Двор затих, осиротел. Вечерний воздух стал густым, словно пропитанным невысказанной тревогой. Дима стоял на пустынной площадке, сжимая в ладони холодный металл брелока-лисы. Его касание проникало сквозь пальцы, заставляя сердце замирать в тревожном предвкушении.
Лера никогда не казалась той, кто что-то забывает. Брелок в её руках всегда был столь значим, словно хранил важную тайну. И вот теперь он лежал здесь, одинокий, на скамейке, будто нарочно оставленный.
Дима тревожно огляделся. Площадка была пуста. Двор - безлюден. Лишь призрачные окна домов источали тусклый, тёплый свет, а где-то вдали глухо залаявшая собака нарушала всеобщий покой.
Невесомое беспокойство гнало его вперёд, но направление было неизвестно. Телефон молчал, не предлагая подсказок, не давая ни единого ориентира.
Лишь одно задание пульсировало в сознании: найти её.
Он вышел за пределы площадки, ступая по тропинке, ведущей к соседнему дому - к её дому. Мягкие круги фонарного света растекались по асфальту, и каждый его шаг звучал в вечерней тишине слишком громко.
Вот и её подъезд. Дима остановился. Дверь была плотно закрыта. Окна её квартиры - непроглядны.
Что делать? Позвонить в домофон? Эта мысль казалась слишком смелой, слишком личной.
Он уже готов был повернуть назад, когда до его слуха донесся едва уловимый звук - похоже, кто-то всхлипнул. Робкий, но отчетливый.
Дима замер, напряженно вслушиваясь.
И снова - тихий, сдавленный всхлип. Где-то совсем рядом.
Обойдя дом, в небольшой нише между подъездами, он увидел её. Лера сидела на ступеньках, обхватив колени руками. Её лицо скрылось в рукавах куртки, а плечи едва заметно дрожали.
Дима замер в нескольких шагах. Он не хотел напугать её. Не хотел показаться навязчивым.
Но задание сейчас было не в телефоне. Оно было в том, что он видел перед собой.
Он подошёл медленно.
- Лера... - тихо произнес он.
Она вздрогнула, подняла голову. Глаза её были красны, но не от слез - казалось, она долго сдерживала их.
- Ты... что здесь делаешь? - спросила она, пытаясь вернуть голосу прежнюю ровность.
Дима протянул ей брелок.
- Ты его оставила.
Её взгляд упал на брелок, и в нём мелькнуло что-то неуловимое - облегчение, изумление, благодарность, всё сразу.
- Спасибо... - прошептала она. - Я... не заметила.
Она взяла брелок, сжала его в ладони, словно он был куда как большим, чем просто игрушечной фигуркой.
Дима опустился рядом, не касаясь, но достаточно близко, чтобы она знала - он здесь.
- Что случилось? - спросил он тихо.
Лера долго молчала. Он не торопил. Наконец, она выдавила:
- Мы... поссорились с мамой. Из-за пустяка. Но... - она вздохнула. - Она сказала, что я всё время одна, что я не пытаюсь ни с кем подружиться. А я... я пытаюсь. Просто... не получается.
Она замолчала, уставившись в землю.
Дима почувствовал, как внутри что-то сжалось. Слишком знакомые слова. Слишком знакомое чувство.
- Получается, - сказал он. - Со мной получилось.
Лера подняла взгляд. В её глазах мелькнула слабая, но настоящая улыбка.
- Наверное... - сказала она. - Просто иногда кажется, что я никому не нужна.
- Это неправда, - твердо сказал Дима. - Ты нужна. И... если хочешь... я могу быть рядом.
Лера смотрела на него долго, словно пытаясь разглядеть искренность в его словах. Потом кивнула.
- Я хочу.
Они сидели рядом, в тишине, которая теперь уже не давила, а умиротворяла. Она стала спокойной. Тёплой.
Телефон в кармане тихо завибрировал. Дима достал его. На экране появилась строка:
"Задание 7 выполнено."
Но впервые за всё время он почувствовал, что задание выполнил не он - приложение. А он сам.