# Меня похитили инопланетяне

Виталий В Осокин

...Я глядел на темень за забором и звёздное небо. И тогда мне подумалось, что вот забрали бы меня инопланетяне к себе - вот было бы хорошо. Я дошёл до уборной, сделал, что хотел, вышел, повернулся назад и сердце моё едва не разорвалось от ужаса. За забором на поле садилось нечто похожее на светящийся снаряд...

1

За окнами стемнело. Сержант Перепелов читал медленно газету, сбиваясь на чтение по слогам:

- Пускай растает лёд

В сердцах людей планеты,

Сияет небосвод,

Минуют землю беды.

Не замутится снег

И чистым будет дождик.

Ликует детский смех.

Берёз белеют рощи.

Не будет зла, обид,

И страхов распроклятых.

Я верю - мир сулит

Нам Восемьдесят пятый!

Перепелов был молодым светловолосым парнем с простоватой, курносой физиономией. Он сидел за столом в ленинской комнате отделения милиции города Луховицы. В комнату вошёл лейтенант Ладанов - некрасивый худой шатен. Он только начинал службу. В руке Ладанова дымилась большая кружка чая.

- Ты чего читаешь, Перепелов? - поинтересовался Ладанов.

- Вечерняя Москва.

- Евтушенко? Рождественский? Чьи стихи?

Перепелов с изумлением посмотрел на офицера и кинулся искать автора. Он долго всматривался в буквы, потом прочитал:

- Алексей Марков.

- Не слышал о таком.

Ладанов сел за стол рядом с Перепеловым и вздохнул, положив фуражку на колени.

Милиционерам суждено было дежурить на Новый 1985 год.

- До Нового года осталось пять часов! - торжественно провозгласил, вошедший в комнату старшина Синяков.

Это был среднего роста полный усатый мужчина. Ему было тридцать восемь лет. Он был намного старше Перепелова и Ладанова.

- Чему так радуетесь, Синяков? Вам бы Новый год с семьёй отмечать. Вы же опытный сотрудник. За что вас определили сегодня на дежурство? - поинтересовался Ладанов.

- Чтобы присматривать за вами зелёными. А отметить и тут можно праздник.

Старшина подмигнул.

- Это нарушение порядка, - заметил Ладанов. - И потом вы оставили дежурку. А, если позвонят?

- Я услышу звонок.

Старшина достал со шкафа нарды и поставил на стол.

- Ну, что, лейтенант, сразимся?

- С Перепеловым сыграйте.

- Он слишком тупой.

- Старшина, я попрошу вас вести себя поделикатней с сотрудниками. Мы всё же коллеги, - попытался приструнить Синякова Ладанов.

Синяков махнул рукой.

- Он не обиделся.

- С чего вы решили, что я буду с вами играть?

- Вы же умеете. Не ломайтесь, лейтенант. Давайте поиграем. Уважьте опытного сотрудника. Нас же ведь могут вызвать в любой момент. Вам тут сидеть, а нам на улицу, на холод, к нарушителям порядка.

- Ладно, давайте.

Они играли. Синяков играл хорошо. У него было лучшее положение фишек.

- Не везёт вам сегодня, товарищ лейтенант, - заметил старшина.

- Дело не в везении, а в правильном выборе.

- Выбор-то он имеет вес, но от судьбы ещё никто не убежал в этой жизни.

Послышался звонок. Звонили в дверь отделения.

- Кто ещё припёрся не кстати!? - выругался Синяков. - Перепелов, иди открой.

Перепелов ушёл. Послышались голоса его и кого-то ещё.

Ладанов встал.

- Надо выяснить, что случилось.

Он и Синяков пошли ко входу в отделение.

С Перепеловым стоял странный взъерошенный мужчина в светлом плаще, одетый не по погоде. Головной убор у него отсутствовал. У него были тёмные волосы и борода. Голова его была чуть больше обычных размеров, фигура стройная. На вид ему было лет тридцать пять.

- Что случилось? - спросил лейтенант.

- Я на Земле? - вопрошал мужчина.

- Не на небе же, - сострил, как мог, Синяков.

- Это же Луховицы. Я видел табличку. У двери. Точно. У меня тут должна быть дача недалеко. Понятно, почему Луховицы. Я жив! Я живой! Это просто чудо. Невозможно в это поверить. Я выжил.

- Что с вами произошло? - спросил Ладанов.

Мужчина выдохнул.

- Меня похитили инопланетяне.

- Тогда вам не к нам, а в вытрезвитель. Можем проводить, - предложил Синяков.

2

- Инопланетяне? - серьёзным тоном спросил Ладанов. - Как они выглядели?

- Как мы. Только головы их немного вытянуты и без волос и тела худые очень.

Синяков помотал головой, а Перепелов открыл рот.

- Я замёрз. Позвольте мне присесть, там у батареи.

Незваный гость указал рукой на стул у окна.

- Садитесь, - дозволил Ладанов.

Мужчина сел к окну и стал греть руки на батарее.

- Тепло. Хорошо.

Синяков поглядел уничтожающим взглядом на Ладанова и гостя, потом на Перепелова, махнул рукой и ушёл в ленинскую комнату.

Гость увидел на стене календарь за 1984 год встрепенулся и поднялся со стула.

- Тыща девятьсот восемьдесят четвёртый!

- А что? - спросил Ладанов и сел на скамейку у стены.

Странный тип напряг свои мозги и вспомнил:

- Это был тысяча девятьсот восемьдесят второй. Точно - восемьдесят второй. Осень. Когда меня похитили.

Он снова сел к батарее и принялся греться.

- Вы где-то болтались в космосе два года? - спросил Ладанов.

- Два? Если бы. Намного дольше. Время протекает в пространстве по-разному.

- Как это всё случилось? Расскажите, - попросил Ладанов.

- Как? Была осень. Я отдыхал на даче. Как отдыхал? Выпивал в одиночестве. У меня был выходной день. Мне было скучно и мерзко на душе. Забор моего двора выходил в задней части прямо на небольшое поле, за которым был лес. Уже стемнело, когда я вышел во двор по нужде. Я шёл к уборной и подумал, что всё так омерзительно и противно, что я был не против того, чтобы со мной случилось что-то экстраординарное. Я был пьян, но при этом строил логически свои мысли и продолжил думать о том, что бы это могло быть. Я глядел на темень за забором и звёздное небо. И тогда мне подумалось, что вот забрали бы меня инопланетяне к себе - вот было бы хорошо. Я дошёл до уборной, сделал, что хотел, вышел, повернулся назад и сердце моё едва не разорвалось от ужаса. За забором на поле садилось нечто похожее на светящийся снаряд. Сомнений у меня не было - это был космический корабль пришельцев. Они вышли и пошли в мою сторону. Их было трое. Они светились, как и их корабль. Я слышал, как они ко мне обращались не голосом, но телепатически. Они звали меня к себе. Я повиновался. Мне было страшно, но я пошёл к ним. "Будь, что будет", - подумал я. Они были уже у калитки, ведущей в поле и дальше в лес. Я подошёл. Они открыли калитку и указали мне путь к их кораблю. И я вошёл в их космический корабль. Мы довольно быстро оторвались от Земли и полетели в космическую даль. Земля из пятнистого голубого шара скоро превратилась в звёздочку, а потом и вовсе растворилась в космической тьме. Мы пролетали мимо огромного Юпитера и Сатурна с его кольцами. За всей этой красотой я наблюдал из иллюминатора. Мне стало страшно и горько. Я подумал, что окончательно расстался с родной планетой и жизнь на ней не была такой уж ужасной, какой мне виделась последние годы. В эту минуту подошёл один из них и телепатически обратился ко мне, дескать, я же сам их призвал, сам хотел, чтобы меня забрали инопланетяне. Я задумался и вспомнил. Было дело. Неужели пожелания могут сбываться. Пришелец прочитал эту мою мысль и ответил: "Могут, не все, некоторые только могут".

- Чем же была так ужасна ваша жизнь на Земле, что вы хотели улететь отсюда подальше? - спросил Ладанов ироническим тоном.

- Теперь, конечно, мне всё это видится сущностным пустяком, но я понимаю, в чём была моя главная боль, которая разъедала меня изнутри. Это была болезнь духовного рода. Я не нашёл себя в той жизни. В той? Получается, что в этой - раз я вернулся. Впрочем, не важно. Я не знал, кем мне стать? Я мечтал ещё в детстве стать следователем, но мой папа, преподававший физику в университете, встретил эту идею со скепсисом. Они все циники и имеют дело со всяким отребьем. Эта работа красиво смотрится только по телевизору. Так говорил он. И возможно он был прав. Потом я мечтал об актёрской славе. Эта затея и вовсе рассмешила моих родителей. Они уверили меня, что на большую сцену и экран попадают только редкостные единицы, а десятки и сотни актёров спиваются в забвении. Мама была моя уважаемым врачом. Семья интеллигентов, где меня никто ни разу не обругал, не поднял на меня ни разу руку. Детство моё было счастливым, но я не был подготовлен к суровой взрослой жизни. Я поступил в институт на инженера в жилищно-коммунальной сфере. Учился я средне. Мне не нравилась моя профессия. Было скучно и не всё мне было понятно. Потом я попал в армию пиджаком-офицером. Хорошо, что я не служил срочником. Там я узнал, что это такое. И то больше из разговоров. Мне не "посчастливилось" жить в казарме. Прослужил я недолго. И вот свобода. Я работал с подведением коммуникаций к строящимся домам и объектам. Встретил женщину, которая показалась мне идеалом и образцом женственности и сердечности. На самом деле она оказалась холодной и рассчётливой. Она преподавала в музыкальной школе и много подрабатывала. Очень любила деньги. Родился сын, но наши отношения с каждым днём становились хуже и хуже. Она прицелилась на квартиру, которую я получил, ведь я работал в коммунальной сфере и получил своё жильё относительно быстро. Я думал, музыкант - человек духовный с высокими идеалами, но музыка для неё была по большей части только способом заработка. Меня раздражала моя работа и я хотел сменить сферу деятельности. Она предложила мне пойти на завод, где рабочий с разрядом получал больше любого инженера. Я так и поступил, но завод меня взбесил ещё больше прежней работы. Почти все работяги были в высшей степени тёмными люди со звериными инстинктами. Я научился, благодаря им пить водку и отпускать похабные шутки. Жену мою это нисколько не смущало, главное, чтобы деньги домой нёс - остальное побочная чепуха, мелочи жизни. И случилось несчастье - я изменил жене. У нас с ней давно уже ничего не было. Мне нравилась одна девушка - контролёр на заводе. Мы были близки, а моей жене донесли об этом случае добрые люди. Был скандал с мордобоем. Меня выгнали из моей же квартиры. Я бросил завод, запустил себя. Чтобы не посадили за тунеядство, устроился в вохр стрелком. Жена не давала мне видится с сыном. Потом я сам перестал проявлять инициативу для встреч с ним. Много времени я проводил на даче тут под Луховицами, которую построили родители. Они часто сами выпроваживали меня из квартиры, в которую я вернулся. Им не нравилось, когда я был пьян. Личную жизнь наладить не получалось. У меня были женщины, но когда они узнавали какая у меня зарплата, как правило куда-то испарялись или предлагали сделать перерыв на неопределённое время в отношениях.

3

Мужчина вздохнул.

- Я очень устал. В голове такой сумбур творится. Вы, наверное, принимаете меня за сумасшедшего.

Он посмотрел на милиционеров.

Ладанов пожал плечами. Перепелов молчал.

- Можно я немного погреюсь и пойду? - попросил странный человек.

- Грейтесь, мы же не звери, - разрешил Ладанов.

- Спасибо.

- Можно я ему сделаю чай? - Перепелов поглядел на Ладанова.

Тот разрешительно кивнул головой.

Перепелов поспешил ставить чайник.

- И вы побывали на других планетах? - спросил Ладанов.

- Планете.

- И как там? Лучше чем тут?

- Это мягко сказано.

- Интересно.

- Вы же не верите мне.

- Мне интересно вас слушать, так что рассказывайте, ведь я позволяю вам греться.

- Разумеется. Мы летели. Солнечную систему покинули скоро. Летели мимо астероидов, планет, звёзд, кораблей инопланетян. Я наблюдал за всём этим из иллюминатора. И вот мы пролетали мимо планеты жёлтого цвета с белыми разводами и пятнами. Я спросил у одного из пришельцев, что это за планета? Он назвал её планета Оо. Её ещё называют планета счастья. Меня это очень заинтриговало. Что это всё значило? Инопланетянин сказал, что все обитатели этой планеты счастливы, но туда особо никто почему-то не стремится. Это было мне непонятно. Счастье - это же так прекрасно, так заманчиво, особенно для таких бедолаг, как я. К тому времени я уже знал, что мы летим на планету М67, где мне предстоит выполнять какую-то работу, какую именно мне не говорили. И здесь такой поворот, такая возможность. Я знал уже, что на судне есть отсек с тремя капсулами, на которых можно было катапультироваться на планеты, рядом с которыми пролетал наш корабль. Я даже узнал, как они управляются. Инженерное образование все-таки. Да и работало всё это очень просто. Набираешь на навигаторе цель-точку прибытия и жмёшь на синюю кнопку. Я залез в капсулу и набрал на навигаторе Оо, а потом нажал на синюю кнопку. Отсек загерметизировался, открылся шлюз и капсула устремилась к желто-белой планете.

4

Перепелов принёс большую кружку горячего чая. Гость принял её, отхлебнул немного из неё.

- Какая радость. Я забыл уже этот вкус, - признался он и поставил кружку на подоконник.

- Так вы оказались на планете счастья? - спросил Ладанов и иронично улыбнулся.

- Оказался. Капсула приземлилась на местном космодроме. Меня посадили в каплевидный прозрачный аппарат и перебросили на базу при космодроме. Капсулу, на которой я прилетел, запрограммировали и отправили обратно на судно, с которого я удрал. На базе я оказался в зале с экранами вдоль стен и столом в центре. Со мной разговаривали женщина и двое мужчин в зелёной форме и салатового цвета беретах. Это были обычные люди белые. У женщины были волосы медного цвета. Говорила она. Я должен буду согласиться на отключение памяти. Мне сотрут память. На этой планете у меня будет всё необходимое. Я смогу себе создать партнёра по своему желанию. Я буду жить тут до самой смерти, если не нарушу несколько правил. На Оо нельзя: убивать, причинять физическую боль, воровать, изменять своим партнёрам. Наказание - исчезновение. Люди живут на Оо в среднем около пятиста лет. Мне было по их меркам лет двести, так что я мог прожить ещё лет триста, а то и больше. Дама спросила, согласен ли я с условиями, предъявленными мне. В случае отказа, я был бы немедленно депортирован с планеты. Я дал согласие. Меня усадили за стол с компьютером.

- Компьютер? Что это? - не понял Перепелов.

- Это сложная штука, у нас это ЭВМ называют, - попытался объяснить Ладанов. - Не суть, продолжай. Что дальше было?

- Мужчина помог мне смоделировать идеальную для меня женщину. Сначала внешне. Она была среднего роста, рыженькая с голубыми глазами, нос аккуратный прямой, рот чуть широкий чувственный. Я понял, что по памяти воссоздал женщину-врача, которая мне делала ЭКГ в детстве. Она мне очень нравилась, хоть я о ней ничего не знал. В своих мечтах когда-то я женился на ней, проводил с ней много времени. Я назвал её Саша. Мне нужно было смоделировать её характер. Надо было забить в компьютер несколько слов или одно слово. И я озвучил свои пожелания: умная, нежная, послушная, не жадная, не алчная, добрая. "Что-то ещё?" - меня спросили. Я долго думал, хотел добавить ещё хоть что-то, но ничего не приходило на ум. И тогда я сказал: "Всё". Не прошло и минуты, как она вышла из двери. Живая, говорящая. Она улыбалась мне и поцеловала меня в голову. Я едва не расплакался от радости. Ей было всего семьдесят лет. Совсем молодая. Мне сделали укол и я позабыл всё, что было до Оо.

5

Мужчина продолжил свой рассказ:

- Нам дали дом белый с тремя комнатами и небольшим садом рядом с чудесным озером, вода в котором была прозрачная и тёплая. Вдоль озера протянулась красивая набережная с фонарями, скамейками и деревьями. Мы жили в небольшом поселении, где всё было для счастливой жизни. У нас были карты, на которые начислялись специальные баллы, на которые можно было купить всё, что нам было нужно: одежду, еду, какие-то вещи для дома. Иногда мы выезжали в большой город, где были развлекательные центры и много интересного. Мне было хорошо с Сашей. Она готова была всегда выполнить любой мой каприз. Я её любил, а она меня. Мы подружились с двумя соседями Алеком и Питером. У Алека была немая жена - она всегда молчала и много улыбалась. У Питера жена постоянно его хвалила и превозносила его. Мы любили вдвоём бродить по лесу, который был в километре от поселения. Это был светлый красивый лес. На Оо было очень мало зверей и птиц. Хищники отсутствовали. Ели мы растительную пищу и получаемую искусственным путём из растительных организмов. Мы были счастливы. Мы могли часами с Сашей нежиться в постели. Шли дни, месяцы и годы. Однажды мы отправились в большой город, где хотели отдохнуть в парке развлечений. Мы веселились и дурачились. После лихой карусели мы, держась за руки, бежали к лотку, где продавалось мороженое и увидели жуткую картину. Бородатый мужчина ударил кулаком в лицо симпатичного брюнета в кепке. Кепка слетела с головы брюнета. Брюнет устоял. Люди замерли. Раздался чей-то визг. Прибежали полицейские в чёрной форме, нацепили наручники на руки злодея и поставили его на колени. Ему объявили, что он будет наказан исчезновением. На что преступник только расхохотался очень громко. Он говорил, что рад этому, что ему уже четыреста с лишним лет, что ему надоело быть счастливым. Нам стало страшно. Саша дрожала. Я прижал её к себе.

6

В дверном проёме показался Синяков с дымящейся папиросой в зубах.

- Я не понимаю, он псих или строит из себя психа? Давайте сдадим его в психушку, - предложил старшина.

Оказалось он всё слышал.

Ладанов и Перепелов поглядели на него.

- Синяков, тут командую я. Давай дослушаем историю до конца, - решил Ладанов.

Гость вздохнул и продолжил:

- Мы были счастливы несколько лет с Сашей. Она не гнала меня никогда на работу. Мудрая девочка. Те, кто работал, получал больше баллов и имел больше возможностей в получении различных благ и приятных вещей. Только однажды Саша робко заикнулась о том, что она хочет учиться на медика. Нужно было моё дозволение. Получалось тогда, что она бы училась, а потом работала, а я бил бы баклуши. Я разрешил ей пойти учиться и сам решил обрести какую-то профессию. Я долго выбирал в справочнике специальности. Мне ничего не нравилось, пока я не остановился на архитекторе. Мы перебрались на север в город, где нам выделили двухкомнатную квартиру. Учиться надо было шесть лет. В институте я подружился с двумя отличными парнями Онво и Тиром. У Онво была удивительная жена. Она была чрезвычайно сексуальна. Она провоцировала всех своим видом, даже когда на ней было много одежды. Поэтому мы старались реже ходить к ним в гости. Ведь измена - это страшное преступление, даже воображаемая, думать об этом опасно. У Тира жена была тоже красивая, но не такая провокационная. Она замечательно готовила. Мы любили ходить к ним в гости. Онво придумывал замечательные проекты домов в виде огурцов, бананов, яиц, грибов. Он хотел, чтобы дома походили на предметы из природы. У меня долго не было никаких идей относительно строительства домов или объектов. Только к концу учёбы мне в голову пришёл интересный проект дома в виде буквы п в пятнадцать этажей. Жизнь текла счастливо и весело. Я должен был выпуститься из института. Саша успешно училась на терапевта. Я думал, что все вокруг также счастливы, как и я, но это было заблуждением. Однажды я случайно подслушал разговор Онво со своей женой по телефону. Там у нас были такие маленькие телефоны без проводов, как коробочки. Онво сидел на скамейке во дворе института. Я находился позади него, шёл в его сторону, но невольно остановился, замер, когда услышал, о чём он говорил. Он сетовал жене о том, как ему скучно тут. Он открыто признавался жене, что ему недостаточно её одной. Она я так понял во всём с ним соглашалась. Они думали о том, как бы им пригласить в их квартиру кого-нибудь: мужчину или женщину. Жена Онво перечислила имена незнакомых мне женщин, как кандидаток в их развратные игры; а Онво меня и Тира. Поганые извращенцы. Я перепугался и постарался незаметно для Онво уйти назад и скрыться в стенах института.

7

- Отказался от бабы на халяву?! - удивился Синяков.

Он взял стул и сел рядом с Перепеловым.

- Вот чудак. Впрочем, по тебе видно, что у тебя не все дома, - продолжал недоумевать старшина.

- Не обращайте на него внимания, - сказал Ладанов. - Продолжайте.

Гость почесал голову.

- На чём я остановился? Онво. Да. Его жена. Она была обольстительна, но кто хочет быть изгнанным из рая? Однажды мы с женой смотрели в своей квартире телевизор. Показывали процесс над двумя изменщиками. Мужчина и женщина были оба людьми - не моделями. На Оо встречались и женщины-люди, у которых были мужья-модели. Эти несчастные были подавлены и испуганы. Они сидели, пристёгнутые к креслам. Сначала спрашивали у мужчины, зачем он это совершил. Тот отвечал, что ему надоело быть близким в течение двухсот лет с одним человеком. Он молил о пощаде. Женщина же напротив вела себя довольно дерзко. Она улыбалась и говорила, что ни о чём не сожалеет. Она призналась, что ей давно опостылил её муж-модель, что она запретила ему спать рядом с ней. Этих преступников ожидало исчезновение. Мы с Сашей прижимались друг к другу и обнимались.

- А Онво? Его жена? Ты так её не трахнул? - спросил Синяков.

- Нет. Я стал избегать встреч с Онво, тем паче с его женой.

- Тряпка, - поставил диагноз рассказчику Синяков.

- Продолжайте, - попросил Ладанов.

- Потом у нас родился сын. Ёло. Прекрасный мальчик, умный, послушный. Он никогда не доставлял нам хлопот: не шумел, не орал, не доставал никакими проблемами. Мы его очень любили. И не могли нарадоваться ему. Однако я устал быть заботливым отцом через десять лет и переложил все хлопоты с ребёнком на плечи жены. Закончив институт, мы должны были работать. Мой проект с домом в виде буквы П забраковали и мне поручили заняться строительством военного объекта в восточном полушарии планеты на острове по форме напоминающим жёлудь. Здесь был небольшой городок, где у нас с Сашей был прекрасный дом с садом и бассейном. Саша работала в местной больнице. Мы были счастливы. Проект был почти готов. Я занимался разработкой подводки коммуникаций к объекту. Он представлял собой строение в виде буквы о в три этажа. Рядом находились антенны и радары, которые отслеживали бескрайний космос. Рядом был космодром с десятком космических кораблей разного предназначения. Семь было военных и три транспортных. В корпусах объекта располагались по большей части залы с компьютерами и персонал, который работал за ними. И ещё на первом этаже в северном секторе находился штаб с командованием.

8

- Военные? Штаб? Разве планете счастья что-то могло угрожать? - удивился Ладанов.

Гость издал странный непонятный звук, потом вытер мокрый лоб ладонью.

- Я, кажется, согрелся, - сказал он. - Вы говорили про угрозу? Сейчас дойдём до этого момента, но я не должен пропустить интересный, важный момент моей жизни. Когда я работал на строительстве военного объекта, со мной трудилась Райна. Она была инженером. Симпатичная мулатка - человек. Мы сдружились и часто шутили и говорили обо всякой всячине на работе. У Райны был муж модель Отто. Она жаловалась на него. Он старался угождать ей во всём. Он убирал их квартиру и вкусно готовил. Самый же страшный его недостаток заключался его в том, что раз десять в день он обнимал Райну, прижимал к себе и говорил, что не может без неё жить. Райна вопила от негодования. Она говорила, что ей уже опротивел этот душнила. Она переселила его в другую комнату и не спала уже с ним. Я предложил Райне родить, тогда, может быть, её жизнь наполнилась бы новыми смыслами и заботами. На что Райна только недовольно фыркнула. Дети отнимают много времени и сил. Так она думала. Потом я заметил, что Райна оказывает мне знаки внимания. А потом не только знаки. Она мне прямо сказала, что не против близости со мной. Я опешил, возмутился, испугался. Она уверяла меня: "На этой планете многие так нарушают закон, только надо это делать аккуратно, чтобы не спалиться". Я чуть не уступил её напору, ведь за несколько десятилетий секс с Сашей стал уже сер и скучен. Мы всё реже и реже занимались им. Неужели человеческая природа столь коварна и порочна? Или я недостаточно любил её? За это я мысленно ругал себя. А потом случилось нечто немыслимое. Телевидение и радио объявило об опасности. К планете приближались космические пираты из Чёрной лиги. Все вооружённые силы планеты были приведены в боевую готовность. Шла мобилизация. Тогда я понял, как мне дороги Саша и Ёло.

- Чёрная лига? - переспросил Ладанов.

- Так называют чёрные миры, где правит грубая сила и насилие. Это очень иерархические системы, где маленьким группировкам удаётся держать в страхе и эксплуатировать широкие массы населения. Там существуют самые жестокие виды эксплуатации вплоть до рабства. Они сами толком не могут создать что-то стоящее, но воруют технологии и идеи у серых и белых цивилизаций.

9

- Пираты победили вашу цивилизацию и ты сбежал обратно на Землю? - ироничным тоном спросил Синяков.

- Не победили. Бои происходили на подступах к планете. Наши союзники разбили вражеские войска. Я вступил в армию, когда мы все ожидали вторжения. Служил я в войсках связи. Много времени на дежурствах я проводил за пультами передатчиков вместе со своими сослуживцами. Мы вглядывались с ужасом в небо, ожидая нападения злодеев. У меня была коллега Тана - блондинка, не очень симпатичная, но было в ней нечто высокодуховное, загадочное, что очень притягивало. Она была человеком. У неё был преданный, добрый муж, но очень глупый. Тана, когда программировала его, забыла про ум. Это её очень огорчало. Когда военное положение закончилось, мы продолжали общаться. Обычно это происходило по видеосвязи, когда моя Саша была на работе. Я прожил сто пятьдесят лет на Оо и начал уже немного стареть. С Сашей мы редко занимались сексом примерно один-два раза в год. Я думал, что этого было достаточно. Сын вырос и стал пилотом. Мы переехали на большой континент. Я работал над проектом строительства нового города на юге, где мы и поселились. У меня был большой двухэтажный дом с бассейном и садом. Меня хоть и тянуло к Тане, но я понимал, что это блажь, глупость. Я был счастлив с Сашей. Всё свободное время мы обычно проводили вместе, сидя на диване перед телевизором. И я так бы состарился и умер на счастливой планете, где мало горя и зла, если бы однажды я не вернулся с работы раньше времени. Случилось страшное. Я увидел свою Сашу в объятиях другого мужчины. Это был белокурый тип - ровесник Саши. Я его видел в городском парке, где он работал садовником. Они были почти без одежды оба. Я был разъярён. Я ругался и злился. Этот тип извинялся и нёс какую-то чушь. Саша плакала. Тип тихо выскользнул из дома. Я не знал, как выплеснуть свой гнев. Заметив, что негодяй скрылся, я выскочил из дома. Мерзавец плёлся по дороге, освещаемой фонарями. Я догнал его, окликнул и врезал ему кулаком по морде. На моё горе эту сцену кто-то увидел и вызвал полицию. Я оказался в полицейском доме. Женщина-следователь проводила допрос. Я был совсем потерян и убит, понимая, что меня ожидает исчезновение. Я с трудом понимал, о чём меня спрашивают. Ведь мне был конец. Оказалось, что этот ублюдок был моделью. Не человеком. Саша изменила мне с моделью. Что ей не хватало? Разве я с ней плохо обращался? Не уделял ей внимания? Ну и что? Она же модель. Я её придумал для себя. Не говорил добрых слов? Что за блажь? Какая чёрная неблагодарность. Наконец, до меня дошло, что следователь спрашивает о причинах моей агрессии относительно любовника моей жены. Я готов уже был рассказать всё, как было. Но тогда Саша тоже исчезнет. И её любовник. Его мне не было жалко. Развязный мерзкий извращенец. А Саша? Она всё же была матерью моего ребёнка. И потом я понял, что всё равно её люблю. Я сам её сделал, такой, какую я хотел. И я сказал, что мне стало скучно, и я решил ударить первого попавшегося человека. Мой ответ удовлетворил служителя порядка. Меня ждала казнь. Неделю я жил в тюрьме в комфортабельной камере в ожидании казни. Мне было так отвратительно на душе, что я плохо спал и не находил себе места. В какой-то момент я хотел, что было сил налететь головой на стену и покончить так одним махом со всеми терзаниями и ожиданиями страшной неопределённости. Настал день казни. Меня погрузили в какую-то капсулу, в которой пристегнули ремнями к креслу. Я закрыл глаза и приготовился умереть, но в какой-то момент я почувствовал сильную турбулентность. Оказалось, что я мчался в космосе обратно на Землю. Это была депортация - возращение. Вот что означало исчезновение. И ведь это не так страшно. Там я прожил больше сотни лет, а здесь прошло только два года. Удивительно. Время протекает в разных местах пространства по-разному.

Скиталец по космическим далям тяжело вздохнул и поглядел на милиционеров. Он усмехнулся и обронил:

- Понятно, вы мне не верите. Что ж, это естественно. Я, кажется, согрелся и пойду.

Он застегнул плащ и вышел из помещения на улицу. Милиционеры глядели, молча, ему вслед. Повисла напряжённая пауза.

- Да, - сказал почему-то Синяков.

Перепелов и Ладанов поглядели на него.

- А, мне, кажется, он не врал, - решил Синяков.

- Не врал? Это же бред психа. Бред чистой воды, - сказал Ладанов.

- Что же ты его так внимательно слушал? - заметил Синяков.

- Это так не обычно. И действительно похоже на правду. А знаете его рассказ надо было записать на магнитофон.

- Ты даже не спросил, как его зовут, - сказал Синяков.

Перепелов встрепенулся.

- Я догоню его и верну.

- Только крутку одень, - сказал ему Ладанов.

Перепелов накинул куртку и бросился в погоню.

Через пятнадцать минут он вернулся. По глазам его было всё понятно.

- Не нашёл? - определил Ладанов.

Перепелов отрицательно помотал головой.