Зубачева Татьяна Николаевна : другие произведения.

Тетрадь 31

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вычитано.


ТЕТРАДЬ ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

* * *

  
   Новиков шёл по госпитальному коридору, придерживая полы накинутого на плечи белого халата. Да, военная горячка уже кончилась, убраны кровати из коридора, госпиталь больше похож на обычную больницу, но палаты не пустуют. Раненых, к сожалению, хватает.
   - Доктор Аристов у себя?
   - Проходите, майор.
   Ну, вот и встретились.
   - Костя? И не на носилках?! Ну, чудеса! Здравствуй.
   - Здравствуй, Юра. Решил для разнообразия сам прийти.
   - Открылось?
   - Юра, что ты зашил, уже не вскрывается. Мне нужна информация.
   - Вот это да! - Аристов с комичным возмущением сдвинул очки на кончик носа. - Мало того, что я тебя штопаю и лечу, мне ещё и работать на тебя?! Ну, ты наглец, это раз! И для меня существуют только раненые и больные, это два. Независимо от их расовых, национальных, политических и прочих ориентаций, характеристик и предпочтений.
   - Мне нужна медицинская информация, Юра. Специфическая.
   - Возьми мои отчёты, медкарты, истории болезни и читай. Вся специфика. Осколочные, пулевые, проникающие, поверхностные... что тебя интересует?
   - Не что, а кто, Юра. Спальники. Ты ведь занимался ими, я знаю.
   - Фью-ю! Это зачем они вам понадобились?
   - Кому это - вам, Юра?
   - Вашему ведомству, Костя. Не ты первый ко мне с этими вопросами приезжаешь. И скажу то же самое. Есть отчёты, медицинские карты, исследуй! Изучай хоть со словарём, хоть с энциклопедией.
   - Исследую и изучу, Юра, не кипятись. Я, конечно, почитал уже всё, что смог. Но мне и побеседовать с ними охота.
   - Нет, Костя, не выйдет.
   - Что, неконтактны?
   - Это ты неконтактен. Нет, Костя, приедешь, как положено, с ордерами, предписаниями и прочим, тогда да, ничего не смогу. А пока - нет.
   - Юра, мне побеседовать, не допросить.
   - Для тебя, Костя, это синонимы. А я - врач. И вот так, за здорово живёшь, травмировать людей не дам. Ясно?
   Новиков с улыбкой рассматривал уже всерьёз возмущённого Аристова.
   - Ясно, Юра. А теперь успокойся и послушай меня. Мы раскручиваем одно дело, и фигурантом там проходит парень, в отношении которого есть подозрения... Я подозреваю, что он спальник.
   - Так.
   - Так вот. Я хочу получить от тебя информацию, которая подтвердит или опровергнет эти подозрения.
   - Привези его сюда, И я тебе сразу скажу.
   - А вот для этого, Юра, его надо арестовать
   - Мг, а за что арестовывать, ты не знаешь, не можешь статью подобрать. Редкий случай. Можно сказать, уникальный. Тогда так. Ты мне расскажешь о нём, и я попробую сделать выводы. Да, кстати, сначала, по возможности внятно, объясни, какие у вас к нему претензии.
   - Основные претензии не к нему, а к его... м-м-м... Он пастух, а старший ковбой, то есть его непосредственный командир, профессиональный убийца. Наёмник. Здесь таких называют чистильщиками. Опытный, впрямую на него не выйти. Нам на него указали, но... ни концов, ни крючков. Знаем, а ухватить не можем. Сейчас он, похоже, готовится к серьёзному делу и натаскивает себе помощников. Этого парня и второго, белого мальчишку. С тем тоже есть нюансы, но если этот спальник... да, Юра, вся информация...
   - Да знаю я, Костя, всю вашу... атрибутику. Но ты сказал, он - пастух?
   - Да.
   - На коне ездит?
   - Д-да, вроде... нет, сам я не видел, но все пастухи конные. А что?
   - У спальников очень чувствительны гениталии. Езда верхом может оказаться затруднительной. Хотя... это я уточню. Костя, что у вас на парня, кроме его начальства?
   - Юра, когда что-то будет... Ты представляешь, если он спальник, что с ним в тюрьме сделают?
   - К сожалению, Костя, я это представляю лучше тебя. Ты бы видел, какими они к нам поступали... Ладно. Нужна будет экспертиза - я проведу, официальное заключение - всегда пожалуйста. Но просто так...
   - Да не просто, а...
   - А для его же пользы? Разумеется, арестуем, засунем в одиночку, допросим и расстреляем. И всё для пользы.
   - Юра! Ты что несёшь?!
   - Ты знаешь, что Паласы были расстреляны, уцелели единицы. Тоже... для их же пользы.
   - Юра!! Это же эсбе!
   - Правильно. А обоснование этих расстрелов ты знаешь? - в голосе Аристова зазвенело сдерживаемое бешенство. - Официальное обоснование. Для исполнителей. Нет? А я слышал. От самого расстрельщика. Взяли его тёпленьким, но... словом, я его обрабатывал. И потрошить его при мне начали. Пока он тёпленький. Так вот, спальников расстреливали, чтобы избавить от мук. Мы же запретили Паласы, так? А спальники без работы начинают гореть. А это страдания. И вот Империя, чтоб ей... - что врачи умеют ругаться, Новиков знал, но такого ему ещё, несмотря на богатый жизненный опыт, слышать не приходилось, - в лице эсбе, чтоб и её... спасала их от страданий. Расстрелом!
   - Успокойся, Юра, - тихо попросил Новиков.
   Аристов усмехнулся, достал сигареты и долго тщательно закуривал.
   - Понимаешь, Костя, эти люди так настрадались, такое пережили, что я чувствую себя, понимаешь, себя, виноватым перед ними.
   - Сколько их уцелело, Юра, как думаешь?
   - Ну, через наш Центр прошло в общей сложности около сотни.
   - И где они сейчас?
   - Выжило шестьдесят три человека, Костя. То, что называется, горячкой...
   - Типа наркотической ломки?
   - Примерно. Это, прежде всего, боль. Никакие анальгетики не помогают, а только продлевают, затягивают процесс. За болевым периодом, а длится он от недели до месяца, период депрессии. Больше всего летальных в эти два периода. В основном суициды.
   - Месяц боли... да, понимаю.
   - Боли страшные, Костя. И как подумаю, сколько дров мы наломали зимой, ничего не зная, не понимая...
   - А эти шестьдесят три? Здесь?
   - Часть здесь. Остальные ушли, где-то живут, как-то устроились. Надо было, конечно, договориться, чтобы приезжали хотя бы раз в год на обследование, но мы здесь не навечно. Но обещали, что если какие проблемы возникнут, то сразу.
   - Значит, часть осталась. Это что, неизлечимые?
   - От чего? - Аристов смотрел с нескрываемой насмешкой. - От чего они должны излечиться?
   - Ну, повышенная сексуальность...
   - Костя, не повторяй эту ахинею. Здесь остались те, кто захотел у нас работать. Оформили их вольнонаёмными, выделили крыло под общежитие.
   - И кем же они работают?
   - Санитары, массажисты, хозяйственные работы, открываем для желающих курсы медбратьев. Костя, они не маньяки, как их расписывала имперская пропаганда, а несчастные люди. Люди, Костя.
   - Ну, про пропаганду можешь мне не рассказывать. Но пойми и ты меня. Этот парень втягивается, вернее, его втягивают в страшную игру. Был убит Ротбус, комендант Уорринга. Жуткая личность. Убит буквально накануне ареста, а знал очень многое и о многих. Инициатор убийства, скорее всего, этот тип, старший ковбой, а парень... либо свидетель, либо исполнитель. Ты Сашку Бешеного знаешь, Гольцева?
   - А то я его не штопал.
   - Он копает это дело. Сделано чисто, но парень был задействован. Его вяжут, понимаешь, вяжут кровью. Ещё одно убийство и всё... Нам надо успеть раньше.
   - И так важно, спальник он или нет?
   - Я должен знать, как с ним разговаривать.
   - Так, немного яснее, - Аристов ненадолго задумался. - Сделаем так. Ты на сколько приехал?
   - Да, дня на два, думаю.
   - Отлично. Сейчас я тебя посмотрю, пойдёшь на анализы, а вечером поговорим. Процедуры я тебе назначу по результатам осмотра и анализов.
   Новиков с улыбкой стал расстёгивать мундир.
   - Массаж будет?
   - Посмотрим, насколько ты в нём нуждаешься.
   - Значит, я всё-таки смогу с ними поговорить? Ну, ладно, Юра, я всё понял. Буду предельно осторожен, деликатен и тактичен.
   - Надеюсь. А теперь ложись. Как здесь?
   - Терпимо.
   - Ну-ну.
   Школьный друг Юрка уже стал врачом Аристовым. И посторонние разговоры недопустимы.

* * *

  
   Джонатан вёл грузовик плавно, без толчков, хотя дорога оставляла желать лучшего. Фредди дремал рядом, откинув голову. Последние сутки были уж очень насыщенными. Но зато... зато они могут покинуть Бифпит на три дня. А там второй заход. Трёх дней хватит, чтобы закончить с парнями.
   - Прибавь скорость, Джонни, - сказал, не открывая глаз, Фредди.
   - До темноты успеем.
   - Не успеем, - Фредди на секунду открыл глаза и снова опустил веки. - В имении Джойса слышали выстрелы.
   - Будем объезжать?
   - Я не знаю, кто стрелял.
   - Понятно. Парни проскочили?
   - Они по другой дороге.
   Фредди негромко рассмеялся.
   - Ты это с чего? - перешёл Джонатан на ковбойский говор.
   - Вспомнил, как мы зимой... Помнишь?
   - Ещё бы, - улыбнулся Джонатан...
   ...Холодный снежный декабрь. И рухнувшее, как действительно гром с ясного неба, двадцатое число. Нет, после капитуляции этого надо было ждать, но... чем больше чего-то ждёшь, тем оно внезапнее. Так и здесь. Ждали, ждали, а всё равно вдруг. И понеслось. Такого страха он не испытывал даже мальчишкой, когда после рассказа сестры в каждом встречном видел своего убийцу. Тогда он впервые захотел не спрятаться, а исчезнуть. И вот опять. Костры и пожары, пожары и костры. И не знаешь, где спрятаться. Они тоже опасались имений и ночевали у костров. Спали по очереди. Один спит у огня, другой в стороне, держит подходы под прицелом. И кого опасаться: бывших рабов или бывших рабовладельцев, или русских, или успевших дезертировать до плена, или кого-нибудь ещё... да всех, словом, все опасны. А в городах та же неразбериха и паника...
   ...- Фредди, спишь?
   - Слишком жуткие воспоминания, Джонни? Да, в январе пришлось солоно. - Фредди открыл глаза и сел прямо. - Но мы выиграли, Джонни. Был и февраль.
   Джонатан усмехнулся.
   - Главное, что ещё будет. Но расфилософствовался я не к месту.
   - Не ко времени. Как у тебя с русским, Джонни?
   - Лучше, чем я ожидал. Выходка Эндрю его не тронула. То ли у русских, в самом деле, нет расовой гордости, то ли... Но такого лучше иметь другом. Как враг он слишком опасен.
   - Это чем? Вроде, он не в больших чинах.
   - Он умён, Фредди, дьявольски наблюдателен. И делает свои выводы, - Джонатан ловко вписал грузовик в поворот. - Ты прав, до темноты не успеем. Завтра закончим с парнями и отвезём их.
   - Думаешь, везти в ночь?
   - Нет, конечно. Выедем послезавтра на рассвете. Ночь проведём у Бобби и обратно в Бифпит.
   - Да, второй заход необходим. Сменить тебя?
   - Отдыхай, Фредди. Кстати, как твои дела на русском фронте?
   - А что, аппетитная девчонка.
   - Мг. Только почему она клюнула на тебя, а не на Эркина?
   Фредди растерянно пожал плечами.
   - Ну, женским вниманием я никогда не был обделён. Но ты думаешь...?
   - Вспомни, как клевали на Эркина наши леди? Помнишь борьбу? Да и раньше. А на балу... И его, и всю десятку. И вдруг...- Джонатан глядел только на дорогу и, казалось, говорил сам с собой. - И капитан её не останавливал.
   - Ч-чёрт, теряю форму, Джонни. Неужели подстава?
   Джонатан пожал плечами.
   - Я не знаю, насколько это используют русские. А капитан уехал.
   - Я думал, кое-что из неё вынуть.
   - Боюсь, это она вынет из тебя.
   - Ладно. Вернёмся в Бифпит, поведу игру.
   Джонатан кивнул. Фредди потёр лицо ладонями и посмотрел на Джонатана.
   - Отдохни, Джонни. Мне надо встряхнуться.
   Не останавливая грузовика, они ловко поменялись местами в кабине. Уступив руль Фредди, Джонатан откинул голову и закрыл глаза. И сразу его обдало холодным дымом страшной зимы...
   ...О продаже имения они узнали случайно. Это был один из первых аукционов, устроенных русскими. Потом-то убедились, что если русские объявили недвижимость выморочной, то наследников точно нет. Но тогда рисковать боялись. А они решили рискнуть. Он нашёл Фредди в одном из уцелевших кабаков за ожесточенной игрой в блек-джек. Играли на выпивку, а тогда выпивка и жратва были ценнее денег. Фредди понял с полуслова. В банк соваться было нельзя и неразумно: там вовсю шёл пересчет и переход с имперских долларов на оккупационные кредитки, а русские ковырялись в счетах и вкладах. И они продали свой главный тогда капитал: два ящика консервов, продали и выигрыш Фредди - десять бутылок виски, и успели оплатить право участия впритык к открытию аукциона. Аукцион был вялый, цены набавляли неохотно, опасаясь русских. Они решили брать этот лот, так как на него, похоже, вообще никто не претендовал. Вернее, решил он, а Фредди согласился. Могло получиться за мизерную - по прежним меркам - цену, но денег всё равно не хватало. Фредди ушёл, оставив его держать место, и через полчаса вернулся с деньгами. Как Фредди сумел за полчаса найти их банкира, вытрясти из того наличность и оформить последующий съём этих денег со своего счёта... ну, это мог только Фредди. А его появление в зале отсекло остальных. Убедившись, что им нужен только один лот, но конкретный и очень нужен, вмешиваться никто не рискнул. А у них после всего даже остались ещё деньги на самые первые шаги...
   ...Джонатан улыбнулся, не открывая глаз. Их первые контакты с русской комендатурой. Оформление владения и собственности. Оформление собственных документов. Тогда ещё многие кто опасался, а кто надеялся, что это ненадолго, но они поверили в капитуляцию Империи сразу. Старый мир рухнул и надо устраиваться в новом. А кто не успел, тот опоздал. Говарды нераздельны с Империей. Рухнула Империя... нет, Говарды ещё не рухнули, но прежнего могущества уже нет. А иметь крышу над головой... вообще, крышу... это был их шанс. И они использовали его...
   ...Вернувшись в свой номер, он сразу лёг и заснул. Всё-таки иметь дело с властями - это нервотрёпка, а с оккупационными, не зная языка, не понимая их реплик, нет, он слишком вымотался. Сквозь сон он слышал, как Фредди возится за столом, чем-то шуршит, звякает иногда бутылкой о стакан. Потом Фредди что-то искал, перекладывая вещи и чертыхаясь, и снова шуршал и звякал. А когда Фредди растолкал его - они предпочитали и здесь спать по очереди - было где-то около полуночи.
   - Вставай, я сосну малость.
   - Мг, - он с трудом разлепил веки. - Ты мне что-нибудь оставил?
   - Всё на столе.
   Фредди лёг на его место и мгновенно заснул, привычно засунув кольт под подушку. А он сел к столу. Два сэндвича, примерно полбутылки дрянного виски, несколько скомканных листов бумаги и красиво переписанный текст. Ну-ка, что тут Фредди сочинил? Смысл текста дошёл до него с третьего раза. Это был контракт. Фредерик Трейси нанимался к лендлорду Джонатану Бредли. Всё строго по правилам, годовой контракт, от Рождества до Рождества, оговорены все условия, зарплата или обеспечение с окончательным расчётом по итогам года. И с уплатой неустойки в случае преждевременного разрыва. Однако и неустойку Фредди заложил! Пять годовых зарплат с инициатора разрыва. И даже на гербовую бумагу переписал. Ковбой и другие хозяйственные работы. Осталась подпись или личная печать лендлорда. Он подписал контракт, убрал его к документам на имение и сжёг в пепельнице черновики. И уже после этого стал есть. А перед рассветом Фредди опять сменил его...
   ...Джонатана качнуло на повороте. Ну и гоним! Хотя... до темноты надо успеть свернуть к себе. Ночные патрули далеко не так корректны, как дневные.
   - Сменить тебя?
   - Отдыхай.
   Расстроен Фредди. Злится на себя из-за этой русской. Но уж очень нахрапом она пошла на Фредди, как скажи ни одного мужчины вокруг нет. Так что лучше с ней поосторожнее...
   ...Конец января был тёплый, слякотный. Снег лежал неровно. Они приехали в имение верхом, ведя в поводу трёх навьюченных лошадей. На всё это ушли остатки наличности. Имперские падали в цене, их все сбрасывали, но удалось достать новых кредиток, и им на всё хватило. Пока добирались, похолодало, посыпались редкие снежинки, а под копытами лошадей захрустели льдинки. Ехали медленно. Миновав границу имения, Фредди достал из-под куртки автомат и приладил его под рукой. Он тоже приготовил оружие. Сколько раз они натыкались в брошенных имениях на ножи, а то и на выстрелы. И сами так же отбивались. Кто занял первым, тот и хозяин. Пока живой. Обычно опоздавшие уходили сразу, но сейчас придётся засевших в имении выбивать. Но было тихо, только шёл снег, и к дому, чёрному и полуобгоревшему, они подъехали уже по снегу. Фредди оглядывался, поводя стволом.
   - Похоже...
   - Тише, Джонни, - остановил его Фредди, прислушиваясь. И наконец кивнул. - Да, похоже.
   Они спешились и привязали лошадей к обломку коновязи.
   - Если кто здесь и прятался, Фредди...
   - Да, думаю, уже улепетнул.
   Фредди повесил автомат на плечо, огляделся.
   - С чего начнём, Джонни?
   - Надо всё осмотреть.
   - Всё не успеем. Скоро стемнеет, а я не хочу шарить впотьмах.
   - Резонно. Тогда Большой Дом.
   - Ну, - Фредди усмехнулся, - с чего-то же надо начинать.
   Визг битого стекла под сапогами. Обломки мебели. И тошнотворный трупный запах. И не жара, а воняет так, что дышать трудно.
   - Похоже, кто-то так и лежит здесь.
   - Да, пахнет здорово.
   - Такого разгрома я ещё не видел.
   - Мы просто нигде не смотрели так внимательно.
   Фредди остановился, принюхиваясь.
   - Джонни, здесь надо разбираться. И закапывать. Ты резиновые перчатки взял?
   - Во вьюке.
   - Тогда назад. С этого завтра и начнём.
   Он кивнул и, пересиливая тошноту, сказал:
   - Посмотрим сенной. Вдруг что сохранилось.
   - Правильно, Джонни. Ты молодец, лендлорд, - Фредди ловко развернул его за плечи к выходу. - Пошли. Если чего есть, подкормим лошадей. А то уже темнеет.
   Им повезло. В сенном сарае было два целых брикета. Третий оказался замоченным. Но они растеребили его, выбрав сухого и неподгнившего из середины.
   - У костра заночуем, - решил Фредди. - А завтра почистим Большой Дом. И вообще...
   Они расседлали лошадей, задали им сена, из вьюков и сёдел соорудили укрытие и развели костёр, благо, обломков хватало. Поужинали хлебом и какой-то непонятной спиртной самоделкой. И легли. Спали опять по очереди. Да, только где-то в марте их отпустил страх перед ночным нападением. А с утра, с рассвета началось. И месяц не кончалось. Да и сейчас... Но не сравнить с тогдашним...
   ...Джонатан открыл глаза и сел прямо.
   - Камень проехали?
   - Только что, - Фредди ловко выплюнул в окно окурок и, придерживая руль одной рукой, достал сигарету и закурил. - Выспался?
   - Вспоминал, как начинали.
   Фредди негромко рассмеялся.
   - Лихое было время. Месяц с автоматом не расставался. Помнишь ту троицу?
   - Ещё бы, - улыбнулся Джонатан...
   ...Это был их третий день в имении. Они уже обшарили все уцелевшие постройки. Закопали найденные в Большом Доме обезображенные трупы. Кто бы ни были те бедолаги, но смерть им досталась не самая лёгкая и не очень быстрая. И взялись за самые неотложные и посильные починки. Как раз возились с крышей на сенном сарае, настилая снятые с Большого Дома листы кровельного железа и закрепляя их изнутри, когда Фредди заметил троих тёмнолицых оборванцев, опасливо бредущих по подъездной аллее. Первым же выстрелом Фредди сбил шляпу с заднего. А когда те замерли, вогнал пулю в снег у самых ног переднего. Третью посылал уже вдогонку поверх голов резво улепётывавших пришельцев.
   - Надоело копать и закапывать, - кратко объяснил Фредди свой приступ человеколюбия. - А остальным они объяснят.
   И действительно, их потом долго никто не беспокоил. Да, следующим в имении пришёл Сэмми. Уже в самом начале марта...
   ...Джонатан улыбнулся.
   - Как это ты тогда Сэмми не подстрелил?
   - Интуиция, - ухмыльнулся Фредди. - Да и март уже был. И страх схлынул, и мы подготовились. Ладно, Джонни, вечер воспоминаний пока закрываем.
   - Да, - Джонатан потёр лицо ладонями. - Уже вот-вот.
   - А, смотри, Джонни, не спят ещё, - за деревьями мелькнул огонёк. - Чего это они засиделись?
   - Не иначе как Эндрю о своих подвигах рассказывает.
   - Ну, тогда они до утра не переслушают, - засмеялся Фредди. - Язык у парня подвешен... похлеще, чем у Дона.
   - Дону как раз пришлось его прикусить.
   Фредди кивнул и плавно заглушил мотор, останавливая грузовик посередине двора. И первое, что они услышали - это взрыв хохота на кухне. Но тут пронзительно заверещал кто-то из негритят, и из кухни, всё ещё хохоча, повалили встречающие. Джонатан вышел из кабины, принимая сразу отчёты о сделанном и несделанном, важных и пустяковых происшествиях. Фредди мягко подал грузовик назад к приспособленному под гараж сараю. А когда вышел, наткнулся на Эркина, и вдвоём они молча открыли ворота. Фредди загнал грузовик внутрь, уже окончательно выключил мотор и забрал из кузова свой мешок. Эркин дожидался его у входа и, помогая закрывать ворота, тихо сказал:
   - Мне поговорить надо. Дело одно есть.
   - Срочно?
   - Не очень.
   Фредди кивнул.
   - Тогда завтра. Большой разговор?
   - Да. И чтоб не мешали.
   - Тогда вечером, - Фредди на секунду задумался. - Да, днём ни до чего будет. Джонатан сказал вам, что послезавтра уезжаете?
   - Да. Слушай, - Эркин блеснул улыбкой, - слушай, хочешь, напоследок промну тебя?
   - Давай, - не скрыл радости Фредди. - Тогда и поговорим.
   - Идёт.
   Эркин вдруг бесшумно отступил назад, слился с темнотой и исчез в ней. И Фредди услышал знакомые шаги.
   - Фредди, готов?
   - Да, Джонни. Всё в порядке?
   - Да, как и думал, - Джонатан подошёл вплотную и тихо спросил: - Кто тут был? Эркин?
   Фредди молча кивнул и протянул Джонатану свой мешок.
   - Закинь ко мне, Джонни, а я загляну к Майору.
   - Хорошо. Они в загоне.
   Джонатан взял у него мешок и ушёл в их домик. Фредди прислушался. Да, расходятся уже. А ведь Джонни и не думал разгонять. Но лендлорд есть лендлорд. Приехал и порядок навёл. В принципе, так и надо наверное.
   - Смотри, проспишь, - голос Эркина.
   - Не боись, всё в порядке будет, - ну, это Эндрю.
   - Молли, не заезди парня-то, - вроде Сэмми.
   - Он сам кого хочешь...- это Стеф.
   - А ну, чтоб я вас не видела, трепачи чёртовы! - Мамми ни с кем не спутаешь.
   Судя по шуму, Мамми окончательно разогнала собрание. Фредди тихо рассмеялся и пошёл к загону, где уже фыркал у загородки Майор, слышавший его голос.
   Поговорив с Майором и огладив остальных подошедших к ограде лошадей, Фредди не спеша пошёл к их с Джонатаном домику. Окно в кухне рабского барака уже погасло, голосов не слышно, значит, улеглись. У Джонни слегка просвечивает штора, а ведь неплохо получилось, особо ничего не видно. Так, что-то смутное, даже силуэта не различить. Он толкнул входную дверь и сразу услышал:
   - Заходи.
   - Не спишь ещё?
   Фредди вошёл в комнату Джонатана и невольно присвистнул. Джонатан прилаживал над камином призовые розетки. И в его работе было столько сосредоточенности, что Фредди воздержался от шутки, а прошёл к бару, выбрал бутылку и налил в два стакана. Джонатан оглядел свою работу, положил молоток на каминную полку и обернулся к Фредди. Фредди протянул ему стакан. Джонатан молча взял его и кивком указал на кресла у камина. По-прежнему молча они расположились в них. В камине горел огонь. Джонатан вдруг встал, выключил верхний свет и вернулся к камину. Теперь комната освещалась только живым пламенем.
   - Это не смешно, Фредди, - наконец заговорил Джонатан. - Я столько лет мечтал об этом.
   -Я не смеюсь, Джонни, - тихо ответил Фредди. - Я всё понимаю. Ты строишь свой дом, свой мир...
   - И да, и нет. Дом, мир... Я хочу возродить семью, клан, называй это как угодно, Фредди, но когда-то я обещал сестре, что выживу. А себе... себе я дал клятву, что семья Бредли возродится. И вот... я начал, Фредди. Да, я создаю свой мир.
   - Не надо меня убеждать, Джонни. И не надо так много объяснений, - Фредди улыбнулся. - Лучше скажи, какие тут новости. Я всё же месяц был при бычках.
   - А я редкими наездами. Но пока идёт без перебоев. В общем, все работают. Даже парни.
   - Я думал, они будут отсыпаться.
   - Ну, это они не забывают. В первый день после полудня глаза продрали. Но ты сам говорил, что Эркин всегда себе дело найдёт. А Эндрю за ним тянется. Словом, они помогли Стефу с углём. И плотничали сегодня с Сэмми, - Джонатан усмехнулся. - Отзывы благоприятные.
   - Попробуешь уговорить?
   - Нет, Фредди. Я не буду их уговаривать. На эту зиму ещё двух работников не нужно.
   - Думаешь? Нужен конюх. Мы об этом уже говорили.
   - Да. Нужен. Но один. И хороший специалист, - Джонатан посмотрел на пламя сквозь стакан. - Даже если бы парни так не рвались обратно... всё равно. Конюха брать придётся, ты прав, Фредди. Поищем такого, чтоб мог и на скотной помочь.
   - И с Молли поладить, - продолжил Фредди.
   - Да, это тоже придётся учитывать, - рассмеялся Джонатан. - Кстати, вот тоже аргумент. Эркина Молли не интересует, а Эндрю, как я понимаю, собирается отгулять всё недобранное ранее.
   - И самый главный аргумент, Джонни. Они не хотят работать в имении. Независимо от своих завязок в том городишке.
   - Да. Всё так. И всё к лучшему. Завтра с утра начнём с ними.
   - Премию ты им просчитал?
   - Да, конечно. Три тысячи на двоих.
   Фредди покачал головой.
   - Зарплата старшего ковбоя. Не ошалеют парни?
   - Ты их знаешь лучше меня. По-моему, не должны. Я обещал премию с привеса. Ни одного меньше тысячи. Законный процент умножь на цену. Вот и считай.
   - Да, - почти сразу кивнул Фредди. - Так и выходит. Что ж, парни заработали.
   Джонатан кивнул. Они сидели у камина, и стояла особая ночная тишина. Ветер за окнами да редкое потрескивание поленьев в огне. Фредди допил свой стакан и усмехнулся:
   - Ну, всё, я на боковую. А то ещё спектакль просплю.
   - Какой?
   - А Эркин завтра будет тебе обеспечение сдавать.
   Джонатан рассмеялся.
   - Да, действительно. Как бы у него излишка не оказалось.
   - Ну, это ты зря, Джонни, - возразил Фредди. - Насчёт этого парни ни-ни. Чтоб они на чужое позарились...
   - Ты о чём, Фредди? - искренне удивился Джонатан. - А-а, извини, конечно, я не думаю, что они нечисты на руку. Но недостачи не будет, спорим?
   - В ремнях убыль естественна. Рвутся, сшиваются, обрывки попросту выбрасываются...
   - За каждый дюйм вычту, - свирепо сказал Джонатан и рассмеялся. - Неужели ты думаешь, что буду ремни перемерять?
   - С лендлорда станется, - пробурчал Фредди, вставая.
   - Мг, - кивнул Джонатан. - Вот я со старшего ковбоя и вычту. За недосмотр.
  
   Спектакль получился на славу. Эркин действительно сдавал всё. Сначала предъявил лошадей. Лошади здоровы, вычищены.
   - А Резеду, сэр, вы продали.
   Джонатан кивнул. Фредди прилагал героические усилия, чтобы сохранять серьёзное выражение. Тем более что парни не играли. А зрители - что за спектакль без зрителей?! - Мамми, Дилли, Молли, потом подошли Ларри и Сэмми и прибежал из котельной Стеф, мелюзга с самого начала крутилась рядом, - все они следили за сдачей инвентаря в почтительном молчании, явно переживая за парней. Пожалуй, только Стеф чувствовал комичность ситуации. Но на него Фредди не смотрел, боясь не выдержать и расхохотаться.
   После лошадей была сдана седловка, включая лассо. Тоже всё на месте и в полном порядке. Наступила очередь вьюков. Эркин и Андрей их заранее вытащили из кузова грузовика и перенесли к кладовкам. Джонатан невозмутимо принимал решётку, котелки, сковородку, кофейник... всё, вплоть до точильного камня, вся мелочь, обрывки ремней, связанные в пучок. Тут у Фредди начался приступ кашля, и ему пришлось отойти. Правда, ненадолго. Такое представление пропускать грешно. Миски, кружки, продукты... Джонатан оглянулся на Мамми. Та сразу вышла вперёд, открыла продуктовую кладовку и приняла от парней остатки крупы, муки, сахара, кофе, мешочки с солью и перцем.
   Вот тут на мгновение и Фредди стало по-настоящему интересно. Когда Мамми, грозно подбоченившись, спросила:
   - А перец где, парни? Его много было.
   Фредди чуть было не влез с объяснениями, уже рот открыл, но тут Эркин спокойно ответил:
   - Вот, Мамми. Мы и не тратили его, сэр.
   И показал на маленький белый туго набитый мешочек. Незахватанно-белый. Мамми важно кивнула, забирая его. Распустила завязки и заглянула, проверяя.
   - Да, всё точненько, масса.
   Фредди озадаченно посмотрел на парней - Эркин невозмутимо серьёзен, Эндрю на мгновение не сдержал радостной ухмылки - встретился глазами с Джонатаном. Тот еле заметно улыбнулся и кивнул.
   - С продуктами всё. Ещё...
   - Вот, одеяла, сэр. Два брали. И вот, - Эркин снял с головы и положил на развороченный вьюк шляпу, и тут же Андрей повторил его жест. - Две шляпы, сэр. Всё.
   Джонатан очень серьёзно, глядя им в глаза, сказал:
   - Инвентарь принят. Недостачи нет.
   Широко улыбнулся Эркин, шумно перевела дыхание Мамми, засмеялся Андрей, радостно ойкнула и хлопнула в ладоши Молли, заулыбались и остальные, загомонила мелюзга.
   - Ларри, Сэмми, - вмешался в начинающееся веселье Джонатан, - убирайте всё в кладовку. А вы, парни, идите со мной.
   У себя в комнате Джонатан сел за стол, показав парням на стулья напротив. Фредди сел сбоку стола. Помягчевшее лицо Эркина снова отвердело, напрягся и как-то подобрался Андрей.
   - Под расчёт, парни, - Джонатан говорил очень чётко, даже резко, улыбаясь только глазами. - Итак, плата. Вам причитается ещё одна треть. Пятьсот кредиток. Так? По стаду и инвентарю претензий нет, поэтому вы получаете её полностью. Теперь премия за привес. Средний вес бычка тысяча триста семьдесят пять фунтов. Средний привес составил тысячу двести пятьдесят фунтов. Мясо высокого качества, по кредитке за два с половиной фунта. Таким образом, прибыль на бычке пятьсот кредиток. Ваш призовой процент - шесть. Шесть от пятисот - тридцать кредиток. И на сто голов... это будет три тысячи кредиток.
   Объясняя, Джонатан считал на больших массивных счётах, звучно щёлкая костяшками. Парни явно уже запутались в числах, и лицо Эркина стало угрюмо-покорным, а у Андрея зло заходили желваки на скулах. И если бы сейчас Джонатан упомянул о вычете... неизвестно, чем бы кончилось. Но Джонатан повторил:
   - Три тысячи кредиток - это ваша премия за привес. На двоих. Понятно?
   Они осторожно кивнули. Джонатан достал из ящика письменного стола деньги и отсчитал двадцать четвертных и тридцать сотенных кредиток. Парни переглянулись, и Джонатан молча достал и протянул им лист бумаги. Но Эркин снял свой шейный платок и, не пересчитывая, очень ловко завернул в него деньги.
   - Правильно? - улыбнулся Джонатан.
   - Да, сэр. Спасибо, сэр, - вежливо улыбнулся Эркин.
   - Тогда последнее.
   Джонатан раскрыл толстую бухгалтерскую тетрадь, в которой вёл учёт найма и расчётов с работниками. Быстро нашёл нужную строку, проставил дату.
   - Вот, запись о вас. Наняты в мае, рассчитаны сегодня, пятого сентября, расписывайтесь. Да, опять две буквы.
   Они медленно старательно расписались. Джонатан оглядел результат, кивнул. И раскрыл другую, приходно-расходную книгу.
   - А теперь здесь. Полторы тысячи зарплаты, три тысячи премии. Здесь может расписаться один, так как деньги вы сами между собой делите.
   Эркин посмотрел на Андрея и расписался.
   - Ну, вот и всё, парни. Спасибо вам за работу, - улыбнулся Джонатан. - Сегодня можете отдыхать. А завтра на рассвете уезжаем. Привезём вас туда, откуда увезли.
   - Да, сэр, - Эркин встал, взял свёрток с деньгами. - Спасибо, сэр.
   - Спасибо, сэр, - встал и Андрей.
   В дверях Эркин оглянулся на Фредди. Их глаза встретились, и Фредди кивнул.
   Когда за парнями закрылась дверь, Фредди негромко засмеялся.
   - Ну, ты и строг, лендлорд. Даёшь премию, а голос... И слишком быстро, Джонни, они сразу запутались. А так, всё нормально.
   - Эркин же хорошо считает, - удивился Джонатан.
   - Он умножать не умеет. А проценты для них вообще... тёмный лес.
   - Ладно, учту. Но в целом...- Джонатан засмеялся. - А я прав оказался. Излишек-то... налицо.
   - Какой излишек? - удивился Фредди.
   - А перец! На перегоне-то его уже в Мышеловке не было. Ты ещё докупать собирался.
   - Точно, - засмеялся и Фредди. - И ты заметил? Мешочек новый, не захватанный. Не иначе в Бифпите купили и подложили. Артисты!
   - Артисты, - согласился Джонатан. - А чего ты с Эркином перемигивался?
   - Дело есть, - усмехнулся Фредди. - Так что вечером я буду занят. У него ко мне разговор какой-то тайный. И ещё одно... Я переговорю с ним и скажу тебе.
   - Ладно. Тайно если... ну, имение велико, найдёте место.
   - Найдём, - кивнул Фредди. - Ты сейчас в Большой Дом?
   - Да, надо посмотреть, что там Сэмми наломал.
   - Хорошо. Я к Стефу зайду и скот проверю.
  
   От Джонатана парни сразу пошли к себе в сенной. И там Эркин развернул на сене свой свёрток.
   - Ну вот, - улыбнулся он. - Обошлось без вычетов. Держи.
   Он быстро поделил деньги пополам. Андрей кивнул и взял свою пачку. Достали из мешков узелки с деньгами, уложили, завязали, оставив в бумажниках мелочь. Андрей взвесил на ладони свой свёрток.
   - А что? Хоть не зря корячились. Но с перцем ты здорово придумал. Мне и в голову не пришло...
   - Парень один, - Эркин негромко рассмеялся, - в Бифпите плакался, что под расчёт с него за каждую тряпку вычли. Ну, я и чухнулся.
   - Сам покупал?
   - Зачем? Одному сверху на стакан обещал, тот пулей и слетал.
   - Местный?
   - Не дурак же я. Шакал безродный. Он для всех на посылках за выпивку.
   Андрей рассмеялся.
   - Здоровско получилось. Фредди аж обалдел.
   - Обошлось, и хорошо. И хватит об этом. Теперь мне ещё с Фредди одно дело уладить успеть. И всё.
   - Ладно. Шумнёшь когда, и я остальных на себя возьму.
   - Трёпом?
   - А что? Можно и трёпом, но я получше придумал. Играть сядем. Стеф в блек-джек умеет. Должен уметь.
   - Смотри, накостыляет тебе Фредди.
   - Я аккуратненько.
   Они убрали деньги, переглянулись.
   - Ну что? Пойдём, Сэмми поможем?
   - Давай. Ломать не строить, - кивнул Андрей. - Не надорвёмся.
   Когда они вышли во двор, там было уже пусто. Не так много людей в имении, чтоб днём кто без дела болтался. Даже мелюзги не видно. Из развалин Большого Дома доносились удары топора. На этот шум они и пошли.
   Сэмми отдирал панели тёмного дерева от стен одной из комнат.
   - А, парни, - он опустил топор и выпрямился, утирая рукавом лицо. - Ну, как у вас? Обошлось?
   - Да, всё в порядке, - Андрей огляделся. - Это что ж раньше было?
   - А хрен его знает. Масса Джонатан кабинетом называет. Сказал, чтоб если бумаги какие или книги найдутся, то чтоб ему показали. А эти дурынды в сарай потом снести. Они вон целые все. Только те три с угла чуток обгорели.
   - Ну, давай, - усмехнулся Эркин. - Топоры-то ещё где?
   - Лом возьми и отжимай. У тебя силы много. А ты, парень, рамы посмотри. Вроде, в дело ещё пойдут.
   Какое-то время работали молча, сосредоточенно.
   - Мебель-то выбрали уже?
   - Ну да, - Сэмми, крякнув, оторвал очередную панель. - Что поцелее и получше, масса Джонатан к себе в дом перенёс. Ну, и нам перепало. Вы не подумайте чего, он сам брать разрешил. Так что... кровать там себе сделать, стол. Всем дал.
   - И вычтет под расчёт? - ухмыльнулся Андрей.
   - А как же! Мне дармового не надо, дармовое завсегда отобрать могут, - Сэмми усмехнулся. - Я весной когда шатался, работу искал, чтоб с домом. Чтоб надолго осесть.
   - Понятно, - кивнул Эркин. - С весны здесь?
   - Я первым пришёл. Сам. Болтали об этом месте, что стреляют, дескать, не спрашивая.
   - А ты не побоялся? - Андрей осторожно вынул раму из оконного проёма. - Ну, вот. Тут только стёкла вставить.
   - Со стёклами хреново, - вздохнул Сэмми. - Все осколки на счёт. Окна когда в выгородках делали, так под стёкла подгоняли.
   - Заметно, - кивнул Андрей, переходя к следующему окну.
   - Да, под сапогами не хрустит, - улыбнулся Эркин.
   - Всё до осколочка подобрали, - кивнул Сэмми. - И черепки, ну, от посуды, тоже.
   - А их-то куда?
   - А масса Фредди всю мелочь стеклянную, ну, и черепки с цементом намешал и птичник обмазал от крыс. Чтоб не наглели.
   - Здоровско! - восхитился Андрей.
   - А комнату для наказаний напоследок оставили? - усмехнулся Эркин.
   - Вспомнил! - заржал Сэмми. - Её ещё до меня расшарашили. Я когда ходил, приду в имение какое и первым делом барак и эту комнату смотрю. Кольца, цепи на месте, плети валяются... я сразу ухожу. Тут жизни не будет. А сюда пришёл... В бараке ни одного кольца нет, с мясом выдернуты, не вставишь. А по дыркам если смотреть, то на каждого заготовлено было. Я в Большой Дом, - гудел своим низким глубоким голосом Сэмми, - ну, комнату эту, камеру для битья, смотреть. Расшарашена подчистую. И не впопыхах разломана, а вот как мы сейчас. Ни цепей тоже, ни плетей с дубинками, ну, говорю, подчистую. Ну, думаю, здесь нужно пробовать.
   -И не подстрелили тебя, когда по дому шатался? - Андрей даже работу оставил.
   - А чего меня стрелять? Я ж не воровать пришёл. Это ж сразу по человеку видно. Ну, я и подошёл к ним, - Сэмми шумно вздохнул и замолчал, уйдя в воспоминания...
   ...Двух белых он заметил сразу, ещё на подходе. Они чинили крышу конюшни. И не окликнули его, хотя видели. И дали ему полазить по рабскому бараку и Большому Дому. Он дождался, пока они спустятся вниз, и подошёл, вежливо сняв шапку за три шага, сделал ещё шаг и остановился. Белые, оба высокие, одетые по-ковбойски, в ковбойских сапогах, пояса с кольтами, но без плетей, молча рассматривали его.
   - Добрый вам день, масса, и вам, масса, - заговорил он, не дожидаясь вопросов. - Я вот работу ищу.
   Они переглянулись, и тот, что помоложе, светловолосый, улыбнулся и спросил:
   - И надолго тебе работа нужна?
   - Надолго, масса, - твёрдо ответил он. - Чтоб и жить уже.
   - Понятно, - кивнул светловолосый. - А что ты умеешь?
   - Я в имении был, масса. Всё, что по имению надо, то и умею.
   - И сколько лет в имении?
   - Да давно, масса, с мальца. Всем был, масса, - и выложил козырь: - Я и плотничать умею.
   - Ну что, - светловолосый посмотрел на второго, - надо рисковать, - и снова повернулся к нему. - Посмотрим. Спать пока на кухне придётся. Только там плита топится. Еда будет. С ночлегом потом сам придумаешь. Да, тебя как зовут?
   - Шмель, масса, - он привычно назвал свою кличку.
   Светловолосый рассмеялся.
   - Похоже.
   И он улыбнулся в ответ. Кличка была давней и необидной и вполне его устраивала. Но тут второй белый, постарше, светлоглазый и тёмноволосый, вдруг спросил:
   - А по имени как?
   Он растерялся, светловолосый удивлённо посмотрел на светлоглазого. Тот спокойно улыбался, ожидая ответа. А он не знал, что сказать. Не придумал он себе имя, не до того было. Обходился. Белые ждали. А... а вдруг без имени не наймут? И он назвал первое пришедшее на ум.
   - Сэмми, масса.
   - Это Сэмуэль полностью, так?
   - Сэмми, масса, - растерянно повторил он.
   - Отлично, - улыбнулся светловолосый. - Я Джонатан Бредли, лендлорд.
   - Фредди, - спокойно с насмешливой, но не злой улыбкой сказал второй.
   - Ну, так. Еда, жильё, а плата... посмотрим по твоей работе. Согласен?
   - Да, масса. Я согласен, масса...
   ...Сэмми ещё раз вздохнул и оглядел оголившуюся стену.
   - Ну, с неделю я так работал, присматривались. Я к ним, они ко мне. А через неделю я контракт подписал. До Рождества.
   - Мг, - Андрей высвободил из проёма вторую раму. - А в город чего не подался?
   - А ну его на хрен, город этот! Суета, беготня... не по мне это. Да и здесь я знаю всё, а там... нет. Я уж зацепился здесь, парни, - Сэмми хохотнул, - корни пустил.
   - Дом иметь - великое дело, - согласился Эркин.
   У него что-то не ладилось с очередной панелью. Он чертыхнулся, опустил лом и стал ощупывать её края.
   - Андрей, посмотри, что за хренотень здесь.
   Андрей, а за ним и Сэмми подошли. Андрей отодвинул плечом Эркина, прошёлся пальцами по краям.
   - А ну тихо, щёлкает чего-то, - Андрей посмотрел на Эркина округлившимися посветлевшими глазами. - Ни хрена себе!
   - Чего это, парни?
   - Тайник с замком, умереть не встать.
   - Третий уже, - спокойно сказал Сэмми и свистнул.
   На его свист отозвались быстрые детские шаги, и в комнату влетел негритёнок.
   - Чего?! Случилось чего, да?!
   - Беги к массе Джонатану или к массе Фредди. Скажешь, чтоб сюда шли. Дуй! - распорядился Сэмми.
   Негритёнок исчез, а Сэмми обстоятельно заметил:
   - Те два-то уже разломанными были. Один здесь. Вон дыра от него. А другой поцелее. Был. С баром. Масса Джонатан его к себе в дом забрал. Вместе с баром. Но они пустые оба были.
   - Бар у него мы видели, - кивнул Андрей, продолжая ощупывать что-то в проделанной Эркином щели. - Эркин, давай соседние оторвём и посмотрим...
   - Ты башку себе отрывать не пробовал? - поинтересовался, раздвигая их, Фредди. - Ну-ка, чего тут... Та-ак. Хороший ты мастер, Сэмми, но язык у тебя бабий. Болтается сильно. Та-ак. Ну вот. Тут не панель, а плинтус отрывать надо.
   - Не проблема, - пожал плечами Андрей. - Эркин, берись.
   Фредди рта раскрыть не успел, как они оторвали плинтус, открыв длинный толстый кабель.
   - А теперь что? Фредди...
   - А теперь на ленч идите, - сказал, входя, Джонатан. - У Мамми готово всё. Все идите.
   Эркин и Сэмми привычно повиновались, а Андрей задержался и быстро что-то зашептал на ухо Фредди.
   - Это ты для Молли опытный, - спокойно ответил Фредди. - Все вон.
   Андрей пришлось послушаться: таким был тон Фредди. И, уже уходя, услышал за спиной:
   - Лендлордов это тоже касается.
   Сворачивая за угол к кухне, Эркин оглянулся на Большой Дом и мрачно курившего перед ним Джонатана, придержал шаг и, поравнявшись с Андреем, спросил по-камерному:
   - Мина?
   Андрей кивнул и зло выругался.
   Ленч прошёл в молчании. Сэмми, расстроенный разносом, который устроил ему Фредди, так обругал спросившую его о происшествии Дилли, что никто уже не рисковал лезть с вопросами. Даже мелюзга притихла. Мамми после каши налила всем по кружке молока и дала ещё по свежеиспечённой горячей лепёшке, даже с промасленной верхушкой. Но и это не улучшило общего настроения.
   Они уже заканчивали есть, когда в кухню вошёл улыбающийся Джонатан.
   - Мамми, молоко холодное?
   - Из погреба, масса Джонатан, а как же. И лепёшки горячие.
   - Ну, и отлично, - Джонатан нашёл взглядом Сэмми. - Сэмми, на скотной решётки для сена наладить надо. Займись сейчас.
   - Да, масса, - Сэмми полез из-за стола.
   - А кабинет завтра сделаешь. И начнёшь соседнюю комнату.
   - Да, масса, - заулыбался Сэмми. - Как скажете, масса.
   - Ларри, - Джонатан кивком отпустил Сэмми. - У тебя что срочное есть?
   - Да вроде бы нет, масса, - развёл руками Ларри.
   - Тогда зайди ко мне. Минут через пять.
   Эркин и Андрей переглянулись. Они уже не на службе, могут что хочешь делать. Надо сматываться, пока работы не дали. Мелюзга уже испарилась, Молли и Дилли тоже убежали, ушёл Стеф, Мамми протирала стол и накрывала его край небольшой скатертью. Эркин подтолкнул Андрея, и они за спиной Джонатана выскочили во двор.
   - Айда в кабинет, посмотрим, - шепнул Андрей.
   Входя в Большой Дом, они натолкнулись на Фредди.
   - Ну, без вас не обойдётся, - остановил он их.
   - Фредди! Живой! - заулыбался Андрей.
   - Есть сомнения? - поинтересовался Фредди и улыбнулся. - Поиграйтесь в другом месте. Мне здесь лишние глаза не нужны.
   - Ладно, - покладисто согласился Андрей. - Мы к Сэмми на скотную пойдём.
   - Валяй, - кивнул Фредди и, когда Андрей повернулся, взглядом остановил Эркина.
   Эркин кивнул и незаметно подтолкнул Андрея.
   - Давай на вечер договоримся, - улыбнулся Фредди. - После ужина. Согласен?
   - На ночь? Хорошо, я тогда тебе большой сделаю, - кивнул Эркин. - Только в душ сходи перед этим, а потом спать сразу. Но... тогда у тебя, наверное, лучше?
   - Отлично.
   - А... Джонатан?
   - Я с ним сам поговорю. Пока ты не уйдёшь, он не зайдёт. Устраивает? Всё тогда. Иди. Догоняй Эндрю.
   Эркин кивнул и ушёл.
   Втроём они к обеду всё сделали, хотя Андрей и ворчал, что инструмент ему не по руке. Сэмми молчал вмёртвую, ограничиваясь самыми нужными по делу замечаниями. Но к концу работы повеселел и объяснил:
   - Если чего ещё не дадут, домом займусь. С обеда-то уже наше время. Поможешь рамы подогнать? Я-то весной их ставил, рассохлись за лето.
   - А чего ж нет? - кивнул Андрей. - Как, Эркин, сделаем?
   - А из чего делать есть? - спросил Эркин. - В Большой-то Дом сейчас нельзя.
   - Есть, - улыбнулся Сэмми. - Я уже заготовил всё. И козырёк над окном сделать хочу. Чтоб не заливало.
   - Сделаем. Если материала хватит, и на другие окна поставим.
   - Сделаем, - согласился Сэмми и ухмыльнулся. - Молли первой. Ну вот, сделали. Давайте обрезки соберём.
   - Щепки на растопку пойдут, - Эркин поймал за шиворот крутившегося неподалёку негритёнка. - Давай, малец, подбирай щепки, не надорвёшься.
   Джонатан на обед не пришёл. Ларри как ушёл к нему, так и сидел там. И Фредди. Мелюзга видела, как он из Большого Дома прошёл в их с Джонатаном домик. И тоже не выходит больше. Так что нового задания Сэмми не получил и повеселел. Остальные, узнав, что Сэмми и парни будут налаживать окна, чтоб не дуло и не заливало, отнеслись к этому с полным одобрением. О тайнике в Большом Доме никто не поминал, будто и не случилось ничего.
  
   - Ну что, Ларри?
   - Здесь работа намного ценнее металла, сэр. Хотя пробы высокие.
   - Сколько им лет, как ты думаешь?
   Ларри задумчиво рассматривал высокие и узкие золотые бокалы.
   - Лет триста, сэр. Или больше. Я не знаю этих гербов.
   - Да, интересно.
   Фредди осторожно взял один из бокалов, взвесил на ладони.
   - Да, сэр, - понял его Ларри. - Но... ими очень давно не пользовались. По прямому назначению.
   Пять больших золотых бокалов, серебряная шкатулка с мозаичной крышкой - мозаика из драгоценных камней, три маленьких пузатых серебряных стаканчика с золотыми инкрустациями, тяжёлая золотая цепь с большим, щедро украшенным рубинами крестом, серебряный портсигар с вделанным в крышку крупным сапфиром, медальон с крышкой из целого изумруда и миниатюрным портретом красавицы в платье позапрошлого века, крестики из цветных бриллиантов на тонких золотых цепочках, фигурный золотой кувшинчик с изумрудным ободком по горлышку, серебряная кошка с изумрудными глазами в рубиновом ошейнике с бриллиантовым бантиком.
   - Это дороже любого имения, - покачал головой Фредди.
   - Да, сэр. Камни очень хорошие. А этот изумруд... Я не видел таких больших изумрудов.
   - Ни одной вещи ты не знаешь?
   - Нет, сэр. Я не знаю этой работы. Это всё антиквариат, сэр.
   - Ну что ж, спасибо, Ларри. Отдыхай пока.
   - Хорошо, сэр.
   Ларри собрал весы и чемоданчик, встал и улыбнулся.
   - Ещё одно дело, сэр, простите.
   - Да, Ларри, в чём дело?
   - Урожай с огорода всё-таки есть, - Ларри улыбнулся с насмешкой над собой. - Может, вы разрешите дать немного парням с собой.
   - Конечно. Скажи Мамми, чтобы собрала. Всего понемногу, - улыбнулся Джонатан.
   - Возьми в кладовке два больших мешка, - сказал Фредди. - На дно положите им, что отберёте, а сверху они тогда свои мешки засунут.
   - Хорошо, сэр, большое спасибо, сэр, - Ларри открыл дверь, - большое вам спасибочко, масса Джонатан и масса Фредди.
   Когда шаги Ларри затихли, Джонатан сдвинул бар, открыл сейф и стал закладывать туда находки. Фредди критически оглядел сейф.
   - Скоро второй понадобится, да? - спросил, не оборачиваясь, Джонатан.
   - Этот вообще не годится. Здесь только твою бухгалтерию и ходовую наличность хранить.
   - Да, ты говорил, что эту систему все знают.
   Джонатан закрыл сейф, поставил на место бар и сделал себе и Фредди по коктейлю.
   - Как думаешь, в доме ещё много тайников?
   Фредди пожал плечами, беря стакан.
   - В кабинете больше нет. Я прошёлся по этому чёртову кабелю и ответвлений не нашёл.
   - И где включалось?
   - В парадном холле. Мина, кстати, слабенькая, только чтобы намертво заклинить дверцу и поотшибать пальцы, ну, и глаза, чересчур любопытному.
   - Лихо. Спальню ты проверил?
   - Пусто. Джонни, завтра мы уезжаем на неделю, так? Тайник нужен теперь нам.
   Джонатан кивнул, оглядывая комнату.
   - Не представляю, куда здесь всунуть сейф.
   - Я говорю не о сейфе, Джонни, о тайнике.
   - Здесь?
   - Здесь, у меня, в кладовке... Давай смотреть. И делать. До ужина надо успеть.
   - Допустим. А после ужина нет?
   - После ужина сюда придёт Эркин, а ты чем-нибудь займёшься. И придёшь, когда он уйдёт.
   Джонатан оглядел его с комичным изумлением.
   - А ты не зарываешься, ковбой? Другого места не нашли?
   - Другое место, лендлорд, не обеспечивает конфиденциальности. А сейчас, Джонни, иди на кухню и посмотри, чем все заняты, захвати мне поесть...
   - Ты не боишься, что я всё перепутаю? - усмехнулся Джонатан, ставя стакан и берясь за шляпу.
   - Ковбой боится только женской истерики, поэтому никогда не спорит с женщиной, а тихо делает по-своему. И важна не внешняя очерёдность, а внутренняя последовательность. Ступай. А я посмотрю кладовку. Есть у меня одна идея.
  
   Джонатан осмотрел решётки на скотной и разрешил Сэмми взять остатки дерева для модернизации барака, одобрил выбранные Мамми и Ларри мешки и овощи. Тридцать фунтов картофеля, немного кукурузы, несколько кабачков, с десяток фунтов огурцов...
   - Помидоры они в дороге помнут, Мамми, патиссоны есть? Ну вот, отбери штуки четыре. И цветной капусты столько же. Поровну только клади.
   - А как же, масса Джонатан. Они ж это... напарники. А в дорогу дать им чего с собой можно?
   - Вот и дай помидоров с десяток. Ну, и лепёшек, или сэндвичи сделай. На грузовике поедем.
   - Ага, поняла, масса Джонатан, спасибочки вам. А масса Фредди обедать не придут разве?
   - Нет, сделай ему чего-нибудь. Я сам отнесу.
   - Сейчас всё сделаю, масса Джонатан. Вот, поешьте, а я уж мигом. Приятного вам аппетиту.
   - Мг, спасибо, Мамми.
   Когда Джонатан с миской под крышкой в руках вернулся в их домик, Фредди уже вовсю трудился в кладовке.
   - Хей, Фредди! - окликнул его Джонатан. - Есть будешь?
   - Сейчас. Иди сюда, Джонни.
   Сооружая весной себе дом, они устроили в нём две комнаты и маленькую внутреннюю кладовку. Здесь хранились оружие, боеприпасы, большая часть спиртного, дорогие консервы и вообще всё то, что они не хотели или не могли держать в других кладовках. Об этом не знал даже Сэмми: домик распланировали и перегородили ещё до его появления. Он потом помогал таскать мебель, бывал, разумеется, в комнате Джонатана, даже как-то заглядывал по какому-то делу в комнату Фредди. Мамми и Молли подметали и мыли здесь полы и вообще слегка убирали. Но о том, что стена между комнатами двойная, они и не догадывались. Ещё в самом начале, только разметив будущие перегородки, Джонатан с Фредди перетащили сюда остаток парадного буфета из столовой, его нижнюю трёхстворчатую часть, а стены возвели уже потом, и приспособили её под бутылки и консервы. Вот в ней на одной из полок Фредди и делал внутреннюю сдвижную стенку.
   - Вот смотри. Сделаем на всю высоту, косяк её прикроет.
   - Доставать неудобно.
   - Это не самое страшное, Джонни. И не так уж часто мы будем туда лазить.
   - А запор?
   - Элементарно. Эту я уже сделал. Попробуй.
   Джонатан безуспешно пытался подцепить ногтями край.
   - Нащупай выемку для пальцев.
   - О чёрт, вот же она!
   - Ну и открывай. То-то. А теперь от себя попробуй.
   - Там же в упор, Фредди. Заднюю стенку пулей не прошибёшь.
   - Это смотря из чего стрелять, но всё же попробуй.
   Доска отодвинулась, открывая глубокое пространство шириной в ладонь.
   - Ты гений, Фредди!
   - Наконец-то ты это понял. Серьёзный обыск её вскроет, конечно, но до серьёзного ещё надо допрыгаться. Так что по образцу делай нижнюю полку, а я пойду поем.
   - Ты хочешь на всех трёх заложить?
   - Конечно. Набьём пустые какой-нибудь дребеденью, чтоб не простукивались. И всё. Работай, лендлорд. Любишь иметь ценности, люби делать тайники. Чего там Мамми наложила?
   - Иди посмотри.
   Посменно работая, они закончили тайник и заполнили его. Окон в кладовке не было, работали с налобными фонариками и потому, закончив и выйдя в комнату Джонатана, внезапно оказались в темноте. Фредди посмотрел на часы и усмехнулся.
   - Еле успели. Ну, Джонни, я в душ, и как уговорились.
   - Грамотная ты сволочь, - вздохнул Джонатан, убирая оба фонаря и инструменты. - Ужинать ты тоже не будешь?
   - Нет. Кстати, чего это они на кухне так расшумелись?
   - Новые окна обсуждают. Сэмми с Эндрю их сегодня уплотняли, подгоняли...
   - Вот и поучаствуй в обсуждении. Да, Эндрю в блек-джек играет. Намекни, что ты не против сыграть. И дело в шляпе. Вам хватит надолго.
   - И сколько ты мне разрешаешь проиграть?
   Фредди с удовольствием заржал.
   - Имение на кон только не ставь.
   Джонатан невольно рассмеялся.
   - Да, из парня лендлорд ещё хуже, чем из меня.
   - Не скромничай, Джонни. Зрителей нет, а я тебе цену знаю. Всё, пошли.
   Фредди почти насильно надел на Джонатана шляпу, и они вышли.
   Появление Джонатана и Фредди на кухне вызвало лёгкий переполох. Но Фредди взял ключ от душа и ушёл, общий разговор был о сделанных окнах, и Джонатан очень ловко встроился в беседу. Андрей незаметно подмигнул Эркину и заговорил о городской жизни, Цветном квартале и городских развлечениях. И довольно плавно перешёл к играм. Оказалось, что Стеф тоже знает блек-джек, а Ларри как-то видел игру. Джонатан заметно оживился. Мамми, правда, заявила:
   - Баловство всё это, масса, и одно жульничество.
   Джонатан усмехнулся:
   - Ну, это смотря какие игроки.
   - А что? - сразу предложил Андрей. - Сыграем?
   - Тебе деньги карман жгут? - грозно подбоченилась Мамми, но, незаметно искоса глянув на Джонатана, смягчилась: - Ладно уж, раз масса Джонатан разрешают.
   - Разрешаю и сам сыграю, - рассмеялся Джонатан.
   За общим шумом Эркин встал и вышел. Зрители и игроки занимали места и его ухода не заметили. Не спеша, бесшумно ступая, Эркин прошёл к домику Джонатана и Фредди и сел на ступеньки. Зажал кисти рук между коленями, чтобы не замёрзли, и стал ждать. Андрей обещал всех держать, пока он не вернётся в кухню. А Фредди, видно, поговорил с Джонатаном, иначе бы тот так легко не согласился на игру. Если Андрей проиграется, надо будет отдать. Почему из-за него Андрей должен деньги терять? Только забрыкается Андрей. Один день остался. Завтра в это время... стоп, не надо, сейчас нельзя об этом...
   Зайдя на кухню, Фредди повесил на место ключ от душа, мельком равнодушно оглядел стол, игроков и зрителей и вышел. На него даже обернуться никто не успел.
   Он знал, что Эркин ждёт его, но невольно вздрогнул, когда перед ним выросла высокая тёмная фигура.
   - А, ты. Заходи.
   Войдя в комнату Фредди, Эркин огляделся. Кровать у стены, трёхстворчатый шкаф, стол с двумя стульями, плотная узорчатая занавеска на окне.
   - Что, неудобно будет? - понял его замешательство Фредди.
   - Я там камин видел, - медленно ответил Эркин. - Там теплее будет.
   - Хорошо, - кивнул Фредди. - Что ещё нужно?
   - Простыня, там ведь ковёр, так? Одеяло, и согреть его, чтобы потом завернуться. И, - Эркин улыбнулся немного смущённо, - есть что-нибудь, ну, кожу смазать, чтоб мягче было?
   - Крем, лосьон? - Фредди открыл крайнюю створку, покопался там и достал два флакона. Зеленоватый и жёлтый. - Посмотри, что лучше, а я камин разожгу, - и вышел.
   Оставшись один, Эркин осторожно отвинтил пробки, понюхал, капнул себе на ладонь, растёр тыльной стороной другой руки, снова понюхал.
   - Ну? - вернулся Фредди.
   - Вот этот, зелёный.
   - Лосьон "райское яблоко", - усмехнулся Фредди. - Ладно.
   - Фредди, я поговорить хотел. Дело есть.
   - Серьёзный разговор? Тогда садись.
   Они сели к столу. Зная свою привычку, нервничая, крутить что-либо в руках, Эркин отставил флакон с лосьоном и сцепил пальцы в замок.
   - Так, Фредди, что ты ни ответишь, массаж я тебе всё равно сделаю, ты не думай.
   - Понятно. Не надо вступлений, Эркин, давай дело. И говори без намёков, - Фредди улыбнулся, смягчая слова. - Устал я, не могу шарады разгадывать.
   - Хорошо, - кивнул Эркин, пропуская незнакомое слово мимо сознания, потом у Андрея спросит, дело важнее. - Так. Есть три парня, вроде меня. Они хотят... ну, зарабатывать этим.
   - Чем? Вроде тебя, и этим зарабатывать - это...- Фредди сделал выразительный жест.
   - Ну, Фредди, они ж перегорели все. Ты что, подумал? - Эркин повторил его жест. - Нет, они хотят массаж делать, за деньги. Ведь это возможно?
   - Массажистами? Возможно, конечно. А я тут чем могу помочь?
   - Ну, они хотят сами работать, не по контракту. Они выплатят всё, постепенно, но выплатят.
   - А, так им ссуда нужна?
   - Да. Понимаешь, ведь нужно помещение, столы, мази всякие, душ нужен обязательно, простыни, да...
   - Много чего нужно, - кивнул Фредди. - Понятно. Своё дело... массажное заведение... понятно.
   - Фредди, если ты не согласен, то ничего такого... Это очень много денег надо, мы понимаем.
   - Не трещи, - остановил его Фредди, закуривая. И уже мягче попросил: - Не части, Эркин. Дай сообразить. Своё дело... ну, дом, инвентарь весь... это всё пустяки, деньги найти можно. Нужно разрешение. Патент. Слышал о таком?
   - Нет, - растерянно ответил Эркин.
   - Я слышал, но знаю мало. Это с Джонни надо обговаривать, - Фредди усмехнулся, глядя в глаза. - Доверяешь?
   Эркин твёрдо выдержал взгляд.
   - Иначе бы не заговорил об этом. Но...
   - Дальше не пойдёт. И... где они сейчас?
   - В Бифпите. Будут ждать.
   - Хорошо. Как я найду их?
   - Они тебя знают, сами подойдут. Ты тоже их знаешь. Они с нами в Мышеловке были. Негр, мулат и трёхкровка. Мулат передо мной на мастерстве прошёл.
   - Помню его, - кивнул Фредди. - У него белолобый гнедой в чулках.
   - Да, наверное, - улыбнулся Эркин и тут же стал серьёзным. - Если откажетесь вы, ты им тоже скажи. А то они ждут.
   - А как же иначе, - серьёзно сказал Фредди. - И ещё... Я знаю, что это такое, какие вы мастера. А Джонатан нет. Теперь я прошу. Сделай Джонатану массаж. Мне с ним тогда говорить легче будет.
   - Раз надо, - пожал плечами Эркин. - А когда?
   - Да, чёрт. Только в дороге тогда. Так?
   - Хорошо, - кивнул Эркин. - Но небольшой. Как тогда, на перегоне.
   - Дело, - Фредди улыбнулся. - Чтоб он часика потом два поспал. Сможешь?
   - Не проблема. Одеяла только взять надо.
   - Двух хватит?
   - Да, - Эркин улыбнулся. - Раз надо, сделаю.
   - Всё решили? - улыбнулся Фредди.
   - Всё, - Эркин встал и взял флакон. - Пошли. Или ты здесь разденешься?
   Фредди на секунду задумался. Проход голышом через открытую веранду его никак не привлекал, а показывать Эркину путь через кладовку тоже не хотелось. Но... а к чёрту, не замёрзнет он за три-то шага.
   - Иди. Я сейчас.
  
   Игра в кухне шла с переменным успехом. Ставку определили в полкредитки, и банк не превышал пяти. Джонатан, севший играть только по просьбе Фредди, с удивлением обнаружил в Андрее вполне приличного партнёра и противника, а Стеф не терял головы ни при выигрыше, ни при проигрыше. Андрей изо всех сил старался не зарываться и не заигрываться, но и Джонатан со Стефом не подначивали и не заводили ни его, ни друг друга. Каждый сам за себя. Сэмми и Ларри следили за игрой молча, зато Молли столь явно болела за Андрея, что это вызывало общий смех и град замечаний, от которых краснели и она, и Андрей. Мамми, последив немного за игрой, встала к плите. А то в кофейнике пусто совсем, надо приготовить.
   - Это правильно, - одобрил Стеф. - Кофе, оно как раз.
   - Кофе с устатку, - засмеялся Андрей.
   Улыбнулся и Джонатан.
   - Поставь и второй кофейник, Мамми.
   - Это на дорогу, что ли? - улыбнулась Мамми. - А сей секунд, масса Джонатан.
   - В дорогу чай лучше, - убеждённо сказал Андрей.
   - Это где я тебе чай возьму?! - возмутилась Мамми.
   - А у нас свой. Ты нам, Мамми, кипятку дай и заварить в чём. Заварим, во фляги разольём и в мешки. На дорогу.
   - Он же холодный будет!
   - Холодный чай, Мамми, самое оно, - стал просвещать её Андрей. - Он бодрит и сон разгоняет.
   - Ага, - вздохнула Молли.
   - Ты-то откуда знаешь? - подчёркнуто удивился Ларри.
   Молли покраснела, но тут же вызывающе вскинула голову.
   - А угощали! Полная фляга была!
   - Ага, - загудел Сэмми. - Мы-то за стенкой, слышно же всё. Всю ночь пили. Я всё ждал, когда опьянеют, а это чай, значитца, был.
   - Точно, - засмеялся Стеф. - На весь барак была музыка. То чмок-чмок, то буль-буль, то скрип-скрип.
   Джонатан хохотал так, что едва не выронил карты.
   - Это ты девку, значит, всю ночь на одном чае продержал?! - грозно вопросила Мамми.
   Андрей изобразил испуг и даже голову в плечи втянул.
   - Нет, Мамми, нет, мы ели, - сразу кинулась на его защиту Молли. - Он и хлеба с мясом принёс, и конфет.
   - Хлеб ели, мясо ели, чай пили, - Ларри загибал пальцы, - да ещё конфеты. Это ж больше ни на что времени не остаётся.
   - А вот и хватило на всё! - сказала Молли и осеклась: такой взрыв хохота потряс кухню.
   Стеф лёг лицом на свои карты и, всхлипывая, стонал. Джонатан плакал, не в силах больше смеяться. Мамми едва не уронила второй кофейник. Дилли визжала, обхватив за шею гулко хохотавшего Сэмми. Андрей сидел весь красный, но с довольной ухмылкой. А когда наступила тишина, из глубины барака донёсся тоненький голосок кого-то из малышей:
   - Да-а, у вас весело, а нас заперли!
   Мамми сдёрнула с верёвки большое кухонное полотенце и затопала в барачный коридор со словами:
   - А вот сейчас масса Фредди с кольтом придут!
   Это было для Джонатана уже слишком. Он хохотал так, что Молли принесла ему воды.
   Вернулась несколько смущённая вырвавшимися словами Мамми, суетливо загремела кастрюлями, но, видя, что Джонатан не сердится, объяснила:
   - Запираю я их на ночь, масса Джонатан, чтоб не шастали попусту. Ведёрко поганое им ставлю, ну, и до утра.
   Джонатан отдышался, допил воду, и Андрей возобновил игру.
  
   Эркин трудился сосредоточенно, не спеша. Фредди только постанывал и кряхтел под его руками. От камина комната хорошо нагрелась, а верхний свет он выключил, заметив, что Фредди болезненно щурится на лампу. Разулся Эркин сразу, как вошёл, и рубашку снял. Но потом разделся до трусов, так разогрела его эта работа. Как когда-то, он смочил себе ладони лосьоном и понемногу подливал его на растираемое место. Понемногу, по чуть-чуть, но лосьон кончился, а работы ещё...
   - Фредди, лосьон кончился, - растерянно сказал Эркин.
   Фредди медленно, через силу открыл глаза, посмотрел на освещённые пламенем мокрые лицо и торс Эркина и, с трудом шевеля языком и губами, сказал:
   - В шкафу... возьми.
   - У тебя?
   - Нет, здесь... Шкаф... левая створка...
   Эркин встал и отправился на поиски. Шкаф, левая створка. На полках сложены рубашки, другое бельё, какие-то вещи. А, вот и полка с флаконами и тюбиками. И бритвенный прибор в такой же, как у Фредди, коробке. Эркин нашёл нужный флакон, закрыл шкаф и вернулся к неподвижно лежащему Фредди, показал ему находку.
   - Вот, я взял...
   - Ну и хорошо, что взял, - пробурчал Фредди, закрывая глаза.
   Прежде чем открыть флакон, тоже, как и первый, чуть начатый, Эркин придирчиво сравнил их. Да, такой же, можно продолжать.
   - На спину ляг. А руки за голову положи. Вот так.
   Он растёр Фредди грудь, пресс, руки, ноги...
   - А сейчас руки опусти, я тебе лицо помну. Я аккуратно, глаза закрой.
   Кончиками пальцев Эркин разгладил и промял лоб, щёки, скулы, вокруг рта, подбородок, шею... Он уже не командовал и не объяснял, а сам молча переворачивал и укладывал Фредди, как удобнее для работы. А ничего, расслабился мужик, и пошло... И хребет в норме, мышцы закрыли выбитый кусок, теперь его только таким же ударом выбить можно.
   Осторожно Эркин немного потянул основные суставы. Пока разогретый, это можно. Получилось. Если б Фредди тянулся каждый день, у него бы многое получалось, гибкий мужик. А теперь потеребим... каждую мышцу.
   - Фредди, ты не спи. Не надо спать.
   - О-ох, - выдохнул Фредди, - Не сплю. Это вы все такие... мастера?
   - Они лучше меня, - убеждённо сказал Эркин. - Я-то уже сколько никому не делал? Пять лет. Ты вот первый. И забыл много, и у самого руки не те. А они всё время друг друга мяли и тянули. Всё помнят, всё умеют. И я никогда особым мастером тут не был. Ноги раздвинь, Фредди.
   - Это зачем?
   - У тебя здесь мышцы очень твёрдые. От езды, что ли? Их по второму разу надо.
   - Шенкеля называются, - выдохнул Фредди, чувствуя, как руки Эркина проминают ему ноги сверху донизу. Да нет, прибедняется парень, скромничает. Лучше и быть не может.
   - Ну вот. Всё, пожалуй, - Эркин улыбнулся, разглядывая распластанное влажно блестящее тело Фредди и пустые флаконы. - Еле хватило.
   - Всё? - Фредди открыл глаза. - Слушай, может, я здесь останусь? На коврике.
   - Я тебя сейчас заверну и отнесу, - спокойно ответил Эркин.
   - Охренел?
   - Ну, не тяжелее ты мешка, - пожал плечами Эркин, вставая с колен и одеваясь.
   Сопротивляться Фредди не мог, и Эркин действительно закатал его в одеяло и, взвалив на плечи, перетащил в другую комнату. А там уложил на кровать, закутал сверху вторым, лежавшим в ногах, одеялом и удовлетворённо вздохнул, любуясь своей работой. Фредди вдруг завозился, извиваясь и пытаясь высвободиться из кокона.
   - Тебе чего? - Эркин участливо наклонился над ним. - Кольт дать?
   И прежде, чем Фредди успел ответить, Эркин и в самом деле взял из кобуры со стула в изголовье кольт и неожиданно ловко засунул его под одеяло. Фредди невольно вздрогнул, когда холодный металл коснулся его груди.
   - Ничего, сейчас нагреется, - сказал Эркин. - Я уберу там быстренько. Отдыхай.
   Эркин сложил простыню, расправил ковёр перед камином и взял пустые флаконы. Оглядел комнату. Ну вот, вроде порядок. Он плотно закрыл за собой дверь и опять зашёл к Фредди.
   - Фредди, простыню куда?
   - У двери табурет для грязного, - глухо донеслось из кокона.
   Эркин положил на указанное место сложенную простыню, поставил на стол пустые флаконы и выключил свет.
   - Всё, Фредди, спи. Я пошёл.
   Ему ответило невнятное бурчание.
   На улице Эркина обжёг холодный воздух. Зайти в сенной за курткой? Нет, надо на кухню. Андрей уже устал, наверное. И чего это кухня так далеко? Вроде раньше ближе было.
   Пока дошёл до кухни, усталость немного отпустила. Но зашёл, снял с гвоздя ключ от душа и... сел рядом с Андреем. Как стержень выдернули. Мамми быстро налила кружку горячего кофе и поставила перед ним. У Эркина не было сил даже поднять её, и он пил, согнувшись, наваливаясь на край стола грудью. Слипшиеся от пота волосы торчали неровными прядями.
   - Ой, а чай-то? - вскинулся Андрей. - Кипяток-то есть, Мамми?
   - За заваркой беги, игрок! - фыркнула Мамми.
   - Ага, - Андрей бросил свои карты. - Двадцать одно.
   Джонатан, улыбаясь, подвинул к нему несколько смятых кредиток и собрал карты. Андрей сгрёб деньги и убежал. Джонатан перетасовал колоду и положил её на стол.
   - Ну, и засиделись мы.
   - Ваша правда, масса Джонатан, заигрались, - вздохнула Мамми. - Давайте по кружке всем налью, и на боковую все.
   - Спасибо, Мамми, - Джонатан встал. - Мне не надо.
   - Как скажете, масса Джонатан, - Мамми ставила на стол кружки.
   Вбежал Андрей, на ходу накинул на плечи Эркина его куртку, положил рядом на скамью свёрток и прошёл к плите.
   - Спасибо, Мамми, я сам заварю.
   Джонатан попрощался со всеми кивком и ушёл, пожелав спокойной ночи.
   - И вам спокойной ночи, масса Джонатан, сэр, - проводил его нестройный гул голосов.
   - А хорошо посидели, - улыбнулся Стеф, беря свою кружку.
   - Да уж, кто сидел, а кто, - начала Дилли, но Эркин поднял на неё глаза, и она не закончила фразу: таким знакомо усталым было это лицо.
   На мгновение всем стало как-то не по себе. Словно прошлым повеяло от всей фигуры Эркина. И он, почувствовав это, заставил себя улыбнуться.
   Андрей заварил чай и отставил кофейник на край плиты.
   - Пусть настоится, Мамми. Потом перелью. Эркин, идём в душ?
   - Куда ты его дёргаешь? Дай отдышаться парню.
   - Нет, Мамми, - Эркин ещё раз улыбнулся, и получилось уже легче. - Не шевелится только мёртвый. Пошли.
   - Держи. Я сменку твою захватил.
   Эркин кивнул и встал. Его качнуло, но он стиснул зубы так, что вздулись и опали желваки на щеках, и овладел собой.
   - Пошли.
   И вышел уже твёрдо. Андрей обернулся в дверях.
   - Мамми, так я зайду после душа.
   - Заходи, а чего ж? Я и в дорогу вам соберу чего-нибудь.
   - Ага, спасибо.
   Все допивали кофе и вставали из-за стола. Мамми сгребла кружки, сбросила их в таз и залила горячей водой. Строго посмотрела на Молли. Та вздохнула и встала.
   - Я... я нарежу хлеба, Мамми? На сэндвичи.
   - Режь, - разрешила Мамми, обмывая кружки. - Мяса я сама им нарежу.
  
   Джонатан шёл, улыбаясь, к своему домику. Однако Эндрю действительно неплохой игрок. Не знавшего Грязного Гарри он обдует элементарно. И Стеф... ну, это обычный уровень. На крыльце он остановился и прислушался. Так... ну, это Эркин и Эндрю в душ пошли. Не проспали бы завтра.
   Он вошёл к себе и остановился на пороге. Резкий странный запах ощутимо ударил в лицо. Что это? Джонатан нашарил выключатель и включил свет. Всё как обычно. Но запах... Вроде знакомый и в то же время...
   - Фредди, - позвал он.
   Ему ответила тишина. Джонатан резко повернулся и побежал в комнату Фредди. Рванул дверь... И тот же запах, только чуть слабее. Включил свет... и сразу бросились в глаза на столе две... бутылки?! Да нет, это же флаконы. Лосьон после бритья "Райское яблоко". Оба флакона пустые. Они что, пили его?!
   - Фредди!
   Теперь ему ответило неясное бурчание, и он обратил внимание на кровать и подобие древнеегипетской мумии на ней.
   - Фредди! - Джонатан растерянно затоптался рядом, пытаясь определить, где голова. - Ты как?
   - Чего орёшь? - наконец разобрал он. Помолчав, Фредди добавил: - Я в порядке, - и попросил: - Разверни меня.
   Джонатан откинул верхнее одеяло и расхохотался. Фредди был туго закатан в одеяло так, что наружу торчала только всклокоченная голова.
   - Фредди, что с тобой тут делали? - ржал Джонатан. Он наконец-то нашёл край и потянул за него. По мере того, как он разворачивал Фредди, запах лосьона усиливался. - Ты ж как... сосиска в тесте. И "Райское яблоко" вместо кетчупа, да? Ты что, купался в нём? Лосьонная ванна, да?
   Фредди молча позволял себя переворачивать, а когда Джонатан развернул до конца и увидел впечатанный в грудь кольт, силы его покинули и он рухнул прямо на Фредди не в силах стоять от хохота.
   Фредди лежал, не дёргаясь, хотя Джонатан сидел у него на животе. Когда Джонатан перевёл дыхание, Фредди стал распоряжаться:
   - А теперь встань с меня. Сунь мне кольт под подушку. И укрой нормально.
   - Фредди, ты что? - опять встревожился Джонатан, быстро выполняя все предписания. - Шевелиться не можешь?
   - Не хочу, - честно ответил Фредди и улыбнулся. - Слишком хорошо, Джонни.
   - Вижу, - Джонатан переставил стул и сел так, чтобы видеть лицо Фредди. - Ты в самом деле в порядке?
   - В полном, - Фредди говорил медленно, словно пробуя слова на вкус. - Хорошо сыграл?
   - Продул пять кредиток, - улыбнулся Джонатан. - И ухохотался насмерть. Шикарное зрелище пропустил, Фредди. Принести тебе выпить?
   - И влить. Мне действительно не хочется шевелиться, Джонни.
   - Это было так хорошо?
   - Я не думал, что такое возможно.
   - Ладно, отдыхай, - Джонатан ухмыльнулся. - Нам осталось часа три, максимум. Один вопрос, Фредди. Неужели одного флакона не хватило бы?
   - Эркин никогда не халтурит, Джонни. Меня промазали всего. Везде. И очень тщательно.
   - Ладно, - Джонатан встал. - Завтра поделимся. Я пошёл спать. Не проспи.
   - Свет погаси, - сонно сказал ему в спину Фредди.
   Джонатан щёлкнул выключателем и уже открыл дверь, но остановился и обернулся.
   - Фредди, - сказал он в темноту. - Ты хоть в душ завтра сходи, а то благоухаешь... неправильно понять могут.
   - А пошёл ты...!- прорычал Фредди, и Джонатан удовлетворённо закрыл за собой дверь.
   У себя он быстро постелил и посмотрел на часы. Высокие напольные часы из кабинета в Большом Доме несмотря ни на что уцелели, только стёкла - циферблата и нижнее, закрывающее маятник - разбиты. Они тогда вытащили осколки и попробовали завести. Удивительно, но механизм не пострадал, и они, как только домик стал пригоден к жилью, перетащили часы сюда. И шли те хорошо, точно и бесшумно. Похожие были в дедовском кабинете, но там - с боем. Угасающее пламя камина играло на маятнике. Да, всего ничего осталось, и... конечно, надо проветрить, убрать запах.
   Джонатан встал, открыл окно и отодвинул штору. Если мошкара и налетит на огонь, то... нет, ничего, не страшно. Он лёг и по-ковбойски завернулся в одеяло.
   Эх, не дал Фредди налюбоваться находками, хотя тоже прав. Конечно, тайник нужен. А у сестры был маленький серебряный мопс. И совсем крохотная золотая кошечка, тоже с изумрудными глазами. Грейс собирала такие фигурки. Из камней, фарфора... эти были самые ценные. Но такой кошки не было. Ларри прав: здесь работа дороже, а одного металла... можно пол-округи скупить. Но обойдёмся без такого безумства. Вот имение и окупило себя. Даже с прибылью. Хотя... надо будет у русского капитана узнать. Болтали, что у русских какие-то закавыки в законах с находками. Жаль, тот уехал. Но... в Бифпите будем через три дня. Капитан может и вернуться. Будем надеяться, что его не перевели, а то наводи связи и отношения по новой... Но надо же, как Фредди... не видел его таким...
   Мысли уплывали и путались.
  
   В душе Эркин немного отошёл.
   - Ну, как сыграл?
   - Нормально. Одну проиграл, три с половиной выиграл. Ты как?
   - Порядок, - Эркин закинул голову, подставляя лицо под тёплые струи. - Давай я холодной сейчас врублю, и пойдём. На сон всего ничего осталось.
   - Ты точно в порядке? Я тогда за флягами схожу. Заберу у Мамми чай, ну и чего ещё она нам сделала.
   - Давай. К Молли завернёшь?
   - Да нет, пусть отвыкает, - Андрей встал со скамьи. - Так я пойду...
   - Ага, иди. Ключ я занесу.
   Но Андрей медлил.
   - Ну, чего?
   - Эркин, это... это вот такая работа? Ты ж вон, осунулся даже.
   - Работа - она работа и есть, - усмехнулся Эркин. - Ты ж сам вроде говорил. Легко только лежать и в потолок плевать. И то стараться надо, чтоб долетело.
   - Я подожду тебя, - вдруг сказал Андрей.
   - Ладно. Я быстро.
   Андрей вышел в переднюю часть, а Эркин потянулся немного под душем и резко включил холодную воду. И чуть не задохнулся: с такой силой ударили его жгучие струи. Сразу прояснело в глазах, стянуло кожу и напряглись мышцы. Он рассмеялся и завернул кран. Стирать они сегодня не стали: до утра всё равно не просохнет, а мокрое везти - это гноить. Эркин зашлёпал к двери, привычно оглянулся, проверяя, в каком виде оставляет помещение, и вышел.
   Андрей, уже одетый, ждал его, сидя на скамейке и вертя в пальцах незажжённую сигарету. Эркин быстро оделся, собрал грязное в узелок, натянул сапоги и куртку. Андрей молча встал, открыл дверь и взял ключ.
   И запирали дверь, и шли к сенному сараю молча. Эркин сразу лёг, а Андрей взял фляги и тихо спросил:
   - Дело-то... ну, с Фредди... уладил?
   - Что мог, я сделал, - устало ответил Эркин. - А дальше... дальше Фредди сам решать будет, - и совсем тихо, уже засыпая: - Нас оно ни с какого боку теперь не касается.
   - Баба с возу...- хмыкнул Андрей, спрыгивая вниз.
   Как он вернулся, Эркин уже не слышал.

* * *

1993; 27.10.2011


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"