E Ea I: другие произведения.

Драконье дитя. Часть 2 - Отрок

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


  • Аннотация:
    Ты появился на свет из яйца, выброшенный в спасательной капсуле из гибнущего мира. Ты загружен знаниями из другого мира, лишённый личностных наслоений прошлых воплощений. Ты оптимист, попавший из огня да в полымя. Ты волен, предсказанный. Жизнь учит: дают - бери, бьют - беги.
    Статус: в процессе.
    Примечание: Приветствуются конструктивные и вежливые комментарии.
    Перейти к проде
    Для желающих читать раздельно по главам или с гаджета: https://ficbook.net/readfic/5925501


   Драконье дитя.
  
   Автор: E ea I
   Фэндом: Dragon Age, Forgotten Realms (Забытые Королевства)
   Рейтинг: NC-17 (в целом)
   Направленность: Джен
   Жанры: Повседневность, Мифические существа, Фэнтези
   Предупреждения: ОМП, ООС, Элементы гета
   Статус: завершены первая и вторая части.
   Примечание: отдельные части цикла в разных файлах
   Аннотация: Ты появился на свет из яйца, выброшенный в спасательной капсуле из гибнущего мира. Ты загружен знаниями из другого мира, лишённый личностных наслоений прошлых воплощений. Ты оптимист, попавший из огня да в полымя. Ты волен, предсказанный.
  
   Часть 2 - Отрок
  
   Персонажи: Искор, Ирвинг, Эленай Зиновия, Чилтон, Овэйн.
   Аннотация: Жизнь учит: дают - бери, бьют - беги.
  
  

Глава 1, тестирование.

  
   Шок - это по-нашему. По церковному.
   Так бы Искор охарактеризовал самую первую свою лекцию в Башне Магов. Её самолично провела мать Алетта для всех "синих", совмещая с практикой по эльфийскому языку, на котором она вещала в стиле наставительной проповеди.
   Магия - дурное орудие проклятых скверной.
   Никакой запретной магии - смерть нарушителям.
   Маги - покаянные рабы божьи и слуги народа.
   Круги Магов - единственно дозволенные дома для магов.
   Никаких отношений мальчик-девочка до становления магами - нарушителей ждёт наказание.
   Никаких детей - всех с рождения забирают в Церковь для воспитания в свете.
   Сёстры Церкви Создателя - проводницы праведных.
   Члены Ордена храмовников - пастыри заблудших.
   Смирение и послушание - путь к спасению и благоденствию.
   И всё в таком духе. Постулаты, догматы, законы, правила, нормы. И все это требовалось выучить наизусть, чтобы от зубов отскакивало в любое время дня и ночи. Самообслуживание от мытья полов до готовки на кухне. Дежурства среди учеников (с незапамятных времён превратились в наказания и) назначались по прихоти (задних пяток) храмовников. Поощрения в виде озёрных купаний и прогулок на свежем воздухе тоже целиком завесили от расположения храмовников, конкретно от рыцаря-командора.
   В первых рядах сидели девушки. Всех распределили по возрастному признаку. Искор оказался самым младшим. Перед ним, в смысле возраста и сидячего места, была юная пигалица лет двенадцати - некая Солона. По шепоткам, она тоже оделась в синюю форму в этом году ещё будучи одиннадцатилетней. Кареглазая шатенка, правильный овал лица, по-орлесиански аристократичный носик и тонкие бровки чайкой, уже в таком возрасте томные губки, точёная шейка, непослушные локоны стянуты тугой косой, по-мальчишески стройная и ещё пока плоская фигурка - будущий идеал привлекательной особы ныне едва превосходил Искора в росте. Солона с первого взгляда невзлюбила пепельноволосого выскочку, сразу при поступлении одевшегося в синее, покуда она с шести лет тут пахала, как проклятая. Все остальные старшие ученики тоже отнеслись к Искору неприязненно, в том числе и потому, что из-за него поломалось их утреннее расписание, и они были вынуждены в очередной раз выслушивать осточертевшую нудятину из-за какого-то привилегированного первачка.
   Мать Алетту сменил сеньор Ригби, с постной миной на лице начавший на эльфийском языке пересказывать устав Круга Магов, после чего принялся вызывать учеников для повторения внутреннего распорядка. В данной "относительно" военной организации нарушения дисциплины всё же редко карались телесно, в числе наказаний были наряды по уборке, обязательные моления, каллиграфическая перепись, работа грузчиком и многое другое. Как понял Искор, о творческих занятиях тут не имели понятия: ни мест удобных для лепки, вышивания, рисования, ни упоминания об этом; разве что кулинария имелась, но и тут особую фантазию вряд ли захочется являть.
   Сеньор Ригби - высокий и худощавый мужчина среднего возраста, курнос, карие глаза, непослушные рыжие кудри стягивал обод с синей пластинкой, на которой блекло светилась драконья руна "Спирит". Маг вполне приветливо и охотно выполнял рутину, когда после общей молитвы уселся на скамье напротив Искора и принялся перечислять обязательные для изучения предметы: принятый в Ферелдене общий торговый язык и грамота, таковые Орлесианской Империи как верной спутницы Церкви и долийских эльфов из-за их трактатов по травам и зельям. Понятие маны и магии, правоведение, география, геральдика, теология Церкви Создателя и пророчицы её Андрасте, естествознание, природоведение, математика, этикет. Обязательные курсы медитаций и контроля магии должны быть изучены и сданы всё равно. Только сдав все зачёты по этим предметам, ученик может быть допущен к изучению следующих дисциплин, таких как: Тень, школы магии, ботаника и зельеварение, история Ферелдена и Кругов Магии.
   - На первое время я буду твоим репетитором, Искор. Ежедневно встречаемся здесь в час календулы и занимаемся до её закрытия, - высоким тенором говорил Ригби, чьё вытянутое и скуластое лицо нависало над Искором, откровенно пялящимся то на сине-бирюзовый символ во лбу, то на красный посох о семи футах с парой футов переплетения двух драконьих шей с затупленными гребнями, беззубые пасти кусали какой-то оплавленный камень с детский кулачок размером, головы имели следы неудачных попыток реставрации былого могущества. Металлический посох боевого мага и цирклет на голове обладали сходным ореолом с уклоном в фиолетовый цвет.
   - Да, сеньор Ригби.
   - От твоих стараний в освоении чтения и письма на королевском языке зависит то, Искор, присоединишься ли ты к младшей группе осенью или продолжишь заниматься с репетитором индивидуально, пока не наверстаешь программу по общим предметам более старших групп. Понимаешь меня? Повтори слово в слово.
   Искор исполнил поручение.
   - Молодец, - слегка улыбнулся Ригби, глядя с долькой любопытства. - Сейчас пойдём слушать Песнь Света в часовню, ученик. Сегодня время после обеда тебе на перенос со склада в палату выданных интендантом вещей и заведение знакомств. С завтрашнего дня у тебя начнутся самостоятельные задания по чистописанию - это перепись Песни Света от начала и до конца. После ужина и до отбоя будешь на слух заучивать стихи из Песни Света с богослужения сестёр в часовни, а утром мне пересказывать. Изучая и распространяя учение Андрасте, мы вымаливаем у Создателя прощение за использование магии, Искор. Когда Песнь Света будет петься на всех концах Тедаса, Создатель вернётся и простит наше грехопадение. Понимаешь?
   - Нет.
   - Что тебе не ясно, ученик? - Добавил сеньор строгости в голос.
   - Ранее вы говорили, сеньор Ригби, что после ужина и до отбоя наступает личное время учеников, - угрюмо сказал Искор, испытав неприязнь к этому человеку, записавшему всех магов в грешники. Пиетет перед этим взрослым ещё не до конца развенчался, чтобы устраивать диспуты о религии и науке.
   - Всё правильно, ученик. Ты должен покаяться за годы применения магии ненадлежащим образом - это всем покажет чистоту твоей личности, Искор, - важно заявил маг, верящий в эту околесицу.
   - Сеньор Ригби, а большая она, Песнь Света? - Решил спросить мальчик вместо развязывания спора о том, зачем дурак участвует в грехопадении от использования магии, а потом молится простить за это. Эта дурная логика для мага.
   - Всё прочтение непрерывно занимает дюжину суток.
   - О-о-о, эм, а это всё наизусть? - Округлил глаза Искор.
   - Крайне желательно. В обязательном порядке надлежит знать: Песнь Преображений, Песнь Учёности, Песнь Испытаний, Песнь Благословений, Погребальные песни, - начал вдохновенно перечислять Ригби свой конёк.
   Искор поник. Очевидная глупость бессмысленного заучивания религиозных текстов объяснялась фанатизмом его репетитора на учениях Андрасте, в свою очередь, имевшим житейское обоснование - обручальное кольцо. Всего несколько подобных Искор заметил у магов в столовой, и никакая семейная пара там не появилась за всё время его завтрака. Получалось, что венчание для мага - поблажка или послабление от Церкви, в чьём полном ведении находится институт бракосочетаний. Хочешь любовь? Исповедуй Создателя и неси его свет в массы.
   В общем, обоюдный саботаж - это нижний предел мечтаний Искора. Лучше уж крохи знаний в младшей группе, чем раздрай в старшей. Конечно, эхолот бесполезен, однако смекалистый оптимист везде ужом пролезет: на скучных уроках будет вдосталь времени и возможностей втихомолку тренировать врождённые способности к ясновиденью, как в прошлое парты или находящихся поблизости книг, так и в настоящее в библиотечных секциях по соседству. Следует проявлять здравомыслие, смиряя аппетиты. А ещё Искор понял, что ему действительно надо заняться повышением контроля магии внутри себя. С нынешним уровнем не удастся филигранная вязь заклинаний (да хоть той же Паутины), и к серьёзным больным его долго не подпустят - напортачит с точечным лечением. Способности тоже требуют лучшего. Решено!
   - Извините, сеньор Ригби, я думаю, мне следует переодеться, - вклинился Искор в речь мага о песнях и строфах.
   - Ты испачкался? - Воротя нос, спросил мужчина, подумавший невесть что.
   Необидчивый паренёк быстро догадался, что Ригби - молодой отец, вот и подумал - малыш обделался. С кем не бывает, правда? Некоторые новички вовсе забиваются в углы или под кровати, дичатся или протестуют, рыдают по родным. Сеньор об этом не задумывался, настроенный синей мантией на серьёзный лад.
   - Я понял, что мне рано в старшую группу. Я лучше в бриджах, рубашке и жилетке похожу на занятия с ровесниками, - улыбчиво признался Искор, которому солидная мантия казалась менее удобной, чем форма первачков.
   - Что ж, так действительно будет лучше, - с облегчением выдохнул Ригби, которому не улыбалось месяцы возиться с этим ребёнком вместо родного Джогби и его годовалой сестрёнки Шольды в Лотеринге. - Тогда беги сейчас к интенданту, Искор, а потом сразу на урок...
   Пацана мигом след простыл. Оторванный от дел Ригби не успел понять и пожалеть об упущенной им возможности узнать побольше о неслыханном эльфийском диалекте. Церковь вообще отбивала желание узнавать кого-то поближе, вместо этого насаждая своё учение всеми правдами и неправдами. Можно смело сказать, что Искору повезло попасть под штамповочный пресс, интересующийся не его прошлым, а будущим.
   - Ты зачем переоделся, Искор? - Вместо смешков, сжалился Овэйн, пользующийся отсутствием шумной малышни в палате. Другие предпочли покамест присматриваться к ещё одному любимцу Ирвинга, помимо Андерса, которому многое спускали с рук.
   - Как я понял, репетитор собрался мне вместо наук преподавать религию. Лучше я пока позанимаюсь по общей программе с ровесниками, Овэйн, обвыкнусь, больше узнаю и потренируюсь, - медленно ответил Искор, лучащийся довольством после отмакания и помывки в одной из лоханей, пусть и под присмотром живых лат. Уроки до обеда он собрался благополучно и бессовестно прогулять, ссылаясь на недостаточные инструкции сеньора Ригби.
   - Только синим мантиям разрешено заклинать, Искор, а ты магией уже неплохо владеешь, раз тебя одели в неё сразу при поступлении, - обтекаемо известил Овэйн, как и все тут юноши и молодые мужчины, наученный горьким опытом конфликтов в палате, от которых все страдают. Стоит сразу понять, чем перчить новенького, которому выдали целых два разных набора формы - неслыханное дело!
   - Я это уже понял, спасибо, Овэйн, - вежливо ответил мальчик, пока не спеша отправляться разбирать стопку ранее принесённого им постельного белья. Признание от старшего дорогого стоило, нельзя терять расположение уходом от общения.
   - И ты так просто согласен не заниматься магией?
   - Я буду ей заниматься, - не согласился Искор, вызвав обидные смешки. Дружелюбности поубавилось.
   - Переодеваясь в синее? - Ухмыльнулся Ниал, обернувшись от своих записей.
   - Зачем? Внешнее мне пока рано, увы, буду подтягивать магию внутри.
   - Внутри? Как это? - Уточнил Карл, тоже решив отвлечься на новенького.
   - Как мне любезно намекнул мастер Ирвинг, - ответил Искор, даже не помыслив, что бреющиеся молодые люди могут не знать таких простых вещей. "Они меня тоже проверяют на вшивость!" - подумал про себя Искор, не желая садиться в лужу.
   - Поделишься? - Ввязался в разговор Годвин. Пока младшие занимали учебные секции, а маги делали свои дела, самые старшие ученики самообразовывались, готовясь к индивидуальным послеобеденным занятиям.
   - Если вы будете играть со мной в шахматы, - с хитрым взглядом высказал условие Искор, подойдя и ткнув пальцем в столик с чёрно-белой доской. Он очень хотел фигурных сражений, ведь на одной памяти далеко не уедешь - надо развивать родной интеллект. А ещё было важно наладить контакты со взрослыми соседями по палате, о чём Искор ранее толком не подумал, пока вот сейчас случай сам ему не представился. Он мнил себя равным им, хотел показаться рассудительным настолько, чтобы старшие ученики охотнее помогали ему учиться, не считая прыщом на заднице.
   - Будем-будем, - за всех покивал Годвин, мельком глянув на храмовника-офицера. Мелкого зазнайку следовало поставить на место. - Колись, давай.
   - Ладно. В общем, я говорил первому чародею, что хочу стать целителем и зельеваром. Это очень ответственно. Вот мастер Ирвинг и проверил моё понимание и решимость. Сперва меня за ночь всего обляпали жирным, а утром позволили только умыться перед одеванием статусной синей формы учащегося заклинать. Затем назначили беготню вверх-вниз за кучей шмоток - одному задание сложно осилить без снятия усталости магией. Ещё мы вели беседу рядом с местом работы магов, которые при помощи глифа на лбу обуздывают свою внутреннюю магию и эмоции, дабы мочь выполнять самые ювелирные операции с артефактами, как я понял по рассказам простолюдинов из Редклиффа, являющимися для Круга Магов второй статьёй дохода после зелий. Конечно, я знаю, что дорогие и сложные составы зелий тоже требуют строгих доз, однако для целителя тот глиф не подходит из-за насущной необходимости в обладании сочувствием. Во-первых, я тоже уже знаю, что эмоции усиливают магию - это важно для способности целителя вытягивать критических. Во-вторых, именно сочувствие помогает целителю лучше настроиться на пациента и потратить на него меньше своих сил с большей пользой. Когда мастер Ирвинг меня проверял вчера, я сумел засветить всего два подноса из четырёх. Это всё из-за плохого внутреннего контроля над высвобождаемой магией и никудышного настроя на объект. С такими данными мне не стать профессионалом. Вот, например, буду я во дворце после пира лечить эрлу изжогу, но при недостатке контроля магия прольётся и на здоровые кишки. Потом на приём придёт тейрн с больными почками, а я из-за плохого контроля потрачусь ещё и на его здоровую селезёнку. И вот я уставший и без маны, а ко мне прибегает принц с поносом. И? Вы зря смеётесь! Такого королевского доктора со стыдом и срамом сошлют в самый глухой баннорн, а потом и мастеру Ирвингу по шее накостыляют за присланного простофилю. Увы, я не понял первых намёков, но мастер Ирвинг всё равно не потерял веру в меня и подослал с надеждой сеньора Ригби. Вот тут я и осознал, насколько важен внутренний контроль магии и что мне рано заниматься внешними проявлениями до тех пор, пока ярко не засвечу все четыре подноса с зёрнами. Поэтому я не буду носить синюю форму и пользоваться её привилегиями, пока моя внутренняя магия недостаточно совершенна для желанной мной стези высококлассного целителя, - выдал важничавший Искор монолог своих выводов, детально всё пояснив тем, кто его слушал. Всеобщее внимание старших учеников ему очень льстило. - А теперь давай играть, Годвин!
   - Тебе ещё кровать стелить, Искор. Сыграем в личное время вечером, - ответил Годвин, успевший несколько раз во время речи Искора поменять свой взгляд с насмешливого на задумчивый, и совсем не о тех словах элвена, перевода которых он не знал, но догадывался по контексту, приличествующему для взрослого ума. Ничего принципиально нового он не узнал, но сам факт изложения подобных сведений устами отрока, его сила, логика и мечта заставляли относиться к нему серьёзно.
   - Ловлю на слове, - довольно улыбнулся пацан, посчитавший, что удачно завязал первое знакомство и создал достойное впечатление о себе.
   К своей кровати паренёк прошёл сосредоточенным, пытаясь понять странные реакции почти уже магов на упоминание налобных глифов. Что-то тут нечисто. От всех этих экстренных дум и трат на это магии у Искора разболелась голова, лишний раз подтверждая верность принятого решения в первую очередь заняться повышением контроля за магией внутри себя, а уж потом, когда получится пробудить истинное зрение, можно начинать внешние манипуляции.
   Погружённый в свои проблемы новичок не заметил, как поспешно сменился один из дежурных храмовников, а вот старшие ученики обратили внимание и скривились - стукач поспешил на доклад.
   Понаблюдать и подумать о старших соседях, конечно, интересно и нужно, как счёл драконий отрок, но на одной внешности далеко не уедешь, а обстановка ещё успеет приесться, чтобы обращать на неё пристальное внимание. Искор всё-таки не выдержал и подсел за столик с волшебными шахматами. Избегая лишнего шума, он снял фигуры, следом рассмотрел доску с рядами витиеватых знаков по бокам, выполненных в стиле рун. Естествоиспытатель коснулся одной и подал лёгкий импульс маны - дорожка на миг засветилась магическим ореолом и погасла. Искор широко улыбнулся, разгадав незамысловатый секрет. А потом едва сдержал возглас восторга, когда одновременно подал два импульса, и стоящая на пересечении фигурка пешки-солдата взмыла в воздух на чём-то вроде телекинеза. Другая пара рун обозначила клетку пересечения, куда и был плавно совершён ход - благодаря любопытному символу на днище. Искора так и подмывало проверить защиту от дураков, но рисковать наделать шума и быть выгнанным из палаты он не стал. Незнакомыми карточными играми новичок не заинтересовался вовсе.
   - Дяденька храмовник, меня Искор зовут, а вас? - Обратился паренёк к одному из "живых лат", предварительно обойдя всю пятёрку в палате. Спросил на общем языке, предварительно постояв в паре шагов и настроившись, преодолев влияние доспехов вливанием в тотем эссенции души.
   - Чилтон.
   - Пожалуйста, сэр Чилтон, давайте начнём нашу тренировку, - обрадовался Искор, доверившийся своей интуиции и логике. Ему стало слишком стыдно прогуливать свой второй в бытность учеником урок, вот и решился обеспечить себе алиби понадёжнее, заодно и завести знакомство с храмовником при знаках отличия, чтобы лучше представлять, на кого же будет учиться его друг Алистер.
   - Что ещё за тренировку? - Глухо и грубо раздалось из-под опущенного забрала.
   - Как что? Вы меня тоже проверяете, да? Ладно. Вас сюда направили тренировать развеяние магии, а желающие ученики могут подойти и сопротивляться вашему воздействию, тренируя свой контроль магии внутри или вовне, - охотно поделился своими рассуждениями Искор, коротко покосившись на почему-то синхронно поперхнувшихся старших учеников.
   - Нет.
   - Как нет?
   - Так, - отрезал Чилтон, всё больше тяготясь личным поручением командора Грегора из-за вот этого вот смазливого хмыря присмотреть за извращающими устав салагами и капралами, любящими приобщать учеников к бытовым функциям оруженосцев рыцарей, в полных латах не способных самостоятельно снять гульфик и подержать себе или подмыться.
   - Эм... А! Вы тут как пособие по вытягиванию маны, точно! Сэр Чилтон, разрешите мне, пожалуйста, начать тянуть из вас ману! - Бодро исправился начинающий нервничать Искор, обративший внимание на то, как Годвин подавился и закашлялся.
   - Во мне нет маны, - сухо ответил жестяной голос, всё больше сердясь на выводящего его из себя новичка, которому пока было простительно его незнание.
   - Опять проверка, да? Ладно. Мастер Ирвинг вчера при моём тесте на четыре подноса высыпал зёрнышки кристаллической магии. У вас похожие песчинки растут в костях всего скелета и отличаются тем, что "поют" завораживающе красивый гимн органично-земляной магии, а мастер Ирвинг использовал молчащий лириум. У вас, сэр Чилтон, доспехи с молчащими, но родственными крупицами кристаллической магии, которые хорошо резонируют с вашим лириумом в костях. От этого вам удобно и комфортно, а с тех латников уже семь потов сошло. Бр-р! Я бы на их месте давно весь исчесался, а бравым ребятам хоть бы хны - крутые у вас подчинённые, сэр Чилтон! А на вас ведь дедовский доспех, да? - Частил слова Искор, словно дорвавшийся до общения. На самом деле он торопился успеть всё высказать, поскольку понятливое общение на людском языке давалось с трудом из-за той самой упомянутой им мелодии, воздействующей на магические образования, как играющий вальс оркестр понукает танцующих вальсировать вместо исполнения канкана или румбы. Это крайне будоражило детское любопытство!
   - Орденский... - рефлекторно поправил детский напор весьма ошалевший мужчина.
   Искор уловил тотемом какой-то женский образ офицера, а ясновиденье сиротки придало уверенности:
   - Круто! Идеально подогнан женской рукой матери, а ваш отец тогда получается - маг-кузнец, выковавший сыну доспехи? Сразу видно его ювелирное мастерство. Это так здорово! Я по белому завидую вашей семейственности, сэр Чилтон, я ведь сам круглая сирота. А вашим детям уже по сколько лет? Вы себя тоже завещаете потомкам, как ваш героический дед, чтобы они просеяли ваш пепел и сделали крутые доспехи из заботливо выращенных вами кристалликов магии? - Торопясь успеть выговориться до приступа мигрени, восхищённо тараторил Искор, внутренне осуждая старших учеников. Он же не барагозил и не приставал к ним, мешая заниматься, чего они всё фыркают и крякают!..
   - Гхм!.. - Не только Чилтон впал в шок от сказанного. Пикантные подробности анатомии храмовников и его личной родословной совсем не то, что он предпочёл бы предавать огласке. Вот только о своих родителях сирота Чилтон сам хотел бы выяснить всю правду, уже втихаря вызнав от создателя компасов крови, что его мать действительно из редкого числа храмовников женского пола, а отец был магом, но на крови отпрыска создать компасы на них специалист не мог из-за влияния лириума в теле Чилтона, в теле матери и наверняка в глифе на лбу усмирённого отца. Как водится, устами младенца говорит Создатель...
   - Так я всё правильно ответил? Пожалуйста, сэр Чилтон, можно уже начинать тренировку по вытягиванию вашей магии? - Заканючил настойчивый Искор, сам не меньше алеющий от смущения, чем мужчина под шлемом. Ирвинг ведь говорил, что храмовники стоят в помощь, а по всему выходило, что он сейчас дерзко напрашивался к Чилтону. Что-то тут явно не так, как Искор себе вообразил на радостях поступления, но пятиться раком обидно - победа либо поражение.
   - Нет... - прохрипел выдох молодой человек, вновь пропустивший очередной удар бухающего сердца, кузнечным молотом отдающегося в наковальне черепушки.
   - Как нет? Ну, я же всё правильно сказал, сэр Чилтон, как же так?
   - Только "мантиям" разрешено заклинать, - глухо и с хрипотцой отговорился храмовник, которому приходилось чуть наклонять голову вперёд, чтобы в прорезь видеть поднятое на него мальчишеское лицо с сияющим надеждами взором.
   - Ох... А! Я понял, вы же зрелый рыцарь-лейтенант! Значит, опытные офицеры для старших учеников и магов, а рядовая молодёжь храмовников стоит тут всюду для тренировок контроля с такими козявками, как я, - с самоиронией улыбнулся Искор. Оптимист не желал сдаваться так просто. - Вы ведь офицер в звании лейтенанта, я прав, да? - Указал отрок на знаки отличия. О званиях ему кратко рассказал сэр Перт.
   - Да...
   - Отлично! - Возликовал бойкий Искор и пробежал с десяток своих мелких шагов до парня у самых дверей, который по ощущениям был даже младше Овэйна. - Дяденька рыцарь-храмовник, давайте мы сейчас с вами потренируемся, сэр Чилтон разрешил!
   - Сэ-эр? - Басовито протянул стушевавшийся подчинённый. Этот седой пацан пугал его своим бесстрашным интересом и наивностью, а молодой человек более чем за год службы здесь сам привык пугать до икоты одним своим видом и приближением.
   - Да... - рассеянно обронил Чилтон, у которого в голове заварилась каша.
   Рыцарь-храмовник издал какой-то странный звук, переступил с ноги на ногу и всё-таки хитрым жестом выбросил вперёд ладонь, активируя вспышку того самого поля очищения пространства от магии. Искор прошедшей ночью более ста раз подвергался такому воздействию, но всё равно "вживую" - продрало до печёнок! Словно душу попытались вышибить. Эссенцию из тотема так точно развеяло в пух и прах. Неприятные и даже несколько болезненные ощущения, зато Искор мог собой гордиться - большую часть запасов магии он удержал в себе. А ещё он сделал ценный вывод о том, что исторжение вибраций деформировало магию подобно пинку по столику с карточным домиком. Заклинание рассеяния магии из другого мира действовало гораздо мягче, а сие жёсткое воздействие напоминало серию двеомеров пробивания заклинаний, но шарахающих не по выбранной одиночной цели, а вокруг пользователя с примерным радиусом в пять-семь широких шагов.
   - Класс! А вы можете таким удалённым образом не площадь очищать, сэр, а только меня? - Спросил Искор, краем уха заметивший, как едва успел шарахнуться прочь Годвин, ближе всех занимавшийся с чернилами и своим журналом, которые содержали в себе толику магии.
   - Н-нет, - заикнулся опешивший храмовник, привыкший к совсем другой реакции вместо довольной рожи и высказывания ещё каких-то претензий.
   - Тогда вам тоже занятие крайне полезно, сэр! Ещё раза три, пожалуйста! Прошу вас, очищайте магию по своей готовности... - попросил Искор, сведя ладони перед собой и дюже напрягшись.
   Оглянись Искор, увидел бы выпученные зенки всех старших учеников и вылупленные глаза прочих рядовых, понявших, что их ждёт та же участь, и возмечтавших о сменах в женской палате. Собственно, они правильно догадались - Искор до каждого из них докопался. Магию он всю растерял, а вот одну из двух эссенций успешно удерживал! Правда, на последнем так измотался, что уже на первом разе её посеял, после чего с поясным поклоном поблагодарил и отчалил, пошатываясь по пути к своей кровати, куда еле залез и свалился без сил, едва не пропустив обед.
   - Эй, ты как? Обед на носу, - черноволосый Овэйн встал на деревянный бок кровати дерзкого Анейрина и потормошил Искора, вместо подушки подложившего под голову синий валик из своей первой мантии и уставившегося в безмятежно цветущий потолок.
   - Я в порядке, спасибо, - блюдя неизменную вежливость, пробормотал отрок, вяло пошевелившись и повернувшись на бок.
   - Тебе это... реально понравилось? - Голубой взгляд пытливо уставился в чёрный.
   - Что "это"? - Недопонял Искор, пытавшийся вновь включить мозги после плотного общения с храмовниками и победы над острой мигренью, долбанувшей опосля.
   - Эта твоя тренировка с храмовниками, - теперь вообще шёпотом произнёс Овэйн, хотя в палате оставался всего лишь один латник и несколько юношей, отмывавшихся от книжной пыли, притянутой ими с окружающих полок во время занятия по освоению заклинания Каменный Доспех.
   - Они мелодично звучат, - слегка улыбнулся Искор. Подхватив дух таинственности, он остался лежать и сам спросил Овэйна, желая прояснить ситуацию, а не упрекать: - А почему вы не присоединились ко мне, а мешали?
   - Мы предупреждали, - Овэйн чуть вздрогнул. - Мы так не тренируемся, Искор. Они... они нас так наказывают. Бьют, грубо высасывая ману из нас. Бр-р!..
   - Ого!.. - Искор недоверчиво округлил глаза.
   - Угу.
   - Даже Чилтон? Он показался мне хорошим, Овэйн, - поделился Искор своим впечатлением, ещё пока туго соображая и не зная, как реагировать на странности.
   - Они все так делают, - заверил кряжистый молодой человек. - Искор, а скажи... С чего ты взял, что у храмовников в костях растут песчинки необработанного лириума? Если это не секрет, конечно, - быстро добавил шептун.
   Последним он лишь насторожил Искора, желавшего сохранить в тайне эхолот летучей мыши, всё-таки опробованный при таскании выданных интендантом вещей. Оказавшись вблизи, он и без него ощутил чарующую мелодию, которой вполне было бы уместно звучать в залитом солнцем храме для отдохновения верующих и страждущих.
   - Я уже немножко лекарь, - пространно ответил мальчик, вобрав новую информацию о том, что обрабатываемый лириум замолкает.
   - И всё же. Скажи мне свой секрет, а я тебе свой, - ещё более заговорщическим тоном улещивал Овэйн, имевший корыстный интерес, родившийся из симпатии к мальчишке, отчасти похожим на его друга, как говорят, не пережившего Истязание.
   - Ты первый, - насупился Искор.
   - Нет, ты. Тебя храмовники всё равно допросят по этому поводу. Обо мне они знают, но вдруг наши случаи разные? Если ты первым мне скажешь, то у них не будет повода обвинять меня в том, что это я тебя надоумил, - пояснил брюнет.
   - Обо мне они тоже знают, - скривился Искор, поняв, что прокололся. Придётся валить свою сверхчувствительность к магии на эльфийское наследие крови, которое он перед прибытием в башню практически подавил. Или на ту же настройку, что позволяет улавливать и внушать образы? Искор и сам не знал, как толком объяснить эти свои ощущения, а выбор желательно сделать самому и уже сейчас. - А я не знаю, - честно признался он. Тотем тогда выступил лишь усилителем, ведь на рядовых храмовниках Искор не настраивался, но однозначно слышал аккорды, когда те применяли Очищение Магии.
   - Как так? - Недоумённо переспросил Овэйн, прищурившись на загадочного новенького, могущего оказаться способным делать взяточные закладки наркотика для храмовников, добываемого путём махинаций с лириумом, отработанным усмирёнными артефакторами, но ещё не обработанном для пользования остальными.
   - Я полуэльф, как видишь, - немного покумекавший Искор оттопырил край уха, показывая заострённость, лёгкую и почти не выделяющуюся, если не присматриваться. - И я при вас настраивался на Чилтона, чтобы понятливо общаться с ним на ещё пока изучаемом мной людском языке, а не на известном мне элвене, - пояснил мальчик то, что и так бы вскрылось.
   - Хм, - Овэйн почесал щетинистый край челюсти. Ему стало понятно, какие два подноса имел ввиду Искор - им пройдён тест на контроль по школе Созидании и Духа, а Энтропия и Стихии - латентны.
   - Твоя очередь.
   - Сам, подумай, Искор, как я могу тебе доверить свой секрет, если ты собственные разбалтываешь всем подряд? - Укорил хитрован, подцепляя так же, как с ним самим поступили. Болтунов к наживе не подпускают.
   Искор приоткрыл рот. И закрыл со словами:
   - Глупо утаивать очевидное, - расстроенно выдохнул мальчик, обидевшись на бесчестного проходимца, сперва показавшегося таким печальным, внимательным и заботливым.
   - Твоё происхождение и умения в школе Духа вовсе не очевидны, - не согласился Овэйн, с грустью посмеиваясь от понимания тех чувств и мыслей, что испытал новичок, ведь в своё время он сам чувствовал схожие эмоции.
   Не отчаиваясь в поиске общего языка, Искор терпеливо пояснил:
   - Ты уже в синем, Ирвинг представил меня как познающего людской язык. И вот я на твоих глазах общаюсь на всеобщем, как на родном эльфийском, на котором до того общался с вами. И я не кричу об этом, а согласился прямо сказать по обмену, а ты меня обманул, Овэйн.
   - Если ты так глупо ведёшься на простую разводку, как же тебе можно доверять секреты? - Вновь прищурился Овэйн, раньше времени выдавая следующую фразу, призванную логически запутывать тупиц.
   - Эм... Так ты считаешь происхождение и умения - секретами? - Уточнил Искор, действительно стараясь понять собеседника.
   - Именно, - кивнул Овэйн, продолжая давить лыбу.
   - Тогда я знаю твои секреты, - буркнул пацан, перед шахматами уже игравшийся с дедукцией.
   - Неужели? - Побледневший Овэйн посерьёзнел, поняв, что его мысли могли прочесть, как некоторые чародеи то ли пугали, то ли завлекали учеников к разделу разума школы Духа.
   - Ты волосат и крепок, как дварф, а глаза и кончики ушей эльфийские, значит, представители этих рас твои родичи на два-три колена назад. Раз ты учишься здесь и обратился ко мне по поводу лириума, то в тебе эльфийский дар к магии поддержал дварфскую сопротивляемость, а выполняемое тобой задание на выведение содержащих магию символов доказывает наличие дварфской предрасположенности к рунам, что ведёт к профессии артефактора и тому глифу на лбу, - убеждённо заявил Искор, доверяя своей интуиции и выводам на основе недавних наблюдений.
   - Создатель упаси! - В ужасе процедил Овэйн, которого передёрнуло от такой участи, аж кроватные доски жалостливо скрипнули под его немалым весом.
   - Мы квиты, Овэйн, но ты обманул меня, и я больше не буду с тобой общаться, - подытожил Искор, наконец-то поднимаясь. Внутри было муторно - этот тип испортил всё благодушное настроение.
   Собираясь хорошенько припугнуть мальчишку, Овэйн одной левой грубо уложил Искора обратно, чтобы продолжить секретничать с глазу на глаз относительно сохранности чужих секретов. Вдруг почуяв злое в старшем, обиженный и возмущённый рукоприкладством Искор дал резкий отпор. Тотемист, как ранее вливал обе эссенции в ноги для выдерживания нескольких подъёмов и спусков по винтовой лестнице с грузом, так теперь напитал правую руку, бесхитростным ударом кулаком по роже засветив левый фингал. Не ожидавший такого выпада Овэйн запоздало перехватил в плече и отвёл ветошь руки, предотвращая второй удар, однако, тем самым дал простор Искору согнуть правую ногу и лягнуться: обутая в усиленный инкарнумом и эссенцией туфель пятка сломала нос обидчику и дезориентировала достаточно, чтобы вскрикнувший от неожиданности и боли молодой человек потерял равновесие и повалился на пол, сразу затихнув - разбил голову о каменный пол у края ковра.
   - Драка!!! - Гаркнул дежурный храмовник, очень резво метнувшись разнимать.
   Побелевший от случайно содеянного Искор не считал ворон, а сиганул со второго яруса кровати и едва восстановленной маной успел залечить все повреждения до того, как Очищение Магии от храмовника лишило его контроля над эссенциями, а Праведный Удар латной рукавицей в височную область вышиб их вместе с душой. Деревянно-металлическая чурка согнутого мальчишеского тела с характерным звуком стукнулась об пол и несколько футов проехалась на боку, затормозив на красной, как пролитая кровь Овэйна, ковровой дорожке от дверей к постаменту с Андрасте...
  

Глава 2, роковая встреча.

  
   О, сколько шума подняло чрезвычайное происшествие. Вот только Искору всю последовавшую суету совершенно пропустил. Его душу вышибло из тела, самопроизвольно одеревеневшего с мифриловым покрытием, так сказать. Вдобавок, оглушило - вылетела и ударилась о мастерски зачарованную стену. А потом и вовсе расплющило, когда из коридора вбежал ничего не знающий о нём рядовой храмовник и сходу Очищением Магии приложил валявшееся у стены призрачно-голубоватое и почти прозрачное тельце души, зримой и уязвимой из-за того, что при отлёте утянула на себя и вобрала выбитую из тела эссенцию: субстанцию из инкарнума буквально размазало по древней кладке, а бедную душу впечатало в Завесу, не пропустившую её из-за совокупности факторов. По вине добавленного для надёжности второго Очищения Магии бедная душа на себе прочувствовала, каково быть бельём, отжимаемым между валиками. Центр сферы находился на уровне вытянутой руки храмовника, а потому во всех смыслах истончённую душу Искора выдавило в Подземелья.
   Искор долго приходил в себя, пытаясь осознать одновременно две зелёные реальности: с одной стороны какой-то фантастичный пейзаж гигантских дебрей, с другой стороны каверна с забитыми полками, ящиками, бочками. Первая казалась более родной и в то же время чуждой фантастичными изменениями и пестротой леса. Вторая казалась более простой и понятной, будучи неизменной. Страшное подумать, что могло произойти, если бы кто-то появился в Тени, но Искору повезло - разнообразие на Прайм внёс знакомый помощник интенданта, признавшего, что старший ученик не перестаёт быть учеником, а потому помимо синей мантии нуждается в обычной форме из бриджей чуть пониже колен, одеваемой через верх туники с рукавом по локоть и жилетки. Причём, привлёк внимание не сам человек, а иссиня-зелёная звёздочка глифа у него во лбу, ярко переливающегося в такт мелодии лириума.
   Душа Искора вздрогнула испуганным сознанием. Память осталась при драконьем отроке, а потому бесстрастно предоставила в поток мыслей информацию о бытие душой и особых упражнениях по развитию бассейна эссенций души именно в отрыве от плоти, а также о междумирье и об измерениях - содержащиеся в Астрале мерности Планов Бытия можно истончать или утолщать до бесконечности. Упоминаемая Завеса оказалась отнюдь не похожа на мыльную плёнку какого-то силового барьера.
   Слава всем богам, что спустившийся вниз мужчина задержался достаточно надолго, чтобы Искор кое-как сориентировался на преимущественном восприятии "зелёного коридора" и с болью констатировал, что стал почти похож на тот осколок души, из которого Ирвинг лепил свои Волшебные Огоньки и который потом досуха выжимал при создании Волшебного Цветка.
   Совершенно потеряв счёт времени, тотемист по каплям восполнялся, стараясь не потерять себя. Тень совмещала в себе свойства Эфира, а также неиссякаемого океана магии густо "просоленного" энергией душ - готового субстрата для инкарнума, тупо бери да формуй вдосталь - не растворись!! Вторичная проблема, с которой неустанно боролся Искор, это удержание баланса между инкарнумом и восполняющимся бассейном с нарастающей плотью души: смещение грозило "выпадением" из пограничья в Тень либо Прайм, а это грозило новыми проблемами при встрече с их обитателями. Междумирье тоже обитаемо, но по сравнению с соседями - пустыня.
   Долго ль, коротко ль, Искор постепенно завершил регенерацию своей душевной оболочки, обзаведясь привычными конечностями и суженным ракурсом зрения. Ещё дважды помощники спускались на склад в Подземелья, пока тотемист тщедушно копил эссенции и облачался в формованный инкарнум: штанишки, рубашка, пояс, головной обруч, наручи, ботинки - на большее духу не хватило. Шесть вещей, а эссенций тотемисту удалось выдоить вместо семи целых одиннадцать. Но самое главное в другом. Драконий отрок сумел ощутить свой крест: ось из семи чакра-узлов и перекладину из пары в плечах, а также переходно-стыковочную тройку из корня-тотема, души и духа. О последней Искор в прошлом воплощении знал, но достичь не сумел. И сейчас тоже не получилось залить туда эссенцию, зато он справился с открытием одиннадцати остальных, хотя больше трёх вещей из инкарнума так и не смог скрепить с чакрами - сие достижение было бы действительно выдающимся лишь для обычного человека. Запуская базисный канал подпитки, Искору пришлось раньше времени активировать хвостовую чакру в районе копчика, что с учётом активированного узла пониже пупка означало старт полового созревания: чресла начнут извергаться поллюциями примерно с тринадцатого года вместо среднестатистического пятнадцатого - в пределах допустимой нормы.
   Скрупулёзно воссоздавая себя, тотемист волей-неволей научился фиксировать эссенции: в душе, в голове, в теле, в конечностях. Обычно освоение чакр проще всего начинать со второстепенных в руках и ногах, а выход души из тела необходим для открытия и освоения сердца инкарнума и души инкарнума - драконье дитя оказалось вынужденно пойти изнутри наружу. Искор не поддавался панике, но был настолько напряжён, практически выдувая себя заново подобно стеклодуву, что умудрился освоить не только двойную плотность эссенции, а тужился до образования кристалла псикарнума, послужившего эталоном баланса и якорем, неожиданное создание которого значительно ускорило процесс. К финалу процесса самоутверждения можно было смело констатировать - Искор облачён в синее.
   Тотемисту мало задействовать чакры у своей души, ведь они предназначены для её взаимодействия с материей и должны быть ещё открыты воплоти, а на этом фронте печаль. Полдела готово - самое трудное ожидает по возвращении в родное тело.
   Мандражируя и осознавая свои действия, тотемист принялся материализовывать инкарнум по заданным формам. Сперва руки - тут же "погрузились" на Прайм. Бодрящийся Искор даже нервно хихикнул, представив, как приходит складской работник и видит пару торчащих из воздуха рук с широкими мифриловыми браслетами с зеркальной поверхностью. Аккуратно изъяв эссенцию из рук, тотемист прочувствовал "всплытие" в Тень, тут же переставшую непрестанно видоизменяться и застыв на обманчиво красивой лужайке. Искор повторил эксперимент с ногами.
   Не боясь смерти и за родное бренное тело, Искор "свесил" руки и ноги на Прайм, эмпирическим путём научившись перемещаться сперва с их помощью, а потом непосредственно внутри "зелёного коридора", вся загвоздка движения по которому упиралась в устоявшееся восприятие трёх пространственных измерений, тогда как Завеса сама по себе доказывала наличие четвёртого - помимо меры времени. Отыскав в каверне подходящее труднодоступное и в то же время удобное для лёжки взрослого человека местечко, Искор боязливо расстался с кристаллом псикарнума.
   - Йеху! - Обрадовался юный маг, сумев совершить переход из Прайма через Завесу в Тень и потом наоборот.
   Искор выучил кошмарно болезненный урок не проявлять инкарнум рядом с храмовниками. И закрепил его, добившись пребывания на Прайме бестелесным призраком, незримым очередным работником, на сей раз принёсшим ящик зелий на хранение вместо поиска в подземном хранилище каких-то редких ингредиентов. А вот в Тени тотемист не захотел пребывать "голой душой", потому оделся в синюю броню и научился в ней не "проваливаться" - драгоценны знания прошлого!
   Эксперименты в Тени привлекли внимание виспов, похожих на те самые осколки душ у Ирвинга. Зная по памяти о практической вседозволенности в Царстве Снов прошлого мира, а также наблюдая метаморфозы здешней Тени и будучи уже извещённым о переходе сюда во время сна, Искор испытал свой доспех, сдюживший Удар Молнии - потревоженный сгусток белого света легко и просто сгенерировал слабенький сгусток электричества. Ещё и ещё. Магии вокруг - океан. Висп мог стрелять бесконечно - поправивший доспех Искор мог стоять так бесконечно. Безвредно, но неприятно. Юный маг испытал самый простой атакующий приём - сотворил и выпустил сгусток магической энергии. Аморфное нечто даже не долетело до цели!
   Позабыв о прежних намерениях, мальчик поддался азарту, начав собирать разлитую вокруг энергию и высвобождать атаками по виспу. Белый огонёк мельтешил, уворачиваясь, а вот Искор не рисковал сходить с места, боясь потеряться в зыбком мареве, напоминающим дрожащий и одновременно текучий воздух жаркой пустыни. Собственно, юный маг экспериментально доказал правдивость своих слов старшим ученикам о подтягивании внутреннего контроля, без которого худо получалось управлять магией из окружающей Тени. Искор попал в агрессивного виспа скорее случайно, чем преднамеренно. Ещё пару лопнул целенаправленно - на пятый и третий разы не успели увернуться от его магических снарядов. От группы побольше Искор едва смылся, испытав не самые приятные ощущения от удара о стенку с разбега: миновать лишний шаг перехода через Завесу не получилось, а он быстро не совершался - и ещё эти электрические "щекотания" сбивали концентрацию.
   Всё тем же путём проб и ошибок Искор лишний раз убедился, что эльфийская башня не пропускает души сквозь себя, но стены можно "обогнуть" через пограничье Завесы. Увы, от кристалла псикарнума пришлось избавиться - иначе из-за "пьяного" раздвоения не получалось ощутить связь души с собственным бренным телом.
   На удивление Искор обнаружил своё уродски замершее тело в одной из камер подвального этажа, патрулируемого... Покрытая чешуёй, как ящер, но с головой и жутким ртом-воронкой, как у миноги, лысая тварь размером поменьше мабари передвигалась на мощных задних лапах с перепонками, балансируя с помощью хвоста. Другая особь оказалась способна сворачиваться в клубок и мимикрировать - обычным зрением практически невозможно отличить от кучки камней под фактуру пола.
   Душа драконьего отрока честно потыкалась к себе домой, так сказать, но защита действовала в обе стороны. Ни обратно, ни туда. Засада... Искор не долго унывал, замечательно существуя отдельной душой. Подбодрив себя тем, что очухиваться в стрёмной камере то ещё удовольствие, он покинул мрачное место.
   Не сыскав силы воли на унылые раздумья, Искор скользнул наружу Цитадели Кинлох. Царила ночь. Облака закрывали звёзды, а по ночным цветкам на потолках внутри новичок ещё пока не ориентировался. Пользуясь случаем, мальчишка взмыл ввысь. Потеряться в мареве облаков он не рискнул, а вот заглянуть в светящиеся окна венчающей башню заклинательной залы - в первую очередь.
   Шок - это по-нашему. По волшебному.
   Посреди магического круга хитрым образом был распят обнажённый Овэйн. Ему только-только начали иглоукалывание - татуирование того самого налобного глифа оказалось чудовищно болезненной процедурой! Душа тотемиста даже из Завесы ощущала, как поёт необработанный лириум, входящий в состав смеси для изуверской татуировки. Более того, не вызывало сомнений, что магический символ саму душу Овэйна калибрует под чужеродную мелодию насильно приживляемой кристаллической магии, замыкающей родную внутри тела с умопомрачающей и душераздирающей болью.
   Искор с ужасом вылетел прочь, но потом заставил себя с дрожью вернуться и досмотреть всё до конца. Он не мог отделаться от стойкого ощущения, что именно на нём лежит вина за происходящее с Овэйном, которого, по всей видимости, из-за инцидента допросили под воздействием ангела Правды, вызнав все секреты старшего ученика, сохранностью которых тот так дорожил, что обманул Искора и применил к нему силу, за которую и получил неожиданный отпор, в итоге закончившийся столь плачевно. Те сорвавшиеся с губ слова про глиф на лоб оказались поистине пророческими! В худшем смысле...
   Новичок напрочь растерял весь ореол привлекательности пребывания в Кругу Магов. Даже подумал сбежать и сменить внешность, чтобы из упомянутого детского приюта в Денериме как-нибудь попасть в монастырь Борншира к Алистеру за компанию. По мере спирального спуска вниз Искор всё больше утверждался в этом намерении, обнаружив процветающее мужеложство, как среди магов, так и среди храмовников, и между фракциями тоже. Видел и то, что татуированные маги бодрствуют и трудятся круглосуточно, в том числе безропотно удовлетворяя сексуальные нужды как храмовников, так и самих магов. И что некоторые латные ушлёпки в комнатах для гостей в холле не брезгуют драть совсем ещё юных девчонок и парней, пока всё начальство следит за процедурой усмирения Овэйна - Искор припомнил то слово и только сейчас понял весь его омерзительный смысл!
   Пролетая последний виток на подвальном уровне, готовящийся к побегу Искор обнаружил холодильную комнату, где хранились сосуды - с кровью. И его тоже - фальшивка находилась на столе вместо стендов с остальной полусотней с лишним. Захотелось всё сломать! Остановили пришедшие из памяти поговорки - "ломать не строить" и "наломать дров". Если подумать с холодной головой, то действительно не выйдет ничего хорошего - всех учеников просто-напросто вновь прогонят через пренеприятную процедуру забора крови.
   Завершая круг, Искор едва не выпустил из вида - своё подобие! В зале с диковинками находилась родственная окаменелость - драконье яйцо. Мимо такого драконий отрок просто не мог пролететь мимо! Тоже скорлупа. Тоже дух, только не пленённый, а странно сохранённый в камне. Маленький и не осознающий себя? В долгой спячке, подобной пережитой самим Искором? Крохотная искорка жизни тихонько звучала сонной мелодией, такой же первобытной и при этом кардинально отличающейся от той кристаллической магии, которую тут нарекли лириумом. Родственная музыка задевала струнки души Искора. Увы, тёмно-серый камень мешал определить видовую принадлежность яйца, но точно не металлический или планарный дракон. А ещё драконий отрок пожалел, что ему столь запоздало пришла мысль обратиться в свою драконью ипостась, а теперь поздно - не стоит и трепыхаться до совмещения чакр души и бренной плоти. Только себе навредит - слава памяти!
   Оказалось, тут была не единственная "живая" окаменелость! Рядом находилась какая-то трёхглавая и клыкастая уродина по типу тех монстриков, что шныряли в коридорах подвала. Но здесь лишь остатки души, осколок по типу виспа. В изваянии дварфов тоже ощущалось нечто - похоже на останки души. А вот статуя копейщика являлась одушевлённой и одухотворённой - кого-то живого превратили в камень.
   Покрутившись в природной зелени Завесы и так, и эдак, Искор удостоверился в отсутствии поблизости патрульных и только затем погрузился на Прайм, решив остаться в синей броне из инкарнума. Перелив эссенцию из головного обруча в тотемный корень, осторожничающий мальчик приблизился для исследования, не боясь разговора напоследок - всё равно решил сбежать из башенных застенков.
   - Приветствую вас, - раздался аурный глас, подтверждающий женское начало в мужском изваянии. - Я душа и дух Эленай Зиновия, супруга и советница архонта Валериуса. Я была покарана за то, что предсказала падение своего мужа - меня прокляли, превратив в камень. "Так стоять тебе до скончания веков на пороге моей величавой твердыни, - сказал он, - и повторять свою ложь всем, кто идёт мимо..." Но потом архонт познал смерть от рук своих врагов, а его некогда горделивая крепость рассыпалась в прах - как я и предсказывала.
   - Ох... Должно быть, вы провели так многие века, - ужаснулся и искренне посочувствовал Искор, предположив срок по рассыпанию камня в песок.
   - Не обо мне бы тебе печалиться, дитя. Меня обратили в камень, неподвластный времени и чувствам. И камень сей ещё увидит, как вернётся Создатель, дабы вновь разжечь свои огни, - магическим образом произнесла статуя, любопытным для Искора образом взаимодействуя с ним посредством ауры.
   - Вам нужна помощь, сеньора Эленай?
   - Никто и ничто мне не поможет, ибо таков мой рок и моя судьба, - смиренно изрекла женщина в теле каменного мужика, сделанного в насмешку и унижение.
   - Эм... - Искор почесал свою прозрачную тыковку, зависнув с дилеммой. Наступать на те же грабли дважды точно не хотелось. Но и пройти мимо совесть не позволяла. - Камень сей может ещё действительно увидит будущее, но будет ли в нём заключена ваша душа и дух, Эленай? Я похож на вас и хочу попытаться вынуть вашу душу из камня. Можно?
   - Ты... Грядущий Дракон, одиннадцатилетний маг-ученик в синем облачении, - констатировала Эленай всё тем же бесчувственным голосом, какой Искор слышал от усмирённых магов.
   - О-о-о... Э-э-э...
   - Я предсказывала твоё появление в мире и твоё прибытие сюда, - сообщила Эленай. - Действующие оракулы друг для друга теряются в бесконечности вероятностей. Я видела своё будущее здесь. Сейчас всё занавешено, - бесстрастно заявила Зиновия.
   Образовалась тягостная пауза. От статуи ещё сильнее повеяло жутью безысходности и неизвестности. Искор очень хотел разобраться в процессе входа-выхода в тело, чтобы в будущем так глупо и беспомощно не быть вышвырнутым вон из родной плоти одним ударом рядового храмовника. Но без прямого дозволения отрок опасался за последствия своей неумелости - жена и советница какого-то могущественного мага древности может рассвирепеть или свихнуться от нежданной свободы да смертельно приголубить доброхота.
   - Вы общаетесь на смеси языков, сеньора Зиновия. Возможно ли, что фраза "никто и ничто" обозначает бесплотное?
   - Никто и ничто мне не поможет, ибо таков мой рок и моя судьба, - как заведённая, повторила Эленай. Статуя ещё сильнее "завоняла" жутью обречённости.
   Драконьего отрока озарило - ложь! Это не пророчество, а чьё-то злонамеренное внушение! Истина прорвала плотину воли. Искор осел на пол и банально разревелся. Горечь разочарования и обиды душили до икоты. Хуже всего бессилие и прорва бесполезных знаний при отсутствии нужных - эти чувства испытывала заточённая в камне душа вопреки собственным словам... Ощутив нечто неправильное, зарёванный Искор замер от неожиданности. Это он превратно её понял: камень действительно неподвластен чувствам, а заколдованный ещё и времени. И то дважды повторённое предложение является заклинательной установкой в обе стороны: для самой Эленай и для её слушателей. От всеобщей несправедливости, несовершенства мира и собственной незначительности в нём - Искора вновь пробило на рёв, такой детский и такой беспощадный... Освобождающий от накопленных эмоций.
   Если бы даже чувствительные к звукам глубинные гончие прорвались через закрытые двери в подвальное Хранилище Диковинок, то не застали бы смятенную душу, у которой из-за плачевного состояния внешние эссенции безвольно вернулись вовнутрь, а инкарнум вовсе рассеялся, втянувшись в Тень, как круговорот воды в природе неизбежно возвращает влагу с материков обратно в мировой океан. Внезапная смена окружения на зелень Завесы способствовала приходу в себя - донельзя расстроенный Искор постепенно успокоился. Совершенно не хотелось что-либо делать - даже думать. Но надо - само собой ничего не совершается. Жить-то хотелось!
   - Извините, уважаемая Зиновия, я не представился вам. Меня зовут Искор, - восполнил недочёт мальчик, вновь представ перед статуей. По счастью, повторения прежних реплик не последовало. - Я прошу вас оказать мне помощь.
   - Я бессильна тебе помочь, Искор.
   - Моя проблема заключается в следующем, уважаемая Зиновия. Когда я каменею ночью, то ещё пока не умею покидать тело. Вчера храмовник вышиб мою душу и совершил её изгнание, а тело вновь окаменело, к счастью. Я хочу научиться крепко удерживаться в своём теле и сознании, а также покидать душой плоть по собственному желанию. У вас ситуация подобна моей проблеме. Вам ничего не понадобиться делать, уважаемая Зиновия. Это я несколько раз попытаюсь вынуть вашу душу из камня и вернуть обратно. Никто и ничто вам не поможет, ибо таков ваш рок и ваша судьба. Я просто хочу позаботиться о себе, а вас уже не раз за прошедшее время переставляли с места на место. Можно мне позаботиться о себе, уважаемая Зиновия?
   - Позаботься, Искор, - ответил бесстрастный голос, а женская душа замерла с непонятными для Искора эмоциями.
   Извративший свою прежнюю логику Искор слабенько улыбнулся дозволению. Сумев настроиться, тотемист осторожно прикоснулся к камню. Первое впечатление оказалось верным - поверх женской фигуры налепили мужскую скорлупу и с её помощью поменяли позу под воина-копейщика. Искору сразу стало любопытно, сколько ещё таких "бывших живых" статуй расставлено по Цитадели Кинлох? Поскольку Зиновия общалась, то кое-какое взаимодействие осуществлялось. Поводя туда-сюда своим тотемом с эссенцией и без оной, Искор сел в ногах статуи и постарался полностью сосредоточился на собственном восприятии, заодно практикуясь в этом. А куда деваться-то ещё? Надо.
   Однако эксперименты тотемист начал не с Зиновии, а с трёхглавого чудища, чей размер сопоставим с мабари. Никаких защитных оболочек или заклинательных препятствий. Около минуты прошло, когда ясновиденье помогло Искору: этого монстра убило заклинание Арканного Болта, а труп подвергся запоздалой атаке заклинанием Окаменение - совокупность факторов привела к вечному действию. Задачу Искор себе поставил - воздействовать только и исключительно на останки души мёртвой твари с Глубинных Троп, местного аналога Верхнего Подземья из прошлого мира драконьего отрока. Вся суть эксперимента заключалась в передаче родственного инкарнума или максимально стерильного и нейтрального. Увы, серебряная толика очистила камень от останков души, однако Искор этого хватило, чтобы уразуметь способ передачи.
   Начали распускаться первые цветочные бутоны на потолке, когда тотемист обнаружил возможность и принялся осторожно заполнять статую аморфным инкарнумом серебристо-синего цвета - примерно из такой же субстанции он воссоздавал свою душу. Наличие духа стало решающим фактором в принятии заточённой душой внешних поступлений - эдакое насильственное кормление. Возражений не следовало - тотемист трудился на славу. И восхищался развитостью души Эленай, некогда бывшей сильным магом с загадочно глубоким бассейном для душевных энергий - обычно это свойственно лишь практикам инкарнума. Постепенно заполнив статую до отказа, Искор посторонился, оставив Зиновию - без волевого усилия требовалось больше времени для присвоения всего стройматериала душ, в том числе годного для исцеления и повышения бодрости. Поспешишь - людей насмешишь.
   Искор продолжил осмотр залы. Какая-то засушенная голова. Древняя амфора с затейливой рунической печатью. Астролябия. Шкаф с древними фолиантами. На полках и столах хватало экспонатов для тренировки ясновиденья, однако начинать следовало с чего-то простого - керамических табличек с краткими описаниями.
   Увы, заняться всем этим Искор не успел. Потерявшись во времени, он и не заметил, как наступил рассвет, и в Башне Магов начался новый рабочий день. Бедные шишки, не спавшие вторую ночь подряд, ошивались теперь у клетки с застывшей детской фигурой, между прочим, раздетой донага да с гнутыми и кое-где вовсе обломанными волосами, беспорядочно растрепавшимися от удара храмовника. Высокая комиссия о чём-то разговаривала на повышенных тонах - прятавшийся в безопасности зелёного коридора Завесы отрок не смог ничего разобрать.
   Вскоре Искор возблагодарил себя за осторожность и предусмотрительность - делегация проследовала в хранилище. Люди и эльфы были озабочены собой, а не заевшей с повторениями статуи Зиновии. С ней первой сравнили грубо внесённую раскоряку мальчишки, внешне не отличимым от реального, застывшего в мгновении с гримасой боли и ужаса. Насколько понял Искор, его тело вчера уже сличали с образцами - сегодня вновь ближе всего оказалась та трёхголовая тварюшка. Пусть из зелёного марева, но прячущийся ученичок увидел поисковый амулет, надо полагать, сделанный на основе магии крови для поиска сорванца: чёрный обод со стеклянной клепсидрой в виде песочных часов, внутри которых переливалась кровь. Насколько сориентировался хитрец, его уловка отчасти сработала - кровяной компас сбивчиво указывал на Диджона в Редклиффе.
   Невесело хмыкнув на тавтологию муторности на душе у души, Искор воспользовался случаем заняться медитацией посреди Завесы, пробуя закрепить ощущение пребывания здесь. В какой-то момент помещение обезлюдело, а душа тотемиста всё ещё таилась, правда, с другой целью: погонять эссенцию по всем открытым чакрам и запомнить положения с течениями для проброски к идентичным узлам Зиновии. Искор знал, что рискует потерять все свои эссенции души с риском потерять себя. В прошлом мире их восстановление заняло бы много дней кряду, а тут - Тень! Если б не поганое общество людей, то не мир, а рай.
   Ад в Раю...
   Крепящийся Искор вновь не сдержался, остро возжелав материнской любви и ласки, отцовской заботы и защиты. Мальчик вновь заплакал навзрыд, сжавшись в комочек один одинёшенек. Душа сама распахнулась в поисках Алистера. И внутри Завесы способность к ясновиденью сработала!
   Алистер с отрядом сэра Брейта уже скакал по Имперскому Тракту, прорезающему лесистые холмы. Набыченное лицо друга сияло взглядом, упрямым и целеустремлённым. Сопровождение тоже хмурилось по неизвестному поводу. Хотя нет. Видение сместилось назад во времени, когда солдаты снимались со стоянки. Сэр Брейт из поднявшегося уважения к подопечному провёл разговор об избавлении от детской фенечки, которую в монастыре не просто отберут, а засмеют и преподадут жестокий урок, отобрав. Алистер долго упрямился, но сэр Брейт сыпал всё новыми доводами о вымачивании в моче и марании в дерьме - оборвать все привязанности для полного посвящения Церкви и Создателю. В итоге друг протянутым ручкой вперёд ножом сам срезал серый браслетик и со слезами спалил в огне. Солдаты кучкой вместе с лошадьми терпеливо ждали поодаль целых полчаса, пока взрослеющий мальчик простится с детством.
   После увиденного мужественного поступка друга Искору стало невыносимо стыдно за свои истерики. Всё-таки эрл Эамон - благороднейшей души человек! Не только приветил и принял на службу сэра Перта и сэра Брейта, но именно этих порядочных людей отрядил в сопровождение подружившихся мальчишек - оба рыцаря под конец путешествия нашли общий язык со своим подопечным. Душа Искора познала пламень стыда за недостойную мужчины крамолу о побеге от ребяческих тягот и горестей. Да и какие он тут в башне испытал притеснения, когда сам виноват в сложившейся ситуации из-за своего недопонимания намерений Овэйна - из-за слепоты о трагической случайности. Никчёмный оракул!..
   - Извините, уважаемая Зиновия, я не смогу подвергнуть вашу душу выбиванию, как гнусно поступили со мной. Ваше проклятье сильно, а доступ к душе затруднён. Я поступлю следующим образом. Вы уже сроднились с залитой мной субстанцией из магии и энергии душ. Вместо рискованного для нас обоих внедрения в ваши узловые точки моих эссенций я начну из Завесы откачивать и уплотнять вашу сущность в якоря. Всего девять штук - по одному на важнейшие энергетические узлы тела. Создав ваш Энергетический Крест, я вместе с ним сдвинусь в Тень - вашу душу должно потянуть следом. Вероятно, магия проклятья воспротивиться сильнее моих усилий, однако их должно хватить на ваше ментальное тело - этот сосуд сознания отправляется в Тень ото всех нормально засыпающих, - говорил Искор. Последнее его заключение чисто теоретическое, поскольку души спящих в башне находились в телах во время спуска из заклинательного зала, а сами местные устами Перта и Мердока утверждали о путешествиях спящих в Тени, совмещающей в себе свойства Эфирного Плана и Царства Снов из мироустройства Хрустальной Сферы Ао. В общем, Искору не хватало практических знаний о его родном теперь Тедасе.
   Зиновия промолчала. Сочтя это знаком согласия, Искор всплыл в зелёном коридоре Завесы и чуть подвинулся, оказываясь как бы в нутре статуи. Будь драконий отрок постарше, то заскорузлое сознание не смогло бы такое осмыслить. А так идея сработала. Искор макнул кончик указательного пальца на Прайм - частичка чужой души прикоснулась изнутри к уже одушевлённой материи. Тот ещё выверт для сознания, не приученного к четырём пространственным измерениям. Тотемист потянул эссенцию из чужого инкарнума. Бассейн души Зеновии велик, но давно показывал дно, а потому осторожничавший Искор выдавливал капельки с пол ноготка своего мизинца. Создание из чужой субстанции кристаллов псикарнума потребовало столько морально-волевых усилий, что Искор восстанавливался до самого обеденного цветения потолка.
   - Я в Тени, - скупо констатировала Эленай Зиновия.
   Нервничавшая душа Искора с дрожью выдохнула по земной привычке. Многие века заточения полностью перевоспитали бедную женщину - от прежней личности остались смутные воспоминания. Ментальное тело Эленай выглядело в Тени - полупрозрачным призраком с ярко сияющим крестиком посередь груди на месте соответствующей чакры. Сработало! Вот только тягать сюда и саму душу Искор не решился, просто не обладая точными сведеньями о таком - в прошлом мире он подобным не занимался однозначно.
   - Учительница Эленай, расскажите мне о Завесе, пожалуйста, - с затаённым дыханием, вежливо и настойчиво обратился мальчик к статной даме с отсутствующим выражением лица. Его самые светлые надежды вполне оправдались:
   - Завеса - это метафизический барьер, который существует между материальным Тедасом и Тенью. Ни спириты, ни воплощённые существа не могут свободно проходить через Завесу. Метафорически Завеса - это ткань. Завеса особенно тонка ночью, когда большинство населения спит, а спириты наиболее активны. Завеса ослабевает в местах многочисленных смертей из-за давления скапливающихся спиритов или в местах свободного использования магии. Маги и тренированные бойцы в разной мере способны пользоваться энергиями Завесы для защиты и невидимости наяву. Летописи разных народов мира гласят, что Создатель соткал Завесу примерно за десять-пятнадцать веков до основания Империи Тевинтер, спустя более пяти тысяч лет от основания Арлатана или до двухтысячного года Древней Эры.
   - Простите, а почему вами для его обозначения используется слово "Maker" вместо более логичного "Creator"?
   Память подсказала Искору о роковой важности Магии Имён для такого рода сущностей. Как корабль назовёшь, так он и поплывёт. А ещё мальчик только сейчас понял, что в условиях Тени не прилагает абсолютно никаких усилий для взаимопонимания при общении на совершенно незнакомом ему и родном для Эленай языке, напоминающим странную смесь эльфийского, человеческого, драконьего.
   - Этим словом долийские эльфы обозначают эванурисов, богов-правителей Элвенана.
   - А когда вернётся "Maker" Завесы? - С затаённым дыханием поинтересовался Искор о божественной сущности, которой поклоняется нынешняя Церковь.
   - В Век Дракона, - ответила провидица, отстранённо глянув на любопытного мальчика.
   Искор помнил урок Эамона - сейчас шёл двадцать первый год этого века по церковному летоисчислению. И если бы он спросил, то получил такой же прямой ответ о том, что Церковь считает Эленай беспросветной еретичкой, статую которой просто не могут разбить вдребезги. Однако после её ответа Искор озаботился не об Эленай, а об отпущенном ему самому времени. Ведь что может взбрендить сущности, отхапавшей из мира его магию и создавшую Тень в её нынешнем виде - целый океан бульона-инкарнума! То-то и оно - ожидается кромешный кошмар наяву!
   Малец решил выяснить о более насущном, чем информация об Арлатане, Тевинтере или том странном и далёком объекте в небе Тени, который напоминал Тултантар - летающий Город Тени из другого мира.
   - Спасибо. Учительница Эленай, расскажите мне, пожалуйста, известно ли вам что-нибудь про ранее описанную мной проблему или какие-нибудь похожие случаи?
   Эленай долго смотрела в никуда. Искор уже подумал, что вопрос не разрешим, как его терпение и настрой вознаградились:
   - Утенера...
   Драконий отрок почти что вживую от лица Эленай увидел эльфийскую гробницу. Утенера в дословном переводе - это долгий или бесконечный сон. Душа того эльфа покинула тело. Поначалу родственники ухаживали за ним, обтирали маслами и прочими составами для сохранности коматозного тела. В дальнейшим эльфийский старейшина достиг умения направлять в тело из Тени жизненную силу для его поддержки без помощников. То ли достигая подлинного совершенства, то ли прощаясь с бренным миром, некоторые эльфийские души превращали свои плотские тела в камень. Но после создания Завесы эльфы утратили свою магию, а вместе с ней и своё бессмертие. Ритуал Утенера забылся. Большинство общих усыпальниц пришло в упадок и было разграблено, но из тайных ухоронок изредка возвращаются древние эльфы, помнящие времена расцвета эльфийской цивилизации, скатившейся к кочевью, нищим и рабам. Вспоминать другие похожие случаи не пришлось - попадание с первого раза.
   - Спасибо. Учительница Эленай, расскажите мне о лириуме, пожалуйста, - рискнул попросить Искор в третий раз, осторожно взяв красивую женщину за руку.
   Практически не обладающая собственной волей, провидица монотонно заговорила в ответ:
   - Лириум - это сине-зелёный минеральный кристалл, содержащий эссенцию магии и души. Добывается дварфами на Глубинных Тропах. Лириум проистекает из Титанов. Лириум в буквальном смысле является кровью Титанов и содержит в себе отголоски их Песни, которую они поют Камню. Воздействие необработанного лириума на живое существо из плоти и крови влечёт за собой всякие физические нарушения, обычно глухоту, потерю памяти и тошноту. Длительное слушание звучащей из минерала Песни сводит с ума. Чем более чувствительно к магии существо, тем более сильным и опасным для него будет воздействие лириума. Минерал становится относительно безопасным для использования после обработки пятью способами: растворение в жидкости, нагревание до превращения в мелкую фракцию, обжигание в завесном пламени, изменение мелодии в кладке с драконьими яйцами либо проращивание внутри живого разумного существа. Независимо от состояния, лириум вызывает привыкание. Чем дольше используется лириум, тем выше потребность в нем и тем большее количество нужно.
   - А кто такие Титаны? - Закономерно осведомился ученик, впитывая знания, как сухая губка воду. Проблема собственного возвращения в тело забылась пацаном.
   - Колоссально массивные существа, живущие и растущие в нескольких милях под поверхностью земли. Титаны строят свои тела из глубинных пород. Своей Песней Камню они заставляют материю нашего мира забывать себя и становиться ими, - заявила Эленай.
   Как её понял ученик, Титаны пожирают Тедас, подгрызая фундамент. Просто замечательный мир! Один хмырь создаёт Завесу, грабя на магию. Другие разрастаются грибницей под фундаментом. О третьих знать вовсе не хочется.
   - Эм, это общее знание или ваше видение? - Уточнил Искор, нарушая возникшую паузу. Засмотревшаяся на фантастичный пейзаж прорицательница ответила не сразу:
   - Бог-Дракон Думат даровал это знание своему верховному жрецу Дариниусу, основателю и первому Архонту Империи Тевинтер. В моё время каждый альтус на этапе становления магистром должен был найти и заглянуть в сон Титана, - сжато ответила Эленай.
   Сознание бывшей императрицы оказалось раскованным в Тени, а века заточения в камне перевоспитали личность в безвольную, более не способную адекватно воспринимать секретность и прочие понятия. Или подобная откровенность суть благодарность за возможность побывать на воле и хоть одним глазком вновь увидеть Тень? В любом случае Искор нуждался в подобном источнике знаний о реалиях Тедаса, потому воспользовался, справедливо считая учёбу платой за прогулки. И от мальчика не укрылась мимолётная мысль Эленай о некой похожести Искора на Дариниуса.
   - А кто такие альтус, учительница Эленай? - Уточнил Искор плохо распознанный им мысленный образ Зиновии. Он показался ему важным.
   - Потомственные маги от сомниари, высшая знать Империи Тевинтер. Сомниари - это маги с даром выхода души из тела в Тень по их желанию. Сновидцы - это их упрощённое определение, распространяемое в Империи Тевинтер среди сопорати, - ответила Эленай, последним словом имея ввиду простолюдинов.
   - Учительница Эленай, научите меня провиденью, пожалуйста! - С энтузиазмом высказал Искор самую главную свою просьбу, легко сопоставив слова провидицы, бывшей той самой высшей знатью и сомниари.
   Не лицо, но обращённый на мальчика взгляд Эленай чуть изменился:
   - Время - часть реальности. Реальность отбрасывает Тень. Тень суть магия. Сомниари входят в Тень душой и так управляют магией. Сомниари могут видеть в Тени сны самого Мира. Дар провиденья проистекает из дара сомниари и облегчает различение реальности среди фантасмагорий...
   Лаконично начала свою лекцию провидица, ограниченная в восприятии Тени душой в связи её с заточением в окаменелой плоти. Искор бы восхитился силой провидческого дара опытной сомниари Эленай, не испытай он сам провиденья без какого-либо входа в Тень. Безусловно, в Тени гораздо вольготнее применять способности к ясновиденью или провиденью, в чём Искор буквально сразу же и убедился по наводке провидицы, однако вся загвоздка в тех самых навыках различать подлинное от вымысла - желаемое от действительного. Секрет крылся в умении видеть Прайм из его Тени сквозь Завесу. Вопреки монотонности, лекция захватила ученика.
   Внезапно обстановка переменилась...
  

Глава 3, истязание.

  
   - Что произошло, учительница? - Резко насторожился и напрягся Искор, создавая в свободной левой руке сгусток, подобный применяемому в прошлом примитивному заклятью Магического Снаряда.
   - На твоё бездушное тело воздействовали лириумом и магией, чтобы призвать твою душу в конкретный домен Тени, - всё так же без эмоций ответила Эленай, переместившаяся вместе с державшим её за руку мальчиком, не обратившим внимания на то, что женщина ответила на его усилившееся в страхе пожатие руки.
   - Это портал в моё тело? - Быстро сориентировался и сообразил Искор, с несдержанной дрожью, пугливостью и надеждой указав на задымлённую арку из обгоревшего пня какого-то гигантского дерева на краю скалистой области острова посередь тёмного озера, совершенно теряющейся в мареве дальше сотни другой ярдов.
   - Да.
   Даже не остров, а какой-то выступ на дне океана, судя по колыханию каких-то трубчатых губок и прочих водорослей. Затопленные белокаменные руины с обгоревшими остовами ребристых колонн. Статуя какого-то тевинтерского воина в сапогах и капюшоне, у которого руки - уродливо длинные каменные секиры, а из головы растут столь же кошмарные рога-антенны. Какие-то валяющие амфоры и узкая тропка меж крутыми горками. Удручающая картина.
   - Учительница, можно, пожалуйста, подробные объяснения, - неустанно вертя головой, опасливо попросил мальчуган, широко поведя левой рукой на окружающее. Не приказ, но и не вопрос.
   - Это домен Тени, привязанный к заклинательному залу Цитадели Кинлох неизвестным сомниари и переделанный под область Истязаний учеников местного Круга Магов, - не сразу ответила Эленай. - Возвратный портал недоступен из-за близости враждебного спирита. Дымчато-серый цвет означает одновременное наличие спиритов из упорядоченного-добра-света и хаотичного-зла-тьмы - ангелов и демонов. Истязание - это ученический экзамен на право стать полноценным магом Круга в Цитадели Кинлох Ферелдена. Обычно взрослый кандидат выпивает лириумный раствор для принудительной отправки души в Тень. Так пробивается-расширяется канал для пользования безграничными магическими ресурсами Тени. Подобное обретение грубой силы происходит в ущерб изяществу и многообразию заклинаний. В мои времена Империя Тевинтер таким образом делала из лаэтане боевое мясо.
   Внимательный Искор отметил ещё один проблеск эмоций в построении фразы про низших магов в древней империи. Меж тем Зиновия продолжала объяснять:
   - Создав Круги Магов по искажённому образцу Империи Тевинтер, Церковь утвердила Истязания в качестве квалификации на полноправного мага. Некоторые маги подсылали демонов для устранения неугодных. Со временем Церковь узаконила целенаправленное приглашение исчадий для отсева слабейших, а храмовники дополнительно ужесточили прохождение экзамена введением временного лимита. Для прохождения Истязания тебе необходимо и достаточно уничтожить все тёмные сущности - светлые практически никогда не стремятся к воплощению.
   - А здесь может присутствовать только истязаемый и спириты? Или экзаменаторы тоже? - Поинтересовался Искор о соглядатаях. Ему хватало ума понимать, что вряд ли даже Ирвинг одобрит его обучение у Эленай Зиновии, а уж что начнётся при выявлении провидческого дара - вообще думать страшно!
   - В мои времена сомниари осуществляли полный контроль над этим ритуалом. Ныне Церковь запретила магам Круга осознанно находиться в Тени во время Истязания учеников - во избежание все в башне бодрствуют до окончания ритуала инициации Тенью.
   "Сейчас как раз день", - мельком подумал про себя Искор. Как ни хотелось, юный маг со всей очевидностью понимал, что настал его последний шанс легально вернуться душой в тело - иначе потом проблем не оберёшься. Разумеется, Искор полагал, что со статусом полноправного мага его всяко прокатят - это даже не смешно. Одна надежда - на пичканье нужных магу наук вместо никчёмной религии.
   - Учительница Эленай, я только этой ночью впервые опробовал примитив Арканного Болта, - напряжённо признался Искор, показав оное достижение метанием в какую-то губчатую водоросль. Облачение из инкарнума не в счёт - это всё тоже исполнено на примитивном уровне, обеспечивая защиту класса почти обычных латных доспехов. Робы для превращения в животных и птиц - это пустяки по сравнению сразу с шестью предметами на себе, но личного опыта применения с гулькин нос.
   - Сомниари может усилием воли создавать в Тени любое оружие или доспех, - после долгой паузы ответила Эленай, всё так же бесстрастно говоря и держа за руку мальчика.
   - Точно! - Устыдился Искор, даже не подумавший клепать из инкарнума кое-либо оружие. Отказаться от головного обруча и сформировать из него... Посохом и жезлом ещё надо умудриться попасть, а мечом проще махать, но и опаснее из-за ответного привета. Усилить эссенцией, привязать к тотему с подходящим стихийным духом. - Только я бы не хотел отпускать вашу руку, учительница Эленай. Возможно, ваш опыт подскажет какое-нибудь ультимативное решение для меня? Пожалуйста, посоветуйте мне что-нибудь приличное.
   Рука не дрогнула, а вот выражение глянувшего сверху лица мимолётно изменилось. Миролюбивый Искор вместо драк хотел лечить, но выбор не велик.
   - С какими заклинаниями ты знаком?
   - Мне подбросили в руки ярко зелёный цветок в виде тюльпана, а потом я лопнул оболочку зелёного шарика с хвостиком, - описал Искор свой небогатый опыт.
   - Заклинание Осколочная Пуля подобно заклинанию Волшебный Огонёк, только висп помещается внутрь наконечника Арканного Болта. Заклинание Осколочная Длань подобно Волшебному Цветку, только вместо лепестков формируются самонаводящиеся аналоги Арканного Болта. Против спиритов это самое эффективное и простое оружие. Для обучающего показа мне понадобится изъятие сделанных тобой долей-якорей моей души - на девятой попытке моё сознание покинет Тень. Если я останусь здесь, твоё Истязание не сочтут чистым и убьют в момент пробуждения.
   - Хорошо, учительница Эленай, - нехотя согласился Искор. - Подождите минутку и начнём обучение. Эм, простите, учительница Эленай, пока не поздно, дайте мне, пожалуйста, совет, как мне потом лучше повести себя в Кругу Магов? Мне хочется общаться и заводить друзей, но... разум подсказывает затаиться. Я... не хочу возвращаться туда, но иначе я подведу благородного человека и ещё своего первого и пока единственного друга. Помогите мне, пожалуйста...
   - Мимикрируй, - лаконично посоветовала Эленай.
   - Спасибо... - уныло ответил Искор, не желавший походить на увиденных магов.
   Решившись, тотемист сосредоточенно расформировал инкарнум головного обруча и вместе с эссенцией влил в глаза, изъяв вторую из пояса и уплотнив их для активации улучшенного и усиленного драконьего зрения. В тотем тоже поместил двойную эссенцию для более полного восприятия "призрака души" Эленай. Тевинтерская сомниари за века не растеряла своего опыта - её лишили воли.
   - Эм, подскажите пожалуйста, учительница Эленай, а почему враги сразу не бросаются на всяк входящего? - Искор медлил, сильно тревожась.
   - В точке перехода происходит выброс поглощённого лириума - это сметает магию, ошеломляет и делает уязвимыми самих спиритов.
   - Простите, а можно как-нибудь по-простому узнать ближайшее... время и окружение? - Подобрал слова Искор, чтобы расширить выбор ответа. - Я боюсь... - честно признался мальчик, абсолютно не мечтавший участвовать в боях и не желающий сражаться на чужом поле.
   - Кто угодно способен натренировать боевое предчувствие на несколько мгновений вперёд. Для простой разведки применяется разновидность Заклинание-виспа с отщеплением кусочка собственной души.
   Искор вспомнил из прошлого мира заклинание Арканного Глаза, создающего незримый магический сенсор, способный удаляться на милю окрест.
   - Покажите, пожалуйста, замедленно и со всеми пояснениями, - попросил Искор, и помог Эленай отщепить от креста кристаллик-якорь.
   Как тотемист, Искор сперва попробовал с эссенцией души, затем попытался задействовать только инкарнум, в итоге минут через десять сумев повторить за учительницей, оставив на потом свои эксперименты по формированию и заливке формы летучей мышки зелёного цвета с присовокуплением соответствующего животного духа, взявшего бы на себя контроль, с которым умный мальчик пока ещё самостоятельно не справлялся. Сосредотачиваясь на левитирующем поодаль зелёном огоньке, Искор воспринимал окружающий мир подобно тому, как видит летучая мышь своим эхолотом - без этого опыта он бы ни по чём не справился. Славно, что после создания этот светлячок мог парить рядом сколь угодно долго, почти не отвлекая и откликаясь при первом сосредоточении на нём - удобно.
   Для пробы они вдвоём прошли немного вперёд к впадине, за которой тропка вновь поднималась и поворачивала за скалистую горку. Оба разведчика направились заглянуть за угол. Следуя за шариком учительницы, Искор припомнил мудрёные законы, объясняющие феномен парения над поверхностями и его отличия от свободного полёта, но применять их не решился, повторяя левитацию на уровне своего роста.
   За поворотом их уже ждали - висп. Воспринимая окружающий мир как "светло-порядочный" висп, Искор сразу ощутил демонические эманации.
   - Учительница Эленай, разъясните, пожалуйста, доходчиво и подробно о разновидностях виспов и конкретно о наблюдаемом, - запоздало попросил Искор.
   - Основных типов выделяют два. Обычный висп является идейно-нейтральным осколком. Это обломок прежней мысли разумного существа и это глина, из чего лепятся все спириты. Разнообразен их энергетический окрас и магические применения. Висп-спирит обладает более выраженной шарообразностью. Это личинка спирита и это кирпичик, из которых строится тело спирита. Висп-призрак образуется двумя способами. Первый - из обломков предсмертных мыслей и желаний живого существа, поэтому они часто встречаются около гиблых мест и заманивают жертв из потребности осуществить идею, составляющую их суть. Второй - осколки поверженного или обессилевшего демона. Остатки разума таких существ цепляются за единственную идею, обычно ненависть ко всему живому. Способности виспов-призраков нападать на живых ограничены, при встрече они сразу атакуют, обычно электрическими сгустками.
   - Спасибо. А мы своими Заклинание-виспами сможем их приманить к нам поближе?
   - Да
   - Учительница Эленай, пожалуйста, давайте начнём практическое обучение с этапа подготовки заклинания с дальнейшим приманиванием и устранением врагов.
   Вольно и невольно Эленай первый Арканный Болт создавала около минуты, начав с первичной формы базового заклинания, куда потом раздутым наконечником уплотнялся нейтральный висп, выуженный откуда-то из соседних глубин Тени. Искор попробовал повторить, с двух попыток провалившись, пока здоровая злость и страх за потерю учительницы от случайного попадания не помогли ликвидировать виспа-призрака, чьи атаки успешно блокировались полными латами из инкарнума. Не осколочный, а арканный. Пришлось Эленай повторно заклинать с показательной медлительностью и лаконичными разъяснениями непонятого в прошлый раз.
   Искор со всеми своими преимуществами кое-как выпустил заклинание Осколочной Пули лишь со своей десятой пробы, сберегая драгоценные кристаллики псикарнума из души Зиновии. В итоге помогли не объяснения, а стресс и крохотная искорка эмоций самой Эленай, когда за виспами встретился... фиарлинг. Мелкий демон, олицетворяющий тревоги и глубочайшие страхи. У них много имён, а обличье вовсе для каждого наблюдателя какое-то своё. Искор увидел скелетона - низшую нежить. Фиарлинг выжил после первого неуклюжего заряда, а ученическая Осколочная Пуля показала свой недостаток - из поверженного фиарлинга заклятье вышибло виспа-призрака вместо брызг из нейтральных виспов. Опытный тевинтерский маг не только бы имел наготове множество других заклинаний, но и получил бы минимум одного нейтрального виспа взамен потраченного. Искор уже сам додумал, что осколочными заклятьями маги целенаправленно выбивают из демонов кусочки для их обращения против самих же демонов без затрат на это собственных сил. Демон может сожрать виспов, конечно, но тем самым отвлечётся и подставится - отнюдь не мгновенно перевариваемые кирпичики от удара новой Осколочной Пули сами отваляться и ещё прихватят с собой кусочки.
   Но не это вызвало эмоцию Эленай, а то, каким образом Искор избавился от виспа-призрака. Юный целитель в момент опасности вспомнил о том, что при использовании негативной энергии вместо позитивной получится противоположный лечению эффект - агрессивный комок света истаял.
   - Осколочная Пуля эффективна для выбивания связующего звена конечности крупных монстров. Для выбивания виспов следует затупить наконечник под таранный удар. Если наконечник заострить винтовой нарезкой для придания упорядоченно-проникающей силы, то выбитый висп-спирит воспылает светом и атакует самого демона. Если наконечник сделать хрупким и зазубренным, то увеличатся внутренние повреждения спирита, а получившиеся ошмётки просто растворятся в Тени. Для более эффективной борьбы со злом применяется позитивная поляризация начинки-виспа, для более эффективной борьбы с добрыми спиритами применяется негативная поляризация. Убойность оборотного заклятья Лечение-Ранение ниже любой Осколочной Пули, однако его общая полезность и применяемость значительно выше. Самым действенным против цели-спирита является совмещение магических сил со спиритом-антагонистом.
   Развёрнутое уточнение вызвало из памяти Искора множество форм наконечников для арбалетных стрел. Пользователю инкарнума нужно лишь развитое воображение или конкретный пример, чтобы чётко создать предмет, а время на изготовку уменьшается с опытом. Искор представлял два варианта: нарезной или фигурный наконечник, на подготовку которых он тратил не менее минуты, что совершенно не годилось для применения в боевом ажиотаже. Мелкий союзник с растянутым по времени уроном либо единовременно крупный вред? Искору хватало умишка понять, что в затяжном бою с сильным демоном его шансы победить стремятся к нулю. Выбор свёлся к сложной фигуре, которая бы ударяла подобно прицельному шару по группе битков в бильярде. Собственно, пережитый опыт и уточняющие пояснения сделали своё дело - следующий мелкий демон был поражён Осколочной Пулей, буквально порвавшей его на лоскутки, всего через миг бесследно растворившиеся в Тени. Весь секрет в той уверенности, что приобрёл целитель, смекнувший, как поляризовать свои навыки во вред.
   С приманенной группой диких теневых волков Эленай Зиновия расправилась играючи, а вот с этим более продвинутым и массовым вариантом у Искора возникли серьёзные трудности. Мальчику не хватало контроля, чтобы на одного виспа-ладошку насадить пять виспов-пальцев - зарядить арбалет пятью болтами, образно выражаясь. Все части у него так и норовили разлететься спонтанно и хаотично. Тотемисту пришлось перепрофилировать тотем себе в помощь с заклятьем Осколочной Длани.
   - Осколочный Кулак является формой Осколочной Длани для убойного поражения единственной цели. В случае наличия брони используется форма Осколочного Перста, делающего пробитие для доставки вовнутрь четырёх оставшихся зарядов.
   Учительница без труда победила пару фиарлингов, а Искор был вынужден терпеть звон в ушах и дрожь во всём теле от пропущенных по себе ударов, пока учился не отвлекаться на помехи, напрямую превращая виспов в Спиритические Болты, превосходящие арканные при атаках по бесплотным сущностям, а при наличии контроля если объединить эти простые заклятья, то получится более сильное и дешёвое по мане - Спиритический Удар. Эленай Зиновия показала его после высвобождения эссенции из последнего кристалла псикарнума, однако всё ещё целый соглядатай Заклинание-висп удержал её ментальное тело в Тени. Это стало большим подспорьем.
   - Учительница Эленай, поясните пожалуйста, отчего этот домен кишмя кишит мелкими демонами, не беря в расчёт умысел экзаменаторов? Я уже устал восполнять ману, - пожаловался Искор, разумеется, сохраняющий свои эссенции души, пока представленная лишь ментальным телом учительница была вынуждена их тратить для обучения и показа полноценных заклинаний.
   - Демоны вокруг места обитания разводят свою свору. Чем старше и опытнее демон, тем он хитрее. При убийстве в Тени души живой сущности рождается много мелких спиритов и призрак. Это число кратно увеличится, если ставшего одержимым испытуемого сразу убьют. Усталость накапливается при поддержании заклинаний.
   - Оу...
   Вернув и убрав своего соглядатая, усталый Искор попросил Эленай в одиночку приманивать, тем более у неё это получалось куда как лучше из-за рефлекторного боевого предвиденья, позволявшего уворачиваться от атак в спину. Без отвлекающей помехи у юного мага стало значительно лучше получатся атаковать - даже победил Осколочной Дланью агрессивную группу полупрозрачных кабанов!
   Столь быстро с освоением Искор справлялся во многом благодаря своей памяти о прошлом мире, где он отлично знал аналогичные заклятья - Магический Снаряд да Малый или Великий Ливень Зарядов Исаака. Арканный Болт он тоже знал по памяти, только в прошлом мире это был примитивный кантрип на манер гвоздя для укола нерасторопных слуг в ягодицу вместо арбалетного болта промеж рёбер. Вольно и невольно тотемист научился у призрачной Эленай вкладывать эссенции в заклинания: ей это требовалось для "реальности" результата вместо призрачной эфемерности сна, он же подхватил и по памяти правильно попрактиковал сей приём для экстремального усиления внешнего заклинательного эффекта за счёт растраты эссенции души. Искор прекрасно понимал, что сильно рискует, ведь только-только восстановился из осколка по типу виспа, как надо тратиться: если остатки супа в кастрюле постоянно разбавлять водой, то вскоре останется только грязная вода.
   Хоть Искор и понимал умом, что Зиновия ему совсем не мать, но женственность и ощущение родственности из-за потраченного инкарнума вызывали именно такие чувства. Расставаться донельзя не хотелось! Мальчик порывисто обнял манифестацию и всхлипнул, когда Эленай переделала Заклинание-виспа в Заклинание-цветок, успев кратко пояснить об улучшениях, дополнительно дающих: свойства завесного огня для упрощённого наблюдения сквозь Завесу и обнаружения рунической магии, снятие усталости параллельно с восстановлением маны.
   Долго запрягать, да быстро скакать. Так и юный маг от ставшей местом побоища впадины почти что пробежался вперёд, не встречая никаких врагов. По пути Искор воочию увидел огненное полукольцо, где вероятнее всего прятался - демон Гнева. На возвышенности напротив открыто стоял белёсый спирит в ослепительно сияющих латах храмовника, с мечом и зеркальным щитом, сверкающим в лучах - ангела Славы, мелкого служки ангела Господства. Скалистый островок здесь не заканчивался.
   Искор добрался до дальнего тупичка. Увы, тут действительно ожидала подлость в виде парящего спирита в грязных лохмотьях и ужасной пастью во всю морду под капюшоном: редко встречающийся демон Отчаяния "охаживал" группу прихлебал из четырёх призраков, у которых торс переходил в лицо без шеи, словно это опарыш с отросшими на плечах когтистыми ручищами - жуть! Всего имелось шесть спутников, однако Эленай удалось выманить двух и провести их рядом с ангелом Славы, напавшим на одного и в итоге зарубившим - другого проходимца он не стал преследовать.
   Тотемист знал, с кем идёт сражаться не на жизнь, а насмерть, потому пришёл уже подготовленным и не слушал отчаянно ядовитых речей демона, атаковав издали, как и советовала Эленай, предупреждавшая о резвых "прыжках" этого монстра сразу на десяток другой шагов. Завидевшие синего латника призраки всё-таки первыми кинулись в атаку. Искор, сжимавший меж скрещёнными и согнутыми ладонями плотно сжатое и усиленное своей эссенцией души двойной плотности заклятье Осколочной Длани, выпустил бело-синие остроконечные самонаводящиеся болты, с тонким визгом ввинтившиеся в отталкивающего вида жертвы. Расчёт оказался верным: на месте уничтоженных призраков зажглись виспы-фонарики, похожие на зародыши одноимённого типа ангелов из другого мира - фонарных архонов. Пять упорядоченно-светлых виспов-спиритов тут же атаковали демона Отчаянья, издававшего просто душераздирающий вопль Отчаянья - три шарика света перед ним тут же лопнули.
   Искор уже держал в тотеме эссенцию души и виспа, а в зубах хрупкий болт из инкарнума. Мальчик воспользовался своим ростом и совершил глубокий присед, когда демон Отчаянья парой ударов избавился от особо ненавистных созданий света и порядка да буквально скользнул вперёд к мелкой жертве. Осколочная Пуля вылетела прямёхонько в удачно подставленную грудину, только что извергшую ледяное дыхание, стёкшее по латам из инкарнума и пробравшее мальчишескую душу холодом кромешного отчаяния. Из-за нависшей над собой туши демона Отчаянья малец не видел, как у того из спины вырвался кровавый веер ошмётков, иначе бы не смог контролируемо шмальнуть по чуть отброшенному назад спириту заклятьем Арканного Болта, загодя приготовленного и усиленного эссенцией души. Критический удар прямо в раззявленную пасть с двойной челюстью - башка взорвалась ледовой тыквой. Полный шлем с опущенным забралом защитил от клыкастой картечи, а закрытые глаза спасли от кровавого месива, образовавшегося на месте павшего монстра, сильного своими спутниками, ликвидированными в первую очередь.
   Мальчик завалился на спину и долго пытался отдышаться. Искору страсть как хотелось сжаться эмбрионом и отчаиваться до умопомрачения, однако память подсказала способ перенаправить эту эмоцию на отчаянную смелость, ведь демон воплощал в себе антагонизм Надежды, как всем известно, умирающей последней. Воскресив в памяти недавнее личное переживание от первой встречи с фиарлингом, юный маг с громким воплем отчаянья изъял из наручей сдвоенную эссенцию со стихией огня, сунул туда пару зарядов своей серебристой магии и швырнул комок в дёргающееся и пучившееся тело демона. Туша колыхнулась и опала с шипением и паром, какой бывает при опрыскивании нежити святой водой. Разбросанные ошмётки тут же последовали её примеру, напрочь исчезнув в Тени, лишь взбугрившиеся лохмотья остались бесхозно валяться на месте уничтоженного исчадья.
   Бросившемуся прочь Искору повезло споткнуться и упасть, иначе бы ослеп в блеске Славы, а так лишь ушибся и стал успокаиваться, чтобы подготовиться к следующей битве - на горючие слёзы попросту не оставалось времени! Кусая губы и шерстя память, он узнал несколько способов уйти от атаки врага, нападающего в спину из засады, на этом и построил тактику сражения, топорную донельзя.
   Второй демон, как и ожидалось, выскочил из языков пламени со спины, глупо считая, что выгодно отрезал сопляка от кучки лириума, растущего острыми шипами, сыгравшими свою роль по сценарию отнюдь не демона. Благодаря тотему с эхолотом вовремя успев засечь направление атаки, Искор, не тренировавший падения, ушибся, зато сумел извернуться для удобной отправки заклинания Осколочного Кулака, усиленного эссенцией двойной плотности. Этот демон вообще напоминал вытянутую гусеницей и местами пламенеющую каплю крови с крючковатыми паклями и лягушачьей харей - ростом со взрослого дылду Овэйна! Омерзительное зрелище повторилось во всей своей отвратительной красе. Правда, победоносным ударом демону Гнева снесло только верхнюю половину его туловища, в раскуроченном виде отлетевшую и насадившуюся на лириумные колья, а нижняя часть противно забулькала и задёргалась, вспучиваясь из натёков кровавой лавы крохотной копией монстра. Искору даже пришлось резко зажмуриться, чтобы суметь сформировать Осколочную Пулю с хрупким наконечником в виде летучей мышки, слетевшей от ладоней на скорости арбалетного болта и с хрустящим чавканьем вошедшей в формирующегося дубликата демона Гнева, только меньшего размера.
   Эленай действительно научила Искора ультимативному решению проблемы - простой и убойной паре осколочных заклинаний против спиритов на основе их элементного базиса. Но никакие уроки не помогли избежать рвоты и выворачивания наизнанку от так и стоявшей перед глазами картины окровавленного месива останков от демона Гнева, оказавшегося совсем не таким сильным и живучим, как мнилось. Всё исчезло, кроме одного бордового уголька рядышком и трёх угольно-пылающих изумрудов в кучке поломанной и погасшей друзы лириумной жилы.
   Как ни муторно и противно, но Искор, ведомый своей памятью о прошлом, нехотя воспользовался душевной блевотиной, так сказать, пропитав её инкарнумом и эссенцией души перед тем, как сформировать заготовки для виспов.
   В белёсого латника перфекционист издали выстрелил Осколочной Дланью. Зная о броне и действуя отчаянно, Искор выхватил заготовку Осколочной Пули, напитанной двойной эссенцией - оставалась всего одна из одиннадцати! Искор не рассчитывал на свою меткость и не ждал лишнего мгновения, подпуская ближе. Когда раненному оставалось пробежать шага три-четыре, истязаемый наконец-то завершил заклятье и незамедлительно выстрелил - концентрированный и заострённый снаряд пробил щит и грудную пластину. Ангел Славы запнулся и рухнул на камни. Заранее подготовленный Искор не поддался смятению и без лишних сантиментов ударил лежачего по шлему дубинкой, усиленной последней эссенцией и тотемом со стихийным духом огня - до контроля полноценного элементаля юный маг ещё не дотягивал. Были в белёсом котелке мозги или нет, но что-то там точно сплющилось и поджарилось. Плотный и сильный спирит белёсого цвета быстро проржавел и растворился в Тени вслед за остальными, лишь продырявленный зеркальный щит остался валяться на этом месте.
   Только зачистив всю испытательную область, уморённый Искор проковылял к порталу - зелено-синий цвет завесной магии означал заветный идеал. Впереди ждали объяснения с "помощниками", рискнувшими и вернувшими беглую душу в тело - тотемист не забыл расформировать весь инкарнум и слить в бассейн последнюю эссенцию.
   - Очнулся, сукин сын! - Почему-то с облегчением ругнулся Грегор, не спеша убирать в ножны свою блестящую и острую махину, двоящуюся в чёрных очах.
   - Как ты, Искор? Всё нормально с тобой? - Участливо и беспокойно спросил Ирвинг, у которого мешки залегли под глазами. Мужик держался на одних эликсирах.
   - Я маг?.. - Первым делом выдохнул Искор, лежащий на холодном полу. Винн присутствовала - Алетта нет, никого из церковников, только старшие маги и храмовники имели право находиться в верхней заклинательной зале башни.
   - Ох, мы просто помогли твоей душе вернуться в тело, Искор, - вымученно попытался улыбнуться выжатый как тряпка Ирвинг, бодрствующий третьи сутки кряду.
   - Мелкий наглец!.. - Бросил Грегор с неприязнью и одновременно с репликой первого чародея, присевшего рядом с донельзя проблемным мальчиком, за неполную пару суток успевшим стать причиной: крупных разборок вокруг лириума в Башне Магов и активизации подковёрной возни в эрлинге Редклифф; разжигания серьёзных баталий об истинных строителях и предназначении Цитадели Кинлох; прорыва с заклятьем Вечного Окаменения; жарких споров о способах поимки и доставки новеньких детей на обучение в Круг Магов и методах тренировки контроля магии; воспламенения интереса и углей дебатов о сновидцах; приближение к пониманию сути древнего эльфийского ритуала Утенера и обсуждение лавинообразно набирающего популярность безрассудно оброненного за вчерашним обедом полушутливого предположения старшей чародейки Десты о пробуждении из Утенеры какого-то древнего эльфа с его идентификацией в лице отца Искора и дальнейшего его сличения заядлыми сплетниками с ошивающимся рядом с недавно взошедшей на престол Орлесианской Империи юной Селины I Вальмон странно сильным и эрудированным эльфом по имени Фелассан, по слухам внёсшим неоценимый вклад в выигрыш юной девицы в Игре за императорский престол и покамест не признанным ни одним долийским кланом.
   - Спасибо... - прослезившись, вполне искренне шепнул Искор, не слыша и не слушая, всё ещё будучи под гнетущим впечатлением своих кровавых расправ над спиритами. Благодаря и за бесценный опыт попадания в пограничье Завесы, и за шанс вернуться с достоинством - за оказанную ему помощь. На более длинное предложение просто отсутствовали моральные силы, а весь негатив остался в Тени.
   Грегор фыркнул вместо какой-то фразы, ставшей неуместной. Ирвинг тягостно и устало выдохнул, став выглядеть виновато и расстроенно, ведь прекрасно знал, что ребёнок хочет извинений, но виновники никогда не попросят прощения, ведь они действовали в той ситуации согласно уложениям, а зачинщик драки уже понёс жестокое наказание и теперь лишён каких бы то ни было чувств, в том числе стыда или вины за то недоразумение, повлёкшее за собой тяжкие последствия - на допросе Овэйна ненароком вычислили хитрого вора и сбытчика контрабандного лириума.
   - Череда случайностей... - начал забалтывать Ирвинг, быстрым взглядом дав отмашку старшему чародею Винн применить свои целительские навыки.
   - Я душевно измождён, засыпаю... - одновременно с Ирвингом выдавил шёпот Искор, констатируя тот факт, что миг спустя вновь застыл чуркой, лишь долю мгновения не дождавшись медицинской помощи от Винн.
  

Глава 4, обучающийся.

  
   Как таковой лазарет для магов отсутствовал в Башне Магов - зелья и целители оперативно справлялись с недугами и контузиями. Поэтому Искора временно разместили в гостевых покоях под боком у рыцаря-командора. Ушастая блондинка Леора пыталась сыграть для мальчика мать, ухаживая на примере внесения подносов с едой и сказок на ночь да пытаясь завлечь детскими игрушками, иллюстрированными книгами на разные темы, вопросами. Это не помогало справиться с апатией Искора, который после Истязания провёл сутки транса внутри отвердевшего тела, буквально заставляя себя не пустить псу под хвост все труды с чакрами, а потом с трудом продолжал это дело, для всех прочих тупо валяясь на кровати целыми днями и бездумно пялясь в живописный потолок. Одни винили в этом состоянии шок после свершённых убийств ради выживания. Другой знал о Тени, подавляющей своей массой да соблазняющей окунуться в океан силы и начать наводить свои порядки - боролся своими силами да согласно наставлениям учительницы Эленай, поскольку местные маги совершенно не мчались заниматься толковым обучением "Истерзанного", не спешащего фонтанировать магией, а потому и не нуждающегося - якобы ритуал Истязания изначально был провальным ввиду выбивания души из тела до его начала. Безусловно, каноничная "прокладка трубы" из тела мага в Тень не состоялась, а о своих приключениях вне тела Искор ни в какую не делился, кроме весьма урезанной версии о прохождении Истязания - эти переживания мальчик просто не смог удержать в себе и не раз плакался Леоре на грудь, сидя у неё на коленях и обнимая добрую женщину, чьи ласки отчасти заменяли материнские, согревая мальчишеское сердце и душу.
   Тем временем ученикам как-то однобоко просочилась информация о том, что Овэйна усмирили чисто по вине Искора. Из-за него же на следующий день, двадцать девятого джустиниана, через Истязания провели Годвина, за ним подряд Ниала и самого опытного Карла, таким образом переведя из учеников в маги оставшихся трёх человек из той четвёрки, что пронаблюдала тренировки Искора с храмовниками.
   Как одной из ночей сказала Эленай, отвечая на вопрос, демоны при поглощении свежих осколков-виспов способны узнать обрывки их историй. Сильных исчадий маги вроде как не приглашали на Истязания, средние остереглись подыхать, а мелочь... Вот из каких-то закоулков Тени старшие чародеи и выуживали замухрышек, успев под шумок вслед за ребятами протащить в маги молодую женщину Инес и пару перспективных девушек - Петру и Серу. Лейтенанта Чилтона и поучаствовавших в "общении" с Искором рядовых храмовников ещё до усмирения Овэйна допросили и поспешно выслали для усиления орденского гарнизона при церкви в деревне Редклифф и учащения рейдов по эрлингу в поисках юных одарённых, а на их место перехватили группу выписанных эрлом Эамоном выпускников из монастыря Борншир. Церковь сделала уступку с посвящением магов, отыгравшись на том, что за эту неделю сформировала отряды поиска следов прошлого Искора, куда приписали новоиспечённых магов: Ниал с Инес поскакали в Лес Бресилиан, Годвин и Петра полезли в Морозные Горы, Карл и Сера потопали к горным подножьям во Внутренних Землях, прилегающих к эрлингу Редклифф. Старшая чародей Винн в компании чародея Торрина тогда же отправилась к Эамону Геррину, дабы принять роды у его жены Изольды и на месте провести беседы с новичками: "провинившийся" эрл из собственного кармана выложил по одному соверену за мальчиков с даром магии и по два за девочек, также обеспечив за свой счёт обоз к Цитадели Кинлох - бедняки за звонкое золото всё равно неохотно сдавали детишек.
   Всё это движение прошло мимо Искора, безвылазно проторчавшего в гостевых покоях до начала второго летнего месяца под простонародным названием "утешник" и высоким "солис". К этому времени за шесть дней его бассейн души пополнился всего парой эссенций. Следующей потребовалось два дня, затем пара за три, дальше восполнение шло по одной примерно в сутки. Могло быть и быстрее, но местные спиритические целители настойчиво пытались оказать свою помощь, а тотемист столь же упрямо отвергал её, не спеша просвещать, что после произошедшего истязания он либо сам восстановится и останется самим собой, либо вся принятая помощь обернётся прививками волчьей ягоды на яблоньку - вредом. Камуфлировал под обиду и: "Я сам".
   Вопреки чужим стараниям, мальчик постепенно оживал, больше двигаясь и улыбаясь. С первого дня седьмого месяца года и последующие две недели кряду отроку стали позволять купаться ранними утрами, между временем общей побудки и завтраком, а также поздними вечерами перед сном. О, как Искор полюбил плаванье в воде, насыщенной магией, со всех сторон стекающейся из озера к Цитадели Кинлох. Ради этого он даже милостиво согласился тратить время на мазню по кальке с целью обвода пером геометрических узоров, как объяснила Леора, являющихся цепочкой взаимно порождаемых глифов из часто практикуемой духовными целителями школы Созидания: Паралич, Защита, Отталкивание, Нейтрализация. Он отказался выводить буквы. Искор от Эленай узнал ещё о глифах Ледяной Мины и Огненной Мины, а также о способах начертания и правилах комбинирования. Как и все до него, Искор начал их освоение на ладошке с параличом (для подручных виспов), отложив на далёкое будущее эксперименты по замене стихийной специализации на стихийных духов.
   За три с лишним недели реабилитации драконьему отроку удалось предотвратить раннее начало у себя пубертатного периода. Действуя по старой памяти, тотемист нагнетанием эссенций прочувствовал все основные чакры, а вот к открытой в животе чуть пониже пупка стал добавлять с другого конца оси и те второстепенные, каким обычно в самом начале учат одарённых формовкой инкарнума. Сперва предплечья и голени, которыми отводят вражеские удары в ближнем бою. Затем более мелкие узлы в запястьях под перчатки-рукавицы и в кистях под оружие, продолжение в средних пальцах для формирования колец с магическими эффектами. Тренировал Искор и горловую чакру, когда Леора шантажировала мальчика, любезно ставя условие о пересказе предыдущей сказки перед слушаньем новой. Однако большую часть времени в Тени и наяву Прайма занимала тренировка чакры так называемого третьего глаза. Искор по памяти и еженощным наставлениям Эленай учился видеть саму Завесу и прозревать сквозь неё соседнее измерение - Прайм. Это особое состояние сомниари сильно походило на дремление эльфов из другого мира, видящих грёзы наяву и отдыхающих таким образом не хуже обычного людского сна - Искору тоже помогало.
   - Здравствуй, Искор, - радушно улыбнулся Ирвинг.
   - Доброе утро, мастер Ирвинг, - поздоровался малец, выбравшись из воды и чуть поклонившись.
   - Пожалуй, я составлю тебе компанию, мальчик мой. Сделаешь со мной кружок? - Ещё шире улыбнулся бородач, довольный произведённым эффектом.
   - Почту за честь, - по-взрослому ответил чуть посветлевший Искор и тактично нырнул в воду, там дожидаясь, когда первый чародей разденется и прыгнет с пирса.
   Постоянное таскание увесистого посоха да по высоченным лестницам с десяток раз на дню вполне хорошо заменяло физические нагрузки. По крайней мере, разменявший полтинник мужчина не только выглядел атлетичным, но и плавал вполне себе прилично, умеючи и с удовольствием. Позавтракали они вдвоём всё в тех же гостевых покоях. Ирвинг узнавал пустяки типа удобства парты и пожеланий в меню, приступив к серьёзному мужскому разговору после трапезы.
   - У тебя могли накопиться вопросы, Искор. Хочешь их задать? Что-нибудь обсудить?
   - Я не стану утруждать вас, - нейтрально ответил мальчик, глядя в пол. Ирвинг тяжело вздохнул и виновато заговорил:
   - Извини меня, Искор. Это по моей недоработке случилась та пакостная ситуация.
   - Я стал опытнее, - всё так же ответил Искор, не поднимая взгляд.
   - И грустнее, мальчик мой. Скажи, как ты справился со взрослым испытанием?
   - Мне помогли.
   Ирвинг попытался выяснить подробности, но столкнулся с молчанкой и отступился до более благоприятного времени - сейчас выпытывать себе дороже.
   - Искор, передай, пожалуйста, благодарность от всего Круга Магов. Вся беда в том, что единожды проэкзаменованный при последующих переходах в ту область попадает уже на другой уровень тренировочного полигона в Тени. Поэтому в каждом Круге Магов есть ученики, одарённые с рождения, такие как: Ниал, Алим, Солона и другие. К сожалению, предыдущий сильный ученик подвёл нас ещё до своего экзамена... Искор, когда я принимал рискованное решение создать телесный портал и призвать к нему твою душу, то исходил из следующих соображений. Во-первых, мы выяснили, Искор, что твоя телесная защита сработала против твой собственной души, не пустив её обратно. Во-вторых, ты упоминал духа, который обучал тебя и теоретически мог помочь тебе в чрезвычайно трудной ситуации. В-третьих, за многовековую историю у нас накопилось много документальных подтверждений случаев, когда долго странствующая в Тени душа живого существа трансформировалась в демона, который по возвращении в тело устраивал кровавый террор. В-четвёртых, не верни мы тебя быстро, Искор, мнительные храмовники отправили бы твоё тело в кузнечную печь, где плавят металл. Пожалуйста, Искор, пойми меня правильно. Я прошу прощения.
   - Мне не в чём вас винить, мастер Ирвинг. Вы хорошо учите. Я сам виноват, что поддался обману и не сумел избежать рукоприкладства. Постараюсь впредь не повторять ошибок.
   - Я скажу тебе честно, Искор. Я ещё не начинал тебя учить и никаких намёков не делал. Это всё мои промахи: браслетик, жирность, синяя мантия, сеньор Ригби. Я всего лишь человек, Искор, а люди грешат и ошибаются. Я не хочу, Искор, чтобы у тебя сложилось обо мне превратное впечатление. Ты обладаешь способностями и мышлением, Искор, которым позавидует иной взрослый. Магов слишком мало и на нас оказывается слишком высокое давление, чтобы допускать внутреннюю разобщённость, но не все это понимают, к моему глубочайшему сожалению.
   Взрослый взял паузу, печально глядя на мальчика, так и не поднявшего на него личико, прежде такое светлое и невинное - наивное. Первый чародей сомневался в том, сообщать ли о пророчестве Эленай Зиновии, предрёкшей зависимость самого существования Круга Магов Ферелдена от решений мага-ученика в синем облачении. Ирвинг хотел отвлечь всех сведущих от Солоны, но по всему получалось, что не она, а Искор тот самый - напророченный. Мужчина бы с удовольствием взвыл волком! Ирвинг любил документооборот и аналитику - ненавидел хаос и пророчества.
   Ирвинг по праву считал себя прозорливее Алетты, всего несколько лет как принявшей сан матери и метящей в преподобные. И он хорошо понимал, что для поста первого чародея магически слаб без артефактов и что лучше справляется с административной работой да подборкой кадров на ответственные места. Проводимая им политика мягкой силы редко давала осечки, которые со временем удавалось обернуть на пользу делу. Вот и откровенный провал с Искором вылился не в жертвенного агнца, а героя, совершившего невозможное. Если бы его друг Грегор сам не присутствовал при пробуждении истерзанного мальчика, то никогда бы публично не посмел одёрнуть мать Алетту, взъевшуюся на всех детей из-за собственной "непорочности" - Ирвинг всё ещё пытался выяснить личность целителя, возвращавшего блудливым сёстрам их девственную плеву.
   Также Ирвинг не сомневался в том, что Искор так или иначе видит сны - общается с кем-то в Тени. Первый чародей и сам так поступал по своей служебной необходимости, регулярно покидая собственные сны и встречаясь в Тени с двумя подчинёнными из Орзаммара и Джайнена, а также с добившейся год назад титула Великой Чародейки - Фионой, желающей реформ, но покамест придерживавшейся доброй политики мягкой силы для неуклонного уменьшения угнетения магов со стороны Церкви и Храма. Чего греха таить, Ирвинг и с Карлом Текла занимался во снах и наяву, к взаимной выгоде и удовольствию удовлетворяя нужды и с ним, и с Инес Арансия, тоже удачно экзаменованной и отправленной к хранителю Затриану, обычно в это время уже поставившего своё племя лагерем в Лесу Бресилиан, успешно скрывающим от археологов множество развалин древней эльфийской цивилизации, а также магов-отступников, утёрших нос храмовникам и опасностям дремучей чащи. Обоих этих молодых и перспективных магов Ирвинг хотел провести в старшие чародеи.
   Собственно, Ирвинг лишь для виду кочевряжился, позволяя Алетте не просто разлучить близких друзей, Ниала и Годвина, а ещё и сунуть их в пару к девушкам, чтобы родились поводы к усмирению. Риск имелся, но пары были примечены ещё до Истязаний. Ирвинг на индивидуальных занятиях по рунам не только научил всех шестерых зачинать деток и привил любовь к самому этому процессу, но и посеял каждому прозаичные истины.
   Во-первых, зачатое от двух магов дитя родится одарённым. Во-вторых, регулярный и страстный секс в первые месяцы беременности не только усилит источник магии партнёров, но и сделает плод более талантливым. В-третьих, это проще и лучше провернуть в полевых условиях, спокойно родив в Денериме или любом другом городе. В-четвёртых, система не позволяет воспитывать родных детей, но есть отдушина с чужими - выбирай любого новичка в приёмные дети и веди до успешного Истязания. В-пятых, заниматься разгулом или вынашивать второго ребёнка лучше всего от храмовника, опять же в полевых условиях длительной миссии. Следовало именно отдаваться, чтобы храмовник во время регулярного секса невольно вытягивал ману из партнёра, тем самым развивая магу источник магии. В-шестых, зачатый ребёнок от храмовника и мага, особенно при частых соитиях во время беременности, обязательно проявит склонность к вытягиванию маны и сам окажется среди храмовников. В-седьмых, все до единого сиротки поддаются соблазну узнать о своих родителях, и разрешённая самими "святошами" магия крови даёт им точный ответ относительно: маг или обычный, храмовник или обычный. А уж когда по недосмотру бумагомарателей храмовник оказывается братом мага да ещё по месту службы... Ирвинг по себе знал, какие чувства это вызывает. Борода и шлем едва справлялись...
   Круг Магов уже не одно столетие готовит Второй Раскол, теперь между Церковью и Храмом, столько же времени пытаясь раздобыть неопровержимые доказательства того, что не врут кратно разнящиеся количества сданных младенцев и попавших в ясли для дальнейшего распределения. Покамест искры пожара успешно гасились вездесущими уполномоченными из засекреченного ордена Искателей Истины, но кремень о кресало ударил там, где никто не ждал! Запаниковавшая Алетта сама вышвырнула из башни обжигающе пламенеющую головёшку. Теперь яркий огонь лейтенанта Чилтона неминуемо подожжёт монастыри и развалит порочную систему, давно сгнившую изнутри. Задолжавший услугу эрл Эамон присмотрит за обиженным храмовником и хотя бы разочек до его ликвидации успеет устроить смертнику прилюдную попойку до поросячьего визга об изуверских подробностях скверны, поразившей Церковь и Храм. А главное для всех первых чародеев теперь - это не втравить в разборки самих магов.
   Первый чародей если и желал провернуть больше дел по случаю, но остерёгся перегибать палку. За прошедшие недели Ирвинг отоспался, разгрёб завалы и пересмотрел свои торопливо-опрометчивые воззрения на Искора, наверняка таящего в себе ещё много каверзных сюрпризов - родом от банального неведенья и различий в средах воспитания. Первый чародей не сомневался в верности решения сделать этого ученика своим протеже, а вот намерения воспитать пересмотрел c внедряемого агента на лояльного союзника из расчёта на таинственного благодетеля - обнаруженный сосновый дух оказался липой. Грамотно состряпанная фальшивка задала больше вопросов, чем дела ответов, благо совершенно удовлетворила посланных разобраться храмовников - гигантским кострищем. Это Церковь давит, а маги себе такого позволить не могут - храмовникам только дай повод усмирить. Овэйн в пример.
   Как говорится, и сам не гам, и вам не дам. Ирвинг решил придерживаться принципа собаки на сене, чтобы мальчика не съели до его возмужания, а дальше благоразумный сам разберётся. В общем, дипломат решил сделать ещё несколько своих ходов, давая неведомому другу шансы проявить себя и пойти на контакт.
   - Искор, ты все ещё твёрд в своём намерении стать целителем и зельеваром, дабы помогать страждущим?
   - Да, - ответил мальчик, подняв лицо.
   - Я постараюсь обеспечить тебе приемлемые условия, Искор. Я заранее тебя предупреждаю о том, что не могу гарантировать и не знаю, примет ли тебя испытательный полигон вновь или нет. Без его нормального прохождения тебя не признают магом, Искор. Ещё один вариант для тебя я вижу в становлении Серым Стражем. Я обеспечу тебе минимум десять лет до того, как настанет пора совершать неотвратимый выбор между полноправным членством в Круге Магов или в ордене Серых Стражей - в обоих вариантах шанс твоего выживания на вступительном испытании в лучшем случае составит половину-на-половину. Искор, я сообщаю тебе это в расчёте на твою рассудительность и с надеждой, что за означенное время ты сможешь узнать больше и подготовиться лучше, в идеале став магом и серым стражем, - мягким тоном произнёс первый чародей, имевший голову на плечах, чтобы думать ею о докладах инфантильной чародейки Леоры и строить далекоидущие планы.
   - Спасибо, мастер Ирвинг, - скромно проговорил Искор, не зная, как себя правильнее вести: то первый чародей сюсюкается с ним, то по-взрослому отстранён. Искор особо не ждал и не радовался встрече с Ирвингом, которого хотелось увидеть в первые дни после пробуждения в гостевых покоях и услышать отцовскую здравницу - Мердок бы точно не поскупился...
   - Что ж... Сегодня прибудет целая группа пополнения, Искор. Ночью тебя перенесут в общую палату. За тобой оставить ранее выбранное место?
   - Вам виднее, мастер Ирвинг, - пожал плечами мальчик, вновь уставившись в узорчатый ковёр.
   - Хорошо. Приятного дня, Искор. До встречи.
   - Доброго дня, мастер Ирвинг.
   Первый чародей грузно поднялся и нетороплив вышел, а Искор ещё долго сидел и переваривал услышанное. Остаток дня прошёл, как предыдущие.
   - Учительница Эленай, а зачем они берут целую бутылку крови?
   Искор озадачился, сквозь мутный зелёный витраж Завесы наблюдая за тем, как одиннадцать мальчишек и девятнадцать девчонок от девяти до пятнадцати лет прогоняют через те же процедуры, что и самого Искора. Но даже с этим пополнением останется полно места в палатах, где кроватей можно расставить не в три ряда по пять двухъярусных, как сейчас, и не в четыре, как готовятся тихонько втащить глубокой ночью, а все восемь или даже десять рядов, вынеся все игровые столики и добавив парт в рекреационную секцию дальше по кругу.
   - Для изготовления четырёх филактерий в роли компасов крови, ученик Искор.
   - А есть поисковые заклинания по капле крови или слюны, ногтю или волосу?
   - Есть.
   - Пожалуйста, расскажите вкратце о магии крови.
   - Магия крови позволяет магу: использовать жизненную силу вместо маны; влиять на свою или чужую плоть для поиска, контроля, убийства, модификации тела, создания голема; входить в сознание жертв от видения снов или чтения мыслей до прямого подчинения своей воле или убийства; призывать подконтрольных спиритов в реальность. Магия крови может полностью прорывать Завесу, давая спиритам возможность физически проникать в Тедас, а при многократно больших затратах маги могут сами войти в Тень воплоти. Магия крови была, есть и будет основой магократии Империи Тевинтер, где она рассматривается не отдельной школой или специализацией, но средством усиления любой другой магии. Множество заклинаний прямо или косвенно относятся к взаимодействующим с кровью.
   - Учительница Эленай, вы меня обучите применять это тевинтерское средство? - Подумав, спросил Искор. Ответ последовал через продолжительную паузу:
   - Да.
   - Скажите, пожалуйста, какие основные школы магии выделяли в ваше время, учительница Эленай?
   - Аркана, Мистицизм, Стихии, Друидизм.
   - В какой из них вы наиболее сведущи, учительница Эленай?
   - Мистицизм, - без эмоций изрекла Эленай более общее название Спиритизма.
   - Это связано с вашей работой советницей? - Уточнил Искор, уловив очередной нечёткий образ среди ассоциаций Зиновии на вслух произнесённое слово.
   - Связано. Спириты не знают старости, поэтому они накапливают много информации, - сказала Эленай, добровольно дав краткое пояснение. Малец улыбнулся.
   - Мне очень приятно, что мои занятия с вашей душой в камне всё лучше помогают мне в решении проблемы собственной безграмотности, - извратил логику Искор, подстраиваясь под проклятье на Зиновии, терзающего её в иных случаях. - Учительница Эленай, помогите мне, пожалуйста, провидеть время переноса моей отверделой тушки из гостевых покоев в мальчишескую палату.
   Парадокс - провидеть о себе одновременно сложнее и легче, чем о других. В этом состоит благословение и проклятье провидцев. Каждый априори желает себе лучшего. Искор на примере той же Эленай Зиновии уже знал, что она предвидела своё заточение в каменной статуе. И это действительно лучшая участь по сравнению с тем, умолчи она о связанном с этим видением крахом отца своего ребёнка. Тогда бы её ждали неимоверные пытки и неизмеримые страдания: либо от архонта Валериуса перед его неизбежным провалом, либо от победившего его Дома соперников, либо от прежних сторонников за предательство - наследующий сын лично истязал бы мать.
   Как ответила своему ученику практикующая провидица Эленай: "Логика действия оракулов построена на будущем". Это означает, что когда пришло видение чего-то предстоящего, то для провидца отсчёт будущего времени начинается именно со следующего за видением момента. Ведь ракурс зрения, как говорилось, заранее обусловлен эгоистичным желанием лучшего. И если с кем-то что-то случится в будущем, то это на пользу провидцу. Но Зиновия предсказывала своему Архонту для того, чтобы он вмешивался и правил ситуации под себя. В итоге от патриотической деятельности личное будущее Зивновии ухудшилось до её нынешнего проклятья.
   Мастерство оракула равнозначно точности исполнения пророчеств. Опытный провидец всегда готовится к ситуации по времени после видения. Так поступила сама Эленай, "окуклившись в камне" во избежание разбиения её тела и души на осколки. В те времена она ещё не утратила волю и потому успешно сопротивлялась враждебным операциям с её душой, но шло время, заклинательные установки на крови перековывали личность Эленай, а способные навредить недруги мельчали в своём могуществе...
   - Целесообразней заняться освоением настоящего ясновиденья, ученик Искор, - Эленай ещё раз блеснула толикой собственной воли, некогда столетиями мечтавшей вырваться из заточения, но миновали века принятия и смирения с этой участью.
   - Вам виднее, учительница Эленай, ваша квалифицированная помощь очень востребована и полезна, - без вопросов покорился и поклонился Искор, в свою очередь, тоже крайне старательно подходя к тому, чтобы вернуть душе Зиновии её прежнее здоровье и дать свободу наконец-то ожить или покинуть бренный мир.
   Главное при данной взаимопомощи проявить чуткость и не заиграться с извратом, дабы податливая Эленай осталась вольна себе, а не запечатлелась на Искоре, как на своём Архонте. Имелось и важное обстоятельство. Искор, круто обжёгшись на доверии с Овэйном и храмовниками, лишь в одиночку свободно телепортировался по Тени, а в компании с ментальным телом Эленай, "призраком души", применял показанную ею методику сомниари. Сейчас поступил так же для переноса их двоих в тот лесной домен Тени, организованный в стародавние времена эльфийским сомниари для поддержания на потолках башни функционала магической живописи и отдохновения там прежних обитателей, стеснённых каменными стенами и окружающей водой.
   Урок у Эленай шёл ни шатко, ни валко, пока зевающая целительница Винн не вошла в холл: Искор успел одушевить своё тело-чурку, но не сумел отделиться своим ментальным телом для присоединения к Эленай, вполне способной вернуться к себе в статую самостоятельно, но неизменно тратившей свой крест из кристаллов на совершенствование учеником связок заклинаний и их модификаций: Арканный Болт и Арканный Град, Спиритический Болт и Спиритический Удар, Заклятье-висп и Заклятье-цветок, Осколочная Пуля и Осколочная Длань. Пока только их - до автоматизма.
   Ирвинг лишь раз посетил "изолятор", зато как! Искор испытал благодарности к первому чародею: и за спокойные недели на реабилитацию в компании незатейливой Леоры, и за купание, и за перенос спального места и шмоток в самый угол на второй ярус бывшей кровати Овэйна, и за хлопоты по набору целой группы новичков для его привлечения к обучению с ними в едином потоке, и за откровенность с добротой.
   Увы, возвратившийся в палату Искор на фоне феноменально крупного единовременного пополнения не смотрелся и точно оказался чужим, как для прежних, так и для перезнакомившихся по пути новиков. А ещё всем подселённым ночью после праздничного завтрака вместо нудных лекций о правилах и законах - отдельно всем новикам вместе с Искором и в праздничном убранстве большого зала Великого Холла, где жили первый и старшие чародеи, сеньор Абернат в лицах и красках рассказал официальную историю Цитадели Кинлох и Круга Магов, часто акцентируя внимание на служении магов народу и лордам. А после обеда все мальчишки-ученики до пятнадцати лет были отправлены загорать, болтать и резвиться, купаться да свободно лазить и прыгать с развалин моста от башни на берег, пока все девчонки-ученицы того же возраста гуляли по первой открытой террасе, прыгая на скакалках или по клеткам-плиткам, подглядывая сверху и хихикая над пацанами или историями о жизни в башне от бывалых учениц, радующихся новым лицам, погожему дню и отсутствию учёбы.
   - Искор, а ты правда превратил Овэйна в ходячий труп? - С любопытством спросил Йован, опасливо присев на корточки в шаге от Искора, болтающего в воде ногами с деревянной пристани. Его сосед по кровати, приятель и тихоня Алим ошивался поблизости, подбив приятеля на авантюру и теперь востря свои эльфийские ушки.
   - Байка из склепа, - поморгав с неожиданности, с грустным юмором ответил Искор. За прошедшие недели подглядываний он убедился, что усмирённые маги мало отличаются от тех самых ходячих трупов, разве что тёплые, едят и гадят, а так не спят, не чувствуют, безвольны и послушны в поручениях или работе от старших.
   - Хах, скажешь тоже, - натянуто хмыкнул Йован, завидовавший малолетке, который уложил громилу почти в два с половиной раза старше него самого. - А чего он к тебе полез?
   - Я не знаю, чего он распустил руки. Я вылечил Овэйна, когда он случайно упал навзничь и шмякнулся головой об пол, но до того шептания с ним я успел отказаться от синей мантии и переоделся в новика, и за неположенное колдовство меня наказали, - довольно развёрнуто изложил Искор свою версию события.
   - Так ты сам отказался от синей мантии старшего ученика?! - Округлил глаза недоверчивый завистник.
   - Я тем утром понял намёк мастера Ирвинга о том, что мне ещё рано практиковать внешнюю магию, а надо заняться внутренним контролем.
   - Внешнюю магию? Нам не говорили о таком, Искор. А что это за магия такая? - Заинтересованно спросил Йован, садясь на доски и тоже свешивая ноги в воду.
   - Вспомни зелёный шарик-огонёк - это внешняя магия. А вот это проявление внутренней, - нехотя пояснил Искор, продавив пальцем небольшую выемку в доске.
   - Ух ты... - Йован тут же подсел ближе и наклонился посмотреть да потрогать. Алим тоже заинтересовался и присел вплотную за спинами товарищей.
   - Магия есть магия, жилеткам запрещено практиковать магию без наставника, - вынес вердикт мелодичный голос Алима, росшего в этой башне с шести лет, как и сам Йован, на год более старший. Воспитанные Церковью дети.
   - Уж кто бы говорил, зануда, - поскучнел лоботряс, желавший всё и без усилий.
   - Лентяй, - не остался в долгу друган, планировавший освоить Ледяное Оружие этой зимой.
   - Сам такой, - пихнулся локтем Йован. - Солона уже в мантии и быстрей тебя справится с коркой льда, - поддел более рослый подросток, всё никак не справляющийся с пламенем для покрытия железных прутов заклятьем Пылающее Оружие.
   - Она вспыльчива и занята Каменным Доспехом, - дёрнул ухом Алим.
   И эльф задиристо столкнул обоих ребят в воду, чтобы через пару мгновений покрасоваться, красиво ныряя рыбкой далеко вперёд. Он проплыл под водой до раздолбанной мостовой опоры, по которой ловкачи забирались на самую верхотуру и сигали на смелость и крутизну.
   - Вот же ж! - Йован ударил ладонью по воде, послав во след волну брызг. - Теперь он лучший пловец среди учеников, - завистливо пробубнил подросток, отплёвываясь.
   - А кто был до него? - Спросил Искор, и предугадал ответ о стройном и жилистом молодом человеке:
   - Карл, само собой. Теперь он маг, повезло ему... - протянул Йован, радуясь и завидуя.
   - Как тебе новички, Йован? - Глянув в их сторону, поинтересовался Искор, когда привычно уже подтянулся из воды и плюхнулся на прежнее место, оккупировав пристань, наиболее удобную для бултыхания в воде не умеющих плавать. Про дикаря такого набрехали, что большинство учеников побаивалось к нему подходить.
   - Ай, деревенщины, двух слов связать не могут, - пренебрежительно махнул рукой образованный подросток, когда вылез и сел рядом.
   Тут со второй террасы, опоясывающей всю башню по крыше шестидесятифутового внутреннего круга первого яруса для проживания учеников, раздался звучный и резкий свист, от которого начинающий прыгать Алим вздрогнул и шлёпнулся в воду едва ли не плашмя - шумно да с тучей брызг вместо чистого входа. Там отдыхали более старшие ученики, из-за полового смешивания стеснявшиеся загорать.
   - А ты, говорят, старшим целую лекцию баял почище самого Ирвинга. А о чём ты с ними разговаривал на самом деле, Искор?
   - О том, почему я отказался от синей мантии, - коротко и скучно ответил отрок. Йован кивнул своим мыслям и опять спросил:
   - А тебя правда запирали в гостевых покоях?
   - Я долго поправлялся от травм, случившихся по вине чуть не убившего меня храмовника, - честно ответил Искор с некоторой дрожью в голосе от всё ещё болезненных воспоминаний.
   - У-у-у, суки, - у Йована сразу пропало настроение, он с ненавистью харкнул.
   Дальнейший разговор не задался. Искор наконец-то решился и сам подошёл к костлявому ровеснику из новоприбывших, начав беседу с выяснения о проявлениях магии. Никаких взрывов или порч: у двух ребят после выпадения молочного зуба сразу же отрос стойко белый коренной, у трёх глаза поменяли цвет на голубой или синий, четверо подставились на различении цветных ореолов вокруг волшебных вещей, несколько хлипких на вид мальчишек умудрились в драке сломать соперникам кости, один подросток густо покраснел и проблеял про копну мелких кудряшек вместо прежде прямых волос на голове (как воспринял его ярчайшие мысленные образы сходу настроившийся Искор, это случилось при первом поцелуе с девочкой, у которой волосы наоборот выпрямились - они оба загремели в Башню Магов по наводке базарной бабки), а самый старший из прибывших Трантер, ровесник Йована, отличился на ниве ухода за мабари на псарне банна Тегана Геррина в городке Рейнесфир и выжил при столкновении со стаей волков, решивших покушать овечек в конце прошлого месяца.
   В палате больше не жили все те четверо, кто обещал Искору играть с ним в шахматы, а остальные ещё пока мало жаловали эту нудную игру интеллектуалов. Но плотно отужинавший мальчик не расстраивался, а вместе со всеми слушал истории Трантера о его деревенской жизни - как никак парень работал на брата самого эрла Редклиффа! Вопреки косноязычию рубаха-парень имел хороший голос и память на бардовские песни в хозяйском доме. Искору вспомнился бастард Алистер, которого эрл держал конюхом и позволял вдосталь возиться с собаками. Очевидная параллель подтвердилась интуицией, покамест ещё тренируемой на простые ответы в стиле "да-нет" и далеко не всегда срабатывавшей верно.
   А ещё в этот вечер Искора заела вселенская обида за поистине мировую несправедливость! Он и до того наблюдал через Завесу, но теперь видел воочию, как почти все "жилеточные старички" бравируют магией, вызывая виспов - крохотные белые шарики меньше перепелиного яйца по размерам весело искрили и переливались в качестве простеньких светлячков для игр или ровно горели для чтения книг прямо на своих кроватях. И храмовники совершенно не гасили эти заклятья!
   Долго россказни и песенки не продлились: новички из бедняков дорвались до еды, отчего быстро сомлели, носами заклевав и захлюпав. Местные старички разбрелись: грамотные решили почитать на ночь или порезаться в картишки, а неугомонные неучи выбежали играть в ляпы. Поэтому далеко не сразу случился ажиотаж вокруг тихони Искора, замершего на своей кровати бездыханной чуркой. Тревогу поднял сосед снизу: Трантер решил позаботиться о прикорнувшем соседе сверху и сказать, что все уже раздеваются и укладываются в постель. Вот вся мальчишеская палата и познакомилась с ключевой особенностью Искора. Как в воду глядевшая чародейка Леора вовремя подоспела и дала успокаивающие разъяснения, одним своим внезапным появлением смутив многих парней.
   - Учительница Эленай, как вы думаете, почему маги не следят за учениками из Тени? - Поинтересовался Искор, глядя на палату девочек сверху вниз, словно бы реально находился среди растений на потолке.
   - Редкие не-сомниари способны освоить искусство осознанных сновидений для выхода из своего сна в Тень. Насколько я знаю, так умеет старший чародей Суини, но предпочитает высматривать компромат на храмовников, едва ли заходя в этот край домена, - отозвалась Эленай, чья статуя за века чего только не наслушалась.
   За прекрасными в пеньюарах и без оных женственными фигурками отходящих ко сну учениц куда приятнее наблюдать, чем за ребятами, каждый вечер после отбоя открыто занимающихся рукоблудием под присмотром отряда похотливых храмовников, бьющих тех, кто смеет под одеялом заниматься магией крови. Однако сегодня первый вечер после крупного пополнения, и чародей Торрин на пару с Леорой присутствовал при укладывании спать новеньких да после дежурил до полуночи вместе с двумя храмовниками вместо излишнего отряда - знакомая всем Винн помогала адаптироваться новоприбывшим девочкам, за несколько дней перезнакомившимся в дороге, но точно так же распределённым по всей палате и потому хныкавшим перед сном. Так что со стороны всё выглядело прилично. Поскольку боевой маг специализировался на стихиях, а алеющая ушками чародейка торопливо закруглилась, Искор воспользовался случаем потренировать на ребятах навыки определения засыпания с переходом спящего в Тень - с девочками у него туго получалось.
   - Учительница? - Тут же спросил Искор, когда заметил необычную странность у эльфа Алима.
   - Вот так происходит переход в осознанное сновидение.
   - А почему не сюда, в сопоставленный домен?
   - Так действует естественный способ входа в Тень через собственный сон, - с едва заметным укором ответила Эленай, по-прежнему едва-едва двигающаяся.
   - А, точно, простите, иначе бы все кучей приснились друг дружке, - признал очевидное Искор. - Извините, а вы что-нибудь знаете об этом ученике - Алиме?
   - Он здесь с полных шести лет. Одарён с рождения в эльфинаже Джайнена и воспитан в церковных яслях близь Киркволла. В разговорах старших чародеев упоминалась фамилия Сурана.
   - Сурана, Алим Сурана... Эльф с чисто эльфийским именем Морской Долг и чуждой фамилией. Хм... - мальчик задумался.
   Он позволял себе быть при Эленай куда более раскованным, чем теперь с обитателями Башни Магов. Как говорится, чему быть - того не миновать. Совсем замыкаться в себе - это не дело, ведь так можно легко и быстро скатиться до звериной дикости, чахнущей над златом в забытой всеми дыре. И так хочется маму... И папу тоже...
   - Как посмотреть, - не сразу, но вдруг заметила Зиновия.
   Просиявший Искор её понял с полуслова и даже обеими ручками взялся за неё:
   - Алим Анарус? Ого! Получается - Морской Долг Кузена Длани. Но... Учительница Эленай, а можно кого-то через сон научить входить в сновидение осознанно?
   - Опытный сомниари может помочь, - многозначительно согласилась Эленай. Между прочим, весьма роскошная и привлекательная женщина, выглядящая моложаво, что для тевинтерского магистра означало реальный возраст далеко за пятьдесят.
   В её поверхностных мыслях Искор уловил нечто про родительскую связь. И сам дальше догадался о том, что кто-то из родителей подростка является сомниари. С учётом его эльфийской чистокровности это означало, что кто-то пробудился из Утенера. Память противоречила личному опыту, утверждая, что матери чрезвычайно редко отдают своих младенцев, а вот отцу зачать - пустяк вопрос. Особенно такому, что за сотни лет наделал десятки детей и понянчил праправнуков. Интуиция и текущее положение соглядатая подсказали - кто в здравом уме заподозрит младенца в шпионаже? Уж точно не позабывшие историю или утратившие знания. Хотя эта логика показалась Искору сомнительной: опытный сомниари вполне способен сам выяснить всё желанное ему через чужие сны вместо внедрения агента с пелёнок. В этом кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд и даже на второй.
   Искору захотелось приобщиться к древним эльфийским знаниям, но говорить об этом в период наставничества Эленай Зиновии - моветон. Тем более провидица сама увидит. Но сказать что-то надо. Мальчишеская душа почесала репку и выдала:
   - Учительница Эленай, когда я плыл на ялике из деревни Редклифф в Цитадель Кинлох, я забраковал Круг Магов в качестве дома и задумал задержаться в одинокой башне на год-два, а потом по стезе целителя задержаться в филиале в порту Джайнен. Мне очень хочется надеяться... на обнаружение там моего дома... но почему-то слабо верится... Подскажите, пожалуйста, учительница Эленай, там есть эльфийские руины, известные вам укрепления Тевинтера или иных?..
   - Образовавшие баннорн Недремлющего Моря аламарри строили много укреплений на островах: знаменитый замок Эремон является родовым гнездом местных баннов, расположен в центре острова Внутренний. Чуть поодаль на северо-западе Внутренний почти вплотную сходится с кратно меньшим островом Щитовой. На его восточном хребте Сторожевой расположена ветхая эльфийская башня, где в моё время разводили грифонов. Форт, порты и мосты Джайнена построены Империей Тевинтер на стыке двух островов Внутренний и Щитовой во времена Архонта Ванариуса Иссара, переносившего столицу из Минратоса в близлежащий Эмериус, ныне Киркволл. Посередине северной бухты Джайнена из воды высится Скала Цейрад с древним эльфийским маяком в виде вырезанной на макушке огромной чаши о двенадцати лепестках с вечно пламенеющим огненным столбом в двенадцать эльфийских ростов. Форт Джайнен на острове Щитовой занят Кругом Магов из Цитадели Кинлох во время Четвёртого Мора для защиты баннорна от разбоя дезертиров и оказания медицинской помощи беженцам.
   Мальчику вновь стало приятно на душе. Замечательная учительница рассказала побольше спрошенного. Супротив фанатично-религиозного Ригби или простушки Леоры. Если бы ещё только Эленай проявила волю и обняла мальчика, то он бы точно растаял и вновь стал улыбчивым и счастливым, как прежде. Оптимист прогнал печаль:
   - Спасибо. Учительница Эленай, пожалуйста, давайте сыграем в шахматы?
   - Шахматы? - С лёгким удивлением спросила Зиновия.
   - Ага, - улыбнулся Искор, пытаясь прогнать заразную ностальгию - по Скайхолду и Древню, Алистеру. - А потом посадим грядку Заклятье-цветов, - предложил мальчик, намереваясь в скором будущем таким образом выполнять своё обещание древесному духу, вернувшись к нему пусть не воплоти, а душой, но от этого не менее полной магии для озеленения замка на гигантском пне величайшего дерева. Искор уже подумывал вместо виспа вкладывать вовнутрь свою эссенцию с серебристо-зелёной магией, более лучшую, чем применял для отращивания корней памятной сосны, которую ему тоже хотелось проведать и погладить, попив вкусненькой живицы. Для этих тренировок идеально подходили водоросли. В общем, желанное обучение магии длилось всю ночь - каждую ночь.
  

Глава 5, принятый.

  
   - Ты пишешь, Искор? - Оборвалась учительница, наконец-то заметив. Раздалось несколько смешков.
   - Пишу.
   - Без чернил? Где твои чернила, ученик? - Требовательно спросила женщина, тиская мелок. Сидящий слева Финн лягнулся, чуть пододвинув свою, хотя Идрик справа ещё в самом начале урока предложил другу макать перо в его чернила.
   - Они были вылиты, сеньора Демельза, - с горестным выдохом констатировал отрок. Ещё несколько детей прыснуло в ладошки или кулачки.
   - Так иди и налей! - Повелела учительница, нервничающая из-за сидящих за длинным столом трёх с лишним десятков разновозрастных учеников, которым следовало вдолбить основы письменности.
   - Не я вылил, не мне и наливать, - заупрямился Искор, не став выдавать желавшего выделиться Анейрина, ночью вылившего на Чурку весь пузырёк любимых им синих чернил, вот только дурак не рассчитал, что в том состоянии лицо объекта окажется гидрофобным, а испачкать запасную форму в тумбочке вредитель не подумал.
   - А учиться писать за тебя тоже будет кто-то другой, Искор? - Уничижительным тоном да под открытый смех некоторых мальчишек, видевших "позорное" пятно чернил в паховой области бридж, в которых спал Искор, никогда не раздевавшийся перед сном и не расправлявший свою постель да почему-то при этом не мявшийся.
   Хотя мальчика подмывало похвастаться и породить восхищение им вместо смеха над ним, Искор виновато опустил очи, высасывая незаметные простому взору дорожки магии с серого листа бумаги незнамо какой по счёту переработки. Но уже через пару мгновений пепельноволосый отрок едва сдержал улыбку, выбираясь из-за стола.
   - Эй, чернильницу возьми! - Крикнула вдогонку сеньора Демельза, но сорванца уж и след простыл, и теперь многие смеявшиеся издали горестный вздох, а некоторые умники измыслили завтра намеренно вылить свои чернила и законно сбежать с урока.
   Быть как все - жутко напрягало Искора. Он уже вполне сносно читал и писал на общем и воспроизводил тексты по памяти на других языках. Синие чернила позволяли скрывать тонкое оперирование магией, выводимой через перо: сперва каплями, потом тоненькой струйкой, скоро ниткой, ещё впереди ожидала покорения толщина в волос - достижение в следующем году паутинного идеала лишь грёзы.
   Тихонько пробежав близь стены, малец сразу же юркнул налево. Интуиция сказала - да. И теперь Искор наблюдал зримое подтверждение этому - никого не видно. Тотемист ловко скинул жилетку, пропитанную инкарнумом, который только и оставалось сформировать в плащ-невидимку да набросить на плечи, скрываясь. Он едва успел, как мимо него пробежал Трантер. Искор не позволил себе отвлечься, а подал другую эссенцию души в улучшенную инкарнумом обувь и закрепил её на вторичной чакре: воздух вокруг ног взвихрился, во всём теле появилась лёгкость - туфли воздушной акробатики были норовистей ботинок водной прогулки. Только аккуратно взобравшись по воздуху на просторы выше книжных стендов, мальчик позволил себе перевести дух и, как на коньках, скользнул обратно в библиотеку. Урок мог бы оказаться сорванным, но лишь Трантер догадался, как "случайно" пролить чернильницу-непроливайку, чтобы тоже сбежать.
   Искор тихонько пролетел по библиотеке замысловатым курсом. Отрок при помощи ясновиденья и логики вычислил книги, ложащиеся на полки, когда альковы оказываются "занятыми" - в четырёх углах стенды стояли выпукло, а не в точности вдоль стен с какой-нибудь партой у колонны. Показанный Эленай Завесный Огонь от Заклинание-виспа помог Искору определить руны, как оказалось, в большинстве повторявшие шахматные: благодаря им книжные полки неслышно двигались, открывая проходы. О, с обратной стороны тоже имелись полочки, только узенькие - это для установки книг лицом к лицу вместо корешков к читателю. Запрещённые Церковью исторические летописи, труды по астрономии и нумерологии, математический анализ и введение в бухгалтерию. В общем, материалы для продвинутых. Обе перегородки, составленные из книжных стендов и делящие библиотечный зал на три секции-класса, тоже обладали рунным механизмом - для поворота вокруг оси другой стороной, где среди стандартных учебников оказывалась дополнительная литература.
   Впрочем, альковы зачастую использовались для занятий не книжных, а сексуальных. Вот и сейчас в одном углу раздевшийся наставник самозабвенно лизался с голым Андерсом, в другом же грубо нагнули с приспущенными штанами и наказывали Анейрина в качестве действенной стимуляции к изучению этим строптивцем заклинания Лечение, в двух оставшихся с упоением трахались обнажённые маги и старшие ученицы. Места не много, зато уроки в библиотеке длинные и магия гасит звуки. Ещё по паре мест для уединения имелось в книжных тупичках перед залами артефакторики и алхимии, а также, как в насмешку, в молельне как раз за стендами, забитыми Песнью Света. Эти альковы тоже не простаивали пустыми. Храмовники за столько-то лет сожительства наверняка знали об этих тайничках, но делали вид, что не замечают, как маги особо не возникали, когда старших учениц и учеников уводили в один из покоев в холле для "бесед" или на офицерский этаж. И видимость приличий как бы соблюдена. При всём при этом, и у храмовников в их внешнем ободе, и на этаже у магов имелись секции, куда они легально заходили для интимных занятий между собой или с усмирёнными. Весь этот бедлам с учениками творился из-за отсутствия приспособленного для обучения корпуса с классами да индивидуального допуска к Истязанию вместо конкретного и единого для всех возраста экзаменов на владение магией. Всё с явного попустительства Церкви, морально разлагавшей и сталкивавшей обе ненавидящие друг друга стороны для удержания своей власти над ними, на самом деле являющимися намеренно противопоставленными представителями двух путей развития пользователей магии. Конечно же, считается ересью, что инициировать можно любого, хотя всё дело тут лишь в целесообразности вложений на обучение.
   Понимая одинокого волка Анейрина, тяготящегося взаперти Башни, незримый Искор встал у полок, сосредоточился, отрешился от происходящего и простёр тотем за преграду. Крови там хватало, чтобы попрактиковаться в преподаваемой Эленай теории. Одному раздуть мысль, что способ верный. Второму дать ощутить лечебное воздействие и сделать навязчивой его собственную бредовую мысль о том, что учитель так подсказывает ему правильное применение магии для самолечения. Затем Искор стал тренироваться в удалённом лечении сквозь преодолимое препятствие. Противно? Цинично? Привереды остаются неучами. Всего пять минут растянутого воздействия, и вот уже всё залечено, довольный наставник смягчился, и Анейрин неожиданно для себя словил удовольствие от процесса. Ещё через пару минут анонимный помощник поспешил прочь, напакостив тем, что раздул у человека идею вот прямо сейчас раздеться и поменяться ролями с хорошеньким учеником в качестве поощрения, а эльфа утвердил в продвинутой идее отомстить взрослому за своё поругание раздавливанием ему яиц во время оргазма. Никакой отсебятины - слишком рано на такое замахиваться, да и теперь получилось только из-за скачущих мыслей и зашкаливающих эмоций у этих двоих.
   Пыль со стендов регулярно "снимали" практиками заклятья Каменный Доспех, но всё равно Искор не стал рисковать задеть ветерком от ног ни залежи пыли, ни страницы открытых книг, ни дрожащие как перед припадком свечные язычки. Отрок легко поднялся к самым витражам, разрисованным морозом. Где-то там снаружи синие мантии отрабатывали бытовое заклинание Обогрева и боевое заклятье Зимней Хватки, намораживая крепкий лёд для очередных забав с катанием на коньках. Через месяц всё озеро само обледенеет, как говорят местные, но снега наметёт по первую террасу и морозы станут трескучими, чтобы совать на улицу нос из цитадели, где круглый год температура сохраняется на уровне четверти шкалы от точки замерзания до точки кипения воды.
   Трантер благополучно "потерялся" на втором ярусе. Искор решил, что вместо его поисков куда интереснее продолжить изучение замысловатых лириумных глифов, каким-то образом внедрённых эльфийскими мастерами прямо в каменные площадки дюжины колонн в центральном круге башни. Гигантский вес циклопического сооружения поддерживался силой магии, в мизерном масштабе используемой для волшебного перемещения шахматных фигур по рунической доске. Поэтому гравитация под сводами оказывалась такой, что Искор летал с минимальными усилиями, а выпущенные книги медленно опускались вниз чудными бабочками или пёрышками. Вот только лириум внутри камня был какой-то странный, и дело даже не в переливах транслируемой им двенадцати аккордной мелодии, а в том, каким этот материал подвергся изменениям, когда Завеса заперла магию в Тени. Или же надо смотреть под другим углом - как изменилась кровь Титанов после Занавешивания магии в Тени? Одни вопросы...
   Внезапно Искора, сидевшего в позе лотоса на макушке одной из колонн прямо напротив дежурной пары храмовников у лестницы, посетило видение настоящего времени.
   "Отряд храмовников во главе с лейтенантом в знакомых латах сбросил меховые плащи и отделился от санного обоза, атакованного разбойниками. Один из лыжников оказался беглым магом-отступником, перегородившим накатанную дорогу заклинаньем Ледяная Стена. Длинные лыжи в пару ярдов против коротких скользилок в пару футов. Снега ещё мало насыпало, потому храмовники почти не отставали, широким веером прижимая жертву к скалам. Но вот обступленный со всех сторон малефикар совершил, казалось бы, самоубийственные поступки: выстрелил из ледяного посоха в нависшую на скале снежную шапку и сам себя заковал в глыбе льда - внутри заклятья Ледяной Круг. Сошедшая на него лавина погребла под собой и всех преследователей - прямо на глазах оторопевших обозников, чем тут же воспользовались напавшие, подавив всё сопротивление. Чудом поток снега и камней пронёсся мимо каравана саней."
   Всё, как учила тевинтерская провидица Зиновия. Ученик искренне и ярко пожелал - осветить перспективу. Мана вновь резко убыла и потекла ко дну, зато Искор увидел череду образов и ощутил поток знаний:
   "Горное племя авваров, а это именно они напали на обоз, вырезает всех аламарри, раздевает их до исподнего и готовится к отбытию вместе с трофейными санями и продовольствием на них. Увидел Искор и то, как легко выбирается из-под снега отступник. Словно породистая ищейка, богато одетый маг отыскал и при помощи простых заклятий Снежной Ямы откопал всех храмовников - соратники обобрали мертвецов до трусов и точно так же кинули в снегу с распоротыми брюхами на поживу волкам. Как и ожидалось, лейтенант Чилтон благодаря своим доспехам оказался единственно выжившим. Пленённого снежными пластами сравнительно легко вырубили, извлекли бесчувственное тело, раздели донага. С пришедшим в себя Чилтоном авварры откровенно позабавились, со всех сторон метая в него снежки разной степени твёрдости, пока кружащий волком отступник с промёрзшим смехом провоцировал. Лейтенант ни разу не дал осечки, отбив штук пять всяких заклятий, но когда один аввар прекратил дурачиться и метко угодил плотным снежком в пах, вот тогда скрючившийся Чилтон пропустил - корка более мощного заклятья Ледяной Хватки зафиксировала его в позорной позе. Заваливающийся храмовник успел избавиться от магии до того, как разбился бы при падении. Но холод его доконал, мужчина слишком вяло пытался блокировать издевательски хохочущего отступника, потыкавшего острым верхом посоха в несчастного храмовника, прежде чем ожесточённо отпинать его, с остервенением вымещая всё зло за "башенную тюрягу" и "беседы по душам". Вслед за магом ещё несколько разбойничьего вида людей милостиво одарили избитого и окровавленного Чилтона теплом - своей мочи. Напоследок отступник применил на полумёртвом человеке добивающее заклятье Оледенения - аналог Окаменения..."
   Искор на этом моменте не смог сдержать эмоции. И видение тут же погасло. Ошеломлённый жестокостью отрок завалился на спину и не сверзился с колонны только благодаря временно превращённым в артефакт туфлям воздушной акробатики.
   Канителиться было нельзя. Мысленно возблагодарив сеньору Демельзу за подход к наказанию всех за проступки двоих, невидимый Искор плавно спустился между стендов внутренней стенки библиотечного залища, прижался к громаде колонны, вобрал все эссенции и привычно вогнал себя в транс, помогший застыть древесно-металлической статуей, шанс обнаружения которой в ближайший час оказывался ничтожно мал. Прекрасно помня ощущения портала, душа Искора благополучно покинула бренное тело, перейдя в Тень, минуя Завесу, но именно туда и сместился мальчик, по зелёному коридору покинув пределы Цитадели Кинлох.
   Ещё пока не рискуя телепортироваться на длинные дистанции, драконий отрок оставил слева ориентиром лишь зримый отовсюду Чёрный Город, как ныне звался сей объект в небе Тени, а справа стал вглядываться вдаль драконьим зрением - серией из десятка с лишним телепортаций примерно по десятку миль в каждом он за полчаса достиг места побоища. Единственное, что в чём точно был уверен Искор, так это в своём переходе в мир дремлющий, как тут звали Прайм или Тедас, и в миг применения заклятья Оледенения пожертвовал свою двойную эссенцию из тотема, распределив в сердце и мозг и тем самым усилив действие чужой магии для сохранения тела.
   - Да брось ты трупешник, окочурился же, - кинул вожак группы авваров в выбеленных волчьих шкурах, издали напоминающих ходячий сугроб.
   - Нет, - с явной неохотой ответил отступник, озадаченный тем, как долго длится его заклятье и что оно обрело свойства Ледяного Доспеха, делавшего самого мага похожим на ледяного человека. - Заказали с гарантией...
   Маг был опытным и чувствовал душу в теле, а потому колебался, пока не смекнул попросить жахнуть по шее: дварфская секира ровно отделила голову, которую отступник пнул с огромнейшим удовольствием - душа Чилтона вырвалась в Тень.
   Схоронившаяся в Завесе душа Искора пыталась экстренно соображать, как теперь быть. Не стоило вообще лезть сюда без умысла спасти Чилтона, как уже выяснил Искор, при неуставных отношениях одним кулаком в латной рукавице смявшего забрало того рядового, что размазал детскую душу по стенке.
   Когда сани перевалили через холм, скрывшись из виду, Искор вышел ко всё ещё обледенелому трупу. Создав из инкарнума правую перчатку и в левой руке сделав зеркальный платок-невидимку, мальчик аккуратно вернул голову и соединил с шеей, при помощи инкарнума и заряженной серебром эссенции слепив, как было, после чего подобрал ещё одну деталь, так же вернул на место и развеял собственные эссенции души в чужом теле - заклятье сразу спало. Аккуратно уложив хладный труп на спину и произведя мощное целительское воздействие, убравшее все телесные повреждения, выдохшийся Искор вернулся в Завесу для новой медитации по сбору магии.
   После обдумывания той встречи с Ирвингом в гостевых покоях, драконий отрок начал по ночам после занятий с Эленай Зиновией тренировать превращение в драконов - стального и мифрилового. У отцовского наследия крылья напоминали веер из мечей, что давало повод к ассоциации с големом-конструктом и возможность отмежеваться от проклятой семёрки древних богов. Чтобы выглядеть солиднее и взрослее, Искор перед превращением потратил время на формирование полного драконьего доспеха из инкарнума, но только часть привязал к чакрам: поножи, наручи, штаны, нагрудник, наплечники, шлем. В итоге получился по-юношески выглядящий самец с конскую холку в плечах - совершенно мелковатая особь по сравнению с многократно большими габаритами архидемона из осквернённого древнего бога-дракона Думата, начавшего Первый Мор и поверженного в юность Эленай Зиновии.
   - Чилтон.
   - Чилтон!
   - Чилтон!!! - Рявкнул-рыкнул Искор, с третьего раза сумев призвать из Тени конкретную человеческую душу.
   - Ч-что... к-как... - белёсо-прозрачный человек шокировано замер перед своим телом, насквозь пропитанным нейтрально-аморфным инкарнумом.
   - Ты убит, но не умер, - произнёс металлический голос. И совершенно зеркальный дракон пошевелился, тем самым став заметным для близко стоящего. Искор насытил шкуру магией так, чтобы та едва-едва засветила призрачно-голубым.
   - Дракон! - Без заиканья выдохнула поражённая душа Чилтона.
   - Дракон. Говорящий. Мирный. У нас мало времени, Чилтон. Ты жить хочешь?
   - Я не заключу сделку с демоном! Проваливай! - Тут же набычился мёртвый храмовник, приняв боевитую позу.
   - Демоны захватывают тела, глупый, мы не в загробном мире, а наяву. Прикоснись к своему телу и сам всё поймёшь, - дракон чуть посторонился.
   - Ага, так я тебе и поверил, лжец! Ты не оставляешь следы на снегу, а мой труп ц-целый!.. - Уличил Чилтон, ткнув кулаком под ноги и на свой коченеющий труп без единого следа садистских измывательств.
   - Сочту за утвердительный ответ, - известил зеркального вида дракон.
   Посредством тотема Искор слил в тело обе протезирующие эссенции, отчего оно порозовело, а потом серебряной магией подал импульс в сердце, топорно запуская. Человеческая душа дёрнулась, впившись взглядом в родное тело, рефлекторно сделавшее вдох. Дракону было крайне любопытно наблюдать и ощущать связи души и тела, оставалось жалеть об отсутствии ещё не отработанного истинного зрения.
   - Надеюсь, Чилтон, ты понимаешь, что с прежней жизнью покончено?
   - Нет! Хватит меня мучить! Убирайся, демон! - Пытался храбриться мужчина, преисполнившийся сомнений.
   - Ты бы хотел избавиться от лириума в скелете?
   - Да подавись, ты, ***, изыди!!! - Он попытался применить знаменитый очищающий удар храмовников, но вышел пшик.
   - Сочту за отрицательный ответ. Поскольку ты хочешь жить, но сотрудничать отказываешься, то не обессудь, - произнёс Искор скрежещущим драконьим голосом. не обращая внимание на словесные конструкции Чилтона, дракон стал пояснять свои действия: - Отступник Калдер принял заказ на тебя, Чилтон. Тебя подставили, целенаправленно выследили и ликвидировали заклятьями мага. Поэтому: из брюнета во вьющиеся блондины, из кареглазого в голубоглазого, горбинка на носу и ямочка на подбородке, брови светлее и сведённые на переносице, родные зубы лучше протезов, без мимических морщин вид моложе, кисти рук у юношей изящнее мужчин, карта родинок и шрамов у каждого своя, без лишних татуировок, узел на пупке по-имперски, причиндалы отвесить и растительность проредить. Теперь совсем другой вид, почти юный. Так тебя не узнают, пока язык не распустишь. Да, голосовые связки надо тоже подправить - отныне будешь с лужёным басом. Без ничего ты не выживешь. Хватит правого наруча: согреет в лютый мороз и подпалит мозги волку, если вцепится. При снятии или через два дня этот артефакт исчезнет. Ну как, нравится?
   - Именем Создателя, изыди, демон! - С долей панической истерики надрывался Чилтон, хорошо вышколенный Церковью, но против дракона с кулаками не попрёшь, потому воин только и мог провоцировать словесно. Не о такой Тени ему толковали.
   Искору стало обидно, но не смертельно, ибо имел понимание. Он был готов и просто так спасти Чилтона - чисто из заклинательной практики, как "синие мантии" на кухне вспарывали рыб и заживляли их в тренировках заклинания Лечение перед окончательной разделкой и поджариванием филе на ужин. Приживить обратно голову - это вам не заплатку на локоть пришить! И если бы не ровный срез от зачарованной секиры, то демона лысого бы что у Искора получилось. Ну да, драконье зрение плюс ещё содержащаяся в теле кристаллическая магия совершенно упростили метаморфизм и помогли зафиксировать косметические изменения внешности, включая исправление профессиональной деформации рук под щит и меч. А ещё полное отсутствие сопротивления, инстинктивно оказываемого душой и сознанием. Со стороны просто, но не даром целитель был почти неподвижен и невозмутимо спокоен при разговоре - концентрировался на задаче. Вдобавок, Искор на собственном опыте убедился, что не просто так в прошлом мире процветала сакральная магия, воздействующая на уровне души для исцеления более грубых материй бренной плоти. За это было не жалко эссенций души, на естественное восстановление которых уйдёт несколько ночей - из здравых соображений тотемист решил отложить более плотную работу с субстанциями из Тени на годик, минимум до лета.
   Дракон не знал, зачем бы ему ещё понадобился убитый храмовник. С большим успехом можно было бы оживить более сговорчивых простолюдинов, но все они незнакомцы и видение пришло именно о Чилтоне в главной роли. Искор решил взять время на обдумывание, а на прощанье для большей доходчивости перефразировал только что по случаю припомненную поучительную историю:
   - Я расскажу тебе побасенку, Чилтон. Тонет как-то в море корабль. В его вороньем гнезде сидит смотровой, так и не научившийся плавать, зато зоркий и не боящийся высоты. "Спасаемся, смотровой, слезай!" - кричит ему капитан. "Меня Бог спасёт!" - отвечает тот. Проплывал мимо другой корабль, и оттуда тоже кричали, предлагая бросить верёвку во спасение, но ответ всё тот же: "Меня Бог спасёт!" Корабль затонул почти по самое воронье гнездо, как мимо проплыла рыбацкая лодка: "Перелазь ко мне, товарищ, я спасу тебя!" Но в ответ: "Меня Бог спасёт!" Так и утонул смотровой. "Я в тебя истово верил, Бог, а ты меня не спас, лжец!" - гневно гавкнула душа, когда предстала пред Богом на Последнем Суде. "Я трижды посылал тебе спасение, смертный!" - в ответ на поклёп рассердился Бог и прихлопнул непутёвое создание. В общем, Чилтон, я вернусь к тебе этой ночью. Человек - поблагодарит, зверь - облает, демон - атакует. Кто ты?..
   И дракон сдвинулся в Завесу, успев заметить в чужих мысленных образах всполохи марева призрачно-зелёного цвета. Трансформировавшись обратно в отрока-полуэльфа, Искор душой привычно уже всплыл в Тень, сосредоточился на материальном теле, ощутил тонкую связь и одним махом вернулся в родную тушку, при пробуждении чихнувшую от пыли.
   Решив более не искушать судьбу, беглый ученик вместо плаща-невидимки воспользовался жилеткой-хамелеоном, сделавшей всего отрока почти не отличимым от колонны или стенда - смотря как глядеть. Влив в паучью рубашку пару эссенций и привязав к тотемной чакре с духом паука, Искор залихватски заполз по колонне до уровня стендов. Ему повезло - Трантера ещё не выловили и не пнули возвращаться. Учащийся на оракула аккуратно стёр пыль платочком из инкарнума и устроился на книжном стенде, свесив ноги. Сосредоточившись, Искор направил своё ясновиденье на предмет вектора к приятелю, как не раз уже тренировался ранее, пользуясь тем, что хорошо изучил душу Трантера и его магию просто потому, что они оба все ночи подряд проводят на одной двухъярусной кровати. Это не только тренировало способности, но и помогало отстраниться от "маленького" приключения, мысленно возвращаясь на бытность простым учеником, ага.
   Где-то через четверть часа старший чародей Абернат обратил внимание на непорядок. Вскоре и Искор заметил Трантера, щеголявшего раскрасневшимся ухом.
   - Пс-с! - Шикнул сверху Искор, выловив соседа почти у самой секции. Благо храмовники стояли за спинами учителей у внешних стен! - Пс!
   - Э...
   Никаких других звуков тот не успел произнести. Искор удовлетворил свою потребность хотя бы в одном восхищённом взгляде, вытаращившимся на спланировавшего сверху тощего другана.
   - Чего вылупился, Трантер? Надо в шахматы играть, тогда тоже так научишься, - заговорщически подмигнул Искор, желая себе живого партнёра, у которого он может выигрывать, а то Эленай будет ещё вечность его обыгрывать!
   - П-правда что ли?
   - Они же волшебные. Надеюсь, друг, ты и для меня прихватил чернильницу? - Прошептал Искор, хотя по оттопыренному карману и так заметил.
   - Ага! А ты туда по какой лестнице забрался, Искор? - Более высокому Трантеру приходилось скрючиваться, чтобы тихонько общаться с низкорослым другом.
   - Шах-ма-ты, - похлопал по плечу каверзно улыбающийся Искор, который сам ещё пока не решался скакать кузнечиком, создавая на подошвах соответствующий рунный глиф. - Давай, я нас отмажу, - протянул он ладошку.
   - Лады, - согласился Трантер, как и все, уже знавший, что Искора направил в Башню Магов лично эрл Эамон, и данный этим фактом авторитет Серый старательно поддерживал, преумножая лишь у трёх ребят, которых называл друзьями.
   - О, никак наши всезнайки вернулись? Не запыхались, бедненькие? - С едкой участливостью поинтересовалась сеньора Демельза. Все корпевшие за каракулями ученики стрельнули угрюмыми взглядами и громко засопели.
   - Сеньора Демельза, но ведь вы сказали "так иди и налей", но "как" именно это делать вы не пояснили, однако мы сумели это сделать и вот полюбуйтесь! - Преувеличенно бодро ответил Искор, победно показав полную чернильницу и сжав ладонь мнущегося рядом Трантера, тоже приподнявшего свою.
   - Вижу-вижу, любовнички, - легко нашлась с ответом учительница. Трантер мигом стал помидором, Искор только ушками очаровательно покраснел. - И что же вы, позвольте узнать, так долго делали?
   - Мерились, - нашёлся находчивый Искор, заострявший ум и миловидность.
   Заалевшие девчонки прыснули со смеху, а свекольный Трантер больно сжал кисть предателя. Искор был доволен, что сеньора повелась, втянувшись в разговор.
   - Чем же? - Свысока смотрела рыженькая и веснушчатая женщина, хотевшая дать одним детям расслабиться, а других вывести на чистую воду и примерно наказать, лишив катания на коньках, как минимум.
   - Каплями. По одной за каждый день пребывания тут, - сказал Искор, прикинув, что количество по их возрастам просто не влезло бы в пузырьки.
   - У Трантера явно больше, - посерьёзнев, сурово произнесла сеньора. Самым озабоченным оказался храмовник.
   - Так это штрафные с меня за мой непоколебимый сон, - правдиво соврал мальчик, научившийся при вранье не моргать и глазом.
   - И сколько же капель отмерили? - Решила додавить учительница за ложь.
   - Мы с другом вместе тут уже сто девять дней, считая этот, - сходу ответил Искор календарную истину.
   Пепельный котелок отлично варил! Сделал пакость - сердцу радость? Скорее разделил горе каждого на всех, проявив и облегчив страдания да чуточку сплотив коллектив. По нескольким всхлипам и общей реакции класса сеньора поняла, что облажалась, наступив на больную мозоль детей, оказывается, считавших дни пребывания в отрыве от всех родных и знакомых...
   - Сеньора Демельза, прошу прощения... Пока от столь обожающего внимания девочек Трантер совсем не оконфузился, выронив и разбив чернильницу, разрешите нам вернуться к уроку, пожалуйста.
   - Садитесь уже и пишите с доски, охламоны, - хмуро бросила сеньора, не став наказывать.
   - Да, сеньора Демельза.
   Искор чуть хрустнул кистью оробевшего Трантера и отпустил его, быстренько вернувшись на своё место между Идриком и Финном, с которыми не один вечер пролежал в их кроватях ради практики чтения и переводов, как с людского и эльфийского, так и со взрослого на детский.
   Как говорится, на обиженных воду возят. Поэтому после совместных раскладываний лекарственных гербариев Искор с Идриком помогали неуклюжему Финну держаться на коньках, втроём отбыли наряд Трантера по мытью посуды после ужина и в награду выцыганили у заведующего кухней Аберната несколько сочных и сладких жёлтых слив. Старший чародей сжалился над Идриком, сумевшим удержаться от приворовывания изюма - в итоге с просьбы одного всем троим милым мальчикам разрешили взять по горсти лакомства. Перед сном друзья за просмотром красочного учебника по геральдике назло Трантеру чавкали изюмом на кровати Искора, кем-то уже перестеленной на чистое вместо испачканного чернилами. Впрочем, восемьдесят три других ученика создавали такой гвалт вопреки всей магии подавления эха, что чьё-то жевание совершенно терялось.
   Искор испытывал счастье, что Идрик и Финн благожелательно приняли его в свою компанию, а главное вовремя - до кем-то по осени оплаченного пополнения по примеру эрлинга Редклиффа, что практически удвоило численность учеников обоего пола, нагрузив учителей по самое не могу - немногочисленных синих мантий даже перевели заниматься в подвал вопреки находящейся сразу напротив входа двери в хранилище крови, теперь круглосуточно охраняемое пятёрками храмовников, численность которых осталась на прежнем уровне, а потому днём на ученическом этаже их количество резко поубавилось.
   - Эй, слезь с меня, - недовольно пихнулся эльф.
   - Есть три темы, Алим... Анарус, - прошептал на ухо Искор, забравшийся на спину Алима, читавшего дварфскую книгу по гидравлике. Йован в этот момент отошёл.
   - Говори, - процедил подросток, оцепеневший от того, кто и как его уличил.
   - Я хочу учиться с тобой, будучи в Джайнене. Синие мантии учатся в Подвале, пока гостевые покои не переделали в классы. Мне не с кем по нормальному играть в шахматы, - быстро прошептал Искор свои намёки и пожелания. Умный разберётся.
   - Чем это вы тут занялись? - Идрик свесился со своей второй полки позырить на необычное поведение друга.
   - Пробую по-хорошему уговорить поиграть со мной. В шахматы, - хитро улыбнулся Искор и подмигнул другу.
   - А-а...
   - Я согласен, - процедил Алим, якобы шуточно припёртый к стенке.
   - Здорово! - Тут же повеселел Искор, отвалив к себе.
   После отбоя, не меняя распорядок, повторявший таковой у патрульных, Искор душой скользнул к статуе Зиновии, привычно отрабатывая на ней пропитывание инкарнумом и эссенциями энергий душ из Тени. Как обычно, череда её лекций по истории с магией завершилась практикой бытовых заклинаний для штопанья, стирки и сушки-глажки белья, мытья полов и посуды, уборки пыли и паутин, которые Эленай не избежала при обучении в раннем детстве. Время быстро пролетело.
   - Кукуешь? - Участливо обронил дракон, предварительно как следует рассмотрев феномен влияния изменений бренной плоти на облик души.
   - Гх! - Душа скорбящего Чилтона от неожиданности вздрогнула и по старой привычке подавилась воздухом. - П-простите, г-господин д-дракон... Ум-моляю, ож-живите м-меня, - заикаясь, вымолвил зеленоватый призрак с подранной левой рукой, как у трупа, погрызенного волками, одного из которых Чилтон успел приголубить сам, а второго поджарил, подставив под укус наруч, который закономерно исчез в момент выхода души из умершего тела.
   - Ты мне задолжаешь уже две жизни, человек, - заметил дракон всё такой же на вид зеркальный и чуть-чуть светящийся призрачно-голубым.
   - П-простите, г-господин д-дракон... Ум-моляю, ож-живите м-меня, - молитвенно повторил Чилтон, преклонившись.
   - А как же служение "Maker"? - Искренне поинтересовался дракон.
   - Та-ак вы-ы н-не Его-о?..
   - Я свой собственный. Для сведения: не имею отношения ни к "Maker" Завесы, ни к эванурисам, ни к богам-драконам, ни к спиритам.
   - П-пож-жал-луйста-а... ож-живи-ите... - цеплялась душа за шанс.
   Драконий отрок доподлинно знал о перерождении душ и бессмертии духа, а эта человеческая особь... Страх смерти затмевал собой всё и вся. Чилтон не успел пожить своё и смириться с неизбежным - храмовника убили в зрелом возрасте, в самом соку. Искор боялся боли - как же иначе? Все боятся. Но этого человека сперва зверски избили до смерти, а потом погрызли из-за его собственных сомнений, отчего агония второй смерти второй раз за день длилась очень долго, однако считанные часы вместо лет или десятилетий, как если бы его душа угодила к демону, устраивающему грешникам филиал Ада. Чилтон пребывал в отчаянии, цепляясь за свою человечность.
   - Ты просрал мой артефакт, человек. Какой толк тебя оживлять, если без тепла ты вновь окочуришься? И ты теперь не душа мученика, а призрак замученного. Зачем тебе жить? - Пытливо спросил дракон, старательно давящий свою человеческую часть.
   - М... мог-гу ва-ам слу-ужить, - выговорил подранок, которому хватило ума сопоставить месть и демона, в которого он сам может превратиться. Уже начал.
   - А можешь и не служить? Или предать во имя своего "Maker". Пожалуй, это мне следует попросить у тебя прощение, человек, за твой возврат с пути души обратно на грешную землю. Извини меня, Чилтон, - сказал дракон. - В счёт своего эгоизма я исцелю твою душу. Встань смирно, - повелел дракон. Чилтон поспешно поднялся, просительно глядя взглядом побитого щенка.
   Дракон обошёл его и со спины под озвученным предлогом применил сперва Залкинание-цветок, как учила Эленай, чтобы восполнить силы, а затем добавил чисто свою серебристую лечебную магию. Тотемная чакра и драконье зрение помогли всего за четверть часа справиться с нетривиальной задачей возвращения душе прежней чистоты и целостности - шикарный опыт для выбранной профессии спиритического целителя! Мученическое выражение лица пациента сменилось умиротворённостью. А потом Чилтон удивился, когда глянул на свою руку и увидел прежнюю конечность - Искор вернул душе её родную человеческую внешность.
   - Вот твоя пуповина с бренным телом, - дракон сумел проявить оную. - Порви и двигайся прежним маршрутом, непутёвая душа.
   - Спасибо...
   Потративший много магии и погасший Искор-дракон так и замер поодаль, желая воочию пронаблюдать отлёт души после смерти. Однако Чилтон не спешил уходить.
   - Господин Дракон, вы ещё здесь? - Осторожно спросила человеческая душа.
   - Да, - отозвался дракон, оценив мужество и выдержку лейтенанта Чилтона.
   - Зачем?.. - Многозначительно произнёс человек с прояснёнными мозгами. Чилтон бережно держал пуповину, медленно и постепенно блекнущую.
   - Любопытно проследить твой путь, - честно ответил дракон.
   - Простите, Господин Дракон, зачем вы меня оживили в первый раз? - Сформулировал он уточнение, дрожа осиновым листом на ветру, но сказывалась воинская выучка. Чилтон в полной мере осознавал, чего ему стоит самообладание перед драконом, зрящим в душу. Какая тут выволочка перед Грегором?! Несравнимо! И жить хотелось жутко, и не осрамиться вновь...
   - Считай это прихотью, - отмахнулся Искор-дракон от объяснений. Один из уроков тевинтерской провидицы Эленай Зиновии посвящался запоминанию и последующему обдумыванию собственных переживаний и эмоций, скрывавших пришедшие из подсознания подсказки на счёт происходящего - этап обучения ясновиденью и познание самого себя.
   - Я... - он хотел продолжить, что не понимает, но сглотнул и сказал другое: - мне нечем вас отблагодарить, кроме души и службы.
   - Мне достаточно слов и выхода на путь к твоему "Maker", - снизошёл дракон.
   - Благодарю... Молю вас, Господин Дракон, я хочу жить, - Чилтон вновь преклонился, не позволив дрожащему голосу заикаться и сохранив достоинство.
   - Будешь служить двум?.. - Подвесил вопрос Искор-дракон.
   - Исключительно Вам, Господин Дракон! Я... На пути к Создателю я растворялся... словно шёл в небытие... Я так испугался, что принял Вас за демона, пожирающего меня в своей тёмной ловушке. Умоляю, простите меня! Клянусь, во веки вечные я буду служить верой и правдой Вам и только Вам, Господин Дракон!
   Порывисто говорил мёртвый храмовник. Слова? Мысли? Образы? Чувства? Жесты? Мимика? Не только и не сколько звуки - комплексное выражение, а не один слух.
   - Человек, у меня встречный вопрос - зачем? Зачем ты мне сдался?
   - Я... умею сражаться... - даже как-то растерялся Чилтон.
   - Это умение тебя не спасло. Дважды, - педантично заметил дракон.
   - Я... всё готов сделать! Всё исполню, научусь и сделаю. Умоляю...
   - Даже родишь?
   - Э... Превратите в самку и рожу! Так точно! Всё, что Вам угодно, любую Вашу прихоть... - слёзно просил мужчина. - Я... для Вас на всё готов, ради жизни.
   - Так для меня или ради жизни? Я ведь уже один раз тебя оживлял... - глубокомысленно напомнил дракон, едва сохранявший своё хладнокровие.
   - Из прихоти, - спустя долгую минуту нашёлся Чилтон. - А теперь я сам вручаю Вам свою жизнь, Господин Дракон!
   - Вручаешь или продаёшь?
   - В-вручаю... Я дарю всего себя Вам, Господин Дракон! Ваша воля - моя воля...
   - А вдруг мне вздумается тебя передарить, человек? - Продолжал пытливо философствовать Искор-дракон, отчасти сам задававшийся схожими вопросами к себе.
   - Ваша воля сделает другую волю моей волей... - не вдруг и не сразу, но всё-таки нашёлся мелко трясущийся человек, которому некуда было отступать и который уже понял, как круто облажался при первой встрече, чтобы сейчас лаяться или как-то иначе позориться, неразумно отвращая от себя спасителя.
   - А моя якобы безграничная вера в твои слова в качестве постоянного контроля их вечного исполнения?
   Начинающий плакать Чилтон стал лепетать о долге, чести, ответственности...
   - Твои восхваления себя, человек, не закрывают вопроса моей веры тебе. Пусты слова того, кто забрал себя у почитаемого им всю жизнь бога и теперь пытается всучить себя другой сущности.
   - Он сам отказался от меня!.. - Вскинулся плаксивым криком Чилтон, сжимая кулаки.
   - И ты теперь готов служить любому незнакомцу, как шлюха? Перестать быть собой по прихоти чужака? Хватило убийственного избиения, чтобы ты потерял свою веру, с которой воспитывался и жил. Хватило нескольких часов агонии, чтобы вместе с кровью из тебя вылилась собственная воля. Ты растворялся в Тени, по твоим же словам. Это значит провал испытания на смысл - жизни или смерти. Никаких объединяющих идей в виде служения, мести, справедливости, моральных принципов, заветов, догм. Никаких скреп в виде упомянутых тобой долга, чести, честности, мужества, любви и прочего. Ничего - существенного, - нейтрально говорил Искор-дракон, намеренно упуская, что это он призывом прервал процесс отшелушивания.
   Не давил. Не припечатывал. Не укорял. Прикладывал огромные усилия для спокойного изложения своих умозаключений и отстранённого наблюдения за трансформациями души, переживающей кризис личности в более щадящих условиях, чем агрессивная среда Тени. Выждав несколько минут, но кроме сотрясающих душу рыданий ничего вразумительного не услышав, дракон развернулся:
   - Прощай... - по наитию обронил он слово. И как сработал спусковой крючок у арбалета:
   - Служение! Мой смысл жизни в Служении! Меня так воспитали! - Просиял душой Чилтон, став практически ангелом Служения на манер ангела Славы или Правды.
   - Вспомни, человек, кому и чему ты служил? Какие поступки и достижения совершил во время своего служения? И не надо мне всё это вываливать - я не Бог и не его Исповедник. На это тебе дана Совесть.
   - Молю, примите меня, пожалуйста... - заканючила поблёкшая от стыда душа.
   - Даже если моей прихотью будет убивать младенцев?
   - Служение моя суть... - с хрипом покорился хныкающий человек, посерев душой.
   - А чего я, а не "Maker"?
   - Вы дали мне новую жизнь и вольны распоряжаться...
   - А если я прикажу тебе служить другому так же, как себе?
   - По вашей воле я стану наёмником...
   - А если я заберу обратно свои слова?
   - Я... уже буду наёмником...
   - Верно рассуждаешь. Однако заковырка в том, человек, что ты мне вот прямо сейчас никак не нужен, зато можешь пригодиться другим.
   - Я выполню любое ваше поручение! - Горячо выкрикнула душа, открывшая себя на распашку. Детство, юность, зрелость - всё посвящено Ордену храмовников.
   Искор-дракон устыдился изъяну в собственной логике. Такого нагородил, а всё же просто - поручение.
   - Принимаю.
   Всего одно твёрдое слово, но интуитивно сказанное на арагракхе - это Слово с большой буквы и могучей силы Высшей Магии Драконов. Произошёл персональный резонанс, высвободивший и преумноживший силы самого человека. Соприкасавшаяся с тотемом коленопреклонённая душа ярко полыхнула и взвихрилась. Сам Искор-дракон тоже испытал прилив: объём бассейна увеличился до дюжины эссенции души и целиком заполнился, тотем расширился до двойного использования, память и сегодняшние экспериментальные потуги сложились озарением о принципиально более простой возможности делиться с другими своими формами инкарнума без отъёма собственных эссенций души. Лишь сейчас вспомненная драконья марка сама причудливо сформировалась бесконечно повторяющей саму себя вязью и заклеймила душу, прорастя там подобно упорядоченной нервной системе, отчего мерцавшая душа Чилтона уплотнилась до непрозрачности и стабильно засветилась серебристо-голубым - обликом со всеми телесными коррекциями от дракона. Эта вязь и в душе самого Искора проявилась, как замок и ключ, а вместо синего или серебряного цвета - насыщенных золотых оттенков.
   Искор точно знал, что человек действительно принёс себя в дар, а потому не обрёл знания направления на дракона или его мысли с настроением. Чужое - нет! - родственное счастье и ещё целый коктейль чувств перелился к Искору через тотем.
   - Освин Литрикс, - произвёл Искор обряд имянаречения, в качестве фамилии дав слово "защита" на драконике. - Обращайся ко мне Ворелкиар, - дозволил дракон, раскрыв свою фамилию. Имена ограничивают и обязывают, они же окрыляют и побуждают - идентифицируют.
   - Я - Освин Литрикс, сутью своей принадлежу Ворелкаир! Повелевайте мной, Ворелкиар! - С придыханием и подобострастием произнёс бывший Чилтон. И склонился, ткнувшись лбом оземь, в данном случае снег.
   - В твоей бренной плоти есть магия, юноша Освин Литрикс. Воплотись в своей бренной плоти и потрать её магию на своё исцеление и укрепление, - торжественно повелел Искор, непередаваемо ощущавший сакральную значимость и мистическую святость текущих мгновений, своим возвышением оправдывавших сегодняшние мучения.
   - Так точно, милорд! - По-военному козырнул беспредельно счастливый Освин, которому скостили возраст с тридцатника до неполных двадцати.
   Если дракон сомневался, то человеческая душа с абсолютной исполнительностью сделала приказанное. Всё до крошки потратил, внешне сбросив более десятка лет. Увы, он перестарался, ликвидировав все шрамы в счёт идеализации крепкого телосложения по солдатскому представлению мужской красоты. Преисполненный восхищения и восторгов происходящими трансформациями, тотемист не замедлил попрактиковаться, быстрее прежнего создав из вытянутого из Тени инкарнума простые зимние шмотки, но не на себе и не для себя, а для своего служивого подопечного и сразу на нём, пока хлопец не отморозил себе чего-нибудь. Это укрепило их узы, а переполнявший Освина сакральный экстаз напрочь сроднил тело и душу, усиливая.
   - Забирайся мне на спину.
   - Ага! - Только и смог ответить оживший, казалось бы, став ещё более восхищённым и счастливым.
   Искор поддался эйфории. Заметя следы, плотный из-за инкарнума дракон взлетел с седоком на спине. Восторг, ликование, обожание - Освина опять пробило на слёзы. А уж когда дракон поднялся над пеленой облаков к звёздному куполу, у обоих перехватило дыхание от неземной красоты.
   "Соберись и сконцентрируйся, Освин. Надо обдумать твоё первое поручение. Мысли чётко. Моё имя используй только в крайнем случае. Обращение ко мне начинай со Стифр," - испытал мысленную связь Искор, создав себе псевдоним на основе Стали и Мифрила. Далось легко из-за физического контакта. А вот преисполненный энтузиазма наездник далеко не сразу перестал фонтанировать мыслями и образами.
   - Стифр, я готов, - проговорил Освин мысленно и вслух, крепко прижимаясь к тёплой чешуйчатой шкуре парящего дракона.
   "Теперь готов," - согласился дракон. "Ты воспитывался и обучался в империи?"
   - Да, - коротко ответил Освин, совершенно точно зная, что господин ждёт от него именно чётких ответов без лишних слов и образов.
   "Первое поручение. Поступи в монастырь Борншир. Тебе нужна предыстория, чтобы приняли и не удивлялись некоторым навыкам. В монастыре есть новик - Алистер. Поделись с ним своим опытом и хитростями храмовника. Должна быть исключительно твоя собственная воля стать ему старшим братом. Тебе до лета надлежит дослужиться до капрала, не вызывая подозрений. Второе поручение. Добейся отправки в Джайнен до осени следующего года. Туда переведётся знакомый тебе новик Искор. Его воля - моя воля. Помогай ему, и он поможет тебе взойти по карьерной лестнице до капитана форта. Твоя задача на ближайшие десять лет в том, чтобы потихоньку и незаметно собрать в Джайнене детей магов, воспитанных храмовниками. Форт Джайнен должен получиться оплотом мира и процветания, образцовым по духу и букве. Также действуй в расчёте стать рыцарем-командором после Грегора. В общих чертах ясно?"
   - Да, - ответил Освин, не сумевший удержать в узде бурю эмоций и мыслей.
   "Тогда придумай прямо сейчас, куда тебя довезти? Тебе понадобится раздобыть вещи: выданные мной истают снятыми, исчезнут от очищения магии или в антимагическом поле монастыря Борншир," - передал мысленно дракон, уже летавший туда, как и в Скайхолд, однако смогший только наблюдать из Завесы за дрессировкой юных храмовников. Алистер оказался там не пришей кобыле хвост из-за просочившегося в ученические массы происхождения - непризнанный бастард.
   - В деревню Редклифф, - сообщил пункт назначения Освин, основывающийся на известной добропорядочности тамошней церковной матери, а также принявший в расчёт свой более ферелденский облик и собиравшийся ссылаться на Чилтона, успевшего за четыре месяца в эрлинге со многими пообщаться и завести приятельские отношения. Ну и "свои" вещи да сбережения попутно вернуть.
   "Дерзнём," - согласился дракон, но продолжил барражировать, кружа. "Начинай раскладывать по полочкам свою историю и план ближайших действий. Я буду внимательно читать твои мысли - в две головы лучше думается," - передал Искор, поймавший себя на некотором удовольствие от того, что Освин принадлежит ему вместе с потрохами и даже не думает возмущаться, вместо сопротивления или противления - жаждет показывать себя своему новому и уже обожествляемому господину. "Без фанатизма, Освин Литрикс. Я приветствую здравомыслие и скепсис. Я не бог, не всеведущ, не всезнающ, не всемогущ. Мне не нужен фанатик веры или божественное поклонение - знай меру," - остудил Искор своего посвящённого.
   - Стифр, я вас не подведу! - Клятвенно заявил храмовник, больше ничего и не умеющий, а потому безмерно довольный возвращением на эту стезю, но с куда более благими задачами.
   "Зазнайство и переоценка собственных сил многих сгубили. Твоя прошлая жизнь - в прошлом. Знакомые, приятели, сослуживцы, друзья, родители... Ты теперь Освин Литрикс. Разумно оставить прошлое имя в прошлом, связи с ним - это лёгкий путь. По упоминанию историй из прошлого имени Чилтон на тебя выйдут ищейки, тогда всё пропало. Ты сам подумал, что капитаном с мутным прошлым ещё сделают, но командорами становятся только ведомые с пелёнок," - привёл аргументы дракон, ещё ранее сам отбросивший проторённый путь через эрла Эамона, поскольку тогда он станет опасно зависим от этого дворянина, каким бы он благодетельным не казался. В прошлом мире расе копирующих людей доппельгангеров устроили настоящий геноцид, загнав в зверские условия и жизнь в постоянном страхе разоблачения. "Я не тороплю с поступлением в монастырь. Тебе надо расслабиться, отдохнуть, пожить с простым народом, прилежно собраться с мыслями и чувствами перед повторным становлением храмовником со следующего года," - передал Искор, сочувствовавший обитателям цитадели и особенно монастырским, не помнящим и не видящим сны и потому изо дня в день знающим лишь тесноту и притеснения.
   Увы, без стартового капитала мало вариантов получалось. Пришлось сойтись на беззаконии, отплатив авварам той же монетой - месть под другим соусом. Задолго до предрассветных сумерек дракон высмотрел поселение, в сторону которого укатили сани. Там недавно пировали. Дракон вручил миньону короткий меч и кинжал с лезвиями изо льда - тотемист Искор хорошо изучил практику Алима с заклятьем Ледяное Оружие для совмещения эффекта с памятным аналогом из повторяющего свойства синего льда инкарнума. Но сперва Освин посидел в укрытии поодаль, пока Искор в облике души проводил разведку.
   Действовали с максимальной слаженностью и скоростью. Один вгонял в ступор, практикуя теорию от Эленай. Второй в такой же зеркальной маскировке подкрадывался и вырезал жертв, начав со сторожевых собак и птиц, валившихся с характерными ранами. В первую очередь пробрались в круглую хижину местного торговца, имевшего комплект сносной одежды для Освина - настоящей одежды и обуви на меху. Поживившись монетами, драгоценными побрякушками и всеми найденными полудрагоценными камешками, часто применявшимися для расплаты вместо увесистого серебра и меди, бывший-новый храмовник втихую зарезал всю разбойничью банду, вожака и шамана племени авваров - последний оказался одержим спиритом какой-то положительной эмоции и попытался оказать сопротивление, но не успел и тревоги поднять из-за применённого храмовником удара праведным огнём Святой Кары и добивания в сердце Праведным Ударом меча. А в это время Искор, вполне уже удовлетворивший интерес в наблюдении отлёта душ из убитых тел головорезов, занялся - Калдером.
   Упившийся в стельку отступник дрых без задних ног в своей личной хижине, где для сексуальных утех держал на привязи рыженькую рабыню, из милости первой испустившей дух. Искор даже в теории не знал, как кого-то сделать одержимым демоном - на этом строился весь план. Зато сообразил, как максимально истощить душу и вышвырнуть её из тела, что и проделал, не мудрствуя лукаво, впихнув выдернутый инкарнум и эссенции души в посох самого мага, при этом у души спящего намеренно вызывая всепоглощающие эмоции отчаянья. Искор недолго изгалялся в попытке с наскока создать аналог того, как эльфы внедряли лириум в камень, за неимением времени в итоге просто так запер всё внутри посоха и подсел к коматозному телу. Беспечно караулить, когда приманка сработает, Искор не мог себе позволить, а потому приступил к экспериментам по демонизации - при помощи тотема стал отчаянно звать демоническую сущность на манер работы с природными духами. Из-за этого Искору не удалось увидеть, как Калдер встретил в Тени демона Отчаяния и неминуемо проиграл ему, зато наглядно просёк сам факт пленения человеческой души. Дракон тут же убрался в зелёный коридор Завесы и предупредил Освина, как раз отведшего ездового бронто в укрытие, после чего добравшегося до трофейного склада и сноровисто облачившегося в свой собственный доспех бытности лейтенантом Чилтоном, который по придуманной легенде был увезён авварами с места побоища и перед героической смертью от раскалывания в ледяной щебень завещал всё своё состояние Освину Литриксу - проявившему молодецкую удаль ребёнку старого пленника из храмовников и младшей сестры вождя, с неумелой грубостью допрошенной соответствующим заклинанием и оттого быстро свихнувшейся и угомонённой бравым служакой, нарисовавшим ей обледенело-кровавую улыбку ниже подбородка.
   Как и полагается, вырвавшийся в явь демон Отчаянья гротескно извратил плоть жертвы и оделся в балахон. В футе паря над поверхностью, он устроил фееричное побоище, с воплями замораживая всё и вся направо и налево. Хотя контингент демонов Отчаянья находится в эльфинажах, тюрьмах и других местах угнетения, одержимый отступник Калдер истребил всё поселение ради разминки и создания свиты привидений - демоны сами по себе противники всего живого. Некоторые пытались бежать или сопротивляться, но демон в теле сильного мага создал себе в помощники восемь привидений из убитых им людей. Утренние сумерки, паника от трупов мужей в постели, раскалывающиеся после попойки головы - сотня с лишим жителей таяла на глазах.
   Освин хладнокровно дождался сигнала о том, что живых не осталось. Пусть верная Чилтону броня не являлась удобной для его "наследника", а тело лишилось лириума и профессиональных деформаций, это не убавило рыцарю-лейтенанту ни смелости, ни храбрости, ни мужества броситься в атаку. Это был его экзамен и месть в одном флаконе - зелья здоровья Освин без подсказки нашёл и приладил к поясу для быстрого пития, дабы не стать обузой, опять сдохнув. Искор добавил от себя инкарнума и эссенций в наручи и поножи своего служаки - с духами огня для противостояния холоду. По крайней мере, от пары заклятий Оледенения они спасут.
   С каждым мгновением боя Освин входил во вкус, активно работая щитом и мечом в круговой обороне - стремительно покоряя свою лейтенантскую планку. Дракон внушил своему человеку достаточно уверенности, что тот даже не задумывался, когда опять рефлекторно применил свои навыки храмовника, развеяв ледяное заклятье одержимого Калдера, все временные возможности посоха истратившего на громадное Кольцо Льда, охватившее всю деревню и блокировавшее побег жутко отчаявшимся жителям. Старики, женщины, дети - смаковавший их демон не разбирал. Как сами аввары не разбирали, кого лишают поставок продовольствия. Этому племени просто заказали истребить конкретный обоз. Впрочем, как рассказывал Трантер и другие дети из учеников в Башне Магов, племена авваров вообще частенько устраивали набеги на деревни у горных подножий, часто вырезая подчистую и грабя под ноль. Искор честно пытался тешиться этими аргументами, но всё равно - страдания и смерти невинных всегда ложатся тяжким грузом на добропорядочные души. Зато теперь из-за проделок одержимого отступника все прочие племена горцев зарекутся иметь с такими дело.
   За всё прошедшее время истребления племени Искор сумел определить область в Тени, где демон оставил своего пленника и куда отправлял захваченные души убиенных им людей. Пока Освин дрался на Прайме, его "работодатель" сопротивлялся боевому азарту. Это цветные драконы - драчуны и злыдни, а их металлические собратья склонны к переговорам и уходу от сражения там, где этого можно избежать. Несмотря на тренировки у Эленай боевых заклинаний, драконий отрок преодолел искушение прорваться силой там, где важна скорость и точность.
   В качестве отвлекающего манёвра юный целитель атаковал первую линию обороны - лечебные заклинания одного виспа-призрака за другим переделывали в ангельских виспов, набросившихся на демонических. Только набрав нужную массу сражающегося позитива, Искор дозвался помощи - от ближайшего ангела Славы, который уже сам привлёк к себе сильного ангела Надежды, антагониста демона Отчаянья.
   Два белых визитёра оттянули на себя всяких призраков и мелких демонов, населявших мрачные застенки одного из островов архипелага Мёртвой Надежды, где пойманные в ловушку души умерших людей подвергались зверским пыткам, превращающим в исчадья. Искор поступил в точности по развитому тевинтерскому принципу "разделяй и властвуй", обернув силу спиритов против них же самих - стравив противоположности. Тем временем незаметный диверсант по компасу из кристалла псикарнума из души Калдера следовал к намеченной жертве, часто прибегая к помощи стихийного духа воздуха, чтобы превратиться в облачко пара и просочиться сквозь решётки или замочные скважины.
   Разумеется, довольно хитрый одержимый дал дёру от храмовника, четырежды сумевшего справиться с самым мощным заклятьем да ещё внутри наколдованной Вьюги. Вот только в драконьи планы это не входило - никаких свидетелей!
   Всё преимущество двоих - в синхронности! Осколочный Кулак оставил на месте найденной душонки отступника брызги четырнадцати льдистых виспов - брошенный в спину меч пронзил одержимую плоть насквозь. Когда изгнанный из трупа и сильно ослабленный демон Отчаянья вернулся в Тень, оказавшись на месте порабощённой им и уничтоженной врагом души, то усиленная двойной эссенцией Осколочная Пуля немедля раскурочила туловище, как когда-то на полигоне Истязаний Цитадели Кинлох, а затем на демона Отчаянья обрушился Арканный Град и контрольным - Лечение. Искор после уроков с Эленай более спокойно относился к виду растерзанных спиритов, а теперь, ассоциированный с душой и телом опытного храмовника, юный маг с пылким вдохновением применил комбинированное заклятье - Очищающее Развеяние выело сферу примерно одиннадцатифутового радиуса, разъяв и эфемерную материю казематов на этом острове в Тени. Чисто сработано!
   Напоследок дракон указал Освину тайники, обогатившие его на целое состояние в десятки соверенов и кучу ценных предметов на примерно такую же сумму. Почти всё денежное богатство - на взятки, а прочее: зелья да мало-мальски волшебное оружие с доспехами Эамону в счёт покрытия убытков, Церкви должные пожертвования от "благоверного" в виде побрякушек и оставшегося снаряжения храмовников, Кругу Магов в миленьком лице Петры открытая взятка оставшимся после демона посохом Зимодых за тёпленькое местечко для несения службы будущему храмовнику, а себе Освин рассудительно оставил полезные и носимые артефакты да отдельный мешочек монет на плотские утехи - всё согласовано с драконом, тоже считавшим важным и правильным умасливание всех заинтересованных сторон ради будущей репутации для продавливания вопроса со службой в Джайнене, где и море, и горы. Теперь только побыстрее собрать всё означенное да на лыжах с волокущим перегруженные сани бронто добраться до "своих", чтобы провести полроты вояк Редклиффа к авварской деревне до её разграбления соседями - пожитков тут ещё достаточно для утешительных выплат вдовам и сиротам живущего у гор народа аламарри. Вообще будет шикарно, если воины эрла Эамона столкнуться здесь с горцами, часть из которых обязательно скроется и донесёт вести до остальных, чтобы им неповадно было.
   Многое оставив неоговорённым, Искор поспешил покинуть своего человека, "проснувшись" позже всех в мальчишеской палате учеников. Он своё дело сделал, теперь бывший храмовник должен сам стать новым храмовником, повторно пройдя этот путь, но уже без прежних ошибок и с иными целями.
  

Глава 6, демонстрация.

  
   Вроде бы ничем не примечательный летний день и начался по обыкновению - с зарядки, тихой сапой привитой всей палате одним мальчиком с пепельными волосами с аристократичной длинной по лопатки и причёской с двумя косицами от висков да модным узлом на затылке. И завтрак прошёл в благожелательной обстановке с дружными благодарностями поварам, за год ставшими готовить реально вкуснее всё ту же кашу, на которую не жалели вовремя брошенного листа лавра или другой пряности, менявшей привкус в разные дни недели. И распустившиеся на потолке цветки цикория обыденно обозначили перерыв между уроками истории и математики. Вот только кое-кто ринулся не к туалетным застенкам в палате, а тихонечко улизнул к винтовой лестнице, при помощи развитой пассивной способности Умиротворяющая Аура легко и без вопросов миновав посты охраны.
   - Здравствуйте, мастер Ирвинг, - поприветствовал отрок первого чародея. Предвиденье не подвело - преподаватель остался один в кабинете.
   - Добрый день, дитя моё. Как жизнь молодая? - Дежурно спросил бородач, не отрываясь от кипы бумаг.
   - Я научился говорить, читать и писать на четырёх языках: эльфийском, торговом, орлейском, тевине. Сегодня исполнится год моего пребывания в Цитадели Кинлох, мастер Ирвинг, - известил отрок.
   - Ох, верно подмечено, Искор, - оторвался Ирвинг от работы. И улыбнулся: - Не волнуйся, завтра обязательно проведём тест, - заверил первый чародей.
   - Спасибо, мастер Ирвинг. Я пришёл к вам изъявить желание отправиться завтра в Джайнен вместе с друзьями: Идриком, Финном, Трантером, - огорошило его дитя.
   Искор не стал упоминать Алима, которому было нужно стать магом именно в Цитадели Кинлох, чтобы отыскать кое-какие фолианты в отдельной библиотеке магов и кое-что лично исследовать на верхних этажах. Полуэльфу было жаль расставаться со своим эльфийским партнёром по шахматам, ведь теперь каждая третья выигранная у него партия не превратиться в каждую вторую, не говоря уже о том, чтобы сравнять их счёт побед и поражений, а также выполнить уговор про начало обучения в случае двух схваток из трёх, которые бы Искор стабильно выигрывал у Алима.
   - Кхм! Похвальное желание, Искор, но я боюсь, что прямо завтра его не удастся исполнить. Наше отделение в Джайнене объединяет только испытанных магов, - подбирая слова, мягко отбрил Ирвинг маленького притворщика, для большинства достаточно успешно занижавшего свой истинный уровень образования и гениальности.
   - Эрл Эамон говорил, что туда пролегает стезя целителя. Профессионалов учат сызмальства, - пытался уговаривать Искор.
   - Это всё так, конечно, и тебе, мальчик мой, у нас тут нет препятствий стать ботаником, специалистом в варении зелий и духовным целителем. А в Джайнене, Искор, ты потом пройдёшь курсы повышения квалификации, - добавил первый чародей, продолжая улыбчиво сидеть за длинным столом.
   - Когда потом? - Уточнил Искор, пронаблюдав, как взрослый скис, припомнив подзабытые уже проблемы.
   - Искор, поучись хотя бы годик в синей мантии. И помяни моё слово, мальчик мой, каждый уважающий себя маг должен иметь атакующие заклинания, чтобы суметь отбиться от демона, - убеждал Ирвинг, продолжая смущённо сидеть.
   Заалевший кончиками ушей Искор только сейчас почувствовал, что кто-то есть под достаточно широким столом со скатёркой, покрывающей дальний от входа конец и свешивающейся почти до пола. И что этот кто-то там делает, раз оба воспринялись за одного. И почему тоже - усмирённый Акли вчера обнаружил Андерса пробравшимся в складские Подземелья, где ему опять обломилось с побегом к родным и близким, ради возможности переписки с которыми юноша решился развратничать.
   - Доброго дня, мастер Ирвинг, - откланялся отрок.
   - До свидания, Искор, - с явным облегчением попрощался Ирвинг.
   Ученик даже не опоздал на следующее занятие. Там раздосадованный Искор зрелищно выел мозг молодому учителю своим непониманием того, почему умножение считается отдельной математической операцией, хотя на самом деле состоит из сложения, которое вместе с вычитанием только и подходит под определение унитарной операции, а умножение и деление - нет, являются просто надстройками над истинными операциями. Затронутая для примера тема размножения колосьев окончательно сорвала урок - отроков и подростков отпустили купаться до обеда.
   - Учительница Эленай, я думаю, мне пора не только подсматривать чужие, но и практиковать назначение сюжетов, - обратился Искор после того, как поздоровался и помог сознанию провидицы выйти в Тень на маяк всего одного кристалла псикарнума, остальные он спрятал в своём пространственном кармане.
   - Думать всегда полезно, ученик Искор, - чуть улыбнулась Зиновия. - Что побудило тебя ускориться по этому направлению? - Ей действительно было интересно, поскольку она знала, что при нынешнем темпе взросления с замиранием всех телесных процессов на треть суток у Искора ещё как минимум год не начнётся половое созревание, когда подростки желают эротики во сне и наяву.
   - Готовность зафиксировать вашу Ось в Завесе в качестве моста в Тень, - улыбнулся Искор, имея ввиду ряд из кристаллов псикарнума, созданных из эссенций души, выуженных из линейки энергетических узлов-чакр.
   - У тебя созрел план физического проникновения в Хранилище Диковинок, - полувопросительно произнесла Эленай, просияв близкой перспективе перестать быть пленницей камня и зависимой от ученика.
   - Да, - подтвердил Искор, ещё шире улыбнувшись. Отъезд из Башни вовсе не означал расставание и прекращение их уроков.
   - Хорошо. Каков первый этап?
   - Репетиция! Создать в Тени область сна, сделать из виспов актёров, раздать роли, выступить режиссёром театрального спектакля минимум двух дублей, привести в начальное состояние и связать со спящим, - бодро отрапортовал ученик.
   - М, ты хочешь подарить яркий и запоминающийся сон или можно обойтись простым внушением во сне каких-то идей? - Уточнила прозорливая Эленай.
   - Хотелось бы всё, но можно обойтись, - понурился раскушенный Искор, за что был потрёпан по макушке, вновь подумавшей про фиксацию третьей косицей ото лба. Был ещё вариант причёски от чародея Торрина с его в этом году уже дюжиной туго стянутых рядов, но это как-то уже совсем слишком.
   - Тебе пока рано повелевать такими силами, как создание в Тени эфемерных областей, ученик Искор. Зови виспов и начинай превращать эти осколки мыслей в завершённые идеи, которые хочешь внедрить в чужой сон. Потом вместе выжмем из них эссенции. Зачем это делать, ученик Искор?
   - Чтобы избавиться от своих следов и усилить яркость для завладения вниманием спящего сознания. Учительница Эленай, у меня очень сложные идеи, - сразу предупредил Искор.
   - Это третья причина - упростить. Вычленить главное. Подсознание реципиента само сформирует запоминающийся сон на основе твоей фабулы, - пояснила Эленай, сидя рядом на скамье перед эльфийским фонтаном, прячущимся на полянке среди чащобы домена, оживляющего собой узоры на потолках Цитадели Кинлох.
   В конце урока Искор сотни кружащихся вокруг виспов постепенно превратил во всякие заклинательные болты, в итоге на большом расстоянии вновь истёршиеся о саму среду Тени. Сегодняшний рекорд всего на фут превысил предыдущий, установленный в особенно праздничный для отрока день Летнего Солнцестояния, зато наконец-то получилось ускорить присовокуплением молнии, впереди ещё ждали разрывные огненные и замедляющие ледяные. Упорство и труд всё перетрут.
   Дни в Башне Магов тянулись единообразно. Старшим ещё удавалось разнообразить их для малявок за счёт смены видом деятельности и классной обстановки, однако хандра и апатия каждый день становились чьим-нибудь диагнозом. Сегодня эта участь миновала некоторых - избранных ночью Искором и Эленай.
   Пятнадцатилетняя ученица Кейли очень завидовала Солоне, больше года щеголявшей в синем облачении, пока она сама всё в платьице да жилетке. О, юная девушка давно и прекрасно освоила заклинание Волшебного Огонька, но на этом её успехи закончились. Потыкалась в Лечение и Зимнюю Хватку, попробовала Молнию и Заклинательный Щит, но кроме обязательного Арканного Болта ничто ей больше не давалось. До прошедшей ночи! Во сне девчонке пришло озарение, как отринуть этап Грязи, из которой вырастает Волшебный Цветок. Пусть ей пока не удастся сделать полевое воздействие, но и персональное - тоже чудо!
   Радостная Кейли весь день щеголяла зелёной розочкой в своих шикарных волосах цвета воронова крыла, обрамлявших миловидный кругляшек лица. Купаясь в лучах славы, девочка на радостях дарила Волшебные Цветочки многим. В том числе Кейли стеснительно предлагала тюльпаны храмовникам или сама затыкала их стебельки за латы и кокетливо опускала взор, намекая на согласие помочь отстегнуть гульфик, чем, кстати, несколько молодых мужчин и воспользовалось, задержав молоденькую девушку на трапезы, а та и рада была стараться, доя и глотая малафью.
   Никого особо не смущало, что у магов дарёные зелёные цветочки жили и переливались около минуты, давая немного маны, а вот у храмовников они увядали через несколько ударов сердца. Если кто-то из старших магов знал, что одержимость может наступить и от простого осколка мысли, то не стал никого предупреждать о том, что попавший в душу висп обретёт целостность и станет демоном у грешника и ангелом у праведника - храмовники считались абсолютно не подверженными одержимости демонами. Правда была ещё и в том, что первый чародей Ирвинг действительно устроил тест для Искора - торжественный да в главном зале Великого Холла. Так что с самого утра маги только о нём и говорили, мало обращая внимания на скромный успех девочки. И действительно, с этим никак не могло сравниться заявленное знание четырёх языков, а также заклинаний Лечения, Рекреации, Восстановления - Арканный Болт поразил всех. Собственно, прямо при собрании всех старших чародеев и большинства магов Искора переодели в синюю мантию старшего ученика, закрепив за ним личного наставника в лице самого Ирвинга.
   Вот только зря никто не присматривался к Кейли. У магов девичье заклинание полностью отрабатывало, иссушая виспа, а у храмовников... Висп высвобождался от оков магии, юркал в ближайшую душу, приживался и быстро жирел от уже имеющегося в теле и регулярно поглощаемого лириума, а также от царящих в душе страстей. Хотя в обед синяя мантия Искора затмила собой успех Кейли Цветочницы, но она всё равно продолжала своё дело, не пропустив ни одного храмовника, кроме обычно присутствовавшего в холле рыцаря-командора Грегора, решившего именно сегодня перебрать личные дела своих подчинённых в попытке найти следы безымянного отца Освина Литрикса, не дожидаясь, когда недавно принявший присягу рядовой храмовник из монастыря Борншир защитит звание капрала и пришлёт главе Ордена храмовников Ферелдена прошение о назначении в форт Джайнен с двумя рекомендательными подписями да личную просьбу о поиске своей семьи по отцовской линии - этих своих намерений Освин не скрывал от сослуживцев, командиров и сестёр Церкви Создателя.
   Вопреки провалу недавнего побега Андерс вовсю предвкушал новый. Никто не удивлялся, что он спелся с Анейрином, таким же отморозком себе на уме. Скооперировавшимся парням удалось вытрясти из интенданта бухточку верёвки с палец толщиной и около десяти ярдов длиной. Напрягавшиеся храмовники слегка успокоились, когда днём и вечером ребята мочили верёвку при купании, используя для упрощения ныряний ко дну. Лишь один свидетель видел, как дождавшиеся ночной пересменки подельники схватили мокрую верёвку и прокрались в заклинательную секцию, где иногда получались такие "колдунства", что разбивали витражи двух окон. Алгоритм побега оказался прост: Анейрин замораживал верёвку заклятьем Зимней Хватки, Андерс одевал её в Каменный Доспех, после чего оба вора, стибривших кое-какие зелья, забирались по высокому шесту на уступы, шедшие по уровню крыши внешнего обода цитадели, где размещались церковники и храмовники. Во второй заход они из-за облегчённой гравитации легко и просто поднялись до уровня витража, выждали удобного момента и выбили колдовское стекло, потрескавшееся от перепада температур заклинаний Зимней Хватки и Пламенной Вспышки. Используя на бухте верёвки всё ту же комбинацию и поддерживая эффекты, подельники с этим "поплавком" поплыли на западный берег озера Каленхад, собираясь удрать на свободу в Орлесианскую Империю.
   Беглецов не обнаружили до самого утра по той причине, что Искор душевно помог подсаженным Кейли личинкам демонов вырасти и захватить тела храмовников. О, отнюдь не всех заражённых обработал, а только самых морально уродливых, тем самым избавляя мир от поганцев. Внезапные сражения, устроенные одержимыми в казармах, получились кровавыми. Множества смертельных случаев удалось избежать, да ещё и целителей оперативно подняли и привели, но счёт потерям шёл на десятки.
   Разборки по горячим следам неминуемо вывели на с виду безобидные цветы Кейли - здравомыслие Ирвинга победило. Девицу, конечно, скрутили, допросили и бросили в камеру, где когда-то бревном валялся и сам Искор, то и дело порываясь немедленно усмирить, хотя ученица была ещё даже не в синей мантии с причитавшимся к ней ответственным наставником - первый чародей отстоял "недотёпу".
   Пока одни целители обследовали и тужились заживлять телесные раны храмовников, старшая чародейка Винн, как самая опытная в Цитадели Кинлох, лично надрывалась, выуживая из пострадавших душонок мерзких храмовников всех виспов-призраков, тут же уничтожаемых яростными взмахами праведных мечей. Несмотря на всю серьёзность дела, её юный ученик Искор тоже был рядом, к его величайшему сожалению, лишь стоя у стеночки вместе с несколькими другими старшими учениками - строго-настрого наблюдая за трудом "духовных" целителей. И на том спасибо.
   Разумеется, кроваво пострадали и офицеры - Грегор спросонья лично зарубил пару одержимых лейтенантов и нескольких капралов. Так что Орден храмовников Ферелдена залихорадило подвижками в званиях - это однозначно высвобождало место под младшего офицера в форте Джайнена. А списанный на одержимых пожар обелил кандидата на то звание, заодно спалив множество личных дел и добрую долю архива.
   Знатный получился переполох! И не приходилось сомневаться, что мать Алетта и рыцарь-командор Грегор добьются отмены изучения во всех Кругах Магии Тедаса всей заклинательной ветки Волшебного Огонька, как оказалось, чудовищно опасного именно для храмовников! По крайней мере, играть и пользоваться виспами для освещения запретили всем в Кругу Магов Ферелдена. Под шумок кое-кто закрутил много гаек, усложнив жизнь магам в целом и первому чародею Ирвингу в частности. Но завинчиваемое обязательно отвинтят - сами же. Без того же заклинания Грязь на основе виспов встанет производство бетонных блоков, от чего прекратится строительство тех же церквей и дорог до них, а ещё освещение и прочее, и прочее.
   К концу дня после злополучной ночи вся Цитадель Кинлох была в курсе трагедии, произошедшей по вине желавшей добра девочки Кейли, по своему скудоумию применившей во вред недоученное заклинание. Следующие дни все вели себя, как мышки, ибо прореженные храмовники лютовали по поводу и без оного. Вопреки надеждам Искора, ни о какой заклинательной практике от недоучки не могло быть и речи! Отлучённый от общих уроков отрок в синей мантии "старательно штудировал" кипу книг по "духовным целителям", как уже успел убедиться Искор, ведомых ангелами, хотя в книгах писалась всякая чушь про обаяние мага, завоевание доверия, испытаниях на благородство целей, и абсолютную правду про чрезвычайную опасность данной специализации из-за хитрожопости демонов, обманом втирающихся в доверие.
   - Поздравляю с посинением, Искор, - обронила пава, проплывая мимо.
   - Спасибо, о Солона Великая, - нашёлся с ответом Искор, оторвавшись от доски и озорно улыбнувшись.
   - И года не прошло, - хмыкнул Алим, поддержав друга, поздравленного задиравшей нос девчонкой лишь три дня спустя. Он тоже был в синей мантии, одев её за месяц до конца прошлого года, и тоже показав на тесте четыре заклинания вместо двух, за которые повысили зазнававшуюся девочку.
   Солона фыркнула, зардевшись на дельное замечание. Показав шахматистам язык, она убежала из рекреации в девичью палату, не оценив доску и фигурки от Ирвинга.
   - Зря вы так, друзья, Солона классная девчонка, - пожурил их Трантер, сбоку наблюдавший за партией и обычно подчинявшийся верховодящему Алиму или Искору.
   - У Кафри половые губки красивее, - не согласился Искор, ничуть не покраснев под взглядами более старших мальчишек, уже заглядывавшихся на попки и титьки.
   - Подсмотрел, - заинтересованно заключил Алим, сам этим делом балующийся - при помощи рун запрыгивал из коридора на перегородку девичьей палаты.
   - А как? Как ты подсмотрел, а, Искор? Колитесь, ну, - заканючил Трантер, зыркая туда-сюда.
   - Не только подсмотрел, но и потрогал, - умышленно похвастался Искор на зависть озабоченного друга, по секрету уже признавшегося, сколько раз в деревне подсматривал за чужими утехами, но пока не вдававшегося в подробности увиденного.
   - Шахматы, - кивнул Алим, скривившись на то, что пропустил очевидное!
   - Да вы сговорились твердить всё шахматы да шахматы! Нет, толком объяснить, а? - Шёпотом сердился Трантер, вполне уже умеющий фильтровать базар.
   - А ты рассказываешь, что подсмотрел, м? Но так и быть, друг, если Алим позволит мне довести пешку до черты, Трантер, то ты сам воочию пронаблюдаешь, как фигурка храмовника забавно маскируется под преподобную матерь, - прошептал в ответ Искор, хихикнув и подмигнув. - Ты маг или наг, а? - Поддел он, сравнив друга с разводимым дварфами на еду зверьком, похожим на помесь кролика и свиньи.
   Собственно, теперь Искор стал чаще пересекаться с посиневшими ещё в прошлом году Алимом и Солоной, одновременно с ними по часу утром и вечером отсиживая в молельном зале за прослушиванием и заучиванием основных виршей Песни Света. По расписанию получалось, что на каждодневных уроках варки зелий они все втроём тоже встречались, но Искора преподаватель Суини не подпускал к лабораторным столам - пепельноволосый ученик молча конспектировал чужую работу и потом простаивал у парты с учебником для "подтягивания" теории приготовления. Искору велели забыть о "выплёвывании" чего-либо, как он показал при поступлении в прошлом году.
   Искор не обижался на медленно запрягавшихся преподавателей, не требовал большего и ходил задумчиво-сосредоточенным. Всё потому, что Эленай Зиновия на радостях скорого обретения свободы перемещения своего ментального тела в Тень каждую ночь теперь вываливала на благодетеля уйму теории, ранее придерживаемой или недосказанной по причине отсутствия конкретного вопроса.
   Например, любое заклинание можно представить в виде глифа. Используя специальную методику колдовства именно таким образом - можно придать различным площадным заклинаниям избирательный характер, уменьшая или вовсе убирая угрозу дружественного вреда. Заклинания становятся более вариативны. Это напоминало метамагию из прошлого мира духа Искора. Сама Завеса способствует и облегчает способ заклинания магических энергий посредством плоских глифов. Перспективы рисовать "на коленке" сложные магические круги да ещё в упрощающем свете формовки из инкарнума - ошарашивали! Какие уж тут глифы Паралича - просто не котировались!
   Не менее, если не более важным было другое приоткрытое знание. Заклинание-висп и Заклинание-цветок на самом деле - жалкие подделки под Завесное Пламя. Его изобрели в Элвенан задолго до создания собственно Завесы, разделившей мир пополам. Создаваемое магом зелёное пламя позволяет не только читать руны, а писать - прожигать в материи: магию и душу, включающую визуальные образы, звуки, эмоции, сплетённые впечатления. Уже не осталось некогда знаменитых эльфийских свитков, но сама Эленай ещё держала в руках образчик, который при взятии в руки давал полное знание о записанном в нём заклинании, а после откладывания отнимал всё данное - израсходование свитка лишь частично сохраняло магию в памяти, отнюдь не обучая с первого применения. Цель таких свитков - применение магии практически любым разумным, мало-мальски обученным пользоваться артефактами. Именно Завесное Пламя помогало строителям Цитадели Кинлох впаивать лириум внутрь камня, а также им обработано и множество других сооружений и артефактов древней эльфийской цивилизации, которые сохранились сквозь тысячелетия и до сих пор прекрасно работают - если намеренно не выведены из строя. Самое архиважное замечание состояло в том, что Эленай, как имевшая высший допуск до государственных секретов, знала: до создания Завесы данное пламя имело синий цвет сырой магии и носило название - Заклинательный Огонь! По прошлому миру Искор знал и применял его там, но весьма топорно, поскольку в том мире имелось Плетение богини магии Мистры, которое всё пронизывало и предоставляло гораздо более простые способы создания волшебных предметов, а в Тедасе они бесполезны - акромя формовки из инкарнума и некоторых других способов с сокрытым потенциалом...
   - Приветствую, Искор.
   - Здравствуйте, мастер Ирвинг, - ответил отрок, вызванный к начальству.
   - Пройдём, поговорим, - махнул рукой первый чародей, приглашая в соседнее помещение, где обычно лишь усмирённые работали с необработанным лириумом, а сейчас никого. - Ты передал Те мои благодарности, Искор? - В лоб спросил напряжённый Ирвинг, строго глядя на отрока, с прошлого года вытянувшегося всего на две толщины ладони. - Я долго ждал ответа, но не такого!
   Отрок моргнул, соображая, об чём речь. Взрослый практически светился от обилия и мощи имевшихся на нём магических предметов. Искор смекнул. И он уже имел ответ, правда, не тот, о котором думал первый чародей, сам предоставивший простор.
   - Я бы хотел передать благодарности лично, но не могу, мастер Ирвинг. Синюшных больше не пускают заниматься в Подвале, - завуалированно выдал отрок, считавший, что лучше самому признаться кое в чём, нежели правда сама всплывёт, как обычно, в самое неподходящее время и наиболее дурным образом.
   - Поясни, будь добр.
   - Перед отплытием в Джайнен мне бы хотелось воплоти обнять свою первую и покамест единственную настоящую учительницу здесь, тевинтерского магистра-сомниари Эленай Зиновию, - по наитию построил фразу Искор.
   Отроку показалось, что выпучившиеся глаза Ирвинга вот-вот вылезут из орбит, а раззявленный рот вполне сойдёт за беличье дупло. Надо отдать должное опыту, первый чародей Круга Магов Ферелдена быстро взял себя в руки.
   - Идём, - протянул Ирвинг руку, решив сразу расставить всю пунктуацию.
   Они молча прошли весь длинный путь до упомянутой статуи. Искор действительно с посветлевшим и совершенно счастливым лицом подбежал к статуе и обнял её, как родную мать. И Эленай ответила с не меньшей лаской и теплом в голосе. Свидетельствовавший этой почти семейной сцене Ирвинг побледнел до мела. Много он чего себе воображал, но такого предположить ну никак не мог! Особенно продолжение, когда отрок по просьбе изъявившей собственную волю древней провидицы - зажёг на ладошке Завесное Пламя, с которым обошёл всю статую и потом подставил к защитной юбке под пахом, отчего мужская фигура вскоре перетекла в статую величественной женщины в схожем боевом облачении древних времён Империи Тевинтер и копьевидным посохом. Ирвинг вновь распахнул рот, когда Искор исполнил какую-то этим двоим понятную просьбу, взобравшись на предплечье и шлёпнув ладошкой с Завесным Пламенем по макушке - вставил в статую спрятанную в Завесе ось из кристалликов псикарнума для полного переподчинения заклятья Архонта Валериуса его жене. Эленай не захотела покидать мир живых, но и оживать по-настоящему тоже, предпочтя и дальше держать окаменелый сосуд своей души в безопасном месте - нынешнем. Глубоко впечатлённый Ирвинг на автомате согласился блюсти тайну и все такое - женский облик перетёк в прежний мужской.
   - Мастер Ирвинг, простите меня. Это моя идея с той ночью, - повинился Искор. - Всё можно было решить иначе, но я эгоистично отказался ждать.
   - Я помогла сделать внушение безвредным для учащихся, первый чародей Ирвинг, - сделала поправку Эленай. - Идеи подобны семенам - прорастают в благоприятных средах.
   - Погибли десятки храмовников... Набедокурившая ученица Кейли арестована и до сих пор ждёт решения своей участи, сбежавший ученик Анейрин убит, Андерс пойман и заточён до принятия вердикта об усмирении. Я не понимаю, ради чего ты нанёс нам такой страшный удар, Искор, - тяжело осунулся Ирвинг, довольно долго возившийся со всем тем гноем, что выдавило трагическое происшествие, прежде чем прижать к ногтю потенциального виновника. И тут вдруг тоже открылось такое!..
   - Эльф Анейрин спасён, его кровь тут испорчена, - не согласился Искор, самолично подлечивший и направивший исподволь к аравелям проходившего неподалёку каравана долийского племени эльфов. - Понукаемые к разврату Андерс и Кейли получили необходимые им жизненные уроки. Среди храмовников убиты моральные уроды и насильники, причём большинство добито своими же, в душах которых я прорастил малых ангелов долга и справедливости, без меня спевшихся с покровительствующими целителям ангелами Сострадания, Надежды и Веры. Магам подсказано простое, незаметное и действенное оружие против угнетателей. Я продемонстрировал силу для скорейшего решения вопроса о переводе меня и друзей в Джайнен. Я за мягкие перемены, мастер Ирвинг, потому готов с этой осени подождать в форте, пока Идрик, Финн и Трантер заслуженно оденутся в синие мантии, - предложил компромисс Искор. - Создание королевских клиник или обеспечение внедрения магов-целителей на содержание в каждый церковный приход в Ферелдене для оказания ими медицинской помощи - вот достойная цель для нашего круга престарелых, а долг подрастающего поколения в помощи старшим, - чуть улыбнулся горделиво и уверенно стоящий Искор, знавший себе цену и то, куда доживающие до поседения маги отправляются на покой. Первому чародею не нужно было пояснять, какие перспективы открывались при наличии распределённой сети выкормышей Круга Магов, которому до сих пор не дали создать нечто подобное из-за более безопасной для Церкви и контролируемой ею торговли зельями здоровья, в промышленных объёмах производимыми усмирёнными магами.
   - Отсюда я присмотрю за снами учащихся и состоянием испытательного полигона Круга Магов Ферелдена, первый чародей Ирвинг. Теперь я свободно общаюсь, - изрекла древняя сомниари, присовокупляя этот аргумент к словам своего облачённого в синий инкарнум мага-ученика, первого после тысячелетия простоя.
   Влиятельный мужчина проникся и тембром аурного голоса, и смыслом сказанного.
   - Благодарю. Да будет так, - высокопарно согласился Ирвинг, низко поклонившись статуе.
   Так или иначе все трое остались удовлетворены короткой встречей с радужными перспективами.
   Молчком возвращаясь из Подвала позади Ирвинга, Искор неожиданно загрустил, поняв, что вот и подходит концу его отрочество - не за горами юность. Расставаться с обретёнными в башне друзьями ой как не хотелось!..
  
  


РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Масягина "Шоу "Кронпринц"" (Современный любовный роман) | | П.Коршунов "Жестокая игра (книга 2) Жизнь" (ЛитРПГ) | | Е.Лабрус "Держи меня, Земля!" (Современный любовный роман) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-2" (ЛитРПГ) | | Н.Князькова "Положи себя под елку" (Короткий любовный роман) | | Л.и "Адриана. Наказание любовью" (Приключенческое фэнтези) | | Ю.Журавлева "Мама для наследника" (Приключенческое фэнтези) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий" (Попаданцы в другие миры) | | Д.Острожных "Эльфийские игры" (Любовное фэнтези) | | В.Колесникова "Влюбилась в демона? Беги!" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"