Когда мы допивали по первой банке, Эдик неожиданно заметил:
- Я ведь вообще-то пришелец...
Мне послышалась в его словах какая-то странность, но значения я ей не придал. Вокруг было не то что шумно, но много всего: забытых весенних звуков и запахов, видов освободившейся ото льда и разлившейся реки, голубого неба с ослепительно-белыми крошечными облачками, первого настоящего тепла с прохладным пока что ветерком... Перечисленное и ещё другое, неназванное, расслабляло и делало немного невменяемым, мешало сосредоточиться на конкретике. Мы сидели с пивом на полуразрушенной почерневшей скамье и любовались знакомым с детства пейзажем. Хотя, кажется, правильнее будет назвать это ландшафтом, но не суть... Короче, списал я его удивительный коммент на перегрузку своих входных информационных каналов, и пропустил мимо ушей. Но ещё через пару глотков Эдик продолжил развивать тему:
- И жена у меня тоже пришелка...
Тут уж я посчитал нужным отреагировать - видно же, что человек переживает.
- Это ты про Татьяну?
- А про кого же ещё?
Ну да, действительно. Теперь я задумался, и было отчего... К чему это он?
- Это ты к чему? Ну, про пришельца?
- А... Так всё, отзывают нас, миссия выполнена. Этой ночью отбываем. На родину.
- Эдик, ты чего, на какую родину? Ты ж здесь родился, мы с тобой с одной улицы Новаторов! И Татьяна твоя в детстве на соседней улице жила, на Трудовой. Тебе ж фамилия Москаленко, забыл разве?
Эдик промолчал и только многозначительно хмыкнул в ответ, последним глотком осушил банку и швырнул её вниз по склону, в сухую прошлогоднюю траву и мусор. Потом всё же ответил:
- Родина у меня там, в звёздных мирах. Туманность Андромеды, Магелланово облако, епсилон Эридана - вот я откуда.
Надо признаться, я заволновался, со мной это всегда так, когда не понимаю, что конкретно делать. Скорую вызвать? Ну приедут они, хорошо, если за полчаса управятся, померяет фельдшерица у Эдика давление и температуру, пульс, наверное, пощупает, мочу, может, возьмут на анализ - и то если в стационар отвезут, ведь не на улице же брать.... И что всё это даст? Да и не известно ещё, на кого они обратят больше внимания: Эдик сидит и пьёт пиво на берегу, любуется половодьем, то есть ведёт себя адекватно, а я вызываю скорую и рассказываю про пришельцев - вот и подумайте, кто тут пациент? Поэтому решил я в сложившейся ситуации воздействовать на Эдика терапевтически, то есть приятной, успокаивающей беседой:
- Эдик, ну какой же ты марсианин? Мы ж с тобой в одной школе учились, номер 8, не помнишь что ли?
- Я про марсиан ничего не говорил, там вообще перевалочная база только. Я звёздный пришелец.
- Так что же получается, ты завтра исчезнешь, пропадёшь?
- Ну не совсем уж пропаду, тело-то останется, конечно.
- Умрёшь, значит?
- Да нет, в это тело, - Эдик похлопал по себе руками, - Подселят другого кого-то, замена произойдёт, ротация что ли, понимаешь?
- Другого пришельца подселят?
- Ну да.
- И Татьяну тоже поменяют?
- Тоже. Там, откуда мы, мы с Татьяной одно целое, не как здесь у вас, там мы одно существо.
- Гермафродиты, что ли?
- Не в этом смысле!
Эдик открыл вторую банку, глотнул и замолчал. Обиделся, может, на гермафродита? Однако, блин, как у него складно всё получается! Ведь ясно же, что это Эдик, я ж его столько лет знаю! И Татьяну его хорошо знаю, очень хорошо, такое про неё знаю, о чём Эдик, наверно, и не догадывается. А тут вдруг звёздные миры, туманность Андромеды, епсилон какой-то - откуда Эдику, расточнику с Гидромаша, обо всём этом известно?! Неужели это всё-таки не Эдик? Но как же так - мы ведь выросли вместе! Ну-ка, ну-ка... Я тоже откупорил вторую банку и спросил:
- Эдик, а тебя когда в это тело поместили? И как? Ведь мы же с тобой всё время вместе были, и всё я про тебя знаю, а?
- Ну не всё ж таки время вместе, ночью-то не вместе, например. И кстати, я рассказывать я об этом не могу, не имею права.
- Это что же, за одну ночь тебя подменили? А Татьяна как же?
- Эх, не хотел говорить, но ладно, последний день ведь... А на курсы ты уезжал на четыре месяца, забыл? Всё, больше ничего сказать не могу, извини, для нас, пришельцев, это серьёзно, вопрос чести. Подписку даём.
Так мы сидели, тянули пиво, а я всё вспоминал: точно-точно, приехал я после курсов, а Эдик женатый уже. Он тогда объяснял, что по залёту, Татьяна от него залетела, и надо было быстро что-то предпринять, ан вон оно, оказывается, как дело-то обстояло. И действительно, тусоваться с нами, с парнями он тогда перестал, и вообще переменился, озабоченный стал какой-то, ага. Так вот когда это всё случилось то...
- Слушай, Эдик, и ты никогда уже больше сюда не вернёшься?
- Я ж сказал, миссия выполнена, отзывают для выполнения другого задания.
- А где - тоже у нас, на Земле?
- Нет. Но где точно - сказать тебе не могу, хотя ты всё равно не поймёшь. Это в другой галактике.
- А вот тот, кого заместо тебя пришлют - он какой будет, на тебя непохожий?
- Ну как не похожий, ты чего, Колян?! Тело ведь то же останется! Конечно, манера поведения может поменяться чуток, с памятью чего-то не так станет. Ну ты знаешь же, как делают: бутылка из-под вискаря, а внутри самогон, некоторые пьют и не догадываются, вискарь и вискарь. А ценители - те сразу понимают, но виду могут и не подать. Конечно, если человек воспитанный, деликатный.
Тут Эдик одним махом пиво допил, метнул пустую банку вслед первой и сказал:
- Ну ладно, Коля, прощай, пора мне, сам понимаешь, подготовиться же надо.
- Постой-постой, но ты хоть расскажи поподробней, как же это происходит? В тебе какой-то блок или, вернее сказать, орган заменят? Операцию то есть будут делать? И где - на дому или в районной больнице?
- Да нет, какой ещё орган, это вроде как прошивку в телефоне сменить. Меняют удалённо, типа через интернет, ну это такой особый интернет, межгалактический. На гравитационных волнах... да трудно человеку из другого мира объяснить. В школе тут такое не проходят. Ну, бывай!
Он крепко пожал мне руку, потихоньку-потихонечку поднялся по тропинке наверх и затерялся между домами. Я посидел немного и тоже ушёл: чего одному-то сидеть, да без пива притом. Зашёл в магазин, взял ещё банку, но на берег не пошёл, завернул во дворик: здесь тоже нормально, тихо, и тут, как говорится, весна на дворе. Только вот пахнет не празднично, ну тем, что после пива остаётся, но если на сквознячке встать, можно и потерпеть. Вот я стоял, пил и всё думал: "Ну как же так, Эдик - я ж его столько лет знаю, и вдруг - пришелец! Ну как же так..?". И вот тут меня пронзило прямо, вспомнил: а ведь он же мне пятёрину должен! Ну да, на двадцать третье две занимал, на восьмое две - ну это понятно, и ещё косарь - вот совсем недавно, на неотложные типа нужды. И чего делать? Домой к нему за долгом бежать? А там Татьяна, конечно, да у него, может, и нет сейчас - с зарплаты неделя прошла, а я его и не торопил: мол, как будут, отдашь... Да и не удобно сейчас - вдруг эта перепрошивка вот-вот начнётся, он может уже на звёзды настраивается, а тут я со своей земной пятёркой, неловко... Ну и как теперь? Со сменщика-пришельца что ли требовать придётся? А если он не в курсе окажется, скажет, что вообще не при делах и всё, отвали от меня? Блин, вот всегда у меня хлопоты на ровном месте, да ещё за свои же деньги!
Я разом допил пиво и двинул домой. Весна уже не радовала как только что, похолодало, да и вообще смеркаться стало, а тут ещё мысли в голову пёрли: "Ёлки, чего за фигня, куда всякие службы смотрят, почему эти пришельцы столько воли себе взяли? Ладно, допустим, менты, они в таких делах не шарят, да им и не до того - со своими бы оборотнями в погонах разобраться! Ну а эти-то? И те тоже... Не слыхал я что-то, чтоб какого-нибудь пришельца задержали и выслали на эту их Эридану, да хоть бы за нарушение паспортного режима. При коммунистах-то пришельцы хвост поджимали, не разрешалось им вот так свободно пиво распивать и расточниками работать на режимных предприятиях! Ничего мне про это папа с мамой не рассказывали!"
Домой вошёл затемно, жена на смену собирается в ночную аптеку, мечется, и завела сразу:
- Вот где тебя носит, думала, не дождусь уже, садись вон ешь, остыло поди! А ты чего какой?
- Какой какой?
- Ну какой - не такой! Случилось что?
- Да так... Эдика вот встретил Москаленко. Поговорили с ним.
- Это мужа Татьяниного что ли? Опять она чего накуролесила? Эх и баба - как он её терпит до сих пор? Снова не тому дала, кому следовало?
Вот же народ женщины: уважение им оказывают повсеместное, выдвигают на должности, регулярно цветы дарят и ценные подарки, а у них в голове всегда одно - тому дала или не тому, а кому и почему! Невозможно же, к примеру, с женой обсудить тревожную тему в общечеловеческом ракурсе! А ведь я, пока шёл, настроился, хотел ей про Эдика рассказать, сокровенным, а уж точнее если - наболевшим, поделиться. Ведь не чужой мне человек отбывает - не исключено, кстати, что вот прямо сейчас! - на звёздную орбиту, на далёкую родину... Причём вместе с Татьяной, а представить как они там сливаются в одно существо - это же гигантская, уму человеческому не постижимая проблема: Эдик и Татьяна в одном лице, ужас!
- Ну я побежала, у Петеньки домашку проверь, с утра разбуди и покорми, в школу сама отведу, и давай хоть сегодня без приключений, без звонков этих о помощи, я на работе вообще-то! - и дверь хлопнула. Вот такая семейная жизнь, без душевной близости, без разговоров за вечерним чаем под зелёным абажуром, один натуральный индивидуализм...
Съел я, конечно, всё холодное - не было сил разогревать, ни нравственных, ни духовных. К Петьке в комнату пошёл, он, понятное дело, в телефоне сидит, то ли с уродами своими переписывается, то ли в дебилоидные игры режется - не даёт посмотреть. А отберёшь телефон - крик подымет, истерика начнётся, ещё разобьёт чего, и опять я виноватым буду.
- Мать сказала, чтоб я домашку проверил - чего проверять-то?
- А я знаю?
- В интернете ответы смотрел?
- Так я откуда всё и списывал...
- А своя голова на плечах не варит?
- Не-а! Она ведь не мультиварка... Да зачем сейчас голова - ИИ же есть!
- Дурак ты, Петька!
- А сам-то? Ты сам-то тоже без интернета ничего не сделаешь!
- Не сделаю. Вот сейчас не сделаю, забыл просто, но делал когда-то! А сейчас забыл...
- Вот видишь - и я забуду... Па, ну пап, ну иди - у меня блокировка через полчаса сработает, не отвлекай! Маме, кстати, ничего не скажешь?
- О чём? О чём ей не говорить?
- Ни о чём! Вот просто ни о чём не говори. Клянёшься?
- Я тебе про клятвы что объяснял? Помнишь?
- Не, сейчас не помню, забыл. У меня память очень плохая.
- Иди ты в баню!
- Сам иди!
И я пошёл, пошёл и Эдику позавидовал: там-то у них, в Магеллановых облаках, решены, думаю, все проблемы и отцов и детей, и мужей и жён, раз мужское и женское начала в одном субъекте мирно сосуществуют, да и взаимодействуют ведь как-то, наверное... Да, порядком мы ещё отстаём от передовых галактических технологий!
Засыпал я долго, спал тревожно, что и не удивительно, если все обстоятельства, включая пиво, принять во внимание. Снилась всякая нелепая чепуха, к примеру вот рекламный ролик про продажу в пивных банках жидкости из разумного океана Соляриса - смотрел я недавно киношедевр этот в который раз уже! - и ещё вроде того дуристика на фантастические темы. Во время очередной ходки по причине отлить я посмотрел в окно, в сторону дома, где Эдик живёт. Или теперь жил уже? А там прямо светопреставление происходит: переливы над домом типа северное сияние, и разряды тут же, и вихри градиентные - на лазерное шоу смахивает, видел я такое в молодые годы. И ощущается, как энергетика оттуда не наша, не земная накатывает волнами, гравитационными видно - конечно, сразу про Эдикову прошивку подумал, что же ещё? И затокало сердце, и слеза набежала: прощай, Эдик, доброго тебе пути и благополучного возвращения к своим, Татьяне привет!
Утром, пока Петька дрых ещё, я лежал и пытался вспомнить, что ночью видел, вот именно чтоб в деталях, для научной и исторической, так сказать, достоверной фиксации - но сколько не напрягался, так всё и осталось расплывчато, неопределённо, один цветной туман. Зачистили меня видно от воспоминаний, ну типа того, что в старом кино американские спецслужбы со своими гражданами проделывали... А может и во сне это привиделось, разве разберёшь теперь?