проси прощения, мерзкая дрянь. То, как ты себя ведёшь... Ты ведь понимаешь, что мне придётся наказать тебя? Проси прощения, и может быть, наказание будет мягче...'
  Дана знала правила игры. Такие клиенты просто хотели, чтобы она плакала, извинялась, ползала на коленях... Это успокаивало их, а так же удовлетворяло. Просто сыграть унижение и страх - и всё кончится гораздо быстрее. Тем более, что это была не игра.
  Ей приходилось просить прощения, горько и жалобно, с искренним страхом и со слезами. Но вряд ли с Амиром сработает что-то такое? Ему, наверное, это не понравится. Он не из тех, кто наслаждается таким. Хотя, взять поцелуи... Знает, что Дане это не нравится, но продолжает.
  Нет, не то, чтобы не нравится. Если расслабиться, забыть о том, что это значит для неё лично... Просто прочувствовать его губы на своих... От этого кружится голова и сладко замирает сердце.
  Амир не из тех, кому приятен её страх и слёзы.
  Может, сейчас как раз наоборот? Дана же виновата. Он злится. Может, как раз надо умолять и плакать?
  Девушка представила себе, как это может быть с Амиром. Нет, ему не может такое понравится. Но обычное 'извини' тоже не годится. Может, совсем лёгкую вину? Сказать, как сильно она раскаивается? Без слёз, но достаточно смиренно.
  Хватит. Пока она думает, Амир уйдёт спать.
  С надеждой, что слова придут сами, Дана медленно подошла к дивану. Огромный юпитерианин буквально закопался в документы, и на мгновение вспомнились все страхи, осаждавшие её прежде. Мелькнули и исчезли.
  Но растерянность не пропала. Он как будто не обратил на неё внимания. Дана нерешительно переступила с ноги на ногу. Слова не только не пришли, наоборот, ушли все догадки о том, что она должна сделать. Он настолько сердится, что вообще не обращает внимания. Можно ли вообще сгладить такую ситуацию?
  Дана единым порывом скользнула перед ним на колени и буквально выдавила жалобное:
  - Амир...
  Мгновение - глаза его полыхнули яростью. Наклонился вперёд, ухватил её за плечи и резко дёрнул вверх, поставив на ноги как куклу.
  - Ты что творишь?!
  Неверное начало. Кажется, она делает только хуже. Отчаянным усилием сдержала внутри рвущиеся слёзы и выдавила сквозь испуг:
  - Прости...
  Сглотнула комок в горле, и попробовала ещё раз:
  - Прости меня. Я больше не могу так, мне плохо. Ты меня не наказываешь, и не прощаешь. Что мне сделать? Я совсем не знаю, что сказать, что сделать... Ты сердишься, а я не умею иначе... Не знаю, как. Я снова рассердила тебя, но я не хотела... Ни сейчас, ни тогда...
  Судорожный всхлип всё же прорвался, но Дана продолжала говорить - пока он слушает, пока не оттолкнул её снова. Его руки - всё ещё на её плечах - давали хоть немного поддержки, надежды.
  - Ты обиделся, я понимаю это, понимаю, что поступила плохо. Я всё время думаю только о себе, использую всё, что ты мне даёшь, без какого-либо намёка на благодарность... - Слёзы потекли сами, странно, как так? Дана знала, как их сдержать. Выровнять дыхание, закрыть глаза - плотно - глубокий вдох, медленно, незаметно, - и готово. Но сейчас даже глаза трудно оказалось закрыть из-за горячей влаги... Которая не кончалась, и совсем даже не останавливалась.
  - Я поняла, что поступаю, как эгоистка, я не буду так больше. Ты не должен ничего делать для меня, а сделал столько... Пожалуйста, не думай, что я этого не замечаю, я просто глупая... Ни о чём не думаю, кроме своих желаний... И сейчас, думаю только о том, как мне плохо без тебя, а не о тебе...
  Буквально мгновение - и она оказалась у него на коленях, прижатой к груди. Широкая ладонь обхватила её затылок, его губы накрыли её рот, прерывая и слова, и слёзы. Ещё несколько тягучих мгновений - и Дана расслабилась, обхватила его за плечи, прижимаясь ещё сильнее.
  Амир выпрямился, посмотрев пристально в её глаза, и девушка набрала воздуха, чтобы сказать что-то, не потерять момент, теперь она должна обязательно что-то сделать, чтобы он простил её, понял...
  Снова поцелуй, невозможность сказать ни слова.
  И полушёпот:
  - Данечка, я вообще не помню, чтобы ты хоть раз подумала о себе, сделала то, что тебе нравится...
  
  
  185.
  Дана сидела рядом, прижавшись к его боку, как и раньше, на Сатурне. Амир перебирал документы, и наверное стоило принести шитьё или учебник, но хорошо было и так. Казалось, если она встанет, уйдёт, даже ненадолго, волшебство пропадёт.
  Потихоньку спокойствие накатывало всё сильнее, погружая в дрёму.
  А потом в тихий полусон проник нежный поцелуй. Дана вздохнула, не желая открывать глаза.
  Крепкие объятия, мгновения полёта... Амир опустил её на кровать, продолжая целовать. Девушка мягко обняла его за шею, прижимая к себе. Мысли о том, что она должна что-то делать, клубились далеко, на грани сознания. Всё затмило удовольствие от его близости, острое желание, чтобы ласка на прекращалась.
  Он легко приподнял её, чуть повернул, освобождая от одежды. Изнутри поднималось радостное предвкушение - сонливость уходила, уступая место страсти.
  Желание вспыхнуло быстро, удивительно быстро, сорвав с губ неожиданный стон. Дана подалась навстречу ему, но сильные руки прижали её к кровати, делая ожидание невыносимым. Его губы медленно спускались к груди, электрическими разрядами прожигая кожу.
  Терпеть страх и боль, оказывается, просто. Но совершенно невозможно терпеть просто ждать, когда кровь кипит внутри.
  Неоформленные мысли метались, и никак не могли облачиться в нужные слова. Его губы и язык казались сладким издевательством, повергая в ожидание, и не давая удовлетворения.
  - Пожалуйста... Быстрее, - выдавила Дана, задыхаясь. Прозвучало ужасно нелепо - но ведь он понял, конечно понял.
  - Не спеши, - хриплые нотки в его голосе резали нервы, добавляя страсти. Хотелось умолять - есть ли смысл? Что он хочет? Это и есть его наказание? Мучительное ожидание...
  Его губы добрались до живота - так близко, уже почти...
  Снова негромкое:
  - Скажи, чего ты хочешь?
  Сказать? Она не может ничего сказать, связать и двух слов.
  Судорожный вдох - и резкий выдох:
  - Тебя...
  Его язык словно прожигал путь, утоляя самую большую жажду. Девушка вскрикнула, когда он проник внутрь, выгнулась дугой. Его ладони удержали её бёдра, не давая сжаться - Дана не контролировала себя сейчас.
  Голова кружилась - и удовольствие билось, отдаваясь по всему телу.
  Где-то на задворках сознания - привычная мысль о том, что он сам ничего не получил... Только сейчас она проплыла мимо и исчезла.
  Кажется, она забыла даже, как дышать.
  Волны огня успокаивались, оставляя непривычную негу - и Дана снова почувствовала его губы на своей коже. Казалось, сил больше ни на что нет - но в глубине снова разгоралась страсть под его прикосновениями.
  Амир медленно вошёл в неё, несколько движений - и перевернулся на спину, удерживая её бёдра. Дана застонала от облегчения, когда получилась свободу - свободу делать то, что хочется, утолить кипящую страсть.
  А он как будто бы играл с ней: новый взрыв удовольствия - и снова его руки и губы не дали ей покоя. Снова разгорающееся пламя...
  Дана была готова умолять - вот только о чём? Чтобы он прекратил... Или никогда не прекращал?..
  Не было уже не сил, ни связных мыслей, когда он оставил её. Встал, потянулся, зевнул.
  Девушка поймала его руку, сжимая из оставшихся сил. Ночь, пора спать, почему бы ему не лечь рядом?
  - Данечка, - ласково шепнул он. - Мне осталось спать часа два. Так лучше совсем не ложиться. Пойду сделаю зарядку и ещё поработаю. Спи.
  Она просто подумала, что не будет спать без него - но губы не слушались.
  Сон пришёл мгновенно.
  
  186.
  Завтрак Дана просто-напросто проспала. Амир позвонил после.
  Неаккуратно расстёгнутая форменная куртка, едва заметная синева под глазами, тяжёлые веки. Он казался сонным и усталым. Даже улыбнулся ей через силу.
  - Ты ещё не встала? На завтраке тебя не было.
  Дана ойкнула. Она так долго обычно не спит. Амир подумает, что лентяйка...
  - Малышка, мы сегодня будем реализовывать твою самую большую мечту.
  Дана немного сжалась. Приятных сюрпризов она не ждала - просто крайне редко их получала. Что имеет в виду Амир, если самая большая мечта - спасение подруг - уже сбывается?
  - Ты хотела самостоятельной жизни. Хотела что-то из себя представлять. Работать. Я эгоистично удерживал тебя рядом... Не имея права. Не давая выбора. Но всё может быть по-другому. Ты полетишь на Цереру. Как свидетель по делу о подпольном борделе. Есть законы для свидетелей преступлений и пострадавших. Тебе выделят жильё, помогут в реабилитации, закончить школу, получить профессию. Приставят психолога. Я с Андреем поговорил, он за тобой присмотрит. Но ты в любое время можешь звонить мне, если возникнут проблемы.
  Он вздохнул, слегка пожал плечами и продолжил:
  - Мы обговаривали твою профессию. Решили выбрать из того, к чему ты проявила интерес. Я, разумеется, не космополицию имею в виду. Закончишь школу сначала. Мы открыли тебе счёт на обучение. Предположительно - сначала медицинские курсы, потом курсы массажа. Но ты можешь выбрать что-нибудь другое, разумеется. Пока, во время расследования и суда, будешь жить на Церере, потом - выберешь, где хочешь, с жильём я помогу. Малышка, у тебя будет не совсем самостоятельность, но почти как ты и хотела. Только одно - к старым занятиям мы тебе вернуться не позволим. И хочу попросить тебя... просто подумай. Встанешь на ноги, поживёшь самостоятельно... и может, когда-нибудь... пообщаешься с другими... мужчинами... - говорил с усилием, не глядя Дане в глаза, - если захочешь меня, я буду ждать. Может, захочешь вернуться. Как один из вариантов.
  Покачал головой, о чём-то задумавшись. Тяжело вздохнул.
  - Провожать я тебя не буду. Иначе никуда не улетишь. Сейчас перешлю тебе билет, четыре часа хватит собраться?
  Дана, ошарашенная, с трудом сообразила, что сейчас от неё требуется ответ. Но сосредоточиться не получалось. Рассеянно кивнула, не в силах глянуть Амиру в глаза.
  Собраться за сколько там часов? Ей прийти в себя столько не хватит.
  Почему?
  Всё же было хорошо. Вроде же помирились?!
  Попыталась сглотнуть комок в горле. Нет. Он так её и не простил. Слишком серьёзный проступок.
  Миша каждый раз угрожал, что отошлёт её, и Дана послушно делала, что требуется. Но даже в случае крупной провинности удавалось остаться.
  И она привыкла выходить сухой из воды. Амир не Миша. Угрожать не будет. Решил, что с него хватит. В какой-то момент Дана просто перегнула палку.
  Когда Амир отключился, долго сидела и смотрела на то место, где был экран.
  Мечта. Её мечта. Её планы. Как хотелось быть свободной! Ни от кого не зависеть. Жить не как цыганка или проститутка, а честным рабочим человеком. Амир не позволял ей, решая за неё. Теперь появился шанс.
  Всё хорошо. Всё замечательно.
  И если бы Амир оставался рядом, Дана была бы счастлива.
  Почему он такой? Важный человек, высокая должность, властный характер. Был бы простым скромным обывателем, и можно было бы создавать семью на равных, вместе добиваться.
  Вот только он такой замечательный - именно такой.
  Дана совсем никудышная. Правильно Даниэль говорил. Могла бы и к Мише подлизаться, и, самое главное, Амир бы её не оттолкнул. Но - ничего не умеет и ни на что не способна.
  
  187.
  Собрала вещи Дана быстро. Она их, в общем-то, не до конца и разобрала. Просто прибавилось одежды и косметики. Немного лекарств. Что она будет делать, когда они кончатся? Врач велел принимать строго по графику.
  Жаль. В последнее время она почувствовала себя лучше. Живот больше не болел, голова беспокоила гораздо реже, и бодрость появилась такая, будто стимуляторы принимала. Похоже на Ганимеде и правда великолепная медицина.
  Но дело совсем не в медицине.
  На пассажирском корабле сидели сплошные незнакомцы. Несомненно, они хорошие люди. Но Амира рядом не было. Пропало чувство защищённости и безопасности. Это, конечно, всё глупости. Надо привыкать жить самостоятельно.
  Но интуиция возражала, что С Амиром было хорошо, а без него - плохо. И никакие аргументы не могли это изменить.
  Наверное, Дана вообще не способна жить одна.
  Но сейчас она уже согласна на мечту других её знакомых девушек: стать содержанкой богатого мужчины. Лишь бы этим мужчиной был Амир.
  Но - нет. Что она может ему дать? Внешность - да на Ганимеде все женщины красивые или, как минимум, интересные. Вот хотя бы в той же бухгалтерии... Ему вроде нравились танцы - но видимо быстро надоели. Амир почти не проявлял к ним интереса в последнее время. Даже секс, который Дана считала своим преимуществом - Амиру нравился вообще другой. Который она только начала осваивать.
  Им даже не о чем поговорить! Он с удовольствием рассказывал, как прошёл день, но Дана мало что понимала. И уже на пятой минуте теряла понимание происходящего.
  Но если у неё будет профессия - может, всё поменяется? Она станет таким же рабочим человеком. Может, даже сможет устроиться на Ганимед. И получит Амира обратно.
  Если он за столько лет не женился, может, и есть ещё время у Даны?
  Сколько времени лететь до Цереры? Можно успеть решить несколько задач по математике.
  
  188.
  На Церере её встретил Андрей Цехоцкий. Он ждал не один, а с молодой женщиной.
  Он поздоровался и жестом пригласил Дану пройти к стоянке скоростных капсул.
  - Это Ия, - представил он спутницу. - Она твой психолог. Обследует тебя, проверит, поможет адаптироваться к нормальной жизни.
  Женщина протянула руку, и Дана уставилась на неё с опаской.
  - Не бойтесь, - улыбнулась та. - Здесь вам ничего не грозит. Полковник зарегистрировал вас в программе реабилитации жертв тяжких преступлений. Все ваши подружки, которых, надеюсь, спасут, тоже будут участвовать в этой программе. Андрей Семёнович покажет вашу комнату, правда? - вопросительно глянула она на полицейского. Тот кивнул.
  - Поужинаешь у меня дома. Познакомлю тебя с женой. Заодно будешь знать, где я живу. Амир просил приглядеть за тобой.
  Психолог снисходительно улыбнулась.
  - Мы за вами и так присмотрим. Но, возможно, так будет спокойнее в первую очередь вам.
  
  189.
  
  На роскошный Ганимед штаб-планетка космополиции не очень походила. Скорее вспоминался Сатурн. Такие же длинные коридоры, стены, обитые пластиком; свет давали широкие лампы. На Ганимеде слабо светились все стены и потолок, без теней и переходов. Длинные щели вентиляции даже не были замаскированы.
  Андрей усмехнулся, поддерживая Дану под локоть. Девушка, увлёкшись разглядыванием окрестностей, совершенно не смотрела ни вперёд, ни под ноги.
  - Не так роскошно, как на Ганимеде? - понял он. - Но подожди. Здесь старые секции, космопорт, рабочие корпуса, склады. В жилых районах гораздо красивее.
  Дана смутилась.
  - Да я ничего такого... Здесь тоже ничего...
  - Здесь обычно! - насмешливо улыбнулась психолог. - Дана, вы не должны постоянно бояться кого-либо обидеть.
  Девушка снова чуть было не извинилась. Вовремя осеклась. Она умела молчать там, где надо.
  Андрей, заметив, что его гостья перестала разглядывать окрестности, указал вперёд:
  - Вот, гляди, здесь дорога к складам. Вот в этом технологическом туннеле идут пути грузового транспорта. А нам - туда, там пассажирские капсулы.
  Ворота плавно раздвинулись, обнажая станцию. Тоже совсем не похожую на Ганимед. Огромное помещение скрывалось не прозрачным куполом, а высоким потолком. Ряды белых полотен путей полукругом взбирались по стене, приходя из тёмных провалов туннелей и убегая в такие же. Лестницы обходили платформы до самого потолка.
  Никакого декора, или хотя бы попыток скрыть оснастку станции. Трубы, кабели и генераторы в прозрачных корпусах, решётки с раздвижными воротами, перекрывающие пути капсул, радиаторы, выдувающие горячий воздух в трубы воздушного отопления даже не были забраны в короба. Дану немного пугало такое оформление. Предпочла бы не видеть, как всё работает.
  Андрей сам разъяснял и показывал обстановку.
  Впрочем, внутри капсула не отличалась от такой же на Ганимеде. Восьмиместная, удобная, бесшумная, она плавно тронулась, как только пассажиры сели. Народу на станции было мало, и ехали они втроём.
  Андрей попросил:
  - Дай левую руку.
  Дана послушалась, с затаённой опаской: непонятые просьбы всегда страшили.
  Полицейский бережно закатал ей рукав и покрутил браслет на руке. Несколько точных жестов - и протянул ей полоску серебристых схем.
  - Ты знаешь код? - удивилась девушка. Тот в ответ пожал плечами:
  - Мы умеем такие снимать без индивидуального кода. Это же стандартный полицейский маячок.
  - И любой так можно снять? - изумилась Дана.
  - Можно блокировать подобную возможность. Иначе - да, любой.
  Браслет лёг ей в ладонь.
  - Зачем мне? - растерянно спросила она.
  - Это ваша с Амиром собственность, - улыбнулся Андрей. - Он не на балансе. Не понимаю, кто Амира укусил, если он вдруг принял такое решение...
  Он покачал головой.
  - Наверное, всё-таки из-за моего проступка, - призналась Дана, опустив голову. - Он устал меня терпеть. Слишком много со мной проблем, а пользы никакой.
  Неожиданно вмешалась психолог, молчавшая до этого:
  - Разве? Я читала записи, там кратко описаны ваши, Дана, отношения. Полицейские составили отчёт на основании того, что знали про вас. Особенно Андрей Семёнович многое поведал. Но вам всё равно придётся потом мне рассказать. Могло быть ошибочным субъективное мнение о том, что вы помирились с Рахимовым, но браслет - само по себе решение. Не логично сначала устанавливать за вами слежку, потом вдруг бросать вас. Не думаю, что Рахимов - интуит, совершающий спонтанные поступки под влиянием текущих настроений.
  - Да уж, - усмехнулся Андрей. - Амир десять раз всё продумает, прежде чем сделать. Но мне тоже не показалось, что он хотел избавиться от Даны. Думаю, на самом деле думал то, что сказал: хочет помочь ей обрести самостоятельность, встать на ноги, самой.
  - Надо поговорить, - покачала головой Ия. - Дана, как только вы разместитесь, наберите меня. Стоит начать наши занятия как можно скорее.
  Дана кивнула. Она думала о другом:
  - Он всё равно хочет мне помочь?
  - Дана, поверь, он очень многое спланировал, очень о многом позаботился. Он в самом деле хочет тебе помочь.
  Девушка пожала плечами. Покрутила браслет. И резким движением застегнула его на запястье.
  - Так мне легче.
  Андрей недоуменно нахмурился. Но психолог накрыла его руку ладонью:
  - Пускай. Не форсируйте события. Мы этим займёмся.
  
  
  190.
  Андрей показал Дане её комнату, а на ужин пригласил к себе.
  Новое жильё мало чем отличалось от комнаты на Сатурне. Кровать, шкаф, стол - вот и вся мебель. Честно говоря, больше просто не вместилось бы.
  В общем душе на час не запрёшься. Хотя, надо признать, даже в общежитии технологии оказались куда интереснее, чем на станции Сатурна.
  Но с квартирой Амира сравниться в любом случае трудно. Оборудованная по последнему слову техники, она будто предугадывала желания обитателей. Огромное количество мелочей делалось само собой - уборка, чистка, свет, воздух, температура... Не то, что бы Дане лень было делать что-то самой. Просто так здорово: примешь душ, и вентиляция сама включается, проветривает, система чистит кабинку и пол, сушит полотенце.
  Впрочем, жильё Андрея оказалось хоть и меньше, но не намного хуже. Он познакомил Дану со своей женой Лилией и дочкой Жанной. Девочка выглядела чуть старше своих десяти лет и напомнила о подружках из борделя. Что прибавило тревоги. Как они там? Спросить Андрея не хватало смелости.
  К счастью, он сам об этом заговорил.
  Не сразу, сначала они поужинали. Потом Жанна убежала играть с подружками, а полицейский убрал посуду, сел напротив Даны, облокотившись о стол.
  - Тебе стоит знать. Директор международного космопорта 'Дружба' задержан по обвинению в торговле людьми и вовлечении в занятие проституцией. С сегодняшнего дня у нас есть не только заявления и подозрения. Ты, Дана, теперь пострадавшая по делу ЗР-127-342В. Тебе надо это выучить, здесь все понимают эту классификацию, и все слышали про тебя.
  Девушка вскочила, широко раскрыв глаза.
  - Он... он сказал, где...
  - Успокойся. Пока нет, но это - вопрос времени. Ребята работают, не покладая рук. Стараются побыстрее. Но времени такие вещи занимают много. Тебе придётся потерпеть.
  Медленно Дана села обратно. Мысли бегали - от надежды до страхов.
  - Но... а если ему помогут сбежать? Или убьют? Они всё могут, вы не думайте!
  - Подозреваемого допрашивают, он тут, на Церере. И в штабе космической полиции его никто не достанет, могу обещать.
  - Но...но если...
  - Даже если бы в наши ряды затесался предатель - а это единственный способ подобраться близко - всё равно один человек ничего не сможет сделать. У нас такая охрана, что никакая мафия не проберётся.
  - Я могу помочь? - с надеждой спросила Дана. Как раз в такие моменты не хотелось сидеть сложа руки.
  - Да нет, думаю, мы из него выудим признание. Он пока отрицает свою причастность, мы бы вообще не могли его арестовать - на основании слов пирата, что ли? Но выяснилось, что в гостиницах космопорта можно получить сведения о том, где найти некие развлечения. Уже это достаточно, даже не будь Тверьянов причастен, он за это отвечает. Мы его можем допросить.
  - Вы считаете меня глупой, - Дана чуть сжалась, страшно было спорить и возражать. - Да, я этого не отрицаю, но я тренировалась, я умею разговаривать с мужчинами. Могу что-то узнать. Особенно по этому делу. Я же много раз подобное делала. Только с Амиром совсем не получилось, но ведь это же Амир! Позволь мне попробовать, я не сделаю ничего неосторожного. Просто есть идеи, как можно его разговорить.
  Андрей вздохнул, качнул головой. Но тут вмешалась его жена. До этого она внимательно слушала, но сейчас сказала:
  - Ия не рекомендует тебя вмешивать.
  Ия? Та, которая психолог? Да она же не полицейская даже! Внутри вскипело возмущение, которое привычно вышло на лицо почти невозмутимым взмахом ресниц и чуть надутыми губами. Это всё, что себе позволила девушка, но в голосе её зазвучал гнев:
  - Она вообще что знает? Читала отчёты? Она была там? Была на моём месте, на месте моих девочек? Она ничего не понимает, почему её надо слушать? Она всего лишь психолог, просто разговаривает. Какое она имеет право запрещать мне?!
  - Дана, Дана, - Лиля успокаивающе выставила ладони. - Ия ничего тебе не запрещает. Это просто рекомендация. Вмешивать тебя в это дело плохо для твоей психики и замедлит твою реабилитацию.
  - Но я тоже хочу что-то сделать! - снова удержать слёзы, не устраивать истерик. Никто этого не любит.
  - Лильк, мне кажется, Ия здесь не права, - Андрей качнул головой. - Она пока не начинала работать с Даной, просто изучала документы. Ничего плохо в том, что Дана будет нам полезной. Наоборот, мне кажется, это положительно скажется на её реабилитации.
  - Ну так поговорите с ней, - пожала плечами Лиля. - Я не специалист в реабилитации. Я с преступниками работаю.
  - Но ты ведь тоже психолог, - пожал плечами её муж.
  - Андрей! - возмутилась та. Очевидно, тут было какое-то поддразнивание, но Дана не поняла.
  - Ладно, я сейчас позвоню Ие, - полицейский встал и вышел в соседнюю комнату.
  
  191.
  Дала психолог согласие или нет, Дана не поняла. Но Андрей обещал, что та будет следить за происходящим. Если возникнет хоть какое-то тревожное чувство, хоть малейшее беспокойство, надо сразу выходить и обращаться к ней.
  Девушка обещала. Что там будет, неизвестно, можно сориентироваться на месте. Лишь бы её пустили. Получится ли что-нибудь, или нет, нельзя сидеть сложа руки.
  В кабинет с большим объёмным экраном, кроме самого Андрея и психолога пришли ещё трое полицейских. Один недовольно поджал губы, одна хмурилась. Ясно, считают, что Дану не стоило подключать. Может, они младше по званию, чем Андрей, но девушка не разбиралась в звёздочках и погонах. Для неё важно, что эти двое молчат и не спорят.
  - Сразу выходи, как только хоть чуть-чуть забеспокоишься, - инструктировала Ия. - Ты можешь выйти, перевести дух и зайти снова. Ничего страшного.
  Дана кивнула молча.
  Андрей указал на экран:
  - Мы будем смотреть, вести запись. Но она никуда потом не пойдёт, обещаю. Никто не увидит её, кроме полиции. Напомню, что нам нужно не обязательно признание, но хоть слово, хоть обмолвка. Дальше уже мы сами справимся.
  Он ободряюще улыбнулся.
  Дана ещё раз кивнула.
  
  192.
  Дверь тихо задвинулась за спиной.
  Дана замерла у входа, глядя на немолодого мужчину на скамье.
  Глаза раскрывались всё шире, наконец она выдохнула и стала метаться по комнате. Выхватила из волос шпильку, поддела крошечную камеру в углу. Другую, у самого потолка еле достала. Третью, под столом. Огляделась тщательно, нашла ещё одну камеру, вырвала и её.
  Потом бросилась к мужчине. Села на колени, обняла за шею, прижалась к груди, полусвязно шепча:
  - Это вы... Вы... Но как? Почему сейчас... О, не имеет значения!.. Я нашла вас. Наконец, после всего... Я вас нашла! Почему вы меня бросили? Вы же обещали не бросать меня... Обещали, что позаботитесь обо мне... Что будете за мной присматривать... Вы говорили, что я должна слушаться, и всё будет хорошо!
  Голос его прозвучал неуверенно:
  - Девушка, вы кто?
  С отчаянием на лице она подняла голову, и тихие, обидные слёзы скользнули по щекам:
  - Вы меня не помните? Не помните? Я Дана, цыганка! Как же вы не помните? Вы были со мной... Девять лет назад... Неужели вы забыли... - она всхлипнула и спрятала лицо у него на груди.
  - Дана? А, маленькая девочка-цыганочка, - он помолчал. - Что ты здесь делаешь?
  - Я здесь живу, - снова всхлипнула она. - Я свидетель по делу пиратов. Меня не выпускают, чтобы пираты ничего мне не сделали. Но вы же заберёте меня? Теперь точно заберёте, да? Я делала всё, что мне говорили...
  - Ты молодец, - очень тихо и спокойно ответил тот. - Кто тебя пустил сюда?
  - Я сама... Я видела краешек записи с вами... Я должна была вас увидеть не на записи...
  - Никто не знает, что ты здесь?
  - Ну, меня видели. Я не должна была говорить?.. - Она с отчаянием глянула на него. - Я всё испортила?
  - Нет, нет. Просто скажи, что не знаешь, кто я. И ни о чём ни с кем не разговаривай. Просто забудь. А я про тебя не забуду.
  Дана задрожала:
  - Но в прошлый раз приходили другие... Делали много чего - хуже, чем вы, гораздо хуже!
  - Здесь так пока не будет, - успокоил мужчина. - Потерпи. Меня отпустят, я помогу тебе.
  - Я буду делать то, что нужно! - горячо заверила Дана. - Если хотите, то же, что и тогда!
  - Ладно, ладно, девочка, - успокаивающе сказал мужчина. - Иди, иди. Никому не говори.
  Дана встала, оглянулась на него, потом выбежала за дверь.
  
  193.
  Дану встретило молчание.
  Все присутствующие смотрели на неё неотрывно. Появился ещё один человек - тоже в форме, подтянутый, седеющий мужчина. Его лицо не выражало ничего, но губы, вроде бы, напряжены. В глазах остальных читалось удивление, непонимание, испуг.
  Неужели это какие-то ценные камеры? Но ведь Дана умела их выдирать! Там надо поддеть, осторожно потянуть вверх и вбок, тогда выдёргиваются проводки, но ничего не рвётся и не ломается. Потом просто вставить, и всё.
  Ия кашлянула, и чуть хрипло сказала:
  - Вероятно, форма стокгольмского синдрома.
  Дана глянула на неё исподлобья, подавив испуг и раздражение. Нельзя вести себя нагло такой, как она, и уж особенно с полицией!
  - Что за синдром?
  - Между жертвой и агрессором при тесном общении возникает симпатия. Из-за шока может появиться сочувствие к насильнику, похитителю, оправдание его действий. Вплоть до влюблённости.
  Дана уставилась в пол и тихо, но твёрдо возразила:
  - Мне нравится Амир, но тут всякие синдромы ни при чём.
  - Ты вырвала не все камеры, - ровно сказал Андрей.
  Девушка вскинула голову:
  - Я уж не настолько идиотка! Мы же договорились примерно так. Я же понимаю, что нужна именно запись!
  - О боже! - Ия качнула головой. - Дана, вы что, таким образом выбивали признание? Кто этот человек? Вы вообще его узнали?
  - Конечно, - кивнула та, - это мой первый клиент!
  - И он обещал позаботиться о тебе? Вот сволочь! - поразился Андрей.
  Девушка пожала плечами:
  - Я откуда помню, что он там обещал? Девять лет прошло!
  Подтянутый мужчина криво усмехнулся:
  - У меня тут девочки аж прослезились, а вы просто сценку разыграли! Что ж, Дана, я вас поздравляю, у вас получилось. Хотя изначально вы вообще не имели права этого делать. А, майор?
  Андрей вздохнул.
  - Я думал, мы не спалимся.
  Дана испугалась. Кажется, этот человек какой-то начальник. Наверное, нормальные люди могут определить это по погонам.
  - Андрей не виноват! Я сама предложила. Но это была моя работа, почему нельзя?
  Усмехнулся снова.
  - Понимаю, что Рахимов в вас нашёл. Вы же два сапога пара! Вы хоть понимаете, Дана, что кому попало штатским не полагается влезать в допросы и расследования?
  Девушку пробила дрожь. Это же полиция! Ладно, Амир сказал, что ей простят прошлые грехи, но если она что-то нарушит сейчас?
  - Извините! - прошептала, опустив глаза. - Я не... не подумала. Я не имела права. Я просто хотела... чтобы быстрее нашли... Я хотела помочь.
  Мужчина недоуменно посмотрел на неё:
  - Это снова какое-нибудь притворство?
  - Денис Львович! - сердито воскликнул Андрей и взял Дану за руки:
  - Ну чего ты испугалась? Полковник просто ругается. Ну, он всегда ругается. Слышала бы, как ругается на Амира!
  Девушка подавила всхлип, и спросила, не поднимая глаз:
  - Я нарушила закон?
  - Нет, нет, что ты. Ты вообще ничего не нарушила. Всё неправильное сделал я. Ты-то причём?
  - Трагедии здесь прекращаем, - велел полковник. Он строго посмотрел на Андрея, но тут взвилась психолог:
  - Ребров, оставьте в покое мою пациентку! Майор привёл аргументы, и мы решили попробовать. Мы ни разу не вышли за рамки программы реабилитации. А вы сейчас причиняете девочке стресс. Вся ответственность на нас, Дана вообще не может ни за что отвечать.
  - Ия, - пробормотал тот, идя на попятную. - Я же ничего не хочу сказать. Просто трудно разобраться сходу. Извините меня, Даная.
  Девушка с опаской глянула на него, но так и не поняла, что имелось в виду под этим извинением. Кто вообще эта Ия, если может одёрнуть того, кто командует Андреем?
  Незнакомые полицейские уже покинули комнату, и Дана осмелилась спросить:
  - То, что говорил этот... я не помню, как его зовут, этого хватит?
  - Да, он практически признался, - успокоил её Андрей. - Но даже если из этого ничего не выйдет - есть ты и твои свидетельские показания.
  - Я? - что он имеет в виду, Дана не поняла. - Но я-то что?
  - Вы завтра расскажете, что он с вами делал, - что сможете, конечно, - мягко сказал Ребров, - это уже кое-что. Значит, первый клиент? Это уже преступление, даже если кроме вас он никого не трогал. И уже значит, что он не просто контакты сообщал. Не мелкая сошка.
  Девушка пожала плечами:
  - Он любил снимать сливочки, ну, это так называли. Но не всегда, только когда хотел. Не то, чтобы это было его обязанностью, - слабо улыбнулась она.
  Полковник покачал головой.
  - Андрей, иди-ка, проследи за ребятами, которые там этого допрашивают. Пока всё должно быть цивилизованно.
  - Денис Львович... - зло начал тот, но тяжёлый взгляд буквально заткнул его. Майор вышел.
  - Вы спросите у Алины, может, она его тоже узнает, - посоветовала Дана.
  - Непременно, но, даже если и нет, у нас пока есть ты.
  - Ну вы сравнили, - пробормотала Дана.
  - Денис Львович... - попыталась объяснить Ия, но полковник движением руки остановил её.
  - Даная, будьте добры объяснить, что вы имеете в виду?
  Строгий спокойный тон бросил в дрожь. Она чем-то разозлила этого человека. Его невозмутимость не обманет. В уголках глаз, в напряжении подбородка затаилась тяжесть.
  Вряд ли он нуждался в объяснениях, но ослушаться Дана не посмела. Обхватив себя руками, отвела взгляд:
  - Вы разве не знаете, кто я такая?
  - Ты - свидетельница по делу ЗР-127-342В, - сухо ответил Ребров. - И?
  - Я... ну, я же из цыган, жила среди них, а потом была проституткой.
  - Я всё ещё не вижу разницы между тобой и Алиной в качестве свидетеля. Ты говоришь о недоверии? Между прочим, в масс-культуре шпионы злодеев всех обманывают. Если бы ты была не искренняя с нами, это бы уже давно заметили. Пусть ты великолепная актриса, пусть притворяешь легко и кем угодно - Ия не просто опытный психолог, она полицейский психолог, имела дело с самыми интересными кадрами. Да и Рахимова ты бы вряд ли обманула. Он, всё-таки, здесь соображает.
  - Нет, нет! Я не собираюсь никого обманывать. А Амира обмануть у меня не получалось, как бы я не старалась. Просто я же не из приличных людей, ну кто меня слушает?
  - В прошлый раз, - мягко пояснила психолог, - не тебя не послушали. Не смогли воспользоваться в полной мере информацией, поступившей от пиратов. А эти свидетельские показания будут твои.
  - Но моё слово против его! Он же скажет, что ничего не знает, и... и...
  - А мы на что? Ты думаешь, здесь никто ничего не понимает? - Полковник вздёрнул бровь. - Для этого и открыто следствие по делу.
  Дана беспомощно посмотрела на него.
  - Ну и как это получится? - почти с отчаянием спросила она. - Проститутка обвиняет директора порта...
  Ия попыталась что-то сказать, но Ребров остановил её взмахом руки:
  - Даная, примите информацию.
  Дождавшись, пока она включит миникомпьютер на запястье, скинул книгу.
  - Вам три дня на то, чтобы изучить её.
  - Но... но я пока учу математику... Никак не могу понять, что за синусы, что они значат, что они вообще такое... - Дана опустила голову. Полковник усмехнулся и покачал головой:
  - Это как характеристика угла.
  - Да, но ведь есть градусы. Вот они понятные ещё.
  - Ну, если градусы, а есть синусы. У тебя тоже есть имя, возраст, они понятные. А есть налоговый номер. Казалось бы непонятно откуда берётся, но он - тоже твоя характеристика, и присваивается по определённым законам. Так и синус.
  - О! - Дана поражённо приоткрыла рот. - Спасибо.
  - Не за что, - коротко улыбнулся Ребров. - Прочитай книгу, и задание такое. По мере чтения выделяешь все пункты, которые не относятся и не относились к тебе. Но только в том случае, если есть указание, что они не распространяются на таких, как ты. То есть подчёркиваешь то, где напрямую написано 'Кроме...' Поняла?
  Дана кивнула.
  - Всё, Ия, она твоя. Я зайду на допрос.
  
  194.
  'Конституция Российской Федерации и контролируемых территорий' оказалась, несомненно, проще математики. Но разобраться в официальных словах и определениях получилось не сразу. Дана перечитывала по предложению, пыталась разобраться, что оно означает. А так же - что хотел полковник Ребров, когда велел читать это.
  Но - она послушно читала. До самой ночи.
  В космосе ночь не сильно отличается от дня. Универсальное координированное время вообще не совпадает с солнечными сутками. Но утром у Даны было запланировано занятие с психологом, и стоило немного поспать.
  Но из этого ничего не получилось.
  Как-то пусто оказалось... спать одной.
  Совсем немножко она знает Амира - и уже привыкла. Привыкла засыпать, прижавшись к его боку, в его обьятиях, привыкла к ощущению защищённости и безопасности. Скорчившись под лёгким одеялом, Дана всем телом чувствовала пустоту рядом.
  Подумать только, раньше для неё было в радость спать одной.
  Странная тревога не давала заснуть. В конце концов девушка села в углу кровати, прижалась к стене и закуталась в одеяло. Только сейчас ощутила отголосок покоя.
  Но - чтобы заснуть, этого мало.
  Дана попыталась подумать.
  Ведь всё, что происходит, правильно. Так она и хотела. Мечтала. В её мечтах никакого Амира никогда не было. Зачем бы она стала придумывать человека, который шагу не даёт ей ступить самостоятельно? Он ведь не любит возражений. Заставляет жить так, как ему нравится.
  Почему-то Дана чувствовала себя не свободной, а одинокой.
  Это зависимость. Так нельзя. Ей предоставили возможность стать самостоятельной, и нельзя переживать из-за этого.
  
  195.
  Полубессонная ночь обернулась головной болью и вялостью. Это ещё пока не кончились лекарства! Вряд ли полиция купит ей такие дорогие, називисимо от программы реабилитации. Здесь тоже должен быть врач, и надо с ним посоветоваться. Может, Дана уже вообще вылечилась.
  Андрей зашёл перед завтраком. В первый раз отвёл Дану в столовую сам, показать дорогу. Вопреки опасениям, паёк оказался сытным и вкусным, хотя состоял из простых блюд - каши, бутерброда с сыром, кофе. Конечно, не так роскошно, как на Ганимеде, но тоже вполне хорошо. Даже настроение поднялось.
  Но к психологу девушка заходила со страхом.
  Светло-бежевые стены с белой отделкой, диван и кресло немного другого тона, стол и панорамное окно в полстены ничуть не успокоили. Хотя нейтральные тона и обилие света, наверное, как раз служили этим целям.
  Совершенно неожиданно Ия усадила её в кресло и развернула экран:
  - Дана, посмотрите пожалуйста документы. Я изучала их, и, если что-то неправильно, скажите, пожалуйста. Или если есть какая-то неточность и двусмысленность.
  Девушка настороженно посмотрела на неё. Обращение 'Вы' казалось крайне непривычным. Ни раньше, в борделе, ни у пиратов никто, разумеется, так не говорил ей. Да и на Ганимеде те несколько человек, с которыми она общалась, не выкали. Если они будут разговаривать долго, это будет напрягать.
  - Ко мне все обращаются на 'Ты', - робко предложила Дана, но женщина улыбнулась:
  - Мы пока недостаточно знакомы. Вот познакомимся поближе, тогда перейдём на 'Ты'. Что вы скажете насчёт сведений?
  Девушка углубилась в чтение. Сухое изложение её жизни. Основные факты - жизнь у цыган, свадьба, бордель, бегство на Сатурн; жизнь на Ганимеде расписана чуть более подробно. Откуда это всё?
  - Это Амир написал?
  - Это Андрей Семёнович. То, что ему известно. Это правда?
  Дана пожала плечами:
  - Да. Наверное, Амир ему рассказал.
  Ия легко пожала плечами:
  - Дана, вы готовы добавить некоторые подробности?
  - Андрей сказал, что мне надо рассказать вам всё, что потребуется, даже самые неприятные и страшные подробности.
  - Вы правда готовы это сделать? - ещё раз уточнила психолог.
  Девушка вздохнула.
  - Я не знаю. Но если так надо - я постараюсь. А что вам нужно сделать?
  - Я помогу тебе освоиться. Мы найдём, какие у тебя есть проблемы, поработаем над ними. Я имею в виду, проблемы психологического плана.
  - Вы поможете мне стать такой, как... Как... - Дана не могла подобрать слова. Все варианты казались слишком дерзкими. Наконец, набравшись смелости, она выбрала:
  - Как Ярослава?
  Свободно живёт на Ганимеде. По праву. Чувствует себя там прекрасно. Работает, дружит со всеми. И Амир - не просто позволил жить там, он сам прилетел за ней на Землю, выбрал из других кандидатов, предложил ей работать. Вряд ли у Даны так получится, ума не хватит, воспитания, да много чего. Но, может, психолог хотя бы что-то сделает?
  - Ярослава - ваша подруга с Ганимеда? Расскажите про неё, - попросила Ия, не отвечая на вопрос.
  - Нас Амир познакомил, - начала Дана. Она не знала, что именно рассказать, поэтому просто описала ту, как видела сама. Но психолога интересовали, в основном, отношения её с Даной.
  Они не говорили о том, что было раньше, до Ганимеда. Девушка уже вздохнула было с облегчением, но Ия в конце сеанса мило улыбнулась и пообещала вечером затронуть менее приятные вещи. Если, конечно, Дана будет готова.
  Дана готова не будет. Но потерпит. И сделает то, что от неё требуют.
  Неприятные вещи и так сидели в мозгах, отравляя жизнь.
  
  196.
  Амир позвонил сразу после обеда.
  Андрей нашёл Дану во время рабочего дня. Все личные устройства связи и те, что помещались в комнатах, не работали на межпланетную передачу. Для безопасности, объяснил полицейский. Связаться можно было только по рабочим номерам полиции, через высших чинов, в переговорных пунктах или по специальному разрешению.
  Поэтому Амир позвонил сразу Андрею. Тот оставил Дане связь и вышел, давая им поговорить наедине.
  Юпитерианин сидел в лаборатории, в одной футболке, как обычно чем-то перемазанной. Откуда берётся вся эта грязь? Спросить Дана всегда стеснялась. Она уже знала, что планета-гигант крутит бешеные вихри, полные пыли. Но также знала и то, что все атмосферные станции, на которых работали люди, строго герметичны. Даже частицы водорода не просочится. Почему именно водорода, девушка не понимала. Как один газ может быть меньше другого? Это же газ. Куда его закачаешь, такого размера он и будет. Но Амир говорил так, и Дана предпочитала не задумываться. Возможно, зря. Мужчины не любят умных женщин, в этом она уже убедилась. Но с полными дурами им тоже не интересно. Надо больше учить, наверное, после математики можно будет взяться за физику. Или это химия?
  Амир приветливо улыбался. Но это ничего не значит. Он вообще любит улыбаться, всех приветствует улыбкой.
  Но от звука его голоса сердце всё-таки дрогнуло.
  - Привет, маленькая. Как устроилась?
  Она тоже попыталась улыбнуться. Но вышло жалко.
  - Очень хорошо. У меня отдельная комната. Конечно, очень маленькая, но мне пойдёт.
  Кивнул:
  - Это пока. Когда будешь работать, сможешь снять жильё, какое нравится. Или даже приобрести своё, есть очень много федеральных программ, и помощь сиротам, и бездомным, и освоение космоса. Я уверен, тебе что-нибудь обязательно полагается.
  Комок подступил к горлу. Своё жильё. Он не планирует возвращать её.
  Дана слабо пожала плечами и опустила глаза.
  - Я скучаю по тебе.
  Снова сердце замерло. Чего же он то даёт ей надежду, то отнимает?
  - Я тоже.
  - Тебе тяжелее, - с весёлым сочувствием. Неужели ему вообще всё равно? Значит, это 'скучаю' - просто вежливость. - У меня есть голограмма.
  - Голограмма? - удивилась девушка.
  - Твоё изображение. Оно выглядит совсем как живая ты, сидит рядом со мной на диване, в программе можно даже задать прикосновения посредством элементарных полей. Очень похоже получается. Вторая ты в основном молчишь, но это ничего.
  - А, - Дана сглотнула. Даже непонятно, что сказать на это.
  - Ты не обижайся. Но я привык, что ты рядом. Отвык уже быть один.
  - А я одна, - очень тихо сказала, глядя в колени.
  - Увы. Тебе такая радость недоступна, - он отвратительно весел. Неужели и правда - празднует свободу? Может, на самом деле Амир не предназначен для отношений?
  А если это хорошее настроение - от того, что теперь он может привести другую?
  - Такие голограммы запрещены. Так что, если тебе нужны деньги, можешь подать на меня в суд. Получишь компенсацию.
  - Посмешу всех там, - мрачно ответила Дана. - Кто же позволит мне - и против тебя?
  - Глупости, - пожал плечами Амир. - Перед законом все равны. Так что имей в виду. Ничего страшного, мне для тебя денег не жалко.
  Идиотские шутки и эта непринуждённость выводили из себя. Ему и правда весело? В то время, как Дане так плохо?
  Она закрыла и открыла глаза. Медленно вздохнула, удерживая эмоции.
  - Сексом тоже с голограммой будешь заниматься? - Не получилось ли несколько грубовато?
  Он рассмеялся:
  - Не, это уже извращением попахивает. Хотя можно настроить и стимуляцию нервной системы специальным образом... Надеюсь, до этого не дойдёт. Хотя - тяжеловато, когда ты виртуально рядом. Скажи мне лучше, что вчера делала?
  Участвовала в допросе.
  Гнев сменился страхом. Это же ни в коем случае нельзя рассказывать!
  Но когда у неё получалось скрыть что-нибудь от Амира?
  - Да я вчера только устраивалась. Ни с психологом не занималась, ни учила ничего почти. Только немного синусы. Андрей познакомил меня с семьёй. Жанна чем-то напоминает Аню, из наших девочек, только ты не говори Андрею, ладно? А сегодня мы с психологом занимались.
  - И? - вкрадчиво спросил Амир, приподняв бровь.
  - Ну я же не могу тебе рассказать, о чём мы говорили. Это к-конфиденциально, - Дана запнулась на сложном слове. Очень хотелось с Амиром говорить правильно и грамотно.
  - Нет, мне не нужно. Что ещё произошло? О чём ты не хочешь мне говорить? - он опять кажется спокойным. Уже не то веселье, что вначале.
  Девушка с как можно более искренним недоумением глянула на него:
  - Ничего не произошло!
  - Даная, - он пронизал строгим взглядом.
  Дана поёжилась.
  - Ну правда!
  - Если я узнаю не от тебя - будет хуже. А я узнаю.
  - Ты вообще не имеешь права больше меня отчитывать! - взвилась Дана. - Ты меня бросил. Всё.
  - Не бросил - а предоставил возможности, о которых ты просила. Мне и самому нелегко. Так что ты натворила? Ну, давай. Думаешь, мне не у кого будет узнать?
  Девушка насупилась.
  - Ничего не натворила. Я просто участвовала в допросе.
  - Допросе кого? - сухо и холодно.
  - Директора порта. Поговорила с ним. И всё. Психолог сказала, что можно.
  Строгость из его взгляда куда-то ушла и сменилась тревогой.
  - Данечка, после того, как ты поговорила с Алиной, остаток дня была в депрессии.
  - Нет, правда, всё нормально.
  Он покачал головой:
  - Тебя нельзя оставлять одну. Никак. Я поговорю с Андреем, такого не должно быть.
  В груди стало горячо от вскипевшей злости. Он не имеет права ей указывать! Дана теперь сама себе хозяйка. Пусть не командует тут.
  Сморгнула и опустила глаза, чтобы не показывать эмоции. Он сидит там в обнимку с голограммой, а Дана здесь, одна, и ещё пытается указывать, что ей делать?
  Голограмма почему-то злила особо.
  Девушка улыбнулась, хлопнув ресницами. Расстегнула верхнюю пуговичку на жакете, провела пальчиком по коже вниз, до следующий пуговки. Медленно произнесла:
  - Тем не менее, ты оставил меня. Одну.
  Ещё одна пуговка. Глубокое декольте блузки. Чуть закушенная губа.
  - Даная, прекращай, - строго велел Амир.
  Спустить с плеч накидку. Перекинуть косу вперёд. Жаль, что волосы заплетены. Но не носить же их распущенными везде и всюду.
  Ладонь скользит по бедру к колену. Стопа изящно вытягивается.
  - Даная. Я сейчас прерву связь.
  - Не прерывай! - попросила она нежно. Ладонь скользнула по животу к поясу брюк, и, не прерывая движения, руки обхватывают плечи. Так у Даны появляется грудь. Мужчин это всегда заинтересовывает. Правда, неизвестно насчёт Амира...
  Он прикрыл глаза и тихо выдохнул:
  - Даная...
  Буквально пронизал её строгим взглядом:
  - Твоё счастье, что ты на другой планете. Всё, давай, не скучай, помни, я тебя люблю. Мне надо работать.
  
  197.
  Вопрос Ия задала актуальный.
  Дана и сама не понимала, что происходит. Не похоже, что Амир скучает или жалеет. Может, просто ответственность за её судьбу заставляет его звонить, интересоваться делами, помогать? А чувства уже прошли. Он не похож на человека, который будет жить с кем-то из чувства долга.
  А что теперь делать Дане?
  Она должна быть благодарна за всё, что получила. Теперь есть люди, которые защитят её, помогут. Можно вспомнить, о чём мечталось когда-то. Почти всё может теперь сбыться, и даже происходит то, о чём Дана никогда не смела и думать.
  Нельзя быть недовольной. Сама хотела избавиться от него. Боялась. Злила. Результат вполне нормальный. Ожидаемый.
  Но что теперь делать? Старые мечты вызывают, как минимум, сомнения. Там, в допросной, как же было неприятно обнимать постороннего мужчину! Даже зная, зачем это надо, Дана заставляла себя. Чужой неприятный запах резал чувства, не позволяя хоть на миг представить себе...
  Чужой голос вызывал нервную дрожь.
  Как же раньше она справлялась с этим? Почему-то было гораздо легче.
  Но преступник - это понятно. Так и должно быть. Но ведь даже хорошие, или относительно положительные мужчины из космополиции отталкивали.
  А вот Амира хотелось обнять.
  И этого так не хватало...
  Он ведь так и хотел. Как добился такого, девушка не понимала. Но - захотел, и добился, да. И вот теперь живёт дальше, оставив за спиной очередную победу.
  А Дана до сих пор, мгновение за мгновением, переживает прошлое.
  Как бы ни мало она соображала, всё же хватит ума не принимать за надежду те слова. О том, что она может выбрать.
  Ну да, потом, как-нибудь.
  Он ведь не останется один надолго.
  Никогда не хотел обсуждать свои прошлые отношения. Но Дана знала про Розу. Ведь совсем недавно. А ведь наверняка и до неё были - многие. Много она знала женщин, которые притворялись бы любящими даже рядом с чудовищем, если бы это чудовище было достаточно богато. Ни внешность, ни характер не помешали бы. К тому времени, как закончится хотя бы программа реабилитации, с ним уже будет другая.
  А Дана не будет с другим. Потому что другие - не Амир.
  
  198.
  После ужина, когда Лилия увела дочку в комнату, Дана не выдержала и спросила:
  - А ты не знаешь, Амир присмотрел себе кого-то? Или просто... просто передумал... Ну, про меня?
  Полицейский понял. Он покусал губы и поглядел девушке в глаза:
  - Понимаешь, я знаю его девятнадцать лет. Хотя, конечно, поначалу наши отношения дружескими не были.
  - У него были проблемы с полицией? - Дана даже немного испугалась. Это сейчас Амир может уладить всё на свете, а раньше? Девятнадцать лет назад... Он говорил, что сейчас ему тридцать семь... Это сколько было тогда? Девятнадцать тоже? Надо было слушать Андрея, так что никак не удавалось посчитать. Она же вспоминала недавно, как считать.
  - Ну-у, - протянул Андрей, - проблемы. Он сам был большой проблемой. Знаешь, многие студенты, когда селятся в общагу вдали от дома, слетают с катушек. Особенно, если дома был строгий контроль. Знаешь, я ещё в земной полиции служил, только после академии, ещё участок сложный, ну, общаги же рядом. Там каждую ночь кто-то барагозил. Амир, наверное, чаще всех. Компания его, сейчас все такие солидные люди, а ведь любимые койки в трезвяке появились.
  - Это Сергей и Ильгиз? - уточнила Дана неверяще. - Они что, пили?
  - И пили, и гуляли, и дрались, вот только с наркотой никогда не связывались. Знаешь, если человек не пробует наркотики, не уходит в запои и не бросает учёбу - значит, может взять себя в руки. Точно тебе говорю. Так что мы не особенно и старались. Так, посидят ночь, утром пораньше отпускали, чтобы на учёбу успели. Бывало даже втроём, но Сергей редко, он местный, дома жил. Ещё один у них был в компании, сейчас с Амиром не общаются. И девушка их, но она вообще умница. И училась отлично. Как только связалась с такими?
  - А я думала, Амир хорошо учился... - растерялась Дана. Что-то, кажется, Андрей врёт.
  - Учился он блестяще. Мозги всегда соображали. Даже на стипендию. Мог бы и красный диплом получить, но не с его поведением, сама понимаешь. С общаги выгнали, Ильгиз с ним ушёл на съёмную квартиру. Кстати, и квартиры меняли частенько. Многие хозяева не любят, когда гуляют и баб водят. А уж за Амиром они толпой бегали. В общем, это я к чему. Он ведь тогда сполна нагулялся. Солидный человек сейчас, уважаемый. Невозможно поверить, что в студенческие времена на моей работе частым гостем был. Сам бы не поверил. Как говорится, остепенился, стал правильным, примерным таким гражданином. Просто надоело это всё когда-то. Точно скажу, что 'бабу лишь бы была, а то у всех есть', он не ищет. Любви - ну, её искать нельзя, и не найдёшь, она всегда сама находит, и неизвестно ещё, хорошо ли её познать. Ту единственную - да кто из мужиков её не ищет, на самом деле? Так что можешь быть уверена. Дело не в том, что ты ему надоела, и не в другой женщине. Знаешь, это всё от нечего делать - когда мужик по бабам бегает. Вот мне, честно говоря, просто некогда. Мы с Лилькой домой приходим, Жанку за стол, потом кино вместе посмотреть, или сходить куда-нибудь - и всё, и не надо больше ничего. Работа выматывает, хочется тихого семейного счастья. Амиру похоже тоже, но ему не так везёт. В принципе, сам виноват. Он до тебя ни о ком так не заботился, а ведь женщины не любят пренебрежения. Крутятся вокруг него, а серьёзное что-то - нет... Видимо, при короле хочется быть королевой, а не служанкой.
  Андрей усмехнулся, пожал плечами.
  - Не знаю, что с ним произошло, но, может, даже он не тянет такую ответственность? Тебе нужна профессиональная помощь. Может, Амир боится не справиться, боится тебе навредить. А насчёт любви - спроси прямо, он тебе не соврёт.
  Дана опустила голову:
  - Он сказал, что любит.
  - Ну видишь? Обсуди это с Ией. Может, она поймёт, что происходит.
  
  199.
  Но вечером Ия не говорила ни о чём личном. Дала разные тесты, психологические, интеллектуальные, один за другим. Дана под конец уже начала плохо соображать.
  На сеанс заглянул полковник Ребров. Спросил про конституцию. Девушка с огромным смущением ответила, что не смогла выполнить задания - просто не нашла нужных указаний.
  Полковник улыбнулся, кивнул и сказал:
  - Теперь ты хотя бы немного представляешь себе, на что имеешь право.
  Дана немного растерялась. Уточнить не успела, полковник уже ушёл.
  Спать девушка просто свалилась. С утра чуть не проспала завтрак. Это было бы трагедией.
  В столовой было много полицейских младших чинов. Здесь же можно было встретить административный персонал. Для офицеров обеденный зал распологался рядом.
  Эти самые полицейские, молодые парни и девушки, в прошлый раз почти не обращали на неё внимания. Лишь мужские заинтересованные взгляды - но они были всегда. Теперь же они махали и звали к себе. Дана до последнего надеялась, что не её, пока не окликнули по имени.
  Ослушаться она не решилась. Ей быстро расчистили место на столе и за столом.
  - Ты ведь у нас жертва? - уточнил парень справа от неё. Дана аж вздрогнула:
  - Жертва?
  Девушка с другой стороны прыснула:
  - Ты её не пугай! Не жертва, а пострадавшая в деле... не помню, как там, ЗР-12 какое-то. Дана, мы правильно вспомнили?
  Ответила, что правильно. Огляделась тихонько. Многие ели, значит, можно последовать их примеру.
  Парень рядом пытался не позволить. Спрашивал сколько ей лет, что она собирается теперь делать и где будет жить. Пока, к огромному облегчению, не вступилась девушка рядом:
  - Саш, отвали. Она в программе реабилитации. Потом улетит на Ганимед к директору 'Метролаба'. Правильно, Дана?
  Нерешительно кивнула. Она понятия не имела, куда и к кому улетит. Надеялась только, что имя Амира и сейчас её защитит.
  - Так нечестно. У него и так всё самое лучшее. Зачем ему ещё и...
  - Молчанов! - Рявкнула соседка Даны. - Она. В программе. Реабилитации. По делу ЗР-12. У тебя сосиски стынут.
  Парень демонстративно замолчал и подцепил сосиску вилкой.
  Дана даже смогла доесть завтрак. Остальные тоже справились с едой и один за другим мужчины вставали и уходили из столовой.
  А девушки оставались на своих местах, чего-то ожидая.
  Когда последний представитель мужского пола ушёл, все задвигались, подсаживаясь поближе к Дане.
  Внимание обратилось на неё, и тихо встать и уйти показалось совершенно невозможным. Множество глаз буквально сочились любопытством.
  - Ну как тебе Церера, если сравнивать с Ганимедом? - Спросила девушка напротив. Вопрос поставил в тупик и Дана пожала плечами:
  - Смотря что.
  - Ну, девчонки говорят, там очень красиво. Но что может быть красивого в коридорах станции?
  - Нет, - Дана качнула головой, - много чего может быть. Цветов много, стены с орнаментом, целые парки с кустами и деревьями. Света много.
  Та фыркнула:
  - Ну, красота - ещё не всё. А жить, мне кажется, и у нас удобно и хорошо.
  - Здесь очень здорово, - согласилась Дана. - Но мне трудно сравнивать. Там-то я жила в роскошной квартире, а здесь - обычное жильё, как у всех. Хотя во много раз лучше, чем моя комната на Сатурне.
  - Сатурн - это где были пираты? - уточнила соседка, и Дана кивнула. - Мы про него лучше разговаривать не будем. С тобой нельзя обсуждать детали преступления без психолога. Ты же в программе реабилитации.
  - Лучше расскажи нам, - влезла третья. - Как это - жить с олигархом?
  - Э... с кем? - не поняла Дана. - Почему - с олигархом?
  Они про клиентов? Вроде же только что сказали, что нельзя обсуждать без психолога.
  - Ну, эта роскошная квартира - директора 'Метролаба', Рахимова, правильно мы поняли?
  - Но он же не олигарх! - растерялась она, но полицейская только пожала плечами:
  - Почему нет? А кто? Денег и власти немерено. А что ещё надо, чтобы быть олигархом?
  Дане не понравилось такое определение. Но оспорить его не получилось.
  Снова пожала плечами.
  - Ну что? - не унималась та. - Он щедрый? Говорят, богачи скупые.
  - Нет, Амир щедрый, - Дана вспомнила поход по магазинам с Ярославой.
  - Наверное, сногсшибательные подарки делает? - вкрадчиво спросила ещё одна девушка. Запоминать их оказалось трудно: одинаковая форма, одинаковые причёски. Никто даже не красил волосы. Только голоса и лица разные.
  Но она старалась.
  - Ага, браслет с маячком, - хмыкнула соседка справа, которая раньше за неё вступалась.
  Ну конечно, все сразу думают плохо. Надо было и вправду одеть браслет на ногу. Да какая вообще разница, кто что думает? Не лезут, и ладно.
  - Так надо, - твёрдо сказала она.
  Браслет был сейчас не только маячком, но и напоминанием. Последней нитью, связывающей с Амиром. Казалось, прервать эту связь - и точно уже не будет никакой надежды.
  - Давай мы его снимем? - предложили девушки.
  Дана решительно покачала головой и на всякий случай убрала руку под стол.
  - В самом деле, почему на тебе только браслет-следилка? - не унималась полицейская, которая спросила про подарки. - Вот если посмотреть в сети журналы разные, там подружки богачей просто увешаны разными побрякушками. Вот, гляди, например...
  Она быстро отыскала картинку и вывела её в проекцию над столом.
  - Вот. Это третья, так сказать, действующая, жена Стрельцова, хозяина сети кинотеатров по всей России. Эти здоровенные кристаллы у неё в ушах - рубины, а платье пошито на заказ у модельера Ласнецкого. Знаешь такого? Нет? Он же всю элиту обшивает. А вот ещё - это невеста директора комплекса заводов по переработке вторичного сырья. Её колье похоже на картину из Эрмитажа, а? Так вот, всё это - цветные бриллианты. А маникюр её стоит куда больше, чем всё, что на тебе одето.
  - Мила! - воскликнула удивлённо ещё одна девушка. - Тебе что, это интересно? Откуда ты всё это знаешь?!
  - Она же у нас тоже хочет замуж за миллиардера! - напомнила другая с лёгкой ехидцей. - Только ошиблась чуток с выбором профессии. От нас - никаких шансов.
  - Посмотрим, - ничуть не расстроилась та. - Ну, Дана, скажи.
  - Что? - не поняла Дана.
  - Ну хотя бы... вот какой он в постели?
  - Мила! - возмущённо одёрнула соседка Даны. - Ты, вообще-то, говоришь с пострадавшей по делу ЗР-12!
  - Да я же ничего такого не спрашиваю...
  - Он очень внимательный, - неожиданно для себя ответила Дана, и уткнулась в стол взглядом.
  - А! - как-то без энтузиазма восприняла это Мила. - Значит, о сумасшедшей страсти речь не идёт. Эх! Ну да ладно. Принцы на белом коне только в книжках бывают. Нельзя иметь всё и сразу. Хотя ты-то что имеешь? Подарками твой тебя не балует, эротики как в кино нет. Ну, наверное, это любовь. Но я бы хотела щедрого.
  Внезапно стало обидно за Амира. Что за глупости говорит эта девушка? Что ей эти бриллианты? Разве их можно съесть? Впрочем, можно, а смысл? Или стразы, которые привёз Амир с Земли. Для Даны они нужнее самых дорогих камней.
  Но совершенно точно она не сумеет объяснить.
  - Он очень заботливый, - только сказала Дана.
  - Это тоже важно, - согласилась Мила. - Но уж... ты только не обижайся, уж больно он... ну... страшный. Тут привыкать придётся столько!
  - Ерунда! - обида вконец оформилась и требовала выхода. - Да большинство этих твоих олигархов вонючие и с огромными животами. Навалится сверху туша - дышать невозможно, почти кости трещат, только и думаешь, быстрее бы всё закончилось. А Амир всегда осторожный.
  Мила покраснела.
  - Ой, ты извини. Я не должна была даже косвенно затрагивать эту тему. Прости. Ты конечно права.
  - Дана! - перебила соседка. - Ты хочешь сказать, что вот эти директора, владельцы и министры, которые принимают законы и управляют делами... После работы... ходили к тебе?
  - Олеся! - возмутилась Мила. - ты сама-то не имеешь права об этом разговаривать!
  В упор та посмотрела на коллегу:
  - Плевать. Дана, это правда?
  - Нам не разрешали особо новости смотреть. Редко удавалось. Но мы и раньше кого-то видели. Узнавали некоторых.
  - Вот... вот ведь... Это же... И кто это был?
  Дана помотала головой:
  - Нет, это всё-таки, наверное, нельзя пока говорить.
  Полицейская опустила голову и замолчала, молчали и остальные. Наконец, она сказала:
  - В любом случае, мы узнаем, кто пойдёт под суд по этому делу. Ты их всех узнаешь, Дана?
  - Нет, конечно, кого-то узнаю. Но остальные наши девочки могут вспомнить и других. Если их найдут.
  - Найдём, - тихо, но твёрдо пообещала та.
  - Это так вы выполняете обещание, сержант? - сухой холодный голос совершенно не похож на мягкий и добрый, которым Ия говорила с Даной на занятии. - Речь шла о чём?
  - Виновата, - без эмоций согласилась та.
  - Вы же просили просто поговорить. Знаете темы, которых нельзя касаться.
  Дана испугалась. Всё-таки она выболтала что-то не то.
  - Простите, - выдавила она. - Я просто не подумала. Не знаю, что можно говорить, а что нет. Надо было молчать.
  - Это не вам нельзя говорить, - мягко сказала Ия. - Это девушки забыли, что они в первую очередь не девушки, а профессионалы.
  - В первую очередь мы - люди, - сухо сказала сержант. - И есть случаи, когда невозможно остаться и человеком, и профессионалом. Иногда приказы трудно увязать с внутренними убеждениями.
  - Так вы считаете себя умнее, чем те, кто эти приказы отдаёт? Молодые сержанты, несомненно, умные, а когда взрослеют, растут в званиях и копят опыт - тупеют. Начальство же ни разу не знает, когда надо следовать правилам, а когда нет.
  - Ия Григорьевна, я не то хотела сказать. Просто трудно сохранять холодную голову, когда такое узнаёшь. Нам просто не хватает пока рабочего опыта.
  - Тот же Рахимов, например, всегда умудряется следовать букве закона, - еле заметно улыбнулась психолог. - Лучше бы этому у него поучились, а не деньги его считали.
  - Ещё бы! Да он получает удовольствие от своих придирок! - сказала одна из девушек, и Дана рассердилась:
  - Очень жаль тех, кому эти придирки сбили все грандиозные планы, не так ли? - чуть громче, чем обычно, но взгляд снова в колени. - Пираты Сатурна, например, вообще всё потеряли из-за его вредности!
  - Справедливо, - чуть улыбнулась сержант. - Контролирующие организации всегда строгие.
  - Всё, на сегодня хватит, - Ия подняла руку, словно останавливая болтовню. Отведите Дану ко мне, и брысь работать.
  
  200.
  Первой среагировала Мила. Выскочила из-за стола и протянула руку:
  - Пойдём, я провожу тебя.
  Девочки вокруг захихикали, но спорить не стали. Видимо, расспросы про олигархов считали безопасными для Даны.
  Так что не стала спорить и сама Дана. В конце концов, ей разрешили не отвечать на вопросы, если не захочется.
  Они вышли в коридор, и психолог попросила подождать её десять минут у кабинета, сама свернула куда-то.
  Разумеется, молчать полицейская не стала. Дождалась, пока рядом никого не останется, и сказала:
  - Ты всё-таки про подарки-то не забудь. Намекай иногда, если не поймёт - говори. В самом деле, мужчины же занятые, часто забывают. Им же и самим нравится делать своей девушке приятное.
  При этих словах Дане почему-то подумалось вовсе не о подарках, и она смущённо промолчала. Вечно у неё мысли не о том. Вон, нормальные девушки вообще ничего такого не имеют в виду.
  - И вообще... - Мила осеклась и посмотрела на наручный компьютер, вспыхивающий красным огоньком. - Ой. Вызов. Слушай, давай быстро добежим, тут недалеко. Ты можешь идти быстрее? Вызов не срочный, но всё-таки...
  Дана кивнула и максимально ускорила шаг.
  - На Сатурн? - спросила, не особо и надеясь, что полицейская ей может что-то пояснить. Всё-таки это - служебная информация. - Я жила там до Ганимеда. У пиратов. Только я не знала, что они пираты.
  - Да, там нашли... М-м, я не могу говорить.
  - Оружие? - предположила Дана.
  - Ну вот, - расстроилась Мила. - Ты знаешь. Где там секретность?
  - Я на него наткнулась, когда пыталась убежать от пиратов.
  Несмотря на быстрый темп полицейская глянула удивлённо:
  - Жаль, я не могу расспрашивать тебя об этом. Но это не то оружие, то уже давно изъяли. Там что-то ещё произошло. Нас вызвал директор 'Главкосмосстройпроекта', они сейчас переоформляют станцию.
  - Николай Котласов? - тепло улыбнулась Дана. - Передавай привет.
  Мила снова посмотрела на неё, наморщив лоб:
  - Какой привет? Я просто рядовая. Меня к нему и близко не подпустят. Слу-ушай! - вдруг оживилась она. - А если как-нибудь всё-таки передать твой привет? Дана, стой, он же тоже на Юпитере работает? Но ведь он строитель, а не метролог, он же не выглядит так?
  - Так же, как Амир. Тоже гора мускулов, - заверила Дана, пряча улыбку.
  - Не-е... - погрустнела Мила. - Я всё-таки не смогу. Ладно бы ещё милый толстячок, хотя тоже не хотелось бы, но эти качки стероидные... Ой, извини. Я не хотела обидеть твоего Рахимова. Вот, жди здесь, ладно?
  - Ничего, я тоже побаивалась сначала. Но он хороший. И Котласов тоже. Спасибо, что проводила.
  Мила улыбнулась вежливо и бегом бросилась обратно.
  
  201.
  Разумеется, Ия и не думала, что ей по первому запросу предоставят информацию о Рахимове. Множество допусков и секретностей охраняли его личность надёжно, и не факт, что даже полковник Ребров мог получить к ней доступ.
  Вот не могла Дана выбрать себе кого попроще? Не может же Ия просто позвонить в управление 'Метролаба', попросить секретаря соединить её с директором и спросить, собирается ли он жениться на Дане, или всё кончено? А то Ия не знает, работать ли над её сексуальной психологией, или оставить всё, как есть?
  Новая беседа с Даной выявила большой прогресс в этой области. Эта девушка совершенно не похожа на обычных жертв продолжительного сексуального насилия. Во-первых, она нормально реагировала на прикосновения мужчин. Можно допустить, что ради дела она усилием воли сдержала отвращение и страх, когда забиралась на колени к Тверьянову. Но майор неоднократно прикасался к ней, брал под руку. Никакого отторжения. Совершенно нормальная реакция. О прошлом тоже говорила спокойно. С затаённым страхом, с отвращением, но - говорила. Только мялась, когда речь зашла о её интимной жизни с Рахимовым. Психолог налила ей чаю, предложила перейти на 'ты', усадила на мягкий диван, и только такая непринуждённая обстановка позволила ей вытянуть из девушки подробности.
  Но Ия не обольщалась. Это не проблема, которую она вытащила на поверхность. Просто Дана твёрдо знала - отношения с мужчинами обсуждать нельзя. И делала трудный выбор между вколоченными в неё правилами и уговорами психолога.
  Здесь тоже всё казалось слишком гладким. Свои чувства девушка описывала как 'удовольствие', 'просто восторг', 'захватывает дух'. Рахимов наотрез отказывался пользоваться услугами Даны, превращая их отношения в таинство для двоих. И достаточно преуспел в этом, чтобы вернуть чувственность и эротизм бывшей жертве многократного насилия. И если такое положение вещей устраивает обоих - то Ия и не будет лезть. Программа реабилитации не подразумевает скурпулёзного копания в мельчайших проблемах. Она просто должна вернуть человека к полноценной жизни. У Рахимова это получилось - хотя, возможно, это привязало к нему Дану очень сильно. Вряд ли с другим мужчиной всё будет так же просто.
  Будь этот человек хоть немного как все, Ия бы вызвала его на разговор вместе с Даной. Хотя бы виртуальное присутствие - голограммой. Но - как он относится к психологам? Об этом можно судить хотя бы по отсутствию такой должности на Ганимеде. Были два психотерапевта: в штате 'Метролаба' и 'Главкосмоса'.
  Разумеется, Ия попробует с ним пообщаться, но рассчитывать на что-то не станет. Может, он хотя бы скажет, какой Дана была до него. На пиратской станции.
  Твёрдая уверенность в том, что она - человек второго сорта. Но начало её лежит в детстве, когда цыгане её общины противопоставляли себя тем, кто живёт в цивилизации. А нелюбимая девочка-приёмыш закономерно получала немного внимания. Мало что нового добавилось в последствии.
  Сильных проблем не видно. Свои тараканы есть у всех. И проблемы Даны не выглядят сильно критичными.
  Ия смотрит на неё и почти не видит ничего страшного.
  Но оно есть.
  Понимание на интуитивном уровне, чутьё опытного человека кричало о том, что эта оболочка насквозь фальшивая. Что надо пробиться сквозь неё, найти, докопаться до правды.
  Проблема в том, что это сверх её обязанностей, как психолога программы реабилитации. И она даже не может помочь девочке на добровольных началах, потому как за пределами программы реабилитации к Дане ни у кого нет доступа.
  Вот Рахимов - он плевать хотел на все возможные доступы. Как он уговорил дать показания Алину Фёдорову, которую отец до сих пор не оформил до конца в программу?
  Ия не хочет этого знать. И не должна.
  Пока её интересует только забота о Дане. Вероятно, он чувствует себя этаким всесильным богом. Помогая бедной несчастной девочке самоутверждается в этом. Да и вообще, мужчины любят заботиться о ком-то, а беспомощность Даны подчёркивает мужественность и благородство её покровителя.
  Пусть его, лишь бы девочке было хорошо.
  Вообще говоря, ни один злодей не считает себя злодеем. Хладнокровный бессердечный делец всё равно оправдывает себя. Находит резоны - они сами виноваты, они заслужили, поступили бы со мной так же, дай им волю. Мол, я взятку взял, да, но ведь сделал хорошую вещь, ни от кого не убыло, всем стало хорошо, а я заслужил благодарность. Я не сделал того, что от меня ждали - но ведь они сами не знают, чего хотят, они плохо просили, я вообще не обязан...
  Так и человек, закрывающий новые начинания за мелкие недочёты, разрушающий грандиозные проекты. Он уверен, что поступает хорошо и правильно. Наверняка считает себя героем, борцом со злом.
  Дана, скорее всего, попала под такое настроение.
  Разумеется, если не любовь, то страсть здесь присутствует. У мужчин узковат кругозор, когда дело касается героизма. Красавица всегда в большей беде и более беспомощна, чем страшненькая. А последняя наверняка ещё и сама заслужила. Будь Дана, например, мальчиком, неизвестно, как далеко зашёл бы Рахимов в своей помощи.
  Впрочем, пиратов он накрыл не из-за Даны. 'Метролаб' частенько подкидывает полиции разоблачения.
  Надо как-то пробиться к нему - через майора Цехоцкого. Возможно, Рахимова всё-таки заинтересует дополнительная помощь Дане, которая позволит ей стать полноценным членом общества. Ведь есть же психологи на Каллисто.
  
  202.
  Дана, наконец, выбрала время, когда в спортзале не было народа. К сожалению, поздним вечером, поэтому выспаться не всегда получалось. Но это ничего - главное, можно танцевать.
  В свободное время, отчаянно, формула за формулой, она разбиралась с математикой. Огромным искушением казалось просто вызубрить всё. Но тогда расчёты начинали путаться в голове.
  Для того, чтобы получить хотя бы школьный аттестат, надо разбираться. И она боролась с непонятными учебниками.
  На пятый день жизни на Церере её вызвали на допрос как свидетеля. Но речь шла о другом деле. Спрашивали насчёт пиратов. Показывали изображения тех, кто был на Сатурне. Дана рассказывала всё, что знает о них - какие должности были на станции, как себя вели, у кого были жёны. Полицейские обратили внимание на то, что детей не было в принципе. Девушка считала нормальным - зачем таскать с собой в космос детей? Но, как выяснилось, семьи космонавтов живут с родителями. Андрей даже предположил, что Амира насторожил именно этот факт.
  Пираты, покидая Сатурн, вывезли много оружия, транспорта и конструкций. Теперь в полиции опасались ответных действий с их стороны.
  Опять звонил Амир - и разговор почти не отличался от предыдущего. И оставил чувство нарастающей тоски - лучше бы вообще не объявлялся. Так проще не думать о нём каждую минуту.
  На самом деле Дана не имеет права обижаться. На человека, который столько для неё сделал. Кто она вообще такая? Что себе возомнила?
  Чувство стыда усиливало тоску.
  А потом он прилетел сам.
  Когда Дана вышла от психолога, Амир сидел на скамье у входа, вытянув ноги. Выглядел он бледнее, чем обычно, под глазами залегли глубокие тени.
  Он встал, увидев её, и быстро, механически улыбнулся в знак приветствия.
  Его привычная улыбка, которая ничего не выражала.
  И устало сказал:
  - Даная. Полетели домой.
  
  203.
  Домой.
  Это слово прошило сознание электрическим разрядом. И ни сомнения не возникло.
  И дело не в роскошной квартире и персональном зале для занятий. А в чём именно...
  Дана понятия не имела.
  Просто Амир вернулся за ней. Она и в самом деле нужна. Зачем - девушка по-прежнему не понимала, но это уже не казалось таким важным.
  Желание броситься к нему на шею, подобно маленькому ребёнку, жгло нетерпением. Но Дана понимала, что мужчины не любят навязчивость. И не допускают проявление чувств на людях. Поэтому она подошла, как могла медленно. Почему-то уголки глаз защипало и пришлось крепко сморгнуть. Ещё не хватало слёз по каждому поводу!
  Взять за руки, протянутые к ней? Что делать в ситуации, когда хочется вцепиться изо всех сил и не отпускать?
  Амир не дал ей сделать выбор. Подгрёб к себе, подхватил на руки и поцеловал. Наверное, тоже сдерживался - очень нежный, бережный поцелуй, и объятия на грани нежности и боли. Никогда не переходил эту грань, но Дане сейчас всё равно.
  Лишь бы быть ближе.
  Но Андрей покашлял за спиной, и очарование сменилось смущением.
  У Даны. Но не у Амира. Он словно не услышал. Ни первый раз, ни второй.
  Услышал только сердитый оклик: 'Амир!'
  Поцелуй прервал, удерживая на руках.
  - Чего ты делаешь под камерами с жертвой по делу ЗР-12? Да ещё находящейся в программе реабилитации?
  - Я её забираю. По-моему, это означает выход из программы реабилитации.
  - Амир, ей здесь лучше. С ней работает психолог.
  - Полетишь со мной? - спросил тот, и девушка молча закивала. - Кажется, выбор остаётся за пострадавшей?
  - Давай хотя бы обсудим это. Дана должна подумать.
  - А давай! - широко улыбнулся Амир. - Вы - свои аргументы. Я - свои.
  Андрей сжал губы и выдохнул.
  - Языком-то болтать ты умеешь. Но что вдруг тебе приспичило? То привозишь, то забираешь... Дана же живой человек, с собственным мнением.
  - Я не могу без неё.
  Уже без улыбки, просто.
  - 'Я', - повторил майор.
  - Андрей, извини, - робко вмешалась Дана. - Но я тоже очень хочу на Ганимед.
  - Чем тебе здесь хуже? - нахмурился тот.
  - Я... хочу... - она совсем смутилась. Не расценят ли это, как навязчивость? - Я хочу вернуться к Амиру.
  - Ясно, - он пожал плечами. - Что тут сделаешь? Это и в самом деле добровольная программа. Ладно, - он махнул рукой. - Пошли. Лиля ждёт нас на ужин.
  - Эм... - Амир поджал губы. - Знаешь ли... Я с работы улетел. Мне бы побыстрее вернуться.
  - А то начальник ругаться будет? - хмыкнул Андрей. - Ты трудоголик. Ничего страшного не случится. Не, не, ладно. Но Лиля тебя ждёт, и если не хочешь оставаться на ужин, иди и сам ей скажи.
  - Издеваешься? - Амир приподнял бровь. - Данечка, ты не против поужинать?
  Дана никогда не была против еды.
  
  204.
  Радостная Лиля уже ждала возле накрытого стола. Она протянула руку Амиру, встретив точно выверенное по силе рукопожатие.
  - Ты чего в гости не заходишь?
  - Дела, - стушевался он.
  - Отличные дела, я посмотрю, - она кинула хитрый взгляд на Дану. - Давно пора. Присаживайтесь, я сниму стазис со стола. Жанка, мой руки! - крикнула дочери.
  Зашуршали двери, и вскоре девочка появилась на пороге.
  - Дядя Амир! - прозвучало радостным визгом, и она повисла на поясе у того, даже уже не пытаясь тянуться до шеи. Огромный юпитерианин подхватил её и поднял к самому потолку, вызвав ещё несколько визгов. Потом перехватил поудобнее, разместился за столом и усадил Жанну на колени.
  Андрей кинул укоризненный взгляд с другой стороны стола:
  - Амир! Ну что это такое?
  - Всё в порядке, - улыбнулся и перетянул тарелку девочки поближе. Вручил ей ложку.
  Дана вообще не поняла происходящего. Это ведь Андрея дочь. Не имеет к Амиру никакого отношения. Зачем же он... Никак не могла думать про него плохо, и осталось только глубокое недоумение. И... обида?
  Никак не могла понять это чувство. Но неприятное. Гнетущее. Пустота и тяжесть.
  Запястье кольнул слабый электрический импульс. Сигнал о том, что стоит обратить внимание на наручный компьютер.
  Аккуратно, не привлекая внимания. На маленьком экране появились буквы сообщения.
  'Дана, всё нормально, она же просто ребёнок'.
  Подняла глаза. Лиля смотрела на неё серьёзно, но с лёгкой улыбкой - где-то в глубине глаз.
  Это же не его ребёнок. Зачем так делать?
  Никто из Цехоцких не беспокоился, и Дана уткнулась в тарелку. Аппетит пропал почему-то, но голод остался.
  Минуты полного молчания, потом Андрей сказал:
  - Только нам Дана понадобится через некоторое время.
  - Мы прилетим, - кивнул Амир. - Скажи, когда.
  Значит, он больше не собирается бросать её. Странно, но осознание этого не вызвало радости.
  - Директор порта кое-что рассказал. Земная полиция проверяет подходящие места и людей.
  Вот сейчас пришло облегчение. И радость. Всё не зря.
  Но Амир почему-то нахмурился. Качнул головой и спросил резко:
  - Что он за это будет иметь?
  - Детали я не могу тебе рассказать...
  - Андрей, что?!
  Тяжёлая рука легла Дане на бедро.
  - Просто смягчающее обстоятельство. Которое суд учтёт. Так, как посчитает нужным.
  - Я хочу, чтобы все получили по полной. Вы, в полиции. Позаботьтесь об этом. А то есть ещё способы.
  - Не надо угрожать, - отмахнулся Андрей. - Тем более, особо нечем. Огласка всё равно будет. Такое не спрятать. А мстить, пользуясь своим положением, ты не будешь. Ты так не подставишься.
  - Не я, - зло улыбнулся Амир. - Мы. Ты думаешь, останется хоть кто-то в пределах пояса безопасности Нептуна?..
  Полицейский посмотрел на него с весёлой укоризной:
  - А кто возражает? Мы понимаем, что многие люди этого так не оставят. Даже в земном гадюшнике. Но пока нам бы хотя бы девочек найти. Побыстрее, сам понимаешь.
  Насчёт побыстрее Дана не возражала. Наоборот, теперь, когда осталось немного, её просто лихорадило от желания сделать что-нибудь, чтобы ускорить. Может, ей остаться пока на Церере?
  Она робко спросила Амира.
  И в ответ - тяжёлый взгляд и не менее тяжёлое 'Нет'.
  В самом деле, как она могла подумать, что может что-то решить?
  - Дана, ты лети, - успокаивающе сказал Андрей. - Мы пока ищем. Скоро тебя вызовем, как только что-то будет.
  Лиля стала собирать тарелки, выносить чашки с чаем и сладости. Жанна тотчас же ухватила печенье и засунула в рот целиком.
  - Жанна! - укорила мать. - Что дядя Амир про тебя подумает?
  Девочка опустила глаза и упрямо продолжала жевать.
  Кажется, только Дана заметила, что Лиля поставила лишнюю чашку. Но - ничего не спросила, просто подтянула к себе свою.
  Жанна, вместо чая, в основном болтала, рассказывая Амиру про школу, и тот даже не обратил внимания на вошедшую.
  А вот Дана обратила. И даже немного испугалась. Зачем здесь её психолог?
  Ия тихо села за стол и поздоровалась. Андрей представил её, и Амир со вздохом ссадил Жанку на стул.
  Но разговор начинать не спешил.
  Психолог заговорила сама.
  - Вы понимаете, что Дана, улетая с вами, уходит из программы реабилитации?
  - Возможно, вы дадите рекомендации.
  Твёрдо и непринуждённо. Его спокойный, нисколько не вопросительный тон давал понять, что отлёт Даны не обсуждается, и рекомендации - личное дело психолога. Если хочет что-то посоветовать, вперёд.
  - Да, разумеется, - Ия, конечно, нисколько не смутилась. - Думаю, так может быть и лучше.
  - Ты ведь это про рекомендации? - с опаской уточнил Андрей.
  Медленно качнула головой и обратилась к Амиру:
  - Мне бы с вами поговорить. Наедине, или, хотя бы, без ребёнка рядом.
  - Вы ведь не надеетесь повлиять на моё решение? - уточнил тот спокойно.
  Психолог снова качнула головой.
  Чаепитие прошло в молчании, только Жанна трещала под ухом у Амира. Потом Лиля убрала посуду и увела мужа и протестующую дочь из комнаты.
  Удивительно, но Дану тоже попросили выйти.
  
  205.
  Первым же вопросом Ия хотела выяснить, насколько серьёзно Амир относится к Дане. Согласен ли он работать над её психическим здоровьем, помочь ей адаптироваться к нормальной жизни.
  На что он просто напомнил, что занимается этим уже больше месяца.
  Психолог медленно кивнула.
  - Да, я заметила. По крайней мере, с одной из проблем вы справляетесь.
  - А вот это, - он качнул головой, - я с вами не намерен обсуждать.
  - Я психолог, - мягко напомнила женщина. - А не сплетница. Да и в этой области моего вмешательства в рамках программы реабилитации не нужно. Всё будет в порядке, если вы продолжите в том же духе. И если Дана останется с вами, разумеется.
  - Останется.
  - На каких основаниях? Она не будет чувствовать себя равной вам, если останется просто любовницей.
  - Мы поженимся. Просто ей сначала надо развестись. Кроме того, она ещё недоверчива, - он чуть грустно улыбнулся, взгляд ушёл куда-то в воспоминания. - Боится. Я с этим справлюсь.
  - А вы не боитесь? Ничего?
  Взгляд его стал равнодушным, словно интерес к разговору угас.
  - Не особенно.
  - Не буду проводить психоанализ, - слегка поморщилась Ия. - Просто то, что она чувствует к вам, это зависимость. Сильная.
  - Я рассчитываю, что со временем ситуация изменится. По крайней мере, это уже прогресс.
  Рахимов так свободно говорил о Дане не потому, что хотел советов и рекомендаций. В его поведении сквозила немалая доля хвастовства. Вот, мол, я смог сколько всего сделать, без всяких психологов. Ладно, пусть.
  - Может, изменится. Но для этого ей нужна самостоятельность. Своя жизнь, свои интересы, помимо ваших. Что-то в её жизни, что вы не будете строго контролировать. Поддержка - это хорошо, но не надо создавать тепличные условия. Зависимость у неё сильная. Но любовь предполагает равноправие в отношениях.
  - Я знаю, - не попытался скрыть раздражение. Дайте время.
  - Я и не тороплю. Но, в основном, меня беспокоит другое.
  Довольно странно, но Ия с трудом подбирала слова. Объяснить неспециалисту, какие расстройства подозревает... Лучше без терминологии. Дане нужна помощь. В программе реабилитации ей не полагалось так углубляться. Тем не менее, распутать этот клубок необходимо. Рахимов вполне мог позволить платного психолога. Ия, конечно, не предлагала себя. Ей нельзя так подрабатывать. А вот на Каллисто есть специалисты.
  У Даны был необычный комплекс неполноценности. Нет, она не принижала свои таланты. Прекрасно знала, что красива и привлекательна. Открыто говорила, что танцует хорошо. Признавала, что может обмануть, разговорить, понять, - всё то, чем занималась для Джаггернаута. Хотела учиться новому и думала, что сможет. Знала, что может нравиться мужчинам и не раздражать при этом женщин.
  Вот только твёрдо считала себя человеком второго сорта.
  Ия приводила в пример цыган, которые работали бок о бок с другими, достигали высот - профессиональных и в искусстве. Но Дана говорила, что дело не в национальности. В чём - объяснить толком не могла. Но она - 'не такая, как вы, вы нормальные', и всё тут.
  Рахимов, кажется, не воспринимал её всерьёз. Но насчёт психолога обещал подумать.
  
  206.
  Ия проводила их до причала. Разрешение на взлёт тоже выдала сама. Дана очень удивилась этому, но Амир объяснил, что у психологов на Церере широкие полномочия для того, чтобы иметь возможность обсуждать любые темы с любыми чинами.
  Довольно странно оказалось возвращаться назад так скоро. К счастью, Дана не успела ещё до конца разобрать вещи. Не то, чтобы на что-то надеялась, просто... сил не было опять разбирать вещи. Часть очень удачно осталась на Ганимеде, с тем, чтобы потом забрать.
  Вот и не придётся теперь забирать.
  Маленький катер возвратит её домой.
  Двигатели выключились, задав курс, и Амир сел в пассажирское кресло. Затащил Дану на колени, прижал к себе. Тихо выдохнул ей в волосы:
  - Я так соскучился...
  - И я, - призналась тихонько.
  Он сидел так некоторое время, потом аккуратно ссадил её в кресло.
  - Минутку, ладно, я Ильгизу позвоню.
  Не то, чтобы от неё требовался ответ. Но Дана кивнула.
  Выплыл маленький экран, и Амир поздоровался со слабой улыбкой.
  - И тебе привет, - отозвался зам. Его футболка тоже была заляпана цветной юпитерианской пылью. Экраны вокруг моргали графиками и цифрами и мерно попискивали. - Куда ты так резко подорвался?
  - Данку забирал, - снова слабая улыбка. - Обратно, на Ганимед.
  Ильгиз нахмурился.
  - Ты уверен? Сам же хотел, чтобы она стала самостоятельной. Просто... там же психологическая поддержка, обучение.
  Амир промолчал.
  - Ей всё-таки стоит пообщаться со специалистами, а? Так ей будет лучше, по-моему.
  - А обо мне кто-нибудь подумал? - сердито ответил тот. Глядел при этом куда-то вниз, не на экран.
  Ильгиз замолчал. И молчал долгую минуту.
  - Извини, - тихо ответил он, наконец.
  - В общем, давай домой. Ты чего так задержался? - через равнодушный тон Амира всё-таки пробивалась грусть. - Моделисты тебе эти графики нарисуют до следующего утра.
  - Всё-всё, уже лечу.
  
  
  
  207.
  - Вот зараза, он её увёз! - непонятно откуда выскочил парнишка. Ещё рядовой. Молодой и глупый.
  Ия закрыла базу вылетов и ввела свой код в журнал регистрации.
  - Рядовой! - строго сказала ему. - Это не ваше дело.
  - Нет, ну почему?! - не успокоился тот. - Такая красивая девушка. Такая миленькая. Почему этим богачам всегда достаётся самое лучше? Она наверняка не меркантильная, которым только деньги и нужны. По ней же видно!
  - Рядовой! - уже куда более грозно припечатала психолог. - А по ней не видно её номер дела? Напомните-ка?
  - Да я чего... - стушевался тот.
  - Напомните.
  Ия словно прижала его взглядом.
  - ЗР-12. Но и что? Он, значит, такой важный, что ему можно, а нам, простым смертным...
  - Которые ищут миленьких. Неконфликтных. Послушных, - перебила психолог. - И главное, хорошеньких. Вам нельзя. Вы ведь думаете, что она из-за своего прошлого будет покорно делать, что скажут, и ваше 'не меркантильная' означает, что она должна довольствоваться малым.
  Парень хотел возразить, но одного взгляда хватило, чтобы он закрыл рот.
  - Вы забыли, что я психолог, и со мной не поиграешь в 'а вы что подумали?' Вы даже не представляете, что делает 'этот богач' для неё. И что бы никогда не стали делать вы. Так что, во-первых, не кричите о том, чего не знаете. Во-вторых, я запрещаю вам обсуждать дело ЗР-12. Точка.
  Выключила экран. Ей ещё нужно сделать отчёт.
  
  208.
  Снова разбирать вещи. Хотелось посидеть немного с Амиром, но жизненно необходимо разобрать комплекты белья.
  Ведь Дана знает только один способ показать, как она соскучилась, как благодарна, что он её забрал. Поэтому надо хотя бы выбрать комплект и найти принадлежности для душа.
  Она сняла старую одежду и накинула халатик. Заколола волосы наверх, чтобы не замочить. Распотрошила сумку с бельём.
  Амир появился настолько тихо, что Дана заметила его только когда в очередной раз повернулась к сумкам.
  Его взгляд скользнул по ней, по вещам, которые она разбирала, и остановился на белье.
  С лёгкой усмешкой качнул головой:
  - Крошка, это совсем необязательно.
  Медленно зашёл в комнату. Дана так и осталась сидеть на полу возле сумок, глядя, как он приближается. Её охватило лёгкое волнение. Он ведь не просто так зашёл?
  Нагнулся, бережно и быстро поднял её за локти. Вытащил из халатика и подхватил на руки.
  - Нет, подожди, - забеспокоилась Дана. - Я сначала приму душ.
  Снова лёгкая улыбка:
  - Как скажешь.
  Внёс её в душ и выгрузил в кабинку. Дверь закрылась, оставив Дану в недоумении. Может, он ничего и не хотел? Или, по крайней мере, не собирался? Может, она не так поняла?
  Через пару мгновений дверца снова открылась и закрылась. Амир вошёл внутрь, сдвинув девушку в сторону, и включил воду.
  Дана, разумеется, знала, как следует себя вести в подобной ситуации. Умела в подробностях.
  Но ведь это же Амир. С ним всё не так.
  Поэтому она послушно ждала, отворачиваясь от струй.
  Он поднял её и прижал к стене. Дана обхватила его ногами, прижимаясь ещё ближе. Дыхание рвалось, словно клочьями, но приходилось сдерживаться, чтобы не вдохнуть воду. Плотные струйки раздражали кожу, давили на ресницы, не давая открыть глаза. Какая-то каша из чувств и мыслей, в которой просто не разобраться, не понять, что происходит с ней. Но кажется Дана начала понимать саму суть поцелуя, это растворение в другом человеке, максимальную близость, какая только возможно. Она сама нашла его губы, уже не думая, что делать и что это всё значит. Но этого было мало, для яростной страсти, пылающей внутри, уже мало просто поцелуя. Пальчики впились в спину мужчины в попытке стать ещё ближе, но он чуть отстранился и медленно стал погружаться в неё, пресекая все попытки ускорить процесс. Дана застонала, пытаясь прижаться крепче, но его руки держали её, не разрывая движения. Медленного, неспешного.
  - Пожалуйста! - вода текла по лицу, и приходилось глотать её, чтобы не захлебнуться. А Амир словно издевался над ней, каждое мгновение заставляя желать большего. - Пожалуйста! Быстрее!
  Смешок.
  - Не торопи меня.
  Дана откинулась на стенку кабины, пытаясь поймать ритм его движений. Но это было сродни боли - пожирающее желание, хуже, чем иной голод.
  С его стороны не осторожность уже, а просто какое-то издевательство.
  Когда он ускорился, его движения отозвались электрическим током, расходясь дрожью по всему телу. Воздуха уже не хватало, и Дана тяжело дышала ртом, глотая струи воды. Пространство плыло перед глазами, словно на тугих каплях и клубах пара, дрожь восторга сменялась постепенно сладкой истомой.
  Амир осторожно поставил её на пол:
  - Ты хотела помыться?
  Дана не нашла в себе сил издать хоть звук. Стояла только опираясь на его руку. Он прижал её к стене и нажал пару меток на панели режимов.
  - Губки не разжимай, - велел ей на ушко. Струи воды приятно запахли мылом.
  Амир запустил пальцы ей в волосы, вытаскивая заколку.
  - Их сушить долго, - виновато сказала Дана, и во рту появился ощутимый мыльный привкус.
  Её предупреждали - молчать.
  Он перебирал прядки, прополаскивая их, потом осторожно протёр ей щёки, лоб, подбородок. Огладил шею, провёл по груди. Его прикосновения вызвали воспоминанием недавнюю страсть, оставили отблески удовольствия.
  Когда его пальцы прошлись по бёдрам, Дана чуть было не стала просить о продолжении.
  Только Амира просить бесполезно. Он что-то запланировал, и именно это сделает. Надо просто ждать.
  Он опустился на колени, и Дана даже слегка растерялась. Приподнял её ножку, проглаживая икры, перебирая пальчики. Девушке пришлось крепко схватиться за его плечи, скользкие от мыла, чтобы не упасть, особенно когда он взял другую её ножку.
  Встал, ещё что-то нажал на панели. Мыльные струи сменились чистой водой. Повернул Дану лицом к стенке, прогладил волосы, промывая пряди. Она должна была сделать это сама - но его прикосновения лишали воли и сил.
  Его руки огладили бёдра, раздвигая ножки пошире, она упёрлась ладонями в стенку, рефлекторно прогибаясь. Пальцы скользнули внутрь, вызвав новую вспышку желания. Недавно ей казалось, что пик удовольствия пройден, но Амир каждым движением убеждал её в обратном.
  Из ванной он её тоже вынес на руках. Волосы завернул в полотенце, сказав, что оно специальное, и высушит к утру. Дана эту весть приняла с облегчением. Не хотелось что-то делать сейчас, хотелось только забраться в кровать под бок к Амиру и завернуться в одеяло.
  Но он её перевернул на спину, нависая сверху:
  - Ты что же, думаешь, что так легко отделаешься?
  
  209.
  Рано утром Амир отвёл Дану к врачу. Сам отправился на завтрак. От этого стало грустно, но возразить здесь нечего. Многие анализы делаются натощак. Впрочем, он и здесь позаботился о Дане: велел сходить в кафе и перекусить там. Оказывается, деньги, которые он выделил тогда, так и остались у Даны на счёте с полным доступом.
  Впрочем, она всё равно побоялась бы их трогать.
  Евгений Дмитриевич усадил её в привычную уже полусферу, подрегулировал кресло, закрепил датчики. Один за другим выводил показатели на монитор, выписывал в отдельный файл какие-то выводы.
  Дане не терпелось узнать, что они значат. Но без врача не понять. Надо ждать, пока ей объяснят.
  Наконец, он кивнул.
  - Нормально. Вы ведь не прерывали лечение?
  Подняла на него испуганные глаза:
  - Нет-нет, что вы! Я принимала все лекарства. На Церере к врачу ещё не ходила, но вы же говорили - через неделю показаться.
  - Всё верно, - успокоил Евгений Дмитриевич.
  - Я конечно хочу быстрее вылечиться. Если уж столько всего нашли! Удивительно, как Амир ещё терпит, - вздохнула она грустно. Амир терпит многое.
  Но врач сердито поморщился.
  - Ваш Амир сам уже сменил третье сердце. Вон там, в медицинском хранилище, четвёртое вырастили уже. Всё равно пригодится.
  - Сердце? - не поняла Дана.
  - Сердце. Было две пересадки. Много нервничает, мало отдыхает. Ещё и нагрузки юпитерианские. Ни один самый здоровый человек не выдержит, если будет так себя гонять.
  Девушка начала понимать, о чём он говорит. Внутри всё сжалось. То есть Амир уже...
  - Но ведь... Вы же и снова поменяете, да? Ему ничего не грозит? А если он на инспекции будет?
  - Один раз это случилось на инспекции. Просто вызвали скорую, на лекарственной консервации привезли и прооперировали. Вам не нужно бояться. Это ему стоило бы. Поберечь себя, по крайней мере.
  
  210.
  Дана забралась на диван и включила учебник математики. Но в голову ничего не шло. Формулы мелькали перед глазами и уступали место другим мыслям. В конце концов, она убрала учебник и открыла другой. По анатомии. Ведь её тоже надо будет сдавать.
  Сначала попыталась разобраться с самого начала, но как-то незаметно даже для себя перешла к сердечно-сосудистой системе. Материал был хороший, красочный, понятный.
  И жуткий. Особенно теперь, после того, как доктор рассказал об Амире. Сердце оказалось одним из самых важных органов. Оно гоняло кровь для всего организма, несло воздух и пищу. Дана никогда не задумывалась о таком. И про сердце вспоминала, когда под рёбрами начинало покалывать. Правда, это могла оказаться невралгия. Даже предположительно - невралгия. Из-за физических нагрузок забитые мышцы и зажатые нервы были частыми гостями. Врач на Сатурне говорил, что с сердцем у неё всё в порядке, а Евгений Дмитриевич сказал, что будет в порядке, если Дана будет поменьше нервничать и переживать.
  Девушка вообще не понимала - как можно меньше переживать. Ведь она же не специально.
  Амир так же, наверное. Высокий пост предполагает большую ответственность. Клиенты не раз жаловались Дане, как они устают, как им тяжело всё тащить, и как тяжело отдохнуть и расслабиться без того, чтобы не попасть на статью Уголовного кодекса. Дана таким очень сочувствовала и старалась особенно. Тем более, с ними было полегче.
  Воспоминания прервала мысль о том, что Амир-то не делает ничего запрещённого. Ни для того, чтобы расслабиться, ни для того, чтобы отдохнуть.
  Он вообще какой-то... не такой, как все. Вопреки тому, что утверждают юпитериане, дело не в Ганимеде. А в самом Амире. Вон Наташа и Роза дают волю чувствам. И прочие - парни... А Амир - было дело, он разозлился. Но виновата была сама Дана, он просто хотел её защитить. И перед Ярославой извинялся. Так не делают. Никто не делает.
  А то, что он убил пирата - так и там ждал, чтобы тот первый попытался. И вообще, сам пират собирался убить и его, и Дану. В любом случае, полиция ничего ему за это не сделала.
  Впрочем, может и тем клиентам ничего не будет? Ведь они же ничего не делали насильно. В конце концов, на них действительно ответственность и им нужна разрядка. А из-за Даны у них будут неприятности. Ей бы стало совестно, но всё затмили мысли об Амире. Ведь ей известно, когда сердце подвергается наибольшим перегрузкам! Их даже предупреждали об осторожности.
  А сегодня Амир опять не спал. Потому что 'спать осталось всего полтора часа, нет смысла ложиться'.
  Его строгий режим нарушен неоднократно. Обязательно надо провериться у Евгения Дмитриевича! Надо спросить сегодня. Набраться смелости и предложить сходить к врачу.
  Но ведь с её стороны это просто наглость. Такие вещи говорить взрослому человеку! Он наверняка рассердится.
  А потом пришло понимание того, о чём Дане предстоит на самом деле с ним поговорить.
  И это испугало чуть ли не до обморока уже сейчас.
  
  211.
  Дана всё-таки пошла в кафе. До обеда оставалось слишком много времени, и есть уже хотелось довольно сильно. В последнее время она отвыкла пропускать завтрак. Хоть чаю выпить с булочкой.
  Конечно, это вредно. В идеале ей надо есть поменьше.
  Ничего страшного. Всего-навсего немного чая и одна булочка. Да просто выйти из дома, отвлечься. Наедине с собой становилось страшно от собственной решимости. Так она, пожалуй, не сможет ничего сказать, когда надо будет.
  То кафе, в которое они ходили с Ярославой, казалось чересчур людным, несмотря на отдельные кабинки. Но, по крайней мере, Дана не потеряется, да и в незнакомых местах её охватывала возрастающая тревога.
  Зелень на стенах, деревья и кусты выглядят очень необычными на космической станции. Пока девушка видела только две - но так привыкла к Сатурну, что Ганимед казался кадрами из фантастического фильма. Да и на Земле не встречалось пока мест, столь близких к природе. Дана не была нигде, кроме шумных трущоб городов. Хотелось увидеть пейзажи не на картинках, но - нельзя. Попади она хотя бы в земной космопорт, и даже Амир её не защитит.
  Панель меню засветилась, регистируя заказ, и в этот момент дверца кабинки пропустила шикарную и очень знакомую женщину.
  - Привет, - улыбнулась она. - Извини, если помешала.
  Голос помог вспомнить. Роза из бухгалтерии, бывшая Амира.
  - Привет, - сказала Дана, не отвечая на остальное. Не хотелось даже из вежливости говорить, что та не помешала. Но и возражать она не решилась.
  Роза включила меню, выбирая такие деликатесы, про которые Дана и подумать боялась. Чай с булочкой уже стоял в нише доставки, и в этот раз зрелище нежного суфле с чем-то розовым и блюдца с какой-то особенно крупной вишней не вызвало такой жгучей тоски. Дана тоже может такое заказать. Просто сейчас она решила выпить чаю с булочкой.
  - Ты говорила, что танцуешь, но на вечерах я тебя не видела.
  Дана согласно кивнула. Вряд ли на это обязательно отвечать. Она принялась за булочку.
  - Почему бы тебе не выступить как-нибудь?
  Пожала плечами:
  - Может быть.
  Роза сдержанно улыбнулась:
  - Мы ждём.
  - Кто - мы? - испугалась Дана.
  - Весь Ганимед хочет на тебя посмотреть, - она негромко засмеялась. Красивый мелодичный смех, перелив флейты на высоких тонах.
  Дана тоже так умела.
  - Пол-Ганимеда меня видело, - пожила плечиками. Бессознательно сделала это кокетливо и изящно.
  - Мельком, слишком мало. И рассказывают совершенно противоречивые вещи.
  Дана склонила голову, спрятав за лёгкой улыбкой мимолётную грусть. Конечно, она не ожидала, что люди забудут её роль на Сатурне. Но как долго Амир выдержит разговоры о том, что его девушку имели все, кому не лень?
  - Я, конечно, умею думать, - резковато сказала Роза. - Кое-что вызывает сомнения хотя бы потому, что Амира не могла привлечь девушка, которая делала... такие вещи.
  Дана посмотрела в упор, отложив недоеденный кусок. И не сводила глаз, пока выражение лица бухгалтерши не стало озадаченным:
  - Что... что, правда? Стой. По порядку. Ты ... м... была единственной женщиной на пиратской станции?
  - Там были другие женщины. Жёны.
  Прямая спина, взгляд свысока, хоть та и выше. Пусть скажет прямо - и Дана скажет прямо.
  - Но ты... ты одна... - и не выдержала, - ты что, добровольно на это соглашалась?
  - Я была одна на пиратской станции, - тихо ответила Дана.
  Сытое, ленивое спокойствие и лёгкая насмешка уже полностью ушли, уступили место растерянности.
  - Боже, - просто сказала Роза. - Я из неверующих, извини, - Дана закинула в рот последний кусочек, залпом допила чай и встала. - Ладно, спасибо, что составила компанию. У меня не так много знакомых на Ганимеде.
Оценка: 9.24*30  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Успенская "Хроники Перекрестка.Невеста в бегах" А.Ардова "Мое проклятие" В.Коротин "Флоту-побеждать!" В.Медная "Принцесса в академии.Суженый" И.Шенгальц "Охотник" В.Коулл "Черный код" М.Лазарева "Фрейлина немедленного реагирования" М.Эльденберт "Заклятые любовники" С.Вайнштейн "Недостаточно хороша" Е.Ершова "Царство медное" И.Масленков "Проклятие иеремитов" М.Андреева "Факультет менталистики" М.Боталова "Огонь Изначальный" К.Измайлова, А.Орлова "Оборотень по особым поручениям" Г.Гончарова "Полудемон.Счастье короля" А.Ирмата "Лорды гор.Да здравствует король!"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"