Зыков Виталий: другие произведения.

6-Великие Спящие (черновик)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Оценка: 7.07*926  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пролог и семь первых глав заключительного романа "Дорога домой".

  Виталий Зыков
  
  ВЕЛИКИЕ СПЯЩИЕ
  
  В двух томах
  
  Том 1. Тьма против Тьмы
  
  (Цикл "Дорога домой" - 6)
  
  ...Вопрос веры тысячелетиями беспокоит теологов, магов-практиков и Мастеров боевых искусств. Невежда скажет, что здесь нет ничего непонятного. Мол, вера есть совокупность наших убеждений и чаяний, то, что составляет основу нашего мировоззрения и мироощущения. И не важно, во что мы верим - в богов или в их отсутствие - мы все верующие. Тот, кто утверждает обратное, просто недостаточно хорош как мыслитель... Но на то он и невежда, чтобы не углубляться в суть, да? Потому как есть вера и Вера. И пока мы вкладываем в это слово один лишь образ, мираж, фантазию, то образом оно и останется. Даже если готовы за него умереть. Мало ли пустых и не очень идей, за которые отдают жизнь люди и нелюди?.. Но если образ подкреплён энергией, силой сердец, настоящей магией душ, когда в него вкладывается сама наша суть, то фикция превращается в нечто иное, могучее, несокрушимое. И вера становится Верой! Верой, которая способно подвинуть гору, покорить дракона или осушить море...
  Размышления о корнях могущества великого Нунь Туа, Мастера школы Великого Предела, на званом обеде у Императора империи Хань
  
  Что такое дурное пророчество, кроме как вера разумных в неизбежный конец?
  Девиз одного из старых залимарских родов
  
  ПРОЛОГ
  
  Некогда великий Фф'али'ер - обитель высокородных, отчий дом воителей и чародеев, гроза кочевников и жемчужина севера Сууда - а ныне даром никому не нужное селение Фалир, ставшее приютом для потомков тех самых странников пустыни, против которых некогда и был построен, хирел день ото дня. Его всё реже и реже посещали торговые караваны, потихоньку уходили обладатели Дара, а среди членов Совета нет-нет и начинались разговоры о переселении состоятельных жителей в более благополучные места. Да что там говорить, если даже бандитские ватаги - настоящий бич богов для небольших оазисов и мелких городков - не вспоминали о Фалире. Последним, кто нанёс визит, стал отряд капитана К'ирсана Кайфата, да и то, наёмников интересовал живущий здесь пророк, а никак не сам город.
  Упадок никак не коснулся лишь старого Хурбина: для того, кто не стремится к богатству и предпочитает тихо коротать свой век за созерцанием неудержимого бега Времени, не страшны никакие кризисы. Нищему нечего терять, кроме жизни, а если он не дорожит и ею...
  Обитателей Фалира такие взгляды Видящего полностью устраивали. Хочет жутковатый сосед покоя, ну и слава всем Стихиям! Главное, чтобы в чужую Судьбу не лез, а там пусть живёт, как знает. И лишь внук или правнук Кормчего - он и сам толком не знал кем приходится Хурбину - жаждал иного. В свои шестнадцать Талун грезил приключениями, хотел новых ощущений и мечтал о великой судьбе. Какой тут, к мархузу, покой?! Надо спешить, двигаться, бежать со всех ног вперёд, к светлому будущему!!
  Он бы ушёл, но... дед. Деда мальчик любил и не мог оставить одного. Выбор между несомненно светлым будущим и мрачным настоящим, пришлось сделать в пользу последнего.
  - Дед, может выйдешь во двор, а?! Вторую седмицу в подвале сидишь безвылазно! - закричал Талун, спускаясь по лестнице в комнату под домом.
  В руках он держал корзину с фруктами и кувшин с водой - последние дни старый пророк чудил и соглашался только на простую пищу. Отодвинул занавеску, прошёл в небольшую комнатёнку с голыми стенами, кроватью в углу и низким круглым столом в центре. Серо, убого, уныло, но иной обстановки Хурбин не признавал. Сам пророк обнаружился слева от входа, подле алтаря Орриса. Он сидел с закрытыми глазами на холодном полу, подстелив лишь гнилую циновку, и мерно раскачивался из стороны в сторону, что-то напевая себе под нос. В узловатых пальцах Хурбина помимо традиционных бус тускло поблёскивал фарлонг, врученный великому Кормчему за беспокойство капитаном К'ирсаном Кайфатом, и с которым тот с тех пор никогда не расставался.
  - Совсем из ума выжил, старый, - пробормотал паренёк и аккуратно поставил корзинку рядом с дедом.
  Немного подумал, наклонился и легонько потряс Хурбина за плечо.
  - Дед, ну хватит... Заканчивай ты с медитациями, лучше поешь и под тассов свет выйди.
  Внутренне Тулин был готов, что его опять проигнорируют, но внезапно веки пророка дрогнули, и в лицо парня впился взгляд двух красно-белых, лишённых радужки, глаз. Парень вздрогнул и, оступившись, плюхнулся на задницу.
  - Ты... ты чего?! - воскликнул он.
  Вместо ответа пророк рванулся к нему навстречу, схватил левую кисть и вцепился в неё с совсем не старческой силой.
  - Замолкни и внемли словам Судьбы, Тулин!.. Чу?! Слышишь, как от тяжёлой поступи богоподобных уже содрогаются кости Торна, как воют от ужаса обитатели мира духов?! Слышишь?! Уже вернулись в мир Ключи Силы, и Тьма вот-вот схлестнётся с Тьмой, а Свет со Светом. Прахом рассыплются древние оковы, развеются чары, и пробудятся ото сна старые Хозяева. Стоящие над законом, те, кто ближе, чем братья, выберут кому низвергнуться во Мрак, а кому принять Свет. Наступит время великой лжи, и два заклятых врага сойдутся в битве! - Хурбин горячечно шептал, превратившись в кого-то абсолютно чужого и незнакомого Тулину.
  Из уголка рта потекла тонкая струйка слюны, на губах появилась пена. По телу пророка то и дело пробегала волна дрожи, заставляя его гримасничать и безумно вращать глазами. Но он всё говорил и говорил, будто не мог сдержать потока слов. Будто те сами рвались наружу, чтобы затем нечестивым потоком ворваться в неподготовленный разум Тулина. Он бы и рад был их не слышать, но неведомая магия сковала его члены и заставила впитывать всем естеством каждый услышанный звук.
  Спустя минуту Кормчий скатился совсем уже до бессвязного бормотания, но главное Тулин всё же разобрал и запомнил. И теперь ясно осознавал, что уже никогда больше не станет прежним. Магия Пророчеств, от которой парня старательно оберегал дед, коснулась незримых струн в его душе и заставила их звучать...
  - Ты уж прости меня, паря. Не уберёг тебя от проклятия нашего рода. - Хриплый каркающий голос вырвал Тулина из пелены тяжёлых мыслей, и тот вдруг понял, что вот уже немало времени он неподвижно сидит на полу и таращится на пламя свечей у алтаря Орриса.
  - Что? - переспросил парень, уставившись на деда.
  И не сразу понял, что перед ним снова старый Хурбин. Истощённый, измотанный припадком и соприкосновением с не самой доброй магией, но всё тот же чудаковатый и привычный Хурбин. Даже глазам вернулась прежняя синь, и они перестали напоминать буркалы демона.
  - Говорю, как ни старайся, а кровь - есть кровь! Стар я слишком, раздавило бы меня это пророчество, да ты помог. Подставил плечо и принял груз знания, - проговорил пророк, закашлявшись.
  Дотянулся до принесённого Тулином кувшина и жадно из него отпил. Поставил обратно, после чего вытер губы тыльной стороной ладони и поманил внука пальцем.
  - Наклонись, - шепнул он.
  Парень, решив, что дед собрался сообщить что-нибудь важное, пододвинулся ближе. Однако слова пророка больше не интересовали. Тулин с детства носил на груди в кожаном мешочке амулет Светлого Орриса, который и потребовался Хурбину. Вытянув его за нитку через ворот рубахи, Кормчий вытряхнул символ двуликого бога на ладонь, а вместо него вложил ту самую монету.
  - Зачем? - спросил Тулин, ни мархуза не понимая.
  Вместо ответа пророк размахнулся и швырнул храмовую безделушку на алтарь. Однако этого ему показалось мало, и он, окончательно ввергнув внука в смятение, тяжело поднялся и пинком опрокинул ритуальный столик.
  - Дед, зачем?! - уже с нажимом повторил вопрос Тулин, начав сомневаться в душевном здоровье Хурбина.
  Но поймал яростный взгляд Кормчего и осёкся. Старик был в таком состоянии, что спорить с ним явно не стоило. Быть может он бы и объяснил своё поведение, но сверху донеслись голоса.
  - Вот здесь он живёт, уважаемые! Эта халупа и есть дом пророка Хурбина, всё как вы и просили, - говорил Чирс, глава Совета Фалира.
  И звучавшее в словах этого чванливого сына хфурга раболепие, пугало много больше, чем появление в доме незваных гостей.
  - Уходи через лаз, живо! - властно приказал Хурбин.
  Зажмурься и увидишь командира наёмников или могучего мага, но никак не нищего старика. Однако не это стало причиной того, что Тулин не захотел спорить. Странное гнетущее чувство нарастало у него в груди, мешая связно думать и заставляя подчиниться воле деда. Торопливо кивнув, он метнулся к кровати, нырнул под неё и, сдвинув неприметную заслонку, принялся ввинчиваться в открывшийся тайный ход. Топот ног, по-хозяйски спускающихся по лестнице, лишь прибавил ему скорость.
  Через несколько минут, потный и покрытый пылью, Тулин выбрался из-под живописной кучи мусора на заднем дворе дома. И, пригибаясь, укрылся за соседским сараем. Откуда он прекрасно мог видеть четвёрку привязанных у забора лошадей и двух наёмников в доспехах воинов-пустыни. Поначалу солдаты его не заинтересовали, но затем взгляд зацепился за непривычные сигны на груди у каждого, и Тулина вдруг охватил беспричинный страх. Оба бойца щеголяли знаками двуединого Орриса.
  Дверь в дом внезапно хлопнула, и появились оставшиеся двое. Один выделялся горделивой осанкой благородного, а вот второй... второй ничем не отличался от обычных головорезов. И окровавленный нож, который он вытирал белой тряпицей, лишь усиливал впечатление.
  Нож?! Тулин едва подавил рвущийся наружу крик. Окровавленный нож?! Внезапно он понял, что не видел, как выходил из их лачуги Чирс. Да и дед что-то не спешит провожать "дорогих" гостей! Память тут же услужливо подсунула десятки слышанных от Хурбина историй об охотниках на Мастеров ложной судьбы, о жестоких убийцах, которые считали уничтожение Кормчих своим призванием. Но при чём здесь знаки Орриса?! Или... или то, как дед обошёлся с алтарём светлого бога, как-то связано с появлением этих душегубов?! Неужели он что-то такое прозрел напоследок?
  Наёмники уже садились на коней, когда внутри дома бухнуло и изо всех окон повалило жаркое бездымное пламя, с жадностью голодного демона принявшееся пожирать деревянную кровлю. Это зрелище чем-то страшно развеселило убийц - теперь Тулин в этом уже не сомневался - они дружно сплюнули в сторону пожара и неторопливо двинулись по направлению к выезду из Фалира.
  - Чтоб вам духи Бездны дорогу заступили! - с предсердной ненавистью выдохнул Тулин, и... с необычайной ясностью вдруг понял, что его пожелание сбудется.
  Сейчас, в этот миг, он добавил в Судьбу воинов лишнюю развилку, и далеко не все из них смогут её пройти. Та искра дара, которая зажглась в нём после пророчества Хурбина, со смертью старого пророка стремительно разгорелась в полноценное пламя. И Тулин теперь постарается, чтобы оно никогда не угасло. Дед никому не хотел вреда: прятался от людей, не желал богатства и власти, но его всё равно нашли и казнили. Что ж, пора попробовать другой путь - яркий, громкий, возможно кровавый и жестокий - и посмотреть, куда он может завести. А начнёт его Тулин с того, что постарается донести последнее пророчество старого Кормчего до тех, кому оно и предназначалось. До людей. И пусть случится то, что суждено!
  
  * * *
  
  Ктор Саким полюбил столицу Ралайята с первого взгляда. После городов Сардуора, с их консерватизмом в архитектуре и общей аурой застоя, поистине эльфийская утончённость и южная роскошь Чилизы смотрелись как нечто необыкновенное. Да и могло ли быть иначе в сердце одной из самых богатых и прогрессивных стран Загорного халифата?!
  На самом деле, конечно, могло. Ктор прекрасно знал, что виденное им, это прежде всего заслуга Тимарениса Балтусаима - мир его праху - и его дочери Мелисандры. Два Великих Советника халифа работали на благо страны не покладая рук, но ему приятнее было думать, что Чилиза очаровывала гостей своей красотой всегда.
  Усмехнувшись своим мыслям, Саким остановился перед коваными воротами и внимательно изучил табличку-указатель слева от входа. Надпись на ней гласила, что он находится перед резиденцией визиря Ралайята и за напрасное беспокойство будет бит плетьми.
  - Какие гостеприимные здесь хозяева, как погляжу, - буркнул под нос Ктор и напоследок ещё раз пробежался по всем деталям своего нового облика.
  Небогатый, но добротный дорожный костюм, парочка стандартных защитных амулетов, кольцо мага четвёртого ранга со знаками принадлежности одной из провинциальных гильдий Заурама и выставленный напоказ тощий кошелёк - типичный образ странствующего чародея, слишком слабого или осторожного для вступления в Братство Отрекшихся, и слишком амбициозного для того, чтобы осесть в какой-нибудь глубинке. В небольшом рюкзаке, под сменным бельём и всякими безделушками, ждали своего часа рекомендательные письма от прошлых работодателей. Самые настоящие, не поддельные! Он и вправду полгода убил на метания по Союзу городов и Загорному халифату, запутывая следы и придавая достоверность выбранной личине. Те, кто его готовил, были бы довольны - все их рекомендации Ктор выполнил с дотошностью отъявленного крючкотвора. Но вот устроит ли результат нового нанимателя?
  Пока не попробуешь - не узнаешь! Решительно тряхнув отросшими волосами и едва удержавшись, чтобы не поправить отсутствующую на бедре саблю, Саким забарабанил по пластине сигнального артефакта.
  Ждать реакции хозяев пришлось недолго. Через минуту появился немногословный слуга и, узнав, что Ктор желает поступить на службу к славной халине Балтусаим, провёл в дом. Кто-то другой удивился бы такой беспечности - мало ли кто пытается проникнуть в резиденцию визиря под личиной гостя - но Саким был достаточно опытным чародеем, чтобы ощутить десятки боевых артефактов, раскиданных по всему зданию и в любой миг готовых испепелить любого врага. Ну или хотя бы попытаться это сделать.
  Чувство, что ты находишься под прицелом враждебных чар, в кабинете хозяйки дома окончательно окрепло, вынуждая осторожничать с каждым словом и жестом. Мало ли как прореагируют магические механизмы на поведения гостя...
  Когда Ктор вошёл, Великий Советник халифа сидела за столом и что-то чиркала самопишущим пером на листке бумаги. Резко, зло, как больше пристало мужчине, чем трепетной женщине. Саким моментально погрустнел. Говорить о найме с человеком, который находится в таком состоянии, не просто глупо, а где-то даже и опасно. Вот только развернуться и уйти уже нельзя.
  - Кто такой? - не поднимая головы, спросила хозяйка. Несмотря на холодный приём, маг попытался начать разговор с приветствия, но был безжалостно прерван.
  - Без церемоний! Ближе к делу.
  - Как пожелает халине Балтусаим, - Саким обозначил поклон. - К вашим услугам Ктор Саким, вольный чародей из славного Заурама...
  - Сардуорец?! - Халине Мелисандра резко вскинулась, и в комнате запахло смертельной опасностью.
  Саким облизал пересохшие губы.
  - Именно так, госпожа. Но уже много лет не был дома - предпочитаю ветер странствий пыли порога родного дома, - сказал он максимально беззаботно и, старательно изображая суетливость, добавил: - Могу показать рекомендательные письма и подорожные...
  - Которые, небось, сам и нарисовал, - холодно проронила халине Балтусаим, но чувствовалось, что угроза немного отступила. - Ко мне зачем пожаловал, бродяга?
  Ктор мысленно воззвал к богам судьбы и решительно начал.
  - Так получилось, что я... немного... поиздержался. И был вынужден заняться поисками работы. Обычно обращаюсь за этим к знакомым или спрашиваю знающих людей, но тут помог случай. Услышал разговор двух горожан, которые обсуждали свои неудачные попытки устроиться на должность домашнего учителя к Великому Советнику халифа, - маг изобразил самодовольную улыбку. - Оба были изрядно пьяны и говорили много лишнего, но главное я уяснил: лучше меня для этой роли вам никого не найти! Если вы подождёте минуту, я даже покажу вам письмо от...
  Договорить ему не дали.
  - Хватит! Давай напрямоту... - звонко приказала халине Мелисандра. - Та пьянь проболталась, что я хочу в няньки для моего сына настоящего чародея и готова заплатить за это неплохие деньги. Сумма тебе понравилась, и ты решил подзаработать... Мол, золото само в руки плывёт, да?
  Прежде, чем Ктор успел ответить, женщина выскочила из-за стола и стремительно покинула кабинет, по пути приказав:
   - За мной!
  Ктор подчинился, примерно уже представляя, что его ждёт. И дальнейшие слова визиря подтвердили его предположения.
  - Сейчас мы пройдём в спальню к моему сыну, и ты попробуешь доказать, что не зря тратишь моё время. Получится - считай, что принят. Нет - тебя закуют в колодки и отправят на рудники. За наглость, - резко бросила халине Балтусаим.
  Но если она рассчитывала его напугать, то просчиталась. Ктор был готов к любым испытаниям.
  Через несколько минут они замерли перед крепкой зачарованной дверью, у которой стояли двое увешанных амулетами бойцов. На вопросительный взгляд визиря, один из охранников печально развёл руками, а второй завозился с замком. Ему понадобилось три оборота ключа и одного касания неприметного камня на узоре в центре створки, как магическая защита отключилась и до ушей Ктор донёсся плач младенца и успокаивающий бубнёж какой-то женщины. А ещё внезапно потянуло Запретной магией... И колдун едва удержался, чтобы не изобразить знак своего бога.
  - Кажется, я понимаю, зачем вам чародей, - усмехнулся он через силу и решительно вошёл в комнату.
  Хорошо хоть хватило ума не лезть вперёд хозяйки дома и матери!
  В детской было... уютно, иначе не скажешь. Всё в пастельных тонах: ковры, стены, всюду мягкие игрушки и гобелены с изображениями добрых сказочных героев. В центре стояла колыбель, вокруг которой суетились сразу двое бледных и измученных нянечек. Но не они нарушали идиллию этого места. Маленький человечек никак не желал смирно лежать в кроватке и оглашал окрестности истошным рёвом, подкрепляя каждый выкрик выбросом пусть слабенькой, но магии. Древней магии. И узор колдовского чертежа на потолке уже едва сдерживал пронизывающие всё и вся токи энергии.
  Пока Ктор оглядывался, халине Мелисандра подскочила к няньками и принялась водить жезлом Манипулятора над их головами. Лица обеих женщин тут же прояснились. Зато ребёнок при виде матери завопил ещё громче. И даже когда госпожа Балтусаим обратила на него внимание и взяла на руки, рёв тише не стал.
  - Стихийные проявления дара, редчайшая штука, - сказал Ктор серьёзно. - Вам давно уже надо было пригласить... знатоков. - Последнее слово он выделил особо. - И не местных, а кого-нибудь более... квалифицированного. Например, из Братства Отрекшихся.
  Бешеный взгляд халине Балтусаим заставил его замолчать.
  - Не считай себя умнее других, бродяга! - проронила она зло. - Отрёкшимся здесь делать нечего... В моём случае, лекарство будет страшнее болезни.
  Продолжать мысль женщина не стала и проницательно посмотрела на Ктора, не забывая укачивать чуть притихшего младенца.
  - Как помочь знаешь? Или мне звать стражу?
  Саким криво усмехнулся и уронил дорожный мешок на пол.
  - На моё счастье знаю. И хоть с наставничеством я точно погорячился, как поступать с носителями Древней крови примерно представляю.
  Прежде, чем халине Мелисандра успела что-то ответить, он шагнул вперёд, протянул ладонь к ребёнку и, даже зажмурившись для большего эффекта, сотворил знак З'кенат. Слабенький, дрожащий, то и дело норовящий рассыпаться на части, но вместе с тем выворачивающий наизнанку его собственный Дар. Что поделать, слишком сильна в Сакиме стихиальная составляющая, чтобы пойти по пути Запрета. Слишком мало он способен познать и принять из наследия Древних, чтобы считать себя адептом Истинной магии.
  Но хватило и тех крох, которые Ктор смог освоить. Так и норовящий ускользнуть знак памяти и концентрации вдруг начал наливаться энергией и его стало гораздо легче держать. Да и дар гостя визиря перестало так крутить и корёжить. Саким открыл глаза и не без внутреннего восторга принялся наблюдать за тем, как затихший малыш тянется ручонками к плавающей перед ним Истинной руне, в то время как эманации его Дара впитываются в слабо сияющие линии знака.
  - Что это такое? - напомнила о себе халине Мелисандра, и Ктор ощутил, как ему в подбородок уткнулся магический жезл.
  - Знак Древних, изначально помогающий контролировать свою Силу. К нему в пару следует добавить ещё один - запирающий, который до завтрашнего дня ограничит интенсивность выбросов энергии, но это я смогу сделать лишь где-то через час, - Ктор пальцев отвёл артефакт в сторону и виновато пожал плечами. - Это потолок моих способностей. Да и то, знали бы вы, халине Балтусаим, чего мне стоило освоить эти руны...
  - Насколько это вредно для мальчика? - уже другим тоном уточнила хозяйка дома, целуя угукающего ребёнка в затылок. - Твои руны можно наносить каждый день?
  - Какой вред в том, что мы обуздаем разбушевавшийся дар юного мага? - изобразил удивление Ктор. - Если колдовать над ним каждый день - станет жить нормальной жизнью обычного ребёнка. Пока не подрастёт... а там, можно будет и к чародейству начать приучать.
  - Поняла... - кивнула халине Балтусаим и с толикой теплоты в голосе добавила: - Ты принят. Мои люди тебя ещё проверят, но если ничего действительно опасного не найдут, то считай себя наставником моего сына.
  - Буду счастлив служить вам, халине Мелисандра, - не скрывая улыбки, поклонился Ктор.
  Первый шаг своей миссии он выполнил. Женщина говорила что-то ещё, но Саким слушал её лишь краем уха. В голове билась одна мысль, затмевающая всё и вся: "Владыка будет доволен!". И остальное было уже не так важно.
  
  * * *
  
  Раньше, в свою бытность живого и могущественного дракона-лога, Рошаг в минуты отдыха всегда стремился оказаться где-нибудь наверху. Там, откуда виднеется синь небес, чувствуется их безбрежный простор, где дует ветер безграничной свободы и за смертными и бессмертными наблюдают манящие звёзды. Раньше... Теперь всё изменилось. Тот, кем он стал, не любил небо. Ныне ему по нутру были тьма подземелий, коварный шёпот Мрака и удушающие объятия кровавого безумия немёртвого.
  Какое падение для гордого Повелителя воздушной Стихии, да?!
  Мысли Рошага, уединившегося в одной из пещер, прервало появление мелкого демонёнка, который на свою беду сунул нос в логово полководца армии Бездны. Костяной дракон плюнул кислотой в любопытную тварь и, насладившись её мучительной смертью, вернулся к размышлениям...
  Сначала он изнывал от ненависти к букашке, ставшей причиной подобных метаморфоз. Яростное чувство ослепляло и опьяняло, придавало новой нежизни смысл и цель. Но скоро это прошло, Рошаг постепенно свыкся со своим существованием - если здесь вообще уместно говорить "свыкся"! - и у него появились другие приоритеты. Нет, наглый человечишка оставался первым и главным врагом, достойным самых жутких мук, но исступленное желание добраться до него во что бы то ни стало прекратило мешать играть отведённую ему роль. Рошаг смог сосредоточиться на более важных задачах. Собрал армию, очистил земли вокруг Козьих гор от смертных муравьёв, освободил нескольких могущественных союзников и начал пощипывать силы тех, кто вздумал сопротивляться победному возвращению истинных хозяев Торна из самых глубин Бездны.
  В памяти необычайно ярко вспыхнула картина недавнего разгрома объединённой коалиции светлых сил. Кого там только не было - людишки, маги, эльфы. Собрались, напыжились, решили его в Бездну низвергнуть. Глупцы! Прежде чем против Великого Рошага выходить, научились бы друг с другом ладить. Дивный народ строит козни против чародеев, маги прикрываются смертными, а те разрываются между желаниями угодить и тем, и другим. Черви, грязерождённые черви! Та разведка боем, которую он предпринял, выгнав на убой толпу самых бесполезных из своих миньонов, вскрыла гнойник противоречий в этом никчёмном Объединённом Протекторате и помогла окончательно рассорить всех наиболее сильных противников. Удивительно мощный эффект для выбранной им тактики.
  Хотя бой ему дали жаркий, тут ничего не скажешь. Понадеявшись на драконов, Рошаг как-то упустил из виду, что противостоять его воинам будут Великие маги. Без преувеличения Великие! Как ловко они обыграли его в ментальном поединке и проломили бастионы заклятий, как оперативно восстановили бреши в собственной обороне... Эхо той схватки до сих пор сказывается на его силах, заставляя больше времени проводить в восстанавливающих медитациях! А сколь блестяще Магистр Истинных встретил предательский удар младших сородичей?! В его чарах было всё: незнакомые оттенки Тьмы, Кровь, элементы Стихий и магии Подобия. В иные времена Рошаг душу бы отдал за то, чтобы узнать секрет этой волшбы.
  Одно хорошо - таких титанов от магии в стане противника немного. Даже тот колдун, который дал бой паре порабощённых гро'валь'дье, стоял на ступеньку ниже. За что и поплатился!
  Рошаг злорадно усмехнулся и с чувством плюнул в очередного демонёнка. Ничего, дайте время, и он всех Великих магов в Нижние миры отправит. Одного за другим.
  Вспышка кровожадной радости угасла так же быстро, как и возникла. Мысли о крылатых духах заставили вспомнить, откуда они взялись и какие изменения сопутствовали их появлению. И здесь уже не из-за чего было веселиться. Духов, сама природа которых вынуждает их бороться с любыми проявлениями Тьмы, призвал канчора. Однажды, могущественный идиот просто кликнул Рошага Зовом и, когда тот, дико заинтригованный, появился в апартаментах своего "офицера", указал на двоих заражённых Бездной гро'валь'дье.
  Как костяной дракон ни бился, но добиться внятного ответа о том, как четырёхрукому это удалось, он не смог. И всё бы ничего - мало ли какие чудеса случаются в природе! - но после появления в войске крылатых духов с Рошагом и его приближёнными начали происходить непонятные изменения.
  Внешне ничего вроде бы не происходило. Они всё так же работали на достижение общей цели, лишь изредка отвлекаясь на свои маленькие слабости, но мысли, аура, проецируемые вовне желания - всё стало потихоньку трансформироваться. Идиот-канчора начал больше уделять внимания своему окружению и теперь ежедневно колдовал над сильнейшими из прихлебателей, накладывая на них совершенно нетипичные для него заклятия. Гораздо более сложные, выверенные, и где-то даже изящные. Рошаг даже сказал бы, что почти женские. И отблески вкладываемой в них Силы нет-нет и напоминали пусть загрязнённый, измаранный во Тьме и Бездне, но Свет.
  Ловчий вдруг перестал грезить местью и занялся восстановлением структуры своего ядра. И почему-то Рошаг ни капли не сомневался в том, что совсем скоро Бестелесный потребует от своего командира помощи. Это рехнувшийся-то от злобы и одиночества дух!
  Но ладно соратники, сожри их Древние, Рошаг и за собой начал подмечать некоторые не типичные для него мысли и поступки. Драконы вдруг перестали казаться близкими кровными родственниками, зато змееноги из полезных инструментов незаметно превратились едва ли не в любимых детей. Он даже принялся требовать от лидеров культистов увеличить число проводимых ритуалов Благодати Спящих.
  Теперь вот появилось новое желание: он вдруг ясно и чётко понял, что для успеха его Великой миссии жизненно необходимо добраться до каких-то реликвий главенствующего на Торне культа. Честно говоря, до сих пор Рошаг вообще не понимал, как можно верить и поклоняться божкам и богиням, когда есть Творец - создатель всего сущего. Но местным смертным столь высокие материи были недоступны, и они предпочитали киснуть во мраке своего невежества. И ладно бы, их покровители действительно обитали в Астрале, так ведь нет. Верхние миры пустовали, а значит, Орриса с обеими его жёнами следовало считать удобной сказочкой власть имущих для лучшего управления толпой... И вдруг такой выверт собственного сознания, меняющий само отношение к верованиям смертных червей. Хотя сознания ли?! Дальше мысль Рошаг развивать боялся. Мало ли куда заведут собственные умозаключения - о некоторых вещах лучше просто не знать.
  Тем не менее, поиском древних религиозных реликвий своих сторонников во внешнем мире он озадачил и принялся ждать результата: по сути, ни на что не рассчитывая, просто надеясь избавиться от навязчивого желания. Оттого Рошагу было особенно удивительно, когда с ним внезапно попытался связаться один из Детей Спящих, возглавляющий ковен на южных отрогах Калассов. Трепеща от священного восторга, наг сообщал о выполнении воли Вестника Спящих и подкреплял послание ментальным оттиском фрагмента своей памяти. И Рошаг не удержался от соблазна: бросил прочие дела и занялся просмотром кусочка жизни слуги...
  Воспоминания культиста перенесли дракона в какой-то город смертных. Чистый, аккуратный, без потоков помоев на улицах, вонючих нищих и аляповато раскрашенных шлюх. В мыслях змеенога то и дело всплывало какое-то название, но Рошаг решительно его отметал. Первый после Спящих на Торне не желал захламлять мозги ненужными сведениями, он интересовался гораздо более важными вещами.
  Наг вместе с несколькими подручными из людей ехал по городу в закрытом экипаже, на всякий случай прикрывшись иллюзорным обликом. И всё равно страшно нервничал, опасаясь разоблачения. В голове у него то и дело появлялись образы жарко пылающего костра, острых кольев или падающего топора палача... Словно он не жестокий и безжалостных последователь Спящих, дитя их плоти и крови, а невинная барышня. Как такой только Благодать согласился принять!
  Тем временем экипаж въехал во двор какого-то здания, обогнул дровяной сарай и остановился у входа для слуг. Пока наг выбирался наружу, к нему подскочил крепкий мужичок в сером камзоле служащего магистрата и тихо доложил.
  - Господин, галерея до завтрашнего утра будет закрыта. Охрана и все служители получили по двойной порции зелья сна, все входы кроме этого запечатаны. Так что если проделать всё тихо и без разрушений, то вторжения никто не заметит.
  - Молодес-сс, - прошипел наг.
  И словно в насмешку над просьбой безымянного помощника культистов, змеиный хвост с уже сформированной "погремушкой" дёрнулся и опрокинул неизвестно зачем поставленную напротив двери бочку с водой. Раздавшийся звук заставил людей вжать головы в плечи, и лишь змееног зло оскалился. Любое разрушение приносило ему несказанное удовольствие.
  - В-введи, с-ссайгал. И да помогут тебе С-сспящ-щщие, если здесь нет ничего похожего на ту вещ-щщь, которую приказал искать Вестник! - заявил наг, наслаждаясь тем страхом, что вызвали его слова у работника магистрата.
  - Не извольте сомневаться, господин! Выданный после прошлой мистерии артефакт, едва оказывается в зале с выставленной коллекцией диковин из запасников торговой гильдии, словно с ума сходит. Дёргается, вибрирует, того и гляди, с цепочки сорвётся, - раболепно сообщил тот.
  Он бы ещё много чего сказал, но наг жестом приказал ему замолчать. Сопровождающие тенями метнулись к двери и скрылись в здании галереи. Им предстояло проверить истинность слов слуги и устранить любые возможные угрозы.
  Медленно потекли минуты, в течение которых представителя магистрата начало откровенно трясти. Пока, наконец, по связному артефакту не сообщили, что путь свободен. И наг может смело входить внутрь.
  Хотя змееног всячески демонстрировал наплевательское отношение к необходимости таиться, опыт с бочкой он учёл, и в узкий проход проскользнул точно маленький хафф. Осторожно и аккуратно, ничего не задев и никого не потревожив. Некоторая заминка, правда, возникла в коридоре неподалёку от входа - постеленная здесь ковровая дорожка была ни чем не закреплена и при каждом движении нага собиралась в крупные складки, но появились помощники и оперативно убрали проклятое творение ткачей с пути своего господина. Змееног даже не успел пригрозить им подходящими карами, как проблема разрешилась.
  Наг миновал несколько раскрытых дверей. В некоторых из них лежали тела спящих людей - слуг, охранников, просто работников галереи - и он едва смог сдержать вспыхнувшее желание оборвать их жизни. Не важно как: магией, кислотным дыханием, ударом хвоста или молниеносным движением остро отточенного когтя - он был готов пойти на всё, лишь бы ощутить вкус энергии Смерти. И только долг перед Вестником помешал предаться кровавому веселью.
  Наконец, наг оказался в искомом зале. В зале, где чванливые купцы Пиранта, из одного только желания походить на своих коллег из Джуги или Скарта, решили выставить многочисленные диковины из своих запасников. Чего здесь только не было: книги в мозаичных переплётах из султаната, пёстрые механические игрушки из страны Хань, поделки из золота и драгоценной кости из Загорного халифата, какие-то статуи и статуэтки, картины, гравюры и гобелены совсем уж неизвестного происхождения. Не было разве что ничего похожего на изделия Древних или Закатной империи, но тут ничего не поделаешь - слишком они ценные, чтобы говорить о них вот так, открыто.
  Утолив любопытство, змееног переполз в центр комнаты и поднялся на хвосте почти к самому потолку. Примитивный артефакт, который упоминал работающий на него служащий магистрата, наг использовать брезговал, предпочитая полагаться на собственные способности. Развёл руки в стороны, напитал ладони силой Спящих и, под издаваемый "погремушкой" мелодичный шорох, сделал один хлопок.
  По комнате прокатилась волна света, отозвавшаяся в каждом выставленном предмете неожиданно приятым звоном. Но если обычные вещи быстро смолкали, то вырезанная из чёрного дерева уродливая фигурка какого-то божка из лайлатской пустыни мелодично звучала ещё целую минуту.
  - Наш-шшёл!!! - не сдержал радости наг и, словно атакующая кобра, метнулся к миниатюрному столику, где одиноко скучала статуэтка.
  По пути своротил какой-то ящик, опрокинул небольшой шкаф, но главу ковена не волновали такие мелочи. Наконец, вожделенная фигурка оказалась в его руках, и он яростно принялся терзать уродливую оболочку, добираясь до спрятанного внутри тайника. А в том, что тайник есть, он не сомневался ни капли.
  И оказался прав. Твёрдая как железо древесина наконец поддалась напору его когтей, треснула и распалась на несколько частей, открыв белую каменную сферу со всех сторон исписанную гимнами во славу Светлого Орриса. На вид сущая безделица, инертная к проявлениям Силы, но по какой-то причине, сжимая её в руке, наг ощущал необычайный душевный подъём и нечто близкое к экстатическому восторгу.
  - Вес-сстник будет доволен! - выдал змееног и решительно пополз к выходу...
  На этом месте фрагмент памяти нага закончился, и Рошаг вернулся к ощущениям собственного тела. Сознание с трудом освобождалось от липких тенет наведённых грёз, действующих на костяного дракона подобно наркотику. Чтобы прийти в себя, бывшему логу понадобилось несколько минут. И лишь когда разуму вернулась ясность и связность мыслей, Рошаг смог сосредоточиться на увиденном.
  - Говоришь, Вестник будет доволен? Что ж, буду... Ещё бы понять, что за артефакт ты нашёл. И какова природа наведённых им эффектов, - прохрипел дракон, сворачиваясь в клубок.
  В голове роились десятки и сотни мыслей. Слишком много непонятного связано с находкой нага, и странности не ограничиваются парой озвученных вопросов. Вот только разобраться со всем этим здесь и сейчас он точно не сможет. Придётся подождать, когда слуги доставят мархузову сферу к нему в Козьи горы.
  Пока же... пока надо передать ощущения от контакта с артефактом остальным главам ковенов. Нагу банально повезло - пусть другие не полагаются на удачу, а сразу настраивают поисковые амулеты на нужные параметры. Ну а затем следует сесть и хорошенько подумать: куда его заведёт эта и последующие находки. Потому как потом, Рошаг был совершенно в этом уверен, будет поздно...
  
  * * *
  
  Загородное поместье третьего секретаря главного городского смотрителя Семи Башен было построено в колониальном стиле, точнее, в том, что ныне принято было считать колониальным. Белый камень, толстые стены, широкие окна, прямоугольная крыша, у входа - колонны. Выглядело не особенно богато, но это только на взгляд Великого мага. Для простого смертного, полжизни проработавшего в скромной чиновничьей должности в столице Истинных магов, это была вопиющая роскошь. Не удивительно, что в конце концов хозяина дома поймали на взяточничестве и без лишней помпы повесили.
  Ситуация насквозь житейская, очевидная для любого... Если только не задумываться о том, что таких продажных чинуш половина гражданской администрации Нолда, но казнили именно этого. Бримс долго боролся с соблазном приказать своим людям достать дело проворовавшегося слуги народа из архива, но осторожность победила. На самом ведь деле не важно, случайно поместье осталось без хозяев или нет, главное, что под ним находится!
  Именно с такими мыслями Магистр Наказующих сначала распутывал паутину сторожевого заклятья на ставшем бесхозным доме, затем открывал магическими отмычками калитку и, наконец, утихомиривал хищные лианы в заброшенном саду. Сейчас был тот самый случай, когда причины не важны - важно следствие. Следствием же смерти чиновника стало появление глубоко под ним бункера льера Виттора.
  - Тьма, и за свою помощь Олег запросил какой-то несчастный костяной посох... - пробормотал льер Бримс, убедившись, что доступные ему сканирующие чары не обнаруживают под землёй на указанной Чимиром глубине никаких инородных объектов. - Обладатель уникального навыка попросил плату уровня чародея первого ранга, каких сотни! Не ценит Олег себя, совсем не ценит... - добавил он с усмешкой.
  Впрочем, мысль наградить молодого чародея сверх запрошенной платы в голову ему так и не пришла. И дело было вовсе не в какой-то скупости или нежелании баловать молодёжь, просто он был слишком сильно сосредоточен на предстоящем действе. При всём своём богатом жизненном опыте, имея на счету десятки убитых врагов, льер Бримс впервые столкнулся с ситуацией, когда ему приходилось готовить страховку на случай предательства некогда близких друзей и соратников. Впервые! И подобный выверт судьбы совсем не прибавлял ему хорошего настроения.
  Зло зыркнув по сторонам, Магистр встал поустойчивее, достал из воздуха посох из золота и гномьей голубой стали - после возвращения из лечебницы он наплевал на свою нелюбовь к личным артефактам, этим "костылям для недомагов", и теперь всюду таскал подходящую "игрушку" - и воткнул его в дёрн под ногами. Адепты Земли таким образом увеличивали свой контакт с родной Стихией, льер Бримс же просто хотел освободить руки. Сосредоточившись, он накрыл ладонями хрустальное навершие посоха и короткими импульсами Силы принялся формировать внутри него необходимое заклинание.
  Подвластные Магистру с рождения Огонь и Воздух создавали силовую основу чар, а освоенные много позже Земля и Вода увеличивали их проникающую способность. Жгучие ленты Тьмы укутывали плетение в отводящий взгляды кокон, крупицы доступного Света добавляли стойкости к вражеским противочарам, а закачанный посредством браслета Чтеца Астрала эфир стал связующим звеном для остальных элементов заклинания. Из рук Магистра выходил настоящий шедевр магического искусства. Предоставь он его формулу Совету Мастеров, и место среди Великих льеру Бримсу было бы обеспечено - если забыть, что соответствующее звание будущий гроза и ужас Нолда получил лет сто назад - и одновременно с этим данное плетение стало бы причиной заключения в темнице. Потому как Магистр Наказующих творил сейчас Запретную волшбу самой высокой пробы. Клейма негде ставить.
  А на закуску, словно Света и Тьмы было недостаточно, Бримс обратился к магии Крови и оцарапал ладонь об острую грань в навершии артефакта. Из открывшейся раны вытекла всего капелька крови, но её хватило, чтобы плетение запульсировало, "задышало" жизнью и полностью впиталось в колдовской инструмент.
  Льер Бримс отступил на пару шагов, встряхнул руками, устало повёл шеей и не без удовлетворения принялся наблюдать за посохом. Облик которого уже начал претерпевать сильные метаморфозы. Сначала он словно бы потёк и очень быстро оплыл, будто свеча, превратившись в неровный бугристый блин с вкраплениями осколков хрусталя. Однако в таком состоянии артефакт оставался недолго, и скоро сменил форму на немного вытянутое, светящееся внутренним светом яйцо. Которое пару мгновений покрасовалось перед своим создателем, а затем беззвучно скрылось под землёй, где невидимое для наблюдателей заскользило к секретному убежищу Архимага.
  - Что ж, надеюсь, ты мне никогда не понадобишься, - мрачно сказал льер Бримс напоследок и, не оглядываясь, развернулся к выходу.
  Хищные лианы за его спиной уже начинали шевелиться, и их ауры обещали "подчистить" магический фон. Хоть этим можно было не заморачиваться. Время слишком ценная штука, чтобы тратить его зря. Особенно если речь идёт о времени Магистра Наказующих Нолда в не самый лучший период его существования. Да, не самый лучший...
  
  Том первый
  
  ТЬМА ПРОТИВ ТЬМЫ
  
  ГЛАВА 1
  
  Всю свою жизнь Фердинанд - король Тлантоса, чёрный маг и некромант высшего ранга восхищался упорством и преданностью долгу многих поколений своих предков. Не важно, когда они жили: во времена полумифического Некронда, в эпоху Войны Звёзд, в пору противостояния с империей Заката или в период Войн Падения; главное, что они всегда думали о благополучии своей страны, своей Родины. Тысячелетия сменяли тысячелетия, возникали и разрушались империи, гремели мировые войны и исчезали с лица Торна народы, а их стараниями страна некромантов и чёрных магов продолжала существовать. Несмотря ни на что и вопреки всему!
  Да, ни Некронд, ни Тлантос никогда не играли в мире роль мирового надсмотрщика как Нолд и не лезли в чужую жизнь как Светлые эльфы, не захватывали полсвета как Закатная империя. Нельзя сказать, что не пытались сделать нечто подобное, но толка из этого никогда не выходило. Рано или поздно все усилия шли прахом, враги объединялись и громили обнаглевших чёрных, норовя выжечь источник тёмной "заразы"... Вот только проходило время, и выжившие наследники Некронда выходили из укрытий, схронов и потайных подземелий, чтобы вернуть своему ордену и государству былую силу. Предел живучести тех, кто на ты со смертью, превышает способности рядовых разумных!
  И в таких условиях маги и чародеи былых эпох ухитрялись думать о потомках, сохранять и преумножать для них всё то, что в будущем могло стать основой мощи Тлантоса. Перед одним таким запасником Фердинанд и стоял сейчас вместе со своей свитой, готовясь совершить то, на что не решались сотни и сотни могущественных колдунов до него.
  Старое кладбище в заброшенной лесной деревеньке не использовалось уже пару веков, и по всем канонам тёмной науки оно считалось полностью безопасным для живых. Чтобы поднять местных мертвецов требовались бы усилия десятка некромантов высших рангов и под сотню человеческих жертв. Да и что за неупокоенных они бы создали? Десятка полтора полудохлых зомби, три десятка скелетов - сущая ерунда в сравнении с затраченными силами. Ради такого даже стараться нет смысла.
  Это было очевидно всем, в том числе проверяющим из Объединённого Протектората, которые здесь никогда не появлялись. А зря... Потому как если заглянуть вниз, под покосившиеся надгробия и безымянные холмики, под настоящий саркофаг из толстого слоя гравия и глины, под мелкоячеистую сетку из лунного серебра и многоуровневую систему из отвращающих любую волшбу артефактов, на глубину в десяток саженей, можно обнаружить древнее захоронение тварей и монстров из эпохи Войны Звёзд. Кто они, как выглядели и откуда появились на Горхе, Фердинанд не имел ни малейшего понятия. Ему было достаточно знать, что когда они были живыми, с ними не решались связываться лучшие Погонщики Зверей Перворождённых, а после гибели не рискнули подарить нежизнь сильнейшие некроманты прошлого... Впрочем у последних хватило предусмотрительности не уничтожать останки жутких чудовищ, а сохранить их для более удачливых потомков. Да не просто сохранить, а создать условия, при которых древние костяки не растеряют ни капельки Силы...
  Из разрытой пустой могилы донёсся шорох и наружу выбрался перепачканный в земле Гржак. Могучий чёрный маг, наплевав на собственный статус, спускался по свежевыкопанному лазу к прикрывающему захоронение слою и лично творил необходимые чары Познания. И вот теперь спешил сообщить своему сюзерену добытые сведения.
  Уважая готовность Гржака послужить общему делу, Фердинанд отставил кружку с взваром, с которым он коротал время в ожидании новостей, и милостиво позволил подчинённому отряхнуться от грязи.
  - Ваше величество! Покой мёртвых не был нарушен, и они до сих пор ждут своего часа, чтобы вернуться в наш мир! - объявил Гржак не без торжественности в голосе.
  После того, как он стал свидетелем возрождения Черепа Некронда, и резко вырос в ранге чёрный маг преисполнился к королю и всем его деяниям неподдельного почтения. И теперь при каждом удобном случае норовил это подчеркнуть. Фердинанд такие приступы верноподданческого энтузиазма одобрял, но не забывал простую истину о том, что громче всех кричит здравницы тот, кто собирается воткнуть в спину нож.
   - Уверен? Или может мне отправить вниз кого-то из некромантов? Всё-таки работа с нежитью не совсем твой профиль... - вслух заметил Фердинанд, с трудом сдерживая усмешку.
  Упоминание, так нелюбимых им Повелителей мёртвых заставило Гржака едва заметно поморщиться. Как же, в его способностях усомнились и предложили заменить на труповодов!
  - Мой король, зато я прекрасно работаю с первозданной Силой. Покоящиеся там, - он показал себе под ноги, - источают Тьму. Причём Тьму голодную, жадную, ждущую шанса вырваться на свободу. Тьму, которая страшит меня столь же сильно, как какого-нибудь горожанина!
  - Ты даже не представляешь, как меня радуют твои слова! - Фердинанд растянул губы в хищной усмешке и неспеша поднялся с походного стулчика.
  Подскочивший слуга тут же подал ему соскользнувший с плечей плащ, но король лишь раздражённо отмахнулся. Сейчас наступал один из тех моментов, ради которых он учился, тренировался, терпел боль, преодолевал страх и ужас. Момент предвкушения будущего триумфа, момент проверки всех его способностей и вызов его мастерству. Потому как сейчас он собирался воззвать к существам, которые для знающих были страшнее самого Мрака. До бытовых ли мелочей ему сейчас?!
  Фердинанда так и подмывало выдернуть из держателя на поясе дремлющий в кровожадном ожидании Череп, но он сдержался. Его час наступит чуть позже, пока же предстояло поработать кое-кому другому. Король повернулся к некромантам из своей свиты и властно приказал:
  - Начинайте!
  В поездку к захоронению наследия предусмотрительных предков он взял с собой минимум сопровождающих. Сотня охраны, десяток магов Тьмы и столько же чародеев Смерти с их "питомцами". В число последних входили сильнейшие твари из тех, кого были способны создавать некроманты и химерологи Тлантоса: вампиры, упыри, Костяные Гончие, Тёмные Косари и Кровавые Молотобойцы. Никаких бестелесных гостей из Астрала и жадных до крови и душ выродков Нижних миров, только обладатели истинной физической мощи и силы. К чему такая разборчивость? А хотя бы на случай ситуаций, подобных нынешней.
  Повелители Смерти исполнили волю своего короля с должной поспешностью. Не прошло и минуты, как подчинённая им нежить разделилась на шесть групп и начала вгрызаться в землю в заранее намеченных точках. Монстры отшвыривали точно пушинки каменные плиты и выворачивали на первый взгляд неподъёмные валуны, они зарывались вглубь со скоростью нескольких бригад землекопов и даже не думали выказывать признаки усталости. Несколько адептов Земли справились бы не хуже, но в каждом направлении магии свои подходы к решению сложных задач.
   Наконец, от каждой из групп копателей, точнее от руководивших процессом некромантов, пришли сообщения о том, что нежить добралась до шести базальтовых восьмигранников, размещённых по границам глиняного саркофага. Все каменные блоки находились именно на тех местах, где им полагалось находиться по замыслу древних создателей захоронения. И это означало, что сложный магический замок на шкатулке Кали, в который собирался забраться Фердинанд, всё ещё работал.
  - Мой черёд, да? - усмехнулся король, глядя на Гржака.
  И едва дождавшись, когда рукотворные монстры покинут раскоп, вытянул Великий артефакт из петли на поясе. Дремавший до сего момента скипетр моментально сбросил сонную хмарь. В глазницах Черепа зажглись хищные огоньки, а все собравшиеся на заброшенном кладбище люди ощутили на плечах незримую тяжесть, а в их ушах зазвучал шёпот тысяч голосов. Шёпот, способный ввергнуть в безумие слабых духом и просто нестойких к внешнему влиянию. Впрочем, в окружении короля таких не было: слабые в Белой Пирамиде не выживали.
  Сам Фердинанд не испытывал ничего кроме восторга от обладания той Силой, что давал ему укрощённый артефакт. Неуча и слабосилка Череп Некронда выпил бы несмотря ни на какие ритуалы и кровавые инициации - как и любой другой сопоставимый по могуществу артефакт - а вот мага высшего ранга он одаривал поистине запредельной властью. И это дарило такие эмоции, какие Фердинанд не испытывал даже в постели ни с одной из своих любовниц.
  Позволив себе пару мгновений насладиться новыми ощущениями, король сосредоточился и словно бы отстранился от всего животного, всего того, что мешает разуму верно мыслить и принимать правильные решения. После чего потянулся сознанием к артефакту. Пришла пора работать.
  Сконцентрировавшись на точке над центром разорённого кладбища, Фердинанд направил в неё Силу Черепа. В воздухе моментально возник небольшой чёрный пульсар, не излучающий, а поглощающий свет. С каждой секундой он рос всё больше и больше, пока не стал диаметром в сажень или полторы. Только тогда сфера прекратила увеличиваться. И повисев в таком виде секунд пять, одним махом сжалась до первоначального размера.
  Своими обострёнными до предела чувствами Фердинанд ощутил восхищение и потрясение колдунов из свиты. Никто, ни один из них не мог добиться подобной плотности энергии Мрака в одной точке. Никогда и ни при каких условиях! И это было ещё одной проверкой предков уровня способностей потомков. Последний уровень защиты для самоуверенных глупцов, дерзнувших замахнуться на невозможное.
  И Фердинанд его прошёл.
  Решительно взмахнув жезлом, король Тлантоса заставил пульсар распасться на шесть фрагментов, которые чёрными ручьями пролились в разрытые нежитью восьмигранники. Камни стремительно наполнились Силой. И едва последняя капля энергии Мрака упала в базальтовый накопитель, как блоки мелко завибрировали, порождая дрожь земли под ногами. Обычным зрением большую часть происходящего не было видно, однако все присутствующие чародеи могли наблюдать, как из шести многогранников побежали дорожки магии, формируя дуги, хорды и ломаные, выстраивая сложную колдовскую фигуру. Гигантский чертёж, накрывавший весь саркофаг, был выполнен в той манере, в которой ныне не работал ни один современный Фердинанду маг. Даже король Западного Кайена, этот выскочка, требующий называть себя Владыкой, и тот по слухам создавал плетения совершенно другого типа.
  В другое время Фердинанд многое бы отдал за то, чтобы хорошенько изучить волшбу далёких предков, но, увы, сейчас перед ним стояла другая задача. Гораздо более важная и... грандиозная.
  Едва чертёж был закончен, и кладбищенская земля задышала первородной Тьмой, пришёл черёд финального штриха в обряде. Король прикрыл глаза, разместил рисунок перед внутренним зрением, погрузил навершие Черепа Некронда в его центр и повернул артефакт точно ключ. Впрочем, ключом он и являлся.
  Магический рисунок в то же мгновение сжался в точку, и древний замок открылся.
  С грохотом и рёвом земная твердь пришла в движение, начав закручиваться по спирали, словно гигантская воронка. Люди поспешно начали отступать подальше от начавшегося локального катаклизма, но дальше пределов кладбища он не распространялся. Мархуз знает, куда девались почва, камни и глина, но очень скоро перед всеми присутствующими открылся огромный котлован, на дне которого обнажились остовы трёх гигантских чудовищ. Их скелеты за прошедшие тысячелетия не рассыпались на части и не потеряли ни единой косточки, а щитки грязно-серой брони до сих пор повторяли форму некогда могучих тел. Но главное не физическая сила, главное та энергия Смерти и жажда крови, которую продолжали излучать проклятые Кали твари. Гржак был прав - Тьмы в этих титанах было столько, что её хватило бы на уничтожение иного города со всеми его обитателями.
  Раньше самыми опасными монстрами на Торне Фердинанд считал драконов и Большого Илима. Да и не мудрено, сложно найти столь же здоровенных, грозных и смертоносных, впечатляющих одним своим обликом... Но на фоне древних тварей меркли даже они.
  Откопанная троица, это наследие седой старины, при жизни больше всего походили на огромных бронированных то ли саблезубых когтистых жаб, то ли не менее саблезубых и когтистых рольтов, а может и на тех, и на других одновременно. Причём действительно огромных: в холке они достигали высоты трёхэтажного дома, а размах гипертрофированных передних конечностей был сравним с размахом крыльев легендарного дракона-лога.
  Полюбовавшись заготовками под своих будущих слуг - а король Тлантоса отказывался воспринимать чудовищ как-то иначе - Фердинанд поднял над головой Череп Некронда и принялся нараспев читать простейшую формулу призыва нежити. Простейшую, но не значит слабую. Выверенные формулировки старого как мир заклинания опутывали любого мертвяка крепчайшими узами, делая невозможным любую попытку неповиновения или бунта. Платой за надёжность всегда были чудовищные траты Силы и запредельные требования по контролю, что серьёзно ограничивало использование данных чар для поднятия по-настоящему могучих существ. До чего дошло, некоторые некроманты начали считать заклинание школярским, игрушкой для начинающих адептов! Но Фердинанд знал истинные возможности данной формулы, а владея Великим артефактом, рассчитывал полностью раскрыть его потенциал.
  И не ошибся.
  Новая плоть на старые кости начала нарастать с лавинообразной скоростью, словно заклинанием пытались поднять обычного мертвяка да вбухали в него чересчур много Силы. Мышцы, жилы, внутренние органы, кожа, даже шерсть - они появлялись будто из воздуха, возвращая монстрам былой облик. Чары вытягивали из Черепа энергию с жадностью оголодавшего вампира, дорвавшегося до крови. Фердинанд даже начал беспокоиться, что что-то пошло не так, но через несколько минут всё закончилось. Тела приобрели законченный вид, и последний импульс магии вдохнул в них подобие жизни.
  Один из ужасов прошлого вернулся на Торн. Древние бег'хеме'оот восстали из мёртвых!
  Подсознательно Фердинанд ожидал, что финальная стадия поднятия чудовищ завершится какой-нибудь демонстрацией животной мощи, вроде истошного рёва, угрожающих поз, магических выбросов, призванной заявить право нечисти на видимый мир вокруг, но реальность оказалась несколько иной. Все три твари оказались гораздо разумнее, чем можно было подумать. Вроде бы только-только разлепили глаза, вдохнули наполненный запахами жизни воздух, вновь ощутили под лапами твердь, как через мгновение они уже знали, кто повинен в их возвращении в реальный мир, договорились о совместной атаке и ударили всей своей первозданной мощью.
  Никто толком и среагировать не успел, как волна Мёртвой Зыби прокатилась по дну котлована, перемахнула через край и захлестнула тлантосцев. Впрочем, если твари собирались нанести людям урон, то они явно выбрали не тот вариант чар. Большей глупости, чем бить солдат и магов Тлантоса заклинаниями из разделов Тьмы, было сложно придумать. Что до Фердинанда, то его больше заставил напрячься сам факт атаки: он ждал подчинения и покорности, но никак не приглашения подраться. И, наверное, именно поэтому едва не прозевал тот момент, когда бег'хеме'оот пошли в рукопашную. Все три бронированные туши внезапно с поразительной ловкостью взмыли в воздух и тяжело приземлились в десятке саженей от короля, попутно поливая всё вокруг потоками яда из раззявленный глоток.
  Чувствуя, как трещит под напором жидкой отравы персональный щит, слыша, как натужно матерятся ближайшие к нему маги во главе с Гржаком, спешно возводящие вокруг своего господина бастионы новых чар, Фердинанд яростно оскалился и указал Великим артефактом на дерзкую нечисть.
  - Отрыжка Орриса, да как вы посмели?! - заорал он, надсаживаясь.
  И направил через жезл всё своё недовольство. Череп повторил его ухмылку, кровожадно клацнул зубами и исторг три силовых жгута, захлестнувшие глотки нежити. Вряд ли из попытки задушить немёртвых мог выйти какой-то толк, однако бег'хеме'оот чары наследия Некронда почему-то впечатлили. Впервые за всё время дико заревев, от чего посуда на столике неподалёку от Фердинанда со звоном полопалась, троица монстров рванула к королю. Точнее, попыталась рвануться. Их мышцы вздулись как канаты, шерсть вздыбилась, передние лапы заскребли с силой табуна лошадей, а аура наполнилась запредельной мощью, но всё бестолку - ни один из них не смог продвинуться ни на пядь. Порождённые Черепом Некронда управляющие жгуты держали монстров крепче цепей.
  Во время особенно могучих рывков Фердинанду, правда, казалось, что ещё немного, и жезл вырвется у него из рук, но обошлось. На этом фоне скоординированный удар концентрированной жутью, призванный размазать короля Тлантоса по лесу, показался комариным укусом, от которого он попросту отмахнулся Черепом.
  - Нарекаю вас Первым, Вторым и Третьим! Падите ниц пред своим господином, дети Мрака! - возвестил Фердинанд с злобной радостью и наложил на пленников формулу подчинения.
  На этот раз всё сработало без сюрпризов. Три заклинания стремительно влились в ауры нежити, оплетя энергетические центры и сковав разумы императивами поведения. И едва силовые жгуты опали, бронированные туши рухнули на землю.
  - Поздравляю ваше величество с очередной блестящей победой! - с поклоном сказал Гржак, опередив в этом остальных членов свиты. И, покосившись на бег'хеме'оот, добавил: - Верю, что впереди их будет ещё больше.
   - Что, ждёшь приказа готовиться к войне с Нолдом? Хочешь отомстить за Гиркал? - не отрывая взгляда от возвышающихся перед ним чудовищ, спросил Фердинанд.
  На что Гржак тихонько вздохнул и осторожно заметил:
  - Было бы неплохо, но... разве после всей этой феерии с выбросами энергии Тьмы и появлением трёх уникальных тварей, у нас есть альтернатива противостоянию с государством Истинных? Такое нельзя не заметить. Как бы Нолд не нагрянул с новым визитом... как в Гиркале.
  - Истинным сейчас не до слежения за нарушениями правил, им бы от собственной грязи отмыться... Поэтому о "визитах" пока можно забыть, - сообщил Фердинанд равнодушно. - Что до нас... По одному желанию армию через океан не перебросишь, тут даже Череп Некронда не помощник. Так что к ним сейчас заглянуть, увы, не получится... - Тут король мрачно ухмыльнулся. - Но как сам понимаешь, у нас под боком есть другой враг, который уже заждался в гости тлантосских солдат.
  Глаза Гржака вспыхнули.
  - МЛ'леур?! - выдохнул он, похоже боясь обмануться.
  И Фердинанд успокаивающе кивнул.
  - Пора выгнать длинноухих с земли наших предков. Что-то они загостились!..
  
  * * *
  
  Подготовку к полномасштабной войне Тлантос вёл уже давно, с того самого дня, как Чашу накрыла каменная плита, и особый ритуал запустил процесс создания Черепа Некронда. Проводились учения, в армию шли поставки новых амулетов, некроманты тайно готовили запасники с ожидающей приказа нежитью, демонологии налаживали контакты с представителями иных планов, а химерологи подгадывали циклы роста своих питомцев к назначенному королём сроку. Все ждали войны, но никто не верил в её начало. Слишком затянулся период мира, слишком многое позволялось Объединённому Протекторату, чтобы кто-то всерьёз поверил в саму возможность того, что король рискнёт пойти против воли мировых надсмотрщиков. И даже постоянные пограничные стычки с МЛ'леур на настроения в стране почти не влияли. Тлантосцы привыкли терпеть национальное унижение, ненавидеть своих угнетателей как из стана людей, так и из стана Длинноухих, и слепо ждать лучших времён, идя по стопам предков. Разгром Гиркала всех лишь укрепил во мнении, что грядущие кровавые битвы - это фикция, страшилка для "цивилизованных" хозяев Торна, призванная помочь добиться лишних преференций в каких-нибудь переговорах.
   Однако, Фердинанд будущее Тлантоса видел совершенно иным, и готовился к настоящей войне. К той войне, которую в иных мирах принято называть войной на уничтожение. Владеть Черепом Некронда и не попробовать решить многовековую проблему соседства с исконными врагами своих подданных, король просто не мог.
  И пусть тёмные эльфы наверняка понимали, кто наиболее вероятный кандидат для нападения создаваемой армии, это никак не могло повлиять не неизбежность будущего конфликта. Тлантос приближался к пику своей силы, и пропустить такой шанс было бы преступлением перед предками. Именно поэтому легионеры покидали привычные казармы и собирались в полевых лагерях вдоль северной границы, на дорогах появились многочисленные обозы, перевозящие разобранные боевые машины и полковую артиллерию, маги освежали в памяти боевые заклятия и отправлялись в места дислокации своих подразделений, а погонщики перегоняли монстров и чудовищ на новые лежбища.
  Столь масштабные перемещения войск буквально вопили о близости сроков начала войны, и разведке МЛ'леур оставалось лишь гадать о направлении главного удара. Чтобы облегчить им работу Фердинанд даже направил Первого и Второго в две крепостицы на северо-западе, и, судя по докладам пограничников, бег'хеме'оот таки заставил Тёмных начать перегруппировку войск.
  Вот только не чудовища были теперь главной силой Тлантоса. И стратегия противостояния с МЛ'леур была несколько сложнее, чем банальное наступление гигантскими армиями. То, что задумал Фердинанд, больше пристало самим эльфам Ночи, чем их смертным соседям. Но кто сказал, будто нельзя учиться у злейших врагов?
  Король Тлантоса в сопровождении Третьего, трёхсот солдат, полусотни магов и обоза с только-только прибывшими от кланов Орлиной гряды големами - о том, чего стоило выкупить боевые механизмы у коротышек даже вспоминать не хотелось - пересёк границу с лесом ночных эльфов на северо-западе страны, почти у самого побережья Тёмного океана. Приложив максимум усилий для того, чтобы ни одна из сторожевых систем МЛ'леур не сообщила своим создателям о наглых нарушителях, благо последняя модификация Вуали Тьмы, завязанная на Силу Черепа Некронда, позволяла и не такое. И раз на тлантосцев никто не спешил нападать, им это удалось.
  На случай неудачи, с моря отряд был готов поддержать огнём единственный уцелевший броненосец гномьей постройки, но это был именно что крайний случсай. Исход предстоящей операции целиком зависел от действий на суше, вмешательство флота означало крах всех планов, и думать о таком никому не хотелось.
  - Мой король, мы на месте! Святилище МЛ'леур вон за тем холмом, - доложил вернувшийся из разведки Гржак, едва отряд после изнурительного марша спустился в небольшую балку и встал на отдых.
  В этой вылазке, призванной заложить первый камень в фундамент будущей победы над Длинноухими, Фердинанда сопровождали лучшие бойцы и чародеи, и высокоранговые колдуны в роли простых лазутчиков уже никого не удивляли.
  - Охрана? - уточнил король, устало поводя плечами.
  Основная нагрузка по поддержки Вуали лежала на Великом артефакте, однако Фердинанд всё равно чувствовал себя как раздавленный друлл.
  - Как обычно, два десятка служителей и сотня гвардейцев, - пожал плечами Гржак.
  Фердинанд вздохнул и придирчиво проверил, насколько хорошо прикрывают чары его солдат, особое внимание уделив бег'хем'оот.
  - А ещё прорва механических и колдовских ловушек и располагающийся совсем рядом выход с Лесных троп... - скривился он.
  - Было бы странно ожидать, ваше величество что МЛ'леур оставят вблизи от наших границ без защиты источник Силы, да ещё такой молодой, - заметил Гржак.
  Фердинанд на это лишь кивнул. Действительно, было бы странно... Не секрет, что эльфы платят за своё могущество и бессмертие зависимостью от источников магии. Светлые для этого высаживают меллорны, Тёмные же строят особого рода сооружения, привязанные к тем или иным Стихиям. И ждут, ждут столетиями, когда чародейский механизм заработает на полную мощь, даруя хозяевам океаны энергии. Именно с появлением новых источников связано расширение границ эльфийских лесов, всплески рождаемости и прорывы в колдовской науке Длинноухих.
  Данный конкретный канал в мир чистой Силы появился на границе с Тлантосом сотню лет назад и пока не успел должным образом окрепнуть. Ещё пара веков, и северные провинции государства некромантов начали бы поглощать джунгли, а в небольших и безопасных рощицах открылись бы Лесные тропы... Однако пока источник был слаб и уязвим для вмешательств вражеских чародеев, чем Фердинанд и планировал воспользоваться.
  - Ладно, работаем по плану, - объявил он. - Начали!
  Наступал ключевой момент задуманной операции. И именно сейчас должно было решиться: окажется ли источник Силы МЛ'леур в руках короля Тлантоса или ему придётся постыдно отступить, так и не попробовав откусить этот манящий кусок...
  Главная сложность атаки на святилище с источником крылась в поясе ловушек, призванных задержать или вовсе уничтожить любого врага, покусившегося на святыню Тёмных. И пройти его мог лишь МЛ'леур - маги эльфов Ночи слишком ценили жизни своих сородичей, чтобы создавать более избирательную защиту. Светлых и прочих разумных колдовские капканы остановят, а со своими и охрана разберётся.
  И вот теперь этой уязвимостью планировал воспользоваться Фердинанд. В Тлантосе за время противостояния с МЛ'леур появилось немало полукровок, и, что характерно, к своим длинноухим родителям они совершенно не пылали любовью. Если же добавить к этому особую обработку королевскими магами-менталистами, то нет ничего удивительного в том, что король смог привлечь к себе на службу десятки фанатиков, жаждущих положить жизни на алтарь войны с бессмертными кровными родственниками.
  Пока Фердинанд предавался размышлениям, обслуга уже распаковала ящики с лишёнными движителей гномьими големами, маги Тьмы закончили чертить фигуры-ограничители, а маги Смерти раздали одурманенным полукровкам последние порции дурманящего зелья и с оголёнными хх'рагисами встали рядом.
  Солировал в обряде Гржак. Доказывая, что он не зря получил свой ранг, демонолог принялся мастерски создавать плетение, призванное связать души полукровок с мёртвым железом. Его поддерживали другие адепты Тьмы, гася остаточные эманации чар, и некроманты, дополняющие сложное заклинание элементами на базе Смерти. Общая конструкция получалась тяжеловесной на вид, но надёжной и устойчивой к внешним воздействиям. Когда же фанатики тихо забормотали гимны во славу вечного Тлантоса и проклятия его врагам, творение Гржака мгновенно отозвалось на их эмоции и присосалось точно пиявка к аурам. Сначала к внешнему контуру, а затем погружаясь всё глубже и глубже, к самому ядру личности.
  Конечности големов, похожих на многоруких, иногда многогоногих, приземистых рыцарей, вооружённых огромными секирами, дрогнули, но до полноценного оживления было ещё далеко. В этот момент к обряду подключился Фердинанд, начав вливать в плетение потребную Силу и с помощью Черепа буквально вколачивать необходимые опорные точки, якоря и скрепы в металлические тела. Всех механических воинов охватила мелкая дрожь, повторяя те конвульсии, что били полукровок, заклинание же Гржака окончательно превратилось даже не в пиявку, а в перекачивающего жизненную силу гигантского спрута.
  Так продолжалось десяток-другой секунд, пока не наступил миг, очевидный каждому магу, когда в ритуале следовало ставить точку, миг, когда любое промедление могло не усилить големов, а только лишь ослабить. Некроманты, словно куклы на верёвочках, синхронно взмахнули хх'рагисами, и жизни фанатиков оборвались. Плетение Гржака последний раз сыто содрогнулось, поглощая посмертный выброс жизненной энергии, и распалось на несколько дымчато-серых лент, втянувшихся в грудину каждому голему.
  - Сделано! - выдохнул Гржак, устало опустив руки и не без гордости покосившись на короля.
  Ему вторили остальные чародеи, для которых данный обряд не был особо сложным, но утомительным чисто физически. Только Фердинанд не испытывал никакой слабости, хотя именно на нём лежала энергетическое наполнение движителей механических солдат. Великий артефакт подпитывал своего создателя лучше любого накопителя или восстанавливающего ритуала.
  Наконец, Фердинанд перевёл взгляд на големов и удовлетворённо засмеялся. Рождённые в подгорных кузнях механизмы перестали напоминать металлические статуи и теперь буквально дышали жизнью. Грозной, призванной нести в мир одну только гибель, но жизнью. В прорезях шлемов горели кроваво-красные огоньки, статичные позы теперь смахивали на боевые стойки, а по определению неживые тела закутались в тёмную ауру. В общем-то ничем не примечательные механические бойцы, по большинству параметров уступающие творениям нолдских артефакторов - чего бы там при этом не думали сами коротышки - превратились в нечто пугающее, демоноподобное. У короля Тлантоса даже мелькнуло сожаление, что они не вселили в големов вместо полукровок настоящих обитателей иных планов.
  - Не нужны вы были бы именно в таком виде, каких воинов из вас можно было бы сделать... - не выдержал он. - А если бы гномы не пожадничали и вместо тридцати выслали бы пятьдесят машин, как я предлагал, то таким отрядом можно было бы крепости брать и небольшие города захватывать!
  Ещё раз покачав головой и очистив разум от лишних мыслей, правитель Тлантоса вернул жезл на пояс и знаками приказал Гржаку, чтобы тот принимал командование на себя. Всё-таки приведённых в земли МЛ'леур сил достаточно для штурма и гораздо более защищённых мест, чем это мархузово святилище, а значит, участие короля в бою точно не требуется... Тем более, что ему и так есть чем заняться: ведь без Великого артефакта Лесные тропы не закрыть.
  ...Как и предполагалось по плану, на заполненное колдовскими западнями и капканами поле первыми вышли големы. Тёмная ночь и Вуаль Тьмы вместе полностью скрыли их от взглядов наблюдателей, и механические воины, выстроившись клином и не разбирая дороги, направились прямиком в сторону святилища. Благодаря магии металлические ноги беззвучно шагали по земле, и, что самое главное, ни одна из ловушек не сработала. Чародеи Фердинанда не ошиблись, и големы, с вселёнными в них душами полукровок, воспринимались магией МЛ'леур как полноценные эльфы Ночи. Даже когда идущие в последнем ряду машины принялись уничтожать специально подготовленными инструментами обнаруженные сюрпризы от Тёмных, расчищая безопасный проход, сторожевая сеть всё равно осталась безучастной.
  Губы короля сами собой растянулись в торжествующей усмешке, а краем глаза он заметил такие же усмешки на лицах Гржака и прочих чародеев. Получилось, клянусь Древними, получилось!!
  Тем временем отряд големов уже почти вплотную приблизился к святилищу, на расчищенную ими тропу выскочил Третий, и Гржак приготовился вслед за ним вывести магов и воинов Тлантоса. И именно в этот момент МЛ'леур заметили неладное. Над центром святилища вспыхнул рукотворный тасс, заливший всё вокруг колдовским светом и разорвавший в клочья Вуаль Тьмы, а на пути големов выстроилась цепочка длинноухих бойцов. Навстречу механическим воинам полетели пульсары, стрелы Эльронда и Копья Воды, потянулись Лучи Силы. Одушевлённые машины мгновенно окутались сферами Щитов и ответили молниями, кислотными снарядами и выстрелами из наплечных метателей.
  Таиться больше не имело смысла. Фердинанд опять взялся за жезл и выстрелил в небо заранее заготовленным плетением, которое моментально развернулось в гигантскую, в несколько вёрст диаметром, паутину, накрывшую источник магии МЛ'леур и его окрестности пеленой искажений. Теперь если расчёты верны, то в ближайший час-полтора эльфы Ночи не смогут не только обратиться за помощью, но и открыть Лесные тропы.
  Сразу же возникло ощущение, что тонкие планы от реального мира отделило нечто вроде гигантской подушки. На обычные чары подобное не действовало, а вот чтобы пробиться в Астрал теперь требовался особый талант и недюжинные усилия. И если среди охраны святилища нет варрека, то о внезапном появлении здесь элитных бойцов МЛ'леур можно не волноваться...
  Словно в насмешку над подобными мыслями, немного расслабившегося Фердинанда тряхнул магический разряд - отголоски того удара, который нанёс по астральному барьеру неизвестный враг. Если бы король Тлантоса создавал глушащее МЛ'леур плетение без поддержки Великого артефакта, то на этом его история бы и закончилась: большую часть вражеской волшбы принял на себя жезл. И от понимания данного факта Фердинанд пришёл в неприкрытую ярость.
  - Кто это у нас тут такой шустрый?! - прорычал он, закрывая глаза и мысленно сосредотачиваясь на навершии Черепа Некронда.
  Впрочем, вопрос был риторический. У эльфов Ночи есть только одна категория магов, столь одарённых, умелых и могучих, что их уместно сравнивать даже не с Истинными Нолда, а с легендарными Древними.
  Проклятый варрек, чего ты здесь забыл-то?! Так и подмывало шарахнуть по позиции врага каким-нибудь площадным заклинанием, вроде Проклятия Кали или Гнева Орриса, но останавливало опасение ненароком повредить источник Силы... Что ж, значит, придётся сыграть на поле Тёмного.
  Внимание невесомо скользило по сетке развёрнутого заклинания, ища следы воздействия неизвестного чародея. Удар сердца, ещё один... Попался! Перед внутренним взором Фердинанда возникло стремительно истаивающее облачко энергии, освободившейся после распада вражеского заклинания. Так и напрашивалась идея пройтись по силовому каналу до самого варрека, благо Череп позволял и не такое, но король решил поступить хитрее. Зацепив ошивающуюся в соседнем слое Астрала примитивную сущность, он придал ей свой облик, накинул ложную ауру, и уже эту обманку поместил в устье чужого энергоканала.
  Проигнорировать такое не смог бы ни один сведущий чародей. Да и как иначе, если враг сам подставляется под твою волшбу, даже заклинание создавать не надо, достаточно атаковать сырой Силой, и она сама примет какую-нибудь разрушительную форму. Варрек не стал исключением, и обманка Фердинанда в ту же секунду исчезла во вспышке огненного проклятья.
  Только порадоваться успеху он не успел. Хитрость позволила королю Тлантоса точно определить местоположение противника и накрыть его Тёмной Вьюгой. И если обычный вариант данного заклинания просто снёс бы защиту варрека, то при поддержке всей мощи Черепа Некронда, оно в клочья разорвало душу и тело чародея МЛ'леур.
  - Это было до обидного легко! - фыркнул Фердинанд, прерывая транс и открывая глаза.
  Победа над варреком его взбодрила и подняла настроение. Отпали последние сомнения в способности захватить источник...
  Пока он сражался в дуэли, на поле боя произошли некоторые изменения. Големы, невзирая на сопротивление МЛ'леур, полностью пересекли поле с ловушками и схватились с Тёмными в рукопашную у самого святилища. На этом, правда, их успехи закончились. Оплавленные остовы четырёх машин остались на поле, а ещё две, разорванных взрывом на части, валялись уже непосредственно на площадке перед входом. Потери МЛ'леур оценить никак не получалось, но судя по тому, как интенсивно они обстреливали механических воинов из артефактных луков и забрасывали заклинаниями, были они небольшими.
  Неожиданный сюрприз принёс Третий. По непонятной причине восставшая из глубины веков тварь вместо того, чтобы наброситься на врага, замерла в десяти саженях от места битвы и, натужно ревя, пыталась продавить невидимую преграду. И вот ведь какое дело: природу этой самой преграды понять никак не получалось, потому как колдовское зрение Фердинанда её попросту не видело. Похоже, что за прошедшие с момента гибели последнего бег'хем'оот тысячелетия, МЛ'леур ничего не забыли, и всё так же продолжали закладывать защиту от древних врагов во все важные постройки.
  - Дерьмо тарка, куда Гржак смотрит?! - выкрикнул король, бешено раздувая ноздри. - Мне что, снова придётся в бой лезть?!
  Однако, как скоро выяснилось, на демонолога он ругался зря. Тот своё дело знал, и безучастно наблюдать за тем, как буксует прекрасно продуманный план штурма, не собирался. Пока големы связывали боем МЛ'леур, он за спиной Третьего и под прикрытием "коробочки" из обычных солдат сформировал из магов Средний Круг и принялся спешно прощупывать подступы к святилищу чарами Познания.
  Но всё требовало времени. И прежде, чем удалось найти причину загадочного поведения бег'хем'оот, они потеряли ещё троих големов. И тот факт, что на глазах у Фердинанда сразу десяток эльфов Ночи погиб от секир и чародейских ударов, совсем не радовал.
  Наконец, со стороны тлантосских магов в сторону входа в святилище протянулся луч заклинания, необычного серо-розового оттенка, и колдовское чутьё короля позволило ощутить, как пространство сначала содрогнулось, затем, неуловимо изменилось, и... битва превратилась в избиение.
  Едва осознав исчезновение мешающей ему преграды, Третий победно заревел и рванул навстречу МЛ'леур. По пути стоптав двух големов, монстр принялся уничтожать грозных эльфов Ночи, словно мархуз диких шуш. Одного за другим, используя для этого весь арсенал доступных ему средств - начиная от зубов с когтями и заканчивая ударами дикой магии. Он словно доказывал всем и вся, что не зря когда-то считался грозой Горха. Будь здесь варрек, да не один, а в компании нескольких своих коллег, Длинноухие быть может что-то и смогли противопоставить бег'хем'оот, но Идущих путём Древних среди охраны не осталось. И очень скоро источник Силы остался беззащитен.
  Пока Третий терзал тела эльфов, уцелевшие големы не спеша взяли в кольцо захваченную святыню Тёмных эльфов, а маги под прикрытием солдат принялись проверять располагающиеся рядом казармы и административные здания. Внутрь святилища - выглядевшего как большого размера купол из белого камня, опирающийся кольцо из стен - никто не заходил. То было право короля, и только его одного!
  - Ваше величество, святилище Длинноухих захвачено! - С этими словами встретил правителя Тлантоса Гржак, едва король приблизился к входу. - Источник ждёт вас.
  Как-то реагировать на сказанное Фердинанд не захотел и молча проследовал внутрь строения. Позже он найдёт как выразить своё неудовольствие потерявшему стольких големов и поздно взломавшему защиту демонологу - и плевать, что он сам на его месте не смог бы действовать лучше - но пока им следовало закончить главное дело. Тем более, что короля не оставляло ощущение, что МЛ'леур заподозрили неладное и уже начали прощупывать его астральный барьер...
   В святилище оказалось неожиданно светло и красиво. Главный и единственный зал, благодаря хитрой системе зеркал, словно купался в лучах тасса, а полированный белый мрамор, пошедший на отделку внутреннего убранства, лишь усиливал этот эффект. Фердинанду даже показалось на миг, что он вернулся в Пирамиду Талака - белое сердце своего тёмного королевства. Похоже МЛ'леур тоже обожали нарушать рамки и правила, куда их загоняла чужая молва.
  Впрочем, такие мысли ничуть не помешали королю найти взглядом в центре зала бассейн с водой - святилище как оказалось было посвящено Стихии Воды - и по-хозяйски зашагать в его сторону.
  Издали бассейн воспринимался как деталь интерьера, но чем ближе Фердинанд оказывался, тем сильнее ощущалась чужая холодная и сырая Сила. Обычным зрением он всё так же видел неглубокую чашу с прозрачной водой и бортиком по колено, но перед внутренним оком раскрывалась совсем иная картина. Где в центре зала бил фонтан энергии, а та утекла по иномирным каналам и акведукам куда-то в центр страны эльфов Ночи. И почему-то не проходила уверенность, что Фердинанд стоит не в каменном здании, а в диком лесу на берегу тихого омута, который манит и манит нырнуть в самую глубину...
  Стряхнув наваждение, навеянное близостью к источнику Силы, Фердинанд сделал последний решительный шаг и погрузил навершие Черепа Некронда в воду. Остальное Великий артефакт сделал сам. Король физически ощутил, как вытекает из жезла тёмная энергия, как в уязвимое к внешнему воздействию сердце источника проникает скверна злых и коварных чар... Наверное, Фердинанд всё-таки впал в некое подобие транса, потому как спустя некоторое время вдруг понял, что жезл давно уже не исторгает никакую волшбу, а он сам просто смотрит остановившимся взглядом в точку у себя под ногами.
  - Получилось! - вдруг услышал Фердинанд потрясённое.
  И окончательно очнувшись, огляделся.
  Что ж, Гржак не ошибся, и у него действительно получилось. Молодой источник Силы МЛ'леур принял волшбу Великого артефакта и начал перерождаться в нечто иное, чуждое не только для эльфов Ночи, но и для их подлой магии. И если в энергетическом плане начавшиеся процессы так просто было не описать, то внешне всё выглядело достаточно ясно и понятно. Камень бассейна трескался и крошился, вода же темнела и затягивалась грязно-зелёной плёнкой, превращаясь то ли в подобие заросшего пруда, то ли в маленькое болото. А над самой его поверхностью медленно, но неотвратимо разгоралось Пламя Скверны.
  То, ради чего была затеяна вся эта операция, случилось. В единой сети из силовых линий МЛ'леур, пронизывающей всю их страну, возникло нечто вроде разрыва в Нижние миры, откуда теперь ежесекундно выбрасывались потоки заразы. И если дать время, то перерождённый источник всё дальше и дальше начнёт распространять своё влияние, разрушая Лесные пути, отравляя поганые джунгли и вызывая болезни у самих эльфов Ночи.
  Диверсия Тлантоса грозила государству Длинноухих столь серьёзными последствиями, что не все из них можно было даже предсказать, а потому Фердинанд не сомневался: МЛ'леур не оставят новую угрозу без внимания и выделят для возвращения источника немалые силы. Что, в свою очередь, обещало ослабить линию фронта... В общем, как ни крути, а Тлантос в любом случае оставался в выигрыше. Ну а чтобы окончательно закрепить успех, король собирался оставить для Перворождённых ублюдков сюрприз. Бег'хем'оот в роли хранителя источника их точно порадует...
  И Фердинанд, не удержавшись, многообещающе захохотал.
  
  ГЛАВА 2
  
  К'ирсан Кайфат, король Западного Кайена, Зарока и Саурмы, маг и воин, сидел на вершине того самого холма, где относительно недавно дал бой драконам, смотрел на Старый Гиварт и предавался чёрной меланхолии.
  Такие моменты бывают у всех, даже у самых сильных, не страшащихся никаких жизненных невзгод. Причём случаются они совершенно неожиданно. Вроде бы только что ты смело смотрел в будущее, боролся, сражался, преодолевал и превозмогал, не позволял себе ни минуты отдыха, а потом вдруг раз, и достиг какой-то точки, после которой внезапно пропало всякое желание не то что продолжать идти вперёд, а хотя бы радоваться достигнутому.
  Именно такое настроение сейчас и было у К'ирсана, вынудив его бросить все дела и выехать в пригород, чтобы вдали от дворцовой суеты с мрачным видом мысленно перебирать всё достигнутое за прошедший год.
  И ведь текущая ситуация вроде бы не давала по настоящему серьёзных поводов для расстройства. Жив, здоров, крепко сидит на троне и даже потихоньку распространяет свою власть на новые земли. Вон, даже к списку титулов добавил "король Саурмы"... Законных прав на него, правда, нет - если не считать право сильного, всё-таки он захватил весь юг страны - но и оспорить его кроме Дарга тоже некому. Эльфы посредством бывшего хозяина К'ирсана уничтожили весь королевский род, и теперь сын Сохога так же претендовал на звание властителя Саурмы.
  С присоединением новых земель к северу от Западного Кайена страна выросла вдвое. И что самое важное, произошло всё относительно безболезненно и беспроблемно. Аккуратные действия солдат генерала Киора, который за время этой кампании полностью вернул доверие К'ирсана, качественная работа миссионеров Гарука и пропагандистов Мигуля, плюс резко возросшее качество жизни позволили не только не настроить против себя население, но и весьма быстро привлечь его на свою сторону. Аристократия, правда, пыталась сопротивляться, но тут механизм уже был отработан. Наиболее враждебно настроенные либо погибли в ходе штурма их поместий от мечей Шипов, либо тихо отправились к предкам от рук убийц из клана Серебряной луны. Сомневающиеся же получили гарантии сохранения своих прав и приравнены к дворянству новой империи, что разом избавило их от необходимости драться с новой властью.
   В итоге, Кайфат получил не разорённые территории, населённые мятежниками, а пусть бедные и требующие поддержки, но всё же мирные новые провинции. Ну а чтобы так оставалось и впредь, безопасность и спокойствие свежеиспечённых подданных теперь была призвана обеспечивать только-только созданная Северная армия. В её состав вошла пехота генерала Киора, часть Шипов, дворянская кавалерия и две трети всей артефактной артиллерии, а во главе встал Тёрн грасс Согнар. Армия ещё была в стадии формирования, но в скором будущем обещала стать грозной силой, надёжно защищающей северные рубежи государства от притязаний Дарга. В том, что новые столкновения со стремительно крепнущим соседом неизбежны, никто даже не сомневался.
  Увы, в Харне всё складывалось далеко не столь удачно...
  Как ни старался Храбр грасс Яро - теперь уже главнокомандующий так же свежесозданной Южной армии, в которую вошла большая часть Шипов, кавалерия, воины Ордена и наёмники орки - старался как мог, но быстро победить Харн и закончить войну никак не получалось. Зеленошкурые бойцы, всё ещё составляющие основную ударную силу, воевали прекрасно, однако и противостояли им не какие-то дикари, а регулярные войска. Причём принадлежали они далеко не самому слабому государству Сардуора.
  Злой и раздосадованный Храбр постоянно требовал от К'ирсана Огнеград, желая повторить успех с разгромом легионеров Молвади грасс Дуго. И даже какое-то количество этих артефактов его войска получили, но потребного эффекта достичь не получилось. Во-первых, Огнеграда было мало, и в ожидании нападения эльфов Кайфат предпочитал снабжать им спешно формируемую Северную армию. А во-вторых, сами харнцы с первого раза "распробовали" вкус поражения и выработали стратегию противодействия - ну или им помогли выработать советники от Объединённого Протектората, не важно. Следуя которой, армия Харна старалась избегать крупных битв, постоянно маневрировала и нападала лишь на мелкие отряды.
  Как результат, силы К'ирсана таяли, а достичь удалось не так много, как хотелось. На юге войска вышли к реке Дварбен и остановились, на востоке же наступление увязло в борьбе с мелкими отрядами бойцов Особого королевского легиона и теми, кто пошёл по их стопам. На фоне же до сих пор сохранившего боеспособность костяка армии Харна, продолжение движения вглубь территории противника к Ког Харну грозило разрывом линий снабжения и последующим окружением Южной армии.
  Вот и получалось, что Храбру удалось занять треть страны, но до победы было по-прежнему далеко. И если всё оставить как есть, то война обещала затянуться ещё на несколько лет.
  К'ирсан Кайфат поначалу всё порывался отправиться к своим бойцам, чтобы лично попытаться исправить ситуацию, но управление разросшимся государством и навалившиеся дела требовали не меньшего внимания, а потому войну пришлось оставить другим. Во всяком случае пока.
  Сначала следовало очистить новые земли от культистов: пользуясь сумятицей и военной разрухой последователи Спящих успели набрать немалую силу. Даже под крылышком Мишико они чувствовали себя далеко не так вольготно, как в некоторых районах Саурмы и Зарока в период безвластия. Если же учесть, что наличие в рядах культистов нагов стало с некоторых пор обыденностью, то нет ничего удивительного в том, что для разорения одного ковена потребовалось привлекать помимо магов Корпуса, ещё и бойцов Южной армии с батареей тяжёлых метателей.
  Тогда особенно отличился Канд, командовавший чародеями. И ладно бы бывший ученик просто тактически грамотно, без ошибок провёл операцию. Сам под удар не подставился и других не подставил... Так нет, он ещё ухитрился и жертв для готовящегося служителями Бездны ритуала освободить, а среди них аж трое носителей Древней крови обнаружилось. Словно талант у него такой - находить будущих адептов Древней магии.
  На текущий момент люди Чиро продолжали искать выходы на другие группы продавшихся Спящим, но основная угроза уже была устранена, и К'ирсан мог сосредоточить внимание Королевского совета на других задачах.
  То же устранение последствия нападения драконов на город - тварей хоть и удалось остановить, но урон столице всё равно был немалый. Или восстановление системы противовоздушной обороны, почти целиком разрушенной после первого же боя. А ведь налёт принёс не только разрушения, но и немалый прибыток. Сокровищница и хранилища алхимических зелий оказались забиты под завязку ценными ингредиентами, извлечёнными из тел крылатых ящеров. Их было настолько много, появилась реальная возможность сильно поднять уровень гильдии алхимиков - требовалось лишь обеспечить государственную поддержку.
  Не стоило забывать и о продолжающейся в стране реформы по замещению золотых фарлонгов бумажными, о требующем неусыпного внимания Корпусе, сельском хозяйстве, стремительно развивающейся пусть кустарной, но промышленности, о внутренней и внешней политике, о друзьях и врагах... В общем, забот хватало, но то были привычные заботы. Мысли и чувства К'ирсана занимало совсем другое. Неожиданно для себя он стал отцом, и этот факт до сих пор никак не мог уложиться у него в голове. Потому как он привык - несмотря ни на что! - ощущать себя одиночкой. Этаким странствующим воином-мархузом, ведущим свою войну с не дающими покоя врагами. Да, были доверившиеся ему люди и нелюди, были преданные соратники и целая страна за спиной, но глубоко в душе он продолжал считать себя именно одиночкой, который если вдруг станет совсем тяжело, всегда сможет бросить всё и сбежать, укрыться в какой-нибудь дыре и начать жизнь с чистого листа... Но как быть, если у тебя появился сын... сыновья?! Как можно действовать без оглядки на кого бы то ни было, рискуя лишь своей шкурой, если после смерти - внезапной или не очень - по твоим долгам придётся платить твоим же детям?!
  Именно эти мысли и были, по большому счёту, причиной внезапно накатившей меланхолии К'ирсана, и именно они заставляли иначе смотреть на свою жизнь и на свои решения, именно они заставляли размещать за спиной тот барьер, за который Кайфат уже не мог заступать.
  Впрочем, глубоко внутри Кайфат не сомневался, что справится и с новыми сложностями. Что все эти рефлексии, не более чем мгновение слабости утомлённого бесконечными нагрузками тела. И что сейчас он встряхнётся и снова погрузится в дела и заботы воюющего со всем белым светом грозного короля...
  - Владыка, вы распорядились сообщить вам о прибытии посланника МЛ'леур. - К К'ирсану с поклоном подошёл один из недавно появившихся у него секретарей.
  - Пусть поднимается, - кивнул Кайфат, моментально выныривая из пучины плохого настроения. Слов помощника оказалось достаточно, чтобы эмоции были отодвинуты, уступив место холодному разуму.
  ...За последнее время это был уже далеко не первый визит Тёмных эльфов, и его цель все знали заранее. МЛ'леур приехали торговаться. Но не из-за презренного металла или цветных побрякушек - до такого гордые бессмертные никогда бы не опустились - их интересовали главные сокровища всех миров, знания. Причём не абы какие, а строго конкретные: вот уже год гости с Горха пытались купить у К'ирсана заклинание Выдох Вечности, с каждой встречей делая всё более и более ценные предложения. Кайфат же, после сражения на Юрговом поле несколько разочаровавшийся в этом плетении, саму идею его продать больше категорически не отвергал, но и на цену эльфов Ночи соглашаться не спешил. Выдерживал паузу, порой подбрасывая партнёрам совсем уж неприемлемые для них условия.
  Эта встреча обещала быть последней. И для пущего эффекта, К'ирсан решил провести её на месте боёв с драконами. Выдох Вечности он здесь, конечно, не применял, но до сих пор видимые следы использования других чар должны были создать благоприятный фон для переговоров.
  Однако, Тёмные смогли его удивить. На аудиенцию к нему прибыл не старый знакомый Минош и не кто-то из его коллег варреков, а совершенно незнакомый эльф. Обычный Тёмный, явно даже не помышляющий о выборе Пути Древних, и потому лишённый их привычного гонора. Самую малость.
  - Приветствую короля смертных, Владыку К'ирсана Кайфата от лица народа МЛ'леур, - сообщил только-только поднявшийся на вершину и миновавший кольцо охраны Тёмный. - Меня зовут Корхил Дуархен, и я обладаю правом принятия решений в этой...
  - Ваш правитель направил на переговоры со мной слабого мага? - резко оборвал Длинноухого К'ирсан, сознательно раскачивая обстановку.
  Внешне эльф никак не прореагировал, но тонкие тела исказила злость. Заметивший это Кайфат довольно улыбнулся.
   - Сильные не справились, ваше величество. Настало время тех, кому личное могущество не застилает разум, - ответил Дуархен с каменным выражением лица и, добавив в голос пафоса, продолжил: - Я готов вам сообщить, что взамен на Выдох Вечности МЛ'леур готовы выполнить все ваши условия... Но это последнее предложение!
  К'ирсан усмехнулся и принялся медленно поглаживать задремавшего на плече Руала. Со стороны этот жест выглядел как ласка питомца, но для тех, кто знал, сколь смертоносное существо ходило в любимцах у короля, он больше походил на отвлечённую игру с остро заточенным клинком. Не угроза, но предупреждение.
   - Надо же, последнее предложение... И в чём конкретно оно заключается, а то мы так долго торгуемся, что я уже начал путаться, - сообщил он, старательно демонстрируя сколь сильно увлечён своим занятием.
  Прыгун от такого внимания млел, а вот МЛ'леур едва сдерживал ярость.
  - Мы передаём вам все выкладки и расчёты по ритуалу Единения со Стихией школы Воды и Крови, раскрываем некоторые интересующие вас подробности ритуала перехода на уровень Носителя Скрытого, и делимся десятью новыми заклинаниями для магов четвёртого и третьего уровня по классификации Нолда, - выдал после некоторой паузы МЛ'леур и, снова замолчав на мгновение, продолжил: - Ну и, наконец, зная ваш особый интерес к магии пространства, к озвученному списку прилагаем материалы по созданию Лесных Путей и всё, что нам известно об уровне развития данного искусства у Нолда... Повторюсь, и это последнее наше слово!
  - Да-да, уже слышал, - хмыкнул К'ирсан. Выпустил Руала в траву и, вперив тяжёлый взгляд в лицо Длинноухого, выдал: - И моё слово: договорились!
  Эльф поклонился, пытаясь под поклоном скрыть своё облегчение. Чем окончательно убедил К'ирсана в том, что МЛ'леур от чего-то отчаянно нуждались в Выдохе Вечности. И если раньше, ситуация ещё оставляла простор для торга, то сейчас всё изменилось, и эльфы Ночи явно загнанны в угол. Интересно, почему? И почему в действительности на разговор с ним отправили вместо варрека простого мага.
  Впрочем, это можно будет узнать и потом, сейчас же К'ирсан хотел поскорее завершить заключённую сделку.
  - Когда вы сможете передать озвученные документы? - резко спросил он.
  Эльф бледно улыбнулся и махнул в сторону подножия холма, где замерли его сопровождающие с каким-то громоздким ящиком.
  - Хоть сейчас, ваше вел...
  - А вы готовы принять Выдох Вечности? Прямо сейчас? - продолжил давить К'ирсан.
  Тёмный настороженно уставился на короля. Обычно подобного рода плетения зашифровывались в зуу'ль'теках или вкладывались в Кристаллы Памяти, однако искусство сохранения могущественных чар в каменных пластинах было утеряно, а запоминающие артефакты вряд ли были способны долго удерживать заклинание такой сложности. И раз Кайфата был готов немедленно передать Выдох, это означало какой-то подвох. Но какой именно, Корхил Дуархен не понимал... Что не помешало ему ответить согласием.
  - Что ж, тогда вас ждут несколько не самых приятных седмиц, - оскалился К'ирсан. - И появится повод для разговора с теми, кто отправил вас сюда вместо любого из варреков.
  На этом и без того горящие зелёным глаза Кайфата исторгли потоки изумрудного света, а его бурлящая от магии аура увеличилась в несколько раз и захватила в свои объятия растерявшегося Длинноухого. Тренировки тонкого тела многое дали К'ирсану. И теперь он без напряжения мог делать то, на что ни за какие хфурги не решился бы ещё три-четыре года назад.
  В какой-то миг нервы Корхила сдали, он попробовал сопротивляться, но без толку. Не лесному ручью пытаться пересилить горную реку! Энергетическая оболочка короля-мага буквально задушила его ауру в объятиях, подавив едва начавшийся бунт. После чего щупы внимания К'ирсана проникли в верхние слои памяти Длинноухого и ядро его Дара, начав точно выверенными штрихами вписывать в них, как в раскрытую книгу, рисунок сложнейшего плетения.
  На словах действия Кайфата звучали страшновато, но на деле эльфу почти ничего не грозило. Гораздо хуже было бы, если он получил плетение непосредственно в сознание - тогда безумие было бы гарантированно. Теперь же Корхил превращался в некое подобие живого артефакта. Временно, пока вложенное знание у него не заберут более подготовленные чародеи, но на этот период его ждали головные боли, слабость и полная невозможность колдовать. Ну так никто и не обещал, что будет легко.
  К'ирсан закончил передачу заклинания и медленно свернул ауру, пригасив сияние своего Дара. Затем снисходительно окинул взглядом бледного, едва стоящего на ногах Длинноухого. Куда только подевались гонор и лоск бессмертного? Перед лицом гораздо более сильного чародея эльф оказался столь же слаб, как и человек или гном. И этот простой факт очевидно заставлял Корхила, несмотря на плохое самочувствие, испытывать чувство весёлой злости.
  На этой аудиенция закончилась. Перворождённый деревянной походкой отправился к слугам, а К'ирсан заторопился во дворец. Меланхолия была забыта, и он собирался вновь с головой окунуться в работу. Тем более что имелась у него одна проблема, которой уже давно следовало заняться, но дурное настроение и терзающие душу противоречивые желания постоянно этому мешали.
  Мысли недолго расходились с делом: К'ирсан вихрем промчался через город, проскользнул в собственную резиденцию через чёрный вход и спустился в заклинательный покой. Там его уже ждал вызванный через амулет Канд.
  - Учитель, всё-таки сегодня? - спросил Канд, прекрасно осведомлённый, зачем его оторвали от своих обязанностей и позвали в дворцовые подземелья.
  - Да, давно уже пора. Послание от Ктора пришло ещё в начале седмицы, а я всё откладываю... - вздохнул К'ирсан, позволив бывшему ученику увидеть самую капельку себя настоящего.
  Канд, обладающий с рождения цепким умом и за годы обучения лишь развивший этот талант, оказанное доверие понял и оценил.
  - Наставник... а может, я проведу ритуал? Гхол утверждает, что в Астрале сейчас страшный кавардак, и рисковать вами опасно!.. - предложил он осторожно, погладив левое предплечье, где с некоторых пор красовался узор Истинного имени. И прежде, чем Кайфат возразил, добавил: - Да, знаю, что к магии Духов у меня нет способностей, но по созданной вами Тропе сможет пройти даже полная бездарность!
   К'ирсан усмехнулся и едва сдержался, чтобы не хлопнуть парня по плечу. Но сдержался: Канд давно уже числился полноценным чародеем и принижать его достоинство не нужными жестами не стоило. Вера в свои силы слишком хрупкая штука...
  - Поверь, когда окажешься на моём месте, то эту обязанность ты не доверишь никому! - сказал он твёрдо. - Но мне будет спокойнее, если именно ты будешь ждать меня с этой стороны Астральной Тропы.
  В действительности гораздо больше К'ирсан доверял способностям Мокса и Гхола, но Верховный маг сейчас инспектировал чародеев Корпуса, прикомандированных к Северной армии, а Верховный шаман вместе со своими подчинёнными вправлял мозги духам на юге бывшей Саурмы. И из тех, на кого он положиться, остался только бывший ученик. Вот только зачем об этом говорить?
  ...Пока Канд запирал двери в заклинательный зал, активировал артефактную защиту и накладывал собственные чары, К'ирсан лёг в заранее подготовленный колдовской чертёж - Руала посадил на грудь, обнажённый меч положил под правую руку - и прикрыл глаза. Сознание моментально отделилось от тела и устремилось в иные планы бытия, проскользнуло в Астрал и лишь там ненадолго задержалось - ровно настолько, чтобы сотворить поисковое заклинание и дождаться от него нужного отклика. Все действия К'ирсана были настолько хорошо отработаны, что давно превратились для него в унылую рутину. Былая новизна ушла, уступив место обыденности.
  Впрочем, это не мешало Кайфату внимательно отслеживать и подмечать все случившиеся в мире чистых энергий изменения. И сохранять готовность к любым неожиданностям.
  А опасаться и вправду было чего. Астрал как-то незаметно стал в стократ более смертоносным, чем ещё несколько лет назад. Изменили свои русла текущие здесь реки Силы, разрушились старые островки стабильности и возникли новые, дикие и враждебные к гостям из реального мира, куда-то откочевали веками сидящие на одном месте духи, а взамен появились другие. И если в тех районах Астрала, которые примыкали к землям К'ирсана, ещё сохранялся прежний порядок, то в остальных его частях творился сущий хаос. Поначалу Кайфат и его Круг шаманов объясняли метаморфозы мира Духов какими-то естественными тектоническими процессами, но сейчас не осталось никаких сомнений - за всем стояла чья-то злая безумная воля.
  По большому счёту Канд был прав - устраивать дальние астральные вояжи сейчас опасно даже для короля-мага. Когда нарушаются правила, становятся возможны самые невообразимые вещи. Даже гибель Великого мага от какого-нибудь мелкого духа, насосавшегося дармовой Силы.
  К'ирсан, невесомой тенью скользящий вдоль путеводной нити поискового заклинания, едва успел среагировать на завопившее чувство опасности и увернуться от атаки похожего на длинное веретено обитателя Астрала. Бестелесный, по уровню энергии серьёзно уступавший Кайфату, вёл себя словно обкурившийся гарлуна полоумный. И мало того, что напал на кого-то гораздо более могучего, так ещё и продолжил наседать после первого промаха. Окутавшись искрами разрядов, он принялся осыпать Кайфата молниями и мелкими пульсарами, вперемешку. Но что самое странное, Щит Силы его заклинания едва сдерживал.
  Это было настолько неправильно, что король-маг на время забыл о своей миссии и целиком сосредоточился на строптивом духе. Пригляделся к нему самому, затем к его плетениям, и лишь тогда дал волю воинским инстинктам и рассёк возникшим в руке клинком ядро сущности безумца. Под прикрытием плотного флёра энергии эфира пряталась магия Бездны, отравившая бестелесную сущность и лишившая её инстинкта самосохранения.
  Новость была неприятная и в будущем чреватая самыми непредсказуемыми последствиями, но здесь и сейчас почти бесполезная. К'ирсану ничего не оставалось, кроме как пожалеть, что давно не выбирался в дальние зоны Астрала, и продолжить прерванный полёт...
  Прежде чем он добрался до цели, на короля-мага нападали ещё трижды. Два раза он даже не останавливался, играючи расправляясь с напавшими с помощью клинка, и лишь в третий раз пришлось попотеть. Бестелесный прежде явно был то ли Хранителем крупной рощи, то ли Стражем какого-то могильника, потому как был могуч, прекрасно ориентировался в Астрале и смог обратить безумие Бездны себе во благо, придав силы атакам и сделав заклинания смертельными для большинства адептов классической магии. Своей территорией дух считал ближайший к Чилизу план бытия, где маскировался под островок стабильности: аккуратный, открытый со всех сторон, лишённый диких порождений эфира и буквально дышащий умиротворённостью и покоем. Настоящая мечта для странника по тропам Астрала!
  К'ирсана, удвоившего осторожность после предыдущих нападений, именно эта благообразность и насторожила. И вместо того, чтобы сразу использовать островок в качестве точки выхода в реальный мир, хлестнул его Эфирным Бичом. Эффект превзошёл все ожидания - тварь завопила так, что в стене между реальным миром и Астралом возникли трещины, а Кайфат едва не потерял от неожиданности контроль над поисковым заклинанием. После чего островок поплыл и стремительно трансформировался в духа, похожего на большого бронированного и увешанного Щитами жука, причём одна лапа у которого была рассечена, и из неё сочилась Сила.
  Дожидаться, пока бывший Хранитель очухается, К'ирсан не захотел и, захлестнув головёнку монстра Бичом, пустил по нему чары Разрыва. По идее, на этом бой должен был закончиться, но тварь успела вовремя среагировать. Немедленно заткнулась и перебила силовую нить Бича росчерком какого-то боевого плетения. Заклинание Разрыва рассеялось чуть позже, но прежде жук успел атаковать Кайфата двумя Лучами Силы и сгустком каких-то извивающихся, точно черви, дымных лент. И если на первые К'ирсан никак не прореагировал, понадеявшись на защиту, то от последнего предпочёл сначала увернуться и лишь затем уничтожил его мощным импульсом эфира, усиленным знаком Ка'тол.
  Так и напрашивалось простое решение - приблизиться и покромсать монстра клинком, однако боевой опыт и чутьё на опасность помогли устоять перед соблазном. К'ирсан выбрал пусть более долгий, но менее опасный путь магической осады. Послушный воле короля-мага, эфир моментально забурлил вокруг жука, сковывая его движения, а сверху и снизу начали формироваться два Терновых Венца.
  Формирование колючих плетений на границе собственных Щитов сильно не понравилось духу. Прекратив создавать какое-то убойное заклинание, которым он собирался приложить К'ирсана, бестелесный сначала попробовал сместиться в сторону, а когда это не получилось, сосредоточился на противодействии атаке. По границе его оборонительных порядков, чередуясь с белесыми кляксами Бездны, побежали фиолетовые всполохи собственной магии жука. Попутно силовой кокон вокруг монстра начал уплотняться к верху и низу и истончаться посередине.
  Мгновенно подметивший эту слабость, К'ирсан немедленно бросил возиться с Венцом и схватился за меч. Однако совсем не ради перевода схватки в рукопашную - направив клинок остриём на центр кокона, король-маг принялся щедрым потоком вливать в него в равных пропорциях эфир и магию Пространства. Последнюю он пока так и не смог толком освоить, но разве для удара дубиной надо уметь выписывать в воздухе кружева шпагой?
  Сорвавшийся с кончика клинка зелёный луч сначала проткнул защиту жука, словно шило воздушный пузырь, а затем, вонзился в центр его "брюшка". Атака продолжалась не больше пары ударов сердца, на их вполне хватило для того, чтобы разрушительная энергия заставила пойти трещинами оболочку духа и повредить ядро его сущности. И бой на этом закончился. Жук пошёл трещинами, из которых полился зелёный свет. Их становилось всё больше и больше, пока дух не исчез в яркой вспышке взрыва.
  "Интересно, что сказал бы Канд, отправься он в Ралайят вместо меня? Кроме ругательств?" - мысленно усмехнулся К'ирсан, любуясь картиной гибели могучего духа, и позволил чудом уцелевшему во время схватки поисковому плетению затянуть себя в реальный мир.
  Вокруг немедленно завертелась круговерть ярких пятен, и последовало недолгое ощущение падения, после чего астральная проекция К'ирсана возникла на крыше знакомого дворца, на самой границе его магической защиты. Заклинание тянуло вниз в одну из комнат на втором этаже, но инстинкт не позволял лезть напролом. Обычно подобного рода стационарные артефактные щиты ничего не могли противопоставить духам - а Кайфат в бестелесном состоянии можно было смело относить именно к этой категории - но здесь некогда жил талантливы маг-артефактор, а сейчас обреталась его дочь. И у неё имелись все основания, чтобы всерьёз озаботиться безопасностью своего дома.
  Пока Кайфат осматривался, среди обитателей резиденции Великого Визиря началась какая-то суматоха. По двору забегали охранники и слуги, несколько человек собралось у западной стены поместья и принялось показывать пальцами на клубы чёрного дыма, поднимающиеся над крышей здания на соседней улице. К'ирсан далеко не сразу понял, что горит полуразрушенный дом, сопряжённый с тем самым местом в Астрале, где проходила его схватка с "жуком". Граница между планами всё-таки не устояла, и часть бушующей энергии прорвалась в реальный мир.
  И тут же кольнул запоздалый страх, что их бой с принявшим Бездну духом мог задеть жилище Мелисандры... Нет, не так... Дом, где жил сын К'ирсана. В конце концов ведь именно ради него Кайфат и отправился в такую даль!
  А ещё король-маг в очередной раз пожалел, что так и не смог разобраться с пространственной магией. Как здорово было бы переместиться в Чилизу порталом, а не тащиться в бестелесной форме через дикие пространства Астрала! В бою, опять же, лишний аргумент... Но увы, как подступиться к этой грани своего Дара он всё ещё не понимал. Одна надежда на записи МЛ'леур.
  Впрочем, сейчас ему следовало сосредоточиться на другом.
  Вглядевшись в пылающие линии колдовского Щита, мешающего ему проникнуть в здание, он быстро нашёл среди них нити с враждебными для бестелесных токами Силы. Чувствовалось, что создавший это плетение чародей эфир не ощущал и о том, с чем борется, имел лишь примерное представление. Быть может какому-нибудь смертному "крохобору" или не слишком опытному Истинному его работа и показалась бы верхом изящества, но на взгляд К'ирсана получилось грубовато. И от того малоэффективно. Даже без применения явно Запретных знаний, он видел по крайней мере десяток способов для повышения надёжности этого барьера от незваных гостей из мира духов.
  К'ирсан сформировал знак Ч'жен и с его помощью истончил и ослабил слишком туго натянутые энергетические линии. После чего Щупом Силы просто сдвинул их в стороны, создав нечто вроде лазейки. Небольшой, в палец шириной. В такую щель разве что мышь проскочит, но для находящегося в бестелесной форме Кайфата она была сродни распахнутым воротам. Бери да заходи! Что он и сделал, проскользнув сначала через созданный проход в Щите, а затем просочившись через крышу и перекрытия.
  К этому моменту поисковое заклинание окончательно исчерпало вложенную в него энергию, но К'ирсану оно больше и не требовалось. Родную кровь теперь он ощущал уже без помощи колдовских костылей, и дальше двигался, повинуясь этому чутью.
  Незамеченным проскочил два коридора, миновал пост охранников, пока, наконец, не проник в спальню к ребёнку. Зачатому в обмане и рождённому предательницей. Но, мархуз побери, своему ребёнку!! Сыну!
  Мальчик обнаружился в небольшой люльке, где тихонько спал, посасывая большой палец на ножке. Рядом бдили две служанки и не слишком сильный маг. И таланта последнего вполне хватило на то, чтобы обнаружить вторжение иномирной сущности.
  - Кто здесь?! - зашипел он, вскакивая с кресла, где до этого сидел с газетой, и выдёргивая из-за пазухи амулет, отвращающий злых духов. Причём амулет работающий и явно не из тех, что можно достать в свободной продаже. Мелисандра определённо не скупилась на экипировке для своих людей... Или для тех, кого считала своими.
  К'ирсан, полностью игнорируя действия мага, сформировал из эфира Быстрый Сон и точно покрывалом накрыл им нянечек. Женщины только и успели заметить, что их чародей из-за чего-то всполошился, как обе тут же потеряли сознание.
  - Владыка! - Едва стало понятно, что он остался с бестелесным гостем наедине, колдун моментально прекратил изображать бойца с астральными тварями и припал на одно колено.
  И как только смог так быстро разобраться?
  - Ктор, не до церемоний! - произнёс К'ирсан, призраком проплыв мимо агента Чиро Кунише, замедлился перед люлькой и осторожно заглянул через бортик на спящего ребёнка. Однако тот продолжался спать, словно вокруг не происходило ничего особенного. - С момента отправки твоего сообщения ничего нового не случилось?
   Саким - пусть не самый лучший маг Корпуса, зато весьма ловкий лазутчик - немедленно вскочил и, спрятав амулет, принялся торопливо перечислять все те изменения, что произошли с незаконнорожденным сыном короля-мага. Трансформации Дара, направления токов Силы, изменения плотности ауры - всего несколькими фразами Ктор описал становление юного мага, с пробудившейся Древней кровью. А заодно перечислил и те шаги, которые предпринял сам Саким.
  Придраться было не к чему. Да и не требовалось. К'ирсану хватило того, что его впервые увиденный сын здоров и обещает вырасти в сильного чародея. Остальное... остальное приложится. Кайфат жестом заставил Ктора замолчать и принялся жадно вглядываться в лицо мальчика, выискивая свои черты. А ещё он безумно сожалел о том, что не может взять его на руки и хотя бы просто погладить по волосатой головке...
  Мархузово семя, всё опять упиралось в хфургову магию Пространства!
  - Комната хорошо экранирована? - спросил К'ирсан, сначала накладывая на завозившегося сына слабенькую Дрёму, а следом сразу несколько диагностических чар.
  - Едва-едва хватает, чтобы скрыть всплески магии ребёнка, - немного запинаясь ответил Ктор, с восторгом наблюдая за действиями своего государя. Как и всякий маг он понимал истинную цену чужого мастерства и не мог не восхищаться Искусством Кайфата даже в столь простых колдовских манипуляциях.
  - Значит рано или поздно, Мелисандра сюда заглянет, - сделал вывод К'ирсан. - Надо спешить...
  И простёр ладони над люлькой, мысленно воззвав к своему Источнику.
  Процедура, которую он задумал провести с сыном, считалась весьма болезненной и обычно проводилась уже в зрелом возрасте. Иногда даже без участия мага, с задачей прекрасно справлялись особого рода артефакты. И сложись жизнь К'ирсана немного иначе, он бы пошёл именно по этому пути, однако, увы, король-маг имел слишком могущественных врагов, чтобы строить столь далеко идущие планы. Если Кайфат вдруг умрёт, то его дети окажутся с необузданным Даром, проснувшейся Древней кровью, и открытые всем охотникам до дармовой Силы. Он же им такой судьбы не желал, а потому планировал дать им Истинные имена - сильнейший оберег и ключ к собственной магии - уже сейчас.
  В воздухе над мальчиком один за другим возникли все символы внутреннего круга Истинного алфавита, сформировали окружность и принялись медленно вращаться. С каждым оборотом в получившуюся замкнутую цепочку рун капля за каплей начала вливаться энергия, заставляя их разгораться изумрудным светом, а окружность постепенно сжиматься. В последний момент, когда фигура почти свернулась в точку, К'ирсан вызвал астральный слепок собственного Истинного имени и накрыл им получившуюся структуру, под конец добавив несколько ментальных образов. Сверкнуло, и вот уже конструкция стремительно сливается воедино, образуя нечто новое, напоминающее то ли змею, то ли ленту. Которая, повинуясь воле Кайфата, обвила левое предплечье мальчика и буквально растворилась в воздухе.
  Сейчас плетение мог развеять любой квалифицированный чародей, но пройдут дни, седмицы, а там и годы, и творение К'ирсана сначала сольётся с телом, а затем и вовсе станет частью тонкой оболочки ребёнка. Мальчик обретёт своё Истинное имя. И никакой тебе боли, страха и риска погибнуть. Результат, конечно, придётся подождать, но на фоне всего остального это такая мелочь...
  Отстранившись от люльки, где завозился потревоженный волшбой малыш, Кайфат встретился взглядом с замершим в ожидании Ктором. Хотел было отдать ему последние распоряжения, но тут ощутил стремительное приближение знакомой ауры и ещё одним Быстрым Сном обеспечил подчинённому Чиро защиту от любых подозрений. Саким рухнул, как подкошенный.
  В тот же миг дверь распахнулась, и внутрь разгневанной демоном-воительницей влетела Мелисандра. За ней был кто-то ещё, но вперёд они не рвались, так что возможную опасность Советнику халифа предстояло встречать самолично. Впрочем, нельзя сказать, что это как-то огорчало халине Балтусаим.
  Молниеносно вычленив угрозу, она направила на К'ирсана жезл Манипулятора и выпустила в него рой Огненных пчёл. Самонаводящиеся чары по дуге облетели люльку и спящих в комнате людей, чтобы тут же влететь в выставленный на их пути Щит. Эфирная природа заклинания Кайфата легко уничтожила мелкие плетения Мелисандры, после чего король-маг силовым жгутом вырвал артефакт из её рук и отгородился простейшим барьером.
  - Хватит! - рявкнул К'ирсан, ощутив, как женщина исступлённо полосует защиту заклинаниями из оставшихся у неё амулетов. - Не вынуждай меня принимать более жёсткие меры!
  Мелисандра, словно только сейчас увидев, кто заявился к ней в дом, вздрогнула и, охнув, прижалась спиной к дверному косяку. В глазах у неё плескался ужас. Другой на месте Кайфата, наверное наслаждался бы сейчас моментом - как же, нагнал на предательницу страха - но К'ирсан вдруг понял, что не испытывает ничего кроме усталости и пусть не равнодушия, но какого-то отрешённого спокойствия. Мстить он не собирался, а рвать душу из-за продавшей его Длинноухим женщины... Пожалуй, это не для него. Хватит, перегорел.
  Видимо отголоски этих мыслей Мелисандра увидела у него на лице, потому как ещё больше побледнела и как-то беззащитно прижала ладонь к губам. Кажется она пыталась шептать его имя, но за это бы К'ирсан точно не поручился.
  - Я нарёк сына именем Яр'грон, Стремящийся вверх, и наложил оковы на слишком рано проснувшийся Дар, - холодно бросил он. - И теперь очень надеюсь, что у тебя хватит ума держать его подальше от своих Длинноухих сородичей!
  - Они не мои сородичи! - вскинулась халине. - И я...
  Чего она хотела сказать ещё, К'ирсан слушать не захотел.
  - Помни, никаких Длинноухих рядом с Яр'гроном. Никаких! - предупредил он теперь уже совсем ледяным тоном и скользнул обратно в Астрал.
  Больше ему в Чилизе делать было нечего. С сыном повидался, и это главное, общение с бывшей любовницей в его планы не входило. Что бы она там на его счёт ни думала... И с такими мыслями поймал подходящий поток эфира и понёсся обратно во дворец, к уже заждавшемуся у тела своего Учителя Канду. Хотя почему только к Канду? Ещё его во дворце ждал второй его ребёнок - Яр'мир, сын Рогнеды. И он тоже нуждался в Истинном имени и требовал внимания своего могущественного отца...
  Обратная дорога, в отличие от астрального путешествия в Чилизу, оказалась совершенно спокойной. Никто не нападал, не пытался заворожить, обмануть и заморочить. Словно участь предыдущих охотников заставила всех остерегаться странствующего короля-мага. Или тому виной общий настрой К'ирсана, жаждущего драки? В дом Мелисандры, ведомый родной кровью, он отправлялся с тяжёлым камнем на сердце, мрачный и недовольный, обратно же мчался переполненный яростью, остро желая на ком-то сорвать злость. На такую дичь решится напасть не всякий хищник...
  К'ирсан мчался как метеор, пронзая слои Астрала там, где ещё несколько лет назад выбирал бы обходной путь. Бестелесное путешествие в Козьи горы и обратно заняло у него во времена призыва Рошага двое суток, теперь же он планировал уложиться за один световой день. Впрочем, стоит ли удивляться такому росту мастерства? Он ведь не только в работе с эфиром стал на голову выше, он и в обычном колдовстве на новый уровень перешёл. Там, где К'ирсан раньше использовал жесты, фигуры из пальцев и громоздкие словесные формулы, вовсю применялись аурные и ментальные техники. Даже знаки Истинного алфавита уже перестали быть для него основой любой волшбы, потому как тренированные воля и разум, а так же бережно взращенная чувствительность к мельчайшим токам магии, позволяли в буквальном смысле создавать простейшие конструкции на основе одного лишь воображаемого образа. Кайфат уже не колдовал и не творил, он воплощал магию в реальность. Быть может звучало это слишком громко, но К'ирсан ощущал себя именно так.
  И потому вдвойне было неожиданно, когда эфир вокруг короля-мага взорвался брызгами Бездны, а на его месте возникла и бешено закрутилась огромная воронка. Которая и затянула К'ирсана сначала в планы Тьмы - он едва успел защититься от мощнейшего давления враждебной для него первостихии - а затем выбросило оттуда в реальный мир. В место, где Кайфат желал бы оказаться в последнюю очередь. Непонятный катаклизм принёс ко входу в пещеру Рошага, и её хозяин сейчас активно разбрасывался Силой в дальнем от К'ирсана конце подземного зала.
  "Воплощатель хфургов!!" - только и успел подумать К'ирсан, прежде чем начать спешно возводить вокруг себя Сегментный Щит. О бегстве обратно в Астрал он даже не помышлял, памятуя прошлые свои встречи с костяным драконом. Если уж лог выдернул его сюда, то о невозможности немедленной ретирады точно позаботился. Потому защита сейчас на первом месте. И обычным силовым барьером или Стеной Шипов тут не обойтись: драки с нагами показали, что Рошаг умел учиться и делать правильные выводы из поединков с ним.
  Наконец, мерцающая пелена укрыла К'ирсана, а в ауре были подвешены два Разрыва, две "сосульки" и одна переработанная Воронка Силы. Последние чары неплохо себя показали в поединке с живыми сородичами Рошага и сейчас тоже могли пригодиться. Несмотря на то, что вооружался король-маг крайне быстро, почти на пределе своих возможностей, с момента его появления в логове Вестника Спящих прошло какое-то время... и на него до сих пор почему-то никто не напал.
  Какого хфурга?! Чем именно занят Рошаг и что вообще творится в пещере К'ирсан толком рассмотреть не успел, и теперь принялся внимательно изучать обстановку.
  Костяной дракон по прежнему сидел в своём углу подземелья и накладывал заклинания на неизвестный артефакт в виде небольшой каменной сферы белого цвета. О том, что это именно артефакт, говорили выбросы энергии в ответ на каждое новое плетение Рошага. И судя по интенсивности чар, и тому, как реагировал на "игрушку" Астрал, прерваться Вестник Спящих никак не мог. Задействованные Силы вот-вот могли войти в резонанс и разнести здесь всё в клочья.
  Непонятно было лишь одно: за каким мархузом Рошагу понадобился артефакт с явно выраженным светлым окрасом магии?! К'ирсан даже было решил, что ошибся, но нет, в воздухе всё сильней и сильней, с каждым новым импульсом энергии, "пахло" Светом. Но не тем Светом, что эльфы возводят к Творцу всего сущего, а его слабым подобием. Эдакой подделкой, замаранной чем-то грязным и нечистым.
  Желание разобраться в происходящем было сильно, однако К'ирсан его поборол и решил воспользоваться предоставленным шансом покончить с Рошагом одним ударом. Сейчас из-за творимой волшбы тот был как никогда уязвим и от гибели его отделял один единственный удар, который вывел нарушил бы хрупкий баланс Силы работающего артефакта.
  Мысли у Кайфата не расходились с делом, и он шарахнул по люто ненавидимому врагу Копьём Зелёного огня. Попутно влив в Сегментный Щит немало энергии из своего Источника и начав нашаривать краем сознания выход в Астрал.
  Но как выяснилось, он оказался ослеплён открывшейся возможностью и не заметил другие, не менее важные вещи. Рошаг в пещере был не один. И дело было вовсе не в мелких демонах и демонятах, толпящихся по углам зала. В пещере находился наг, причём неплохо освоившийся с новыми способностями и не боящийся брать на себя инициативу. Как, например, сейчас...
  Копьё К'ирсана вонзилось в щит из Бездны, внешне похожий на грязно-белое полотнище. И его атака не смогла пробить мархузову преграду! Тогда же стало понятно, что появление Кайфата в логове Бездны отнюдь не прошло незамеченным. Своё слово сказал Рошаг.
  - Кто бы мог подумать, к нам заглянула грязерождённая вошь! Вот уж не ждал, - проскрипел он на всю пещеру, ни на миг не прерывая своего занятия. Впрочем было видно, что до финала осталось недолго. Всплески Силы становились всё интенсивнее, а колебания Астрала - всё сильнее. - И каким же ветром тебя сюда занесло, червяк?
  Пока он говорил, змееног осыпал К'ирсана градом чар. Вроде бы всё те же летающие черепа и туманные змеи, но как ловко тот с ними управлялся! Кайфат едва успевал перераспределять плотность Щита, прикрывая пробитые врагом сегменты. Но долго так продолжаться не могло - король-маг ответил своей атакой. И уважение к мастерству противника, не помешало ему сначала ударить по нагу сразу двумя Разрывами, а когда тот, потеряв магическую броню, попробовал отступить, вонзил ему в грудь обе "сосульки". Другого бы такой удар сразу отправил в Нижние миры, но змееног оказался слеплен из другого теста. Его всего лишь отбросило на десяток шагов назад и опрокинуло на спину. Чтобы наг точно больше не встал, Кирсану пришлось вогнать в рану нечисти ещё одно плетение - сжатую в плотный ком Воронку Силы, которая развернулась в одной из ран на развороченной груди в чёрный с зелёными искрами вихрь и начала ударными темпами откачивать из змеенога жизненные силы.
  Продавший человечность в обмен на Благодать Спящих, культист протестующее завопил, но заёмной Силы оказалось недостаточно для собственного спасения. Ему мог бы помочь Рошаг, но в этот самый миг тому было не до умирающих миньонов: артефакт в последний раз разродился вспышкой светлой энергии, в последний раз содрогнулся Астрал и... через раскрывшийся на мгновение проход в Нижние миры в тело немёртвого дракона проскользнула даже не тень, а намёк на неё. Некая неуловимая глазу субстанция, замеченная К'ирсаном только благодаря колоссальному опыту и мастерству.
  Лазейка в тонкие планы тотчас закрылась, каменный шар рассыпался пылью, а Рошаг... Рошаг через мучительную боль, впервые за долгие годы терзающую его немёртвую сущность - иначе какого мархуза он так ревёт? - начал преображаться в нечто новое. Бронированное туловище вдруг перекосило, оно потеряло симметрию и правильность. Грудь раздалась вширь, но одно плечо оказалось выше другого. Череп с одной стороны приобрёл грубую и угловатую форму, а с другой, наоборот, стал глаже и ровнее. Не миновала трансформа и конечности. Передние и задние лапы вытянулись, приобрели матовый отлив, сквозь который просвечивал голубоватый замысловатый узор. И только щупальца на месте былых крыльев остались неизменными.
  - Ну и уродом же ты стал... - протянул К'ирсан с отвращением. Костяной дракон и раньше-то красотой не блистал, а теперь и вовсе превратился не пойми во что.
  Но Рошаг его словно не слышал.
  Метаморфозы ещё продолжались, когда он медленно выпрямился, повёл плечами, покрутил обезображенной головой и повернулся к Кайфату.
  - Никогда не понимал природу нашей с тобой связи. Я - вершина развития разумных, лучшее дитя богов, и ты - смертное ничтожество, жертва для ритуала Обретения Силы. У нас ничего не может и не должно быть общего, ничего!! - прохрипела немёртвая тварь, уже плохо напоминающая благородного дракона. - Но оно есть... Потому как всякий раз, когда вокруг меня что-то происходит, рядом обязательно появляешься ты... червь!!!
  На последних словах ненависть лога словно обрела материальность и хлестнула по К'ирсану чёрным, источающим яд злобы, кнутом. Однако, удар принял на себя Сегментный Щит, и король-маг даже не вздрогнул.
  - Что-то происходит? - насмешливо спросил К'ирсан, но вместо ровного спокойного голоса у него получилось угрожающее шипение. Сведённые от ненависти связки попросту отказывались подчиняться. - Бедный дракончик растерял последние крохи свободы и теперь пляшет под дудку кукловода? Никогда не думал, сколько в тебе осталось от гордого лога, а сколько от демонов Астрала?
  Вряд ли Рошаг заметил ту тварь, что вселилась в его тело и стала причиной охвативших его трансформаций, но о своём положении не мог не задумываться. И своими вопросами К'ирсан смог уязвить бывшего лога сильнее, чем любое ругательство.
  Иначе почему бы его аура, и без того чёрная от злобы и ненависти, стала подобна пятну мрака, и Рошаг обрушил на Кайфата лавину чар. Их даже нельзя было как-то распознать и отделить друг от друга - заклинания сливались в общий поток грязно-серой магии, призванной растворить в себе не просто личность противника дракона, но саму его душу.
  В какой-то момент Щит К'ирсана рухнул, и чтобы уцелеть, ему пришлось прикрыться барьером из искажённой реальности. Как и в том первом бою с нагом во дворце Свили Первого, лишь эта уловка помогла выстоять и пересилить магию Бездны. Но можно ли победить, рассчитывая только на один единственный приём?
  Ответ К'ирсану был прекрасно известен, и пока враждебная ему Сила пыталась продавить возникшую на пути преграду, он принялся торопливо искать выход в Астрал... Чтобы с холодком в душе понять, что его нет. Рошаг наглухо закрыл своё логово от мира эфира и только он решал, кто может, а кто не может открывать здесь проход.
  - Полюби меня Кали!! - выдохнул Кайфат, зло.
  Будь он в собственном теле, то может и рискнул бы схватиться с Рошагом. Но сейчас, когда связь с Источником была ослаблена, а наполнявший ауру эфир уже почти истрачен, К'ирсан рассчитывал только на бегство. Но как сбежать оттуда, откуда нет выхода?
  - Что, букашка, вздумал от меня ускользнуть? - с восторгом объявил Рошаг, обрывая поток чар.
  После такого расхода Силы, было совсем не похоже, что он выдохся или ослаб. На взгляд Кайфата с последней их встречи связь лога с Бездной заметно окрепла. И у него было серьёзное подозрение, что тому виной именно увиденная им трансформация.
  Рошаг же, тем временем, заметно сосредоточился и, нелепо дёрнув хвостом, исторг луч белого света. Он не нёс какой-то смертельной угрозы, но его касания вполне хватило, чтобы барьер из искажённого пространства, прикрывающий К'ирсана, беззвучно схлопнулся сам в себя.
  - Увы, мне уже больше не подвластна исконная магия моего народа, но знания-то остались при мне! И разрушить жалкие поделки ничтожества вроде тебя моих возможностей хватит. - С презрением заявил Рошаг и подчёркнуто медленно направился к К'ирсану.
  И что самое странное, с каждым шагом мрак в его ауре всё больше и больше прорезали прожилки странно искажённого Света. Словно помимо Бездны ему стали доступны ещё какие-то силы.
  К'ирсану окончательно стало ясно, что этот бой ему не выиграть. Разум заработал с утроенной скоростью, выискивая пути для бегства. И почти сразу нашёл решение. Ведь если он как-то сюда попал незваным гостем, значит сможет точно так же и выйти. А проник король-маг в логово Рошага через Нижний мир, недоступный Кайфату...
  Найдя взглядом всё ещё агонизирующего змеенога, К'ирсан усилил на него давление Воронки, и когда наг испустил дух, втянул в ауру накопленную заклинанием жизненную энергию. Рошаг заподозрил было неладное и попытался ускориться, но было слишком поздно. Непослушная для чуждого некромантии Кайфата Сила пусть с трудом, но всё же приняла форму нужного плетения. Последовал миг томительного ожидания, и короля-мага катапультой вышвырнуло в мир Тьмы и Смерти. Для другого мага это стало бы особенно изощрённой формой самоубийства, но не для Кайфата. Потому как тут его доступ в Астрал уже ничто не ограничивало, и он молниеносно, не успев толком прочувствовать всю мощь враждебной ему магии, проскользнул в мир свободного эфира. Причём не просто куда попало, а на то место на Тропе, откуда его выдернуло во владения Рошага.
  Свидание со Смертью в очередной раз откладывалось...
  
  ГЛАВА 3
  
  Весь последний год Олег провёл во власти самого страшного, по его мнению, чувства - разочарования в разумных. Он, конечно, слышал о том, что у некоторых с возрастом меняются взгляды на мир, и розовые очки сменяет маска цинизма и равнодушия. Но почему-то считал, что уж его-то подобная участь минует. Как же, он ведь всё повидал и всё испытал, его ничем не удивишь!
  Удивили. А ещё потрясли, шокировали и едва не заставили разочароваться во всём том, что Олег считал действительно ценными и важными вещами в этом грёбанном мире!
  Причиной потрясения стал даже не распад, а перерождение такого важного союза, как Объединённый Протекторат, исчезновение последних намёков на единство между льером Бримсом и льером Виттором, падение влияния Нолда и повсеместное очернение светлого образа государства Истинных магов. И он не мог сказать, что из всего перечисленного стало наиболее разрушительным для его видения мира.
  С момента своего прибытия в Нолд Олег проникся к этой обители чародеев уважением и любовью. Развитое богатое государство, цитадель научного и магического прогресса, могущественный игрок на мировой арене - он искренне гордился своим новым домом. Понимание же, что островная республика принадлежит к силам Света, ещё больше приумножало его радость. Да, он прекрасно знал о недостатках Нолда, но они не мешали ему видеть и ценить в новой родине гораздо более важные вещи.
  И вот теперь его идеал, символ всей новой жизни оказался растоптан. Причём спихнуть ответственность только на эльфов не выйдет. Длинноухие, конечно, коварны и пекутся прежде всего о собственной расе, но и люди, в том числе из круга его знакомых, проявились себя во всей красе. Одни грызутся из-за власти, другие мечтают о том, как кому-нибудь подороже продаться, а третьи при первой возможности плюют в спину. И это перед лицом общей угрозы!!
  Нет, Олег решительно отказывался смириться с подобным жизненным поворотом... Одно хорошо, хотя бы отношение к К'ирсану можно не пересматривать. Вне зависимости от того, как соплеменник относится к Нолду, в каких отношениях с ним находится и какую поддержку может оказать, К'ирсана всегда есть за что ненавидеть. Потому как зло всегда зло. В какие бы одежды оно не рядилось, и какими бы целями не прикрывалось. Кайфат разрушал установившийся порядок вещей, сеял смуту среди вассалов Нолда, нарушал законы, рвался к личной власти и творил Запретную волшбу - он являлся живым вызовом миропорядку, частью которого Олег давно уже привык себя считать, а значит... значит должен быть уничтожен. Как никчёмная кусачая муха.
  Пророчества, опять же... Про которые все забыли, и которые прямо указывали на К'ирсана Кайфата как на эмиссара тех сил, что желали перемен на Торне. По крайней мере Олег именно так предпочитал трактовать фиорские пророчества. Раньше он в них не слишком-то и верил, однако теперь всё изменилось. Олег вдруг осознал свою ответственность как чародея Нолда, Наказующего и верного соратника льера Бримса, и уже не мог отмахиваться от грозных предупреждений древних Кормчих, а заодно превратился в сторонника самых жёстких мер в отношении короля-мага...
  Впрочем, обманывать себя тоже не стоило: разочарование в людях и нелюдях было не единственным чувством, тяготившим Олега. Имелось ещё кое-что, тисками сжимающее сердце... Страх. Страх за Аливию и их сына, страх потерять их в ставшем опасным и непредсказуемом мире, страх самому сплоховать в тот день и час, когда от его способностей и навыков будет зависеть жизнь его близких...
  После битвы в Долине Цветов, которая одновременно закончилась победой над армией Бездны и поражением Нолда в противостоянии с Длинноухими, Олег вернулся в родовое поместье Чимир к жене и ребёнку и на несколько седмиц выпал из жизни республики. Ничего кроме семьи его не интересовало... Но шли дни, тяжёлые думы одолевали его всё больше и больше, пока в какой-то момент Олег не осознал простую вещь: что бы ни творилось вокруг, в какой бы хаос не погружались твои надежды, мечты и чаяния, рядом есть те, кто ещё слабее, и кто без твоей опоры попросту пропадёт. И эта банальная мысль стала тем крючком, за который он вытянул себя из раковины отчуждения и вернулся в строй. Злым, напористым и чётко знающим, чего он хочет.
  Хотел же Олег ни много, ни мало, а в кратчайшие сроки получить второй ранг, и, в перспективе, достигнуть первого. Цель как минимум смелая и амбициозная, но кто сказал, что невозможная? Тем более, что у него хватило ума на этот раз не повторять прошлые глупости с бесконечными поединками, а добиться встречи с вернувшимся из лечебницы льером Бримсом и попросить совета.
  И не прогадал.
  Магистр с готовностью поддержал настрой Олега и предложил... заняться развитием склонности к Огню. Земля пусть и преобладала в Даре Чимира, но была не единственной Стихией. В своё время сосредоточившись на познании самой ярко выраженной грани Силы, Олег обеспечил себе стремительное развитие как чародея, однако весь потенциал выбранного пути был исчерпан. Дальнейшее продвижение было возможно, но требовало гораздо большего времени. Олег обязательно станет великим Повелителем Земли, только не завтра и не послезавтра, а в лучшем случае спустя десяток лет. Вот только какой смысл ограничивать свои возможности одной Стихией?
  В итоге, льер Бримс выделил Олегу в личное пользование пусть устаревший и неказистый, но вполне надёжный и быстроходный малый пузырь под названием "Ленивый бочонок" - правда, по бумагам он всё ещё проходил как "Стремительный", но кто в них заглядывает. И указал координаты необитаемого острова в сотне вёрст к юго-западу от Нолда, где находился дремлющий вулкан, и куда Чимиру предписывалось заглядывать раз в несколько седмиц для познания мощи Стихии Огня.
  Отказываться Олег не стал, и почти весь год, следуя рекомендациям Великого мага, регулярно вылетал на удалённый остров в Суудском океане. Пару раз его сопровождал Айрунг, но обычно молодой чародей путешествовал лишь в компании пилота и штурмана пузыря.
  Этот полёт ничем не отличался от предыдущих. Покинув Семь Башен в середине прошлого дня, ранним утром Олег уже высадился на безымянный островок. Оставив вещи в оборудованном лагере и махнув на прощание команде пузыря, он сразу же направился по едва заметной тропе к жерлу спящего вулкана. Тренировки Олега иногда длились по несколько суток, и экипаж справедливо считал это время чем-то вроде отпуска. Что не могло не сказаться на их отношении к пассажиру: до панибратства никто не опускался, но семьёй и здоровьем друг друга они интересовались.
  На вершине Олег был уже через час. Разделся донага, оставив только десантный пояс и нацепив дыхательную маску, да и сиганул вниз. Действия давно уже стали настолько привычны, что он выполнял их не задумываясь.
  Как всегда он приземлился в стороне от бьющего из-под земли гейзера, однако клубы пара всё равно обожгли кожу. Олег дисциплинированно пытался отключиться от болезненных ощущений, но не зажимался, напрягая все мышцы, а наоборот расслаблялся и раскрывался миру. Старался впустить в себя частичку той энергии, что жила на пороге спящего гиганта.
  - Здравствуй, Огонь! - выдохнул сквозь зубы Олег.
  Здесь никто его не увидит, а значит, он смело мог вести себя так, как считал нужным. Например, говорить глупые и пафосные слова, которые не несли никакого смысла, но помогали ему настроиться на нужную волну. Бримс много говорил про подобные мелкие и вроде бы ничего не значащие детали, и Олег старался соблюдать все его рекомендации.
  И, судя по достигнутым результатам, толк из этого был.
  Медленно, не позволяя прорваться ни капле энергии Земли, он наполнил ауру Огнём. Ему было ещё далеко до какого-нибудь адепта, десятилетиями познающему свою Стихию, но и уровень старшего ученика он тоже уже перерос. Сказывалось общее мастерство и опыт работы с Землёй, да и методика льера Бримса тоже играла свою роль.
  Ощутив, что аура раздулась как парус на ветру и больше не способна принять ни капли Силы, Олег резко выплеснул всё собранное в окружающее пространство. В ином месте это было чревато взрывом, но в жерле вулкана, в царстве Истинного Огня, выброшенная магия оказалась поглощена общей энергетикой места. На какой-то миг Чимир оказался подобен обычному смертному, лишённому даже крох Дара. Но затем сделал некое подобие вздоха и втянул свою Силу обратно. А заодно вобрал и частички спящей здесь мощи, захваченной общим потоком.
  Подождал пока тонкое тело наполнится до краёв и сделал новый выброс... Затем ещё и ещё, пока хватало концентрации и позволяла выносливость. Прокачивая сквозь себя огромные потоки Силы, Олег шаг за шагом, капля за каплей развивал свою способность к Огню. Своё понимание Огня. Свою власть над Огнём...
  - Как же это всё утомляет, - пробормотал Олег, ощутив, что достиг предела и что ещё немного, и он потеряет управление строптивой Стихией. - Насколько с Землёй было легче...
  В последний раз освободив ауру от энергии Стихии, он обратился к обезличенной Силе и медленно успокоил взбаламученный Дар. Вместе с ощущением времени вернулась и ломота во всём теле, и жажда, и голод, и навалившаяся усталость. Тяжело переставляя ноги, Олег направился поближе к внутренней стенке жерла вулкана и активировал пояс. Тело медленно поплыло вверх, но на высоте сажени или двух подъём внезапно прекратился, по артефакту пробежала дрожь, и маг попросту рухнул на камни. Ушибив колено и расцарапав плечо.
  - Пожри тебя Тёмный Оррис!! - прорычал он, наконец, обратив внимание, что и дыхательная маска начала работать с перебоями.
  Надёжные и проверенные поколениями боевых чародеев артефакты вдруг дали сбой. И Олегу следовало благодарить богов за то, что это не случилось после прыжка со скал или в разгар тренировки, когда он целиком сосредоточен на своей магии.
  - Кали тебе в тёщи, хфургово семя! - Олег понятия не имел, кто виноват в случившемся, но в том, что он этого мархузова ублюдка найдёт и порвёт как рольт шушу это точно.
  Надо только выбраться.
  Короткое заклинание из раздела Общей магии окутало голову сферой свежего и чистого воздуха, а отозвавшаяся на зов своего Повелителя Земля позволила без особых сложностей подниматься по почти отвесной стене - конечности Олега в нужный момент попросту прилипали к камню. Так как занятия со Стихией затянулись у него до ночи, над плечом Чимир подвесил безобидного "светляка". Жаль только сил для подъёма магия ему прибавить не могла. Организм подвергся слишком серьёзным нагрузкам, чтобы без последствий выдержать подобное колдовство.
  Со всеми этими ухищрениями из кратера вулкана Олег выбрался лишь через несколько часов. Как раз успел к рассвету. Правда полюбоваться отменным видом, открывающимся с такой верхотуры, сил у него уже не осталось. Последние сажени он уже преодолевал на последнем дыхании и вершину перевалил совершенно измождённым. Рухнул на камни, и какое-то время лежал неподвижно, запалено дыша и мечтая, чтобы из мышц ушла ноющая боль. При мысли, что придётся вставать и куда-то идти, его начинало трясти, но воля Истинного мага заставляла пересилить собственную слабость. Пошатываясь, Олег встал, медленно оделся и, точно утопающий за спасательный круг, вцепился в дожидающийся хозяина посох. Артефакт отозвался мягким теплом и тоненькой ниточкой Силы, которая начала подпитывать измученный организм.
  - Чимир вызывает "Ленивый бочонок", Чимир вызывает "Ленивый бочонок"! - Почувствовав себя немного лучше, Олег достал связной амулет и попытался вызвать на разговор кого-нибудь из членов команды. Идея оставить пузырь подальше от вулкана больше не казалась ему удачной, и он собирался немедленно её исправить. - Капитан, полюби тебя тролль, вы там все перепились что ли?! Отзовись!!
  Однако сколько Олег не кричал, ответа он так и не дождался. Ситуация становилась всё более и более странной. Сначала отказали артефакты, теперь вот команда молчит... Вокруг Олега определённо что-то происходило, и это что-то воняло неприятностями.
  Мрачно ощерившись, Олег спрятал амулет, перехватил поудобнее посох и решительно направился по тропе к подножию горы. Злость придавала решимости, а привязанный кровью артефакт восполнял растраченные силы, поэтому внизу он оказался довольно быстро. По пути даже отдыхал всего два раза, что казалось по-настоящему великим подвигом.
  Уже внизу было мелькнула предательская мысль сделать привал и хорошенько отдохнуть, но Олег отмахнулся от неё как от несущественной. Всё, чего он сейчас желал, это разобраться со странным поведением команды своего пузыря. Остальное потом. И с таким настроем заторопился к летающему кораблю.
  Впрочем, спешка не помешала ему ощутить слабенький всплеск магии за первым же поворотом тропы и моментально насторожиться. Посох немедленно отозвался на волнение хозяина теплом и едва уловимым гудением, готовый в любой миг выплеснуть в неизвестного врага заранее заготовленные чары.
  - Э-ээ, ты там не дури, Олег! Свои! - раздался знакомый голос в ответ на его приготовления. И из-за камней показался Айрунг: раскрасневшийся и тоже заметно уставший. - С чего такая воинственность?
  Однако если старый друг рассчитывал, что его слова успокоят Чимира, то он ошибался. Невольные контакты с чародеями К'ирсана Кайфата, подслушанные разговоры, увиденные собственными глазами поединки и битвы неожиданно много дали Олегу. Причём не столько в плане магии, сколько в выработке правильных привычек боевого чародея. Например, не доверять своим чувствам и ждать подвоха там, где ситуация кажется прозрачной и очевидной.
  Вот и сейчас, вместо приветствия, Олег сначала нацелил на Айрунга посох, а затем прошептал заклинание Истинного зрения и внимательно изучил приятеля.
  - Свои все дома сидят, у Альме под крылышком, - сказал он, наконец. - Ты как здесь оказался?
  Айрунг прищурился и выразительно посмотрел на посох. Олег замялся: проснувшаяся паранойя требовала держать оружие наготове, но обижать друга тоже не хотелось. В конце концов он не выдержал и отвёл артефакт в сторону.
  - Да вот, хотел с товарищем своим поговорить на разные темы. На лоне природы и без посторонних ушей, а он, смотрю, что-то мне совсем и не рад... - тут же сообщил Айрунг, чем окончательно смутил Олега.
  - Извини, - выдал он, перехватив посох и поставив его вертикально. - У меня тут мархуз знает, что происходит, весь издёргался...
  - А подробнее? - немедленно насторожился Айрунг.
  - А подробнее, у меня в самый неподходящий момент сломались "безотказные" артефакты, а потом и связь с "Ленивым бочонком" пропала, - выдохнул Олег, присаживаясь на скальный уступ и устало вытягивая ноги. - Пока из кратера выбирался, думал загнусь, Длинноухим на счастье. И тут вдруг ты появляешься... Решил уже, что под мороком ко мне кто-то подбирается.
  - Мда, неожиданный поворот, - протянул Айрунг, изучив Олега внимательным взглядом. - И вправду выглядишь как хфург после линьки... А я как узнал, что ты сюда отправился, сел на попутный пузырь и сюда. Его маршрут от острова пролегал, правда, далековато - верстах в двадцати-тридцати - но Крылья Ветра ведь именно для того и нужны, чтобы маги могли летать куда им нужно, а не куда им позволяют. Так?
  - А обратно? - хмыкнул Олег, которому эти чары были недоступны.
  Айрунг глянул на него с сожалением и вздохнул.
  - Обратно на твоём мархузовом "Бочонке"...
  - Если только с этим корытом ничего не случилось, - скривился Олег. - А то предчувствия у меня самые, что ни на есть поганые... Да ещё сил после обряда и подъёма по скале с шушин хвост осталось. У тебя, думаю, тоже с этим не лучше.
  - Скажем так: я не на пике формы, - ухмыльнулся Айрунг. - Но и в утиль списывать пока рано... Ладно, давай сюда и потопали. Глянем, что там с нашим транспортом случилось.
  Олег послушно встал, но тут до него дошло, о чём его попросил бывший Наставник, и удивлённо вскинул брови.
  - Посох? Я ж над ним обряд привязки к владельцу провёл, как ты им пользоваться собираешься?!
  Айрунг на это лишь неопределённо покрутил рукой.
  - Справлюсь. Уж привязку такого рода преодолеть точно смогу, - доверительно сообщил он и непонятно добавил: - Зря учился что ли?
  Вот на этом моменте Олег остановился бы поподробнее. Потому как его никто ничему подобному не учил и даже о самой возможности обхода таких защит не рассказывал. Но Чимир, уже немало времени вращающийся среди Наказующих, знал, когда можно задавать такого рода вопросы, а когда стоит помолчать. Расскажут - хорошо, нет - делаешь вид, что ничего не заметил.
  Айрунг ничего рассказывать не стал. Вместо этого коротким импульсом Силы выдернул посох из ладони Олега и вцепился в древко обеими руками. После чего встал поустойчивее, прикрыл глаза и замер. Здесь его уже должна была ударить вложенная в артефакт молния, но почему-то ничего не происходило. Зато Айрунг вдруг засветился изнутри золотым светом, который зародился сначала в середине груди, затем распространился на всё тело и стёк в руки. Так продолжалось недолго, пока непонятное свечение не перескочило на посох. И лишь тогда непонятное свечение угасло, а Айрунг вышел из транса.
  - Это чего такое было?! - Всё-таки не сдержался Олег.
  - Ничего особенного. Просто у твоей игрушки появился ещё один законный хозяин, - широко усмехнулся Айрунг, после чего крутанул древко в руке и нацелил навершие на ближайший валун.
  Через мгновение тот сначала воспарил воздух, а затем, точно снаряд из катапульты, выстрелил в сторону моря.
  - Понял. Ничего, так ничего, - немного демонстративно пожал плечами Олег.
  - Да ладно тебе принцессу изображать. Просто сейчас время для этого разговора ещё не наступило. И наступит очень не скоро, - примиряющее сказал Айрунг. - Да и вообще... у нас сейчас немного другая задача. Не до бесед.
  И дождавшись, когда Олег поднимется, решительно направился вперёд по тропе. Посох Айрунг оставил у себя.
  Дорога до лагеря, давно уже исхоженная вдоль и поперёк, в этот раз отложилась в памяти Олега как череда попыток пересилить собственную слабость. И дело не в том, что ему тяжело было шагать - хоть это действительно так - гораздо хуже, что он был магически истощён. Из-за чего Дар Чимира постоянно норовил вырваться из-под контроля, то наполняя разум видениями, то порождая странные желания и ощущения. Порой было страшно, порой - смешно, однако, во всех случаях это ужасно мешало. И не было ничего удивительного в том, что Олег не заметил засаду, устроенную уже на подходе к стоянке пузыря.
  Тропа здесь ныряла в небольшую расщелину, словно самой природой созданную как ловушка для путников. Слева и справа отвесные скалы по семь-восемь саженей высотой, а между ними зажата прямая как стрела дорога - никаких тебе поворотов или развилок, за которыми можно укрыться от вражеской атаки. Самое подходящее место для нападения на двух уставших чародеев! И что самое обидное, Олег о нём прекрасно знал, но из-за плохого самочувствия банально забыл. За что они и поплатились.
  В момент нападения Олег только-только спустился в расщелину, а Айрунг уже успел пройти большую её часть. И потому первый удар был нанесён именно по нему: из трещин в скалах с двух сторон в мага выстрелили около десятка Хищных Лиан. Да не простых поделок смертных слабосилков, а творения настоящих мастеров. С крепкими как стальные канаты стеблями, бритвенной остроты листьями и ядовитой даже на вид аурой. Лианы мгновенно спеленали чародея, накрыв его шевелящимся коконом. И можно было не сомневаться, что растительные химеры тут же принялись пробовать на прочность защиту его амулетов. Ну а чтобы исключить любые случайности и не оставить Айрунгу ни единого шанса на выживание, из-за скального выступа в него прилетели ещё два ледяных копья. Пущенные со страшной скоростью, они пронзили не только растительный покров, но и Щит нолдского чародея.
  Всё произошло настолько быстро, что Олег не успел даже толком среагировать. Вроде бы шёл себе и шёл, механически передвигая ноги, как вдруг он оказывается в центре сражения, где неизвестные забрасывают его друга заклятиями. И лишь когда до Олега донёсся всплеск Силы после разрушившегося амулета Айрунга, он начал действовать. Увы, сейчас адепт Земли был не в лучшей форме, а потому даже не помышлял о том, чтобы сходу дать бой невидимым врагам. Для начала ему следовало просто выжить.
  И Чимир, с максимально доступной ему сейчас скоростью, рванул к ближайшему валуну. В обычном своём состоянии он бы не сходя с места укрылся под гранитным куполом, сейчас же приходилось хитрить, ловчить и опираться на артефактные костыли. Укрывшись за камнем, Олег активировал запрятанный в пояс артефакт, один из тех, что с некоторых пор стали частью его повседневного костюма. И магическая игрушка его не подвела: несколько здоровенных обломков, вырванных из ближайших скал незримой силой, моментально выстроили вокруг него небольшое укрытие, а мерцающее поле Радужного Щита превратило примитивное укрепление едва ли не в полноценный форт.
  Вот теперь можно было и озаботиться подготовкой к чему-то более серьёзному... Мимолётно пожалев, что отдал посох Айрунгу, Олег уселся поудобнее, сложил пальцы в подходящую случаю фигуру и забубнил мантру сосредоточения. Истощение истощением, а возвращение хотя бы минимального контроля над Даром вопрос первостепенной важности. Впрочем, привычные действия ничуть не мешали Олегу наблюдать за происходящим в расщелине.
  А посмотреть там и вправду было на что. Потому как Айрунг оказался гораздо крепче, чем о нём думал Олег, и коварная атака врагов его лишь раззадорила. Чимир ещё не закончил создавать своё убежище, как его друг воззвал к Стихии и насыщенным Силой потоком воздуха сорвал с себя покров из хищных растений. Открылась его напряжённо замершая фигура, которая обеими руками цеплялась за посох Олега: маг второго ранга сумел воспользоваться сокрытыми там чарами и накинул на себя Каменную кожу. Именно плетение Стихии Земли и спасло его от гибели сразу после разрушения индивидуальной защиты. И оно же обещало стать началом конца нападающих.
  Словно повинуясь какому-то импульсу, Айрунг вдруг повернулся вправо и вытянул в ту сторону артефакт. С навершия сорвалось нечто незримое - Олег не сразу узнал странно вывернутое плетение Пылевого Облака - накрывшее на первый взгляд пустую площадку плотным одеялом из песка и огненных искр. Морок мгновенно слетел, и стал виден силуэт человека, вынужденного сражаться с гнётом чужих чар.
  Но позлорадствовать Олег не успел. Понимая, что для опытного Айрунга он представляет собой лёгкую цель, враг подал какой-то сигнал и... Истинному магу стало резко не до него. Из-за гребня скал в расщелину гигантскими прыжками сиганули две угловатые фигуры, в которых любой островитянин мог узнать нолдских боевых големов. Да не обычных штурмовых великанов, а их гораздо менее крупных собратьев, предназначенных для убийства вражеских магов и командиров. Подвижные, скоростные, прикрытые надёжными Щитами и вооружённые, как артефактными метателями, так и заговорёнными клинками, они были идеальными помощниками для команд убийц Наказующих. И полностью оправдывали имя Бестии.
  Вот только какого мархуза они здесь делают?! Чужакам этих големов не продавали, да и у самого Нолда их было не так много: механические выкидыши Бездны стоили бешеных денег. Олег, к примеру, видел Бестию лишь однажды, причём не на поле битвы, а во время обучения на курсах для офицеров Наказующих. Так что оказаться в руках врагов они просто не могли...
  Если Олега появление Бестий откровенно шокировало, то Айрунг воспринял всё так, словно ничего особенного не произошло. Стремительно развернулся к новому противнику и выпустил из посоха очередное заклинание.
  Им оказалась Стена. Со скал с обеих сторон расщелины выдвинулись огромные каменные глыбы и отгородили Айрунга от големов. Только созданный барьер тотчас сотряс мощный удар колдовского тарана, которым механические воины собирались сокрушить мага. Впрочем, неудача ничуть не обескуражила их железные мозги, и Бестии снова взвились в воздух. Вот только чародей именно этого и ждал. Свитая из Силы Воздуха петля, зацепила одного из големов и отшвырнула обратно на камни. Второй оказался более удачлив и приземлился сам, всего в полусажени от Айрунга. Клинки тут же устремились к цели, но маг был быстрее. Чары Разгона позволили ему увернуться от зачарованных лезвий, поднырнуть под многосуставную конечность, приблизиться к корпусу и... вколотить в стык бронепластин сжатое в плотный комок плетение. От места попадания заклинания по металлическому телу мгновенно растеклось золотое свечение - точно такое же, как и во время укрощения посоха Олега - и словно бы впиталось внутрь сложного механизма. Этого Бестия не пережила. Боевая машина, призванная выдерживать самые головоломные и искусные чары, уступила всего одному заклинанию. И Чимир, пожри его Тёмный Оррис, понятия не имел, что оно собой представляло.
  Он уже начал надеяться, что с первым големом Айрунг расправится столь же легко, но что-то пошло не так. Оставшаяся в одиночестве Бестия не только почти не пострадала от падения, но и чрезвычайно быстро вернулась в сражение. На высокой скорости, прикрывшись Щитами и пластуя перед собой воздух, она вихрем налетела на Айрунга, и тот был вынужден уйти в глухую оборону. Олег только и мог разглядеть, что мелькание своего посоха, используемого сейчас вместо боевого шеста, и всполохи самых примитивных чар из арсеналов адептов Воздуха.
  - А где маг?! - вдруг вспомнил Олег и завертел головой в поисках недобитого чародея.
  Пальцы же словно сами собой принялись сплетать потоки в заготовку под заклинание. Медитация не прошла впустую, и он ощутил в себе достаточно сил, чтобы принять в битве несколько более деятельное участие. Например, разобраться с куда-то запропастившимся вражеским колдуном.
  Противник обнаружился совсем не там, где Олег ожидал его увидеть. Пылевое Облако заставило чародея покинуть подготовленную позицию, и теперь он стоял в тени скал в нескольких саженях от укрытия Чимира. И со зверским выражением лица примеривался для удара Голубой Жемчужиной.
  Холодея от мысли, что мог прозевать удар столь мощным заклинанием, Олег пробкой из бутылки выпрыгнул из своего убежища и покатился по пыли. Тут же грохнуло, и над головой полетела шрапнель перемолотого в мелкий щебень камня. Ни Щит, ни сотворённые магией стены не смогли устоять перед чужим колдовством. Мархуз знает, какой ранг был у этого адепта Воды, но, по крайней мере, плетением Жемчужины он владел мастерски.
  Вот только для победы над Олегом этого было недостаточно. Чимир на одних инстинктах открылся Земле и так усердно познаваемому Огню, соединил обе Стихии в одном потоке, влил его в заготовленную структуру и... не поднимаясь с колен, плюнул в сторону врага. Комок слюны стал материальной компонентой чар, уже в воздухе трансформировавшимся в нечто гораздо более смертоносное и могучее. В Плевок Вулкана. Небольшой пульсар, по сути сгусток магмы, смёл только формирующееся вражеское защитное заклинание, пробил поле амулета и накрыл фигуру врага жарким как сам тасс пламенем колдовского огня.
  - Передавай поклон Кали, гадёныш! - прорычал Олег и медленно поднялся.
  Противник ещё шевелился, но он уже выкинул его из головы и теперь обеспокоенно искал взглядом Айрунга. Всё-таки его противником была Бестия, а тех не зря считали убийцами магов. Голем вполне мог выкинуть какой-нибудь смертоносный сюрприз...
  Но нервничал Чимир зря - как раз в этот момент Айрунг добивал механического воина в рукопашной схватке. Чары Разгона, помноженные на мощь посоха, уравнивали возможности противников, а опыт реальных схваток и отточенный ум Истинного мага были слишком серьёзным преимуществом. На глазах у Олега друг сначала с помощью артефакта обрушил на спину голема кучу камней, а когда тот потерял равновесие, в длинном выпаде воткнул пяту колдовского оружия в ту часть корпуса, где располагался магический движитель. Удар сопровождался концентрированным выбросом энергии Земли, после которого раздался скрежет выворачиваемой наизнанку брони, полетел ворох искр из раненого механического сердца, и... Бестия мёртвым грузом повалилась на бок.
  Олег уже собирался крикнуть другу и бывшему Наставнику поздравление с победой, но тут у того в руках лопнул со звоном не выдержавший нагрузок посох, и он произнёс совсем другие слова.
  - Да чтоб ты сдох, Айрунг!! Чтоб Тёмный Оррис тебя Кали подарил!!! Ты чего наделал?! Ты знаешь, сколько он стоил?! - заорал Чимир.
  Злость от потери подарка льера Бримса заставила забыть об усталости, боли и слабости. Хотелось только ругаться и богохульствовать. Проклятье, с его жалованием, тратами на учёбу и семью, он сможет купить что-то похожее хорошо, если через пару лет. Пару лет!
  Его напор был столь силён, что Айрунг даже растерялся. Как-то обескуражено повертел в руках обломок посоха, зачем-то осторожно пристроил его на ближайший камень и... ответил приятелю непристойным жестом тарков. И на этом конфликт был исчерпан. Олег свою жизнь и жизнь немногочисленных близких ценил гораздо выше любого оружия, и все его крики были не более чем отходняком после пережитых эмоций. Каждый ведь переживает по-своему. Он вот орал и матерился, Айрунг же хоть и молчал, но его заметно потрясывало. Да и немудрено, сегодня они прошли по грани. Капелька удачи, и у убийцы вполне могло получиться задуманное. Во всяком случае, будь Чимир один, то сейчас его душа уже летела бы на встречу с предками.
  - Кто ж тебя так не любит из наших? - спросил Айрунг, спустя некоторое время.
  В компании с Олегом они пытались разобраться с личностью нападавшего, изучили ещё дымящиеся останки вражеского чародея и покопались внутри превратившихся в металлолом големов, но внятного ответа так и не нашли. Механические воины вроде бы нолдского производства, но командовавший ими человек - хотя бы это они выяснили совершенно точно - к числу граждан островной республики не принадлежал. Во всяком случае им не приходилось слышать о членстве в Ложе магов темнокожих женщин.
  - Или не из наших... - пробормотал Олег, чем вызвал у друга тихий смешок.
  - Ну здесь-то, по крайней мере, понятно, - сказал Айрунг с намёком.
  Чимир помянул мархуза. Да, список его прегрешений перед Длинноухими велик. И они вполне могли попытаться устроить на него покушение при первом удобном случае. Узнали про его отлучки на остров и послали наёмницу хотя бы из того же Братства Отрекшихся или из числа своих людских выкормышей. Их, Тьму им в душу, не жалко... Но големы, долбанные нолдские големы!
   - Ладно, чего мозги крутить, двигаем к пузырю. Хотя что-то мне подсказывает, если его команда не прибежала на устроенный нами фейерверк, с ними явно не всё в порядке, - сказал Айрунг решительно, похлопав Олега по плечу. Немного помедлил и добавил: - И давай смотреть в оба. В нашем нынешнем состоянии ещё одну неожиданную атаку мы можем не пережить.
  Олег понятливо кивнул. Что бы там ни говорил Айрунг, но новое нападение не переживёт именно адепт Земли. Участие в бою отложило восстановление его способностей почти на седмицу, и до этого дня следовало забыть о Даре. Если он, конечно, не хочет стать инвалидом с перекорёженной энергетикой или вовсе сгинуть от ярости неподконтрольной Стихии...
  Однако, как вскоре выяснилось, опасались они зря - обошлось без новых драк. Просто потому, что оба Истинных мага были единственными живыми разумными на всём острове. Едва оказавшись в лагере, они обнаружили удручающую картину: "Ленивый бочонок" догорал у подножия скал, тело его капитана с дырой в груди валялось между палатками, а штурман с переломанным позвоночником лежал у входа в пещерку, использовавшуюся в качестве склада.
  - Тун, что случилось?! - требовательно спросил Олег у раненого, после того как Айрунг отступил от него после нескольких бесполезных попыток наложить исцеляющие чары. - Кто это был?!
  Жить единственному выжившему члену команды пузыря оставалось недолго, и им следовало выжать из оставшихся мгновений максимум возможного.
  Видимо заклинания Айрунга немного помогли, потому как взгляд штурмана приобрёл осмысленность, и он с непонятным выражением уставился на Олега.
  - Простите меня... льер... - с трудом проговорил он. - Я не... предатель!
  - Да какой ты, к хфургу, предатель?! Не мели ерунды! Просто враг оказался... - не понял Олег, но гримаса раздражения на лице умирающего заставила его замолчать.
  - Я не предатель! - повторил Тун и, секунду помедлив, продолжил: - Меня... заставили. Жена, дети... Они обещали их убить, если... не скажу... координаты острова. Сначала и вовсе хотели... хотели, чтобы... - Штурману страшно тяжело было говорить, но он упрямо выдавливал из себя слова, словно они жгли его изнутри. - Чтобы я "Бочонок" взорвал, но... но потом решили, что так будет надёжнее.
  Он замолчал, и Олег, разом растерявший всю жалость к нему, немедленно потребовал.
  - Кто?! Кто заставил, кто обещал?! - рявкнул он.
  - Какой-то полукровка... Он маскировался, но Длинноухих... Длинноухих тварей я за версту чую! - прошептал Тун, заметно теряя силы. Глаза тускнели, по лицу разливалась бледность. - Обещали моих не трогать, нас с капитаном отпустить... Обманул... хаффов сын... Как есть, обманул... - Речь становилась всё более тихой и невнятной, Олегу приходилось вслушиваться, чтобы разобрать хоть что-то. - Баба... после нас появилась... Сюда пришла и сразу... сразу убивать начала... Дочь Кали...
  Последовала длинная пауза, после которой Тун вдруг вытянулся в струнку, выкрикнул: "Обманул Длинноухий!" и обмяк, прямым ходом отправившись в Нижние миры.
  - Троллье дерьмо! Всё-таки Длинноухие, - выдохнул Айрунг, разом потеряв интерес к штурману.
  - Мстительные, твари! - кивнул Олег, не сводя взгляда с Туна.
  Ему вдруг подумалось, что он вполне мог бы оказаться на месте этого несчастного. Особенно если бы кто-то угрожал жизни его семьи... Хотя нет! Он бы идти у них на поводу точно бы не стал, и если бы не справился сам, то обратился бы за помощью к Айрунгу или льеру Бримсу. Всё-таки он не какой-то "крохобор", он - Истинный маг. И врагам не сделать из него марионетку.
  - Мстительные... - согласился Айрунг со странной интонацией. - Если же вспомнить, что тебя хотели взять живым, то и коварные.
  - Живым?! - вскинулся Олег и почти сразу же сник, вспоминая подробности боя.
  Действительно, всю мощь атаки темнокожая ведьма сосредоточила на Айрунге, ему досталось гораздо меньше. Даже последние мгновения схватки, когда она ударила Голубой Жемчужиной, не противоречили этому предположению. Если подумать, то пробив каменные блоки и Радужный Щит, плетение потеряло бы мархузову часть своей силы. И уже не способно было бы убить. Ранить - да, может быть даже тяжело, но не убить.
  - Тьма! - выдохнул он.
  - Вот-вот, а там вывезли бы тебя в укромное место, да передали в руки профессионалам своего дела. И хорошо если палачам. Гораздо хуже, если бы эльфы захотели бы влезть тебе в башку и хорошенько там покопаться. - Тяжело роняя слова, сказал Айрунг. - А там глядишь, и вот уже в свите льера Бримса агент Перворождённых. Как тебе перспектива?
  Олег ответил ругательствами. Перспектива его откровенно напугала, и даже мысль о продолжении разговора на эту тему действовала на него угнетающе.
  - Как выбираться отсюда будем? - Наконец выдавил из себя Чимир, переводя тему.
  Айрунг на это не весело усмехнулся и ткнул пальцем в сторону входа в небольшую бухту неподалёку от лагеря.
  - Готов поклясться, что там будет лодка нашей не состоявшейся то ли убийцы, то ли похитительницы. И я не вижу никаких причин, чтобы мы не могли воспользоваться ею для возвращения домой, - сообщил он. После чего многообещающе добавил: - Уж на корабле-то, надеюсь, нашей беседе никто не помешает...
  Олег же с внезапной ясностью вспомнил, что Айрунг появился на острове совсем не ради участия в драках с наёмниками Светлых эльфов. И вполне возможно, что его собственные проблемы, меркнут на фоне чего-то гораздо более серьёзного и глобального.
  Проклятье, жизнь становилась, всё сложнее и сложнее!
  
  ГЛАВА 4
  
  Дарг Великий, сын Великого Сохога и первый король объединённых Пяти королевств, как пафосно его начали именовать придворные лизоблюды, стоял на вершине холма и с сомнением изучал небольшую зелёную рощу в нескольких верстах от подножия. Ещё совсем недавно, всего год назад, он собственными глазами наблюдал за тем, как длинноухие покровители высаживали здесь первые за тысячелетия меллорны, и вот они уже превратились в зачатки нового Великого леса. Магическим деревьям, этим живым источникам Силы, древняя земля явно пришлась по вкусу, и они быстро пошли в рост.
  Или тому причина старания эльфийских друидов? Взгляд то и дело цеплялся за мелкие фигурки светлоэльфийских колдунов, которые точно муравьи суетились на окраинах рощи, совершая малопонятные обряды, творя волшбу и принося в жертву пленников. Все недовольные, все враги и противники новой власти, обладающие хотя бы каплей Силы, отправлялись прямиком сюда, под нож к "адептам Добра".
  Интересно, что бы на этот счёт сказали бесчисленные проповедники, призывающие со всех углов славить "любимых детей Света"? Обвинили во лжи и отравлении Тьмой, или того хуже, в пособничестве проводнику истинного Зла с юга? Хотя неважно, поверят ведь им, а не всем тем, кто вздумает возводить хулу на Светорождённых. Разумные ведь не любят, когда в их уютный, выстроенный из заблуждений и иллюзий мирок врывается суровая реальность. И любую неудобную правду они встретят лишь ещё большим количеством лжи.
  Ещё недавно Дарг, чьи войска в кровопролитных боях брали города Саурмы и Узза, верил, что народ этих стран никогда не покорится новой власти, но прошло всего ничего, и пропаганда Светлых, подкреплённая изощрённой магией, вывернула наизнанку мозги людей. Вряд ли всех, в конце концов весь восток свежесозданных Пяти королевств до сих пор упорно сопротивлялся захватчикам, да и на уже занятых территориях было не всё гладко, но основная масса жителей смирилась с новыми реалиями. А смирившись, приняла и навязываемое им мировоззрение. Считать себя частью чего-то светлого и правильного гораздо удобнее и комфортнее, чем жить под гнётом понимания своей трусости и слабости.
  Впрочем, Дарг никого больше не осуждал и не презирал. Сам-то он разве лучше? Гордый воин променял свободу и честь за дарованную власть и возможность приобщиться к чему-то большему, чем он даже мог осознать. В последнем гвонк окончательно уверился лишь недавно, когда благодаря способностям Мастера никерры начал замечать, как стремительно меняется энергетика местности вокруг сердца будущего нового Великого леса. Это было поистине грандиозное зрелище. И за возможность наблюдать за тем, как сдвигаются русла рек Силы, как меняются отклики Стихий, как расцветает в округе любая жизнь и наполняется магией сам воздух, он прощал Светлым всё, даже бесконечные призывы бросить дела и явиться на окраины рощи для очередного умиротворения духов. Благо с каждым разом его участие в мархузовых ритуалах становилось всё меньше и меньше, обещая в скором времени вовсе сойти на нет.
  И тогда Дарг сможет, Тьма его побери, целиком сосредоточиться на непокорных ублюдках с востока! Накатившие вдруг ярость и раздражение заставили стиснуть рукоять клинка, но насладиться вспышкой он не успел - от лагеря с охраной позади холма поднялся Селерей.
  - Наставник, прибыл посланник от Светорождённых. До конца сезона участие королевского величества в друидских обрядах больше не потребуется! - Доложил ученик с радостью в голосе.
  Мальчишка жаждал приключений и подвигов, а потому бестолковое сидение в глубоком тылу его невыносимо угнетало. И любая возможность убраться отсюда становилась для него праздником.
  Дарг кивнул, что понял, и едва парнишка отвернулся, мрачно нахмурился. Срок, когда Селерей должен будет принять своё предназначение и покинуть своего Учителя, неотвратимо приближался. И несмотря на все попытки держать с воспитанником дистанцию, сына Сохога нет-нет и царапало чувство вины. Убивая собственной рукой, посылая в смертельный бой и отправляя на плаху он всегда оставался спокоен и твёрд в своих решениях, потому как касались они либо его самого, либо понимающих на что идут воинов. Но Селерей... Судьба мальчишки оказалась предопределена задолго до того, как он успевал повзрослеть. И в этом было нечто глубоко неправильное, заведомо порочное и... преступное.
  Вот только понимание данного факта ничего не меняло. Всё что он, король Пяти королевств, может сделать для этого не по годам развитого мальчишки, это нагрузить очередными тренировками и дать несколько уроков жизни. И не более того. Идти по стопам К'ирсана Кайфата и противопоставлять себя воле Перворождённых повелителей в его ближайших планах не было!
  Воспоминание о бывшем рабе окончательно испортило настроение, и окрестности эльфийской рощи Дарг покидал мрачным как грозовая туча. Окружению подобное состояние государя было известно, и в такие моменты его сторонились все - не только свитские, но даже охрана и Селерей. Дарг родился и вырос в Лихоземье, в тени великого Сохога, и привычки отца не сдерживаться в проявлении царственного гнева, нет-нет и проскальзывали в поведении сына. А кому хочется попадать под горячую руку?
  В результате при наличии целой толпы сопровождающих, ехать королю пришлось в полном одиночестве. Даже злость сорвать не на ком было, из-за чего в небольшой городок на полпути в Полот Дарг въезжал едва ли не кипя от сдерживаемых эмоций. Эмоций, которые будоражили разум и толкали на необдуманные поступки.
  - Что там за сборище?! - крикнул Дарг Селерею, заметив толпу людей на краю базарной площади.
  Собравшиеся там были настолько увлечены, что даже не заметили появления на проходящей мимо дороге вооружённого отряда. Что совсем уж ни в какие ворота не лезло!
  - Кажется, слушают проповедника! - откликнулся мальчишка. - Но я могу точно узнать...
  - Не надо, хочу своими глазами всё увидеть! - отрезал Дарг и спрыгнул с тирра.
  Начальник охраны сунулся было к государю с возражениями, но поймав его обжигающий взгляд, замялся и вместо двух десятков телохранителей, приставил лишь троих бойцов. Дарг отказался бы и от них - Мастер меча он или кто?! - но статус накладывал определённые ограничения. В глазах подданных, король без охраны словно и не король вовсе!
  Впрочем, мархузовым подданным было не до него. Всё их внимание оказалось целиком сосредоточено на проповеднике. Высокий сухощавый мужик в рясе с капюшоном, с седой окладистой бородой и открытым одухотворённым лицом - он в любом случае выделялся бы в толпе. Но боги наделили его ещё и сильным красивым голосом, который далеко разносился над площадью. И завораживал слушателей безо всякой магии. Хотя насчёт отсутствия колдовства биться об заклад Дарг бы не стал: уж очень характерно пульсировал Силой медальон на груди эльфийского выкормыша.
  В любом случае, прекрасно отрепетированная речь бродячего оратора находила отклик в сердвах своих слушателей и вложенные в неё смыслы потихоньку оседали в зашоренных мозгах горожан. Приблизившись к задним рядам, Дарг краем уха то и дело выхватывал характерные обороты, вроде "Светлый выбор", "партнёрство во имя Добра", "барьер против Тьмы с юга", "там, где Свет в душе, там и богатство в кармане". Послушаешь, послушаешь, и аж плечи расправить хочется. А там и до сжатых кулаков недалеко. Особенно когда проповедник начал про "продавшихся Тьме восточников" задвигать. После его объяснений недавние соседи и последний рубеж сопротивления захватчикам вдруг превратились в этаких недочеловеков, предателей и врагов всего хорошего, что ни есть на белом свете!
  Дарг, даром, что стоял едва ли не у истоков всего происходящего в Пяти королевствах, и тот начал верить в нарисованную проповедником картинку, что уж говорить про рядовых филистеров. Выступающий здесь оратор определённо был Мастером, Мастером Слова. И своими речами умел разить не хуже, чем сын Сохога собственным клинком.
  Старания Длинноухих по обучению проповедников точно не проходили даром.
  Дожидаться обязательных коллективных прыжков на месте, Дарг не стал: от зрелища скачущих разумных его мутило. Поэтому развернулся и неторопливо зашагал обратно к заждавшимся свитским... И именно в этот момент судьба решила разбавить скуку этого дня.
  Над толпой, аккурат над головой проповедника, с поистине адским грохотом внезапно зажёгся маленький тасс. На долю секунды, не более, но её вполне хватило, чтобы ослепить и оглушить всех тех, кто смотрел в эту сторону. Поклонники Света, зеваки, случайные прохожие, даже охрана Дарга - все пострадали от одной и той же напасти. Резь и яркие круги перед глазами, шок, потеря ориентации и чувство полной беспомощности. Даже удивительно, что столь мощный эффект удалось достигнуть настолько примитивными чарами!
  Поначалу Дарг решил, что это покушение на его монаршью особу, и, на всякий случай прикрыв глаза, выхватил клинки. Рядом встал в стойку ничего не понимающий Селерей, которому как и его Наставнику повезло отвернуться перед самой вспышкой. Позади что-то заголосила охрана, но эти были слишком далеко, и на их помощь рассчитывать даже не стоило. Если кто-то собрался заполучить голову правителя Пяти королевств, то отбиваться от него сыну Сохога предстояло в компании одного лишь мальчишки.
  Впрочем, подобная перспектива Дарга не пугала. Уж чего-чего, а драки он никогда не боялся! И возможность скрестить с кем-то клинки, лишь приятно взбудоражила кровь.
  Увы, неизвестные злоумышленники его надежд не оправдали - их целью был вовсе не его величество. Три фигуры с красными повязками на головах, не иначе как при помощи каких-то артефактов, сиганули с крыши ратуши прямо на помост к сжавшемуся в комок и перепугано скулящему молитвы проповеднику. И дружно взялись за ножи. Оставшиеся на ногах воины новоприбывших словно не интересовали.
  - Восточное отребье или им сочувствующие, не иначе! - Дарг, уже успевший оценить движения и скрытые навыки всей троицы, раздражённо сплюнул. Разбираться с ними было оскорбительным не только для его королевского достоинства, но и для статуса Мастера Меча. - Кажется решили всем показать, что бывает с особо рьяными сторонниками Светлых эльфов.
  Сын Сохога с интересом посмотрел за тем, как враги его власти примериваются, чтобы половчее снести что-то почуявшему бородачу голову, после чего вздохнул и спрятал мечи. Вмешаться всё-таки придётся. Слухи про спокойно наблюдающего за гибелью своего подданного короля будут гораздо более разрушительнее, чем любая акция повстанцев.
  Но и руки марать он тоже не собирается.
  Нашарив в кошеле на поясе несколько мелких гильтов - фарлонгов там было гораздо больше, но не разбрасываться же золотом! - он один за другим запустил их в головы убийц. Да с такой силой, что один из них не удержался и заорал от неожиданности.
  - Так, внимание привлекли, теперь твой выход... - произнёс Дарг и покосился на Селерея.
  Мальчик понятливо кивнул и стрелой сорвался с места. Прямо через толпу. Где-то уворачивался, где-то проскальзывал, а где-то пускал в ход силу. Даром, что сопляк сопляком, но людей со своего пути отшвыривал со сноровкой взрослого вышибалы. Троица убийц - или всё-таки палачей? - оглянуться не успела, как он оказался уже перед ними... И не сбавляя скорости принялся раздавать удары.
  Первому противнику, стоящему к нему спиной, Селерей влепил с прыжка ногой между лопаток. Обычно сюда бьют не одоспешенных врагов кастетом, гирькой или рукоятью кинжала, желая не убить, а оглушить. Мальчику оказалось достаточно окованного металлом ботинка - здоровый парень рухнул как подкошенный.
  Селерей тоже упал, перекатился через голову и тут же подсёк ногу второму. Правда, не лезвием, а тыльной стороной клинка. Когда же враг потерял равновесие и завалился вперёд, добавил по затылку рукоятью. На помосте растянулся ещё один охотник за проповедниками.
  Единственному оставшемуся на ногах противнику сейчас следовало бы бежать отсюда со всех ног, но он зачем-то в довесок к ножу потянул из-за спины небольшой топор. И начал что-то выговаривать Селерею. То ли грозил какими-то карами, то ли оскорблял - Дарг подробностей не расслышал, да они были и не важны. Всё, что короля интересовало - это необычный выбор оружия. Он даже сделал несколько шагов вперёд, не желая пропускать ни одну подробность схватки, однако, ученик оказался достоин своего учителя. И там, где враг желал классического поединка, повёл бой по своим правилам.
  Широко улыбнувшись красноповязочнику, Селерей вдруг приложил к губам извлечённую из рукава трубочку и резко выдохнул. В шее растерявшегося противника словно по волшебству расцвело оперение коротенькой стрелки. Выдернуть её воин ещё успел, но затем яд, покрывающий острие, подействовал, и он, точно столб, рухнул на помост.
  Чистая победа! На всё про всё ушло не более нескольких минут. Люди ещё не успели продрать слезящиеся глаза, а тирры охраны не преодолели и половины пути, как опасность была устранена.
  - Учитель, как я их?! - с гордостью воскликнул Селерей, едва Дарг поднялся на помост.
  Бредущих следом за королём телохранителей, кое-как сумевших вернуть себе боеспособность, он удостоил лишь презрительного фырканья.
  Вот только, Наставник его чувств не разделял. Дарг, ещё недавно размышлявший о невесёлой судьбе парнишки, даже в этом успехе воспитанника видел лишь очередное проявление слабости. Свою ошибку и недоработку, не позволяющую считать Селерея готовым к грядущим испытаниям.
  - Никак! - резко бросил Дарг и пнул носком сапога под рёбра тому из красноповязочников, которого "приласкали" ударом в затылок.
  - Н-никак? - растерялся Селерей, явно рассчитывавший на другой ответ.
  - Ты кем себя возомнил? Слугой Альме, который всех спасает и прощает?! - ответил Дарг, свирепея. - Перед тобой были враги. Убийцы, не побоявшиеся поднять руку на подданного твоего короля и посланника Перворождённых, Детей Света! - Противореча самому себе, король плюнул в сторону всё ещё завывающего проповедника и посоветовал ему заткнуться. - Почему они до сих пор живы?!
  - Н-но, Наставник!.. Я думал... надо захватить пленных. Для дознания, поиска сообщников... - начал оправдываться Селерей, но был безжалостно прерван.
  - Ты - воин! Воин никерры и мой личный ученик! И твоя задача не играть в расследователей, а уничтожать любую угрозу тебе и твоему королю. Понял?! - рявкнул сын Сохога.
  - Не очень... - помотал головой Селерей.
  Дарг внутренне поморщился. По большому счёту мальчик был прав, и в другой раз его стоило бы похвалить, но... но, мархуз побери, гвонк слишком много повидал на этом свете, чтобы безоговорочно поверить в версию воспитанника. Это была лишь отговорка, паренёк просто не желал зря лить кровь. И вот эту-то черту его характера Даргу следовало немедленно переломить. В свете уготованного Селерею будущего, мысль пощадить врага даже не должна была возникать в его голове. Как там говорил лисоподобный Ханг Чессен? Гуманист нам не нужен, да?
  - Тогда просто бери нож и режь им глотки. Если своих мозгов не хватает, думать за тебя буду я! - приказал Дарг и тяжёлым давящим взглядом уставился в лицо мальчишки.
  Если у Селерея и имелись какие-то возражения, то он их оставил при себе. Авторитет Мастера был слишком высок, чтобы спорить с ним из-за жизней несостоявшихся убийц, и через несколько секунд юный воин потянулся за клинком...
  
  * * *
  
  Перевал Первого Искусника, некогда бывший частью караванной тропы из Союза городов в Суру, не использовался почти две тысячи лет. После постройки восточного тоннеля любые торговые маршруты через коварные и опасные горы Орлиной гряды окончательно потеряли привлекательность в глазах купцов и путешественников, и о перевале забыли. Разве что иногда здесь появлялись гномьи разведчики, обходящие территорию подгорных владык в поисках следов нарушителей границы. Или того реже заглядывали гости с Нолда, занятые обслуживанием самого крупного в этой части света артефакта, следящего за применением запретной магии.
  Не то, чтобы последнее обстоятельство гномов сильно радовало, но и возражать самому могучему государству Торна они не могли. Слабый не спорит с сильным, слабый соглашается и терпеливо ждёт своего часа. И угрюмые бородачи дождались. Однажды, мархузовы Истинные оступились на кривой дорожке Большой игры, и звезда их влияния стремительно покатилась под откос. Для подгорных жителей наступило время расправить плечи и немного показать зубы. В качестве же первого шага было решено избавиться от недреманного ока нолдских надзирателей.
  Вообще следящий артефакт внешне представлял собой каменную пирамиду в четыре сажени высотой, облицованную пластинами из обсидиана. Какие энергетические структуры и плетения вложены внутрь, никто кроме Истинных не знал. Впрочем, чтобы разломать устройство, много ума не требовалось. Команда из двух десятков гномов с зачарованными на крепость молотами, разнесла бы мархузову постройку вдребезги, никакие защитные заклинания бы не помогли. Но задуманная акция носила демонстративный и статусный характер, а потому простые решения здесь не подходили. Требовалось нечто знаковое и громкое. Как, например, испытание возможностей нового гномьего оружия - сухопутного бронехода.
  По случаю двух столь знаменательных событий на перевал прибыла весьма представительная комиссия из лучших инженеров, кузнецов, механиков, алхимиков и руноплётов. Присутствовал даже один из старейшин - достопочтенный Зигмунд Хитромудрый. Все были возбуждены и взволнованы, предвкушая грядущее действо. И лишь один гном из этой разношерстой толпы не мог позволить себе просто наслаждаться зрелищем. Именно он стоял у истоков всего происходящего, и любая неудача грозила немалым уроном его авторитету.
  - Нервничаешь, Сухарт? - Зигмунд покосился на замершего истуканом сородича и панибратски хлопнул его по плечу. - Расслабься, ты ошибки если и допускаешь, то незначительные. И всегда идущие на пользу клану. Клянусь Отцом гор!
  Сухарт криво ухмыльнулся.
  - И поэтому мне всегда поручают дела, где шансы на удачу редко превышают риск провала, - проговорил он подчёркнуто нейтральным тоном. - Знаете ли, сомнительное удовольствие быть этаким специалистом по чрезвычайным ситуациям!
  - Не просто специалистом, Сухарт, не просто. Почти министром! - Старейшина, чтобы подчеркнуть значимость сказанного, даже поднял указательный палец. А потом добавил гораздо тише: - И то ли ещё будет...
  Последние слова Сухарт предпочёл не заметить, целиком сосредоточившись на медленно приближающемся рокоте от работающих движителей. Бронеходы были уже на подходе.
  Первоначальная модель сухопутного броненосца выглядела как вооружённая метателями и обшитая металлом самобеглая повозка, но на деле всё оказалось гораздо сложнее. Магические движители выдавали недостаточно мощности, все механизмы нуждались в тотальной переделке, да и вообще, колёсная боевая машина плохо подходила к использованию в горах. И тогда, под ответственность Сухарта, из архивов извлекли чертежи шестиногих големов. Многорукие тела заменили башнями с максимально облегчёнными пушками, переделали управляющие блоки и добавили два дополнительных движителя. В итоге получилось нечто вроде гигантского уродливого паука, совершенно не приспособленного для транспортировки экипажа, но вполне подходящего на роль самоходного орудия. Инженеры обещали и транспортный вариант, но дальше обещаний дело пока не пошло.
  Тем временем оба построенных бронехода показались из-за скального выступа и, медленно переставляя лапы - благодаря особым чарам механические конечности, когда требовалось, буквально прилипали к камню - направились к заранее отмеченным точкам. Весь подъём от подножия гор до перевала занял у машин почти сутки, и Сухарт считал это неплохим результатом. Там, где они прошли, ведь даже козьих троп нет: одни отвесные сказы, да непроходимые ущелья! Быстрее только на пузыре.
  - О, ползут... - объявил вдруг старейшина и почти сразу добавил: - Ну и страшные штуковины, тебе скажу!
  - От них требуется не красота, - глухо ответил Сухарт, за что заработал ещё один покровительственное похлопывание Зигмунда.
  Сухарта внутри передёрнуло, но внешне не дрогнул ни один мускул. На кону стояла его карьера, и портить отношения с влиятельным старейшиной было неразумно. Во всяком случае пока!
  Среди зрителей началось оживление. До обещанного действа осталось всего ничего, и гномы торопились спрятаться в заранее подготовленных укрытиях. Потому как испытания тем и отличаются от рядовой проверки, что в любой момент могут преподнести опасный сюрприз, вроде взрыва или отлетевшего не туда осколка.
  На своём месте остались лишь Сухарт со старейшиной - их защищали чары лучших руноплётов клана. Зигмунд видимо собрался это как-то прокомментировать, но тут один из бронеходов вдруг со скрежетом остановился и без паузы выстрелил из пушки. Несмотря на шумоподавляющие плетения, которыми был увит ствол орудия, грохот был страшный. Но даже он мерк на фоне взрыва начинённой алхимической смесью бомбы, с первого раза попавшей аккурат в основание пирамиды. Эхо заметалось между скал, и Сухарт даже забеспокоился об угрозе обвала. Но обошлось.
  Артефакт Нолда заволокло дымом и пылью, поэтому оценить последствия выстрела не получилось. Когда же второй бронеход влепил снаряд точно в центр завесы, то о судьбе следящего устройства и вовсе оставалось лишь догадываться.
  - Сколько у них зарядов? - заорал Зигмунд, прижав ладони к ушам.
  Чувствовалось, что старейшина давненько не покидал уютной тиши подземных чертогов и к столкновению с реальным мир совершенно не готов. Вон как надсаживается!
  - По восемь у каждого. И перезарядка займёт не меньше десяти минут, - гораздо спокойнее ответил Сухарт и кивнул в сторону пирамиды: - Только они не понадобятся...
  Поднятые взрывами мелкий щебень и пыль быстро оседали, и уже можно было увидеть приличных размеров воронку на месте каменного артефакта. Если же воспользоваться моноклем с простейшим Кристаллом Чистоты, то картина дополнится зрелищем распадающегося на части многосоставного заклинания.
  - И это облегчённые пушки?! - воскликнул Зигмунд, вдоволь полюбовавшись обломками. - Какие же тогда их корабельные аналоги?
  Сухарт в очередной раз промолчал. Несмотря на то, что труд гномьих корабелов потеряли именно некроманты, нашлись долбанутые Молотом Отца идиоты, которые решили обвинить во всём куратора верфей. Из простого желания осадить слишком высоко взлетевшего наглеца. Разумеется, реальных обвинений Сухарту не предъявили, но неприятный осадок от этой истории остался. И любые намёки на неё вызывали у гнома раздражение.
  - Ты уже знаешь, что Совет старейшин решил принять предложение Светлых эльфов о военном союзе? - неожиданно спросил Зигмунд почти нормальным голосом.
  Сухарт вздрогнул.
  - То есть как уже решил?! Я же лично докладывал о нежелательности любых союзов с Длинноухими! - медленно роняя слова, проговорил он. - Умирать за Перворождённых других дураков не нашлось, что ли? Или пример Нолда ничему никого не научил?!
  - Ты не всё знаешь, - сказал старейшина, погладив бороду. - У разведки есть все основания считать, что сила Светлых на подъёме. И лучше принять их предложение сейчас, чем о том же униженно просить потом...
  - Есть основания, как же, - перебил Сухарт, усмехнувшись. - Да будь Длинноухие хоть в сто раз могущественнее, старые пер... хм, члены Совета всё равно послали бы их к мархузу в зад! Так что обойдёмся без официальных сказочек.
  - Как скажешь! - заухмылялся старейшина. - Тогда лови другую историю... - И резко посерьёзнев, продолжил: - Светлые эльфы предложили нам сведения о возможных причинах резкого падения рождаемости у нашего народа после Эпохи Войн.
  - Что?! - прошипел Сухарт, махом забыв обо всём вокруг. Затронутая тема была слишком важна, чтобы отвлекаться на что-то ещё. - Но мы же думали, что корень проблемы запрятан в Сердце Камня, в захватившей его Бездне!
  - Увы, это лишь её видимая часть. Главная причина кроется в проклятии магов Объединенных колоний Заката. Именно они создали заклинание из арсеналов магии Крови и, напитав его силой провала на дно Нижнего мира, наложили на весь наш народ, - удивительно спокойно сообщил Зигмунд.
  Чересчур спокойно для столь ужасающей новости. Поэтому и Сухарт не стал показывать эмоций.
  - Как понимаю, в качестве мести за предательство? - уточнил он.
  - Вроде того. Сейчас спешно поднимаются архивные записи по численности кланов того времени, но... - Старейшина покачал головой, подбирая слова.
  - Врут?.. - подсказал Сухарт.
  - В главном не врут... О проклятии наши искусники и сами уже начали подозревать, особенно после того, как эффект от закрытия Прорыва оказался куда меньше расчетного, - Зигмунд поймал злой взгляд Сухарт и помахал рукой. - Не только ты не знал, половина Совета об этом впервые два дня назад услышала.
  Сухарт сделал вид, что поверил. И мысленно увеличил список своих недоброжелателей в Совете на одно имя.
  - Да, так вот... Лгут они только в деталях. Есть стойкая уверенность, что вовсе не закатники здесь отметились. Слишком серьёзно их к тому моменту прижали, чтобы ещё и о мести думать. Зато сами Светлые эльфы вполне могли расстараться. - Продолжил Зигмунд, тяжело роняя слова. - В общем гнилью ото всей этой истории несёт. Гнилью, предательством и подлостью!.. Вот только теперь нам позарез нужна расшифровка проклятия. Без неё народ не возродить. И раз так, то придётся дать Длинноухим всё, что они просят. Солдат, боевые машины, оружие... Даже эти проклятые Отцом бронеходы, и те эльфам отдадим, если попросят.
  Сухарт мрачно кивнул. С таким доводами не поспоришь.
  - А может сначала свяжемся с сородичами из Чёрного молота? Не будем больше напирать на идею о едином гномьем мире, намекать на сохранённые знания, а просто спросим, как проклятие сказалось на Порубежниках. И сказалось ли вообще, - предложил он, после некоторого раздумья. - Тем более возможность повторения контакта уже обсуждалась в Совете, в том числе через посредничество короля Западного Кайена...
  - И что мы ему предложим? Вряд ли тот, кто не побоялся бросить вызов Перворождённым и всему Объединённому Протекторату, решит нам помочь просто так, из доброты душевной, - хмыкнул Хитромудрый. - Особенно в свете его дружбы с нашими будущими союзниками.
  - Будем думать! - рубанул Сухарт решительно.
  - Ну-ну, думай, - Старейшина широко усмехнулся. - Но только про свои новые обязанности не забывай. Совет решил, что пора прекращать разменивать твой талант по мелочам и дать действительно важное дело... Ты же говорил, что устал быть главным по чрезвычайным ситуациям? Что ж, тогда принимай под своё начало армию. Помогать Длинноухим с Козьими горами будешь именно ты!
  На этом выдержка Зигмунду изменила - он засмеялся в голос. И потому не слышал тех ругательств, которые принялся зло бормотать Сухарт.
  
  * * *
  
  Тренировочный полигон Безликих, располагающийся в предместьях Семи Башен, редко когда пустовал. Лучшие бойцы Наказующих старались поддерживать форму и тиши лекционных залов предпочитали практические занятия. Знание сотен энергоформ и структурные особенности тысяч плетений, конечно, вознесёт тебя на вершину Искусства, но вряд ли принесёт победу в бою с туповатым неучем, который только и умеет, что быстро творить десяток-другой чар. Вот и выкладывались до мархузова пота Безликие, нарабатывая необходимые навыки.
  Но сегодня был особенный день. Тренировочный полигон превратился в дуэльную площадку, на которой сошлись совсем не рядовые маги. С одной стороны поля встал Глен Нукас - Подмастерье Талинды Чанос, самой молодой магички в Совете Мастеров; а с другой - льер Бримс, который не нуждался в особом представлении.
  Вообще говоря, Магистр Наказующих редко получал вызовы на дуэль. Высокая должность и грозная слава защищали от сорвиголов и бретёров получше иных запретов, но нынешний противник Великого Мага слишком сильно желал ему смерти, чтобы обращать внимание на подобные глупости. Ведь была затронута честь дамы: Глен был безответно влюблён в свою Наставницу и крайне болезненно переносил её многочисленные интрижки с колдунами из Совета. Так продолжалось долго. Обиды и злость копились и множились, пока на визите к Талинде льера Бримса несчастный сорвался. И не послал официальный вызов на дуэль, зарегистрировав его по всем правилам в канцелярии Ложи Магов.
  Льер Бримс, разумеется, мог отказаться, сославшись на государственный пост и на тяжелую внешнеполитическую обстановку. Кризис в отношениях с Объединённым Протекторатом, непонятные бурления в Тлантосе, осложнившаяся ситуация на Сардуоре - да мало ли проблем, требующих внимания Магистра Наказующих?! Но репутация... мархузова репутация, бережно взращиваемая веками, неизбежно получила бы серьёзный урон. Официальный вызов не оставлял Магистру ни шанса увильнуть от поединка. И ему ещё предстояло разобраться, какого хфурга чиновники Ложи Магов вообще приняли прошение Нукаса. Потом, после боя...
  Льер Бримс вышел драться в неизменном пижонском белом костюме, демонстративно не став вооружаться личными атакующими и защитными артефактами. Великий маг, увешанный колдовскими игрушками, что может быть хуже для реноме бойца? А вот его противник возможностью усилиться пренебрегать не стал. На груди у него аж звенел от Силы личный оберег, а на поясе скромно притулилась шпага, издали похожая на большую иглу. Магистру уже приходилось сталкиваться с похожими поделками оружейников - под внешней невзрачностью скрывающими смертельное нутро - и он опасливо поёжился.
  Эхо традиционного вопроса о возможности примирения ещё звучало под защитным экраном, накрывшим площадку, когда Глен, наплевав на этикет, сложил пальцы в сложную фигуру и атаковал Бримса лиловым Лучом Силы. Лишь молниеносная реакция и заранее активированное заклинание Предчувствия, спасли Магистра от неминуемой гибели. Он вовремя подставил под удар зеркальный Щит, который хоть и разлетелся ворохом сверкающих брызг, но свою функцию выполнил, и чары противника лишь впустую оплавили песок полигона. Кто-то другой решил бы, что Глен ударил Огнём, но льера Бримса было не обмануть. Цвет заклинания и неуловимый привкус Силы прямо говорили о сильной примеси энергии Смерти, где Огонь лишь маскировал Запретную волшбу.
  Пока Магистр отбивал Луч, Подмастерье уже подготовил несколько следующих плетений. Сначала его с боков сдавили прекрасно выполненные Стены, а сверху навалилась тяжесть Огненного Пресса. Когда же льер Бримс сосредоточился на сопротивлении попыткам себя если не раздавить, то поджарить, Глен выложил на стол первый из своих секретов. Из-под левого лукава тускло блеснул артефактный браслет, и Великий маг оказался в зоне мгновенной декомпрессии. Чувствовалось, что это была отработанная серия, причём тщательно скрываемая от коллег и просто сторонних наблюдателей. Иначе, агенты Бримса точно раскопали бы сведения о ней и донесли начальству.
  В любом случае, Магистр был впечатлён. Слишком часто молодые коллеги забывали, что магия - это Искусство, предпочитая идти проторенными дорогами и пользоваться стандартными шаблонами чар. Такой талант заслуживал уважения.
  - Неплохая попытка, мальчик! - громко сказал Магистр, пару раз хлопнув в ладоши.
  И скинул с себя невидимость, попутно позволив распасться на элементы своему Клону внутри огненной ловушки. Пару мгновений полюбовался крайним удивлением на лице Глена и лишь тогда снизошёл до пояснений.
  - Ты забыл, что дерёшься не с простым чародеем... А ещё слишком сосредоточен на своей волшбе. Твой Луч разбил моё Зеркало, но его осколки так ярко блестели, что ты даже не заметил, как я создал Клона и ушёл через складку в пространстве на пару саженей в сторону... - сказал льер Бримс с менторскими интонациями в голосе, но от шпильки удержаться не смог. - Или Талинда тебе не рассказывала о том, что кое-кто из Великих сумел-таки освоить крупицу наследия прославленного Птоломея? С её стороны досадное упущение.
  Последнее говорить явно не стоило. Воспоминание об "обиде" заставило Глена встряхнуться и прекратить изображать нерадивого ученика. Зло зарычав, он выдернул шпагу из перевязи и сделал стремительный выпад в сторону Магистра, одновременно с этим вложив в артефакт весь свой удивительно ярко полыхающий Дар. И Бримсу резко стало не до шуток. Предчувствие буквально вынудило его сначала выставить перед собой самый крепкий из всех возможных в данной ситуации Барьеров, а затем спиной продавить границу, отделяющую реальность от междумирья.
  Он снова едва успел. С кончика шпаги сорвалась чёрная капля, которая в полёте развернулась в настоящий клинок. Причём не просто клинок из Силы, а сотканный из чистой энергии Смерти. Он играючи пронзил Барьер льера Бримса, и лишь повторный уход в складку пространства в последний миг спас его от близкого знакомства с убийственным плетением.
  Мальчик продолжал удивлять Магистра... Но хорошего понемножку. Великий маг вывалился из междумирья уже за спиной своего противника и сходу коснулся его обеими ладонями. Никаких чар или плетений, простое касание, на которое личный амулет даже не прореагировал. Но его вполне хватило, чтобы воззвать к Воде в крови Нукаса и пустить по ней волну.
  На этом поединок можно было считать законченным. Все внутренние органы Подмастерья скрутила чудовищная боль, и он рухнул на песок, содрогаясь от сильнейших судорог. Дышал и то через раз. Драться в таком состоянии не смог бы даже настоящий адепт Смерти, а не нахватавшийся Запретных знаний глупец.
  Льер Бримс махнул обслуге площадки, чтобы снимали защитный экран, и, поймав неожиданную мысль, задумчиво направился к выходу. Преподнесённые противником сюрпризы вдруг заставили иначе взглянуть на истинную подоплёку дуэли. Слишком хорошо оказался подготовлен мальчишка, чтобы считать его желание подраться глупостью влюблённого дурака. Что если желание Глена отомстить случайному любовнику своей обожаемой Наставницы сначала хорошенько подогрели? Когда же оно переросло в чёткое намерение, вручили подходящее оружие и подсказали как вызвать такого недоступного Магистра.
  - Поздравляю с победой! - раздавшийся рядом голос заставил льера Бримса вздрогнуть.
  Он стремительна развернулся и встретил участливый взгляд Виттора.
  - Издеваешься? День, когда я буду радоваться победе над такими сопляками, будет днём гибели меня как чародея, - ответил он как можно небрежнее.
  - Да? А мне показалось, что мальчик был хорош, - совершенно ненатурально удивился Архимаг. И предвосхищая следующий вопрос, пояснил: - Я был здесь почти с самого начала. Как узнал о поединке, так прямиком сюда и направился. В конце концов мой старый друг не так часто дерётся на дуэлях, чтобы пропустить такое событие.
  Бримс на это только дёрнул щекой. Он слишком хорошо знал льера Виттора, чтобы не заметить тщательно замаскированные нотки разочарования в его голосе. Ждал другого итога, да, "друг"?!
  - Кстати, из-за чего у вас всё завертелось-то? Неужели правда из-за Талинды? - продолжил Архимаг.
  - Говорит, что из-за неё. Мол, оскорбление их высоких чувств и всё такое... Словно в её спальне и не побывала половина Совета. Однако, претензии у Глена возникли именно ко мне, - ответил Бримс, остро глянув на Виттора. Но тот сохранял всё то же выражение вежливого удивления. - Талинда просила не убивать парня, и я не увидел причин ей отказать. Хотя... хаффов сын был настроен более чем серьёзно. Подготовился к бою как надо: артефакты дорогие достал, Запретные техники освоил... Как придёт в себя, надо будет узнать, кто ему со всем этим помог. Потому как в участии Талинды я сильно сомневаюсь...
  Льер Виттор никак не прокомментировал слова соратника, но Магистру показалось, что он немного напрягся. Самую малость, но напрягся. Следовало бы как-то заострить на данном факте внимание, но об этих планах пришлось забыть. Внезапно Великих магов, увлёкшихся разговоров и уже далеко ушедших от дуэльной площадки, догнал штатный лекарь. И с поклоном сообщил о смерти Глена Нукаса.
  От неожиданной новости льер Бримс даже сбился с шага.
  - Как?! - рявкнул он, прекрасно зная о возможных последствиях своего последнего удара.
  Под присмотром хорошего лекаря Подмастерье выздоровел бы уже до конца седмицы. И вдруг такой поворот.
  - Молодой маг принял слишком большую дозу Эликсира Мощи. Его убил собственный Дар, - пояснил лекарь и, дождавшись разрешения, покинул истинных правителей Нолда.
  Впрочем нужды в его присутствии больше не было. Что такое эликсир Мощи знали все чародеи высоких рангов. Этот хитрый яд при правильной схеме приёма на какое-то время серьёзно увеличивал Силу чародея, взамен беря плату уроном здоровью. Но это при правильной схеме, Глен же правилами безопасности явно пренебрёг. Хотя... скорее всего, тот, кто дал ему мархузову отраву, просто не стал рассказывать о побочных эффектах. И явно не случайно.
  Однако озвучивать свои мысли льер Бримс не стал.
  - Вот почему он так сильно бил... - медленно сказал он и покачал головой. - Жаль, жаль...
  Ему и вправду было жаль. Но не жизни этого глупца - хотя магом тот себя показал неплохим - а возможности вывести своих врагов на чистую воду. Разговор с Виттором начистоту потерял всякий смысл.
  Некоторое время Великие маги шли молча, каждый погружённый в свои мысли, пока льер Виттор не нарушил тишину вопросом.
  - Ты уже знаешь, что гномы Орлиной гряды выкинули?
  Бримс покосился на хмурящего лоб Архимага.
  - Ты про уничтожение наших следящих артефактов? Утром доложили, - ответил он. Помедлил и добавил: - Всё в духе захлестнувшей мир истерии: Нолд - Зло, Нолд - предатель! Вот и коротышки не стали выделяться и поддались общему настрою. Или, точнее, воспользовались удачным случаем - им наш надзор всегда поперёк горла стоял.
  Спокойный тон Магистра сильно не понравился Архимагу. Тот резко остановился и со злым прищуром уставился на коллегу.
  - Истерия, говоришь?! - яростно прошипел он. - За последний год мы были вынуждены закрыть шестнадцать фортов и опорных пунктов по всему Торну. Шестнадцать! И ладно бы речь шла лишь о базах Крыльев - доверия драконам больше нет ни у кого - но ведь нам пришлось отказаться от размещения на ключевых направлениях подразделений Охранителей и Безликих и частично свернуть сеть наблюдения за соблюдением Запрета! Это вообще ни в какие ворота не лезет. Фактически, мы полностью потеряли контроль над странами Протектората, полностью! Дошло до того, что их представители начали предъявлять мне претензии за "многовековую агрессивную внешнюю политику". Скоро компенсации будут требовать.
  Под конец Архимаг уже почти кричал, и льер Бримс был вынужден спешно накрыть их Куполом Тишины.
  - Не ори! - Оборвал он бывшего друга, наплевав на субординацию. - Ничего нового не случилось, всё это лишь плата за прошлые ошибки, который к тому же уже тысячу раз обсуждали ранее. Как там говорят в Союзе городов, падающего в пропасть - подтолкни? Мы оступились, и теперь нас активно пытаются заставить упасть. И от того, как себя сейчас поведём, зависят позиции Нолда в будущем миропорядке.
  Из всей речи Бримса Архимаг выхватил лишь одно единственное слово, в которое вцепился точно клещ.
  - Будущее... - Льер Виттор произнёс его, словно какое-то изощрённое ругательство. - Столько с фиорскими пророчествами возились, столько копий вокруг них сломали, столько раз пытались повернуть их к вящей выгоде Нолда, а в итоге случилось всё то, что случилось. Вера Древних в неизбежность грядущих бед оказалась сильнее!
  Льер Бримс поморщился и как-то даже неверяще уставился на льера Виттора. Он серьёзно верит в то, что их усилия пошли прахом? Что фиорские бредни древних Кормчих воплотились в наихудшем варианте из всех возможных?!
  Магистр даже не знал как реагировать на услышанное. Проклятье, когда их с Архимагом видение мира стало настолько различным?!
  - Раз уж ты заговорил про Фиорское пророчество, то что скажешь про охвативший половину Загорного халифата ажиотаж вокруг предсмертного пророчества очередного Кормчего? - Наконец, произнёс льер Бримс, изобразив неживую улыбку. Затем закатил глаза, прижал ко лбу тыльной стороной правую кисть и продекламировал: - Как там в агенты писали... А, точно: "Вернулись в мир Ключи Силы, и Тьма вот-вот схлестнётся с Тьмой, а Свет со Светом. Прахом рассыплются древние оковы, развеются чары, и пробудятся ото сна старые Хозяева. Стоящие над законом, те, кто ближе, чем братья, выберут кому низвергнуться во Мрак, а кому принять Свет. Наступит время великой лжи, и два заклятых врага сойдутся в битве!". Как тебе? Кали знает, что там был за пророк, но пророчество он сделал в духе Фиорского.
  Бримс ожидал любой реакции, пусть даже самой бурной, но упоминание нового предсказания Виттора наоборот успокоило. Криво усмехнувшись, Архимаг с каким-то мрачным удовлетворением посмотрел в глаза коллеги и твёрдо встретил его взгляд.
  - Звучит правдоподобно. Рошаг, возвращение Великих артефактов... время лжи... Всё так и есть, потому как этот Кормчий говорит не о будущем, он кричит о настоящем, - пояснил льер Виттор.
  Сейчас он как никогда походил на себя прежнего, из тех времён, когда они с Бримсом ещё строили планы о возрождении Нолда и клялись вместе бороться с врагами. Словно нечто давно и прочно терзавшее Архимага, вдруг отступило, и он вдруг окончательно принял какое-то тяжёлое и непростое для него решение. И кажется льер Бримс догадывался какое.
  - Вроде того, - кивнул Магистр задумчиво.
  - Знаешь, во всей этой поганой кампании против Нолда, есть один светлый момент. С Рошагом и его выкормышами разбираться нам если и придётся, то только в случае неудачи Светлых эльфов. Я из-за этого даже последние отчёты твоих людей о возросшей активности адептов Бездны читать не стал. Теперь об этом пусть у Перворождённых голова болит, - спокойным голосом сказал Архимаг, и это его спокойствие особенно сильно контрастировало с недавней вспышкой эмоций. - Меня гораздо сильнее интересует его противник из Западного Кайена. Если ты не понял, я о твоём любимчике, К'ирсане Кайфате.
  - А что он? Молодой король активно теснит своих противников, оттягивает на себя внимание Объединённого Протектората и сдерживает амбиции Длинноухих. Нас Кайфат если и покусывает, то по мелочам: несколько старых шахт под власть короны вернул, парочку факторий закрыл, десяток-другой купцов из самых наглых домой отправил... Раньше бы мы такое ему точно не спустили, но после появления на Сардуоре эльфов и особенно после начавшихся там изменений в течении Силы, кто-то вроде Кайфата нам там просто жизненно необходим. Странно, что ты этого не понимаешь, - ответил Магистр, с прищуром следя за реакцией льера Виттора.
  И не прогадал. Архимаг после его шпильки едва заметно поморщился, и этот успех следовало закрепить.
  - Кстати, не знаешь, куда пропали несколько подразделений Шиповников? Были люди и пропали, и никаких записей на этот счёт, - вдруг поинтересовался льер Бримс, мысленно поблагодарив Олега за его догадки относительно личностей покушавшихся на К'ирсана Кайфата.
  Архимаг вздрогнул и вильнул взглядом.
  - Такие вопросы надо Магистру Охранителей задавать, - огрызнулся он.
  - Сам знаешь, с льером Таликом теперь не поговоришь. А его преемник ещё только-только входит в курс дела, - сообщил Магистр. - С Шиповниками же у тебя всегда были особые отношения, вот я и спрашиваю...
  - Я уже всё сказал! - оборвал его льер Виттор зло.
  - Да понял, понял. К чему снова эмоции? - Магистр Наказующих часто закивал. - Значит, ты не будешь возражать, если мои люди всерьёз займутся проверкой стражей Ложи Магов?
  - Проверкой? - переспросил Архимаг, опасно сузив глаза. - Безликие и Шиповники - две стороны одной медали. У них нет права лезть в дела друг друга. Таков закон, и не нам его менять!
  - Ну если пропажа кучи бойцов тебе не кажется достойной причиной для ревизии, то как тебе это... На Олега было совершено покушение: магичка в компании двух Бестий. И пусть Чимир уверен, что колдунья не из наших, я про неё слышал. Она из Шиповников, - льер Бримс немного помолчал, следя за реакцией Виттора. После чего добавил: - И если бы не помощь Айрунга, Олег нападение бы не пережил... Тебе напомнить, у кого зуб на свежеиспечённого Чимира?
  - Не надо, - глухо ответил Архимаг, отвернувшись, и зашагал прочь. Бросив на ходу: - И всё равно, закон отменить не могу. Так что забудь.
  Бримс растянул губы в неживой улыбке и едва сдержался, чтобы не плюнуть в спину Виттора. Пояснений больше не требовалось. Спонтанно начавшийся разговор, неожиданно расставил всё по своим местам, каких-то пояснений больше не требовалось.
  Что, старый друг, решил выслужиться перед Длинноухими? Испугался волны их гнева и решил купить прощение головой Убийцы эльфов? Или выполняешь прежние договорённости? Платишь, так сказать, по старым счетам... Чего тогда так испугался, когда узнал, что под удар попал и лжесын - Айрунг? Я же видел, как у тебя в глазах мелькнуло нечто такое, характерное... Неужели последние мозги не потерял всё же и оставил себе страховку на будущее?
  Бримса так и подмывало догнать Архимага, вмазать ему от души по роже и бросить в заляпанное кровью лицо древние как Нолд слова официального вызова на дуэль. Видение было таким манящим и притягательным, что он даже зажмурился. Одним махом решить все проблемы: закончить с интригами, обеспечить надёжный тыл, избавиться от возникшего двоевластия и заняться, наконец, проблемами Нолда... Красивая картинка, но, увы, невозможная. Совет Мастеров не поддержит притязаний Бримса. Страх страхом, но сейчас они стоят за Архимага горой. Как же, начали считать самостоятельным, выпавшим из-под влияния жуткого и опасного Магистра Наказующих. И менять понятного им Виттора на пугающего Бримса они точно не захотят... Наплевать же на мнение Совета он тоже не может. Убийца Архимага станет врагом всей Республики, и тогда планы Магистра Наказующих точно пойдут прахом.
  Что же делать?!
  Бримс скрипнул зубами, от накатившего чувства бессилия. И ведь всё из-за проклятых Светорождённых! Тьма, как же он сейчас понимал К'ирсана Кайфата с его ненавистью к Длинноухим. Всеми фибрами души Магистр желал отомстить им за Муар, за ловушку в Долине цветов, и... за потерянного друга, за Архимага.
  Но слабость длилась всего один миг, и вот уже изощрённый в интригах мозг принялся просчитывать варианты и выстраивать схемы. В памяти же, словно на листе бумаге, начал вырисовываться план ближайших действий. И первым пунктом там была строчка: "Возобновить работу с К'ирсаном Кайфатом, отследить возможные связи в Нолде".
  
  ГЛАВА 5
  
  Заложив руки за спину, К'ирсан Кайфат подошёл к перилам открытой террасы и с любопытством посмотрел на дворцовый сад. Сейчас было время прогулки его сына Яр'мира, и король не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за тем, как делающий первые шаги малыш отмахивается от квохчающих вокруг него нянечек. Мархуз знает, каким К'ирсан был в его возрасте, но мальчуган развивался на диво быстро. Шустрый, смышлёный, талантливый... Несмотря на то, что К'ирсан успел на него наложить печать Истинного имени, сын то и дело пытался воззвать к уснувшему до поры Дару. Пусть неосознанно, однако ведь пытался! И сложись всё иначе, вместо толпы служанок его сейчас могли бы окружать боевые маги, готовые в любой миг перехватить выброс Силы юного чародея.
  Да, что там говорить, непроста жизнь отца будущего великого мага... К'ирсан усмехнулся и вновь вернулся в Малую Приёмную.
  - Так, прости, на чём мы там остановились? - спросил он, у скучающего за столом Чиро Кунише.
  - Ваше Величество, что вы такое говорите? - укоризненно начал начальник Тайной канцелярии, но ощутив неудовольствие К'ирсана, быстро перестроился: - Кхм, да... На том, как восприняли ваши подданные, слияние всех ваших владений в единое государство.
  Чиро посмотрел на короля и, дождавшись поощрительного кивка, продолжил:
  - Так вот, после того как на прошлой седмице высочайшим указом земли трёх королевств было решено именовать Империей Сардуор, а ваше величество милостиво приняло титул императора... ни моими людьми, ни людьми Мигуля Шесть струн никаких вспышек недовольства замечено не было. Общий настрой скорее благожелательный, но без всплесков и проявлений бурных эмоций. Да будет мне позволено сказать, большинству нет никакого дела до того, как называется их страна. Тем более, что с воцарением на престоле вашего величества, все мы ощущаем себя больше подданными империи, чем жителями каких-то мелких королевств. - Неожиданно Кунише замялся и глянув куда-то в сторону, сообщил: - Вот только императором вас никто звать не спешит. Владыка как-то ближе...
  - Ну и мархуз с титулом. Что там с соседями? - поинтересовался К'ирсан.
  Чиро вздохнул.
  - Да всё то же самое, вл... мой император! Грязь и ничего кроме грязи, - сообщил он. - Тирания, сатрапия, территория Зла... Хорошо Нолд "выручает": после бойни в Долине цветов страны Протектората Истинных не иначе как порождениями Тьмы считают. Всех мархузов на них повесили, нам почти ничего не осталось.
  Здесь глава Тайной канцелярии немного замялся, явно решая, продолжать доклад или нет. Немедленно заинтересовавшийся Кайфат, для которого подобные встречи давно уже стали частью обычной рутины, Чиро не торопил, терпеливо ожидая, когда он соберётся с мыслями. В выборе своего давнего соратника он не сомневался, а раз так, то зачем зря дёргать человека?
  Наконец, Кунише собрался с духом.
  - Впрочем, про нас тоже не забывают... Не стесняются даже до грязных слухов опускаться! - сказал он, облизав пересохшие губы. - Да простит меня Владыка, но в своей наглости Светлые... больше просто некому!.. дошли до того, что объявили вас беглым рабом, некогда прислуживавшим их дикарю эл'Даргу!
  На последней фразе голос бывшего Щепки сорвался, и он закашлялся.
  Однако Чиро зря волновался - К'ирсана новость ни капли не удивила. С таким тёмным прошлым как у него, было бы странно, если враги не вытащили на свет самые неприглядные эпизоды. И он давно был к этому готов.
  - А эльфийским ренегатом меня не называют? Или возродившимся Древним?.. Хотя нет, лучше членом королевской фамилии Закатной империи, вернувшимся из мира мёртвых в тяжёлые для народа Сардуора времена... Как звучит, да? - с тихим смешком принялся рассуждать король. - Таких историй обо мне нет? А вот это упущение. Бороться с байкой про рабство, как и с любыми другими слухами, глупо и бесполезно. Зато вбросить десяток ещё более безумных, которые затмят любые выдумки врагов, дело хорошее... Так что займись этим вместе с Мигулем.
  - Будет сделано, Владыка! - закивал Чиро с видимым облегчением. Правители обидчивы и не любят, когда им приносят неугодные вести. На столь спокойную реакцию К'ирсана он явно даже не надеялся. Впрочем, от следующего вопроса он удержаться всё же не смог. - И... ваше императорское величество, а вы... к Древним точно никакого отношения не имеете?
  Чем вызвал у К'ирсана уже настоящее, а не поддельное веселье, надолго обеспечив хорошее настроение. Даже после окончания аудиенции и ухода Щепки, король нет-нет, и начинал снова ухмыляться. Если уж подозрительный начальник Тайной службы так воспринял эту наспех придуманную сказочку, то что говорить про остальных. Десяток подобных историй, и любая попытка Светлых очернить К'ирсана, пусть даже подкреплённая какими-нибудь доказательствами, вроде купчей на раба, будет обречена на неудачу.
  Ну разве плохо? Все бы проблемы Кайфата решались столь же просто. А то куда не сунься, везде воз сложностей и телега трудностей. С чем-то одним разберёшься, так другое вылезает. Вон, вчера делегация от гномьей общины Старого Гиварта приходила. Жаловались, что Пять Королевств, созданные Длинноухими на севере, даже после заключения договора с К'ирсаном не спешат открывать границы для гномьих торговых обозов. И Хозяева Порубежья просили увеличить число морских караванов в Порубежье... Как будто у Кайфата свой торговый флот имеется, а Тёмные за просто так конвои организовывают.
  И ведь пришлось пообещать подумать...
  Или тот же клан Серебряной луны. Его глава вдруг вообразил, что за верную службу королю и на фоне борьбы с последними сторонниками прежней власти в новых землях, он может попробовать урвать лишний кусочек владений для своих людей. Вроде бы ничего серьёзного, но падение в Бездну начинается с малого. И К'ирсан был вынужден приглашать слишком хитрого деда во дворец для задушевной беседы. Придавленный волей и аурой короля, ханец быстро сдулся и забыл обо всех притязаниях, спихнув ответственность на увлёкшихся помощников, Вроде бы проблема была решена, но осадок-то ведь всё равно остался! И вот уже Чиро Кунише получает приказ утроить усилия по вербовке агентов среди клановцев...
  А ведь были и другие подобные случаи, происшествия, мелкие и не очень конфликты, и во все надо вникать, кого-то мирить, кого-то наказывать. И так день за днём, седмица за седмицей. В таких условиях головоломные занятия в Заклинательном покое или на Малом полигоне, тяжёлые тренировки с ханьцами из охраны или выматывающие ритуалы в Кругу магов или шаманов стали чем-то вроде передышки. Возможности отдохнуть от политических дрязг и сопутствующей им грязи.
  За этими размышлениями К'ирсан сам не заметил, как покинул кабинет и спустился в дворцовые подвалы. Никаких встреч в планах больше не было, и он мог смело посвятить остаток дня изысканиям в Заклинательном покое, полностью отдавшись своему истинному призванию - магии...
   Прошлогодние сражения со Светлыми эльфами обогатили копилку знаний К'ирсана идеей создания парочки новых заклинаний. Всё в духе правила: то, что нас не убивает, делает лишь сильнее. У врага оказалось оружие, которое в боях стало очень неприятным сюрпризом для Кайфата, и пусть Длинноухие не достигли успеха, король-маг всё равно желал заполучить в свои руки нечто подобное. То, что не сработало против него, вполне могло хорошо себя показать против других.
  Его заинтересовали прежде всего заклинания - по словам Мокса Лансера, читавшего о них в хрониках Эпохи Войн - Объятий Света и Цепи боли.
  Первое применил против Кайфата во время покушения тот самый Длинноухий, что заявился в гости в виде Астральной проекции с чудовищно мощным артефактом наперевес. Положа руку на сердце, если бы не Гхол, К'ирсан того боя бы точно не пережил. По запасам Силы Перворождённый был вне конкуренции, да и в плане владения Искусством оказался полон сюрпризов. Первая же его атака Объятиями Света едва не достигла цели: обычные Щиты лопались под их воздействием точно мыльные пузыри. И Кайфату пришлось уходить из эпицентра удара подкреплённым магией прыжком.
  С Цепью боли было ещё интереснее. Сама концепция заклинания, проникающего практически под любые защиты и атакующее магов болью очаровывала короля-мага своим изяществом. Зачем ломиться сквозь барьеры чужих чар, если можешь сделать так, что враг попросту окажется не способен их поддерживать?
  Вот над этими двумя заклинаниями К'ирсан и бился последнюю пару десятков седмиц. Медитации и работа со знаком Ир'рг помогли восстановить большую часть вражеских плетений, и всё, что ему оставалось, это исхитриться и обойти главное ограничение на их использование - собственную неспособность работать со Стихиями Света и Воздуха.
  Опыт в подобной переделке классических чар у него накопился колоссальный, так что поначалу К'ирсан ожидал быстрого результата. Казалось бы, разложи заклинание на элементы, перепиши символами Истинного алфавита, привяжи к своему Источнику, либо к Астралу, а там и об оптимизации задумайся... Чего проще?! Но на деле всё оказалось гораздо сложнее. Как выяснилось, отдельные фрагменты плетений были попросту не предназначены для работы с доступными Кайфату энергиями, и их требовалось заменить чем-то иным. Одно тянуло за собой другое, структура заклинаний всё больше усложнялась, а результат их применения всё дальше отклонялся от оригинала. В какой-то момент король-маг получил два абсолютно новых плетения, настолько громоздких, что их применение в реальном бою пусть даже Кругом магов стало по-настоящему непростой задачей. И похоже, что без шанса как-то исправить ситуацию в лучшую сторону.
  Особенно сильно К'ирсана в этом смысле разочаровал собственный вариант Цепи боли, названный им Шоком. Он ведь уже представлял, как вкладывает эти чары в тот же пульсар, наделяя его способностью поражать врагов под самыми надёжными Щитами, как вдруг такое разочарование. Головоломная конструкция из нескольких сотен символов мало того, что из-за запредельной сложности уничтожала саму идею внезапного удара, так ещё и конфликтовала с большей частью доступных К'ирсану чар.
  С Объятиями Света и того хуже. Недоступность данного аспекта Силы, вынудила заменить поражающий элемент чар на нечто иное, гораздо более смертоносное. И Кайфат выбрал на эту роль жутковатую магическую субстанцию из Выдоха Вечности. Те самые, всепожирающие зелёные пузырьки, для защиты от которых Светлым понадобилось спешно вспомнить о запретной магии Крови.
  Прекрасная идея, вылившаяся в создание плетения с претенциозным названием Гнев Вечности, которое... даже в неактивной форме так било по мозгам, что король-маг постоянно терял концентрацию. И никакие ухищрения здесь не помогали. Способностей К'ирсана оказалось недостаточно для владения чарами подобного уровня, и что-то ему подсказывало, столь высоко задранную планку он не возьмёт никогда.
  И как тут быть?
  Последующие два часа К'ирсан провёл в глубокой медитации, то так, то эдак прокручивая наброски новых плетений. Разбирал их на составляющие, звено за звеном собирал вновь, и опять раскладывал на базовые элементы... Такие манипуляции не использовали Силу, требуя от мага лишь высочайшего уровня контроля над своим духом и разумом. И пусть у Кайфата и того, и другого было в избытке, успеха занятия не принесли. Всё, чего он добился, это исправление мелких огрехов и появление окончательной уверенности в том, что Шок и Гнев Вечности использовать подобно обычным чарам не получится ни у кого.
  Так и напрашивалась идея запихнуть их в очередной артефакт, но какой материал выдержит столь могучие конструкции? Древние создатели зуу'ль'теков может и нашли бы ответ на данный вопрос, но не он.
  Выйдя из транса, Кайфат несколько минут просто сидел, глядя перед собой остановившимся взглядом. Неудача больно била даже не по самолюбию, а по вере в собственные способности. Для привыкшего обходить любые препятствия и выкручиваться из любой ситуации мага, попадание в подобный тупик... раздражало.
  Наконец, К'ирсан с сомнением покосился на приставленный к стене меч. После заключения в него выхолощенной сущности Ловчего, верный клинок стал медленно превращаться в нечто большее, чем просто личное оружие мага. Артефакт переродился или скорее всё ещё перерождался во что-то принципиально иное. Появлялись новые свойства, закреплялись и становились неизменными старые. Искра бессмертного бестелесного создания сцементировала все вложенные ранее чары, сделав практически невозможными любые серьёзные изменения энергетической структуры меча. Добавить в эту устоявшуюся систему сразу пару новых плетений, да не какую-то банальщину, а нечто поистине могучее и тяжеловесное, попросту не получится.
  Ради интереса, К'ирсан прикинул, какого уровня придётся проводить ритуал для заключения в клинок Гнева Вечности. Звезда из двадцати восьми лучей, двойная вязь из всех символов Истинного алфавита, как минимум десяток опорных конструктов из магии рептохов и рептохорсов, плюс прорва золота в качестве основы для постройки колдовской фигуры - без этого даже начинать не стоит. Сюда же стоит отнести обязательное участие помимо самого К'ирсана ещё троих чародеев, каждый из которых будет отвечать за свой аспект Силы - Древнюю магию, Астрал и что-нибудь стихиальное, скорее всего Огонь и Землю, как наиболее близкие для материала клинка. Увы, но всего этого точно будет недостаточно, если завершающей точкой ритуала не станет жертвоприношение. Причём коровой или иной скотиной здесь не обойтись. Для обряда подобной сложности требовалось нечто другое, одновременно рождённое на Торне и вместе с тем абсолютно чуждое ему. И даже кровь иномирянина, текущая в жилах К'ирсана, здесь помочь не могла.
  - В общем, невозможно! - зло бросил К'ирсан, развеивая висящие перед ним строчки формул. - Только зря время потратил...
  Упруго поднявшись на ноги и прицепив на пояс клинок, Кайфат повернулся к выходу. На сегодня здесь делать больше было нечего, но некое неявное чувство заставило его замереть на месте. Чувство опасности молчало, но что-то явно было не так. Сильно не так. Во всю ширь развернув свою ауру, К'ирсан принялся обшаривать пространство на сотню саженей вокруг силовыми щупами, попутно чутко прислушиваясь к любым магическим и астральным возмущениям.
  Ничего, тишина. Всё ровно так, как должно быть. Заговорённые стены дворца по-прежнему нерушимы, колдовская защита помещений никак не нарушена, а охранники бдят на своих постах. Но почему проклятое чувство никак не желает проходить? Зудит и зудит, словно надоедливая мошка, раз за разом напоминая - ищи, ищи, рядом происходит что-то нехорошее.
  Внезапно стопы уловили слабенькую дрожь, а потом ещё и ещё. Будто совсем рядом в самом дворце какой-то мерзавец вздумал заняться земляными работами. И снова всё пропало.
  - Проклятие, да я же везде уже посмотрел! - пробормотал К'ирсан раздражённо. - Откуда...
  Мелькнувшая мысль поразила своей простотой. Во всём дворце было всего несколько мест, в которые король-маг не мог заглянуть. Мест, защищённых настолько сильно, что никакое постороннее внимание не могло прорваться сквозь завесу чару. Наверху это были королевские покои, рабочий кабинет, внизу же... внизу подобная защита стояла на нескольких Заклинательных залах для особых ритуалов, в пустующей тюрьме и... в хранилищах артефактов и ценностей. Одно из таких находилось от К'ирсана всего в двух шагах, за поворотом коридора.
  Юрговы дети! Его что, грабят?! К'ирсан рванул к выходу из комнаты, на ходу проверяя подвешенные в ауре чары и попутно досадуя, что отпустил Руала погулять в дворцовом саду. Сейчас ему всё это может пригодиться. Потому что простой воришка в столь защищённое место, как дворец Владыки империи Сардуор, точно не полезет...
   За дверью царила тишина, даже двое стражей у входа в хранилище и те сохраняли молчание, то ли опасаясь близости грозного короля-мага, то ли действительно относясь к службе с рвением истовых служак.
  - Ваше императорское... - дружно рявкнули бойцы, едва К'ирсан появился из-за поворота.
  И ему спешно пришлось показывать знаками, чтобы они не орали.
  - Ничего не слышно? - на всякий случай спросил Кайфат, особо не надеясь на положительный ответ.
  - Никак нет, Владыка! - уже на тон ниже бухнул один из охранников.
  - Ну тогда в сторону, - приказал К'ирсан, снимая с пояса связку ключей.
  С некоторых пор перед каждым спуском в дворцовое подземелье он брал с собой комплект ключей ото всех мало-мальски важных помещений. Кто знает, куда его может завести желание быть в курсе всех дел, не подниматься же на поверхность из-за такой ерунды? И вот теперь такая предусмотрительность сильно его выручила.
  Хитро изогнутый стержень от настоящего гномьего замка уже вошёл в скважину, когда К'ирсан повернулся к бойцам и предупредил:
  - Если вдруг что не так - вперёд не лезть! Под ногами мне точно мешаться не надо...
  Механизм едва слышно щёлкнул, и Кайфат скороговоркой произнёс десяток слов-ключей, временно отключающих сторожевые плетения. Одна ошибка, и на пост охраны уйдёт сигнал о попытке взлома, а само хранилище накроет одеяло колдовского Сна. Был соблазн прямо сейчас активировать встроенную защиту, но К'ирсан решил не рисковать. Не факт, что вор не озаботился подходящими амулетами, и пробуждение чар не спугнёт его раньше времени. Если этот вор, конечно, есть. Потому как К'ирсан всё ещё сомневался...
  Наконец, створки беззвучно раскрылись, и свет из коридора выхватил из темноты пролом в полу в самом центре хранилища. Предчувствия не обманули: в одно из самых надёжных мест дворца "заглянули" воры.
  - Ахшхат! - рявкнул К'ирсан, активируя спящие заклинания.
  Вдоль стен моментально зажглись два десятка ламп, заливая всё помещение светом, и... на этом работа охранной системы закончилась. Не было ничего - ни сигнала о нарушителе, ни удара обездвиживающими и парализующими чарами. Ничего! Зато взгляд зацепился за погасшие и помутневшие магические кристаллы по углам хранилища, распахнутые дверцы шкафов, опрокинутые стеллажи и странные дорожки грязи на белоснежных плитах пола, тянущиеся от одной разгромленной стойки с драгоценной утварью, слитками золота и серебра, до другой.
  И, кажется, Кайфат знал, кто оставляет такие следы.
  Источник магии на мгновение сжался, чтобы затем исторгнуть разбегающуюся волну зелёного света. Ничего серьёзного, простая волна Силы, не способная навредить даже ребёнку, но идеально подходящая, чтобы лишить стабильности столь хрупкие заклинания как Невидимость или отвод глаз.
  И он оказался прав. Саженях в шести от пролома воздух вдруг замерцал, дождём брызнули искры, и перед К'ирсаном во всей красе предстал полностью закончивший трансформацию наг. Уже не раз виденное четырёхрукое туловище, плавно переходящее в хвост из множества костяных сегментов с жуткой "погремушкой" на самом кончике. Вместо человеческой головы - рогатый череп, обтянутый кожей и щеголяющий огромной зубастой пастью. Ну и, разумеется, неизменная ороговевшая пластина на месте глаз.
  Сюрприз! Мысленно К'ирсан ещё пытался осознать, какого мархуза к нему в хранилище забрался змееног и откуда он вообще взялся, а тело уже начало реагировать. В нага устремились сразу все подвешенные заклинания: две "сосульки", Копьё Силы и сразу три Молнии. Мощи этой атаки вполне хватило бы, чтобы пробить Щит иного мага, но в бою с порождениями Бездны на такой исход можно было даже не надеяться. Сейчас это была лишь попытка не дать твари атаковать первой, заставить её уйти в оборону.
   Одно хорошо, ни одно из заклинаний не создавало масштабных разрушений, действуя против одиночных целей. Устраивать побоище под собственным дворцом, уже один раз пострадавшим от схватки могущественных чародеев, К'ирсан не хотел.
  Как и ожидалось, успеха атака не принесла. Ничуть не пострадавший и лишь немного дезориентированный змееног, чьё тело защищала энергия Бездны, сразу с четырёх ладоней ответил магическими лучами. Вот только Кайфата на том месте уже не было. Не жалея Силы, он гигантскими прыжками устремился к богопротивному монстру, вытягивая из ножен меч.
  Из-за спины донёсся сдавленный крик, и К'ирсан почувствовал, как жизнь покинула одного из охранников. Тот всё же сунулся в хранилище за своим королём и немедленно за это поплатился, попав под заклинание нага.
  Однако, королю было не до сожалений. Едва он оказался менее, чем в полусажени от нага, как его аура свернулась в силовой кокон, который тут же вспух десятком копий. Стена Шипов в бою с На'аг'Леохом неплохо себя показала, и Кайфат не собирался отказываться от прошлого опыта. Правда, на этой раз, наконечник каждого из копий представлял собой знак Ка'тол, под завязку напитанный самой разрушительной формой энергии. И били они не по магическим снарядам нага, а по его проклятой ауре. Этакая вариация укола плетением, давно уже освоенная К'ирсаном и теперь доведённая до совершенства.
  В ауре на груди и животе монстра моментально возникли и начали стремительно разрастаться лохматые разрывы, а плоть в соответствующих местах стала чернеть и покрываться ужасными язвами. Даже для иммунного к воздействию многих чар змееногу придумка Кайфата оказалась чересчур сильна. Впрочем, наг мгновенно сориентировался - отклонил корпус вправо, уходя с вектора основной атаки, а затем, крутнулся на месте и хлестнул хвостом.
  И теперь уже К'ирсану пришлось уходить из-под удара. Подчиняясь наитию, он с помощью магии взмыл вверх, пропуская чудовищную "погремушку" под собой, и... точно дровосек рубанул так удачно подставившегося врага по хвосту. Мощь клинка, помноженная на мастерство короля, плюс вовремя акивировавшееся заклинание Разрыва преодолели защиту зменнога, и тварь лишилась весьма серьёзного оружия.
  Как же закричал принявший Благословение Бездны вор... От его вопля с потолка посыпалась пыль, а собранная в хранилище драгоценная утварь отозвалась угрожающим звоном. Мархуз знает, что там со вторым охранником, но К'ирсану, если бы не вовремя наброшенная защита, точно бы не поздоровилось - оглох бы как минимум. Одно хорошо, теперь даже глухому стало известно, что в подвалах королевского дворца творится какое-то непотребство, и королю недолго осталось сражаться в одиночку.
  Вот только готов ли он жертвовать чужими жизнями там, где раньше справлялся сам?
  Тем временем, змееног, разбрызгивая во все стороны исходящую паром кровь, молнией отскочил к дальней стене и развернулся к К'ирсану.
  - Ты заплатишь за эту рану, червяк!! - Впервые за бой подал голос наг. - Заплатишь!!
  Змеечеловек хоть и не потерял присутствия духа, спешно создавая какое-то плетение, но явно находился на грани. Жаждущий стать кем-то большим, чем простой смертный, и ради этого даже продавшийся Бездне, оказался не готов к проигрышу и ранениям.
  - Ай, сколько вас таких, кому я что-то должен... - с деланным равнодушием отмахнулся Кайфат, не забывая отслеживать любые движения противника как в обычном мире, так и на тонких планах.
  А заодно готовить очередное заклинание, обязательное в боях с подобными демоноподобными созданиями. Чаша Мрака - та вещь, без которой не победить любителей качать энергию из самых глубин Тьмы или теесные сосуды для более могущественных сущностей. Вроде Рошага...
   Насчёт последнего он как в воду глядел. Не успел змееног закончить своё плетение, как его аура пошла волнами, налилась мощью и силой, а по хранилищу разлилость ощущение как от присутствия чего-то жутко могучего и неизмеримо злобного.
  - Много нас таких, говоришь?! - пророкотал Костяной дракон устами нага, беспощадно насилуя его голосовые связки.
  Сжатое в тонкий луч плетение Чаши Мрака вознилось в центр корпуса одержимого, когда тот ещё говорил. И этого по задумке К'ирсана вполне должно было хватить, чтобы вышвырнуть Рошага в ту дыру, откуда он вылез. Но не тут-то было: до тела чары не достали, увязнув в полностью восстановившемся покрове из энергии Бездны.
  К'ирсан не успел на этот счёт даже выругаться, как на него навалилась жуткая тяжесть чуждой ему Силы. Это даже не было полноценным заклинанием, Костяной дракон попросту обрушил на него незамутнённую никакими примесями магию своих истинных хозяев. Квинтэссенцию злобы, ненависти и жажды извратить сами законы реальности, которая была настолько противна самому естеству Кайфата, что его едва не подвело собственное тело. Человеческий организм, пусть даже осквернённый наследием Древних, оказался слишком слаб для таких воздействий. Начало сбоить сердце, закружилась голова, лёгкие вот-вот обещал скрутить сильнейший спазм, а кровь начал жечь почище кислоты. И никакие Щиты не стали помехой. Если бы не мастерство в манипуляциях с сат'ир и не умение к месту применять символы Истинного алфавита, Кайфат вполне мог и загнуться. Без знака внутренней чистоты с отравой Бездны не справиться.
  - С каким же удовольствием я тебя раздавлю!! - продолжал разоряться Рошаг, впрочем, не бе ноток разочарования в голосе. Рассчитывал на другой исход? - У меня под горами не получилось, так здесь сделаю.
  Аура нага окончательно изменила форму, и теперь в Истинном зрении его тело почти полностью скрывала переполненная Силой тень Рошага. Уродливая перекошенная тень искажённого магией дракона, готового к полноценному магическому поединку. Вокруг одержимого уже зажигались знакомые К'ирсану по прошлым боям зародыши черепов из тумана, а в ладонях разгорались языки призрачного пламени.
  Вместо ответа Кайфат демонстративно принялся скручивать перед собой пространство, создавая между собой и бывшим логом полосу искажений. Без души и надрыва, не выкладываясь по-настоящему, а скорее лишь обозначая применение магии драконов Междумирья.
  Чем страшно обрадовал Рошага.
  - Ничему-то ты не учишься, сайгал! - закхекал он, намекая на прошлый неудачный опыт с применением подоных чар. Огни в его руках тут же погасли, и из середины лба вырвался короткий импульс Силы, который разорвал в клочья защиту К'ирсана. - И потому сдохни!
  Все девять заготовок для призрачных черепов вдруг обернулись совершенно незнакомыми королю-магу сгустками щупалец, устремились в его сторону точно выпущенные из лука стрелы. Они выглядели настолько пугающе, что К'ирсан не выдержал и прикрылся вертикально поставленным клинком, формируя силовую полусферу. Но это была скорее дань рефлексам и желание подстраховаться, чем реальная необходимость. Тщательно подготовленный в тайне от противника канал связи, открыл Кайфату доступ к сердцу обороны дворца и сделал проводником для запертых в артефакте плетений Астрала.
  Под потолком в один миг возникло облако голубого дыма, из которого сначала пролился дождь из астральных стрел, разрушивших все девять атакующих заклинаний, а потом выстрелило полноценное плетение Тернового Венца, закутавшее в настоящий кокон сущность Рошага.
  - Зря ты сунулся в мой дворец, лог. Не спорю, на своей земле ты силён, но почему решил, что будешь столь же силён и у меня дома? - С мстительной радостью произнёс К'ирсан. Разумеется, подобные чары, пусть даже поддержанные запасённой Силой колдунов Корпуса, не могли надолго удержать тварь уровня Рошага. Пара минут, может чуть больше - вот их предел. Дракон уже сейчас рвался изо всех сил, попутно безжалостно корёжа тело, ставшее его временным пристанищем. И совсем скоро он вырвется, однако... однако, кто сказал, что Кайфату надо много времени, чтобы добить тварь? - Познакомься с моим клинком, мертвяк. С некоторых пор он прекрасно убивает бестелесных!
  К'ирсан без затей подскочил к бьющемуся в падущей змееногу, увернулся от хлещущего в пароксизмах боли хвоста, замахнулся клинком и... с руганью отскочил прочь. Наг вдруг взметнулся вверх, под самый потолок, а потом со всего маху обрушился на пол, едва не задев короля-мага. И больше уже не поднялся. Принявший дары Бездны культист так и остался лежать сломанной уродливой куклой, из раззявленной пасти которой потоком полилась перемешанная с кислотой змеиная кровь.
  И Кали бы с ним, но одновременно с пиком агонии Сила Крови нага смешалась с магией Бездны и Рошаг смог вырваться из плена Венца. Причём не просто вырваться, а ускользнуть на те тропы, которыми он и заявился во дворец К'ирсана. Проклятый костяной дракон, как никогда сейчас уязвимый к оружию Кайфата, разменял жизнь своего соратника на собственное спасение.
  - Тьма!!! - заорал К'ирсан, едва сдерживаясь, чтобы не влепить не обрушить ближайшую стену. Причём злился он не столько на сбежавшего Рошага, сколько на себя самого, позволившему в глубине души поверить в свою способность здесь и сейчас поставить точку в их многолетнем противостоянии. - Отлюби его Тёмный Оррис!!
  И именно в таком состоянии его застали вбежавшие в хранилище Верховный маг, Канд и свирепо размахивающий копьецом Гхол.
  - Владыка!!! - На три голоса закричали они, одновременно разворачивая заготовленные защитные плетения, сканируя пространство вокруг на предмет врагов и накладывая на своего императора лечебные чары. - Что случилось, Владыка?! - И тут же добавили, увидев мелко подрагивающее тело змеенога. - На вас покушались?!
  - Да демон его знает, покушались или нет... - ответил К'ирсан, потихоньку успокаиваясь.
  Обвёл взглядом разгромленное хранилище, повреждённые, а то и вовсе превращённые в "лужицы" из расплавлавившегося металла драгоценности, и досадливо поморщился. Какое-то идиотское покушение, получается. Скорее, тут о банальной краже уместнее говорит... Или о попытке таковой. В памяти почему-то тут же всплыло то, как Рошаг разбирался с непонятного вида шаром. Вдруг и здесь он что-то подобное искал?
  Кайфат ещё раз, только теперь уже с сомнением, посмотрел на горы драгоценного барахла вокруг и сплюнул. Здесь лежат фамильные драгоценности уничтоженных дворянских родов, хранится утварь и украшения из частных коллекций восставших против него магнатов, трофеи с запада Харна... Как среди всего этого найти то, о чём даже не имеешь ни малейшего представления? Нет, попытаться он, конечно, попытается. Канда того же озаботит, членов Корпуса из тех, кто поспособнее, но на успех особо можно не надеяться.
   Поэтому вместо того, чтобы озвучить все промелькнувшие у него в голове мысли, К'ирсан с кривой усмешкой заговорил совершенно о другом.
  - Идея привязать защиту дворца к стационарному артефакту и особый упор сделать на борьбу с духами и всякими астральными визитёрами себя полностью оправдала, - задумчиво сказал он троице соратников, принимавших самое деятельное участие в разработке всего колдовского механизма. - Правда, ждали мы Длинноухого с хфурговым артефактом, но и так тоже неплохо. Пригодилось!
  Однако заданный тон не сподвижников не устроил. Точно три ищейки они принялись обшаривать пространство хранилища, используя для того весь доступный им арсенал магических средств.
  - Учитель, как можно быть таким спокойным?! - первым не выдержал Канд. - Ковены решили отомстить?! Да мы же их с лица земли сотрём!
  - Положа руку на сердце, мы это и так делаем. Странно, что они не заявились к нам раньше, - рассудительно сообщил Лансер. И, испытуще глянул на К'ирсана. - Рошаг?
  И одновременно с ним подал голос Гхол, до того что-то вынюхивающий подле тела змеенога.
  - Чую великого духа! - Немного помедлил, словно пытаясь удостовериться в своих выводах, и обеспокоенно добавил: - Очень злого великого духа, не постеснявшегося вселиться в тело этой отрыжки Небес!!
  - Есть такое дело, - кивнул Кайфат.
  Король уже было собрался предложить коллегам-магам подняться во дворец, чтобы не мешать появившимся следом за ними работникам дворцовой службе охраны, как внезапно пришла совершенно неожиданная идея.
  Он, кажется, сетовал на невозможность вложить в меч Гнев Вечности? Ну так судьба подкидывает ему шанс исправить данную несраведливость. Маги вот они стоят, золото и прочие материалы прямо здесь можно взять, в сокровищнице, всё равно большую её часть теперь на переплавку отправлять, но самое главное, у него есть потребная в ритуале жертвенная кровь. Существо, рождённое на Торне, и в то же время абсолютно чуждое ему... разве это не наг?
  - Гхол, Лансер и Канд останьтесь, остальные - вон! - рявкнул Кайфат, окончательно принимая решение.
  Несколькими мощными импульсами расчистил пространство в центре хранилища, встал на освободившееся место и повернулся к удивлённым соратникам.
  - Быстро готовим ритуал, вот схема! - не терпящим возражений тоном сказал он и по ментальной связи передал череду образов, благо все потребные расчёты он уже произвёл.
  Магам оставалось лишь почтительно кивнуть и приняться за работу. Пока Кайфат выверенными движениями клинка вычерчивал на полу колдовскую фигуру, Мокс с помощью пары простых плетений собрал в кучу валяющиеся вокруг золотые изделия, подвесил перед собой и Силой Огня превратил в шар из расплавленного металла. После чего принялся заполнять сделанные мечом К'ирсана канавки жидким золотом.
  В хранилище стало жарко как в кузне, но чародеев это никак не беспокоило. Канд увлечённо развешивал над отмеченными Учителем вершинами мудрёные конструкты, а Гхол внедрял в быстро остывающие линии мелких духов, заодно очищая Астрал от устроенных К'ирсаном возмущений. Благодаря мастерству работащих магов, дело продвигалось очень быстро, так что не прошло и четверти часа, как всё было готово.
  Соратники Кайфата разошлись по наиболее крупным лучам получившейся звезды, в то время как сам он занял её центр и магией перенёс к себе тело змеенога. Развеял консервирующие чары, не позволяющие крови твари свернуться, и... начал ритуал.
  Подняв над головой меч, король-маг затянул речитатив больше похожего на молитву заклинания. Оно собирало в клинке не просто доступные ему Силы, а формировало потоки энергий нужных оттенков и вибраций. С каждым звуком помещение всё больше и больше погружалось в темноту, и лишь в самом центре сохранялся единственный источник света - полыхающее зелёным огнём лезвие магического оружия.
  И в миг, когда отзвучали последние слова заклинания, К'ирсан молниеносно вонзил меч в тело нага. Глаза резанула яркая вспышка, которая прогнала собравшуюся тьму, и обратила в пепел уродливый труп. Тут же подключились остальные маги, активируя свои участки колдовского чертежа и выпуская в сторону короля заготовленные плетения.
  Над звездой возникло её зеркальное отражение, к тому же начавшее медленно вращаться по часовой стрелке. Через четыре десятка оборотов между центрами обеих фигур возник столб света, полностью поглотивший Кайфата и оставивший видимым для сторонних наблюдателей лишь расплывчатый силуэт.
  На этом подготовка закончилась, наступило время для финальной части ритуала. К'ирсан медленно взял меч обеими руками, прижал лезвие ко лбу и, не открывая плотно зажмуренных глаз, принялся вливать в неподатливый материал клинка фрагменты плетения Гнев Вечности. Он почти не тратил на это Силы, ограничиваясь лишь сотканными из невесомых паутинок световых линий образами, но уже этого хватило, чтобы реальность вокруг начала дрожать, отдаваясь в душах чародеев болезненными вибрациями.
  Пока всё шло как надо, без ошибок и сбоев. Разделённое на части могущественное заклинание втягивалось внутрь меча, точно шёлковая нить, заставляя надеяться на благоприятный исход всего действа. Как вдруг, в миг, когда последний кусочек чар погрузился в клинок, предваряя начало сборки цельной и завершённой энергоструктуры, оружие в руках К'ирсана сначала стремительно похолодело, а затем, мощно содрогнулось. Будто исторгая всё лишнее и чуждое. Голову Кайфата пронзила резкая боль, после чего он ощутил как в его разум, змеёй ввинчивается ожившая вязь заклинания.
  - Мархуз и его волосатая задница! - прошипел король-маг, борясь с паникой.
  Его тонкие тела вибрировали от внезапно навалившейся тяжести, гудели перегруженные энергоканали, а физическое тело отзывалось фантомными болями и совершенно реальными спазмами. К'ирсан теперь на собственной шкуре ощущал те переживания, что достались несчастному М'Ллеур, в которого он "перелил" свои знания о Выдохе Вечности. Только если Тёмному досталась схема построения плетения, то Кайфат получил чары целиком. И будь он менее подготовленным, то подобное точно бы не пережил.
  - Полюби меня тролль!! - спустя минуту выругался Кайфат, когда окончательно стало понятно, что ничем по-настоящему серьёзным случившееся ему не грозит.
  Тело под тяжестью плетения не разваливается, источник магии не пересыхает, а душа не норовит отправиться в Нижние миры. Гнев Вечности, точно дикий зверь, клубком свернулся в глубине разума и не торопился вырываться наружу. И пусть это сопровождается не самыми приятными ощущениями, Кайфат вполне способен какое-то время потерпеть. Главное, на что-то действительно мощное и затратное не замахиваться и про астральные путешествия пока не вспоминать.
  - Владыка, всё так и задумывалось или у нас проблемы? - подал голос Верховный маг.
  Пошедший наперекосяк ритуал завершился без разрушительных внешних эффектов, но все его участники были прекрасно осведомлены о случившемся. И не могли не волноваться.
  - Учитель, наверх подняться сможешь? А там и дрянь эту сбросишь... На тот же западный флигель, благо половине дворца он не нравится, - суетливо спросил Канд, а Гхол поддержал его многозначительным хмыканьем.
  Несмотря на опасный эксцесс, чародеи видели, что внешне с королём всё в порядке, а потому особо не паниковали. Если выжил, то справится с любыми проблемами. Их дело помогать.
  - Задумывалось другое, но... сойдёт и так, - прислушиваясь к происходщему внутри себя, ответил Кайфат. И уже громче сообщил: - Сбросить мархузово плетение всегда успею, а вот повторить данный опыт... не уверен!
  Соратники понятливо кивнули. Умение подвешивать плетение в ауре у чародеев Корпуса уже перестало считаться чем-то необычным, но одно дело не самые сложные чары, а совсем другое нечто поистине грандиозное и могущественное.
  - Владыка, а может попробуем ещё раз загнать его в меч? - спросил Гхол.
  К'ирсан досадливо поморщился.
  - Не получится, можно уже считать это доказанным. Печать Истинного имени искажает и корёжит чистую сущность Ловчего, перестраивает под ограничения клинка, трансфорирует и подчиняет новым законам. Любое серьёзное вмешательство в процесс либо невозможно, либо чревато разрушением всего артефакта, - пояснил он. - Придётся довольствоваться тем, что есть. Разве что по мелочи добавлю что-нибудь, да и то особой надежды нет. Хорошо хоть ранее успел изменить привязку Имени на привязку к силе крови.
  - Зачем? - удивился Канд, чем тут же заработал снисходительную усмешку Учителя.
  - Чтобы "игрушкой" когда-нибудь смог воспользоваться потомок Владыки, балбес! - фыркнул Верховный маг.
  И эта фраза поставила точку в обсуждении неудачливого ритуала.
  Лишь много позже, когда закончилась суета с зачисткой следов волшбы, отданы все необходимые приказы по организации расследования проникновения в хранилище и предупреждению чего-то подобного в будущем, когда король смог остаться наедине с собственными мыслями, он констатировал провал всех своих усилий по расширению магического арсенала. Новую колдовскую дубину создать не получилось, и в грядущие противостояния ему явно предстоит вступить с уже известными противнику чарами. А это очень нехорошо. Особенно в свете стремительно растущей мощи Рошага, а так же до сих пор неизвестных возможностей Светлых эльфов и всех остальных участников Большой игры.
  И как тут быть, непонятно? К'ирсан вынужден был констатировать, что подошёл к пределу своих способностей. Чтобы двигаться дальше, требовалась помощь сотен подготовленных исследователей и годы работы, однако пока у него не было ни того, ни другого. Что-то, конечно, удалось выменять у М'Ллеур, но... Тёмный Оррис побери, проклятое но! Ему нужны не дешёвые фокусы, а нечто действительно могучее, способное перевернуть ход сражения!
  Интуиция подсказывала, что подобным новым оружием способна стать магия логов или магия Пространства, но достопные ему знания по этому направлению Искусства были неполные и не давали цельной картины. Это лучше, чем ничего, но и прорыва со столь скудным базисом ждать не стоило. Вот если бы удалось наложить лапу на исследования тех же нолдцев...
  Собственный оптимизм заставил К'ирсана сначала усмехнуться, а затем натолкнул на простую мысль: какого мархуза он сразу отметает эту идею? Агенты среди бывших членов посольства Республики в Западном Кайене у него есть, да и сам бывший посол считай "прикормлен"... Почему бы не сориентировать людей Кунише в данном направлении? Пусть поработают, наладят контакты, глядишь, что и получится. И не факт, что секреты придётся воровать. В конце концов даже среди Истинных у свежеиспечённого императора есть если не союзники, то сочувствующие. Тот же Бримс... Зря он что ли выходил тогда на контакт и предупреждал о драконах?! Пора налаживать связи, пора!..
  
  ГЛАВА 6
  
  Минош всегда ненавидел дурные сюрпризы или хотя бы даже просто опасные неожиданности, искренне считая их не проявлениями злого рока, а признаком собственной ограниченности. Принадлежа к элите М'Ллеур, он верил, что по-настоящему сильный никогда не следует воле обстоятельств, а торит свой жизненный путь сообразно собственным желаниям и возможностям. Невзирая ни на какие выверты судьбы. Более того, именно эта способность и делает сильного сильным. И не важно о ком идёт речь - об отдельном разумном, какой-то организации или целой стране - если ты хочешь быть лучшим, будь готов отстаивать это звание в любой момент и в противостоянии с кем угодно.
  На самом деле не самое худшее жизненное кредо, жаль только, как выяснилось, не очень хорошо вписывающееся в картину реального мира. Потому как нельзя быть самым сильным - всегда найдётся кто-то сильнее, и уж точно нельзя всё предусмотреть и рассчитать - вокруг слишком много такого, что одним своим появлением на сцене, способно поломать любую, пусть даже самую изощрённую игру.
  Вот казалось бы, М'Ллеур заранее знали о грядущих для народа Ночи тяжёлых временах. Готовились, прикидывали варианты, копили козыри и даже били на упреждение... Так, пусть с помощью К'ирсана Кайфата, но всё же решили проблему с голодающими орками. Разобрались с угрозой удара со стороны Светлых собратьев и сочли её преждевременной. Предусмотрели активность монстров из Тёмного океана. Ну и, наконец, подготовились к войне с Тлантосом. Однако, несмотря на все принятые меры, столкновение с реальностью показало всю тщетность попыток лидеров М'Ллеур провести свой народ по безопасному фарватеру в бушующем море невзгод и катастроф.
  В государство Тёмных пришла война, и противник оказался гораздо опаснее, могущественнее и смертоноснее, чем они могли себе вообразить. И, главное, кто оказался той жуткой угрозой для древней расы?! Смертные людишки, тлантосцы, ведомые недобитыми некромантами и магами Мрака.
  Стыдно признаться, но Минош до последнего момента верил, что грядущая война с беспокойным южным соседом станет войной позиционной. В которой ни одна из сторон не сможет получить серьёзного преимущества. Ни легионы Фердинанда, увязнувшие в непролазных джунглях и постепенно теряющие силы под ударами летучих отрядов М'Ллеур и изощрёнными чарами длинноухих магов. Ни армия Тёмных, попросту не готовая к вторжению в государство некромантов, в ходе которого придётся разменивать бесценные жизни эльфов на победы в никому не нужных битвах. Да, такая война тяжёлым бременем легла бы на плечи государства Ночи, но не более того. В конце концов всё бы неизбежно закончилось разгромом смертых и присоединением к лесу М'Ллеур очередного куска земли. Благо по такому сценарию уже проходило несколько прошлых столкновений.
  Однако, на этот раз всё пошло совсем по другому сценарию.
  Тлантосцы оказались гораздо более подготовленными, чем можно было даже представить. Разведка М'Ллеур ухитрилась проглядеть и ждущие своего часа отряды нечисти, и заготовленные призывы могущественных демонов, и выращенные орды химер. А какие секреты им всё ещё неизвестны!
  За первые седмицы войны Ночные эльфы потеряли сразу четыре небольших поселения неподалёку от границы с Тлантосом. Причём если в двух случаях всё решила разница в численности сражающихся - маги Фердинанда перекрыли выходы с Лесных троп и задавили защитников непрерывно накатывающими волнами нежити - то в двух других М'Ллеур проиграли качественно.
  Осаду городка под названием Лист-на-Воде лично Минош не наблюдал, но по словам немногочисленных выживших очевидцев, тлантосцы взяли его сходу, невзирая на готовность жителей к обороне. Какая-то циклопических размеров тварь молниеносно проломила магический купол вокруг поселения, а ворвавшиеся в образовавшийся проход Тёмные Косари, Кровавые Молотобойцы и прочие представители высшей нежити, при поддержке десятка летающих демонов учинили среди защитников настоящую резню. Невзирая на мощь и отточенное мастерство последних. Тверен, возглавлявший пришедший на помощь отряд гвардейцев, говорил о двоих погибших там варреках. Сразу двоих!!! Это что должно было твориться в Листе, чтобы сразу двое Носителей Скрытого не смогли пусть не победить, но хотя бы просто сбежать?!
  Мало того, досталось и самому Наставнику. Если по-началу ему сопутствовала удача - едва сойдя с Путей, он чарами Тяжёлой воды отправил в Нижний мир десяток-другой некромантов и под сотню подчинённой им нежити - то следующим его противником оказался проклятый Тьмой гигант. И после обмена несколькими ударами великий Тверен, герой Тверен, могучий Тверен был вынужден бежать с поля боя, чудом сохранив едва ли половину от пришедших с ним бойцов. Долбанная нежить заставила ретироваться одного из сильнейших варреков Ночи!! Такое просто в голове не укладывалось.
  И теперь осунувшийся, непохожий на себя Наставник сидел в архивах, разыскивая любые упоминания о новых чудовищных рабах Фердинанда.
  Миношу в этом смысле повезло больше. На Тенеград, в котором он находился с инспекцией тамошней школы пограничной стражи и который так же подвергся штурму войсками Тлантоса, гигантские чудовища не нападали. И ему не пришлось перетряхивать память в поисках любых мало-мальски убойных чар, способных хотя бы поцарапать бронированную шкуру монстра. Однако, результат оказался не менее плачевным, чем у Тверена. Город был разрушен, большая часть жителей погибла или же была захвачена в плен, а сам он был вынужден с боем прорываться из окружения.
  И вряд ли он когда-нибудь забудет подробности того сражения.
  ...Началось всё ранним утром, когда небо внезапно заволокло иссиня-чёрными тучами, а окрестности города затянуло густым туманом. Оба этих явления были настолько необычны, что дозорные немедленно забили тревогу, ненамного опередив магов-наблюдателей. Чародеи вдруг выяснили, что их заклятья Познания не в состоянии прорваться сквозь накрывшую Тенеград завесу, и переполошились едва ли не сильнее обычных бойцов. Дальше все сработали как и положено, следуя плану обороны. Бойцы городского гарнизона покинули казармы и заняли позиции на стенах, вестовые побежали по кварталам с кличем о сборе ополчения, а чародеи активировали защитные артефакты. Появление врага - в том, что это именно враг, а не какое-то природное явление не сомневался никто - хоть и оказалось неожиданностью, но всё же не стало шоком для защитников города. В конце концов М'Ллеур всегда готовы объяснить любому агрессору, почему об их расе ходит столько мрачных и кровавых историй!
  Когда над городом прокатился вой тревожного сигнала, Минош находился неподалёку от ратуши. Поэтому вместо того, чтобы спешить на звук трубы, он бросился к расположенной здесь же башне астролога и, перепрыгивая через ступеньки, помчался к смотровой площадке - оттуда весь Тенеград был как на ладони. Хочешь изучай окрестности, а хочешь, громи врага чарами, если мастерство позволяет. Варреку вот позволяло!
   Наверху он оказался как раз вовремя, чтобы увидеть как в стене тумана проявляются многочисленные силуэты вражеских бойцов. Вот только какие-то чересчур высокие и громоздкие для человеческих, такие фигуры больше подошли бы обретшим плоть демонам или троллям, но никак не солдатам Тлантоса.
  Ждать ответа на невысказанный вопрос пришлось недолго. Через считанные минуты первые шеренги врага покинули колдовское марево, и Минош смог разглядеть сначала высоченных рыцарей в глухих латах и чудовищными косами в руках, а затем и их уродливых "товарищей" в кожаных доспехах и вооружённых боевыми молотами. Тёмные Косари и Кровавые Молотобойцы - могучие и жестокие твари некромантов, теперь же хорошо известные всем чародеям М'Ллеур. Одно непонятно, откуда их столько?! Десяток, другой, третий... а там из тумана выходят ещё и ещё. Никогда раньше он не видел столько трудных в создании и сложных в управлении чудовищ в одном месте. Так мало того, помимо высокоуровневой нежити, кое-где начали появляться и обычные зомби, в компании со скелетонами и Костяными Гончими.
  - Великое Древо! - пробормотал Минош потрясённо.
  Уже увиденное заставляло относиться к нападающим максимально серьёзно, а ведь были ещё и те, кто нагнал тучи и затянул всё вокруг непроницаемым для магии туманом. Те, кто управлял армией нежити - колдуны Тлантоса!
  - Если вы там ещё и личей в строй смогли поставить, то я заранее нам всем сочувствую! - продолжил рассуждать вслух варрек.
  Правда, болтовня ничуть ему не мешала создавать одно за другим всевозможные исследовательские плетения и "выстреливать" ими в сторону врага. Безоглядно бросаться в сражения жизнь его уже отучила, и любую битву он предпочитал теперь начинать с изучения врага. Хотя, зачем врать, так и подмывало жахнуть по нечисти чем-нибудь убойным.
  Тем временем, защитники Тенеграда уже атакавали первые ряды наступающей нежити. Маги привычно растянули перед лучниками разгоняющие стрелы поля, и сотни артефактных или даже просто заговорённых снарядов неудержимым потоком обрушились на приближающихся тварей. Пронзали их насквозь, отрывали конечности, взрывали, обжигали кислотой или живым огнём, изничтожали мощью освободившихся Стихий. Будь на месте мертвяков обычные солдаты, на этом бы всё и закончилось. Чтобы уцелеть под градом смерти необходимо прикрытие магов не ниже второго, а то и первого рангов. Да и то, потери были бы огромны. Но в земли М'Ллеур вторглись творения некромантов и демонологов Тлантоса, и отдними артефактными стрелами их было не пронять. Они на глазах затягивали раны, приращивали оторванные члены, а то и вовсе восстанавливали потерянную форму, чтобы с ужасающей неотвратимостью продолжать движение.
  Следом за лучниками своё слово сказали стихийные маги. В нежить полетели Стрелы Эльронда, молнии, пульсары, земля у них на пути то превращалась в болото, то вспухала кустами хищных лиан, ураганный ветер сменялся огненным дождём, а замораживающая всё и вся стужа - градом камней или разъедающим плоть кислотными фонтанами. Плотность и сила чар была настолько велика, что даже высшая нежить не могла устоять. И всё больше и больше порождений Тлантоса получало последнее упокоение.
  Жаль только было их слишком много и двигались они слишком быстро. Несмотря на все старания, нежить шаг за шагом сокращала расстояние до огрызающихся магией живых, пока, наконец, не упёрлась в границы артефактного щита, прикрывающего город. И... не остановилась. Вместо того, чтобы стать мишенями для М'Ллеур, твари как ни в чём ни бывало продолжили шагать дальше. Словно и не было никакого купола из мудрёных чар! А там несколько секунд, и вот они уже у городских стен. Была надежда, что каменная кладка хоть как-нибудь их задержит, но проклятые игрушки Тлантоса, не сбавляя хода, со сноровкой мархузов полезли наверх. И никакие заготовки вроде горящей смолы или тяжёлых брёвен не могли их остановить.
  Пара минут, и на стенах закипели рукопашные схватки.
  Разумеется, среди М'Ллеур было немало хороших бойцов, способных победить в игре клинков самых сильных противников. Но против мертвецов их навыки помогали плохо. Даже обычная нежить не устаёт, не боится ран, когда требуется может ускоряться и вкладывать в свои атаки недюжинную силу, что уж говорить про высокоуровневых тварей. Кровавые Молотобойцы разъярёнными буйволами обрушивались на закованных в броню М'Ллеур, Тёмные же Косари, словно они и вправду служили в свите самой Смерти, каждым взмахом косы так и норовили забрать если не жизнь, то жизненную силу каждого, кому не повезло заступить им дорогу. На их фоне скелетоны и обычные мертвяки, алчущие живой плоти и потому слепо рвущихся к эльфам Ночи, казались чем-то привычным и уже не столь пугающим.
  - Плохо, очень плохо, - процедил Минош и, наконец, решил вмешаться в бой.
  Пальцы заплясали в воздухе, выписывая петли и рисуя объёмные узоры, губы же повторяли строчки запретных заклинаний. Одновременно с движениями кистей разум варрека принялся взламывать неожиданно крепкую границу реальности, отворяя проход в Астрал. Браслеты на руках один за другим отзывались на слова активации, призывая Силу Воды, Крови и Воздуха, существенно облегчая Миношу работу. Наконец, портал был готов, и из распахнувшихся врат на тонкий план бытия вырвался сомн бестелесных тварей. Не особо сильных, но благодаря полученному с той или иной Стихией родству, способных уничтожить гораздо более могущественных существ. И что особенно важно, каждый разгневанный дух главным своим врагом видел лишь богопротивную нежить.
  За считанные мгновения добрые полтора десятка Косарей и Молотобойцев оказались лишены вложенной в них энергии, управляющие чары потеряли стабильность и самоуничтожились, а немёртвые и почти неуязвимые к обычному оружию тела один за другим распались чёрной слизью.
  Нежить, конечно же, сопротивлялась, и отнюдь небезуспешно. Духи гибли под взмахами кос, изничтожались ударами молотов, однако их было столько, что потери не казались чем-то значительным. И так продолждалось, пока в какой-то миг, они не начали гибнуть десятками.
  Из-за спин нежити внезапно градом посыпались чёрные как ночь заклятья, которые... нет, не изгоняли духов, как попробовал бы сделать на месте магов врага сам Минош, а уничтожали самую их основу, ядро, служащее сосредоточием самой их сущности. Чем привели полуразумных бестелесных гостей из Астрала в совершеннейший ужас. Ужас, молниеносно сменившийся паникой и ставший причиной повального бегства. Рекруты Миноша из тонкого мира массово принялись возвращаться обратно на свой план, так и не выполнив поставленную перед ними задачу.
  Трусливые твари!
  Зло скрипнув зубами, варрек затянул речитатив нового заклятья, на этот раз не пытаясь опираться на мощь Стихий - даже частично - и целиком сосредоточившись на самых тайных областях знаний. Между ладонями сначала возник сгусток серой мглы из-за грани миров, родственый той, что давал Путь Древних, который затем поглотил вихрь из льдисто-голубых искр эфира. Щедро напитав плетение энергией, Минош добился кратного увеличения скорости вращения частиц Астрала, после чего ему оставалось лишь ментальным импульсом вколотить в центр получившейся конструкции слепок собственного сознания, пробудить в нём намерение уничтожить всех врагов и выпустить чары на свободу.
  Не успев удалиться от варрека и на десяток саженей, сгусток мглы с шелестом и шёпотом тысячи голосов принялся разрастаться в размерах, пока не превратился в нечто вроде облака с чётко очерченными краями и мельтешащими внутри голубыми искрами. Если же немного приглядеться, то в самом его центре можно было разглядеть два огромных глаза, с исступлённой ненавистью глядящих на нежить.
  - Давай, тролль тебя отлюби, шевелись! - прошептал Минош, вцепившись в ограждение, чтобы не упасть, и кривясь от терзающей внутренности боли.
  И вроде энергии потратил не слишком много, но контакт с Силами, которыми пришлось манипулировать, выматывал страшнее иных пыток. Сотворённый им Серый Палач - чары, как оказалось, одинаково жестокие и к магу, и к его врагам. Даже варреку, с его укреплённым телом и адаптированной к Древней магии внутренней энергетикой, было непросто, что уж говорить про обычных чародеев. Не удивительно, что Палач был на тысячелетия забыт, и его формула была восстановлена лишь недавно, да и то только благодаря купленным у К'ирсана Кайфата знаниям.
  Нутро скрутила очередная судорога, и Минош с ненавистью зарычал. Проклятье! Вот будет весело, если плетение окажется бесполезным или малоэффективным. Столько боли, и всё зря!
   Однако древнее заклинание не подвело. С целеустремлённостью бездушного механизма, хищное облако сначала вобрало в себя остатки сущностей растерзанных духов - ничего не оставило, подчистив все следы недавного сражения между нежитью и Бестелесными - а затем, неуловимо изменившись для магического зрения, грозовым фронтом покатилось навстречу армии Тлантоса. Со стороны это смотрелось настолько жутко, что сородичи Миноша восприняли появление Палача как ещё одно создание некромантов, и принялись выпускать по нему стрелы. Лишь когда из тучи по Косарям ударили первые чёрные молнии, разряды магии плетьми начали хлестать по Молотобойцам, а жгуты смерчей принялись наводить порядок под стенами - лишь тогда МЛ'леур поняли свою ошибку и оставили творение варрека в покое.
  Чтобы выбить большую часть высокоранговой нежити Миношу понадобилось не более десяти минут. Против Сил, призванных им в этот мир, у немёртвых солдат Тлантоса не оказалось никакой защиты, что заметно сказалось на эффективности чар. Твари взрывались кровавыми ошмётками, разлетались тёмными брызгами и осыпались серым пеплом, редкие же выпады некромантов беспомощно вязли в бесформенном "теле" Палача.
  Минош уже начал даже надеяться, что штурм удастся отбить малой кровью, как противник доказал, что он выложил на стол далеко не все козыри. Своё слово опять сказали старшие маги Тьмы и Смерти. Причём словно в насмешку над варреком противочары они построили в духе его предыдущего заклинания - открыли врата на план Смерти и выплеснули на Палача океан враждебной всему и вся энергии. Чего им это стоило, сколько жертвенной крови они пролили и кому заложили души, Минош не знал, но итог был для защитников Тенеграда печален. Идеально сфокусированный поток Силы пронзил городскую защиту, точно острая игла гнилую мешковину, и обрушился на создание варрека. Понадобилось несколько мгновений, чтобы структура Палач оказалась разрушена, а сам он исчез в слабой вспышке. Мало того, остатков позаимстованной у самой Смерти Силы оказалось достаточно, чтобы ударить уже по Миношу, попутно зацепив нескольких защитников стены.
   Выжить ему удалось не иначе как чудом. Для отражения этой атаки он применил весь доступный ему арсенал оборонительных чар. Многослойные стихиальные Щиты, зеркальные чары на основе Древней магии, миражи и обманки из смежных разделов, персональные артефакты - в ход пошло абсолютно всё. И если бы противник оказался хотя бы на волосок сильнее, он бы точно не уцелел. В момент столкновения с чарами между Миношем и врагами возникло нечто вроде астрального моста, и он хорошо разглядел противостоящий ему круг из двух десятков некромантов и тёмных магов. Оценил их способности, умение работать с плетениями... оценил и устрашился. Так что когда колдовская формация распалась из-за истощения чародеев, а вслед за этим захлопнулись и врата на смертоносный план, ему ничего не оставалось, кроме как славить собственное везение. При таком напоре тлантосцев его гибель была вопросом считанных секунд...
  Дожидаться повторения подобной атаки Минош не стал и объявил в Тенеграде срочную эвакуацию - вещь ранее немыслимую и невозможную. Надавил авторитетом варрека, привлёк магов, лично занялся взломом блокировки прохода на Лесные пути... В итоге, когда к потрёпавнной армии Тлантоса подошло подкрепление и отдохнувшие колдуны возобновили штурм, город был давно уже пуст.
  И пусть по сравнению с Твереном действия Миноша были гораздо более эффективными - ему хотя бы удалось спасти несколько сотен МЛ'леур - радости осознание этого факта ему не принесло. Да и какая может быть радость, когда бой проигран, а враг ликует?! Тут впору за голову хвататься в безуспешных попытках понять, как так вышло, что смертные людишки, эти забывшие былую славу примитивные колдуны, вдруг на деле оказываются сильнее далеко не самых слабых представителей Старшего народа.
  Определённо, что-то здесь не так! С морскими тварями, волнами накатывающими на побережье государства эльфов Ночи, варреки справляются без особого напряжения сил, а те ведь тоже далеко не подарок Орриса. Не к ночи помянутый Большой Илим вполне способен уничтожить небольшое государство, дай только время, однако Минош в своё время убил его без какого-то надрыва или превозмогания. Про остальных чудищ и вспоминать не стоило... И вдруг такой щелчок по носу от презренных смертных. Как подобное вообще возможно?!
  Минош, наверное, ещё долго предавался бы чёрной меланхолии, если бы его не нашёл злой и раздражительный, но полный энергии Тверен. И не притащил во дворец, в кампанию из полутора десятков варреков разных возрастов.
  - Приветствую идущих путями Древних! - громко возвестил Наставник, проходя в зал с ожидающими его магами, и жестом указал Миношу занимать место в середине стола.
  - И ты здравствуй, Тверен, - проскрипел наверное самый старый из виденных Миношем сородичей, удостоив молодого МЛ'леур неодобрительного взгляда.
  Варрек Нараккет - сморщенный, похожий на иссорскую мумию старикашка, кажется ещё заставший последнюю войну с колониями Заката, редко покидал своё поместье. Предпочитал мирской суете отшельничество и самостоятельные магические изыскания. Этакий фанатик от запретной волшбы, измучанный жаждой знаний и ненавидящий всех вокруг. Легенды, что ходили о нём среди аристократии, были одна другой хлеще. Реши Нараккет вдруг переселиться в Нижний мир, и в лесу эльфов Ночи не найшлось бы ни одного, кто сказал бы ему во след единственное доброе слово. Положа руку на сердце, Минош искреене считал, что именно так и случилось, что мархузов хрыч уже отправился к предкам, и видеть его в здравии было странно.
  - Чего воду взбаламутил, и из дому меня выдернул? Или забыл, сопляк, что я запретил меня беспокоить ближайшие лет триста?! - продолжил возмущаться Нароззет.
  Сочный эпитет, которым наградили прославленного Тверена, заставил собравшихся заухмыляться. Впрочем, старательно пряча улыбки от взгляда Наставника.
  - Мастер Нараккет, думаю, вы простите мою неучтивость! - удивительно мягко ответил Тверен. Подождал, пока старый эльф прекратит зло сопеть, и вдруг резко припечатал: - Вы, кажется, раньше жаловались на потерянные поколения и уход из Торна настоящей магии? Тогда как вам такая новость: королю Тлантоса служат бег'хеме'оот.
  Варреки начали активно перешёптываться. Далеко не все знали, кто такие эти проклятые бег'хеме'оот, но о позорном отступлении Тверена из города варреки были наслышаны. Как и о том, что был тому причиной.
  - Уверен?! - удивительно звонким голосом спросил Нараззет, словно сбросив маску древнего старика.
  - Абсолютно! - кивнул Тверен. - И да, я вижу только одно объяснение, как такое могло случиться...
  - Великий Артефакт! - с благоговением в голосе прервал Наставника Нараккет. - Проклятый Тьмой Великий Артефакт! Грёбанные некроманты таки вырастили новый Череп Некронда... Только с помощью него можно возродить бег'хеме'оот и заставить их себе служить, иначе никак.
  Слова старика вызвали среди остальных ещё одну волну оживления, и потому далеко не сразу удалось услышать ответ Наставника.
  - Череп и древние твари далеко не самая худшая новость на сегодняшний день, - проговорил Тверен, тяжело роняя слова. - Мы потеряли один из Источников. И если не вернём его обратно в ближайшем будущем, то все прочие проблемы покажутся нам детскими шалостями... Тлантос отравил его миазмами своей нечестивой магии, и зараза уже начала распространяться по окрестностям.
  - Что?!. Какого мархуза?!. Тарково семя!!. - Варреки разом забыли про достоинство, повскакивали со своих мест и заголосили. Словно не гордые бессмертные, а людские крестьяне в торговый день!
  И ведь Минош ничем от остальных не отличался. Так же стоял, кричал, размахивал руками. Потому как новость эта слишком ужасна для того, чтобы встречать её ледяным спокойствием! Слишком...
  Причём известия о возрождении Черепа Некронда особо никого не напугали. Да, опасно, да, приведёт к многочисленным жертвам и потрясениям, да народ Ночи понесёт немалые потери, но в конце концов к чему-то подобному Тёмные эльфы и готовились последние годы. И когда начались первые пограничные стычки, даже смогли наступить на горло своему высокомерию и пошли на поклон к не к ночи помянутому К'ирсану Кайфату. Собственно, сам же Минош и стоял у истоков переговоров, закончившихся приобретением у ненавистного короля-мага - или теперь надо говорить императора? - Выдоха Вечности. И теперь, благодаря саоотверженности несчастного Корхила Дуархена, принявшего на свои плечи всю тяжесть высшего заклинания Древней магии, у МЛ'леур имелся в запасе ещё один смертоносный сюрприз. Который, можно не сомневаться, они не применут предъявить Тлантосу в нужный час.
  Так что мощное оружие древнего врага никак не могло пошатнуть уверенность МЛ'леур. Их испугало другое, их испугал захват Тлантосом Источника магии. Пусть тот незрел и до конца не сформирован, но это всё равно источник Силы для народа эльфов Ночи. Одна из опор, что поддерживает их стойкость, жизнеспособность и сам дар Бессмертия. Корень их могущества и... самое слабое место. Та самая уязвимая точка, в которую коварные дети Некронда и нанесли свой удар.
  - Тих-ха!!! - Громовый рёв прокатился по зале, заставив собравшихся разом заткнуться. Особо же наглых утихомирила давящая тяжесть ауры старейшины Нараккета, накрывшая всё помещение. Затворник перестал изображать немощного старика и позволил своей Силе полностью раскрыться. - Я хочу услышать, чем нам грозит эта новость! Собственными ушами услышать, потому как мой разум отказывается принимать последствия вашей безответственности!
  Вопрос адресовался Тверену, как самому титулованному из собравшихся. И Наставник не стал медлить с ответом.
  - Сначала начнутся болезни, серьёзно вырастет смертность среди подростков, затем начнутся проблемы с исполнением некоторых заклинаний, а может и вовсе начнётся угасание магии, если отрава перекинется на остальные Источники, - неживым и пугающим голосом принялся перечислять Тверен. - Ах да... прежде, чем мы пострадаем, сначала погибнут наши леса, разрушатся Лесные пути. На самом деле список большой, это лишь основные моменты. И пусть варреков процесс затронет в меньшей степени, мало им тоже не покажется... Такая вот перспектива.
  - Понятно, пока не осушим Источник, о будущем можно и не мечтать, - вяло пробормотал какой-то незнакомый варрек.
  - Именно, братья, именно! - скривился Тверен, разводя руками. - И к великому моему сожалению, заниматься данной проблемой придётся только нам. Больше некому. Остальные наши коллеги либо днюют и ночуют в южных землях, пытаясь остановить продвижение войск некромантов, либо мотаются вдоль восточного побережья, отражая нападения взбесившихся обитателей Тёмного океана. Так что с защитниками осквернённого Источника разбираться придётся самостоятельно.
  - Как понимаю, под защитниками подразумевается кто-то вроде бег'хеме'оот? - внезапно уточнил Нараккет подозрительно.
  - Ну а иначе, зачем бы я вас побеспокоил, Мастер Нараккет? - нахмурился Тверен. - С отрыжками былого ужаса без мага вашего уровня не справиться.
  - Совсем хорошо, - прошипел старейшина и откинулся на спинку стула. - Как вы ещё только пробуждение тёмных богов не проспали с таким отношением к своему долгу...
  Молодое поколение эльфов Ночи явно не радовало отшельника. Теснимые старыми врагами, потерявшие инициативу, забывшие о своём величии - положа руку на сердце, ему было за что ругать сородичей. А ведь он ещё не всё знал. Миношу вдруг стало интересно, как старик встретит новость о союзе МЛ'леур с магом людей? Просто взбесится и разразится ругательствами или лично пойдёт наводить порядок во дворец отца, насаждать своё видение справедливости. Хотя нет, сначала он разберётся с Источником, а вот уже затем... затем отправится вправлять мозги всяким молокососам. Благо статус самого старого и самого могущественного жителя леса МЛ'леур позволял и не такое...
  Поэтому... всё-таки не стоило Тверену нарушать уединение Нараккета, точно не стоило.
  
  * * *
  Подготовка к штурму Источника проводилась в условиях колоссальной спешки. Каждый день промедления не только давал тлантосцам возможность стянуть к захваченной святыне М'Ллеур дополнительные силы, но и делал всё более вероятным исполнение описанного Твереном сценария с заражением других Источников и наступлением неизбежного в этом случае локального Конца света.
  Положа руку на сердце, Минош в былые годы, думая о будущем своего народа, даже помыслить не мог, что всё окажется столь... катастрофично. И что для разрешения случившегося кризиса придётся привлекать сразу одиннадцать Носителей Скрытого. Одиннадцать! И это когда для разгрома светлоэльфийской флотилии понадобилось всего трое!
  Но и задача, стоящая перед высшими магами М'Ллеур, была не из лёгких. Источник охранял бег'хем'оот - могущественная тварь, овеянная мрачными легандами прошлого и ужасающая даже предков М'Ллеур в эпоху Войны Звёзд. Тварь, возвращение которой на Торн не могло присниться даже самым безумным Чтецам Астрала.
  По запросу Тверена архивисты с молниеносной скоростью доставили варрекам все мало-мальски значимые документы той эпохи, хоть как-то затрагивающие тему бег'хем'оот. Но, увы, ничего действительно важного кроме описания найти не удалось. Теперь Минош знал, что это огромные, в холке порой достигают шести - семи саженей, монстры, внешне напоминающие бронированных саблезубых жаб и обладающие потрясающими способностями к магии Тьмы. Разумными не считаются, но славятся хитростью, мстительностью и имеют беспричинную тягу к разрушениям. На этом всё - ни тебе описания повадок, ни способов охоты. И как их, спрашивается, убивать? Или просто следовать рекомендациям древних хронистов, советующих бить чудовищ всеми доступными средствами и способами, невзирая на потери?
  Впрочем, мнения Миноша на данный счёт никто не спрашивал. Всю подготовку к сражению взял на себя отшельник Нараккет. Как маг он принадлежал к закрытому и ныне заметно потерявшему во влиянии сообществу Погонщиков Зверей. Его представители специализировались на ловле, охоте и управлении всевозможными монстрами и чудищами, лучше всех прочих зная, как с ними управляться и как пустить их силу на благо М'Ллеур. Последние полторы тысячи лет в Погонщики шли только классические чародеи, не выбравшие путь Древних. Поэтому варрек Нараккет воспринимался в глазах многих как редкая диковина. Злая, несдержанная и запредельно могущественная диковина.
  За всё время подготовки к штурм, никто из коллег Миноша так и не рискнул оспорить ни одного приказа Нараккета. Ни один из них не видел, как тот сражается, но глубинное чутьё магов, многое повидавших и многое умевших, предупреждало всех и каждого не связываться с отшельником. Чтобы оценить реальную мощь старейшины, следовало дождаться битвы с бег'хем'отт, благо ждать надо было недолго...
  В окрестности захваченного святилища десант варреков в сопровождении сотни егерей добрался по Лесным Путям. Выход непосредственно на территории был конечно же заблокирован, но такому количеству высших магов не составило никакого труда сойти с межпространственной тропы в шаге от её завершения. Из-за чего М'Ллеур появились аккурат в небольшой балке в пределах прямой видимости от Источника.
  И сразу же ощутили влияние скверны.
  Некогда зелёный овраг теперь напоминал клоаку, полную гнили и тлена. Воздух был пропитан запредельной вонью, под ногами хлюпала какая-то мерзость, а при мысли, что выбираться из этой ловушки придётся по скользким от непонятной слизи стенам, заранее начинало мутить. Но самое главное, энергетика места, сама Сила, разлитая в пространстве, оставляла на языке привкус чего-то неописуемо отвратного и гадкого.
  Тьфу!! Минош, даром что сам не чурался применять заклинания из Тёмных разделов, с данной Тьмой не желал иметь ничего общего. И судя по гримасам остальных варреков, они разделяли его взгляды. Даже гораздо менее чувствительных егерей проняло. У всех лица перекошены, кого-то и вовсе выворачивает под ноги товарищам. Лишь Тверен да Нараккет смотрелись на общем фоне образцом спокойствия и выдержки. Первый просто привык сохранять лицо при любых условиях, а второй слишком призирал чужие слабости, чтобы самому их демонстрировать.
  - Вижу нежить! - сообщили разведчики, успевшие забраться на гребень. - Не менее сотни скелетонов, два десятка Гончих и пятеро Косарей. Ни некромантов, ни бег'хем'оот не наблюдаем.
  Бег'хем'оота нет?! Куда может деться огромный монстр, размером с летний дворец Миноша?! Неужели им повезло и тварь отозвали на другой участок фронта? Ученика Тверена охватило возбуждение. Ведь если и некроманты в святилище не прячутся, то жалкую нежить они изничтожат в считанные мгновения.
  Схожие мысли пришли и к его коллегам. На лицах появились хищные усмешки, с разных сторон зазвучали шепотки.
  - А ну собрались! Работаем по утверждённой схеме, - прорычал Тверен, поймав недовольный взгляд Нараккета.
  Окрик подействовал.
  Одни маги оперативно принялись накладывать на воинов и своих коллег чары Невидимости, другие, и среди них Минош, занялись сокрытием следов волшбы. Все работали с точностью гномьего хронометра - ни одной помарки или ошибки. Наблюдатели от нежити, если они были, ничего не заметили. Спустя десять минут воины Ночи начали быстро покидать овраг, выстраиваясь в нужные для боя формации. С ними уходили и варреки, пока, наконец, все не оказались за гребнем оврага.
  Едва последний эльф ступил на поле перед святилищем, как весь отряд, разбитый на три группы, тут же пришёл в движение и направился к входу в здание. Чуть впереди под прикрытием всё той же Невидимости шагали трое варреков, прощупывающих землю на предмет опасных сюрпризов. Старые ловушки на всякий случай отключались, новые же, поставленные уже тлантосцами, просто помечались вешками. Хотя последних практически не было - по какой-то причине подданные короля Фердинанда оставили подходы к Источнику практически неприкрытыми. Интересно, это глупость или расчёт?
  Такой незначительный штрих заставил Миноша насторожиться, и он принялся максимально незаметно начитывать Земные Путы - заклинание, базирующееся на тёмном аспекте Земли и при удаче способное удержать на месте даже Большого Илима. В плане Нараккета этого не было, но лишним не будет...
  Отряд прошёл больше половины пути, когда нежить, до того хаотично вышагивающая вокруг святилища, вдруг забеспокоилась. Скелеты начали вертеть безглазыми головами, Гончие принялись словно бы принюхиваться, а Тёмные Косари, как наиболее развитые представители нечисти, повернулись мордами к эльфам и деловито зашагали им навстречу.
  - Бой!!! - скомандовал Тверен, и уже истомившиеся от желания атаковать М'Ллеур ударили по врагу.
  Варреки в качестве целей выбрали Косарей и Гончих, егерям же достались скелеты. Разрушающие мёртвую плоть кислоты, жадные до вложенной в нежить энергии астральные хищники, разного рода магические резонансы, всесжегающее пламя, хитро изменённые молнии и пульсары, а так же артефактные и просто зачарованные стрелы обрушились на стражей осквернённого Источника с неотвратимостью Стихии. Совокупная мощь высших магов М'Ллеур была такова, что за считанные мгновения большую часть немёртвой охраны буквально разметало в клочки. Четверо Косарей, правда, в этом ужасе как-то уцелели - то ли их создатели постарались с защитой, то ли близость к осквернённому Источнику сказалась - и, резко ускорившись, попытались ворваться в ряды эльфов, но одиннадцать варреков это одиннадцать варреков. Совокупный удар перемолол квартет нежити в труху, не дав им даже хотя бы просто приблизиться к взявшимся за мечи егерям.
  Азарт схватки, помноженный на эйфорию от вида уничтоженного врага, ослепили эльфов Ночи. Потеря нескольких поселений и неудачи на фронте были на время забыты, и сородичи Миноша целиком отдались делу изничтожения нежити. И лишь он сам да бдительно поглядывающие по сторонам командиры, сохраняли спокойствие... Что и спасло отряд от уничтожения. Тлантос всё-таки подготовил эльфам ловушку, и они благополучно в неё влезли.
  Не успел упасть на землю последний расколотый стрелой скелетон, как воздух за спиной Тёмных дрогнул, на мгновение открылись врата в мир Смерти и оттуда вышли десять Кровавых Молотобойцев. Даже внешне выглядящих гораздо более сильными, подвижными и крепкими, чем их собратья в действующей армии.
  Но это пол беды. Иллюзия, как оказалось, прикрывавшая святилище, внезапно слетела, и через здоровенный провал на месте входа в здание, выскочил бег'хем'оот. Как и обещали очевидцы, высокий, энергичный и пугающе могучий. И он точно не собирался позволять варрекам вести дистанционный бой, нацелившись прыгнуть им навстречу.
  Минош и сам не понял, когда успел воздеть над головой руки и скороговоркой выдохнуть цепочку ключей, освобождающих заготовленное заклинание. Чары Пут чёрным комком упали под ноги жабы-переростка, развернулись в целый лес щупалец и стремительно оплели её конечности. Прыжок твари был прерван в последний миг, из-за чего та потеряла равновесие и с адским грохотом обрушилась на землю.
  - Да!! - Не сдержал эмоций Минош, тут же начиная следующее заклинание. На этот раз обращаясь к Стихии Огня.
  - Егеря, на вас Молотобойцы! - закричал Тверен, обменявшись с Нараккетом парой фраз. - Варреки...
  - Щиты!!! - перебил его отшельник, истошным рёвом.
  Правда, сам своему приказу следовать не спешил, сосредоточившись на неизвестной Миношу волшбе.
  Команда, увы, запоздала. Упавшее чудовище, ничуть не потеряв концентрации, ответило варрекам на своё пленение волной Мёртвой Зыби. Точнее, тем, что все сначала приняли за Мёртвую Зыбь. Как известно, данные чары не слишком опасны для сильных чародеев, а потому М'Ллеур немного замешкались с решением. За что и поплатились - под прикрытием этого плетения скрывалось нечто совершенно незнакомое, внешне напоминающее вал из множества прыгающих чёрных мячиков. И этот мархузов вал врезался в строй эльфов Ночи.
  Весь первый ряд бойцов попросту взорвался брызгами крови и плоти - не помогли ни личные артефакты, ни броня и родовые умения. Ещё мгновение назад воины готовились к сражению с самой жуткой тварью эпохи Войны Звёзд, как вот их уже нет, а убившие их чары набрасываются уже на варреков и их телохранителей.
  И увы, среагировать на атаку успели далеко не все маги. Кто-то немного замешкался с выбором чар, кто-то запоздал с созданием плетений, а кто-то банально отвлёкся на гибель сородичей. Как итог, сразу трое варреков повторили судьбу егерей, а ещё двое отделались тяжёлыми ранами и травмами конечностей. Миношу повезло, и его Звёздный Щит не только отразил удар слепленных из Тьмы и Смерти "мячиков", но и защитил двоих своих соседей.
  Испытываемые страх и ярость обострили чувства ученика Тверена, и он смог почувствовать толстый канал Силы, связывающий бег'хем'оот с Источником. Точно огромная пуповина, он накачивал тварь скверной, преумножая мощь её магических атак. Для победы над таким монстром даже сил варреков могло не хватить...
  Не желая сдаваться, Минош попробовал скользнуть сознанием в Астрал и уже оттуда попробовать атаковать чудовище, но натолкнулся на нерушимый барьер. Некроманты и здесь постарались, отрезав противника от мира эфира.
  Тем временем, Молотобойцы уже сблизились с егерями, и там завертелась жестокая мясорубка. Заговорённые клинки столкнулись с костяными молотами, и пока было непонятно, кто кого пересилит. Воины Ночи брали мастерством и силой Стихий, но нежить отвечала неутомимостью, мощью ударов и магией Крови. Каждая рана, нанесённая эльфам питала тела Молотобойцев, а каждая смерть Перворождённых десятикратно умножала их мощь. На глазах Миноша в обмен на "жизнь" двоих воинов Тлантоса егеря заплатили почти десятком своих.
  - Тьма, да нас так перебьют! - зарычал Минош и повернулся к Наставнику, собираясь потребовать от того не ждать приказов от Нараккета и командовать самому.
  Но старшие маги не нуждались в понуканиях. Тверен внезапно перехватил у него контроль над уже расползающимися чарами Земных Пут, накачивая их Силой и придавая сотворённым щупальцам какие-то дополнительные свойства. Минош только и успел распознать что-то из арсенала бестелесных - даже блокада выхода в Астрал Наставнику не помешала призвать магию духов - да ощутить жар огненных плетений. После чего последовал приказ заняться Молотобойцами, и ему стало не до наблюдений.
  Последующие несколько минут, Минош вместе с тремя варреками целиком сосредоточился уничтожении прущих в рукопашную немёртвых. Все четыре Стихии, густо замешанные на Крови и Тьме, обрушились на неутомимых воинов врага, так что даже их стойкие к воздействию чар физические и тонкие тела не выдержали. Один за другим Кровавые Молотобойцы сначала теряли связь с поддерживающей их магией Крови, затем замедлялись, слабели, пока, наконец, не разваливались на куски под градом молний, Стрел Эльронда и клинками мечей.
  Когда же Минош, почти полностью выложившись, смог снова оглядеться, то ситуация на поле битвы была уже совершенно иная. Бег'хем'оот, так и не освободившийся из Пут, теперь вдобавок ко всему ещё и сражался с какими-то химерами. Похожими одновременно и на скортов, и на рольтов, и чем-то даже на мархузов уродами, весьма успешно наскакивающими на громадину бег'хем'оот и вырывающими из его бронированного тела куски плоти.
  То, что без Погонщика Зверей тут не обошлось Миношу сразу стало понятно, но откуда тот их взял?!
  Ответ нашёлся быстро. Отшельник с искажённым от напряжения лицом взмахнул руками и из открывшегося за спиной бег'хем'оот провала вывалилась очередная химера. Оставалось только удивляться мощи Нараккета, способного на подобное невзирая ни на какие барьеры и ограничения.
  - Чего встали? Бейте эту отрыжку Бездны в голову! - разнёсся над полем битвы искажённый от напряжения голос Тверена.
  Несмотря на необходимость сдерживать проклятого монстра, который всё ещё не оставил попытки вырваться из плена плетения, Наставник первым показал пример и швырнул в горло бег'хем'оот разрывающие астральные связи плетение. Одновременно с этим единственный не участвовавший в общей свалке варрек активировал заранее вручённый ему артефактный посох и направил бьющий из него Луч Силы аккурат на канал связи между монстром и Источником.
  Сейчас был переломный момент схватки, каждая капля задействованной Силы могла перевести чашу весов на ту или иную сторону. И Минош, насилуя измученное нагрузкой тело, досуха выжимая собственный Дар, принялся бить бег'хем'оот Водными Стрелами...
  Впервые за весь бой бег'хем'оот издал чудовищный рёв, бросивший многих эльфов на колени, но ни на пядь не убавивший их решимости драться. К заклятьям, летящим в нежить, добавились стрелы егерей.
  Однако, для победы этого было мало. Пусть от туши ежесекундно летели ошмётки плоти, аура колебалась под градом чар, норовя вот-вот разорваться, а уродливая голова давно уже превратилась в месиво, но бег'хем'оот всё равно не желал подыхать и даже не прекращал попыток освободиться.
  Гадина была слишком сильна!
  И тут, Нараккет совершил нечто поистине немыслимое. Без каких-либо объяснений, он вдруг шагнул к стоящему перед ним эльфу, схватил сзади за шею и, после короткой скороговорки заклинания, вонзил в спину похожий на шип нож. Никто даже ахнуть не успел, как выброшенная в миг смерти жизненная сила Перворождённого, сначала стремительно втянулась в клинок, а затем наполнила сморщившуюся ауру отшельника океаном энергии.
  Дико захохотав, Нараккет пинком отшвырнул высохшее тело своей жертвы и одним взмахом руки натравил на бег'хем'оот ещё десяток появившихся из ниоткуда онстров. На этот раз, чем-то похожих на Гончих Тлантоса. И вот это-то подкрепление стало решающим. Новые химеры вынудили монстра сначала завалиться на спину, а затем вгрызлись в открывшееся подбрюшье. Каждый их рывок, каждое движение, каждый укус, делали бег'хем'оот всё слабее и слабее, пока, наконец, серая аура нежити не пошла цветным пятнами и не распалась на истаивающие в воздухе лохмотья.
  Тварь была повержена.
  - Чего замерли?! А ну живо к святилищу! - едва ли не впервые за всё сражение подал голос Нараккет.
  После принесения в жертву Бессмертного проклятого отшельника шатало, словно пьяного, но глаза смотрели по прежнему ясно и чётко. И можно было не сомневаться, если вдруг кто-то осмелиться не исполнить его приказ или же задать ненужные вопросы, расплата будет немедленной и неотвратимой.
  Минош выдохнул сквозь сжатые зубы и, стараясь не смотреть в сторону Нараккета, двинулся к зданию. Да, гибель бег'хем'оот ещё ничего не решала. Впереди их ждал долгий и выматывающий ритуал сначала по очистке, а затем по закрытию Источника, и отвлекаться на внутренние разногласия было откровенно некогда.
  Но, Тьма подери, Нараккет убил не просто Перворождённого, а своего сородича! Предательски, ударом в спину! И пусть это решило исход битвы, но... проклятье!! Как он посмел?! Любому другому такое решение гарантированно грозило королевским судом, вот только что-то Миношу подсказывало: отшельника подобная перспектива совсем не страшила.
  Дерьмо тарка, ведь чувствовал, что не надо было нарушать уединение этого безумца. Ведь чувствовал... а то ли ещё будет!
  
  * * *
  
  Прибытие в порт Семи Башен старенького когга под флагом Поднебесной прошло незамеченным. Корабли из страны Хань прибывали в Нолд не то, чтобы очень часто, но и редкими гостями не считались. Торговцы как торговцы - в меру жадные, в меру вороватые. Ничего особенного. Пока платят таможенные сборы и не пытаются ввезти на остров запрещённые товары, ни Наказующим, ни налоговым службам не было до них никакого дела.
  Едва сходни упали на камень пристани, как по ним на борт тут же взбежал молодой таможенник в сопровождении пары скучающих стражей. Начался рутинный осмотр трюмов, опись товаров и регистрация пассажиров... точнее, пассажира. Агрессивная антинолдская пропаганда, развязанная бывшими союзниками островитян по Объединённому Протекторату, докатилась и до ханьцев. И тоненький ручеёк желающих побродить по дорогам Нолда почти полностью обмелел.
  - Цель посещения? - с любопытством поглядывая на жителя Поднебесной, спросил таможенник. - Имя? Род занятий?
  Иноземный гость пожал плечами.
  - Тяга к перемене мест и желание найти новые возможности для открытия своего дела, - сказал он твёрдо и доверительно подмигнул: - Если Небеса будут ко мне благосклонны, я обязательно преуспею!..
  Таможенник скривился и кисло посмотрел на ханьца. Сколько он уже таких видел... целеустремлённых, да... И сколько из них реально чего-то добилось?!
  - Тогда добро пожаловать в благословенную богами республику Нолд! - провозгласил он с пафосом и с хищной усмешкой добавил: - Чувствуйте себя как дома, но и про обратную дорогу тоже не забывайте!
  Ханец на это лишь с поклоном принял протянутую разрешительную бумагу, аккуратно спрятал запазуху и, подхватив с палубы баул с вещами, заторопился прочь. На сегодня его ждало немало дел...
  - Очередной беглец от гнева их императора? - вполголоса спросил таможенник у капитана корабля.
  - Вроде нет, хотя кто их там разберёт... Сколько хожу в их порты, а так до сих пор до конца и не понимаю, - пожал плечами тот, и их разговор плавно перескочил на обсуждение новых налогов и пошлин.
  Ханец был забыт.
  Сам гость из одной из самых закрытых стран прогулочным шагом покинул территорию порта и углубился в городские районы. Миновал ремесленные кварталы, заглянул на известную за пределами Нолда улицу Алхимиков, полюбовался причальной башней одной из пузырных переправ, затем пообедал на улице Деликатесов - в общем вёл себя как типичный бездельник, которого любопытство и желание перемен занесли в сердце магического мира Торна. Если бы за ним следили филеры, и те бы ничего подозрительного не заметили. Даже когда он вдруг внезапно остановился у среднего пошиба таверны, некоторое время изучал неприметный рисунок на стене под одним из окон, а затем с непроницаемым лицом свернул ко входу.
  Внутри он тоже повёл себя совсем не так, как полагалось посетителю. Не замер в дверях, изучая зал и выбирая столик, не принялся искать слугу, а сразу же направился к скучающему хозяину. Приблизился, уронил сумку на пол, после чего опёрся обеими руками на стойку и испытующе посмотрел в глаза трактирщика.
  - И чего дальше? - фыркнул тот.
  Вместо ответа ханец кивнул на стойку перед собой, протёр рукавом вроде бы чистую поверхность и одним текучим движением изобразил глаз с двумя завитушками. С пугающей невозмутимостью опять поднял глаза на трактирщика и... удовлетворённо кивнул, когда увидел горячечный румянец, вспыхнувший у того на щеках.
  - Господин, неужто дождались, господин! - зашептал нолдец, прыгающими губами.
  - Владыка всех помнит и никого не забывает, - веско сказал ханец и кивнул на дверь за стойкой: - Быть может продолжим разговор там?..
  Спустя час, ханец сидел в небольшой комнатушке в окружении десятка небогато одетых горожан и говорил, говорил, говорил... Крохотная группка последователей Владыки, созданная одним из принявших новую веру работников посольства в Старом Гиварте, жаждала вестей от единомышленников. Любые новости из священной земли, первой принявшей власть Владыки, были для них глотком свежего воздуха в духоте собственного невежества, прохладным бризом в жаркий день, единственной возможностью приобщиться к истинной славе живого божества. Несколько лет они просто собирались здесь, общались, пересказывали друг другу новости из Сардуора, спорили и... верили, слепо верили в то, что о них не забыли, и на остров всё же прибудет эмиссар от медленно растущего Храма Владыки.
  И вот дождались! Первосвященник Гарук лично направил в Семь Башен проповедника Сяо Гуна, чтобы тот, ведомый верой в душе и опираясь на силу священного ока, указал им их путь. Как они могли упустить свой шанс узреть свет Владыки?! Вот и не отпускали они ханьца, окольными путями попавшего в Островную республику, требуя от него всё новых и новых откровений.
  - Итак, записывайте: " Моя вера тверда и нет в сердце страха..." - принялся диктовать одну из утверждённых Храмом и Орденом литаний Сяо Гун.
  Везти списки священных текстов он не стал, испугавшись обыска на таможне, а потому теперь восстанавливал их по памяти. Строчка за строчкой, стих за стихом, словно бусы нанизывая на нить, Сяо Гун раскрывал перед неофитами историю становления человека Владыкой... Где надо пускаясь в пространные объяснения, а где не чураясь простейших гипнотических чар. Когда он покинет Нолд, именно им предстоит нести свет новой веры среди островитян и в их понимании догматов не должно было быть слабых мест.
  Так продолжалось до поздней ночи. Лишь когда последователи Владыки разошлись по домам, и Сяо Гунн остался наедине с трактирщиком и Ларетом - тем самым слугой из посольства, который и принёс семена новой веры на землю магов - лишь тогда он смог приступить к исполнению второй своей миссии. Миссии, порученной ему самим Чиро Кунише.
  - Ларет, ты понимаешь, что служение Храму требует не только духовного рвения, но и готовности жертвовать во имя Владыки? - спросил Сяо Гун, подкрепляя свои слова лёгким, почти незаметным внушением.
  Ларет с готовностью кивнул, а в глазах трактирщика мелькнуло нечто похожее на зависть. Для жаждущих свершений неофитов подобное поручение смотрелось лучше иной награды.
  - Приказывай, гос...
  - Владыке интересен Паффер Луганз, бывший посол Нолда в Западном Кайене. Ты знаешь как его найти? - перебил его Сяо Гун. И едва дождавшись торопливого кивка, продолжил: - Передать пакет сможешь?
  На лице Ларета появились признаки мучительной борьбы. Чувствовалось, что он бы и рад помочь, но как это сделать не представляет.
  - Господин... я всего лишь слуга, и меня просто не пустят на порог дома мага, - наконец, пробормотал Ларет.
  Сяо Гун поощрительно покивал и протянул ему деревянный жетон.
  - С этим я уверен, что пустят, - пообещал он. - Вряд ли Луганз откажется признать знак, который собственноручно передал Владыке...
  Ларет дрожащей рукой принял жетон и поднял глаза на Сяо Гуна.
  - И что я должен буду сказать уважаемому магу?
  - Что посланник императора Сардуора просит его об аудиенции, - не сумев скрыть горделивую нотку в голосе сообщил Сяо Гун.
  Вряд ли бывший посол рискнёт отказаться от встречи - слишком жаден и слишком труслив. Чтобы утолить его жажду золота Сяо Гун привёз с собой несколько сладкозвучно позвякивающих кошельков, ну а чтобы укрепить в страхе... для этого достаточно назвать имя Владыки. Игнорировать Врага Светлых эльфов - продолжающего жить и здравствовать несмотря на всё их старание - и высшего мага не рискнёт и птица более высокого полёта, чем "крохобор" из Нолда.
  Если же всё-таки отправившие его сюда люди ошиблись, и Паффер сдаст незваного визитёра Безликим... что ж, на этот случай у Гуна под сердцем пряталось крохотное плетение. Если вдруг что, то врагам не достанется даже его тела. И все ниточки, ведущие к Владыке, будут оборваны. В жизни или в смерти, но Сяо Гун не подведёт своего господина. Этому он учил как проповедник, и по этому же принципу жил сам.
  И губы ханьца сами собой растянулись в пугающей улыбке.
  
  * * *
  
  Вот уже который час Рошаг с мрачным видом наблюдал за мечущимся по своей пещере Ловчим и едва ли не скрежетал зубами от злости. Вот куда, куда делся привычный и понятный Бестелесный дух, чей разум поглотила одна лишь жажда мести?! Такой кровожадный, предсказуемый и управляемый... Всё ушло. Теперь приходилось иметь дело со странным существом, которое совершенно перестало ассоциировать себя с Ловчим, но и не определилось с тем, кем же оно являлось теперь. И от того было абсолютно не способно ни к какой осмысленной деятельности. Порой Рошагу начинало казаться, что в дурном духе проявляются черты холодной и властной самки дракона-Лога, как вдруг ощущение пропадало, и он снова видел безумного жителя эфира.
  Раньше он думал, что для укрепления и развития своего бестелесного союзника ему потребуется слить его сущность с ещё несколькими Ловчими, но теперь считал иначе. Здесь скорее нужны странные артефакты, за которыми змееноги уже открыли охоту, чем Сила древних обитателей Астрала.
  От наблюдения за генералом своей армии Рошага отвлекла резкая боль, прострелившая от головы до кончика хвоста. Аж зрение помутилось, настолько сильной она была... Кто сказал бы ему раньше, что дракон-лич будет мучаться от болей в немёртвом теле, он поднял бы глупца на смех. Мертвые не страдают!
  И вот на тебе, сюрприз! Нарастающая ассиметрия бронированного туловища словно бы разрывала и корёжила саму суть Рошага, порой сказываясь даже на разуме. Каждая новая трансформация, особенно когда она затрагивала и без того жуткий на вид череп, вызывала ощущение какой-то раздвоенности, словно бы внутри его личности формировалась граница. С одной стороны, лишённое чувств нечто, мыслящее категориями целесообразности. С другой, сверхъэмоциональный демон, пышущий жаром гипертрофированных чувств. И собрать себя обратно, в единое целое, с каждым разом становилось всё сложнее.
  - Вес-сстник, мы в Чилизе! - Ход мыслей Рошага внезапно нарушило ментальное послание одного из змееногов. От того, который был отправлен в Загорный халифат на поиск древних реликвий.
  Этот представитель Детей Спящих славился способностями к маскировке и тонким магическим манипуляциям. Что говорить, если он единственный из всех принявших Благословение Бездны не боялся разгуливать по улицам городов. И до сих пор ни разу не был разоблачён. Будь у Рошага хотя бы сотня таких последователей, и он уже завтра отправился бы завоёвывать этот грёбаный мир. Исполнители решают всё, Тьма побери!
  Утомлённый наблюдениями за Ловчим и измученный болью, дракон-лич потянулся разумом к нагу и настроился на его зрение. Целиком перехватывать управление ему не хотелось, предпочитая сегодня ограничиться статусом простого наблюдателя. Благо вселиться в тело змеенога при нужде он всегда успеет. Впрочем, как и покинуть его в случае опасности. Воспоминание о схватке во дворце проклятого человечишки, неожиданно едва не закончившаяся для него серьёзными травмами, до сих пор терзало Рошага. Ну чем, чем он думал, когда поддался эмоциям и влез в ту ловушку?!
  Перед глазами замелькали цветовые пятна, быстро сменившиеся видом сдвигающейся в сторону потайной двери. Пока немёртвый дракон предавался размышлениям, змееног успел добраться до входа в какие-то подземелья и теперь начал спуск. Откуда принявший Благословение узнал об этом месте, кто показал путь и куда он, мархуз побери, заведёт нага, Рошагу было не интересно. Главное, чтобы ещё одна храмовая реликвия попала в его лапы.
  Змееног стремительно заскользил по пыли подземных коридоров. Сменялись ярусы, мелькали проходы и переходы, мускулистое тело человека-змеи то ввинчивалось в узкие лазы, то прыгало во тьму провалов.
  Наконец, впереди показались некогда величественные створки ворот в подземный дворец или быть может храм. Сейчас, правда, от былого великолепия осталось немного - одна из створого висела на одной петле, а другая вовсе стояла рядом, прислонённая к стене.
  Откуда-то сверху лился мягкий тёплый свет, и наг отменил заклинание Ночного зрения. Постоял на месте, привыкая, и решительно устремился внуть подземного зала. Зря терять время и вправду не стоило.
  Почти сразу на глаза попалась широкая каменная тумба в самом центре помещения, вся покрытая разного рода рисунками и надписями. И что самое неожиданное, часть из них была сделана на языке логов!!
  - Тьма!! - потрясённо выдохнул Рошаг, передавая нагу свое желание изучить надписи.
  - Так, что у нас тут... Древний Врага... Возрождение... Три Семени из тех, что разбросаны по миру, - лог мысленно пожелал неведомому резчику плохого посмертия. Неужели нельзя было выражаться яснее?! - Ладно, Семена... Ага, вот! На родине каменного пламени спрятана неуничтожимая первооснова... Какая ещё, в Бездну, первооснова?! И пламя ещё это... - забормотал Рошаг. Внезапно его озарило: - Если мне не изменяет память, то раньше каменным пламенем называвали тассов камень, а его родиной с давних пор считается Фиор. Точно! Значит хфургова первооснова хранится в Фиоре ...
  Рошаг всё больше погружался в размышления о загадочном послании предков и особо не следил за тем, как змееног нажал на какие-то скрытые кнопки, и крышка тумбы съехала в сторону. Некоторое оживление дракон испытал, лишь когда обнаружилось, что внутри в специально сделанных выемках лежат сразу три мутно-белых шара. Удачно! Рошаг уже начал было прикидывать, чем наградить отличившегося последователя, как вдруг пространство задрожало, и откуда-то сверху повалили хлопья голубого с искрой снега. Едва первая снежинка упала на один из шаров, как все три тут же откликнулись низким гулом и выплеснули вовне порцию Силы.
  Чувствуя, что добром это не кончится, Рошаг едва успел передать нагу мысль: "Беги, идиот!", как граница с Астралом вдруг прорвалась и в подземный зал ворвались несколько десятков злобных духов. Причем не тех, что приняли яд Бездны и подпали под влияние канчора, эти гости из мира эфира сохранили ядро своей сущности в неприкосновенности. Мало того, помимо агрессивности, все они отличались большой личной силой. Рошаг успел разглядеть по меньшей мере троих Бестелесных уровня Хранителя эльфийской рощи или Стража могил.
  Против таких у нага не было ни шанса. Да и сам Рошаг сейчас был не готов схлестнуться со столь могущественными созданиями. Проиграть не проиграет, но раны получит точно. Причём зряшные раны! Нет, сразу три древних реликвии было бы, конечно, неплохо заполучить, но не ценой временного снижения своего могущества. Тем более теперь, когда он знает про загадочную первооснову и даже примерно представляет, где её искать!
  И Рошаг без тени сожаления оборвал связь со змееногом. Впрочем, жить тому оставалось недолго. Один из самых сильных духов уже успел вгрызться в плоть орущего нага, и почти добрался до сердца.
  - Вот только почему мне кажется, что здесь тоже не обошлось без этого смертного червя?! -пробормотал Рошаг, едва вновь осознал себя в своей пещере. - И главное, от этого понимания такое мерзкое послевкусие...
  
  ГЛАВА 7
  
  Сколько ни пытался К'ирсан, так и не смог добиться от Гхола внятного объяснения, почему тот решил поселиться именно у подножия Ржавой скалы. Сухая каменистая пустошь в полусотне вёрст к югу от Старого Гиварта не могла похвастать ни особой красотой, ни богатством, ни близостью к магическим линиям. Обычный, ничем не примечательный клочок земли с красно-рыжим каменным "столбом" в центре. И вдруг здесь строит усадьбу Верховный шаман империи Сардуор! Гоблин пытался, правда, рассказывать про верования своего народа, но вникать в них Кайфат не захотел...
   Кивнув охранникам у входа, стерегущим покой высоко взлетевшего коротышки, К'ирсан вошёл в дом и по извилистому коридору направился прямиком в заклинательный покой. Руал, прекрасно знающий дорогу, бежал впереди. В гостях у урга оба были уже не раз и наизусть знали его привычки. Кроме как в комнате для занятий магией, Гхол быть не мог.
  Наконец, отодвинув исписанную гоблинским орнаментом ширму, К'ирсан переступил порог овальной комнаты. Окон здесь не было, и свет попадал внутрь через полупрозрачный заговорённый купол. Из-за чего в помещении вдоль стен всегда царила тень, и лишь в центре был небольшой, но хорошо освещённый участок. Именно там и обнаружился впавший в транс Гхол - прикрыв глаза и шепча под нос нечто бессвязное, ург медленно двигался по кругу. В руках у него был шаманский бубен, в который он без какой-то периодичности бил ладонью.
  Порадовавшись, что он в подобных техниках не нуждается, К'ирсан скользнул краем сознания в Астрал. Именно краем, потому как намеревался лишь заглянуть в эфирные владения соратника и друга, но никак не вламываться туда всей мощью своего астрального тела.
  Участок иной реальности, смежный с заклинательным покоем Гхола, оказался велик размером и больше всего походил на поляну в дремучем лесу. С одуряющим запахом луговых цветов, пёстрым разнотравьем и подспудно возникающим нежеланием приближаться к границе чащобы. Правда, создателя этого места подобные ощущения явно ничуть не беспокоили. Ушастый коротышка обнаружился в тени высохшего дуба, причём находился он там не один. Компанию ему составила обнажённая женщина в маске и со сложенными крыльями за спиной. При взгляде на неё возникало ощущение, будто она светится изнутри, что делало и без того прекрасное тело ещё притягательнее.
  Если К'ирсану не изменяла память, то это была гро'валь'дье, и её появление здесь означало очередной качественный скачок в развитии Гхола как астрального мага. Пару мгновений понаблюдав за тем, как гоблин и могущественный дух обмениваются множеством сложных ментальных образов - каждый мысленный импульс отражался в эфире чередой разноцветных вспышек - император-маг удовлетворённо кивнул и вернулся обратно в тело. Мешать разговору шамана с жителем эфирного плана точно не стоило.
  - А ты, братец, вырос... - одними губами сказал К'ирсан, едва открыв глаза. Немного понаблюдал за всё-так же медленно передвигающимся по покою гоблином и добавил: - И когда только успел?
  Впрочем, вопрос был бессмысленен. К'ирсан, шаг за шагом продвигаясь по пути самосовершенствования, приучил к тому же и своих соратников. И они менялись вместе со своим Владыкой. Кто-то развивал классическую магию и осваивал Древние знания, как Мокс и Канд, кто-то погружался в глубины боевых искусств как Тёрн, кто-то тренировал дарованные ему способности как Храбр... Гхол же выбрал путь шамана. И даже К'ирсан Кайфат не мог теперь точно сказать, насколько далеко он по нему ушёл. Да, император Сардуора имел сродство со всеми тремя гранями Древней магии, да, он был могуч и умногое умел, но он пытался бежать по трём дорогам, тогда как гоблин упрямо топал по одной единственной. И К'ирсан всё чаще не видел ничего постыдного в том, чтобы проконсультироваться у него по каким-нибудь сложным вопросам...
  По противоположной стене поползла изломанная тень змеенога, и Кайфат с пониманием усмехнулся. Пару лет назад он передал Гхолу пленённый дух одного культиста, рассчитывая выжать из него очередную крупицу знаний. Но ург захотел большего, и превратил раба Бездны в своего сторожевого пса. И если К'ирсан хоть что-то понимал в эфирных созданиях, коротышка в этом преуспел.
  Хотя на фоне тех тварей, чью службу Гхол принял в последние годы, наг казался не столь уж опасным. Достаточно вспомнить того монстра, которого гоблин натравил на покушавшегося на К'ирсана эльфа, и рука сама тянется к волшебному клинку. Вырос маленький ург, однозначно вырос. Коротышка долгое время равнялся на старого шамана из своего родного племени, но если они вдруг сейчас встретятся, Кайфат не поставил бы на бывшего учителя Гхола и ломанного гильта...
  Громкий стон заставил прервать размышления и обратить внимание на коротышку. Как оказалось, тот прервал свой транс и теперь валялся на полу, разминая скрученные судорогой мышцы. Вокруг вился удивлённо попискивающий Руал.
  - Ах ты ж... Прости, Владыка, я тебя не заметил! - воскликнул Гхол, немного запоздало.
  И попытался вскочить.
  К'ирсан тут же досадливо поморщился и шевельнул кистью: мол, не надо, не шевелись.
  - Стыдно признаться, но я к тебе с вопросом, - сообщил он, недовольно.
  - Всегда готов помочь, мой импе... - всполошился было ург, но, поймав раздражённый взгляд Кайфата, осёкся и замолчал.
  Убедившись в том, что Верховный шаман готов слушать, К'ирсан принялся короткими фразами обрисовывать возникшую перед ним проблему...
  Началось всё с его нежелания бросать своих детей на произвол судьбы. Если с Яр'миром всё было относительно неплохо - малыш находился рядом и всегда мог рассчитывать на внимание отца, то ребёнку Мелисандры выпала участь родиться аж в другой половине мира. И присмотр одного из верных людей был слабым утешением для К'ирсана. Он даже подумывал забрать мальчика в Старый Гиварт, но... так ли уж хорошо это решение? Угроза жизни меньше не станет - убийцы "заглядывают" к императору Сардора регулярно. Матери рядом не будет, так как терпеть предательницу рядом Кайфат не намерен, зато ему постоянно придётся мелькать на глазах у мачехи. И К'ирсан ничуть не обольщался насчёт Рогнеды. Пусть сейчас она вела себя смирно - в заговорах не участвовала, в политику не лезла - но стоит появиться угрозе праву Яр'мира на наследование, и к парнишке придётся приставить персональную охрану...
  Нет, перевозить Яр'грона в империю не выход, но и против чувств не пойдёшь. И когда зов крови становился совсем уж невыносимым, Владыка Сардоура отправлялся астральными тропами в далёкий Чисмар и незримым духом проведывал малыша. Иногда сообщая об этом Канду или Моксу, а порой и вовсе обходясь без подстраховки.
  В этой части рассказа Гхол встрепенулся и с осуждением уставился на "рыргу". Вслух, правда, говорить ничего не стал, однако можно было не сомневаться, что сегодня же новость о регулярных астральных путешествиях императора дойдёт до сведения всего ближнего круга.
  - На этом с предысторией закончу и перейду к сути, - сказал К'ирсан, задумчиво играя с Руалом. - Канд ведь рассказывал о Хранителе, с которым я столкнулся в первый свой визит в Чилиз?
  Нахмуренный Гхол кивнул.
  - Так вот, я искренне считал, что на убийстве того духа всё и закончится. Связанный с домом Мелисандры участок Астрала будет свободен от любых наглых сущностей, - продолжил К'ирсан. - Но знаешь, ошибся. И как ошибся! Вместо одного Бестелесного уровня Хранителя рощи или Стража могил, там их теперь под два десятка! Не дерутся, не скандалят, патрулируют территорию и единой, хорошо слаженной командой встречают всех агрессоров.
  - Под агрессором, Владыка, ты подразумеваешь себя? - блеснув глазами, спросил Гхол.
  К'ирсан криво ухмыльнулся.
  - Вроде того. Сунулся к ним с обычным набором аргументов, но понимания как-то не нашёл... - В памяти всплыли картинки напряжённого сражения, когда на каждое заклятие Кайфата противник отвечал пятью, когда его атаки вязли в комбинированных защитах, а ответные удары обитателей эфира напоминали своей изощрённостью работу сильнейших чародеев Нолда. - И прежде, чем начинать войну, решил вот разобраться в причинах такого удивительного явления.
  Гхол с готовностью кивнул.
  - Такой вопрос, Владыка: от этих Бестелесных пахло Бездной? - спросил он.
  К'ирсан покачал головой.
  - А печать Истинного имени, которую ты установил на сына, что делает с излишками Силы? Ну, с теми, которые возникают во время особенно мощных выбросов его Источника, - продолжил спрашивать ург. - Отправляет на тонкие планы?
  Кайфат совсем не по-королевски хлопнул себя ладонью в лоб.
  - Мархуз!.. - выдохнул он. - Мог бы и сам ведь догадаться... Ты хочешь сказать, что это Дети эфира, которые устояли перед отравой Бездны и у которых хватило мозгов озаботиться поиском "лекарства" от скверны?! "Лекарства", которое им даёт энергия моего сына?!
  - Тут скорее надо говорить не об энергии, а о силе его Дара, даже отблески которого отгоняют яд, и... твоей крови, Владыка, - уверенно сказал Гхол. - Духи страшатся того, что происходит в мире. И чем они разумнее, тем активнее они начинают сопротивляться.
  - Ты говоришь всё правильно, однако... знаешь, картинка не складывается, - проронил К'ирсан задумчиво. - Даже если бы энергии было в разы больше, этого всё равно недостаточно для защиты или даже очищения сущностей всех собравшихся там Бестелесных.
   Коротышка встретил эти слова своего повелителя улыбкой во весь жабий рот.
  - Владыка, ты слишком мало времени уделяешь иным граням своего таланта... Увлёкся наследием рептохов, а про рептохорсов почти забыл: пару-тройку приёмов освоил и на этом остановился. Мир же духов почти безграничен, там сокрыто такое... - Гхол мечтательно закатил глаза.
  - Сокрыто, - согласился К'ирсан. - Только и от мага требует немалого. Для начала почти полного отрешения от мирских забот и жизни на две реальности. Я к такому точно не готов!
  - А жаль, Владыка, жаль... - проговорил Гхол с прежними интонациями, но ощутив недовольство императора, немедленно посерьёзнел. - Я не заглядывал в Чилизу, но готов покляться, что твоё величество оградил дом госпожи Мелисандры от Астрала чем-то вроде заклинания Венца. Ведь так?
  К'ирсан медленно кивнул, мысленно досадуя на свою предсказуемость. Разговор уже был полезен, потому как заставил иначе взглянуть на своё развитие как чародея.
  - Иначе говоря, создал границу между реальностью и миром эфира. Особого рода границу, через которую просачивается Сила истинного Повелителя астрала... - продолжил говорить Гхол, но К'ирсан уже не нуждался в его объяснениях.
  - Дерьмо тарка... Венец, само плетение, можно смело считать неким образованием, которое уже не принадлежит миру реальному, но ещё не стало миром духов. И если пойти чуть дальше, то это весьма смахивает на... алтарь. И тогда Сила Яр'грона становится чем-то вроде даров... - проговорил Кайфат с совершенно обалделым видом.
  - Верно, которые надо лишь принять. И тем самым признать над собой власть мага. Настолько могущественного, что отблеск его Дар способен защитить от скверны из самых глубин Мрака, - закончил мысль ург. - Но так как настоящий Договор не заключается, то Яр'грон получает не могучих слуг, а всего лишь охрану дома и, возможно, города. Пусть и сильнейшую из всех возможных.
  - Ну да, это не к чародею вроде меня на поклон идти... - тихо произнёс К'ирсан, одновременно злясь на хитроумных Бестелесных и восхищаясь их изворотливостью.
  Хотя, положа руку на сердце, обижаться на духов не имело смысла. Сам Кайфат, окажись на их месте, поступил бы схожим образом. Потому как в Астрале и вправду творилось мархуз знает что и никакой возможности вернуть всё в прежнее русло не было. Ладно в остальном мире - буйство Бездны и обеспокоенность тамошних духов пока мало заботили императора Сардуора - но волнения шли и среди его Бестелесных подданных. Лично Кайфат провёл уже десятки обрядов, подобных тому, после которого пришлось усмирять пробудившегося Ловчего. А ведь выкладывались на полную и остальные. Шаманы с чтецами Астрала, словно борцы с наводнением, мотались по всей империи и "строили дамбы", "расчищали русла", "рыли отводные каналы" в ключевых местах пространства эфира. И раз засуха уходила даже из новых, только-только присоединённых к империи земель, толк от их работы был. Более того, подобная интенсивная практика медленно, но верно превращала чародеев Астрала из Корпуса из обычных посредственностей в крепких профессионалов, кое в чём уже способных заткнуть за пояс и нолдских колдунов...
  Вот только духам этого всего всё равно было мало, и они постоянно просили и умоляли об одном - чтобы император нашёл корень всех бед и вернул в Астрал былой порядок. И плевать они хотели на на вполне приземлённые дела и заботы правителя государства людей и иных разумных.
  - Владыка, ты зря так о Бестелесных. Есть среди них и те, кто в обмен на защиту готов принести тебе присягу! - сообщил вдруг Гхол, прервав размышления.
  - Гро'валь'дье, вот зачем она к тебе приходила! - моментально догадался К'ирсан.
  Гхол снова заулыбался и сел на пол, поджав под себя колени.
  - Страх подтачивает волю даже сильнейших из сильных, - сообщил он не без удовольствия.
  - Верно, - не мог не согласиться К'ирсан. - Вопрос в том, что сильнейший из сильных готов предложить в обмен на избавление от страха? Даже обычные духи платят за стабильность лояльностью императору, что может дать их гораздо более могучий сородич? Я что-то не разобрал отправленное тебе послание...
  Быть может со стороны подобная мерканитильность смотрелась и не слишком красиво: как же, помочь нуждающемуся, особенно если для того не придётся чем-то жертвовать, прямой долг славного мага, благородного воина и доброго правителя... Но вот беда, К'ирсан не был ни славным, ни благородным, ни добрым. Он был тем, кто ежесекундно чувствовал ответственность за сотни тысяч разумных, и чьи решения подчинялись принципам целесообразности и выгоды. Тут нет места для альтруизма.
  Гхол дёрнул плечом.
  - Как обычно - службу сроком в три года.
  - И всё? - хмыкнул К'ирсан, параллельно со словами транслируя вовне поток мыслеобразов. - При нужде я любого духа заклинанием вызову, а потом подчиню и заставлю свои приказы исполнять. Да, это весьма затратно и неэффективно, однако многие так работают. Почему Владыка целой империи не может?
  Странное поведение повелителя заставило урга непонимающе нахмуриться. Он уже набрал воздуха в грудь, чтобы озвучить своё недоумение, как по заклинательному покою внезапно прокатилась волна золотистого свечения, оставив после себя полупрозрачную крылатую фигуру в маске.
  Гро'валь'дье! Несмотря на всё своё мастерство, знание духов и недавний разговор с данным конкретным Бестелесным, Гхол к его появлению оказался не готов. С обалделым видом он повернулся к К'ирсану и... встретил насмешливый взгляд своего господина. Уж кто-кто, а Владыка происходящее сюрпризом точно не считал.
  Виски магов заломило, и они, переглянувшись, позволили мысленному сообщению гро'валь'дье - больше похожему на крик - войти в их разумы. Мархуз знает, как воспринимал послание духа Гхол, но перед внутренним взором К'ирсана замелькали смазанные картинки. Хаотичные, бессистемные и слишком расплывчатые - Кайфат понимал Бестелесного с пятого на десятое.
  - Вроде бы ещё гро'валь'дье предлагает Владыке право на три призыва для всех его кровных наследников влоть до десятого колена... - немного неуверенно сообщил гоблин спустя какое-то время.
  - А что ещё скажешь? - спросил К'ирсан подозрительно.
  Гхол тяжело вздохнул.
  - Да почти ничего, - сказал он полуприкрыв глаза рукой. - Тут столько всего намешано, что не разобрать. Только одна картинка ясно и видна: нечто вроде храма, старого храма. Который находится... точно! Который находится в Харне. Название не знаю, но уверен, что на карте показать смогу... - Ург потёр виски. - Что-то важное с этим храмом связано, настолько важное, что... тебе, Владыка, надо обязательно туда заглянуть. И как можно скорее.
  К'ирсан, который уже успел оценить интерес одного своего немёртвого врага к древним святилищам, содержанию послания гро'валь'дье почти не удивился. И немедленно поставил первым в своём списке дел визит по указанному адерсу.
  - Достойная плата, - наконец, кивнул К'ирсан, обращаясь к замершему точно истукан крылатой обитательнице Верхнего мира. - Но понимаешь ли ты, дух, чем тебе придётся пожертвовать?
  Кайфат вроде бы говорил тихим спокойным голосом, но было в нём что-то такое, из-за чего Гхола передёрнуло, а Бестелесная заметно отшатнулась. Однако, К'ирсану не было дела до страхов других. Он поднял руку ладонью вверх, сформировал над ней объёмный образ своего Истинного имени и с намёком протянул гро'валь'дье.
  Надо отдать Бестелесной должное: она не стала мяться или тянуть с решением. С явной готовностью гро'валь'дье накрыла узкой ладонью знак К'ирсана и твердо посмотрела в глаза Владыки. Своего будущего Владыки.
  - Очень хорошо... - произнёс К'ирсан, не сводя взгляда с духа. - А теперь вложи в мою печать своё желание служить, скрепи его Силой и поклянись священным ихором... - На лице сама собой заиграла неприятная усмешка. - И ты получишь свою защиту!
  
  * * *
  
  Новость о необходимости "заглянуть" в Харн никак не нарушила планов К'ирсана и не вызвала особых изменений в его рабочем графике. Он давно уже собирался проехаться по захваченным землям и посмотреть на настроения в Южной армии, попытаться понять своих новых подданных и разобраться с истинными причинами этой затянувшейся кампании.
  Сборы были недолгими. Попрощался с женой и сыном, привычно уже вызвал из небытия Двойника и разместил его в тронном зале, оставил распоряжения для Первого министра и остальных членов Королевского совета, затем собрал телохранителей, десяток магов, роту Шипов и две роты солдат Ордена, да и отбыл во главе этой кавалькады из надоевшей столицы. Ни тебе пышных проводов, ни гигантского обоза со всеми мыслимыми удобствами... Иные корольки из вольных Баронств демонстрировали во время своих отлучек из дворца больший шик и помпезность, чем правитель Сардуорской империи! Хотя чего удивляться. Он ведь не изнеженный царедворец, для которого любой отъезд из привычного дворца сродни вселенской катастрофе. Несмотря на все случившиеся в его судьбе изменения, К'ирсан оставался прежде всего привычным к тяготам походов воином и лишь затем являлся императором.
  Затем последовали несколько дней изматывающей скачки, пока сводный отряд во главе с Владыкой не пересёк бывшую границу между Западным Кайеном и Харном и не ступил в новые земли.
  Тьма ведает, что К'ирсан подсознательно ожидал увидеть по ту сторону межи, но первое впечатление от завоёванных территорий было... разочаровывающим. Те же нищие деревеньки с голодающим населением, что и на юге Зарока или Саурмы, та же растрескавшаяся земля на полях, почерневшие от засухи растения, те же словно вымершие тракты и города, полные развалин домов и со следами обширных пожаров. То здесь, то там, правда, встречались следы деятельности команд чародеев из Корпуса и знатоков Астрала из Круга шаманов - повелители волшбы уже взялись за работу, выравнивая нарушенный некими силами баланс мира духов. Но их воздействие на обстановку было пока минимальным. Слишком мало прошло времени, чтобы сравнивать хотя бы с положение дел в том же Западном Кайене.
   Один раз на авангард Шипов, разведующих дорогу, напала большая шайка разбойников. Истерзанные голодом и разрухой люди, наряду с обычными преступниками или дезертирами с готовностью вливались в ряды любителей лёгкой наживы, так что бандитов на просторах Харна развелось немало. Разъезды стражи пытались этому как-то противостоять, и небезуспешно, но до окончательной победы было ещё далеко... И одна такая вот команда головорезов рискнула атаковать солдат Кайфата. Теперь уже не разобраться, какая мистическая сила заставила разбойников связаться с профессиональными вояками - надежда на то, что в их лапы попала охрана какого-нибудь особенно богатого купца, отсутствие опыта или же попросту безумная жажда уничтожать всех чужаков - но итог столкновения был закономерен. Двое Шипов были легко ранены, а убийцы и насильники прямым ходом, без остановок, отправились в Нижние миры. Дикий сброд хорош против простых караванщиков и землепашцев, но никак не против бойцов, подготовленных для сражения с сильнейшими армиями Торна. Особенно если они вооружены артефактами и прекрасно умеют работать клинками.
   Ни К'ирсан, ни его маги так и не успели вмешаться - армейцы справились без чародеев. Грабителям даже не помог харнский метатель огня. Он хоть и успел плюнуть в бойцов Владыки несколькими сгустками всесжигающего пламени, но колдовские снаряды увязли в Стене Щитов, а сам артефакт тотчас был подбит метко выпущенным пульсаром. Выброс Силы, случившийся из-за разрушения чародейского механизма, обратил в пепел не менее десятка разбойников и окончательно поставил крест на их желании сражаться. Битва превратилась в избиение.
  Больше подобные эксцессы не повторялись. Более того, не приходилось проезжающему по городам и сёлам Харна императорскому кортежу сталкиваться и с какими-либо проявлениями недовольства среди населения. К'ирсан, ранее подозревавший членов Совета в излишнем оптимизме при разговоре об отношении харнцев к захватчикам, лично убедился в их полнейшем равнодушии к смене власти.
  Хотя, по правде говоря, для местных, что один король, что другой... Какая к Кали разница, раз мытари прошлого правителя последнего шестилапа увели, а солдаты нынешнего вместо привычных монет всё норовят какие-то бумажки в руки сунуть! Нет, если, как обещали глашатаи, перед посевной каждой семье землепашцев выделят по мешку зерна и позволят общине пригласить магов, а городским ремесленникам предложат большие заказы от армии, тогда можно будет и сравнить, кто лучше. Пока же... нет, пока ничего хорошего.
  Подобный ход мыслей был понятен и большего ожидать точно не стоило. Гораздо хуже, если бы на Южную армию империи Сардор обрушился народный гнев в духе отечественных войн с Родины К'ирсана. Вот тогда бы он хлебнул лиха... У него и так до сих пор сохранялись эти опасения из-за внедрения в обиход на оккупированных территориях бумажных денег. Если дома народ немного попривык, то здесь процесс шёл со скрипом и только из-за страха перед новой властью.
  Впрочем ладно, когда всё только начиналось, вообще никакой надежды на успех не было! Но ведь как-то справился, как-то же добрался до нынешнего своего положения?
  Да, новые провинции разорены войной и засухой, да, их развитие заметно отстаёт от незаметно ставших метрополией земель Западного Кайена, да, в них отстутствует привычный закон и порядок. Что с того? Зато какой простор для развития! Территория и люди, пусть даже самая бедная территория и самые нищие люди - всегда были, есть и будут самым ценным ресурсом в любом нормальном государстве. Потому как каждое новое приобретение рано или поздно становится источником роста всей страны в целом. Надо лишь пережить самые трудные первые годы.
  Хм, трудные годы... Вот тут было не всё слава Оррису. Молодая империя не успела крепко встать на ноги, как пришлось ввязываться в войну, причём в войну затянувшуюся, тяжким бременем лёгшую на её плечи. Ей бы десяток лет мирного развития, чтобы окрепнуть, переварить завоёванное, принять новые порядки, но вместо этого приходится рвать жилы в сражениях и битвах. И пусть у нового государства нет иного выхода, кроме как уничтожить Харн, легче от этого не становилось. Потому как и без войны, куда не сунься - везде проблемы.
  Армия остро нуждалась в оружии и доспехах, но не было хорошего железа для их производства. Известные месторождения едва-едва покрывали нужды растущей империи, а новые либо ещё только предстояло разведать, либо их было крайне тяжело разрабатывать. Если с поиском ещё как-то могли помочь маги, то с добычей... какая добыча, когда нет ни специалистов, ни оборудования, ни сети дорог для доставки руды до литейщиков и кузнецов? Под боком имелись, правда, гномы, и они даже были не против поучаствовать в развитии новой отрасли - в начале прошлого сезона выпросили у К'ирсана разрешение на закладку новой шахты - но когда от их работы ещё появится какая-то отдача... Да и идея отдать контроль над столь важным для страны ресурсом чужеземцам не казалась Кайфату хорошей. Прошлые правители уже передавали шахты с карьерами в управление членам Объединённого Протектората - теперь возвращать замучился.
  Сотрудничество с гномами тянуло за собой проблему доставки грузов в горы Порубежья. М'Ллеур, до того исправно сопровождавшие морские караваны Кайфата, вдруг начали артачиться. И вроде реальных отказов ещё не было, но разговоры нехорошие уже идут. Кто-то чего-то услышал, кто-то кого-то увидел, и вот уже среди купцов, участвующих в торговле с Хозяевами Порубежья, растёт беспокойство. И ладно бы то были просто слухи, но ведь представители Тёмных открыто признают, что дома у них не всё так хорошо, как хотелось бы. И не факт, что государство М'Ллеур сможет и дальше распылять силы.
  В условиях, когда единственный сухопутный путь до гномов проходит через земли враждебных К'ирсану Пяти королевств, отказ М'Ллеур от сотрудничества будет сродни катастрофе. Дошло до того, что некоторые члены Совета завели разговор о постройке собственного флота. Жаль не смогли объяснить, откуда брать корабелов, строевой лес, специализирующихся на морской волшбе чародеев и подготовленные команды. Причём не сегодня-завтра, а прямо сейчас!
  Ради интереса, люди Щепки попытались наладить контакты с работниками верфей в Заураме и Восточном Кайене, но были пойманы представителями местных Тайных канцелярий. Так что с наскока проблему здесь не решить...
  Мало того, потребного для кораблестроения леса в империи просто нет. Был участок на севере, так его недавно пожрал жук-короед. И можно не сомневаться, чьи длинные уши торчат из этого происшествия.
  Нет среди членов Корпуса и чародеев нужной квалификации. К'ирсан откровенно сомневался, что его чародеи сегодня вообще способны обеспечить кораблям достойную защиту от обитателей самого мрачного океана Торна. Это в Академии Нолда такому на отдельном курсе учат, перед Корпусом немного другие задачи стоят...
  Недавно появилась идея купить грузовой пузырь, но и здесь не обошлось без сложностей. Главный нарушитель устоявшегося в мире порядка вещей оказался лишён большинства возможностей. Нолдские строители воздушных исполинов отказывались на эту тему даже разговаривать, остальные же вроде и не возражали против сделки, но ломили такую цену, что голова кругом шла... А ведь придётся платить, никуда не денешься!
  И это только пузырь, он же ещё требует соответствующего обслуживания и налаженной системы пузырных станций. Всё это по щелчку пальцев не появится!
  Дела, дела, дела... Новые, старые, давно забытые и вновь нарисовавшиеся. Недавно, например, во дворец заявился торговец, представившийся послом гномов Орлиной гряды. Которые, по его словам, буквально жаждут наладить общение с императором растущего государства, а заодно будут благодарны за его посредничество в общении с их сородичами из Порубежья. На фоне прошлых обид коротышек, которые учинил им К'ирсан - безымянное ограбление банка и тайное убийство посланника - новость вроде бы хорошая, но в реальности... в реальности никакой положительной отдачи можно не ждать. За потоками словоблудия жителей Орлиной гряды не было ничего, кроме типичного для старых рас высокомерия. Бородачи кажется верили, что Кайфат будет выполнять их просьбы за одно лишь их обещание установить с Империей Сардуор дипломатические отношения. Когда-нибудь... Но точно не в ближайшее время!..
  Хотя может не стоит быть настолько практичным и оставить место для толики альтруизма? Вопрос...
  Или вот ещё проблема. Находясь в вечном поиске экспертов по самым важным для империи вопросам, К'ирсан с большим воодушевлением отнёсся к случайной встрече с известным специалистом по экзотическим травам Мидаром Кумилом и не менее известным коллекционером артефактов Зауром Гаррахом. Личности то неординарные, а если вспомнить, что Выдох Вечности Кайфат подсмотрел на зуу'ль'теке именно в кабинете Гарраха, то и весьма перспективные... Пригласил их к себе, был готов наделить их любыми постами и званиями, однако многообещающая затея кончилась пшиком. Ни один из учёных исследователей на контакт так и не вышел. И вот попробуй пойми: причина в недоверии, недостатке возможной награды или в банальном нежелании связываться со столь опасным человеком как император-маг?
  В общем, копни любое направление, как тут же возникают сложности, требующие внимания. И хорошо, если есть возможность отложить непростое дело до лучших времён. Иногда ведь наоборот приходится ради чего-то одного жертвовать всем остальным! Вот как с поисками храма...
  В небольшую деревню, которую показал гро'валь'дье, император прибыл спустя полторы седмицы после отъезда из дворца. Охрана споро пробежалась по дворам, выискивая возможную угрозу его величеству, маги проверили Астрал и напряжение магических Сил, но никто ничего опасного не нашёл. Обычное поселение обычной крестьянской общины, живущей в своём тесном мирке и носа не высовывающей во внешний мир. Какая тут может быть угроза для Владыки?! Скорее уж его появление нарушает их налаженный быт и обещает возможные неприятности в будущем.
  С деревней были связаны лишь две странности, которые далеко не сразу бросались в глаза. Во-первых, название. На картах это место именовалось как Кетард - или в переводе с гральга на торн "родник". Название как название, вот только сами жители называли свою малую родину иначе - Кетаард, а это уже совсем другой коленкор. Потому как слишком созвучно дервнекайенскому Кет'таар'д - Источник Чистой Силы, что для "простой" деревеньки как-то слишком... громко?
  Во-вторых же, на окраине Кетарда действительно располагался храм. Вот только эта почти вросшая в землю, сложенная из дикого камня, угрюмая коробка без окон совсем не походила ни на величественные соборы Светлого Орриса с их колоннадами и порталами, ни на фигурные башни Тёмного Орриса. О том, что это именно храм, говорил лишь символ двуликого бога над входом, да немудрёные крестьянские дары, перевязанные цветными лентами и сваленные в кучу около одной из стен.
  - Владыка, внутри нет никого кроме старого жреца. Можно входить, - доложил посланный на разведку Шип.
  - И что делает этот жрец? - спросил Гхол подозрительно.
  Как адепт, идущий по Пути Духов, он крайне подозрительно относился ко всем служителям культов.
  - Читает какой-то свиток перед алтарём в центре храма. На меня даже внимания не обратил, - немного замявшись, ответил солдат. Игнорировать вопросы Верховного шамана он не мог, но и как нему обращаться тоже не знал...
  К'ирсан нахмурился. Пусть ничего подозрительного вроде бы не происходило, его интуиция в голос вопила, что что-то не так. Сильно не так. И дело даже не в том, что гро'валь'дье не мог направить сюда Кайфата просто так, без цели. В воздухе витало нечто непонятное, какое-то неявное ощущение, от которого под волосами на затылке гуляли мурашки, а источник магии начинал вибрировать от накапливаемой мощи.
  Кайфат переглянулся с Гхолом, от которого точно так же веяло напряжением, и скользнул разумом в Астрал. Мархуз знает, что происходит, но осторожность точно не помешает...
  Перед внутренним взором замелькали цветные пятна, пока внезапно не сложились в понятную и ясную картинку. Перед императором и в Астрале находился храм, но какой! Его отражение в эфире полностью соответствовало представлениям о том величии и славе, что должно быть присуще богу. Невзрачный камень стен сменили цветные фрески, на плоской крыше появилась сложная многоярусная кровля, а резной знак Орриса трансформировался в молочно-белый круг с вертикальной полосой посередине. И всё это великолепие, Тьма побери, буквально дышало Силой.
  А она не возникает из ниоткуда!
  - Магам подготовить Щиты от чар и эфирных ударов, на бойцах охрана, - скомандовал К'ирсан, возвращаясь в реальный мир. - Гхол... призывай своих духов! Не знаю, за каким тарком гро'валь'дье нас сюда послал, но место это точно непростое...
  Все вокруг немедленно пришли в движение. Приказы Владыки не обсуждались - их выполняли, по возможности быстро и чётко. Даже гоблин, у которого точно имелись вопросы, зажмурился, опёрся на пальму и забормотал слова призыва. Сам же К'ирсан разбудил пригревшегося у него в руках Руала и выпустил зверька на землю. Совсем скоро ему могли понадобиться обе конечности.
  - Уважаемый, не могли бы вы выйти и поприветствовать своего императора? - громко сказал К'ирсан, простеньким плетением направив звук своего голоса внутрь храма.
  И почти сразу пришёл ответ.
  - И зачем так орать?! Я всё прекрасно слышу, - неожиданно мощным голосом ответили изнутри древнего святилища Орриса и на свет вышел старик. - И вижу, - добавил он подозрительно, окинув взглядом собравшихся перед входом незваных гостей.
  К'ирсан окинул священника внимательным взглядом и нахмурился. Старая роба, поистрепавшийся пояс, там же висит чем-то набитая сумка, в руке сучковатый посох - старик точно не выглядел опасным, но почему колокола угрозы всё громче и громче звонят в ушах?!
  Император-маг устало повёл плечами. Гнев Вечности, давно уже прячущийся в его ауре, ощутимо давил на сознание и тело. И Кайфат давно уже ждал повод, чтобы избавиться от тяжеловесных чар, серьёзно ограничивших его способности. Выпускать волшбу подобного уровня без смысла, просто так, было настоящим расточительством, но вот по подходящей цели... Нет, лучше храмовому служителю или тому, кто стоит за ним, не нарываться!
  - И что же видит уважаемый? - медленно спросил К'ирсан.
  На сморщенном лице старика с необычайно ясными глазами появилась недобрая улыбка.
  - Зло, - сказал он.
  После чего достал из-за ворота белый медальон, что-то прошептал над ним, прижал ко лбу, а затем повесил поверх робы. И Кайфат увидел тот самый знак, что сиял над храмом в Астрале.
  - Владыка, это не знак Орриса! Крестьяне носят совсем другой, - зашептал Гхол, который ради такого дела даже прервал своё общение с духами.
  - Да уж вижу, - пробормотал К'ирсан, не сводя взгляда со священника. И уже громко спросил: - И где же здесь зло?
  Храмовый служитель покрутил кистями рук, повёл плечами, хрустнул шеей и, уже как-то вдруг перестав напоминать старика, ответил.
  - Не где, а кто, вражья ты душа... Ты здесь Зло, и смысл моего служения в том, чтобы низвергнуть тебя обратно в ад!!
  Почти выкрикнув последние слова, священник отбросил посох, повернул ладони в сторону К'ирсана и выстрелил из них двумя потоками света. Но не того обжигающе жаркого света, который изливает на Торн тасс, а какого-то холодного, словно бы принадлежащему Миру Мёртвых.
  К'ирсана моментальна накрыли многослойные Щиты, к тому же скреплённые эфиром. Они приняли первый удар странной магии храмовника и не позволили ей добраться до императора. Мигом позже среагировали солдаты, которые разрядили в покушавшегося на Владыку арбалеты - ни один, правда, не попав, а следом за ними с пальмой наперевес выступил Гхол. Остриё его верного копьеца, с вселённым духом, устремилось к груди свящинника, но было встречено взамахом руки, и гоблин был отброшен на пару саженей назад. Словно беспомощный котёнок!
  - Не вмешивайтесь в суд бога, смертные!!! - заорал священник, страшно закатывая глаза. - Орден Памяти помнит свой долг!!
  И тут же затянул гимн во славу Орриса, уже не раз слышанный Кайфатом от столичных жрецов. Но если в их исполнении воззвание к богу было не более чем своеобразной песней, то этот деревенский служитель внезапно получил ответ. Тело его окутало сияние, глаза зажглись белым огнём, а из рук выросли сразу два клинка из чистого света. И в таком виде он ринулся на К'ирсана.
  Бросок старика попытался остановить Руал. Зверёк бросился к нему под ноги, но увяз в плотной ауре и был отброшен простым пинком. Не повезло и оклемавшемуся после удара Гхолу. Вырвавшаяся из его руки тень хоть и достигла храмовника, но ощутимого вреда нанести не смогла. Его защита как оказалось неплохо защищала не только от физических атак, но и от астральных ударов. Мало того, старик живым метеором принялся проламывать все прикрывающие К'ирсана Щиты, словно всю жизнь только тем и занимался. На бегу он продолжал славить Двуликого бога и выкрикивать проклятия К'ирсану.
  - Какой неожиданный поворот... - усмехнулся Кайфат.
  И вместо того, чтобы встретить храмовника тем же Гневом, словно текучая вода сместился в сторону от направления его атаки, после чего выдернул из ножен меч. Клинок описал идеальную дугу и... играючи вспоро защиту старика. Кайфат даже не успел руку задержать, как клинок смахнул седую голову. И некогда грозный воин мёртвой грудой упал на землю. Оружие императора-мага идеально подходило для уничтожения Духов и Бестелесных, так что с защитой на основе заимствованной энергии оно справилось пугающе легко.
  - И это всё? - немного разочарованно спросил К'ирсан, тут же мысленно попинав себя за излишнее высокомерие. Потому как если бы на его месте был кто-то другой, то священник точно успел бы натворить дел. Проклятье, да он вообще теперь считал, что именно так должны выглядеть жрецы богов - как те, кто способен не только служить во славу своего небесного покровителя, но и защищать его от врагов.
  На этой мысли Кайфат подцепил кончиком клинка цепочку и вытянул за неё из лужи крови медальон с незнакомым символом. Круглая пластина недобро пульсировала, словно была сродни живому сердцу. И эта аналогия, похоже, что была абсолютно верна. В тот же миг, как тело храмовника окончательно затихло, прекратилась и пульсация, а затем и вовсе медальон растрескался и осыпался пылью. И где-то на краю сознания К'ирсан ощутил странный импульс, ушедший куда-то в разреженные районы Астрала.
  - Владыка, это чего такое было-то, а? - спросил Гхол, внимательно следя за императором. - Почему старик напал? И откуда в нём такая силища...
  Но на эти вопросы у К'ирсана не было ответов.
  - Кто бы знал, Гхол, кто бы знал, - пробормотал Кайфат. - Хорошо, хотя бы теперь понятно, что искать...
  Сказал и бросил бесполезную теперь цепочку на тело храмовника. Проклятье, теперь придётся разыскивать всё, что связано с таинственным знаком и Орденом Памяти... Да, надежда получить здесь одним махом все ответы была слишком наивной. А всё этот мархузов дух! Неужели так сложно сразу сказать, что и как, не вынуждая рыскать по всему Сардуору в пустых поисках, а? Тьфу!
  
  * * *
  
  Опорный лагерь Северной армии всё больше и больше напоминал небольшой город со своими улочками, районами и кварталами. Тут находятся казармы и склады, тренировочные площадки и полигоны, вон там плац, а здесь стойла для тирров. Но ненасытному коменданту и этого было мало, и он постоянно обивал пороги кабинета Тёрна, требуя добиться у императора разрешения на строительство вокруг базы армии полноценной каменной стены. С той аргументацией, что раз уж рассорились с Объединённым Протекторатом, то и на их эдикты и законы можно махнуть рукой. А лишняя защита от вражеских атак им не помешает.
  Что-то в этом было, но грасс Согнар пока лезть с прошением к другу и повелителю не спешил. С подобного рода вопросами, особенно требующими денег, на глаза властителей надо попадаться лишь имея за душой парочку неплохих побед. И К'ирсан не был тут исключением. Уж что-что, а прочитать нотацию о разумном расходовании средств и правильной расстановке приоритетов он готов в любое время дня и ночи. Зачем лишний раз на подобное напрашиваться?
  Вообще вся эта бюрократическая возня дико Тёрна бесила. Только со стороны кажется, что генеральское звание - это стратегия и тактика, марш-броски и сражения. В реальности большая часть забот связана как раз с решением подобного рода "бумажных" вопросов. И выматывали они душу порой гораздо сильнее, чем реальная битва.
  Тёрн с тоской вспомнил, как охотился на раненых и бегущих прочь от Старого Гиварта драконов. Как выслеживал ящеров, как сражался с ними и как добивал. Именно тогда он чувствовал себя живым. Тогда, а никак не сейчас, когда увешанным званиями и титулами, он зажат в тиски ответственности и сам себе напоминает птицу в клетке.
  Встряхнувшись, Тёрн подумал о том, что неплохо было бы съездить в соседний городок к одной развесёлой молодой вдове, но... увы, долг есть долг, и его ждут на самом северном полигоне. Шипы тренировали на нём применение артефактов, а прикомандированные к войскам чародеи Корпуса отрабатывали боевые чары. Однако, по словам одного из помощников грасс Согнара вчерашний учебный бой сделал полигон абсолютно не пригодным для дальнейшего обучения. И теперь генерал обязан лично в том убедиться.
  Мда, обязан... Усмехнувшись своим мыслям, Тёрн неспеша покинул здание комендатуры и с крыльца свистнул своего тирра. Запрыгнул в седло и, шикнув на вскинувшуюся было охрану, погнал ящера на север. Окружающим порой надо напоминать, что генерал Владыки, тем более в звании Мечника в сопровождающихся не нуждается.
  Быстроногий тирр миновал несколько проулков между казармами, затем выскочил на центральную улицу и припустил со всех ног. Через несколько минут строения закончились, перестали попадаться на пути солдаты и офицеры, и на лице наслаждающегося скачкой Тёрна заиграла улыбка. Он обожал быструю езду, жаль только позволить себе вот так вот безоглядно отдаться своей страсти мог нечасто.
  Наконец, вдали показался нужный полигон, который даже издали выглядел словно бы перепаханным гигантским плугом вдоль и поперёк. Сложенный из брёвен макет крепостицы размолочен в щепки, невысокий холм срыт под основание, а кромлех, использовавшийся магами для восстанавливающих силы медитаций, погребён под завалами земли и глины.
  Кто-то здесь явно переборщил с боевой магией.
  Тёрн спрыгнул с тирра и, похлопав ящера по зубастой морде, привязал к ближайшему камню подходящего размера. Пару минут постоял рядом, держа руки на поясе, после чего пожал плечами и решительно зашагал к завалу на месте кромлеха.
  - Мархузово семя, сколько же будет потом воплей от полковых магов... - пробормотал он, карабкаясь на свежесотворённый холм.
  Почему-то вспомнилось, как они с К'ирсаном Кайфато, тогда ещё просто офицером армии Зелода, вот точно так же забирались на стены взятых на меч крепостей, прочёсывали непролазные чащи в поисках вражеских лазутчиков и хлебали жижу в болотах во время затяжных марш-бросков... Славные были деньки!
  От в очередной раз пришедшей в голову невесёлой мысли, Согнар тихо вздохнул. А может спихнуть дела на заместителей и, тряхнув стариной, отправиться на восток Пяти королевств? Туда, где войска Светлых эльфов вместе с гвонками Дарга безуспешно пытаются сломить сопротивление местного населения. Где партизаны, не щадя своих жизней, день и ночь бьются с агрессорами... И где уже появились первые эмиссары Империи Сардуор, доставившие ополченцам оружие и артефакты. Разве плохой из Тёрна получится военный советник? У него хотя бы за спиной опыт "лесной" войны в Зелоде!..
  Генерал вскарабкался на опрокинутый, похожий на огромный стол, менгир. И только собрался перевести дух, как выработанное за годы битв чутьё на опасность забило тревогу, и он перепуганной шушей спрыгнул с камня.
  Как оказалось, весьма вовремя. В спину ударило жаром, и краем глаза Тёрн увидел как сзади взметнулась стена пламени. Земля болезненно ударила в стопы, генерал кувыркнулся через голову, гася инерцию, и почти сразу же прикрылся локтем от летящего прямо в лицо небольшого пульсара.
  Страха не было. На Тёрне мало того, что был надет лёгкий доспех из шкуры дракона, устойчивый к большинству Базовых воздействий и непробиваемый для некоторых плетений, так ещё и болтался на шее персональный защитный артефакт. Простой магией генерала было не достать, что и подтвердила вспышка взрыва, лишь самую малость обжёгшая незащищённую кожу.
  Правда, за первым сразу последовали второй и третий пульсары вместе с парочкой молний, но в Тёрна они больше не попали. От пульсаров давно уже переросший ранг Мечника генерал увернулся, а молнии принял на заговорённый лично Владыкой клинок. Такая магия колдунам противника оказалась не по зубам, и они лишь зря раскрыли своё местоположение. Стрелой метнувшись к распадку между двумя валунами, Согнар с размаху вонзил меч в центр прозрачного силуэта, словно бы сотканного из подрагивающего воздуха. Моментально брызнула кровь и под ноги генерала свалился зажимающий пробитое горло чародей.
  Возвратное движение клинка, и самый его кончик чиркнул по чему-то мягкому. Тут же последовал слабый вскрик и прямо в воздухе возникла кровоточащая полоса. Прежде чем артефакты невидимости успели её спрятать, Согнар нанёс по раненому врагу ещё пару ударов крест-накрест, а в завершении и вовсе рубанул горизонтально на уровне плеч. Этого оказалось достаточно, чтобы голова противника жутковатым мячом улетела за валуны.
  - И это всё, дети Кали?! Вы меня разочаровываете! - заорал Тёрн, осознав через пару секунд, что в него больше никто не швыряется чарами.
  Впрочем, с выводами он немного поспешил. Вместо волшбы в него прилетели сразу четыре коротких болта - кажется из пружинных метателей. И Тёрн моментально распластался на земле, прикрывшись Щитом из браслета... хотя как тут же выяснилось, старался он зря. Начинённые магией снаряды увязли в возникшей из ниоткуда мерцающей завесе и попадали на глину и щебень.
  - Ах вот вы где, твари! - опять гаркнул грасс Согнар, и метнулся к ещё двум замеченным "неведимкам".
  Но прошлый молниеносный успех повторить не получилось. Меч Тёрна встретили сразу два обнажённых клинка, владельцы которых знали толк в фехтовании и двигались немногим медленнее генерала. Сражающиеся обменялись тремя-четырьмя ударами. Но едва у убийц появилось ощущение, что им удалось-таки связать прыткую жертву ближним боем, как Согнар поспешил их разочаровать. Развернув Щит в плоскость, он рубанул им первого противника словно силовым мечом. Когда же недруг с криком отлетел куда-то к подножию завала, заблокировал клинком оружие второго и подсечкой сбил его с ног. Даже добивать не понадобилось - враг крайне неудачно приложился головой о камни и затих.
  - Генерал, вы целы, генерал?! - закричал выглянувший из-за камней воин со знаками Северной армии на доспехе из кожи дракона.
  И почти сразу как по волшебству рядом с Тёрном появились ещё трое схоже одетых бойцов. Те самые охотники, с которыми Согнар гонял по окрестностям Старого Гиварта раненых крылатых ящеров.
  - Цел. Там ещё как минимум двое должно быть... - ответил генерал.
  - Уже скрутили их. Маги накинули Паралич, а пока те пытались его перебороть, и мы подоспели, - должил всё тот же боец.
  Тёрн удовлетворённо кивнул и тут же зло прорычал.
  - Вы где были?! Ладно магия - тут мне ничего не угрожало, но почему позволили им выстрелить, болваны?!
  Солдат спрыгнул в распадок и вытянулся перед Тёрном в струнку.
  - Виноваты, господин генерал! - виновато доложил он. - Вы поднимались совсем не с той стороны, как было предусмотрено в планах. Вот мы и замешкались. Пока выбрались из укрытий, пока маги вышли на дистанцию удара... накладка получилась!
  - Накладка, Кали ваша мама!! - рявкнул Тёрн и наклонился над валяющимся без сознания противником, с которого только-только сползли чары Невидимости.
  Дёрнул за край воротника, разглядывая закреплённые там значки и с досадой выругался.
   - Дерьмо тарков, обычный Мечник! То-то я чую, особо напрягаться не понадобилось... - сообщил он. - Даже как-то обидно...
  В поле его зрения появился маг Корпуса. Чародей шагал рядом с бойцами, которые тащили пострадавшего от удара Щитом убийцу, и пытался колдовать.
  - Ну чего там? - спросил Тёрн.
  Колдун угрюмо пожал плечами.
  - Наёмник как наёмник. Следы магии Света есть, но прямая связь с эльфами Маллореана не просматривается... Так что порадовать не чем.
  - Да, было бы неплохо найти доказательства того, как они убийц к соседям посылают, пожри их Тьма! - скривился генерал и почти сразу отвлёкся на характерно завибрировавший у него на шее связной медальон. - О, и заместителя моего уже взяли, шкуру продажную! Может он что скажет...
  Тёрн спустился с завала, где стало слишком тесно от мельтешащих солдат, присел на обломок бревна. Тут же отстегнул с пояса флягу с пряным вином и задумчиво сделал большой глоток.
  Интересно, а если бы агенты Чиро не узнали о подкупе одного из членов штаба Тёрна, он бы смог выжить? Если бы не разгромили демонов полигон, легендируя причину появления здесь генерала. Если бы не оборудовали здесь укрытия для групп захвата - пусть и проштрафившуюся сегодня, но всё же... Если бы сам он не был готов к любым неожиданностям... Что бы случилось, будь нападение действительно неожиданным, как это не раз бывало с Владыкой, неоднократно становившимся объектом покушений? Тогда бы Согнар смог точно так же сидел вот здесь и пить вино, а?
  Помянув недобрым словом богов, Тёрн ещё раз приложился к фляге.
  Всё-таки Светлые слишком рациональны и оттого предсказуемы. Не получается у них грохнуть свеого персонального Врага, не хочется больше рисковать высококлассными специалистами яда и кинжала? Значит надо взяться за ближний круг. Их гибель власть К'ирсана хоть и не обрушит, но реализации планов помешает точно. И вот команды убийц уровнем попроще отправляются на охоту... Аккурат после того, как Кайфат озвучил возможность такого развития событий на последнем Совете.
  Как там Мигуль сказал: если Светлый имеет возможность сделать гадость, он её сделает, да? Что ж, они взялись за дело. И на их фоне подержка Империей сопротивления выглядит откровенно детскими шалостями. Светочи Добра, крюк им под ребро...
  
  * * *
  
  Настоятель храма заступницы Альме, что в районе старых доков в порту Гарраса, возвращался из таверны в прекрасном расположении духа. Вчера прибыл корабль из Заурама, и моряки, пересекшие воды трёх океанов, желали отблагодарить высшие силы за спокойное возвращение в родную гавань. И начали они свой вояж по обителям богов именно с храма самой кроткой супруги Орриса, где не скупились на жертвы. Это было вчера, а сегодня с утра жрец отправился в лучшую портовую таверну, где смог с наслаждением предаться чревоугодию. Так что нет ничего странного в том, что в храм он возвращался в самом благодушном настроении.
  Правда, картину немного подпортили услышанные краем уха разговоры о появившемся в доках проповеднике какой-то новой веры. И не столько сам факт его появления - мало ли появляется сект и культов на просторах Торна, за всеми не уследишь - а неподдельным интересом к нему со стороны докеров. Вряд ли любопытствующих много, но лиха беда начало!
  Посмурневший от невесёлых размышлений настоятель уже поднимался на крыльцо храма, как вдруг неясное чувство всколыхнуло его душу. Словно бы кто-то едва-едва знакомый, но неописуемо важный заглянул ему в сердце и оставил свой след.
  Трясущимися руками священник открыл замок и ввалился внутрь храма. Глаза сразу же нашли алтарь и светящуюся на нём эмблему супруга Альме. Обычно тусклая пластина сейчас испускала молочно-белое свечение. И этого оказалось достаточно, чтобы всеми забытый, почти ничего не умеющий жрец самой своей сутью ощутил протянувшуюся от алтаря до неведомых глубин Астрана тончайшую эфирную нить. Тысячелетиями спящий храм пробудился...
  Случайный посетитель, заглянувший в обитель Альме, обнаружил выпивоху и гуляку настоятеля на коленях, с трясущимися губами и бездумно рисующим на пыльном полу круг с вертикальной чертой.
  
  И сразу же отвечаю на все традиционно возникающие вопросы.
  
  1) Выкладка глав закончена.
  2) Это завершающий РОМАН в цикле "Дорога домой". И тоже будет в двух томах.
  3) Для тех, кому вдруг захотелось сказать спасибо автору (например, если он не покупает книги, но желает поддержать писательский труд), то размещаю здесь реквизиты:
  QIWI-кошелёк: +79205104638
  Webmoney-кошелёк:
  R270363025015
  Z315536539673
  E121262885410
  Яндекс.Деньги: 4100174254021
  Paypal: vzyckov@mail.ru
  
Оценка: 7.07*926  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Сафонова "Риджийский гамбит.Дифференцировать тьму" К.Никонова "Я и мой король.Шаг за горизонт" Е.Литвиненко "Волчица советника" Р.Гринь "Битвы магов.Книга Хаоса" Т.Богатырева, Е.Соловьева "Загробная жизнь дона Антонио" Б.Вонсович "Туранская магическая академия.Скелеты в королевских шкафах" И.Котова "Королевская кровь.Скрытое пламя " А.Джейн "Северная Корона.Против ветра" В.Прягин "Дурман-звезда" Е.Никольская "Зачарованный город N" А.Рассохина "К чему приводят девицу...Ночные прогулки по кладбищу" Г.Гончарова "Волк по имени Зайка" А.Демченко "Небесный бродяга" Д.Арнаутова "Страж морского принца" И.Успенская "Практическая психология.Герцог" Э.Плотникова "Игра в дракошки-мышки" А.Сокол "Призраки не умеют лгать" М.Атаманов "Защита Периметра.Через смерть" Ж.Лебедева "Сиреневый черный.Гнев единорога" С.Ролдугина "Моя рыжая проблема"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"