Утреннюю тишину разорвали звонкие крики птиц - маленькие серые комочки пронеслись друг за другом и исчезли в сыром, ещё не проснувшемся лесу. Низкие тучи легли на горы тяжёлым туманом, будто придавили их к земле.
Возле деревянной избушки переминалась с ноги на ногу высокая девушка. Носком ботинка она ковыряла влажную землю и то и дело бросала быстрые, почти виноватые взгляды в сторону тропы. Я вышла из-за деревьев. Рюкзак привычно тянул плечо, а лицо - под стать утру - оставалось хмурым и собранным.
- Привет, - осторожно улыбнулась она.
- Привет, - отрезала я слишком резко.
Улыбка на её лице тут же погасла, словно её и не было. Я невольно поморщилась.
- Извини... - выдохнула уже тише. - Утро не задалось.
- Ничего... - она опустила взгляд.
Я задержала на ней взгляд.
Высокая. Слишком ухоженная для этих мест. Даже без макияжа - красивая, почти вызывающе правильная: длинные чёрные волосы, миндалевидные глаза, чёткая линия бровей, высокие скулы, аккуратный нос... слишком аккуратный. Губы - мягкие, пухлые. Таких раньше видела в клубах. Или в рекламных баннерах.
И вот эта - на охоте.
Я тихо усмехнулась про себя.
- Ладно, - вздохнула. - Пошли. Только сразу предупреждаю: когда ноги промокнут - не ной. Роса, трава мокрая, да и дальше веселее будет.
- Они не промокают, - пробубнила она, чуть нахмурившись.
Я обошла её и первой вышла на тропу, ведущую к мосту через протоку Шадана.
Утренний лес был тихим, почти вязким. Воздух пах сыростью, травой и холодной водой. В такие моменты раньше я бы уже шла с наушниками, вполголоса подпевала бы себе под нос, не думая ни о чём. Теперь - никакой музыки.
Балласт, - мелькнуло раздражённо.
Надо объяснять. Показывать. Следить. Я невольно представила её лицо, когда она впервые увидит разделанную тушку.
Только бы не визжала.
- Ну давай, - бросила я через плечо спустя пару минут. - Рассказывай.
- Что рассказывать? - растерялась она.
Я остановилась так резко, что она едва не врезалась мне в спину.
- Зачем ты со мной пошла?
Она замялась, сжалась вся, будто от удара.
- Я... просто...
- Просто? - я прищурилась. - Слушай, если будешь мычать, можешь сразу разворачиваться. Мне тут коровы не нужны.
Она вздрогнула, но неожиданно подняла глаза.
- Я не мычу, - тихо, но с усилием сказала она. - И ничего плохого тебе не сделала. Я просто... хочу быть полезной. И научиться.
Слова прозвучали неровно, но честно. И от этого стало ещё противнее - уже не ей, а себе. Я отвела взгляд.
Ну всё, понеслось...
На секунду представила, как она стоит одна, жалеет, что вообще сюда пришла. И что впереди у неё - только мы. И сколько нам вместе ещё жить - никто не знает.
Я шумно выдохнула.
- Ладно, - уже спокойнее сказала я. - Давай заново. Без вот этого всего.
Она осторожно кивнула, будто боялась спугнуть перемену.
- Сколько тебе лет?
- Девятнадцать. Через месяц двадцать, - в голосе мелькнула даже какая-то гордость.
Я хмыкнула.
- Двадцать восемь, - ответила после паузы. И сама на секунду задумалась. - Или уже двадцать девять...
Цифры вдруг показались чужими.
- Я из Улан-Удэ, - добавила она.
- Я из Москвы.
Она вскинула голову, и в глазах вспыхнул живой интерес - настоящий, не вымученный.
- Серьёзно? Я всегда хотела туда съездить...
Она улыбнулась - легко, почти по-детски. И тут же эта улыбка чуть погасла.
- Только... не судьба.
Мы шли дальше. Тропа стала уже, под ногами чавкала влажная земля.
- А ты как здесь оказалась? - спросила она. - Это же так далеко...
Я усмехнулась краем губ.
Началось.
И вдруг поймала себя на странном ощущении. Раньше я сама так же - засыпала людей вопросами, цеплялась за любой новый голос, любую новую историю. Сейчас же все разговоры сводились к одному и тому же: зима, запасы, охота, кто с кем спит, кто кого раздражает. Одно и то же. По кругу. А тут...
Свежая кровь, - мелькнуло в голове, и я сама невольно усмехнулась этой мысли.
Может, и правда не так уж плохо, что она пошла со мной. Если правильно задавать вопросы - она сама всё расскажет. А мне сейчас это было нужно даже больше, чем ей - научиться охоте.
Я шла впереди, привычно раздвигая ветки. Лес был сырой, тяжёлый, тянул холодом от земли. Трава липла к ботинкам, воздух стоял, как перед дождём.
Оля шла сзади. Слышно было, как она старается ступать тише, но всё равно шуршит - слишком напряжённая. Некоторое время мы молчали.
- Ну давай, - бросила я, не оборачиваясь. - Рассказывай.
Она не сразу ответила.
- Что именно?
Я чуть усмехнулась.
- Как ты туда попала. Только без сказок про "всё случилось внезапно".
Я уже думала, что она снова уйдёт в себя, но она вдруг выдохнула и заговорила.
- Я была в Улан-Удэ... обычный день... - голос у неё сначала был ровный, почти пустой. - Мы с подругой договорились встретиться. Я села в автобус... и сначала вообще ничего странного не было.
Она замолчала, будто заново прокручивала это в голове.
- А потом одному мужчине стало плохо. Его начало рвать... прямо там. Люди сначала просто отшатнулись... ну, знаешь, как всегда... никто не лезет. А потом ещё одному стало плохо... и ещё...
Я замедлила шаг, слушая.
- И вдруг... - она сглотнула, - они начали меняться.
Я всё-таки обернулась.
- В смысле?
- Быстро. Слишком быстро. Кожа... как будто желтеет... глаза стеклянные... их трясло... - она говорила уже быстрее, сбиваясь. - А потом... они начали кидаться на людей. Просто... как звери. Без слов. Без всего.
- А другие? - спросила я уже тише.
- Другие просто падали... - её голос стал почти шёпотом. - Шли и падали. Как будто их выключили.
Я отвернулась.
- Я выбежала из автобуса, - продолжила она. - Там уже был хаос. Машины... аварии... люди кричат... я думала, это теракт. Потом включились сирены... и голос... через громкоговоритель. Сказали искать людей в красных костюмах...
Я резко остановилась.
- Ты к ним пошла?
Она опустила взгляд.
- Я думала, это военные. Ты даже не представляешь, какой ужас творился.
Я тихо фыркнула.
- Конечно.
Она будто не услышала.
- Они приехали очень быстро. На грузовиках. Работали... слишком слаженно. Как будто всё уже знали.
Я больше не перебивала.
- Нас просто грузили. Без объяснений. Быстро. Жёстко... - она сжала ремень рюкзака. - И никто не снимал маски.
Мы прошли ещё немного.
- Куда привезли? - спросила я уже спокойно.
- В ангар. Огромный. Там уже были люди... много.
Она замолчала на секунду, потом добавила:
- Нас заперли. Огромные комнаты или цеха, без окон. Самое страшное... - тихо сказала она, - что они ничего не объясняли. Вообще. Приходили... брали кровь... приносили воду... и уходили. И всё.
Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.
- Сначала каждый день... потом реже... - продолжала она. - Мы сами себе придумывали, что происходит. Война... вирус... что угодно...
Она запнулась.
- А снаружи... иногда... приходили эти...
Она не договорила.
- Поняла, - сказала я тихо.
Мы шли молча.
Потом она сама продолжила.
- Через месяц нас вывели. Всех. Человек двести...может больше - её голос стал глухим. - И к нам вышел один из них.
Я прищурилась.
- Без маски.
Я ничего не сказала.
- Он был... ух,- она сделала глубокий вдох. Красивый, такой, что смотришь и глаз не отвести. Спокойный. Вежливый даже... "Вы, наверное, уже поняли, что мир изменился".
Голос её стал чуть ровнее, будто она повторяла выученное:
- "Мы не будем вас обманывать. Человечество больше не управляет этим миром".
Я сжала челюсть.
Оля продолжила:
- "Вы выжившие. Это не случайность. Это отбор".
- Отбор, - удивленно повторила за ней.
- "Теперь вы будете жить в безопасной зоне. Работать. Обеспечивать себя и... нас".
Оля сглотнула.
- "Регулярная сдача крови обязательна. Это плата за вашу жизнь".
- Он ещё сказал... - Оля замялась. - "Попытки бегства невозможны. Нарушение правил приведёт к немедленной ликвидации".
- И всё? - тихо спросила я.
Она посмотрела на меня.
- А у нас был выбор? Когда он это сказал... про новый порядок... - она сбилась, шумно выдохнула. - Там сразу... как будто всё взорвалось. Орать начали. Прям все. Кто-то плакал, кто-то к нему полез... я даже не сразу поняла, что происходит...
Она шла, глядя под ноги, и говорила быстрее, чем шла.
- Один мужик вообще... - она нервно усмехнулась, - он как с цепи сорвался. Матерился, орал, что это бред, что это спектакль какой-то... Пошёл прямо к нему. В упор. Я думала, сейчас его просто оттащат...
Пауза.
- А тот даже не двинулся. Вообще. Просто сказал что-то. Одно слово.
Она поморщилась, будто само воспоминание было неприятным.
- Я не поняла, что именно... оно какое-то... не наше, короткое. Что-то вроде... "Ха-реш"
Я ничего не сказала.
- И всё, - она резко втянула воздух. - Эти... охрана...мутанты...они мгновенно кинулись на него.
Её голос стал тише.
- Его просто... - она махнула рукой, не договорив. - Прямо там. На глазах у всех. Даже... - она запнулась, - даже кричать толком не успел.
Мы прошли ещё несколько шагов.
- Потом он снова сказал что-то. Другое. И они сразу остановились. Как выключили. После этого никто больше не орал, - добавила она уже почти спокойно.
Оля помолчала, потом продолжила - уже быстрее, как будто боялась остановиться:
- Нас потом всех согнали вместе, затолкали в грузовики и увезли...Потом поезд. Вагоны закрытые, душно, темно... люди уже тогда... ну... - она замялась, - тихие стали. Никто не понимал, что вообще происходит.
Она сглотнула.
- А потом город.
Она сказала это странно - как будто это было неожиданно.
- Обычный. Реально обычный. Дома стоят, обычные пятиэтажки, подъезды, дворы... как будто... - она коротко усмехнулась, - как будто ничего не случилось.
Я чуть повернула голову, но не перебила.
- Нас просто... - она замялась, подбирая слова, - расселяли. Вот прям так. Подвели к дому, сказали - заходите. Двери открыты, замков нет. Любую выбирай.
Она нервно дёрнула плечом.
- Сначала даже... странно было. Типа... ну... не тюрьма же. Ни решёток, ничего.
У каждого своя квартира, - продолжила Оля. - Но...контакты запрещены, - тихо сказала она. - Почти.
- Почти?
- Работать можно вместе. Разговаривать - по минимуму.
Я фыркнула.
- И что, прям все такие послушные?
- После того, что было в ангаре? - она посмотрела на меня. - Конечно. Да и город кишит мутантами, они как охрана, но не нападут без приказа.
Я ничего не ответила.
- Работа по графику, - продолжила она. - Поля, фермы, теплицы...
Я замедлила шаг.
- То есть вы... просто жили?
Оля пожала плечами.
- Жили. Работали. Сдавали кровь.
Я усмехнулась.
- Знаешь... звучит как херовая версия нормальной жизни.
Она резко остановилась.
- Для тебя - может быть.
Я повернулась к ней.
- А что, не так?
Оля смотрела на меня несколько секунд. Потом вдруг резко стянула с плеча ворот футболки.
- Вот это - "не так".
Я машинально шагнула ближе. На её плече, чуть ниже ключицы, тянулись несколько глубоких шрамов. Неровных. Рваных. Старых - но слишком чётких, чтобы их не заметить. Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.
Она быстро вернула ткань обратно, будто пожалела.
- Думаешь, всё так спокойно? - глухо сказала она. - Работа, еда, вот это всё...
Она усмехнулась - коротко, зло.
- Ага. Приходят... эти... в красных... всегда в этих комбинезонах... - она поёжилась. - Смотрят. Просто смотрят. Как будто выбирают.
Я сжала пальцы, но молчала.
- Потом говорят - ты. И всё.
Она уставилась в землю.
- Идёшь. Потому что... ну а куда ты денешься.
Голос начал дрожать.
- Тебя отводят... там... отдельные здания... не квартиры уже... - она запнулась, - как... как кабинеты какие-то... я не знаю...
Она резко выдохнула.
- И всё. Заводят внутрь. Дверь закрывается.
Она сглотнула.
- Ни слова. Вообще. Даже не смотрит толком. Как будто... - она сжала губы, - как будто тебя нет.
Я почувствовала, как внутри неприятно холодеет.
- Просто берёт. И всё.
Она резко провела рукой по плечу.
- Больно сначала. Потом... - она поморщилась, - потом уже всё равно.
Пауза.
- И всё. Закончил - тебя обратно. Как вещь какую-то. Даже быстрее иногда, чем туда вели.
Она тихо усмехнулась.
- Я сначала... дура... думала... может... если нормально себя вести... если... ну... глазки построить - она махнула рукой, - херня. Им вообще пофиг, - добавила она глухо. - Ты для них... просто...
Она не договорила. Мы шли несколько шагов молча. Потом она сама продолжила, уже тише:
- Потом давали какие-то смеси... чтобы быстрее в себя приходить... чтобы не сдохнуть... чтобы дальше... - она криво усмехнулась, - пользоваться можно было.
Мы остановились, повисла тяжелая тишина, я наконец решила спросить:
- Как ты сбежала?
Оля сжала лямку рюкзака так, будто это единственное, за что она вообще держится.
- Просто через дверь... - тихо сказала она.
Я не выдержала.
- Подожди, - я остановилась и повернулась к ней. - Ты сейчас хочешь сказать, что просто... вышла?
Она тоже остановилась. Сжала лямку рюкзака, будто та могла её защитить.
- Я... не просто, - тихо сказала она.
Я прищурилась.
- Ну давай по порядку. Потому что звучит это так, будто ты дверь открыла, вышла и пошла гулять.
Она дёрнула плечом, словно ей стало холодно, хотя ветра не было.
- Там не двери... Там забор. Высокий. С колючкой.
Я молчала.
- И?
Она сглотнула.
- Ворота.
Я коротко усмехнулась:
- Конечно.
- Они были не открыты, - резко сказала она. - Просто... приоткрыты. Чуть-чуть.
И вот тут в голосе у неё впервые мелькнуло что-то живое - злость или страх, не разобрать. Я кивнула:
- Дальше.
Она вдохнула глубже, чем нужно.
- Вечером было. Нас гнали с полей, как обычно... группами. Чтобы никто не отстал, не свернул. И вдруг... суета какая-то началась. Я не поняла даже. Один из этих... - она поморщилась, - упал, или его уронили. Они начали дёргаться, переговариваться... быстро всё.
Она замолчала на секунду, будто снова там оказалась.
- И ворота... - тихо добавила она. - Просто... остались без внимания.
Я смотрела на неё, не перебивая.
- Я сначала даже не поняла, - продолжила она уже быстрее. - Просто увидела щель. И рядом никого. Ну... почти никого. Эти были, но... они смотрели в другую сторону.
Она передёрнула плечами.
- Они, когда смотрят, они как будто... залипают. Не знаю, как объяснить. Как будто тебя нет.
Я кивнула:
- И ты пошла.
- Я не решала, - резко. - Я вообще не думала. Просто... шаг сделала. Потом ещё один.
Голос начал дрожать.
- Я ждала, что сейчас крикнут. Или это слово скажут... Но никто... - она покачала головой. - Ничего.
Тишина.
- Я прошла через ворота... и всё. Просто шла. Сначала медленно. Очень медленно. Как будто если резко - заметят. Она нервно усмехнулась.
- А потом... я поняла, что никто не идёт.
Я тихо спросила:
- И тогда побежала?
Она кивнула.
- Я бежала, пока могла. Через поле, там трава по пояс... мокрая вся. Я падала, вставала... потом лес. Я вообще не понимала, куда бегу. Просто подальше.
Она замолчала, глядя куда-то мимо меня.
- Мне казалось, что за мной идут, - почти шёпотом. - Я слышала... или думала, что слышу. Шаги. Хрип. Оборачиваюсь - никого.
Я внимательно смотрела на неё.
- Но ты не остановилась.
- Нет.
Мы снова пошли.
- Под утро машину нашла, - сказала она вдруг. - Прямо у дороги стояла. Брошенная, но ключи были внутри. Я села и поехала.
Оля замолчала.
Лес снова наполнился звуками - шорох листвы, далёкий крик птицы, скрип веток под ногами. Как будто ничего и не было. Как будто она сейчас не рассказала мне историю, от которой внутри всё неприятно сжималось.
Я посмотрела на неё искоса.
- И всё? - тихо спросила я. - Просто ехала?
Она кивнула.
- Просто ехала.
Я усмехнулась, но уже без злости - скорее от усталости.
- Далеко уехала?
Оля пожала плечами.
- Не знаю... Я сначала гнала, сколько могла. А потом... - она на секунду прикрыла глаза, - дорога закончилась.
- В смысле?
- Машины. Везде. Стояли, брошенные... некоторые с открытыми дверями. Где-то... - она сглотнула, - где-то внутри люди.
Я поморщилась.
- Трупы?
Она коротко кивнула.
- Я старалась не смотреть. Просто искала, где можно проехать. Иногда приходилось сворачивать прямо в поле... потом обратно. Бензин же не бесконечный...
- И как ты вообще выбралась?
- Нашла дорогу, где машин было меньше, - ответила она. - Не знаю, почему... может, просто повезло. Я свернула туда и поехала... куда глаза глядят.
Я хмыкнула.
- Классическая стратегия выживания.
- У меня не было другой, - тихо сказала она.
Мы немного прошли молча.
- А потом? - спросила я.
- Потом я увидела посёлок, - она чуть оживилась. - Сначала подумала, что там тоже... ну... никого. Но потом увидела дым. И... вас.