Зубачева Татьяна Николаевна: другие произведения.

Тетрадь 27

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 8.20*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вычитано


ТЕТРАДЬ ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

  
   Выехав за границу участка, Эркин спешился и, похлопав Принца по шее, повёл его шагом. Ну, вот и всё. Что мог, то сделал, а чего не смог, того не смог. Дальше решает не он. До ключа еле дотянулся, заметили, конечно. И на стол им зря всё скинул. Надо было до конца держать, да обронить побоялся. Могут придраться и снять, как их, очки. Ну и хрен с ними, с очками.
   Эркин остановился, вытащил из кармана кусок хлеба и дал Принцу. А ничего получилось. Теперь ждать. Пока не выступят все и судьи не подсчитают очки. Отвести, что ли, Принца на коновязь к Резеде? Да нет, вон все с лошадьми ждут.
   Принц съел хлеб и ткнул его мордой в плечо. Эркин шлёпнул его по щеке.
   - Не так уж ты и устал, не притворяйся.
   Принц мотнул головой. Эркин рассмеялся, отвёл его, привязал рядом с другими лошадьми и пошёл смотреть остальных. И орал, и свистел, как все. Переглянулся с Андреем, увидел Джонатана и опять рядом с ним русского офицера. С чего это они в такой дружбе? Ну, их дела, Его не касается.
   Андрей поймал его взгляд, кивнул и помахал рукой. Эркин ответил ему кивком. Уговорились, что до конца соревнований участники и зрители отдельно держатся. Чтоб ни подставок, ни соучастия в пари, ни ещё чего такого... чтоб честно всё. А Андрей ставил на него. Так что... А ловок этот, тоже из спальников. До хруста вытянулся и подобрал платок. Вот не думал, что нас столько уцелело. Ох чёрт, промахнулся по ключу парень. Вторая попытка - очки летят. Со второй справился. Остановка... не слушается его гнедой, разгорячился. Соскок теперь. Эх дурак, нашёл где кувыркаться, это ж время, нет, уложился. Всё, больше он ничего не успеет.
   Эркин посмотрел на песочные часы на судейском столе. Ему объяснили это устройство, ещё когда они ждали вызова. И сказали, что дал их врач. И он теперь разглядывал их с невольной настороженностью, как всё, что связано с врачами. Да, похожее он видел в питомнике... и в Паласах. Как-то, на ток когда клали, заметил, что надзиратель перевернул такое же... и ток включил. Один раз только видел. Ну да, обычно, видно, сначала ток, время потом пускают, а под током уже не видишь ничего. А в тот раз, значит, что получается? Получается, что на капелюшечку меньше положенного ему тока досталось. А надзирателя он не помнит...
   Резким взмахом головы Эркин откинул со лба волосы и ненужные сейчас мысли. Ну их всех. Вот это да! Лассо сразу кольцами собрал в работу, ни перематывать, ни чего ещё, и на луку надел. Ах ты, как конь у него поставлен, сам на вещь выходит. Платок зубами и... ключ зубами?! Ну, вот это да! И шляпа не ворохнулась. Силён ковбой! Опытный. Ты смотри как он...! Ну, этот первый, ясно! И в возрасте уже, а гибкий.
   Рёв толпы становится глуше. Просто потому, что все уже охрипли. Многие, устав кричать, подражают белым, хлопая в ладоши. Судьи с каменными лицами невозмутимо проставляют в списках участников значки, по которым потом подсчитают очки.
   Джонатан и Старцев по-прежнему стояли рядом. Старцев продолжал рассматривать не столько выступающих, сколько зрителей и особенно внимательно следил за участниками, уже прошедшими дистанцию и ставшими зрителями. Да, в отличие от скачек здесь симпатии цветных и белых распределены иначе и не так жёстко привязаны к расе участника. Завтра метание ножей и борьба. На эти виды записались только цветные. Рестон разрешил посмотреть списки участников. Ни одной фамилии, только имена, иногда с добавлением прозвища, если такое имя уже есть, а то и только прозвище. Будет интересно посмотреть. Но до чего все азартны! Игра во всех видах. Карты, шелобаны, как их называют цветные, пари по любому поводу. И подчёркнутая до утрированности честность при расплате. Выигравший никогда не требует выигрыша, проигравший сам подходит и отдаёт. Интересно, почему ни кости, ни рулетка здесь не в ходу? Ну, рулетка, допустим, из-за необходимости оборудования. Карточная колода здесь, как кольт, у каждого. А для шелобанов вообще ничего не нужно, одни руки. И для пари... Очень интересное явление. И решение, что судьи и участники не играют. Но тут нюанс один есть. Проверим...
   - Вы по-прежнему интересуетесь зрителями, капитан?
   - Я же не играю, Бредли.
   - Возьмёте своё завтра?
   - И сегодня вечером, - улыбнулся Старцев и подмигнул. - Сколько мне дадут, столько и возьму.
   - Резонно, - рассмеялся Джонатан.
   - Судьи своё тоже возьмут, - Старцев не спрашивал, но Джонатан кивнул, с интересом разглядывая собеседника. - И сегодня вечером тоже, - закончил с улыбкой Старцев, - как и участники.
   - Среди них не все азартны.
   - Самые неазартные, - засмеялся Старцев, - записались на все виды, ведь так?
   - Честно, я не думал об этом. Но могли быть и другие мотивы.
   - Разумеется. Например, уверенность в себе, желание похвастаться, покрасоваться.
   - Естественное желание, капитан.
   - И показатель освобождения, внутреннего освобождения. Но... но здесь ещё надо думать. Я плохо знаю предшествующие нравы. Эта олимпиада очень интересна. Во всех аспектах. Извините, я отвлекаю вас. От игры.
   - Она уже заканчивается. Это последний.
   - Посмотрим?
   - Посмотрим, - согласился Джонатан. - Последнему сложнее.
   Молодой веснушчатый парень очень старательно, но не слишком уверенно проделал все обязательные упражнения, с трудом уложившись в положенные пять минут, и судьи склонились над своими листами, а участники, взяв лошадей, повалили на поле, перекликаясь со зрителями и друг с другом. Берт, потный и похудевший за этот день, выстраивал их в шеренгу, комментируя заминки и оплошности так, что слушатели захлёбывались от хохота.
   - Жеребец Бурый! Поставь своего ковбоя в строй.
   Появился мэр с девушками и помощниками. При виде призов по толпе прошёл уже не гул, а какой-то медленно затихающий рёв, и наступила тишина. Судьи закончили свои подсчёты, сверили списки и вставали, устало вытирая лица кто платком, кто рукавом. Берт ещё раз оглядел разноцветную шеренгу, улыбнулся всем и пошёл к мэру.
   В отличие от скачек здесь, как и на стрельбах, вызывали на награждение. И опять. Лошади - розетку на уздечку, всаднику - приз.
   Первому вручили богато украшенные серебром седло и уздечку. Немолодой по сравнению с другими - за тридцать мужику - худой белый ковбой, принимая приз, не сдержал слёз. И его за рукав отвели на указанное Бертом место. Светло-жёлтый с белыми хвостом и гривой конь сам пошёл следом и привычно встал за правым плечом хозяина.
   Эркин был уверен, что его вызовут нескоро, и смотрел спокойно. Второй получил седло и уздечку попроще, третий простые. Эти ковбои держались получше, но тоже, получая призы, зашмыгали носами. Четвёртый и пятый получили пояса. Тоже богатые, с фигурными пряжками и колечками для всякого, что к поясу цепляют. А пятый... он на скачках, вроде, третьим был. Здоровский конь у него! И на резвость, и здесь... А шестым... Эркин вгляделся и ахнул в голос, и взревели зрители. Мулат! До него все победители - ковбои, белые. Ну парень, ну, молодец, знай наших! А на записи всё трухал, что с белыми тягаться боязно, да и не знает такого, что те умеют! И на массаже ныл, что суставы задубели, не слушаются. Эркин увидел его обалделое лицо и засмеялся. Синяя розетка лошади, пояс и... и конверт. Никак тоже сотенную получил! Купит себе всего, а то всё ещё в рабском ходит.
   - Принц, владелец Бредли, наездник Эркин. Седьмое место.
   Чего-о?! Это его, что ли? Кто-то из соседей ткнул его кулаком под рёбра. Растерянно улыбаясь, держа Принца за повод, Эркин пошёл к мэру.
   - Поздравляю.
   - Спасибо, сэр.
   Розетка... пояс... опять конверт?! Ну...
   - Поздравляем...
   - Молодец, парень...
   - Поздравляю...
   - Хорошо сделано...
   - Опыта наберёшься - первым будешь...
   Это судьи.
   - Спасибо, сэр... спасибо, сэр...- повторял Эркин, отвечая на рукопожатия.
   На этот раз он уже различал их, узнавал, ну да, всех он знал по перегону. Фредди... Эркин улыбнулся ему, Но Фредди остался невозмутимым, только еле заметно подмигнул.
   Эркин встал в строй, посмотрел на восьмого и незаметно ткнул мулата локтем. Тот ответил кивком. Тоже из... бывших.
   Пошли вперемешку белые и цветные. С одиннадцатого места давали зелёную розетку и рубашку, с шестнадцатого и до конца жёлтую розетку и шейный платок.
   Закончилось поздравление, и зрители облепили участников. Суета стала невообразимой. К Эркину протиснулся Андрей, обнял его.
   - Ну, чёрт, ну, чертяка...!- Андрей захлебнулся нелепыми в этот момент ругательствами.
   Эркин обнял его, ткнулся на мгновение лбом в жёсткое плечо Андрея и тут же отпрянул. Но никто ничего не заметил. Все вокруг обнимали, целовали, били по плечам победителей, угощали выпивкой. Соревнования-то кончились, сейчас-то чего... И к Эркину тянулось несколько тёмных рук со стаканами. Пришлось глотнуть из каждого и отговориться тем, что ему ещё с лошадьми управляться, две ж на конюшне стоят, их же проминать надо. Хотелось подойти к Фредди, но вокруг судей уж очень плотная толпа и там все белые. Ну, ладно...
   - Давай, - Эркин посмотрел на Андрея, - заберём Резеду, отведём их...
   - Ага, - кивнул Андрей, - я только выигрыш соберу. Я ж ставил на тебя, чёрта.
   - На что?
   - Что в первой десятке будешь. Как на скачках.
   - Ладно, догоняй.
   - Держи. Куртка, конверт твой...
   - Ага, давай.
   Эркин засунул оба конверта нагрудный карман. Интересно, на этот раз сколько дали? Накинул куртку на плечи и уже не спеша, по-прежнему ведя Принца в поводу, пошёл сквозь толпу к коновязям. А ничего Принц, слушался. Хорошо всё вышло. Первый десяток... Все говорят, что для первых скачек это очень даже здорово. Андрей ставил на него, ну и хорошо, наберёт себе на ботинки...
   Принц всхрапнув дёрнул повод, и Эркин как очнулся. Маленькая сухая старушка с седым фигурным валиком вокруг маленького сморщенного личика, загораживала им дорогу, протягивая на ладони несколько кусочков сахара. Это ещё зачем?
   - Какая милая лошадка, угости её.
   Эркин сразу привычно опустил глаза, но старушка такая маленькая, что он всё равно её видит.
   - Спасибо, мэм.
   Эркин подставил руку, и старушка высыпала сахар на его бугристую от мозолей ладонь. Принц сразу потянулся к сахару. Эркин подставил ему ладонь и под умилённым взором старушки скормил сахар. Пусть не думает, что он его сам втихаря стрескает.
   - Это лошадь Джонатана Бредли?
   - Да, мэм.
   - Ты доволен победой?
   - Да, мэм.
   - А завтра? Ты будешь и завтра соревноваться?
   - Да, мэм.
   - Я желаю тебе победы.
   - Спасибо, мэм.
   Наконец-то отвязалась стерва старая. А то на них уже глазеть начали. Надо выбираться отсюда. А... а какого чёрта?! Эркин взмыл в седло и тронул Принца. Верхового уже не остановят.
   Он выбрался на край луга и поскакал к коновязям. Резеда стояла смирно и уже обсохла. Можно бы трогаться, но надо подождать Андрея. А пока... Расседлать Принца, что ли? А седло потом на себе переть? Да и не устал Принц. На чистке и разотру. Эркин привязал Принца рядом с Резедой, огляделся. Мало лошадей. То ли прямо с мастерства по конюшням пошли, то ли... А, вон и Андрей.
   Андрей подбежал к нему с большой лепёшкой в руках.
   - Держи.
   - Чего это?
   - Перекуси малость.
   На толстой пухлой лепёшке мелко нарезанные кусочки жареного мяса в лужице медленно впитывающегося в лепёшку жира. Эркин невольно сглотнул слюну, хоть и не чувствовал голода.
   - Пополам.
   - Я уже такую стрескал.
   Эркин ухмыльнулся.
   - Ты другому кому поври. Может, и поверит. Кто тебя не знает.
   - Жир впитается, и порвём, - согласился Андрей.
   - То-то.
   Они ели мясо, осторожно отрывая куски от краёв лепёшки, а потом разделили пропитанную жиром серёдку и вытерли пальцы о траву.
   - Ну, пошли, что ли.
   - У меня ещё шоколад, плитка.
   - На проминке её, - решил Эркин. - Бобби с Огоньком же так и стояли.
   - Мг. И Майора ещё. Фредди ни до чего сейчас. Они там, - Андрей заржал, - с коньяком общаются.
   - Ну и пусть, - засмеялся Эркин. - У нас своя компания.
   - Это с кем? - подозрительно спросил Андрей, отвязывая Резеду.
   - А с лимонадом, - невинным тоном ответил Эркин, держа под уздцы Принца.
   - Ты у меня дождёшься ещё.
   - Я подожду, - кивнул Эркин.
   Они пошли к городу, ведя Принца и Резеду в поводу. Потряхивая лентами розеток, те шли спокойно, словно понимали и гордились наградами.
  
   - Ну что ж, Бредли, поздравляю вас.
   - Спасибо, капитан. До вечера?
   - Разумеется, до вечера.
   На лугу Дженкинса набирала размах гульба. Обмыть победу, запить поражение, угостить и принять угощение, купить на выигранные деньги подарки... Пока светло, здесь, а как стемнеет, в городе. Это уж кто сможет. А не сможет - и здесь поспит. Не зима, не замерзнёт.
  
   - Ты выигрыш весь собрал?
   - А то! Не оставлять же им на пропой. Обрыв ты здорово сделал.
   - Ещё б чуть-чуть и навернулся.
   - Не навернулся же. А судили честно. Я сначала было психанул, что тебе трудно положили...
   - Всем так клали. С ключом я сам не рассчитал.
   Эркин и Андрей шли рядом, ведя лошадей в поводу и разговаривая по-русски камерным шёпотом. Благо встречных мало.
   - Промнём и пойдём поедим. Я голодный чего-то.
   - Ещё бы! Я только смотрел на тебя и то... умотался.
   - Орал ты здорово. Я тебя всё время слышал.
   - Не ври. Ни хрена ты не слышал. Летел... глаза дикие. На скачках когда... они уже дальше пошли, а ты только чухаться начал.
   Эркин негромко рассмеялся.
   - Было дело.
   Они уже подходили к гостинице. Дежуривший Энтони встретил их шумными поздравлениями, предложил свою помощь. Они поставили Резеду и Принца в денники, обиходили их, задали корм. Эркин расседлал и растёр Принца, повесил в углу призовые куртку и пояс и пошёл седлать Огонька. Андрей уже заседлал Бобби. И тут пришёл Фредди. Скользнув взглядом по денникам Принца и Резеды, быстро заседлал Майора.
   - Готовы, парни? Пошли.
   Энтони проводил их ухмылкой, а когда они скрылись, покрутил головой. Ну, в такой день припереться проверять работу парней... это уже чересчур. Вот, вроде, и не сволочь, а въедлив... ну, дыхнуть парням не даёт. То хороший мужик, а то беляк беляком.
   Фредди почти сразу задал такой темп, что они быстро оказались за городом. Сегодня здесь оказалось совсем пустынно. Все ещё были на лугу Дженкинса или уже в салунах и барах.
   Фредди огляделся и придержал Майора. А когда парни догнали его и, как обычно, пристроились рядом, он молча обхватил Эркина за плечи и прижал к себе. Их кони шли рядом, а Фредди всё никак не мог справиться с лицом и даже не сознавал, что Андрей сразу отстал, а Эркин не пытается высвободиться из его объятий.
   Наконец Фредди отпустил Эркина и с невольным опасением посмотрел на него. Чёрт ведь знает, куда парня шибанёт, но Эркин улыбнулся в ответ. И Фредди с изумлением увидел, что глаза у Эркина влажно блестели.
   - А про шоколад-то забыли, - догнал их Андрей.
   - Это откуда у вас такой? - удивился Фредди при виде большой плитки в сине-золотой обёртке.
   - Угостили, - ухмыльнулся Андрей. - С победой поздравляли. - Эркин быстро взглянул на него и отвёл глаза. - Их две было, но одну мы уже стрескали. Давай, - он протянул плитку Эркину. - Дели, победитель.
   - Я не победитель, - серьёзно поправил его Эркин, доставая и раскрывая нож. И усмехнулся: - И даже не призёр. Призёр - это три первых места, так, Фредди?
   Эркин быстро и очень точно поделил плитку на три равных части.
   - Вообще-то так, - кивнул Фредди, беря свою долю. - Но здесь призы всем дают. Все призёры.
   - Так что, не увиливай, призёр, - засмеялся Андрей. - Выиграли - так гульнём.
   - Завтра ещё... работать, не забывай, - осадил его Эркин. - Там уж лошади не будет, сам на себя рассчитывай.
   - Это верно, - кивнул Фредди. - Так что ночуй сегодня в номере. Выспись как следует. Да, а как Резеда тебе, Эркин?
   - Нормально, - пожал тот плечами. - Старалась. А что?
   - Рабочая лошадь из неё никудышная, - задумчиво сказал Фредди. - А делать скаковую... Ты бы взялся?
   - Это как? - Эркин заинтересованно смотрел на него.
   - Это на год остаться в имении и каждый день тренировать её.
   - Нет, - резко ответил Эркин и мягче добавил: - Я не останусь.
   Фредди кивнул.
   - А мне и Джонатану некогда. А нанять ещё кого-то только с ней работать... невыгодно это, парни.
   - Тогда что, продавать её? - спросил Андрей.
   - А ты бы сам как решил? - ответил вопросом Фредди.
   - А чего мне решать? - Эркин насмешливо улыбнулся. - Она ж не моя. У неё хозяин есть, ему и решать, - посмотрел на Фредди и рассмеялся. - Он же решил уже, так, Фредди? Ну? Ну, зачем заливать.
   - А чёрт вас знает, - пробурчал Фредди. - Вдруг взбрыкнёте.
   Эркин смеялся, бросив поводья и запрокидывая голову. Смеялся так, что Фредди и Андрей, тоже уже было засмеявшиеся, насторожились.
   - Ты чего, Эркин? - спросил Андрей.
   - А смешно, - просто ответил Эркин. Он явно хотел этим ограничиться, но, видя их лица, всё-таки решил объяснить: - Нас когда на награждение построили, ну, после скачек, я даже испугался. Уж очень на торги похоже. Потом вижу, на розетке, ну, в кружке, цифры. Сто двадцать один. Решил, что цена. Стою и трясусь, себя уговариваю, что я-то не при ней, что для пары, ну, наездник с лошадью, мала цена. Потом увидел, что у всех сто двадцать один. Не может же у всех одна цена быть.
   - Это год, - угрюмо сказал Фредди.
   - Ты что? - Эркин заглянул ему в лицо. - Обиделся? Не надо. Решил Джонатан продать Резеду, так мы-то тут при чём?
   - Нам же лучше, - убеждённо сказал Андрей. - На одну лошадь меньше чистить.
   - Точно, - поддержал его Эркин. - Как это я сразу не подумал?!
   - А это у тебя на прыжке последние мозги из головы вытряхнуло, - деловито объяснил Андрей. - Ты потому и на награждении обалделый стоял. А сейчас заливаешь.
   - Последние, говоришь? - спокойно спросил Эркин.
   - Мг, - Андрей насторожился.
   - А потом я чем соображал? Ну, на мастерстве?
   - А там за тебя Принц думал, ты только дрыгался. Потому и место седьмое.
   Андрей рванул повод, останавливая Бобби, но Эркин уже ухватил его за шею и перетягивал к себе на седло.
   - Ща я твои мозги проверю. Сколько их там у тебя осталось.
   - Цыц оба! - рявкнул Фредди. - Мне завтра на вас ставить, а вы зазря уродуетесь.
   Эркин отпустил Андрей, и тот сел в седло, ощупывая шею.
   - Псих здоровенный. На борьбе ты первым будешь.
   - Мг, - Эркин о чём-то думал, напряжённо сведя брови, и вдруг тряхнул головой и твёрдо посмотрел на Фредди. - Слушай. Нас, ну, таких, как я, десять. Остальных мы всех покидаем. А между собой... Кто старше, тот и сильнее. Всё понял?
   - Вы... договорились? - медленно спросил Фредди.
   - Мы сегодня мяли друг друга, ну, массаж, перед мастерством. Потому и прошли все. Заметил? - Фредди неуверенно кивнул. - Договорились бороться честно. Но раз ногами не бить решили, то старший сильнее. У нас так получается. Мышц больше. Но биться будем всерьёз. Нам тоже интересно. Где разница большая, ну, мне двадцать пять, а ему девятнадцать, выкину без звука, а есть там один, двадцать три ему полных, а может и двадцать четыре уже, не спросил я, с ним повожусь и не знаю, как обернётся. Ты меня во всех видах видел и их угадаешь. Но это только вам... троим. И всё.
   - А третий кто? - спросил Андрей.
   Но Эркин, не отвечая ему и даже как бы не замечая вопроса, смотрел на Фредди.
   - Всё понял?
   - Всё, - твёрдо ответил Фредди.
   - Тогда всё, - улыбнулся Эркин. - И не было ничего. Понял? Андрей?
   - Не дурак, - буркнул Андрей и тут же ухмыльнулся: - А чего ж не понять, когда ничего и не было? Коли не было, так и понимать нечего.
   - Замолол, - улыбнулся Эркин и привстал на стременах, оглядываясь. - А куда ж это занесло нас?
   - Бери направо, - усмехнулся Фредди. - Круг опишем. Сообразил?
   - Сейчас, - Эркин снова огляделся. - Ага, понял. Там город?
   - Угадал.
   Они развернули коней и неспешной рысью тронулись в город. И уже на подъезде Фредди вспомнил:
   - Да, тут Дон, ну, помощник шерифа...
   - Знаем его, - кивнул Андрей.
   - Он поговорить с вами хочет.
   - О чём? - коротко спросил Эркин.
   - Это он сам вам скажет.
   Эркин и Андрей переглянулись и пожали плечами.
   - Посмотрим, - кивнул Эркин.
   - Послушаем, - поправил его Андрей.
   Фредди кивнул и усмехнулся. Вот и всё. Дальше Дон пусть сам справляется. Сумеет уговорить парней - хорошо, не сумеет - его проблемы. С Резедой тоже улажено. Даже не думал, что так легко сойдёт. Но, значит, не показалось, что парень испугался. Да и остальные цветные, если вспомнить, тоже затряслись. Вот значит, чего испугались. А ведь и правда, на торги походило. Ну, ничего, обошлось.
   Солнце уже закатывалось, когда они подъехали к конюшне. Быстро поставили и убрали лошадей. Фредди поймал краем глаза укоризненное выражение лица у Энтони и усмехнулся. За парней переживает. Ладно, обойдётся. Но чистить сегодня уже некогда. Пусть отдыхают.
   - Чистку утром наверстаете.
   - Ага! - выдохнул Андрей.
   В номере все трое сразу пошли в ванную. Парни, сбрасывая пропотевшие рубашки, в последний момент вспомнили о деньгах. Эркин достал свои конверты, а Андрей выгреб смятые, скомканные кредитки и вывалил их на стол рядом с принесёнными Фредди розетками и конвертами Эркина.
   - Потом сосчитаю.
   - Дверь тогда запри, - посоветовал Фредди, раскрывая свой бритвенный прибор.
   Эркин уже топтался под душем, негромко кряхтя от удовольствия.
   - Ты только того, не играйся, - попросил Андрей, осторожно входя в душ.
   - Ладно, не буду, - покладисто согласился Эркин, теребя обеими руками волосы.
   Так устали, что мылись молча, без обычных шуточек.
   - А не намылил чего? - не вытерпел всё-таки Андрей.
   - Всё-то тебе доложи! - засмеялся было Эркин и тут же стал серьёзным. - Стоп! А ну, повернись.
   - Ты чего?
   - Это когда у тебя рубец лопнул?
   - А хрен его знает. Кровит, что ли?
   Фредди закончил бриться, сложил прибор и помог Эркину вытащить Андрея из-под душа. Совместно осмотрели спину Андрея.
   - Ударили тебя, что ли?
   - Ну, на мастерстве, - нехотя признался Андрей. - Чмырь какой-то за мной стоял. Ну, там все руками махали. Ну, и пришлось по мне. Я не заметил сначала.
   - А потом? Стой так, - Фредди зашлёпал в спальню, повозился в шкафу и вернулся с маленьким бело-синим тюбиком.
   - Это что ещё? - подозрительно спросил Андрей.
   - Лечить тебя сейчас буду.
   - Да оно само, - попытался было высвободиться Андрей.
   - Держи его, - распорядился Фредди, осторожно выдавливая себе на палец прозрачно-серую блестящую массу. - И не дёргайся, оно не щиплется.
   Андрей что-то пробурчал. Эркин не понял, но Фредди сразу влепил Андрею звучный шлепок пониже спины.
   - Укороти язык. Это в двух местах только знают. Понял?
   - Мажь давай, - угрюмо ответил Андрей.
   Замазав лопнувшие рубцы, Фредди завинтил колпачок на тюбике.
   - Посиди, пока впитается.
   - Может, рубашку застирать? - предложил Эркин.
   - Здешних прачек кровью не удивить, - усмехнулся Фредди.
   Эркин взял у него тюбик, повертел.
   - И как это называется?
   - Джонатан на армейских складах доставал. В аптеках я его не видел.
   Эркин кивнул, возвращая тюбик, и посмотрел на Андрея:
   - Ну, как ты?
   - Нормально, - всё ещё сердито буркнул тот. - Развели, понимаешь... Само бы присохло.
   - В следующий раз, - пообещал Фредди, уходя под душ.
   Когда он, вымывшись и переодевшись, вышел в гостиную, парни сидели за столом. Андрей разглаживал и считал кредитки, а Эркин рассматривал розетки. Конвертов уже не было.
   - Много взяли?
   - Порядком, - кивнул, не отрываясь от работы, Андрей. - На Эркина мало кто играл.
   - А мне сто семьдесят пять перепало, - улыбнулся Эркин. - От военной администрации.
   - На стрельбах не играл?
   - Не понимаю я в них ни хрена, - весело ответил Эркин. - Да и не до того было.
   Андрей подровнял получившуюся стопку, засунул несколько мелких кредиток в карман рубашки и встал, удовлетворённо улыбаясь.
   - Хорошо взял.
   - Вы, парни, себе бумажники купите, - Фредди уже обулся, надел куртку, спрятав под неё обе розетки. - Такие деньги навалом не носят.
   - Он в карман не влезет, - возразил Эркин.
   - В какой? Ты свою куртку посмотри, - Фредди распахнул свою куртку, показывая им внутренние карманы. - Вот так, парни. Эндрю, убрал своё? Всё, парни, - он быстро надел шляпу и отодвинул задвижку.
   Когда за ним закрылась дверь, Эркин встал. Он сменил джинсы и надел выигранные пояс и куртку.
   - Ну-ка, - Андрей подошёл и распахнул на нём куртку, обыскивающим жестом провёл ладонями по полам с обеих сторон. - И впрямь. Даже целых три.
   - Ну что, - улыбнулся Эркин, - как Джонатан говорит? Резонно?
   - Резонно, - кивнул Андрей. - Куплю себе такую же. Завтра.
   Эркин кивнул.
   - И бумажники завтра. А то сейчас наценка большая. Пошли, поедим.
   - Пошли. Ты свои-то убрал?
   - А то! Как спина, не липнет?
   - Порядок.
  
   Вечерняя гульба раскачивала Бифпит. Такой день! Впервые настоящие скачки. Это ж надо ж?! Снова и снова обсуждались малейшие детали трассы и гонки. Кто и как сплутовал. Как лопухнулись судьи, не огородив обрыв.
   - Осыпь не лучше.
   - Да уж, чем чёрт лучше дьявола?
   - Индеец как сиганул, а?!
   - По правилам бы снять его...
   - За что?
   - А подъёма-то он не делал. Мы-то корячились...
   - Ну и сигал бы следом!
   - Так там приложиться - это ж насмерть.
   - А кишка тонка, так и не вякай. Ты вчера пил, а парень по трассе ходил. Место искал.
   - Ага, я тоже его видел.
   - Коллинз на мастерстве бы много взял.
   - Это да, да он после скачки перебрал, ну и....
   - Бы! Пить надо вовремя!
   - Во! Самое время сейчас!
   Фредди, всё ещё улыбаясь, быстро шёл по Мейн-стрит. Нет, какой день! Сколько живу, такого не было. Ну, устраивали скачки. Но чтоб вот так, отделив кровных, и чтоб настоящая ковбойская трасса... Ну, друг перед другом выставлялись, кто чего может. На коне там, с кольтом... Нет, как же здорово всё сделали! И розетки эти, и призы... Самого чуть слеза не прошибла, когда призы вручали. Эркин - молодец, конечно, из кожи вылез, но сделал. Говорят, он вчера чуть ли не сам с этого обрыва прыгал, всё место искал. Всё из Резеды выжал. Стервозная кобыла, а смотри, как прошла, без сбоев. И управляемость показала, и прыгучесть, и резвость. Как на заказ. Когда после всего, они с Джонни, наконец, пробились друг к другу, первое, что сказал Джонни, это о Резеде. Они и собирались её продавать. Как рабочая лошадь ни к чертям не годится. Только что смотрится неплохо. Но после такой скачки... Джонни за неё сможет как следует взять. Вот только не знал, как с парнями это уладить. Особенно с Эркином. Лошадь - не бычок, с ней работаешь. Вот Дьявол, месяц с ним воевал, сам сказал, что продавать, на хрена конь, с которым неделю воюешь, чтоб три дня нормально работать. А продавал - сердце ныло. Дьявол, стервец, когда повели, оглянулся ещё, так ведь чуть вдогонку не кинулся. Отдам деньги - верни коня. Эркин из-за бычков - отбивных ходячих - психовал, а с Резедой три месяца работал, сделал ведь кобылёшку. Сам, правда, не заметил, как сделал. И ничего, понял всё парень, спокойно отнёсся. Ей и впрямь как скаковой лучше будет. Ну, вот и "Прима". Надо делать лицо и начинать работу. Если там сидит этот, что приценивался, то розетки сразу Джонни отдать. При всех. А уж Джонни их в дело пустить сумеет.
   Сохраняя равнодушное выражение, Фредди небрежно толкнул дверь гостиницы, скользнул взглядом по кивнувшему ему портье за стойкой и поднялся в игровой номер.
   Как и вчера, он не глядя прошёл мимо стрёмника Дикси, и поравнявшись с Джонатаном, с еле заметным кивком положил перед ним обе розетки и сел в кресло за его правым плечом. Джонатан кивнул, продолжая тасовать колоду.
   - Это ваши, Бредли?
   - Лошади? - улыбнулся Джонатан. - Да, обе мои.
   - Так как насчёт моего предложения? Я бы приобрёл комплект.
   - О каком комплекте вы говорите? - Джонатан изобразил непонимание. - Обеих лошадей?
   Джонатана сразу поддержали остальные лендлорды.
   - Действительно, вы же занимаетесь только скачками. Зачем вам рабочая лошадь?
   - Да, этот второй, Принц, так, Бредли? Принц - обычный ковбойский конь для пастьбы.
   - Под комплектом я понимаю лошадь с наездником, - высокомерный тон любителя скачек заставил многих нахмуриться и покоситься на сидевшего тут же Старцева.
   - Срок его контракта истекает, - спокойно сказал Джонатан. - Поговорите с ним... о новом контракте.
   - Много чести. Раньше эта проблема решалась намного проще.
   - Да, - вздохнул пожилой лендлорд. - Когда их сегодня построили после скачек... я вспомнил старое время. Тогда на торгах они так и шли. В комплекте.
   Старцев насмешливо улыбнулся, и кто-то в тон говорившему закончил:
   - Прошлые времена остаются в прошлом.
   - Да, - энергично кивнул черноволосый лендлорд-южанин. - Жалеть о прошлом - это не жить в настоящем.
   - Резонно, - кивнул Джонатан, сдавая карты.
   Наступило недолгое, но сосредоточенное молчание. Карты у всех были сложными, и игроки какое-то время обменивались только самыми необходимыми словами.
   - А я бы приобрёл у вас эту кобылу, Бредли, - южанин собрал карты стопкой, глядя на Джонатана. - Перспективная лошадь.
   - Моё предложение было первым.
   - Вы говорили о комплекте, а я о лошади.
   - Разумеется, это дешевле.
   - У меня свои наездники, а что касается дешевизны... Сколько вы за неё хотите, Бредли?
   - Или она у вас тоже... на контракте?
   - У вас странный юмор.
   - Ну-ну, джентльмены, - Джонатан источал благодушие. - В принципе я думал её продавать, но после скачек...
   - Вот именно, Бредли. После скачек. Кто у вас будет с ней работать? - южанин заметно распалялся с каждым доводом. - Ваш наездник, индеец со шрамом, так? Его неопытность видна сразу. Удачная скачка, не спорю. Но она показала потенциал не только лошади, но и всадника. Это именно удача. Работать надо с обоими. Кто это будет делать? Вам надо налаживать имение. А ей нужна трасса, рацион и тренинг. Ежедневный, по особому графику. Вам это невыгодно, вернее, нерационально. А оставить их вдвоём без постоянного контроля - это загубить лошадь.
   - Здесь я поспорю, - пожилой лендлорд задиристо вздёрнул голову. - Я работал с индейцами. К лошадям они относятся очень бережно. И вообще к скотине.
   - Под загубить я не имею в виду, что он будет её избивать или морить голодом, или попросту загонит. Он не подготовит её к скачкам. Просто потому, что не знает, как это делается. С ним самим работать и работать. И я бы не сказал, что пара удачная. Он тяжёл для неё и вообще для наездника.
   - Но ловок.
   - Согласен. Ловок, смел, готов рисковать, чувствует, в общем, лошадь, даже, я бы сказал, умён. Но слишком тяжёл. Именно поэтому я и говорю о лошади. Что вы скажете о такой сумме, Бредли?
   Он уже был готов назвать сумму, но Джонатан мягко остановил его:
   - Я думаю, мы обсудим это утром.
   Южанин кивнул.
   - Если не сойдётесь в цене, - подал голос упорно молчавший высокий седой лендлорд, единственный не в ковбойском костюме, а в клубном пиджаке, - я второй. Вы называете сумму, Бредли...
   - Ну что ж, - пожилой лендлорд улыбнулся, - за мной третье место.
   - Кажется, вы меня убедили, джентльмены, - рассмеялся Джонатан. - Может, вы и правы.
   Старцев наблюдал происходящее с явным удовольствием. Играл он вдумчиво, показывая неплохое знание игры и чувство партнёра.
   Фредди в кресле за спиной Джонатана смотрел на всех таким равнодушно пустым взглядом, что остальные даже случайно не замечали его. Только в глазах стоящего у двери мускулистого парня в кожаной куртке - стрёмника Дикси - всё чаще мелькал уважительный страх, когда он смотрел на Фредди. Парень отводил глаза, старательно делал равнодушное лицо, безучастно скользя взглядом по стенам и лицам, но неизбежно наталкивался на неподвижное лицо Фредди, его свободную позу...
   Затрухал парнишка. Рано его Дикси на серьёзную игру взял. Ишь как он от сумм вздрагивает. Привык по маленькой. Вернее, ни к чему не привык. Не похоже на Дикси, раньше был осмотрительнее. А классно их Джонни завёл. Трое желающих на никчёмную кобылу. Ну, Джонни им завтра устроит... Упорхнёт Резеда. На радужных крылышках. А русский игру неплохо держит. Опыта маловато, а голова работает. Не мешает Джонни. Тот русский, в Мышеловке, играл хуже. Карты знал, а людей не чувствовал. Ты смотри! Это они вдвоём любителя комплектов раздевают. Ну и правильно. Если ты, дурак, при русском о рабстве мечтаешь, то отвали голеньким. Аккуратно русский играет, держит линию. Азартен? Да, пожалуй. Только его азарт не в картах. Интересно его в пари посмотреть. Ну, завтра мне не судить, всё увижу.
   - Завтра будет интересно, джентльмены.
   - Да. Скачки, стрельба, даже мастерство... Это всё понятно. А завтра сплошная новизна.
   - Ну, метание ножей, я думаю, аналогично стрельбе.
   - И в борьбе ничего принципиально нового нет.
   - Новизна в том, что мы не знаем участников.
   - Как сказать. Вы не знаете собственных пастухов?
   - Но не с этой стороны. Я даже не видел их ножей.
   - Нож у каждого. Все цветные первым делом вооружаются.
   - И все записались?
   - Наверняка. Кстати, ваши, кажется, в скачках не участвовали?
   - Я не разрешил впустую гонять лошадей. А ножи и борьба... пусть себе. Резвятся.
   - Я и не думал, что они умеют бороться. Драки между цветными - обычное явление, но борьба... Кстати, местные тоже записались.
   - Посмотрим.
   - Разумеется. Здесь уже поправок на лошадь не сделаешь. Ваш индеец участвует, Бредли?
   - Завтра увижу.
   - Мои записались. Но если правило не допускать пьяных будет действовать и завтра, то вряд ли они выйдут. Как начали позавчера, так остановиться не могут.
   - Да, удержу они не знают.
   - Как и многие белые.
   - Ну, запой для ковбоя - естественное состояние.
   - Как говорится: ковбой либо при стаде, либо в запое.
   - Да, но с небольшим уточнением. Место пребывания ковбоя - либо при стаде, либо в загуле. А запой - это уже результат загула.
   - Да, вторая ковбойская болезнь.
   - Которая лечится опохмелкой, то есть продолжением загула.
   - С плавным переходом.
   Ты смотри, как они всё о нас знают?! Ну-ну, джентльмены.
   - Надеюсь, никто из цветных не перепутает завтра мишень со зрителями.
   - Это было бы интересно, но нежелательно.
   - Но интересно.
   Так, русский сдал Джонни любителя комплектов тёпленьким, ты смотри, как он Дикси осадил, отваливать решил? Ну-ка, как он из игры выйдет? Ничего, очень даже ничего. Сейчас... так, Джонни ему помогает. Красиво сделано.
   - Благодарю за доставленное удовольствие, джентльмены.
   - Завтра на поле, капитан?
   - Разумеется.
   - И вечером, не так ли?
   - Благодарю. Обязательно.
   Сейчас Джонни разденет этого и у него ещё парочка подготовлена. Это недолго.
   - Прилично играет этот русский. Вы хорошо сделали, Бредли, что пригласили его.
   - Да, вы молодец, Бредли. Контакт с комендатурой - великое дело.
   - Ну, у Бредли, насколько я знаю, и раньше конфликтов с ней не было.
   - Как вам это удаётся, Бредли? Я о бесконфликтности с цветными.
   - Очень просто, - улыбнулся Джонатан.
   - Нет-нет, - запротестовал пожилой лендлорд. - Сейчас Бредли начнёт ссылаться на случайность и удачливость, а это серьёзная тема, и её надо обсуждать серьёзно.
   - Вы правы. Что ж, мы всё равно будем собираться в Экономическом клубе. Вы как, Бредли?
   - Согласен. Это не только интересная, но и, вы правы, серьёзная тема.
   Ого, Экономический клуб - это большой выигрыш. Молодец Джонни. Надо не один год лендлордом пахать, чтобы туда войти послушать, а Джонни на беседу зовут. Сейчас Джонни закругляться начнёт. Да, передаёт игру. Эту тройку он раздел, сейчас немного сбросит. Сразу после выигрыша нельзя уходить, всё правильно. Ну, вот и всё.
   - До завтра, джентльмены.
   - Разумеется.
   - Начнёте сейчас другую игру?
   - Ну, не повезло в картах, повезёт в... другой игре. Не так ли, Бредли?
   - Вы, как всегда, правы.
   Улыбки, шутки. Забрал розетки. Всё, можно вставать. Уходим.
   Как и вчера, они вдвоём покинули игровой и прошли в номер Джонатана.
   - Коньяк в баре, Фредди.
   - Догадываюсь.
   - Устал?
   - Не то слово, Джонни.
   Они сели в кресла у столика. Джонатан достал и повертел красную розетку.
   - Как ему это удалось, Фредди?
   - К тому, что говорили, добавлю. Он вчера несколько раз прошёл трассу. Я не видел, но мне рассказывали, что парень вымерял шагами овраг и чуть ли не сам прыгал.
   Джонатан присвистнул и приподнял свою рюмку приветственным жестом. Фредди ответил таким же и с наслаждением глотнул.
   - С Резедой ты их как уговорил?
   - Очень просто, Джонни. Предложил остаться в имении готовить её к скачкам. Эта перспектива определила выбор.
   - Игра наверняка, - кивнул Джонатан. - Но лучше, если её заберут без них.
   - Резонно, - усмехнулся Фредди.
   Джонатан внимательно посмотрел на него.
   - Так. Иди, прими ванну, а я закажу ужин. И... ну, всё потом. Иди, Фредди.
   Фредди кивнул, поставил рюмку на столик и тяжело встал. Уже у двери в спальню обернулся:
   - Я перекусил по дороге.
   - Ты меня ещё здесь учить будешь! - весело отмахнулся Джонатан. - Ступай, ковбой. Возьмёшь мой халат.
   - В первый раз, что ли, - проворчал Фредди, входя в ванную.
   Джонатан ещё раз полюбовался красной розеткой, положил рядом с ней синюю и потянулся к гостиничному телефону без диска. Вкусы Фредди он знал хорошо. Возможности "Примы" тоже. Так что как раз Фредди хватит времени отмокнуть и отмякнуть. Они поужинают, поговорят. Фредди явно что-то приготовил. Потом... потом Фредди, скорее всего, останется здесь, а он сам... нет, свидание отменять не будем. Просто изменим антураж. Чуть-чуть. Где тут городской телефон?
   Всё уладив, Джонатан опять опустился в кресло, взял рюмку и стал разглядывать лежащие перед ним на столике розетки. Красную и синюю. Четвёртое и седьмое место. Никак не ждал. Думал... От силы восемь-одиннадцать. Не выше. До скачек вообще не думал ставить на Эркина в мастерстве. Удивительная гибкость при такой массе. Прыжок был очень большим риском. А всегда казался таким осмотрительным, осторожным. На него совсем не ставили. Ни в скачках, ни в мастерстве. Из лендлордов, вообще из белых. А какие карманы под конец у Эндрю стали... похоже, и он в одиночку играл на Эркина. Русский - молодец, конечно, классно сыграл. И в пари, и в карты. С таким стоит иметь дело. Завтра можно будет перейти на имена... да нет, оставим пока капитана и Бредли. Так будет лучше...
   Когда Фредди с влажными волосами в халате вышел в гостиную, на большом столе уже красовался поднос с ужином, а Джонатан заканчивал сервировку.
   - Ты чувствуешь время еды не хуже парней.
   - Они пастухи, а я ковбой, - весело ответил Фредди. - Какая разница, а? Ну, лендлорд?
   Джонатан подозрительно посмотрел на него. Пастуха от ковбоя всегда отличали по цвету кожи. Рабы же и пастухами не считались. Чего это Фредди придумал?
   - По оружию, Джонни, - рассмеялся Фредди. - У ковбоя кольт, а у пастуха нож. Вот и вся разница.
   - Убедил, - улыбнулся Джонатан. - Садись ужинать.
   - Кстати, ленча и обеда у меня тоже не было.
   - Ты же сам сказал, что перекусил, - преувеличенно возмутился Джонатан.
   - Перекусить и поесть, - Фредди сел к столу, - разные вещи. Разница же...
   - Как между пастухом и ковбоем. Ты уже объяснял.
   - Верно, Джонни. А в чём разница между ножом и кольтом?
   - Нож дешевле.
   - Верно. И ещё?
   - Дальность меньшая.
   - И ещё?
   - Шума меньше.
   - Тоже верно, - Фредди энергично расправлялся со знаменитым стейком "Примы" - края свисают с тарелки, корочка по всей поверхности и сочащаяся кровью мякоть внутри. - А ещё? Не знаешь? Так слушай. Кольт всегда при тебе, а за ножом приходится ходить, да ещё вытаскивать и вытирать. Хлопотно слишком. Увидишь сам завтра, как они начнут после каждого броска бегать к мишеням, вытаскивать...- Фредди оглядел пустую тарелку, удовлетворённо улыбнулся и повторил: - Вот увидишь.
   Джонатан, с улыбкой глядя на него, кивнул и налил кофе.
   - Ну что, поговорим о завтрашнем?
   - Поговорим, - согласился Фредди. - Завтра я не сужу. На ножи и борьбу другие команды, а нам дают поиграть. Только Берти, бедолага, без роздыха. Ему верят безоговорочно, и он будет до конца.
   - Хороший парень, - согласился Джонатан.
   - Он умён, Джонни. И образован. Студент, - в голосе Фредди прозвучала лёгкая зависть. - Ну, ладно. Завтра играем. На ножах Эндрю первый. Поверь мне. Я видел, что он может.
   - Эркин?
   - Отстанет. На сколько... зависит от состава. Думаю, в первый десяток пробьётся, скорее начало второй пятёрки.
   - Ясно. А борьба?
   Фредди медленно и широко улыбнулся.
   - Нам сделали подарок, Джонни.
   - А именно?
   - Информация. Самое ценное. Слушай внимательно.
   - Интересное вступление.
   - Таких, как Эркин, ещё девять. Финальная борьба будет только между ними.
   - Стоп, не понял. Таких, как Эркин?
   - Джонни, - Фредди укоризненно покачал головой. - Тот блондинчик называл ту же цифру.
   - Тот, это который? Ах, чёрт! Значит...
   - Сообразил, наконец? Тогда дальше. В единоборстве будет побеждать тот, кто старше. Большая разница в годах - победа быстрая. Маленькая - борьба затяжная. Одногодки - результат непредсказуем.
   - Это уговор?
   - Объективная закономерность. Вспомни блондинчика. С возрастом мышечная масса больше. Ну, и опыт соответственно. Перевари услышанное, Джонни, а я глотну.
   Фредди взял свою чашку, отпил кофе, долил коньяком и откинулся на спинку стула, всей позой демонстрируя блаженство. Джонатан сосредоточенно курил, разглядывая свою чашку. Наконец, поднял на Фредди глаза:
   - Он... сам это сказал?
   - Да. И подчеркнул, что это нам троим. Только.
   - Троим?
   - Эндрю ты не считаешь?
   - Да, конечно. А разве он не борется?
   - Ты всё забыл, Джонни? Там же рубашки снимают.
   - Ну так... Ах, чёрт, действительно голова кругом. Ну, конечно. Нам троим... Но, Фредди, парень за так дал такую информацию?
   - Джонни! - тон Фредди стал резким. - Парень отдаёт нам свою жизнь. И ещё девять жизней! Это, - Фредди повторил с нажимом: - Это ты понимаешь? Вспомни. Исследования...
   - Хорошо, - кивнул Джонатан. - Обоснование ставок... Ну, какой лендлорд играет против своего пастуха?
   - Ты, Джонни. Сегодня на скачках. Или скажешь, - Фредди насмешливо подмигнул, - что ты это сделал специально?
   - Так уж получилось, Фредди.
   - И сколько ты продул русскому?
   - Пятьсот кредиток. Ты знаешь даже это?
   - Проигрыш Бредли - всегда сенсация. Счастливчик Джонни лопухнулся на скачках! Дамы в обмороках валяются.
   - Ладно тебе.
   - Ладно, Джонни. Это мы ещё обсудим, - тон Фредди был настолько многообещающим, что Джонатан рассмеялся. - А теперь... Обоснование ставок на тебе. Ещё вопросы?
   - Эркин старший?
   - Да. Но он говорит, что кое с кем придётся повозиться. Но думаю, справится. Они сегодня массаж друг другу делали перед мастерством и договорились бороться честно, но до конца.
   - Честная борьба всегда хорошо.
   - Согласен.
   - И ещё... Он их назвал тебе?
   - Нет. Мне было сказано так. Цитирую. Ты меня во всех видах видел и их угадаешь. Это первое. Второе. Ты цветных по именам знаешь? Я нет. И ты нет. И третье. Ты же наверняка приметил кое-кого из них на мастерстве. Я так пятерых примерно могу припомнить.
   - Верно. Я тоже обратил внимание.
   - Ну вот. Я думаю, Джонни, разберёмся.
   Джонатан кивнул. Налил себе ещё коньяку и вопросительно посмотрел на Фредди. Тот кивнул, подставляя рюмку.
   - Фредди, парень представляет ценность информации?
   - На этот раз - да. Он достаточно нагляделся сегодня на игру и хочет дать нам... нет, это именно подарок. И доверие.
   - Я понимаю. Но... он сам не играет?
   - Он участвует во всём, кроме стрельбы. А её они оба даже смотреть не ходили.
   - Да, Эндрю вроде мелькнул и всё. Они не сказали, почему?
   - Как я понял, Эркину в это время делали массаж, а Эндрю... может, на стрёме стоял, может, ещё что. Это важно, Джонни?
   - Ты прав.
   - Ну, раз я прав, всё съедено, почти выпито, главное сказано, то я пойду.
   Джонатан рассмеялся.
   - Я, признаться, думал, ты здесь и заночуешь.
   - С радостью. Но меня ждут.
   - Боишься нарушить график?
   Фредди показал ему оттопыренный большой палец и встал.
   - Пока укладываюсь, Джонни. Но мысль отличная.
   - Ладно, пойдём вместе.
   - Выйдем, Джонни.
   - Не волнуйся, не столкнёмся.
   Фредди пошёл в спальню, на ходу стаскивая халат. Джонатан, всё ещё смеясь, встал, ещё раз полюбовался розетками и окликнул Фредди:
   - Ты готов?
   - Всегда! - Фредди, уже переодевшись, вошёл в гостиную. - Пошли.
  
   Вечерняя гульба, плавно перейдя в ночную, стала глуше, но оставалась гульбой.
   Расставшись с Андреем, Эркин ещё поболтался по немногим улицам Бифпита и, испробовав весь ассортимент развлечений, решил вернуться в гостиницу. И из-за проснувшейся внезапно осторожности пошёл не по Мейн-стрит, а задами, бесшумно пробираясь между живыми изгородями и сетчатыми заборами. Здесь тоже гуляли, и вряд ли бы кто следил за ним, но привычка была сильнее. И лёгкое опьянение - пил он не так уж много, всё-таки остерегался - как-то мешало ему, путало мысли. Надо идти спать, а то ещё наболтает кому чего.
   Впереди шли, пошатываясь и горланя, несколько человек. Белые? Да, похоже, белые. Эркин придержал шаг, выглядывая проулок, куда сможет свернуть. Белые говорили о своём, перемежая ругань отдельными словами. Кого-то ругали, на кого-то жаловались... Эркин не слушал. Ему на них и на дела их... накласть с присвистом и перехлёстом. А вот и подходящая дыра. Как раз по плечам, так что и шляпа не застрянет.
   Эркин нырнул в пролом в заборе, прокрался под самыми окнами чьего-то дома, прислушался, легко перебежал газон и оказался на параллельной улице. Ну вот. Теперь второй поворот направо, и он у гостиницы. Времени как раз вымыться и выспаться. Андрей наверное опять только к уборке придёт. Ну и пусть его. Не город, а Палас, только... спальники уж очень неумелые. Да, жалко, Андрей раньше ушёл, а то бы вместе... да нет, он бы в самое неподходящее время заржал и всё испортил. А так... белые ж на нас играют. Ну, и мы на них... сыграли. Но точно, все беляшки - шлюхи. А беляков тогда как назвать? А ну их. Но смешно. И противно. Кое-что перепало, и то хорошо. Но думал, они в этом чуть больше понимают.
   В гостинице Эркин уже привычно получил ключ и поднялся в номер. Сразу задвинул засов, опустил шторы и включил свет. Теперь как вчера. Размяться, обмыться и завалиться. Ну и денёк был. Так устал, что думать ни о чём не может. Не проспать бы.
   И только уже лёжа в постели, Эркин вдруг вспомнил тех белых пьянчуг на ночной улице и подумал, что вроде двоих из них он знает. Во всяком случае, где-то он эти голоса слышал. Но додумать не успел. На него уже неслась взрыхленная копытами земля и ощущение полёта в прыжке...
  
   Утром на конюшне работа шла вяло и небрежно. Все слишком устали от вчерашнего. Из старших ковбоев пришёл только Фредди. И то с небольшим опозданием. Эркин и Андрей уже сделали Бобби и Принца и убирали Огонька и Резеду, оставив Майора на потом. Если честно, то на приход Фредди они никак не рассчитывали, и его появление заставило их переглянуться.
   - Ну, трёхжильный мужик, - камерным шёпотом сообщил Андрей Эркину.
   Эркин молча кивнул, пряча улыбку. Сам Андрей пришёл часа за три до рассвета и на этот раз разбудил Эркина. Тот проснулся сразу, натянул трусы и подошёл к двери.
   - Кто?
   - Это я, открой, - ответили по-русски.
   Эркин отодвинул засов и впустил Андрея, стоя так, чтобы его из коридора не было видно.
   - Разбудил тебя?
   - Нет, я сплю ещё, - честно ответил Эркин. - Ты делай, что тебе надо, а я лягу.
   Он и в самом деле не мог проснуться и, как Андрей ложился, не слышал. Умотал его этот день. А с утра накатили утренние дела, и он как-то не рассказал Андрею об увиденном ночью. Ну да ладно, успеется. Андрей же, не дожидаясь его вопроса о том, чего ушёл так рано, сам сказал:
   - А ну её! Дура-дурой. А я выспаться хотел.
   - Ну и правильно, - согласился Эркин. - Чего в сенном, когда в кровати удобнее?
   Андрей подозрительно посмотрел на него, но промолчал. А свой рассказ Эркин решил отложить на потом. За завтраком. Но тут пришёл Фредди. А при нём... нет, Фредди, конечно, всё понимает или пытается понять, но для такого... ещё шмальнёт сгоряча. С него станется.
   Фредди был как всегда. И всё было как всегда. Только, вычистив Майора, он их работу не проверял, а сам заново, будто они не делали ничего, убрал и вычистил Резеду.
   Эркин и Андрей поглядели друг на друга и поняли несказанное. Резеду продали. Эркин равнодушно пожал плечами, и они продолжили работу.
   Закончив, втроём поднялись в номер. И всё шло своим чередом. Фредди и Андрей тщательно побрились, как бы не замечая Эркина, потом переглянулись и дружным совместным натиском выпихнули его из душа.
   - Надоели твои игры.
   - Скучно живёте, - пожал плечами Эркин и стал вытираться.
   - Как умеем, - заржал Андрей. - Верно, Фредди?
   Фредди кивнул. Эркин вспомнил виденное ночью и выскочил из ванной, чтобы спокойно отсмеяться.
   А потом завтракали и говорили уже об играх. Что много местных записалось, там есть сильные борцы. На ножах вряд ли. Пырять - не метать. Совсем по-другому рука идёт.
   - Ладно, - встал Андрей. - Сегодня мы побежали.
   Эркин кивнул и встал.
   - Удачи, - проводил их Фредди.
   - И тебе, - улыбнулся Эркин.
  
   На лугу Дженкинса уже кипела суматоха. Берт Рестон с мегафоном выкликал участников. В сегодняшней бригаде судей были только цветные. В основном, местные, немолодые, опытные, видавшие всякие виды пастухи, работники гаражей, боен, железной дороги... Вчера они очень внимательно следили не столько за соревнованиями, сколько за работой судей. И сегодня - все в чистых, отглаженных до хруста рубашках - занимали свои места, старательно соблюдая невозмутимость.
   Метания ножей проводились там же, где и вчерашние стрельбы. Только перед мишенями теперь были проведены по земле линии, отмеченные цветными флажками с крупными белыми цифрами. Первая в десяти футах, и дальше через каждые три фута.
   Выстроив участников, Берт напомнил им, что пьяные не допускаются, и предложил тем, кто сильно после вчерашнего или успел начать, уйти сразу.
   Строй остался неподвижным, и из-за судейского стола встал гаражный рабочий из "Примы" - жилистый полунегр-полуиндеец с сильной сединой в волосах - и без всякого мегафона рявкнул на весь луг:
   - Я им хрен постою! Ща сам помогу выйти!
   Его жёсткий кулак был хорошо известен всем местным цветным, и строй несколько поредел.
   - Шпана уполовинилась, - усмехнулся Фредди.
   Джонатан кивнул. Они стояли в толпе зрителей, оглядывавших всё происходящее несколько смущённо. Всё-таки скачки, стрельба, даже конное мастерство - это привычно и понятно. А здесь... Даже непонятно, на кого ставить.
   Берт ещё раз проверил участников, положил списки на судейский стол и перешёл к правилам.
   Вызывают по пять. Встают на первую черту и по сигналу кидают. Кто не попал в мишень, может идти гулять, заступившие за черту - тоже, остальные по сигналу пошли вытащили свои ножи и перешли на вторую черту и так далее. Считают номер черты и по мишени, куда попал. Сразу и дальность, и меткость. Кидать только по команде. Идти вытаскивать тоже по команде. Командуют судьи. Если остался на черте один или двое, то ждут, пока на эту черту пятеро наберётся. Ждать здесь же. Вон у того флажка. Нет, глотнуть нельзя.
   - Я им хрен глотну! - опять взорвался тот же судья.
   Джонатан быстро оглядел строй. Светлая шевелюра Андрея вызывающе бросалась в глаза, как и вся его ставшая по-мальчишески нескладной фигура. Нелепо болтающиеся руки, торчащие углами плечи, растерянная улыбка...
   - Вы на кого ставите, Бредли?
   - Разумеется, на своих.
   - Индеец со шрамом и белый мальчишка?
   - Да.
   - И ваш прогноз?
   - Первая десятка.
   - Никогда! Пять к одному, их обставят.
   - Идёт. И сколько?
   - Сотня!
   - Согласен.
   - Рискуете, Бредли. Вы, может, скажете, что и первым ваш будет?
   - Кто?
   - Мальчишка.
   - Хотите поспорить?
   - Первым он не станет. Десять к одному, ставлю двадцать.
   - Присоединяюсь. Ставлю сотню. Вы, Бредли?
   - Принимаю.
   - Индеец обгонит мальчишку. Спорим?
   - Спорю. Будет наоборот.
   - Пять к одному. Десятка.
   - Принимаю.
   Диалог стремительно ускорялся. По мере того, как приближалось начало, азарт всё больше туманил головы. Зрители заключали пари, взвинчивая друг друга. Джонатан поискал глазами Фредди - их давно уже оттёрли в разные стороны. Ну, правильно, Фредди среди старших ковбоев. Там своя игра.
   Вызвали первую пятёрку. Ну, началось.
   Свист и хохот сопровождали каждый бросок. Цифры-то знали все. Берт передал мегафон старшему судье и сел заполнять протокол.
   Из первой пятёрки на вторую черту перешли трое. Второй бросок, и остался один. Теперь ему ждать, пока до третьей дойдут ещё четверо.
   Из второй пятёрки до третьей черты не дошёл никто.
   Подошёл Старцев. Весело поздоровался с Джонатаном.
   - Вы опоздали, чтобы отговориться от пари тем, что не видели строй, не так ли, капитан?
   - Вы удивительно проницательны, Бредли. Но, если честно, я просто не рассчитывал на такую организованность.
   - Но играть не будете.
   - Боюсь за свою репутацию.
   - А именно? - приподнял брови Джонатан.
   - Дважды у Бредли не выигрывают, - улыбнулся Старцев.
   Они рассмеялись.
   В третьей пятёрке были Эркин и Андрей.
   Мальчишескую развинченность и угловатость Андрей сохранял до последнего и, только уже стоя на черте и держа на ладони нож, отбросил маску. Ставки уже давно сделаны, так что игры он Фредди не испортит.
   Его преображение заметили не все, а заметившие не поняли. И первый удачный бросок никого не обеспокоил. На вторую черту шагнули четверо. На третью - трое. Рядом с ними встал негр из первой пятёрки. Четыре ножа вонзились в мишени. И только один в центр. Армейский кинжал с самодельной рукояткой. Четвёртая черта. Попали в мишень двое. Андрей и Эркин. И у Андрея опять десятка.
   - Ждите, пока на пятую наберётся.
   Андрей кивнул. Он чувствовал, как на него смотрят. После четырёхкратного попадания в яблочко малолетку не изобразишь, и к своему месту он шёл уже иначе.
   Старцев, чуть прищурив глаза, оглядывал по своему обыкновению зрителей. Но теперь он следил и за Андреем и Эркином. Особенно за Андреем.
   Четвёртую и пятую пятёрки составляли почти целиком местные. Ни один из них не преодолел четвёртой черты. Двое вообще заступили, ещё один попытался спорить и был под общий хохот выкинут с поля. Шестая пятёрка. Четвёртую черту прошёл один. И сел рядом с Андреем и Эркином.
   Андрей шёпотом, слышным только Эркину и этому негру, комментировал броски. Местных он презрительно называл пырялками. Ножи их ему тоже не нравились.
   Седьмая пятёрка распалась только на четвёртой черте. На пятую прошли двое. О третьем заспорили между собой судьи. Его нож воткнулся ну совсем рядом с кругом мишени. И пока судьи, столпившись у щита, смотрели и обсуждали след, вспыхнула новая волна пари: засчитают или нет?
   Не засчитали.
   На пятой черте стояли пятеро. Бросок. Армейский кинжал в десятке, один нож в шестёрке, два не долетели, и нож Эркина вонзился неглубоко и быстро упал.
   Судьи опять заспорили. Эркину засчитали его очки на пятой черте, но не пропустили на шестую. Теперь Андрею и второму - прокопчённому солнцем метису - ждать, пока не наберётся пятёрка на шестую черту.
   Ждать пришлось долго. И только, когда прошли все записавшиеся, на шестой черте встали четверо. Андрей, метис и два негра. Все пастухи. И трое бросают с замахом, явно вкладывая в бросок всю силу. Очки не важны, лишь бы вонзился. И только Андрей бросает по-прежнему, с ладони. Почти незаметным броском.
   На седьмую черту перешли трое. Бросок. Долетел и вонзился один нож. В десятку. Армейский кинжал.
   Андрей, выдернув нож, сам перешёл на восьмую черту и улыбаясь посмотрел на судей. И по кивку гаражного рабочего кинул, даже не повернув головы к мишени.
   Десятка! Зрители взорвались радостным рёвом. Андрей оглянулся в поисках несуществующей девятой черты и комично развёл руками. Дескать, что дальше-то? Ему ответили хохотом и восхищённым свистом.
   - Забирай нож и жди результата, - улыбнулся Берт.
   Андрей дурашливо дёрнул головой в поклоне и независимой играющей походкой пошёл к мишени. Выдернул глубоко вонзившийся кинжал, подбросил в воздух, поймал на лету и мягким скользящим движением спрятал в сапог.
   - Браво! - вырвалось у Старцева и по-русски: - Ах ты, блатарь какой!
   Джонатан не успел переспросить. К нему уже подходили с поздравлениями и проигрышами.
   Андрей, издали наблюдая суету вокруг Фредди и Джонатана, ткнул Эркина локтем. Тот с улыбкой кивнул и хотел что-то сказать, но встретился взглядом с рассматривающим Андрея русским офицером и невольно нахмурился. Старцев заметил это и, слегка усмехнувшись, отвёл глаза.
   Закончив подсчёты, судьи стали строить участников. Как и на скачках, от первого и дальше. Мэр и его помощники были уже наготове.
   Как ни напускал на себя Андрей независимый вид, дескать, делов-то ножичком помахать, но при вручении приза лицо его стало таким удивлённо-радостным, что Фредди невольно рассмеялся. Но и приз был хорош. Богато украшенный пояс с серебряной пряжкой, ножнами и ножом. Второе место - нож в ножнах, и третье - пояс. И всем троим по конверту от военной администрации. Зрители удовлетворённо кивали. Ну, правильно, на стрельбах так же было. Только там кольты, а тут ножи. Дальше как всегда рубашки и шейные платки. Занявшему шестое место Эркину досталась рубашка в яркую многоцветную клетку.
   Наконец награждение закончилось, и Берт объявил перерыв до начала борьбы. Строй рассыпался в чествовании победителей.
   - Поздравляю вас, Бредли. По моим наблюдениям, вы не проиграли ни одного пари.
   - Спасибо, капитан.
   - И опять случайная удача?
   - Нет. В принципе, я знал возможности парней.
   Они медленно шли в людском водовороте. Старцев задумчиво кивнул каким-то своим мыслям и спросил:
   - Вы хорошо знаете своих пастухов?
   - Уточните, капитан, - спокойно попросил Джонатан.
   - Я имею в виду их прошлое.
   - Их прошлое меня не волнует, - небрежно отмахнулся Джонатан.
   - Да, - Старцев понимающе улыбнулся. - Я уже заметил, это ваша обычная позиция. Но... Вы знаете, человек может менять адреса, занятия, документы, сменить себе всё, пластическую операцию сделать, но его прошлое всегда с ним. Как бы он ни конспирировал и маскировался, его выдадут мелкие машинальные движения, реакции, лексика... То есть, он сам, - Старцев посмотрел на Джонатана и опять улыбнулся. - Это очень интересная проблема.
   - И насколько вы углубились в неё? - в голосе Джонатана вежливое равнодушие. Так спрашивают, поддерживая разговор, но думая о своём.
   - Военная комендатура и административная текучка несовместимы с научной работой, - развёл руками Старцев с искренним сожалением. - Когда-нибудь я этим займусь. А пока... увы!
   Они спокойно встретились глазами и пошли дальше.
   Начальник полиции Бифпита с насмешливой улыбкой наблюдал за толпой местных цветных, обсуждавших своё поражение. К нему подошёл шериф, поздоровался молчаливым кивком и встал рядом.
   - Думал, мирно не разойдутся, - усмехнулся начальник полиции, когда толпа стала расползаться на более мелкие группы.
   - Спустят пары в кабаках и залягут, - кивнул Джерри. - Но на пастухов они уже не полезут.
   - Да, Джерри. И я, признаться, счастлив, что победители не собираются осесть в Бифпите.
   - Уверен?
   - Пастухи, как и ковбои, кочевники. Да, ты говорил как-то, что взял бы пару цветных в помощники.
   - Ну-ну, Гарри. И кого ты мне подобрал?
   - Их, правда, трое. Всех я знаю давно. Крепкие парни. Шпана предпочитает с ними не связываться.
   - Они участвовали?
   - Для конных у них нет лошадей. А здесь... Видно, не захотели.
   - Жаль. Человек в азарте раскрывается, Гарри. Но спасибо.
   - Завтра подошлю их к тебе.
   - Найдут?
   - А не найдут, то какие они тогда помощники шерифа?
   - Верно! - гулко захохотал Джерри.
   Когда начальник полиции ушёл, к Джерри подошёл Дон.
   - Парней Бредли не трогаем?
   - Рискни, Дон. Но они не пойдут. Для парня с такой выучкой работать на власть западло. Знаешь, что это такое?
   - Знаю, Джерри. Но такому работать вообще западло. Зачем он тогда в пастухи пошёл?
   - Скрывается, наверно. Но у Фредди не пофилонишь, - расхохотался Джерри. - А зачем да почему... Вот у Фредди и спроси. Он должен знать.
   - Говорил я с ним, - угрюмо сказал Дон. - Он отказался. Дескать, ни мешать, ни помогать не будет. И мне кажется, я сам сказал ему что-то не то.
   - Когда кажется, надо воззвать к господу и его милосердию всемогущему, - елейно поучающим тоном сказал Джерри и заржал.
   Рассеялся и Дон, но, отсмеявшись, упрямо повторил:
   - И всё же я рискну.
   - Рискни, - согласился Джерри. - Днём при всех они тебя резать не будут.
   Фредди нашёл парней в торговом ряду. Андрей, уже надевший новый пояс, и Эркин, зажавший под мышкой пакет с призовой рубашкой, крутились в круговерти, как рыбы в воде. Разгорячённые, счастливые, слегка пьяные от победы. Фредди уже хотел подойти к ним, благо, они как раз, что-то дожёвывая, вывернулись из толпы, облепившей лотки с пирожками, но его опередил Дон.
   - Эй, парни, постойте.
   Эркин и Андрей быстро переглянулись и остановились, выжидательно глядя на Дона. Остановился и Фредди. Мало ли что. Вдруг Эндрю сорвётся. Он и так разошёлся, совсем за собой следить перестал. Ещё ляпнет чего... неподходящего.
   Дон говорил негромко, и его аргументов Фредди не слышал. Но парни враз замотали головами. Отказываются. Ну, этого следовало ждать. Так что, отвали, парень, не ты первый, не ты последний. Их тут и без тебя многие оседлать хотят.
   Но Дон стал настаивать. И Фредди решил подойти поближе. Эндрю уже вон щурится, Эркин ресницы опустил. Как бы чего...
   - Это почему ты не пойдёшь?! - Дон прибавил металла в голосе. - Может, низко для тебя? Вровень не хочешь? Думаешь, выше взлететь?! А залететь не боишься?!
   Андрей зло улыбнулся и открыл было рот, но Эркин незаметно наступил ему на ногу и поднял на Дона глаза. Взгляд его был спокоен, а голос ровен.
   - Вы меня вровень с собой ставите, сэр, а я ж скотина безмозглая, - Дон застыл с открытым ртом, а Эркин очень вежливо, даже как бы извиняясь, добавил: - Вы мне сами так сказали, сэр.
   Андрей явно хотел что-то сказать, но, понимая, что любая фраза только испортит произведённый эффект, ограничился, как и Эркин, вежливым кивком, и парни быстро ушли, почти убежали, оставив Дона в состоянии близком к столбняку. Фредди, задыхаясь от смеха, метнулся в толпу, чтобы не попасться на глаза медленно приходящему в себя Дону. И судя по тому, как стремительно образовалось вокруг Дона пустое пространство, свидетелей разговора оказалось достаточно много. Достаточно, чтобы об этом через десять минут знал весь Бифпит.
   Удрав подальше от Дона, Андрей и Эркин залезли в кусты на окраине луга и дали себе волю. Хохотали взахлёб, до слёз, до того, что на ногах стоять не могли. Отсмеявшись, Андрей выдохнул:
   - Ну, ты даёшь, ну, так вмазать, так...
   - А что? - Эркин скорчил испуганно-покорную гримасу. - Что я такого сказал, масса?
   Андрей заржал снова. Да так, что Эркину пришлось осторожно похлопать его по спине.
   - Ну, ты теперь к своим?
   - Да, помнёмся немного, - кивнул Эркин.
   - Ладно, я поболтаюсь пока.
   - Да, - Эркин стал серьёзным, - ты поаккуратнее.
   - А что?
   - Заигрался ты с ножом малость. На тебя смотрели так... И русский этот, и шериф. Да и местные... кое-кто. Заметил?
   Андрей хмуро кивнул.
   - Верно, заигрался. Есть это за мной, - но тут же опять ухмыльнулся. - Ладно, я аккуратненько. Не боись, помирать только в первый раз тяжело. С непривычки.
   - Пошёл ты, - весело отругнулся Эркин.
   Они вылезли из кустов, огляделись. Эркин нашёл кого-то взглядом, кивнул и убежал. А Андрей снова нырнул в толпу. Его уже узнавали и приветствовали, поздравляя с победой, и при этом хлопали по спине и плечам так, что Фредди, видно, опять придётся тот тюбик доставать. А хорошая штука, сразу затянуло и не саднит ничуть. А не присмотреть ли ему пока куртку себе. Как у Эркина, джинсовую. Часть выигранного у него с собой, да ещё сотенная за первое место. Должно хватить.
   Работая локтями и плечами, отругиваясь и отшучиваясь, Андрей стал пробиваться на вещевой конец торгового ряда. Здесь было посвободнее. Толпились у лотков со всякой мелочёвкой, а где вещи подороже... Ага, вон и куртки. Они с джинсами, что ли, в комплекте? Хреново. Полный костюм он не потянет. Нет, вон отдельно, вроде. Ах, сволочьё, торгаши, цены-то ни на одной нет. Ну, ладно, поторгуемся.
   Торговался Андрей весело и азартно. Торговец охотно принял игру. И за сто тридцать кредиток Андрей приобрёл джинсовую куртку, придирчиво подобрав себе по росту и плечам, проверив все швы, застёжки и карманы. Рассчитавшись за куртку, он сразу надел её несмотря на припекавшее не по-осеннему солнце.
   - Носи на здоровье, парень, - рассмеялся торговец. - Ну и хорош ты! Смерть девкам.
   - А чего ж?! - рассмеялся Андрей. - Куда ж их ещё девать?
   Но тут взревел мегафон Берта, собирая участников на борьбу. Андрей рванул туда, не закончив обещавший стать интересным разговор.
   Зрители так плотно обступили большой круг, что участники с трудом пробивались на зов. На грузовиках шла настоящая битва за лучшие места. Старцев, как и на скачках, стоял на подножке грузовика. Заметив Бредли, он махнул ему рукой. Джонатан переглянулся с Фредди, они обменялись кивками, и Джонатан стал пробиваться к Старцеву. Благо, у грузовиков собрались почти все лендлорды.
   - Бредли, вы опять ставите на своего?
   - Разумеется. Он будет первым.
   Посыпались вопросы:
   - Который?
   - Индеец?
   - А второй что, не борется?
   - Отказался или не записывался?
   - Кажется, не записывался. Да, индеец.
   - Вы посмотрите на остальных, Бредли.
   - Да, здесь ваш вряд ли пробьётся в первую десятку.
   Джонатан окинул взглядом строй участников, где заметно выделялись негры - обдирщики с боен, выделялись и ростом, и мощью. Под стать им были грузчики с мясокомбинатов и станции. Жилистые поджарые пастухи казались рядом с ними особенно лёгкими и потому слабыми.
   - Так как, Бредли, вы настаиваете на своём?
   Джонатан нашёл взглядом Эркина. Тот стоял, как и все, заложив руки за спину и слегка расставив ноги. Только в отличие от обычной рабской стойки, голова поднята и глаза широко открыты. Спокойное красивое лицо, серьёзный, очень внимательный взгляд.
   - Да. Он будет первым.
   - Вы с ума сошли! Двадцать к одному, что нет. Ставлю сотню.
   - Принимаю, - кивнул Джонатан.
   Вихрь пари. На первого, на пятёрку, на десятку, на всевозможные комбинации. На грузовиках кипели те же страсти. Старцев, улыбаясь, оглядел открывавшуюся картину.
   Большой тройной круг, очерченный на земле. За третьей чертой зрители, за второй сидят участники, между первой и второй - пространство поражения. Стол судей. Берт над списками, кряжистый мулат, объясняющий уже сидящим участникам правила.
   - Ногами не бить, ниже пояса не бить, по спине и затылку не бить. По лбу? Ща на тебе проверю! Теперь так. Повалить и прижать лопатками, вытолкнуть из круга или взять на крик. Вякнул - проиграл. Жухал сам выбивать буду. Проиграл - марш за черту. И не орать. Чтоб мы крик слышали. А коли терпеть можешь, терпи, пока не размажут. На всё про всё пять минут. Не управились - оба вылетаете. Та-ак?! А ну пошёл за черту на хрен! Я т-тебе поковчевряжусь! Кого ещё понюхать? Учую - сильно пожалеет.
   Джонатан с улыбкой посмотрел на Старцева.
   - Ну как, капитан, определились?
   - Индеец будет в финале, - улыбнулся Старцев. - Кто спорит?
   - Я, - вызвался один из лендлордов. - Его вышибут в первом круге. Ваша ставка?
   - Двадцать к одному, что он дойдёт до последней схватки, - с лица Старцева не сходила улыбка. - Ставлю десятку.
   - Вы заразились от Бредли любовью к риску, капитан.
   - Есть русская пословица, джентльмены. Примерно так. С кем общаешься, его привычки и перенимаешь.
   Андрей продрался в первый ряд зрителей.
   - Эй, парень, укоротись.
   - Я тебя щас вытяну, - бросил Андрей, не оборачиваясь.
   Эркин услышал его и перебросил ему пакет с призовой за ножи рубашкой. "Правильно, - сразу решил Андрей, убирая пакет под куртку, чтобы освободить, на всякий случай, руки, - а то мало ли что". На Эркина здесь никто не ставил, и Андрей, зорко отыскивая знакомцев Эркина, быстро заключал самые рискованные пари. Фредди и Джонатан, как он заметил, были заняты тем же.
   Судьи закончили споры по формированию пар с учётом неявившихся и выкинутых за запах спиртного. И Берт Рестон вызвал первую пару. Два негра-пастуха скинули рубашки и вышли в центр круга.
   - Начинайте, - почти седой негр-судья бережно перевернул песочные часы.
   Старцев с улыбкой рассматривал, по своему обыкновению, зрителей. Нашёл Фредди в группе старших ковбоев, Андрея в толпе цветных. Круг общий, но невидимые границы остаются незыблемыми. Это будет сохраняться долго. Вот ведь этот... беленький. Потерял он расу, как здесь говорят, в тюрьме или по приговору, но он, белый, среди цветных. И все рассматривают его, как цветного. Даже предназначенный только для цветных денежный приз вручался ему без каких-либо раздумий и сомнений. Но интересно, что парень явно доволен своим положением. А те потерявшие расу, с которыми пришлось сталкиваться зимой, так называемые "недоказанные" и "условно белые", - все они старательно подчёркивали свою расовую принадлежность. Почему этот парень не ощущает себя изгоем? Интересно. Очень интересный субъект. Уголовные манеры при явно не уголовном поведении. Почему он не захотел бороться? Участвовал только в метании ножей и взял первое место. И как взял, с каким отрывом! Восемь бросков, восемьдесят очков. Так что это? Характер? Или первым - или никаким. А так на него посмотреть, очень азартен. И участники... очень интересный состав. Ну-ка, ну-ка... совсем интересно.
   Зрители бурно переживали малейшие перипетии борьбы. Помимо общих пари спорили ещё по каждой схватке. Нужно было успеть оценить шансы соперников за те мгновения, пока они скидывали рубашки и выходили в центр круга.
   Очередная пара казалась столь неравной, что пари в первый момент не заключались. Всё ж ясно. Здоровенный обдирщик с боен и совсем молодой - и девятнадцати, похоже, нет - тонкий, как ивовый прут, пастух-трёхкровка. Все ждали, что парнишка откажется от боя.
   - Ну, куда ж такому?
   - Его ж этот бугай враз заломает.
   - Подобрали пару тоже...
   - Ну, так сами и подбирали...
   - Местные, ага...
   - Кто, судьи?...
   - Не трожь! По жребию подбирали...
   - Так куда ж, ты, парень?!...
   - Жалко, малец же совсем...
   Обдирщик со снисходительной насмешкой смотрел на своего противника. Неравенство сил вызвало замешательство и среди судей. Начало затягивалось, а борцы всё стояли друг против друга.
   Джонатан пристально вглядывался в трёхкровку. Красивое лицо, длинные пушистые ресницы, пышная шапка кудрей, тело... проработанные, мягко перетекающие мускулы... похоже... ах, какая улыбка! Да, можно рисковать.
   - Ставлю на него.
   - Что?! Бредли, у вас лишние деньги?!
   - Это моя проблема. Двадцать к одному.
   - Тридцать, Бредли! Тридцать к одному, вы потеряли чувство реальности, ставлю двести.
   - Принято!
   Старцев быстро глянул на Бредли, на взвинчивающих ставки лендлордов, нашёл взглядом Фредди и Андрея и, уже проверяя себя, посмотрел на Эркина. Эркин, ещё не выходивший в круг, сидел среди участников. Взгляд Старцева скользнул по его лицу, лицам остальных... да, похоже, что так и есть. Кто бы мог подумать.
   - Начинайте.
   Трёхкровка улыбнулся и первым шагнул навстречу. Негр сгрёб своего противника. Какая-то непонятная толкотня... и утробный звериный крик боли. Извернувшись непонятным образом, трёхкровка стоял, уже упираясь спиной в грудь противника и обеими руками пригибая книзу его руку. Локоть противника лежал на плече парня, т он, прикусив от напряжения губу, медленно выламывал сустав.
   - Стоп! - крикнул во внезапно наступившей тишине Берт.
   Трёхкровка улыбнулся, разжимая захват. И негр, не дожидаясь решения судей, сам, бережно поддерживая висящую плетью руку, пошёл в толпу, взорвавшуюся рёвом и свистом.
   - Это фантастика, Бредли!
   - Просто удача, - Джонатан перевёл дыхание, как после бега.
   Старцев удовлетворённо кивнул.
   В следующей паре боролись двое местных, но зрители ещё обсуждали предыдущую схватку.
   - Поздравляю, Бредли, отличная игра.
   - Спасибо, капитан. Не попробуете?
   - Против вас? Нет, - Старцев понимающе улыбнулся. - Вы нащупали закономерность.
   - И вы её знаете? - вырвалось у Джонатана.
   - Не буду портить вам игру, - рассмеялся Старцев. - Но я могу угадать, на кого вы будете ставить. Кроме этого парня и вашего пастуха. Хотите?
   Их глаза встретились, и Джонатан медленно покачал головой.
   - Вы правы, - стал серьёзным Старцев. - Извините за неудачную шутку, Бредли.
   Вызвали следующую пару.
   Эркин встал, расстёгивая рубашку, движением плеч сбросил её на землю и вошёл в круг. Его противником был один из местных грузчиков. Презрительно улыбавшийся вначале, он посерьёзнел, увидев Эркина вблизи.
   - Начинайте.
   Эркин вошёл в захват, легко оторвал противника от земли и сильным броском не вытолкнул, а именно выкинул за черту так, что тот с трудом удержался на ногах.
   Старцев удовлетворённо кивнул, но воздержался от замечаний. Теперь он только смотрел и слушал.
   Пара за парой выходили в круг. Росли ставки. Результаты казались непредсказуемыми. Ну... ну, индеец, Певун, понятно, его и в Мышеловке видели, цельный мешок корма пёр на себе с улыбочкой, а этот, трёхкровка, соплёй перешибёшь, а смотри, как идёт. А этот, мулатик смазливый, тоже, бугая взял и выкинул. А летят бугаи, ты смотри, как вылетают...
  
   - Удача сегодня за вас, Бредли.
   - День не кончен, джентльмены. Всё возможно.
  
   - Фредди, ты за кого?
   - За того, что справа.
   - Ты что, головой приложился? Его ж сомнут.
   - Как хочешь.
   - Десятка, пять к одному.
   - Идёт.
  
   - Милочка, уберите локоть, вы так вибрируете...
   - Никогда не думала, что... борьба так волнительна. Ах...!
   - О да, захватывающее зрелище.
   - Вы заметили? Ну, когда они встают?
   - Оо, это же... вы понимаете?
   - Это... это необыкновенно!
   - О да, я всё помню!
  
   - Весёлый, держишь за Певуна?
   - Мы напарники.
   - А ни хрена! Ща его вышибут!
   - Спорим?
   - Десять к одному, ставлю две.
   - Деньги-то есть? А то...
   - Не боись, Весёлый, подрасчёт был.
  
   После первого круга осталось шестнадцать пар. Ставки росли, росло и волнение зрителей. Новая жеребьёвка. И началось. Схватки всё яростнее, злее. Эркин оставался спокойным. Смотрел борьбу, молча про себя болея за своих. Пока везло: жребий ещё ни разу не сводил их между собой. Находил взглядом Андрея - ты смотри, куртку купил, молодец; Фредди - ух, как играет шибко, отводит душу за вчерашнее, судьям же играть запрещено; мельком посмотрел на Джонатана, но сразу натолкнулся на цепкий внимательный взгляд русского офицера и жадные, раздевающие взгляды белых леди на грузовиках. Шлюхи, одно на уме. И отвернулся, чтобы не завестись. Сейчас спокойно надо. Без особой спешки, но и тянуть нечего. Тянуть - силу терять. Хорошо - промяться успели, и суставы чуток разработали. И это ж не насмерть в камере, не поединок, а борьба. По правилам. А что ставят на нас, так на стрельбах одни белые, а тоже ставили и на них. Так что... Зовут. Всё побоку.
   Эркин встал, привычным движением сбрасывая рубашку, и шагнул в круг. Везёт ему на противников. Опять... Ишь какие мяса у чёрного... Ну, сейчас, ну, замахнись на меня, раскройся...
   Эркин поднырнул под летящий в лицо кулак, пригнулся и, крякнув от натуги, поднял на спине могучего негра, шатаясь под страшной тяжестью, сделал несколько шагов к краю круга и сильным качем кинул противника, даже не поглядев, куда кидает. Не до того сейчас.
   Тяжёлое тело рухнуло на старших ковбоев, сбив нескольких с ног. Образовалась куча, из которой с хохотом и руганью выбирались придавленные.
   - Стервец он у тебя, Фредди, - Дан сокрушённо разглядывал свою новенькую шляпу, смятую в лепёшку.
   - Какой есть, - Фредди принимал выигрыши.
   - Своеобразный юмор у парня. Держите деньги, Бредли.
   - Не думаю, чтобы это было специально, - пожал плечами Джонатан.
   - А что вы хотите, джентльмены? Нравы грубые, но простые.
  
   Третий круг. Восемь пар. Шестнадцать человек. Двое местных, остальные - пастухи. Эркин спокойно ждал жеребьёвки. Теперь, как ни крути, они пойдут друг против друга. Договорились бороться честно. Так что... настоящая борьба только сейчас и пойдёт.
  
   - Ну, ты смотри, а!
   - Ага, ну ни хрена!
   - Бугаёв кидал, а с фитюлькой возится!
   - Трёхкровка-то? Так увёртлив парень, хрен ухватишь...
  
   Над грузовиками сплошной уже истеричный женский визг. И новый взрыв ставок, ругани, свиста и хохота.
   Старцев с наслаждением слушал дамские комментарии, хотя иные реплики вгоняли его в краску. Но сознание того, что он - единственный слушатель, так как остальные слишком заняты своими пари, и своей невидимости для дам позволяли сохранять самообладание.
   Эркину достался местный. Жилистый крепкий метис. Не проблема, выкину. На боль его брать неохота. Да и незачем. Эх, парень, сам подставился. Лети. Падать здесь мягко.
  
   Четвёртый круг. Жеребьёвки уже не делали. Чего там, четыре пары. Кто победил, ну, в соседних парах, вот пусть и сходятся.
  
   - Ты смотри, какие красавчики, один к одному.
   - Заткнись, падла, язык вырву!
   - Ты чего парней подставляешь?
   - Врежьте ему, кто ближе
   - Ты смотри, всерьёз пошло.
   - Ну, сильны!
  
   - Милочка, я...
   - Я больше не могу, это же...
   - Тише дорогая, я всё понимаю, но зачем вслух?
   - Это восхитительно!
   - О да, намёк всегда волнует...
   - Милочка, вон тот, видите...
   - Да-да, необыкновенное зрелище...
   - Ах, это свыше моих сил!
   - У неё обморок?
   - Не беспокойтесь, глаза у неё открыты...
  
   - Да, похоже, на равных пошло.
   - Ну, теперь чистая удача.
   - Сильны парни.
   - А твой держится как.
   - А похоже, все из этих, ну...
   - С перепоя и не то покажется.
   - Приложи ему дуло к затылку, охлади, а то ему кажется чегой-то.
   - Хорошо взял, сейчас кинет.
   - Нет, вывернется.
   - Хорошо борются
  
   - Удача начинает вам изменять, Бредли.
   - Ну, здесь силы явно равны, тут не угадаешь.
   - Но индеец идёт на призовое место.
   - Да, несомненно.
   - Так что удача пока за мной.
   - Отвечаю вашим же: день не окончен.
   - Удивительная гибкость.
   - Дамы в восторге.
   - Ну, дамы всегда... в восторге.
   - Я думаю, они подобного, вернее, подобных с зимы не видели.
   - Стоит ли об этом?
   - Да, оставим прошлое прошлому
  
   Пятый круг. Две пары. Слишком быстро, никто не успел отдохнуть. Эркин быстро напрягает и распускает мышцы груди и пресса. Увидят, опознают? Плевать. Проиграть сейчас - это подставить Андрея. И Фредди. Ну, и Джонатана. Хрен с ним, раз он у Фредди в напарниках. Ну, кто сейчас в пару? Мулат... Молодой. Вытолкну. А вторая - кто? Да, там тоже быстро пройдёт.
   Рёв, свист, вой... Судьи тщетно пытаются расслышать крик боли, и видно, поняв это, борцы уже только выталкивают или кидают друг друга.
  
   Ну, вот и всё. Шестой круг. Переводя дыхание, Эркин смотрит на противника. Да, двадцать четыре полных, мала разница. Правда, говорил, что не тянулся с весны. И не проминал никто, пока уже здесь не встретился. Думал вообще, что один и уцелел. Так задубел, что втроём мяли. Ну, ладно. Что есть - то и есть. Надо его сделать. Ладно, Джорджи, не обижайся, но договорились: честно и до конца.
   - Начинайте.
   Эркин осторожно выставил руки вперёд и сразу наткнулся на чужие ладони, еле успел отдёрнуть, уйти от захвата.
   Они стояли почти неподвижно и только их руки... будто они оба ослепли и теперь ищут противника на ощупь. Да мгновенно вздувались и опадали мышцы на плечах.
   - Вот это уже настоящая борьба, - улыбнулся Старцев и в ответ на быстрый взгляд Джонатана спокойно пояснил: - Равны по силе, равны в гибкости и пользуются одними и теми же приёмами. Самая интересная схватка.
   С ним никто не спорил. Дамы, томно постанывая, обмахивались веерами. Зрители, не отводя глаз от борцов, передавали друг другу выигранные и проигранные деньги. Толпа уже стиснула круг до второй черты. Судьи встали и подошли ближе к борцам.
   Притихшая было толпа взорвалась оглушительным рёвом. Схватились! Толкают друг друга к роковой черте. Ну же, ну...!
   ...чёрт, не выкину его... и на боль не возьмёшь, хорошо собрался... валить и придавливать...
   Эркину удалось, подставив бедро, сбить Джорджа с ног. Тот успел встать на арку, и Эркин навалился на него сверху, вдавливая в землю.
   ...руки... заведёт руки за голову, упрётся ладонями, такую арку не сбить... так, поддёрнем, чтоб не теменем, а затылком упирался... руки... завяз он руками, хорошо...
   Эркин медленно переносил вес, вжимаясь плечом в мокрую скользкую грудь негра, и медленно, очень медленно тот опускался под тяжестью тела Эркина.
   Стоявший рядом Берт нагнулся, встал на колено, потом сам лёг на землю, чтобы видеть просвет между землёй и лопатками негра.
   Неотвратимо сыпался песок, ещё чуть-чуть и обоим поражением. Крики, визг, хохот, ругань, свист - всё слилось в единый чудовищный рёв, в котором не было уже ничего человеческого.
   Ну же... в глазах темно... крепкий парень, надо же, как арку держит... ну же... есть! Поддался!
   Берт вскинул руку и вскочил на ноги.
   - Есть! Туше!
   - Чего?! - уставились на него судьи.
   - Обе лопатки прижаты, - спокойно объяснил Берт.
   - Ага, понятно, - закивали те.
   На часы никто не смотрел, но и вопроса о том, уложились ли борцы в отведённое для схватки время, никто не поднимал.
   Крик Берта заставил их обмякнуть и расслабиться. Но сил, чтобы встать, уже не было. Всё... Вокруг выли, свистели, судьи отгоняли зрителей за черту, чтобы строить участников на награждение, а они всё лежали. Наконец Эркин перевёл дыхание и заставил себя сесть. Проморгался и через плечо оглянулся на Джорджа.
   - Вставай, нельзя лежать.
   - Да, встаю, - еле слышно ответил тот.
   Они медленно, помогая друг другу, встали. Кто-то из участников накинул им на плечи их рубашки. Эркин благодарно кивнул - говорить он не мог - и неловко, путаясь в рукавах и пуговицах, стал одеваться. Постепенно редел красный туман перед глазами, восстанавливалось дыхание. Он уже спокойно заправил рубашку, вытащил из нагрудного кармана, развернул и повязал шейный платок. Мягкая ткань приятно легла на мокрую от пота кожу. И уже встав на указанное место, Эркин, по-питомничьи слегка качнувшись вперёд, как будто чуть не упал, оглядел строй. Точно! Вся их десятка впереди. Так-то! Это вам не распределитель, всей камерой одного увечить, один на один и честно... нам и ножи не нужны.
   Появился мэр с помощниками, и общее внимание переключилось на них. Чего там на этот раз приготовили? Ну, рубашки там, платки... это понятно, это уж как всегда, волновалась толпа.
   - А первым-то что?
   - Вроде... тюки какие-то...
   - Ну, ни хрена себе!...
   - Да чего там?
   - Ща покажут.
   Мэр оглядел строй, быстро переговорил с судьями и кивнул помощникам. Те уже выложили на один поднос пакеты с рубашками, а на другой стопки платков.
   - Первое место в борьбе занял...- Берт сделал паузу, ожидая, когда подготовят приз.
   Мэр понимающе улыбнулся и кивнул. Восторженный вздох пронёсся по толпе.
   - Да это же...
   - Это ж ковёр!
   Ярко-красный, в цветах, мягкий плюшевый ковёр.
   - На пол его положить...
   - Охренел?! На пол такое...
   - Это на стенку повесить...
   - Кровать застелить...
   - ...Эркин, - закончил фразу Берт. - Награждается ценным призом.
   Мэр пожал Эркину руку и вручил ему ковёр. Эркин принял на руки мягкую невесомую тяжесть, а надо ж с судьями сейчас.... Он быстро высвободил правую руку.
   - Поздравляю с победой, - ухмыльнулся кряжистый мулат.
   - Спасибо, сэр, - машинально ответил Эркин и, увидев лица судей, поймав одобрительный кивок Берта, уже всех судей именовал сэрами. А за ним и остальные.
   Второй получил ковёр поменьше и синий. А их противники по полуфиналу - по маленькому зелёному. Но тоже, койку покрыть хватит. И все четверо по конверту от русской администрации.
   - Ну, надо же...
   - Да за такое я бы..
   - Ну и шёл бы...
   - Это ж год пахать и не жрать, а денег на такое не соберёшь...
   - На то это и, как её?
   - Олимпиада, вот!
   - Ну, ни хрена, как прибарахлился парень!
   - Так и отпахал он...
   - Аж с лица спал...
   - Подбери края, парень...
   - Эй, Певун, с тебя причитается!
   - Ну, куда ты, как шакал, дай парню очухаться...
   Наконец, всё закончилось и опять... Водоворот поздравлений, похлопываний по спине и плечам... Без Андрея Эркину бы не справиться со всем этим. На последней схватке он выложился до конца и хотел только одного: лечь, закрыть глаза и полежать так, ну, хоть чуть-чуть, ну, совсем немного. Он тупо кивал, благодарил... Андрей помог ему свернуть ковёр, отбиться от предложений выпивки и выбраться с луга Дженкинса в город.

1993; 9.06.2011

  

Оценка: 8.20*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"