Белов Олег Викторович
Нелепый отряд

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Внимание! Говорящий котёл Говорун ищет приключения (ну или хотя бы повод поязвить). Маг-неудачник Элрик, наконец, покинул башню, прихватив с собой ворчливую утварь. В компании сурового воина с бородой-тайником, лысой эльфийки с кинжалами наперевес и друида, предпочитающего общество мхов, им предстоит спасти мальчика с необычным даром. Но главная опасность - не злобный некромант с бухгалтерскими наклонностями. Страшнее - налоговая инспекция, которая уже напала на след! Удастся ли этому "Нелепому отряду" обвести вокруг пальца казённых служителей и не спалить полкоролевства раньше времени? Юмористическое фэнтези о том, что даже с самой дурацкой командой можно горы свернуть. Главное - чтобы в процессе эти горы не обложили налогом.
  Глава 1.
  
  
  
  Башня Элрика стояла на холме уже лет двести пятьдесят, и последние сорок из них она отчаянно нуждалась в ремонте.
  
  
  
  Это было заметно по всему: по покосившейся двери, которую приходилось открывать пинком (петли заржавели ещё при прадедушке нынешнего владельца), по щелям в стенах, сквозь которые задувал ветер, и по странному грибку, растущему на восточной стене и мерно пульсирующему. Элрик подозревал, что грибок - это побочный эффект неудачного эксперимента по превращению плесени в золото, но проверять не решался: вдруг грибок обидится?
  
  
  
  Впрочем, сам маг ремонтом не заморачивался. Во-первых, у него не было денег. Во-вторых, он считал, что 'небольшая запущенность' придаёт его жилищу особый шарм и налёт древней мудрости. В-третьих, он просто об этом забывал.
  
  
  
  Прямо сейчас Элрик сидел на полу посреди гостиной, среди вороха пергаментов, пустых склянок и засохших бутербродов, и пытался уговорить лягушку превратиться в принцессу.
  
  
  
  Лягушка отказывалась наотрез.
  
  
  
  - Ну послушай, - увещевал её маг, пододвигая поближе свечу. Лягушка испуганно косила глазами на огонь, но продолжала сидеть на раскрытой книге 'Тысяча и один способ превращения земноводных', загораживая собственной тушкой самое важное заклинание. - Я же не требую немедленно королевскую кровь. Просто чуть-чуть принцессы. Самую малость. Капельку королевского достоинства. Хотя бы королевскую фрейлину, на крайний случай уборщицу! Ну?
  
  
  
  Лягушка квакнула с явной издевкой, как показалось Элрику, и попыталась ускакать. Маг ловко (для человека, который последние восемь лет только и делал, что сидел в башне) цапнул её за заднюю лапку.
  
  
  
  - Не будь такой занудой! - обиженно воскликнул он, обращаясь в сторону камина. - Подумаешь, пара мелких ошибок в ингредиентах! Жабьи лапки и лягушачьи лапки - какая, в сущности, разница? И там, и там - лапки!
  
  
  
  - Разница в том, - раздался гулкий, немного металлический голос, от которого лягушка дёрнулась так, что едва не вырвалась, - что жабьи лапки стоят три медяка за пучок на базаре, а лягушачьи ты наловил сам в придорожной канаве. И теперь у тебя будет принцесса с сильнейшим пищевым отравлением. Или, что ещё вероятнее, у тебя вообще никого не будет, потому что лягушка смотрит на тебя как на главного кандидата на премию 'Самый бесполезный маг года'.
  
  
  
  Элрик вздохнул и разжал пальцы. Лягушка немедленно испарилась - телепортировалась куда подальше от этого сумасшедшего дома, даже не попрощавшись.
  
  
  
  Котёл по прозвищу Говорун стоял на своём обычном месте у очага и неодобрительно поблёскивал начищенными медными боками. Две ручки по бокам деловито топорщились, придавая ему сходство с рассерженным генералом, упёршим руки в бока.
  
  
  
  - Сорок лет магической практики, - продолжил котёл тоном умудрённого опытом наставника, - а ты до сих пор не научился отличать существо, которое готово к превращению, от существа, которое мечтает только об одном: чтобы ты провалился в тартарары вместе со своей алхимией.
  
  
  
  - Тридцать пять, - машинально поправил Элрик, подбирая с пола рассыпавшиеся пергаменты. - И она просто не в настроении. У лягушек бывают плохие дни. Может, её кто-то обидел?
  
  
  
  - Её обидел ты, когда пытался засунуть в круг призыва без согласия. Это, между прочим, нарушение магической этики! Я читал кодекс, пока ты однажды забыл меня помыть и оставил открытым на нужной странице.
  
  
  
  Элрик пропустил это замечание мимо ушей. Он нашёл пергамент с рецептом 'Приворотного зелья на случай, если принцесса всё же попадётся' и торопливо сунул его под стопку других бумаг, делая вид, что ищет что-то важное.
  
  
  
  - Вот скажи мне, - не унимался Говорун, - зачем тебе вообще ученик? Ты сам-то из учеников не вышел. Ты за тридцать пять лет не научился отличать бородавки от драконьей чешуи, а хочешь кого-то чему-то научить.
  
  
  
  - Опять ты про тот случай! Это был очень убедительный гоблин! - возмутился Элрик, моментально забыв про лягушку. - Он пришёл в чешуйчатом плаще! Чешуйчатом, понимаешь? Сверкал на солнце! У него был такой убедительный голос! Он говорил, что это редчайший образец драконьей сыпи, и что обычно такие вещи не продают, но для меня, как уважаемого мага, сделает исключение!
  
  
  
  - И ты купил.
  
  
  
  - Он сделал хорошую скидку!
  
  
  
  Говорун издал глубокий, тягучий звук, который у котлов считается тяжёлым вздохом разочарования в жизни вообще, и в конкретном маге в частности.
  
  
  
  - Послушай меня, дружище. Я с тобой пятнадцать лет. Я варил твои зелья, я терпел твои эксперименты, я даже однажды спас твою задницу, когда ты решил проверить теорию о самовозгорании бороды на практике. Но ученик от такого 'гения' сбежит на второй день. На первый, если сообразит, что можно просто убежать.
  
  
  
  - Почему ты всегда такой пессимист? - Элрик обиженно поджал губы и сел прямо на пол, скрестив ноги. Пол жалобно скрипнул, но выдержал.
  
  
  
  - Я не пессимист. Я реалист. Это принципиально разные вещи. - Говорун слегка приподнялся на очаге, чтобы его слова звучали весомее. - Реалист видит стакан воды и понимает, что его кто-то не допил. Оптимист верит, что вода ещё пригодится. Пессимист боится, что сейчас придёт тот, кто не допил, и потребует долить.
  
  
  
  - А я? - заинтересовался Элрик. Ему всегда нравилось, когда Говорун начинал свои философские рассуждения. Они отвлекали от мыслей о том, что магия почему-то не работает, припасы заканчиваются, а единственным существом женского пола, которое появлялось в башне за последний год, была мышь, забредшая на огонёк и сбежавшая с криком ужаса, когда Элрик попытался проверить на ней заклинание 'Чародейской неотразимости'.
  
  
  
  - А ты спрашиваешь, нельзя ли сварить из этого стакана суп, - торжествующе заключил Говорун. - И добавляешь туда жабьи лапки вместо лягушачьих.
  
  
  
  Элрик хотел обидеться, но не успел.
  
  
  
  Дверь башни распахнулась без скрипа - что само по себе было событием из ряда вон выходящим.
  
  
  
  На пороге стоял огромный мужчина. Настолько огромный, что ему пришлось слегка наклонить голову, чтобы не задеть притолоку - хотя притолока находилась на высоте, где нормальные люди заканчивались, а великаны только начинали задумываться о существовании потолков.
  
  
  
  Мужчина был в доспехах. Не в тех парадных доспехах, которые надевают на королевские приёмы, где каждая пластинка сияет, а начищать их приходится неделю. Эти доспехи сияли совсем иначе - они сияли опытом. Царапины, вмятины, следы от зубов неизвестных (и явно очень голодных) тварей - всё это говорило о том, что владелец знает толк в драке и не боится испортить броню, лишь бы сохранить шкуру.
  
  
  
  Но главной деталью этого внушительного образа была борода.
  
  
  
  Борода росла отовсюду, откуда только могла. Она начиналась где-то под нижней губой и плавно перетекала на грудь, плечи и, кажется, даже немного на спину. В бороде угадывались очертания предметов, которые воин, видимо, использовал как тайник: пара монет, засохшая корка хлеба, маленький ножик и что-то подозрительно похожее на драконий зуб. Борода жила своей жизнью - она шевелилась, когда хозяин молчал, и затихала, когда он говорил.
  
  
  
  - Мне нужен Элрик! - прогремел воин голосом, от которого со стены упала какая-то беззащитная полочка.
  
  
  
  Элрик поднял руку, как примерный ученик в школе магии.
  
  
  
  - Я здесь. - Он торопливо прикрыл ногой пергамент с 'Приворотным зельем', потому что мало ли что подумает незнакомец. - Слушаю вас. Вы по объявлению? У меня тут как раз закончились уроки по... э-э-э... основам магической безопасности для начинающих?
  
  
  
  - Меня зовут Торвальд, - представился воин, не обращая внимания на бормотание мага. Он сделал шаг внутрь, и пол под ногами жалобно скрипнул. - Мне нужен маг. Мне тебя рекомендовали.
  
  
  
  - О! - Элрик просиял так, что даже кристалл на его посохе слабо замерцал. - Рекомендовали? Кто? Это замечательно! Какая проблема? Дракон? Проклятие? Нестабильный портал в бездну? Демоническое вторжение? Я специалист широкого профиля! У меня даже где-то диплом есть! Подождите немного, сейчас найду...
  
  
  
  Он вскочил и принялся лихорадочно шарить по полкам, которые громоздились вдоль стен от пола до потолка. Полки были заставлены тысячами предметов: склянки с разноцветными жидкостями, засушенные травы, странные механизмы, непонятные амулеты, пара чучел неизвестных зверьков и даже один запылившийся череп, который, кажется, пытался что-то сказать, но Элрик всегда отмахивался: 'Потом, потом, сейчас некогда'.
  
  
  
  Одна из склянок полетела вниз и разбилась с мелодичным звоном. Комнату мгновенно наполнил запах фиалок и жжёной резины - такая странная смесь, что Торвальд непроизвольно закашлялся и отступил на шаг назад.
  
  
  
  - Ты чего натворил? - подозрительно спросил он, принюхиваясь.
  
  
  
  - Это соседи жгут покрышки, - быстро нашёлся Элрик, делая вид, что ничего не случилось. - У них там вечно какие-то эксперименты. Вы не обращайте внимания. Так какое у вас дело? Рассказывайте!
  
  
  
  Он плюхнулся обратно на пол и уставился на гостя с таким искренним энтузиазмом, что даже Торвальд, видавший виды воин, немного смутился.
  
  
  
  - Не у меня, - прогудел он, поглаживая бороду. Борода довольно зашевелилась - она явно любила, когда её гладили. - У нас. Команда собирается. Нужен маг. Следопыт и друид уже ждут в лесу. Я нанял.
  
  
  
  - Команда? - Говорун оживился настолько, что чуть не свалился с очага. Он приподнялся на двух ручках и повернулся к гостю всей своей медной сущностью. - Это та самая команда, где платят золотом, а не обещаниями и 'ценным опытом'?
  
  
  
  - Платят, - кивнул Торвальд, с интересом разглядывая говорящий котёл. Такое он видел нечасто. - Если найдём мальчишку.
  
  
  
  - Мальчишку? - Элрик вскочил и уже натягивал робу, путаясь в рукавах и чуть не оторвав один из них. Роба была видавшей виды - с обгоревшими краями (руны огнезащиты работали, но не идеально), с пятнами неизвестного происхождения и с дырой на спине, которую Элрик собирался зашить уже пару лет. - Какого мальчишку? Куда он делся? Зачем искать?
  
  
  
  - Похитили, - коротко ответил Торвальд. Он обвёл взглядом башню и, кажется, начал сомневаться в правильности выбора. - Времени мало. Заказ срочный. Если найдут другие - денег не получим.
  
  
  
  - Кто другие? - Элрик наконец справился с робой и теперь пытался натянуть сапоги, которые, судя по всему, тоже жили своей жизнью и отчаянно сопротивлялись.
  
  
  
  - Конкуренты, - Торвальд поморщился. - Да и Налоговая служба тоже.
  
  
  
  Говорун издал звук, похожий на свист закипающего чайника, что у него означало крайнюю степень удивления.
  
  
  
  - Налоговая служба ищет похищенного мальчика? - переспросил он. - С каких это пор сборщики податей занимаются такими делами?
  
  
  
  - С тех пор, как за это тоже платят, - философски заметил Торвальд. - Или с тех пор, как мальчик оказался должен налоги. Я не вникал. Мне главное - опередить их.
  
  
  
  - А кто заказчик? - Элрик наконец обулся и теперь пытался запихнуть в походную сумку всё, что попадалось под руку. В сумку летели какие-то склянки, свитки, сушёные корешки, запасные носки (по крайней мере, он надеялся, что это носки) и половник, который зачем-то схватил с крючка.
  
  
  
  - Неизвестно. - Торвальд пожал плечами, отчего его доспехи издали тяжёлый лязг. - В таких делах не любят тех, кто задаёт много вопросов. Подозреваю, что это может быть королевская служба.
  
  
  
  - Не задавать лишних вопросов - это мы умеем, - довольно кивнул Элрик. - Я согласен! Я абсолютно, категорически, всеми фибрами души согласен!
  
  
  
  Он подпрыгнул от радости и наступил на что-то мягкое. Что-то мягкое возмущённо квакнуло - лягушка, видимо, так и не ушла, а сидела в углу и наблюдала за этим сумасшедшим домом с философским спокойствием. Теперь она решила, что с неё хватит, и телепортировалась окончательно - на этот раз, судя по запаху озона, далеко и надолго.
  
  
  
  - Ты даже цену не спросил, - вздохнул Говорун тоном, каким говорят с безнадёжно больными.
  
  
  
  - А какая разница? - Элрик сиял, как начищенный медяк. - Приключение! Поиски! Слава! Мы спасём мальчика, победим злодеев, и наши имена впишут в историю золотыми буквами!
  
  
  
  - Или чёрными - в список погибших от собственной глупости, - буркнул котёл. Но в его металлическом голосе послышались нотки интереса. - Ладно. Но кого я уговариваю. Бери меня с собой, "герой". Не оставлять же меня здесь с этим... - он покосился на череп, который всё ещё пытался что-то сказать, - с этим молчуном.
  
  
  
  - Ты не поместишься, - заметил Торвальд, с сомнением оглядывая котёл размером с небольшой бочонок.
  
  
  
  - Я складной! - обиделся Говорун и ловко втянул обе ручки внутрь, став похожим на огромный медный шар. - Видал? Современные технологии. Магия компактности. Не то что ваш топор каменного века.
  
  
  
  - Мой топор, - с достоинством ответил Торвальд, поглаживая рукоять огромного оружия, висевшего за спиной, - называется 'Целователь черепов' и разрубил больше врагов, чем ты сварил супов.
  
  
  
  - Я вообще-то зелья варю в основном! - возмутился Говорун. - И между прочим, первосортные! Без моих зелий этот 'гениальный маг' давно бы превратился в лягушку и квакал где-нибудь в канаве!
  
  
  
  - Тише, тише, - примирительно поднял руки Элрик. - Мы одна команда. Почти. Будем. Торвальд, а что за люди в команде? Следопыт и друид, говорите?
  
  
  
  - Следопыт - эльфийка, - кивнул воин. - Лира. Лучшая в своём деле. Друид - Финн. Странноватый, но надёжный.
  
  
  
  - Эльфийка? - Элрик мечтательно закатил глаза. - Говорят, у эльфов потрясающие длинные волосы... серебристые, струящиеся, до самой земли...
  
  
  
  - Не знаю, - Торвальд пожал плечами. - У нас лысая.
  
  
  
  Элрик поперхнулся воздухом.
  
  
  
  - Лысая? Эльфийка? - переспросил он. - Так не бывает! Эльфы славятся своими волосами! Это же их национальная гордость! Они пишут поэмы о волосах! Они...
  
  
  
  - Бывает, - оборвал его Торвальд. - И лучше тебе не спрашивать почему. Она не любит этот вопрос.
  
  
  
  - Понял, не дурак, - быстро кивнул Элрик. - Молчу, как рыба об лёд. То есть как... в общем, молчу.
  
  
  
  - Он не умеет молчать, - предупредил Говорун. - Предупреждаю сразу. Если эльфийка его прирежет - я свидетель, что вы предупреждали.
  
  
  
  - А он всегда такой? - спросил Торвальд у Элрика, кивая на котёл.
  
  
  
  - Только когда бодрствует, - вздохнул маг, закидывая сумку на плечо. Сумка жалобно звякнула - похоже, часть склянок не переживёт путешествия. - К счастью, он спит шесть часов в сутки.
  
  
  
  - А к несчастью? - насторожился Торвальд.
  
  
  
  - А к несчастью, он считает, что сутки длятся сорок часов, - хихикнул Элрик.
  
  
  
  - Я слышу! - донеслось из котла, который Торвальд уже пристраивал на плечо.
  
  
  
  - Ты должен слышать, ты же котёл, у тебя уши по бокам! - крикнул Элрик, выходя за дверь.
  
  
  
  - У меня ручки по бокам, а уши в крышке! И вообще, не смейся над моей анатомией!
  
  Они вышли из дверей башни и направились вниз по тропинке. Торвальд шёл первым.
  
  
  
  - А где у тебя нос? - заинтересовался Элрик, спускаясь с холма.
  
  
  
  - Нет у меня носа! И нет настроения! И вообще, я на вас обиделся!
  
  
  
  - Котлы не обижаются, - наставительно заметил Торвальд.
  
  
  
  - А мой обижается, - махнул рукой Элрик. - И мстит. Однажды он полгода варил зелья только с горчицей. За что - до сих пор не могу понять.
  
  
  
  - За проклятую мышь, которую ты пытался сварить во мне, - мрачно отозвался Говорун. - Живую. Она потом полдня по башне бегала и материлась.
  
  
  
  - Мыши не матерятся!
  
  
  
  - Эта - материлась. И очень даже культурно. Видимо, была принцессой.
  
  
  
  Элрик задумался. А вдруг и правда?
  
  
  
  Они спустились с холма по тропинке, которая давно просила ремонта, но, как и башня, не дождалась. Трава по бокам была высокой и колючей, а впереди, у подножия, виднелась пыльная дорога, ведущая к деревне через лес. Элрик бодро шёл за Торвальдом. Он был настроен на приключения. А котёл мысленно готовился сделать всё, чтобы маг в эти приключения не вляпался.
  
  
  
  Глава 2.
  
  
  
  - А почему мы идём пешком? - спохватился Элрик, когда они прошли уже половину пути. - Я же маг! Я могу телепортироваться! Могу призвать магического коня! Могу...
  
  
  
  - Можешь не тратить силы, - перебил Торвальд. - До таверны недалеко. А магию побереги. Вдруг пригодится.
  
  
  
  - Для чего? - заинтересовался Элрик.
  
  
  
  - Для драки, - коротко ответил воин, и в его голосе послышалось что-то такое, от чего Элрик сразу перестал спорить и ускорил шаг.
  
  
  
  Где-то сбоку, недалеко от дороги, что-то происходило. Оттуда доносился взволнованный голос:
  
  
  
  - Я тебе в пятый раз объясняю, если ты будешь забирать все питательные вещества, твой сосед слева засохнет! А он, между прочим, ценный экземпляр! Орешник! Люди любят орехи! Уважай чужие границы!
  
  
  
  - Это, наверное, Финн, - вздохнул Торвальд. - Спорит с растениями.
  
  
  
  - С кем, с кем? - осторожно поинтересовался Элрик, вглядываясь вперёд.
  
  
  
  - С кустом, судя по голосу. Или с одуванчиком. С ними вечно какие-то разборки.
  
  
  
  - Интересная компания у нас собирается, - задумчиво произнёс Говорун. - Маг, который не умеет колдовать, друид, который разговаривает с сорняками, эльфийка без волос и воин с бородой, которая живёт сама по себе. И я. Единственный адекватный.
  
  
  
  - Ты - котёл, - напомнил Элрик.
  
  
  
  - Адекватный котёл, - поправил Говорун. - Редкое сочетание. Я бы даже сказал уникальное.
  
  
  
  - А где девушка? - спросил Торвальд, оглядывая пустую дорогу. - Лира должна была ждать здесь.
  
  
  
  - Здесь я.
  
  
  
  Голос раздался прямо за спиной Элрика. Маг подпрыгнул так высоко, как не прыгал никогда в жизни, развернулся в воздухе и приземлился в нелепой позе, выставив перед собой посох.
  
  
  
  Перед ними стояла эльфийка.
  
  
  
  Сказать, что она была лысой - значит ничего не сказать. Кожа на её голове блестела так, словно была идеально выбрита. И на этой идеально гладкой поверхности располагались замысловатые татуировки, тянущиеся от висков к затылку, от затылка к шее и дальше, скрываясь под воротником кожаной куртки. Татуировки переливались на солнце тёмно-синим и зелёным, складываясь в руны, символы и, кажется, картинки.
  
  
  
  Два кинжала на поясе смотрели на мир с нескрываемой угрозой. Лук за спиной был сделан из тёмного дерева и явно знал толк в своём деле. Одежда - практичная, без единого лишнего элемента - тёмная кожа и плотная ткань, идеально подходящая для того, чтобы сливаться с тенями.
  
  
  
  Глаза у эльфийки были светлые, холодные и смотрели так, будто видели собеседника насквозь и заранее знали все его слабые места.
  
  
  
  - Лира, - представилась она. Голос был спокойным, ровным, без лишних эмоций. - Следопыт.
  
  
  
  Элрик открыл рот. Закрыл. Открыл снова.
  
  
  
  Говорун зашипел, как проколотый котелок, но было поздно.
  
  
  
  - У вас... - выдавил маг, судорожно подбирая слова. - Очень... э-э-э... выразительная... поверхность черепа? Я имею в виду, татуировки! Очень познавательные! Это что, руны? Боевые? Защитные? Или...
  
  
  
  Он заткнулся, потому что взгляд Лиры стал таким, каким смотрят на таракана, внезапно выползшего на королевский трон.
  
  
  
  - Простите его, - быстро вставил Говорун, пока ситуация не стала совсем критической. - Он с людьми редко общается. В основном с лягушками и собственным самомнением. У него нет опыта общения с прекрасными... - котёл замялся, подбирая нейтральное слово, - ...представительницами вашего народа.
  
  
  
  - Это руны, - холодно ответила Лира, глядя прямо в глаза Элрику. Тот почувствовал себя маленьким и очень глупым. - И это никого не касается, кроме меня.
  
  
  
  - Конечно-конечно! - закивал Элрик, пятясь назад и наступая на ногу Торвальду. - Я и не спрашиваю! Мне просто интересно с профессиональной точки зрения! Как магу! Руны - это же магия! А я маг! Мы коллеги, можно сказать!
  
  
  
  - Ты маг? - Лира окинула его взглядом с головы до ног. Взгляд задержался на обгоревших рукавах, на пятнах неизвестного происхождения, на перекошенной сумке, из которой торчал половник. - Так сразу и не скажешь.
  
  
  
  - Он маг, - подтвердил Торвальд. - Странный, но маг. Мне рекомендовали.
  
  
  
  - Кто рекомендовал? - поинтересовалась Лира, не сводя глаз с Элрика. Тот чувствовал себя мышью, на которую смотрит очень голодная кошка.
  
  
  
  - Один знакомый, - уклончиво ответил Торвальд. - Сказал, что Элрик хоть и чудак, но в сложной ситуации не подведёт.
  
  
  
  - В сложной ситуации он скорее подведёт всех под монастырь, - буркнул Говорун, но его никто не слушал.
  
  
  
  - Ладно, - Лира пожала плечами. - Мне всё равно. Платите - работаю.
  
  
  
  - А где Финн? - спросил Торвальд, оглядываясь.
  
  
  
  - Там, - Лира махнула рукой в сторону леса, откуда всё ещё доносились приглушённые голоса. - Учит кусты вежливости.
  
  
  
  - Пойдёмте, - решил Торвальд. - Все в сборе. Идём в таверну. У меня там встреча. Один человечек должен дать наводку.
  
  
  
  - В таверну? - оживился Говорун. - Это хорошо. В тавернах кормят.
  
  
  
  - Котлы не едят, - напомнил Элрик.
  
  
  
  - Котлы могут помечтать, - огрызнулся Говорун. - И вообще, я буду впитывать атмосферу. Это полезно для моей духовной организации.
  
  
  
  - У тебя нет духовной организации. Ты котёл.
  
  
  
  - У меня богатый внутренний мир, просто он скрыт за медной оболочкой.
  
  
  
  - А почему он разговаривает? - вдруг спросила Лира, кивая на котёл.
  
  
  
  - Потому что я начитанный, - гордо ответил Говорун. - И вообще, у меня кризис идентичности. Я мог бы быть древним артефактом, а меня используют как кастрюлю. Это слегка травмирует.
  
  
  
  Лира посмотрела на Торвальда. Тот пожал плечами.
  
  
  
  - Привыкнешь, - сказал он. - Я уже почти привык.
  
  
  
  - Почти?
  
  
  
  - Ну, - воин задумчиво почесал бороду. Борода довольно зашевелилась. - Когда он начал критиковать мою технику боя, я сначала хотел его расплющить. А потом понял, что он в чём-то прав.
  
  
  
  - Я всегда прав, - заметил Говорун. - Просто иногда я прав в неподходящее время и в неподходящем месте.
  
  
  
  - И это его главное качество, - вздохнул Элрик. - Идёмте уже. Показывайте дорогу к вашему Финну. Интересно посмотреть на человека, который разговаривает с кустами.
  
  
  
  Они свернули с дороги и углубились в лес. Впереди, на небольшой поляне, действительно сидел молодой человек и что-то увлечённо объяснял двум кустам, которые, судя по всему, его совершенно не слушали.
  
  
  
  - Ну что вы как дети, право слово, - увещевал их Финн. Голос у него был спокойный, чуть усталый, как у школьного учителя, который тридцать лет пытается вбить в головы учеников таблицу умножения. - Земли на всех хватит. Вырастете, размножитесь. У вас же корневая система разная! Нельзя быть такими эгоистами!
  
  
  
  - Финн, - окликнул его Торвальд. - Мы пришли.
  
  
  
  Друид обернулся. Это был молодой человек с задумчивым лицом и спокойными зелёными глазами. Одежда его была сшита из материалов, которые явно росли на деревьях, а не продавались в лавках - мох, листья, какие-то волокна неизвестного происхождения. В волосах торчала травинка, на плече сидел жучок и с интересом разглядывал прибывших.
  
  
  
  - А, - сказал Финн, поднимаясь. - Пришли. Хорошо. А то я тут с этими... - он махнул рукой на кусты, - никак договориться не могу. Один считает, что ему нужно больше солнца, другой - что больше воды. А третий вообще паразит, присосался к корням и тянет соки. Придётся переселять.
  
  
  
  - Ты с кустами разговариваешь? - не удержался Элрик.
  
  
  
  - А с кем ещё? - удивился Финн. - Люди не слушают. Кусты хотя бы молчат, когда им объясняешь. Иногда.
  
  
  
  Элрик хотел спросить ещё что-то, но передумал. Компания собиралась и правда странная. Лысая эльфийка с кинжалами, друид-переговорщик с растениями, воин со своей бородой... И он - маг, у которого магия работает через раз. А ещё говорящий котёл в придачу.
  
  
  
  - Знакомьтесь, - коротко сказал Торвальд. - Это Элрик. Маг. Это Говорун. Котёл. Мага. А это, - он указал на Финна, - друид. Лиру вы уже видели.
  
  
  
  - Приятно познакомиться, - кивнул Финн, окидывая Элрика внимательным взглядом. - Ты случаем не удобрял ничего сегодня?
  
  
  
  - В смысле? - опешил маг.
  
  
  
  - Ну, магией своей. Бывает, не рассчитаешь - и потом растения растут как бешеные. У меня один знакомый чародей неделю не мог из дома выйти - крапива под окнами в три человеческих роста вымахала.
  
  
  
  - Я... э-э-э... я только лягушку пытался превратить, - признался Элрик. - Не удобрял. Вроде.
  
  
  
  - Ну и хорошо, - Финн удовлетворённо кивнул. - А то мне потом разбирайся.
  
  
  
  Лира молча наблюдала за этой сценой, скрестив руки на груди. Выражение её лица не обещало ничего хорошего тому, кто рискнёт спросить про татуировки ещё раз.
  
  
  
  - Так, - Торвальд хлопнул в ладоши. - Все в сборе. Идём в 'Пьяного гоблина'. Там нас должен ждать информатор.
  
  
  
  - 'Пьяный гоблин'? - переспросил Говорун. - Звучит многообещающе.
  
  
  
  - Звучит как место, где можно подцепить какую-нибудь заразу, - буркнула Лира.
  
  
  
  - Или информацию, - философски заметил Торвальд. - Информация там обычно самогонкой пахнет, но бывает полезной.
  
  
  
  Они двинулись по тропинке в сторону тракта. Впереди шагал Торвальд с Говоруном на плече, за ним - Финн, который на ходу что-то шептал деревьям (те, кажется, отвечали, потому что ветки иногда подрагивали в такт). Лира бесшумно скользила где-то сбоку, то появляясь в поле зрения, то исчезая. Элрик плёлся немного сзади, пытаясь одновременно не споткнуться, удержать сумку и не потерять посох, который болтался у него на поясе.
  
  
  
  - И зачем я согласился? Сидел бы сейчас в тепле, грелся у очага, слушал, как череп бормочет... А тут - приключения на одно место, пыль, дорога, неизвестность... - ворчал котёл.
  
  
  
  - Ты же хотел приключений, - напомнил Элрик.
  
  
  
  - Я хотел, чтобы меня ценили! Чтобы относились как к древнему артефакту, а не как к походной кастрюле! А в результате меня тащат по кочкам, и скоро во мне будет не зелье, а болтанка!
  
  
  
  - Потерпи, - утешил его Элрик. - В таверне отдохнём.
  
  
  
  - В таверне, - Говорун тяжко вздохнул. - Интересно, у них там есть нормальная еда? Или опять эта ваша жареная картошка с луком? Я, между прочим, умею варить рагу. Настоящее, с травами. А меня никто не спрашивает.
  
  
  
  - А ты предлагал?
  
  
  
  - А кто меня слушает? Я котёл. Говорящий конечно, но котёл.
  
  
  
  Впереди, за поворотом, показалась дорога. Пыльная, извилистая, уходящая куда-то вдаль, к горизонту, где виднелись крыши деревни и - чуть дальше - тёмная стена леса.
  
  
  
  - Интересно, - вдруг сказал Финн, останавливаясь и принюхиваясь. - Чувствуете?
  
  
  
  - Что? - насторожился Торвальд.
  
  
  
  - Воздух пахнет... приключениями, - загадочно произнёс друид. - И немного жареным луком. Наверное, из таверны.
  
  
  
  - Ты по запаху определяешь приключения? - удивился Элрик.
  
  
  
  - А ты нет? - Финн посмотрел на него с искренним недоумением.
  
  
  
  - Я по запаху определяю только, не подгорело ли зелье, - признался маг. - И то не всегда.
  
  
  
  - У каждого свой талант, - философски заметил Говорун. - Кто-то чувствует приключения носом, кто-то - медными боками. А кто-то вообще ничего не чувствует, кроме собственной важности.
  
  
  
  - Это ты про кого? - насторожился Элрик.
  
  
  
  - Про всех сразу, - уклончиво ответил котёл. - Идём уже. А то провоняете тут своими приключениями.
  
  
  
  И они пошли дальше - странная компания из пяти существ, которым только предстояло узнать, что их ждёт впереди.
  
  
  
  А впереди, за поворотом пыльной дороги, уже виднелась покосившаяся вывеска с изображением гоблина, который явно перебрал эля, и пахло оттуда не только жареным луком, но и приключениями - самыми настоящими, с большой буквы 'П'.
  
  
  
  Глава 3.
  
  
  
  'Пьяный гоблин' оказался именно таким заведением, какие Элрик всегда старательно обходил стороной. Не потому что боялся - просто в таких местах обычно не подавали тот травяной чай, к которому он привык, а настойки, которые там подавали, пахли так, будто их настаивали на носках тролля.
  
  
  
  Вывеска над входом изображала гоблина с неестественно вывернутыми глазами и кружкой в руке. Кружка была явно не первой и, судя по выражению морды гоблина, далеко не последней. Вывеска скрипела на ветру так жалобно, будто просила пощады.
  
  
  
  - Уютненько, - прокомментировал Говорун, который всё ещё болтался на плече у Торвальда. - Пахнет так, словно здесь вчера ночевала армия орков, а утром забыла убрать за собой лошадей. Хотя у орков нет лошадей.
  
  
  
  - Откуда ты знаешь, как пахнет армия орков? - удивился Элрик, морща нос.
  
  
  
  - Я сто лет в башне простоял, но у меня же есть уши в крышке! - возмутился котёл. - Ты каждую пятницу читал мне вслух 'Хронику военных походов Северного тракта'. Глава седьмая, абзац третий: 'и запах от их лагеря стоял такой, что птицы падали на лету'. Я сделал логическое заключение.
  
  
  
  - Ты сделал предположение, - поправила Лира, бесшумно возникая из-за спины Элрика. Маг снова подпрыгнул, но на этот раз хотя бы не выпустил посох. - Идёмте внутрь. Торвальд сказал, информатор ждёт.
  
  
  
  - А ты не заходишь? - спросил Элрик, заметив, что эльфийка остаётся снаружи.
  
  
  
  - Я захожу. Просто вы этого не замечаете. - И она действительно исчезла в дверях так незаметно, что Элрик ещё секунду смотрел на пустое место, пытаясь понять, было это иллюзией или реальностью.
  
  
  
  Внутри таверна оказалась именно такой, как и обещала снаружи: тёмной, прокуренной и наполненной звуками, которые можно было классифицировать как 'смесь храпа, перебранки и звона кружек'. За столами сидели личности настолько подозрительные, что даже тени под ними казались контрабандными.
  
  
  
  - Главное - не привлекать внимания, - шепнул Торвальд, проходя к дальнему столу. - Садимся спиной к стене и лицом к выходу. Финн, перестань разглядывать потолок.
  
  
  
  - Там грибок растёт, - задумчиво ответил друид, не отрывая взгляда от балки под потолком. - Редкий экземпляр. Светящийся. Я таких в нашем лесу не встречал.
  
  
  
  - Вот и оставим его здесь, чтобы не скучал, - Торвальд бесцеремонно усадил Финна на лавку.
  
  
  
  За столом уже кто-то сидел.
  
  
  
  Элрик сначала подумал, что это местный нищий, случайно забредший погреться. Потом - что это часть интерьера, которую забыли вынести. Но когда незнакомец поднял голову, стало понятно: это и есть информатор.
  
  
  
  Выглядел он именно так, как должен выглядеть человек, который продаёт информацию в тёмных тавернах: затравленный взгляд, нервные пальцы, постоянно теребящие край потрёпанного плаща, и такая аура неудачника, что рядом с ним даже Элрик чувствовал себя вершиной успеха и благополучия.
  
  
  
  - Гаррет, - коротко представил его Торвальд, усаживаясь напротив. - Бывший налговый инспектор. Теперь работает на себя. Рассказывай.
  
  
  
  Гаррет нервно оглянулся по сторонам, хотя за их спинами никого не было - ближайшие посетители сидели в трёх столах от них и активно выясняли отношения по поводу карточного долга.
  
  
  
  - Деньги? - спросил он тихим, слегка писклявым голосом.
  
  
  
  - Получишь, когда информация подтвердится, - Торвальд положил на стол небольшой кошель, но руку не убрал. - Говори.
  
  
  
  Гаррет сглотнул. Его глаза бегали так быстро, что за ними невозможно было уследить.
  
  
  
  - Мальчишка. Лет двенадцати. Зовут Сэм. Сирота, жил при храме, подрабатывал у местного аптекаря. Две недели назад исчез. Соседи сказали, видели, как его уводил какой-то тип в чёрном балахоне.
  
  
  
  - Колдун? - уточнила Лира. Она сидела так, что Элрик поклялся бы - ещё секунду назад её здесь не было.
  
  
  
  Гаррет вздрогнул. Ещё бы - когда из пустоты раздаётся голос, это кого угодно напугает.
  
  
  
  - Н-не знаю. Говорят, маг. Или некромант. Кто-то с претензиями. - Он зашептал ещё тише: - Тут такое дело... мальчишка не простой был. У него дар. К деньгам.
  
  
  
  - К деньгам? - переспросил Элрик, забыв, что не должен привлекать внимания. - Это как? Он их притягивал? Находил клады? Печатал фальшивки?
  
  
  
  - Считал, - Гаррет покосился на мага, и в его глазах мелькнуло что-то вроде превосходства человека, который знает то, чего не знают другие. - В уме. Любые цифры. Говорят, мог сложить трёхзначные числа быстрее, чем аптекарь на счётах. И никогда не ошибался.
  
  
  
  За столом повисла тишина.
  
  
  
  - Это... это дар? - осторожно спросил Финн. - У нас в лесу белки так умеют. Орехи считать. Но они не люди.
  
  
  
  - Для налоговиков - дар, - мрачно усмехнулся Гаррет. - Королевская налоговая служба таких ребятишек забирает в свои школы. Учат их считать чужие деньги, вычислять недоимки, находить, где купец схитрил. Лучшие инспектора выходят из таких сирот. Преданные, злые, счёта не боятся.
  
  
  
  - Так его налоговая похитила? - нахмурился Торвальд.
  
  
  
  - Если бы, - Гаррет снова заозирался. - Его украли до того, как налоговая успела. Кто-то другой. Более... шустрый. И теперь налоговая бесится. Они ищут мальчишку, ищут похитителя, ищут всех, кто может быть причастен. А ещё говорят... - он понизил голос до шёпота, - говорят, что за мальчишку назначена награда. И не от налоговой. От кого-то другого.
  
  
  
  - От кого? - Торвальд подался вперёд.
  
  
  
  - Не знаю. Но сумма такая, что охотники за головами со всего королевства уже здесь. И маги из Академии тоже приехали. И ещё какие-то тёмные личности. Все хотят найти парня первыми.
  
  
  
  - А где он сейчас? - спросила Лира таким тоном, будто решала, стоит ли тратить время на эту информацию.
  
  
  
  - Замок старого мага. В Чёрных скалах, - выпалил Гаррет и тут же прикусил губу, словно сказал лишнего.
  
  
  
  Торвальд и Лира переглянулись.
  
  
  
  - Это за Тополиным лесом? - уточнил Финн. - Там же болота. И дух живёт. Древний.
  
  
  
  - Дух живёт, - подтвердил Гаррет. - И замок тот проклят. Вернее, маг тот был проклят. Лет сто назад. Говорят, он пытался заклинание придумать, чтобы налоги не платить, и так увлёкся, что призвал что-то не то. Теперь там нечисто. Но мальчишку держат именно там.
  
  
  
  - Кто держит? - Торвальд не сводил с информатора тяжёлого взгляда.
  
  
  
  - Какой-то некромант. Молодой. Говорят, с придурью, - Гаррет нервно хихикнул. - Из Академии выгнали за неуспеваемость, а он решил, что великий злодей. Снял замок у графа, который тот всё равно продать не мог из-за проклятия, и теперь пытается захватить мир. Или хотя бы разбогатеть. Ему мальчишка нужен, чтобы казну считать. Говорят, он собирается армию нанять. Или поднять с местных кладбищ. Чёрт этих сумасшедших некромантов разберёт.
  
  
  
  - Ясно, - кивнул Торвальд. - Конкуренты кто?
  
  
  
  - Налоговая, - загнул палец Гаррет. - Трое инспекторов и отряд помощников. Маги из Академии - эти вообще по слухам на драконах прилетели. И ещё... - он замялся.
  
  
  
  - И ещё?
  
  
  
  - Ещё одна компания. Не пойму кто. То ли частные детективы, то ли просто наёмники. Но они уже вчера уехали. У них проводник местный.
  
  
  
  Торвальд выругался себе под нос. Борода согласно заколыхалась.
  
  
  
  - Значит, не мы первые.
  
  
  
  - Зато мы - самые красивые! - бодро заявил Элрик, и под столом его кто-то пнул. Судя по скорости - Лира.
  
  
  
  Дверь таверны распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель.
  
  
  
  На пороге стояли трое. В одинаковых серых плащах, с одинаковыми выражениями лиц, не предвещавшими ничего хорошего. На груди у каждого поблёскивал знак - скрещённые перо и меч.
  
  
  
  - Налоговая инспекция! - рявкнул тот, что посередине, высокий и тощий, с лицом человека, который тридцать лет проверяет чужие отчёты и ни разу не нашёл ничего хорошего. - Всем оставаться на местах! Проверка документов!
  
  
  
  В таверне стало тихо. Даже картёжники замерли, прижимая к себе выигрыши.
  
  
  
  Гаррет побелел так, что слился с занавеской у окна.
  
  
  
  - Это за мной, - прошептал он. - Я вчера... в общем, я должен им кое-что... они думают, что я украл документы. А я не крал! Я просто нашёл! И не вернул!
  
  
  
  - Ты идиот, - спокойно констатировала Лира.
  
  
  
  - Я знаю!
  
  
  
  - Тихо, - Торвальд положил руку на топор. - Не дёргаться. Может, пронесёт.
  
  
  
  Не пронесло.
  
  
  
  Инспекторы двинулись между столами, вглядываясь в лица. Тощий вытягивал шею, как голодный журавль, и Элрику показалось, что он видит прямо сквозь стены.
  
  
  
  - Вон тот, в углу, - вдруг сказал один из помощников, указывая на их стол. - Гаррет собственной персоной.
  
  
  
  - Ах ты ж, - выдохнул Гаррет и попытался нырнуть под стол.
  
  
  
  - Стоять! - рявкнул инспектор. - Именем короля и налогового кодекса! Вы арестованы за хищение казённых документов, уклонение от уплаты сборов и подозрение в пособничестве преступникам!
  
  
  
  - Я ничего не крал! - взвизгнул Гаррет, но его уже хватали за шиворот.
  
  
  
  - А ну отпустили, - Торвальд поднялся во весь свой огромный рост. - Он с нами.
  
  
  
  - А вы кто такие? - Инспектор окинул компанию взглядом, полным профессионального презрения. - Банда бродяг? Безработные искатели приключений? Ну-ка, предъявите документы, подтверждающие уплату подоходного налога за последний год!
  
  
  
  Элрик открыл рот. Закрыл. Открыл снова.
  
  
  
  - Понимаете... я маг, я в основном натуральным хозяйством занимаюсь... лягушки там, зелья... налоги... это как бы...
  
  
  
  - Не платил, значит? - Глаза инспектора загорелись недобрым огнём. - Так, все задержаны для выяснения...
  
  
  
  Договорить он не успел.
  
  
  
  Лира даже не встала. Просто взмахнула рукой - и кинжал вонзился в стойку рядом с головой инспектора, вибрируя и поблёскивая лезвием.
  
  
  
  - Следующий попадёт в голову, - спокойно сказала эльфийка. - Отпустите парня и уходите.
  
  
  
  - Вы... вы напали на представителя власти! - заверещал тощий, пятясь назад. - Это... это статья! Это конфискация! Это пожизненное!
  
  
  
  - А это, - Лира достала второй кинжал, - просто жизнь. Короткая, если продолжите орать.
  
  
  
  - Лира, не надо, - Торвальд положил тяжёлую руку ей на плечо. - Мы просто уходим. Спокойно. Без трупов.
  
  
  
  - Я не собираюсь никого убивать, - фыркнула эльфийка. - Просто пугаю.
  
  
  
  - У тебя плохо получается пугать без убийств.
  
  
  
  - У меня отлично получается.
  
  
  
  Финн тем временем подошёл к окну и задумчиво постучал по раме.
  
  
  
  - Дерево гнилое, - сообщил он. - Если кто-то захочет выйти быстро, можно просто надавить. Оно не выдержит.
  
  
  
  - Отлично, - кивнул Торвальд. - Все к окну. Гаррет, тащи свой зад. Элрик, котёл не забудь.
  
  
  
  - Я сам несусь! - возмутился Говорун. - И вообще, я бы с ними поговорил! У меня, между прочим, тоже права есть! Я артефакт, на меня тоже налог надо начислять!
  
  
  
  - Помолчи, - Элрик схватил котёл и рванул к окну.
  
  
  
  Финн надавил на раму. Рама жалобно хрустнула и вывалилась наружу вместе с куском стены.
  
  
  
  - Я же говорил, гнилое, - довольно заметил друид.
  
  
  
  Они вывалились на улицу ровно в тот момент, когда сзади раздался топот - помощники инспектора опомнились и бросились в погоню.
  
  
  
  - Бежим! - рявкнул Торвальд.
  
  
  
  - Куда? - Гаррет озирался в панике.
  
  
  
  - В лес! - Лира уже мчалась к опушке, и через секунду её почти не было видно.
  
  
  
  - А я? А как же я? - Гаррет не успел возмутиться дальше, потому что Торвальд подхватил его одной рукой, перекинул через плечо и припустил за эльфийкой.
  
  
  
  Элрик бежал последним. Сзади гремела погоня, спереди мелькали спины товарищей, а на плече подпрыгивал Говорун и возмущался:
  
  
  
  - И это называется приключение?! Это называется позорное бегство! Где героизм? Где схватка? Где магические дуэли?
  
  
  
  - Магическая дуэль будет, когда я отдышусь! - пропыхтел Элрик, перепрыгивая через корягу. - И когда придумаю, как заколдовать их всех в личинок!
  
  
  
  - В личинок уже было, - напомнил котёл. - Неудачно. Давай лучше в улиток!
  
  
  
  - Улитки же медленные!
  
  
  
  - Это то, что надо, но ты не умеешь!
  
  
  
  - Помолчи!
  
  
  
  Они влетели в лес, и через минуту погоня отстала - Лира выбрала такую тропу, где даже опытные следопыты ломали ноги, не говоря уже о городских инспекторах с их портфелями и бланками.
  
  
  
  - Всё, - Торвальд остановился на небольшой поляне и сгрузил Гаррета на землю. - Передохнём.
  
  
  
  Гаррет сидел на траве, трясущийся и бледный.
  
  
  
  - Спасибо, - выдавил он. - Вы... вы могли не вытаскивать меня.
  
  
  
  - Могли, - согласилась Лира, появляясь из кустов. - Но ты нам нужен. Дорогу к замку покажешь.
  
  
  
  - Я? - Гаррет заморгал. - Я не... я туда не пойду! Там же проклятие! Там некромант! Там...
  
  
  
  - Там награда, - перебил Торвальд. - Или ты хочешь вернуться к налоговикам?
  
  
  
  Гаррет посмотрел на лес, из которого они прибежали, откуда всё ещё доносились крики инспекторов. Потом на компанию, стоящую перед ним. Безумный маг с говорящим котлом. Лысая эльфийка с кинжалами. Друид, который разглядывал муравейник и что-то шептал муравьям. Огромный воин с бородой, в которой что-то шевелилось.
  
  
  
  - А кормить будете? - спросил он обречённо.
  
  
  
  - Будем, - пообещал Элрик. - У нас Говорун отлично варит. Правда, только когда в настроении.
  
  
  
  - Я всегда в настроении, если меня не таскают по кочкам и не роняют! - обиделся котёл.
  
  
  
  Гаррет вздохнул.
  
  
  
  - Ладно. Пойду с вами. Всё равно больше некуда.
  
  
  
  - Вот и славно, - Торвальд хлопнул его по плечу так, что Гаррет едва не врос в землю по пояс. - Знакомься с командой. Завтра выступаем.
  
  
  
  - А сегодня?
  
  
  
  - Сегодня ночуем здесь. Финн, найдёшь место?
  
  
  
  Финн оторвался от муравейника.
  
  
  
  - Тут через пару сотен шагов поляна. Мох мягкий. И родник рядом. - Он помолчал. - Только там заяц живёт. Надо спросить разрешения.
  
  
  
  - Спроси, - кивнул Торвальд. - Если откажет - попроси вежливо.
  
  
  
  - Я всегда вежливо, - обиделся Финн и пошёл вперёд, на ходу переговариваясь с деревьями.
  
  
  
  Элрик посмотрел ему вслед, потом на Лиру, которая уже куда-то исчезла, на Торвальда, проверяющего топор, и на Гаррета, который сидел на земле с видом человека, только что продавшего душу не тому, кому планировал.
  
  
  
  - А знаешь, - сказал он Говоруну, - кажется, у нас получается настоящая команда.
  
  
  
  - Получается, - согласился котёл. - Страшная, как налоговый отчёт, но настоящая. Идём уже, герой. Заяц, наверное, заждался.
  
  
  
  И они пошли поглубже в лес. А сзади, из таверны 'Пьяный гоблин', всё ещё доносились крики инспекторов, которые никак не могли понять, куда подевались их должники. Хозяин таверн кричал громче всех, требуя, чтобы ему возместили ущерб.
  
  
  
  Глава 4.
  
  Лес встретил их настороженной тишиной. Не той тишиной, когда всё хорошо, а той, когда всё вокруг затаилось и наблюдает: что эти странные типы будут делать дальше?
  
  - Здесь будет хорошо, - объявил Финн, останавливаясь посреди небольшой поляны. - Мох мягкий. Родник рядом. Заяц согласен.
  
  - С зайцем разговаривал? - уточнил Гаррет, который всё ещё оглядывался на каждую тень. После побега из таверны он напоминал человека, который только что чудом избежал виселицы и теперь подозревает, что верёвка всё ещё где-то рядом.
  
  - А ты бы не разговаривал, если бы кто-то собирался ночевать на твоей поляне? - Финн посмотрел на него с искренним недоумением.
  
  Гаррет открыл рот, закрыл и отошёл подальше. Подальше от друида, который общается с грызунами.
  
  Торвальд сгрузил поклажу на землю и оглядел поляну хозяйским взглядом.
  
  - Место хорошее. Обзор есть. В случае чего - отходить вон через те кусты. Лира, проверишь периметр?
  
  Лира уже исчезла. То есть она только что стояла, прислонившись к дереву, а в следующую секунду её не стало. Только ветка качнулась, указывая направление.
  
  - Она всегда так? - шёпотом спросил Гаррет у Элрика.
  
  - Я с ней совсем недавно познакомился, - так же шёпотом ответил маг. - Но, кажется, да. Всегда.
  
  - А она знает, где мы?
  
  - Она знает, где все. Это немного пугает.
  
  - Меня уже всё пугает, - признался Гаррет и сел на пенёк с видом человека, который сдаётся судьбе.
  
  Торвальд тем временем достал топор и принялся обтёсывать сухие ветки для костра. Борода его при этом одобрительно шевелилась - она любила, когда хозяин занимался мужской работой.
  
  - Элрик, - позвал воин, - разожги, будь добр?
  
  - Конечно! - Маг аж подпрыгнул от желания быть полезным. - Сейчас! Одно мгновение!
  
  Он торжественно достал посох, принял величественную позу (насколько это было возможно) и начал нараспев:
  
  - О, древние силы, что в недрах земли...
  
  - Только без фанатизма, - предупредил Говорун, которого Элрик оставил на траве. - В прошлый раз ты так 'древние силы' призывал, что у меня внутри полгода серой пахло.
  
  - Это был экспериментальный порошок! - отмахнулся маг. - О, пламя, что дремлет в глубинах веков...
  
  - В глубинах веков дремлют только драконы и налоговые инспекторы, - прокомментировал котёл. - И те и другие просыпаются крайне недовольными.
  
  - Воззови к свету! - Элрик взмахнул посохом, и из его наконечника вырвался тонкий луч... который упёрся в ближайшее дерево и принялся выжигать на коре замысловатые узоры.
  
  - Эй! - возмутился Финн, подбегая к пострадавшему растению. - Ты чего творишь? Оно же живое! Ему больно!
  
  - Ой, - Элрик смущённо опустил посох. - Я немного промахнулся. Я вообще-то в костёр целил.
  
  - В костёр надо дровами целиться, а не магией непонятной, - проворчал Финн, поглаживая обожжённую кору. Дерево жалобно скрипнуло в ответ. - Ничего, потерпи. Он не со зла. Просто дурак.
  
  - Я слышу! - обиделся Элрик.
  
  - А кто ж не слышит? Ты на всю поляну колдуешь, - Финн вздохнул и повернулся к Торвальду. - Давай я лучше мхом разожгу. По-старинке. Без всех этих эпичных манипуляций.
  
  - А я? - Элрик расстроенно опустился на траву. - Я же хотел помочь.
  
  - Ты поможешь, если просто посидишь и ничего не поджигаешь, - раздался голос Лиры из темноты. Эльфийка возникла на поляне так же бесшумно, как исчезла. - Периметр чист. Если не считать трёх испуганных белок и одного ежа, который на меня фыркал.
  
  - Ёж? Фыркал? - удивился Гаррет.
  
  - Он подумал, что я хищник. Пришлось объяснять, что я веган. - Лира говорила это с абсолютно серьёзным лицом.
  
  - А ты веган? - переспросил Говорун.
  
  - Я эльфийка. Мы вообще-то питаемся дарами природы. Или вы не знали? - она посмотрела на котла с вызовом.
  
  - Я знал, - встрял Элрик, пытаясь реабилитироваться. - Эльфы - дети леса! Они едят орехи, ягоды и... и...
  
  - И зайцев, если зайцы наглеют, - закончила Лира таким тоном, что Гаррет немедленно подвинулся подальше от кустов, где подозрительно шевелилось что-то ушастое.
  
  Финн тем временем развёл костёр самым обычным способом - с помощью трута, кресала и недолгих, сосредоточенных усилий. Элрик смотрел на это с таким видом, будто друид занимался чёрнокнижием.
  
  - И всё? - не выдержал он. - Без заклинаний? Без призывов? Без...
  
  - Без, - отрезал Финн. - Огонь - это живое. Его нельзя призывать, как раба. Ему надо дать родиться. - Он подул на тлеющий трут, и пламя благодарно лизнуло сухие ветки. - Видишь? Он сам пришёл. Потому что захотел.
  
  - Глубоко, - протянул Говорун. - Для человека, который пять минут назад спорил с кустом.
  
  - С кустом спорить сложнее, - философски заметил Финн. - У них принципы.
  
  - Ладно, - Торвальд хлопнул в ладоши. - Раз костёр есть, давайте ужинать. Что у нас с провизией?
  
  Гаррет виновато кашлянул.
  
  - Ну... вообще-то... когда мы убегали, я... э-э-э... забыл свою сумку в таверне.
  
  - Забыл? - Торвальд посмотрел на него с высоты своего роста так, что Гаррет стал ниже ростом ещё сантиметров на десять. - Там была еда?
  
  - И документы, - пискнул Гаррет. - Но еда тоже. Немного. Совсем чуть-чуть.
  
  - Документы - это плохо, - констатировала Лира, оттачивая кинжал о камень. Кинжал при этом издавал такой звук, что у Гаррета зубы заныли. - Теперь налоговики знают, кто ты и откуда. Если не знали раньше.
  
  - Знали, - вздохнул Гаррет. - Они всегда знают. Это же налоговая.
  
  - Тогда ладно. - Лира спрятала кинжал. - Еда - хуже. Я голодна.
  
  - Я тоже, - подал голос Финн. - И мох весьма вами недоволен. Он вообще-то рос на этом месте три года, а тут мы пришли и топчем.
  
  - Мох переживёт, - отрезал Торвальд. - А мы, может, и нет, если не поедим. Элрик, у тебя в сумке есть что-то съедобное?
  
  Элрик с готовностью распахнул свою бездонную торбу и начал выкладывать содержимое:
  
  - У меня есть запасные носки... не ешьте, это носки... вот, склянка с зельем невидимости (просрочено, но пить можно)... сушёные корешки, я их для зелий собирал, но в принципе они и так съедобные... кажется... половник... ещё одни носки... вот! - Он торжественно извлёк на свет божий засохший бутерброд. - Бутерброд с сыром! Неделю назад сделал, забыл съесть.
  
  Команда уставилась на бутерброд. Бутерброд, покрытый благородной плесенью необычного фиолетового оттенка, гордо лежал на ладони мага и, кажется, даже немного светился.
  
  - Это что, сыр? - недоверчиво спросил Гаррет.
  
  - Был, - уточнил Говорун. - Теперь это биологическое оружие.
  
  - Фиолетовая плесень, - задумчиво протянул Финн, приближаясь. - Редкая. Я такую видел однажды на пне в Забытом лесу. Она светилась и пела. Правда, потом тот пень провалился под землю.
  
  - Наверное, от стыда, - буркнул котёл. - Ладно, давайте сюда свои припасы. Раз уж я здесь, придётся из этого кошмара что-то варить.
  
  - Ты будешь варить? - удивился Элрик. - Ты же всегда говоришь, что ты древний артефакт, а не кухонная утварь.
  
  - Я передумал. Я - многогранный артефакт. Могу и варить, если от этого зависит, будем мы есть или смотреть, как вы жуёте носки.
  
  - Носки мы не едим, - обиделся Элрик.
  
  - Пока не едим, - многозначительно поправила Лира.
  
  Друид тем временем насобирал где-то грибов, Торвальд нашёл у себя в сумке кусок вяленого мяса и пару луковиц, а Лира молча положила на мох горсть диких ягод, собранных неизвестно где и когда.
  
  - Это не отравленные? - осторожно спросил Гаррет, разглядывая ягоды.
  
  - Если бы я хотела тебя отравить, ты бы уже не спрашивал, - спокойно ответила эльфийка.
  
  Гаррет решил больше не спрашивать.
  
  Процесс приготовления ужина в Говоруне оказался зрелищем завораживающим. Котёл пыхтел, ворчал, требовал то убавить огонь, то добавить, то помешать, то не сметь мешать, потому что 'я сам знаю, когда мне помешивать надо'.
  
  - Я не кастрюля какая-нибудь базарная, - возмущался он, когда Элрик попытался заглянуть внутрь. - У меня свои температурные режимы! Отойди, не дыши!
  
  - Чем я дышу? - не понял маг.
  
  - Ты дышишь скептицизмом! Это портит букет!
  
  - У супа есть букет?
  
  - У моего супа - есть! У тебя, между прочим, ничего, кроме бутерброда с плесенью, нет!
  
  - Ребята, - подал голос Финн, сидевший на пеньке и перебирающий травинки, - а вы заметили, что мы все здесь странные?
  
  - Заметили, - в один голос ответили Торвальд, Лира и Говорун.
  
  - Нет, я серьёзно, - продолжил друид. - Воин с бородой, которая живёт своей жизнью. Маг, который не может разжечь костёр без помощи пафосной магии. Эльфийка без волос, которая ест ягоды, но пугает ежей. Котёл, который умнее всех нас, вместе взятых. И бывший налоговый инспектор, который боится собственной тени.
  
  - Я не бывший, - обиделся Гаррет. - Я... в бегах. Это временно.
  
  - Временно или постоянно, а тень твоя действительно боится, - заметил Говорун. - Я видел, как она от тебя шарахнулась, когда мы в лес заходили.
  
  - Она не шарахалась! Она... у неё просто форма такая!
  
  - Ага. Испуганная форма тени. Редкий экземпляр.
  
  Гаррет хотел возразить, но в этот момент суп в котле булькнул так аппетитно, что все разговоры прекратились сами собой.
  
  Запах поплыл над поляной такой, что даже деревья, кажется, зашевелили ветками, принюхиваясь. Финн что-то зашептал своему мху - наверное, утешал, что пахнет вкусно, но мох не получит, потому что мох ест только дождевую воду и философию.
  
  - Готово, - объявил Говорун тоном фокусника, который только что достал кролика из шляпы, в которой кролика быть не могло. - Разбирайте.
  
  Ужин оказался... волшебным. Именно так - другого слова не подобрать. Грибы, найденные Финном, в сочетании с мясом Торвальда, ягодами Лиры и экспериментальным бутербродом Элрика (который Говорун, поворчав, всё же добавил 'для пикантности') создали нечто настолько вкусное, что даже вечно недовольная эльфийка закрыла глаза и замерла на минуту, просто наслаждаясь.
  
  - Это... - начала она.
  
  - Знаю, - перебил Говорун. - Я гениален. Можете не благодарить.
  
  - Я и не собиралась, - открыла глаза Лира. Но в её голосе впервые за весь день не было металла.
  
  - А что я говорил? - Элрик сиял, уплетая суп прямо из котла (Говорун возмущался, но не сильно). - Команда - это сила! Вместе мы горы свернём!
  
  - Горы сворачивать не надо, - поморщился Торвальд. - Там налоговая, наверное, уже засады ставит. Нам мальчишку найти надо, а не горы ворочать.
  
  Они доели, помыли котёл в ручье (Говорун ворчал, что мытьё портит его благородную патину, но тёплая вода ему явно нравилась), и начали устраиваться на ночлег.
  
  - Я в первый дозор, - Лира поднялась и отряхнула штаны. - Торвальд, через четыре часа сменишь?
  
  - Давай через три, - кивнул воин. - Ты сегодня много бегала.
  
  - Я всегда много бегаю. - И эльфийка растворилась в темноте, даже ветка не качнулась.
  
  На поляне воцарилась тишина, нарушаемая только треском костра и тихим бормотанием Финна, который уговаривал мох не обижаться на то, что на нём будут спать.
  
  Финн улёгся первым - прямо на мох, что-то ласково шепча ему. Торвальд пристроил топор под рукой и закрыл глаза. Элрик ворочался, пытаясь устроиться поудобнее, но то корень под боком, то кочка, то Говорун ворчит, что его поставили на неровное.
  
  - Гаррет, ты спать-то будешь? - сонно пробормотал Элрик. - Завтра рано вставать.
  
  - Сейчас, - отозвался Гаррет. - Ещё посижу немного. Не привык я так рано.
  
  - Как хочешь. - Элрик зевнул и провалился в сон.
  
  Гаррет сидел на пеньке и смотрел в темноту. Костёр догорал, угли мерцали красным, бросая пляшущие тени на спящих. Где-то в глубине леса ухнула сова. Ей ответила другая.
  
  Он смотрел долго. Очень долго. Сначала на костёр, потом на спящих, потом снова на костёр. А потом - на тропинку, которая уходила в лес, в темноту, в неизвестность.
  
  - Три шага, - шепнул он себе. - Всего три шага, и я свободен. Эти сумасшедшие меня не остановят. Я сам по себе. Я всегда сам по себе.
  
  Он осторожно поднялся. Никто не шевельнулся. Торвальд похрапывал, зажимая бороду кулаком. Элрик что-то бормотал во сне про процесс принятия магических реалий. Финн улыбался и гладил мох. Говорун стоял у костра тёмным молчаливым шаром, поблёскивая медными боками.
  
  Гаррет сделал шаг. Второй. Третий.
  
  Край поляны. Кусты. Темнота. Он обернулся в последний раз - на спящих, на костёр, на эту странную компанию, которая зачем-то его спасла, накормила и почему-то доверяла.
  
  - Дураки, - выдохнул он. - Круглые дураки. Разве можно доверять человеку, который только что пытался вас сдать налоговикам?
  
  Кусты сомкнулись за его спиной.
  
  И он побежал.
  
  Он бежал так быстро, как только мог, петляя между деревьями, перепрыгивая через коряги, не разбирая дороги. Сердце бешено колотилось. Ветки хлестали по лицу. Он задыхался, но бежал. Подальше от этой безумной компании, от налоговиков, от проклятого мальчишки, от всего на свете. Ветки обдирали кожу, корни норовили подставить подножку, но он бежал, до тех пор, пока в боку невыносимо не закололо.
  
  - Свобода, - выдохнул он, останавливаясь через пять минут бега, чтобы перевести дух. - Я...
  
  Он огляделся.
  
  Вокруг был лес. Тот же самый лес, из которого он только что выбежал. Или не тот же? Гаррет покрутился на месте. Слева дерево с дуплом. Справа - дерево с корявым суком. Прямо - куст, очень знакомый куст, который он перепрыгнул минуту назад.
  
  - Так, - сказал он вслух. - Спокойно. Я просто... просто запетлял. Сейчас разберусь.
  
  Он выбрал направление - то, которое показалось ему правильным - и пошёл. Через пять минут он вышел к тому же самому дереву с дуплом.
  
  - Не может быть, - прошептал Гаррет. - Это какое-то колдовство.
  
  Он выбрал другое направление. Через три минуты он наткнулся на тот самый куст.
  
  - Твою ж... - выдохнул он и сел прямо на землю. - Лес. Обычный лес. Как я мог заблудиться в обычном лесу?
  
  В ответ - тишина. Только ветер шумит в кронах, да где-то далеко ухает сова.
  
  Гаррет поднялся, отряхнулся и побрёл наугад. Через десять минут он вышел к поляне. К той самой поляне. С костром. И спящими.
  
  Он остановился возле старого дуба, глядя на тлеющие угли, на тёмные фигуры, на мерцающие бока Говоруна.
  
  - Ну уж нет, - прошептал он и снова нырнул в лес.
  
  История повторилась. Трижды. Четырежды. Пять раз он уходил в темноту, и пять раз лес возвращал его обратно, как нашкодившего котёнка, которого выкинули за дверь, а он всё равно прибежал домой греться.
  
  На шестой раз Гаррет просто сел на траву у того самого дуба и уставился на костёр.
  
  - Сдаюсь, - тихо сказал он в темноту. - Лес, ты победил. Я больше не буду.
  
  Лес ничего не ответил. И тогда Гаррет, обессиленный, побрёл поближе к спящим.
  
  Он подошёл к костру, подбросил пару веток в тлеющие угли, сел на своё место и расстроенно посмотрел на всех.
  
  - Идиоты, - прошептал он без злости. - Надо же было так вляпаться. И меня впутать.
  
  Говорун вдруг чуть приподнял крышку и глянул на него одним медным боком.
  
  - Набегался? - тихо спросил он.
  
  - Ты не спишь? - удивился Гаррет.
  
  - Я котёл. Я вообще не сплю. Я дремлю. - Крышка опустилась. - Ложись давай. Завтра рано вставать. И больше не бегай. Тут лес умный. Он таких, как ты, не выпускает.
  
  - Почему?
  
  - Потому что ты теперь свой. - И Говорун замолчал, не желая больше обсуждать такие сложные материи.
  
  Гаррет ещё долго сидел у костра, глядя на огонь. Потом лёг, подложив под голову куртку, и закрыл глаза.
  
  Костерок весело потрескивал, звёзды кружились над поляной, а лес тихо шумел где-то на границе сна и яви, охраняя покой своей странной, нелепой, но уже почти родной команды.
  
  
  
  
  
  Глава 5.
  
  
  
  Элрик проснулся оттого, что в ухо кто-то дышал. Не просто дышал, а настойчиво так, с присвистом, будто пытался продуть засорившуюся трубу.
  
  
  
  - А-а-а! - маг подскочил, запутался в собственной робе и грохнулся обратно на мох, приложившись затылком о что-то твёрдое. - Кто? Что? Где? Дракон?
  
  
  
  - Какой дракон? - Говорун, стоящий рядом, приподнял крышку и окинул мага недовольным взглядом. - Это я дышу. Вернее, пытаюсь. У тебя ухо забилось?
  
  
  
  - Чем?
  
  
  
  - Собственной гениальностью, судя по храпу, - фыркнул котёл. - Вставай давай. Тут такое дело...
  
  
  
  - Какое? - Элрик потёр ушибленный затылок и сел, щурясь на утреннее солнце, которое уже вовсю заливало поляну.
  
  
  
  - Гаррет ночью сбежать пытался.
  
  
  
  - Чего? - Элрик мигом проснулся окончательно и завертел головой. Бывший инспектор лежал возле пенька, свернувшись калачиком. И вид у нго был такой несчастный, будто его только что заставили съесть все запасы носков Элрика. - В смысле пытался? А почему он тогда здесь?
  
  
  
  - А потому что лес умный, а Гаррет - не очень, - Говорун издал звук, подозрительно похожий на ехидное хихиканье. - Он полночи по кустам бегал, а выходил всё к той же поляне. Я считал. Шесть раз.
  
  
  
  - Мне кажется, он от твоей вчерашней стряпни бежал. Или вообще, ты за ним по кустам ходил? Может он по нужде бегал? Главное теперь в те же кусты не заходить, - заулыбался своей шутке маг.
  
  
  
  - Это посягательство на мою священную стряпню! Останешься у меня без завтрака сегодня. Я тебе говорю, сбежать он хотел. Лира может подтвердить, - от возмущения бока у котла стали немного краснее.
  
  
  
  - Шесть говоришь? - переспросил Торвальд, появляясь из-за кустов с охапкой хвороста. - Мог бы и больше блуждать. Темно, лес, да и местность незнакомая. Я бы тоже потерялся.
  
  
  
  - Давай не прибедняйся вояка. Ты в молодости, наверное, не хуже меня следопытом был, - буркнула Лира, которая сидела на ветке ближайшего дерева и наблюдала за ними сверху. - Гаррет, вставай. Разговор есть.
  
  
  
  Гаррет с трудом поднялся и уселся на пенёк. Вид у него был такой, будто он уже мысленно попрощался с жизнью и теперь дожидается только оформления документов.
  
  
  
  - А где Финн? - спохватился Элрик, оглядывая поляну.
  
  
  
  - Тут я, - голос друида донёсся из-за толстого ствола старого дуба. - С мхом разговариваю. Он на Гаррета обиделся.
  
  
  
  - Мох? Обиделся? На Гаррета? - Элрик почувствовал, что сегодня утром он явно в ударе. - Эй, Говорун, точно остатками твоей стряпни весь мох загадил!
  
  
  
  Котёл обиженно забулькал и демонстративно отвернулся от мага.
  
  
  
  - Хватит, Элрик! Тут у растений трагедия - их вытоптать пытались! - Финн высунул голову из-за дерева и посмотрел на Гаррета с укором. - Мох, между прочим, очень чувствительный. Он тут три года рос, никого не трогал, а этот пришёл и давай вытаптывать. И не просто вытаптывать, а с паникой! С топотом! С криками 'куда же вы, проклятые сосны, подевались!'
  
  
  
  - Я не кричал, - подал голос Гаррет.
  
  
  
  - Шестой раз кричал, - возразил Финн. - И очень громко. Дуб до сих пор в шоке. Говорит, за сто лет такого не слышал, даже когда мимо караван с пьяными гномами проходил.
  
  
  
  Гаррет обречённо уставился в небо.
  
  
  
  - Ладно, - Торвальд опустил хворост на землю и уселся напротив бывшего инспектора. Топор он положил рядом - так, для удобства. Чисто психологического. - Рассказывай.
  
  
  
  - Что рассказывать? - Гаррет попытался изобразить непонимание, но вышло плохо. Очень плохо. У него даже уши покраснели.
  
  
  
  - Почему пытался сбежать, - спокойно пояснила Лира, спрыгивая с ветки. Спрыгнула она абсолютно бесшумно, хотя ветка находилась метрах в трёх от земли, и приземлилась прямо напротив Гаррета. - И куда, собственно, направлялся.
  
  
  
  - Я... ну... - Гаррет заёрзал на пеньке. - Понимаете... я подумал... вы же сами видите, я вам не помощник. Я не воин, не маг, не друид, и даже не котёл говорящий. Я просто бывший инспектор, который влип в неприятности. Я буду вас тормозить. Я...
  
  
  
  - Ты будешь тормозить нас здесь и сейчас своим нытьём, - перебила Лира таким тоном, что Гаррет мгновенно заткнулся. - Вопрос не столько в том, почему ты хотел уйти. Вопрос в том, куда ты собирался идти.
  
  
  
  - Я... не знаю, - честно признался Гаррет. - Просто подальше. Чтобы налоговая не нашла. Чтобы вы не впутывали меня в свои безумные авантюры. Чтобы...
  
  
  
  - Чтобы снова оказаться в той же таверне через три дня с пустым кошельком и очередными долгами, - закончил за него Торвальд. - Я таких как ты, Гаррет, видел много. Бегунков. Которые думают, что если сменить место своего пребывания, то проблемы сами рассосутся. Такого не бывает. Проблемы - они как репейники: к одной шкуре прицепились, с другой слезут только если их вычесывать.
  
  
  
  - Философично, - одобрил Говорун. - У тебя борода, случаем, диплом по психологии не прячет?
  
  
  
  - Прячет, - невозмутимо ответил Торвальд. - Гаррет, давай по-хорошему: выкладывай всё, что знаешь про мальчишку, про некроманта и про замок. Без утайки. И тогда мы решим, что с тобой делать.
  
  
  
  - А если не расскажу? - с вызовом спросил Гаррет, хотя вызов этот был примерно как у котёнка перед разъярённым ротвейлером.
  
  
  
  - Тогда мы оставим тебя здесь, - пожала плечами Лира и слегка пнула его вбок. - С мхом. Который на тебя обижен. И с дубом, который в шоке. И с Финном, который будет учить тебя понимать язык растений, пока ты не извинишься перед каждым травинок за вытоптанную поляну.
  
  
  
  - Я лучше расскажу, - быстро согласился Гаррет.
  
  
  
  Финн, вышедший наконец из-за дерева, выглядел слегка разочарованным.
  
  
  
  - Жаль, - вздохнул он. - Я уже хотел показать ему, как правильно просить прощения у одуванчиков. Это очень трогательный ритуал. Надо лечь на землю и...
  
  
  
  - Финн, не сейчас, - остановил его Торвальд. - Кто такой мальчик?
  
  
  
  Бывший инспектор глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Солнце поднималось всё выше, лес просыпался, где-то застрекотала сорока, словно тоже готовилась слушать захватывающую историю.
  
  
  
  
  
  - Понятия не имею.
  
  
  
  Лира шагнула ближе и нахмурила брови.
  
  
  
  - Честно! - Гаррет вскинул руки. - Я правда не знаю. Никто не знает. Он появился ниоткуда примерно год назад. Просто возник в одной деревне на севере, посадил у дороги семечко, полил его из фляги, и через час на ветках вместо листьев висели золотые монеты.
  
  
  
  - Час? - переспросил Финн, оживляясь. - Это невозможно. Даже самое быстрорастущее дерево не даёт плодов раньше, чем через три-четыре месяца. А золотые монеты - это вообще не плоды, это руда, ей нужно перегоняться через...
  
  
  
  - Финн, - перебила Лира. - Не сейчас.
  
  
  
  - Но это же с точки зрения ботаники...
  
  
  
  - Потом.
  
  
  
  Друид обиженно замолчал и принялся гладить мох у своих ног, явно жалуясь ему на несправедливость мира.
  
  
  
  - Дальше, - кивнул Торвальд.
  
  
  
  - Дальше слух разнёсся быстрее, чем пожар в сухой траве, - продолжил Гаррет. - Крестьяне хотели, чтобы он посадил деревья у них в огородах. Купцы хотели купить его с потрохами. Налоговая... - он сглотнул, - налоговая хотела его посадить. В прямом смысле. На цепь. И заставить работать на казну.
  
  
  
  - А тёмные маги?
  
  
  
  - А тёмные маги хотели того же, но без отчислений в бюджет. - Гаррет криво усмехнулся. - Я, знаете ли, в своё время пересекался с разными людьми. И маги, которые хотят захватить мир, - они, в общем-то, не такие уж плохие заказчики. Платят исправно. Но если речь идёт о бесконечном источнике золота... тут даже демоны в очередь выстроятся.
  
  
  
  - Демоны? - Элрик навострил уши. - Настоящие?
  
  
  
  - А ты каких хотел? - хмыкнул Говорун. - Ты с элементарным огнём договориться не можешь, а туда же - демонов ему подавай.
  
  
  
  - Я вообще-то дипломированный специалист по взаимодействию с потусторонними сущностями!
  
  
  
  - Где диплом?
  
  
  
  - Дома на полке.
  
  
  
  - Или в печке?
  
  
  
  - В печке! Точнее, в печке с лягушкой, но это долгая история.
  
  
  
  - Заткнитесь оба, - устало произнесла Лира и присела на корточки перед Гарретом. - Ты сказал, что мальчика похитили. Кто?
  
  
  
  Гаррет замялся.
  
  
  
  - Это... это сложно.
  
  
  
  - А ты представь, что мы тупые, и объясни просто, - посоветовал Торвальд, поглаживая бороду. Борода согласно закивала - или это ветер?
  
  
  
  - Есть один маг, - неохотно выдавил Гаррет. - Живёт в горах, в старой башне. Раньше был обычным волшебником, но потом... ну, вы знаете, кризис, налоги выросли, цены на ингредиенты подскочили... В общем, он решил, что проще воскресить мёртвых, чем платить за живых помощников.
  
  
  
  - Экономист, - понимающе кивнул Говорун. - Это диагноз.
  
  
  
  - И при чём тут мальчик?
  
  
  
  - При том, что, по слухам, он его и похитил. Хочет посадить в подвал и заставить штамповать золото день и ночь. А поскольку мальчик, кажется, не очень-то любит, когда его заставляют, маг, говорят, применил какую-то тёмную магию, чтобы его разум помутить.
  
  
  
  - То есть мы идём спасать мальчика, который, возможно, уже не помнит, кто он такой, от мага-некроманта-экономиста? - подытожил Элрик.
  
  
  
  - Именно.
  
  
  
  - А налоговая?
  
  
  
  - А налоговая, - Гаррет понизил голос до шёпота, - налоговая тоже знает про эту башню. И если маг не заплатил налоги за последние лет пятьдесят, то у них есть законное право провести опись имущества. Включая мальчика.
  
  
  
  - Как это - включая мальчика? - возмутился Финн. - Он же человек, а не имущество!
  
  
  
  - Для налоговой все - имущество, - горько усмехнулся Гаррет. - Я сам такие бумаги подписывал. 'Единица податного населения'. Звучит красиво, а по факту - рабство, только с печатью и учётом в реестре.
  
  
  
  - А конкуренты? - напомнила Лира. - Те, кто ещё ищет?
  
  
  
  - Понятия не имею, - признался Гаррет. - Может, просто охотники за головами. А может, тайная служба короля. Или вообще кто-то из магической гильдии, кто хочет заполучить мальчика для своих экспериментов. Вариантов много. Но то, что мы не одни - это точно.
  
  
  
  Он замолчал и посмотрел на команду. Команда молчала, переваривая информацию.
  
  
  
  - Значит, так, - Торвальд поднялся, отряхивая штаны. - Ситуация ясна. У нас есть мальчик с уникальным даром, некромант-бухгалтер, который хочет этот дар использовать, налоговая, которая хочет этот дар контролировать, и неизвестные конкуренты, которые хотят этот дар... ну, тоже хотят. Наша задача - добраться до замка первыми и вытащить парня.
  
  
  
  - А потом? - спросил Элрик.
  
  
  
  - А потом разберёмся, - отрезал Торвальд. - Может, спрячем. Может, в город отведём. Может, Финну в лес отдадим, чтобы деревья растил.
  
  
  
  - Я не против, - оживился друид. - У нас в лесу как раз не хватает золотых деревьев. Красиво будет. И белки обрадуются.
  
  
  
  - Белки - золотым листьям? - усомнился Говорун.
  
  
  
  - Белки всему радуются, если орехи есть, - отмахнулся Финн. - А золото они не едят, так что экосистеме ничего не грозит.
  
  
  
  - Ладно, - Лира спрятала кинжал и посмотрела на Гаррета. - С тобой пока вопрос решён. Остаёшься.
  
  
  
  - А если я снова... ну... - Гаррет замялся.
  
  
  
  - А если снова, - ласково улыбнулась эльфийка. Улыбка у неё была такая, что Гаррет мгновенно вспотел. - То я лично прослежу, чтобы ты заблудился в лесу так надолго, что твои внуки будут рассказывать легенды о дедушке, который ушёл за горизонт и не вернулся.
  
  
  
  - Я понял, - быстро кивнул Гаррет. - Остаюсь. Насовсем. До конца.
  
  
  
  - Умница, - похлопала его по плечу Лира и отвернулась.
  
  
  
  Элрик наблюдал за этой сценой с открытым ртом. Ему показалось, что воздух вокруг эльфийки на секунду стал холоднее на несколько градусов.
  
  
  
  - Она всегда так... убедительно угрожает? - шёпотом спросил он у Торвальда.
  
  
  
  - Всегда, - так же шёпотом ответил воин. - И ни разу не повторялась. У неё фантазия богатая. И опыт большой.
  
  
  
  - А откуда у неё... - Элрик кивнул на лысую голову эльфийки, но Торвальд так зыркнул, что маг мгновенно пожалел о недосказанном.
  
  
  
  - Не твоего ума дело, - отрезал воин. - И вообще, собираемся. Завтракаем и в путь. До замка ещё топать и топать.
  
  
  
  - У меня остатки ужина на завтрак. - оживился Говорун. - Я, между прочим, вчера весь вечер старался, а вы пожрали и даже спасибо не сказали.
  
  
  
  - Спасибо, - хором ответили Элрик, Торвальд и даже Лира.
  
  
  
  - Другое дело, - смягчился котёл. - Давайте остатки вчерашнего разогрею. Только без глупостей, Элрик. Никакой магии рядом со мной. У меня от твоей магии букет портится.
  
  
  
  - А у меня от твоих замечаний самооценка портится, - обиженно буркнул маг, но посох отложил подальше.
  
  
  
  Завтрак прошёл в удивительно мирной обстановке. Гаррет сидел тише воды ниже травы и даже помог Финну собрать съедобные корешки, которые друид находил с завидной регулярностью прямо под ногами. Лира молча жевала ягоды и поглядывала на восток, где за лесом виднелись смутные очертания скал. Торвальд доедал остатки вчерашнего супа прямо из котла, не обращая внимания на возмущённые вопли Говоруна, что 'так не культурно' и 'ложку бы взял, дикарь'.
  
  
  
  - А что это за скалы там? - спросил Элрик, проследив за взглядом эльфийки.
  
  
  
  - Грозный перевал, - ответил Торвальд, не отрываясь от еды. - За ним замок. Наш клиент.
  
  
  
  - Красиво, - мечтательно протянул маг. - Мрачно. Таинственно. Прямо как в балладах о древних героях.
  
  
  
  - В балладах обычно не пишут, что в таких замках водятся некроманты с бухгалтерским образованием и зомби с хроническим недосыпом, - заметил Говорун. - И что герои перед походом обычно не путают жабьи лапки с лягушачьими.
  
  
  
  - Это было один раз! - возмутился Элрик.
  
  
  
  - Тридцать пять, - поправил котёл. - Я вёл учёт.
  
  
  
  - Ты не умеешь вести учёт!
  
  
  
  - Я котёл говорящий. Я всё умею.
  
  
  
  - А может, он и правда древний артефакт? - подал голос бывший налоговый инспектор, который с интересом прислушивался к перепалке. - Я видел в отчётных ведомостях, бывают такие. Котлы судьбы. Или Чаши истины.
  
  
  
  - Я - Котёл истины, - важно подтвердил Говорун. - Истина в том, что Элрик - гениальный маг, но совершенно бесполезный в быту.
  
  
  
  - Спасибо, - обиделся Элрик.
  
  
  
  - Пожалуйста, - кивнул котёл. - Я всегда говорю правду. Это моё призвание.
  
  
  
  - Я думал, твоё призвание - зелья варить, - удивился Финн.
  
  
  
  - И это тоже. Я многогранен. - Говорун довольно поблескивал на солнце начищенными боками. - Ладно, добрый день, герои. Пора в путь. А то мы тут расселись, а мальчишка там, в замке, сидит, золото растит для злобного бухгалтера.
  
  
  
  - Точно, - спохватился Торвальд. - Подъём. Финн, сворачивай лагерь. Лира, разведка. Элрик, котёл мне на плечо. Гаррет, не отставать.
  
  
  
  - А я что делать должен? - спросил Гаррет.
  
  
  
  - Думать, - коротко ответил Торвальд. - Ты бывший налоговый. У некроманта бухгалтерские наклонности. Вдруг пригодится твой опыт.
  
  
  
  Гаррет хотел возразить, что его опыт сейчас полезен только для того, чтобы прятаться от налоговой, но передумал. В конце концов, в этой безумной компании его хотя бы не били и кормили. А это уже больше, чем он имел за последние полгода самостоятельной жизни.
  
  
  
  Они собрались быстро - сказалась армейская привычка Торвальда к сборам и полное отсутствие у Элрика вещей, которые нельзя было бы запихнуть в бездонную сумку. Лира ушла вперёд и пропала из виду через три секунды. Финн на прощание что-то долго шептал мху - видимо, успокаивал и обещал вернуться.
  
  
  
  - А мох правда понимает? - спросил Гаррет, когда они вышли на тропу.
  
  
  
  - Правда, - кивнул Финн. - И помнит. Так что если ещё раз надумаешь сбегать, я попрошу его задержать тебя корнями. Мох, конечно, не дерево, но ухватить может крепко. И щекотно.
  
  
  
  - Щекотно? - переспросил Гаррет, представив эту картину.
  
  
  
  - Очень, - серьёзно ответил друид. - Я проверял. Однажды на спор просидел на мху три часа. Потом полдня икал от смеха.
  
  
  
  Гаррет решил, что в этой компании лучше просто делать, что говорят, и не задавать лишних вопросов.
  
  
  
  Они углублялись в лес, оставляя позади поляну с обиженным мхом, а впереди уже маячили скалы - чёрные, мрачные, обещающие приключения. Или неприятности. Или и то и другое сразу.
  
  
  
  - Слушай, Говорун, - негромко спросил Элрик, когда они шли по тропе. - А ты правда Котёл истины?
  
  
  
  - Правда, - так же негромко ответил котёл и подмигнул. - Только истина обычно никому не нравится. Так что я предпочитаю просто варить зелья и ворчать. Так спокойнее.
  
  
  
  - А какая истина? Ну, самая главная?
  
  
  
  Говорун помолчал. Потом приподнял крышку и сказал:
  
  
  
  - Истина в том, Элрик, что ты намного лучше, чем сам о себе думаешь. И команда у нас подобралась - один к одному. Странная, нелепая, но настоящая. И если мы этого мальчишку не спасём, то кто?
  
  
  
  Элрик открыл рот, но ничего не сказал. Просто улыбнулся и пошёл дальше, чувствуя, как на душе становится теплее, даже несмотря на утреннюю прохладу.
  
  
  
  
  
  Глава 6.
  
  
  
  Команда после ночного привала передвигалась на удивление бодро. Солнце пробивалось сквозь листву золотыми лучами, птицы заливались на все лады, а Гаррет, получивший на завтрак двойную порцию, даже начал насвистывать какой-то незамысловатый мотивчик.
  
  
  
  - И чего это он развеселился? - подозрительно спросил Говорун, балансируя на плече у Торвальда. - Вчера ночью бегал от нас как ошпаренный, а сегодня свистит. Подозрительно.
  
  
  
  - Человек осознал, - философски заметил Финн, разглядывая муравьиную тропу. - Принял свою судьбу. Это как с одуванчиком: сначала он сопротивляется, когда его срывают, а потом понимает, что стал частью букета и надо просто красиво стоять в вазе.
  
  
  
  - Я не одуванчик, - обиделся Гаррет, но свистеть перестал.
  
  
  
  - И не в вазе, - добавил Элрик, споткнувшись о корень, который, кажется, специально вылез ему под ноги. - Мы вообще-то идём. И букетом нас назвать сложно. Скорее, гербарием.
  
  
  
  - Гербарий - это собрание засушенных растений, - подал голос Финн. - Мы не засушенные. Мы вполне себе сочные. Особенно ты, Элрик, после вчерашнего супа.
  
  
  
  - Это комплимент?
  
  
  
  - Это констатация факта, - важно ответил друид.
  
  
  
  Тропа постепенно расширялась, выводя путников на настоящий тракт - правда, довольно запущенный. Когда-то здесь, судя по остаткам каменной кладки, была приличная дорога, но теперь камни растащили на постройки местные крестьяне, а колею размыло дождями.
  
  
  
  - Странно, - Лира появилась из кустов так внезапно, что Гаррет подпрыгнул и наступил на ногу Элрику. - Впереди что-то не так.
  
  
  
  - Что именно? - Торвальд мгновенно насторожился и положил руку на топор.
  
  
  
  - Я не знаю, - эльфийка прищурилась, вглядываясь вдаль. - Воздух... другой. Трава... не такая. Даже тени падают как-то не так.
  
  
  
  - Тени всегда падают в сторону, противоположную источнику света, - авторитетно заявил Элрик, который совсем недавно прочитал в своей книге целый раздел по основам физики для начинающих магов. - Это элементарно.
  
  
  
  - Солнце слева, - терпеливо объяснила Лира, - а тени от тех деревьев падают налево. Физика дала сбой.
  
  
  
  - А может, это деревья такие особенные? - предположил Гаррет. - Я слышал, в некоторых лесах всё не так, как у людей.
  
  
  
  - Это не лес, - Финн, до этого молчавший, вдруг замер с закрытыми глазами. - То есть лес, но не совсем. Здесь всё... старше. Гораздо старше. Деревья помнят такое, что мне и не снилось. Мох молчит, а это плохой знак. Мох всегда говорит, если ему есть что сказать.
  
  
  
  - Может, обойдём? - с надеждой спросил Гаррет.
  
  
  
  - Нельзя, - отрезал Торвальд. - Это самая короткая дорога к перевалу. Если пойдём в обход, потеряем дня три. Налоговая нас опередит.
  
  
  
  - Налоговая нас опередит, - эхом повторил Элрик, стараясь придать голосу побольше решимости. Получилось не очень - голос слегка дрожал. - Так что идём прямо. Что нам какой-то странный лес? Мы команда! Мы...
  
  
  
  - Мы вляпаемся, - закончил за него Говорун. - Я это нутром чую. А нутро у меня медное, чувствительное. Но вы идите, конечно. Я только котёл, кто ж меня слушает.
  
  
  
  - Я слушаю, - обиделся Элрик. - Всегда слушаю. Просто не всегда делаю выводы.
  
  
  
  - В этом и проблема.
  
  
  
  Они двинулись дальше, и чем глубже уходили в лес, тем больше странностей было вокруг.
  
  
  
  Сначала дорога просто перестала быть дорогой - она превратилась в едва заметную тропинку, которая извивалась между деревьями так хитро, словно пыталась запутать саму себя. Потом начались цветы.
  
  
  
  Они росли повсюду - невероятных расцветок, с лепестками, переливающимися всеми цветами радуги. Но самое странное было не в этом. Цветы пели.
  
  
  
  - Это... это нормально? - прошептал Гаррет, когда мимо них проплыла мелодия, явно исходившая от фиолетового колокольчика.
  
  
  
  - Для нормального леса - нет, - так же шёпотом ответил Финн. - Для этого - возможно. Я слышал легенды о таких местах. Здесь живёт Дух Леса. Древний. Очень древний. Он любит, когда красиво.
  
  
  
  - А он не опасен?
  
  
  
  - Если понравишься - нет. Если нет... - Финн замялся. - Ну, деревья тут вечные. Может, просто постоишь пару сотен лет с корнями из ног. Ничего страшного.
  
  
  
  - С корнями из ног? - переспросил Элрик.
  
  
  
  - И руками-ветками. Очень удобно - птицы будут прилетать, гнёзда вить. Весело.
  
  
  
  - Он шутит? - Гаррет обернулся к Торвальду.
  
  
  
  - Не знаю, - честно ответил воин. - Я Финна в таких местах никогда не видел. Он вообще первый раз из своего леса вышел.
  
  
  
  - Вышел, - подтвердил друид. - Но это не значит, что я перестал понимать растения. А растения тут... странные. Они меня не слушаются.
  
  
  
  - Совсем?
  
  
  
  - Совсем. - Финн выглядел растерянным. - Для друида это как для рыбы оказаться на суше. Я слышу их, понимаю, но они... они выше меня. Старше. Им плевать на мои просьбы.
  
  
  
  - Ого, - присвистнул Говорун. - Если уж природа не слушается того, кто с ней разговаривает, значит, мы точно влипли.
  
  
  
  Тропинка сделала ещё один поворот, и они вышли на поляну.
  
  
  
  Это было самое красивое место, которое Элрик видел в своей жизни. Огромная, залитая мягким золотистым светом поляна, посреди которой росло дерево - невероятных размеров, с кроной, уходящей высоко в небо, с ветвями, усыпанными листьями всех возможных оттенков зелёного. Вокруг дерева кружились светлячки, хотя был день, и откуда-то доносилась тихая, едва слышная музыка.
  
  
  
  - Красиво, - выдохнул Элрик. - Почему мы это дерево издалека не увидели? Оно же здоровенное!
  
  
  
  - Слишком красиво, - нахмурилась Лира. - В природе не бывает такой идеальной красоты.
  
  
  
  - В природе бывает всякое, - раздался голос. Он шёл отовсюду и ниоткуда одновременно - мягкий, чуть насмешливый, с хрустальным звоном, словно кто-то перебирал струны арфы. - Просто вы редко смотрите в нужную сторону.
  
  
  
  Из-за дерева вышло существо.
  
  
  
  Оно было то ли человеком, то ли деревом, то ли облаком утреннего тумана. Высокое, стройное, с кожей, переливающейся зелёным и серебряным. Вместо волос - тонкие ветви с молодыми листочками. Глаза - два озера, в которых отражались звёзды, даже несмотря на солнечный день.
  
  
  
  - Дух, - выдохнул Финн и, не сговариваясь, опустился на одно колено. - Древний Хранитель этого леса.
  
  
  
  - Встань, малыш, - улыбнулось существо. Голос его звучал как шелест листвы и журчание ручья одновременно. - Ты свой. Из наших. Правда, очень молодой. И очень далеко от дома.
  
  
  
  - Я... я с друзьями, - Финн поднялся, но вид у него был такой благоговейный, будто он встретил божество. Впрочем, возможно, так оно и было.
  
  
  
  - Вижу. - Дух обвёл взглядом компанию. Взгляд его задержался на Торвальде, скользнул по Гаррету, на мгновение замер на Лире и остановился на Элрике. Вернее, на Говоруне, который болтался у воина на плече.
  
  
  
  - О, - сказал Дух с непередаваемой интонацией. - Давно я не видел таких, как ты.
  
  
  
  - Я уникальный, - без ложной скромности заявил Говорун. - Котёл с характером. А вы, значит, местное начальство? Лесной царь? Хранитель чащи? Древесный повелитель?
  
  
  
  - Говорун! - зашипел Элрик, дёргая котёл за ручку. - Ты чего? Это же... это же...
  
  
  
  - А что я? Я вежливо спрашиваю, - возмутился котёл. - Между прочим, мы в гостях. Надо знать, с кем имеем дело. Этикет, знаете ли.
  
  
  
  Дух рассмеялся - и смех его был подобен весеннему ливню, барабанящему по молодым листьям.
  
  
  
  - Забавный. Давно у меня не было забавных гостей. Все приходят с мечами и магией, просят силы, богатства, бессмертия. А вы... вы просто идёте куда-то. И котёл у вас говорящий. Это здорово подкупает.
  
  
  
  - Мы вообще-то мальчика спасаем, - встрял Элрик, сочтя момент подходящим для демонстрации благородных намерений. - Некромант похитил. Золото заставляет растить. А мы...
  
  
  
  - Я знаю, - мягко перебил Дух. - Я знаю всё, что происходит в моём лесу. И за его пределами - тоже много чего знаю. Мне птицы новости приносят. Мальчик с даром. Мальчик, который может вырастить жизнь из камня. Мальчик, которому нужна семья.
  
  
  
  - Вы его видели? - встрепенулся Торвальд.
  
  
  
  - Видел. Он проходил здесь. С тем, кто его украл. Мальчик плакал. Некромант его утешал. Обещал золотые горы. Буквально.
  
  
  
  - Некромант утешал? - удивился Гаррет. - Он же...
  
  
  
  - Он не злой, - покачал головой Дух. - Просто глупый и жадный. Самое опасное сочетание. Злой хотя бы знает, зачем творит зло. А глупый и жадный творит его просто так, по недомыслию. И страдают от этого все.
  
  
  
  - Философично, - одобрил Говорун. - Мне нравится. Вы, случаем, не родственник тому дубу, который вчера обиделся на Гаррета?
  
  
  
  - Дуб - мой дальний родственник, - улыбнулся Дух. - Он рассказал. Очень эмоционально. Гаррет, тебе стоит извиниться перед мхами. Они обидчивые.
  
  
  
  - Я... я извинюсь, - пообещал Гаррет, чувствуя себя полным идиотом. - Если выберемся.
  
  
  
  - Выберетесь. - Дух посмотрел на него долгим взглядом. - Если не будете убегать. Лес таких не любит. Лес любит тех, кто остаётся. Или тех, кто идёт до конца.
  
  
  
  Он перевёл взгляд на Лиру, и выражение его лица изменилось. Стало мягче, печальнее.
  
  
  
  - А ты, дитя, - тихо сказал он. - Подойди ко мне. Ты носишь на себе следы чужой боли. И своей тоже.
  
  
  
  Лира напряглась. Рука её потянулась к кинжалу.
  
  
  
  - Не надо, - остановил её Дух. - Я не враг. Я просто вижу. Ты потеряла то, что было твоей гордостью. И винишь себя.
  
  
  
  - Это не ваше дело, - глухо ответила эльфийка.
  
  
  
  - Всё в моём лесу - моё дело, - мягко возразил Дух. - Особенно те, кто страдает. Иди сюда.
  
  
  
  Лира не двинулась с места. Тогда Дух шагнул к ней сам - и прикоснулся к её гладко выбритой голове длинными, чуть светящимися пальцами.
  
  
  
  - Ты прокляла себя сама, - прошептал он. - Решила, что волосы - это наказание за то, что не уберегла близких. Но они не вернутся от твоей боли. А ты останешься без того, что могло бы тебя украсить.
  
  
  
  - Меня не нужно украшать, - огрызнулась Лира, но голос её дрогнул.
  
  
  
  - Знаю. Ты воин. Ты следопыт. Ты сильная. Но сильным тоже нужно иногда позволять себе быть красивыми. - Дух улыбнулся. - Хочешь, я верну тебе волосы?
  
  
  
  Вся поляна замерла. Даже светлячки перестали кружиться.
  
  
  
  - Что? - выдохнула Лира.
  
  
  
  - Я верну тебе волосы, - повторил Дух. - Это в моей власти. Но будут условия.
  
  
  
  - Какие? - Голос эльфийки звучал странно - в нём впервые появилось что-то, похожее на надежду.
  
  
  
  - Ты должна будешь улыбнуться. По-настоящему. Не той усмешкой, которой пугаешь врагов, а просто улыбнуться - от счастья. Хотя бы раз.
  
  
  
  - Это... это условие?
  
  
  
  - Это проверка, - пояснил Дух. - Я должен убедиться, что ты готова принять дар. Что внутри тебя ещё осталось место для радости. Иначе волосы снова выпадут - и уже навсегда.
  
  
  
  Лира молчала долго. Так долго, что Элрик заёрзал, Гаррет начал перебирать пальцами край плаща, а Торвальд кашлянул в кулак.
  
  
  
  - Я не знаю, смогу ли, - наконец сказала Лира тихо-тихо. - Я не улыбалась... давно.
  
  
  
  - Я знаю, - кивнул Дух. - Но, может быть, эта компания - именно то, что тебе нужно, чтобы вспомнить, как это делается. Посмотри на них. Маг, который не умеет колдовать, но упрямо лезет спасать мальчишку. Воин с бородой, в которой прячется половина его души. Друид, который разговаривает со мхом. Бывший налоговик, который боится собственной тени, но всё равно идёт с вами. И котёл. Говорящий котёл с чувством собственного достоинства размером с этот лес. Разве такая компания не заслуживает хотя бы одной улыбки?
  
  
  
  Лира обвела взглядом команду. Торвальд смущённо почёсывал бороду. Элрик улыбался во весь рот, явно гордый тем, что его назвали упрямым. Финн кивал, соглашаясь с характеристикой про мох. Гаррет пытался спрятаться за Торвальда, но выглядывал оттуда с любопытством. Говорун гордо поблёскивал боками.
  
  
  
  И она улыбнулась.
  
  
  
  Слабо, неуверенно, всего на секунду - но улыбнулась. Уголки губ дрогнули, и в глазах мелькнуло что-то тёплое.
  
  
  
  - Ого, - выдохнул Элрик. - Ты умеешь!
  
  
  
  - Заткнись, - автоматически ответила Лира, но без обычной злости.
  
  
  
  Дух кивнул, удовлетворённый, и снова прикоснулся к её голове. На мгновение пальцы его засветились ярче, и по поляне разнёсся тихий звон - словно тысячи крошечных колокольчиков запели хором.
  
  
  
  А потом у Лиры начали расти волосы.
  
  
  
  Это было похоже на магию. Впрочем, это и была магия. Тонкие серебристые волоски вылезли из кожи, закрывая татуировки. Это напоминало лёгкий пушок, который появляется у детёнышей
  
  
  
  - Ох, - сказала она тихо. И провела рукой по коротким волосам. И улыбнулась снова - уже шире, уже настоящей.
  
  
  
  - И это всё? - удивлённо воскликнул котёл. - Почему такие короткие?
  
  
  
  - Они будут становиться длиннее с каждым радостным моментом твоей жизни, - заулыбался Дух. - Но есть и обратный эффект. Волосы начнут выпадать, когда у тебя тяжко на душе.
  
  
  
  - Красиво, - выдохнул Финн, глядя на голову Лиры. - Очень красиво. Как ива у ручья.
  
  
  
  - Как лунный свет на воде, - добавил Элрик, который вдруг вспомнил, что он вообще-то поэт в душе.
  
  
  
  - Как налоговый отчёт, оформленный с нарушениями, - вставил Гаррет и тут же прикусил язык под взглядом Лиры. - Прости. Я не то хотел сказать. Очень красиво. Честно.
  
  
  
  - Я знаю, - Лира провела рукой по волосам ещё раз, и в глазах её блестели слёзы. - Спасибо, - сказала она Духу.
  
  
  
  - Не за что, дитя. Ты заслужила. - Дух повернулся к остальным. - А вы идите. Вас ждут. Мальчик ждёт. И помните: в моём лесу вы всегда будете желанными гостями. Если, конечно, не будете обижать мхи.
  
  
  
  - Мы не будем, - пообещал Гаррет и добавил, обращаясь к ближайшему мху: - Извини меня, пожалуйста. Я больше не буду.
  
  
  
  Мох, кажется, довольно зазеленел.
  
  
  
  - И ещё, - Дух взглянул на Говоруна. - Ты, котёл. Ты не просто артефакт. Ты нечто большее. Когда-нибудь ты поймёшь, что именно. А пока - береги своих. У них есть привычка вляпываться в неприятности.
  
  
  
  - Это я знаю, - вздохнул Говорун. - Присматриваю за магом. Уже пятнадцать лет. Иногда кажется, что я ему не котёл, а нянька.
  
  
  
  - Это призвание, - улыбнулся Дух. - Иди.
  
  
  
  Они пошли дальше. Лес расступался перед ними, давая дорогу, цветы пели уже не просто мелодии, а целые симфонии, а Лира всё трогала и трогала свои волосы, не в силах поверить, что они снова с ней.
  
  
  
  - Слушай, - тихо спросил Элрик у Финна, когда поляна скрылась за деревьями. - А что это было? Он кто вообще?
  
  
  
  - Дух леса, - ответил друид. - Самый настоящий. Такие редко показываются людям. Говорят, их осталось всего несколько во всём мире. Он мог нас убить одним движением, если бы захотел. А он просто... помог.
  
  
  
  - Почему?
  
  
  
  - Потому что мы настоящие, - вмешался Говорун. - Потому что мы не просили силы и богатства. Потому что мы просто шли своей дорогой и не пытались никого обмануть. Таких, как мы, в этом мире мало. Духи это ценят.
  
  
  
  - И потому что ты ему понравился, - добавила Лира, и в голосе её звенело что-то новое - лёгкое, почти счастливое. - Ты и твоё нахальство. Он таких любит.
  
  
  
  - Я не нахальный, - обиделся Говорун. - Я принципиальный. Это разные вещи.
  
  
  
  - Конечно, - улыбнулась Лира. - Конечно.
  
  
  
  Они вышли на нормальную дорогу - широкую, утоптанную, с указателем, на котором было написано: 'До Грозного перевала - 3 дня пути. До ближайшей таверны - полдня'. Указатель слегка покачивался на ветру и, кажется, подмигивал.
  
  
  
  - Ну что, - Торвальд поправил топор и оглядел команду. - Идём?
  
  
  
  - Идём, - ответили все хором.
  
  
  
  И пошли. А сзади, за их спинами, тихо шумел древний лес, в котором остался Дух, подаривший эльфийке её улыбку и волосы. И если прислушаться, можно было различить в этом шуме тихий смех - добрый, чуть насмешливый, как у старого деда, который смотрит на внуков и радуется, что они выросли такими, какие есть.
  
  
  
  - Говорун, - вдруг сказала Лира, когда они отошли достаточно далеко.
  
  
  
  - А?
  
  
  
  - Спасибо. За то, что сказал ему про меня.
  
  
  
  - Я ничего не говорил, - удивился котёл.
  
  
  
  - Сказал. Тем, что просто был собой. Он это увидел. И я... - она запнулась. - Я, кажется, поняла, что он имел в виду.
  
  
  
  - Что именно?
  
  
  
  - Что настоящие - это те, кто не притворяется ни кем другим. - Лира провела рукой по волосам. - Такие, как есть.
  
  
  
  Говорун помолчал. Потом приподнял крышку и сказал:
  
  
  
  - Ты же настоящая, Лира. Даже когда была лысой. Просто теперь это смотрится менее странно.
  
  
  
  
  
  Глава 7.
  
  
  
  - Я чувствую запах цивилизации, - объявил Говорун, втягивая воздух через приоткрытую крышку. - Пахнет навозом, жареным луком и разочарованием. Мы приближаемся к городу.
  
  
  
  - Это называется 'аромат жизни', - поправил Элрик, который с утра пребывал в поэтическом настроении. - Люди трудятся, торгуют, обмениваются энергией...
  
  
  
  - Он говорит обмениваются энергией, - фыркнул котёл. - Я тебе больше скажу: они обмениваются деньгами, товарами и сплетнями. И последнее - самое ценное, если мы хотим узнать, где сейчас налоговая и кто ещё охотится за мальчишкой.
  
  
  
  Торвальд, шагавший впереди, согласно кивнул. Борода его сегодня была особенно пышной - видимо, уловила близость населённого пункта и решила немного прихорошиться.
  
  
  
  - Говорун прав. В город зайдём, припасов купим, лошадь присмотрим. И послушаем, о чём народ судачит.
  
  
  
  - Лошадь? - оживился Элрик. - А можно мне белую? Чтобы как у настоящих героев из баллад! На белом коне, с развевающимся плащом...
  
  
  
  - С развевающимися носками из твоей сумки? - уточнил Говорун. - И с посохом, который стреляет не туда? Зрелище будет эпичным.
  
  
  
  - Ты просто завидуешь, что у тебя нет гривы, - обиделся маг.
  
  
  
  - У меня есть ручки. Это практичнее.
  
  
  
  - Ручки не развеваются.
  
  
  
  - Зато ими можно тебя стукнуть, если что.
  
  
  
  Лира, шедшая чуть поодаль, вдруг остановилась и принюхалась. Волосы на её голове - пока ещё короткие, но уже заметные - поблескивали на солнце.
  
  
  
  - Город рядом. Слышу шум. И... - она поморщилась, - ...и чувствую запах налоговой. Бумаги, чернила и страх. Много страха.
  
  
  
  Гаррет, услышав это, попытался спрятаться за Торвальда, но воин слишком много нёс поклажи, чтобы за ним можно было скрыться полностью.
  
  
  
  - Может, я тут подожду? В лесу? - жалобно предложил бывший инспектор. - Посижу с Финном, мхом подышу...
  
  
  
  - Не-а, - отрезала Лира. - Ты идёшь с нами. Будешь нашей легендой.
  
  
  
  - Чьей легендой?
  
  
  
  - Прикрытием. Если что - ты снова инспектор, мы - твои задержанные. Никто не заподозрит.
  
  
  
  - А если меня узнают? Там же указ читали! Я преступник!
  
  
  
  - Был преступник, - поправил Торвальд. - Теперь ты - ценный кадр, внедрённый в преступную среду с особо важным заданием. Если будешь вести себя уверенно, никто и не подумает проверять.
  
  
  
  - Я не умею вести себя уверенно! - пискнул Гаррет.
  
  
  
  - Тогда просто молчи и делай страшное лицо, - посоветовал Говорун. - У тебя хорошо получается, когда ты что-то в уме считаешь. Очень убедительно.
  
  
  
  Гаррет хотел возразить, но передумал и просто нахмурился, пытаясь изобразить суровость. Получилось так, будто у него внезапно разболелся зуб.
  
  
  
  - Ладно, сойдёт, - махнула рукой Лира. - Пошли.
  
  
  
  ---
  
  
  
  Городок Приреченск оказался именно таким, каким и должен быть типичный городок: грязноватым, шумным и невероятно колоритным. Дома здесь лепились друг к другу, как испуганные овцы, кривые улочки петляли так хитро, что даже указатели, казалось, сомневались в правильности направлений, а центральная площадь гудела как растревоженный улей.
  
  
  
  - Красота, - выдохнул Элрик, с восхищением оглядываясь по сторонам. - Столько людей! Столько жизни! Вон там, смотрите, женщина продаёт пирожки! А там - кузнец! А там...
  
  
  
  - А там гоблин, который пытается впарить доверчивому крестьянину 'чудодейственное средство от всех болезней', - перебил Говорун. - И крестьянин, кажется, верит. Элрик, не смотри туда. Я тебя знаю. Ты сейчас побежишь знакомиться.
  
  
  
  - Я просто хочу посмотреть! Это же профессиональный интерес!
  
  
  
  - У тебя нет профессионального интереса к мошенникам. У тебя есть личная симпатия к таким же чудакам, как ты сам.
  
  
  
  - Говорун, ты несправедлив!
  
  
  
  - Я справедлив. И очень голоден. Торвальд, когда будем есть?
  
  
  
  - Сначала дело, - отрезал воин, оглядывая толпу настороженным взглядом. - Лира, видишь что-то подозрительное?
  
  
  
  - Всё подозрительное, - спокойно ответила эльфийка. - Но налоговиков пока не видно. Или они хорошо прячутся.
  
  
  
  - Они всегда хорошо прячутся, - мрачно буркнул Гаррет. - Это их работа. Засады, слежка, внезапные проверки... я до сих пор вздрагиваю, когда слышу слово 'отчётность'.
  
  
  
  - А что такое отчётность? - поинтересовался Финн, который с любопытством разглядывал бревенчатые стены домов и явно пытался мысленно пообщаться с древесиной.
  
  
  
  - Это когда ты должен объяснить, куда делись деньги, - вздохнул Гаррет. - А они всегда деваются непонятно куда. Особенно если ты их потратил.
  
  
  
  - Как вода в песок, - понимающе кивнул друид. - У нас в лесу тоже так. Ручей течёт, течёт, а потом раз - и ушёл под землю. И никто не знает, куда. Потом вырастают грибы. Деньги тоже растут грибами?
  
  
  
  - Не растут, - Гаррет покачал головой. - Деньги вообще нигде не растут. Они только исчезают.
  
  
  
  - Странный у вас мир, - заключил Финн и вернулся к изучению домов.
  
  
  
  ---
  
  
  
  Базарная площадь бурлила и переливалась красками, словно живое существо. Торговцы горланили так, что закладывало уши, зазывалы цепляли прохожих за рукава, выкрикивая цены и обещания, а в воздухе висела такая густая смесь запахов, что даже невозмутимый Торвальд пару раз чихнул.
  
  
  
  - Сюда! - скомандовал он, заметив свободное место у фонтана в центре площади. - Собираемся здесь через час. Кто куда - но чтоб без глупостей. Элрик, не покупай ничего у подозрительных личностей. Лира, не убивай никого, очень прошу. Финн, не разговаривай с растениями, которые явно не хотят разговаривать. Гаррет, держись ближе к нам и не делай резких движений. Вопросы?
  
  
  
  - А можно мне к гоблинам? - спросил Элрик, сияя как начищенный самовар. - Мне очень нужно! Для зелий! Там наверняка продаются редкие ингредиенты!
  
  
  
  - Можно, - сдался Торвальд. - Но Говоруна возьми. Он хоть присмотрит, чтоб ты не вляпался.
  
  
  
  - Я сам присмотрю! - возмутился Элрик, но котёл уже перепрыгнул к нему на плечо.
  
  
  
  - Пойдём, гений. Развлечёмся. Заодно посмотрим, какие чудеса творятся на этом базаре.
  
  
  
  Они нырнули в толпу, и Элрик мгновенно почувствовал себя рыбой в аквариуме. Вернее, не рыбой, а скорее щенком, который впервые попал на скотный двор: столько всего интересного, столько запахов, столько людей, и все что-то продают!
  
  
  
  - Смотри, Говорун, вон там - амулеты на удачу!
  
  
  
  - Фальшивка, - тут же определил котёл. - Краска свежая, камни стёкла, а удачей там и не пахнет. Идём дальше.
  
  
  
  - А вон - зелья! Настоящие зелья!
  
  
  
  - Настойка из крапивы и подкрашенная вода. Если выпьешь - максимум живот прихватит. Никакой магии.
  
  
  
  - Всё ты знаешь, - нахмурился Элрик.
  
  
  
  - Я всё вижу, - поправил Говорун. - Пятнадцать лет с тобой - научишься отличать подделку от настоящего. Ты же сам ходячая катастрофа в мире магии, а искренне считаешь себя великим чародеем. После такого любой циник вырастет.
  
  
  
  - Ты мне льстишь, - смутился маг.
  
  
  
  - Это не лесть, это диагноз.
  
  
  
  Они прошли ещё немного, лавируя между прилавками и толпой, пока Элрик вдруг не замер как вкопанный.
  
  
  
  Перед ним стоял гоблин.
  
  
  
  Не просто гоблин, а гоблин мечты - с хитрыми глазками, длинными пальцами, унизанными кольцами, и таким выражением морды, которое яснее всяких слов говорило: 'Я тебя сейчас разведу, мил-человек, и ты ещё спасибо скажешь'.
  
  
  
  На прилавке перед ним красовались диковинные предметы: светящиеся шары, перья невиданных птиц, засушенные лапки неизвестных существ и - вот это Элрика и остановило - пузырёк с жидкостью, внутри которой плавали крошечные золотые искорки.
  
  
  
  - Что это? - выдохнул маг, приближаясь.
  
  
  
  Гоблин окинул его быстрым оценивающим взглядом и понял: клиент созрел.
  
  
  
  - О, почтеннейший! - затараторил он, потирая руки. - Вы, я вижу, человек знающий, с пониманием магических тонкостей! Это же редчайший экземпляр! Слёзы феникса! Самые настоящие! Всего три капли - и любое зелье становится легендарным!
  
  
  
  - Слёзы феникса? - Элрик просиял. - Но фениксы же не плачут! Они сгорают и возрождаются!
  
  
  
  - Вот именно! - подхватил гоблин, ничуть не смутившись. - А перед тем как сгореть, они плачут! От счастья, что скоро возродятся! Или от горя - тут я не уточнял. Но слёзы настоящие! Видите, как светятся?
  
  
  
  - Вижу, - кивнул Элрик, заворожённо глядя на пузырёк.
  
  
  
  - Не смей, - прошипел Говорун ему в ухо. - Это подделка. Светятся потому, что он туда светлячков перетёр и золотой пыльцы добавил.
  
  
  
  - Ты просто не веришь в чудеса! - отмахнулся маг.
  
  
  
  - Я верю в факты. А факты говорят, что этот гоблин - тот самый тип, который впарил тебе 'драконью чешую' пять лет назад. Помнишь? Которая оказалась гоблинскими бородавками?
  
  
  
  Элрик на мгновение задумался. Действительно, гоблин показался ему смутно знакомым.
  
  
  
  - Но тогда у него был чешуйчатый плащ! - возразил он.
  
  
  
  - Плащ сменил, методы те же, - отрезал Говорун. - Отойди от прилавка, пока не поздно.
  
  
  
  Гоблин, заметив, что клиент колеблется, усилил натиск:
  
  
  
  - Для такого уважаемого мага, как вы, - сделаю особую цену! Всего пять золотых! Это же почти даром! С такими слёзами вы сможете создать зелье бессмертия! Ну, или хотя бы зелье от перхоти. Тоже полезно!
  
  
  
  - Оно и от перхоти помогает? - оживился Элрик, непроизвольно почесав голову.
  
  
  
  - Элрик! - грозно шепнул Говорун так, что маг подпрыгнул. - Мы уходим. Немедленно.
  
  
  
  - Но...
  
  
  
  - Это приказ котла, имеющего право голоса! И вообще, я на тебя обижусь и полгода буду варить только горькие зелья!
  
  
  
  Маг тяжело вздохнул, с сожалением посмотрел на пузырёк и поплёлся за Говоруном прочь.
  
  
  
  - Жаль, - пробормотал он. - Такие красивые искорки...
  
  
  
  - Искорки у тебя в голове, - буркнул котёл. - И не только искорки. Там целый фейерверк наивности. Оглянись лучше по сторонам. Вон там, кажется, Гаррет с ума сходит.
  
  
  
  Гаррет действительно стоял у позорного столба в центре площади - точнее, не у самого столба, а в тени навеса, где обычно собирались бездельники и зеваки. Но смотрел он не на столб, а на глашатая, который, взобравшись на деревянный помост, разворачивал большой свиток и готовился вещать.
  
  
  
  - Слушайте все! - гаркнул глашатай зычным голосом. - Указ Его Величества короля и Высшего Налогового Совета!
  
  
  
  Толпа мгновенно притихла. Налоговые указы в этом королевстве любили и боялись примерно одинаково - как грозу, которая может и громыхнуть, и молнией приложить.
  
  
  
  - Разыскивается особо опасный преступник! - продолжил глашатай. - Бывший налоговый инспектор Гаррет Скользкий, обвиняемый в хищении казённых документов, подлоге, уклонении от уплаты сборов и незаконном использовании служебного положения в корыстных целях!
  
  
  
  Гаррет, услышав своё имя, побледнел так, что даже веснушки на носу стали незаметны.
  
  
  
  - Приметы: маленького роста, тощий, глаза бегающие, нос длинный, характер трусливый, - вещал глашатай. - Особые приметы: при задержании пытается спрятаться, юлить и перекладывать вину на других. Награда за поимку - сто золотых!
  
  
  
  Толпа одобрительно загудела. Сто золотых - сумма серьёзная.
  
  
  
  - И ещё, - добавил глашатай, заглядывая в свиток, - предупреждение: преступник может находиться в компании подозрительных личностей: человека без волос, гигантского мужчины с густой бородой, человека в странной робе и живого котла. При обнаружении - немедленно сообщить властям!
  
  
  
  - О, - сказал Говорун, который вместе с Элриком как раз подошёл поближе. - Про меня тоже упомянули. Я польщён.
  
  
  
  - Тебе лишь бы в сводки попасть! - зашипел на него Элрик. - Надо уходить! Сейчас же!
  
  
  
  - Стоять, - раздался за спиной тихий, но властный голос Лиры. - Не дёргаться. Бежать - значит признать вину.
  
  
  
  - А мы виноваты? - пискнул Гаррет.
  
  
  
  - Ты - да. Остальные - по подозрению в плохой компании, - эльфийка оглядела площадь быстрым взглядом. - Смотрите. Нас уже заметили.
  
  
  
  Действительно, в толпе мелькнули серые плащи - те самые, что они видели в таверне. Трое инспекторов пробирались сквозь народ, явно высматривая что-то - или кого-то.
  
  
  
  - Спокойно, - Торвальд возник рядом с ними как из-под земли. - Идём к прилавку с овощами. Делаем вид, что выбираем морковку. Гаррет, прикройся капюшоном и не отсвечивай.
  
  
  
  - У меня нет капюшона! - простонал Гаррет.
  
  
  
  - Тогда прикройся мной, - буркнул воин и встал так, чтобы полностью заслонить бывшего инспектора своей могучей спиной.
  
  
  
  - А я? - спросил Элрик. - Что мне делать?
  
  
  
  - Будь собой, - посоветовал Говорун. - То есть придурковатым магом, который разглядывает товары. На фоне такой легенды мы точно не вызовем подозрений.
  
  
  
  - Это комплимент?
  
  
  
  - Это тактическое решение.
  
  
  
  Они медленно двинулись к овощным рядам, стараясь не привлекать внимания. Лира скользнула в тень и исчезла - через секунду её уже никто не мог найти. Финн, заметив суету, подошёл к ближайшему прилавку и увлечённо заговорил с продавщицей о качестве её петрушки.
  
  
  
  А Элрик... Элрик в очередной раз доказал, что быть собой для него - самая опасная стратегия.
  
  
  
  - О! - воскликнул он, заметив прилавок с магическими безделушками. - Смотрите, накопительные кристаллы! Настоящие! Надо проверить!
  
  
  
  И прежде чем Говорун успел его остановить, маг рванул к прилавку, чуть не сбив с ног какую-то толстую торговку.
  
  
  
  - Здравствуйте! - радостно объявил он продавцу - низенькому человечку с хитрыми глазками. - А кристаллы правда копят магическую энергию?
  
  
  
  - Правда, правда, - закивал тот. - Вот этот, например, забирает всю накопленную силу сразу. Хотите проверить?
  
  
  
  - Хочу! - Элрик схватил кристалл и крепко сжал в кулаке.
  
  
  
  - Элрик, не надо, - простонал Говорун.
  
  
  
  Но было поздно. Кристалл, который на самом деле был обычным куском кварца, вдруг засветился и заговорил голосом, подозрительно напоминающим самого продавца:
  
  
  
  - Осторожно! Сзади вас трое в серых плащах! Они ищут вас!
  
  
  
  Элрик обернулся.
  
  
  
  Прямо за его спиной стояли инспектора. И смотрели прямо на него.
  
  
  
  - Это... это кристалл сказал! - выпалил маг, пятясь назад. - Я ничего не знаю! Я просто покупатель! Честный налогоплательщик!
  
  
  
  - Ага, - протянул старший инспектор - самый тощий, с лицом, не предвещавшим ничего хорошего. - А я, значит, должен поверить? Ты, дружок, очень похож на описание. Странная роба, живой котёл...
  
  
  
  - Я не живой, я просто утварь. Кухонная! - быстро сказал Говорун и демонстративно замолчал.
  
  
  
  - Он просто котёл, - закивал Элрик. - Обычный. Молчаливый. Ничего не говорит. Вообще.
  
  
  
  Инспектор прищурился.
  
  
  
  - А ну-ка, предъявите документы. И котла тоже. На говорящие артефакты нужна лицензия.
  
  
  
  - На него нет лицензии, - ляпнул Элрик и тут же прикусил язык.
  
  
  
  - Так, - инспектор сделал знак своим помощникам. - Задержать для выяснения...
  
  
  
  Договорить он не успел. Потому что в этот момент прямо над площадью раздался оглушительный треск, и с неба на головы изумлённой толпы посыпались... листовки.
  
  
  
  Сотни, тысяч листовок кружились в воздухе, падая на прилавки, на головы торговцев, в корзины с овощами и прямо в руки ошарашенных горожан.
  
  
  
  'ГРАНДИОЗНАЯ РАСПРОДАЖА В ЛАВКЕ ЧУДЕС ГНОМА БРУНО! ВСЁ ПО ДВЕ ЦЕНЫ! СПЕШИТЕ! ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!'
  
  
  
  - Что за... - выдохнул инспектор, сбивая с головы листовку.
  
  
  
  А через секунду на площадь ворвался небольшой отряд гномов с огромными мешками, и начался форменный хаос. Гномы разбрасывали товары, кричали, зазывали, толкались, и в этой суматохе инспекторов просто смело людской волной.
  
  
  
  - Бежим! - скомандовал возникший рядом Торвальд, подхватывая Элрика за шиворот.
  
  
  
  - А как же кристалл? - жалобно спросил маг, но его уже тащили прочь. - Я его не отдал...
  
  
  
  Они нырнули в узкий переулок, потом в другой, потом перелезли через какой-то забор и вывалились на тихую улочку, где стояла лишь одинокая телега с сеном и дремала лошадь.
  
  
  
  - Всё, - выдохнул Торвальд, отпуская Элрика. - Кажется, оторвались.
  
  
  
  - Я же говорил, - Говорун наконец позволил себе заговорить. - Нельзя тебя одного оставлять. Ты даже кристалл не смог нормально опробовать!
  
  
  
  - Он сам заговорил! - возмутился Элрик.
  
  
  
  - Он заговорил, потому что продавец был иллюзионистом и понял, что ты лох! Это же элементарно!
  
  
  
  - Тише, - шикнула Лира, появляясь из-за угла. - Гаррет где?
  
  
  
  Гаррета не было.
  
  
  
  - Он был с нами? - Торвальд огляделся.
  
  
  
  - Был, - вспомнил Финн. - Он за прилавок спрятался, когда мы убегали. Я видел.
  
  
  
  - Чёрт, - выдохнул воин. - Придётся возвращаться.
  
  
  
  Но возвращаться не пришлось. Потому что через секунду из-за угла выскочил сам Гаррет - запыхавшийся, красный, но, кажется, целый. В руках он сжимал какой-то странный предмет, завернутый в тряпицу.
  
  
  
  - Вы... вы не поверите, - прохрипел он, хватая ртом воздух. - Я... я пока прятался... там прилавок был... а на нём...
  
  
  
  - Что? - нетерпеливо спросила Лира.
  
  
  
  Гаррет развернул тряпицу. В ней лежал небольшой, но явно очень старый свиток, перевязанный выцветшей лентой.
  
  
  
  - Это... это карта, - выдохнул он. - Карта окрестностей. Я успел заметить, пока за телегой сидел. Там обозначен замок. И ещё... - он ткнул пальцем в какой-то значок, - ...там пещера. Прямо на пути к замку. Про неё никто не говорил. Наверняка она приведёт в подвалы замка.
  
  
  
  - Значит, нам туда, - решил Торвальд. - Если есть короткий путь - надо пользоваться.
  
  
  
  - А если там опасно? - спросил Элрик.
  
  
  
  - А где сейчас безопасно? - резонно заметил Говорун. - За нами охотится налоговая, за мальчишкой - неизвестно кто, а в лесу живёт Дух, который может и передумать нас жалеть. Так что пещера - не худший вариант.
  
  
  
  - Ты просто хочешь приключений, - вздохнул Элрик.
  
  
  
  - Я хочу, чтобы мы уже что-то сделали. А то всё бегаем, прячемся, листовки с неба ловим... Я котёл или цирковой артист?
  
  
  
  - Ты - наша совесть, - улыбнулся Элрик. - И немного зануда.
  
  
  
  - Это я-то зануда? Да я - душа компании! Просто вы не цените!
  
  
  
  - Ценим, - Торвальд хлопнул котла по крышке. - Очень ценим. Ладно, идём. Лошадь купить не успели, но хоть ноги целы.
  
  
  
  - А как же моя белая лошадь? - жалобно спросил Элрик.
  
  
  
  - В следующий раз, - пообещал воин. - Когда разбогатеем.
  
  
  
  - Когда разбогатеем, я себе куплю не лошадь, а целую конюшню, - мечтательно произнёс маг. - И буду ездить на разных. Сегодня на белой, завтра на вороной, послезавтра на...
  
  
  
  - На метле, - перебил Говорун. - Потому что денег у тебя никогда не будет. Ты их будешь тратить на сомнительные ингредиенты у гоблинов.
  
  
  
  - Это был очень убедительный гоблин!
  
  
  
  - Они все убедительные. В этом их работа.
  
  
  
  Они двинулись прочь от города, оставляя позади шум базара, листовки и налоговиков. Впереди их ждал лес, а за лесом - неизвестность.
  
  
  
  - Лира, - вдруг тихо сказал Финн, когда они уже вышли на окольную тропу. - Ты как?
  
  
  
  - В смысле? - не поняла эльфийка.
  
  
  
  - Ну... на тебя сегодня много смотрели. Из-за волос... вернее, из-за того, что их почти нет. Ты не злилась.
  
  
  
  Лира помолчала. Потом провела рукой по короткой щетинке на голове.
  
  
  
  - Злилась, - призналась она. - Очень. Особенно когда тот мужик у прилавка с рыбой начал ржать и тыкать пальцем. Я едва кинжал не достала.
  
  
  
  - А почему не достала?
  
  
  
  - Потому что... - она запнулась. - Потому что вспомнила, что сказал Дух. Что они будут расти, если я буду... ну... счастлива. А если я кого-то убью за глупую шутку, счастья не прибавится. Наоборот.
  
  
  
  - Мудро, - кивнул Финн.
  
  
  
  - Это не мудрость. Это попытка не облысеть снова. - Лира усмехнулась. - Оказывается, быть счастливой - это работа. Тяжелее, чем в дозоре стоять.
  
  
  
  - А ты попробуй просто радоваться мелочам, - предложил друид. - Например, тому, что солнце светит. Или что мы все живы. Или что Говорун сегодня ни разу не назвал Элрика безнадёжным.
  
  
  
  - Я назову, не переживай, - донеслось сзади. - Просто берегу силы.
  
  
  
  - Видишь? - улыбнулся Финн. - Уже повод для радости.
  
  
  
  И Лира, кажется, снова улыбнулась. Совсем чуть-чуть, почти незаметно. Но волосы на её голове, кажется, стали чуточку длиннее.
  
  
  
  Или просто показалось.
  
  
  
  ---
  
  
  
  Вечер застал их на опушке леса, откуда уже виднелись очертания скал. Команда расположилась на привал, разожгла костёр (на этот раз без магии, общими усилиями) и теперь грелась, перебирая события суматошного дня.
  
  
  
  - Знаете, - сказал Элрик, жуя сухарь, - а город мне понравился. Шумно, весело, столько всего интересного...
  
  
  
  - Интересного было много, - согласился Говорун. - Особенно момент, когда тебя чуть не арестовали.
  
  
  
  - Но не арестовали же!
  
  
  
  - Потому что гномы устроили цирк. А если бы не они?
  
  
  
  - Значит, нам везёт, - философски заметил Элрик. - Везёт тем, кто везёт. Я где-то читал такую поговорку.
  
  
  
  - Ты читал поговорки на пузырьках с зельями, - напомнил котёл. - И половина из них была написана производителями для привлечения клиентов.
  
  
  
  - Но это же не значит, что они неправы!
  
  
  
  - Это значит, что ты наивен как ребёнок.
  
  
  
  - А дети, между прочим, счастливее взрослых! - нашёлся Элрик.
  
  
  
  Говорун открыл крышку, собираясь выдать очередную тираду, но вдруг замолчал.
  
  
  
  - Что? - насторожился Торвальд.
  
  
  
  - Тишина, - сказал котёл. - Слишком тихо. Даже птицы не поют.
  
  
  
  Все прислушались. Действительно, лес затих. Ни шороха, ни крика, ни ветра.
  
  
  
  - Это нехорошо, - прошептал Финн. - Очень нехорошо. Природа так не молчит. Только если...
  
  
  
  - Если что? - спросил Гаррет, и лицо его перекосилось.
  
  
  
  - Если кто-то очень сильный не хочет, чтобы её слышали, - закончил друид.
  
  
  
  Из темноты, прямо за их спинами, раздался тихий, чуть насмешливый голос:
  
  
  
  - Не бойтесь, путники. Я не враг. Просто старый знакомый решил проведать, как вы тут.
  
  
  
  Все разом обернулись.
  
  
  
  На границе света и тени стоял Дух Леса. Тот самый, что подарил Лире волосы. Сейчас он выглядел иначе - более серьёзным, более... настороженным, что ли.
  
  
  
  - Вы? - удивилась Лира. - Зачем вы здесь?
  
  
  
  - Предупредить, - коротко ответил Дух. - Дальше начинаются земли, где моя власть слабеет. А впереди, в скалах, есть пещера. Вы пойдёте туда?
  
  
  
  - Если это короткий путь, - кивнул Торвальд.
  
  
  
  - Короткий, - согласился Дух. - Но опасный. Там живёт тот, кто не любит живых. Вернее, не живых и не мёртвых. Он проклят и сам проклинает всё вокруг. Будьте осторожны. И помните: не всё золото - сокровище. Иногда это просто ловушка.
  
  
  
  Он посмотрел на Элрика долгим взглядом.
  
  
  
  - А ты, маг. Ты чувствуешь?
  
  
  
  - Что чувствую? - не понял Элрик.
  
  
  
  - Свою силу. Она в тебе есть. Просто ты не умеешь её слушать. Ты слишком громко думаешь о том, как надо колдовать, вместо того чтобы просто позволить магии течь.
  
  
  
  - Я... пытаюсь, - растерялся маг.
  
  
  
  - Пытаться - не значит делать, - улыбнулся Дух. - Но ты научишься. У тебя хорошее чутьё. - Он кивнул на команду. - И странные, но верные друзья. Это дорогого стоит.
  
  
  
  И растаял в темноте, оставив после себя лишь лёгкий аромат лесных трав и тихий, едва слышный смех.
  
  
  
  - Он всегда так... эффектно уходит? - спросил Говорун.
  
  
  
  - Наверняка, - ответил Финн. - Это же Дух. Ему положено.
  
  
  
  - Положено ему, - проворчал котёл. - А нам теперь в пещеру лезть. К неизвестному проклятому. Спасибо, предупредил, конечно, но легче не стало.
  
  
  
  - Зато интереснее, - улыбнулся Элрик, и в глазах его зажглись те самые искорки, которые обычно предвещали неприятности.
  
  
  
  - Держите меня семеро, - вздохнул Говорун. - Кажется, нас снова ждут приключения.
  
  
  
  - Ты же этого хотел, - напомнила Лира.
  
  
  
  - Я хотел, чтобы меня ценили. А не таскали по пещерам, где живут непонятные проклятия.
  
  
  
  - Ценить тебя будут потом. Если выживем.
  
  
  
  - Утешила, спасибо, - буркнул котёл и затих, обиженно поблёскивая боками.
  
  
  
  А костёр всё горел, бросая пляшущие тени на лица сидящих. Где-то далеко ухнула сова, и лес снова наполнился звуками - словно Дух отпустил его, позволив жить своей жизнью.
  
  
  
  Команда готовилась ко сну. Завтра их ждала неизвестность.
  
  
  
  
  
  Глава 8.
  
  Дорога после встречи с Духом Леса стала заметно легче. Словно сам лес решил, что странная компания заслуживает небольшой передышки, и убрал с их пути все коряги, ямы и прочие неприятности. Даже солнце светило как-то по-особенному приветливо, а птицы подпевали в такт шагам.
  
  - Мне это не нравится, - заявил Говорун, подозрительно поблёскивая на солнце. - Когда всё слишком хорошо, значит, скоро случится что-то плохое. Я пятнадцать лет с Элриком прожил, я в этом деле эксперт.
  
  - Почему сразу плохое? - обиделся маг. - Может, нам просто везёт?
  
  - Тебе? Везёт? - Котёл издал звук, похожий на сдерживаемый смех. - Ты вчера пытался разжечь костёр магией и поджёг собственный рукав. Сегодня утром ты надел сапоги не на те ноги и шёл так полчаса, пока Лира не заметила. А ещё ты умудрился потерять посох в кустах, хотя нёс его в руке. Везение - это не про тебя, дружище.
  
  - Я просто... отвлёкся! - Элрик поправил сумку, которая норовила сползти с плеча. - Тут столько всего интересного вокруг! Цветочки, деревья, птички...
  
  - И драконы, - мрачно добавил Гаррет, который с некоторых пор подозревал опасность в каждом шорохе. - Тут могут быть драконы. Или хуже - налоговые инспекторы с собаками.
  
  - С собаками? - переспросил Финн, оживляясь. - А какие собаки? Большие? Маленькие? Пушистые?
  
  - При чём тут пушистые? - Гаррет посмотрел на друида как на сумасшедшего. - Они кусаются!
  
  - Все собаки кусаются, если их попросить, - философски заметил Финн. - Надо просто вежливо попросить не кусаться. И объяснить, что мы хорошие. Собаки понимают.
  
  - Ага, - встрял Говорун. - Особенно хорошо они поймут, когда Гаррет от страха описается. Собаки это очень любят - сразу понимают, что перед ними дичь.
  
  - Я не описаюсь! - возмутился бывший инспектор, но как-то неуверенно.
  
  - Тише, - оборвала перепалку Лира, которая, как обычно, шла чуть в стороне и замечала всё раньше остальных. - Впереди скалы. И пахнет... странно.
  
  - Чем? - насторожился Торвальд.
  
  - Старостью. Пылью. И немножко магией. - Эльфийка прищурилась. - И ещё чем-то знакомым. Я не могу понять.
  
  - Может, просто грибы? - предположил Элрик. - Я читал, что в скалах растут очень редкие грибы. Светящиеся. Если их добавить в зелье невидимости, оно становится...
  
  - Сиреневым? - съязвил Говорун. - Как твои щёки после вчерашнего завтрака?
  
  - Я же загорал! Это магический ожог! Я же объяснял - экспериментальное заклинание защиты от ультрафиолета дало сбой!
  
  - Ты три дня просидел в башне, а когда вышел на солнце, обгорел за десять минут. Это не магия, это физика с биологией.
  
  - Хватит, - Торвальд остановился и прислушался. - Лира права. Что-то не так. Воздух какой-то... спёртый. И тишина. Слишком тихо.
  
  Действительно, лес вокруг замер. Птицы молчали, насекомые не стрекотали, даже ветер, казалось, обходил это место стороной. Тропа упиралась в скальную гряду - высокую, мрачную, с острыми пиками, уходящими в серое небо.
  
  - Это Грозный перевал? - с надеждой спросил Гаррет.
  
  - Нет, - покачал головой Торвальд. - До перевала ещё далеко. Это просто скалы. Надо обойти.
  
  - Или пройти насквозь, - задумчиво произнёс Финн, разглядывая каменную стену. - Там, за тем валуном, что-то есть. Валун так и говорит: 'Здесь ход, здесь ход, заходите, гости дорогие'.
  
  - Ты разговариваешь с валунами? - удивился Гаррет.
  
  - А с кем ещё? Они молчаливые, но мудрые. Этот, например, видел, как здесь проходили мамонты. И динозавры. И, кажется, первые налоговые инспекторы. Хотя с последним он, возможно, шутит. Валуны любят пошутить, у них чувство юмора специфическое.
  
  - Камни не шутят, - авторитетно заявил Говорун.
  
  - Этот шутит, - обиделся за валун Финн. - Я чувствую. Он говорит: 'Идите, идите, не бойтесь, там внутри интересно'.
  
  - Ага, - хмыкнул котёл. - Особенно интересно бывает, когда внутри пещера с драконом. Или с медведем. Или с драконьим медведем. Такое вообще бывает?
  
  - В моём справочнике магических существ написано, что драконьи медведи водятся только в Северных землях, - оживился Элрик, доставая из сумки потрёпанную книгу. - Правда, справочник двадцатилетней давности, и тот экземпляр, который я изучал, погрызли мыши, но в целом... Мы же не на севере сейчас?
  
  - Мыши грызут только полезные книги, - перебил Говорун. - Твой справочник они, видимо, сочли макулатурой.
  
  - Прекрати оскорблять мою библиотеку! - Элрик спрятал книгу обратно и решительно направился к валуну. - Я загляну. Финн прав - там что-то есть. Я вижу щель.
  
  - Это не щель, это трещина, - поправила Лира, но было поздно - маг уже протиснулся между камнями и скрылся в темноте.
  
  - Что это с ним? - спросил Гаррет у Торвальда.
  
  - Минутная отвага нахлынула, - пожал плечами воин. - И хуже всего то, что нам теперь за ним идти. Бросать нельзя - пропадёт.
  
  - С чего вы взяли, что я пропаду? - донеслось из темноты. - Я тут кое-что нашёл! Там внутри пещера! Большая! И, кажется, там кто-то есть!
  
  Команда переглянулась. Лира молча достала кинжалы. Торвальд поправил топор. Финн ласково погладил валун, шепнув ему что-то на прощание. Гаррет попытался сделать вид, что его здесь нет, но Говорун, висящий на плече у воина, подбодрил:
  
  - Не дрейфь, инспектор. В пещерах обычно темно, страшно и сыро. Почти как на твоей бывшей работе, только без зарплаты.
  
  - Спасибо, утешил, - буркнул Гаррет и полез следом за остальными.
  
  
  
  Пещера оказалась огромной. Своды терялись где-то высоко в темноте, сталактиты свисали с потолка острыми клыками, а в воздухе висел запах сырости, плесени и ещё чего-то неуловимого - древнего, забытого, но не злого. Скорее, грустного.
  
  - Красиво, - выдохнул Элрик. - Прямо как в сказаниях о гномьих чертогах.
  
  Маг потряс свой посох, постукал им о стену пещеры и зло прошептал какое-то ругательство. Посох принялся ярко светить, но явно без особого энтузиазма.
  
  - Гномы здесь не жили, - возразил Финн, прикасаясь к стене. - Камень говорит, что здесь давно никого не было. Очень давно. Сотни лет. Но кто-то есть. Вон там.
  
  Он указал вглубь пещеры, где темнота сгущалась настолько, что казалась почти осязаемой.
  
  - Кто? - шёпотом спросил Гаррет.
  
  - Узнаем, - Торвальд двинулся вперёд, не выпуская топора.
  
  Они прошли метров сто или двести, когда свет посоха выхватил из темноты нечто, от чего у Гаррета подкосились ноги.
  
  На каменном троне сидел скелет.
  
  Не просто груда костей, а именно скелет - в остатках королевской мантии, с короной на черепе, с пальцами, сжимающими истлевший скипетр. Он сидел прямо, с достоинством, словно ждал аудиенции. Пустые глазницы смотрели куда-то вдаль, мимо непрошеных гостей.
  
  - Мамочки, - выдохнул Гаррет и попытался спрятаться за Торвальда. Получилось плохо, но Гаррета это не сильно волновало.
  
  - Спокойно, - сказала Лира, хотя сама напряглась, как струна. - Он мёртв. Давно.
  
  - Мёртвые не сидят на тронах, - возразил Элрик, но голос его предательски дрогнул.
  
  - Этот сидит, - философски заметил Говорун. - И, судя по виду, сидит уже долго. Интересно, он говорящий? Как я?
  
  - Скелеты не разговаривают, - авторитетно заявил маг. - В моём справочнике чётко сказано: скелеты - это нежить, лишённая разума и подчиняющаяся только воле некроманта. Если нет некроманта, они просто лежат.
  
  - А этот не лежит. Он сидит.
  
  - Значит, у него осанка хорошая. Даже после смерти.
  
  - Вы такие забавные, - раздался голос.
  
  Он шёл отовсюду и ниоткуда - скрипучий, сухой, как шелест осенних листьев. Словно кто-то очень старый и очень усталый решил наконец нарушить молчание.
  
  Гаррет взвизгнул и вцепился в руку Торвальда. Воин даже не пошевелился - только рука на топоре сжалась крепче.
  
  Скелет на троне шевельнулся. Медленно, с тихим скрежетом костей, он повернул череп в сторону гостей. Пустые глазницы остановились на Элрике.
  
  - Давно у меня не было гостей, - продолжил голос. Теперь стало понятно - говорит именно скелет. Челюсть его двигалась, издавая тот самый скрип. - Лет сто? Или двести? Я сбился со счёта. Время здесь течёт иначе. И календаря у меня нет. Спросить не у кого - все разбежались.
  
  - Вы... вы живой? - выдавил Элрик.
  
  - Философский вопрос, - скелет склонил голову набок, отчего корона на его черепе жалобно звякнула. - С биологической точки зрения - нет. С метафизической - возможно. С юридической - я до сих пор числюсь в реестре налогоплательщиков, так что формально я жив. Долги-то за мной так и висят.
  
  При слове 'налогоплательщиков' Элрик внезапно чихнул. Изо рта у него вырвался крошечный язычок пламени, опаливший ближайший сталактит.
  
  - Ой, - сказал маг. - Что это было?
  
  - Понятия не имею, - ответил скелет с неподдельным интересом. - А так давно?
  
  - Первый раз, - Элрик потрогал губы. - Наверное, простудился.
  
  - В пещерах легко простудиться, - согласился скелет. - Сквозняки, сырость, отсутствие отопления. Я вот, когда был живым, постоянно мёрз. А теперь ничего - кости не чувствуют холода. Есть свои плюсы.
  
  - Простите, - вмешался Торвальд, - вы кто вообще?
  
  - Ах да, этикет, - скелет попытался приподняться, но кости предательски хрустнули, и он осел обратно. - Прошу прощения, разучился вставать. Сижу тут один, тренироваться не с кем. Я король. Вернее, был королём. Король Эдвин Третий. Правил этими землями лет триста назад. Потом... ну, случилось то, что случилось.
  
  - Что случилось? - спросил Финн, подходя ближе и с интересом разглядывая скелет. С точки зрения друида, это было уникальное зрелище - человек, ставший частью минерального мира.
  
  - Проклятие, - вздохнул король (если кости могут вздыхать). - Глупое, обидное, совершенно нелепое проклятие. И знаете, кто меня проклял? Некромант. Молодой, наглый, с бухгалтерским образованием.
  
  - Некромант с бухгалтерским... - начал Гаррет и осекся. - Случайно не тот, который сейчас в замке за перевалом обосновался?
  
  - Откуда вы знаете? - удивился скелет. - Он! Собственной персоной! Хотя, когда он меня проклинал, он был совсем юнцом. Только-только из Академии выгнали за неуспеваемость. Явился ко мне во дворец, потребовал, чтобы я спонсировал его исследования. Я отказал. Тогда он обиделся, наложил проклятие и украл мою корону. Сказал, что без короны я никто и моё королевство развалится. И знаете? Он оказался прав. Королевство пришло в экономический упадок. Подданные обозлились и свергли меня. Я успел сбежать от их гнева и нашел приют здесь, в этих пещерах. Затем долго пытался найти свою корону, чтобы вернуть утраченное королевство, пока не превратился вот в это.
  
  Скелет указал на себя и всё вокруг.
  
  - Так вот почему вы здесь, - догадался Элрик. - Вы ждёте возвращения короны?
  
  - Именно, - кивнул череп. - Согласно проклятию, я не могу умереть окончательно, пока корона не вернётся на мою голову. Но и жить по-настоящему - тоже не могу. Я заточен в этих пещерах и не могу выбраться наружу. Меня не пускает проклятая сила. Так и сижу тут, между мирами. Тоска смертная, простите за каламбур.
  
  - А зачем некроманту ваша корона? - спросила Лира. - Она что, магическая?
  
  - Обычная, - развёл руками скелет. - Золотая, с бриллиантами, но совершенно немагическая. Просто дорогая. Он её, наверное, продать хотел. Или себе на голову нацепить - для важности. У этих молодых магов вечно амбиции выше крыши, а мозгов - кот наплакал.
  
  - Кот наплакал, - задумчиво повторил Говорун. - Я, между прочим, котёл, а не кот. И я бы на вашем месте не сидел сложа руки, а пошёл и забрал своё имущество обратно.
  
  - Не могу, - горестно проскрипел король. - Проклятие привязано к короне. Я не могу приблизиться к ней ближе чем на сто шагов. Как только пытаюсь - ноги отказывают. Вернее, отказывали, когда ещё были. А теперь просто рассыпаются. Пробовал - неприятно. Боюсь остаться вообще без них.
  
  - Так, - Торвальд прищурился. - Значит, ваш некромант - это наш некромант. Тот самый, что мальчишку похитил. И корона у него где-то в замке.
  
  - Выходит, что так, - согласился скелет. - А вы, значит, за мальчишкой идёте? За тем самым, который золото растит?
  
  - Откуда вы... - начал Гаррет.
  
  - Слухи, - перебил король. - Я хоть и сижу здесь, но ветер новости приносит. Иногда забредают путники, рассказывают. Про мальчика с даром я слышал. И про налоговую тоже. Они тут недавно проходили, между прочим.
  
  - Налоговая? - в один голос воскликнули Гаррет и Элрик.
  
  Элрик чихнул снова - на этот раз сильнее. Язык пламени получился длиннее и чуть не подпалил бороду Торвальда. Воин отшатнулся, а Говорун залился ехидным смехом.
  
  - Ты точно простудился, - сказал котёл. - Или подхватил магический грипп. Бывает такое - от переизбытка гениальности.
  
  - Это не грипп! - Элрик потёр нос. - Это... это аллергия!
  
  - На что? На правду?
  
  - На... на слова некоторые, - неуверенно предположил маг.
  
  - Интересно, - скелет оживился настолько, насколько вообще может оживиться груда костей. - А ну-ка скажи что-нибудь ещё из той же серии. Ну... отчётность. Или дебет с кредитом.
  
  - Дебет, - повторил Элрик и чихнул так, что из ноздрей вырвались два аккуратных дымных колечка. - Кредит! - ещё один чих, и маленькая молния ударила в пол у ног мага.
  
  - Ого, - восхитился король. - Да у вас редкая форма магической реакции! Я такое видел однажды у придворного мага, когда тот перепил зелья правды. Он потом неделю чихал фейерверками. Красиво было, но для двора неудобно - постоянно что-то горело.
  
  - Я не хочу чихать фейерверками! - запаниковал Элрик. - Я вообще не хочу чихать! И тем более поджигать всё вокруг!
  
  - А ты контролируй, - посоветовал Говорун. - Как услышишь что-то про... ну, про эти ваши... - он замялся, подбирая слова, - ...финансовые термины, сразу зажимай нос и думай о приятном. О лягушках, например.
  
  - О лягушках? - переспросил маг.
  
  - Ты же их любишь. По крайней мере, пытаешься в принцесс превратить.
  
  - Я не люблю лягушек! Я просто... практикуюсь!
  
  - Вот и практикуйся на них мысленно. Вдруг поможет.
  
  - Простите, что вмешиваюсь, - подал голос скелет, - но, может, вернёмся к моей проблеме? Вы идёте в замок к некроманту. У него моя корона. Если вы её вернёте, я вылечу эту аллергию... ну, не я, она должна сама пройти, когда корона на место встанет. И, возможно, даже награжу вас по-королевски. Чем смогу. У меня тут где-то сундук с золотом завалялся, правда, не помню, где закопал. Но найдём!
  
  - А какая связь между вашим проклятием и нашим походом? - уточнила Лира.
  
  - Прямая, - король попытался изобразить выразительный взгляд, но с пустыми глазницами это выходило плохо. - Вы идёте за мальчиком. Я хочу вернуть корону. Враг у нас общий. Почему бы не объединить усилия? Вы приносите мне корону - я помогаю чем могу. Например, знаю тайный ход в замок. Через подземные источники.
  
  - Тайный ход? - оживился Торвальд.
  
  - Именно. Я же тот замок строил. Для своего племянника. Который потом меня и предал, между прочим. Но это долгая история, не будем о грустном. Ход есть, он действует до сих пор. Выходит прямо в винный погреб. А оттуда - рукой подать до главной башни, где этот прохвост, скорее всего, держит мальчишку.
  
  Команда переглянулась. Предложение звучало заманчиво.
  
  - А почему вы сами им не воспользовались? - спросил Финн. - Ну, чтобы корону вернуть?
  
  - Потому что я скелет, - терпеливо объяснил король. - Я медленный, скрипучий и в темноте мои белые кости хорошо видны. Меня любой зомби за версту учует. А вы - живые, шустрые, с магией и топорами. У вас есть шанс.
  
  - А что мы получим, кроме тайного хода? - деловито поинтересовался Говорун. - Бесплатно сейчас даже мухи не летают. Вы, как бывший король, должны это понимать.
  
  - Наглый котёл, - беззлобно усмехнулся скелет. - Мне это нравится. Ладно, слушайте. Кроме тайного хода, я дам вам вот это.
  
  Он пошарил костлявой рукой под троном и извлёк небольшой мешочек, протягивая его Торвальду. Воин развязал тесёмки и присвистнул - внутри тускло поблёскивали десятка два золотых монет.
  
  - Задаток, - пояснил король. - Остальное - когда корона будет на месте.
  
  - А если мы не вернёмся? - спросил Гаррет, который при виде золота заметно оживился.
  
  - Значит, не судьба, - философски ответил скелет. - Я уже триста лет тут сижу. Посижу ещё немного. Вдруг следующие гости окажутся удачливее.
  
  - Этак у вас задатков на всех не хватит, - съязвил котёл.
  
  - Мы вернёмся, - твёрдо сказал Элрик, и от его уверенности даже Лира удивлённо подняла бровь. - Мы команда. Мы мальчика спасём, налоговиков обведём вокруг пальца, некроманта... ну, с ним тоже как-нибудь разберёмся. И корону вашу вернём. Обязательно.
  
  - Хороший настрой, - одобрил король. - Только, прежде чем идти, мне кажется, с вами надо кое-что сделать.
  
  - Что именно? - насторожилась Лира.
  
  - Проклятие снять, - скелет указал на Элрика. - Видите ли, когда некромант меня проклинал, он использовал формулу, которая... как бы это объяснить... реагирует на финансовые термины. Он очень злился из-за того, что я отказал ему в деньгах. И заодно наложил заклятье на всех, кто будет приближаться к замку с недобрыми намерениями. Со временем оно конечно ослабло. А у вас, молодой человек, - он посмотрел на Элрика, - судя по реакции, это не просто аллергия, это как раз проклятие активировалось. Вы теперь будете чихать огнём каждый раз, когда услышите слова вроде 'налог', 'пошлина', 'дебет' или 'кредит'.
  
  - О нет, - простонал маг. - Только не это! Я же в компании с бывшим налоговым инспектором! Он только этими словами и разговаривает!
  
  - Я не только! - возмутился Гаррет. - Я ещё про еду говорю! И про погоду!
  
  - И про то, сколько золота мы получим, - ехидно добавил Говорун. - Это, между прочим, тоже финансовая тема.
  
  - Так, - Торвальд поднял руку, призывая к тишине. - Ваше величество, можно как-то это проклятие снять? До того, как Элрик спалит весь замок вместе с нами?
  
  - Можно, - кивнул скелет. - Но для этого нужно вернуть корону. Проклятие питается от неё. Как только корона окажется здесь, чары развеются сами собой. А до тех пор... - он развёл руками, - терпите. И старайтесь не использовать финансовую лексику в присутствии мага.
  
  - Легко сказать, - вздохнул Гаррет. - Я тринадцать лет в налоговой проработал. У меня уже мозги так устроены - я даже во сне отчёты вижу.
  
  - Вот и помалкивай, - посоветовала Лира. - А если надо что-то сказать - шепчи. Или жестами объясняй.
  
  - Какими жестами я объясню, что 'нам нужно больше золота'?
  
  - Никакими. Не надо больше золота. У нас есть задаток.
  
  - Мало!
  
  - Хватит.
  
  - А если не хватит?
  
  - Гаррет, - тихо и очень ласково произнесла эльфийка, и бывший инспектор мгновенно заткнулся. Он уже знал, что когда Лира говорит таким тоном, лучше не спорить.
  
  - Ну что ж, - подвёл итог король. - Договорились? Вы приносите корону, я снимаю проклятие и плачу остаток. И тайный ход - вот прямо сейчас покажу, где он начинается. Идёт?
  
  - Идёт, - кивнул Торвальд.
  
  - Тогда слушайте. Замок стоит на скале, но под ней есть система пещер. Одна из них ведёт прямо в винный погреб. Вход - вон за тем сталагмитом, - костлявый палец указал направление. - Там будет развилка. Всё время держитесь левой стороны. Правая ведёт в логово подземных тварей. Не спрашивайте каких, я сам не знаю - боялся туда ходить, когда живой был.
  
  - А теперь не боитесь? - удивился Финн.
  
  - Теперь я мёртвый, чего мне бояться? Просто интерес уже пропал совсем. А вы, живые, будьте осторожны. И мальчика берегите. Такие дары просто так не появляются. Значит, судьба.
  
  - Спасибо, ваше величество, - поклонился Элрик. - Мы постараемся.
  
  - Постарайтесь, - кивнул скелет. - А теперь идите. И помните - левая сторона. Левая!
  
  Они пошли в указанном направлении, оставляя короля в одиночестве. Когда факел Элрика почти скрылся в темноте, сзади донеслось:
  
  - Эй, маг!
  
  - Да? - обернулся Элрик.
  
  - Чихай на здоровье! Может, хоть повеселее будет!
  
  Элрик хотел обидеться, но вместо этого чихнул - и маленькая молния ударила в потолок, осветив пещеру синеватым светом. Скелет на троне залился скрипучим смехом, похожим на карканье старого ворона.
  
  - Нравится ему, - проворчал Говорун. - А нам теперь с этим огнедышащим магом тащиться.
  
  - Я не огнедышащий! - возмутился Элрик. - Я просто... временно нестабильный!
  
  - Временно, значит, - хмыкнул котёл. - Ну-ну. Гаррет, скажи что-нибудь про налоги. Проверим, насколько временно.
  
  - Не смей! - заорал Элрик, зажимая рот руками.
  
  - Я и не собирался, - обиделся Гаррет. - Я вообще молчать теперь буду. Как рыба.
  
  - Рыбы не молчат, они просто не говорят, - заметил Финн. - У них нет голосовых связок. Зато есть плавники. Красивые такие...
  
  - Финн, не отвлекайся, - оборвал Торвальд. - Ищем вход.
  
  Они нашли его быстро - узкий лаз между двумя сталагмитами, уходящий в темноту. Оттуда тянуло сыростью и чем-то ещё - кисловатым, незнакомым.
  
  - Пахнет вином, - принюхалась Лира. - Столетней выдержки.
  
  - Значит, мы правильно идём, - обрадовался Элрик. - Вперёд, друзья! Нас ждут приключения!
  
  - И проклятия, - добавил Говорун. - И налоговая. И некромант с бухгалтерским образованием. И мальчик, которого надо спасать. И корона, которую надо вернуть. И...
  
  - Говорун, - перебил Торвальд.
  
  - А?
  
  - Заткнись.
  
  - Ладно, - обиженно булькнул котёл. - Но я всё равно прав.
  
  - Ты всегда прав, - утешил его Элрик, протискиваясь в лаз. - В этом и проблема.
  
  Они двинулись вперёд - в темноту, в неизвестность, навстречу замку, некроманту и, как выяснится позже, самым нелепым приключениям в их жизни. А сзади, в глубине пещеры, остался сидеть на троне скелет короля, который впервые за триста лет почти поверил, что его проклятие скоро закончится.
  
  - Удачи, чудаки, - прошелестел он в пустоту. - Она вам понадобится.
  
  И пещера снова погрузилась в тишину, нарушаемую только мерным капаньем воды со сталактитов.
  
  
  
  
  
  Глава 9.
  
  Подземный ход оказался именно таким, каким и должен быть секретный путь в замок проклятого короля: узким, сырым и невероятно запутанным. Элрик уже трижды стукался головой о низкие своды, дважды наступал в лужи неизвестного происхождения и один раз чуть не провалился в расщелину, которую вовремя заметила Лира.
  
  - Я начинаю подозревать, что тот скелет нас просто разыграл, - пропыхтел маг, вытирая со лба пот пополам с паутиной. - Мы тут уже час плутаем! Где этот ваш винный погреб?
  
  - Тсс, - шикнула Лира, прижимая палец к губам. - Впереди шум.
  
  Все замерли. Действительно, откуда-то спереди доносился странный звук - то ли ветер завывал, то ли вода журчала, то ли привидения тренировались в оперном пении.
  
  - Это нечисть? - жалобно спросил Гаррет, вцепившись в рукав Торвальда.
  
  - Это ветер, - авторитетно заявил Финн, прикладывая ухо к стене. - И вода. Много воды. Камень говорит, что мы близко к поверхности. Там, за этой стеной, большое пространство. И холодно. Очень холодно.
  
  - Камень говорит? - переспросил Гаррет. - Ты серьёзно?
  
  - Камни всегда говорят, - обиделся друид. - Просто вы не слушаете. У них низкий, басовитый голос, не то что у мхов. Мхи - те сопрано, а камни - настоящий бас-профундо.
  
  - Нам бы тенора сейчас, - мечтательно произнёс Говорун. - Чтобы спел что-нибудь бодрое. А то ползём тут как черепахи с похмелья.
  
  - Ты не можешь хотеть пения, ты котёл, - отрезал Элрик.
  
  - Я - тонкая творческая натура, заключённая в медную оболочку. И между прочим, у меня абсолютный слух. Когда ты в прошлый раз пытался спеть заклинание призыва дождя, я чуть не лопнул от фальши.
  
  - Это был экспериментальный вокализ! - возмутился маг. - Между прочим, очень редкая техника!
  
  - Техника называется 'медведь наступил на ухо и танцует джигу', - фыркнул котёл.
  
  - Заткнитесь оба, - оборвала перепалку Лира. - Свет. Впереди свет.
  
  Действительно, вдалеке забрезжило что-то сероватое - неяркое, но явно естественное. Команда прибавила шагу, и через пару минут они выбрались наружу через узкую расщелину в скале.
  
  - Ох, - выдохнул Элрик, щурясь от непривычного света.
  
  Перед ними открывалось ущелье. Глубокое, мрачное, с отвесными стенами, уходящими высоко в небо. Внизу, насколько хватало глаз, простирался лес - густой, тёмный, с деревьями такими высокими, что их вершины терялись где-то в серых облаках. А по дну ущелья, прямо через этот лес, вилась старая дорога - тракт, когда-то мощёный камнем, а теперь заросший травой и мхом.
  
  - Это и есть забытый тракт? - спросил Гаррет, с опаской оглядываясь по сторонам.
  
  - Точно не похоже на подвал замка. - Лира пыталась разглядеть что-то вдалеке.
  
  - Так! Или мы не туда повернули, или этот недоделанный скелето-король нас надурил. - возмутился Говорун.
  
  - Похоже на то, - кивнул Торвальд, доставая карту, которую Гаррет стащил на базаре. - Смотрите. Вот мы. Вот ущелье. А вон там, - он указал на противоположную сторону, где скалы расступались, образуя нечто вроде прохода, - Грозный перевал. За ним - замок. Если верить карте, до перевала полдня пути. По тракту.
  
  - По тракту через лес, - уточнила Лира, принюхиваясь. - Лес нехороший. Пахнет опасностью. И... налогами? - она наморщила нос. - Странно. Налогами не должно пахнуть. Это абстракция.
  
  - Для налоговой - не абстракция, - мрачно буркнул Гаррет. - У них есть специальный одеколон 'Сбор податей'. Им инспектора брызгаются перед рейдами. Я этот запах за версту чую. - Он побледнел. - Они здесь. Где-то рядом.
  
  - Спокойно, - Торвальд положил тяжёлую руку ему на плечо. - Может, показалось. Ветер, знаешь ли, много чего приносит.
  
  - Ветер приносит только то, что есть, - возразил Гаррет, но спорить не стал.
  
  
  
  Дорога вниз оказалась куда сложнее, чем предполагалось. Тропинка, ведущая со скал к тракту, давно осыпалась, и пришлось буквально спускаться по склону, цепляясь за корни деревьев и острые выступы. Элрик умудрился съехать на спине последние метров пять, подняв тучу пыли и перепугав местных бурундуков.
  
  - Ты в порядке? - спросил Финн, помогая магу подняться.
  
  - В полном, - отряхнулся Элрик, хотя роба его теперь напоминала лохмотья нищего. - Даже лучше, чем был. Массаж спины, знаете ли, полезен для кровообращения.
  
  - Массаж камнями и корягами? - усомнился Говорун, которого Торвальд бережно нёс на плече. - Ты теперь выглядишь как пугало, которое месяц простояло под дождём.
  
  - Зато живое и весёлое! - отмахнулся маг.
  
  Они вышли на тракт, и сразу стало понятно, почему его называли забытым. Когда-то здесь кипела жизнь - об этом говорили остатки каменных столбов, которые, видимо, служили указателями, и колеи от телег, до сих пор видные сквозь траву. Но теперь дорога пустовала. Ни путников, ни торговцев, ни даже случайных охотников. Только ветер гулял между деревьями, завывая тоскливо и протяжно.
  
  - Жутковато, - признался Гаррет, кутаясь в плащ. - Словно мы единственные живые на много миль вокруг.
  
  - Мы и есть единственные, - философски заметил Финн. - Лес говорит, что здесь давно никто не ходил. Годами. Деревья даже отвыкли от людей, думали, что те вымерли. А тут мы - как привет из прошлого.
  
  - Деревья думали? - переспросил Элрик. - Они умеют думать?
  
  - А ты думаешь, только люди умеют? - удивился друид. - Деревья, между прочим, очень даже умные. Просто медленные. Им надо сто лет, чтобы сформулировать мысль, но зато какая это мысль! Однажды дуб на моей поляне триста лет сочинял поэму о смене сезонов. Потом рассказал - я чуть не заплакал. Красиво до невозможности.
  
  - И что, никто не ходит, потому что страшно? - спросил Гаррет, оглядываясь на скалы, нависающие с обеих сторон.
  
  - Не потому что страшно, - покачал головой Финн, прислушиваясь к чему-то. - Потому что некуда. Замок-то проклят, а других дорог через перевал нет. Торговцы давно нашли обходные пути. А этот тракт остался только для тех, кому очень надо в замок. Или очень не надо, но судьба заставила.
  
  - Это мы, - вздохнул Говорун. - Те, кого судьба зачем-то направила. Интересно, чем мы ей так насолили?
  
  - Может, в прошлой жизни мы были налоговыми инспекторами? - предположил Элрик и тут же чихнул - изо рта вырвался маленький огненный шарик, который врезался в ближайшее дерево и оставил на коре аккуратное чёрное пятно.
  
  - Эй! - возмутился Финн. - Не надо жечь растения! Они не виноваты, что Гаррет работает раздражителем!
  
  - Я ничего не говорил! - завопил Гаррет, зажимая рот руками. - Это само как-то!
  
  - Само не бывает, - констатировала Лира. - Значит, ты думал о налогах. А он чувствует.
  
  - Я не думал! То есть думал, но самую малость! Просто вспомнил, как мы в прошлом году сдавали отчётность, и...
  
  Элрик чихнул снова - на этот раз мощнее. Из ноздрей вырвались два аккуратных дымных кольца, а изо рта - язык пламени длиной сантиметров тридцать.
  
  - Гаррет! - рявкнул Торвальд. - Заткнись мысленно!
  
  - Я не умею! - простонал бывший инспектор.
  
  - Тогда отойди подальше! - посоветовал Говорун. - А то спалишь нам мага раньше времени. Он нам ещё нужен. Хотя бы как отвлекающий манёвр.
  
  - Я не отвлекающий манёвр! - обиделся Элрик, вытирая слёзы, выступившие от чихания. - Я боевой маг! Просто... временно... с особенностями.
  
  - С отклонениями, - хмыкнул котёл. - Хорошее определение. Запишем в личное дело.
  
  
  
  Они шли уже около часа, когда Лира, шедшая впереди, вдруг замерла и подняла руку. Все мгновенно остановились, прислушиваясь.
  
  - Что там? - одними губами спросил Торвальд.
  
  - Люди, - так же беззвучно ответила эльфийка. - Много. Впереди, за поворотом. И лошади.
  
  - Налоговая? - побелевшими губами прошептал Гаррет.
  
  - Похоже. - Лира прищурилась. - Серые плащи, значки... Они устроили засаду. Перекрыли дорогу. Ждут кого-то.
  
  - Нас ждут, - понял Торвальд. - Кто-то сдал маршрут.
  
  - Гаррет! - в один голос воскликнули Элрик и Говорун.
  
  - Я ничего не говорил! - замахал руками бывший инспектор. - Я вообще молчал! Я даже думать боялся! Это не я!
  
  - Может, и не он, - заступилась неожиданно Лира. - Налоговая умеет вычислять маршруты. У них аналитики работают. Сидят в кабинетах, смотрят на карты и думают: 'Куда бы эти придурки могли пойти?' И придумывают. Это их работа.
  
  - Утешила, - буркнул Гаррет. - Теперь я буду бояться не только инспекторов, но и аналитиков.
  
  - Бояться будешь потом, - отрезал Торвальд. - Сейчас думаем, что делать. Нас пятеро, плюс котёл. У них - отряд. Сколько, Лира?
  
  - Человек двенадцать. И трое инспекторов - те самые, из таверны. - Она помолчала. - И у них магия.
  
  - Магия? - переспросил Элрик, оживляясь. - Настоящая?
  
  - Казённая, - поправил Гаррет. - Это хуже. Казённая магия - она... как бы объяснить... бюрократическая. Она работает по инструкции. И её почти невозможно обмануть, потому что она тупая. Как топор, только меткий.
  
  - Вижу, ты хорошо знаком с казённой магией, - заметил Говорун.
  
  - Я три года в отделе магического контроля проработал, - вздохнул Гаррет. - У меня до сих пор кошмары: 'наручники подчинения' снятся и 'приходные ордера' летают.
  
  - Наручники? - насторожилась Лира.
  
  - Магические. Если надеть - лишают способности колдовать. И не только колдовать - вообще любую магию блокируют. Даже самую слабую. Даже ту, что в артефактах.
  
  Все посмотрели на Говоруна.
  
  - Что? - возмутился котёл. - Я не артефакт! Я личность! На меня их наручники не подействуют! У меня иммунитет!
  
  - У тебя медные бока и говорящая крышка, - парировал Элрик. - Иммунитета у тебя нет.
  
  - Есть! Я его сам себе придумал! Мысленно!
  
  - Мысленный иммунитет против магических наручников? - усомнилась Лира. - Интересная концепция. Проверим, если поймают.
  
  - Не поймают, - твёрдо сказал Торвальд. - У меня план.
  
  
  
  План Торвальда был прост, как топор: Лира заходит с тыла и отвлекает помощников, Финн поднимает корни деревьев, чтобы создать суматоху, Гаррет стоит рядом с Элриком и говорит как можно больше налоговых терминов, чтобы маг чихал огнём, а сам Торвальд в это время рубит инспекторов - ну, не самих инспекторов, а их бумаги. Потому что без бумаг налоговая бессильна.
  
  - А если они не только бумаги принесли? - спросил Гаррет. - Если у них оружие?
  
  - Тогда будем импровизировать, - пожал плечами воин.
  
  - Я не умею импровизировать! - пискнул бывший инспектор.
  
  - Научишься. Быстро. Под давлением обстоятельств.
  
  - Давление обстоятельств - это когда на тебя бежит разъярённый налоговик с магическими наручниками?
  
  - Именно.
  
  - Я уже умею! - заверил Гаррет. - Честное слово, умею!
  
  - Тогда погнали, - скомандовал Торвальд.
  
  
  
  Засада удалась. Но не налоговикам.
  
  Лира появилась из-за спин отряда так бесшумно, что первый помощник инспектора даже не понял, почему вдруг его мешок с 'приходными ордерами' взлетел в воздух и приземлился на ветку ближайшего дерева. Второй помощник получил кинжалом по ремню - штаны упали, и он споткнулся, пытаясь их подтянуть. Третий просто замер, потому что перед его лицом возникла эльфийка с таким выражением, что он мгновенно забыл, зачем сюда пришёл.
  
  - Что за... - заорал тощий инспектор, тот самый, из таверны, но договорить не успел.
  
  Финн, сидевший в кустах, что-то зашептал - и корни деревьев ожили. Они полезли из земли, хватая налоговиков за ноги, путаясь в колёсах телеги, на которой те приехали, и создавая форменный хаос.
  
  - Корни! - завопил кто-то из помощников. - Они живые!
  
  - Это друид! - догадался второй инспектор, тот, что покруглее. - Ищите друида!
  
  - Ищите, ищите, - пропыхтел Финн из своего укрытия. - А я пока с вами побеседую. Берёза, помоги-ка вон тому, в сером плаще. Заплети ему ноги покрепче.
  
  Берёза, судя по всему, откликнулась с энтузиазмом - инспектор рухнул лицом в грязь, пытаясь освободиться от корней, которые обвили его лодыжки как верёвки.
  
  - Торвальд, давай! - крикнула Лира, отбиваясь от двоих помощников сразу.
  
  Воин выскочил из-за поворота с топором наготове, но рубить людей не стал. Вместо этого он обрушился на телегу, где аккуратными стопками лежали документы - 'приходные ордера', 'списки разыскиваемых', 'налоговые уведомления' и прочая казённая макулатура.
  
  - Не смей! - завопил тощий инспектор, бросаясь к телеге. - Это документы строгой отчётности! За них три года дают!
  
  - А за похищение мальчика сколько дают? - поинтересовался Торвальд, взмахнув топором.
  
  Бумаги взлетели в воздух разноцветным фейерверком. Инспектор замер, глядя на кружащиеся листы с выражением лица человека, у которого только что умерла вся семья, сгорел дом и собака утонула в колодце.
  
  - Вы... вы... - прохрипел он. - Вы ответите! Это же... это же государственное имущество!
  
  - Это бумага, - поправил Торвальд, срубая очередную стопку. - А бумага, как известно, всё стерпит. Даже топор.
  
  - Гаррет! - крикнул Элрик из кустов, где они прятались вместе с бывшим инспектором. - Говори!
  
  - Что говорить? - растерялся Гаррет.
  
  - Что угодно! Про налоги! Про отчёты! Про всё, что вспомнишь!
  
  Гаррет глубоко вздохнул, собираясь с мыслями, и выдал:
  
  - Налог на добавленную стоимость! Акциз на табачные изделия! Пошлина за ввоз товаров! Отчётность за третий квартал! Пени за просрочку платежей! Штраф за несвоевременную подачу декларации!
  
  Элрик чихал после каждого слова. Изо рта у него вырывались огненные шары, из ноздрей валил дым, а глаза слезились так, что он ничего не видел. Но самое главное - кусты вокруг них загорелись.
  
  Не сильно, но достаточно, чтобы создать дымовую завесу.
  
  - Ещё! - прохрипел маг, вытирая слёзы. - Давай ещё!
  
  - Налог на роскошь! - завопил Гаррет, входя в раж. - Налог на землю! Налог на недвижимость! Транспортный сбор! Гербовый сбор! Таможенные пошлины! Налог на бездетность! Налог на бороду! (Торвальд поперхнулся где-то в дыму). Налог на воздух! Налог на налоги!
  
  Последнее слово стало последней каплей. Элрик чихнул так, что из него вырвался настоящий огненный смерч - небольшой, но вполне достаточный, чтобы поджечь пол-леса.
  
  Кусты полыхнули ярко и весело. Дым повалил густыми клубами, застилая всё вокруг. Налоговики закашлялись, бросили попытки поймать кого-либо и начали отступать, натыкаясь друг на друга в дыму и матерясь так, что даже Лира, знавшая толк в крепких выражениях, удивлённо подняла бровь.
  
  - Уходим! - скомандовал Торвальд, появляясь из дыма с котлом под мышкой. - Быстро!
  
  - А документы? - спросил Гаррет, который уже не мог остановиться и продолжал бормотать: - Налог на собак, налог на кошек, налог на попугаев...
  
  - Оставь! - рявкнула Лира, хватая его за шиворот. - Бежим!
  
  Они рванули вверх по склону, подальше от горящих кустов, от кашляющих налоговиков, от разлетающихся бумаг и всего этого бедлама. Финн на бегу что-то шептал деревьям - видимо, извинялся за пожар. Лира тащила упирающегося Гаррета, который всё ещё перечислял налоги. Торвальд нёс Говоруна и Элрика одновременно - потому что маг после такого мощного чихания едва держался на ногах.
  
  - Я... я велик... - бормотал Элрик, пытаясь принять величественную позу, но получалось плохо. - Я спалил кусты... я создал дым... я...
  
  - Ты поджёг лес! - возмутился Финн, оглядываясь на полыхающие внизу заросли. - Лес, между прочим!
  
  - Не весь, - поправил Говорун, который, кажется, единственный сохранял спокойствие. - Только небольшую часть. Остальное дымом затянуло. Экосистема восстановится. Лет через сто.
  
  - Через сто лет! - застонал друид. - А если ветер повернёт? А если звери пострадают? А если...
  
  - Финн, - перебила Лира, - потом будешь переживать. Сейчас надо уйти подальше.
  
  Они карабкались вверх по склону, цепляясь за камни и корни, пока не выбрались на узкую тропу, ведущую вдоль обрыва. Внизу, в ущелье, всё ещё полыхало - дым поднимался к небу чёрным столбом, и оттуда доносились приглушённые крики налоговиков.
  
  - Отстанут? - с надеждой спросил Гаррет.
  
  - Вряд ли, - покачал головой Торвальд. - Но теперь у них другие проблемы - отчёты спасать из огня, да друг друга тушить. У нас есть фора.
  
  - Сколько? - деловито поинтересовался Говорун.
  
  - Часа два. Может, три. Потом они либо потушат, либо поймут, что тушить бесполезно, и пойдут за нами.
  
  - Значит, надо спешить, - подвела итог Лира. - Где этот ваш перевал?
  
  - Там, - Торвальд указал вперёд, где скалы смыкались, образуя узкий проход, над которым клубились тучи. - Грозный перевал. По названию догадываетесь, что там?
  
  - Грозы? - предположил Элрик, который наконец пришёл в себя и даже смог стоять самостоятельно.
  
  - Именно. Круглый год. Никто не знает почему. То ли магия, то ли место такое неудачное. Но молнии там бьют постоянно.
  
  - Отлично, - буркнул Говорун. - Сначала пожар, теперь молнии. Что дальше? Наводнение? Землетрясение? Саранча?
  
  - Не каркай, - попросил Элрик. - У тебя это слишком хорошо получается.
  
  - Я не каркаю. Я прогнозирую. Есть разница.
  
  
  
  Грозный перевал встретил их воем ветра и первыми каплями дождя. Тучи здесь висели так низко, что, казалось, до них можно дотронуться рукой. Небо непрерывно вспарывали молнии - белые, синие, фиолетовые, - и гром грохотал так, что закладывало уши.
  
  - Весело, - прокомментировал Гаррет, вжимая голову в плечи. - Очень весело. Прямо праздник какой-то.
  
  - Держись ближе к скале, - посоветовал Торвальд. - Там меньше вероятность, что шарахнет.
  
  - А где больше? - с подозрением спросил Гаррет.
  
  - Где открытое пространство. И где металл.
  
  Все посмотрели на Говоруна.
  
  - Что? - возмутился котёл. - Я не металл, я личность! Меня молнии не трогают!
  
  - Ты медный, - напомнил Элрик. - Медь - металл. Молнии любят металл.
  
  - Я изолированный! У меня внутри магия! Она меня защищает!
  
  - Магия внутри тебя - это остатки вчерашнего супа, - отрезала Лира. - Или ты забыл, как мы тебя чистили?
  
  - Суп - это тоже магия! Вкусная магия!
  
  Спорить дальше не пришлось, потому что небо над ними разорвала особенно яркая молния, и через секунду гром грянул так, что Гаррет подпрыгнул и вцепился в Элрика. Маг, в свою очередь, вцепился в Торвальда, а Торвальд просто стоял и смотрел на небо с философским спокойствием человека, который видел в жизни всё, включая драконов и налоговые проверки.
  
  - Надо идти, - сказал он. - Быстро. Нельзя останавливаться.
  
  Они двинулись по перевалу - узкой тропе между скал, по которой когда-то, судя по остаткам мостовой, ходили телеги. Теперь камни разъехались, трава пробилась сквозь щели, а кое-где тропа и вовсе осыпалась, заставляя путников прижиматься к стене и осторожно переступать над пропастью.
  
  - Я боюсь высоты, - признался Гаррет, глядя вниз, где в тумане угадывалось дно ущелья.
  
  - А я боюсь молний, - откликнулся Элрик. - И налогов. И лягушек, которые отказываются превращаться в принцесс.
  
  - Лягушки не отказываются, - поправил Говорун. - Просто ты неправильно просишь.
  
  - Я по книге делал!
  
  - Книгу мыши погрызли.
  
  - Но основные слова я запомнил!
  
  - Основные слова - это не главное. Главное - интонация.
  
  - Ты сейчас серьёзно? Обсуждаешь интонацию для превращения лягушек под гром и молнии?
  
  - А почему нет? Вдруг это последний разговор в нашей жизни? Пусть будет содержательным.
  
  - Философский котёл, - хмыкнула Лира. - Только этого нам не хватало.
  
  Дождь усилился. Вода лила с неба сплошным потоком, промочив одежду за считанные минуты. Элрик, чья роба и так была не в лучшем состоянии, теперь напоминал мокрую ворону, которая пыталась взлететь и упала в лужу. Гаррет стучал зубами так громко, что мог заглушить гром. Финн что-то шептал - то ли молился, то ли уговаривал тучи не сердиться. Лира, единственная, кто сохранял спокойствие, просто шла вперёд, не обращая внимания на погоду.
  
  Торвальд нёс Говоруна, потому что котёл на скользких камнях вёл себя как пьяный ёжик - норовил соскочить с плеча и укатиться в пропасть.
  
  - Держи меня крепче, вояка! - требовал Говорун. - Я ценный экземпляр!
  
  - Ты тяжёлый экземпляр, - бурчал Торвальд, переступая через очередной валун.
  
  - Я монументальный! Это разные вещи!
  
  - Монументальный - это памятник. А ты - котёл. И ведёшь себя соответственно.
  
  - Я веду себя как личность! А личности, между прочим, имеют право на капризы!
  
  Молния ударила совершенно неожиданно. Без предупреждения, без раската грома - просто ослепительная вспышка прямо над головами, и через секунду - оглушительный грохот.
  
  И Говорун засветился.
  
  В прямом смысле. Его медные бока засияли изнутри каким-то неестественным синим светом, крышка подпрыгнула и зазвенела, а из-под неё повалил дым - густой, пахнущий озоном и жареным.
  
  - Ой, - сказал котёл.
  
  - Ты в порядке? - испуганно спросил Элрик.
  
  - Я... я не знаю, - голос Говоруна звучал странно - с эхом, как будто говорил не один котёл, а целый хор котлов. - Кажется, меня перезагрузило. Я вижу... вижу вселенную. И себя в ней. Я - точка. И одновременно - всё. Я есть космос. Я есть медь. Я есть...
  
  - Он съехал с катушек, - констатировала Лира. - Совсем.
  
  - Я не съехал! Я расширил сознание! - возразил Говорун, и из него вылетела маленькая молния, ударившая в скалу рядом с Торвальдом. Воин отшатнулся, едва не уронив котёл в пропасть.
  
  - Аккуратнее! - рявкнул он.
  
  - Я теперь проводник космической энергии! - объявил Говорун. - Я чувствую импульсы земли! Я слышу, как растут кристаллы в недрах! Я понимаю язык ветра!
  
  - Язык ветра? - переспросил Финн с интересом. - И что ветер говорит?
  
  - Ветер говорит, что мы идиоты, - ответил Говорун. - И что нам надо быстрее убираться с перевала, потому что следующая молния будет точно в цель.
  
  - В какую цель? - не понял Гаррет.
  
  - В самую высокую точку, - пояснил котёл. - А самая высокая точка здесь - я. На плече у воина.
  
  Торвальд мгновенно пригнулся, сгружая Говоруна на землю.
  
  - Стоишь здесь и не дёргаешься! - приказал он.
  
  - Я не могу не дёргаться! Я теперь часть мирового эфира! Мировой эфир постоянно дёргается, это его свойство!
  
  - Тогда закройся крышкой и помолчи! - посоветовала Лира.
  
  - Крышка не помогает! Крышка теперь - портал в иные измерения!
  
  - Какие ещё иные измерения? - простонал Элрик.
  
  - Например, измерение, где налоговая служба работает добросовестно и честно. - Говорун издал звук, похожий на смех, хотя, возможно, это просто громыхнуло. - Представляете? Там даже Гаррет улыбается.
  
  - Я не улыбаюсь! - возмутился Гаррет. - Ни в каком измерении!
  
  - В том - улыбаешься. И поёшь. И танцуешь. И добровольно сдаёшь отчёты.
  
  - Кошмар, - выдохнул бывший инспектор. - Вытащите меня отсюда.
  
  - Всю команду вытаскивать надо, - философски заметил Торвальд. - Идём. Быстро. Пока этот... космический... не натворил дел.
  
  Они побежали. Вернее, попытались побежать - по скользким камням, под проливным дождём, под непрекращающиеся раскаты грома и вспышки молний. Говорун, которого Торвальд теперь нёс не на плече, а в руках, как бомбу с часовым механизмом, продолжал вещать:
  
  - О! Я вижу ауру! У Элрика аура цвета лягушачьего брюшка! Очень символично! У Лиры - цвет закалённой стали, с серебристыми искорками - это волосы растут! У Гаррета - серо-буро-малиновая, как отчёт о проверке! У Финна - зелёная, с оттенком мха! Очень гармонично! А у Торвальда - цвет ржавчины на старом топоре! Но это не плохо, это мудро!
  
  - Заткнись, - попросил Торвальд.
  
  - Не могу! Я должен делиться прозрениями! Это моя кармическая задача! О! Я вижу...
  
  Договорить он не успел, потому что очередная молния ударила прямо в тропу перед ними, выбив фонтан камней из земли. Все попадали, кто куда, а Говорун вылетел из рук Торвальда и покатился к обрыву.
  
  - Говорун! - заорал Элрик, бросаясь за ним.
  
  Он успел. Схватил котёл за ручку в последний момент, когда тот уже свесился над пропастью. Внизу клубился туман, и дна видно не было.
  
  - Ты меня спас, - сказал Говорун удивлённо. - Рискуя жизнью.
  
  - Ты мой друг, - ответил Элрик, вытаскивая его на тропу. - Как я мог не спасти?
  
  - Друг, - повторил котёл. Голос его стал нормальным - без эха, без хора, без космических ноток. - Друг. Это... это хорошо.
  
  И он замолчал. Обычным молчанием, без философских отступлений и ехидных комментариев.
  
  - Ты как? - осторожно спросил Элрик.
  
  - Нормально, - ответил Говорун. - Кажется, перегорело. Или наоборот - зарядилось. Я не понял. Но одно знаю точно: молнии - зло. И я их не люблю.
  
  - Вот это наш Говорун, - с облегчением выдохнул маг. - Ворчливый и принципиальный.
  
  - Я всегда такой, - буркнул котёл. - Просто иногда я это лучше скрываю.
  
  
  
  Они выбрались с перевала, когда дождь наконец начал стихать. Впереди, в разрывах туч, показалась долина, а в центре её, на высокой скале, возвышался замок - мрачный, чёрный, с острыми башнями, уходящими в небо.
  
  - Красиво, - выдохнул Элрик.
  
  - Страшно, - одновременно с ним сказал Гаррет.
  
  - Опасно, - добавила Лира.
  
  - Интересно, - подвёл итог Финн. - Камень говорит, что там внутри много жизни. И немного смерти. И очень много золота. И мальчик.
  
  - Мальчик, - повторил Торвальд. - Наша цель.
  
  Они стояли на краю обрыва и смотрели на замок. Ветер стих, дождь прекратился, и даже гром, кажется, устал греметь и ушёл отдыхать в другие края.
  
  - Ну что, команда? - спросил Элрик, поправляя на плече сумку. - Идём спасать мир?
  
  - И мальчика, - напомнил Говорун.
  
  - И мальчика. И корону для скелета. И, возможно, немножко золота для нас.
  
  - И налоги, - добавил Гаррет и тут же зажал рот руками, но было поздно - Элрик чихнул, выпустив маленькое облачко дыма.
  
  - Гаррет!
  
  - Прости! Вырвалось!
  
  - Контролируй себя!
  
  - Я пытаюсь! Но слово само выскочило!
  
  - Хватит, - остановил их Торвальд. - Идём. До темноты надо успеть.
  
  Они двинулись вниз, к замку. А сзади, за их спинами, Грозный перевал всё ещё грохотал и сверкал, провожая странную компанию то ли проклятиями, то ли напутствиями. И только Говорун, которого Торвальд снова нёс на плече, тихо бормотал себе под нос:
  
  - Друг... Надо же. А я думал, я просто кухонная утварь с завышенной самооценкой. Оказывается, я ещё и друг. Приятно, чёрт возьми. Очень приятно.
  
  - Ты чего там бормочешь? - спросил Элрик.
  
  - Ничего, - ответил котёл. - Философствую. Не мешай.
  
  - Философствующий котёл, - хмыкнул маг. - Только этого нам не хватало для полного счастья.
  
  - Для счастья нам не хватает мальчика, короны и чтобы налоговая отстала, - поправил Говорун. - А философствующий котёл - это уже приятный бонус.
  
  - Ты всегда был приятным бонусом, - улыбнулся Элрик.
  
  - Льстец, - фыркнул Говорун, но, кажется, ему понравилось.
  
  Они спускались всё ниже, и замок вырастал на глазах, становясь всё более реальным, осязаемым, близким. А в его башнях уже зажигались огни - кто-то ждал гостей. Или не ждал, но всё равно собирался встретить.
  
  - Интересно, - вдруг сказал Финн, - а растения в замке есть?
  
  - Какая разница? - удивился Гаррет.
  
  - Если есть - я с ними поговорю. Они всё расскажут. Где мальчик, где корона, где этот некромант с бухгалтерским уклоном. Растения всё видят. Они молчаливые, но наблюдательные.
  
  - А если нет растений?
  
  - Тогда будем по старинке - дверь выломаем и ворвёмся, - пожал плечами Торвальд.
  
  - По старинке - это по-нашему, - одобрил Говорун. - Просто и со вкусом.
  
  - Главное - без молний, - добавил Элрик. - С меня на сегодня хватит спецэффектов.
  
  - А с меня - налоговых терминов, - подхватил Гаррет. - Буду молчать как рыба.
  
  - Рыбы...
  
  - Финн, молчи, - перебила Лира. - Все молчат. Идём.
  
  Они подошли к подножию скалы, на которой стоял замок. Впереди была расщелина и перекидной мост, ведущий к воротам. А за воротами - неизвестность.
  
  - Ну что? - спросил Торвальд, оглядывая команду.
  
  - Надо осмотреться, - Лира уже вырвалась вперёд, уходя на разведку. - Ждите здесь, я скоро.
  
  Они спрятались за большой каменный осколок, чтобы подождать эльфийку и перевести дух.
  
  
  
  
  
  Глава 10.
  
  Лира вернулась быстрее, чем ожидалось - через пятнадцать минут она бесшумно вынырнула из темноты и присела рядом с командой за валуном.
  
  - Плохие новости, - без предисловий начала она. - Мост охраняют. И не просто так, а с размахом.
  
  - Кто? - Торвальд уже привычно положил руку на топор.
  
  - Зомби. Четверо. Стоят по обе стороны моста, как статуи. Мёртвые, но на посту. - Лира поморщилась. - От них пахнет так, будто их законсервировали в уксусе и забыли проветрить.
  
  - Зомби? - Гаррет побледнел даже в темноте. - Настоящие? Которые ходят и... и...
  
  - И кусаются? - закончил Финн с непонятным интересом. - А они разговаривают? Я с зомби ещё не общался. Только с растениями. И один раз с очень старым кактусом, но он, кажется, притворялся мёртвым, чтобы его не поливали.
  
  - Зомби не разговаривают, - авторитетно заявил Элрик, роясь в сумке в поисках своего справочника. - В моей книге чётко сказано: зомби - это нежить, лишённая разума и воли, подчиняющаяся приказам некроманта. Они не едят, не спят, не разговаривают и вообще...
  
  - Эта книга у тебя ещё со времён учёбы? - перебил Говорун.
  
  - Ну да.
  
  - Та, которую мыши погрызли?
  
  - Они погрызли только оглавление! - возмутился Элрик. - Основной текст уцелел!
  
  - Основной текст они, видимо, сочли слишком скучным, - хмыкнул котёл. - Ладно, с зомби понятно. Как будем проходить? Торвальд, ты у нас специалист по грубой силе. Предложения?
  
  Воин задумчиво погладил бороду. Борода согласно зашевелилась, явно участвуя в мыслительном процессе.
  
  - Можно перебить, - сказал он наконец. - Но шумно. И если некромант почувствует, что его стражи мертвы... вернее, мертвее, чем обычно, - поднимет тревогу.
  
  - Можно обойти, - предложила Лира. - Но мост единственный. Скалы вокруг отвесные, без магии не забраться. А маг у нас... Несколько болезненном состоянии.
  
  - Можно я попробую? - скромно подал голос Финн.
  
  Все посмотрели на друида. Тот сидел на корточках и задумчиво разглядывал камень под ногами.
  
  - Ты? - удивился Гаррет. - Ты же с растениями разговариваешь, а не с мёртвыми.
  
  - С мёртвыми я не пробовал, - согласился Финн. - Но вдруг получится? У меня есть одна идея. Экологичная.
  
  - Экологичная? - переспросил Говорун. - Ты хочешь предложить зомби перейти на растительную диету?
  
  - Не совсем. - Друид поднялся и отряхнул колени. - Смотрите. Зомби - они же мёртвые, да? А мёртвые не чувствуют запахов? Или чувствуют?
  
  - Понятия не имею, - честно признался Элрик. - В моём справочнике про обоняние зомби ничего не написано.
  
  - Потому что мыши съели эту страницу, - вставил Говорун.
  
  - Ты сегодня особенно язвительный, - обиделся маг.
  
  - Я всегда такой. Просто ты привык и перестал замечать.
  
  - Так, - вмешалась Лира, - Финн, не тяни. Что за идея?
  
  Друид загадочно улыбнулся и полез в свою сумку, сплетённую из каких-то растений. Через минуту он извлёк на свет небольшой пузырёк с маслянистой жидкостью мутно-зелёного цвета.
  
  - Вот, - сказал он с гордостью. - Эфирное масло болотной ряски. Я его сам делал. Для успокоения растений. На мхи действует безотказно - они от него расслабляются и становятся пушистыми. А на зомби... ну, вдруг тоже подействует?
  
  - Ты хочешь намазать зомби маслом? - уточнил Гаррет.
  
  - Не намазать, а распылить. - Финн продемонстрировал маленькое приспособление, похожее на трубку с поршнем. - Видите? Духовой распылитель. Я им пчёл опыляю, когда они нервничают. Дуешь сюда - и облачко масла летит куда надо.
  
  - Гениально, - выдохнул Элрик. - Просто гениально! Финн, ты великий стратег!
  
  - Я просто друид, - смутился Финн. - Мы, друиды, вообще мирные. Но если надо - можем и напакостить. Экологично.
  
  - А как масло поможет нам пройти? - не понял Торвальд.
  
  - А вы слушайте план, - таинственно произнёс Финн.
  
  
  
  План Финна, если разобраться, был прост до безобразия. Он подкрадывался к мосту с подветренной стороны, распылял масло в сторону зомби, а пока те - если сработает - пребывали в состоянии 'расслабленности и пушистости', команда проскальзывала мимо.
  
  - А если не сработает? - спросил Гаррет, когда они уже крались в темноте к мосту.
  
  - Тогда будем драться, - пожал плечами Торвальд. - Как обычно.
  
  - Мне не нравится это твоё 'как обычно', - пробормотал бывший инспектор, но спорить не стал.
  
  Мост возник из темноты внезапно - старый, подвесной, с прогнившими досками и канатами, которые, кажется, помнили ещё времена строительства замка. По обе стороны моста, действительно, стояли четверо.
  
  Зомби.
  
  Они выглядели именно так, как и положено выглядеть зомби: серо-зелёная кожа, местами отваливающаяся кусками, пустые глаза, тлеющие лохмотья, которые когда-то были одеждой, и полное отсутствие признаков жизни. Они стояли неподвижно, как статуи, и только лёгкое покачивание на ветру выдавало в них не каменные изваяния.
  
  - Красавцы, - прошептал Говорун. - Прямо модель для журнала 'Нежить и мода'. Осенняя коллекция - 'Гниль в тренде'.
  
  - Тихо ты, - шикнула Лира. - Финн, давай.
  
  Друид бесшумно двинулся вперёд, держась тени, которую отбрасывали скалы. В руках он сжимал свой распылитель с болотным маслом. Команда затаилась за большим валуном и наблюдала.
  
  Финн подкрался метров на пятнадцать, прикинул направление ветра и... дунул в трубку.
  
  Облачко масла, почти невидимое в темноте, поплыло к ближайшему зомби. Тот стоял неподвижно, уставившись в пустоту перед собой. Масло окутало его голову, и...
  
  Ничего не произошло.
  
  - Не работает, - разочарованно выдохнул Элрик.
  
  Но Финн не сдавался. Он дунул ещё раз - теперь на второго. И третий раз - на третьего. Четвёртый, самый дальний, остался пока без внимания.
  
  И вдруг первый зомби... чихнул.
  
  Негромко, но отчётливо. Потом второй - громче. Третий издал звук, похожий на скрежет несмазанной телеги. Они зашевелились, закрутили головами, и на их лицах... ну, если можно назвать лицами эти серо-зелёные маски, появилось что-то вроде недоумения.
  
  - Оно работает! - прошептал Гаррет, не веря своим глазам.
  
  Финн тем временем подошёл ближе. Осторожно, шаг за шагом. Зомби смотрели на него, но не нападали - просто смотрели, шевеля ноздрями (теми, что уцелели).
  
  - Здравствуйте, - тихо сказал друид. - Как вы себя чувствуете?
  
  Зомби переглянулись. Тот, что слева, издал горловой звук, отдалённо напоминающий: 'Хр-р-р?'
  
  - Понятно, - кивнул Финн, как будто действительно понял. - Говорите, хорошо? Нервы шалят? Работа нервная, я понимаю. Стоишь тут веками, ветер продувает, сырость... неудивительно, что у вас кожа портится.
  
  Второй зомби, тот, что пониже ростом, жалобно заскрипел и указал пальцем (вернее, тем, что от пальца осталось) на свою правую руку, которая явно держалась на честном слове.
  
  - Ай-яй-яй, - посочувствовал Финн. - Производственная травма. Вам бы компресс из подорожника, но где ж его взять зимой? - Он почесал затылок. - Слушайте, а вы давно тут стоите?
  
  Первый зомби поднял два пальца.
  
  - Два дня? Две недели? - не понял Финн.
  
  Зомби покачал головой и показал два пальца ещё раз.
  
  - Двести лет? - догадался друид. - Ого. Это ж сколько воды утекло. А вам смену дают? Или вы так и стоите без выходных?
  
  Зомби возмущённо заскрежетали. Тот, что с отваливающейся рукой, особенно эмоционально размахивал конечностями, пытаясь что-то объяснить.
  
  - Безобразие, - согласился Финн. - Нет, ну правда - никаких прав у трудящихся. Я, конечно, понимаю, вы не совсем живые, но условия труда должны быть у всех. Может, вам травки какой принести? Успокоительной? У меня есть мята, зверобой... Правда, зверобой для нежити не пробовал, но вдруг поможет?
  
  Четвёртый зомби, всё это время молчавший, вдруг шагнул вперёд и что-то требовательно проскрипел, указывая на свои глаза - точнее, на пустые глазницы.
  
  - Чего он хочет? - шёпотом спросил Элрик у Лиры.
  
  - Понятия не имею, - так же шёпотом ответила эльфийка. - Но Финн, кажется, понимает.
  
  - А-а, капли для глаз, - догадался друид. - У вас же, наверное, песок попадает. Ветра здесь сильные. Знаете, я могу вам заварку из ромашки сделать. Остудить, потом закапывать. Не исцелит, конечно, глаза не вернёт, но неприятные ощущения снимет. Хотите?
  
  Зомби, судя по всему, хотели. Они обступили Финна плотным кольцом, жестикулируя и скрежеща, как старая телега на ухабах. Друид кивал, сочувственно вздыхал и раздавал советы - про примочки, про компрессы, про то, как правильно ухаживать за гниющей кожей, чтобы она не отваливалась раньше времени.
  
  - Это... это невероятно, - выдохнул Гаррет. - Он разговаривает с зомби. Как с людьми.
  
  - Как с растениями, - поправила Лира. - Для него любой, кто дышит (или не дышит) - часть природы. А природу он любит и уважает. Даже такую... специфическую.
  
  - Идём, - скомандовал Торвальд, увидев, ка Финн помахивал рукой явно в их сторону. - Пока они увлечены.
  
  Команда бесшумной тенью скользнула к мосту. Доски жалобно поскрипывали под ногами, но зомби, увлечённые беседой с Финном, даже не обернулись. Только один, самый старый и, видимо, самый опытный, проводил их пустым взглядом и скрипнул что-то вроде: 'Хорошие нынче гости пошли - вежливые'.
  
  - Да, - отозвался Финн, заметив это. - Это со мной. Мы вместе. Они тоже хорошие. Не обидят.
  
  Зомби понимающе закивали. Один даже попытался улыбнуться, но от этого зрелища Гаррет едва не свалился с моста - улыбка зомби, когда у него полщеки отсутствует, зрелище не для слабонервных.
  
  - Ты как там? - крикнул шёпотом Элрик, когда они уже перешли на другую сторону.
  
  - Всё хорошо! - отозвался Финн. - Я их немного успокою и догоню! Идите, не ждите!
  
  И они пошли, оставляя друида в окружении четверых зомби, которые наперебой жаловались ему на тяжёлую стражническую долю.
  
  
  
  Внутренний двор замка оказался именно таким, каким и должен быть двор проклятого замка: мрачным, запущенным и неухоженным. Когда-то здесь, судя по остаткам клумб, росли цветы, но теперь торчали только сорняки - да и те какие-то чахлые, явно обиженные на жизнь.
  
  - Экология здесь ни к чёрту, - заметил Говорун, оглядывая пустые окна и обвалившуюся штукатурку. - Воздух спёртый, растения дохнут, даже плесень и та какая-то грустная.
  
  - Главное, чтобы некромант был внутри, - буркнул Торвальд, оглядываясь в поисках входа. - И мальчик.
  
  - Вон дверь, - указала Лира. - Чёрная, с железными полосами. За ней коридор. Похоже, это вход для прислуги.
  
  - Почему для прислуги? - не понял Гаррет.
  
  - Потому что парадный вон там, - эльфийка кивнула на противоположную сторону двора, где возвышались огромные дубовые ворота, украшенные гербами. - Но туда нам не надо. Там наверняка ловушки.
  
  - А здесь не ловушки?
  
  - Здесь просто дверь, - Лира подошла ближе, прислушалась. - И за ней тихо.
  
  - Слишком тихо, - добавил Говорун. - Мне это не нравится.
  
  - Тебе никогда ничего не нравится, - отмахнулся Элрик, толкая дверь.
  
  Дверь, к его удивлению, открылась легко и без скрипа. Внутри было темно, хоть глаз выколи.
  
  - Свет, - потребовала Лира.
  
  Элрик постучал по посоху. Посох неохотно засветился - тускло, словно делал одолжение.
  
  - Надо его зарядить, - пожаловался маг. - Он в последнее время какой-то ленивый стал.
  
  - Может, он просто устал от твоих экспериментов? - предположил Говорун. - Я, между прочим, тоже устаю. Но я хотя бы котёл, мне положено.
  
  Они двинулись по коридору. Стены здесь были каменными, с факелами, которые давно не горели, и с паутиной в таких количествах, что пауки, наверное, чувствовали себя королями вселенной.
  
  - Финна жалко, - вдруг сказал Гаррет. - Остался там, с этими...
  
  - Не жалко, - отрезала Лира. - Он своё дело знает. Догонит.
  
  - А если нет?
  
  - Значит, встретимся у некроманта. - Торвальд говорил спокойно, но чувствовалось, что он тоже переживает. - Финн не пропадёт. Он с любой тварью договорится.
  
  Коридор привёл их в большое помещение, которое, судя по всему, когда-то было лабораторией. Здесь царил такой хаос, что даже Говорун присвистнул.
  
  Столы, заваленные склянками, ретортами и непонятными приборами. Книги, разбросанные по полу вперемешку с пергаментами. Какие-то странные механизмы, назначение которых не брался определить даже Элрик. И - запах. Смесь химии, магии и чего-то ещё, очень неприятного.
  
  - Что тут произошло? - прошептал Гаррет, оглядываясь по сторонам. - Война?
  
  - Эксперимент, - авторитетно заявил Элрик, поднимая с пола какую-то бумажку. - Судя по записям, некромант пытался создать... - он вчитался, - ...эликсир вечной молодости из лягушачьих лапок и дохлых мух.
  
  - Из дохлых мух? - переспросил Говорун. - Это же глупость несусветная!
  
  - Для эликсира молодости - да, - согласился маг. - А для призыва мух - самое то. Видимо, он хотел одновременно и то, и другое. Неудивительно, что тут всё взорвалось.
  
  - Тихо, - Лира вдруг замерла, прислушиваясь. - Там кто-то есть.
  
  Из-за груды хлама в углу доносилось какое-то шевеление. И всхлипывание. Или чавканье - сложно было разобрать.
  
  - Кто здесь? - громко спросил Торвальд, беря топор наизготовку.
  
  Шевеление прекратилось. Потом из-за груды высунулось... нечто.
  
  Это было существо примерно с человеческий рост, но на этом сходство заканчивалось. Кожа - синевато-серая, с какими-то пятнами. Три глаза - два обычных и один посередине лба, чуть большего размера. Рот с клыками, торчащими в разные стороны. И куча щупалец вместо рук - или это были не щупальца, а что-то другое, Элрик не успел разглядеть.
  
  - Ой, - сказало существо и попыталось спрятаться обратно.
  
  - Стоять! - рявкнул Торвальд. - Кто такой? Быстро!
  
  Существо замерло. Три глаза смотрели на команду с таким ужасом, что даже Лира опустила кинжал.
  
  - Не ешьте меня, - жалобно попросило оно. - Я невкусный. Меня вообще кормить забывают, я, наверное, уже протух.
  
  - Мы не едим, - успокаивающе сказал Элрик, выходя вперёд. - Мы люди. Вернее, некоторые из нас люди. А ты кто?
  
  - Я... я не знаю, - всхлипнуло существо. - Раньше я был крысой. Обычной серой крысой. Жил в подвале, ел объедки, радовался жизни. А потом пришёл ОН, поймал меня и поставил опыт. Говорил, что хочет сделать разумную жизнь из обычной. И сделал. Только разумная жизнь получилась, а обратно превращаться - нет. И теперь я вот такой. И не крыса, и не человек, и вообще непонятно кто.
  
  - Кошмар, - выдохнул Гаррет. - Бедное животное.
  
  - Я не животное! - обиделось существо. - Я личность! У меня даже имя есть - Крысислав. Хозяин назвал. Правда, он меня потом бросил здесь и забыл. Сказал, что эксперимент неудачный, и ушёл в другую лабораторию. А я тут сижу, книжки читаю, пылью покрываюсь.
  
  - Ты читаешь? - удивился Элрик.
  
  - А что делать? - Крысислав вздохнул (зрелище было то ещё - три глаза закатились одновременно). - Хозяин оставил библиотеку. Я всё прочёл. И про магию, и про алхимию, и про налоги. - При слове 'налоги' Элрик чихнул, выпустив маленькое облачко дыма. - Ой, а вы чего? Простудились?
  
  - Долгая история, - отмахнулся маг. - Скажи лучше, Крысислав, а мальчик здесь? Тот, который золото растит?
  
  - Сэм? - глаза существа загорелись. - Вы за Сэмом? Ой, как хорошо! А можно я с вами пойду? Я тут засиделся, мне компания нужна. Я даже с пауками разговаривать начал, а они, знаете, собеседники никакие - только мух жуют и молчат.
  
  - Погоди, - остановила его Лира. - Где мальчик?
  
  - В башне, - махнул щупальцем Крысислав. - В самой высокой. Хозяин его там запер и заставляет золото растить. А мальчик плачет. Я слышу иногда, когда ветер с той стороны дует. Жалко его. Я бы помог, да не могу - меня в подвал не пускают, я слишком страшный. - Он опять всхлипнул. - Все говорят, страшный. А я ничего не могу поделать - такой уродился. То есть меня таким сделали.
  
  - Не плачь, - Элрик протянул руку и погладил одно из щупалец. Крысислав замер от неожиданности, а потом расплылся в улыбке - насколько это возможно с клыками и тремя глазами.
  
  - Меня давно никто не гладил, - сказал он трогательно. - С тех пор как я крысой был. Спасибо.
  
  - Так, - Торвальд решил, что пора возвращаться к делу. - Крысислав, ты знаешь дорогу в башню? И как пройти незаметно?
  
  - Знаю, - закивал бывший крыс. - Я весь замок изучил, пока хозяин эксперименты ставил. Там, за лабораторией, есть потайная лестница. Она ведёт наверх, прямо в башню. Правда, там ловушки. Хозяин наставил. Но я знаю, как их обойти.
  
  - Веди, - коротко приказала Лира.
  
  Крысислав вылез из своего укрытия полностью. Оказалось, что он довольно большой - примерно по пояс Торвальду, но щупалец у него было не четыре, а целых шесть, и все они постоянно двигались, словно жили своей жизнью.
  
  - Ничего, привыкнете, - сказал он, заметив реакцию команды. - Я, главное, не кусаюсь. Почти. Только если очень испугаюсь. А вы меня не пугайте, ладно?
  
  - Постараемся, - пообещал Говорун. - Хотя вид у тебя, честно говоря, тот ещё. Для пугала огородного - самое то.
  
  - Говорун! - шикнул Элрик.
  
  - А что? Я правду говорю. Он же сам признал, что страшный. Я просто констатирую факт.
  
  - Ничего, - махнул щупальцем Крысислав. - Я привык. Зато я умный. Я все книги прочёл. Хотите, расскажу про теорию магических полей? Или про некромантию для начинающих? Или про то, как правильно варить зелье бессмертия, чтобы оно не взорвалось?
  
  - Потом, - отрезал Торвальд. - Сначала мальчик.
  
  Они двинулись за Крысиславом через лабораторию. Тот ловко лавировал между грудами хлама, показывая щупальцами направление.
  
  - Здесь осторожно, - предупредил он, когда они подошли к двери в углу. - За этой дверью коридор. В полу люк. Если наступить - провалишься в яму с кислотой. Хозяин для воров придумал.
  
  - А для чего вору кислота? - не понял Гаррет.
  
  - Чтобы растворяться, - пояснил Крысислав. - Хозяин говорил: 'Вор должен исчезнуть бесследно, чтобы другим неповадно было'. Я не одобряю, конечно, но кто ж меня спрашивал.
  
  - Как обойти? - спросила Лира.
  
  - А вот тут, - Крысислав указал на стену. - По карнизу. Он узкий, но пройти можно. Я покажу.
  
  И показал. Команда, затаив дыхание, протискивалась по узкому каменному выступу над люком, который вёл неизвестно куда. Гаррет, смотревший вниз, побледнел так, что даже в темноте было заметно.
  
  - Не смотри, - посоветовал Говорун. - И не думай о том, что там кислота. Думай о том, что скоро мы спасём мальчика и получим награду.
  
  - А много награды? - с надеждой спросил Гаррет.
  
  - Не знаю. Но думай о многом.
  
  - Я пытаюсь, но оно не думается, когда под тобой яма с кислотой!
  
  - Значит, у тебя слабая воля, - философски заметил котёл. - Тренируй.
  
  Они миновали коридор, потом ещё одну комнату, заваленную какими-то странными приборами, потом узкую лестницу, которая вилась спиралью вверх. Крысислав шёл первым, освещая путь собственным свечением - оказывается, он умел светиться в темноте.
  
  - Это от магии осталось, - пояснил он. - Хозяин хотел, чтобы я ночником работал, да я отказался - гордость не позволила. А свечение осталось. Иногда полезно.
  
  - Ещё бы ты летать умел, - мечтательно сказал Элрик. - Был бы идеальный проводник.
  
  - Летать не умею, - огорчился Крысислав. - Пробовал - падаю. Больно.
  
  - Бывает, - посочувствовал Говорун.
  
  Лестница закончилась тяжёлой дубовой дверью, обитой железом.
  
  - Здесь, - шёпотом сказал Крысислав. - За этой дверью башня. Там мальчик. И хозяин иногда приходит. Проверяет, сколько золота выращено.
  
  - Спасибо, - искренне сказала Лира. - Ты нам очень помог.
  
  - А можно я с вами? - с надеждой спросил Крысислав. - Ну, когда мальчика спасёте? Возьмите меня с собой? Я не буду мешать. Я умный, книги читаю, могу зелья варить... ну, почти могу. И щупальцами удобно - доставать что-то с верхних полок.
  
  Команда переглянулась.
  
  - А почему бы и нет? - вдруг сказал Элрик. - Ты нам нравишься. Правда, Говорун?
  
  - Мне все нравятся, кто не жалуется на мою язвительность, - великодушно заявил котёл. - А ты вроде не жалуешься.
  
  - А что такое язвительность? - не понял Крысислав.
  
  - Узнаешь со временем, - пообещал Говорун. - Будешь моим учеником. Я научу тебя правильно комментировать происходящее.
  
  - Ура! - обрадовался бывший крыс и тут же смутился. - Ой, простите, громко получилось. Я тихо могу.
  
  - Ничего, - улыбнулся Торвальд. - Идём. Сначала мальчик, потом всё остальное.
  
  Он толкнул дверь. Она открылась с тихим скрипом, и они шагнули в башню.
  
  - Только без глупостей, - шепнул Говорун Элрику.
  
  - Я никогда не делаю глупостей, - так же шёпотом ответил маг.
  
  - Врёшь, - констатировал котёл. - Но я всё равно тебя люблю. Идём, герой.
  
  И они пошли. А сзади, прикрывая тыл, шелестел щупальцами Крысислав - новый член команды, который всего полчаса назад был одинокой несчастной крысой в проклятой лаборатории, а теперь обрёл друзей и надежду на лучшую жизнь.
  
  - Интересно, - бормотал он себе под нос, - а на свободе пауки вкуснее? Или такие же? Надо будет попробовать...
  
  
  
  
  
  Глава 11.
  
  За дубовой дверью оказалась не сама башня, а ещё одна лестница - винтовая, узкая, уходящая куда-то вниз, в сырую темноту. Оттуда тянуло холодом, плесенью и ещё чем-то кислым, отчего у Гаррета сразу защипало в носу.
  
  - Это не башня, это подвал, - разочарованно протянул Элрик, заглядывая в чёрный проём. - Крысислав, ты уверен, что мальчик здесь?
  
  - Уверен, - закивал бывший крыс, и его щупальца возбуждённо зашевелились. - Хозяин говорил, что золото лучше растёт в темноте и сырости. Как грибы. Он вообще считал, что мальчик - это такой особый сорт грибницы, только вместо мицелия у него финансовые потоки.
  
  - Финансовые потоки, - эхом повторил Гаррет и тут же зажал рот руками, но было поздно.
  
  Элрик чихнул. Изо рта вырвался язык пламени, на секунду осветивший лестницу. Внизу что-то блеснуло - то ли вода, то ли золото.
  
  - Прости, - пискнул Гаррет.
  
  - Привыкай, - вздохнул Говорун. - Теперь ты не просто бывший инспектор, ты ходячее оружие массового поражения. Одно твоё слово - и мы все сгорим к чёртовой бабушке.
  
  - Я стараюсь молчать!
  
  - Мало стараешься.
  
  - Тихо, - оборвала их Лира. - Внизу кто-то есть. Я слышу голос.
  
  Они замерли, прислушиваясь. Действительно, из глубины подвала доносился тихий, монотонный звук - кто-то бормотал, бубнил, словно читал вслух бесконечный список покупок.
  
  - Это он, - прошептал Крысислав, и его три глаза одновременно расширились от волнения. - Это Сэм. Я узнаю этот голос. Он всегда так бормочет, когда хозяин заставляет его работать. Говорит, что цифры танцуют у него в голове.
  
  - Цифры танцуют, это интересно, - повторил Элрик и, забыв об осторожности, ринулся вниз по лестнице.
  
  Остальным ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
  
  
  
  Подвал оказался огромным. Своды терялись где-то высоко в темноте, вдоль стен тянулись стеллажи, заставленные какими-то ящиками, бочками и непонятными механизмами, а в центре, в луче тусклого света, пробивающегося сквозь зарешёченное окно под потолком, сидел мальчик.
  
  Сэм был именно таким, как описывал Гаррет: лет двенадцати, худой, бледный до синевы, с огромными глазами на измождённом лице. Он сидел на табурете перед грубо сколоченным столом, на котором громоздились стопки бумаг, и быстро-быстро водил пером, что-то записывая.
  
  - ...итого сумма дебета превышает кредит на триста сорок два золотых и семь медяков, - бормотал он, не отрываясь от бумаг. - Приход за второй квартал составил... нет, это неправильно, надо пересчитать налог на добавленную стоимость с учётом амортизации основных средств...
  
  Элрик чихнул. Огненный шарик улетел в сторону и бесшумно погас, ударившись о сырую стену.
  
  - Мальчик, - тихо позвал он. - Сэм.
  
  Мальчик поднял голову. Взгляд его был мутным, расфокусированным, словно он смотрел сквозь них, видел какие-то невидимые цифры, пляшущие в воздухе.
  
  - Ещё один отчёт? - спросил он безжизненно. - Я не успеваю. Мне нужно три дня, чтобы свести дебет с кредитом. Если вы ускорите процесс, отчётность будет недостоверной, и налоговая наложит штраф. Штраф - это пеня в размере одной десятой процента за каждый день просрочки...
  
  - Он не в себе, - констатировала Лира, подходя ближе. - Некромант его заговорил. Или загипнотизировал.
  
  - Забухгалтерил, - поправил Говорун. - Это хуже. Это на всю жизнь, если вовремя не вылечить.
  
  - Сэм, - снова позвал Элрик, опускаясь перед мальчиком на корточки. - Посмотри на меня. Мы пришли тебя спасти.
  
  Мальчик перевёл взгляд на мага. В мутных глазах мелькнуло что-то похожее на удивление.
  
  - Спасти? - переспросил он. - А разве можно спастись от отчётности? Отчётность - это вечно. Она была до нас и будет после. Она как гравитация - действует всегда, даже если вы о ней не думаете.
  
  Элрик чихнул снова, на этот раз сильнее.
  
  - Видишь, - кивнул мальчик с печальной мудростью в глазах. - Даже магия не может противостоять налоговому учёту. Это аксиома.
  
  - Какая, к чёрту, аксиома! - не выдержал Торвальд. - Мы пришли вытащить тебя отсюда! Вставай и идём!
  
  - Не могу, - покачал головой Сэм. - Я должен закончить квартальный отчёт. Если я не закончу, хозяин рассердится. А когда хозяин сердится, он призывает скелетов. Скелеты не любят незакрытых отчётов. Они вообще ничего не любят, кроме как считать чужие кости.
  
  - Какие скелеты? - жалобно спросил Гаррет, который при слове 'скелеты' уже начал оглядываться по сторонам.
  
  - Обычные, бухгалтерские, - пояснил Сэм. - С калькуляторами вместо рук. Хозяин говорит, что это очень эффективно - нежить не ест, не спит, может считать двадцать четыре часа в сутки. Правда, они туповаты, путают дебет с кредитом, но хозяин на них не ругается - мёртвых бесполезно ругать, они не обижаются, но и не исправляются.
  
  - Слушай, мальчик, - Говорун подкатился поближе к столу, - а хочешь, мы тебя научим не считать, а... ну, не знаю, в шашки играть? Или лягушек в принцесс превращать? Вон Элрик умеет. Правда, не очень хорошо, но процесс увлекательный.
  
  Сэм посмотрел на котла долгим взглядом, и в его глазах впервые мелькнуло что-то похожее на живой интерес.
  
  - В шашки? - переспросил он. - А можно просчитать вероятность выигрыша? Это же комбинаторика! Если составить математическую модель...
  
  - Господи, - простонал Торвальд. - Да он безнадёжен.
  
  - Не безнадёжен, - возразила Лира. - Просто заколдован. Надо снять чары.
  
  - А как?
  
  - Понятия не имею. Может, ударить по голове? Иногда помогает.
  
  - Не надо по голове, - испуганно сказал Сэм и вдруг моргнул. Взгляд его на секунду прояснился. - Вы... вы правда пришли меня спасти?
  
  - Правда! - хором ответили все, включая Крысислава, который от волнения начал перебирать щупальцами, как пианист, играющий гаммы.
  
  - А... а налоговая? - спросил мальчик, и страх снова затуманил его глаза. - Она тоже здесь? Хозяин говорил, что налоговая хочет меня забрать и посадить на цепь в подвале, чтобы я считал казённые деньги вечно.
  
  - Налоговая далеко, - соврал Гаррет, но соврал так неубедительно, что даже Крысислав понял - неправда.
  
  И в этот момент сверху, с лестницы, донёсся грохот. А следом - голоса. Множество голосов. И запах. Тот самый запах - бумаги, чернил и казённого страха.
  
  - Налоговая инспекция! - рявкнул знакомый голос тощего инспектора. - Всем оставаться на местах! Мы знаем, что вы здесь! Именем короля и налогового кодекса, вы окружены!
  
  - О, - сказал Говорун. - А вот и гости. Опоздали, но полны энтузиазма.
  
  
  
  Они ворвались в подвал, как саранча налетает на пшеничное поле: шумно, нагло и с чувством полного превосходства. Тощий инспектор, теперь с перевязанной головой, размахивал свитком и орал так, что со стен посыпалась штукатурка.
  
  За ним топали помощники - человек десять, не меньше, с охапками бумаг, счётными досками и какими-то странными приспособлениями, назначение которых угадывалось без труда: ловить, связывать и облагать налогом.
  
  - Ага! - завопил инспектор, увидев команду. - Попались, голубчики! Гаррет Скользкий, вы арестованы! Элрик-самозванец, вы арестованы за незаконную магическую деятельность без уплаты соответствующей пошлины! Лира Бесшумная, вы арестованы за ношение холодного оружия без лицензии! Торвальд Косматый, вы арестованы за неуплату налога на бороду! Финн... - он запнулся, заглянул в бумажку, - Финн Зеленючка, вы арестованы за разведение мхов без соответствующего разрешения! А это что за... - он уставился на Крысислава, и его лицо вытянулось. - А это что за недоразумение?
  
  - Я не недоразумение, - обиделся Крысислав. - Я личность. И у меня, между прочим, тоже могут быть налоги. Если я захочу. А я не хочу.
  
  - Недоразумение или личность, а налоги платить обязаны все! - рявкнул инспектор, но как-то неуверенно. Три глаза Крысислава смотрели на него с таким укором, что даже видавший виды бюрократ засомневался.
  
  - Документы на него есть? - спросил один из помощников.
  
  - Какие документы? - огрызнулся инспектор. - Ты посмотри на него - у него щупальца! Какие могут быть документы у существа со щупальцами?
  
  - Справку от мага можно? - робко предположил помощник.
  
  - Можно, - кивнул инспектор и снова повернулся к Крысиславу. - Есть у тебя справка от мага, что ты существуешь на законных основаниях?
  
  - Меня маг создал, - пожал щупальцами Крысислав. - Только он справок не выписывал. Он вообще не очень законопослушный, честно говоря.
  
  - Ах не очень законопослушный! - обрадовался инспектор, словно нашёл золотую жилу. - Значит, и ты соучастник! Вяжи его, ребята!
  
  Помощники зашевелились, но в этот момент из темноты, из-за спин налоговиков, раздался другой голос - глубокий, гулкий, с нотками профессионального превосходства:
  
  - А ну стоять! Это мои налогоплательщики! Я первый их нашёл!
  
  Из тени вышел некромант.
  
  Выглядел он именно так, как и описывал Гаррет: немолодой, тощий, с бегающими глазами и таким выражением лица, словно он только что пересчитал бюджет королевства и обнаружил недостачу. Чёрный балахон его был забрызган чем-то подозрительным, в руках он сжимал огромный гроссбух, а за его спиной, шевелясь и поскрипывая, толпились зомби.
  
  Не те зомби, что у моста - эти выглядели пострашнее. Некоторые были в остатках бухгалтерской формы, с истлевшими нарукавниками и ржавыми очками на пустых глазницах. В костлявых руках они сжимали не оружие, а счёты и абаки, и смотрели на команду с таким выражением, будто уже прикидывали, в какую статью расходов их вписать.
  
  - Господин Гримнус, - прошипел тощий инспектор. - Эти преступники находятся в моей юрисдикции. У меня ордер на арест!
  
  - А у меня - право собственности! - парировал некромант, потрясая гроссбухом. - Мальчик - мой! Я его похитил, значит, он моя собственность! И все, кто находится в моём замке, тоже мои! По праву оккупации!
  
  - По праву оккупации налоги не взимаются! - взвизгнул инспектор. - Есть специальный циркуляр министерства финансов!
  
  - А я не взимаю, я распоряжаюсь! - некромант шагнул вперёд, и зомби за его спиной синхронно щёлкнули костяшками пальцев. - И вообще, вы нарушаете границы частных владений! У меня есть свидетельство о собственности на этот замок!
  
  - Оно просрочено! - инспектор выхватил из-за пазухи какую-то бумагу. - Вот, смотрите: 'В связи с неуплатой налога на недвижимость за последние двести семьдесят три года, имущество подлежит конфискации в пользу казны'!
  
  - Двести семьдесят три года?! - некромант поперхнулся. - Это ошибка! Я здесь всего сто пятьдесят пять лет!
  
  - А замок стоит триста! Налоги начисляются за всё время существования объекта! - инспектор ткнул пальцем в бумагу. - Пункт семь, параграф двенадцать, примечание три!
  
  - Да пошли вы со своими пунктами! - взревел некромант и взмахнул руками. Зомби ожили окончательно и двинулись на налоговиков, щёлкая счётами и жутко лязгая челюстями.
  
  - Атакуй! - завопил инспектор, и помощники, забыв про команду, бросились на зомби, размахивая декларациями и отчётами.
  
  Началась битва.
  
  
  
  Зрелище было эпическое. И абсолютно безумное.
  
  Зомби-бухгалтеры, лязгая костями, пытались накинуть на налоговиков ржавые наручники, но те отбивались папками с документами, которые при ударе взрывались облаками магической пыльцы - видимо, казённая магия работала даже в таких условиях.
  
  Тощий инспектор метнул в некроманта 'Приходный ордер особой важности', и тот, разворачиваясь в воздухе, попытался обвить Гримнуса магическими верёвками. Некромант отбился гроссбухом, из которого вылетели цифры - настоящие, материальные цифры, которые закружились в воздухе и начали атаковать налоговиков, врезаясь им в лбы и оставляя синяки.
  
  - Держи его! - орал инспектор, уворачиваясь от двойки, которая явно целила ему в глаз.
  
  - Сам держи! - рявкнул некромант, отбиваясь от пятёрки с дробями.
  
  А в центре этого хаоса стояла команда, совершенно не понимая, что делать.
  
  - Может, уйдём по-тихому? - предложил Гаррет, озираясь по сторонам. - Пока они заняты друг другом?
  
  - Нельзя, - отрезал Торвальд. - Мальчика надо вытаскивать. И корону, если успеем.
  
  - Какую корону? - не понял Гаррет.
  
  - Корону скелета. Помнишь? Мы обещали.
  
  - Мы обещали вернуть корону, если выживем! - напомнил Говорун. - А мы пока не выжили. Мы пока в эпицентре бухгалтерского апокалипсиса.
  
  В этот момент одна из цифр - жирная семёрка с хвостиком - врезалась в стену рядом с Элриком. Маг подпрыгнул и чихнул. Огонь вырвался такой силы, что подпалил свисавшую с потолка паутину. Паутина вспыхнула, и от неё загорелся стол с отчётами, за которым всё ещё сидел Сэм.
  
  - Отчёты горят! - завопил мальчик, и в его голосе смешались ужас и непонятная радость. - Отчёты! Квартальные! Годовые! Сводные! А-а-а!
  
  Он заметался по подвалу, пытаясь спасти бумаги, но пламя распространялось быстрее. И вдруг мальчик остановился. Его глаза прояснились. Он посмотрел на горящие документы, потом на свою руку, которая всё ещё сжимала перо, и медленно разжал пальцы.
  
  Перо упало на пол.
  
  - Они... горят, - сказал он тихо. - Все отчёты. Все цифры. Все долги. - Он поднял голову, и в глазах его стояли слёзы. - Я свободен?
  
  - Ты свободен! - крикнул Элрик, подбегая к нему. - Бежим!
  
  Но бежать было некуда. Налоговики и зомби, забыв про взаимную вражду, теперь объединились против общего врага - огня. Тощий инспектор метался между горящими бумагами, пытаясь спасти хоть что-то, и орал так, что его голос перекрывал даже треск пламени.
  
  - Акт о списании! Акт о списании где?! Мы должны оформить пожар документально! Без акта нам не возместят ущерб!
  
  - Какой ущерб?! - завопил некромант, отбиваясь от особо настойчивой девятки. - Это мой замок! Всё, что здесь горит, - моё!
  
  - А налоги? Налоги кто будет платить за сгоревшее имущество? - не унимался инспектор.
  
  - Какие налоги, когда всё горит?!
  
  - А такие! Пожар - не основание для освобождения от уплаты! Пункт сорок три, параграф восемь!
  
  - Да пошли вы...
  
  Договорить он не успел, потому что в этот момент в подвал ворвался Финн.
  
  Друид появился на лестнице верхом на чём-то, что отдалённо напоминало огромный движущийся куст. Куст перебирал корнями, как сороконожка ногами, и от него пахло болотом и свежескошенной травой.
  
  - Я тут! - крикнул Финн, спрыгивая с куста. - Извините, задержался! Зомби на мосту оказались очень разговорчивыми! Я им компрессы из ромашки пообещал, они меня и пропустили! А это что тут у вас?
  
  - Пожар! - рявкнул Торвальд. - Налоговый апокалипсис! Помоги!
  
  Финн оглядел поле боя. Глаза его загорелись.
  
  - О, цифры летают! - восхитился он. - Красиво! Как светлячки, только злые. Слушайте, а можно я попробую с ними поговорить?
  
  - С кем? - не понял Гаррет.
  
  - С цифрами. Они же живые, наверное. Некромант их призвал, значит, в них есть частичка жизни. Или смерти. Но это неважно. Главное - они могут слышать.
  
  Финн шагнул в центр зала, прямо в круговорот дерущихся зомби и налоговиков, и заговорил:
  
  - О, великие цифры! О, сущности, рождённые бухгалтерским учётом! Я приветствую вас! Скажите, не тяжело ли вам летать в этом дыму? Не путаетесь ли вы в своих значениях?
  
  Цифры на мгновение замерли. Двойка, которая как раз целила в голову тощему инспектору, остановилась и, кажется, задумалась.
  
  - Мы понимаем, - продолжал Финн проникновенно. - Вас создали для порядка. Для учёта. Для того, чтобы всё было правильно. Но посмотрите вокруг - разве это правильно? Разве правильно воевать с живыми существами, которые просто хотят жить и не платить налоги? Разве правильно гореть в этом огне, теряя свои хвостики и чёрточки?
  
  Цифры заколебались. Пятёрка жалобно звякнула и опустилась на пол. Семёрка всхлипнула (насколько может всхлипывать цифра) и тоже утратила боевой настрой.
  
  - Я предлагаю вам мир, - торжественно объявил Финн. - Вы летите туда, - он махнул рукой в сторону окна, - на волю, в небо, где нет налогов и отчётов. А мы тут разберёмся сами. Идёт?
  
  Цифры переглянулись. Тройка с дробями, самая старшая и, видимо, самая мудрая, кивнула и первой направилась к окну. За ней потянулись остальные - двойки, пятёрки, семёрки и даже одна агрессивная девятка, которая на прощание щёлкнула некроманта по носу и вылетела наружу.
  
  - Спасибо! - крикнул им вслед Финн. - Прилетайте ещё, когда захотите просто так полетать!
  
  Некромант замер с открытым ртом, глядя, как его магическое войско улетает в неизвестном направлении.
  
  - Вы... вы... - прохрипел он. - Вы распугали мою бухгалтерию!
  
  - Она сама улетела, - скромно потупился Финн. - Я просто предложил. А выбор всегда за личностью. Даже если эта личность - цифра.
  
  
  
  Воспользовавшись замешательством, Торвальд рванул к мальчику, схватил его в охапку и заорал:
  
  - Все к выходу! Быстро!
  
  - А корона? - крикнул Гаррет.
  
  - Какая корона, чёрт возьми?! Бежим!
  
  - Но мы обещали! - упёрся вдруг Гаррет.
  
  Все уставились на него. Гаррет, трусливый Гаррет, который боялся собственной тени, вдруг стоял на месте и смотрел на них с неожиданной решимостью.
  
  - Я был налоговым инспектором, - сказал он твёрдо. - Я тринадцать лет работал с документами. И я знаю, что такое обещание, скреплённое подписью. Мы дали слово скелету. Если мы не сдержим слово - чем мы лучше налоговой?
  
  - Гаррет, ты с ума сошёл? - простонал Элрик. - Сейчас не время для принципов!
  
  - Для принципов всегда время, - отрезал Гаррет и, не слушая возражений, рванул в боковой коридор, куда, по его расчётам, должна была вести дорога в лабораторию, где, по словам Крысислава, некромант хранил свои ценности.
  
  - Гаррет! - заорал Торвальд, но было поздно.
  
  - Я с ним! - крикнул Крысислав и, перебирая щупальцами, покатился следом. - Я знаю дорогу!
  
  - А мы? - растерялся Элрик.
  
  - А мы выводим мальчика! - рявкнула Лира, хватая Сэма за руку. - Живо!
  
  Они побежали к лестнице, а сзади, в едком дыму и огне, метались налоговики и зомби, пытаясь потушить пожар и одновременно убить друг друга.
  
  
  
  Гаррет бежал так быстро, как не бегал никогда в жизни. Крысислав катился рядом, подсвечивая дорогу собственным свечением и подсказывая повороты.
  
  - Направо! Теперь налево! Теперь прямо, через дверь!
  
  Они влетели в лабораторию - ту самую, где они встретили Крысислава. Здесь было темно и тихо, только пауки шуршали по углам.
  
  - Где корона? - выдохнул Гаррет, оглядывая заваленные хламом столы.
  
  - Вон там, - Крысислав указал щупальцем в угол. - На том стеллаже, под тряпкой. Я видел, как хозяин её туда положил. Он хотел её переплавить, но передумал - сказал, что корона слишком старая и золото в ней нечистое, с примесями. Решил, что невыгодно.
  
  Гаррет бросился к стеллажу, сдёрнул тряпку и замер.
  
  Корона очень походила на ту, что надо: золотая, с бриллиантами, но... потрёпанная. Бриллианты потускнели, один вообще выпал и болтался на проволочке, золото покрылось какими-то странными пятнами, а на внутренней стороне виднелись следы копоти и кислоты. Над короной явно проводили эксперименты - её пытались распилить, растворить, расплавить, но, видимо, безуспешно.
  
  - Чур, моя, - сказал Гаррет и схватил корону.
  
  И тут же взвыл.
  
  Корона обжигала. Не просто горячая - она жгла пальцы ледяным огнём, пронизывающим до костей. Но Гаррет, стиснув зубы, не выпустил её.
  
  - Больно? - испуганно спросил Крысислав.
  
  - А ты как думаешь? - прохрипел Гаррет, перекладывая корону в другую руку. Та тоже загорелась болью. - Но я обещал. Я... обещал.
  
  Он засунул корону за пазуху, и ему показалось, что на грудь ему положили раскалённую сковородку. Но он не закричал. Только закусил губу до крови и рванул обратно.
  
  - Бежим! - крикнул он Крысиславу. - Пока я не передумал и не бросил эту проклятую железяку!
  
  
  
  Они выскочили в коридор как раз в тот момент, когда из подвала повалил густой чёрный дым. Там всё ещё орали налоговики, лязгали зомби и ругался некромант, но разбираться, кто кого победил, не было ни времени, ни желания.
  
  - На выход! - скомандовал Торвальд, увидев Гаррета с Крысиславом. - Живо!
  
  Они побежали по коридору, через следующую лабораторию, мимо удивлённых пауков, вверх по лестнице, через двор, мимо моста, где всё ещё стояли четверо зомби, которые при виде Финна замахали руками и заскрежетали что-то приветственное.
  
  - Пока! - крикнул им Финн на бегу. - Компрессы через неделю принесу! Обещаю!
  
  Зомби понимающе закивали.
  
  Они выбежали на мост, перемахнули через него и только тогда, на противоположной стороне, за скалой, позволяющей спрятаться от замка, остановились перевести дух.
  
  - Все живы? - спросил Торвальд, оглядывая команду.
  
  - Я жив, - отозвался Элрик, жадно глотая воздух.
  
  - Я тоже, - пискнул Гаррет, прижимая к груди корону, которая всё ещё жгла, но уже не так сильно.
  
  - А где мальчик?
  
  - Здесь я, - тихо сказал Сэм, выходя из-за спины Лиры. Вид у него был замученный, но глаза - ясные, без прежнего мутного тумана. - Спасибо, что вытащили. И... простите, что я там про отчёты бормотал. Это проклятие такое. Оно заставляет считать всё подряд. Даже во сне. Это ужасно.
  
  - Знаем, - сочувственно кивнул Говорун. - У нас тут Гаррет тоже числами болен. Но он лечится. Потихоньку.
  
  Гаррет хотел возразить, но передумал.
  
  - А корона? - спросила Лира, заметив, что Гаррет что-то прячет за пазухой.
  
  - Вот, - он вытащил корону и протянул её на всеобщее обозрение. - Еле вынес. Она жжётся, как проклятая.
  
  - Она и есть проклятая, - напомнил Говорун. - Поэтому и жжётся. Молодец, Гаррет. Я в тебя не верил, а ты взял и молодец.
  
  - Я сам в себя не верил, - честно признался Гаррет. - Просто... ну, слово дал. Нельзя же нарушать слово, даже если очень хочется. Иначе ты никто.
  
  - Философ, - усмехнулся Торвальд. - Ладно, идём. Надо вернуть корону скелету, получить награду и убираться подальше от этого места. Налоговая, может, и не сдохла в пожаре, но они теперь долго будут очухиваться. У нас есть время.
  
  - А некромант? - спросил Сэм.
  
  - А что некромант? - пожал плечами Финн. - Он без своих цифр и отчётов - как растение без воды. Засохнет. Или перевоспитается. Я могу ему кактус подарить, чтобы заботиться было о ком. Кактусы неприхотливые, но требуют внимания. Авось отвлечётся от мыслей о мировом господстве.
  
  Сэм посмотрел на друида долгим взглядом и вдруг улыбнулся - впервые за весь день.
  
  - А можно я с вами? - спросил он. - Я больше не хочу считать. Вообще ничего. Даже овец перед сном. Я хочу... ну, не знаю... жить просто. Без цифр.
  
  - Можно, - кивнул Торвальд. - У нас команда как раз пополняется. Вон, Крысислава взяли. И ты поместишься.
  
  - Крысислава? - Сэм посмотрел на трёхглазое щупальцевое существо и улыбнулся ещё шире. - Здорово. У меня никогда не было друзей с щупальцами.
  
  - А у меня никогда не было друзей-мальчиков, - ответил Крысислав. - Будем дружить.
  
  - Будем.
  
  Они пошли вниз по тропе, оставляя за спиной дымящийся замок, орущих налоговиков и обезумевшего некроманта.
  
  - Говорун, - тихо спросил Элрик.
  
  - А?
  
  - А как думаешь, мы справимся? Со всеми? С мальчиком, с короной, с налоговиками, которые обязательно вернутся?
  
  - Справимся, - уверенно ответил котёл. - Мы же команда. Странная, нелепая, с кучей тараканов в голове у каждого, но команда. А команды, как известно, - это сила.
  
  - Это точно, - улыбнулся Элрик.
  
  - И ещё, - добавил Говорун. - Ты сегодня был молодец. Чихал в нужную сторону. И даже никого не поджёг случайно.
  
  - Это потому что Гаррет молчал, - скромно заметил маг.
  
  - Я вообще теперь всегда молчать буду, - пообещал Гаррет. - Только самое необходимое.
  
  - Ну-ну, - хмыкнул Говорун. - Посмотрим на твоё 'самое необходимое', когда мы к скелету придём и начнём цену за корону обсуждать. Там-то ты точно не удержишься.
  
  - Удержусь!
  
  - Спорим?
  
  - Спорим!
  
  - На что?
  
  - На... на ужин! Если я заговорю о налогах, я варю ужин для всей команды неделю!
  
  - Идёт! - обрадовался Говорун. - Наконец-то я отдохну от кулинарных подвигов. А то замучился уже вас кормить.
  
  - Ты любишь нас кормить, - возразил Элрик.
  
  - Люблю, - не стал спорить котёл. - Но отдохнуть тоже хочется.
  
  Они отходили всё дальше, и замок на скале становился всё меньше.
  
  
  
  
  
  Глава 12.
  
  Они бежали, не разбирая дороги, пока замок не скрылся за очередным скальным выступом. Только тогда Торвальд поднял руку, приказывая остановиться.
  
  - Передышка, - выдохнул он, опираясь на топор. - Пять минут. Потом снова в темп.
  
  Команда попадала прямо на камни, жадно хватая ртом воздух. Даже Лира, обычно неутомимая, присела на корточки и закрыла глаза, восстанавливая дыхание.
  
  - Я... я никогда... так быстро... не бегал, - прохрипел Гаррет, прижимая к груди корону, которая всё ещё слабо светилась и, кажется, немного грелась. - Даже... когда от налоговой... удирал...
  
  - А ты часто от неё удирал? - поинтересовался Крысислав, который, к удивлению всех, даже не запыхался. Щупальца его возбуждённо шевелились, а три глаза сияли неподдельным восторгом. - Это так здорово! Бежать, прятаться, приключения! Я всю жизнь в подвале просидел, а тут - раз - и столько всего сразу!
  
  - Ты чего такой радостный? - подозрительно спросил Говорун, которого Торвальд поставил на плоский камень. - Нас чуть не убили, не сожгли и не арестовали одновременно. А ты сияешь, как новый медяк.
  
  - А я никогда не видел неба! - Крысислав задрал голову и уставился на серые тучи, затянувшие Грозный перевал. - Оно такое большое! И серое! И с него капает! Это что, всегда так?
  
  - Это дождь, - объяснил Сэм, который сидел рядом с Финном и пытался отдышаться. - Вода с неба падает.
  
  - Вода? С неба? - Крысислав вытянул щупальце и поймал несколько капель. - Ой, мокрая! А зачем?
  
  - Ну... чтобы растения росли, - пожал плечами мальчик. - И чтобы лужи были.
  
  - А что такое лужи?
  
  - Это... ну, ямы с водой.
  
  - А зачем нужны ямы с водой?
  
  - Чтобы в них наступать, - не выдержал Гаррет. - Слушай, Крысислав, а ты всегда такой любопытный?
  
  - Всегда, - гордо ответил бывший крыс. - Я в подвале все книги перечитал, но там про небо ничего не написано. Только про магию и некромантию. А про дождь - ни слова. И про траву тоже. - Он ткнул щупальцем в пучок чахлой растительности у своих ног. - Это что, еда? Я слышал, некоторые едят траву. Правда, что ли?
  
  - Это не еда, - вздохнул Финн. - Это трава. Она живая. Её нельзя есть, с ней надо разговаривать.
  
  - Разговаривать? - Крысислав наклонился к травинке и прошептал: - Здравствуй, травка. Как дела?
  
  Травинка, естественно, ничего не ответила. Но Крысислав, кажется, и не ждал ответа - он просто сиял от счастья, что наконец-то увидел что-то новое.
  
  - Ладно, - Торвальд поднялся, отряхивая штаны. - Идём. Надо успеть пройти перевал до темноты. А то ночевать под молниями - то ещё удовольствие.
  
  - Под молниями? - переспросил Крысислав. - А что такое молнии?
  
  - Увидишь, - пообещал Говорун. - И, скорее всего, на своей шкуре. Или на моей. Потому что молнии меня почему-то любят. Как родного.
  
  - Правда? - восхитился Крысислав. - А можно я рядом пойду? Хочу посмотреть!
  
  - Ты ненормальный, - констатировал котёл. - Но мне нравится твой энтузиазм. Пошли. Будешь моим учеником. Первый урок: молнии - зло. От них надо прятаться. А если не спрятался - надо делать вид, что ты маленький и незаметный.
  
  - А ты большой и заметный, - заметил Крысислав.
  
  - Вот именно поэтому меня и бьют, - вздохнул Говорун. - Учись на моих ошибках, ученик.
  
  
  
  Грозный перевал встретил их так же, как и в прошлый раз - воем ветра, хлёстким дождём и непрерывными вспышками молний. Только теперь к этому добавилась ещё и темнота - вечер сгущался быстро, тучи закрыли последний свет, и идти приходилось почти на ощупь.
  
  - Я бою-ю-юсь, - ныл Гаррет, цепляясь за Торвальда. - Темно, мокро, страшно. И эта корона жжётся.
  
  - Терпи, - коротко ответил воин, прокладывая дорогу между камнями. - Скоро спустимся в ущелье. Там лес. В лесу безопаснее.
  
  - В лесу водятся волки, - напомнил Гаррет.
  
  - Волки лучше молний, - философски заметил Финн. - С волками можно договориться. Они разумные. А с молниями - нет. Молнии - они как стихия: глупые, но мощные.
  
  - Молнии не глупые, - вдруг подал голос Сэм. - У них есть частота и напряжение. Если рассчитать угол удара и сопротивление воздуха, можно предсказать, куда они попадут.
  
  - О, - сказал Говорун. - А наш мальчик, кажется, выздоравливает. Уже не отчёты считает, а молнии.
  
  - Я всегда считаю, - вздохнул Сэм. - Это проклятие какое-то. Но я стараюсь думать о чём-то другом. О берёзках, например.
  
  - О берёзках? - удивился Элрик, который плёлся сзади и пытался одновременно светить посохом и не споткнуться.
  
  - Финн сказал, что берёзы красивые. Я никогда не видел берёз. Только цифры и бумаги. - Сэм посмотрел на друида с надеждой. - А когда мы спустимся в лес, там будут берёзы?
  
  - Будут, - пообещал Финн. - Я тебе покажу. И научу с ними разговаривать.
  
  - А они... разговаривают?
  
  - Все деревья разговаривают, - важно кивнул друид. - Просто не все умеют слушать. Но ты научишься. У тебя дар к числам, а числа - это тоже язык. Просто другой. Деревья поймут.
  
  Сэм улыбнулся - впервые за всё время улыбка у него была не вымученная, а настоящая.
  
  И в этот момент молния ударила.
  
  Прямо в Говоруна.
  
  - А-а-а! - заорал котёл, взлетая в воздух и приземляясь обратно на камни с оглушительным звоном. - Опять! Да сколько можно?!
  
  Из него повалил дым - густой, сизый, с искрами. Крышка подпрыгнула и зазвенела, как колокол на пожаре. А изнутри полился свет - яркий, синеватый, пульсирующий в такт каким-то неведомым ритмам.
  
  - Ой, - сказал Крысислав, глядя на своего новоиспечённого учителя с благоговением. - А он всегда так красиво светится?
  
  - Только когда в него молния попадает, - мрачно ответил Элрик, подбегая к котлу. - Говорун! Ты жив?
  
  - Я... я не знаю, - голос котла звучал странно - с эхом, с переливами, словно говорил целый хор котлов. - Я снова вижу вселенную... Звёзды... Планеты... Чёрные дыры... И там, в глубине космоса, кто-то считает налоги... Огромный, бесконечный... Он смотрит на меня...
  
  - Опять поехало, - констатировала Лира, подходя ближе. - Сильно?
  
  - Сильно, - признался Элрик. - Говорун, вернись! Ты в Грозном перевале, а не в космосе!
  
  - В перевале? - котёл моргнул (насколько может моргать котёл). - А, да... Перевал... Камни... Дождь... Вы... - Он помолчал, переваривая информацию. - А почему вы такие маленькие?
  
  - Мы не маленькие, это ты стал большим, - нашёлся Крысислав. - В смысле, сознание у тебя расширилось. Я в книжках читал. Это бывает, когда магией перегружают.
  
  - Ты читал книжки? - Говорун сфокусировал взгляд на трёхглазом существе. - А ты кто?
  
  - Я Крысислав. Твой ученик. Ты меня пять минут назад взял.
  
  - Я взял ученика? - удивился котёл. - Зачем?
  
  - Чтобы учить меня жизни, - с энтузиазмом начал объяснять Крысислав. - Ты забыл? В тебя молния ударила.
  
  - Ах да... молния... - Говорун потряс крышкой, пытаясь прийти в себя. - Слушайте, а можно я посижу немного? Мир какой-то... шаткий. И цвета слишком яркие. И звёзды поют. Это нормально?
  
  - Для тебя - да, - вздохнул Элрик. - Привыкай. Часа через два пройдёт.
  
  - Через два часа?! - возмутился котёл, и из него вылетела маленькая молния, ударившая в ближайший камень. - Ой. Это у меня теперь тоже будет?
  
  - Похоже на то, - усмехнулась Лира. - Поздравляю. Ты теперь не просто говорящий котёл, а электрический.
  
  - Я не хочу быть электрическим! - заныл Говорун. - Я хочу быть обычным, ворчливым, с чувством собственного достоинства!
  
  - Чувство собственного достоинства у тебя осталось, - утешил его Элрик. - А электричество - это временно. Наверное.
  
  - Ненавижу молнии, - буркнул котёл. - И перевал этот ненавижу. И вообще, Крысислав, запомни первый урок: если видишь грозу - беги и прячься. Не будь как я.
  
  - А как ты?
  
  - А я - магнит для неприятностей. Как и весь этот отряд.
  
  - Здорово! - восхитился Крысислав. - Я тоже хочу быть магнитом для неприятностей!
  
  - Ещё нахватаешься, - пообещал Говорун. - Вся жизнь впереди.
  
  
  
  Они спустились в ущелье, когда дождь наконец стих, а молнии остались где-то позади, над перевалом. Лес встретил их настороженной тишиной. Ни птиц, ни зверей, ни даже ветра - только деревья, тесно прижавшиеся друг к другу, и густой подлесок, через который невозможно было протиснуться.
  
  - Странно, - сказал Финн, останавливаясь на опушке. - Лес... нас не пускает.
  
  - В смысле? - Торвальд огляделся, положив руку на топор. - Дорога есть. Вон тропинка.
  
  - Тропинка есть, - согласился друид. - Но лес не пускает. Чувствуете? Он как стена. Не злая, просто... непроницаемая.
  
  Финн подошёл к ближайшему дереву - старому дубу с корявыми ветвями - и приложил ладонь к коре. Глаза его закрылись, губы зашевелились беззвучно. Команда замерла, наблюдая.
  
  Прошла минута. Две. Потом Финн открыл глаза и отшатнулся, как от удара.
  
  - Он говорит... - выдохнул друид. - Лес говорит, что не может нас пропустить. У нас с собой проклятие. Сильное. Древнее. Лес боится, что если мы войдём, проклятие перекинется на него.
  
  - Какое ещё проклятие? - не понял Гаррет. - У нас нет никакого проклятия! У нас мальчик, котёл, эльфийка, воин и я! И Крысислав! Мы чистые!
  
  - Не мы, - Финн открыл глаза и посмотрел на Гаррета. - У тебя за пазухой. Корона.
  
  Гаррет машинально прижал руки к груди. Корона, которая всё это время тихо лежала за пазухой, вдруг нагрелась сильнее и слабо засветилась сквозь ткань.
  
  - Она проклята? - пискнул бывший инспектор. - Но мы же её скелету несём! Чтобы проклятие снять!
  
  - Лес этого не знает, - покачал головой Финн. - Для него корона - источник древней тёмной магии. Он чувствует боль и страх, которые она впитала за столетия. И боится. Деревья умеют бояться, Гаррет. Они очень ранимые.
  
  - Что же делать? - Элрик заметался по опушке, пытаясь найти хоть какой-то просвет в чаще. - Назад нельзя - там налоговая и некромант. Вперёд нельзя - лес не пускает. Мы в ловушке!
  
  - Спокойно, - Торвальд положил тяжёлую руку ему на плечо. - Паникой делу не поможешь. Финн, ты можешь ещё раз поговорить с лесом? Объяснить, что мы несём корону, чтобы снять проклятие, а не чтобы распространять его?
  
  - Я попробую, - кивнул друид. - Но деревья медленно думают. Им нужно время.
  
  - А у нас времени нет, - мрачно сказала Лира, вглядываясь в темноту за спиной. - Смотрите.
  
  Все обернулись. На склоне перевала, там, откуда они только что спустились, зажглись огни. Много огней. Факелы. И в их свете угадывались фигуры - люди, много людей, и что-то ещё, ковыляющее следом.
  
  - Налоговая, - побелевшими губами прошептал Гаррет. - И зомби. Они объединились. Идут за нами.
  
  - Догонят через полчаса, - прикинула Лира. - Максимум - час. Если лес не пустит, нам конец.
  
  Она рванула к опушке, пытаясь найти хоть какую-то лазейку, но ветви деревьев сплетались в непроходимую стену. Она попробовала пролезть - ветки больно хлестнули по лицу. Она достала кинжал, чтобы расчистить путь, но лезвие заскрежетало по коре, не оставив даже царапины.
  
  - Бесполезно, - выдохнула эльфийка, отступая. - Лес не пускает. Он сильнее.
  
  - А если я попробую? - спросил Сэм, подходя ближе. - Я умею с растениями... ну, не разговаривать, как Финн, но... - он запнулся. - Я могу заставить их расти. Очень быстро. Меня некромант заставлял золото выращивать, но если попробовать просто дерево... или куст...
  
  - Не надо, - остановил его Финн. - Насилие над природой - не выход. Это только разозлит лес. Надо договариваться.
  
  - А если некромант догонит? - резко спросила Лира. В голосе её звенело отчаяние. - Если они нас схватят? Если мальчик снова попадёт в лапы к этому бухгалтеру? Если Гаррета посадят за кражу короны? Если...
  
  Она замолчала, потому что почувствовала что-то странное на голове.
  
  Провела рукой по волосам - и пальцы нащупали пряди, оставшиеся в ладони.
  
  - Нет, - выдохнула она. - Только не сейчас. Только не снова.
  
  - Лира, - тихо сказал Элрик, подходя ближе. - Что с тобой?
  
  - Волосы... - голос эльфийки дрогнул. - Они выпадают. Я не могу их удержать. Я злюсь, я боюсь, я... - Она зажмурилась, сжимая кулаки. - Дух говорил: они будут расти, если я буду счастлива. А если я в ярости - выпадут. И сейчас я в ярости. Потому что мы в ловушке, и я ничего не могу сделать! Я следопыт! Я лучшая в своём деле! А тут - лес, который сильнее меня, и враги за спиной, и...
  
  - Лира, - перебил её Говорун. Голос его, несмотря на недавнее попадание молнии, звучал неожиданно твёрдо и спокойно. - Дыши.
  
  - Что?
  
  - Дыши, говорю. Глубоко. Вдох-выдох. Ты сейчас не следопыт, не воин, не убийца с кинжалами. Ты просто девушка, у которой волосы начали расти, и которой не хочется их терять. Дыши и успокаивайся.
  
  Лира открыла рот, чтобы огрызнуться, но почему-то не смогла. Вместо этого она сделала глубокий вдох. Потом выдох. Потом ещё один.
  
  - Хорошо, - продолжал котёл. - А теперь подумай: что ты можешь сделать прямо сейчас, чтобы помочь ситуации?
  
  - Ничего, - глухо ответила Лира. - Лес не пускает. Враги догоняют. Я бессильна.
  
  - Вот тут ты ошибаешься, - возразил Говорун. - Ты можешь не паниковать. Можешь сохранять холодную голову. Можешь верить в нас. В команду. В Финна, который договорится с лесом. В Сэма, который посадит дерево. В Гаррета, который уже один раз проявил героизм, хотя никто этого не ожидал. И в меня, наконец - в меня молния попала, а я всё ещё тут и ворчу. Это ли не чудо?
  
  Лира посмотрела на котла долгим взглядом. И вдруг - неожиданно для себя - улыбнулась. Сквозь страх, сквозь отчаяние, сквозь всё - улыбнулась.
  
  - Ты прав, - сказала она тихо. - Я дура.
  
  - Это ты сама сказала, я не настаивал, - довольно заметил Говорун. - Но раз уж ты признала, может, перестанешь себя накручивать? А то волосы жалко. Они тебе идут.
  
  Лира провела рукой по голове. Волосы... перестали выпадать? Она выдохнула с облегчением.
  
  - Спасибо, - сказала она совершенно искренне. - Ты... ты мудрый, Говорун. Для котла.
  
  - Я для котла даже очень мудрый, - согласился тот. - А для человека - тем более. Ладно, иди отдыхай, пока мы с учеником будем стратегию разрабатывать.
  
  Крысислав, всё это время внимательно слушавший, подполз ближе и восхищённо прошептал:
  
  - Учитель, вы гений! Вы её успокоили! А как вы это сделали? Это какая-то особая техника?
  
  - Это называется 'жизненный опыт', - важно ответил Говорун. - Запоминай: иногда, чтобы помочь человеку, достаточно просто быть рядом и говорить правду. Даже если правда не очень приятная.
  
  - А если правда очень приятная?
  
  - Тогда можно и промолчать, - усмехнулся котёл. - Приятная правда и так всем нравится. А вот неприятную надо уметь преподнести. С заботой. Как я.
  
  - Вы великий учитель, - с чувством сказал Крысислав.
  
  - Я знаю, - кивнул Говорун. - Но скромность не позволяет мне это афишировать.
  
  
  
  Тем временем Финн снова разговаривал с лесом. Он сидел на корточках перед старым дубом, водил пальцами по корням и что-то шептал - тихо, нараспев, словно колыбельную. Дерево слушало - это было заметно по тому, как слегка подрагивали ветви, как шелестели листья, хотя ветра не было.
  
  - Ну что? - нетерпеливо спросил Торвальд, когда друид наконец открыл глаза.
  
  - Сложно, - признался Финн. - Дуб очень старый. Он помнит времена, когда корона была создана. Помнит, сколько зла она принесла. Он боится, что если мы войдём в лес, это зло проснётся и погубит всё вокруг.
  
  - Но мы же несём её, чтобы снять проклятие! - воскликнул Элрик. - Объясни ему!
  
  - Я объяснил, - кивнул Финн. - Он сказал, что верит нам. Но лес - это не только он. Тут сотни деревьев, и у каждого своё мнение. Нужно, чтобы они согласились все. Или хотя бы большинство.
  
  - А как мы их убедим? - спросил Сэм.
  
  Финн посмотрел на мальчика долгим взглядом. Потом перевёл взгляд на полянку у опушки, где росла маленькая, совсем юная берёзка.
  
  - А знаешь, - сказал он задумчиво. - Ты можешь помочь. Ты умеешь ускорять рост растений. Это твой дар. Ты не пробовал использовать его не для золота, а для жизни?
  
  - Для жизни? - переспросил Сэм. - Как это?
  
  - Посади дерево, - просто ответил Финн. - Вот здесь, на опушке. Пусть лес видит, что твой дар может не только золото растить, но и настоящую жизнь давать. Это будет знак. Знак доброй воли.
  
  Сэм задумался. Потом кивнул и подошёл к берёзке.
  
  - Она маленькая совсем, - сказал он. - Ей, наверное, расти и расти...
  
  - Помоги ей, - мягко сказал Финн. - Не заставляй, не принуждай. Просто предложи свою силу. Как другу.
  
  Сэм закрыл глаза. Команда затаила дыхание.
  
  Сначала ничего не происходило. Потом берёзка слабо засветилась - тонким, зеленоватым светом, похожим на первые лучи солнца на восходе, пробивающиеся сквозь листву. Свет перетекал от корней к веткам, от веток к листьям, и листья - не золотые, а настоящие, зелёные - начинали расти прямо на глазах.
  
  Берёзка вытягивалась, крепла, расправляла ветви. Через минуту это было уже не хрупкое деревце, а молодая, полная сил берёза высотой в три человеческих роста.
  
  Сэм открыл глаза и улыбнулся. Впервые за всё время - по-настоящему, без тени страха или принуждения.
  
  - Красиво, - сказал он тихо. - Очень красиво. Я никогда не думал, что мой дар может... такое.
  
  - Может, - кивнул Финн. - Твой дар - это не проклятие. Это просто сила. А что с ней делать - решать тебе. Можно золото растить, а можно жизнь. Выбор за тобой.
  
  Берёза качнула ветвями, словно благодаря. И в этот момент по лесу прошёл шёпот - тихий, едва слышный, но ощутимый. Деревья говорили друг с другом. Передавали новость. Обсуждали.
  
  - Они совещаются, - перевёл Финн. - Быстро, для деревьев. Обычно на это уходят годы, а тут... - Он прислушался. - Берёза рассказала им, что мальчик не злой. Что он не хочет вреда. Что его дар может быть добрым.
  
  - И что? - с надеждой спросил Гаррет.
  
  - И... - Финн улыбнулся. - Они согласны. Лес нас пропускает.
  
  Как по команде, ветви на опушке раздвинулись, открывая проход - узкий, но достаточный, чтобы пройти. Тропинка, которой минуту назад не существовало, теперь вилась между деревьями, уходя вглубь.
  
  - Ура! - заорал Крысислав, подпрыгивая на всех щупальцах сразу. - Мы идём в лес! В настоящий лес!
  
  - Тихо ты, - шикнул Говорун. - Рано радоваться. Надо успеть пройти, пока налоговики не нагрянули.
  
  - Идём, - скомандовал Торвальд, первым шагая в проход. - Быстро, но осторожно. Лес хоть и пустил, но кто знает, что у него на уме.
  
  - У леса добрые намерения, - заверил Финн. - Он просто хотел убедиться, что мы не несём зло. Теперь убедился.
  
  - Спасибо, берёзка, - сказал Сэм, проходя мимо дерева, которое вырастил. Берёза качнула ветвями, словно прощаясь.
  
  - Она говорит: 'Приходи ещё', - перевёл Финн. - Ты ей понравился.
  
  - Я приду, - пообещал мальчик. - Обязательно.
  
  Они углубились в лес, и через минуту ветви за их спинами сомкнулись, скрывая проход. А ещё через десять минут на опушку вылетела толпа налоговиков в сопровождении ковыляющих зомби.
  
  - Где они? - заорал тощий инспектор, оглядывая пустую поляну.
  
  - Ушли, - проскрежетал зомби-бухгалтер, осматриваясь пустыми глазницами. - В лес. Но лес... закрыт.
  
  - Как это закрыт? У него выходной что-ли? - возмутился инспектор. - Лес обязан пускать представителей налоговой службы! Это же государственная собственность! Леса принадлежат короне!
  
  - Попробуй зайди, - равнодушно предложил зомби.
  
  Инспектор шагнул к опушке - и ветви больно хлестнули его по лицу, оставив кровавые царапины.
  
  - Ай! - отшатнулся он. - Да что ж такое! Это самоуправство! Я буду жаловаться!
  
  - Жалуйся, - согласился зомби. - А мы подождём. У нас времени много. Мы нежить.
  
  - А у меня отчётность горит! - завопил инспектор. - Квартальная! Годовая! Сводная! Без этих преступников я не смогу закрыть ведомость!
  
  - Это твои проблемы, - философски заметил зомби и, развернувшись, заковылял обратно к перевалу. Остальные зомби потянулись за ним.
  
  - Стоять! - заорал инспектор. - Я приказываю!
  
  Но зомби даже не обернулись. Они своё дело сделали - преступников не поймали, но и не обязаны были. Их наниматель, некромант, сгорел вместе с замком (или не сгорел - никто не разбирался), так что теперь они были свободны и могли идти куда угодно. Например, искать менее хлопотную работу.
  
  - Что будем делать? - спросил помощник, потирая расцарапанное лицо.
  
  - Ждать, - скрежетнул зубами инспектор. - Рано или поздно они выйдут из леса. А мы их встретим. С ордером. С наручниками. С актом о нарушении налогового законодательства в особо крупных размерах.
  
  - А если не выйдут?
  
  - Значит, умрут в лесу, - злорадно усмехнулся инспектор. - Туда им и дорога. Преступникам.
  
  Но команда не собиралась умирать в лесу. Они шли по тропе, уводящей всё дальше от перевала, от замка, от налоговой и от всех бед. Впереди шагал Торвальд с Говоруном на плече, за ним - Лира, которая то и дело трогала свои волосы и улыбалась каким-то своим мыслям. Рядом с ней бежал Крысислав, забрасывая всех вопросами: 'А это что за дерево? А это что за куст? А почему трава зелёная? А почему небо серое? А куда бегут муравьи?'
  
  - Отстань, - отмахивался Гаррет, но беззлобно. Он всё ещё нёс корону, которая теперь не жглась, а только чуть заметно грела грудь - словно живой, довольный зверёк.
  
  - А что это за камень? - не унимался Крысислав. - А почему он такой твёрдый? А из чего он сделан? А...
  
  - Крысислав, - остановил его Говорун. - Второй урок: если хочешь что-то узнать - сначала подумай, можно ли это узнать самому, понаблюдав. А если нельзя - спроси, но не всё сразу. А то у окружающих уши завянут.
  
  - У меня нет ушей, - заметил Крысислав.
  
  - Значит, завянут щупальца. Поверь, это тоже неприятно.
  
  - Понял, учитель, - послушно кивнул трёхглазый и замолчал. Минуты на две.
  
  Сэм шёл рядом с Финном и слушал, как друид рассказывает Крысиславу о камнях, деревьях, травах и мхах. Мальчик впитывал каждое слово, и в глазах его зажигался тот самый свет, которого не было, когда он сидел в подвале и считал чужие налоги.
  
  - А я научусь с ними разговаривать? - спросил он.
  
  - Научишься, - пообещал Финн. - У тебя талант. Ты сегодня берёзу вырастил - и не для золота, а просто так. Это первый шаг.
  
  - А второй?
  
  - Второй - слушать. Не ушами, а сердцем. Деревья не говорят словами. Они говорят чувствами. И временами года. И шелестом листвы. Главное - не торопиться.
  
  - Я не буду торопиться, - серьёзно сказал Сэм. - Я уже понимаю как надо. Теперь буду медленно.
  
  - Мудрое решение, - одобрил Финн.
  
  - А можно я завтра берёзу посажу? Или дуб?
  
  - Можно хоть целый лес, - улыбнулся друид. - Если захочешь.
  
  - Хочу, - кивнул мальчик.
  
  Элрик, шедший сзади, слушал этот разговор и чувствовал, как на душе становится тепло и спокойно. Несмотря на погоню, на опасности, на усталость - всё было правильно. Они спасли мальчика. Они обрели нового друга - Крысислава. Они выполнили обещание, данное скелету. И даже налоговая, кажется, отстала.
  
  - Говорун, - позвал он тихо.
  
  - А?
  
  - А знаешь... у нас хорошая команда.
  
  - Знаю, - отозвался котёл. - Странная, нелепая, с кучей проблем - но хорошая. Я бы даже сказал, лучшая.
  
  - Ты правда так думаешь?
  
  - Я всегда думаю только правду, - важно ответил Говорун. - Это моё призвание. Ну, после того как зелья варить и ворчать.
  
  - И после того как молнии в тебя попадают, - добавил Элрик.
  
  - Это не призвание, это побочный эффект, - поправил котёл. - Но ты прав, это тоже часть меня. Теперь электрическая.
  
  - Ты справишься?
  
  - Я котёл. Я всё выдержу. Даже молнии. Даже налоговиков. Даже твои эксперименты с лягушками. На то я и Говорун.
  
  Элрик улыбнулся и пошёл дальше, чувствуя, как Говорун на плече тихонько мурлычет себе под нос какую-то мелодию - слегка фальшивую, но очень жизнерадостную.
  
  А лес шумел над ними, провожая путников и охраняя их покой. И где-то далеко, на опушке, росла молодая берёзка - символ того, что даже в самом тёмном проклятии может родиться что-то светлое и настоящее.
  
  
  
  
  
  Глава 13.
  
  Лес расступался перед ними неохотно, но всё же пускал - видимо, берёзка, выращенная Сэмом, сделала своё дело. Деревья больше не шумели угрожающе, а скорее насторожённо приглядывались, шелестя листвой за спинами путников.
  
  - А вот этот гриб, - Крысислав замер возле трухлявого пня, утыканного опятами, - он съедобный? А если съесть, что будет? А если не съедобный, то почему он такой красивый? А...
  
  - Крысислав, - устало оборвал Говорун, - у тебя щупалец больше, чем мозгов, и те все сейчас заняты одним - производством бесконечных вопросов. Притормози, дай остальным подумать.
  
  - О чём подумать, учитель?
  
  - О том, например, как мы объясним скелету, что корону принёс Гаррет, а не весь отряд. Или о том, что налоговая, скорее всего, будет нас ждать на выходе из леса. Или о том, что я до сих пор искрю после той молнии и, кажется, немного пахну грозой. - Котёл приподнял крышку, выпустив маленькое облачко дыма. - Видишь? Техническая неисправность.
  
  - Это не неисправность, это суперспособность! - восхитился Крысислав. - Вы теперь можете поджаривать врагов! Прямо из себя!
  
  - Я котёл, а не полевая кухня для поджаривания врагов, - буркнул Говорун, но в его голосе послышались нотки довольства. Идея ему, кажется, понравилась.
  
  Тропа вилась между деревьями, постепенно забирая вверх. Скалы, в которых находилась пещера проклятого короля, уже виднелись в просветах - серые, мрачные, с острыми пиками, уходящими в небо. Солнце клонилось к закату, и тени становились длинными и пугающими.
  
  - Я боюсь, - признался Гаррет, прижимая к груди корону. - Вдруг он нас не так поймёт? Вдруг подумает, что мы её украли, а не спасли?
  
  - Ты столько раз пытался сбежать от нас, - напомнила Лира, - прошёл через лес, где живёт Дух, выдержал встречу с налоговиками, залез в горящий замок, стащил проклятую корону, которая жжёт тебе грудь, и теперь боишься, что тебя не так поймут? Гаррет, ты идиот.
  
  - Это профессиональное, - вздохнул бывший инспектор. - Нас в налоговой учили: сначала бойся, потом проверяй, потом снова бойся. На всякий случай.
  
  - Плохая школа, - хмыкнул Торвальд. - Правильно, что ты её бросил.
  
  - Меня бросили, - поправил Гаррет. - С большим скандалом и формулировкой 'за систематическое невыполнение плана по сбору недоимок'. Я, видите ли, слишком мягкий был. Жалел должников. А в налоговой жалость не приветствуется.
  
  - Ты жалеешь должников? - удивился Элрик. - Ты же их должен ненавидеть! Они работу тебе создавали!
  
  - Создавали, - согласился Гаррет. - Но я видел их лица. Они не злые были. Просто бедные. А бедность - это не преступление, это... ну, состояние души и кошелька. Вот я и закрывал глаза иногда. Пока не закрыл в последний раз - на особо важном документе. После чего меня и попросили.
  
  - Поэтично, - заметил Говорун. - Прямо баллада о благородном инспекторе. Крысислав, запиши, потом перескажешь внукам.
  
  - У меня нет внуков, - расстроился Крысислав. - И вообще, я не знаю, могу ли я размножаться. Я же экспериментальный. Хозяин не оставил инструкции.
  
  - Инструкция простая, - философски заметил Финн. - Живи и радуйся. А размножение - дело наживное. Природа сама разберётся.
  
  
  
  Вход в пещеру зиял чёрной дырой среди серых скал. Оттуда тянуло сыростью, холодом и той особенной древностью, которая бывает только в местах, где столетиями ничего не меняется.
  
  - Ну что, - Торвальд поправил на плече Говоруна и оглядел команду. - Заходим?
  
  - А может, ты один сходишь? - жалобно предложил Гаррет. - А мы тут подождём? На всякий случай?
  
  - На какой такой случай? - прищурилась Лира.
  
  - Ну... вдруг корона снова начнёт светиться и сильно обжигать? Или скелет набросится? Или...
  
  - Гаррет, - перебил Элрик, положив руку ему на плечо, - ты нёс эту корону через полкоролевства. Ты обжигал пальцы, но не бросил. Ты рисковал жизнью, но донёс. И сейчас, в самый ответственный момент, ты хочешь отсидеться в кустах?
  
  - А можно? - с надеждой в голосе спросил Гаррет.
  
  - Не выйдет, - отрезал Торвальд. - Идём все. Это командная работа.
  
  - Командная, - эхом повторил Крысислав, восторженно перебирая щупальцами. - Мы команда! Мы идём к скелету! Вручать корону! Это как в книгах, которые я читал в подвале! Только там обычно герои умирали в конце, а мы, надеюсь, не умрём?
  
  Все в компании начали переглядываться друг, с другом. В их взглядах читалась мысль: "Ну что за глупости он несёт! Но эта вероятность никогда не равна нулю".
  
  - Крысислав, - Говорун издал звук, похожий на вздох разочарования, - третий урок: никогда не произноси слово 'умрём' перед ответственным мероприятием. Это плохая примета.
  
  - А какие приметы хорошие?
  
  - Например, когда котёл не искрит, - проворчал Говорун, и из него вылетела маленькая молния, ударившая в стену пещеры. - Вот чёрт. Опять.
  
  - Это хорошая примета! - быстро нашёлся Крысислав. - Это значит, что вы заряжены удачей!
  
  - Я заряжен статическим электричеством, а не удачей, - буркнул котёл, но спорить не стал.
  
  Они вошли в пещеру. Темнота сомкнулась вокруг них, и только свет посоха Элрика да слабое свечение Крысислава разгоняли мрак. Сталактиты свисали с потолка острыми клыками, с пола поднимались сталагмиты, и всё это вместе напоминало пасть огромного каменного чудовища.
  
  - Красиво, - выдохнул Крысислав, оглядываясь по сторонам. - А почему капли застыли? А они твёрдые? А если отломить кусочек?
  
  - Не отламывай, - попросил Финн. - Камни не любят, когда их ломают. Они обижаются.
  
  - А как они обижаются?
  
  - Начинают сыпаться на голову, - пояснил друид. - Проверено.
  
  Крысислав мгновенно убрал щупальца от ближайшего сталактита и прижался к Торвальду. Воин даже бровью не повёл - привык уже к странностям новой команды.
  
  Они прошли через основной зал, миновали груду камней, за которой начинался коридор, и наконец вышли в ту самую пещеру, где на троне сидел скелет.
  
  Он сидел там же, где и в прошлый раз - прямая спина, корона на черепе (точнее, её жалкая копия, потому что настоящую корону утащил некромант), истлевшая мантия на костлявых плечах. Пустые глазницы смотрели куда-то вдаль, мимо вошедших.
  
  - Ваше величество, - торжественно начал Элрик, выступая вперёд, - мы вернулись. И мы принесли...
  
  - Вижу, - скрипнул скелет, и его череп медленно повернулся в сторону Гаррета. Пустые глазницы остановились на бывшем инспекторе, и тому стало очень неуютно. - Ты принёс. Маленький, трусливый, пахнущий налогами человек. Ты принёс мою корону.
  
  - Я... ну... - Гаррет замялся, но потом вспомнил, что обещал быть героем, и шагнул вперёд. - Да, ваше величество. Я принёс. Вот.
  
  Он вытащил корону из-за пазухи и протянул её скелету. Корона тускло блеснула в свете посоха - всё такая же потрёпанная, с выпавшими бриллиантами и следами кислоты на золоте.
  
  - О, - сказал скелет, и в его голосе послышалось что-то странное - то ли удивление, то ли умиление. - Моя бедная, измученная корона. Что они с тобой делали? Пилили? Травили кислотой? Пытались переплавить? - Он протянул костлявые руки и осторожно принял корону. - Но ты выдержала. Ты вернулась.
  
  - Она жжётся, - жалобно сообщил Гаррет. - У меня до сих пор пальцы болят.
  
  - Проклятие, - кивнул скелет. - Оно защищало корону от чужих рук. Но ты вытерпел. Значит, ты достоин.
  
  - Чего достоин? - насторожился Гаррет.
  
  - Награды, конечно, - усмехнулся скелет (насколько может усмехаться череп). - Но сначала - дело.
  
  Он водрузил корону себе на череп. И в тот же миг пещера озарилась светом.
  
  Свет лился отовсюду - от стен, от потолка, от пола, от самого скелета, который вдруг перестал быть просто грудой костей. Кости засветились изнутри - тёплым, золотистым светом, и на них начала нарастать плоть.
  
  - Ой! - воскликнул Крысислав, зажмурившись от яркого сияния, но тут же открыл все три глаза, чтобы ничего не пропустить. - Ой, мамочки! Он оживает! По-настоящему! Как в книгах! Только в книгах некроманты оживляют, а тут само!
  
  - Это не некромантия, - поправил Финн, заворожённо глядя на происходящее. - Это снятие проклятия. Оно сковывало его, не давало ни жить, ни умереть. А теперь, когда корона вернулась...
  
  - Теперь я снова жив, - закончил за него король.
  
  Перед ними стоял человек. Нет - не человек, а именно король. Высокий, статный, с благородными чертами лица, тронутыми сединой висками и усталыми, но живыми глазами. Мантия на нём была всё та же - истлевшая, дырявая, но теперь это не имело значения. Важно было другое - он дышал. По-настоящему, грудью, жадно хватая воздух, словно заново учился этому простому действию.
  
  - Три... триста лет, - выдохнул он, прижимая руку к груди. - Триста лет без воздуха. Без тепла. Без жизни. - Он поднял глаза на команду, и в них блестели слёзы. - Вы даже не представляете, что сделали для меня.
  
  - Представляем, - буркнул Говорун. - Мы примерно представляем, что такое сидеть на месте триста лет. Я всего пятнадцать в башне простоял, и то достало. А вы - молодец, не сошли с ума.
  
  - Я сошёл, - грустно улыбнулся король. - Просто это было незаметно. Когда ты скелет, сложно определить степень безумия.
  
  - А теперь вы живой! - подпрыгнул Крысислав на всех щупальцах сразу. - Настоящий живой король! С короной! А можно я её потрогаю? Нет, нельзя, наверное, она же королевская. А как вы себя чувствуете? А не холодно вам после трёхсот лет? А есть хотите? А...
  
  - Крысислав, - осадил его Говорун, - четвёртый урок: когда перед тобой король, только что вернувшийся с того света, не надо заваливать его вопросами. Дай человеку прийти в себя.
  
  - Я не человек, я теперь учусь быть котлом, - поправил Крысислав.
  
  - Вот именно. Так что помолчи и послушай старших.
  
  Крысислав послушно замолчал, но его щупальца продолжали выражать бурный восторг - они перебирали воздух, закручивались в спирали и вообще вели себя как стая взволнованных змей.
  
  Король тем временем осмотрел себя, потрогал лицо, провёл рукой по мантии и вдруг рассмеялся - звонко, молодо, совсем не по-королевски.
  
  - Вот демон, как же хорошо снова чувствовать! - воскликнул он. - Даже эта дурацкая дырявая мантия - и та кажется роскошью! А воздух! А запахи! - Он принюхался и поморщился. - Хотя от вас, ребята, попахивает приключениями. И немножко потом. И, кажется, горелой бумагой.
  
  - Это от налоговой, - виновато пояснил Гаррет. - Мы там немного подпалили документы.
  
  - Немного? - переспросил король, и его бровь поползла вверх.
  
  - Ну... может, не немного. Но они сами виноваты! Они напали!
  
  - Я не осуждаю, - улыбнулся король. - Я сам в своё время сжёг пару-тройку указов, которые мне не нравились. Это полезно для экономики. - Он сделал шаг вперёд, покачнулся, но устоял. - Простите, ноги ещё не привыкли. Триста лет сидеть - это вам не шутки.
  
  - Мы понимаем, - кивнул Торвальд. - Ваше величество, может, присядете? Вон трон ваш.
  
  - Трон, - король посмотрел на каменное кресло, на котором просидел три столетия, и с содроганием отшатнулся. - Нет уж, увольте. Я на этот трон больше ни за что не сяду. Лучше на пол, на камни, на что угодно, только не туда.
  
  Он опустился прямо на землю, скрестив ноги, и жестом пригласил остальных последовать его примеру.
  
  - Садитесь, рассказывайте. Как вы нашли корону? Как победили того прохвоста-некроманта? Я чувствую, история будет захватывающей.
  
  Элрик открыл рот, чтобы начать повествование, но вместо этого чихнул. Из ноздрей вырвались два аккуратных дымных колечка, а изо рта - маленький язычок пламени, который едва не подпалил бороду Торвальда.
  
  - О, - сказал король, с интересом наблюдая за этим явлением. - Проклятие всё ещё действует?
  
  - Действует, - жалобно подтвердил Элрик. - Я теперь чихаю огнём каждый раз, когда слышу слова вроде 'налог', 'отчётность' или 'дебет с кредитом'. А Гаррет, как назло, постоянно думает о работе.
  
  - Я не постоянно! - возмутился Гаррет. - Просто иногда прорывается!
  
  - Это лечится, - кивнул король, поднимаясь на ноги. Он подошёл к Элрику и положил руки ему на голову - совсем как Дух Леса недавно, только теперь от рук исходило не серебристое, а золотистое сияние. - Проклятие было привязано к короне. Теперь, когда корона вернулась, я могу его снять. Но это потребует... некоторых усилий.
  
  - Каких усилий? - насторожился Элрик.
  
  - Магических, - просто ответил король и закрыл глаза.
  
  Свет, исходивший от его рук, усилился. Элрик почувствовал, как по телу пробежала тёплая волна - приятная, щекочущая, словно его окунули в ванну с целебными травами. Изо рта сам собой вырвался вздох - и вместе с ним вылетело облачко серого дыма, принявшее очертания маленького, злобного существа с когтями и бухгалтерской книгой.
  
  - А-а-а! - заверещало существо, заметавшись под потолком пещеры. - Моё проклятие! Моё любимое проклятие! Вы не имеете права!
  
  - Имеем, - спокойно сказал король и щёлкнул пальцами.
  
  Существо вспыхнуло и рассыпалось пеплом, который тут же развеялся по пещере.
  
  - Всё, - объявил король, убирая руки. - Больше ты не чихнёшь ни от одного налогового термина. Разве что от простуды.
  
  - Правда? - Элрик прислушался к своим ощущениям. - А ну-ка, Гаррет, скажи что-нибудь этакое.
  
  - Налог на добавленную стоимость! - выпалил Гаррет и тут же зажал рот руками.
  
  Элрик замер, прислушиваясь. Ничего не произошло. Ни чиха, ни огня, ни дыма.
  
  - Работает! - заорал он и подпрыгнул от радости, едва не сбив с ног Лиру. - Я здоров! Я снова могу слышать про налоги и не поджигать всё вокруг!
  
  - Поздравляю, - улыбнулась эльфийка, но как-то грустно.
  
  - Ты чего? - заметил её настроение Элрик. - Радоваться надо!
  
  - Радуюсь, - соврала Лира и отвернулась.
  
  Говорун, наблюдавший за этой сценой, понимающе поблёскивал боками. Он уже догадался, в чём дело, но решил пока молчать - не время было для сложных разговоров.
  
  Король тем временем обвёл взглядом команду и остановился на мальчике, который всё это время тихо сидел в стороне, обнимая колени.
  
  - А это, я так понимаю, тот самый мальчик с даром? - спросил он негромко.
  
  - Сэм, - представился мальчик, поднимая глаза. - Меня зовут Сэм. И я больше не хочу считать.
  
  - Считать? - удивился король. - А что ты считал?
  
  - Всё, - вздохнул Сэм. - Некромант заставлял меня растить золото и считать налоги. Он говорил, что это моё предназначение. Что я рождён для цифр. Что без меня мир погрязнет в финансовом хаосе.
  
  - Глупости, - фыркнул король. - Мир и так погряз в финансовом хаосе, и прекрасно себя чувствует. Это его естественное состояние. А предназначение у человека может быть только одно - жить счастливо. Всё остальное - производные.
  
  - А как жить счастливо? - спросил Сэм с такой детской непосредственностью, что у Лиры сжалось сердце.
  
  - Ну... - король задумался. - Надо найти место, где тебя любят. И людей, которым ты нужен. И занятие, которое приносит радость. А не золото.
  
  - У меня нет такого места, - тихо сказал мальчик. - И людей тоже. Я сирота. Жил при храме, потом у аптекаря, потом меня украли. Я никому не нужен.
  
  - Это неправда, - твёрдо сказал Элрик, подходя ближе. - Ты нам нужен. Ты наш друг. Ты с нами пойдёшь.
  
  - Вы меня возьмёте с собой? - переспросил Сэм с надеждой.
  
  - Конечно! - подхватил Гаррет. - У нас команда! Мы, правда, небогатые, и живём кто где, но... но мы свои. Правда, ребята?
  
  - Правда, - кивнул Торвальд. - Место в башне найдётся. Элрик, у тебя же есть комната?
  
  - Есть! - закивал маг. - Правда, она завалена склянками и пергаментами, но мы расчистим!
  
  - А у меня есть мох! - добавил Финн. - Очень мягкий. На нём спать полезно.
  
  - А я научу тебя всему, что знаю! - встрял Крысислав. - То есть я мало знаю, но я быстро учусь! Мы вместе будем учиться! Дружить! Играть! А во что играют дети? Я не знаю, я никогда не был ребёнком, я сразу стал крысой, а потом экспериментом...
  
  - Крысислав, - остановил его Говорун, - пятый урок: когда человек принимает важное решение, не надо отвлекать его щупальцами. Пусть подумает.
  
  - Я уже подумал, - улыбнулся Сэм. - Я хочу с вами. Очень хочу. Но... - он запнулся. - Но налоговая не отстанет. Они будут искать меня. Всегда. Потому что я - это ходячее золото. Потому что меня можно использовать.
  
  - Он прав, - неожиданно сказала Лира. Голос её звучал глухо, она смотрела в сторону. - С таким даром в людском мире не выжить. Его найдут. Опять посадят в подвал. Опять заставят считать. Рано или поздно.
  
  - Лира, - тихо позвал Элрик.
  
  - Она права, - повторил король. Он смотрел на мальчика с какой-то странной нежностью, словно видел в нём что-то очень знакомое. - С таким даром нужно или быть самым сильным магом в мире, или прятаться так, чтобы никто не нашёл. Или...
  
  - Или? - спросил Сэм.
  
  - Или остаться здесь, - просто сказал король. - В этом лесу. Под моей защитой.
  
  Все уставились на него. Король стоял, прямой и величественный, несмотря на дырявую мантию, и в глазах его горел тот самый огонь, который бывает только у людей, принявших окончательное решение.
  
  - Я прожил триста лет скелетом, - сказал он. - Я проклинал свою судьбу, своё королевство, своих подданных, которые меня предали. Я думал, что жизнь кончена. А теперь я снова жив. И я понимаю, зачем.
  
  - Зачем? - прошептал Сэм.
  
  - Чтобы стать тем, кем не успел при жизни, - улыбнулся король. - Дедом.
  
  Он опустился перед мальчиком на колени - король перед сиротой, в дырявой мантии, с короной на голове, но с таким достоинством, что у всех перехватило дыхание.
  
  - У меня не было детей, - тихо сказал он. - Королева умерла молодой, наследников мы не оставили. А потом я стал скелетом и вообще забыл, что такое семья. Но теперь... теперь я вижу тебя, мальчик. Ты такой же, как я когда-то - одинокий, никому не нужный, с даром, который тебя тяготит. Останься. Будь моим внуком. Я научу тебя всему, что знаю. Я защищу тебя от налоговой, от некромантов, от всех, кто захочет тебя использовать. У меня есть этот лес, есть магия, есть опыт сидения на троне - а это, между прочим, много значит. Останься. Пожалуйста.
  
  Сэм смотрел на него во все глаза. Потом перевёл взгляд на команду - на Элрика, который утирал слезу (он всегда был сентиментальным), на Торвальда, который одобрительно кивал, на Лиру, которая впервые за весь вечер улыбалась по-настоящему, на Финна, который сиял, как солнышко, на Говоруна, который приподнял крышку в знак уважения, на Крысислава, у которого от переизбытка чувств все щупальца завязались узлом.
  
  - А можно я буду к вам в гости приходить? - спросил он у команды дрогнувшим голосом.
  
  - Можно, - хрипло ответил Гаррет. - Мы сами будем приходить. Часто. Очень часто.
  
  - И берёзы сажать, - добавил Финн. - Тут место хорошее. Лес старый, мудрый. Берёзам понравится.
  
  - Тогда... - Сэм повернулся к королю и вдруг бросился ему на шею, обнимая изо всех сил. - Тогда я остаюсь, дедушка.
  
  Король обнял его в ответ - и по щекам его потекли слёзы. Настоящие, живые, тёплые слёзы, которых у него не было очень много лет.
  
  - Спасибо, - прошептал он. - Спасибо вам всем.
  
  - Это вам спасибо, - шмыгнул носом Элрик. - Что согласились. А то мы уже думали, куда мальчика девать. У меня в башне, конечно, весело, но там лягушки, мыши и Говорун с вечными нотациями. Не сахар.
  
  - Между прочим, мои нотации очень полезные, - обиделся котёл. - Без них ты бы давно превратился в лягушку и квакал где-нибудь в канаве.
  
  - И это было бы весело, - хихикнул Крысислав, у которого щупальца наконец распутались. - Лягушка-Элрик! Можно было бы научить её петь!
  
  - Не надо меня учить петь, - отрезал маг. - У меня голоса нет.
  
  - Зато у меня есть, - напомнил Говорун. - И я, между прочим, пою очень душевно. Хотите, исполню балладу о нашем походе?
  
  - Не надо, - хором ответили все, включая короля.
  
  Когда эмоции немного улеглись, король поднялся с колен и помог встать Сэму.
  
  - Ну что ж, внук, - сказал он торжественно, - надо бы отблагодарить твоих спасителей. По-королевски.
  
  - У нас есть золото, - напомнил Гаррет. - Вы нам задаток давали. Остальное не обязательно.
  
  - Обязательно, - покачал головой король. - Я король или кто? Я должен соблюдать традиции. Но, к сожалению, мои сокровищницы пусты, а золото, что было, я, кажется, закопал где-то в лесу и забыл где. Память после стольких лет в пещере стала подводить.
  
  - Я могу помочь, - вдруг сказал Сэм. Он посмотрел на свои руки, потом на короля. - Можно я?
  
  - Что ты хочешь сделать? - мягко спросил король.
  
  - Вырастить дерево, - улыбнулся мальчик. - Настоящее. А потом... ну, вы увидите.
  
  Он отошёл в сторону, туда, где пол пещеры был покрыт тонким слоем земли, нанесённой ветром и водой за столетия. Опустился на колени, зачерпнул горсть этой скудной почвы и замер, закрыв глаза.
  
  - Ты уверен? - тихо спросил Финн, подходя ближе. - Здесь мало света, мало земли. Дереву будет трудно.
  
  - Дереву не трудно, - ответил Сэм, не открывая глаз. - Дерево хочет жить. Я чувствую.
  
  Он разжал пальцы, и зёрнышко - маленькое, незаметное, которое он, видимо, держал в кулаке всё это время - упало на землю.
  
  И проросло.
  
  На глазах у изумлённой команды из земли поднялся тонкий росток. Он тянулся вверх, креп, обрастал ветвями, покрывался листьями - и вдруг листья эти начали менять цвет. Зелёный сменился золотым, и через минуту перед ними стояло невысокое, но удивительное деревце, усыпанное золотыми монетами вместо листьев.
  
  - Ой, - выдохнул Крысислав. - Ой-ёй-ёй! Золотое дерево! Настоящее! Как в сказках! А можно я сорву монетку? А если сорвать, новая вырастет? А...
  
  - Крысислав, спокойнее, - осадил его Говорун, но сам смотрел на дерево с нескрываемым восхищением.
  
  Сэм открыл глаза и улыбнулся.
  
  - Это вам, - сказал он просто. - Спасибо, что спасли меня. Берите всё.
  
  - Всё? - переспросил Гаррет, у которого от вида золота перехватило дыхание. - Там же... там же целое состояние!
  
  - Это просто золото, - пожал плечами Сэм. - Оно не делает меня счастливым. Я знаю. Я его много вырастил для некроманта. А это - для вас. Чтобы у вас всё было хорошо.
  
  - Спасибо, малыш, - растроганно сказал Торвальд и, не сдерживаясь больше, притянул мальчика к себе, обнимая своей могучей ручищей так осторожно, словно тот был хрустальным. - Ты... ты золотой человек.
  
  - Я просто человек, - смутился Сэм. - А золото пусть будет у вас.
  
  Команда принялась собирать урожай. Гаррет, у которого профессиональная память на цифры включилась мгновенно, подсчитывал: - Сто двадцать три монеты... Сорок пять... Ещё восемьдесят... Это же... это же целое состояние! Мы богаты!
  
  - Не обольщайся, - остудил его Говорун. - Золото имеет свойство заканчиваться. Особенно если его тратить на еду, носки и сомнительные ингредиенты для зелий.
  
  - На нормальные ингредиенты! - поправил Элрик, набивая монетами свою бездонную сумку. - Я теперь только нормальные покупать буду. Честное слово!
  
  - Врёшь, - констатировал котёл. - Но я всё равно тебя люблю.
  
  Крысислав, получив разрешение, тоже сорвал несколько монет и теперь рассматривал их всеми тремя глазами, вертел в щупальцах и не мог нарадоваться.
  
  - Какие красивые! Блестящие! Круглые! А на них что-то написано? А что написано? А это чей профиль? А можно я такую монетку на память оставлю? А можно я её съем? Нет, наверное, нельзя, она же твёрдая. А если расплавить? А...
  
  - Крысислав, - устало произнёс Говорун, - шестой урок: золото не едят, не нюхают и не пытаются расплавить щупальцами. Золото хранят и тратят с умом. Всё остальное - излишества.
  
  - Понял, учитель, - послушно кивнул трёхглазый и аккуратно спрятал монетку в складку между щупальцами. - Буду хранить. А когда потрачу?
  
  - Когда поймёшь, на что, - философски ответил котёл.
  
  Когда последняя монета была собрана, команда засобиралась в обратный путь. Солнце уже давно село, и пещеру окутал настоящий мрак, разгоняемый только светом посоха Элрика и мягким сиянием, которое всё ещё исходило от короля.
  
  - Мы придём к вам в гости, - пообещал Торвальд, пожимая руку королю. - Честное слово.
  
  - Буду ждать, - улыбнулся тот. - И берегите себя. Налоговая, конечно, отстанет ненадолго, но они упрямые. Будут искать.
  
  - Пусть ищут, - махнул рукой Гаррет, и в его голосе впервые за всё время прозвучала настоящая уверенность. - Мы теперь команда. А команду не так просто поймать.
  
  - Особенно если в команде есть электрический котёл, - добавил Говорун и специально выпустил маленькую молнию, которая эффектно сверкнула под сводами пещеры.
  
  - Учитель, вы гений! - восхитился Крысислав.
  
  - Я знаю, - скромно ответил котёл.
  
  Сэм подошёл к каждому по очереди - обнял Элрика, который снова шмыгал носом, пожал руку Торвальду, прикоснулся к кинжалам Лиры (она разрешила - для неё это было высшей степенью доверия), пошептался о чём-то с Финном (наверное, о берёзах), получил от Гаррета обещание научить его правильно заполнять налоговые декларации 'чтобы врагов запугивать', и наконец остановился перед Крысиславом.
  
  - Ты самый необычный друг, который у меня был, - серьёзно сказал мальчик. - То есть вообще первый друг. И я рад, что ты есть.
  
  Крысислав от такого заявления расплакался. Вернее, попытался, но поскольку слёзных протоков у него не предусмотрели, он просто зажмурился и затрясся всем телом, издавая жалобные звуки.
  
  - Он плачет, - перевёл Говорун. - Это у него так счастье выражается. Крысислав, седьмой урок: когда счастлив - улыбайся, а не трясись. А то окружающие подумают, что у тебя припадок.
  
  - Я улыбаюсь! - всхлипнул Крысислав и попытался изобразить улыбку. С трёхглазой мордой и щупальцами это выглядело жутковато, но все сделали вид, что очень мило.
  
  - Ладно, - Торвальд хлопнул в ладоши. - Пора. Нас ещё дорога ждёт, а ночью по лесу ходить - то ещё удовольствие.
  
  - Лес пропустит, - заверил Финн. - Он теперь знает, что мы свои.
  
  - И берёзку помнит, - добавил Сэм.
  
  Они попрощались ещё раз и двинулись к выходу. Король с Сэмом стояли у трона - старого, ненавистного трона, на который король поклялся больше никогда не садиться, - и махали руками вслед уходящим.
  
  - Эй, команда! - крикнул Сэм, когда они уже почти скрылись в темноте коридора.
  
  - А? - обернулся Элрик.
  
  - Я никогда вас не забуду!
  
  - И мы тебя! - крикнул в ответ маг. - Расти большой и не скучай!
  
  - И берёзы сажай! - добавил Финн.
  
  - И налоги не считай! - выпалил Гаррет и тут же зажал рот руками, но Элрик даже не чихнул - проклятие действительно снялось.
  
  - Ура! - заорал Гаррет и пустился в пляс прямо посреди пещеры. - Работает! Всё работает! Я свободен! Мы все свободны!
  
  - Гаррет, ты пьян? - подозрительно спросила Лира.
  
  - От счастья! - выкрикнул бывший инспектор, продолжая выделывать немыслимые па. - От чистого, незамутнённого счастья! А-а-а!
  
  - Психует человек, - констатировал Говорун. - От переизбытка эмоций. Крысислав, запомни: иногда люди ведут себя странно, но это не значит, что они больны. Просто жизнь налаживается.
  
  - Я запомню, учитель, - серьёзно кивнул трёхглазый и попытался повторить движения Гаррета. Получилось нелепо, но очень весело.
  
  Под этот нестройный, но искренний танец они и вышли из пещеры - в ночной лес, под звёздное небо, к новым приключениям, которые обязательно их ждали. Потому что такие команды, как эта, просто не могут жить без приключений.
  
  - Говорун, - тихо спросил Элрик, когда они шли по тропе, освещаемой магическим светом посоха.
  
  - А?
  
  - А как думаешь, у Сэма всё будет хорошо?
  
  - Конечно, - уверенно ответил котёл. - У него теперь есть дом. И дед. И мы. А это, знаешь, главное. Остальное приложится.
  
  - Ты прав, - улыбнулся маг. - Как всегда.
  
  - Я всегда прав, - согласился Говорун. - Это моё проклятие. Или дар. Я ещё не решил.
  
  - Это суперспособность, учитель! - подал голос Крысислав, бегущий рядом. - Самая лучшая!
  
  - Учитель, - повторил Говорун с удовольствием. - Нравится мне это слово. Ладно, ученик, давай-ка я расскажу тебе восьмой урок. О том, как правильно ворчать, чтобы тебя слушали и уважали. Это очень важно для котла с характером.
  
  - Я слушаю, учитель! - Крысислав подобрал все щупальца и приготовился внимать.
  
  А лес шумел над ними, провожая усталых, но счастливых путников, и где-то далеко, в пещере, сидел на полу живой король и обнимал мальчика, который наконец-то обрёл семью. И это было правильно.
  
  
  
  
  
  Глава 14.
  
  Таверна 'Пьяный гоблин' встретила их ровно так, как и должна была встретить компанию, ввалившуюся внутрь далеко за полночь - гробовым молчанием, переходящим в гул возмущения.
  
  Трактирщик, грузный мужчина с лицом человека, который за тридцать лет работы видел всякое, но к такому готов не был, выронил кружку, которую протирал. Кружка покатилась по полу, распугивая кота, дремавшего у очага.
  
  - Вы? - выдохнул он, глядя на Торвальда, за которым гуськом тянулись остальные. - Опять вы?!
  
  - Мы, - миролюбиво ответил воин, сгружая с плеча Говоруна прямо на стойку. Котёл звякнул, выпустил маленькую искру и недовольно заворчал: - Осторожнее! Я не мебель, между прочим!
  
  - А это что за... - трактирщик уставился на Крысислава, который как раз протискивался в дверь, задевая щупальцами косяки. - Это что за чудо-юдо? У меня заведение приличное! Для людей! Для нормальных посетителей! А не для... для...
  
  - Для лучших посетителей в вашей жизни, - перебил Гаррет, выходя вперёд и с независимым видом выкладывая на стойку горсть золотых монет. - Это за прошлый раз. За разбитую дверь, окно и стену, за испорченную мебель и за моральный ущерб. И вот это - за комнаты на ночь и ужин. Самый лучший ужин, какой у вас есть.
  
  Золото блеснуло в свете масляных ламп. Трактирщик сглотнул. Его взгляд метался между монетами и трёхглазым существом, которое с восторгом разглядывало интерьер и, кажется, собиралось задать тысячу вопросов.
  
  - У нас есть жареный поросёнок, - сдался он, сгребая монеты в карман фартука. - И эль. Много эля. Но чтобы это... это... - он кивнул на Крысислава, - ...это сидело в углу и не пугало других посетителей.
  
  - Других посетителей сейчас нет, - резонно заметила Лира, обводя взглядом пустой зал. - Так что мы можем сидеть где хотим.
  
  - И задавать вопросы! - обрадовался Крысислав. - Я никогда не был в таверне! А что это за штуки на стенах? А это чучело лисы? А она настоящая? А почему у неё стеклянные глаза? А...
  
  - Крысислав, - осадил его Говорун, - девятый урок: в таверне сначала едят, потом пьют, потом задают вопросы. И то не все сразу. Иди сюда, садись рядом. Будешь учиться есть как культурный котёл.
  
  - Но я ещё не котёл, я...
  
  - Ты мой ученик, а значит, должен вести себя соответственно, - отрезал Говорун. - И не спорь с учителем. Учитель всегда прав.
  
  - Всегда, - эхом повторил Крысислав и послушно уселся на лавку рядом с котлом, подобрав щупальца.
  
  Трактирщик, поняв, что сопротивляться бесполезно, махнул рукой и ушёл на кухню - распоряжаться насчёт ужина. А команда оккупировала большой стол в углу, тот самый, за которым они в прошлый раз прятались от налоговой.
  
  - Ну что, - Торвальд хлопнул ладонью по столу, - давайте подсчитывать добычу.
  
  Гаррет, только этого и ждавший, вывалил на стол содержимое своего кошеля. Золото зазвенело, заискрилось в свете ламп, и даже видавший виды воин присвистнул.
  
  - Это сколько ж тут?
  
  - Тысяча двести тридцать четыре монеты, - мгновенно ответил Гаррет и тут же зажал рот руками, но Элрик даже не чихнул - только улыбнулся довольно.
  
  - Работает! Проклятие снято окончательно!
  
  - Я же говорил, - важно кивнул Говорун. - Король своё дело знает. Хороший мужик, хоть и скелетом триста лет просидел. С такими приятно иметь дело.
  
  - Он не скелет, он теперь живой! - возмутился Крысислав. - И у него внук есть! Сэм! Мой друг! Можно я к ним в гости схожу? А когда? А далеко идти? А...
  
  - Сходишь, - пообещал Элрик. - Обязательно сходишь. Мы все сходим. Как только немного отдохнём.
  
  Он откинулся на спинку лавки и блаженно закрыл глаза. Роба его, видавшая виды и до похода, теперь напоминала лохмотья нищего - обгоревшая, порванная, с пятнами неизвестного происхождения и с дырой на спине, которая стала заметно больше. Но мага это, кажется, совершенно не волновало.
  
  - Я домой хочу, - мечтательно протянул он. - В свою башню. К своим лягушкам. К своим книгам. К своему... - он запнулся, - ...беспорядку.
  
  - К своему бардаку, - поправил Говорун. - Не стесняйся в выражениях. Я этот бардак пятнадцать лет терпел, и могу смело заявить, что...
  
  - А я с вами пойду? - с надеждой спросил Крысислав. - В башню? Там интересно? А есть книги? А можно мне отдельный угол? А я буду мешать? А...
  
  - Будешь, - честно сказал Говорун. - Но мы привыкнем. Элрик, ты же не против, если у нас появится ещё один жилец? Кроме меня, мышей, пауков и той лягушки, которая, кажется, всё ещё где-то прячется?
  
  - Не против, - улыбнулся маг. - Башня большая. Места хватит всем. Даже лягушке.
  
  - Лягушке! - Крысислав аж подпрыгнул. - У вас есть лягушка? А она большая? А с ней можно играть? А она кусается? А...
  
  - Крысислав, - устало сказала Лира, - если ты сейчас не замолчишь, я тебя стукну. Возможно даже больно, в воспитательных целях.
  
  - Молчу! - Крысислав прижал щупальца к себе и затих, только глаза его продолжали бегать по сторонам, впитывая новые впечатления.
  
  Трактирщик принёс ужин - огромное блюдо с жареным поросёнком, миску тушёных овощей, свежий хлеб и кувшин эля. Запах поплыл по залу такой, что у всех, даже у не склонного к чревоугодию Финна, потекли слюнки.
  
  - Налегайте, - скомандовал Торвальд, ловко орудуя ножом. - Заслужили.
  
  Ужин прошёл в удивительной тишине - если не считать чавканья, звона вилок и редких просьб передать хлеб. Даже Крысислав, получив от Говоруна строгий наказ 'смотреть и учиться', сосредоточенно пытался орудовать щупальцами, подражая остальным. Получалось плохо, но он старался.
  
  - Учитель, - прошептал он, когда поросёнок был съеден примерно наполовину, - а почему у меня не получается есть как у людей? Щупальца всё время норовят уронить еду.
  
  - Потому что ты не человек, - терпеливо объяснил Говорун. - У тебя щупальца, а не руки. Ими надо не вилку держать, а кусок обхватывать. Смотри, как я делаю. - Он приоткрыл крышку и ловко зачерпнул ложкой тушёные овощи прямо из миски. - Я котёл. Мне ложкой удобнее. А ты - экспериментальное существо. Тебе надо искать свои способы.
  
  - Я понял! - Крысислав обмотал щупальцем кусок мяса и торжественно отправил его в рот. - Получилось!
  
  - Молодец, - похвалил котёл. - Один-ноль в пользу эволюции.
  
  Когда с ужином было покончено, и трактирщик убрал посуду, команда откинулась на лавки, наслаждаясь сытостью и покоем. Эль ударил в голову, развязал языки, и разговор потек лениво, без спешки.
  
  - А знаете, - вдруг сказала Лира, - я ведь только сейчас поняла, что всё это время... ну, после встречи с Духом... я не злилась. Почти.
  
  Она провела рукой по голове. Волосы её - те самые, что начали расти в лесу, - теперь были длиной сантиметров пять, мягкие, серебристые, с лёгкой волной. Они красиво обрамляли лицо, делая эльфийку не такой суровой, почти... нежной.
  
  - Ты красивая, - ляпнул Элрик и тут же покраснел до корней волос. - Я имею в виду... волосы тебе идут. Очень. Честно.
  
  Лира посмотрела на него долгим взглядом и вдруг улыбнулась - открыто, по-настоящему, без тени той холодной усмешки, которой она обычно награждала врагов.
  
  - Спасибо, - сказала она просто.
  
  - Ого, - прокомментировал Говорун. - Она улыбнулась. И не убила. Элрик, ты делаешь успехи.
  
  - Заткнись, - буркнул маг, но было видно, что он доволен.
  
  - Волосы правда красивые, - поддержал Финн. - Как ива у ручья. Ты теперь совсем другая.
  
  - Я та же, - покачала головой Лира. - Просто... перестала себя ненавидеть. Дух сказал, что счастье - это работа. И я, кажется, начинаю понимать, как это делается.
  
  - А можно я потрогаю? - спросил Крысислав, и все замерли, ожидая реакции эльфийки.
  
  Лира посмотрела на трёхглазое существо, на его щупальца, которые от волнения завязывались узлами, и снова улыбнулась.
  
  - Можно.
  
  Крысислав осторожно, кончиком одного щупальца, прикоснулся к её волосам. И замер от восторга.
  
  - Мягкие! - выдохнул он. - Как мох! Только теплее! Красиво!
  
  - Спасибо, - повторила Лира, и в голосе её не было ни капли раздражения.
  
  Гаррет всё это время сидел молча, перебирая монеты и что-то бормоча себе под нос. Торвальд, заметив это, толкнул его локтем.
  
  - Ты чего там бубнишь? Опять налоги считаешь?
  
  - Нет! - встрепенулся Гаррет. - Я... я думаю. - Он поднял глаза на команду, и в них горел какой-то новый, незнакомый огонь. - Я, кажется, знаю, что буду делать дальше.
  
  - Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался Говорун. - Инспектор нашёл своё призвание?
  
  - Я открою свою контору, - выпалил Гаррет. - Бухгалтерские услуги для населения. Честные, прозрачные, без казёнщины. Помогать людям разбираться в налогах, чтобы их не грабили. Чтобы они знали свои права. Чтобы...
  
  - Ты хочешь стать народным бухгалтером? - перебил Элрик.
  
  - Хочу! - с вызовом ответил Гаррет. - Я тринадцать лет проработал в системе и знаю все дыры. Все лазейки. Все способы законно не платить лишнего. И я хочу использовать эти знания во благо! Чтобы простые люди не боялись налоговой, а знали, что есть тот, кто поможет!
  
  - Гаррет, - торжественно сказал Говорун, - я в тебя не верил. Но сейчас... сейчас я, кажется, начинаю. Ты вырос на моих глазах. Из трусливого инспектора в народного героя.
  
  - Я не герой, - смутился Гаррет. - Просто... Надо же что-то делать с этой жизнью. Не всегда же мне бегать и прятаться.
  
  - А деньги на открытие у тебя есть? - практично спросил Торвальд.
  
  Гаррет посмотрел на кучу золота на столе.
  
  - Думаю, да. Если поделить по-честному... - Он быстро зашевелил губами, подсчитывая. - Каждому примерно по двести монет, плюс-минус. Мне хватит и на аренду, и на первый месяц, и на...
  
  - Стоп-стоп-стоп, - остановил его Элрик. - Ты сейчас серьёзно? Мы всё делим поровну?
  
  - А как иначе? - удивился Гаррет. - Мы же команда. Вместе вляпались - вместе вылезли. Вместе заработали - вместе делим. Это справедливо.
  
  - Гаррет, - растроганно сказала Лира, - а ты, оказывается, не только трус и зануда, но ещё и благородный человек.
  
  - Я много чего, - с достоинством ответил бывший инспектор. - Просто вы не замечали раньше.
  
  - Заметили, - кивнул Торвальд. - Ладно, забираем, каждый свою долю. А я сейчас - спать. У меня комната наверху, и я собираюсь ею воспользоваться по полной.
  
  - Я тоже остаюсь, - сказала Лира. - В лесу хорошо, но иногда хочется человеческого тепла. И кровати.
  
  - А я в лес, - поднялся Финн. Он выглядел усталым, но счастливым. - Домой. Мох заждался. И деревья. И заяц там на поляне. Я обещал вернуться.
  
  - Финн, - окликнул его Элрик, когда друид уже направился к двери. - Спасибо тебе. За всё.
  
  Финн обернулся и улыбнулся.
  
  - Это вам спасибо. За то, что показали мне мир за пределами леса. Он странный, шумный и пахнет приключениями, но... в нём есть свои прелести. - Он посмотрел на Крысислава. - Береги его. Он ещё маленький. В смысле, для щупальцевого.
  
  - Я присмотрю, - пообещал Говорун. - Мы с учеником теперь не разлей вода.
  
  - До встречи, - кивнул Финн и шагнул в ночь.
  
  Дверь за ним закрылась, и в таверне стало как-то тише. Но ненадолго.
  
  - А он придёт ещё? - спросил Крысислав, глядя на дверь всеми тремя глазами.
  
  - Придёт, - уверенно сказал Элрик. - Мы же команда. А команды всегда встречаются снова.
  
  Торвальд поднялся наверх первым - его комната была на втором этаже, с окном, выходящим на тракт. Перед уходом он задержался на лестнице и оглядел команду.
  
  - Если что - я здесь. Появится задание - обращайтесь. Или я сам вас найду, когда что-то подвернётся.
  
  - Договорились, - кивнул Элрик.
  
  Лира поднялась следом, пожелав остальным спокойной ночи. Гаррет остался за столом - ему нужно было ещё немного посидеть в тишине, переваривая события дня и строя планы на будущее.
  
  Элрик с Говоруном и Крысиславом тоже засобирались. Путь до башни был неблизкий, но маг горел желанием вернуться домой.
  
  - Я понесу учителя! - вызвался Крысислав. - У меня щупальца сильные! Я смогу!
  
  - Не урони, - предупредил Говорун, перебираясь на него. - Я хоть и котёл, но тяжёлый. И ценный. И вообще, если разобьюсь - мало не покажется.
  
  - Не разобью, учитель! - заверил Крысислав и, бережно прижимая котла к себе, засеменил к выходу.
  
  Элрик задержался на пороге, обернулся к Гаррету.
  
  - Ты как? Дойдёшь до комнаты?
  
  - Дойду, - махнул рукой Гаррет. - Я тут пока посижу. Подумаю.
  
  - О чём?
  
  - О жизни, - улыбнулся бывший инспектор. - О том, как она, оказывается, хороша, когда перестаёшь бояться.
  
  - Это точно, - согласился Элрик и шагнул в ночь.
  
  Луна светила ярко, заливая тракт серебристым светом. Элрик шёл рядом с Крысиславом, который нёс Говоруна и то и дело спотыкался, но не жаловался.
  
  - Учитель, - спросил Крысислав, когда впереди показался холм с башней, - а что такое дом?
  
  - Хороший вопрос, - крякнул Говорун. - Дом - это место, где тебя ждут. Где твои вещи. Где ты можешь быть собой и не бояться, что тебя прогонят. У Элрика, например, дом - башня. У Финна - лес. У Торвальда - дорога. У Лиры теперь, кажется, тоже начинает появляться дом. А у тебя?
  
  - У меня теперь вы, - тихо сказал Крысислав. - Вы и есть мой дом.
  
  Говорун поперхнулся. Откашлялся. Выпустил маленькую искру.
  
  - Это... это очень трогательно, - сказал он после паузы. - Но учти: в моём доме нужно соблюдать правила.
  
  - Какие?
  
  - Во-первых, не задавать слишком много вопросов. Во-вторых, не мешать мне ворчать. В-третьих, помогать Элрику не вляпываться в неприятности. Справишься?
  
  - Справлюсь, учитель! - радостно ответил Крысислав.
  
  Башня выросла перед ними внезапно - старая, покосившаяся, с пульсирующим грибком на восточной стене и покосившейся дверью. Элрик с разбегу пнул дверь - та открылась с привычным скрипом.
  
  - Добро пожаловать домой, - сказал он, пропуская Крысислава вперёд.
  
  Внутри было темно, пыльно и пахло старыми пергаментами и сушёными травами. Крысислав замер на пороге, разглядывая завалы склянок, книг и непонятных предметов.
  
  - Здесь... здесь столько всего! - выдохнул он. - И всё это ваше?
  
  - Наше, - поправил Говорун. - Теперь и твоё тоже. Вон тот угол, - он указал на свободное пространство у камина, - можешь занять. Прибираться будешь сам. Я научу.
  
  - Спасибо, учитель! - Крысислав аккуратно поставил котёл на подножки у очага и заметался по башне, разглядывая каждую мелочь. - А это что? А это? А тут книга! А тут склянка! А тут...
  
  - Крысислав, - устало сказал Элрик, - давай завтра. Сегодня - спать.
  
  - Спать? - переспросил тот. - А где? А как? А мне вообще надо спать? Я не знаю! Хозяин не оставил инструкции!
  
  - Если устал - спи, - пожал плечами маг. - Если нет - сиди, читай книги, разглядывай склянки. Только ничего не разбей, ладно?
  
  - Не разобью! - торжественно пообещал Крысислав. - Честное щупальце!
  
  Элрик вздохнул, скинул робу прямо на пол и повалился на лежанку в углу. Говорун поудобнее устроился у очага, привычно замер, готовясь к ночному бдению.
  
  - Говорун, - позвал Элрик в темноте.
  
  - А?
  
  - Спасибо. Что ты есть.
  
  - Всегда пожалуйста, - буркнул котёл. - Спокойной ночи, герой.
  
  И в башне воцарилась тишина - только тихо шелестел страницами Крысислав, разглядывая книгу по алхимии, да где-то в углу квакнула лягушка, которая, кажется, всё-таки никуда не делась.
  
  Утром Гаррет проснулся рано - привычка, выработанная годами службы в налоговой, не позволяла валяться в постели дольше шести утра. Он умылся, оделся, спустился в пустой зал и заказал у трактирщика завтрак.
  
  - Один? - удивился тот, ставя перед ним тарелку с яичницей.
  
  - Один, - кивнул Гаррет. - Но ненадолго.
  
  Он ел и думал. О золоте, которое лежало в кошеле под подушкой. О конторе, которую он откроет. О людях, которым поможет. О том, что впервые за много лет у него есть не только план, но и уверенность, что этот план сработает.
  
  Сверху спустился Торвальд - уже при полном вооружении, с топором за спиной и с бородой, которая сегодня была особенно пышной.
  
  - Рано встал, - констатировал он, садясь напротив.
  
  - Привычка, - пожал плечами Гаррет. - Завтракать будешь?
  
  - Буду. - Торвальд махнул трактирщику, и тот принёс вторую порцию. - Слушай, Гаррет. Я тут подумал. Твоя идея с конторой - дело хорошее. Но тебе понадобится защита.
  
  - Защита? - не понял Гаррет.
  
  - Ну, клиенты бывают разные. Налоговая тоже не обрадуется, что ты их секреты раскрываешь. Могут быть... неприятности. - Торвальд многозначительно погладил топор. - Если что - я рядом. Наймёшь меня как охрану. По дружескому тарифу.
  
  Гаррет посмотрел на него с удивлением. Потом улыбнулся.
  
  - Спасибо. Я подумаю.
  
  - Думай, - кивнул воин. - Я пока здесь посижу, в таверне. Работу поищу. А если что - ты знаешь, где меня найти.
  
  Они доели завтрак, и Гаррет вышел на крыльцо - подышать утренним воздухом. Солнце только поднималось над лесом, золотя верхушки деревьев. Где-то вдалеке, на холме, виднелась башня Элрика.
  
  - Красиво, - сказал он сам себе.
  
  - Красиво, - согласилась Лира, бесшумно возникшая за спиной. Гаррет подпрыгнул, но не так сильно, как раньше - привык уже.
  
  - Ты как? - спросил он, разглядывая её волосы. За ночь они, кажется, стали ещё длиннее.
  
  - Хорошо, - ответила эльфийка. - Давно не было так хорошо. Я, наверное, в город подамся. Работу поищу. Следопыты везде нужны.
  
  - А волосы?
  
  - А что волосы? - она усмехнулась. - Будут расти. Главное - не злиться по пустякам. А это я теперь умею.
  
  - Научилась?
  
  - Учусь, - поправила Лира. - Процесс долгий. Но приятный.
  
  Они постояли молча, глядя на восход. Потом Лира хлопнула Гаррета по плечу - почти дружески, без угрозы.
  
  - Удачи тебе с конторой. Если что - обращайся. За умеренную плату могу пощипать твоих должников.
  
  - Договорились, - улыбнулся Гаррет.
  
  Через пару часов в таверну ввалился Элрик - с заспанным лицом, с Говоруном на плече и с Крысиславом, который тащил за ним сумку, набитую какими-то склянками.
  
  - Доброе утро! - просиял Крысислав, завидев всех. - А мы пришли! Попрощаться! И позавтракать! Учитель сказал, что завтрак - это важно! А ещё мы взяли с собой зелья! Элрик сказал, что они лечебные! А ещё...
  
  - Крысислав, - остановил его Говорун. - Дай людям поздороваться. Потом будешь сыпать на них вопросами.
  
  Все собрались за тем же столом. Трактирщик, махнув рукой, принёс огромный завтрак на всех - яичницу, бекон, свежие булочки и целый кувшин сока.
  
  - Завтракаем и прощаемся, - объявил Торвальд, разливая сок по кружкам. - До новых встреч.
  
  - До новых встреч, - подхватил Элрик.
  
  - До новых приключений, - добавил Гаррет.
  
  - И чтобы без налогов, - хихикнул Говорун. - Хотя бы в ближайшее время.
  
  - Учитель, а почему без налогов? - тут же спросил Крысислав. - Налоги - это плохо? А зачем их тогда придумали? А...
  
  - Потом, - отрезал котёл. - Всё потом. Сейчас - ешь.
  
  Крысислав послушно замолчал и принялся за яичницу, орудуя щупальцами с ловкостью, которой у него вчера ещё не было.
  
  - Прогресс, - одобрительно заметил Говорун. - Растёт ученик.
  
  Завтрак пролетел незаметно. Говорили о пустяках, смеялись, вспоминали забавные моменты похода. Гаррет рассказал, как в первый раз пытался сбежать и заблудился в лесу, и все хохотали до слёз - даже Лира, которая обычно сдерживалась.
  
  - А я думал, что всё пропало, - признался Гаррет. - Сидел под дубом и мысленно прощался с жизнью. А тут - на тебе, лес обратно привёл. Как щенка.
  
  - Лес умный, - кивнул Элрик. - Он сразу понял, что ты свой.
  
  - Я свой? - удивился Гаррет.
  
  - Конечно, - сказала Лира. - Ты же с нами. Значит, свой.
  
  Гаррет почувствовал, как к горлу подступает комок. Он быстро отвернулся, делая вид, что закашлялся.
  
  - Ладно, - Торвальд поднялся, давая понять, что завтрак окончен. - Пора. Дела, планы, дороги.
  
  Все поднялись следом. Обнялись - кто как умел. Торвальд - по-медвежьи, прижимая к себе каждого. Лира - осторожно, но тепло. Элрик - растроганно, шмыгая носом. Говорун - важно, приподнимая крышку в знак уважения. Крысислав - всеми щупальцами сразу, отчего объятия получились немного хаотичными, но очень искренними.
  
  - До встречи, - сказал Гаррет, когда они вышли на крыльцо. - Я найду вас. Честное слово.
  
  - Мы верим, - улыбнулся Элрик.
  
  И они разошлись. Торвальд вернулся в таверну - чтобы снять комнату ещё на месяц. Лира направилась в город - искать работу. Гаррет зашагал к тракту - открывать свою контору и начинать новую жизнь. А Элрик с Говоруном и Крысиславом побрели к башне на холме - домой.
  
  - Говорун, - спросил Крысислав, когда они поднимались по тропинке.
  
  - А?
  
  - А мы ещё увидимся со всеми?
  
  - Обязательно, - ответил котёл. - Такие команды, как наша, не распадаются. Мы просто расходимся на время, чтобы потом снова собраться. И рассказать друг другу новые истории.
  
  - А у меня будет история? - с надеждой спросил Крысислав.
  
  - Будет, - пообещал Говорун. - Мы её вместе напишем. Я, ты и Элрик. И она будет... - он задумался, подбирая слово, - ...нелепая. Но весёлая. Как и всё, что мы делаем.
  
  Элрик, шагавший впереди, услышал это и улыбнулся.
  
  - Знаешь, Говорун, - сказал он, не оборачиваясь, - а ведь я ни разу не пожалел, что согласился на это приключение.
  
  - Я тоже, - отозвался котёл. - Хотя ворчал много.
  
  - Это твоя работа.
  
  - Это моя любовь, - поправил Говорун. - Ворчать с любовью - высший пилотаж.
  
  - Как все бабушки на свете, - кивнул Эрлик.
  
  Они подошли к башне. Дверь, как всегда, была покосившейся, петли заржавевшими, а грибок на восточной стене мерно пульсировал, радуясь новому дню.
  
  - Дом, - сказал Элрик, толкая дверь.
  
  - Дом, - эхом отозвался Крысислав, переступая порог.
  
  А где-то далеко, в лесу, Финн разговаривал с мхом, рассказывая ему о своих приключениях. Мох внимательно слушал и, кажется, даже одобрительно зеленел. В таверне 'Пьяный гоблин' Торвальд точил топор и поглядывал на дверь в ожидании новых заказчиков. Лира шла по городу, ловя на себе восхищённые взгляды - её волосы развевались на ветру, и она впервые за долгие годы не прятала голову под капюшоном. А Гаррет сидел в маленькой съёмной комнате, раскладывал на столе монеты и составлял бизнес-план своей будущей конторы.
  
  И всем им было хорошо.
  
  
  
  - Крысислав, - строго сказал Говорун, когда вечером ученик попытался залезть в его внутренности с вопросом 'А можно посмотреть, как устроен учитель изнутри?'.
  
  - Да, учитель?
  
  - Десятый урок: личное пространство священно. Даже у котлов. Особенно у котлов.
  
  - Понял, учитель, - послушно кивнул Крысислав и уселся в своём углу, обложившись книгами.
  
  Элрик, лежа на лежанке, смотрел на них и улыбался.
  
  - Говорун.
  
  - А?
  
  - А ты знаешь, что ты лучший котёл на свете?
  
  - Знаю, - без ложной скромности ответил тот. - Но приятно, когда напоминают.
  
  - И ты, Крысислав, тоже лучший. Хотя и не котёл.
  
  - А кто я? - заинтересовался трёхглазый.
  
  - Ты - наш друг, - просто сказал Элрик. - А это главное.
  
  - Главное, - эхом повторил Крысислав и, свернувшись клубочком из щупалец, закрыл все три глаза.
  
  В башне стало тихо. Где-то в углу квакнула лягушка - та самая, что отказывалась превращаться в принцессу. Элрик покосился в её сторону, но решил, что сегодня экспериментов не будет.
  
  - Завтра, - пообещал он лягушке. - Завтра продолжим.
  
  Лягушка квакнула с явным скепсисом.
  
  - Она не верит, - перевёл Говорун. - И правильно делает.
  
  - Почему это?
  
  - Потому что завтра у нас начнётся новая жизнь. С новым жильцом, с новыми заботами и, скорее всего, с новыми проблемами. А лягушки подождут.
  
  - Какие проблемы? - насторожился Элрик.
  
  - Обычные, - философски заметил котёл. - Крысислава надо учить. Башню ремонтировать. Зелья варить. И, возможно, спасать мир. Если он снова вляпается в неприятности без нас.
  
  - Мир без нас не вляпается, - уверенно сказал маг.
  
  - Наивный, - вздохнул Говорун. - Ладно, спи давай. Завтра будет завтра.
  
  И башня погрузилась в тишину, нарушаемую только тихим похрапыванием Элрика, мерным пульсированием грибка на стене и шелестом страниц - это Крысислав во сне перелистывал книгу, которая так и осталась лежать у него на животе.
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"