Иванов Петр Иванович: другие произведения.

Человек, которому всегда везло.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 4.35*146  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Решил реанимировать свой самый ранний прожект. Здесь в силу специфики "любовь и личные отношения" играют меньшую роль, на первом месте будут "исторические приключения" и эпоха. В основу положена идея, что отдельный человек в сущности ничего в потоке истории поменять не может, так ГГ-и прибывшие в прошлое с целью "коррекции", вместо этого под действием среды меняются сами... Попробуем так, может получится "более правдоподобно", т.к. описывать "личную жизнь" героев для меня невероятно тяжело, приходиться отшлифовывать каждое слово.

Эпиграф: "Попаданцам всех времен и народов посвящается!" Улыбнутся три раза, вот так :) :) :).
  
  Часть 1.
  
  Глава 1. "Если друг оказался вдруг... а так."
  
  Стоял конец лета, самый краешек последнего месяца - августа, прекрасная пора "очей очарование", краткий промежуток времени когда назойливые комары уже сгинули, а промозглые осенние холода еще не наступили. Даже рутинные садовые и огородные работы не вызывают такого напряжения и не угнетают как летом, жара не давит и наступает настоящий рай для любителей грибов и лесных ягод, правда клещи несколько отравляют это невинное удовольствие... И откуда только эта зараза взялась буквально на наши головы? Старшее поколение, дедушки и бабушки утверждают в один голос, что прежде такой ужасной напасти и близко не было. Впрочем если стариков послушать, то в давние времена и сахар был слаще и вода сырее, а уж люди безусловно добрее и честнее. А как же еще, только так, прошедшему следует безоговорочно верить!
  Примерно такие простые и бесхитростные мысли роились точно пчелы в голове будущего героя нашей повести, в тот момент, когда он разбирал старенькую, видавшую виды, садовую электропилу. Нехитрый агрегат верно прослуживший уже не один год сегодня окончательно вышел из строя. Обидно, вроде и не китайская дешевая поделка из хрупкого пластика, а сломалась дрянь такая и причем в самый неподходящий момент. Александр повертел еще пару минут в руках полуразобранную электропилу и с сожаление отложил в сторону, дефект налицо - выкрошились зубцы приводной шестеренки. Надо будет зайти на обратном пути в один полуподвальный специализированный магазинчик, может быть там удастся подобрать замену этой детали. А что делать сейчас, ведь до вечера осталась уйма свободного времени? Долго однако ему горевать не пришлось...
  Он уже давно привык, к тому, что если судьба подкидывает неприятности, то тут же следом и выручает, дарит своего рода бонус за причиненные неприятности. Так в свое время отправили прямо с чебаркульской учебки в Афганистан, и сюрприз - ровно через месяц война закончилась, войска стали оттуда выводить обратно в Союз. Или вот другой характерный случай, позднее в ВУЗе попался на вступительном экзамене трудный, абсолютно "провальный" билет, но добрый старичок профессор Сашку вытянул на дополнительных вопросах, поговорили немного "за жизнь" и твердая четверка в зачетке. И так всю дорогу, такая вот жизнь, такое удивительное везение, полоса белая стабильно сменяется черной и наоборот... Да ладно, черт с этими старыми, сто лет назад погибшими в суровую зиму яблонями и вишнями, родители приедут сюда только в следующем году, запланированную на сегодня генеральную очистку участка можно смело до следующей весны отложить, никуда эти сучки и пеньки не денутся. Сказано - сделано, оранжевый облупленный жестяной кожух, цепь и другие мелкие деталюшки отправляются вслед за "убитой" электропилой в промасленный картонный ящик, собирать обратно просто лень. Раз уж сегодня не получилось спилить этот, давно уже мозолящий глаза, сухостой, то может быть стоит сходить за грибами в ближайший лесок? Согласно неписанному сашкиному "закону жизни" тут точно должно было подфартить, будут сегодня на завтрак подосиновики и белые с картошечкой не иначе. От такого соблазна никак невозможно устоять, обоняние уже как будто чувствует аромат нежных, шкворчаших на сковородке тонких, почти прозрачных ломтиков бело-серого цвета.
  Он быстро переоделся, выложил все лишнее из карманов, на "грибной охоте" будут нужны только нож и компас. Но последний скорее просто как талисман, обычно Александр прекрасно ориентировался на любой, даже не очень знакомой местности, это у него врожденное. Напоследок заглянул на себя в зеркало, стоп - забыл, оказывается головной убор... без него в лесу никак нельзя, иначе придется потом клещей да мусор из волос вычесывать. Порывшись в старом, еще бабушкином антикварном зеркальном шкафу-комоде, среди полуистлевших серых простыней, платков и прочего давно потерявшего внешний вид тряпья непонятного назначения, ему неожиданно удалось найти свою армейскую шляпу-панаму. Вот она оказывается, где была, где пряталась от своего хозяина все эти годы, надо будет обязательно унести ценную реликвию домой, все-таки память о войне, в которой он немного поучаствовал. Вот и все, короткие сборы в дорогу закончены, дверца дачного домика закрыта на крючок, вешать внешний замок смысла не было, ничего особо ценного из имущества внутри не имеется... Бомжи летом по садово-огородному массиву не рыскают, их время придет позднее, как волки кинутся по первому снегу, откручивать медные краны и срезать электропроводку, цветной металл ныне в цене, ведь кругом россыпью, точно поганки после дождя, открылись пункты приема цветмета. Сашка не торопясь вышел на дорогу и пригибаясь под ветками разросшихся плодовых деревьев, двинулся в направлении к воротам на дальнем конце массива, за ними призывно манил зеленый океан леса, но тут пришлось вдруг уклонится в сторону, уступить путь автомобилю. Из-за поворота вылез навстречу изрядно потрепанный праворульный микроавтобус-фургончик, вероятно когда-то в прошлой жизни это чудо буржуйской техники было "тойотой", по крайней мере об этом свидетельствовала полустертая надпись латиницей "Toy..." на выпирающем угловатом капоте. Обдирая рогами зеркал буйные заросли черноплодной рябины и облепихи этот японский козлик-долгожитель упорно полз вперед по узкой дорожке, эпизодически чихая вонючим дымным выхлопом из глушителя. За рулем иноземного "пепелаца", вольготно развалившись на ободранном сидении, устроился заросший до ушей бородищей старый знакомый, точнее даже давний друг семьи и сосед по лестничной клетке - Степаныч. Вот он призывно машет рукой: погоди, дескать приятель не уходи - к тебе дело есть, сейчас только припаркую машину. Пришлось задержаться, эх знал бы тогда чем все в итоге закончиться - рванул бы Сашка прочь, подальше от этого бородатого черта с максимально возможной скоростью. Громоздкий фургончик долго ерзал, пытаясь воткнуться в просвет между садовыми домиками, жадное заводское начальство нарезало работникам в свое время совсем уж микроскопические участки, всего лишь по три сотки на брата. Наконец припарковаться получилось, хлопнула дверца и бородач пулей выскочил наружу, словно опасался, что Александр уйдет, его не дождется.
  -Привет Саш, торопишься, нет? Слышь, помоги пожалуйста разгрузить машину, мне одному не справится.
  -Да не вопрос, черт, что там у тебя свинец что ли или золото, больно ящик тяжелый, прямо руки оттягивает?
  -Да так, -Степаныч на вопрос не ответил и уклонился, в последнее время появилась у него такая дурная привычка, благо собеседник тактично не настаивал.
  С удивлением Сашка обнаружил, что обстановка в садовом домике соседа сильно изменилась с момента последнего его посещения, так исчезла почти вся мебель. Сохранились только кухонный стол, пара стульев и странная стойка у дальней глухой стены, по виду что-то вроде урезанного по высоте источника питания ВУТ 31/60, такие старые советские уродцы кое-где еще применяются у Александра на работе, последние динозавры уходящего века. Степаныч две недели назад привез неведомо откуда эту штуку, тогда тоже просил помочь выгрузить, а потом подключить. Пришлось даже проложить для этого "аппарата" отдельную проводку и переделать немного распределительный щиток - потребовалась замена автомата. О назначении этого хитрого устройства ничего определенного и вразумительного сосед в тот день не сообщил, так отшутился, мол некогда, потом узнаешь когда придет время. Громоздкий, не то слово - гробообразный зеленый ящик они, не без труда вытащив из машины, поставили прямо посреди единственной в домике комнаты, торцом к "выпрямителю", странно как-то, не 'по-людски' - куда сосед эту штуку потом денет? Но это уже исключительно проблемы Степаныча. Его, Сашку ждет сегодня "грибная охота", воображаемый аромат жаренных подосиновиков все еще не отпускал.
  -Постой не уходи... дело такое, может выпьешь со мной?
  -Что с тобой Степаныч, ты же знаешь я не употребляю в последние годы? И ты вроде за рулем?
  -Хорошо я один тогда дерну... Нет, тогда просто посиди тут рядом... один не могу, а надо... понимаешь? Сейчас сбегаю, свежих огурчиков на закуску принесу. А это... я сегодня никуда больше не поеду.
  Александр присел прямо на "гроб" который они только что с великим трудом втянули из вместительной утробы японского микроавтобуса, что ему сделается - судя по виду вещь прочная и военная расписанная некими таинственными аббревиатурами и номерами. Кажется, именно в таких огнестрельное оружие и хранится, доводилось в свое время получать с армейского склада новые, еще в заводской смазке АК-74. Интересно, что все же случилось со Степанычем, немолодой ученый-историк, завкафедрой местного университета в последнее время вел себя весьма странно, если даже не сказать ненормально. Особенно в голову запал их последний разговор, там в городе, на квартире у Сашки... Идея послужить в иностранном легионе - это что-то из ряда вон выходящее в устах потомственного гуманитария в N-ном поколении. Да он ведь прямо так и предложил, что ты мол тут киснешь на нищенской зарплате техника связи, с твоими талантами по части стрельбы и боевым опытом можно найти работу получше! Ну нет, Сашка убил на войне только одного единственного врага, но приятных впечатлений оттуда хватит с лихвой на всю оставшуюся жизнь, ни за какие деньги он желает повторения пройденного. Степаныч после категорического отказа тут же начал юлить, дескать легион воюет редко, больше там чего-то охраняет у каких-то негров, так у него знакомый прапорщик туда поступил и теперь пишет, что все в порядке... Зачем ему этот долбанутый легион сдался, или это был только предлог - поверка, уж не в киллеры ли вербует, какой бред, так бывает только в идиотских приключенческих романчиках на вроде того же Чейза. Дешевая ширпотребовская поделка эти боевички, мутная дебильная дрянь, а вот "День Шакала" Федерика Форсайта зацепил в свое время, стыдно сказать даже прикинул себя в роли того снайпера - "англичанина". Допустить связь старого знакомого, которого он знает уже десятки лет, еще с детства и криминальной среды Сашка не мог и в принципе. В жизни так не бывает, вот своего тренера он вполне мог представить в таком качестве, тот еще жук. Прикидывал он так и эдак но никакого логического объяснения переменам в поведении Виктора Степановича Голикова так и не придумал. Шестой десяток мужику пошел, в таком возрасте привычки и предпочтения уже столь резко не меняют, да вот еще какого черта сосед бороду отпустил, дед мороз прямо елки-палки, только рыжий пополам с сединой, а не белый...
  От нечего делать он принялся разглядывать пол, что это еще за борозды там, словно специальная разметка, или это мебель так неудачно двигали? Сунулся было к красивому глянцевому синему шкафчику, и тут облом - дверца заперта на встроенный замок, сквозь вентиляционные щели видны только отдельные блоки. На вид распознать это устройство не получилось, словно сварочный аппарат-переросток, надо будет все же расспросить хозяина, что за хитрое оборудование у него такое. Господи, где же он ходит - за это время можно собрать урожай со всего своего парника, да еще и соседей ограбить. Сашка собрался было идти искать незадачливого историка, как тут дверь с треском распахнулась и на пороге появился долгожданный Степаныч собственной персоной. Таким его наш герой еще не разу в жизни не видел... борода всклокочена, волосы на голове стоят дыбом, лицо багрово-красное, словно стометровку на время пробежал и установил рекорд среди пенсионеров. Судя по выражению глаз за толстыми стеклами очков в душе у соседа сейчас словно внутренняя борьба происходит. Точно человек решает прыгнуть ему в пропасть сейчас или нет, актуальный вопрос жизни или смерти?
  -Что с тобой? -Александр невольно поднялся навстречу старому приятелю.
  -Нет, нет все в порядке... Ты сиди... я сейчас, вот... -тот полез правой рукой в карман спортивного пиджака, одетого прямо поверх футболки, и извлек оттуда какой-то мелкий предмет с виду напоминавший пульт охранной автомобильной сигнализации, этакий небольшой обтекаемый брелок-коробочку с единственной большой кнопкой и красным глазком светодиода.
  -Слушай да тебе лица нет! Что случилось, может скажешь? -еще раз спросил он Степаныча.
  Но в ответ собеседник только скривился, словно некая невидимая игла проткнула ему печень насквозь, причинив зверскую боль и быстро сдавил короткими толстыми пальцами маленький кусок серого импортного пластика, словно ядовитого скорпиона, ненавистное насекомое уничтожил. За спиной у Александра, что-то звонко металлически щелкнуло, возможно отработал контактор или магнитный пускатель, неожиданно ожил и загудел низким басом синий "выпрямитель", но удивиться происходящему Сашка так и не успел... свет померк в его шлазах он провалился в темноту, раз и все...
  
  Что чувствует, видит, слышит и вообще ощущает человек когда он умирает? Трудно сказать, ведь никто "оттуда" еще не возвратился и не поделился впечатлениями, немногочисленные счастливчики которым якобы повезло не в счет, да скорее всего "очевидцы" врут безбожно. Не факт, что они действительно побывали в объятиях смерти. Тьма, непроглядная черная стена вокруг тебя - и первое что в голову лезет, что вот он конец бытия, порог за которым более ничего нет ни света, ни радости, ни разочарований, и даже боли. Но что-то не укладывается в привычную общую картину загробной жизни по представлениям Александра... Его сердце продолжает биться и кровь по прежнему течет по многочисленным жилам и сосудам тела, он что жив или нет, черт возьми? Постепенно мрак как бы сгущается и впереди проступают неясные очертания различных предметов, расположенных как вблизи, так и отдаленных. Вон там впереди смутно видится дверь, или ему показалось... очередная игра воображения? Он осторожно обернулся, словно боясь обнаружить за спиной нечто сверхъестественное, вдруг да в самом деле ад существует и сзади уже ждет очередного грешника некий мифический товарищ с рогами на голове и вилами в руках?
  Звонкий смех гулко отразился от гладких бетонных стен подземелья, никогда еще Сашка так не смеялся, какая прекрасная разрядка для напряженных нервов. Фосфоресцирующая надпись "EXIT" была всего в нескольких метрах от него, рукой подать, да и обоняние, приглушенное ранее насморком проснулось наконец и внесло свой посильный вклад в общую картину мироощущения. Это вероятно какой-то специальный загробный мир, исключительно для технарей, здесь ощутимо попахивает не серой, а соляркой, машинным маслом и немного горелым пластиком изоляции! Однако если он жив и здоров, то задача номер один побыстрее выбраться отсюда, а то бог его знает, что это за дыра и какие опасности тут могут его поджидать. Если он еще не в аду, то не исключено, что вскоре может там оказаться, если хоть минуту промедлит.
  Шаг в сторону и болезненный удар, чуть было не упал, проклятый "гроб" тут как тут, притаился рядом под ногами, не иначе переместился сюда вместе с Сашкой. Теперь вперед, но что такое - доступ к заветному выходу преграждает целая пирамида ящиков, собратьев того самого, что они выгружали на даче Степаныча. Играть в темноте в сокобан не было ни малейшего желания, поэтому Александр вернулся на прежнее место и решил поискать сперва источник света, ведь если это бомбоубежище как ему показалось, то здесь обязательно должны быть соответствующие запасы, хоть коробок спичек на худой конец. Вытянутые руки уперлись слева и справа в металлические стеллажи вдоль стен. Прекрасно, значит далеко идти не придется, здесь же у "них" и склад. На ощупь он перебрал много всякого хлама, от разводного ключа - мечты водопроводчика, до пустой пластиковой бутылки и уже под конец, когда надежда найти хоть единственную спичечку иссякла, пальцы нащупали короткий гофрированный цилиндр, с расширяющимся коническим окончанием. Слабый щелчок кнопки ударил по слуху словно ружейный выстрел, а вспыхнувший луч света на мгновение ослепил глаза... фонарик и вдвойне удача - батарейка "живая". Только теперь Александр смог точно оценить свое нынешнее положение, он судя по всему находится в закрытом помещении, до боли напоминающем обычное заводское бомбоубежище или бункер, первоначальное ощущение не обмануло. Ну а далее, по неизвестной причине природная осторожность и рассудительность, что называется, напрочь отказали, захлестнудла волна безумия. Невольно вспоминается культовый анекдот, по студента и обезьяну: "Чего там думать - трясти надо!". Так и тут... Сашка, точно спринтер, рванулся к выходу, откуда только силы взялись, буквально за пару минут раскидал и распихал под стеллажи многочисленные тяжелые ящики, преграды больше не существовало. Точно - это какое-то убежище, вот даже особая дверь имеется, массивная стальная конструкция, способная выдержать воздействие ударной волны ядерного взрыва, небольшой красный штурвал проворачивается с заметным усилием и со скрипом, но ведь крутиться - значит есть надежда, что она проклятая откроется... Наконец тяжелая и толстая, почти четверть метра стали, дверь со скреженом провернулась на мощных, обильно смазанных солидолом шарнирах, пропустив рвущегося на свободу Александра. От досады Сашка чуть не взвыл зверем, когда увидел, что там дальше. Что за фокусы, впереди - глухой тупик, фонарь освещает только гладкие белые стены вокруг, кругом один бетон! Не может быть, так же не бывает! Дрожащий луч фонаря в панике метнулся вверх и от сердца сразу отлегло, там на высоте около шести метров виднелся массивный люк, к нему вели замурованные в стену стальные скобы-ступени, оканчивающиеся примерно на высоте пояса. Запорный механизм последней преграды был не сложнее чем у специальной герметичной двери бомбоубежища, но Сашка провозился здесь намного дольше. Работать пришлось исключительно на ощупь в полной темноте, фонарик оказался слишком большим и тяжелым, такой не удержать в зубах или за поясом. Прошло целых десять долгих минут, целая вечность по меркам Александра, прежде чем стальная крышка стала поддаваться бешеным усилиям нашего героя. Рывок, еще рывок, еще приложим силушку молодецкую... не идет зараза, неужели, там сверху что-то тяжелое лежит? В отчаянии Александр ничего лучше не придумал, как упереться в люк спиной, проклятый штурвальчик больно врезался в тело, но ему было уже все равно. Вперед и только вперед, назад пути как будто не было, ведь уже виден солнечный свет, пробивающийся сквозь узкую щель! Еще раз, и еще... и вот там за толстым слоем стали что-то звонко и деревянно клацкнуло, точно ветка сломалась и тяжелая крышка неожиданно легко откинулась в сторону. Слава богу, он успел в последний момент ухватиться рукой за скобу лестницы, иначе бы потеряв равновесие, камнем рухнул вниз. Какое все-таки это счастье, видеть над головой ярко-синее небо с белыми барашками редких облаков... и вдыхать чистый не испорченный различными "техническими" запахами подземелья воздух, он замер на несколько секунд в проеме люка, прежде, чем окончательно выскочить наружу.
  -Вот и сходил за грибами называется... б...ть! -невольно вырвалось у Александра. В самом деле собирался отправится в лес, и благодаря этому паразиту Степанычу, в чем ни малейших сомнений не было, именно туда и попал. Натуральный осенний лес или может быть пригородный парк, кругом одни деревья, кустарники, трава и всепроникающий осенний запах прелых листьев - ничего такого из ряда вон выходящего. Он прошелся вокруг и осмотрел окрестности, стараясь не уходить далеко от так называемого "бункера", ничего особо примечательного рядом нет и в помине. В свое время он обошел и объехал вдоль и поперек почти всю территорию своей "малой родины", но здешний лес совершенно не походил на хорошо знакомые, исхоженные места. В родных краях преобладали в основном хвойные породы деревьев, а здесь господствуют лиственные, не видно так же вездесущих мхов и папоротников, ну и грибов соответственно тоже не заметно, даже поганок. Позднее у него сложилось впечатление, что эта местость - заросший лесом высокий холм, или даже небольшая гора, характерный уклон почвы нельзя было не заметить. Странно, что-то он совершенно не припомнит таких мест - нет, конечно доводилось видеть подобные горки и на родине, но там как правило верхушки у них были абсолютно "лысые". Вроде он выбрался на свободу, вот только куда теперь деваться, неужели придется снова лезть под землю? Как бы логичная мысль, скорее всего в этом "бункере" найдется карта местности, или может документы проясняющие обстановку, или даже не исключено, что там есть какие-то штатные средства связи. У них на преприятии руководство в свое время распорядилось даже "интернет провести" в подобное убежище, может быть и здесь что-то есть? Александр заглянул в зловещую черную дыру и поежился, ну не хотелось обратно спускаться туда, хоть убей... ни малейшего желания, такое вот совершенно иррациональное чувство, сродни клаустрофобии. Странно, но не было у него раньше таких комплесов: работал без особого напряга и на высоте и в подземной кабельной канализации. А тут прямо "мандраж разбирает", от одной мысли, что надо вернутся обратно.
  Замечено, что даже специально подготовленные люди, неожиданно попав в экстремальную ситуацию нередко забывают напрочь инструкции и наставления, и к сожалению Александр, тоже не был в этом плане исключением. Поэтому вопреки здравому смыслу, он решил сперва отправился не вниз, а наверх - раз это холм, причем вроде бы самая верхушка, значит достаточно влезть на высокое дерево и можно будет худо-бедно сориентироваться на местности. Могучий дуб с раздвоенной вершиной метрах в двадцати от входа в бункер показался ему вполне пригодным для такого предприятия. И так "вперед и вверх" друзья, придется сдавать экзамен на "обезьяну", раз уж "кротом" стать сегодня не судьба...
  "Купол неба великой России, а под ним золотые поля..." - очень некстати упорно пробивается из глубин сознания мотивчик песни, кажется это из репертуара Розенбаума, в то время как раз на "Радио ФМ" его постоянно крутили. Нет, все верно, точно как и в песне, бескрайнее голубое небо все детали наличии, поля желтые или золотые - кому как, и нет ни малейших сомнений, что это действительно наша Россия. Может быть только немного западнее малой родины Александра? Удивительно, почему зерновые здесь еще убраны, хотя нет, местами уже чернеет сквозь шетину стерни земля и видны маленькие, точно игрушечные стожки соломы, что-то больно мелкие они, или крестьяне вдруг да технологию поменяли? Зрением его и раньше бог не обидел, но оно сегодня просто необычайно острое, может быть воздух прозрачнее стал или еще какой неизвестный оптический эффект присутствует, но Сашка без особого труда различал даже самые мелкие детали, на которые раньше обычно не обращал внимания. На востоке находится средних размеров деревушка, с крестами маленькой церкви, беспорядочно, точно вода разлилась она по обеим сторонам пыльной проселочной дороги. На западе еще одна деревня или поселок, несмотря на большое расстояние он без напряжения разглядел даже отдельных людей на узких улицах, да что людей - даже кур и собак! И кругом бескрайние поля, поля... золотые и не очень, местами пересекаемые лесными массивами. Полуденное солнце отражается в голубых глазах прудов, а вот сверкает, точно хромированный стальной клинок речушка на юге, поражая глаз наблюдателя причудливыми футуристическими изгибами. Красота неописуемая, но только человеку удобно устроившемуся в развилке ветвей растущего на холме дуба-великана не до поэтических сравнений. С одной стороны все хорошо, нет даже великолепно, возможно он находится не так уж далеко от родного дома, три-четыре или даже пять сотен километров для современного транспорта сущий пустяк. Но, одно такое маленькое "но"... Оглядев окрестности, Сашка не обнаружил никаких признаков современной техногенной цивилизации, вообще никаких! И это неожиданное открытие его не на шутку напугало и встревожило. Пожалуй, стоит разъяснить для справки, такой существенный момент, дескать что он там с холма увидел: лес, желтые поля, река и деревня вдали. Вроде бы, подобная картина остается неизменной уже несколько сотен лет, с тех пор как человек обжил эти места центральной России. Но это только на первый взгляд, на самом деле в наше время трудно найти такую территорию, где бы не было признаков "нашего времени". Поля и леса пересекают в разных направлениях ЛЭПы, под землей проложены трубы газопроводов и кабели линий связи, последние выдают свое присутствие на поверхности различными предупреждающими знаками и плакатами, на высоких холмах уютно устроились вышки радиорелейных линий и все чаще в последнее время - ОПСОСов, и далее, и далее... цивилизация оставляет тысячи меток на освоенной человеком местности. Любой загородный пейзаж по эту сторону Уральских гор быть должен просто переполнен такими специфическими объектами, а тут даже геодезических знаков на близлежащих высотах нет. К слову, для кинематографистов эти самые "следы эпохи" представляют серьезную проблему, приходиться всячески извращаться, чтоб убрать их из кадра, например рыцарский турнир в разгаре, и на заднем плане видны, режут глаз решетчатые мачты ЛЭП... Телеги и повозки, местами пылившие на проселочных дорогах вместо машин Александру бросились в глаза сразу, но его "внутренний скептик" услужливо напомнил об очередном повышении цен на бензин, вследствие чего на селе могли вернутся к использованию старой доброй гужевой тяги. Надо сказать, что и ранее сельчане не отказывались от испытанного веками верного помощника в виде лошади. Объяснить отсутствие ЛЭП на подступах к деревням сложнее, но "скептик" и здесь оказался на высоте - в последние годы сельчан нередко отключали за постоянные хронические неплатежи, вот только куда исчезли столбы, ведь обычно снимают только провода? В мозгу у Сашки словно "исторический" партийный съезд происходил, фракции "скептиков" и "фантастов" оживленно обсуждали следующие тезисы:
  1.Куда я попал, что это за местность, как отсюда выбраться?
  2.Как объяснить само это перемещение с технической точки зрения, не прибегая ко всякой чертовщине и мистике?
  3.Самый актуальный вопрос - а б...ть, а на хрена? Если без мата, то "кому это выгодно, кому это нужно?" Или одним емким словом - ЗАЧЕМ???
  Заметим однако, что тогда Сашка ни минуты тогда сомневался, что для него все хорошо закончится, он благополучно вернется домой, "поговорит по душам" и обязательно начистит моду "этому как ученому" уроду Степанычу, хорош друг называется, с такими никаких врагов не надо иметь. Это как "конечное построение коммунизма" - последний тезис обсуждению даже не подлежал, ни на каком уровне.
  Пока он пребывал на дереве большевики-"фантасты" почти победили, но когда спустился на землю, то оказалось, что троцкисты-"скептики" все же одержали в дискуссии верх. В итоге им было решено добраться до ближайшего населенного пункта и оттуда связаться, если получится с коллегами по работе, благо "секретный номер" УАК, позволявший выходить по объединенной телефонной сети практически на любой крупным населенный пункт, ему хорошо известен. А что вы думали, старый советский принцип: "кто, что охраняет, тот то и имеет", связисты отнюдь не исключение из общих правил. Далее все выйдет просто, начальник цеха вышлет за ним дежурную машину, это если в пределах республики, или переведет нужную сумму денег на проезд, это если неведомая сила закинула его в другое место. Александр было вытащил компас, чтоб прикинуть требуемое направление на деревню, но тут вспомнил, что у него с собой в наличии не имеется ни единой копейки денег, свой бумажник он выложил перед походом в лес за грибами заодно с сотовым телефоном и прочими "ненужными" предметами. Он всегда так перд подобными мероприятиями "очишал" карманы, после того как однажды уронил пейджер, жалко японскую "игрушку" было до слез - с 200 метров на бетон, от нее мало что удалось потом собрать. Можно было конечно обойтись и без мелочи, вот только пребывать в роли униженного просителя он не любил, таков уж характер достался в наследство от родителей. Что поделать, придется нырять обратно в этот чертов бункер, перерыть там все до сонования, но найти хоть несколько монет на оплату местного телефонного звонка из автомата. Не без труда поборов минутный страх клаустрофобии Сашка осторожно спустился в темное чрево бункера, стальные ступеньки неприятно скользили под пальцами рук.
  Помещение куда он впервые попал, было скорее всего и тамбуром и складом одновременно, далее за второй дверью обнаружилась аппаратная, или может быть узел связи, или командный пункт, как угодно - на первый взгляд разобрать трудно. Оборудование было аккуратно закрыто полиэтиленовой пленкой и по всем признакам находилось на длительной консервации. В помещении для отдыха персонала он застал только кровати с голыми панцирными сетками и абсолютно пустые шкафчики для вещей, стало очевидно, что пресловутое "золото партии" тут не прячут. Далее он обнаружил еще ряд помещений, в одном были установлены ДГА - вероятно дизельная, другие же комнаты доверху были заполнены разнообразными ящиками и коробками. Увы, открыто лежащей наличности нигде не удалось обнаружить, пришлось ему вернуться обратно в тамбур, откуда начались поиски. Александр, не долго думая, вскрыл злополучным "гроб" вместе с которым совершил сегодняшнее загадочное путешествие, искомого и там не оказалось, зато нашлось нечто другое... На белый свет хищно сверкая лаком приклада появился короткий карабин, за ним еще... целый ящик огнестрельного оружия. Ну и дела, система совершенно незнакомая... с такой прежде сталкиваться не приходилось, и патронов он там не нашел. Возможно боеприпасы находятся в других ящиках, их тут десятки только в этом складе, а он явно не единственный. Такое впечатление, что весь бункер забит до отказа. Новая загадка, может стоит вооружиться на всякий пожарный случай? Стрелять Александр умел, нет "умел" - это даже мягко сказано, форсайтовского молодчика он бы обставил без особого труда. Но вот как отнесутся к новоявленному "партизану" местные власти, да и без боеприпасов от оружия мало проку. Не Сибирь тут, где традиционно "тайга закон - медведь прокурор", за долгие годы работы никто так и не покусился на Сашку ни разу, хотя приходилось шататься по всяким глухим местам в разное время суток и таскать на себе дорогостоящее импортное оборудование. Эх беда, здесь увы это не Америка... красивый карабин-игрушку пришлось вернуть на место, жалко до слез, прямо так бы и не выпускал бы из рук такую изящную штучку, и не надо вроде, а хочется взять. Затем Александр внимательно изучил содержимое стеллажей, расположенных вдоль стен, раз там нашелся фонарик, то черт не шутит, может хоть несколько медных монет где-нибудь в углу завалялось? Вон та банка из под старого советского кофе, не копилка ли часом, помниться у него в детстве такая была. Нет, внутри только гайки, шайбы, болты-винты и прочий мелкий хлам, обидно досадно, но ладно. Он собрался было уже уходить, как вдруг заметил в углу полки еще одну жестянку, раньше в таких плоских дисках-коробочках леденцы продавали за рубль двадцать копеек упаковка. Повезло, эта набита доверху разными мелкими монетами, разглядывать находку он не стал, просто высыпал содержимое банки в левый нижний карман своей штормовки и поспешно отправился к выходу. Позднее, уже когда шел вниз по склону, он рассмотрел подробно добычу, не иначе как чья-то нумизматическая коллекция под руку попалась, медяки от 1800 до 2000 года включительно, разных номиналов вплоть до гривенника достоинством.
  Но прежде чем отправится в путь, надо обязательно закрыть бункер, опустить в исходное положение крышку люка, а то еще какая-нибудь лесная зверюшка могла туда провалится ненароком и погибнуть. Сашка чуть не надорвался, но сначала так и не смог стронуть с места тяжелую стальную "дуру". Отдохнул немного, сплюнул и решил вторично осмотреть запорный механизм, не может эта проклятая железка столько весить, да и он отнюдь не слабак, нормы ГТО может сдать хоть сейчас, если приспичит. Ну так и есть - дурная голова создает рукам лишнюю работу! Оказывается, имеется специальный стопор для удержания крышки в открытом положении, ну прямо как в танке. Отжав рычажок он пару минут с интересом наблюдал, как массивный бронированный люк сам по себе медленно опускается. Надо же, оказывается даже замедлитель специальный предусмотрели в его конструкции неведомые инженеры. Давно не видел такой хитрой техники, не иначе тут все сделано добротно и на совесть, так все же, что это за таинственный объект и кому он принадлежит? Вопросы, вопросы - ответов на них пока не было, но ничего обязательно вернется сюда и все осмотрит позднее, место приметное, и на всякий случай он еще и зарубки на деревьях оставил. Гора опавших листьев пополам с полусгнившими ветками надежно замаскировала вход в подземное убежище, теперь если специально не копаться, то и не найдешь ничего. Закончив последние приготовления к путешествию, Александр извлек из кармана свой компас-талисман, взял азимут на ближайшую деревню и немедленно отправился в дорогу.
  Двадцать с лишним километров по пересеченной местности до ближайшего населенного пункта он одолел удивительно быстро, особенно с учетом того, что первую часть пути пришлось спускаться со склона горы. В этом было что-то необычное, небывалый и необъяснимый прилив сил, адреналин так и играл в крови мощным потоком, обжигая горячими волнами мозг и мешая соображать. С большим трудом Сашка вновь и вновь пытался осмыслить происходящее с ним, по всему выходило, что его вместе с тем злополучным ящиком с совершенно неизвестной целью, переместили в пространстве примерно километров на 500 в западном направлении от исходной точки. "Ничего сверхъестественного не существует" - с этим выводом персонажа детской сказки он руководствовался долгие годы, еще бы у Карлсона ведь не крылышки ангела, а моторчик в заднице, двадцатый век на дворе господа-товарищи. Но сегодня безупречная и непробиваемая как бетонная стена, об которую убивались иллюзии и миражи, логика дала сбой, нет не то слово, она рассыпалась в прах. Осталось только предположить наличие новой, неизвестной еще широкому кругу лиц технологии, да только физику он знал неплохо, в существующие современные теории "волшебная телепортация" ну никак не укладывалась. Все это так, но ведь долгое время наука у нас была по Ньютону, и вдруг на тебе - бац, теория относительности, как снег на голову... Прежние, казалось бы бесспорные и давно доказанные догмы, краеугольные камни на самом деле оказались всего лишь частью, скромным составным кирпичиком в куда более сложном строении... Может и здесь, с этим "необыкновенным перемещением" тоже самое, просто очередное техническое чудо, что мало разве мало было их за последние 100 лет?
  Его коллега по работе, старый чудак метролог, вопреки призванию и профессии был ярым поборником всей этой ерунды, все верил то в вечный двигатель, то в переселение душ, то в Шамбалу и пришельцев из космоса. Мужик постоянно, с упорством маньяка, приносил на работу какие-то дешевые квазинаучные журналы, коих в годы перестройки развелось как блох на бродячей собаке, и пытался донести до окружающих бредовые теории тамошних лжеученых, академиков разных магических наук. Тогда он только смеялся вместе со всеми над чудаком, но что выходит, было нечто рациональное в этих бреднях? Александр напряг память, что там в последний раз обсуждали, точнее - над чем все смеялись? Красная ртуть... нет, это не подходит, торсионные генераторы... опять не то, машина времени... стоп! Это уже зацепка, хоть и слабая, в журнальчике с диким, но многообещающим названием "Если" неведомый автор утверждал, что этот фантастический агрегат якобы создали ученые в местном НИИ электровакуумных приборов, весь отдел тогда веселился, только под столами не катались. Какой там НИИ, они уже давно сдали все помещения в аренду коммерсантам, не то бордель там теперь сплошной, не то очередная вещевая барахолка с громким и модным названием "супермаркет". Думай голова, думай шапку куплю - и тут словно током ударило, а ведь у Степаныча зять там раньше работал, кажется даже начальником какого-то отдела. Нет точно вернусь домой, выбью из этого гада правду - эта мысль немного утешила Александра на пути к неизвестной пока цели. Так он и шел, насвистывая мотивчик старой песенки, хита 80-х, бывает такое: прицепится вот такая зараза и не избавиться никак, хоть плачь. По мере удаления от горы в лесу стали заметны кое-какие слабые следы деятельности человека, стали попадаться отдельные пни, а затем и целые вырубки, Сашка не удержался от соблазна и проверил одну на наличие опят, но ничего не нашел, правда и времени почти не потерял, плюс - минус десять минут ничего не изменят.
  Возле самой деревни он натолкнулся на неожиданное естественное препятствие, густые заросли дикой малины почти в человеческий рост преграждали дорогу, точно природная спираль Бруно. Он попытался обойти, но конца и края этому чертовому малиннику не было видно, а рвать одежду и собственную кожу в колючих кустах совершенно не хотелось. В итоге пришлось все же идти что называется напролом, нет в самые заросли колючек он не полез, нашлась после долгих поисков узкая запутанная тропка, протоптанная не то людьми, не то дикими животными. Дорожка металась как сумасшедшая, туда-сюда-обратно, порою приходилось идти в прямо противоположном направлении, одно утешение, кругом то и дело попадались крупные красные ягоды, хоть немного утолявшие прямо зверский голод, терзавший Сашку на последнем отрезке пути. Деревня уже совсем рядом, тянет знакомым запахом дыма и слышен лай собак, а он как лабораторная крыса в лабиринте ползает, обидно... Пройдя очередной зигзаг по ощетинившемуся колючками зеленому лабиринту Сашка вдруг замер, совсем рядом справа за зеленой стеной он услышал голоса. Вроде бы детские, да точно это дети, наверное малину собирают, вот даже уже они видны немного через частокол ветвей, здесь в одном месте он не столь густой. Сашка раздвинул усеянные острыми шипами гибкие прутья насколько смог и стал осторожно протискиваться навстречу маленьким сладкоежкам, стараясь не производить лишнего шума. К сожалению Чингачкук из нашего современника вышел плохой, в минуту когда тишина, что называется на вес золота, под каблуком сапога предательски треснула с характерным звуком сухая ветка.
  -А-а-а-а!!! -тонкий визг ударил по ушам, точно сирена и ребятишки метнулись в разные стороны, мальчишки правильно выбрали направление и моментально скрылись за поворотом тропинки, а вот девочке не повезло, кинулась в противоположную сторону и застряла в предательских объятиях колючих кустов, дернулась назад и чуть было не разделась донага совсем, платьице, удерживаемое шипами задралось высоко вверх, обнажив загорелое тело снизу и до до самого пупка.
  -Стой, да не кричи ты так дурочка! Неужели я на вид страшный такой? -Александр постарался приветливо улыбнутся, чтобы успокоить напуганного его появлением ребенка, -Вот умница не дергайся, сейчас я тебя, красавица освобожу.
  Он осторожно высвободил пленницу из капкана шипов, получилось удачно, кажется, что она совсем не пострадал. Но вот Сашке как-то стало не по себе, когда он рассмотрел детали одежды этой семилетней девчонки. На ней был длинный и весьма заношенный, ниже колен сарафанчик-рубашка из грубой ткани типа мешковины, только посветлее и чуть плотнее, украшенный у ворота простенькой вышивкой. Эту немудреная одежка, судя по увиденному, носилась прямо на голом теле, ни майки, ни трусиков на ней не было надето, вообще никакого нижнего белья Александр не обнаружил. И самое удивительно, девочка, как и остальные, убежавшие дети, была босая, вообще без всяких признаков обуви! В голове опять завертелись нехорошие мысли о машине времени, но вскоре появилось подходящее объяснение - да это же просто секта такая. Совсем недавно о них передача по первому каналу была, эти сумасшедшие отпустили бороды, отказались от всех достижений цивилизации и живут в реалиях века 17-го или даже 16-го, в "единение с природой". Рассудок упрямо восставал против казалось бы неопровержимых и убедительных фактов, указывающих на свершившееся перемещение не только в пространстве, но и во времени. "Внутренний скептик" подсовывал все новые и новые объяснения и надо сказать - вполне убедительные. Между тем новая знакомая успокоилась, отряхнулась, оправила убогое платьишко и звонким голоском принялась звать остальных ребятишек.
  -Ефимка, Прошка бегите сюды живо! Энто комедиянт немецкий нашелси!
  Из-за поворота осторожно высунулась сперва одна белокурая головка, затем вторая и вот уже вся компания собралась возле Сашки: девочка примерно семи лет и два пацана шести и пяти. Судя по шаловливым конопатым рожицам это близкая родня, фамильное сходство на лицо. И опять Сашке стало не по себе, младший из мальчишек был без штанов: просто длинная рубашка до колен и все. Явный перебор даже для сумасшедших сектантов, подвинутых на экологии, они что тут скоро так до набедренных повязок и каменных топоров дойдут?
  -Вы чьи будете? -попытался он начать диалог, раз уж встретились, надо расспросить.
  -Кузьмины мы дяденька! -смело ответила за всех девчонка и подумав чуток добавила, - А ваши с утречка уехали до городу. Мы тя до деревни проводим.
  -Что же вы кавалеры девчонку одну в беде оставили? -Сашка в шутку решил немного пристыдить мальчишек, в самом деле бросили сестренку и сбежали.
  -Акулька сама виноватая! -шмыгнум носом, насупился старший из пацанов, -Пужала нас мол ведмедь тута ходит, ведмедь де заберет вас неслухов!
  Младший в свою очередь скорчил прикольную рожицу и словно подтверждая, что ей богу, истинный крест - мол сама виноватая, она у нас всегда виноватая, а мы не причем. Матушка только ее и порет, за все проказы сестренка ответчица. Прямо комедия, жаль, видеокамеры с собой у Александра нет, такие изумительные кадры пропадают.
  -Тут и в самом деле медведи водятся? Что-то я не заметил.
  -А как же дяденька! -ответила маленькая конопатая шалунья, -Демьянову дочку в прошлом годе чуток не задрал, по сих пор болезная.
  И тут все трое заулыбались, захихикали, ведь бывает, что "медвежьей болезнью" страдает не только косматый лесной прокурор но и его случайные знакомые. Все, с медведями наконец разобрались, теперь осталось выяснить, кто такие "наши" и чем они отличаются от остальных "ненаших". Сашка пошарил по карманам своей штормовки, обычно он всегда носил с собой пакетик мятных леденцов с ментолом, привычка осталась с тех времен, когда отвыкал от курения. Заначка оказалась, там где ей и положено быть, во внутреннем кармашке, в красивой полиэтиленовой упаковке осталось ровно четыре штуки. Он протянул найденное лакомство девочке, и тут возникла неожиданная, и неприятная заминка. Такое впечатление, что дети в первый раз в жизни увидели конфеты, пришлось показать и объяснить, что это такое и с чем его едят. Долбанная экология, нет за такие шутки уже убивать родителей надо, куда смотрят только расплодившиеся в невероятном прежде количестве чиновники различных органов опеки и надзора? Пришлось им показать и объяснить, что это такое и с чем это едят. Мелкая быстро разделила вкусняшки среди своих, причем младшему досталось двойная порция, а вот фантики и упаковку, аккуратно разгладив, забрала себе. Не иначе коллекционирует, совсем как сашкина племянница, у той целые коробки из под обуви были набиты различными календариками и конфетно-шоколадными обертками. Однажды он пошутил, взял и спрятал все эти "сокровища", ох и крику то было, и слезы ручьем лились, месяц племяшка с ним не разговаривала, так сильно обиделась.
  -Не грызите только зубы поломаете! -напомнил он на всякий случай, и его новые маленькие приятели послушно закивали, мята и ментол во рту как-то не располагают к разговору. Но до деревни идти пришлось долго, почти двадцать минут. Управившись с угощением детишки беззастенчиво стали рассматривали нового знакомого и обсуждали, вот сапоги у него добрые немецкие, порты синие тоже ничего, но штормовку они напрочь забраковали, дескать больно жесткая на ощупь. Сашка в свою очередь обратил внимание на странную прическу у мальчиков, словно горшок на голову одели до уровня ушей и там внизу все выстригли, а выше торчит копна нетронутых волос. Но особое внимание детей привлекла его армейская панама, все по очереди примерили. Девчонка же прямо как драгоценность долго гладила маленькими пальчиками и рассматривала кокарду, точно это не потемневшая от времени стандартная звездочка, а алмаз карат эдак на двадцать-тридцать. Под конец он не выдержал, отцепил "звездочку" и отдал ей, - на память. Надо было видеть, какие были у девочки счастливые глаза, в точь в точь у той его племянницы Ольги, когда он ей подарил, чтоб помирится, весь свой дембельский набор значков. Расставаться с ними было не жалко, все равно никуда их уже оденешь, ведь тогда придется и медаль добавить для комплекта, а он ее если честно не заслужил, да и слишком уж тяжелые воспоминания с этой наградой у него связаны. В самом деле смешно, деда в Великую Отечественную наградили за подбитый танк, а его почти ни за что - фактически за один удачный выстрел, "подавивший" правда сильно мешавший им тогда душманский пулемет. Просто везение или судьба, тогда рядом оказались представители прессы и совершенно незначительную стычку на горной дороге раздули до масштабов небольшого сражения.
  -Дяденька, а шапка у вас солдатская поди? -опять пристают сорванцы, придется отвечать по существу.
  -С Афганистана привез, служил я в тех краях, правда недолго.
  -Ой а энто где, за морями поди?
  Все понятно с ними, и географическими познаниями господа "экологи"-сектанты решили не утруждать своих потомков. Александр махнул рукой в сторону юга, пояснив, что вот примерно там...
  Пришли: "Вот моя деревня, вот мой дом родной", правда к Александру это не относится, он коренной до мозга костей горожанин. Юные проводники довели его до избы "деда Митрича" и понеслись далее по своим неотложным детским делам. Прежде чем постучаться в дверь он осмотрел строение, с виду изба, как изба, такие он видел не раз и не два в родных местах, но в глаза сразу бросились некоторые существенные отличия. Например - крытая соломой крыша и невообразимо маленькие, всего лишь в одно бревно высотой, словно амбразуры дзота окна. Неужели сектанты решили напрочь отказаться от стекла и кровельного железа? Он заглянул за угол и чуть было не выругался матерно, это уже что называется полный отпад, там у стены стояла борона, полностью деревянная, вроде даже без единого гвоздя изготовленная! У Сашки даже возникло желание свалить из этого странного населенного пункта побыстрее, бог знает до чего сумасшедшие здесь дошли, может уж и человеческие жертвы Перуну и Сварогу приносят заодно? Но все решился зайти, телефон в каждой деревне должен быть, если верить конечно отчетам соответствующего ведомства.
  Внутри ничего сногсшибательного Александр не заметил, почерневшая от времени икона с лампадкой в красном углу, земляной пол, деревянные лавки, полати и лапти хозяина - скорее всего реквизит из той же идиотской оперы - "близость к природе".
  -Здравствуй дедушка, подскажи пожалуйста где тут у вас телефон, мне срочно нужно позвонить.
  -Здрав будь! -пробормотал в ответ обладатель роскошной белой бороды, вероятно местный дед-мороз, -Не разумею я сынок, чего ты просишь? Ахтеры твое уехали, а я по немецки не гуторю...
  Александр чуть не взорвался, что за спектакль старый хрен устроил? Да у них же в общине, или секте в кого пальцем не ткни, два высших образования, сплошная потомственная интеллигенция в третьем колене... Еще немного и в ход бы пошли другие аргументы, ведь он не только стрельбой занимался но боксом и самбо в свое время, но привитое в детстве уважение к старшим удержало в рамках приличий. Пришлось долго и кропотливо объяснять этому мужику, чего собственно Сашке надо, вывод был неутешительный, никаких современных средств связи в деревне нет.
  
  -Я смотрю вашу деревеньку и Чубайс обидел, отключили электричество и даже столбы сняли?
  Дед ответил, что эти "чубайсы" уже достали в конец податями и недоимками, житья дескать нет, не то что столбы, скоро последние порты с православных христиан снимут. Вероятно он принял фамилию известного российского электробарона за очередное название мужского полового органа: "Я проснулся в пять часов, где резинка от трусов. Вот она, вот она, на чубайс намотана!", выходит радио они иногда все же слушают, спалились ребята, приемник где-то под венцами лежит заныканый... Телефона нет, электроэнергии нет, ну да и черт с ними пойдем дальше, надо выяснить почему его, Сашку коренного русака принимают здесь за "немца" и причем тут некие комедианты или возможно актеры. Может этих троглодитов посетила недавно съемочная группа, или в село наведались корреспонденты центрального телевидения? В ходе дальнейших расспросов картина несколько прояснилась, оказывается вчера в деревне проездом был не то цирк, не то театральная труппа. Ехали господа актеры по своим делам и решили сделать небольшой привал, ладно может захотелось им экзотики, все же люди творческие, не все же им почивать после выпивкм рылом в салат, надо иногда и в навоз окунутся? Далее последовал банкет, за ним продолжение, окончившееся всеобщей пьянкой в которой активной участие приняли и местные деревенские жители. Утром, опохмелившись на дорогу, гости уехали, но при сборах одного из "своих" недосчитались. Вот за него Сашку и приняли сначала дети, а затем и этот местный старожил. Дед рассказал, что старший "комедиантов" долго бегал по деревне и по окрестностям, ругался "не по-нашенски" все искал пропажу.
  -Да я же не пью совсем! Неужели по лицу не видно? -Александр немного покривил душой, раз-другой в год рюмочку коньяка он себе все же позволял на день рождения например или по особым случаям.
  -А ты милай, не из энтих ли еретиков часом будешь? Или мож с Дуняшкой нашенской по кустам лазил? Пора энтой гулящей ноги повыдергать, срамота! Пияницы то оне и выпимши дело свое розумеют, а ты че потерялси?
  С большим трудом удалось уверить дедушку в полной непричастности Сашки к пьянкам и совращению местных легкомысленных девок, тот похоже так и не поверил до конца. Версия, что Александр отлучился исключительно с целью побродить по окрестностям только усилила подозрения у старика. Теперь надо разобраться с "немцами", что это за черти такие, ведь явно речь идет не о "немецко-фашистских товарищах".
  -Какой же я немец дед? Смотри получше такой же русский, как и ты.
  -Православный? Молитвы знашь? А ну скажи давай.
  -На фига... Зачем? Я тебе что, поп? Если вдруг надо будет, так возьму книгу и прочитаю.
  И поехало, и понеслось... привязался дурной фанатик не на шутку, вроде в той передаче говорили, что сектанты язычники, или это другая разновидность с православным уклоном? Совсем как один старый знакомый ушедший, что называется с головой в религию: "Православные за веру, за царя...". Церковные службы, посты, крестный ход и ежедневное упорное шлифование лбом пола, даже облысел от такой жизни бедняга-неофит. От подобных "прозревших" отделаться, как правило, чрезвычайно трудно если вдруг да привяжутся. Со "свидетелями Иеговы" проще, на вопрос "Давайте поговорим о боге?", Сашка всегда отвечал в свою очередь "Давайте поговорим о боксе!", вставал в боевую стойку и поклонники заморских вероучений обычно сразу же оставляли его в покое. Ничего толком не добившись от старика Александр двинулся дальше по деревне, людей на улицах и в огородах почти не видно, может быть все аборигены заняты на полевых работах. Жрать хотелось просто убийственно, наконец заметил у одной из изб, молодую еще, или скорее средних лет тетку. Они поговорили чуток и за пару антикварных копеек хозяйка его накормила, что называется до отвала: домашний ржаной хлеб вчерашней выпечки, парное молоко и свежие, теплые яйца, взятые прямо из-под курицы. Жаль только - соли у нее не было ни крупм=инки, но с голодухи можно и обойтись без этой приправы. Наевшись он повеселел, вот это другое дело, не то что больной на голову дед Митрич с его древними молитвами и христианскими нравоучениями. Баба посоветовала выйти на дорогу и поймать попутку до райцентра, если он конечно правильно понял, уж очень архаично выражались господа сектанты, не иначе специально собственный язык разработали. На тракте как назло царила гнетущая пустота, может быть все-таки праздник сегодня, вот только какой? Прождав почти час, Сашка потерял терпение и отправился пешком, но к счастью, вскоре его догнал мужик на телеге. Старинное средство передвижение двигалось медленно, почти со скоростью пешехода, но зато теперь ноги не устанут от долгого пути. Попутчик оказался на редкость болтливым, и если в деревне с местной географией были знакомы слабо, то от "водителя кобылы" Сашка получил некоторые сведения о местности. Судя по всему Москва была где-то на северо-востоке и по современным меркам совсем недалеко, просто невероятно, что рядом с огромным многмиллионным мегаполисом сохранилось такое дикое запущенное место. Забытый было вариант с машиной времени снова выскочил наружу, как чертик из табакерки. Александр еще раз решил рассмотреть все аргументы "за" и "против". Что мы имеем "за"? Есть в наличии деревня, где жители ведут образ жизни характерный для 17-го 18-го или даже первой половины 19-го века, тут без специалиста историка или этнографа не разберешь. Исчезли, или хорошо замаскированы все следы современной цивилизации, не то что ЛЭП нигде нет, так даже и покрышки старые по кустам вдоль дороги не валяются. Аргумент "против" однако перевешивал все эти доводы и факты, так у нас есть вполне современный противоатомный бункер со всем сопутствующим оборудованием вплоть до автономных источников электроэнергии. Не сочетаются лапти и бороды с дизель-генераторами и электроникой хоть убей, значит тут что-то фальшивое... Надо выбирать - или "посконность" с иконами или дизель с компьютером. Но ДГА в убежище были настоящими, уж в этих то вещах Сашка разбирался хорошо, так в чем же тогда дело? Его "внутренний скептик", не желая сдаваться, подкинул новую версию - здесь находится резервация или этнографический парк, специально созданный для для интуристов, желающих поглазеть на "wild russian muzik", тогда понятно почему столица рядом. На западе такие аттракционы организуют повсеместно, пожалуйста желаете - вот вам голые папуасы с копьями, или команчи на мустангах с томагавками. Скорее всего и в Российской Федерации некие ловкие дельцы решили срубить хорошую толику "бабла" на русской экзотике. Правда в такую картину совершенно не укладывались деревенские дети, с которыми он столкнулся на окраине села, уж слишком естественно и непринужденно ребятишки себя вели. Все же бегать босиком по лесу нехорошо, один острый сучок под ногой и здравствуй столбняк, а там и до морга совсем недалеко. Но с другой стороны, может быть здесь задействовали сочетание хорошо подготовленных профессиональных актеров и "экологических" любителей-сектантов, неплохой вариант - дешево и сердито. Тут Сашку вдруг впервые посетила весьма неприятная мысль, что же он будет делать, если вдруг действительно попал в прошлое? Его основная профессия вряд ли будет востребована в те далекие времена, где электричество скорее всего объясняется деятельностью Ильи-пророка. Но он не стал пока особо заморачиваться перспективами возможного трудоустройства, в бункере имеется масса всякого добра, можно будет просто распродавать все это барахло потихоньку, ему на длительную безбедную жизнь хватит, да еще и потомкам останется. И вообще с какого бодуна он решил, что попал в "прошлое", может это как раз наше светлое будущее? Не далее как вчера по первому каналу ТВ один такой в меру упитанный и бородатый "русский витязь", чисто семитской, впрочем наружности, жаловался корреспонденту, что дескать трудно возрождать "исконные российские традиции"... Меч булатный, без которого "рассейскому" доморощенному самураю жизнь не мила, якобы стоит бешеных денег, надо чтобы правительство выделило ему такому красивому и холеному "на халяву" 25 гектаров плодородного чернозема для родового поместья и желательно вместе с даровыми работниками впридачу. Добавим до кучи всяких клоунов наподобие небезизвестного Говорухина, чуть ли не ежедневно плачушихся с экрана ТВ о "России, которую они потеряли", россказни псевдоисториков-популизаторов о добром барине и "милых дворянских чудачествах", плюс циркулирующие в обществе устойчивые слухи о намерении прежнего президента помазаться на царствие. Может в самом деле Сашку не на 100-200 лет назад закинули, а как раз наоборот на 50-100 вперед? Допустим что, пришли к власти эти самые деятели-"патриоты", теперь у одних "истинно русские" лапти и курные избы, а у другие с размахом прожигают жизнь в Ниццах и Монте-Карлах. Промышленность и цивилизация везде кроме нескольких крупных городов исчезли напрочь, народ добровольно-принудительно загнан очередной раз в "светлое будущее", сиди дескать Ванька на печи и блох в бороде ищи, а не то добрый помещик посечет тебя для твоей же пользы. Вспомнился прочитанная давным-давно в детстве еще фантастическая повесть в "Вокруг света"... Там путешественники во времени сперва полагали, что попали в прошлое, как же кругом рыцари, доспехи и темные-забитые крепостные крестьяне-сервы, а присмотрелись внимательно и обнаружили, что наконечники копий и стрел у аборигенов сделаны из нержавеющей стали. Оказалось, что это то самое долгожданное "светлое будущее", только после небольшой термоядерной войны. Все государства развалились, царство всеобщего упадка - развитой феодализм одним словом наступил. Неприятная ассоциация возникла с нынешним положением Сашки и чтоб развеяться хоть немного, он решил поговорить с владельцем транспортного средства, а то как-то невежливо совсем получается.
  -Как последняя деревня называется? -Сашка вспомнил, что забыл из-за стычки с сильно религиозным дедушкой о очень важном моменте. Он ведь собирался обязательно вернуться к загадочному подземному бункеру, а населенный пункт в данном случае послужит ориентиром.
  -Котора? -возница, мужик средних лет, не сразу понял, о чем идет речь.
  -Да вон та, что возле малых прудов. -уточнил вопрос Александр.
  -Энта Сосновка их млсти помещика Ясинского имение. -зевая выдавил из себя усталый возчик, даже короткий разговор с Александром уже изрядно его утомил, -Оне, барин значится, сами все по столицам проживают, мужики здеся почитай все на оброке. Дальше буде Березовка, тама все больше казенны хрестьяне. Ты сам то мил человек из каковских вышел?
  -Это...э-э-э... мещанин я, -не сразу ответил Александр на неожиданный вопрос, ну а чего такого, помнится другой Александр, только Сергеевич писал что-то вроде: "Я братцы мелкий мещанин..." и ему памятники по всей стране ставят. Стоит один такой Пушкин у них в городе как раз напротив центральной городской библиотеки имени Ленина притулился. Но все же Сашке надоела эта игра, пора действовать в открытую, сколько можно дурака валять, они что не видят с кем столкнулись?
  -Слышь мужик, кончай это балаган, я ведь не интурист, совершенно случайно сюда попал!
  -Балаганов нынче в городу не будет, ярмарка тока через месяц, -опять зевает спутник.
  Что за чудеса, неужто всемогущие хозяева миниатюрный радиомикрофон тут к каждому актеру прицепили и жестоко штрафуют за любое отклонение от заданной роли? Да не позавидуешь беднягам, он бы так долго не выдержал, интересно как решили проблему контроля и "прослушки" на такой сравнительно большой территории? Впрочем технологии сейчас развиваются фантастически быстро, еще недавно восьмиразрядный микропроцессор на жалких 4 мегагерца тактовой частоты казался чудом техники, а сегодня народ морду воротит от устаревших гигагерцовых монстров. Пришлось Александру оставить мужика в покое, скоро они приедут в город, там на месте и разберемся, что это такое резервация, прошлое или будущее, или может быть вообще параллельная реальность... Райцентр считай - цивилизация, а значит должны быть газеты, телевидение и средства связи - радиосвязь, телефон, телеграф. Или уж совсем на худой конец хоть указы и распоряжения, наклеенные на стенах домов он увидит, вроде так в старые времена доводили информацию до населения.
  
  Глава 2. Казенный дом.
  
  Отмотаем ленту времени немного назад и вернемся туда, откуда наш герой начал свой путь в этом новом и пока совершенно непонятном мире, благо в рамках повествования такая операция не представляет трудности. Вот тот самый дуб, с вершины которого он терзаемый сомненьями, разглядывал окрестные пейзажи. Чирикают в ветвях беспечные птички, шумит ветер и кажется ничто более не нарушает покоя этого места. Но что это за странный шум? Гора опавших листьев вспучивается, точно гигантский дождевой червь рвется из под земли наружу. Слышен мягкий щелчок сработавшего механизма стопора и тяжелая бронированная крышка снова замирает строго в вертикальном положении...
  Проходит еще пара минут и на сцене осеннего леса появляется новое действующее лицо. Если бы Александр увидел этого человека, то вряд ли бы сразу узнал, хоть и был знаком с ним добрых два десятка лет. Уж здорово одежда меняет облик, "имидж-все", тот был в клетчатом пиджаке, джинсах, кроссовках и синей бейсболке с надписью "Газпром", а этот "как денди лондонский одет". Такое впечатление, что из недр противоатомного бункера появился коренной обитатель начала 19-го века. По крайней мере, такими их изображают в телевизионных сериалах и исторических фильмах: высокая шляпа-цилиндр, добротный английского сукна дорожный сюртук, рубашка тонкого голландского полотна, светло-серые брюки с высоким поясом и коричневые юфтевые сапоги с длинными отворотами. Добавим еще белые замшевые перчатки и шелковый платок повязанный на шее на манер пионерского галстука и получим типичный дорожный костюм состоятельного путешественника того времени. Примерно так они, аборигены начала прошлого века и выглядят на страницах "Ярмарки тщеславия" Теккерея или рассказов Диккенса. Правда, наметанный глаз историка-эксперта без труда уловит явную фальшь и грубую имитацию, так на пример - обувь на резиновой подошве и пластик заменяющий слоновую кость на навершии тросточки. Но для провинции сойдет, здесь главное - внешний вид, солидную "представительность" создать. С прежним профессором-историком Виктором Степановичем Голиковым этого "господина" связывала только одна приметная деталь - очки, да и те теперь красовались в старинной металлической позолоченной оправе, а-ля "пенсне на цепочке". Постояв еще некоторое время и повертев головой, он не без труда вытащил наверх с помощью веревки увесистый дорожный саквояж, размерами больше напоминающий чемодан века ХХ-го.
  Небрежно, ногами и тростью забросав лесным мусором закрывшийся люк, новый "путешественник во времени" двинулся в дорогу, сверяя путь по солнцу строго на восток, туда где рано или поздно лес перережет проселочная дорога. Тратить время на запоминание ориентиров он не стал, незачем - сюда возвращаться в ближайшее время уже не придется, если вдруг возникнет желание или необходимость снова взглянуть на бункер, то ему обязательно помогут другие участники Проекта. А если нет... значит ему судьба остаться в прошлом навсегда, ведь он не сможет самостоятельно расконсервировать и запустить в работу дизельные генераторы и другое необходимое оборудование, без них машина времени - просто кусок бесполезного железа.
  Да, не удивляйтесь, в отличие от "случайно попавшего в сказку" Александра, Виктор Степанович Голиков прекрасно знал куда и в какую эпоху прибыл, более того он был одним из авторов-основателей "Проекта коррекции исторических событий" и стоял у истоков этого предприятия. К сожалению, его попутчик, потенциальный помощник и телохранитель бесследно исчез, два часа ожидания на месте результатов не дали. Сперва даже у профессора зародилось сомнение, что Сашка действительно прибыл сюда, вдруг произошел случайный сбой в работе капризной электроники управляющего модуля машины времени, и бренные останки его спутника сейчас может быть в меловом периоде хищный тираннозавр доедает? Но свежая глина на стальных скобах-ступенях и вскрытый ящик с оружием, равно как и открытые запоры люка и герметичной двери места для иного объяснения не оставляли. Жаль... очень жаль, "запасной" специалист по электронике у них команде есть и не один, а вот второго такого хронопутешественника - "снайпера" или "стрелка", а именно под такой кличкой старый знакомый Степаныча проходил во всех внутренних документах Проекта - не было. Осталось надеяться, что Сашка рано или поздно вернется обратно к убежищу, или может быть удастся отыскать его следы позднее при помощи аборигенов. Бегать по лесу в поисках пропавшего напарника у историка не было ни малейшего желания, сил, да и времени тоже. И так Проект выбился из всех ранее намеченных графиков и сроков. Теперь он, Виктор Степанович Голиков должен, действуя в одиночку, должен немедленно приступить к подготовке плацдарма в прошлом для работы остальных членов Проекта. Как-то не по себе без спутников продираться через лесные заросли, разбойники тут не такая уж и экзотика, особой надежды на карманный двуствольный пистолет и спрятанную в трости шпагу у него нет, не боец одним словом. Да ему хоть АКМ в руки дай, и все равно решительный местный "мужик с ножом" одержит верх над профессором, рафинированным интеллигентом в N-ом поколении. "Лихого" человека интеллектом не покорить, поэтому и прихватил историк с собой Александра в качестве спутника и телохранителя. Знал он этого парня давно и считал, что сможет убедить его поработать в общей команде Проекта, хотя бы ради призрачного шанса на возвращение домой.
  По дороге через лес он несколько обтрепался и отчасти потерял прежний холеный вид, но это даже хорошо, солидный барин не может появиться в провинциальном городишке без собственного выезда и хотя бы пары слуг. Ни того и другого из будущего с собой не возьмешь, а телохранитель, и заодно потенциальный "крепостной слуга" исчез бесследно. Поэтому придется использовать "запасную" хитрую легенду для внедрения, в основу которой лег сюжет "Кота в сапогах". Нет, совсем не сказки Шарля перо, а скорее ее поздней "экранизации". Помните, в японском узкоглазом варианте так: "Принцу Халява слава, да здравствует принц Халява!", так вот и будет у нас свой российский "прЫнц Халява".
  В последнее время Проекту трагически не везло, так в прошлом году разорился главный, можно сказать, что единственный и основной спонсор. Нет больше среди них богатого и преуспевающего бизнесмена, снабдившего раннее Проект оружием, снаряжением и предоставивший для нужд "путешественников во времени" свое домашнее бомбоубежище - тот самый бункер на горе, откуда все и началось на новом месте. Былые энтузиасты, прямо таки горевшие огнем свершений, постарели, погрузнели, обзавелись болезнями, семьями и детьми - мало ли чего произошло за долгие 15 лет, пока шла тщательная и кропотливая подготовка к путешествию в прошлое. До сих пор была не решена полностью и проблема финансирования деятельности "господ корректоров" в начале века 19-го, да и в настоящем "денежных" затруднений Проекту хватало выше крыши. По технической части полный завал: главный "гуру" - ученый, случайно создавший машину времени в ходе инициативной разработки по другой тематике, постепенно впадал все больше и больше в старческий маразм, а из молодых коллег никто его заменить не мог. Все складывалось очень и очень неудачно, прямо сплошная полоса невезения, наступил момент когда надо было или бросить все, или решительно идти напролом. Вот поэтому, когда подошло время, бедняге Степанычу пришлось "личным примером" возглавить первый десант в прошлое, других добровольцев пока не нашлось. Не было твердой уверенности, что человек без вреда для здоровья и рассудка перенесет такое перемещение во времени и пространстве.
  По идее, надо было бы взять с собой в начало 19-го века профессиональных военных, вот только одна беда: у "профи" могут со временем прорезаться претензии на лидерство. Так просто с ними не сладить - не любят вояки "пиджаков", особенно не переносят "сильно умных"... это первая причина, почему он предпочел прихватить в прошлое своего соседа. Вторая заключалась в том, что "вояк" к тому времени в Проекте уже не было ни одного. После того как с "генералом", а на на самом деле - отставным полковником-генштабистом они разругались в хлам, "погоны" все до единого, как по команде их покинули. Солидарность у них сволочей таких видите-ли против "шпаков" прорезалась... чистоплюи мундирные. Первоначально ведь предполагалось, что Степаныча будет сопровождать и охранять профессионал, человек имеющий боевой опыт и посвященный во все детали замысла. Заменить его кем-то стороны было очень уж рисковано, как поведет себя "крутой мужик" увидев, что в документах он значится бесправным рабом, якобы для маскировки? Ставить на своей шкуре такой психологический опыт историк не рискнул, он хоть и ученый, но жизнь за науку пусть отдают другие. Да и у "насильственно завербованного" могли остаться в настоящем времени любимая жена, дети, и мало ли еще кто и чего - требовалось длительное изучение и сбор сведений о каждом таком кандидате. А сроки уже поджимали. Но "господин историк" не был бы гением, по крайней мере он так скромно себя называл в узком кругу соратников, если бы не имел под рукой реального запасного варианта. Тут то он и вспомнил о старом знакомом, его соратники по Проекту однажды лишь мельком увидев Сашку сразу же замахали руками: "Ты чего и не думай, он же определенно тормоз - это с первого взгладя заметно!" Но историк знал, что это не совсем так, да действительно после Афганистана с молодым парнем что-то случилось, иначе никак нельзя объяснить то факт, что "сержант без промаха" до сих пор не в большом спорте, не у силовиков, и не у криминала. Он как бы "замкнулся в себе", и жил можно сказать "автоматически": учился в ВУЗе, позднее приходил на работу и что-то там делал согласно должностной инструкции и предписаниям, но никуда не стремился, не двигался вперед, просто жил по-тихоньку. Для бурных 90-х это абсолютно "ненормально", когда все куда бежали, чего ловили, что-то скупали и ловчили... кто поймал свою "птицу удачу", кто погорел на акциях МММ, а кого-то по весне нашли в лесу с дыркой в голове. Для тех лет Сашка вяглядел настоящим "психом", хоть и был вполне нормальным и здоровым человеком, это скорее весь остальной мир вокруг него временно сошел с ума. Но в любом случае, талант как говорится не пропьешь и в землю не зароешь, хорошо знакомые с Александром люди утверждали, что как стрелок из ручного оружия он - явление просто уникальное, и им можно было верить. По крайней мере, к такому выводу пришел Степаныч, тщательно проанализировав все имеющиеся факты. А что до чрезмерного "спокойствия" или "тормознутости", как угодно или даже "тупости", то ему этот недостаток в плюс, недаром среди снайперов-непрофессионалов Великой Отечественной войны так много всяких чукчей, якутов и прочих представителей "горячих" и малых северных народов. Отсутствие "шила в заднице" совершенно не помешало этим бойцам настрелять сотни, если не тысчячи даже "истинных арийцев", факт общеизвестный. С интеллектом как раз у Александра дела обстояли в полном порядке, ВУЗ он закончил почти, что с красным дипломом, требовалось лишь пересдать для красивой корочки один-единственный незначительный экзамен. Но похоже, что к тому моменту парню на все эти заморочки было абсолютно наплевать - "сойдет и так".
  Да будь он хоть и полный даун от рождения - не важно, решил историк, не суть другое - главное стреляет точно и быстро, причем практически из любого оружия, а именно это в сущности и требовалось. Из современного вооружения у них Проекте в наличии шиш да маленько - автоматический пистолет в единственном экземпляре и пара ящиков ручных гранат устаревшего образца, "ствол" пожертовал один из участников Проекта, а "лимонки" достались совершенно случайно. В магазине пистолета лишь восемь патронов и нужен ему такой "хозяин", что ни потратит даром ни одного. Там в 1801-ом году бессмысленно пугать аборигенов, не поймут ведь - они такой экзотичекой "железки" сроду не видели. Нет ни малейшего смысла кричать и стрелять в воздух, только на поражение и иначе никак. Если им сильно не повезет и там у люка бункера уже собралась гоп-компания в пару-тройку сотен разбойников, то не спасет и пулемет. Но вроде бы по архивным документам в месте "внедрения" в указанный период таких крупных бандформирований не наблюдалось. С небольшой группой "работников ножа и кистеня" разобратся сможет и Александр. Он не очень хороший боец в рукопашной, но ведь если дело дойдет до кулаков и ножей, то им в любом случае конец. Хроноаборигены задавят пришельцев количеством, никакой Брюс Ли не справится одновременно с несколькими сильными и решительными противниками. Так что этот фактор не определяющий, Степанычу нужен хладнокровный убийца, а не специалист по уличному или спортивному мордобою, должно быть так: один патрон - один труп. И для Проекта такой редкий в ХХI веке специалист может оказатся полезным, ведь историю не "корректируют" в белый перчатках, без кровопускания все равно не обойтись. Остался еще один существенный момент, а будет ли потенциальный телохранитель стрелять по приказу или в порядке самозащиты, не оставила ли минувшая война у него своего рода "блок" на такие действия? Степаныч был уверен, что ерунда все это, нет у него там никаких комплексов...
  -А если бы война не закончилась, что бы ты делал дальше? Так бы и убивал тех афганских дехкан-голодранцев? -спросил он однажды Сашку, беседовали вечерами они в последний год перед "заброской" часто и обычно на кухне у историка, попивая попутно ароматный чай.
  -Или мы их или они нас. -с совершенно невозмутимым видом ответил тот и потянулся за своей чашкой, -Война!
  То, что мне нужно, решил тогда историк, вот он в принципе "идеальный солдат", готов сражатся, готов выполнять приказы, готов и умереть... За что - Степаныч придумает, это его работа, хоть за "интернациональный долг", хоть за "национальный", хоть "за веру, цари и отечество" - главное подать эту байду в правильной обертке и вовремя. Зря парнишку на медосмотре при попытке устроится в МВД забраковали, нет у него никакого "ветнамского синдрома", сказки это все, придуманные медиками для "попила" госбюждета. Да он и раньше был таким и сильным и слишком "спокойным" одновременно, скорее всего со временем это качества усилились и невольно стали бросатся в глаза, до этого "странностей" просто не замечали. Пожалуй так даже лучше, современную молодежь у которой действие зачастую опережает мысль историк недолюбливал. "В пользу" Сашки работал и еще один существенный момент, которого были лишены остальные кандидаты - он одинок, родители у него постоянно проживают в другом городе, и с подругой он недавно разругался. Осталось лишь подгадать, когда Александр получит очередной отпуск и тогда ровно месяц его никто не будет искать, а примерно столько же времени Проекту требовалось как для предварительное разведки прошлого, так и для "закрепления"там и окончательного перемещения всего своего "личного состава" и имущества в выбранный участок Времени. В противном случае могли возникнуть нежелательные проблемы с правоохранительными органами. И самое главное - Степаныч был убежден, что сможет на 100% контролировать парня, многолетнее знакомство и даже "дружба домами" давала хороший шанс "повесить на уши" этому "лоху" любую лапшу - обязательно поверит ведь!
  Вот поэтому, когда историк не обнаружил Александра ни внутри, ни возле бункера, то первое время даже чуть ли не в "шоковое состояние" впал - куда "этот идиот" мог без него уйти? Да Сашка просто неспособен на такие действия! Удрученный исчесзновением "верного раба", он так расстроился, что даже забыл взять из условленного места заранее приготовленный пистолет, и вспомнил об это упущении только на полпути к уездному городу, когда вернутся назад было уже нельзя.
  Бог ним с этим пропавшим телохранителем, но теперь надо обязательно дойти до уездного городка и первым делом более-менее обосноваться там, далее путь лежал в Златоглавую. Остальные соратники должны были по договоренности переместиться в прошлое только при получении условных сигналов, свидетельствующих, что "наш человек" благополучно прибыл на место, "укоренился" и приступил к деятельности. Вариантов нет, если историк останется в бункере, то скорее всего Проект решит, что все провалилось и за ним никто не последует. Кроме того он рассчитывал, что прибыв первым и обустроившись займет де-факто ведущее положение в Проекте и будет диктовать свою волю соратникам. С этими кадрами у Степаныча были кое-какие принципиальные разногласия. Нет они все конечно, хотят "Великую Россиию", только каждый понимает это "величие" по-своему.
  До местного "райцентра" - уездного городка N Виктор Степанович добрался, вопреки ожиданиям, без особых приключений, сомнительное удовольствие прокатиться на жесткой соломе в крестьянской телеге обошлось всего в полтину, иначе говоря - пятьдесят копеек серебром. Въезд его не произвел в городе совершенно никакого шума и не был сопровожден ничем особенным. Только два поддатых мужичка, стоявшие у дверей питейного дома против гостиницы, сделали кое-какие дельные замечания, относившиеся, впрочем, более к головному убору пришельца, чем к его обладателю.
  -Вишь ты, -сказал один "питух" другому, - во какая шапка чудная! Не иначе немец заморский к нам пожаловал?
  -Не, Фома энто царев служивый поди, -отвечал другой, -Тока ненашенский, не рассейской, мож хранцуз?
  Виктор Степанович отвлекся на минуту разглядывая парочку экзотических одетых оборванцев-бомжей у кабака и тотчас был наказан. На него налетел молодой человек во фраке и белых коротких панталонах. Обошлось без конфликта и даже без ругани, мило раскланялись снимая головные уборы и разошлись каждый по своим делам. Во дворе гостиницы его снова чуть не сбил с ног вертлявый типчик с засаленной салфеткой в руке, и еще одной грязной за поясом. Не иначе это половой из трактира при гостинице или комнатный слуга. Историк собрался было спросить о наличии свободных номеров, но не успел и рта открыть. Его схватили за руку и дернув, волоком потащили на второй этаж, разбитной слуга трещал не переставая точно реклама из надоевшего в двадцатом веке "дуроскопа", расхваливая на все лады достоинства своего убогого заведения. Всего два рубля в сутки с полным пансионом, не так уж и много для провинции. Другой прислужник в длинном сюртуке резво подскочивший сбоку попытался было взять из рук приезжего господина багаж, но неожиданно встретив жесткий отпор в виде болезненного пинка по лодыжке, сконфуженно удалился, слегка прихрамывая на пострадавшую ногу. Расставаться пусть даже на короткое время со своим дорожным саквояжем-чемоданом историк не собирался. Слишком уж необычное содержимое скрывалось за его гладкими боками из добротной, но искусственной кожи сделанной под 'крокодила'.
  Пока новый приезжий господин осматривал свою комнату, гостиничные служители за его спиной вполголоса обсуждали необычного посетителя, как так такой барин и совсем без горы чемоданов и собственной прислуги. До обострившегося после утренних событий слуха Виктор Степанович вдруг долетело неприятное слово "жулик". Он резко обернулся и смерил тяжелым взглядом скучившихся за порогом слуг, холуи тотчас прикусили языки и натянули на лица дежурные угодливые выражения.
  Обследовав апартаменты он остался вполне доволен, с мусором и тараканами еще можно смириться пару-тройку дней, дольше жить тут не придется. Наружный фасад гостиницы полностью отвечал ее внутренности: она была очень длинна, в два этажа. Нижний не был оштукатурен и оставался в темно-красных кирпичах, еще более потемневших от лихих погодных перемен и грязноватых уже самих по себе. Верхний этаж был выкрашен грязно-желтою краскою 'казенного' оттенка в которую принято красить казармы и прочие казенные присутственные места. Внизу уютно располагались различные мелкие лавочки, торгующие хомутами, веревками, баранками и прочей розничной "бакалеей". В угловой лавке, или лучше сказать в окне, помещался торговец сбитнем с огромным самоваром из красной меди и рожей такой же красной и внушительной, что близорукому наблюдателю издали можно бы подумать, будто на окне стояло сразу два самовара, если бы один "самовар" не был с черною как смоль бородою.
  Внизу в трактире Виктор Степанович встретил уже знакомых до боли по русской классической литературе персонажей. Эти бородатые красноромордые хамы в поддевках до колена и сапогах складками гармошкой до паха не иначе купцы, пришли попить чаю и обсудить очередные сделки, других посетителей здесь не было. Размотав цветную шелковую косынку на шее, наш "господин" велел половому подать себе обед. Никакой экзотики тут не было, но ассортимент на удивление хороший: горячие щи с слоеным пирожком, мозги с горошком, сосиски с капустой, пулярка жареная, огурец соленый и слоеный сладкий пирожок на десерт к липовому китайскому чаю. Плотно пообедав он задержал трактирного слугу и подробно расспросил, выведал имена и должности всех важных городских чиновников. Пока абориген путаясь в фамилиях и рангах пытался отвечать на его вопросы, внимание Виктора Степановича привлекла картина на боковой стене изображающая полуголую девицу с грудью явно даже больше чем XXL, к сожалению ниже пояса эта особа была снабжена рыбьим хвостом. Неожиданно ему захотелось того о чем он уже добрых пять лет почти не думал - дико потянуло на секс, но всему свое время. До местных, туземных красоток он еще доберется, дайте только срок.
  Отдохнув часок на жестком диване в номере, гость уездного городка написал прямо на саквояже, с которым не расставался даже в трактире, короткую пояснительную записку для полиции, указав свой чин, имя и фамилию для сообщения куда следует, а так же обстоятельства приведшие его в город N. На бумажке половой, спускаясь с лестницы, кое-как прочитал по складам следующее: "С уважением... ваше превосходительство... Курляндский потомственный дворянин Филипп Карлович Пферд... помещик... по своим надобностям в Москву, жестоко ограблен собственными слугами по дороге и посему покорно прошу вашей милости содействия в немедленном розыске злодеев и похищенного имущества.". Французские словечки пришлось опустить, но и без них все понятно. С минуту-другую подивившись такому обороту, грабежи и разбой на большой дороге в уезде редкость, слуга промедлил. Последнего разбойника, знаменитого на всю губернию Яшку-кривого изловили два года назад. Вот однако повод для новых сплетен и слухов в сонном болоте провинциального городишки, будет о чем почесать длинные языки местным кумушкам. Служитель, спрятав записку в карман неторопливо отправился к хозяину, вечером эти сведения будут обязательно представлены до начальства.
  С утра весь следующий день был посвящен закупкам необходимых мелочей и "почистив перышки" приезжий господин после обеда отправился делать необходимые визиты всем городским сановникам, начав понятное дело с полицмейстера. Как он и рассчитывал местные "слуги порядка" не стали торопиться с розысками преступников или устраивать "операцию перехват". Здесь такое не в обычае, обычно полицейские ждут, когда злоумышленники сами по себе попадут в руки закона, при сбыте награбленного например.
  Важно другое, везде его, коренного уроженца двадцатого века принимали за своего в доску, никаких косых взглядов и подозрений, промах с цилиндром, позаимствованным из театрального реквизита, он уже устранил... все получилось! А ведь были опасения и немалые, но "внедрится в провинциальную среду" оказалось даже проще чем у классиков русской литературы. В последний месяц перед путешествием во времени он запоем прочитал всего Гоголя вплоть до примечаний мелким шрифтом и даже критики, ранее в школе пропустил - тогда показалось чересчур скучновато. Между гоголевским махинатором, скупщиком мертвых "ревизских душ" Чичиковым и Виктором Степановичем было определенное сходство, оба собирались заняться противозаконной деятельностью, только господин историк не стал мелочится, он сразу замахнулся на куда как более крупный куш...
  
  .........................................................
  -"Цыганка с картами, дорога дальняя... Дорога дальняя, казенный дом... Быть может, старая тюрьма центральная меня парнишечку, по новой ждет."
  -Чаво распелся то? Не горюй паря, попадешь еще туды, не минешь. -утешил загрустившего было Сашку возчик, его к слову Тимофеем звали, -Нашему брату в казенном месте завсегда рады и напоят и накормят и посекут. У меня вот кума в Сибирь закатали в позапрошлом годе. Истинно народ грит: "От сумы и от острога не зарекайся."
  -За что его, если не секрет? Украл, убил или ограбил кого?
  -Ведро пива на дому сварил... Ты че не слыхал, теперича строгости у нас, откупщики со стражниками по деревням рыскают волками, чуть чо на правеж немедля волокут, а кум до бражки и полпива большой охотник был и сам гнал зелье, царствие ему небесное.
  -Так вроде же в ссылку отправили, а не казнили? Или я ослышался?
  -Ежели зимой в Сибирь погонют, то почитай прямиком на то свет така ссылка выйдет, мало кто живым доходит, особливо если еще на дорожку кнутом благословят. Я уж ему свечку в церкви поставил за упокой, сгиб мужик почитай ни за что.
  Остается Сашке только надеяться, что все это искусная игра актеров, иллюзия и миф, на интуристов стараются работать. Ведь если в самом деле попал в места, где с самогоноварением борются так жестко, что товарищ Сталин со своими репрессиями нервно курит в сторонке... скучно здесь однако... вероятно и за остальные мелкие проступки карают не менее сурово. Но вот уже и райцентр показался за поворотом пыльного проселка, или "уездный город" на языке аборигенов. Прочь сомнения, будем надеяться, что скоро появится долгожданный ответ на все сегодняшние вопросы.
  Городок встретил Александра совершенно безразлично, на въезде сразу бросилась в глаза хитрая будка раскрашенная белыми и черными полосами и шлагбаум точно такой же расцветки. Схалтурили господа бизнесмены, сразу видно все сделали точно по классику: застава-кабак-церковь-кабак-застава, нет бы нечто оригинальное придумать, и названия у деревушек в этом этнографическом парке тоже бестолковые, никакого полета фантазии, не иначе американцы тут все спроектировали. То ли дело едешь у нас по трассе, смотришь указатель д.Сундуково, а через пятнадцать километров д.Чемоданово, еще полста верст отмотаешь и пожалуйста - д.Ванячмо. Вот это совсем другое дело, сразу запоминается навсегда, а тут словно в дурном заокеанском детективчике "про Россию" где все русские - Ивановы, а все деревни - Сосновки или Ольховки. Белокурый мальчик, босоногий в выцветшей не по росту рубашке до колен быстро дернул засаленный шнурок и шлагбаум медленно пополз вверх пропуская наших пришельцев. Сашка ради интереса заглянул в эту сортирообразную будочку, где по идее должен размешаться грозный городской страж. Старый воин на месте, спит как ребенок сидя на маленькой скамейке и поджав под себя ноги, забавные у дедушки усищи, или это скорее всего баки так он так отрастил, словно по бокам торчат две независимые бородки? И мундир древний из шинельного сукна пошитый, точно из исторической ленты не иначе прямо из реквизита Мосфильма взяли, пацан же наверное по замыслу режиссера приходится старику внуком или даже правнуком. Тимофей высадив Сашку в центре городка отправился далее к базару, или как он выразился к Сенной. Александр прошелся по местной центральной улице разглядывая строения, вот большое красивое каменное здание, оно выстроенное явно с претензией на монументальность, может сразу туда сунутся, здесь должна, нет просто обязана размещаться местная администрация. Скорее всего за старинными фасадами он найдет вполне современные офисы с компьютерами, факсами и телефонами. Та что же, идти туда или нет? Терзаемый сомнениями он решил все же сперва пробежаться по городу, осмотреть тут все, а уж потом действовать наверняка.
  Примерно через час из всех возможных версий у него осталась только одна, место куда он попал, действительно находиться в прошлом. И это июль-август 1801 года, если верить облезлому и частично оборванному официальному объявлению на заборе и подобранному на улице обрывку неизвестной газеты. Манифест информировал обывателей о состоявшейся коронации и восшествии на престол императора Александра Первого, а на газетном обрывке была указана дата - 29 апреля 1801г, можно конечно было и точнее определится, но привлекать излишнее внимание местных аборигенов "странными" вопросами Сашка не рискнул. Предположим это фейк, обман и имитация специально рассчитанные на иностранных туристов, но он за час облазил всю округу и нигде не увидел ни одной торчащей из земли стальной арматурины, ни единого обломка бетона или силикатного белого кирпича. Окончательно его добило посещение местной свалки, этого добра в городе хватало, почти за каждым домом имелась своя собственная... В райцентре вообще царила дикая антисанитария по меркам 20-го века и пахло отнюдь не розами, мало того, что кругом грязь чуть ли не по колено, так еще и кучи конского навоза всюду валяются, приходится внимательно смотреть под ноги, чтоб куда-нибудь не вляпаться. Копаться на помойке он естественно не стал - побрезговал, одного беглого взгляда хватило, что бы убедиться, что почти все отбросы, что называется естественного происхождения: пластик, полиэтилен, пенопласт и жесть отсутствуют в принципе как класс. Значит точка - версия с резервацией полностью отпадает, провал в будущее тоже. Теперь остается только поближе познакомится с Россией, которою потерял это как его, фамилия еще "болтливая", вот его бы сюда, пусть полюбуется на "патриархальную жизнь", понюхает чем она пахнет.
  Тогда, в тот день "гость из будущего" и совершил первую и единственную трагическую ошибку, начав "внедрение в новую жизнь" с посещения местного базара. Александр решил не испытывать лишний раз судьбу "на удачу", шатаясь по улицам городка, тем более, что местные аборигены время от времени обращали на него внимание. Один раз офицер или может быть чиновник - человек в мундире военного образца со шпагой на перевязи его окликнул, но Сашка поспешил ускорить шаг, сделав вид, что не услышал. На соседней улице пьяная бабенка с бланшем под глазом привязалась, вероятно рассчитывая на угощение от "кавалера", с трудом он ее "отшил", еще немного и тетка бы приобрела второй фингал для симметрии. Сашка предположил, что в большой толпе будет менее заметен, поэтому и направился прямиком на местный рынок. Благо деньги были, старинных дореволюционных монет подходящего периода у него примерно на 70 копеек, следовательно сейчас надо закупить побольше продуктов на всю сумму и бегом вернуться обратно в подземное убежище. Этот таинственный объект точно имеет определенное значение для перемещения по времени, а посему надо там и разбираться, что к чему и почем. Простая, "железная" логика, если это 1801г, то бункер со всем оборудованием, как и Александр прибыл сюда из будущего и не исключено, что пресловутая "машина времени" именно в нем и находится.
  А Гоголь оказался прав чертяка, действительно тут даже с сотней рублей в кармане всего добра на ярмарке не скупить, хотя для местных, судя по уровню цен, это видно бешеные деньги. Огромное скопище людей без всякого видимого порядка порядка и все продают, покупают, или просто разглядывают товары. Вместо прилавков какие-то простые деревянные, наспех сколоченные козлы, часть торговцев предлагает свой товар прямо с телег, а иной и на земле разложил свое добро на подстилке из грубой дерюги или мешковины. Чего здесь только нет, от уздечек, хомутов и сбруи, до свежих, только что из печи пирожков. Сашка на секунду замешкался и его тут же грубо толкнули в бок, разряженная в дорогие ткани толстая некрасивая барыня обозвала хамом, а тащившая за госпожой огромную корзину с покупками молоденькая кухарка напротив приветливо улыбнулась парню. А девочка то ничего... симпатичная, все при ней, как в народе говорят... так бы и приударил в другое время, только он и успел подумать, как рядом зашуршали длинные юбки цыганки.
  -Давай кавалер молодой, золотой, за жизнь погадаю, всю правду скажу! -заученной профессиональной скороговоркой выпалила представительница "кочевого племени".
  Почему бы и нет, тем более, что "волшебница" просит за "всю правду" всего лишь пятачок? Сашка без колебаний отдал медную монету и доверчиво протянул ладонь. Может в самом деле что-то дельное скажет, сегодня его уже трудно удивить необычными явлениями.
  -Вижу казенный дом и долгую дорогу и опять... -ворожея вдруг внезапно замолчала и молнией метнулась прочь в толпу, только пестрая шаль и мелькнула. Александр еще удивился тогда, что ее так могло напугать, вроде бы все вокруг мирно и спокойно. Не знал наш герой в тот момент, что его жизнь на ближайшее десятилетие уже давно определена. Некто очень важный в столице подписал две недели назад очередное распоряжение. Цыганка случайно угадала его судьбу, впрочем ничего удивительного в этом происшествии не было. Предсказатели будущего, маги, гадалки и прочие шарлатаны, как правило держат нос по ветру текущих событий, иначе им просто невозможно одурачить клиентов. Надо было ему тогда руки в ноги и вслед за цыганкой скорее удирать подальше от этого места, но он промедлил и опоздал, буквально на пять минут, ловушка судьбы захлопнулась, попался... обстановка резко изменилась и отнюдь не к лучшему.
  -Салдаты-ы-ы А-А-А!!!! Караул!!! Иду-у-ут!!! -истошный, пронзительный женский полукрик-полувизг подстегнул толпу точно невидимым бичом и спокойные, важные и даже самоуверенные минуту назад обыватели в долю секунды превратились в обезумевшее стадо. Они в панике давили друг друга и лезли на стены и заборы, опрокидывая попутно импровизированные лотки с товаром, топтали ногами упавших, только бы убраться подальше отсюда. Мужик продававший рядом с Сашкой прямо с телеги овес, дико заорал дурным голосом, и встав во весь рост огрел свою лошаденку длинными вожжами. Несчастное животное рвануло не разбирая дороги, и телега с бешеной скоростью, точно пуля, вылетела с рынка. Александру не повезло тогда, он неожиданно оказался стиснут в самом центре плотной человеческой массы, совершенно дурацкое и беспомощное положение. С одной стороны народ усиленно "прессовал" строй солдат в старинных мундирах и необычных ведрообразных головных уборах, кивер не кивер, скорее что-то вроде кожанной каски. Как показалось тогда Александру, они особо не церемонились и действовали предельно жестоко, пытавшихся вырваться на волю людей били в полную силу прикладами и подкалывали слегка штыками, загоняя обратно в толпу. С противоположного конца пытавшихся уйти сдерживали кавалеристы в блестящих медных касках с обнаженными саблями "на плечо", кое-где дети и подростки сумели проскочить между боками коней, но взрослые их примеру последовать боялись. Сдавленный со всех сторон народ стонал, кричал, ругался и проклинал мучителей, но на военных эта какофония не производила ни малейшего впечатления, скорее всего дело для них уже привычное и рутинное. Выдавив наконец людей с базара, они деловито оттеснили всех за окраину городка. Там толпу кое-как сбили в неровную колонну и погнали к мрачному строению, двор которого был огорожен высоким забором из толстых заостренных на концах бревен. Наверно это и есть тот самый острог, о котором упоминал возчик Тимофей, понял Сашка, но выбраться из толпы было невозможно. Вояки деловито загнали живую добычу во двор и тотчас же закрыли массивные дубовый ворота. Не то чтобы "гость из будущего" сильно испугался, он просто не понял, что вокруг происходит, между тем события развивались своим чередом. Людей постепенно начали отпускать на волю, в первую очередь освободили тех, кто попадал под категорию "господа" и был сравнительно лучше одет, затем понемногу выпустили женщин, подростков, детей и совсем уж древних стариков. Во дворе острога остались только мужики средних лет и молодые парни. Далее примерно час ничего не происходило, затем из внутреннего помещения тюрьмы солдаты принесли стол и два стула и вскоре появился офицер в доисторической треуголке, совсем как у Наполеона, а может быть чиновник военного ведомства. В мундирах наш современник не разбирался еще в ту пору, да и позднее с идентификацией многочисленных "их благородий" у него постоянно были проблемы. За начальником трусцой прискакал писарь с чернильницей, перьями и большой кожаной папкой под мышкой. Толпа во дворе острога заметно оживилась и как рассерженный пчелиный улей загудела, прежде спокойный народ заволновался и задвигался, что-то будет?
  -Щас зачнут откупать у казны, -произнес полушепотом стоявший рядом с Александром толстогубый парень.
  И точно, в массивных дубовых воротах острога открыли маленькую калитку и оттуда потянулся нескончаемый тонкий ручеек посетителей. Они подходили к офицеру протягивали какие-то бумаги, стараясь при этом незаметно передать его помощнику-писарю небольшие свертки или узелки, некоторые просители просто тихонько бросали подношения прямо под стол. Далее в сопровождении конвойного солдата родственники направлялись к толпе и забирали "своего" из числа задержанных на базаре, процесс шел довольно быстро, и вскоре во внутреннем дворе тюрьмы осталось только примерно три дюжины пленников, за ними из города никто не пришел.
  -Что они с нами сделают? -спросил Сашка у толстогубого, неизвестность пугала даже больше явной опасности. Не хватало еще в тюрьму попасть в этом непонятном новом мире, хорошее однако начало, лучше не придумаешь.
  -Погодь увидишь ищо, у тя плакат есть?
  Александр только отрицательно мотнул головой, догадавшись без разъяснений, что "плакат" - это не иначе паспорт, или другой документ удостоверяющий личность. Ничего подобного у него с собой не было, только "усы, лапы и хвост" как у кота Матроскина из известного мультфильма.
  -Вот и мня нету ево... -только и успел ответить собеседник, как солдаты стали по очереди вытаскивать парней и мужиков из толпы к столу офицера. Там вопросов задавали совсем немного: есть ли документы или поручители из числа местных горожан. Далее интересовались возрастом, именем-фамилией и все, остальное начальство абсолютно не волновало. У двоих счастливцев требуемые бумаги оказались при себе и их тотчас отпустили, парни кинулись прочь бегом, только заветная калитка хлопнула, остальным осталось лишь проводить счастливчиков завистливыми взглядами в спины.
  .........................................................
  -Сколько годов, живее ответствуй разбойник!
  -Тридцать пять, -Александр честно ответил на поставленный вопрос, чего тут скрывать, неужели и так не видно?
  -Врешь скотина, тебе и двадцати поди нет! Следующий давай!
  -Но господин офицер, я...
  -Пшел вон быдло, на твое счастие у меня рука ноет с утра, а то бы я тебе зубья пересчитал!
  Сашка дернулся было оправдываться - он тут случайно оказался, он вообще прибыл из далекого будущего, он все объяснит, это трагическая ошибка... Но, стоявший позади стола, немолодой солдат с короткими седыми усами на усталом обветренном лице ловко вскинул ружье, и в грудь неудачливому путешественнику во времени уткнулось холодное и острое жало штыка, больно уколов даже через плотную ткань штормовки. С таким убедительным, "стальным" аргументом уже не поспоришь, пришлось пока покорится. День постепенно клонился к вечеру но ничего определенного военные о дальнейшей судьбе им так и не сказали. Александр вместе с другими товарищами по несчастью от нечего делать шатался-болтался по вытоптанному сотнями ног до состояния бетона, внутреннему двору тюрьмы, заглядывал в узкие зарешеченные окна камер, никто в этом занятии им не препятствовал, ходи и глазей в свое удовольствие. Он так же внимательно рассмотрел солдат из охраны острога и в первую очередь их вооружение. Гладкоствольные ружья с кремневыми ударными замками, подобное он уже видел в "старой жизни", у них в городе один такой экземпляр лежит в витрине магазина "Охота и рыбалка": здоровый и тяжелый карамультук, миллиметров 20 калибром не меньше. Вроде не очень точное и весьма ненадежное оружие, но вот примкнутые длинные штыки производили должное впечатление, не иначе тут господствует суворовский принцип "пуля дура - штык молодец"? Помимо ружей у солдат при себе были еще короткие сабли или тесаки, в холодном оружии Сашка разбирался слабо.
  В одном месте молодые парни сбились тесной кучкой вокруг какого-то замшелого старичка, видимо острожного старожила, а тот с видом знатока посвящал новичков в местные реалии.
  -Зазря вы себя братцы назвали себя начальству по имени, надо было стоять, что мол ниче не знаю и ниче не ведаю, Иван де я - Беспамятный. Ну посекут немного за "безпамятного", за то в рекруты не пойдете.
  -Дедушка так в Сибирь же за сие отправят? -усомнился уже знакомый Сашке толстогубый паренек.
  -А те че? Каторга, милок она нам как мать родна, летом убег - каждый кустик ночевать пустит. А покедова туда гонят, ты одной милостыньки на полста рублев соберешь, в Москве-городе купцы несчастненьким белыми булками подают и калачами. Ты мастеровщина таких на воле сроду не едал! Служивый в барабан бьет, мы "милосердную" поем, народ так и сует деньги и харчи в охотку, не жизнь, а малина.
  Дедок не жалел красивых слов, обрисовывая парням удивительные перспективы необычайно увлекательной ссыльно-тюремно-каторжной жизни и быта. Из него бы точно вышел прекрасный рекламный агент, такому только акции МММ продвигать, охмуряя "лохов", Леня Голубков удавиться от зависти... С его слов выходило, что Нерчинск, Акатуй и Кара вполне могут с успехом конкурировать с известными мировыми здравницами и курортами.
  -На этапе идем вольно, как знатны баре! Встреч обоз богатый купеческий, ундер этапной нам кличет: "Давай разбойники по два рубли с головы и шуруй!".
  -Эх-ма!!! Вот энто жисть! -старый каторжник перевел дух, приосанился и продолжил повествование о разгроме следовавшего их Кяхты "чайного" обоза, такое событие вспомнить приятно, даже морщины на грубом его лице как бы разгладились немного, -Ну мы эта их и разнесли подчистую к хренам собачьим, аж возы в канаву опрокинули. Купчишки за нами вслед бегом гонются, а черта с два им, командер нашенский солдат в чепь выставил, штыками вострыми суконников отогнал прочь.
  Старик-"сиделец" еще много чего интересного про тюремную жизнь рассказывал своим слушателям, вот только вид у дедушки, что называется "краше в гроб кладут", да еще он похоже и поддатый сильно был, сивухой так и разило за версту... Александр поманил в сторону того самого приметного губастого парня, мол дело есть - надо поговорит с глазу на глазь, тот сразу без слов все понял.
  -Бежать? Отсюдова? Не брат, забудь! -вполголоса, и торопливо озираясь по сторонам сразу выложил обладатель типично негритянских губенок, -С острогу не выйдет, теперя надобно с этапа рвать.
  -Почему? Ворота охраняют только четверо, и они не богатыри совсем, там на рынке солдатики были по-здоровее, а эти старые и убогие, не иначе другие, из охраны тюрьмы. Если нападем внезапно, я один смогу быстро свалить двоих! -строго говоря Сашка несколько преувеличивал, но вполне справедливо полагал, что в узком проходе у ворот кулак может оказаться куда более действенным оружием нежели штык при скоротечной схватке, ведь там не развернуться с длинным ружьем. Он, конечно плохой боксер, далеко не Тайсон, к сожалению. Но для такого случая Александр постарается, ведь сегодня какой-то особенный день он словно вдвое стал сильнее, адреналин ли виноват или что другое, понять теперь невозможно.
  -Э-э-э, экой ты шустрой брат, кабы двоих завалишь, то остатние такой ор подымут али стрельнут, еще два десятка со старшим на помощь сбегут и всех нас повяжут. Хоть туточки убога инвалидна команда, но силенок у их на нашего брата еще почитай хватит.
  -Нас тут почти тридцать человек, что не сможем разве вырвать ружья у четверых солдат, открыть ворота и кинутся врассыпную?
  -Погодь... была бы у нас артель, али ватага добрая, так на "уру" бы всех вынесли заодно со стенами и воротами ихними острожными, а туточки кажинный токмо за себя! -парнишка глубоко вздохнул задумался и слегка постучал кулаком по бревну тына, -Неа, не пойдут мужики на эдакое пропащее дело. Слышь, вон лошади за стенкой храпят? Тама конные острог поди окарауливают, куда ты дружок от их убежишь в чистом поле?
  -Подкупить солдат охраны или офицера никак нельзя?
  -Их благородию рублей триста серебром надобно зараз сунуть, у тебя паря таки денжищи есть? А коли солдатам на этапе, то верно дешевше, но все равно полста карбованцев будь здрав выложь на круг. Тока они разбойники могут отпустить, а потом сызнова тя словить, сам де виноватый не укрылся.
  Постепенно они что называется разговорились, толстогубый стал жаловаться на жизнь, и Александр с удивлением узнал, что тут у них в прошлом так называемых "бродяг" в смысле опустившихся в конец бомжей совершенно нет. Все беспаспортные, но все где-то работали, имели жилье, а многие даже, как его случайный собеседник были люди семейные. Отчего же они скрывались, да тут у каждого свое горе, своя индивидуальная беда, один убежал от жесткого хозяина точно чеховский Ванька Жуков, другой свалил от постылой, насильно навязанной родителями жены, третий просто потерял свой "плакат" и не успел вовремя восстановить, причин много. Почему не в Москву мужики подались, столица же совсем недалеко? На это Александру получил ответ, что там честно не прокормишься, обязательно воровать или грабить придется. Слишком уж сильна конкуренция на рынке рабочей силы в столице, да и власть строже спрашивает с пришлых, в провинции однозначно получше житье будет. Так вот неторопливо и разговаривали они, точнее Сашка в основном внимательно слушал и лишь иногда вставлял пару слов, исключительно для поддержания и направления в нужное русло беседы. Но когда на удивление хорошо толстогубый отозвался о последнем царе, Павле Первом, Александр не выдержал и спросил.
  -Так он же дурачком был, или нет?
  -А нам хрестьянам чаво? Кабы и дурень, а добрый. Наборы рекрутские царь-батюшка отменил, и барщину на три дни пожаловал, и в податях шибкое послабление народу вышло! А нынешний Лександр первой во как сразу хватат нашего брата, токмо держись.
  На этом интересном месте внезапно их оборвали, подошедший сзади конвойный солдат грубо дернул Александра за шиворот, идите, мол начальство вас зовет... В это раз "господин офицер" не удостоил их своим вниманием, вместо стола с бумагами и чернильницей они увидели лишь неровную шеренгу солдат напротив выхода, а пред ней, вертя бабьим задом, кривлялся не в меру упитанный писарек, заглядывая то и дело в спрятанную в головном уборе шпаргалку. Наконец, когда все арестанты собрались, этот чернильный самурай с придыханием и издевательскими клоунскими ужимками громко огласил указ его императорского величества, государя императора Александра Первого. Суть за вычетом казенных славословий была примено такая: "Всех беспаспортных и бродяг велено в сем году немедля и без промедления записывать в рекруты и отправлять для службы в полки."!
  -Б...ть!!! -слитно, единым порывом, вылетело одновременно из трех десятков глоток будущих защитников отечества и все до одного рванулись вперед, желая выразить охватившие их чувства, но писарчук юрким ужом нырнул за серые шинельные спины солдат, а те заучено вскинули ружья "на руку". Сверкающий ряд штыков моментально охладил даже самые буйные головы, убив последние надежды обрести свободу.
  -Смори-ка даже и не посекли нашего брата супротив обыкновения, -шепнул Сашке на ухо толстогубый "Ванька Жуков", -Не иначе совсем плохо дела у государя, ежели зараз всех гребут в рекруты. Ох пропала моя бедовая головушка... При Павле-батюшке то экая благодать была, выпорют малехо да деньгу из загашника вытрясут и снова гуляешь вольный.
  Так для Александра начался новый период жизни, нельзя сказать что ему в этот раз сильно повезло, но с другой стороны могло быть и гораздо хуже. По крайней мере не пришлось ему сидеть год или два в тюрьме, ведь рекрутские наборы проводились в российской империи нерегулярно. С точки зрения его новых знакомых и товарищей по несчастью, российский император к такой оригинальной системе насильственной вербовки рекрутов никакого отношения не имел: "Чай нашенские держиморды колобродят?". Однако как-то оспорить решение властей не было ни малейшей возможности.
  
  "Стук шагов, мерный звон цепей железных, скрип телег и лязг штыков. Все понуро в ряд бредут. Всех свела одна недоля. Всех сковал железный прут."
  Этап... оказывается какое страшное и тяжелое слово, в кошмарном сне такое не увидишь, да нет намного хуже... На руке намертво заклепан тюремным кузнецом наручник, от него тянется гибкая змея цепи к толстому ржавому железному пруту. Десять человек, по пять с каждой стороны нанизаны последними звеньями наручной цепи на этот длинный металлический штырь как билетики у кассира, только здесь с одного конца замок, а с другого - заглушка. Александр только теперь и понял, почему в тюрьме, да и на этапе такой худосочный и малочисленный конвой, здесь все продумано до мелочей, или почти все... Кое-что предусмотрительные, но ленивые конвоиры все же упустили из виду! Так например второпях поленились обыскать, просто слегка похлопали по карманам, не оружие искали, а скорее надеялись, что вдруг да завалялся там у арестанта толстый кошелек. Сашка сохранил как свой нож за голенищем сапога, теперь впрочем бесполезный, так и драгоценный кусочек стальной проволоки из которого знающему человеку нетрудно соорудить импровизированную отмычку. Только бы оказаться ему рядом с замком, и тогда он бы продемонстрировал этим клоунам в антикварных мундирах на что способен. Надо же - они специально с собой не берут ключ, дескать вам, арестантам до следующего острога не понадобится. С замками и прочими механическими запорами наш современник - Сашка был, что называется "на ты". Криминал тут совершенно не причем, "медвежатником" Сашка не был просто его отец талантливый слесарь, что называется мастер-"золотые руки", кое-что из полезных навыков передал своему потомку, как бы в "наследство". Александру бесконечно далеко до знаменитого Гарри Гудини с его трюками, но он вполне себе подрабатывал в студенческие годы, вскрывая на заказ захлопнувшиеся или случайно закрытые маленькими детьми двери квартир. Это занятие оказалось даже выгоднее, чем монтаж проводки кабельного ТВ или сети интернет, обычный в ту пору приработок бедных российских студентов-технарей. Но облом, сегодня его место на пруте как раз с противоположного конца, возле заглушки. Остается только набраться терпения, ждать, еще раз ждать и надеяться, благо путь арестантам предстоит длинный.
  Когда они, проведя ночь в остроге, шли утром через городок, местные жители задарили "несчастненьких" всякими продуктами на дорогу, прямо насильно совали в руки: хочешь, не хочешь - обязательно бери. Хорошие все же у нас в России люди, ведь они явно не от большого богатства бедолаг рекрутов подкармливают, тут старушка боязливо оглядываясь на хмурых солдат конвоя пирожок сует украдкой, а там маленькая девочка хорошее яблоко кинула. На глазах у многих слезы, кричат и прощаются как с родными и близкими... И очень кстати оказались потом их подарки, так как в тюрьме арестантов ничем не накормили, да и на этапе похоже не собирались, конвой отмахнулся от их просьб, дескать получите ваши харчи вечером в следующем по пути пересыльном остроге. Тогда в многоликой и пестрой толпе провожающих обывателей Александр мельком заметил лицо показавшееся знакомым, неужели Степаныч отправился в прошлое вслед за ним, может совесть его замучила, или это все следствие претворения в жизнь некоего плана? Нет наверное, это просто местный абориген в очках, тут этот оптический прибор редкость, вот и возникла сразу такая ассоциация. В любом случае надеяться на помощь извне теперь глупо, надо выбираться из беды самостоятельно, иного выхода не предвидится.
  -Давай сюды хабар, дайте нашу долю, богом велено делится! -как только они вышли из города, так конвойные солдаты, точно волки на добычу, накинулись со всех сторон на рекрутов.
  -И не стыдно вам дяденька подаяние отбирать? Ведь не вам поди дадено? -молодой парень, почти мальчишка, прикованный возле Сашки, обратился с такими словами к старому солдату, отдавая ему свой калач.
  -Нам начальство на дорогу тож ничего не пожаловало, сами мол кормитесь с арестантов али побирайтесь Христа ради. А какой с вас убогих навар-то? Думаешь на три рубли жалованья в год легко нашенскому салдату прожить? Да с вами каторжными харями боле сапогов сносишь, а подметки - оне ныне дорогущи стали, зараз не укупишь!
  Служивый, видно задетый за живое пустился в долгие и подробные пространные объяснения. Выходило, что невыгодны им только этапы идущие на запад, рекрутам деньгами и вещами, как каторжникам и ссыльным люди в городах по пути следования обычно не подают. Поэтому почти ничего не перепадает охране с арестантов в качестве поборов. Вот бы на восток, да еще через блгатую Москву, да по самым оживленным "купеческим" улицам пройтись... На жестком, дубовом лице солдата расплылось некое подобие улыбки. До Урала только довести такой этап и почитай верных рублей тридцать в кармане звенит, а то и больше, как повезет - с одной такой удачной партии ему на домик хватило, с другой - на свадьбу для дочери.
  -Почто три рубли, ведь девять с полтиной должна казна жаловать служивому? -опять встрял неугомонный парнишка.
  -Хе-хе девять будет тебе вьюнош, ежели доживешь конечна, -коротко сказал, как отрезал охранник закусывая и торопливо давясь халявным калачом, -По мене лутше на три но живым-здоровым остатьси, чем сгинуть на чужбине ни за грош под палками да бонбами!
  Сашка помалкивал и прислушивался к разговорам конвоя и попутчиков, что ему еще оставалось делать? Так с временем он определился тогда правильно, не ошибся - на дворе стояло лето 1801 года, почти как и в 21-веке, только начало, а не конец августа. Совсем недавно от апоплексического удара табакеркой, нанесенного одним из заговорщиков, "почил в бозе" российский император Павел Первый и теперь на трон уселся Александр тоже Первый. В отличие от нового сашкиного знакомого, ремесленника по профессии, конвойные солдаты на все лады ругали и проклинали прежнего императора, иногда правда с опаской оглядываясь на начальство в лице этапного унтера. Покойный, оказывается, лишил их верного и легкого привычного заработка. Самые старые "воины" с тоской вслух вспоминали "золотые" времена в царствование "матушки" Екатерины Второй, когда помещикам разрешили ссылать и отдавать на каторгу крестьян в зачет рекрутской квитанции... Этапы в Сибирь тогда гнали по два в неделю: "А энтот дурак, сынок ейный, Пашка гад все порушил, теперя добро коли раз в месяц богата пожива. Но ниче, новый царь грят хорош, радетель о порядке и о простом народе!"
  Значит скоро опять потянутся по дорогам, гремя ржавым железом кандалов, скорбные колонны. А то как же несчастным этапным солдатикам жить, дома семеро детей по лавкам сидят и старшим дочерям уже приданное надо справлять, заневестились давно... Тюремное начальство совсем заворовалось, нет бы немного поделились со служивыми, куда там, капиталы все несметные копят, эвон поручик ихний Агафьев хоромы какие себе отгрохал, иного купца-богатея завидки берут.
  -Водки хотите православные? -неожиданно огорошил Сашку и его сегодняшнего случайного напарника по пруту суровый и неприступный с виду страж, -Тока деньгу, двугривенный вперед!
  -Чего дорого дяденька, ведь везде же гривенник, а то и дешевше поди? -парень явно в местных ценах разбирался лучше Александра.
  -Ладно давай! -Сашка нащупал в кармане пару монет, все равно сегодня о побеге даже и мечтать не стоит, разве что конечность ему себе ножом отрезать, как поступает попавший в капкан волк, спиртное поможет хоть немного заглушить неподъемной горою накатившуюся необъятныю тоску.
  Служивый моментально сбегал до обоза шедшего сразу же за этапом и через несколько минуту прямоугольная бутылка из толстого зеленого стекла с мутным и вонючим содержимым уже заходила по рукам. Сашка сделал один глоток и передал собрату по несчастью, Тот, глонув положенное, отправил штоф далее, последние капли дрянного сивушного пойла жадно высосал благодетель-солдат и зашвырнул бутылку далек в придорожные кусты. Колонна змеею упорно ползла по длинной грунтовой дороге, скрипел песок под сапогами, мелкая пыль оседала тонким слоем на одежде окрашивая всех путников - арестантов и опекавший их конвой в один грязно-серый цвет. Опять навалилась невероятная печаль, и видимо не только на Сашку, арестанты, почти не сговаривась, сами скинулись и послали за второй бутылкой, затем еще за одной, и еще...
  .........................................................
  Тихий провинциальный городок успокоился быстро, еще утром толпы любопытных и сочувствующих провожали в дальний путь "несчастненьких", насильно забритых на цареву службу, а уже к обеду все затихло и жизнь вошла в прежнее неспешное течение. В уездном дворянском обществе, что собралось вечером во "дворце" городничего местечковый бомонд обсуждал только два основных значительных события. Первое было связано с женой отставного поручика артиллерии, которую случайно при облаве на базаре военные подвергли "возмутительному насилию". Тут общество было единогласно, дескать женщина "сама виноватая", ходить за покупками по рынкам, это удел кухарок и прочих подлых простолюдинок, а не благородных дам. Особенно долго судачили между собой жены офицеров и чиновников, пикантность происшествию придавал тот факт, что с пострадавшей случилась от испуга, что называется "детская болезнь" недержания... ш-ш-ш! Другое происшествие вызвало несомненно больше внимания, благо в отличии от обмочившейся "отставной поручицы" главный герой присутствовал и охотно отвечал на все многочисленные вопросы. Потомственный курляндский дворянин Филипп Карлович Пферд, следовавший в Москву по коммерческой надобности, был ограблен собственными камердинером и кучером. Злодеи обманом завезли бедного немца в сторону от тракта в далекий казенный лес близ деревни Сосновки. И только благодаря исключительному мужеству и маленькому карманному двуствольному пистолету английской работы, храбрый курляндец отстоял свою жизнь и частично имущество в виде дорожного саквояжа. Устрашенные отпором негодяи скрылись вместе с коляской, лошадьми и почти всем оставшимся багажом путешественника. После ограбления почты разбойниками из беглых крестьян в прошлом году это было, пожалуй, самое значимое криминальное событие за последнее время. Местные вдовушки и даже некоторые девицы на выданье с неподдельным интересом рассматривали нового эпического героя: мужчина, что называется еще "в соку", и поговаривают - весьма состоятельный, раз ведет дела солидного европейского торгового дома. Прямо целую канонаду глазками устроили уездные прелестницы, так и стреляют в бедного Филиппа, все уездные кавалеры на время напрочь забыты. Особый восторг у всех собравшихся местных дворян вызвали карманные часы гостя, игравшие каждый час старинный русский гимн "Коль славен Господь в Сионе" и другие мелодии по выбору владельца. Сразу видно, что вот она Европа, это вам не Рязань косопузая, сумели целый оркестр с органом, барабанами и духовыми инструментами засунуть в крохотную металлическую коробочку: восхищению, охам и ахам, не было предела. Что с них темных предков взять, провинция - еще те папуасы, млеют при виде жестяной банки из под заморской кока-колы. Едва отделавшись от назойливого внимания туземцев, Виктор Степанович в свою очередь стал внимательно изучать местное общество. И опять, и снова прав Гоголь, еще как прав, заработал мужик себе на памятник честно. В точности как у классика, толстые чиновники и тощие чиновники. Черные штатские фраки и служебные мундиры суетливых тощих сбились в кучу возле карточных столиков, идет оживленная игра: "Туз... пики... черви...?". Толстые и важные в углу потихоньку и со знанием дела обсуждают различные хитрые финансовые дела. Словно два раздельных мира, две параллельные вселенные. У тощего в три года не остается ни одной "души" за душой, не заложенной в опеку, а у толстого спокойно, глядь - и явился где-нибудь в конце города дом, купленный на имя жены или тещи, потом в другом конце другой дом, потом близ города деревенька появится, а потом и село со всеми прилагающимися угодьями. Наконец толстый, послужив богу и государю, ну и понятное дело себе красивому в первую очередь, заслужив всеобщее уважение и геморрой в придачу, оставляет службу, перебирается "на природу" и становится богатым помещиком. А после него опять тощие наследники спускают, по старому русскому обычаю, "на курьерских" все отцовское достояние. Круговорот вещества или отбросов, кому уж как покажется, в природе нескончаем...
  Надо обязательно упомянуть, что женская половина чиновно-помещичего общества гостю из будущего не понравилась, одеты красиво и некоторые даже со вкусом, но вот лица, б-р-р... явно результат вырождения, следствие близкородственных связей и распостраненного в чиновно-дворянской среде алкоголизма. Пожалуй, он себе девок для утех поищет в деревнях среди пейзанок, и для здоровья полезнее, а то тут еще наградят впридачу к "любви" триппером.
  Был сразу же объявлен розыск, согласно представленным документам и по приметам со слов хозяина, на вольнонаемного кучера Иоганна Лемке и крепостного крестьянина Алексашку Иванцова. Примерно через три дня стало ясно, что второй злодей уже давно полицией задержан, но к сожалению вернуть движимое имущество законному владельцу невозможно, на него уже наложило свою тяжкую руку российская императорская армия. Любезный городничий посоветовал своему новому курляндскому другу подать в Москве прощение в военное ведомство, на предмет возмещения убытков. За сданного в солдаты раба хозяину причиталось так называемая "рекрутская" квитанция, в пересчете на деньги - верных 800 рублей серебром, а при случае и больше. Желающих переложить на чужие плечи исполнение "почетного долга" в России хватало и в те времена. С учетом почти 20-ти летней службы нижних чинов в строю, в рекрутский набор цена заветной бумажки, дававшей освобождение от призыва, иной раз зашкаливала и за 2000-и рублей все тем же серебром. "Филипп Карлыч", как его прозвали в городе однако пока в Москву уезжать не спешил, квартировал сначала на постоялом дворе, а потом снял приличное чину и дворянскому достоинству помещение у одной местной недавно оводовевшей купчихи. Складывалось впечатление, что "немец" ждал, когда найдут коляску с остальным похищенным разбойниками вещами. Наивный дурачок, разбойников рано или поздно власти конечно словят, а вот имущество - штука тонкая и очень уж склонная к растрате и пропиванию, что злоумышленники не спустили, то за них утилизируют полицейские служители. Постепенно "пришлый" немец стал в городе своим человеком в кругу местной аристократии - чиновников и офицеров, сие дело нехитрое, если есть на руках "лишние" деньги. Достаточно было проиграть в карты всего лишь 200-300 рублей серебром и еще на столько же примерно спонсировать пьянки с цыганами и вот закономерный результат: "Душка, ты наш Карлыч..." - всеобщее мнение. Теперь курляндского дворянина охотно принимают в каждом приличном и не очень доме. Пришлось правда пожертвовать еще и здоровьем в известной степени, столь любимая провинциальными "джентльменами" жженка - адская смесь рома и спирта, для почек человека, не пившего ранее ничего крепче крепленого пива - безусловно тяжелое испытание. Эпизодически он наведывался с визитами к окрестным сельским помещикам, народ в провинции, как известно простой и гостеприимный, особенно у кого дочки на выданье. В одной из поездок он даже прикупил однажды по случаю крошечную деревушку в пять домов, всего с тремя десятками крепостных душ впридачу. Прежний хозяин был безумно рад столь выгодной сделке, мало того, что имущество заложено, так удалось еще перед продажей почти всех молодых и крепких парней сбыть казне в рекруты. Но ничего, несмотря на явный обман и переплату, курляндец был весьма доволен приобретением, ведь теперь можно набрать из крепостных крестьян собственных дворовых, не прибегая к покупкам рабов на рынке или найму "вольных" в городе, где все слуги, что называется уже "сомнительной нравственности". На первое время новоявленный барин ограничился мальчишкой для услуг, посылок и различной мелкой работы по дому, а так же молодой девкой в качестве горничной или кухарки. Девица Марфа, правда на проверку, оказалась на редкость глупой, годной в основном только для сексуальных развлечений, к коим у Виктора Степановича неожиданно появилась неистребимая тяга. Определенно перемещение во времени благотворно сказалось на физическом состоянии нашего современника, у него даже врожденная близорукость исчезла полностью, а тут еще и словно виагры пуд употребил, просто дикое желание "иметь всех желающих" неожиданно прорезалось. Поэтому обычна картина: пока Петька гремит сковородками на кухне, пытаясь изготовить ужин, или в комнатах метет, или бегает по городу, разносит записки от хозяина, Марфуша занята в в спальне. Там девушка под чутким руководством господина: "Повернись так, да нет по-другому стань, набок дура ложись и задницей ко мне!" осваивает хитрую науку любви - Камасутру. Дело шло на редкость туго, и временами бывшему профессору-историку приходилось прибегать к банальному рукоприкладству. Не осуждайте его, не стоит... по местным меркам он просто исключительный гуманист, так изредка отпустит пинок заснувшему на пороге кухни уставшему за день Петьке и пару-тройку оплеух бестолковой наложнице - разве это наказание, когда кругом в ходу розги и батоги, и не поротого дворового просто невозможно найти? Ведь даже благородные барыни не гнушаются собственноручно избивать в кровь своих горничных и прочих "девок", так им "подлым" и надо, должны угадывать малейшее желание хозяев. "Народ разбойник, вор, русский мужик палку любит!" - вот такое было тогда всеобщее мнение среди так называемой "элиты", ну и секли и били, случалось и убивали иногда случайно. Прошла неделя, другая, еще одна минула... временами казалось, что все шло к тому, что "наш Карлыч" осядет в уезном городе N прочно и навсегда. Поэтому, когда он внезапно засобирался в Москву, местное дворянское общество охватило глубокое уныние - как же так, ведь уже привыкли к "курляндской халяве", к карточным проигрышам и цыганкам? Как же они без такого щедрого спонсора обойдутся? Просто беда...
  
  -"Я аристантец не собака, я такой жи чаловек... Бросил ложку сам заплакал, начал хлеб с водой кусать..." -этот стон у нас песней зовется, позднее Александр узнал, что по наставлениям рекрутам положено орать при передвижениях что-то бодрое и воинственное, но здесь пока будущие воины предпочитали унылые и протяжные арестантские мотивы. Невольно и он поддался всеобщему упадочному настроению, затягивает знаете ли такое, как наркотик. И к вечеру когда пропитанная дорожной пылью до ушей колонна выбиваясь из сил доползла до острога острога звучало уже нечто иное...
  "Таганка-а-а, я твой бессменный арестант... Погибли юность и талант в твоих стенах." -народ у нас восприимчив к таким вещам, один раз услышали и понеслось, песня понравилась, смысл тут дело десятое, лишь бы звучало душевно, под стать настроению. Слова конечно со временем претерпят искажения, так "юность" может превратиться в "унос", "талант" в "талан", но сам мотив останется в народной памяти на долгие века. Партионный офицер приехавший в пересыльную тюрьму заранее, в самом деле чего ему тащится с арестантами, несказанно удивился тогда, уж не "скубентов" осужденных к отдаче в солдаты, набрали ли целый этап? Да нет, он смотрел их еще там в городе, рожи вроде у всех мужицкие, сплошь одно мещанское и крестьянское быдло, "благородных" нет - этих он с первого взгляда привык отличать. А жаль, прямо руки чешутся, врезать бы хоть одному такому умнику в нежное и холеное рыло, так что бы сломанные зубы хрустнули.
  Вот таким образом завершился у Сашки второй день в прошлом, за ним последовал третий и далее он окончательно сбился со счета. К этапу постепенно присоединяли другие партии рекрутов, и вскоре по дороге уже ползли неровной колонной почти три сотни "арестантов", некоторые из бедолаг не выдержали тягот пути, их сперва везли в обозе, а позднее когда места на телегах уже не было, стали оставлять в острогах по дороге. Все происходило по одному заведенному сценарию: утром встали, похлебали баланды с черным хлебом, охрана всех пересчитала и приковала на прутья, железный наручник стал таким же привычным и естественным для нашего современника, как когда-то браслет часов. А далее опять бесконечная пыльная дорога, даже дешевой противной водки уже не купить - деньги закончились на третий день, и он опять вновь и вновь оказывался вдали от вожделенного замка... В чем же дело: или фатальное невезение, или конвойные были не столь тупыми, как ему показалось с первого взгляда. Все эти дни изнурительного долго пути слились в его памяти в один единственный и почти бесконечный. В итоге под занавес он совершенно, как бы одурел и отупел - защитная реакция организма, но в этом то было и спасение... Если убежать или спрятаться нельзя, то надо слиться с общей серой массой, иначе здесь не выжить: торчащий гвоздь бьют по шляпке. Как бы не была жестока система, но в первую очередь она лупит по "необычным", поэтому единственная защита - маскировка, до поры до времени. А там посмотрим, проклятый бункер врезался в память, точно клеймо каленным железом, уже не стереть никак, однажды он туда вернется и тогда... кто знает. Главное теперь сохранить свое собственное "я", не превратиться в "оловянного солдатика", эдакого бездушного робота из мяса и костей.
  
  Солнце медленно, точно нехотя пытается спрятаться за тающий в дымке горизонт, последний длинный день уходящего лета на исходе, вечер вступает в свои права. Кипит, аппетитно булькает в большом ведерном котле на небольшом костерке наваристая пшенная каша, щедро заправленная салом, дежурное солдатское лакомство и уже раздражает вкусным ароматом обоняние голодных людей. Вдали слышны тихое ржание, распряженных на ночь, лошадей обоза, да негромкая беззлобная перебранка выбирающих места для ночлега арестантов, все настолько устали от долгого перехода, что даже сил нет по-настоящему высказать, что на сердце за день накипело. У самого дальнего костра, за компанию вместе с конвойными солдатами коротает время странный человек, чье присутствие здесь совсем неуместно. Это не арестант, и не начальник-офицер, а так... не поймешь кто, загадка - случайный гость. Он уже почти полчаса пытается втолковать вполголоса что-то очень важное сидящему отдельно от других нижних чинов в сторонке пожилому партионному унтер-офицеру, а тот только недоверчиво крутит седой головой и время от времени односложно возражает, и лишь в конце у них с трудом, но завязывается настоящий разговор.
  -Нет ваша милость, пожалте сперва деньги на кон, наше дело служивое, сами знаете как взыщут ведь за беглого то! Спина у меня чай не казенна, стока палок не перетерпит!
  -Бог с тобой унтер, поймаете по дороге бродяжку или нищего заместо моего человека приспособите, научите откликаться на нужное имя, что в первый раз, что ли? Бывало ведь и раньше, ни криви брат душой, я наслышан о ваших хитрых проделках!
  -Простите ваше степенство, сулят нашему брату завсегда много, а ну у вас и таких денжищ и нету? -после долгих раздумий все же соглашается унтер-офицер.
  -За чем дело встало, пошли дружок к моему экипажу, там сразу и отсчитаю тебе положенный задаток, ровно треть от общей суммы, как уговаривались. Остальное получите после успешного дела, если конечно не подведете меня.
  Унтер как бы нехотя поднялся с насиженного места вслед за щедрым на предложения гостем и двинулся по тропинке, но не один, солдат с мрачным и неживым, словно из камня вырезанным лицом последовал за ним, словно тень.
  -А этот черт еще нам зачем, мы так не договаривались господин унтер-офицер! -его недавний собеседник, обернулся и резко отреагировал на неожиданное появление нового действующего лица. В самом деле такие делишки принято обделывать с глазу на глаз, посторонние свидетели им не к чему.
  -Энтот со мной будет, мне едино с имя делится надоть, иначе никак неможно. Пущай посмотрит, что я от их не скрадываю ничаво. -и со всех сил пытается сделать "честное лицо" господин конвойный "ундер", как обычно его величают в народе, получается плохо и фальшиво. С такой протокольной мордой лучше бы и не пытался, кого он хочет обмануть? Но к сожалению, условия здесь диктует он - унтер, и приходиться смириться с появлением незваного "контролера".
   Быстро шелестят под грубыми корявыми пальцами нижнегог чина нежные черно-белые бумажки ассигнаций, как не похожи они на красивые современные купюры, тысяча, другая и еще.... - денежки как известно точный счет любят. Однако, расчет здесь у каждого свой, особый. Стандартная цена за рекрута - 800 полновесных серебряных рублей. Но нередко, человек из податных сословий желающий откупиться от "почетной обязанности" 25 летней службы, платит и целых 2000-2500-ть за услуги так называемого "добровольца", обычно сюда включают и услуги посредника. Унтер сильно рискует своей собственной шкурой в случае провала махинации, и посему хочет за труды получить никак не менее рыночной цены "товара", еще минимум 2000 надо дать солдату, в чьем непосредственном ведении находятся арестанты-рекруты на этапе, и еще две "штуки" разделить между остальным конвоирам, чтобы не видели чего не надо, плата "за молчание".
  -Ваш светлость, добавьте ищо стока же на задаток! -от волнения, или от охватившей его жадности, служивый перешел на самую грубую лесть, возведя партнера в княжеское достоинство, -Партионному нашенскому поручику надоть дать завсегда, а не то их благородие непременно взыщет с нас за подмену рекрута! Ен подлец у нас энто глазастый, на мякине ево не проведешь!
  Как же без этого, на долю, якобы своего обер-офицера расчетливый унтер просит сразу четыре тысячи, верно собираясь прикарманить половину. Да уж и цены у них, дерут три шкуры с живого и с мертвого, целую деревню вместе с крепостными крестьянами и сельскохозяйственными угодьями уступили недавно дешевле "Карлычу"... Вот ведь какие жадные тупые сволочи! Ругаясь сквозь зубы, человек в добротном дорожном сюртуке английского сукна, споткнувшись о порожек, торопливо лезет в свою легкую бричку-одноколку, на таких обычно разъезжает уездное начальство и небогатые помещики. Он поспешно вытягивает из толстенного дорожного чемодана еще одну пачку ассигнаций в добавление к уже перешедшим в жадные загребущие руки унтера. Его внимание полностью отвлечено текущими расчетами и он совсем не замечает как округлились вдруг щелочки глаз на заплывшем от многодневного систематического пьянства лице унтера, а его подручный с повадками профессионального душегуба неслышно, точно крадущийся хищник, занимает позицию за спиной жертвы... ой зря, скоро наступит развязка и беспечность будет жестоко наказана!
  -Ну что? Теперь наконец по рукам солдат, теперь доволен?
  -Да-а-а! Фролка коли, матерь ево чорта нах! -вдруг неожиданно "взрывается" командой с виду невозмутимый и спокойный ранее унтер-офицер, сказал - словно выстрелил, на одном дыхании.
  Бывший профессор судорожно пытается развернуться и выхватить из кармана жилета маленький блестящий пистолет, куда там... Уже поздно, острая боль справа по лопаткой словно парализует тело, и штык почти на палец выходит, точно грифель красного автоматического карандаша, слева наискосок из его груди, прямо под соском, разрывая при движении дорогую, качественную ткань верхней одежды. Страдания умирающего тела и медленно наползающий мрак завершают эту жестокую сцену. Последнее, что он успевает почувствовать - это цепкие и волосатые, как у обезьяны, руки унтера обшаривают его карманы и срывают часы с цепочкой. Зачем, там же золота нет ни грамма, это дешевая китайская подделка под старину?
  -Живее дурень! Сымай с ево сапоги и в овраг отволочем... Глядишь, волки ево доедят.-Эти слова еще услышит в сумерках угсающего сознания, Карл Федорович Пферд, бывший когда-то в ином мире совсем другим человеком.
  ААА!!! Мать его... Тьфу, присниться же такое непотребство, нарочно ведь не придумаешь! Бывший Степаныч, а ныне "Карлыч" проснулся в холодном поту и вскочил с кровати, рука сама автоматически хлопает по спине, пытаясь найти источник жгучего раздражения. Ну конечно это обычный клоп присосался, развели тут погань мерзавцы средневековые, у местных аборигенов тараканы считаются признаком зажиточности, а с ними обычно соседствует и эта кусачая постельная дрянь. Заедают гостей даже в богатых аристократических домах, а на постоялых дворах так и вообще лютуют как заправские хищники в джунглях. Но сон что называется в руку, хотел было он по горячим следам вчера кинуться спасать своего современника, и не состоявшегося телохранителя - Сашку, но вовремя одумался. Видно не судьба, как нибудь в другой раз он попытаемся ему помочь. В самом деле этапные солдаты - та еще отпетая публика, туда списывают из войсковых частей самых худших отморозков за различные проступки и преступления. Если эти скоты увидят "большие" деньги, то убьют нанимателя без малейшего сожаления, одному страшно с ними связываться. В увесистом кожанном саквояже у него приятно греет душу фантастическая сумма в ассигнациях, равная стоимости двух боевых фрегатов со всем парусным, артиллерийским вооружением и морскими припасами впридачу. Такой драгоценный груз надолго без присмотра оставить нельзя, приходиться при длительных отлучках таскать тяжелую ношу с собой, местные аборигены - они любопытные как кошки и пронырливые точно помойные крысы, за всеми не уследишь... Замочек на его заветном кошельке-чемодане хиленький, одна видимость да злоумышленники могут и на ощупь прямо через кожу определить, что там внутри находятся толстые тугие пачки бумажных денег. Нет покоя простому российскому миллионеру ни днем, ни ночью: он осторожно пошарил рукой под койкой и успокоился - все в порядке, здесь они родимые, дензнаки образца 1773 года. Так взял бы и побольше из хранилища бункера с собой в Москву, но уж очень здоровые бумажки, почти как современный А4 формат. В ХХ веке, в наше время - великая редкость, с большим трудом отыскали его соратники по Проекту у российских коллекционеров-нумизматов единственный не поврежденный временем и людьми экземпляр. И то купить раритет не удалось, не продал владелец, лишь выпросили на время, якобы "для изучения". Современная полиграфическая техника творит буквально чудеса, тем более что изначально все купюры проходят под одним номером, защита от подделки получается минимальная.
  Выручить своего несостоявшегося напарника он намерен обязательно, но только не сейчас - это дело подождет до времени, когда прибудут все остальные "гости из будущего", числом не менее полусотни. Тогда и решится наконец вопрос с надежной вооруженной охраной из числа местных жителей, без этого в любом случае трудно продолжать дальнейшую намеченную работу по "коррекции прошлого". С этапа Александр сам по себе не никуда сбежит, Виктор Степанович справлялся у знающих людей, все опрощенные в один голос уверяли: без пособничества конвоя или невероятно везения, подобное чудо невозможно - все известные случаи можно пересчитать по пальцам одной руки. Будем надеяться, что Сашка парень крепкий и стоически перенесет все тяжелые прелести военного обучения в полку, выдержал же он в свое время службу в Советской Армии, про нее ведь тоже наши современные средства массовой информации каких только ужасов не рассказывали. Кроме того, с точки зрения профессора, его спутник сам виноват в создавшемся неприятном положении. Сашка не дождался тогда возле бункера своего "наставника", какой черт его понес в уездный город, а затем еще и на базар - неизвестно.
  Проклятые деньги просто невыносимо жгут руки, их надо немедленно превратить в серебро, золото или ликвидную недвижимость, хоть в тех же рабов - крепостных на худой конец. Через полгода новый царь движимый желанием наполнить казну запустит печатный станок и бумажный рубль упадет в цене вдвое-втрое по отношению к серебряному, произойдет своего рода дефолт, к слову - первый в истории России. К черту любые сомнения, вперед в Москву, и только в Златоглавую, время неумолимо поджимает, надо действовать быстро. Кроме фальшивых ассигнаций у него имеются при себе все положенные всякому приличному человеку и дворянину документы и рекомендательные письма, полный джентльменский набор. Не должно быть никаких серьезных проблем с полицией, если верить Александру Сергеевичу Пушкину и другим источникам, она занята исключительно политикой, а не ворами и проходимцами. В крайнем случае десяток-другой сотенных бумажек в карман полицмейстеру, или другому высокопоставленному чиновнику - и дело в шляпе. Уровень коррупции в начале века 19-го высок как никогда, и российская империя по этой части безусловный лидер.
  Он ведь сюда в прошлое, отнюдь не "на дурачка" пожаловал и не с голыми руками и "пустой" головой. В свое время Виктор Степанович долго и упорно готовился к "вживлению" в начало 19-го века. Пришлось немало прорепетировать, он даже сыграл в студенческом театре Хлестакова в "Мертвых душах", по мнению профессионалов вышло очень даже неплохо, теперь должны все труды воздаются сторицей. Что до языка, то по "легенде" он "курляндец", плохой немецкий в комбинации с плохим русским - для замоскворечья сойдет и так, а в "высшее общество" пришелец из будущего пока не полезет, всему свое время... Далее можно будет нанять себе какого-нибудь приблудного французика из иммигрантов или настоящего немца для практики, этого добра в Петербурге начала 19-го века хватает.
  
  Глава 3. #13 - число несчастливое, или каждому - свое.
  
  ...Чирк-чирк, острый кусочек твердого мела безжалостно царапает кожу даже сквозь жесткую ткань штормовки. Крест на спине, словно крест на той далекой безмятежной мирной жизни, теперь все - завтра или послезавтра ему, Сашке предстоит стать на 20-25 лет солдатом российской императорской армии, и никак "откосить" от этой почетной миссии не получится. Долго их держали под охраной в бараке на окраине мелкого и грязного провинциального городка, названия которого он так и не запомнил, много их потом будет в его жизни: Пернов, Козлов, Глупов и так далее - все на одно лицо, точно патроны в обойме. Почти неделю пришлось спать на голых дощатых нарах, условия жизни такие, что даже "бичевка" - временное пристанище бомжей двадцатого века теперь показалась бы теперь верхом комфорта. Потом стали прибывать из частей приемщики, обер-офицеры и фельдфебели, дело что называется пошло в гору. Плац перед старыми гнилыми бараками оживился начальственным матом, командами и криком, стал немного похож на базар на котором поймали Александра, нет точнее - на конскую ямарку, где в роли продаваемых жеребцов выступали люди - рекруты. "Покупатели"-офицеры громко шумели и бранились, до чего стал плох живой "товар" в этом году, не иначе всех высоких и сильных парней забрали в гвардию и в артиллерию, остались на подбор одни худосочные и кривоногие, никуда не годные уродцы. Группа к которой принадлежал Сашка, всегда стояла особнячком с краю площадки, их пока "приемщики" из частей не трогали. Офицеры, прибывшие из полков, разбирали в первым делом "сдаточных обычным порядком" крестьян или мещан, очередь же остальных - "отловленных", почитаемых заведомо неблагонадежными, наступит потом.
  
  "Пули немецкие, пули турецкие, пули французские, палочки русские." Какая же сука Некрасов, прямо душит злость - "палочки", сразу видно он из тех "Кому на Руси жить хорошо". Лучше уж были пули чем такое "счастье", он Сашка согласен снова отправиться в Афганистан на войну, там ему было несравнимо легче, хоть и опаснее... Невыносимо ноют сломанные ребра, каждый вздох отдается острой болью, но терпи солдат, стисни зубы и терпи, иначе нельзя, нет выхода. Бессмысленные ружейные приемы доводящие людей порой до настоящего черного безумия, до пены на губах и совершенно дикий "фрунт" - так здесь называют эту жестокую строевую подготовку. С утра до вечера плац оглашался громогласным ревом команд, хором повторяемых унтерами, буханьем сапог и прикладов и в довершение - звонкими звуками ударов по живому телу. Их здесь учат, точнее дрессируют по старому, еще покойного императора Павла Первого воинскому уставу, вот только сплошь и рядом нарушают его сами наставники безбожно. Позднее, готовясь к экзамену на унтер-офицера, Александр заодно мельком просмотрит и этот оригинальный сборник военной мудрости начала 19-го века. Там конечно, на взгляд нашего современника, много несуразностей, есть вообще дикие требования, так например за случайный выстрел в бою по противнику солдата могли расстрелять, огонь в строю следовало вести строго залпами по команде офицера. Но черным по белому в той толстой книге было указано, что при обучении нижних чинов насилие применять строго запрещено, максимум дозволенного - наставник мог "править руками" стойку или положение тела рекрута и все. Видимо, не задумывался совершенно бедняга император, почему в его стране слова "учить" и "бить" означают примерно одно и тоже, пока его самого верные слуги престола не "поучили" табакеркой и шарфиком. Лучше бы действительно в ходу были палки... их главный учитель, он же главный палач, его имени никто из солдат не запомнил, уж слишком замысловатое оно и вычурное для русского слуха, какой-то фон Фр...фф, они тогда называли его Немцем, вкладывая в это слово всю жгучую ненависть рядового солдата к жесткому, тупому и ублюдочному начальству. Этот садист, не иначе у человека были серьезные проблемы с психикой, находил прямо особенное удовольствие в жестокой муштровке нижних чинов с утра до вечера, даже нередко на обед не отлучался, так его сам процесс занимал. Главным инструментом для управления "серой скотинкой" у Немца была не пресловутая "палка капрала", а тяжелый и длинный кавалерийский палаш в железных ножнах, этим оружием он орудовал поистине виртуозно, с одного удара ломал ребра и пальцы, пробивал головы. Обычная дневная норма у него состояла в том чтобы покалечить, как минимум, одного-двух человек, но иногда этот фашист входил в азарт, и пробегая вдоль строя, лупил своим длинным железным дрыном всех подряд, пока из сил не выбивался, тогда горе тем, кто оказывался в крайних рядах и на кого сыпались удары. В довершение всеобщего ужаса, сам главный "учитель" еще и по-русски толком не говорил, только матерно ругался и размахивал своим палашом. Вчерашние крестьяне и мещане, недавно забритые в солдаты, долго не могли никак понять, чего же от них собственно хотят. Избитые нижние чины на следующий день вынуждены были снова вставать в строй на плацу, симулянтов и притворщиков Немец не терпел, и перед отправкой в лазарет отпускал на солдатскую спину положенные по уставу 300 розог, которые отличались от печально известных палок-шпицрутенов только названием. Правда, ни разу такого количества "палок" по воспоминаниям Александра не выходило, забитые и запуганные фельдфебель и унтер-офицеры считать удары в присутствии отца-командира не осмеливались. Подневольные и неумелые палачи, взятые из числа своих же нижних чинов, назначенных по жребию, били свою жертву до тех пор, пока "нерусское благородие" не давало отмашку. Частенько на выходе после очередного "справедливого наказания" получался уже полутруп. Местная медицина не только не лечила, но еще и почти не кормила своих узников, справедливо полагая что, зачем на них ценные продукты тратить, все равно помрут. Такой вот страшный и безжалостный конвейер получался: плац - лазарет - кладбище, не мало из тех с кем Александр прибыл в часть уже прошли по нему, это дорога в один конец. Были в батальоне кроме Немца и другие офицеры, но они, как правило, пьянствовали в городе с веселыми "девицами", и только на больших построениях по церковным праздникам и торжественным дням нижние чины с удивлением обнаруживали перед строем неких совершенно незнакомых "их благородий" в помятых офицерских мундирах, да еще и с опухшими от многодневных возлияний мордами. Позднее, год спустя, когда батальон превратился в полк, состав обер-офицеров сменился полностью, новый командир всех алкоголиков "вычистил" со службы без всякой жалости и снисхождения. Но это будет еще не скоро, а пока Проклятый Немец буквально царил в этом аду, который по недоразумению считался воинской частью. Третий батальон Омского егерского корпуса, или тринадцатого егерского полка в другое время назвали бы штрафным или дисциплинарным, но местные военные специалисты еще не додумались до такого специфического изыска. Внимательный критик и знаток эпохи "нового времени" вправе возмутиться - егеря, это же "элитные войска", что-то вроде современных ВДВ или пресловутого, столь любимого авторами детективов СпН ГРУ? Все правильно, так и было... но только лет за пятьдесят до описываемых событий, а в начале 19-го века господствующая "линейная" тактика низвела егерей до обычной, даже скорее "второсортной" пехоты, малопригодной для генерального сражения. Известный исторический факт: В Новгородском мушкетерском полку, который под Аустерлицем бежал на глазах у Александра первого, офицерам было запрещено носить темляки на шпагах, солдатам - тесаки. Обер-офицеров не производили в чины и не увольняли, а солдатам добавили еще по 5-ть лет службы, куда уж дальше и так до "дембеля" доживают лишь считанные единицы? И как крайняя степень наказания - полк переименовали в 43-й егерский! Кроме того, в начале 19-го века егерские батальоны из корпусов только начали сводить в полки, подобная перетряска в штатном составе, обычное явление в начале каждого нового царствования, сопровождалась привычным российским бардаком и неразберихой.
  От верной, почти неминуемой смерти, в этом "чистилище" Александра тогда спасла, как ни странно, столь ненавидимая ранее строевая подготовка, полученная в рядах советской армии. Большое спасибо товарищу прапорщику, ведь прав мужик оказался на сто процентов - все в жизни пригодится, даже бессмысленная, на первый взгляд, шагистика. На фоне остальных "косолапых" рекрутов он выглядел вполне прилично, может быть поэтому и уцелел. А так поневоле за Сашку в строю "глаз цепляется", не скроешься - "Он вышел ростом и лицом" как в песне, только вот благодарить за это родителей нижний чин бы теперь не стал, лишнее внимание - лишний удар ножнами палаша от Немца. Не подвело и здоровье, так несмотря на явные успехи в строю, "палка капрала" дважды за этот тяжелый год прошлась по бокам и голове солдата Сашки, но на удивление сломанные ребра срослись быстро и боль утихла, всего за несколько дней... В другой жизни для этого потребовался бы минимум месяц сроку, а тут словно на собаке все прошло мигом, он даже и не заметил почти. Совершенно необъяснимый феномен, может организм в чрезвычайной ситуации мобилизовал все свои ресурсы, а может быть и некое, еще никем не изученное, побочное следствие перемещения во времени.
  Почему он тогда не сбежал, ведь это сделать так просто, батальон все же каторжная тюрьма, нижних чинов на ночь не приковывают цепями к нарам. Но это только так кажется, бегали от невыносимой службы солдатики и не раз, вот только дальше полусотни верст никто уйти не сумел, всех поймали и вернули. Далее сами понимаете - "правый суд" и приговор, прогон сквозь строй и 1500 палок безжалостно рвущих живую плоть, да еще под руководством сумасшедшего, жаждущего крови Немца, легко превращает даже цветущего здоровяка в умирающего калеку. В центральной России нижнему чину успешно дезертировать из части практически невозможно, другое дело окраины, где иногда исчезали целые взвода подчистую. К тому же, в отличие от других потенциальных беглецов, Александру был смысл уходить только в одну сторону. Надо было, кровь из носу, вернутся назад к бункеру на горе возле Сосновки, только оттуда теоретически была возможность попасть домой - обратно в 21-столетие. Для этого требовалось пройти почти триста с лишним верст по густонаселенной местности, не имея при себе ни денег, ни документов, ни транспорта, ни даже сообщников из числа местного населения - такой побег выглядел совершенно бесперспективным. Ничего не поделаешь, остается только собрать всю волю в кулак и терпеливо ждать, когда судьба сократит это немыслимое, непреодолимое расстояние. Он верил, что рано или поздно, это случиться, должна наконец закончиться эта черная полоса в его жизни, всему рано или поздно приходит конец.
  
  .........................................................
  Москва златоглавая и обильная встретила Виктора Степановича Голикова на редкость приветливо и ласково, ничего удивительного, человека с большими деньгами в кармане вероятно и в Аду хорошо примут и сам Сатана за швейцара услужливо дверь чистилища распахнет. Здесь уже необходимости маскироваться и прибедняться нет, не провинция - столица, пусть и вторая! И наш скромный серенький курляндец моментально расцвел, преобразился в солидного и важного богатого господина, зажил на широкую ногу. Первым делом он прикупил небольшой но вполне престижный "дворянский" особнячок со всеми приличествующими службами, к великому сожалению весьма далеко от центра города. Тут в столице прямо беда, целые городские улицы заняты усадьбами старинной, нередко уже давно забытой современниками знати, такими древними фамилиями, как Кропоткины, Трубецкие и Пушкины, например. Местные дремучие зубры своих родовых гнезд не желают пришельцу уступать ни за какие деньги. Чтоб сковырнуть московских "бояр" их с насиженных веками местечек нужна или опричнина, как при Грозном, или революция. Непонятно чего эти реликты пыжатся, так от князей Кропоткиных его взашей выставили, при этом чуть не избили подонки эдакие, не захотели продать место, усадьбу пожалованную чуть ли не при самом Рюрике. Пора бы им смириться, ведь страной уже второе столетие правят "надменные потомки известной подлостью прославленных отцов, пятою рабскою поправшие обломки игрою счастия обиженных родов", а эти московские динозавры все еще на что-то надеются. Совершенно напрасно Юрский период, время гигантов давно закончилось и наверх из подземелий вышли подлые и умные крысы...
  На короткое время он забыл о своей важной миссии в рамках Проекта, ученый-историк одолел в душе Степаныча расчетливого дельца, в которого он превратился в последнюю пятилетку горбачевско-ельцинских реформ... По-другому и быть не могло, воздух старой столицы просто опьянял, сводил с ума пришельца из будущего. Для профессионала это неслыханная, невероятная возможность заглянуть в известную только по документам удаленную от нас почти на два столетия эпоху. Он то шатался, словно пьяный часам по Красной Площади, разглядывая башни и стены московского Кремля, то поднимался на древние валы исчезнувшего в ХХ веке Китай-города, то вдыхал удивительную атмосферу торговых бесчисленных рядов, попутно разглядывая толпу причудливо одетых горожан. Тут все смешалось от важных барынь в шелках и бархате до оборванных вшивых нищих на папертях живописных церквей. Колокольный малиновый звон кажется не прекращался здесь ни на минуту, точно в столице жизнь была сплошным непрерывным торжеством. Но скоро "темная сторона силы" в его постоянно мятущейся душе взяла полный реванш и все благие намерения угасли навсегда...
  Но не каждый день праздник, приходиться заниматься и обыденными делами. Первым делом он расширил штат своей домашней прислуги, у московских богатых дворян есть неформальная, неписанная норма - не менее пятидесяти дворовых на одного барина, иначе это же не барин, а не пойми кто. С таким не раскланиваются, не пожимают руки и даже не допускают обычно к себе в дом. Особо богатые и знатные дворяне, навроде князей Шереметьевых содержали до 600 слуг. Иностранцы только удивлялись, зачем столько бездельников если один вольнонаемный вполне мог бы заменить 3-х, а то и 30 подневольных человек? Нельзя иначе - сие называется мудреным польским словом "гонор"!
  Покупал крепостных Степаныч обычно по объявлениям в газете 'Московские Ведомости' и по знакомству, здесь они даже дешевле обходятся, чем в провинциальном городе, вот смотрим например: "Продается умелая кухарка с дочерью 14 годов." Чего бы не взять, коли цена невелика, а девка на личико пригожа? Полсотни просят за девчонку и столько же за ее мамашу, цена бросовая. Для столицы вполне прилично, это только в самой глухой деревне девицу или бабу можно взять за пятерку серебром. Тем более, что деревенской Марфушке-потаскушке давно пора найти достойную замену, упорно не хочет дрянь такая, столь любимыми барином, анальными развлечениями заниматься. Скулит дурочка каждый раз как собачонка, стоит только приступить, нет так дальше определенно жить нельзя!
  Или вот еще "Московские ведомости" за среду: "Продаются за излишеством дворовые люди: сапожник 22 лет, жена ж его прачка. Цена оному 500 рублей. Другой рещик 20 лет с женою, а жена его хорошая прачка, также и белье шьет хорошо. И цена оному 400 рублей. Видеть их могут на Остоженке, под N 309. Продаются три девущки видные 13-ти и 15-ти лет всякому рукоделию знающие, кошельки с вензелями вяжут. Видеть и о цене узнать Арбатской части квартираа N1117. Продаются шесть серых молодых лошадей легких пород, хорошо выезжанных в хомутах, которым последняя цена 1200 рублей. Видеть их можно на Малой Никитской в приходе Старого Вознесения."
  С начала века и вплоть до вторжения Наполеона в Россию средняя по стране цена крепостного приближалась к 200 рублям серебром. В последующие годы, видимо в связи с общим финансово-экономическим кризисом по итогам долгих и тяжелых для России наполеоновских войн, цены на людей упали до 100 рублей. На этом уровне они держались до сороковых годов XIX века, когда снова начали расти. Ремесленник с его бабой начинающему рабовладельцу пока без надобности, а вот девки очень даже пригодятся, равно и кошельки.
  Туда-сюда и в итоге у "барина Карлыча" вскоре появилось сразу четыре новых девки-наложницы. Особенно по душе пришлась молоденькая полуцыганка Варька, прямо огонь девка, заводит его не по детски в любое время дня и ночи. Обзавелся наш историк и штатным экзекутором, без него в таком большом хозяйстве нельзя, не самому же ему лично эту многочисленную орду "живых орудий труда" наказывать? Для этой роли прекрасно подошел кучер Степан, купленный вместе с экипажем и четверкой лошадей с аукциона при распродаже имущества разорившегося известного московского богача, купца первой гильдии. Теперь чуть что - пожалте милые мои к Степке на конюшню, а он уж спуску никому не даст. Ну а если возникнет нужда выпороть за очередную провинность самого кучера, то тут на помощь придет полиция, стражи порядка за отдельную плату всегда готовы кого-нибудь посечь, хоть самого черта лысого. Осталось еще камердинера посолиднее найти и мальчишек-казачков посмазливее на запятки кареты, и еще, и еще много еще надо... список длинный, оказывается у именитых господ даже трубку курительную отдельный человек должен подавать хозяину. И пороть, пороть всю эту сволочь, как у классика по субботам, чтобы чувствовали хозяйскую руку.
  Там в далеком двадцатом веке, среди прочих коммерческих прожектов ребята предлагали презервативы сюда в 1800-е поставлять, дескать стабильный спрос со стороны местных аборигенов будет гарантирован. Вот идиоты, здесь в России начала 19-го просто сексуальный рай, зачем средства предохранения, если тут все девки "одноразовые"? Купил такую, или взял из своей деревни, побаловался в полное удовольствие и обратно к родителям отправил дуру, или пожалуй можно даже перепродать с определенной выгодой, что зря он "науке любви", что ли их обучает? Неограниченная власть над людьми просто постепенно творила свое черное дело, и вчерашний тихий кабинетный ученый потихоньку и незаметно превращался в настоящего крепостника, того самого "русского барина" легендарного Оболт-Оболдуева, которым так восхищаются в наше время некоторые отдаленные потомки барских холуев. У бар, как известно, своя специфическая мораль и свои критерии нравственности, так надоевшую Марфу, Степаныч просто смеха ради выдал замуж за своего самого первого прислужника Петьку-Петрушку-Петушка. Тот долго бедный ныл и пытался разжалобить хозяина: барин я де молодой еще, дайте погулять маленько, куда мне жениться?
  -Ваша милость! Пожалейте сироту! Хоть годок еще пожить на воле!
  -Смирно, вольно! Лечь, встать! Лечь, встать! -у барина сегодня с утра было хорошее настроение и он был склонен немного пошутить, а то бы сразу без лишних разговоров строптивый раб получил "в рыло", -Чего воешь дурак, успокойся и говори внятно и разборчиво! Или по зубам желаешь схлопотать?
  -Барин помилосердствуйте, оне ж на семь годов меня старше!
  -Чего недоволен вижу? Ай-ай, мне придется тебя через два года на цареву службу сдать, там и погуляешь, потешишся вволю, мундир красивый и сапожки лаковые казна даром даст. -тут Виктор Степанович невольно вспомнил и про своего своего современника Александра, надо будет не забыть истребовать за него с военного ведомства деньги, как за представленного по набору рекрута, раз положенную квитанцию так и не дали. Серебро в хозяйстве очень даже пригодится, процесс обмена фальшивых ассигнаций на драгоценные металлы шел, к великому сожалению, слишком медленно. Выбрасывать сразу в оборот большую массу фальшивок "барин из будушего" боялся, местные дельцы должны обязательно заметить неладное. Поэтому что-то никак не копились пока золотые трехрублевые червонцы и серебряные рубли, называемые аборигенами "монетой", или даже нередко "монет" - в мужском роде.
  -Барин, да оне ж того, не девка, порченные... -продолжал упрямо гнуть свое Петрушка, надеясь поколебать грозного господина.
  -Зато кадр опытный и обученный, я сам проверял, ха-ха! -все же какие они смешные людишки, здесь в начале девятнадцатого века, Степаныч давясь от хохота продолжил, -Выбирай дурачок или 15 рублей ассигнациями на обзаведение и завтра под венец с Марфушкой, или сейчас 150 "горячих" у Степана и при первом же, следующем наборе пойдешь под на службу отечеству. Сдам тебя дурака под "красну шапку", просек?
  Пареньку только остается, что утереть сопли, слезы и покорно кланяться в ножки благодетелю. Однако не следует думать, что Марфу барин все же забыл и прекратил домогатся до своей рабыни. Он ее вниманием не оставил и иногда еще использовал по "прямому назначению", исключительно ради разнообразия. Такой же барской милости были удостоены без исключения, хотя бы один раз, и все остальные более-менее молодые и смазливые бабы и девки из числа домащней прислуги.
  Только теперь, когда Степаныч наконец более-менее насытился по женской части, до нашего современника дошел истинный смысл, сказанных в то время слов: "Многие помещики наши весьма изрядные развратники...", а чего в этом плохого? Александр Сергеевич Пушкин, как утверждает ряд компетентных источников, тоже не только осень любил, но пейзанок своих крепостных очень даже жаловал, немало у него по деревням потом "арапчат" бегало. Эпоха здесь такая, такой дух - нет сил удержаться от соблазна. Что, "они тоже люди" - нет это обычные рабы! Господа-владельцы их имеют как хотят, почему же он должен отказывать себе в таком невинном удовольствии, благо и деньги есть и здоровье позволяет. Последнее вообще сильно радовало бывшего историка, еще никогда он не ощущал себя так хорошо. Непонятно, следствие ли это перемещения во времени, или просто резкой смены окружающей обстановки. В любом случае сексуальной энергии у него было хоть отбавляй, совсем под стать выбранной фамилии, ведь "Пферд" на одном из германских наречий означает - "жеребец".
  
  .........................................................
  
  -Швайн-н-н!!! Шайзе!!! Русиш-ш-ш швайн!!! -режет точно отточенной бритвой воздух выкрик сзади, почти у самого уха, вжик - взлетает тяжелый черный палаш в стальных ножнах. Из монолитного зеленого строя, зажимая ладонями разбитую голову, на утоптанный тысячами сапог плац, вываливается очередной солдат. Остальные не смеют даже вздрогнуть, не то что пригнуться или уклониться от разящего безжалостного удара... Пнув носком высокого кавалерийского сапога, начищенного старательным денщиком до зеркального блеска, уже шестую на сегодня жертву, Немец немного успокоился. "Их благородие" соизволил движением руки сделать знак фельдфебелю, убери мол эту гнусную падаль подальше с моих глаз долой. В последнее время он разошелся не на шутку, жестокая бессмысленная муштра зачастую длиться от рассвета до заката, и в праздник и в будни, по слухам батальон натаскивают к смотру или представлению "высшему начальству". В результате такой усердной подготовки только за последний месяц на кладбище для нижних чинов, что расположено на пустыре за лазаретной помойкой, появились сразу две новые могилы.
  "Слава богу пронесло, не меня сегодня выбрал..." -Александр продолжает маршировать, отрабатывая до жгучей боли в ногах очередное идиотское упражнение вместе со всеми остальными нижними чинами, стараясь никак не выдать охватившего его волнения. Похоже долгожданный конец совсем близок, рукой подать, уже второй месяц после отбоя в казарме идут разговоры, что надо убить этого "отца-командира", иначе он всех тут изведет вконец. В последнее время эта тема стала просто маниакально-навязчивой, даже о бабах сослуживцы не вспоминают, только и слышно: "Немец - убить" на устах у каждого. Поскольку всем скопом нельзя, с точки зрения властей это будет военный бунт, сие чревато серьезными карами вплоть до децимации, солдатский "мир" порешил в понедельник вечером кинуть жребий. Только одному будет суждено пострадать за народ, и вот теперь Сашка боится и переживает, как бы ему не "повезло" в очередной раз, шансы не так уж малы примерно 1 к 200, батальон у них небольшой, скорее даже рота по местным меркам, и Немец паразит похоже старается всеми силами сократить численность вверенных ему подчиненных. Россказни про заботливых командиров, знающих душу каждого солдатика, это для маленьких детей, реальность вот она такая неприятная - свихнувшийся садист с железной палкой в руках, на которого нет никакой управы. Интересно за что его только Владимиром 3-ей степени наградили, может таким долбодятлом он был не всегда? Дорого бы дал Сашка за то, что бы посмотреть на рожу этого деятеля, в момент когда острый штык ударит точно под белый нашейный крестик ордена, успеет этот ротмистр понять за что его убивают или нет... В пятницу вечером перед очередной репетицией триумфального марша военная карьера этого деятеля должна прерваться навсегда, говорят его сюда в провинцию из гвардии списали в наказание, наверное и там в Питере гад отличился.
  С точки зрения человека гуманного двадцатого столетия такое странное поведение бывших крестьян и мещан выглядит вероятно диким и кровожадным, но не торопитесь их осуждать, до идеи "убить гада" они дошли отнюдь не сразу и не вдруг, а постепенно. Чего только не перепробовали несчастные защитники отечества за этот тяжкий год. Первым делом решили написать слезную жалобу-прощение, да не кому-нибудь, а прямо самому царю, типично крестьянская психология сказалась:"Жалует царь, да не жалует псарь". Александра заставили два раза переписывать этот плод коллективного творчества казарменных грамотеев, попутно пришлось заменить везде "царь-батюшка" на "государь император" и так далее, бог с ней "новой орфографией", на фоне чудовищных ошибок и описок оригинала его вариант выглядел намного предпочтительнее. Вряд ли эта "филькина грамота" ушла тогда дальше уездного архива, может быть и до ныне валяется в пыльных запасниках местного краеведческого музея, вот прикол будет если историки найдут и прочтут. Наверное примут за "новодел", подделку или ловкую мистификацию. Затем собрали все оставшиеся деньги, буквально выгребли последние копейки из загашников, заказали в городской церкви молитву "за избавление от козней диавольских". К сожалению, вскоре пришло понимание, что бога высоко, а до царя далеко. Тогда нижние чины решили обратиться к заветным народным средствам, поискали среди своих "знающих" людей. И надо же, нашелся один такой "колдун", или по крайней мере парень уверял, что у него матушка была знахаркой и его обучила премудрости и ворожбе. Устроил этот сельский экстрасенс целый ритуал Вуду, под бормотание заклинания торжественно задушил шнурком заранее изловленную крысу. Потом колол острой щепочкой, смоченной в крови грызуна, в изображавшую Немца глиняную куклу, и под конец представления заявил, что на последнего наслана порча. Все это со стороны выглядело очень занятно, вероятно специалисты-этнографы века ХХ-го были бы в экстазе от такого сеанса "народной магии", но отнюдь не Сашка. Как он и предполагал, колдовские ритуалы и прочие пляски с бубнами, навроде сжигания волос супостата на свече, ничуть не помогли. Верно тому кто сам с чертом связан никакой наговор не страшен, и вот только тогда уже они, нижние чины, решились на крайнее средство. И то не сразу почти два месяца еще терпеливо ждали, а вдруг да все еще изменится само собой.
  Холодный осенний ветер врывается незваным гостем сквозь многочисленные щели старого барака, заменяя отсутствующую вентиляцию. Александр давно уже привык, адаптировался к такому микроклимату, иначе тут в казарме не продохнуть, такая удушливая атмосфера стоит от сырых мундиров, шинелей, сапог и сушащихся тут же под потолком многочисленных портянок. Гораздо больше раздражала протекающая крыша, как раз над ним сейчас капает, холодные капли осеннего дождя разбудили его задолго до рассвета. Сегодня особый день - пятница, и ему предстоит убить, пусть паршивого, но все-таки человека, так обстоятельства сложились, снова судьба по непонятной причине выбрала его, одного из многих. В тот прошлый понедельник они так и не сумели найти добровольца, желающих не нашлось, поэтому кинули жребий, разбились на группы или местному "артели" и тянули соломинку, Александру выпала короткая и он вошел в двадцатку претендентов, но впереди еще второй тур, неужели еще и здесь не повезет? Потными пальцами он медленно вытягивает стебель соломы из кулака фельдфебеля, сантиметр, еще сантиметр неужели... нет, слава богу, попалась на это раз длинная соломинка! Жребий выпал молодому пареньку рядом справа, тот сплюнул в сердцах на грязный пол и только перекрестился, более никак не выразив свое отношения к происходящему действию.
  -Братцы я чаво кажу! -фельдфебель Матвей, единственный в батальоне старый солдат, главный местный авторитет, подвел итог "голосования" -Двоих надоть выбрать, а не единого! Тута кабы рука с непривычки не дрогнула, и тады усе впустую сгинет.
  -Верно, пущай они еще раз жребию тянут! -взорвался криками барак, -Чего камедь ломать! Пущай еще раз!
  Что поделать, и Сашка еще снова тянет и опять везение - длинная выпала, вторым "киллером" становится пожилой уже мужик за сорок пять, непонятно как его только в рекруты сгребли. На него просто жалко смотреть - совсем раскис, того и гляди заплачет.
  -Братцы, пожалейте душу христианскую, у меня дома ведь жонка и детишков трое осталось! -фельдфебель пытается отстранится, но новый "кандидат" уже упал на колени и мертвой хваткой вцепился ему в полу шинели, -Помилосердствуете братцы, Христа ради не губите! Ы-ы-ы...
  Ясное дело этот слюнтяй никуда ни годиться, такой не сможет нанести точный и смертельный удар, Матвей брезгливо отпихивает ногой плачущего мужика и пристально всматривается в лица оставшихся после жребия 18-ти солдат, среди них он них должен найти замену этому сукину сыну. Ему вообще нельзя доверять такое дело, как бы не сдал от страха всех Немцу. Взгляд его точно прощупывает возможных кандидатов и невольно цепляется за одного... тот парень и на вид крепче и почти на голову выше всех остальных.
  -Кто взамен пойдет? -и опять тишина, шумели сегодня много, но когда дошли до дела, то оказалось, что желающих рисковать своей шкурой нет. Фельдфебель думал недолго, на войне ему уже доводилось однажды делать подобный выбор. -Ну коли охотников добром нет, не обессудьте братцы скоко можно солому ломать, назначу сам... Вот ты будешь!
  И надо же такому случится, выбор падает на Александра, не повезло, сегодня явно его лимит везения исчерпан. На том они тогда и порешили, и вот сегодня утром срок настал. Он хотел было еще немного подремать, свернувшись под серым колючим, но теплым сукном шинели, одеял в казарме понятное дело в этой реальности не было и в помине. Даже байка такая ходила, впоследствии увековеченная в литературе:
  -Солдатик, ты на чем спишь?
  -На шинели.
  -А укрылся чем?
  -Шинелью.
  -А в головах у тебя что?
  -Шинель.
  -Дай мне одну, я замерз.
  -Да у меня всего одна!
  Одно слово он в сказку попал, есть такая народная, там солдат глупому барину продает некое универсальное средство и одежда и перина и подушка одновременно, узнать бы в самом деле продал или это так выдумка... Но нет не удается провалится в сладкое забытые сна, неугомонный фельдфебель уже тут, тормошит и поднимает с таких уютных нагретых телом нар. Горячий злой шепот отдается в ушах колоколом.
  -Вставай братец, вставай Сашка, давай подем туды к образам, я вас зготовлю на дело!
  Приходится навернуть, не до конца просохшие портянки, воткнуть ноги в сапоги и идти к красному углу, там под иконой мерцает единственный источник освещения - лампада, положенные для казармы сальные свечи давно уже не отпускает вороватый интендант. Там уже давно мнется второй сегодняший герой, солдатик Гриша, они мало-мальски познакомились за эти три долгих дня. Григорий оказывается питерский родом, вот еще один странный поворот судьбы.
  -Всю жизнь хотел в Петроград съездить, да все не получалось, красиво там у вас разные такие, дворцы-каналы-мосты-сады? -Александр решил немного разговорить напарника, пусть отвлечется от скверных мыслей, а только и делает, что креститься непрерывно.
  -Э-э-э, брат, да ты загнул, кто ж тя во дворец пустит? С мужицкой то харей? -оказывается красиво там, да для нас сермяжных.
  Простому народу даже хреновее чем в провинции приходится, что ни год, то или холера, сотнями мрут или наводнение, опять массовые жертвы... А уж власти то и вообще как собаки злые, норовят с людей последнюю шкуру снять, да так оно везде у нас на святой Руси.
  -Сестренка меньшая с матушкой в позапрошлом годе представились, дохтур-убивец холеру нашел и гошпиталь полицией определили, а оттуда живьем еще никто из нашего брата не выходил. И похоронить по хрестьянски не дали, ровно собак в яме с известью зарыли.
  Тут Гриша пустился вспоминать, как лет восемь назад холерный бунт у них был, доведенные до отчаянья простые люди в слепом гневе громили больницы, убивали ненавистных лекарей и полицейских служителей. Он тогда еще мал был, но хорошо все помнит, как солдаты-гвардейцы штыками разгоняли толпу на Невском и прилегающих улицах.
  -В рекруты как попал, по набору что ли сдали?
  Оказывается, удивительное дело, Григорий "доброволец", сам пошел на тяжкую цареву службу! Здесь в начале 19-го века это слово имеет совсем другое значение, помните песню из фильма "Добровольцы": "Дан приказ ему на запад, ей в другую сторону...". А в 19-м веке оказывается дело обстояло совсем по другому.
  -Отмечали мы тогда Сашка с парнями праздник цеховой, у нас мастеровых в обычае было всегда. Я винища то сроду в род не беру, дед покойный приучил, а тута развезло с ребятами, помню тока кабак незнакомый-ненашенский, девки намазанные румянами страшные, и все из стаканов пьют, а мне медную посуду с орлом на крышке бабы поднесли... Очухался уже в казарме на нарах. "Пустите домой дяденька" -кричу ундеру, а оне мне бумагу в нос тычут, ты дескать заместо мещанина Тюлькина вызвался итти на государеву службу, вот и крест поставил тута снизу.
  Забрили его сходу, и погнали этапом в тмутакаркань провинциальную, и как назло, денег откупится от священного долга у родни не нашлось. Но есть и другие "волонтеры", это нищие и бродяжки пропившиеся в дым до потрохов, ловкие люди делают на них поганый бизнес, от этих "героев" шарахается как от чумы приемщик на разборе будущих солдат. И все же большинство - это такие или как Григорий обманом завербованные, или закупленные богатеями вместо себя мужики и парни из далеких деревень, казенных рекрутских квитанций на всех потенциальных уклонистов не хватает, вот и ловчат богатые сволочи. По закону желающий поступить в рекруты должен быть лично свободным, но кто же им в руки вольную даст, народ у нас темный, законы государевы оказывается писаны только для господ, для всех остальных - палки и кулаки.
  -Уходить куда собираешься, до Питера далече, до заграницы еще дальше?
  -Не решился покедова, а ты куда?
  -Есть местечко одно хорошее, где не достанут ни в жизнь, но дойти тяжело... Может вместе попробуем, вдвоем веселее? -Сашка справедливо рассудил, что в Питер напарнику нельзя, за укрывательство дезертира карают здесь чрезвычайно круто, в лучшем случае вся семья отправиться в ссылку, в Сибирь. Почему бы тогда вдвоем не попробовать добраться до бункера в Подмосковье, это ближе. Жаль сразу не осмотрел все толком, но там были оружие и консервы и самое главное оттуда есть шанс вернуться домой, в далекий и уже почти призрачный двадцатый век.
  И как он раньше не додумался, отупел что ли от бесконечной идиотской муштры, ведь надо было сколотить небольшую группу и бежать, даже в паре шансы на успех резко возрастают, так многих беглецов преследователи взяли и скрутили сонными - следовательно нужно этого беречься. Гришка вроде согласен на все, что ему прозябать в городских трущобах среди прочих беспаспортных и беглых, все равно ведь или власти выловят или от голода и холеры подохнешь сам рано или поздно.
  -Говорите братцы как на духу! Людей убивать приходилось, али нет? -фельдфебель неслышно подошел прервав столь сладкие грезы о грядущем побеге.
  -Только одного, из ружья положил, -поспешно ответил Сашка, а его компаньон лишь помотал головой.
  -Дело это не хитрое, сука Немец год мытарил вас, а штыку ладом не научил, -старый солдат ловко подхватил ружье из пирамиды, -Вот гляньте, энто просто, как снопы класть, чай дома приходилось?
  Тут наоборот уже Александр мотал головой, а Григорий подтвердил, что умеет работать вилами, мол неоднократно помогал родственникам в деревне. Оказывается опытный старый Матвей все подготовил, штыки у двух крайних ружей наточил до бритвенной остроты и смазал смесью сала пополам с землей. Старый солдатский трюк, известный еще со времен петровских походов или даже раньше. Слышал уже про такой прием и Сашка, говорят так только для турков делают, когда не хотят брать пленных.
  -Штоб оне не блестели, и таким хоть легонько царапнешь до кровушки - антонов огонь остальное довершит, не залечат. Но колите со спины и до конца, в тело до упору. В зад, голову, руки-ноги не сметь ни в коем разе! Упрется в кость - вынь и втыкай сызнова, до конца до самого. Ежели вдруг да с ног его собьете быват такое, прикладом не бить, только штыком! Палаша евонного не страшитесь, я с рапортичкой подбегу из строя, завлеку нехристя и не должон успеть оборонится. Бейте с разбегу прям в спину коротко, ра-а-аз... и уходите с богом.
  -Дяденька, там же еще обер-офицеры будут, оне же по пятницам приходят? -Григорий спешит спросить наставника, в самом деле сегодня в батальоне должен быть ротный и еще офицеры.
  -Не сумлевайтесь ребята, завтра Покров, и значится опосля обеда эти пияницы глаза уже зальют. Простите братцы в другой дни никак нельзя, меня смертью казнят, почто не догнал? А тут пусть энти ироды сами ответ перед казной держат. Бежать вам споодручнее чрез дыру в заборе за бараком, там наши для вас харчи собрали на дорогу, сухари и соль в узелочке.
  -Зачем там, дядя Матвей, центральные ворота ведь ближе? -не понял замысла Сашка, -Сразу бы и рванули туда?
  -Эк ты молодой и горячий Сашка, а про караул на входе запамятовал видать? Ежели они вас упустят - имя каторга, а то и под расстреляние солдаты пойдут, а не то еще из города кого нечистый принесет, тока бегом в лаз - там и лесок рядом, недалече. Я так кумекаю, раз праздник великий грядет, то все начальство городское уже шибко выпимши с утра будет изрядно, и погонь за вами сразу не снарядит, почитай цельная ночь у вас в кармане.
  Хороший мужик Матвей, правильный одним словом. Тогда в понедельник он тянул жребий на Немца вместе со всеми, а ведь мог бы и отказаться уповая на старшинство, его бы никто из солдат не упрекнул тогда. Сашка уже успел простить фельдфебелю свое "назначение", верно никакого другого варианта не было. Напоминает он ему хорошего старшину-наставника, был у него такой в той, советской еще армии. Невольно он последний год постоянно сравнивал реалии той и этой службы, местами похоже, местами нет. Но представить себе тогда, что вот его, Сашку старшина будет инструктировать, как правильно убивать комбата - это нечто совершенно запредельное, немыслимое, сюрреализм или бред сивой кобылы. Там в Афганистане, в том скоротечном бою на дороге они вытащили из под огня всеми нелюбимого, истекающего кровью ротного, перевязали и жгут наложили как положено. Этот человек выжил, поправился и кажется даже продолжил терроризировать своих солдат дальше. А тут... просто убивала обыденность происходящего события, никакого экстрима, волнения и адреналина в крови ни капли, все спокойно - сегодня после обеда, перед триумфальным маршем они с Гришей должны заколоть штыками Немца и потом дезертировать из части. Может в самом деле все вокруг происходящее - просто плод больного воображения, стоит сделать усилие и увидишь лица врачей, может он просто сошел с ума и лежит сейчас на койке в психушке? Нет, к сожалению, слишком все долго уже длится, это не сон и не бред, а просто реальность века девятнадцатого, с которой приходится считатся.
  Почему "мир" - местный коллективный разум решил, что ненавистного командира следует обязательно убивать перед строем, прямо торжественно-ритуально, точно жертвоприношение совершить? Еще одна загадка, только спустя много лет Александр найдет подходящий ответ, видно в каждой эпохе свои заморочки. В 2000-х годах просто киллер поджидает свою жертву в подъезде и стреляет в спину, а здесь надо действовать открыто, может быть так хотят запугать потенциальных "заместителей" Немца? Непонятно, он слишком мало прожил еще вместе с этими людьми, еще не стал частью этого века и не факт, что когда-нибудь станет.
  Между тем новый день понемногу вступал в свои права, светало. Барак постепенно оживал, солдаты понемногу просыпались и вот уже плещется вода, и слышна веселая перебранка на заднем дворе у пустой конюшни и у колодца. Умывальников от казны нижним чина не положено, желающий ополоснуть лицо должен просто зачерпнуть горстями воду из большой кадушки. Полотенец или рушников по местному, как нетрудно догадаться, тоже нет и в помине, верно суровое начальство бережет солдат от всякой ненужной роскоши, обстановка предельно спартанская. Вот уже и выборный артельщик с помощниками засобирался, они должны успеть до развода выдать черный хлеб, основную пищу российского солдата, обеденный суп более напоминающий тюремную баланду не в счет, его можно пить как сырую воду - настолько пуст. Изредка нашим защитникам отечества удавалось подкормиться картошкой с обывательский огородов, а уж если под руку попадалась неосторожная городская курица, то во всем батальоне был просто праздник. Как выглядит казенное мясо и когда в последний раз его отпускали нижним чинам не смог никак вспомнить даже местный старожил - уже знакомый Сашке фельдфебель. Но люди все равно жили и надеялись на лучшее, так уж устроен человек, вон посмотрите - даже шутят и смеются, а ведь для кого-то из них этот день может оказаться последним. Балагурит местный весельчак нижегородец Федька, подсмеиваясь над выползающими из казармы сонными еще сослуживцами, в ответ его обливают ледяной водой, парень только фыркает словно конь и ничего, жизнь идет, жизнь продолжается...
  
  .........................................................
  
  Пожалуй стоит сделать отступление и вернуться на время обратно в ХХ век, там месяц спустя поле первого в истории успешного путешествия человека в прошлое, произошли весьма значительные события определившие дальнейшую жизнь и деятельность наших главных героев. Если вкратце, то Проект "Коррекция исторических событий" самым глупейшим образом накрылся медным тазом по вине некоего Рафика. Нет этот просто эпический терминатор прибыл в далекий уральский город не из Прибалтики, а из солнечного Таджикистана, это не автомобиль - обычный человек. Если уж совсем честно то спрашивать надо не с бедного дехканина, приехавшего в Россия на заработки, а с тех ловких дельцов, что скупали в те постперестроечные времена лом цветного металла и изделий радиоэлектронной промышленности. Кто-то же объяснил таджику, что "желтый нога" - это хорошо и за него можно получить немного денег в ближайшем пункте приемки, до ценности остального цветмета он видимо и сам "допер". Так или иначе, но в ходе ремонта в здании НИИ электровакуумных приборов, произведенного бригадой вышеупомянутого Рафика, из лаборатории номер девятнадцать исчезли бесследно все существовавшие на тот момент в "металле" экземпляры уникальной машины времени. Начинка красивых голубых металлических шкафчиков: позолоченные микросхемы, СВЧ-транзисторы и многие десятки килограммов медных волноводов, вентилей и фазовращателей навеки сгинула в бездонных недрах одной сомнительной лавочки, по злой иронии судьбы расположенной всего в пятидесяти метрах от здания НИИ вакуумных приборов. Это вступление, это пролог драмы или комедии, которая разыграется сегодня за толстыми стенами помещения на третьем этаже, где соберется вечером все руководство Проекта. Заглянем и мы за облупленную дверь с покосившейся от времени табличкой 19, снабженную устрашающим плакатом "Посторонним не входить!" и древним механических кодовым замком...
  В большой комнате, за рядом составленных бок о бок столов в тот вечер собралась немалая по численности компания, почти весь так называемый Проект. К сожалению для солидности не хватало приличных кресел, их заменили старыми офисными стульями-"вертушками" с отломанными спинками, заняв на время у соседей. Зато какие таблички были, просто загляденье: "военный отдел", "экономический сектор", "отдел пропаганды", технический отдел" и так далее, если не принимать в учет несколько экзотическую внешность собравшихся, то можно подумать, что тут предстоит заседание правительства небольшой страны, как минимум.
  Рассматривать все сборище мы не не станем, слишком утомительно, остановимся только на отдельных ключевых фигурах. Номер один - Инженер, после того как Ученый окончательно спятил, техническая сторона проекта целиком легла на его плечи. Вторым будет - Медик, его роль в Проекте сильно возросла после того как Виктор Степанович благополучно отчалил в прошлое, а часть соратников после очередного скандала ушла из организации навсегда. Пожалуй стоит упомянуть еще двоих, "военный сектор" поделили между собой известный в определенных кругах писатель-фантаст и лидер местной монархической партии "Дворянский Союз". Раньше эти двое сидели в отделе пропаганды и образования и особой роли не играли, поскольку пропагандировать монархизм в самодержавной России начала века 19-го, это ведь все равно, что чукчам снег продавать. Эту сладкую парочку вообще пригласили в Проект только благодаря спонсору, тот в свое время искренне увлекался различными "самодержавными теориями", мода в то время такая была, пришлось пойти на уступки. Но удачливый ранее бизнесмен несколько лет назад вчистую разорился, стало не до "спасения России", самому пришлось спасаться от кредиторов, а вот господа монархисты так и остались в руководстве.
  Инженер с тоской оглядел присутствующих, ну и зоопарк собрался, кого только нет... всякой твари по паре. Десять лет назад все было по другому, тогда действительно был шанс использовать машину времени во благо отечества, жаль подготовка слишком уж затянулась. Если раньше заседания Проекта походили на производственное совещание, то по мере постепенного замещения "технарей" гуманитариями получился клуб по интересам. Пока Историк еще держал в кулаке всю эту пеструю компанию "творческих" людей, все было более-менее прилично, но вот теперь сборище напомнило ему собрание "Меча и Орала" у Ильфа и Петрова.
  -И так позвольте открыть наше очередное заседание, -первое слово взял Медик, психотерапевт и одновременно известный городской экстрасенс, -Начнем сразу с самого актуального вопроса, пусть Николай Сергеевич повторно даст краткие разъяснения по поводу недавнего ЧП, заодно введем новых членов Проекта в курс дела.
  Ничего не поделаешь, пришлось Инженеру снова рассказывать сказку про гастарбайтеров и "желтые микросхемы", история в наше время банальная, так в Москве кажется, даже один из экспериментальных Токамаков разобрали на цветмет. К несчастью как раз перед ремонтом его отправила на больничную койку пневмония, а остальным даже в голову не пришло присмотреть за ценным оборудованием. Администрация НИИ ни малейшего внимания не уделила, понятное дело - машины времени не числились на балансе, о их существовании знал только очень ограниченный круг лиц.
  -И все же я не понимаю, почему нельзя восстановить утраченное, ведь осталась техническая документация и сборочные чертежи? Сколько вам потребуется времени? Если нужно наймем помощников, деньги в фонде у нас еще есть. Мы уже получили на днях условные сигналы-маркеры от "историка", он благополучно прибыл в прошлое и "внедрился в среду", и тут такое неприятное происшествие... -Медик упорно не желал понять суть происходящего, или это трюк такой из арсенала психиатров?
  -Что же давайте тогда сначала начнем с истоков, молодым людям думаю будет интересно послушать, -Инженер словно прокрутил в голове события последних двадцати лет, как быстро летит время оказывается...
  Тогда он, молодой инженер, только пришел после ВУЗа по распределению, а будущего "ученого" даже по отчеству еще не величали, и родной НИИ назывался совсем по другому. Его начальник лаборатории помимо основной деятельности занимался, как считали коллеги - "какой-то хреновиной", руководство НИИ пыталось воздействовать на упрямца, но тщетно. Была у него идея-фикс, создать нечто вроде, как он называл свое потенциальное детище, "ЭМИ бомбы", устройства способного сильным электромагнитным импульсом вывести из строя электронику на большой площади. Ничего путного, как вы догадались, из этой затеи не вышло, но однажды, совершенно случайно завлаб с помощником обнаружили странный побочный эффект.
  -Старик меня тогда чуть не прибил, не иначе решил сгоряча, что над ним издеваются, -воспоминания захлестнули Инженера, -Из блока питания его установки, этого "чуда техники" бесследно исчезали тиристоры, поработает устройство полчаса и выключится. Разбираем, и видим, что одной детали на месте нет, прямо мистика такая...
  Другой бы давно махнул рукой на это дело и занялся бы плановыми работами и исследованиями, но этот человек видимо действительно был "ученым", причем в полном смысле этого слова. Десять долгих лет экспериментов и опытов, полностью загубленная научная карьера и семейная жизнь, и неожиданно повезло - так в стенах провинциального НИИ появилась первая в мире машина времени. С теорией надо сказать дела обстояли совсем неважно, они со Стариком продвигались вперед исключительно путем проб и ошибок, но: "Она работала!!!" Увы, отечественные научные круги достижения не признали и даже не захотели рассматривать. Академиков можно понять в те годы их буквально захлестнул мутный поток творчества "народных умельцев и непризнанных гениев" не иначе выпущенных из открытых по случаю перестройки психушек, одни торсионные генераторы чего стоили, поэтому и отвергали ученые мужи все необычное подряд, "выплеснули с водой еще и ребенка". Получив отказ, изобретатель решил использовать свое детище самостоятельно, и постепенно вокруг необычного устройства и его создателя образовался кружок заинтересованных людей, позднее выросший в Проект "Коррекция исторических событий", или просто Проект, как сплошь и рядом его называли в разговорах и рабочих документах.
  -Спасибо Борис Федорович, за хороший исторический экскурс. Но пожалуйста напомните нам об особенностях функционирования машины, да и нашим новым друзьям будет полезно послушать.
  -Давайте, я вам лучше на доске мелом напишу основные тезисы, так проще для понимания будет, -Инженер встал и подошел к стене, -Видите ли, реальная машина времени сильно отличается от принятой в научно-фантастической литературе. Примерно как современная атомная подводная лодка от "Наутилуса" Жюля Верна, кто читал - поймет.
  -Первый пункт: из нашего "настоящего" машина движется только в "прошлое".
  -Постойте, как же так? -раздалось с дальнего конца столов, где сгруппировались "молодые" -Нам обещали, что после завершения миссии в прошлом можно будет без затруднений вернуться домой?
  -Все верно, наш Ученый, или Старик, как мы его в НИИ прозвали считал, что попав в прошлое машина времени сможет вернуться в исходную точку откуда начала свое движение. Для такого действия надо лишь произвести необходимые настройки. Но к сожалению, экспериментальным путем этого предположения мы так и не смогли проверить.
  -Я правильно понял, до сих пор вы отравляли предметы и людей только в прошлое?
  -Да, молодой человек. Пункт второй: перемешаться в прошлое мы можем на строго ограниченное время и "скачками", минимум - 100 лет, максимум -200. Старик сравнивал машину с метро, там тоже можно выйти из поезда лишь на станциях, но не в туннеле. Ближайшая "станция" для нас находится в 1900-х или в 1798-1805 годах в зависимости от настройки, дальше пока не пробовали - для этого необходимо сперва переместится в прошлое. Вот поэтому я не могу, как тут некоторые предлагали, отправиться на месяц назад, и дать по рукам гаденышу Рафику и его таджикам, или на два, чтобы спасти от уничтожения техническую документацию свихнувшимся Стариком.
  -Да вы же сами, с этим старым психом все сожгли тогда! -злобно прошипел "монархист", он давно уже заподозрил, что "технари" тайно саботируют Проект, не хотят сволочи спасать империю и любимого царя.
  -А почему выбрали для деятельности начало 18-го столетия, а не 19-го? -задал вопрос один из новых членов Проекта, Инженер ждал чего-то подобного.
  -Так получилось... мы решили, что чем дальше в прошлое, тем меньше ресурсов потребуется для "коррекции", а бюджет Проекта весьма ограничен. Третий пункт: для перемещения во времени и пространстве требуется каждый раз тонкая настройка оборудования. Просто выставить дату, нажать кнопку и "улететь" нельзя, время среда нестабильная и изменчивая, точно текущая река. Вручную произвести регулировку невероятно трудно, этим занимается отдельный модуль управления, построенный на основе микропроцессора. Раньше мы использовали вместе с ним специальный пульт, соединенный с модулем по последовательному интерфейсу, но в последние годы его заменил персональный компьютер. Так даже лучше в плане безопасности и надежности и появилась возможность дистанционного управления и мониторинга, например через общедоступную сеть интернет.
  -Сама машина времени в прошлое не отправляется? -опять вылез один из "молодых", настойчивый попался товарищ.
  -Это уж как настроишь, так вместе с бункером мы закинули в 1800-е в качестве груза сразу три таких устройства. Никто и ничто не мешает при перемещении отправить и саму машину времени вслед "грузу". Просто жалко так поступать, у нас ведь не завод, на каждое из восьми изделий потрачена масса времени и средств...
  -Хорошо, давайте дальше! -Медик похоже сегодня решил выполнять функции следователя, -Что произошло с чертежами и эксплуатационной документацией? Куда они делись, неужели таджики и ее в макулатуру сдали?
  -Старика напугала статейка в желтой прессе, понятное дело журналист многое приукрасил, но фамилии там были указаны вполне реальные. Он предложил навести порядок: ликвидировать черновики, "всякий железный хлам", очистить диски компьютеров и электронные носители информации, надлежало оставить только один "рабочий" комплект в сейфе, что мы и сделали. Я же не знал тогда, что он "уже того"... Смотрите сами, -Инженер вытащил из несгораемого ящика в углу толстую коричневую папку, -Описание и схемы систем управления и питания достоверны, остальное - 100% фейк, имитация, туфта...
  Папка пошла по рукам, понятное дело наши местечковые "вожди" смотрели на принципиальные схемы, как баран на новые ворота. Опять вылез один из "молодых", может быть он студент местного технического ВУЗа?
  -А что тут такого, я вижу микросхемы и транзисторы, обозначения на месте, почему нельзя повторить?
  -Сейчас... -его собеседник полез в шкаф и порывшись среди пыльных фолиантов, извлек на свет книгу из популярной когда-то давно серии "Сервис и ремонт", -34 страница, смотрите сами, ничего не напоминает?
  -Черт точно, почти тоже самое, только немного обрезано с краю, причем здесь телевизоры?
  -Старик надергал первые попавшиеся принципиальные электрические схемы из интернета, со спецификациями та же история. Вы на на каком курсе учитесь? На четвертом или на третьем?
  -На четвертом, а в чем дело? -признался парень.
  -Значит СВЧ и АФУ вам уже прочитали, в этом первом томе только схемы и описания, заводские и сборочные чертежи в втором, отсутствующем! Даже если бы Старик оставил мне схемы из первого, то что толку? На монтажке такие вещи не соберешь и не проверишь... там еще и оригинальные изделия были, помню он сам их на заводе фрезеровал. Черт знает что за зверь такой - "двойная резонансная камера", ни в одном справочнике по сверхвысокочастотной технике такого "зверя" нет.
  -А-а-а понятно, похоже тогда все, конец?
  -Да я уже второй час народу объясняю, что трест, пардон Проект, лопнул! Помогите хоть вы мне, что ли?
  Надо сказать, тут Инженер немного покривил душой, профессиональная память у него на такие вещи хорошая, можно было бы попробовать все восстановить, вот только ни малейшего желания отправляться в прошлое с этой гоп-компанией у него не было. Пять лет назад бы он подумал еще, а сегодня уже все. Слишком много хороших людей на которых можно было положиться покинули Проект, отчасти по семейным обстоятельствам, но многих вытеснила наша агрессивная "творческая интеллигенция", "технари" - люди дела, в словесных баталиях они как правило проигрывают. Вот и тут его эти "господа" фактически судят, за свои же собственные упущения, нашли виновного...
  На некоторое воцарилось тягостное молчание, но вскоре "медик" решил разрядить обстановку.
  -Что теперь будем с нашим Историком, ведь Виктор Степанович обречен остаться в прошлом на всю оставшуюся жизнь?
  -Если он нас не нае... простите за выражения, доказательства успешного путешествия есть? -монархист сеголня был явно не в своей тарелке и подозревал буквально всех.
  -Позавчера из Москвы мне друзья прислали условный сигнал или маркер, -психотерапевт вытащил из кармана пиджака короткую медную полоску, -вот смотрите, тут номер телефона нашего Историка. Правда последняя цифра затерлась немного, мне пришлось долго очищать металл от окислов.
  -А вдруг совпадение? Может деталь какая нибудь или обломок - надо подождать пока найдут остальные!
  -Какой вы Фома Неверующий, на прошлой неделе на российском нумизматическом рынке произошла небольшая сенсация, я эти форумы интернета постоянно отслеживаю. Предлагают к продаже множество ассигнаций образца 1773 года. Сканы продавец выложил, это как раз те самые купюры, какими мы снабдили нашего человека, там микроскопическая метка специальная есть. Ну что забыли, обсуждали ведь не раз, как потом эти фальшивки удалить из оборота!
  -Маркер можно было подбросить заранее, равно и эти бумажки, знаем мы вас "ученых"!
  -Ну хорошо, давайте снова спросим Бориса федоровича, он удаленно контролировал последнее использование машины времени. Я так понимаю в памяти компьютера должны остаться следы?
  -Вы угадали как всегда, -Инженер снова полез в сейф, -Вот поглядите я свел и подготовил в удобочитаемом виде логи из машины Историка. Пометки карандашом - это мои с ним телефонные переговоры.
  В тот день он все еще лечился, только капельницу сняли, как позвонил по сотовому Виктор Степанович и попросил срочно подготовить устройство к работе. Выделенная в его распоряжение машина была заранее модернизирована, для выполнения некоторых специфических функций. Контроллер в ней заменен миниатюрным промышленным компьютером со встроенными устройствами - радиоэзернет и инфракрасным последовательным портом. Тогда он, Историк, еще пошутил, что дескать получилась прекрасная получилась "ловушка" для лохов... Инженер прямо из больничной палаты, удаленным доступом через сеть интернет с своего ноутбука, подготовил машину времени к запуску. Если посмотреть распечатку, то там указана время когда машина отработала и отправленный в 1801 год вес груза. Затем спустя час Историк еще раз побеспокоил "техническую поддержку"... до сих пор в памяти его дрожащий от волнения голос: "Борис я решился наконец, телохранителя отправил ранее вместе с последней партией снаряжения. Прощай!" И эта отправка тоже зафиксирована бесстрастной машиной, ей ведь все равно, что у кого-то произошла личная трагедия.
  -Если судить по представленной в логах весовой нагрузке, в прошлое отправились "стрелок" Сашка вместе с очередным ящиком барахла и наш Историк с чемоданом бумажных денег. -вывод Инженера убедил всех, кроме поклонника неограниченной монархии.
  -Печально, а что с нашим уважаемым Ученым? Надежда на его выздоровление есть?
  -А что с эти старым дураком сделается? Распевает себе "Шумел, гудел пожар московский" в "Ягодке", -злобно прошипел монархист. Он сам в этом медицинском учреждении уже давно "свой", там очень рады увидеть прямого потомка любовницы Годунова, пытающегося отсудить у государства пол-Кремля в качестве алиментов. К сожалению, врачи городской психиатрической клиники именуемой в народе "профилакторий Ягодка", куда неоднократно доставляли этого политического деятеля для освидетельствования, опять признали его "нормальным". -Но если надо, я обращусь к самому президенту, мы теперь политическая сила, с нами вынуждены считаться!
  -Сиди уж спокойно Генрих, без тебя разберутся, -наконец подал голос Писатель витавший ранее в облаках, -Вы лучше Инженер объясните, почему мы не можем получить обратно бункер со всем его наличным оборудованием? Там и машины есть и второй комплект документов на них должен быть? Ведь каждый предмет отправленный в прошлое рано или поздно обязан вернуться к нам обратно?
  -Каюсь забыл совсем, когда объяснял особенности работы машины времени, есть еще и четвертый пункт: Инерционность времени, отправленные в прошлое предметы "проявляются" в будущем далеко не сразу. Так шарик от подшипника, отправленный в 1801 год появился через час, гирька весом в килограмм через сутки, а пудовая вернулась к нам почти месяц. Прикидывайте сами, сколько придется ждать бункер со всем оборудованием, артезианской скважиной и частью гранитного массива, мы даже не смогли определить точно сколько там тонн, программа не смогла посчитать, число оказалось вне предела. Есть все основания считать, что в ближайшем обозримом будущем мы эту "посылку" не увидим.
  -Да если бы и увидели, уважаемый Писатель верно забыл, что на Ведьминой горке возле подмосковного дачного поселка Сосновый недавно обосновались военные, там теперь объект не то ПРО, не то еще чего-то. Кругом колючка, телекамеры и овчарки, территория охраняется вооруженным караулом. -напомнил давно уже известный всем факт осторожный Медик, и в самом деле, кто же знал пять лет назад, что спонсор разориться и его имущество включая охотничий домик на горе пойдет с молотка.
  -Бросьте, ха, там же срочники, нападем и разоружим всех нафиг! Это что разве воины, они же ничего не стоят в бою?
  Инженер незаметно усмехнулся, стратег твою мать, привык на бумаг галактики покорять, ну как подстрелят тебя? Но чудеса, смотрите - народ слушает этого клоуна с восхищением, а до этого сонно зевали. Надо сказать что Писатель был не особенно известным литератором, более того часть критиков не без оснований считала его графоманом-любителем. Человек в струю попал, первым стал строчить опусы, про попаданцев в царей и военачальников, про нагибание Америки и построение галактических империй. В 90-е годы народ такое читал взахлеб, как и голосовал за Жириновского просто из чувства протеста. Потом, с развитием интернета на отечественного читателя обрушились мутные потоки творчества "альтернативщиков", эти ребята победили, нагнули и поимели всех, начиная от бедного микадо и кончая толкиеновскими эльфами. В настоящее время "мэтру" только и осталось почивать на убогих самиздатовских лаврах, да высокомерно поучать на форумах молодежь.
  -Господа оф-ф-фицеры! Я призываю Вас...
  Борис Федорович чуть не гаркнул в ответ: "В каком полку служили? Европа нам поможет!" Нет ну точно это знаменитый Бендер - "Остапа несло"? Из собравшихся в лаборатории только он один имел некоторое отношение к вооруженным силам, честно отбарабанив два года после ВУЗа на Байконуре. Молодежь явно не вышла по возрасту, а немногие оставшиеся "старшие товарищи", потомственные гуманитарии закосили от срочной как положено, не "барское" ведь дело. Последнего профессионального военного Проект потерял после того как господин Историк неожиданно свалил в прошлое прихватив заодно и своего соседа по лестничной клетке. Это его идея была - "принудительная отправка" недостающих, но столь нужных специалистов. Постепенно сложилась такая ситуация, что в Проекте остались сплошь одни "генералы" и "руководители", а вот "сержантов" и "рядовых исполнителей" хронически не хватало. Вот и произошел окончательно раскол, часть народа осудила такую практику, но идеологи из отдела пропаганды придумали хитрый ход, ведь вроде бы для блага России стараемся, значит имеем полное право заставить "непокорных" подчинится.
  Подполковник тогда только попросил разъяснить этот момент подробно: "Как? Пистолет к виску? Какое там в 1801 году для наших людей отечество?" И офицер ушел, а вместе с ним Проект покинули последние специалисты-технари из "старожилов"... остался один Борис. Нет, посмотрите как наш пропагатор разошелся, уже полетели к далеким галактикам православные звездолеты движимые святым духом. Пора, пора вспомнить, как был в свое время модератором в ФИДО и прихлопнуть лопатой это словоблудие.
  -Извините господа-товарищи, но на сегодня надо заканчивать, через пять минут заявиться охрана с обходом и всех нас выгонит. Я выпишу вам материальный пропуск на все оставшееся от Проекта оборудование, забирайте и восстанавливайте на здоровье, только пожалуйста без меня...
  
  .........................................................
  
  Часы, минуты и даже секунды в этот день текли медленно, словно сама реальность сопротивлялась осуществлению "преступного замысла". Такое впечатление, будто Немец, гад что-то заподозрил, сегодня он дерганный, все время озирается, даже покалечил с утра вопреки обыкновению только одного солдата. Александра с Гришкой фельдфебель спрятал в задних рядах, чтоб под руку случайно командиру не попались до срока. Часов понятное дело у нижних чинов нет, все время привыкли определять наугад, но вот миг настал: Матвея точно собаку подзывают для доклада и Гриша толкает сообщника под локоть - пора! Они бегом кидаются к ненавистной спине, сейчас два стальных жала проткнут насквозь этот мешок с дерьмом...
  Хр-р-р, фр-р-р, что за черт, откуда здесь взялись лошади, кто их сюда пустил, уходя из под копыт несостоявшиеся убийцы снова ныряют в строй. На плац одна за другой лихо въехали четыре "тройки", грозный Немец как будто в размерах уменьшился и припрыжкой рванул встречать прибывших, чуть палаш свой знаменитый не уронил по дороге...
  Сорвалось, теперь не получится, один из приехавших гостей, в чине полковника, не меньше, обходит солдат внимательно вглядываясь в лица, точно оценивает, молодец Матвей догадался во фронт развернуть людей, а фашист свалил совсем, даже не видно его на плацу, скрылся за экипажами. Затем этот новый офицер поздоровался, они как положено ответили: "Здравия желаем ваше выскоблагородие!", и все... короткая команда и фельдфебель ведет людей в казарму отдыхать, неужели все кончилось? Сашка перехватил Матвея у входа в барак, долго караулил, при всех расспрашивать о таком деле не хотелось.
  -Чего теперь? Пойдем в город и там его убьем?
  -Ты че сдурел? У него тама поди жонка с ребятенками, прям при них будешь? Сдюжишь тако?
  Александр отрицательно мотает головой, об этом он не подумал. На плацу он бы воткнул в Немца штык без малейших колебаний, а вот в другой обстановке скорее всего не получиться.
  -Спокойся Сашка, иди отдохни, чую я перемена будет нам большая, уберут Немца отседова. Знашь, кто это приехал? Командер наш новый полковой, видно что не по нраву ему как нас заморил ирод проклятый. Завтра поди все и узнаем.
  Пожалуй первую ночь за эту неделю Александр провел спокойно, просто спал, никаких размышлений и терзаний. Следующим утром все началось как обычно, но уже на разводе в судьбе Сашки наметились определенные перемены, фельдфебель чуть ли не за шиворот выдернул его из общего строя и потащил в канцелярию.
  -Вот ваше благородие, ен поелику ученый счет, грамоту знат, как велели сыскал.
  -Хорошо, благодарю за службу братец, штабс-капитан Денисов возьмите солдата в помощь, будете имущество полковое принимать. Этот х.. не только людей замордовал но и все казенные вещи растратил, не иначе все спустил без остатку, чернильницы ни одной найти не могу. -сказал пожилой полковник, и снова зарылся в бумаги, но потом добавил, уже ни на кого не глядя, -Иди фельдфебель обратно, благодарю братец за службу.
  -Рад стараться ваше высокоблагородие! -гаркунул Матвей и мгновенно исчез да хлопнувшей дверью. Для Александра можно сказать наступил новый период в жизни, впрочем и для остального батальона то же, теперь его официально именовали 13-м егерским полком. Новый полковой командир определенно поклонником "фрунта", или шагистики не был, все наличные силы брошены на ремонт казармы, забора и приведения остальных зданий в порядок. Это совсем другое дело, после идиотской бессмысленной муштры и жестоких побоев такая работа казалась людям наслаждением, стучали топоры визжали пилы, дело быстро спорилось. Правда, наш герой то корпел тогда вместе с капитаном в канцелярии над отчетностью, или рылся в цейхгаузах и каптерках пытаясь отыскать положенные по табели шинели, мундиры, сапоги, ранцы и другое ценное имущество. Полковник просто рвал и метал, и судя по фингалам у пьяницы интенданта, содержателя цейхгауза, не обошлось и без применения силы. Немец сразу же сказался больным и больше в части его никто не видел, "солдатский телеграф", который "все знает" принес известие, что бывшего батальонного убрали обратно в Питер, якобы даже с повышением в гвардию. Да и черт с ним, наконец появился настоящий "хозяин", а вместе с ним и мясо в артельных котлах и точно по волшебству набитые соломой полотняные матрасы на нарах, после голых досок невиданное наслаждение. Примерно месяц новорожденный полк лихорадило, спешно готовились к предстоящей зиме, затем разбивали солдат на роты, прибыла еще масса рекрутов, укомплектовали до штата первый и отчасти второй батальоны. Как то незаметно, жизнь вошла в свое привычное русло, и надо сказать Александра поразило очень сильное сходство с тем, что было у него на срочной в СА. Шли рутинные занятия, разводы, караулы и наряды - почти один в один, но имелись и некоторые отличия. Уже на второй неделе командир роты опросил всех солдат, кто каким ремеслом владеет, Сашка сказался слесарем, инженеры по обслуживанию и эксплуатации средств связи тут явно не нужны. В то время полки российской армии практически сами себя обслуживали, сами шили сапоги, шинели, мундиры, даже ремни и упряжь для обоза изготавливали самостоятельно, казна только материалы отпускала. Поэтому, когда приемочная лихорадка закончилась, его определили в помощь оружейному мастеру для починки и восстановления стрелкового оружия, туда же попал и друг Гриша, оказывается он хороший столяр, родители почитай потомственные мебельщики. Вот так впятером, добавился позднее еще один столяр, меланхоличный молчаливый чуваш и плюс кузнец Епифан из под Саратова, они под руководством обрусевшего швейцарца Бауэра и начали возрождать зачахшую было огневую мощь полка. Надо сказать штатное стрелковое оружие досталось от Немца в ужасном состоянии, нормальная картина для того времени, швейцарец тогда несказанно удивил Сашку указав, что видел и хуже. Это еще ничего, оказывается в некоторых частях ружейные замки для чистки собирают и разбирают при помощи штыка и камня, нет никаких положенных инструментов, казна не отпустила. Две тысячи единиц огнестрельного оружия следовало привести хотя бы в пригодное для стрельбы состояние, эта работа на всю долгую зиму и еще возможно еще на одну, как уж получится. Но в ремесленников превратиться до конца им не дали, работа в мастерской спасала только от нарядов и работ, время от времени выдергивали для занятий и учений.
  Всех более-менее "развитых" в полку солдат почти сразу, в течении двух месяцев определили в застрельщики. Обучением этой категории нижних чинов занимался уже знакомый по совместной работе в канцелярии штабс-капитан Денисов. Он единственный в полку офицер получивший военное образование, остальные что называется "учились у дьячка на медные деньги". Вышло так, что вышибли беднягу из гвардии, и из свиты его величества, аналога генерального штаба того времени и как тогда было принято законопатили в самый скверный армейский полк "без отпуску, выслуги, увольнения и досрочной отставки".
  По уставу егерям полагались еще и штуцерные в каждой роте, но за неимением в части нарезного оружия их пока тоже отдали под начало Денисову. В ту пору многие командиры частей от полка и выше не придерживались строго устава по части штатного расписания, поэтому все застрельщики вскоре оказались собраны для удобства обучения в первой роте первого батальона. Вот такая вот веселая жизнь у Александра началась, то над верстаком страдает с напильником, то штыковой бой и основы тактики в рассыпном строю изучает, остальных солдат в отличие от застрельщиков гоняли сравнительно меньше. На удивление, стреляли так называемые "застрельщики" очень мало, егерю в год на обучение полагалось всего шесть боевых патронов, больше внимания уделяли скорости заряжания ружей, для этого использовали иногда патроны с глиняной пулей или холостые. Свинец оказывается здесь в цене, а вот пороха похоже на холостые выстрелы хватало. Александра поразил так же тот факт, что многие ружья мушки совсем не имели, целится надлежало по стволу, а если - редкая удача мушка все таки была на положенном месте, то напрочь отсутствовал не то что прицел, но даже и целик. Обычно в качестве последнего использовали прорезь хвостового винта удерживавшего ствол в казенной части. Наставник быстро ему объяснил, что из этого как бы "огнестрельного" оружия дальше 50 шагов в одиночную цель не попадешь, из хорошего нового ружья можно стрелять и на 150, вот только где они есть - разве, что только в гвардии. Примерно такой диалог у него на занятиях с Денисовым вышел, надо сказать штабс-капитан солдат не чурался и если спрашивали, то отвечал и подробно объяснял, справедливо полагая, что так быстрее наука доходит до подчиненных нежели по старинке через кулаки.
  -Штуцера? Братец ты умом не повредился часом? Когда я в гвардии служил, у нас за вины солдат таким ручным оружием наказывали, его заряжать истинное мучение, а испортить проще простого, -штабс капитан весьма удивился Сашкиному вопросу, и добавил немного подумав, -Еще и ствол короткий, зело неудобен в штыковом бою. Ты где их ранее видал, не охотник ли часом, ты же вроде городской обыватель?
  -Приходилось ваше благородие... я научен, смогу метко стрелять из такого оружия.
  -Забудь, на войне проку от этих немецких финтифлюшек нет, пока зарядишь, тебя десять раз супостаты убьют. Французы от сих винтовальных ружей совсем отказались, и у нас особо не жалуют, глядишь вскоре может и отменят напрочь. На маневры даже в гвардии их уже давно не берут, так и лежат мерттвым грузом в цейхгаузах.
  Штабс-капитан как в воду глядел, в 1807-1808 годах нарезное оружие полностью изъяли с вооружения егерских полков, заменив гладкоствольным, но как ни странно "штуцерные" в ротах сохранились, военная бюрократия верна своим привычкам, вечно правая рука у нее не знает, что делает левая. Такие вот дела, не заморачивались в ту эпоху на обучение нижних чинов прицельной стрельбе, справедливо полагая, что по плотному строю солдаты и так попадут, лишь бы стреляли почаще, а в ближнем бою как известно "пуля дура, а штык молодец". Было так же весьма расхожее среди старших офицеров мнение, что прицельная стрельба "портит" бойцов, отвлекая от работы штыком, якобы солдат в надежде на меткий выстрел начинает уклонятся от ближнего боя, трусит одним словом. Нечего и говорить, что бывшему снайперу и спортсмену-стрелку такой расклад пришелся не по душе, но пока иного выбора не было.
  
  .........................................................
  
  Василий Порфирьевич зажмурив глаза, точно сытый, раскормленный кот, с наслаждением отпил из красивой фарфоровой китайской чашки зеленый чай с липовым медом. На дворе стоял четвертый день великого поста и скоромный сахар употреблять ни как нельзя. Вчерашняя удачная сделка приятно грела душу, почти как горячий напиток простуженное горло. Груда ассигнаций на столе наводила на всякие приятные размышления, давно уже он собирался покончить с торговлей хлебами в Москве, перебраться на юга, поближе к портам и плодородным землям Дона и Кубани. В первопрестольной точно вши чиновники всех рангов заели купечество незаконными поборами, даже убогому будочнику, полицейскому служителю, рубль подавай, куда Россия-матушка катиться? А еще можно попробовать свои силы в качестве винного откупщика или подрядчика для казны, хотя тут нужна просто звериная сноровка и невероятная удача, зато какой сладкий кусок. Кстати, очень вовремя подвернулся это дурак курляндец, хорошая вышла сделка, хоть и не глянулся сперва ему новый деловой партнер. Купец запустил руку в груду купюр, как приятно шуршат, никогда у него на руках еще не было такой крупной суммы наличными, хоть и считают его некоторые завистники "мильонщиком". Красивые новенькие бумажки, не иначе недавно из казначейства вышли, лишь чуть мятые. Ядовитый червячок сомнения вдруг шевельнулся в глубине души, отравляя горьким ядом атмосферу наслаждения, Василий Порфирьевич вспомнил кое-какие свои проделки в молодости, чуть не заведшие будущего купца первой гильдии в Сибирь на вечное жительство. Кряхтя и потирая затекшие руки он выбрался из кресла и извлек из массивного окованного железом сундука в углу комнаты небольшую шкатулку, там он хранил часть наличных денег, для расчета с клиентами. Вот теперь сравним, вроде бы все на месте, все закорючки и буковки, слова и цифры, вот только бумага у его купюры из шкатулки на ощупь несколько отличается, практически незаметное различие, чуть-чуть - буквально "на кончиках пальцев". Он раз за разом придирчиво сравнивал образцовую ассигнацию с новыми "курляндскими", рассматривал на свет от масляной лампы и на солнце - вроде подлинные, никаких отличий нет. Вот только слишком уж чистые денежки, запачканы и потерты чуть-чуть по краям и слегка помяты. Он принялся складывать разбросанные в беспорядке купюры в пачку и тут наконец заметил, что линии сгиба на всех ассигнациях примерно совпадают, точно мяли не отдельную купюру, а всю пачку целиком! Господи, да его же самого когда-то давно на такой оплошности едва не поймали, еле откупился от внимательных сыщиков, спасибо покойный батюшка помог и отмазал сыночка от верной каторги. Василий Порфирьевич соколом метнулся к двери, откуда только силы и прыть взялись в стареющем грузном теле.
  -Прошка подь сюды диавол! -громовой бас потряс до основания стены старой конторы, заставляя проснуться в ужасе многочисленных служащих, прикорнувших после сытного обеда за узенькими столиками внизу на первом этаже.
  -Спишь ирод, почто я тебя держу антихриста? -и по морде, "хрясть" - удар сильный, и болезненный аж губы брызнули красным, но отнюдь не зубодробительный. Меру в "воспитательном" мордобитии купец знал и лишнего себе не позволял. Он даже когда по пьянке в молодости по кабакам дрался, то старался не калечить серьезно противника и ножичком никогда не баловался, как другие "любители"... просто себе дороже такое "развлечение" в итоге всегда получалось.
  -Ваш степенство, не извольте гневаться... -побитый приказчик просто из кожи вон лез, желая изобразить усердие перед хозяином, запрыгаешь ведь после такого "отеческого внушения.
  -Пшел быстро за вчерашним немцем, кажи Порфирьевич срочно просит их по делу! -и простимулированный напоследок могучим ударом хозяйского сапога бутылками по копчику, несчастный Прошка кубарем скатился по лестнице во двор и не задерживаясь пулей вылетел на улицу, даже шапку забыл одеть. Ох грозен хозяин в гневе, нелегка у него рука, горе тому, кто под нее подвернется - тут еще не так побежишь, полетишь пулей...
  Тяжела ты доля простого российского барина в начале 19-го века, ох тяжела оказывается... Хотел Виктор Степанович отдохнуть сегодня, отметить удачную сделку и в меру расслабится, но не вышло, опять пришлось заняться делами... Давно уж он собирался осуществить здесь постановку толстовской "Бани" с собой самим в главной роли естественно, заветная мечта еще с далекого полузабытого за столько лет детства. Тогда еще пацаном, сопливым мальчишкой он с упоением читал под одеялом при свете фонарика пожелтевшую замусоленную распечатку, представляя себя на месте того "барина", и сладкие судороги сводили низ живота, там в паху словно горячая волна поднималась.
  И вот наконец заветная мечта неожиданно сбылась. Пришлось немало повозится с очередными "комнатными" девками, тупые деревенские шлюхи совершенно не могли уразуметь, чего же от них еще хотят, кроме секса. Обычно у господина желания были проще - валил на постель, подол на голову, ноги врозь и вся любовь... на столь любимую новоявленным помещиком команду: "Становись в стойку" девицы долгое время никак не реагировали. Он даже хотел было суфлера с палкой завести, но в итоге передумал, и сам подсказывал безмозглым дурам слова, столько нервов сжег и подзатыльников раздал - не счесть. Кое-что Виктор Степанович чуток изменил и поправил, но это не существенно в целом для действия, так возраст "актрис" автор ведь нигде в тексте не оговорил. Виктор Степанович в принципе не был извращенцем и на малолетних его не тянуло, просто других девственниц, благодаря приобретенной после переноса из будущего бешеной сексуальной активности у него в хозяйстве не водилось. Обычно бывший историк их сразу "употреблял", иногда прямо в закрытой карете по дороге домой от продавца. Так даже приятнее, "экстрим" называется, повозка трясется на ухабах добавляя ощущений, свежекупленная девка сдавлено верещит, а куда ей деваться - кричать в полный голос боится... лепота да и только.
  Баня... первый акт эротической драмы уже прошел - 'Наташка с Палашкой' свое положенное по сценарию отработали. Пар под потолком сгущался, водка выпита, и снова дикое желание терзало бренную плоть нашего "путешественника во времени", старших девиц он уже успел худо-бедно употребить в точности "по классику", теперь должна следовать неизбежная развязка.
  -Вот перед, а вот и зад, кто посмотрит, будет рад... Ну!!! -Степаныч подал условный сигнал, актрисы однако опять "ступили", пришлось добавить руками пару плюх, что за народ такой дикий, всех постоянно пинать надо.
  -Эй, дружочек, молодец, сунь красавице конец! -тонкими голосами затянули, запели девки. Сообразили все-таки бестолковые, чего от них безуспешно еще с утра на репетиции, добивался хозяин. Далее по ходу действия эротического рассказа, приписываемого чуть ли не самому Льву Николаевичу Толстому, барину следовало произвести любовное соитие с младшей 'банщицей', старшие подруги должны были уложить и подготовить девушку к этому торжественному акту.
  Степаныч тотчас приступил к этому весьма приятному делу, но дальше вышло совсем не по толстовской "Бане", визжащую и брыкающуюся жертву на лавке им удержать не удалось. Щедро надавали ей оплеух и затрещин, чтоб сломить упорное сопротивление, но это испытанное средство не помогло сегодня, хоть девки-помощницы и старались изо всех сил. Вместо красивого сношения получилась безобразная драка, но так оказывается, даже сильнее возбуждает...
  -Заткнись дрянь, иначе с мамашей в Сибирь отправлю! Сдохните там суки под каторжниками! -заорал разохотившийся барин, довод подействовал, строптивая кухаркина дочь перестала дергаться и визжать, точно ее режут, но девочка по прежнему "зажимается". Надо было сразу ее предупредить, что-то недодумал и недоработал немного, обычно предусмотрительный Виктор Степанович.
  Это надо же так, только с помощью своих наложниц кое-как уложил наконец, дрожащую как осиновый лист от страха и рыдающую взахлеб, тощую и плоскую девчонку на скользкий от воды и мыла пол. Точно гора он навалился сверху, раздвинул ей детские еще острые коленки и уже почти приступил, как в дверь предбанника трещит от ударов, ломиться посыльный мальчишка-форейтор: "Барин до Вас от их степенства пришли, срочно просют, грят беда!" Его, БАРИНА, грубо и безжалостно отвлекли от такого важного и захватывающего действия, испортили весь спектакль, все труды пошли впустую. Такой жестокий облом на самом захватывающем месте, когда следовало господину по сценарию дефлорировать малолетнюю дочку кухарки Анисьи...
  Матерно ругаясь и попутно награждая неловкую прислугу заслуженными пощечинами и пинками, он кое-как натянул на голое тело атласный халат и поспешил на встречу с прибывшим приказчиком. По внешности купеческого гонца сразу стало понятно, что положение действительно серьезное, дальше некуда - физиономия у посланца вся в кровь разбита могучим хозяйским кулаком. Пришлось послать на конюшню, велел заложить экипаж, хоть тут и идти не более 500 шагов, все равно нельзя пешком - не поймут, социальное положение обязывает ездить.
  Рано или поздно это должно было случиться, купчишка заподозрил, что ассигнации, которыми с ним расплатились - фальшивые. Теперь все висит на волоске, если наш мнимый "курляндец" ошибется, то нетрадиционная любовь со стороны сокамерников в остроге ему гарантирована. Власть, понятное дело, никогда не жаловала таких вот добровольных помощников казначейства.
  .........................................................
  Василий Порфирьевич испуганно перекрестился, первоначальный боевой задор как-то сразу весь без остатка улетучился. Они немцы, там в своей Ку...Кур...Курвляндии совсем оборзели? Еще вчера покупатель вел себя на редкость нагло и вызывающе, точно провоцировал купца на драку, но не торговался и цену не сбавлял - это все решило под конец. Но то было вчера, а сегодня Василий Порфирьевич был шокирован и глубоко оскорблен в лучших чувствах, гость мало того что плюхнулся в хозяйское кресло, ладно еще и пахитоску испанскую вонючую от лампадки под иконой прикурил, так еще и ноги на стол соизволил закинуть - экая свинья! Заокеанские манеры поведения в замоскворечье пока еще не были известны широкой публике, но "барину из будущего" на это обстоятельство было глубоко плевать.
  -Ну чего звал ваше степенство? -не глядя на хозяина, словно издеваясь процедил сквозь зубы наглый пришелец, попыхивая дымом от сигареты.
  -Так это, так... фальшивые вроде бумаги, ваша милость выходят! -с трудом и смог выдавить из себя напуганный 'гостем' купец, рассматривая невиданные никогда ранее толстые рубчатые подошвы сапог немца и дивясь, как это на коже подметок такие глубокие впадины нарезали.
  -Сам виноват, куда смотрел? У вас ведь как заведено: "не обманешь - не продашь" или 'затем и щука, абы карась не дремал'?
  -Я вот за полицмейстером счас приказчика пошлю? Иль может добром, ваша милость, договоримся, а?
  -Не пугай Васька, ежели бы ты хотел по закону, то послал бы сразу! Сколько сверх условленной цены хочешь? -это была почти победа, сразу стало видно, сам купец - жулик и не для того позвал Виктора Степановича, чтоб вернуть утраченное имущество, -Думаешь казна так тебе все сразу и возвернет, да еще и наличными, да еще и серебром? Забыл поди ваше степенство, что в суде показания дворянина твои перевесят? Ну а как я заявлю, что это купчишка подменил мои купюры во время сделки!
  Бородатый купчик еще полчаса гудел, раззорялся там про купеческую честь - де не потерпим, но под конец выдал, что согласен на пополам - 50 процентов. Опять судьба подкинула бывшему историку подарок, угадал он, этот черт бородатый сам был замазан в сбыте "блинов" - фальшивых ассигнаций, в Москве это не редкость и поэтому полиции как огня боится. Что же поделать, ему все равно нужен опытный и толковый посредник-сообщник, купец с его связями в местном деловом мире очень даже подойдет, тем более ему не в первый раз такими делами промышлять.
  После длительного, почти ритуального торга с взаимными заверениями и непременной божьбой: 'Побойтесь бога, ваша милость, накиньте еще хоть процентик!' они сошлись на 40%... Вот тебе и хваленая "честь купеческа", верь после этого в разные сказки коллег-историков! Пришлось конечно добавить недостающее за дом и участок согласно новому уговору, но фальшивых ассигнаций ему не жалко, все равно через год обесценятся очень сильно. Вот только так с ними и надо, с этими козлобородыми упертыми дураками, прав был Гоголь, в этом веке для достижение коммерческого успеха достаточно наглости, напора и крепкого кулака в придачу...
  
  "Никогда не знаешь, где потеряешь" - гласит народная мудрость, вместо серьезных неприятностей с полицией, он в этот день убил двух зайцев разом: окончательно решил проблему сбыта фальшивок и приобрел приличный дом для остальных членов проекта и одновременно вместительные склады для возможных поставок товара "из будущего". Скоро придется ему ехать в провинцию, встречать остальных господ "корректоров", условные маркеры отправлены еще на прошлой неделе. Дальше придется разбираться с конъюнктурой, изучать местный рынок, искать посредников и задабривать взятками "крышу" в лице чиновников городской администрации. Эти заботы он планировал полностью спихнуть впоследствии на соответствующего менеджера. Есть у них и такой специалист в Проекте, пусть тот и "парится", не барское ведь это дело, копейки считать. Что до конкретного товара, который можно в начале 19-го века продавать, то пока совершенно неизвестно, вопрос требует глубокого и тщательного изучения, вероятно, начнут с синтетических тканей и пластмассовых безделушек. В любом случае долгое время придется довольствоваться исключительно средствами полученными от сбыта фальшивых ассигнаций, золота и серебра к сожалению спонсор им предоставить не смог по вполне объяснимым причинам, а чеканить медную монету бессмысленно - себе дороже получается.
  -Варьку сюда пришли живо, пусть пыль со стола протрет! -приказал довольный историк вызванному по звонку слуге. Надо немного отдохнуть, после утомительных разбирательств и торга с купцом ему нужна хорошая разрядка.
  Варвару он пока берег и особо не напрягал "любовью" как остальных крепостных девок, хотелось сделать из нее настоящую "цыганку", благо и мордашка самые подходящие и стать, такой диковинки ни у кого из знакомых не было, "кочевое племя" в отличие от русских крестьян было лично свободным и в рабстве никогда не пребывало. Надо только договориться в таборе об обучении девицы песням и пляскам... Вот умница быстренько прибежала и давай натирать влажной тряпкой все кругом, как старается. Он не удержался, подскочил сзади и аккуратно уложив девушку лицом на стол в момент закинул вверх длинные юбки, обнажил загорелые ягодицы. Любовался минуты две-три открывшимся видом, чем не картина достойная кисти великого художника? Варька от испуга замерла, точно мышь в попавшая под грабли во время сенокоса: опять 'их милость' - барин-господин чудит, может пощупает-полапает-пощиплет и отпустит с миром, и такое иногда бывало? Напрасные надежды, поглаживая упругий зад смуглой красавицы, барин незаметно раздвинул ширинку штанов, сегодня любимая его проказница получит нечто особенное и редкое.
  -Ой, ой, больно! Государь, батюшка не надо туды сувать, достаньте ево, ради бога увольте! -девка извивается и плачет под напором Степаныча, слезы катятся из глаз на полированную доску-столешницу, воск не дает им впитаться в дерево, -Ой помру эдак, пожалейте сироту ваша милость!
  -Терпи милая Варюша, вашей сестре богом велено терпеть! -наш современник в очередной раз в душе искренне огорчился, до чего местные аборигенки консервативны по части сексуальных нововведений. Еще ни одна добровольно не согласилась на "прочистку дымохода", иными словами на анальный секс. Приходиться всех принуждать силой, хорошо хоть в этот раз без избиения и помощи кучера удалось обойтись. Вот дикари! Помнится, студентки у него в старые добрые времена куда как сговорчивее были, за экзамен и не такое проделывали.
  В последнее время он необычайно пристрастился к сему невинному развлечению, раз дворовые девицы воспринимают такую разновидность сношения как жестокое наказание, то тем хуже для них. Но с Варварой он занялся не сразу, едва вернувшись от купца, первым делом решил хорошенько проучить надлежащим образом сопляка форейтора, если мальчишка помешал ему закончить с девкой в бане, то пусть ее заменит по этой части, как в анекдоте: "Какая в попу разница?". Но опять не получилось, ничего не вышло - не рассчитал барин своих сил. Пока Степаныч возился с завязками и пуговицами, расстегивая одной рукой свои брюки, проклятый мальчишка ухитрился вырваться и убежал прочь. Ничего себе народ охренел, а где же традиционное "жонится Вам барин надоть", покорность и спущенные по первому требованию господина штаны? В сильном гневе хозяин-барин распорядился найти немедленно мерзавца, жестоко выпороть розгами до крови и поместить пока до особого распоряжения под домашний арест в холодный подвал.
  Вот и сейчас орудуя своим "нефритовым стержнем" глубоко в кишках Варьки, он в уме прикидывал, как бы примерно наказать малолетнего поганца, свидетеля его невольной минутной слабости, да так чтоб остальным неповадно было даже помыслить о сопротивлении. Какую бы казнь придумать, соответствующую столь наглому проступку? Простые розги - как он убедился на собственном опыте, пригодны только для устрашения молоденьких девок и совсем малых детей, у остальных шкура дубленая, как у носорогов, их таким средством не проймешь. К сожалению, в городе нельзя применить для наказания невольников палки или арапники, даже на обычнее батоги "цивилизованное" общество смотрит косо. Законом такое истязание приравнено к пытке и запрещено, здесь приходится быть острожным - соседи, услышав крики, могут донести властям. Это в провинции - полная свобода, лупи "быдло" чем угодно и сколь угодно, если с исправником и предводителем дворянства у тебя хорошие отношения. Главное, чтоб избитый не умер в тот же день, иначе придется отстегивать положенную мзду жадным судейским чиновникам, дабы передвинули сроки гибели крепостного и освободили барина от положенного по закону за убийство путешествия в 'места отдаленные'. В рекруты мальчишку по малолетству еще не примут, в Сибирь на поселение сослать дворового можно, только больно долго придется документы оформлять и денег опять же стоит. Что за беда - дали ему в полную собственность рабов, а казнить никого толком нельзя. В древнем Риме хозяин давно бы уж на кол посадил, или прожорливым муренам в бассейне скормил провинившегося невольника. Постойте господа, хищные рыбы мурены в Москве-реке не водятся - не тот климат, но ведь их можно заменить собаками? Надо будет обязательно обзавестись столь полезными четвероногими палачами и телохранителями - какой с бессловесной скотины спрос, если что всплывет, то можно отделаться небольшим штрафом, внушением, на худой конец - "церковным покаянием", ха-ха... Чем он в конце концов хуже знаменитого пушкинского Троекурова с его свирепым 'ндравом' - у того вообще медведь специальный был для такой особой "забавы" заведен. Удовлетворенный найденным решением он энергично задергал волосатой задницей, представляя себе в красках, как парнишке сперва отрывают детородные органы, и затем раздирают тело на части свирепые псы: кругом кровь, моча и куски мяса, радуют слух господина дикие вопли обреченного, Колизей, е-мое... так их и надо дрючить. Ноль внимания на крики и визг распятой на столе девки, пусть привыкает к новой хозяйской ласке, пора их всех приучить. Варька под конец уже не ревела, у нее сил не было, а только сдавленно стонала в такт быстрым и сильным движениям барина, безжалостно терзавшим ее плоть и царапала ногтями полированное дерево столешницы.
  
  
  Глава 4. Винтовка рождает власть...
  
  "Каховка, Каховка - родная винтовка - Горячая пуля, лети!" - вертелся на языке незамысловатый мотивчик, полжизни бы сейчас отдал Сашка за нее родимую, вопрос только где взять столь ценную вещь? Сбежать из полка и вернуться домой в ближайшем обозримом будущем не получиться, а значит придется здесь служить, жить и... рано и поздно отправят его воевать. На днях было редкое событие: штабс-капитан Денисов устроил показательные стрельбы, с этими гладкоствольными карамультуками - одно позорище вышло, хорошо хоть мишень здоровая, не ростовая, а щит и стрелки попадали иногда. Стреляли по четыре человека от каждой роты и все застрельщики из первой, полученные результаты, однако нашего современника отнюдь не впечатлили.
  .........................................................
  -...когда у наступающей пехоты можно различать лицо, воротники и галун на мундирах, тогда можно по ней открыть ружейный огонь прицеливая в головы дабы попасть в грудь. И по мере как он будет приближаться должно понижать прицеливание так, что когда будут видны глаза целить в пояс, а по ногам ниже колен целить не должно ни в коем разе, ибо тогда выстрелы попадут на землю не долетев до неприятеля! -старательно зачитал подчиненным наставление штабс-капитан, -Поняли братцы? Давайте приступайте, один за другим... Заряжай!!!
  Разорван зубами бумажный патрон, немножко пороха на полку и далее высыпаем остальной порох в ствол, туда же отправляется надорванный патрон, теперь только шомполом дослать и прибить пару раз. Все эти приемы егеря проделывают почти автоматически, их научили быстро и машинально заряжать, в том числе и на ходу, а застрельщики должны уметь в случае необходимости и в положении лежа. Какие тут 12 темпов, это только на плацу при проверке показывают высокому начальству, при реальной боевой стрельбе все проделывается не так красиво, но не в пример быстрее.
  Грохот выстрелов звучал убедительно и веско, прямо как на настоящей войне ружья бабахнули. Но вот когда осмотрели трехцветные щиты-мишени, где зеленая полоса означала ноги, бардовая - туловище, а голубая соответствовала голове, оказалось, что отметок от пуль ничтожно мало. Александр не смог сдержать чувств и в сердцах выругался, чем не сказано удивил наблюдавшего за стрельбой командира-начальника.
  -Ты чего братец недоволен? Глянь, попал ведь ты один из всего десятка! Остальные пустили пули на ветер, пущай побегают теперь, поищут их в валу.
  -Ваше благородие, я не в эту часть мишени целился, а соседнюю рядом. Хотел в ворону, а угодил выходит в корову?
  -Не горюй, на 300 шагов ружейные огонь считается повсюду малодействительным. Барден в своем труде по ручному оружию указывает на 120 туазов, но у нас не Франция и ружья наши вельми плохие. Сетуют в этом разе еще на неопытность солдат, не по дистанции выбирающих прицел...
  -И никак ваше благородие горю не помочь?
  -А ты все еще погляжу штуцер хочешь? Не будет у нас их, и слава богу, сие бесполезное оружие, иди свои стреляные пули собирай, а не то проворонишь.
  .........................................................
  Неоднократно он пробовал подобрать себе "лучшее из худших" среди казенных ружей, работая в оружейной мастерской. Какое там, тщетно - среди этого скопища разномастных гладкостволок новых нет совсем. Огнестрельное оружие в этом мире служит по 50 и более лет, так старина мастер Бауэр говорит, что встречал изредка в частях мушкеты и фузеи выпуска даже ранее 1700 года. С таким, с позволения сказать "оружием", руки сами опускаются. Все равно, что привыкшему к сбалансированной и отточенной катане самураю выдали каменный топор, нет даже обычную дубину, нет скорее просто кривую палку - вот подходящее сравнение. Неужели его природный талант стрелка пропадет здесь даром, или тренер не раз твердивший, что: "Сашка если бы не лень твоя космическая, был в сборной!" оказался неправ?
  Работа, снова и снова напильник в его руках точно живет собственной жизнью, придавая нужную форму кусочку металла. Рядом за тонкой дощатой стенкой грохочет о наковальню молот, это кузнец правит кривые штыки, слева едва слышно повизгивает рубанок в руках столяра, а в центре за небольшим столиком колдует с пружинами сам Фриц Карлович Баэур, штатный полковой оружейник. Каких только невероятных дефектов и повреждений не имели ружья-ветераны, к великому изумлению Александра часто попадались экземпляры с погнутыми стволами, оказывается это тоже последствия 'неквалифицированного обслуживания'. Солдаты при чистке терли ствол об край деревянного стола и загибали, чудеса - нечего сказать, а толченный кирпич для борьбы с ржавчиной, так это вообще отдельная песня, додумались умники, даже в наставления и уставы вошло. Приходиться выгибать обратно, зацепив ремнями через березовый чурбак...
  Сегодня день не задался, с утра в мастерской пришлось в очередной раз страдать с поломанными ружейными замками. Вроде вещь предельно простая, несколько деталей и всего три пружины: спусковая или "перка", боевая и подогнивная. Сколько с ними мороки, печатными словами не описать, так и просятся на язык матерные! При слишком тугой боевой пружине, курок обязательно не взведется до требуемого состояния - просто силы у стрелка не хватит. При слабо затянутой механизм не откроет при спуске полки, и следовательно не высечет требуемого количества искр из огнива. При излишней твердости "перки" спуск курка был тугим, ружье прыгало и сотрясалось в руках точно живое существо. С другой стороны, при слабой пружине иногда возможен самопроизвольный выстрел от любого сильного толчка - предохранитель в замке принятой в армии 'батарейной' системы не предусмотрен. Есть над чем голову поломать, плюс еще оказывается винт курка надо затягивать строго с определенным усилием, иначе опять расстраивается работа капризного механизма. Один чрезмерно сильно закрученный винт приводит к нарушению функционирования всех элементов замка из-за усиления трения, изменяющего нормальное действие пружины. Ей-богу Сашка жестоко убил бы автора этой знаменитой системы 1777 года, попадись он ему. Как скажите на милость, солдат будет смазывать и регулировать все это непростое хозяйство в походе, а ведь надо еще за кремнем следить, он рассчитан только на 30-50 выстрелов, но может выкрошиться и раньше. К великому сожалению, эта примитивная и несовершенная механика считалась в ту пору чуть ли не вечной при условии соответствующего ухода и своевременной замены износившихся частей.
  -Фриц Карлович, неужели ничего вместо этой ненадежной дряни не придумали у нас или за границей?
  -В военном оружии только сей замок батарейный употребляется, в охотничьих ружьях, как я слыхал есть получше... -швейцарец, отложил в сторону напильник и принялся раскуривать небольшую трубку, -Не печалься, сегодня опосля полудня, из губернии привезут ружья и пистолеты пожертвованные в пользу казны дворянством и купцами. Глянем, может, наконец и штуцер долгожданный для тебя сыщется.
  Быстрей бы уж, а пока приходиться Сашке ковыряться с этим убожеством, вот пожалуйста: толстый шуруп умудрились загнать, на место тонкого, а тонкий едва держится в широком отверстии в ложе. Опять "народные умельцы" создали ремонтникам очередную проблему.
  -Гриша, для тебя работа есть, что теперь будешь вкладыш на клею делать, или ложу целиком придется менять?
  -Вот суки, а они еще поди с умыслом развинчивают замки, абы бренчало при ружейных приемах шибче! -тут с нашим "ложником" трудно не согласиться, Александр сам теперь не может смотреть без содрогания, как бухают о землю прикладами на плацу сослуживцы. К слову, "ложник" в данном случае - мастер по изготовлению и ремонту деревянных деталей оружия, но старый приятель нашего героя - Григорий и обычные ложки и курительные трубки для солдат вырезал в свободное время.
  Другой актуальной проблемой было полное "обезличивание" ружей, до серийных номеров местная военная наука еще не дошла, пришлось Сашке выступить с рацпредложением. Первое время они выжигали на прикладе, потом научились выбивать на стволе, благо хозяйственный Бауэр добыл где-то набор небольших пуансонов с цифрами. Теперь, по крайней мере, можно будет спросить с конкретного виновника порчи, иначе это работа по восстановлению ружей обещает быть вечной, как транспортировка камня мифическим Сизифом.
  Две простые крестьянские телеги покрытые дерюгами от непогоды прибыли уже под самый вечер, своего рода рождественский подарок 13-му егерскому полку от родной губернии. В царствование императора Александра Первого, позднее именуемого в патриотической литературе "Благословенным", армия снабжалась стрелковым оружием таким порядком: во-первых поступала продукция российских оружейных заводов. Во-вторых - трофейные и закупленные за рубежом ружья, Россия в ту пору импортировала немало оружия. А третий источник - различные пожертвования частных лиц. Последнее, как вы догадались, казне ничего не стоило, поэтому власти постоянно, при малейшей угрозе войны начинали всячески понуждать потенциальных "спонсоров" и дарителей. Александр с Гришей разбирали привезенное оружие, а швейцарец сразу же оценивал "подарки", в основном господа помещики, купцы и обыватели прислали всякий хлам, годный только для экспозиции исторического музея, а не для боевых действий. Единственно, что оружейник Бауэр порадовался, набрав с дюжину еще вполне приличных пистолетов, по штату полку они положены для вооружения офицеров. Ранее предполагали закупить недостающие по табели стволы на "экономические суммы", которые все никак не копятся, несмотря на просто титанические усилия полкового командира. Сашку эти убогие пугачи оставили равнодушным, и он уже собирался идти обратно в продымленную и пропахшую запахом горелого металла мастерскую, как вдруг заметил, что его напарник поднял со дна телеги последний, необычно длинный рогожный сверток.
  -Постой что там у тебя? Покажи, давай разворачивай быстрее, -торопит мастер, а Сашку точно иглой кольнула мысль, что вот наконец нашлась долгожданная винтовка, уже даже сниться они начали, все подряд от самых первых начиная, от еще школьных мелкашек ТОЗа...
  Повезло, и предчувствие в этот раз не обмануло, он не ошибся! Правда термин "винтовка" в ту пору еще не прижился в российской военной среде и нарезное оружие обычно именовали винтовальным ружьем, или на немецкий манер - штуцером, а французы называли карабином. Александр с замиранием сердца протянул свою "добычу" Фрицу Карловичу, и тот натянув на нос очки в медной оправе принялся дотошно изучать находку. Окончательный вердикт мастера и порадовал, и одновременно безмерно огорчил солдата. Судите сами - дорогое оружие ручной работы, это видно сразу, так приклад не ореховый, а из какого-то заморского экзотического дерева, Григорий даже определить не смог, что за порода - попытался отщепить маленький кусочек на пробу и не получилось, настолько плотная древесина, почти как металл.
  -Смотри Ляксандр экое тяжкое, почитай ровно железо, в воде поди тонет! -к такому заключению пришел потомственный питерский столяр и краснодеревщик.
  Идем дальше, что нас там еще имеется: длинный стальной, а не железный как обычно ствол, регулируемая мушка и чудо техники начала 19-го века - съемный диоптрический прицел, установленный на специальном кронштейне. Есть на винтовке и обычный открытый, простой конструкции - видимо был первоначально и оставлен для подстраховки. Ко второму Сашка как-то больше привык, да и на войне диоптрический прицел применяют редко, эта игрушка скорее для тира с хорошим освещением. Данный тип прицела дает самую высокую точность из всех возможных механических прицельных приспособлений, расплатой за это служит большое время прицеливания и трудности с наведением в условиях сумерек и ночи, именно по этим причинам данный вид прицела стоит практически только на винтовках для целевой стрельбы на большие расстояния, а также требует особенно правильного способа прицеливания. Сразу видно, что вещь весьма приличная, одна удобная и прикладистая ложа чего стоит - не чета нынешним обрубкам по недоразумению именуемым прикладами. После первой же попытки прицелится Александр убедился, что оружие хорошо сбалансировано. Швейцарец, в свою очередь, подтвердил, что сам ствол пребывает в отличном состоянии. Старому мастеру можно верить, у него глаз на такое наметан, словно рентгеном насквозь просвечивает, сразу видит все дефекты: малейшую трещину, раковину или другой изъян в металле. Единственный существенный недостаток - отсутствуют части замка, не иначе криворукие прежние хозяева сломали, или может быть сняли курок и огниво вместе с декоративными накладками из серебра, за то есть полный набор принадлежностей и инструментов, запасной шомпол и даже две пулелейки. Цены бы такому изделию не было, но это к несчастью не гладкоствольное ружье... нарезное - винтовка, да еще смехотворно малого, по местным меркам калибра всего каких-то жалких 12мм. В боевом оружии того времени нижний предел - 15мм, а это совсем мухобойка получается, словно мелкашка в реалиях конца ХХ-го века.
  -Было бы гладкое ружье, другой сказ, до чего работа добрая... а эдак куда она такая годиться? Забирай себе и балуйся на здоровье, ежели хочешь. -мастер вынес окончательный вердикт после тщательного осмотра, -Я даже в общую ведомость прописывать не буду, а то заставят еще ствол рассверливать, и штык прилаживать. И без того забот хватает, эвон немалая гора ружей для исправления скопилась.
  Вот так в Александр получил в свое полное распоряжение первое настоящее, по его мнению, оружие и эта винтовка прослужит ему долго, до конца, до 1813 года. Осталось теперь только убедить непосредственное начальство в пользе приобретения, не такая уж простая задача в эпоху повсеместного господства в войсках гладкоствольного оружия. Замок он восстановил быстро в тот же день, вместо утраченного прекрасно подошел другой, взятый от сломанного английского дуэльного пистолета: маленький размер и спуск очень плавный - без характерного для батарейных замков резкого удара, а главное - искры, осколки кремня и пороховые газы в лицо не летят. Слава богу у Бауэра полно всякого такого хлама, он целый мешок деталей и узлов в сборе с собой сюда из Питера привез. Окрыленный удачей, Александр было собрался уже идти на следующий день к своему непосредственному начальнику штабс-капитану Денисову, но случился просто эпический облом. Оказалось, что заряжать это "чудо-оружие" придется 'по технологии' примерно полчаса, и это в идеальных условиях. По крайней мере именно столько времени потратил Сашка аккуратно, под присмотром опытного наставника Бауэра, заколачивая колотушкой по шомполу в ствол, завернутую в тонкий просаленный пластырь круглую пулю и затем аккуратно прибивал ее шомполом, и упаси бог расплющить этот маленький свинцовый шарик больше положенного. Со временем, после тренировок, может быть получиться уложиться и в 10 минут, но все равно никакого сравнения с обычным "гладким" ружьем, из которого даже самый ленивый солдат, как правило, успевает в бою делать минимум два выстрела в минуту. В самом деле шмыг-шмыг, хлоп-дзинь и бах-бах полетел в облаке вонючего порохового дыма тяжелый свинцовый колобок, правда чаше всего "куда бог пошлет", а не в конкретную цель. Вывод напрашивался неприятный: это - безусловно, прекрасная винтовка для спорта или охоты, можно сказать даже шедевр, хоть в музей не помещай под стекло, как образец оружейного искусства начала 19-го века. Но она совершенно непригодна для ведения войны, штабс-капитан Денисов оказался прав - с такой винтовкой в бою погибнешь раньше, прежде чем успеешь зарядить ее. Охотнику или спортсмену это обстоятельство не критично, они могут хоть полдня потратить на подготовку к единственному выстрелу, им можно не спешить. Сплошные проблемы, посудите сами, круглую пулю надо аккуратно затолкать в длинный ствол и совсем немного расплющить в самом конце шомполом, свинцовый шарик должен войти в нарезы, но при этом отчасти сохранить свою первоначальную форму. Прямо противоположные требования, простая с виду операция превращается в настоящее искусство, и ни о каком однообразии боя уже мечтать и не приходится, поскольку каждый раз круглая пуля 'прибивается' и деформируется по-своему, уникально и неповторимо. Вторая беда этих систем, из-за которых их так не любят военные - это постоянный риск срыва пули-шарика с нарезов, приходится для борьбы с этим явлением уменьшать навеску пороха до самого минимума, что отнюдь не улучшает характеристики оружия. Очень обидно, а ведь уникальный ствол, судя по клейму, испытывали аж четырехкратным зарядом пороха. Оружейник Бауэер утверждает, что винтовка вполне выдержит усиленный заряд и при постоянном использовании, но все упирается в неустранимые пороки круглой пули. Немногие из числа применяющихся на войне, образцы военного нарезного оружия начала 19-го века по этой причине делают короткоствольными и относительно крупнокалиберными. Само слово 'штуцер' можно при некотором желании перевести с немецкого как 'укороченный' - так и есть, фактически это обрез длинноствольной винтовки. Никакой другой вариант нарезного оружия не выдерживает длительной эксплуатации в полевых условия. В России нижние чины успешно уничтожают и казенные 'стюцеры', дело ведь нехитрое, достаточно пару раз неправильно зарядить это весьма 'нежное' оружие. После того, как однажды пришлось списать все штуцера, в одном из кавалерийских полков, военное ведомство решило более не применять эти сомнительные 'игрушки' и нарезное оружие потихоньку изымается из частей и по мере замены гладкими ружьями сдается в арсеналы на длительное хранение...
  Таскать на себе ружье и винтовку одновременно, извините друзья, такое только в компьютерной игре-стрелялке возможно, где один боец зачастую носит целый набор вплоть до артиллерии, но никак ни в реальной жизни. А эта штука еще и тяжелая чуть ли не вдвое против обычного армейского ружья весит. Получился замкнутый круг, и все же он надеялся, что сумеет решить эту проблему, бросать винтовку не хотелось, раз уж столько сил на восстановление положили.
  Время шло потихоньку, неделя за неделей, обычная текучка, все те же заботы... Дни бежали чередой один за другим, но ничего существенного Александр так и придумать не смог, пока однажды не помог его величество случай. Сашка укололся иголкой, зашивая разошедшийся шов на рукаве мундира. Какое же все же дерьмовое сукно казна им поставляет, в наше время такое не найдешь при всем желании, даже если захочешь. Всезнающий штабс-капитан Денисов рассказывал, что это зло давнее и всем известное, неоднократно пробовали уже бороться - не вышло, концы ведут чуть ли не к родственникам его императорского величества, за поставки по закону отвечает генерал-фельцеихмейстер. А эта должность с момента введения и по сию пору предназначалась исключительно для представителей клана Романовых, было правда одно исключение - Екатерина Вторая в свое время наградила "теплым местом" за постельные заслуги Платошу Зубова, своего главного любовника, но больше года тот не продержался. Вот и приходиться бедным нижним чинам постоянно латать расползающееся по швам обмундирование, никаких положенных сроков носки солдатская "мундирна одежа" не выдерживает.
  -Гриша, наперстком не богат? Уж больно сукно толстое, легко не проколешь.
  -Возьми, может сперва шилом заместо иглы попробуешь? -и запасливый приятель-"питерщик" протянул Сашке вытертый до "золотого" блеска маленький медный предмет. Сразу вспомнилась прикольная местная загадка, какими обычно смущают совсем молоденьких девушек: 'Стоит девка на горе, дивуется дыре, свет моя дыра, дыра золотая! Куда тебя дети? На живое мясо вздети.'
  И тут Александра точно огнем обожгло, вот оно решение: ему требуется пуля-наперсток, или иначе говоря - пуля-колпачок! Она свободно войдет в ствол при заряжании, а при выстреле распираемая пороховыми газами расшириться, для того чтобы воткнуться в нарезы, и еще желобки бы сделать навроде поясков у артиллерийского снаряда, для лучшего контакта. А ведь он видел в детстве такие боеприпасы в музее местного оружейного завода во время школьной экскурсии, но не обратил тогда внимания, может стоит порыться в памяти? Словно в старой хронике из тумана далекого прошлого в голове медленно возникали картины давно минувшего прошлого...
  Набережная пруда, излюбленное место прогулок и отдыха горожан, бюст отца-основателя изрядно изгаженный чайками, свежий прохладный ветер отгоняет прилипчивый зной теплого весеннего дня. Сонная бабка-вахтерша в проходной пропускает пеструю толпу школьников даже не считая посетителей "по головам", заводоуправление все же не завод, здесь охрана чисто символическая. Блестящий под майским солнцем шпиль старого здания, где на крыше местами выросли кусты, огромные часы навсегда замершие на отметке 11:50, и высокие неудобные ступеньки длинной винтовой лестницы под ногами... Монотонный голос гида-экскурсовода заглушают временами веселый крики детей под древними сводами, тут столько интересного и необычного, например легендарный пулемет Максима, его можно потрогать руками и представить на минуту себя Чапаевым, где еще увидишь такое чудо. Сашка с трудом пробивается сквозь плотную вату детских воспоминаний, безжалостно отбрасывая самые яркие моменты, ему надо туда в самую глубину - к неброскому стенду в самом дальнем углу экспозиции. Вот они родимые побелевшие от окислов, лежат под толстым пыльным стеклом - образцы пуль для шестилинейной дульнозарядной винтовки выпуска бог весть какого дремучего года. И в самом деле первые два "наперстка" похожи немного на портновскую снасть, а вот третий более напоминает современную пулю от мелкашки, только калибр крупнее и наличествует небольшая коническая выемка в донце. В ту далекую пору по сравнению с другими экспонатами, эти весьма пострадавшие от времени свинцовые цилиндрики никаких чувств в душе маленького Сашки не вызвали, но выходит он все запомнил, даже название оказывается в памяти отложилось - система Минье и 'швейцарская' пуля. Уж не этими ли игрушками в Крымскую войну наших солдатиков убивали, очень может быть, как тогда говорили: "У них ружья аглицкие, а у нас казенные" - в том смысле, что из отечественных карамультуков хрен попадешь в цель.
  Александр кинулся бегом в мастерскую, забыв вернуть приятелю наперсток, даже шинель не накинул. Где эти чертовы формы, где же пулелейки? Лихорадочно шарил он по ящикам и шкафчикам, вытряхивая содержимое прямо на пол. Вот они, слава богу железные, а не чугунные, как опасался ранее, есть даже бронзовая одна - значит поддаются обработке. Придется немало пострадать, работа тонкая, кропотливая и не на один день, расточного станка у него нет, только простейшие слесарные инструменты, да ручной буравчик по металлу. Но зима в провинции длинная, и весна в этих краях тоже снежная, пусть на это занятие уйдут целые месяцы - не беда, главное теперь его винтовка превратится из бесполезной красивой игрушки в грозное боевое оружие. Сослуживцы под конец даже стали на него коситься с недоумением, гадая промеж себя, что же это с "городским" приключилось? Все люди как люди, время свободное появилось, так бегом в кабак или в слободку к веселым "гулящим" бабам, а этот "ненормальный" день и ночь в оружейной мастерской, да на стрельбище пропадает. Сашка приложил тогда максимум усилий и к апрелю добился первых положительных результатов, никогда ранее с ним такого не случалось, природная лень словно улетучилась на время. Скоро снег растает, нижних чинов снова начнут обучать военному делу, непременно должны быть и стрельбы, хотя бы у застрельщиков, на остальных обычно порох и дефицитный свинец не тратят. Он уже собрался было обратиться к непосредственному начальнику с предложением провести сравнительные испытания винтовки и гладкоствольного ружья, но тут судьба подкинула неожиданный сюрприз.
  
  В один прекрасный день, в конце апреля штабс-капитан Денисов велел Сашке подготовиться к поездке в губернский город, требовалось получить там в арсенале и интендантстве боевые припасы и другие расходные материалы для нужд полка. Пришлось взять у Бауэра офицерские пистолеты и короткое ружье на всякий случай, в тот год разбойников в округе не было, но не исключена была встреча в дороге с оголодавшими за долгую зиму волками. Говорят, что в прошлой зимой эти твари сожрали крестьянина вместе с лошадью, только кости по весне, когда снег растаял и нашли. До "Губернии" добрались без особых приключений разве, что порядком замерзли в пути, весна в этом году выдалась холодной, далее штабс-капитан отпустил Сашку с денщиком погулять до вечера, а сам, нарядившись в парадный мундир, отправился наносить визиты местной военной администрации, так здесь принято. Губернский город был весьма похож на уездный, но имелись и некоторые существенные отличия, так уезд был весь одноэтажный. Здесь же дома были, как правило, в два этажа, с легким мезонином, очень красивым, по мнению губернских архитекторов. Местами эти строения казались затерянными среди широкой, как полноводная река, улицы - только вот воду заменяла непролазная грязь, и для перехода на другую сторону требовалось сперва найти подходящий брод. Нескончаемые деревянные заборы изредка выводили к небольшим мощеным камнем пятачкам, где было заметно скопление народа и экипажей. Постоянно попадались почти стертые дождями вывески с кренделями, бубликами и сапогами, кое-где с нарисованными синими штанами, кафтанами и подписью "Аршавский портной - Парыжские моды". В другом месте смотришь - магазин с картузами, шляпами и надписью: 'Иностранец Федор Васильев и сыновья' было и такое - "куафер мастер Пьер Редькин из Парижу и других немецких городов". Толпился веселый народ у знакомой всем нижним чинам вывески "Питейный дом", слова были грубо и криво намалеваны белой краской прямо поверх вылинявших имперских двуглавых орлов. Из открытых дверей кабака слышался пронзительный бабий визг, мат и звуки ударов "по живому", жизнь била ключом и кому-то больно попадало по голове и видимо и по другим частям тела тоже.
  -Вора пымали, учат! -бесхитростно пояснил служивому первый же встречный бородатый мужик в странном высоком киверообразном картузе и лаптях на босу ног, попутно обдав Сашку неповторимым и невыносимым для непривычного человека "убойным" ароматом сивухи. Незаметно Александр выбрался почти в центр города, местный театр давненько не функционировал, парадный вход в здание наглухо забит досками, может статься, очаг культуры закрыли на ремонт. Зато напротив было весьма таинственное и соблазнительное заведение, да там так прямо на вывеске и было написано русским языком "Заведение". Сунулся он было туда, но не пустили нижнего чина даже на порог...
  -Куды прешь скотина, не вишь токмо для господ! -взревел медведем зверообразный швейцар в ливрее и с грохотом захлопнул тяжелую дверь перед самым носом солдата.
  Пройдя дальше, он очутился на небольшом рынке, где прямо на улице стояли прилавки с грецкими орехами, мылом похожим на пряники и пряниками, весьма похожими на мыло, а также всякой мелкой всячиной из разряда 'на рупь пятаков'. Еще один "Питейный дом" попался по пути - здесь они не редкость, тут вроде никого не бьют, только пьянчужка в рваном чиновничьем мундире сладко дрыхнет на лавочке возле входа. Интересно, а здесь вытрезвитель есть, куда они упившихся в хлам девают - надо будет как-нибудь спросить у Денисова. Пошатавшись таким образом по городу целый час и найдя ничего особо заслуживающего внимания, все тоже самое что и в уездном городишке - даже вывески на лавках и кабаках словно их один и тот же начинающий и малограмотный художник изготовил, он отправился по указанному штабс-капитаном адресу.
  Дом, где ранее жил вдовый дьякон, Александр нашел сразу - предпоследний в улице, да только на входной двери висел внушительный амбарный замок. Пытался заглянуть в окно но через плотные занавески ничего не разглядел, только в одном углу заметил лавку с маленькой вышитой подушкой-думкой и войлочком. Когда стоял в раздумье, откуда-то донесся сильный женский или может быть даже детский голос, певший под аккомпанемент звуков фортепьяно. Такую музыку в последний раз наш герой слышал при других обстоятельствах и в другом времени.
  "Значит не ошибся, верно та о которой Денисов говорил - "моя соловушка", но как же туда внутрь попасть?" -в недоумении застыл Сашка. В высоком садовом заборе, что примыкал к дому, виднелась небольшая калитка. Он потянув за веревочку и откинув невидимую железную щеколду, на другой стороне, открыл было дверь и тотчас же захлопнул обратно, вовремя увидев кинувшегося навстречу огромного пса. Мохнатый сторож с разбегу врезался в дверь, та даже пошатнулась, и грозно зарычал, как бы предупреждая, что незваным гостям тут совсем не рады. Вскоре за забором раздался женский голос:
  -Чего, служба надобно, кого туточки ищешь?
  -Штабс-капитан Денисов послал меня с запиской и велел здесь его дожидаться.
  Калитка со скрипом открылась. Молодая женщина в накинутом на плечи мужском армяке держала за ошейник большую мохнатую псину, которая при виде Сашки разом успокоилась и умильно завиляла хвостом.
  -Чего служивый испужался? Дозорка наш на солдатиков не кидается, это ен эдак играет тока. Пошли наверх до барыни.
  Перед ними по дороге лежал запущенный яблочный сад, деревья здесь давно не обрезали и ветки под тяжестью наполовину сгнивших прошлогодних плодов прогнулись почти до земли. Вдоль глухой боковой стены дома шла вглубь протоптанная в талом снегу узенькая дорожка. Александр следуя за спутницей, завернул за угол и увидел садовый фасад в шесть окон. Против него за круглой цветочной клумбой серела старая скамейка. Здесь красивый голос певицы звучал уже в полную силу, и мощь и очарование его повелительно остановили бы кого угодно, даже такого полу-глухого медведя вроде Сашки.
  Однако в гости к "соловушке" с ходу Александр не попал, решительная служанка отобрала записку и сильным тычком отправила его на лавку в прихожую, там дожидайся. Девица мощная попалась в добрый центнер весом, не иначе кухарка - профессиональны признак, эти худыми никогда не бывают да и слабыми тоже, только и подумал он, потирая ушибленный бок. Вскоре пение оборвалось, стало слышно, что женщины в доме что-то обсуждают и тихонько смеются. Теперь выйдя во двор, он сквозь занавески смутно увидел молодое лицо, обрамленное темными локонами, светло-лиловое платье, и подумал, что пожалуй надо поклониться немного, а то еще обидятся. Местный этикет так и не вошел еще до конца в привычки нашего современника - Александра, и он постоянно путался, а жизнь в казарме совсем не способствовала изучению принятых в начале 19-го века норм поведения. Пока он прикидывал, что делать дальше, появилась в дверях уже знакомая дородная молодуха.
  -Чего расселся служба? Пошли со мной, велено тебя в "людскую" горницу пока поместить на постой. Денщик капитанский где шляется? Почто с тобой не пришел?
  -К куме в город отпросился, Иван Федорович сказал, что если что, так мы с денщиком и при складах можем пожить.
  -Не боись солдат, у нас слуг более нет, я одна с барыней живу, не стеснишь никого, -улыбнулась кухарка продемонстрировав крепкие белые зубы, -Знаю я энтого Ваську! К куме - как же, к милке своей верно побег!
  Да, неласково его тут встретили, с другой стороны накормили очень хорошо, таких щей ему пробовать еще не приходилось, да и громадный кусок многослойного пирога с начинкой из мяса и рыбы оказался очень к месту. Штабс-капитан не иначе пропал на весь день, и Сашка коротал время за чтением старых газет, в основном 'Северной пчелы' и прочих ненужных бумаг, приготовленных для растопки печи. Вскоре это занятие наскучило и захотелось вдруг прикинуть, как будет выглядеть искровая радиостанция, он принялся вычерчивать схемы на оборотной стороне какой-то старой казенной бумаги. Так бы он верно и скоротал время до вечера, как вдруг из передней, "господской" половины дома послышался шум, сопровождаемый криком, переходящим в пронзительный женский визг. Александр сразу же рванул туда и с порога застал следующую картину: посреди просторной комнаты, кое-как украшенной по углам ковриками и гобеленами, происходила борьба и судя по всему неравная. Немолодой мужчина, весьма потасканного и пропитого вида, в поношенном чиновничьем мундире, пытался облапив тащить куда-то молоденькую девушку, нет, даже скорее судя по комплекции, девочку-подростка.
  -Ай, ай, не надо! Пустите!!! Мой Ваня вас убьет, коли узнает!
  -Не противься милая, ты мне жена венчанная али нет? Пойдем домой, я по ласке соскучился! Пойдем, дедушка дурочку приголубит... хе-хе.
  Однако "венчанная жена" сосем явно не желала ублажать "суженного" и извернувшись ухитрилась влепить ему звонкую пощечину. Тот аж взвыл дурным голосом, правда бить девчонку не стал, только обхватил посильнее и поволок к выходу.
  -Ах ты дрянь такая, придем домой, ужо я тебя вожжами выдеру как собачонку лядащу! Набралась тут "благородства" со своим хахалем-офицериком? Все дурь выбью до остатку, супружница по закону должна свово мужа уважать и ублажать!
  Александр двинулся на помощь, но его опередили, со стороны кухни баллистической ракетой вылетела уже знакомая кухарка. С пришельцем она церемониться не стала, с ходу двинула ему кулаком в морду, да так сильно, что у того зубы сочно хрустнули. Пожалуй, при соответствующей подготовке эта решительная женщина смогла бы и ринге выступать, не хук конечно у нее вышел, но очень даже близко.
  -Пошел вон пияница! Пропил супружницу, так давай ходи отсюда! -и в качестве дополнительного она аргумента еще раз задвинула мужичку в рыло, -Залил глаза бесстыжие и девочке нашей лезет!
  -Б..., холопка! На кого подлая руку подняла!!! Запорю!!! Я от самого государя императора медалью пожалован за беспорочную службу! Я коллежский регистратор, а не мужик тебе какой лапотный!
  -Салдат, чаво уставился на ево?! Выкинь энтого херистратора к лешему отсюдова!
  Приказ получен, далее все произошло очень быстро и без бурных эмоций и слов, совсем не как в кино. Заломив скандалисту руку, благо приемы самбо до конца еще не забыты, Александр вполне корректно, не обращая внимания на оскорбления, и без излишнего рукоприкладства, проводил разбушевавшегося "господина" до выхода. У самой калитки он все же не сдержался, этот алкаш обозвал его быдлом, было? А ну-ка повернитесь ваше чиновное благородие к улице передом, ко мне задом, вот так в самый раз. Мог бы ты дядя уйти по-хорошему, но теперь полетишь, хоть и недалеко и невысоко... и так пять секунд - "ключ на старт"! Только калитка хлопнула, да грязь брызнула из под тушки губернского "алконавта", приземлился он точно в лужу аккурат между двумя упитанными соседскими свинками. Умные животные поспешили принять господина коллежского регистратора в свое почтенное общество, в котором вероятно не существовало никогда сословных различий.
  -Смори-ка эка болезный вылетел, як воробушек! -прокомментировали событие сидевшие на завалинке напротив бабки.
  -Маврикиевна, а хто энто, чет я не упомню таково кавалера?
  -К их благородию капитану Денисову таскается, кажинный раз, как господа в город приедут...
  Сашка со злость захлопнул дверцу и надвинул внутренний засов до упора. Так, а где же бдительный сторож? Он погрозил кулаком псу, тот заскулил, мол понимаю - провинился и скорчил такую "виноватую" морду, что невозможно было удержаться от смеха. Хотел было он поощрить косматого за находчивость, за ухом почесать, да не получилось.
  -Пошли чай пить служивый, барыня тебя зовет! -кухарка тут как тут, даже не стала дожидаться ответа, схватила за рукав мундира и потащила за собой, точно судно на буксире. Вот так они и познакомились. Гражданская жена штабс-капитана Софья Михайловна уже полгода проживала в небольшом домике на окраине губернского города N вместе с кухаркой Палашей. Сашке сразу бросилось в глаза, что отношения между молодыми женщинами были доверительными, старшая утешала младшую, ведь Софья расплакалась как малый ребенок. Только разница в одежде подчеркивала у них различие, и позволяла определить, кто барыня, а кто кухарка. Достаточно закрыть глаза, как создавалась иллюзия, что мать утешает дочь, или старшая сестра младшую.
  -Успокойся золотко мое, прогнали мы его, не придет супостат боле, вон Сашка-солдат как ему наподдал.
  -Грозиться ведь царю пожаловаться, -утирает горькие слезы с кукольного личика Софья Михайловна. Не очень-то ей идет "по имени-отчеству", даме сердца сашкиного начальника от силы лет пятнадцать, если не меньше - выглядит сущим ребенком, а ее старшей "подруге" вряд ли больше двадцати.
  -Не плачьте Софьюшка, их благородие Иван Федорович говорит, что из нашей дыры три года скачи в любую сторону и никуда не доберешься! -подключился к процессу утешения Александр, -Какой еще царь, проспится регистратор и забудет. Это он пьяненький храбриться, а так ведь мелкая вошь чиновная, протрезвеет и не до того станет.
  -Сашенька, а вы его часом не покалечили? Тоже ведь живой человек, хоть и плохой.
  -Бог с вами Софья Михайловна, я ведь ему только начальное стартовое ускорение придал...
  Пока они чаевничали, прямо как купцы какие - самовар и чай из блюдец с медом вместо сахара - по случаю постного дня, Палаша поведала новому знакомому печальную историю Софьи. Лет десять назад богатый тульский помещик удочерил прижитую от приблудной цыганки незаконную дочь, дал девочке воспитание, как положено - французский язык и музыка, и даже наследством наделил в своем завещании. Поступил по человечески, одним словом, но это бедняжку и чуть сгубило. Два года назад приемный отец Софьи внезапно умер от апоплексического удара не успев составить завещания, а мать она потеряла еще в раннем детстве, и вот жадные наследники поспешили выдать глупую девочку замуж, чтоб не делиться, специально нашли желающего на малое приданное. Браки в российской империи официально разрешены с 13 лет, но особой проблемы не составляет приписать невесте год-другой, если вдруг возникнет необходимость.
  -Совсем дите еще Софьюшка наша была в ту пору, -разъяснила Палаша, -господские то дети по двенадцатому году много ли понимают? Запугали бедную, в приют де сиротский отдадим, ежели замуж не пойдешь - то эдак совсем пропадешь, сгинешь в казенном месте, аки в остроге!
  Муженька для Софьи 'добрые родственники' подобрали хорошего, мелкий судейский чиновник, на взятки жил, пьяница и развратник вдобавок. Любой другой жених бы ни за что на такое мизерное приданное и не согласился.
  -Бил он ее страдалицу, опосля свадьбы ирод кажинный божий день, по сию пору рубцы от ремня на ей остались! Если бы Иван Федорович не выручил, так пропала бы девка совсем ни за грош.
  -А сегодня какого черта он к вам приперся?
  Тут Софья с Палашей принялись объяснять, что хоть "законный супруг" и взял у Денисова немалые отступные, но официально оформлять развод не хочет, надеется верно еще сорвать куш, нашел мерзавец источник постоянного и стабильного дохода. Вот штабс-капитан, все разузнавши в Синоде, и призвал его и прямо: "Отступись от жены, я ее увезу навсегда, и ты ее не поминай. Сколько возьмешь?" Тот сряду говорит - десять тысяч и ни копейкой меньше. Поторговались но не от жадности, сумма для небогатого армейского офицера большая. Сошлись на пяти тысячах серебром. Заплатил и расписку взял, будто получил от него муженек взаймы пять тысяч. Так другой умный чиновник Денисова научил, чтобы супругу "нежному" руки связать, вот только не очень прочные узы оказались. Развод в ту пору - очень хлопотное мероприятие, надо ходатайствовать чуть ли не к самому царю, хорошо хоть еще начальство офицера не прижимает, верно господа генералы сами не прочь с чужими женами любовь крутить.
  -Давайте Сашенька я Вам погадаю, -предложила Софья, слезы давно высохли на ее смуглом кукольном личике, -Меня мама пока жива была научила.
  -Ох не надо, мне однажды уже нагадали казенный дом, сбылось... -но новый знакомые настаивали, пришлось подчиниться, не огорчать же девушек.
  -А ну, братец, покажи-ка руку, - приказала доморощенная прорицательница. - Да нет, левую и ладонью вверх.
  Насупив тонкие брови, долго разглядывала ладонь. А Сашка теперь без помехи ее взгляда смотрел в красивые и строгие черты, радуясь им, как в первый раз ее голосу. Красивая у Денисова будет жена, сразу видно, что девчонка только расцветает, точно цветок.
  -Правду мне сказывали, -обратилась она к Палаше и Александру. -Чуть не уморил его немец в полку. Совсем близко смерть подходила... Зато теперь, кавалер, больше такому не бывать... пуля для тебя в этой жизни не отлита. А через много лет суженую сыщешь и доброе дело какое-то свое доведешь.
  -И ничего плохого со мною не будет? -не поверил гадалке Александр.
  -Я Саша на плохое не гадаю, не хочу людей огорчать, но вот хорошее всегда угадываю, истинный крест! Давай карты раскину с ними вернее выходит.
  Софья Михайловна взяла колоду карт, стасовала и раскинула, что-то шепча про себя. Потом, смотря в них, медленно заговорила:
  -И тут все как по руке, братец. Много добрых людей рядом с тобой вижу... Только в конце... -Она переложила еще и еще несколько карт.
  -Да что там? -неловко пошутил Сашка. - В генералы, может, выйду? Вот к экзамену на унтер-офицера готовлюсь уже вторую неделю.
  -Нет, нет... -Она смешала карты. -Может, и показалось...
  -Что же, Софья Михайловна?.
  -Не знаю... Будто пламя и дым... Может, костры походные, вдруг на войну пойдете?.. Не знаю... Но пламя ясное было. Только далеко где-то словно за туманом...
  -Геенна огненная видно, в которой все, грешники, гореть будем, -перекрестилась испуганная пророчеством Палаша.
  -Софья, а на каком языке вы пели, это не английский и не французский и не немецкий точно, латынь - я угадал? -Александр поспешил увести разговор в сторону от неприятной темы, -Церковный гимн, вроде разобрал "Аве Мария", или послышалось?
  -'Аве Мария' зовется, гимн духовный, -не замедлила с ответом Софья постоянно в диалоге переходя с "ты" на "вы", видно так и не могла никак определится с положением собеседника, -На итальянском, и в самом деле немного на латынь похоже. А вы Сашенька откуда языки знаете, неужто солдат этому учат?
  Далее девчонки стали расспрашивать его, прямо допрос настоящий устроили: кто такой, откуда родом, большая ли семья и почему не по-нашему говорит, может учился где? Пришлось ему крутиться, правду сказать нельзя, уж очень все невероятно получается, вот и комбинировал Сашка истину и вымысел, поверили или нет сказать трудно - рассказчик из него плохой. К счастью долго страдать не пришлось, приехал штабс-капитан Денисов, Александр доложил о происшествии и поспешил незаметно убраться из столовой, пусть начальник пообщается с молодой женой наедине, не стоит им мешать. На всякий случай он проверил пистолеты и карабин, вряд ли коллежский регистратор со-товарищи явиться отбивать силой "беглую супругу", но осторожность никогда не повредит - в этом Сашка имел несчастье неоднократно убедиться на собственном примере.
  Он встал затемно, до рассвета - старая привычка еще со времен прошлой жизни в далеком ХХ-ом веке. Выглянул во двор, кругом царят тишина и спокойствие, лохматый страж беспечно спит в своей дощатой будке, мог хоть голос подать для порядка, раскормила его Палаша до размеров крупного теленка, а толку немного. Александр одел только полотняные штаны от мундира и всунув ноги в опорки, местную разновидность тапочек бесшумно направился к колодцу. Обливание холодной водой - прекрасный способ укрепить здоровье, раз уж казна всячески экономит на теплой одежде для нижних чинов. Он поплескался в свое удовольствие с фырканьем разбрасывая горстями воду, плеснул ради озорства немного и в собачью будку, но пес никак не отреагировал. Теперь в ход пойдет жесткое полотенце, оттеревшись Сашка уже собирался уходить, как тут с крыльца раздался знакомый женский голос:
  -Служивый помоги мне дровишек на кухню принесть! -на низкой площадке крыльца, в проеме двери стояла Палаша, видно только проснулась и вышла во двор в одной коротенькой, чуть ниже колен ночной рубашке, только подчеркивающей ее немалые прелести. Чисто рубенсовский тип женщины, машинально отметил он, прекрасная натурщица для художника Возрождения из нее выйдет - грудь и бедра, все на месте и вроде в правильной пропорции без изъяна. Кухарка даже не накинула поверх ничего, а с утречка весьма прохладно, может привычна и тоже водные процедуры принимает?
  Александр тут же сгреб у поленницы охапку двор и поспешил на помощь кухарке. Занес в дом и аккуратно сложил возле большой русской печки служившей одновременно плитой, вроде бы пора обратно идти, но такое чувство, что девушка еще чего-то от него хочет. Словно реле в голове щелкнуло и все прояснилось, ну конечно - что он за баран такой! Палаша ведь по местным мещанским меркам, считай совсем голая к нему выскочила, здесь бабы и девки даже с непокрытой головой на улицу не выходят, не то что в одной сорочке, слава богу об эмансипации пока не слышно. Девица конечно не в его вкусе, несколько полновата, но он в армии и здесь основной принцип - "жри что дают", значит надо действовать, а не смотреть...
  В ходе незатейливых ухаживаний и уговоров Палаша успела треснуть его пару раз по рукам и слегка смазала ладонью по лицу, но это явно для вида, удары вышли на удивление слабые. Он уже потянул ей вверх рубашку слегка обнажая красивые полные бедра, и попытался одновременно поцеловать в губы - до груди было не добраться через плотную ткань, как она наконец согласилась:
  -Ох ты бесстыдник экой! Ну а как люди то увидят? Не здеся, пошли на постелю в людскую... Тише чорт весь дом разбудишь!
  И началось... "первый тайм" к великому удивлению Сашки прошел удачно несмотря на долгое воздержание, партнерша даже постонала немного, стыдливо зажимая рот одеялом. Никогда ему еще раньше не приходилось заниматься любовью с такими "крупными" девицами, но оказывается, что размер здесь особой роли не играет. На жесткой кровати, застланной сереньким, набитым соломой матрасиком, Палаша отдалась ему страстно и умело, можно сказать, самозабвенно двигая крепким толстым задом, доски под ними от толчков скрипели и трещали в такт любовному акту... Потом он еще долго в неровном свете свечи ласкал ее сильное молочно-белое тело и ловил губами красивые горошины сосков, пока любовница приходила в себя после первого соития.
  -Ох, а ты экий резвый какой, поди всех девок в околотке перетоптал аки петух кур? Я энто и не чаяла, молоденький же мальчонка. Ищо разик смогешь, али нет?
  -Попробую, вроде сила пока есть.
  -Давай молодец радей, а то мой муженек раз в треть тыкнет ровно пальчиком малым, изголодалась я по мужику! -откровенно призналась солдату Палаша, -Отослала намедни его на богомолье в монастырь к чудотворной иконе, бабки сведущи говорят, помогает от 'нестоихи'. Пятый год уж порожня хожу, люди за глаза смеются.
  Опять Александр старательно налегает на дело и на могучее палашкино тело, да так, что казалось еще немного и старая кровать окончательно развалится. Только мячики слегка отвисших грудей прыгали в такт движениям перед глазами, дразня коричневыми ореолами крупных сосков. Позднее Палашечка, разомлела, разохотилась и подняла ноги и обхватила его поясницу. Партнерша перестала стесняться и ловко помахивала задом, помогая размеренным толчкам любовника и словно пытаясь выдоить из него все до последней капли. До самой утренней зари они с разной интенсивностью предавались плотским утехам, затем Палашка неожиданно выбралась из-под него, оттолкнув в сторону, и смущенно натянув рубашечку, убежала на кухню готовить блины. Сашке пришлось ставить самовар, знакомое дело - уже не раз приходилось этим заниматься, натолкал щепок и углей в топку, да раздувай. Подивился только, что местные аборигены уже неоднократно стабильно ошибаются с определением его возраста, сбрасывая как минимум лет 15. Сперва он полагал, что просто слишком молодо выглядит, его и раньше постоянно окликали: "молодой человек"! Но это уже слишком, уже чересчур - не иначе без 'волшебного' воздействия машины времени тут не обошлось.
  Днем они со штабс-капитаном отправились на большой склад артиллерийского департамента, находившийся на противоположном конце города, на самой окраине и совмещенный с арсеналом. С первого захода ничего стоящего получить не удалось, так здесь принято, военный чиновник придрался к оформлению положенных бумаг. Денисов отправился разбираться в другое "присутственное место", а Сашка решил воспользоваться случаем и осмотреть местные достопримечательности, если такие конечно в губернском городе найдутся. первым делом он заглянул в оружейную лавочку, полюбовался на тульские охотничьи ружья, развешанные нп крючках по стенам, и справился о цене на свинец. Дороговато выходит, совсем не по тощему солдатскому карману, надо будет попробовать раздобыть хоть несколько фунтов на складе, может там возьмут малую мзду - казенное добро всегда не в пример частного дешевле выходит.
  Идя по булыгам Дворянской улицы в жиденьком скопище среди мужиков, цыган, разносчиков, Александр вдруг услышал глухие удары бубна. В начале немощеного бокового проулка собралась пестрая толпа народа. Протискавшись поближе, через толпу, наш солдат увидел кудлатого цыганистого поводыря в затасканном и грязном белом кафтане и стоящего на задних лапах бурого медвежонка, прижавшего к боку палку. От продетого в ноздри медного кольца тянулась тонкая сыромятина, конец которой мужик держал в левой руке, а правой ловко орудовал бубном, то вскидывая его, то пуская в руке кругом. Честной народ смеялся, глядя, как неуклюже топчется мишка, неотступно глядя блестящими маленькими глазками на хозяина и порыкивая, точно пытая что-то сказать.
  -В аккурат некрут на учении страдат с ружжом! -сказал кто-то из собравшихся.
  -Только у ево морда не бита, и зубы еще целы, -отозвался другой голос.
  -А ты почем знаешь? Под шерстью поди синяков не видать... -возразил невидимый скептик из толпы.
  В это время поводырь бросил бубен, который повис на веревочке у его колена, и, вытянув из кармана зеленоватый квадратный полуштоф, обратился к медведю:
  -А как, Михайло Иванович, мужик из кабака домой идет?
  Медведь шагнул к хозяину, тот ловко взял у него палку и вложил в протянутые косматые лапы бутылку. Зверь мягко сел на землю и стукнул полуштофом о колено. Пробка выскочила, и Мишка начал жадно пить, все выше запрокидывая бутылку, пока не осушил посудину до дна. Потом выронил ее, опрокинулся на спину и, громко урча, поднял вверх все четыре лапы.
  -В башку, видно, вдарило, -хохотали зрители над забавной сценкой.
  -Не скоро его женка домой дождется! Не смотри, свалился аки пияница запойной!
  -Чем поишь-то?.. Неужто водку купляешь? -спрашивали поводыря, который, подобрав бутылку и пробку, бросил ремень и ходил по кругу, собирая в бубен плату за представление. Сашка без сожаления расстался с несколькими копейками, все равно на свинец для пуль не хватило.
  -А ты что думал? Поднеси ему воды, он и служить не станет. Я наболтаю медку да водки добрую чарку, он и рад. Отдохнет малость и снова готов народ веселить за такое пойло.
  Цирк продолжался, медведь продемонстрировал еще и как мужик на барщине работает, и как ребята горох воруют, а под занавес - как исправник сыск правит. Публика просто визжала от восторга, особенно многочисленные дети, здесь народ явно не избалован зрелищами, особенно сатира на чиновника пришлась по вкусу - такие же лапы загребущие, схватит такой не вырвешься...
  Бросив в бубен копейку, Сашка повернулся уходить и вздрогнул. Прямо за ним, уставясь на поднимавшегося с земли медведя заплывшими жиром глазками и поднося к толстому носу щепоть табаку и серебрянной табакерки, точно оживший призрак прошлого стоял его старый начальник - Немец. Вот только на этот раз без привычного палаша в стальных ножнах, его заменила легкая чиновничья шпажонка.
  -Здравия желаю, ваше благородие! -вполголоса сказал Александр, но "фашист" не обратил на него ни малейшего внимания, словно и не было нижнего чина в природе вовсе. Скорее всего он просто не держал в памяти никого из своих бывших солдат, почитая их однородной безликой серой массой, "былдом" или пушечным мясом. Неожиданная и нельзя сказать, что приятная встреча, а в части говорили, будто в Питер его с повышением забрали, чуть ли не в гвардию.
  Стараясь не более не привлекать внимания этого неприятного субъекта, он осторожно двинулся дальше, ничего бог даст когда-нибудь придет время рассчитаться за все хорошее, приговор солдатского "мира" никто не отменял - по крайней мере для него, для Сашки...
  
  Но оставим на некоторое время нашего солдата, виноват, потенциального унтер-офицера, Сашку и перенесемся в пространстве и времени примерно на полгода назад в окрестности деревни Сосновки. На перекрестке проселочных дорог, чуть в стороне лт развилки, замер небольшой экипаж специфического городского типа именуемый в Москве калибером, в провинции на таких не ездят. На козлах никого не видно и лошади из парной запряжки спокойно щиплют молодую траву на обочине. За пологом непривычной для сельской местности повозки коротает время уже знакомый нам новоиспеченный помещик и рабо-и-душевладелец Виктор Степанович Голиков. Он не один, с ним его любимица дворовая девка Варька, а поодаль в кустах устроился прикорнуть на часок отправленный 'погулять' кучер. Бывший историк считал ниже своего достоинства беседовать в минуты отдохновения с домашними рабами, пусть даже и с любимыми. Поэтому внутри царила тишина, изредка нарушаемая сопением и чмоканьем Вареньки, ей тоже не до разговоров, хотя она и охотница языком почесать, так как рот у девушки занят мужским органом хозяина. Пока барин предается праздным размышлениям, бедняжка вынуждена стоя на коленях и скрючившись в три погибели в тесноте экипажа напряженно работать. "Французскую любовь" Варенька освоила совсем недавно и боится неловкостью прогневать строго господина. На расправу добрейший Виктор Степанович чрезвычайно крут, розги закупает оптом возами и уже завел второго кучера-экзекутора в помощь первому, исключительно лишь для порки своих дворовых.
  Что же наш бывший современник потерял, тут в этой патриархальной глуши, вдали от шумной второй столицы? Он уже вторую неделю приезжает сюда, пытаясь найти других участников проекта, это условленное место встречи. Маркеры он закопал, где положено было ровно через месяц после благополучного прибытия в прошлое, так в чем же дело? Неужели его бросили на произвол судьбы, вот сволочи! Вероятно они испугались и струсили, никто не рискнул последовать его примеру. Да пошли они все тогда... Жаль, он даже не запомнил тогда, с какой стороны горы располагается бункер, с северной или с южной... Спешил историк и сильно расстроился исчезновением телохранителя и потенциального помощника, да и не надо ему тогда было - рассчитывал ведь на помощь отсальных членов Проекта. Там конечно много интересных вещей осталось, возможно когда-нибудь он попробует отыскать вход в это бомбоубежище, но точно не сегодня. Теперь это не важно, ему нет смысла возвращаться назад, он слишком хорошо устроился в этом мире. Не то слово, сбылась мечта все жизни, ради которой он и увлекся историей нового времени, он Виктор Степанович Голиков стал БАРИНОМ с большой буквы. Вот оказывается в чем призвание истинного российского интеллигента, к коим историк себя несомненно причислял. А вы как думали - элита, значит все остальные должны шапки ломать и на колени падать перед ними. В той жизни Голиков, успешно к слову, закосивший от армии, боялся и недолюбливал "простых парней", работяг навроде своего соседа Сашки, а уж "деревенщину" искренне ненавидел все порами своей мелкой душонки. Не место "этим скотам" рядом с властителями дум и душ, быдло должно быть в стойле. Здесь в веке 19-м он обрел настоящий рай, плевать что рабство экономически неэффективно, это еще в античном Риме понимали. Важно другое - ВЛАСТЬ! Как это затягивает оказывается... здесь можно дать в рыло любому простолюдину, не боясь получить "ответку", да что мордобой - пустяки, прикажет господин - сапоги будут лизать, или дерьмо жрать, куда они денутся. Жаль только полной власти все нет, казнить нельзя, а так хотелось бы посмотреть как умирает человек посаженный на кол, не раз ловил себя на этой мысли новоявленный барин, насаживая очередную девку на свой "нефритовый стержень". Но это ведь Россия, здесь по идее можно все, только осторожно... так, что все ще впереди, поживем - увидим.
  -Хватит сосать милая, иди Степку позови, мы домой поедем, -рука в замшевой перчатке небрежно хлопает девку по щеке. Варька, путаясь в длинной юбке, пулей срывается выполнять очередное желание хозяина, попутно давясь и стараясь на ходу ничего не выплевывать, барин велел глотать и девка боится вызвать его неудовольствие, боится прогневать.
  Виктор Степанович удивлен таким рвением и усердием со стороны подневольной любовницы, зародилась в глубине сознания мысль, что девчонка действительно влюбилась в него и выполняет все прихоти не только из-за страха жестокого наказания. Он отмахнулся то такого предположения, как от назойливого пискуна-комара, это же бессловесное быдло, у них нет ни разума, ни чувств, ни эмоций - пригодны только для черной работы и для удовлетворения различных потребностей господина. О свободе может мечтает - посмотрим еще, как тут намедни ему сказали: 'Взнос без палки не бывает!' - так, что 'палок' Варьке еще придется получить немало. Ни малейшей жалости или сочувствия эти люди у него не вызывали, это рабы и все этим сказано. На днях он без сожаления сдал неловкого слугу в рекруты, пусть там его теперь капралы на плацу палками дрессируют, если не подохнет раньше. Бойцовских собачек притравленных на человека к великой досаде в Москве закупить не удалось, там все больше гончих и легавых разводят, а бультерьеров и вообще пока в природе не существует. Не получилось нанять и профессионального палача, такие люди в большой цене у помещиков, так просто не сманишь к себе. Но с мальчишкой-форейтором он разобрался по полной программе, выгодно продал мерзавца одному знакомому грузину, приятелю генерала Яшвиля, большому любителю нетрадиционных развлечений, благо таких деятелей хватает и в старом добром 19-ом веке.
  В Москве его давно ничто не держит, кроме чисто коммерческих соображений, жаль только впустую потраченных средств, ушедших на подготовку в рамках Проекта. Все точка, как только сбудет последние ассигнации через посредника так и в Питер, там Европа и цивилизация, а здесь лишь старая вековая грязь, пьяное быдло, замоскворецкие купчишки, и замшелые бояре-динозавры. Мелькают вдоль дороги елочки и березки, к ночи точно будем дома, жаль он выбрал сегодня полуоткрытый экипаж, а то бы Вареньку можно было по дороге употребить. Юбочку ей подвысь и посадил бы себе на колени, а затем: по кочкам, по кочкам, по гладенькой дорожке... и ...ть! Сплошные ямы... только и успевай голову закрывать, чтобы не ушибиться о распорки и дуги внутри полога экипажа, даже немецкие рессоры не помогают от такой напасти.
  Через неделю после последнего визита в окрестности Сосновки, верный компаньон по сбыту фальшивок - купец первой гильдии Василий Порфирьевич тривиальнейшим образом спалился на сбыте фальшивых денег. Но и тут Виктора Степановича преследовала неимоверная удача, как не поверить после такого в свою избранность и исключительность? Васька-жулик не стал закладывать компаньона, сообразил однако стервец, что при наличии сговора наказание многократно увеличивается. Видели его недавно возле тюрьмы, когда из одного казенного экипажа высадили их степенство в кандалах и арестантском халате, поверх которого, впрочем, была накинута какая-то старая шинель солдатского образца. Он сам отделался лишь легкими неприятностями с московской полицией, за относительно небольшую мзду хорошие люди все мигом уладили, а вот купец пожадничал и потому сел всерьез и надолго. Ну да бог с ними, все ассигнации к тому времени уже давно превращены в золото, серебро или полезную и ценную недвижимость, да и в тех же рабов частично.
  Перед отъездом в Петербург следовало уладить еще одно дело. Виктор Степанович после очередной бурной оргии пообещал своей наложнице Варьке дать "вольную", уговорила зараза разомлевшего барина, подловила момент. Он человек слова и теперь придется в точности выполнить взятое на себя добровольное обязательство. Гусиное перо скребет по желтой бумаге, Варенька с замиранием сердца следит за рукой господина, еще минута и она будет свободна. Дурочка распелась как птичка-канареечка, спешит порадовать барина, что у нее уже и жених из ремесленников есть и все сговорено. Будет у Вареньки любящий сапожник Ванечка, детушки-лялечки и домик на окраине Москвы в слободке. Не заметила глупая, что Виктор Степанович сегодня с утра пребывает в очень хорошем настроении, это дурной признак: барские шутки подчас страшнее барского же гнева. Подожди моя цыганочка, будет тебе домик, веселый такой с красным фонариком... Варька потянулась было за документами, но неожиданно получила по рукам, барин в последний момент ловко придержал заветную бумагу, ради которой она пошла на такой позор, мучения и страдания.
  -Амалия Карловна, прошу, пожалуйте сударыня сюда! -оказывается сегодня с утра радуются не два человека, а целых три.
  Со скрипом отворяется задняя дверь и в кабинете появляется собственной персоной, весьма известна в кругу почитателей продажной любви, содержательница сети московских "заведений" для господ, и не одна, с ней парочка субъектов с бычьими загривками и пудовыми кулаками. Варвара запоздало сообразив, наконец, что ее подло обманули, пытается закричать и позвать на помощь, но уже поздно. Один из вышибал быстро подскакивает и наносит девчонке короткий, но точный удар ребром ладони в солнечное сплетение, бедняжка только воздух хватает ртом, точно рыба вытащенная из воды. Профессионалы одно слово, умеют обращаться с девками, чувствуется немалый опыт за плечами. Затем девицу быстренько подхватывают по локотки и вперед, во дворе ее уже ждет с утра закрытая карета.
  -Строптивая у вас девочка сударь, но ничего у меня шелковой станет! -бандерша довольна, для нее это выгодная сделка, а Виктор Степанович вдвое.
  -Никаких проблем Амалия Карловна, девка первый сорт все умеет по своей части - живая Камасутра! Лично проверял, а если что, то вы мою систему знаете: "back money". Вот пожалуйста ее "вольная" и паспорт - все как положено, забирайте!
  Уродливая старая мегера с редкими усиками над верхней губой, раскланявшись исчезает в свое "заведение" словно паук в паутину. Не вырваться жертвам оттуда, держат их сильнее чем на цепи, все схвачено и полиция в доле. А наш коммерсант подсчитывает прибыль, ей богу, это чертовски выгодно, почти 200%! Непонятно, почему дремучие предрассудки не позволяют местным помещикам сдавать своих рабов в бордель напрямую? Пожалуй, это хороший новый источник дохода. В глухой деревне в провинции девка-подросток лет 12-15 идет за пятерку серебром, Варьку ему продали в Москве за две сотни, а выручить от сделки с бандершей удалось тысячу - больше чем за здорового парня, пригодного к сдаче в рекруты. Была у него еще одна идея насчет многократной продажи одного и того же дворового в 'добровольцы'-заместители для желающих откосить от царевой службы, с последующим побегом "волонтера" и возвращением назад, но где взять такого ловкого и преданного хозяину человека? Все эти Петьки-Ваньки тупые как валенки и сами попадутся и барина неминуемо под статью подведут, нет с девками пожалуй бизнес вернее будет...
  Жизнь полоса белая, полоса черная, зебра одним словом, оказывается и у барина бывают неприятности. Но как же так, его самым тривиальным образом "обули", да еще на кругленькую сумму, его такого умного и удачливого, есть отчего прийти в бешенство.
  Удар, еще удар... кулак со смачным хрустом врезается в испуганное лицо камердинера Архипа, еще взмах руки - кровь брызжет из-под пальцев и стекает тонкой струйкой на дорогой ковер. Человек точно тряпичная кукла валится на пол, но Виктор Степанович не успокаивается и продолжает добивать свою жертву ногами, притворяется ведь паразит, с пяти легких зуботычин лег точно мертвый! Сегодня его мерзко обманули, точно самого последнего лоха, и поэтому бешеная нечеловеческая ярость просто распирает бывшего историка. Он резко дергает шнурок, внизу в людской звякает колокольчик и красная запыхавшаяся дежурная девка путаясь в длинных юбках влетает пулей в барский кабинет.
  -Звали ваша милость? -и вытаращив глаза пятиться назад увидев на полу неподвижное тело Архипа в луже крови. -Ой! Маменька...
  -Степку кучера сюда живо! -не глядя на испуганную служанку рычит барин, пребывая в очень плохом настроении, а то бы не упустил возможности ущипнуть девку за грудь или задницу.
  Он в этот день страшно проигрался в карты, была у него такая привычка перекинуться с приятелями в картишки еще со студенческих времен. Играли сперва на небольшие ставки от 10 рублей, потом перешли на 100 и далее по исчерпании наличности стали играть уже "на мелок". К концу игры на него насчитали более 100000 рублей - громадную сумму по тогдашнему времени. Партнеры потребовали либо немедленной уплаты долга, либо векселя. Уперся было бврин, не хотел давать вексель, но его принудили, послать подальше этих чертей не получилось. Заперли двери на ключ и приступили с заряженными пистолетами, почуяв ствол у виска струсил бывший историк и пришлось подписать проклятую бумагу. Нарвался по неопытности Виктор Степанович на шайку профессиональных шулеров, может случайно, а может и охотились за ним намеренно. Развели классически, завлекали, давая время от времени отыграться и вытянули максимальную сумму. Оказывается тут, в Москве их целая мафия работает, "обувают" прибывших из провинции богатеньких Буратино из числа получивших оброк и продавших урожай помещиков - технология по раскрутке "лохов ушастых" у этих мошенников уже отработанная. Подписавши, скрепя сердце, долговое обязательство на указанную сумму, он вернулся домой, зажег лампу в своем кабинете на письменном столе и уселся в свое неизменное кресло у камина, прикидывая в уме величину потери и возможные последствия. Так бы может и заснул под действием винных паров, да тут дурак камердинер пришел с ежедневным докладом, как раз под горячую барскую руку попался. Слышно как на лестнице бухают тяжелые сапоги, кучер спешит на зов грозного господина. Порядок у него заведен в доме как в армии, все передвижения домашняя прислуга обязана выполнять исключительно бегом. Упаси бог шагом, пусть даже быстрым - за это следовала жестокая кара. Особенно забавно выглядели при этом дворовые девки и бабы, иная запутается в длинной юбке сарафана и хлоп в пол толстой задницей, или носом по вощенному паркету бывает проедется метров пять с разбегу. Гости не нарадуются, как потешно - просто цирк, особенно если еще наподдать неловкой дуре по толстой заднице ногой.
  -Этого мудака отлить водой и пока в подвале запереть, позднее я с ним еще поговорю! -барин брезгливо покосился на неподвижное тело в углу, надо же скот умудрился испачкать кровью дорогой бухарский ковер. -А всем остальным дармоедам всыпать по 100 розог немедленно, если прутьев нет, то вот тебе рубль для закупки.
  -Ваша милость, Марфушку надобно бы ослобонить, на сносях баба, кабы дите не выкинула? -неожиданно выдал кучер, обычно такие приказы он исполнял сразу же и беспрекословно.
  -А-а-а сука драная велено же было этим потаскушкам детей не заводить, разорить меня хотят уроды! -продолжал бушевать хозяин, -Ко мне ее сюда, сам абортирую шлюху нафиг! А Петьке двести "горячих", пусть смотрит ладом за своей бабой, нет даже триста, нет даже не считай, бей так чтоб запомнил навсегда, как против воли барина идти!
  Однако к тому моменту, когда трясущаяся как банный лист Марфа предстала перед глазами грозного господина, гнев понемногу улегся в его душе. Любопытно однако, как ее раздуло не иначе уже на восьмом месяце пребывает, он уже каких только баб и девок не перепробовал за последний год, но такой у него еще не было. Лицо беременность ей почти не испортила, грудь даже больше стала и привлекательнее. Только чего она так свой живот драгоценный вцепилась руками, заслоняет от удара или просто поддерживает, наверно быстро бегать по длинным коридорам барского дома с таким грузом непросто?
  -Чего плачешь скотина, чем раньше думала, головой или другим местом? Успокойся, бить по брюху не буду. Давай заголяйся и становись раком, поиграем в "паровозик" как раньше, или уже забыла? Ну!
  .................................................................................
  
  Вечером Александр снова слушал пение денисовской "соловушки". На сей раз правда был романс 'Стонет сизый голубочек' под гитару. Когда начальник отлучился по делам, девчонки опять пригласили к чаю, заодно и выложили по порядку все городские сплетни за последний год, начав с самых главных. Цивилизация все же, и криминал есть и просто забавных происшествий хватает с лихвой, не то что в уезде, там одни пьяные драки, да может кто еще утонет - тоже последствие неумеренного употребления алкоголя.
  Оказывается, тут в губернии власть недавно поменялась, прежний губернатор, прославившийся исключительно своими достижениями на амурном фронте, отозван назад в Питер. Надо сказать, что этому выдающемуся государственному деятелю в последнее время фатально не везло с женщинами, просто беда. Трижды пытался бравый генерал изнасиловать приглянувшуюся ему вдову-купчиху, и все время кончалось неудачно, так в последний раз "дама сердца" его в окно выкинула, что тут поделаешь, разные у них весовые категории оказались. Авторитет власти упал с высоты второго этажа в уличную грязь, хорошо хоть не на камни мостовой. Впрочем, благодаря заботам мудрых властей мощеных улиц в городе почитай что нет, только перед домом губернатора в центре имеется некое слабое подобие мостовой. Взамен проштрафившегося вояки-серцееда был назначен князь Г, известный крутой реформатор и вообще поклонник политики "сильной руки". Князь был известный, происхождением из древнего дворянского рода отмеченного в российской истории, так в царствование Петра Алексеевича его предок был торжественно повешен на Красной площади за неуемное казнокрадство и прочие преступления, а московский народ увековечил память о нем в песне: "Ах ты сукин сын Г, ты собака, а не барин...". У предшественника, человека мягкого и мало обращавшего внимания на формалистику, бюрократию и на законы тоже, судя по нашумевшей истории с купчихой, многие подопечные дворяне успели обрасти усами и бородищами, ухитрились отпустить себе запрещенные для привилегированных сословий длинные волосы.
  Приняв губернию новоявленный диктатор начал немедленно принимать жесткие и решительные меры против "волосатиков", других насущных проблем видимо не было. Перед очередным губернским дворянским собранием через губернского же предводителя, было велено объявить господам дворянам, что длинных волос, локонов, бород и прочей неположенной государем императором растительности на лице, новая власть категорически не потерпит, и злостные нарушители закона в этом случае будут на гауптвахте обстрижены и выбриты на барабане наголо, хорошо что еще не полотенцем, отметил про себя Сашка. Привыкшая к патриархальному бардаку губернская знать была шокирована до глубины души, что же дальше будет... шепчутся испугано по углам как тараканы доморощенные провинциальные "прынцы Флоризели". Лавров Петра Первого, обрезавшего бороды московским боярам, князю Г не хватает, или просто дурью мается? А может это он с умыслом, и "подношение" вымогает таким оригинальным способом? Александр в свое время счел, что Салтыков-Щедрин в своих повестях все выдумал - оказывается нет, с натуры он своих самодуров-городничих с органчиком в голове взял в "Истории города Глупова".
  Местное казначейство в который раз уже обокрали, прямо губернская традиция уже завелась, почти каждые три года это печальное событие повторяется. Виновных в этот раз нашли быстро, неловкая служанка у заведовавшего кладовой казначейства коллежского асессора Ч, случайно разбила цветочный горшок, смахнув его с окна во время уборки, да так неудачно - прямо на улицу глиняная посудина упала. Вместе с землей оттуда вывалились и золотые червонцы россыпью, по поводу которых жена Ч под колокольным звоном дала в церкви при массе народа клятву, что дескать 'честно и благородно' нажила эти деньги в молодости своей красотой. Тут Сашка не понял, но переспрашивать у девушек постеснялся, как это было - неужели госпожа чиновница, проституткой подрабатывала на панели до замужества? Только полиция в эти сказки не поверила, хитрый казначей взят под арест, и судя по всему будет отдан под суд.
  Другой скандал: выяснилось, что местный "душка" и еще один покоритель дамских сердец - 'ласковый полячок' дворянин С, оказался замешан в очень нехорошую и грязную историю. Приобрел он близ города земельный участок с большим домом и занялся скупкой оптом крестьянских детей-сирот из имений крупных помещиков, которые в них никогда не заглядывали, поручив всецело своих "поданных" нечистым на руку управляющими. Установить с этой публикой приятельские отношения нетрудно, за отдельную плату и мать родную продадут. Выращивал он детей и подростков у себя и даже мало-мало воспитывал, чем не Макаренко, вот только цели у него немного другие были... По достижению известного возраста С продавал девок "ценителям красоты" в столицу для увеселений и постельных забав, если уж мордой лица не вышли то в прислугу, совсем некрасивых случалось помещики покупали в жены для дворовых. Мужской половине пришлось намного хуже: парней "благодетель" ставил вне очереди в рекруты, или если попались слабосильные и больные, то представлял в распоряжение правительства для заселения Сибири - все едино подохнут, а хозяину прибыль, за что казна выдавала по 300 рублей серебром за душу. Вот на своих девках то он и погорел, сбывал оказывается их еще и за границу, в Турцию через знакомых коммерсантов среди армян и греков. Ранее на такие делишки за соответствующую мзду смотрели сквозь пальцы, но при новом императоре власти решили наконец навести порядок, по части незаконного экспорта "православных душ".
  Но это все новости из области "большой политики", под занавес последовала совершенно "романтическая история", Шекспир нервно курит анашу в сторонке со своим Отелло и Джульеттой. Известный в губернии молодой врач, красавчик и поданный британской короны, женился "по любви" на простой крепостной девушке помещика А. Александр долго не мог понять, почему его собеседницы жалеют парня, посмотрите - Софья чуть не плачет:
  -Что в этом такого, женился - в чем трагедия? Или девица совсем страшненькая и тупая попалась? Так они вроде по любви же?
  -Дурень ты Сашка! Нежели не понимашь, пошел за крепостную, значиться сам крепостным стал, так от царя испокон веков заведено! -просветила его умудренная не по годам житейским опытом Палаша.
  -Сашенька, кто бы ни женился на крепостной женщине, тот теряет свободные права и даже само дворянство, ежели ранее имел... Британец верно не знает наших обычаев и законов. Жалко доктора, ведь помещик А известный самодур и деспот, как бы теперь мальчика в Сибирь не отправил, а то еще и в рекруты сдаст! -подтвердила Софья, утерев набежавшую слезу платочком.
  
  Ближе к вечеру денщик снова сбежал на ночь к "куме", но так даже лучше, Палаша вокруг него уже с утра как кошка кругами ходит, никак не может дождаться когда господа спать улягутся, одним словом бурный секс до рассвета Сашке снова гарантирован.
  Утром опять пошли по делам, на сей раз оказалось, что вместо свинца, пороха и бумаги им предлагают готовые бумажные патроны в сборе. Слава богу, что в записной книжке у него указаны калибры всех имеющихся в полку ружей - всего пять, если не считать пистолетов и его винтовки. Штабс-капитан Денисов не обрадовался такому раскладу, напротив сильно ругается, арсенальские жулики и воры, подсовывают им старые негодные для стрельбы боеприпасы, в которых порох уже давно слежался. Пока начальник препирался с чиновниками, Сашка успел прикупить у нечистых на руку складских служителей по сходной цене пару килограммов свинца, потребного для отливки пуль. Иначе как продемонстрировать новое оружие в действии, парой-тройкой выстрелов явно не отделаешься.
  Запланирована была поездка на три дня, но прожили они в губернском городе неделю с лишним, пока разбирались и утрясали все формальности - обычная история. Вечерами он учил Палашу стряпать пельмени, получалось у нее не очень аппетитно, может быть тесто готовила "неправильно", а вот по другой части сашкина подружка была просто ненасытна. Последние два дня перед отъездом кухарка вообще устроила настоящий nonstop секс-марафон, чуть ли не каждый час выдергивала Александра под предлогом, то дров принести, то воды из колодца, то самовар помочь поставить. Он этими дровами забил все свободное место на кухне и в кладовой, на полгода вперед обеспечил потребность. Пришлось ей правда попотеть и освоить некоторые новые позиции, так на кухне Палашу было просто некуда уложить, а каждый раз днем бегать в "людскую" горницу на кровать было нельзя, туда частенько заглядывала по разным делам повседневным Софья. Палашенька сперва ругалась, протестовала и даже сопротивлялась, мол что это такое? По кобелиному, не по-людски ее употребить хотят, и все нововведения ХХ века были приняты в штыки. Пришлось Александру силой развернуть хнычущую девушку, спиной к себе и наклонить с упором руками на лавку, юбки взлетели вверх на спину точно конфетная обертка с трюфеля... и далее вошел он голубушке прямо под крутые белые ягодицы. Тут они чуть не попались: партнерша вскоре начала громко и сладострастно стонать при каждом погружении в ее лоно мужского члена и помогая при этом, двигала своими округлым толстым задом, точно прессом навстречу движениям его тела. Здорово ее тогда разобрало, и Александр абсолютно тоже "голову потерял" точно олень во время гона, хорошо хоть самовар завели, его гудение отчасти скрыло крики девушки. Как раз только они закончили, и хозяйка на кухню пожаловала, проверить в чем дело, слух у нее тонкий музыкальный... Только Сашка и успел выскочить во двор, а партнерша разогнуться и оправить свои юбки, но ничего Софья не заметила, или не захотела заметить - обошлось и на этот раз. Потом Палаша привыкла и даже призналась ему, что в такой позе ее намного: "шибче пронимат", да и одежда при этом почти не сминается, как в классической позиции. Перед самым отъездом обратно в полк они в последний раз совокупились, прямо в погребе, куда кухарка отправилась за припасами на дорогу. Толстая дубовая крышка, предусмотрительно захлопнутая Сашкой, заглушила вопли и стоны. Может быть, Палаша в этот раз уже не хотела заниматся любовью, но уж очень она соблазнительно нагнулась над ларем с продуктами. Сашка мигом подлетел к ней сзади, закинул ей подол юбки на спину и немедленно приступил. Ее мокрый от пота зад, отливавший белизной упругой гладкой кожи в неровном свете коптилки, навсегда останется в его памяти, как и красивая грудь, а вот лицо он как-то не особо запомнил, на вид самое обычное как у всех местных баб...
  
  Обратный путь развлек, было уже заскучавших служивых, одним забавным происшествием, остановились они отдохнуть и напоить лошадей в небольшой деревне носившей странное название Германова слобода. Увидев необычное для весны явление, большую толпу крестьян перед домом старосты, штабс-капитан тотчас смело отправился разбираться, почем такое сборище. Что оставалось делать Александру, пришлось бежать следом за ним, только пистолеты завернутые в холстину прихватил на всякий случай с собой. Но ничего страшного не случилось. Оказывается, удельные крестьяне организовали своего рода "общественный" или "мирской" суд, над одним из своих односельчан. Вся деревня собралась и коллективно решали виновен человек или нет. Это называлось, как Александр узнал позднее: 'Их миром судили, миром делили'...
  Интересное дело, да по нашим меркам еще и уголовное. Что же путешественники увидели когда прибыли на место, крестьяне услужливо расступились, пропуская "начальство" на место происшествия: одна из молодых крестьянок, сноха кузнеца Лариона, лежала на полу с горстью яровой соломы в руке и жаловалась собравшимся, что деверь Ефим хотел "сильничать" ее в амбаре, силой повалил наземь и затыкал рот соломой, но она не далась, вырвалась и закричала. Молодуха просила односельчан примерно проучить "охальника", посечь так чтоб на баб более не кидался. Тут же был и Ефим, очень маленький тшедушный мужичок, и оправдывался тем, что хотел поиграть только и повалил ее шутя подножкой, а она обиделась и подняла шум-гам.
  -Чего скажете ваша милость, виновен, али нет? -обратился староста к штабс-капитану, -Мы люди темные, нам законы царски неведомы, рассудите будьте милостивы.
  Денисов молча поднял с пола пучок свежей золотистой соломы и повертев с минуту в руках передал Сашке.
  -Не понимаю, как этим можно рот заткнуть, на кляп не похоже? Что братец скажешь?
  -Ваше благородие, у нее ведь тогда губы и язык были бы в крови, солома по концам острая, колется... Врет баба не иначе, намеренно оговаривает деверя?
  -Я тоже братец того же мнения. Вставай красотка, нечего тут дурака валять, а то еще прострел подхватишь ненароком!
  ;Долго крестьяне после этого еще кричали и спорили, но в итоге все же признали Ефима виновным, но не в попытке изнасилования снохи, а в "причинении беспокойства" деревне. И приговорили к страшному наказанию - к "водке", теперь в следующий праздник виновник происшествия всех должен поить, такая вот мудреная сельская юриспруденция.
  Денщик штабс-капитана карауливший на околице деревни лошадей и экипаж, озвучил потом по дороге другую версию, дескать все они там известные "озорники". Вот у него в селе помниться колокол на церковь мужики поднимали, вроде и небольшой, а не идет - с места сдвинуть никак, точно к земле прирос.
  -Старшой то как гаркнет, а ну де снохачи пошли прочь от веревки! С десяток сразу в сторону, и пошел он родимый легонько на самую маковку...
  -Ты чего же братец старые анекдоты нам рассказываешь? Это же поговорка: "Как снохач помогать возьмётся, - колокол с места не сдвинешь!" -возразил штабс-капитан, ему эта байка известна оказалась.
  -Ей богу ваше благородие, своими глазами видывал! Да оне в амбарах снох и того еть... само то место. Смалчивай, грят, невестка, - сарафан те куплю.
  Пока обсуждали специфические особенностях крестьянского быта, не заметили, как добрались до убогой заставы "родного" уездного города... Короткий отдых в семейной обстановке, своего рода весенние каникулы закончились, предстояло снова впрягаться в повседневную рутину солдатской службы. Необычайно остро вопрос "намбер уан" - как "легализовать" винтовку, это же армия, а не частная лавочка здесь все должно быть "безобразно, но однообразно"? Вся надежда осталась только на штабс-капитана Денисова, пусть он пока и противник нарезного оружия. Александр к тому времени подготовил для винтовки с полсотни патронов, неожиданно ценный совет дал старик Бауэр, оказывается надо осалить пулю, так легче пойдет заряжание, прием издавна используемый охотниками и спортсменами, но не принятый пока еще в среде военных. Разбирать аккуратные, перетянутые грубой нитью бумажные цилиндрики он уже не стал, просто макнул тем концом где пуля в миску с расплавленным салом, прекрасно пропитает все и сквозь бумагу. Пока Сашка возился с подготовкой боеприпасов, поневоле бросилась в глаза крайняя примитивность самого технологического процесса, где главным приспособлением служила специальная палочка с вырезом для шарообразной пули на одном конце - "навойник". Для гильзы использовали листы обычной плотной канцелярской бумаги белого или синего цвета 16 на 30 дюймов размером, такие поставляло интендантство, или иногда полк закупал самостоятельно у сторонних подрядчиков. Каждый лист предварительно разрезали на 12 или 9 трапецеидальных частей в зависимости от калибра ружья. Гильзу формировали с помощью навойника и клейстера, порох отмеривался жестяной мерочкой, все делалось вручную, безобразно медленно и монотонно.
  Нет, так у нас дело не пойдет - здесь нужна простейшая механизация, решил Сашка и с помощью щвейцарца и Гриши-столяра изготовил специальный станочек для массового снаряжения патронов. Теперь можно было формовать не менее трех десятков за один проход и качество продукции заметно повысилось. Вечная беда, все время начальство пеняет за самодельные патроны, криворукие увальни мол чего навертели, но грубые пальцы солдат, более привычные к сохе или молоту на другое не способны. Окончательно оформил и доработал до приемлемого вида приспособление штабс-капитан, поэтому так его и назвали потом "рамка Денисова". Военное ведомство рекомендовало войскам завести новинку за счет "экономических сумм" не вводя казну в расходы, а значит дальше 13-го егерского полка "рамка" не уйдет, уже проверенно неоднократно на практике. Лучший способ что-нибудь запретить в российской императорской армии, это как раз порекомендовать завести "без расходов от казны" - 100% гарантия, что никто ничего делать не будет даже в относительно "богатых" полках, а уж в бедных и подавно. Скорее всего та же судьба постигла бы и лыжи, на воссоздание которых Александр потратил несколько свободных зимних месяцев. Не то что бы местным аборигенам этот полезный инвентарь был неизвестен, но те "дрова", что кое-где использовали крестьяне в быту, а горожане для развлечения, явно не годились для боевого применения. Тут повезло, неожиданно "выручила" война со Швецией в 1809, где это старое-новое "изобретение" российские войска широко использовали. Позднее историки будут ломать голову, что за странное название "тринадцатый нумер", как оно возникло? Первоначально было так: лыжи образца принятого в 13-м егерском полку, но в официальных бумагах "лишние слова" постепенно, за несколько лет затерялись, остался только пресловутый "нумер".
  Несмотря на "фрунт" и прочие прелести у солдата века 19-го свободного времени, как ни странно, намного больше, чем у "срочника" в СА. Сказываются такие факторы как длительные сроки службы, условия размещения частей на "зимних квартирах" и крайняя бедность снабжения. Так в "холодный" период занятия с нижними чинами ведутся только до обеда, после - пожалуйста отдыхай и делай что хочешь, если тебе не пришел черед заступать в наряд или караул.
  Весна оказывается не только пора цветения и любви воспетая поэтами, но так же и начало учебного периода в старой российской армии. С утра и до темна над пустырями в окрестностях уездного города висят густые облака пыли, поднятые тысячами солдатский сапог и раздаются резкие крики команд. Идут тактические учения, полк то сворачивается в каре против кавалерии, то рассыпается в "стрелки", то снова строится в походную колонну, в уставах и наставлениях указана почти сотня различных боевых порядков и построений, дай бог освоить хотя бы треть к предстоящему смотру в дивизии. Штабс-капитан, единственный в части офицер служивший в генеральном штабе еще до того как это учреждение превратилось в свиту Его Императорского Величества по квартирмейстерской части, просто нарасхват. Его здесь считают главным специалистом по современной линейной тактике, правда он все больше теоретик, в боях и походах по молодости лет не был. Полковник ворчит, что при Александре Васильевиче обходились без этих красивых заморских кунштюков, пока противник красиво выстраивается, можно налететь и штыками его опрокинуть, а дальше пусть кавалерия работает и добивает бегущих. Не нравятся ветерану победоносных суворовских походов новые вычурные приемы, принесенные явно с красносельских и гатчинских маневров, но ничего не поделаешь... Наполеон именно так и воюет и постоянно побеждает врагов. К великому сожалению, знаменитый российский военачальник Суворов Александр Васильевич ровно два года как скончался и похоронен в нижней Благовещенской церкви Александро-Невской лавры, и пока равноценной замены ему среди генералов императорской армии не видно. Великий полководец не оставил после себя ни школы, ни теоретических трудов, ни учеников, он побеждал только благодаря своему гению и малой толике везения. Поэтому его наследникам приходиться снова осваивать иностранную военную науку, своя отечественная как-то не развивалась, несмотря на прилагаемые немалые усилия.
  Сашка целый месяц вынужден был глотать пыль вместе со всеми остальными нижними чинами, полковой командир выгнал в поле всех вплоть до писарей, ну когда же наконец начнут отдельно обучать застрельщиков? От этих постоянных перемещений скоро сапоги развалятся, ладно хоть еще не требуют строевым шагом все выполнять... тяжела военная наука.
  К майским праздникам суровое начальство решило сделать передышку и дать измученным нижним чинам немного отдохнуть. Сашка с товарищами решили наведаться в город. Начистив до блеска сапоги, пуговицы и прихватив для компании кузнеца Епифана они втроем отправились в город, а точнее в березовые рощи на окраине возле реки, излюбленное место отдыха местных жителей. Расчет был на то, что уездные женщины и девушки вдали от своих ревнивых отцов и мужей окажут больше внимания бравым солдатикам, а то в городе от них обычно шарахались, как от зачумленных. Причина такой нелюбви к родной российской армии проста и банальна, горожане несли тяжкую повинность, обеспечивая полк всем необходимым. И сами понимаете, соседство с большой воинской часть заставляло их боятся не только за сохранность своих кур, огородов, а так же же и "целкость" девок и баб. С последними тут было очень плохо, на весь городок приходилось только четыре "гулящих", и еще две-три тайно подрабатывали на поприще продажной любви, оказывая услуги интимного свойства нижним чинам. Бывали изредка правда и исключения, так Григорий сумел покорить покорит питерскими манерами сердце одной горожанки купеческого сословия и на полгода стал героем полка. Проходу ему сослуживцы не давали, все время спрашивали: "Ну как дала она тебе, али нет? А может подружки у ей есть?" Родственники уездной Джульетты отреагировали бурно, к ротному явилась целая делегация с требованием покарать дерзкого солдатика, мол всю купеческую честь напрочь порушил. Но тот ловко перенаправил просителей к батальонному командиру... круг завершился на самой высокой инстанции, на полковнике: "Что я вам кастрировать нижнего чина Гришку должен? Разбирайтесь господа со своей девицей сами, у меня полк, а не Синод!"
  Обиженные купчики вооружившись дубьем еще с месяц караулили соблазнителя за оградой части, но он один в город не выходил, было негласное распоряжение в одиночку Григория не отпускать ни в коем случае. Затем все стихло, "опозоренную" девушку удачно выдали замуж в соседний городок и местные "буржуи" погоревав чуток, успокоились и предали происшествие забвению.
  Что это там белеет вдали за кустиками? Тут целая компания собралась на пикничок с гитарой и вином, девушки и молодые женщины и даже неоперившиеся еще девчонки-подростки и дети есть всех возрастов, прямо цветущий сад полный роз. Платочки, чепчики, сарафанчики и юбки, бьют по глазам яркими праздничными цветами, в будни такое не одевают. Всяко-разно но в основном собрались молодые, красивые и симпатичные, как показалось на первый взгляд Александру. Надо учесть, что принятая в этом столетии просторная женская одежда удачно скрадывает все недостатки фигуры. Из памяти очень кстати поднялись строчки стихов:
  "Я видел праздник, праздник мая -
  И поражён.
  Готов был сгибнуть, обнимая
  Всех дев и жён."
  Поэт был прав, так бы высек эту фразу в граните на века, прямо так бы Сашка всех и... попробовал, и не по разу, и не по два, но как их позвать, с чего начать?
  -Гришь давай что ли? Епифан, может ты попробуешь?
  -Неа я брат робею... сам с имя гри...
  Понукаемый соратниками Сашка набрался смелости и отряхнув мундир вылез из кустов, остальные последовали за ним. Не убьют же местные девки-бабы ведь за спрос в конце концов, что тут такого?
  -Э-э-э... Девушки, пардон барыни-сударыни... мы тут мимо шли и видим... Разрешите познакомиться? Меня Александром зовут, а это Гри...
  Троица приятелей чуть не оглохла, такой шум и крик подняли эти "лесные нимфы", можно подумать на них банда насильников-извращенцев напала. Уворачиваясь от горшков, бутылок и огрызков огурцов бравые солдатики позорно бежали, оставив поле боя противнику. Детишки еще добрых шагов сто весело с криком "ура" гнались за ними, точно кавалерия, обстреливая на ходу прошлогодними шишками, нашли забаву по душе.
  -Почто так приняли? Я мож человек смиренный и сроду и мухи не обидел? -огорчился в сердцах кузнец Епифан, -Эх жиз-з-зня пропащая, пойду братцы до кабака и напьюсь!
  -Сашка, чего делать будешь? -Григорий с тоской посмотрел всед удаляющемуся приятелю, дело ясное планы "на съем девиц" сегодня провалились.
  -Схожу пока светло на стрельбище, поработаю с винтовкой немного, -ответил ему Александр, -Потом читать уставы буду, через две недели мне обещали устроить экзамен на унтера.
  -Вроде же не дозволено начальством? Ну а как выстрелы услышат?
  -Возьму с собой с пяток ружей у Бауэра, якобы для проверки после ремонта, кто чего скажет? -и подумав немного он добавил, -Да и офицеры все сами в город подались на праздники, старый наш знакомец Матвей в батальоне за старшего остался.
  -Пожалуй тоже пойду с тобой в полк, все одно в городе кроме трактира податься нашему брату некуда, может ложками займусь, робяты уже давно просят.
  Но до родного некрашеного забора части они добрались не сразу, примерно через пятьсот шагов Сашка с Григорием наткнулись на длинную очередь сослуживцев. Судя по всему, люди тут стояли давно, может быть еще с утра, по рукам ходили угловатые штофы с водкой, а иные любители табака вовсю дымили деревянными трубочками-носогрейками. На расспросы: "Зачем братцы стоим, что дают?" народ отвечал крайне неохотно, смущенно отнекивались, сходи мол сам туда и погляди, тут недалече - сразу за кустами. Заинтригованные приятели двинулись вдоль очереди к началу.
  -Так это же Матренка-дурочка! -разочарованно произнес Гришка, -А вон смотри и папашка ейный тута трется...
  Зрелище надо сказать было довольно похабное, посреди живописной полянки, прямо на траве, широко раскинув в стороны ноги лежала нагишом на дерюге эта самая девица Матрена, а на ней "радел" очередной солдат. Судя по выражению лица, этой молодой девке абсолютно все равно, что к ней добрая рота 'любовников' в очередь выстроилась, жует себе калач и никаких видимых эмоций не проявляет.
  -Петька давай черт этакий быстрее! Али утоп в манде, чаво вошкаешси? -подгоняют матрениного "кавалера" остальные страждущие любви воины.
  -Щас, братцы... В последний разок ищо! -кряхтит сквозь зубы солдатик от натуги. пытаясь "кончить".
  Вот такая уездная дешевая и злая любовь, ребята охотно пояснили, что к обычным "гулящим" им в городе, да еще в праздник не подступиться - слишком дорого берут, полтину подавай да еще и пои "прекрасную даму" спиртным за свой счет.
  -А туточки тока гривенник, и без водки. А то ей-богу прынцессы то нашенские городски пьют ровно лошади и рублем от их ужо не отделаешси!
  Правда получить за 10 копеек свою долю дешевого "щастья" суждено было далеко не всем. Благообразный старичок, что ошивается здесь, оказывается не только на "кассе состоит", но обязательный медосмотр претендентам на дочкины ласки проводит.
  -Эй рябой, а ну штык покажь, подь сюды к свету! Э-э-э... Ходи отсюдова, ты брат видно порченный!
  -То пятно у меня родимое с малолетства, ей богу дядя, не вру! Скоко себя упомню - завсегда было!
  -Пшел вон, знаю я вас... норовят обмануть честной народ!
  Гришке такой тупой и откровенный разврат пришелся не по душе, благо парень хоть и городской, но происходил из семьи старообрядцев, и он сразу же привязался к своднику.
  -И как вам папаша не совестно? В церкви то почитай в первые ряды лезете к иконам, а тут устроили содом? Дочкиной мандой торгуете, ровно товаром на базаре?
  -Чего пристал, куды я энту дуру дену, замуж убогую не берут, а кормить ее нать? Отвали служивый не мешай честному промыслу!
  -Ты дяденька дочку набок поверни, пусть двоих сразу обслуживает, -не удержался и пошутил Сашка, -Глядишь и вдвое заработаешь от прежнего?
  -Дело унтер говорит, давай вертай дед девку! -неожиданно загалдели уставшие стоять в очереди солдатики.
  -Сие грех содомский, бесстыдники! Ну а коли эдак моя девица несогласная? -заюлил папаша, но тут Матрена, скажем так, произвела некий громкий звук "рожденный не губами".
  -Во согласна ведь, эк бухнула задом, инда пушка! Давай крути ее, вертай, а то уж мочи нет ждать!
  Александр поспешил убраться с этой хитрой полянки, он совершенно не ожидал, что его шутка примет такой дурной оборот, Григорий вскоре последовал за ним.
  -Ну чем там закончилось?
  -Неа, наши не стали девку в дупло драть, оне видать горохом объеласи, воздух поганит без конца, боятся что де обделаетси ищо.
  Сашка с тоской подумал, что надо отсюда выбираться, иначе еще лет пять пройдет и засосет провинция окончательно, тогда уже он точно и в общую очередь к дебилке Матрене встанет. Все местные развлечения: водка - здесь ее хватает, благо в городе свой винный заводик, бабы - с трудом, но найти можно, и драки с аборигенами стенка на стенку: "саке, гейши, харакири". Неужели между 1801 и 1812 годами ничего не произойдет, так и просидят они все это время в глуши? Их ведь явно к войне готовят, а значит еще 3-4 года и двинем отсюда или на запад или на юг, как уж карты лягут...
  
  За всеми этими бесконечными учениями-построениями-маневрами до винтовки дело дошло только в середине июля. Штабс-капитан на удивление легко согласился засвидетельствовать полученный результат, но потребовал, чтобы для сравнения рядом действовал стрелок с обычным гладкоствольным ружьем. С трудом Александру удалось выкроить время, летние будни заняты различными учениями и работами до отказа, небольшой просвет появился в воскресенье.
  Неожиданный сюрприз, чуть не сорвал ему всю программу, штабс-капитан Денисов пришел на стрельбище не один. Оказывается, он на днях привез Софью из губернского города, и теперь живут вместе:
  -Ассесор, гореть ему в аду, все никак не уймется, вот пришлось забрать "соловушку" к себе. Навязалась сюда со мной, цветочки полевые собрать хочет, у нас ведь на стрельбище тут их никто не топчет.
  -Ваше благородие, а Палашу вы часом не привезли с собой?
  -Нет Сашенька, пришлось ее отпустить, она такая счастливая аж светиться вся, не иначе чудотворная икона божьей матери и святые угодники помогли, ждет ребеночка. -опередив мужа затараторила Софья, -Дети это ведь дар божий, они ровно ангелы!
  Денисов только усмехнулся в усы, он то давно сообразил, какие "угодники" к этому чуду руку и другие части тела приложили.
  -Снимаем жилье в городе со столом и самоваром от хозяев, кормят правда незавидно, приходиться Софье Павловне самой иногда кухмистерствовать. У Палаши все хорошо сложилось, муж по службе в старшие приказчики вышел с приличествующим положению жалованьем, нет ей теперь нужды в услужение идти. Давай братец показывай, что там намудрил с пулями для винтовки.
  Давно он ждал этого волнующего момента, его образцы и простенькие эскизы наконец то попали в руки представителя местной "военной науки". Особого удивления кстати Денисов не высказал, видимо сама идея еретической отнюдь не была. Что же все сомнения теперь должен разрешить практический опыт - "сын ошибок трудных". Отстрелялся Сашка на отлично, как раз на недосягаемую ранее максимальную дистанцию в 300 шагов. Рядом азартно палил из обычного ружья Гриша, и только одной пулей с краю выбил щепу из деревянного щита мишени. Правда увлекся сашкин приятель и забыл про уговор не торопиться, в результате на 4 выстрела у Александра приходилось 6 у Григория, но это не так уж и плохо - на уровне среднего солдата. Затем мишень перенесли как можно дальше, на 514 шагов, предельное расстояние, далее просто невозможно, на большую дистанцию маленькое полковое стрельбище не рассчитано. И опять серией пошли точные попадания в цель - одно за другим, винтовка не подвела Александра, отработала как часы, он даже поцеловал "в сердцах" потемневшее дерево приклада от нахлынувшего восторга. Гриша во втором туре не участвовал, гладкоствольные ружья столь далеко не бьют, по крайней мере, так считают местные "жрецы Марса". Смолк грохот выстрелов, рассеялся вонючий пороховой дым, Григорий копается в валу, пытаясь отыскать пули - свинец дорог, Софья увлеченно плетет большой венок из одуванчиков, а Сашка со штабс-капитаном подводят предварительные итоги испытания.
  -Весьма любопытно, до пули-колпачка расширяемой пороховыми газами, ты братец сам дошел, али подсказал кто?
  -Врать не буду ваше благородие, это французская система Минье, была у моего батюшки такая винтовка. -Сашка решил не обкрадывать талантливого иностранного оружейника, все равно никакой материальной выгоды с этого дела ему не светило.
  -Странно, я ничего слышал об этом... Сама идея не новая, еще Исаак Ньютон, известный английский физик, предложил использовать нарезы и цилиндрострельчатую пулю. Вот только как такое ружье заряжать англичанин не придумал, казнозарядная же винтовка выйдет по цене хорошей пушки, никак не менее.
  -Можно обойтись и без "колпачка", пуля длиной в три калибра и более с небольшой выемкой в донце деформируется похожим образом. Надо только навеску пороха увеличить до обычной у гладких ружей подобного калибра.
  -Не боишься, что усиленный заряд разорвет ствол?
  -Ваше благородие, наш оружейный мастер Бауэр заверил, что судя по клейму винтовку испытывали тройным зарядом, и в штуцер обычно пороха кладут меньше положенной нормы, иначе круглую пулю временами срывает с нарезов.
  -Ладно братец, считай ты меня убедил, вот только с таким оружием непременно должна измениться тактика сражений, пока я даже не могу помыслить как... Полагаю, время покажет, что и почем. Пожалуй опоздал ты со своим Минье лет на 50, надо было ранее прожектировать, когда в полках еще были в достатке винтовальные ружья, а не нынешние штуцера с короткими стволами.
  К великому удивлению Александра столь мучительный и сложный вопрос решился на "высшем уровне" быстро и без волокиты. Полковник счел полезным иметь в роте одного бойца с нарезным оружием, убыль одного штыка - небольшое горе. На возражения остальных офицеров у него был весьма аргументированный ответ: "Куда нас господа пошлют мне неизвестно, ну а как изволят на Кавказ отправить, или в Персию? Тамошние дикие народы любят издалека стрелять - им Бонапартий и Фридрих не указ. Засядут черти на горке за камнями и палят, и не всегда на штык их, чертей таких, возьмешь." Осталось только поблагодарить российскую военную бюрократию, вводя новые нормы и требования, она зачастую не отменяла подзабытые старые. Порылись в наставлениях, и нашли - есть подходящий пунктик для легализации сашкиной винтовки! Еще чуть ли не с петровских времен положено иметь в роте солдата-охотника с винтовальным ружьем 'вольного образца', а значит с точки зрения устава все в порядке, все вполне законно...
  Долог день до вечера, когда делать нечего, а у Александра все с точностью наоборот, не успели с винтовкой немного разобраться, как зовут на экзамен.
  Не рвался он выслуживатся, ему ближе по душе принцип "чистые погоны - чистая совесть", но его как в СА выдвинули, можно сказать, что и добровольно-принудительном порядке, поди откажись от такого предложения. Протекцию Александру составил Матвей, да - тот самый фельфебель, что на "народном суде" исполнял роль прокурора и потом подбирал палачей для ненавистного всем Немца. Такое впечатление, что ветеран считал, что он "должен" Сашке, ведь именно он тогда его назначил собственной волей одним из исполнителей расправы над прежним командиром части, хоть до реализации у них и не дошло по стечению обстоятельств. Но это только предположение, а может и просто нижний чин ему "глянулся", но факт - уже на третий или четвертый день "новой власти", когда подбирали людей в унтер-офицеры, Александр оказался в списке кандидатов первым. "Ваше превосходительство, энтот не подведет!" - так кратко, но по достоинству фельдфебель отрекомендовал солдата, и скорее всего дал ему хороший старт для продвижения в чинах. По счастью, полковник тогда не стал уточнять, а что же конкретно поручали нижнему чину, какие там дела и откуда такое доверие.
  Если строго по закону, то конечно следовало ему сперва три года отслужить в строю рядовым, но полковое начальство рассудило иначе, часть "молодая" и старых солдат раз-два и обчелся, поэтому решили пойти на небольшое нарушение принятого порядка. Уставы он более-менее выучил, по крайней мере на уровне хорошего сержанта, комиссию такие знания вполне удовлетворили. Грамотность и остальной "общий уровень" образования проверять у него не стали, раз уж нижний чин бывает задействован канцелярией при различных "бумажных" работах, то вероятно писать и считать умеет в достаточном объеме. Неожиданной проблемой стал так называемый "закон божий", тут все познания у Александра исчерпывались "Забавной библией" Таксиля и анекдотами, никаких молитв он совершенно не знал.
  -Отце наш, еси ... небеси... не помню... Ваше превосходительство, а можно я своими словами законы Моисея перескажу?
  Офицеры посовещались с минуту и решили, что раз полковой священник положенных занятий с людьми не проводил, то и требовать от них досконального знания обрядов и молитв нельзя. Конец сомнениям положил возглавлявший по старшинству экзаменационную комиссию полковник:
  -Мне не пономари и псаломщики нужны, а толковые унтер-офицеры! Коли нижний чин грамотный, то ежели нужда будет, то и по книге потребную молитву прочтет. Знания уставов и службы не в пример важнее. Я с нашим батюшкой поговорю, пусть хотя бы унтеров подучит немного по писанию, бог уж с остальными, обойдутся.
  Был еще один существенный момент, о котором нельзя не упомянуть, от кандидата на чин унтер-офицера требовалась "беспорочная служба", человек сданный в рекруты в наказание вряд ли бы прошел отбор. Однако сложилось так, что или потребность в младших командирах была велика или старый служака - полковник, привык к совершенно другим, "потемкинским" еще порядкам, когда на все эти запреты отцы-командиры откровенно "забивали".
  Так Сашка досрочно стал унтер-офицером и получил галун на воротник, немного продвинувшись вверх по служебной лестнице, жалованья правда существенно не прибавилось, зато забот стало заметно больше. В те далекий времена индивидуально солдат обучали только строевым и ружейным приемам, предполагалось, что уставы внутренней и караульной службы служивый освоит сам по себе. Обычно в помощь для освоения "солдатской науки" новобранцу назначали дядьку-наставника из старослужащих, но для 13-го егерского полка такая практика оказалась неприемлема... В итоге проводить занятия пришлось как самим офицерам, так и их "меньшой братии", особых успехов ученики, к сожалению, не показывали. Пройдет еще не мало времени, пока наконец из крестьян и мещан "зеленые" рекруты окончательно превратятся в солдат. Пока же приходилось мириться как с большими, так и с мелкими нарушениями, иначе просто никак.
  С точки зрения рьяных поборников "фрунта и дисциплины" полк, где несколько лет довелось прослужить Александру был "плохой", или "распушенный". Их полковник, командир, а по совместительству и шеф 13-го егерского полка, придерживался устаревшего и "неправильного" представления, что нижние чины все же люди, а не малоценное казенное имущество и относился к ним соответствующим образом. Таких подразделений, судя по воспоминаниям современников, насчитывалось примерно процентов 10-15 от общего числа, и эта цифра постоянно уменьшалась. Опоздай Сашка "попасть в прошлое" на каких-нибудь лет пять, так и вовсе бы он застал печальную картину - сплошные "палки, палки, палки..." нижнему чину за каждый чих, и даже просто так - "для науки".
  Время такое, прежде упертых поклонников фрунта и жестоких наказаний особо не жаловали и старались не выдвигать. Гуманных взглядов на "воспитание солдата" придерживался известный государственный деятель прошлой эпохи - Потемкин, а Румянцев Пётр Алекса́ндрович, русский полководец и военный теоретик незаслуженно забытый потомками, и вообще открыто пропагандировал и внедрял такой подход. Но последних "екатерининских орлов" существенно прижали во времена правления Павла Первого и в российской императорской армии окончательно воцарился культ "палки капрала". Были и другие объективные причины этого явления - в "золотой век" Екатерины Второй крестьян окончательно превратили в рабов и это не могло не сказатся и на отношении к нижним чинам, рекрутировавшимся в основном из деревни. Таковы уж реалии той эпохи, если у какого-нибудь либерального англомана "полу-милорда, полу-подлеца" (по Пушкину Александру Сергеевичу конечно) солдат имел неплохой шанс более-менее неплохо дожить до глубокой старости, то у иного "крутого" державника-патриота четверть личного состава "забиты", в бегах, выбыли из строя по болезни, или даже сами "наложили на себя руки". Последнее - эпидемия суицида среди нижних чинов одно время приняла в гвардии такие масштабы, что привлекла внимание самого императора и "фрунтоманов" хоть немного, да приструнили на самом высшем уровне. Излишне идеализировать и приукрашивать особо смысла нет, и в 13-м егерском полку, куда судьба забросила Александра хватало различных "героев", так ни дня не проходило без очередных разбирательств: тот нижний чин напился, этот дебош устроил и так далее. Но тем не менее командование придерживалось как устава, так и здравого смысла и 300 палок за оторванную пуговицу никому не отпускали. Наказание всегда старались назначать соразмерно вине, да и учитывали при этом смягчающие обстоятельства, а посему вопреки распостраненному представлению о порядках в российской императорской армии были у них и "не поротые" и "не битые" нижние чины в товарных количествах - тот же Александр например. Вроде бы, по идее ужесточение наказания должно служить скорому искоренению нарушений, но в особых условиях "армейского идиотизма" выходило нечто иное. Взять туже гвардию, там внешне все выглядело идеально, но вот "послужные списки" у многих нижних чинов такие, что в ХХ веке их место было бы в стройбате и только, такая вот хваленая "палочная дисциплина". В условиях, когда за незначительный проступок и за явную уголовщину наказание для нижнего чина одно и то же, "мелочевка" быстро изживается, однако одновременно количество тяжких нарушений возрастает просто в геометрической прогрессии. Совершенно не способствовало укреплению боевого духа и усиленно насаждавшееся уже тогда отношение к унтер-офицеру: "мне сто палок за солдата, а я ему двести от себя", столь поразивший в свое время Толстого. Мало того, что такие действия, мягко говоря, совершенно незаконны, так и превращение младшего командира в палача может иметь очень нехорошие последствия... Ну да ладно, будем считать, что подобного "щастия" наш современник избежал, ему ведь всегда везет, не так ли?
  
  В конце лета случилось забавное происшествие, обходя рундом посты в карауле Александр обнаружил возле порохового погреба часового в одном нижнем белье, правда при оружии, и в сапогах. На вопрос "Что случилось?" служивый ничего скрывать не стал, объяснив, что жара сморила и он решил искупаться в близлежащем пруду, а какие-то ироды уволокли аккуратно сложенную на берегу мундирную одежду. Пришлось немедленно сменить его с поста, и прибыв в караулку Сашка сразу же отправил свободную смену на поиски похищенного обмундирования и снаряжения. Диверсантов нашли быстро, тут же возле пруда в кустах и жестоко выпороли крапивой, городские мальчишки решили поиграть в войну и соблазнились блестящими цацками на мундире и кивере солдата. Поскольку начальник караула отдыхал и прикорнул за столом, то это ЧП осталось без последствий - докладывать "наверх" не стали.
  Уставы начала века несмотря на несомненное сходство с современными имели ряд существенных отличий, так был целый изощренный ритуал отдачи чести вышестоящим начальникам. Причем в эту категорию попадали и городские чиновники, приравненные по 'Табели о рангах' к старшим офицерам. Одно время они даже специально приходили из города вместе с женами и домочадцами, чтоб полюбоваться, как солдатики выскакивают из караульного помещения и строятся под барабан. Однако случай помог избавится от этого "ига", полковые офицеры на очередном празднике сильно поругались с местной элитой и вышло негласное распоряжение, что "шпакам" и "рваной гарнизе" никаких воинских почестей более не оказывать. Осенью и зимой другая беда прибавилась, русские люди положительно не могли понять, как это караулить на на слякоти или морозе и не пропустить шкалик-другой водки для "сугреву"? Алкоголь в городе всегда можно было достать в любых количествах и по сходной цене, расчетливые продавцы отпускали даже в долг. Кроме кабака и трактиров пойло продавали в любой лавке, достаточно было нижнему чину подмигнуть, как на свет, точно заяц из шляпы фокусника моментально появлялась зеленая бутылка. Ночью к услугам страждущих был "шланбой" - окошечко за красной занавеской на задах, известной всему городку, москательной лавочки, суешь туда в форточку деньги и получаешь взамен огненную воду в запечатанной сургучом посуде. Надо сказать, что полковой командир вел борьбу с "зеленым змием" не на жизнь, а на смерть, но без особых успехов - победа была далека. В прошлую кампанию у него весь полк "случайно" упился при отступлении брошенной маркитантами водкой и чудом не угодил в плен. Поняв тщетность усилий, полковой командир распорядился собрать в первой роте первого батальона всех непьющих, или по крайней мере "трезвого поведения". Так их и прозвали "трезвой ротой", своего рода авангард и резерв на случай чрезвычайных происшествий. Как и следовало ожидать, пресловутые ЧП ждать себя не заставили...
  
  Этот осенний день не отличался от других, все шло по заведенному распорядку, начальство стремилось использовать последние погожие деньки для тактических занятий в поле. Хотя нет сегодня закончили на час раньше, перед обедом торжественное построение на молебен, оказывается сегодня церковный праздник, вот бы узнать еще какой. Приглашенный из города священник что-то невнятное гнусаво бормочет себе под нос, вместо того что бы пару слов сказать по делу. Александру вся эта религия не волнует, его беспокоит чрезвычайно насущный вопрос, не пост ли сегодня часом, а значит мясная порция на обед накроется медным тазом? И так мясо им дают только три дня в неделю, а тут еще это... мать их придумали "праздник"... От нечего делать он разглядывал сослуживцев, судя по выражению лиц большинство собравшихся озабочено отнюдь не спасением собственной души. Вон как принюхиваются к ароматам доносящимся со стороны кухни, аж вытянулись в ту сторону, не иначе мечтают о вареной казенной говядине, а не о райском блаженстве. А вот один, редкость - Федька не иначе по дому и семье ностальгирует, вспоминает наверное под молитву, сельский праздник и своих подружек. Сашка оглянулся назад, его другого приятеля, Григория священнодействие никак не зацепило, он же из староверов, а значит "казенный" батюшка для него - "аццкий сотона". Удивительное дело, на весь полк Сашка один единственные атеист, а вот тут на плацу все ведут себя одинаково, да и в быту тоже, никакой разницы. Если есть выбор кабак или церковь, то последняя всегда проигрывает питейному заведению. Однако все себя считают православными, правда по результатам проверки, как остроумно подметил в отчете штабс-капитан Денисов, "молитвы знают, но не понимают". Так пресловутое "обретение Царьграда" по народному - это оказывается, чтоб град посевы в поле не побил, а как еще иначе, с географией у нижних чинов туго.
  Но вкусить вареной говядины Александру в этот раз не пришлось, молебен закончился, и всех тотчас загнали в бараки. Судя по тому как забегали офицеры, можно было сделать вывод, что что-то чрезвычайное случилось. Штабс-капитан Денисов временно замещавший заболевшего ротного, направил Александра в цейхгауз получать боевые патроны, неужели началась война? С кем, тут в этой глухой уездной дыре биться собираются? Разве что парашютный десант высадился, ага инопланетяне с Марса прилетели, больше некому... Не успели раздать боеприпасы, как последовало новое распоряжение осмотреть ружья, проверить кремни в замках и штыки, опять работа для унтера-"оружейника". И спустя час, закончив сборы, первая рота в походной колонне отправилась по проселочной дороге на запад, ранцы в поход не взяли, и хоть шли налегке но привычного веселья не было.
  -Гриша что случилось, куда нас гонят? Разбойники что ли завелись в округе, может на них идем? -вопрос не праздный, в этом уезде все спокойно но вот в соседнем пошаливала банда, никак поймать не могли.
  -Слышно крестьяне казенны взбунтовались, глянь вон наш Иван Федорыч какой смурной идет, чай ему не в радость.
  -Ребята, а это что за хмырь с нами увязался, впереди скачет? -вопрос обращенный непонятно к кому так и остался пока без ответа. По расписанию место Сашки было в голове походной колонны рядом с офицерами и барабанщиком. Все шли пешком в том числе и офицеры, кроме вышеупомянутого "хмыря", судя по обличью - чиновника, гарцевавшего на пегой кобылке, кавалерист хренов, как только в седле такая безобразная туша держится?
  -Никак исправник местной, вор честной! Эвон харя разбойничья, с эдакой только под мостом с ножом сидеть... -точно подметил шедший рядом с Александром Григорий, Ломброзо бы с удовольствием принял этого "стража порядка" в свою коллекцию преступных типов. Одним только видом народ устрашает до дрожи в коленках, специально что ли таких уродов на полицейские должности набирают по конкурсу? Или может быть таких страхолюдин где-то выращивают по заказу правительства?
  Видимо совсем дело дрянь, Денисов и молодые обер-офицеры угрюмо молчат, зато сзади в строю нижние чины перешептываются вовсю.
  -Слышь Фома, энто неужто стрелять по хрестьянам зачнем? Не в басурман, а в своих православных?
  -Завсегда так ежели мужики бунт учинили, у нас в соседнем сельце было при Катерине еще, так полста народу положили. Войско пришло и из ружьей в их палили, а опосля остатних казаки в шашки взяли.
  -Неужто не разбегутся, не сробеют чай? У них почитай и ружьев ни единого то нет, рази палки одни да каменья?
  -Энто вы городские труса празднуете, народ привычной. А нашенские мужички поди крест целовали, друг дружку не выдавать и стояти крепко. Грят, бабы детишек малых на штыки вострые кидали, раз уж всем помирать, так все едино быстрее.
  -О господи, пресвятая богородица пронеси нас...
  Александр только одному обрадовался, что его винтовка осталась в полку у Бауэра, на учения он выходил с обычным ружьем, из такого разве что в толпу попадешь - значит, никого конкретно выцеливать не заставят. Поганое это занятие, хоть бы скорее бы пришли, может в самом деле до драки не дойдет? И ведь ничего не поделаешь: будут "братцы солдатики" стрелять, разве что глаза зажмурят, и в штыки пойдут на безоружных крестьян, если прикажут и он тоже, куда тут денешься - это армия. "Не я стрелял, присяга курок взвела..." -так кажется в одном старом фильме было.
  Добирались до деревни почти два с половиной часа, а значит прошли верст десять не больше. Исправник скакавший впереди на резвой лошадке заметил с высоты седла мятежников первым. И тут же выдал универсальный рецепт умиротворения восставших - огонь на поражение, всех стрелять! В первую очередь страж порядка жаждал заводил положить. Он их всех в лицо знает, тут в Егоровке один отставной солдат народ колобродит против порядка. При матушке Екатерине этой мерзости и в помине не было, если враги на войне служивого не убьют, то свои отцы-командиры палочками в могилу рано или поздно сведут за четверть века, а ныне совсем распустились, какая им еще оставка...
  Слава богу, но командир не купился на это простое решение, еще бы на такое специфическое дело полковник специально отрядил наиболее спокойного и рассудительного офицера. Собравшиеся на лугу возле деревни крестьяне никаких враждебных намерений пока не проявляли, не видно у них в руках и оружия, разве что у стариков палки, а значит и нет нужды в таких крайних мерах. Но на всякий случай командир поспешил развернуть в цепь застрельщиков на расстоянии 200 шагов от толпы, Сашка оказался, там где и должен быть - на правом фланге рядом с офицером и барабанщиком. Вот только обер-офицера в этот раз заменил сам Денисов, пожелав вероятно лично контролировать обстановку. Исправник тут как тут, вьется гадюкой возле него, подстрелите говорит мне, ну хоть того однорукого, это главный бунтовщик.
  Тем временем, от основной массы народа на лугу отделился высокий седой мужик в старом мундире екатерининских времен и размахивая белой тряпкой направился прямо к штабс-капитану. завязался у них непростой разговор.
  -Что братцы бунтуете? Нехорошо...
  -Ваше высокоблагородие, мы это всем миром приговор составили, моченьки больше нет терпеть таки обиды, - старый однорукий солдат протянул офицеру бумагу, и водя корявым пальцем по строкам начал что вполголоса объяснять, Александр из-за расстояния толком не смог разобрать, как ни прислушивался.
  -Я ничего сделать не в силах, посылайте челобитчиков к государю императору, -ответил просителю Денисов, -Ты братец руку где потерял?
  -Под Измаилом ваше благородие меня басурмане покалечили ядром, с тех пор вот и жительствую тут.
  -Батюшка мой там костьми лег, при самом первом штурме... Прости братец, сам понимаешь, ежели не разойдетесь, так велю палить по вам, у меня приказ.
  -Нешто мы не понимам, служба - надо исполнять, -и они вдвоем двинулись к замершей в тревожном ожидании толпе сельчан.
  Александр только расслабился, пронесло в этот раз и кровавого побоища не будет, как прямо над ухом рявкнул бас:
  -Заряжай!!! К стрельбе по бунтовщикам товсь!
  Что за черт? Что твориться? Почему исправник тут распоряжается и размахивает обнаженной шпагой перед строем солдат? По уставу в цепи за старшего теперь он, Сашка остался. Но чудеса, повинуясь могучему начальственному рыку солдаты как бы нехотя полезли в патронные сумки, и сигналист начал сперва робко, а затем и в полную силу отбивать на барабане дробь "к стрельбе". Это же безумие, они так и своего же штабс-капитана подстрелят, пока не поздно надо остановить!
  -Отставить!!! К ноге! -крикнул он все мощь, не жалея легких и одновременно хлопнул по рукам барабанщика, дробь смолкла и получив одновременно два противоречивых приказа егеря замерли в нерешительности.
  -Заряжай!!! Изменщики! Всех запорю, всех мерзавцы по зеленой улице пущу! Кто ты таков? -рычит рядом перекошенная от бешеной злобы образина. Ржавый тупой клинок оказывается в опасной близости от сашкиного лица, еще секунда и он сделает короткий выпад вперед, как учили на занятиях по штыковому бою, а дальше путь уж разбираются.
  -Скотина!!! Ты б..., шкура казенная! Приказ не исполнять?! -взревел исправник, но кидаться не стал, своим звериным чутьем понял, что этот необычный унтер-офицер может дать отпор, -Заряжай кому говорю скоты! Слушай мою команду!
  -Сударь, что вы делаете? -это, заметив происходящее, поспешил из строя один из двух обер-офицеров, другой остался при роте.
  -Бунтовщиков разгоняю! Вы что поручик службы не знаете? Я по чину вас старше - майор по табели о рангах, извольте выполнять мой приказ, пусть заряжают и палят!
  Плохо дело выходит, прибежал молодой поручик, семнадцатый парню недавно стукнул, стушевался он... Понимает ведь, что нельзя так - неправильно, но ничего поделать не может, уж очень напористо действует исправник. Александр, наплевав на субординацию вынужден придти на помощь обер-офицерц.
  -Ваше благородие кого вы слушаете, это же обычный чиновник! Вам почтмейстер или смотритель станционный приказы вправе отдавать? Нет!!!
  -Ах ты скотина б...ая!!! Погоди ужо в город вернемся и я с тобой еще посчитаюсь! Заряжай!!! Барабанщик сигнал подать!
  -Не могу вашмилость... вашевыскородие, ундер палочки отнял, -испуганно мямлит тот.
  Действительно под шумок Сашка отобрал у него эти принадлежности, от греха подальше и спрятал за голенище сапога.
  -Поручик!!! Б...!!!
  -Чего вы на меня кричите господин исправник? Я офицер и ведь могу вас и на дуэль вызвать! -парнишка обиделся и покраснел до корней волос.
  -Что!!! Дуэль!!! Да я тебе сопляк счас морду набью! Вздумал старших учить, мало пороли?!
  Исправник беснуется и машет дрянной шпажонкой того и гляди в глаз кому-нибудь угодит, поручик тоже за шпагу схватился, а наш Александр прикидывает, что же теперь делать, может врезать пока не поздно разбушевавшемуся чиновнику прикладом по голове? У них был случай, когда пьяный в дым коллежский регистратор полез разбираться с часовым на посту у порохового погреба и тот его "успокоил" таким макаром. Вероятно и тут складывается подобная ситуация, они же вроде при исполнении. Но как в анекдоте, пришел лесник и всех выгнал: вернулся с переговоров штабс-капитан, и сразу все изменилось.
  -Сударь потрудитесь успокоится и уберите свое оружие в ножны, и вы Леонид тако же! Господин поручик вернитесь в строй к нижним чинам на свое место.
  -Я вам так этого не спущу! У меня ордена от самого государя дадены за беспорочную службу! -исправник истекает желчью, великолепная задумка сорвалась, еще немного и можно было смело списать собственные грехи на крестьян и на этих тупорылых солдафонов...
  -К великому сожалению государь император у нас безмерно добр и часто раздает награды кому попало, -Денисов устало махнул рукой в сторону сборища крестьян, -Вот за такое представление с вас господин исправник надобно кресты снимать! Извольте следовать в деревню и выполнять свои обязанности по службе, мы пожалуем позднее.
  -Вы что бунтовщиков с миром отпускаете? А как же присяга государю, забыли?!
  -Угомонитесь наконец, посмотрите - крестьяне расходятся по домам, они согласились выдать зачинщиков. Езжайте туда в село и проводите положенное законом дознание.
  Действительно, толпа на лугу сильно поредела, мужики вместе со своими домочадцами, испуганно озираясь, потихоньку уходили в сторону деревни. Через полчаса рота под командой штабс-капитана Денисова двинулась следом, солдатам дали немного времени отдохнуть и перекусить с дороги сухарями, салом и водой из манерок. Посрамленный штабс-капитаном исправник ведя лошадь в поводу плелся за ними как побитая собака, вперед не поехал. У самой околицы командир позвал к себе Сашку и приказал отобрать пять человек из застрельщиков покрепче и пошустрее, им предстояло заняться арестами "бунтовщиков" и могли возникнуть непредвиденные осложнения. Заходить всей ротой в деревню не стали, остановились на лугу, где еще недавно толпились пейзане, даже трава все еще примята и платочек алеет в кустах, может девчонка-растеряха второпях обронила. Денисов приказал встретившему военных сельскому старосте представить полный список зачинщиков беспорядков. И опять господин исправник вылез точно джин из лампы Алладина, хоть его никто и не звал.
  -На колени, шапки долой скоты, я вас научу как бунтовать! -рявкнул басом, и с отмашки в ухо старосте, пожилому уже мужику, ловко заехал, тот пошатнулся, длинная белая борода вправо-влево качнулась точно маятник у настенных часов. Лихо здесь с народом обращаются, пожалуй, не одни только служивые роль боксерских груш исполняют, есть и еще достойные кандидатуры.
  -Прекратите немедленно!!! -штабс-капитан с трудом сдержался, чтобы не вмешаться. -рука автоматически легла на эфес шпаги, так бы и рубанул не глядя, этот "господин" всех достал сегодня, откуда только таких берут? Ему не исправником, а палачом надо служить в тюрьме, цены бы такому кату не было.
  -Пороть их надо господин штабс-капитан!!! Всех драть, покудова шкура с костей не слезет! Супротив законной власти пошли мерзавцы!? Дайте мне солдат под начало, я наведу тут правеж! Ишь, совсем мужички оборзели!
  -Извините сударь, но еще одно слово и велю вас арестовать за подстрекательство к возмущению против властей! -Денисов кажется все же вышел из себя и повысил голос, что с ним обычно случалось крайне редко, -Это не мои крепостные и не ваши крестьяне, а казенные им государь император Александр Павлович хозяин, извольте сие помнить! Их наказывать можно только по приговору уездного суда, у вас таковой есть?
  Заросший бакенбардами до ушей упырь еще добрых полчаса вопил и разорялся, что дескать он сиволапое мужичье испокон века порол без всяких бумаг и далее так поступать намерен. Но определенно сила сегодня не на его стороне, пришлось уступить, только волосатым кулачищем погрозил напоследок в сторону деревни. Последнюю точку в разговоре изящно поставил поручик Яковлев, нашел момент подколоть обидчика за недавнее происшествие в цепи застрельщиков:
  -Если вам угодно сударь, после нашего ухода можете сами проводить экзекуцию. Мне матушка на днях отписала, что у них в пензенской губернии тамошние мужички сами исправника посекли лозанами, мешок на голову надели и чик-чик по афедрону. Говорят, строгий вельми был, вам не боязно часом?
  После такого предложения уездный страж порядка предпочел исчезнуть с глаз долой, бормоча под нос матерные ругательства в адрес наглых крестьян и борзой армейской молодежи. Более его покрытую кабаньей щетиной морду и красный нос картошкой в этот день никто не видел, скорее всего уехал в город, доносить до уездного начальства - работа у него такая собачья.
  Через четверть часа крестьяне принесли штабс-капитану список, желтая старая бумага, откуда только взяли такую, для кого-то она сегодня станет приговором. Потенциальных арестантов было первоначально трое, но после обстоятельного допроса старосты и еще ряда свидетелей две фамилии вычеркнули, этим повезло. Человек мало сведущий в реалиях той эпохи вправе усомниться, как так? Крестьянское восстание подавили одной угрозой применения силы, без стрельбы, что же это бунт такой? Все дело в том, что как в те далекие времена, так и сто лет спустя власти почитали "бунтом" любую попытку крестьян хоть как-то отстоять свои права. Знаменитый наш "реформатор" при последнем царе, П. А. Столыпин дал для истории великолепный пример такого подхода: "Шапки не сняли, раком не встали? Конвой - всех посечь, зачинщиков арестовать!". И это при том, что крестьяне в ХХ-ом веке формально были свободными и даже имели некое подобие самоуправления, так чего же ждать от держиморд образца начала века ХIХ-го? Эти кадры вели себя порой как никому не подконтрольные удельные князья, для них закон был в принципе не писан, особенно по отношению к "быдлу", "черни", "хамам" - так тогда вполне официально именовали простой народ.
  Бог с ними с историческими коллизиями, но Сашку озадачили весьма непростым и неприятным делом. Предстояло найти и задержать единственного "бунтовщика", им оказался тот самый однорукий солдат-ветеран, в деревне он чужак, на него и все грехи навесили. Пока шатались по деревне, разыскивая нужный дом, увязалась следом целая толпа, впереди как всегда детишки всех возрастов, за ними бабы с девками и поодаль шли мужики. Вели себя, крестьяне прямо скажем, не очень доброжелательно, особенно представительницы прекрасного пола, так и норовили поддеть острым словом, мужская половина пока угрюмо помалкивала. Комплиментов от девок и баб в свой адрес Александр выслушал немало, от классического уже "бессовестного ирода", до неизвестного ранее "хухрика". После долгих поисков, никто из сельчан не захотел им помочь, маленький отряд все же нашел нужную хату на восточной окраине села.
  Хороший дом, машинально отметил он, почти как в современной деревне, только второй этаж местные аборигены не надстраивают, видимо из-за использования в качестве кровли соломы. Помнится, в Сосновке жилища местных сходу поразили его своим убожеством, не иначе без опеки барина наш мужик живет заметно богаче. Отдав свое ружье Григорию, Александр нерешительно двинулся в сени, большой полосатый котяра выскочил навстречу, прямо в ноги, зашипел и скрылся в густых зарослях мяты на огороде. Тишина, слышно только как вполголоса переругиваются на улице нижние чины с крестьянками, да за тонкой дверью в горницу причитает слабый женский голос, словно по покойнику. Он нерешительно толкнул дверь и замер:
  -Заходи служба, чего встал на пороге! -донеслось из горницы.
  Надо же, все многочисленное семейство в сборе, только одних детей шестеро, и остальные родственники искалеченного отставного солдата подошли простится. Этого, то он и опасался, сейчас такое начнется... Но на удивления обошлось без потасовки и даже без оскорблений, никто не хватал его за одежду и не препятствовал "исполнению долга". Мужик простился с домашними и подхватил заранее подготовленную котомку, баба попыталась было заголосить, мол на кого ты оставляешь, сгубят тебя в городе, но однорукий в момент ее оборвал:
  -Цыц Маланья! Турки не убили, так чай и наши супостаты не осилят. Посижу в остроге неделю и вернусь обрат.
  -Не убивайтесь вы так, у него же Анненская медаль, и значит от наказаний телесных освобожден. -Сашка попытался утешить жену солдата, но вряд ли она его поняла, столько горя и тоски было у нее в глазах, а на детей лучше не смотреть, малыши 'ревмя ревут' - так это в народе называют.
  -Правду ты глаголешь унтер, да только у нашенских господ другие законы, не про нас писанные. Пошли чай спина у меня дубленая, за 15 годов эдак отделали, ровно юфть стала, выдюжу.
  Никогда он так себя паршиво еще в жизни не чувствовал, пока вели под конвоем ветерана по деревенской улице, прямо на виду у крестьян. Может кому-то и понравиться такое, но Сашка в этот момент ощущал себя полицаем на службе у немцев, наверное, так же вот они забирали по приказу господ-оккупантов своих соотечественников, заподозренных в оказании помощи партизанам. Потом когда вышли из деревни и отстала, наконец, толпа провожающих селян, стало на душе полегче. По дороге старик разговорился, пояснил, в чем дело у них было, из-за чего местные мужики подняли "бунт". Прошлый год был из-за дождей неурожайный и денег на традиционную взятку уездным чиновникам у них по весне не хватило. Слуги государевы вероятно обиделись, и давай напрягать единственное в уезде село казенных крестьян всевозможными повинностями. Все лето и весну, когда день месяц кормит, бедолаги ремонтировали без перерыва дороги и мосты, копали канавы, разумеется за свой счет, без оплаты и на собственных харчах. К осени терпение лопнуло и порешили они жалобу направить к единственному крестьянскому заступнику и хранителю - царю, снарядили челобитчика с бумагой в Питер. Перехватил его исправник по дороге, и в село с инвалидной командой пожаловал, потребовал выдать автора "кляузы", пугал жестокой расправой. Для воспитания в народе уважения к закону власти любили тогда устраивали массовые порки, могли посечь все село от старого до малого, не делали исключение даже для беременных женщин. В тот раз крестьяне не дрогнули, и "представитель власти" убрался не солоно хлебавши. Полдюжины хилых солдат 'гарнизы' с ржавыми штыками должного впечатления на мужиков не произвели. Потом дед еще много чего рассказывал, как служил под началом Суворова, строгий был начальник, никому спуску не давал, не то что ваш капитан, этот вежливый, ровно с господами с темным народом разговаривает. Другой бы на его месте не потерпел и палить в толпу из ружей точно приказал, а то еще и в штыки двинул. По пути солдаты долго его расспрашивали, как воевали тогда с турками и штурмовали неприступный Измаил:
  -Дедушка, а правду говорят, басурмане де тамошние пленных совсем не берут? -спросил любопытный Григорий старого солдата.
  -Не скажу братец, башибузуки те зарежут нашего брата почитай сразу, так и наши казаки их тако же не жалуют и мы бывалоча прикалывали, был такой грех. -старик задумался, точно что-то вспоминая, и неожиданно добавил, -Как замирились опосля с турками, у нас цельное капральство туды за Дунай ушло, всем ведетом сбегли в ночь...
  Пока так разговаривали о добрались до острога, полчаса ушло на втолковывание сонному чиновнику в тюремной конторе: кто, куда и зачем, пока наконец арестанта не приняли под роспись и не выдали положенный для отчетности документ. Нижние чины снабдили ветерана на первое время табаком и скинулись деньгами, кто сколько смог, таков местный обычай - шапка по кругу пошла. Что с одноруким солдатом стало дальше Александр так бы и не узнал, если бы не помог случай. Нет сомнения штабс-капитан Денисов составил правдивый рапорт о так называемом "бунте" в Егоровке, да только военный и чиновничий миры бесконечно далеки друг от друга как две галактики. Может и самом деле старому солдату повезет, посекут как положено розгами, помытарят допросами и отпустят домой к жене, а может выйдет ему дорога бы по этапу, прикованному к железному пруту как бунтовщику. Сколько еще будет таких исковерканных судеб на жизненном пути Сашки - неизвестно. Ясно только одно этот "золотой век России" на деле только скверно позолоченный, под тончайшим слоем дворянского счастья: "балов, салонов и милых чудачеств" скрывается ржавое железо кандалов для всех остальных.
  
  Хмурое утро, веселая барабанная дробь рвет промозглый воздух, Александр вместе со всеми остальными нижними чинам стоит в оцеплении у эшафота, здоровенного. Это грубо сколоченный из балок и неструганных досок, помост на базарной площади уездного городка. Чиновник в треуголке и мундире со шпагой у бедра, зачитывает простуженным гнусавым голосом обвинительный приговор: 'За подстрекательство к возмущению крестьян супротив законного порядку бу-бу-бу... приговаривается означенный оставной солдат Савватий сын Фролов... взыскать причиненные казне по причине неповиновения убытки!'. Жители Егоровки теперь должны будут возместить все расходы на вызов солдат для подавления мятежа, хорошо хоть не расстреливали никого, а то бы еще уцелевшим пришлось и за патроны заплатить. Это Катенька намбер два Россию так облагодетельствовала, подсчитав однажды траты от необходимости вооруженного подавления многочисленных народных волнений, пришла к остроумному решению взыскивать эти деньги с самих крестьян. В императорском указе, отчасти прочицитированном чиновником было сказано так: 'Ежели впредь последует какая от крестьян непокорность, и посланы будут воинские команды, то сверх подлежащего по указам за вины их наказания дабы чувствительнее им было, взыскивать с них и причиненные по причине их непослушания казенные убытки'. Век золотой Екатерины... недаром пришлось тогда запретить известное матерное слово из пяти букв, поскольку народ слишком часто употреблял его для обозначения данной монаршей особы.
  Раньше он по невежеству думал, что это сценическая площадка на базаре для скоморохов, а вот оказывается, какие занятные шоу здесь устраивают, только плахи с топором не хватает. Судя по воспоминаниям старожилов раньше она имелась, были и специальные колья, на которые нанизывали отрубленные головы, но после пугаческого бунта убрали подальше. Обычно подобные расправы в провинции проводятся прямо во дворе острога, но в этот раз власти решили произвести на народ 'воспитательное воздействие'. Зрелищами местные жители не избалованы, и поэтому публичная казнь является незаурядным, запоминающимся событием в жизни людей. Такие представления собирают огромное число зрителей - тысячи горожан, жителей окрестных деревень съезжались на базар задолго до экзекуции. Однорукому ветерану суворовских походов не повезло, суд не принял во внимание всех смягчающих обстоятельств дела и руководствуясь только формальными признаками вынес решение не в его пользу - виновен!
  -Смотри, зачли всеж ему крест святой Анны! Так бы пятьдесят ударов кнутом получил, а не двадцать, -вслух поделился невеселыми размышлениями, стоящий рядом с Сашкой штабс-капитан, -Вот как у нас ценят заслуги перед отечеством, за орден, добытый кровью, скостили служивому три десятка плетей!
  На помосте между тем суматоха: солдаты инвалидной команды и палач все никак не могут привязать преступника к 'кобылке', специальному станку для наказаний, одной руки у мужика нет, а за тело веревки по технологии захлестывать нельзя, помешают нанесению ударов. Обыватели в толпе тем временем открыто потешаются: 'Эки бестолковы нашенски Аники-воины! Даже пороть идна не могут!' После долгих препирательств, в ходе которых немало зуботычин перепало исполнителям от разгневанного начальства, собравшиеся на эшафоте сообразили под конец, и прихватили калеку за уцелевшую руку и за шею. Палач в красной рубашке привычно взмахнул кнутом, и громко выкрикнул: 'Отойди, ожгу!' Сашка смотреть на экзекуцию не стал, опустил глаза в землю, разглядывая носки своих сапог. После 'бунтовщика' из Егоровки, веселое представление продолжилось, секли розгами на "кобылке" пару пойманных накануне на базаре мелких воришек и затем какую-то молодую бабу. Она орала что есть мочи благим матом, но ни малейшего сочувствия в толпе не вызвала, а вот старого солдата собравшиеся горожане жалели, то дело слышалось что-то вроде: 'Эхма, пропал мужик то ни за грош... теперя сгниет на каторге... Сгубили ироды хорошего человека.'
  Если уж быть точным, то насчет "анненовской" медали штабс-капитан немного ошибся, по закону бунтовщика против законной власти следовало еще заклеймить и ноздри выдрать, дабы на всю жизнь наука осталась. Снисхождение местных властей, скорее всего, было вызвано не соображениями гуманности, и не заслугами старого солдата перед страной - эка невидаль в России-матушке, а всего лишь отсутствием в уезде квалифицированного и опытного палача. Обычному кучеру, что по субботам сечет дворовых у "господ", такую тонкую работу поручить нельзя - он просто не справится, тут особый "талант" нужен. Не выдерживали обычно экзекуторы долго и спивались, на эту специальность всегда в России был дефицит. Измельчал со временем народишко, даже кнутобойца приличного найти нельзя, приходится нанимать кого попало. Вот и этот не то ямщик, не то пастух, не то арестанта из острога подрядили за бутылку, скорее всего - последнее. Исполнитель лупит свою жертву почем зря, как лошадь погоняет, лишь бы побыстрее закончить порученную работу. Настоящий профессионал же бьет размеренно, три удара в минуту - это если обычное наказание и преступнику надо сохранить жизнь. Тяжкое испытание, но знатоки говорят, что и женщины переносят... иногда. А вот когда избран темп - один удар в минуту, но с оттяжкой - пощады не жди, смертный приговор получается фактически, редко кто переживет такую экзекуцию, разве что уж совсем двужильный мужик попадется. Так вся эта судебно-палаческая кухня выглядит со слов штабс-капитана Денисова, ему пожалуй стоит верить, решил Александр. С одной стороны это - полковой адъютант, "правая рука" командира полка, и все юридические вопросы в его компетенции. С другой... ведь сам Иван Федорович чуть было не попал под кнут, первоначальный приговор ему изменили после того как неожиданно в "бозе почил" император Павел Первый. Своего рода амнистия вышла, как и многим тогда, вот только не до конца, не оказалось у Денисова в "верхах" заступника и про него забыли. Смягчили же наказание лишь потому, что офицеров с мало-мальским приличным образованием не хватает, а уж способные "тянуть" службу генерального штаба и совсем на вес золота ценятся.
  
  Самое тоскливо время в солдатской жизни - долгая зима, все нижние чины вынуждены сидеть день деньской после обеда по баракам, если более податься некуда, а так чаще всего и бывает. Занятий в поле, пусть тяжелых в холодное время, но отвлекающих от всяких дурных мыслей не проводят по причине отсутствия зимней одежды. Поэтому и пик самоубийств в войсках нередко приходится на этот период. Когда в полку стали вызывать добровольцев в охотничью команду, то от желающих просто отбоя не было, хоть и предстояло ловить отнюдь не зайцев, а дичь немного покрупнее. Александр, честно говоря, не собирался в "охотники", не было у него тяги к истребления различных зверюшек, что больших, что малых. Но его и не спросили, более того назначили командиром этого сводного отряда из десяти бойцов, начальство решило, что стрелку-охотнику полезно иногда попрактиковаться по живым мишеням. Так сложилось - в это год он убил своего первого и единственного медведя, больше такую дичь промышлять ни разу не довелось. Обычно солдат в те годы не посылали для подобных мероприятий, но тут пришла заявка от уездных властей: дескать, страшный косолапый хищник истребляет скот и терроризирует крестьян и никакого сладу с ним нет.
  Далеко тащится не пришлось, оказалось, что "ужасный монстр" обитал чуть ли не в 50-ти верстах восточнее города в районе деревеньки с экзотическим названием Гадюкино. Власти даже вопреки обыкновению расщедрились и выделили транспортные средства - пару саней с возчиками из числа обывателей-горожан. Впрочем на других условиях командир 13-го егерского бы нижних чинов не отпустил, из опасения, что его люди заблудятся в лесу и померзнут.
  Сведения о способах охоты на медведя в берлоге у всех потенциальных зверобоев, на проверку, оказались только теоретические. Не крестьянское это дело совершенно, да и огнестрельного оружия по деревням почти нет, ружья у мужиков появятся только после 1812 года - как раз армия Наполеона их и снабдит.
  -Где медведь? Где у него берлога? Куда мы едем? -сразу же поставил вопрос ребром Сашка.
  -Да ладно те Ляксандр, чай деревенские поди-ка знают! -таково было всеобщее мнение, и как оказалось ошибочное.
  Получилось так, что горе-охотники с утра и почти до обеда искали не косолапого, а как раз "знающего человека" в Гадюкино. Сперва дал наводку помещик, послал к Фоме такому-то, дескать ему точно известно. Фома коакзался "незнающий" грешит на Ерему, тот "сумлевается" и отсылает к следующему сельчанину. Только с пятой попытки вышли служивые на мужичка согласившегося показать место зимней спячки медведя.
  Но и тут пошли глупые проволочки, перед тем как двинутся в лес оказывается надо прочитать специальную молитву: "Подай господи, помоги нам убить медведя." Нет именно так, без всяких шуток...
  -Прежде чем на бабу влезть тоже молишься "Богородица укрепи и наставь"? -не выдержал унтер-офицер, время ведь уходит, а их командировали только на два дня.
  Потом с грехом пополам, после "камлания и танцев с бубном", все же направились в лес. Александру сразу же показалось странным одно обстоятельство - деревенский "егерь" не взял с собой собаки, но мужик заверил, что и так найдет берлогу. По его словам получалось, якобы ходу до цели всего ничего - две версты по прямой, не более. Шли они они час, второй и все никак не могли добраться до цели, не иначе в Гадюкино принята собственная система мер и весов, не совпадающая с российской. Нижние чины уже изрядно устали, Сашке было прекрасно слышно, как они как кашляют у него за спиной и матерятся простуженными голосами. У него самого под шинель поддет для тепла тонкий жилет козьего меха - подарок Палаши, а у остальных и того нет, лишь казенный "рыбий мех".
  -Слышь дядя, у тебя часом не Сусанин фамилия? -срывается со скованных ознобом уст унтер-офицера, вопрос уже давно вертелся на языке.
  -Ярмиловы мы по батюшке... Пришли служивый, во-о-он тот бугор, глянь на ево!
  Бугорок, как бугорок, вроде ничего необычного, таких в лесу немало. Но раз проводник уверен, значит надо готовится к встрече с "хозяином тайги". Сашка расставил своих бойцов цепью, фронтом к предполангаемой берлоге и велел проверить оружие.
  -Гриша куда мне стрелять? Я ни разу еще на охоте не был. Где у зверя самое уязвимое место.
  -Шут его знат. Бей промежь глаз. Ежли чаво, так мы из ружьев подсобим, али штыками его вражину приколем.
  Проводник между тем долбит жердью злополучный "холмик", щелк... что-то треснуло, шум заставил всех насторожится и Александр вскинул винтовку. Фальстарт, оказывается это палка у мужика сломалась, пошел "Ярмилов по батюшке" и срубил себе другую. После часа упорного труда по выковыриванию медведя, Федька увязавшийся на охоту за компанию со своим унтер-офицером, наконец не выдержал. Он подбежал к "берлоге", оттолкнул "егеря" в сторону и принялся откидывать снег сначала ногами, а потом увлекшись процессом и руками.
  -Федор осторожнее! Это все же медведь... -предупредил своего помощника Сашка.
  -Мать твою... Да здеся валун каменный! Вишь какая знатная каменюка, пудов на триста!
  -Промашка вышла, спаси господи, -виновато мнется "Сусанин", косясь на злые лица солдат.
  Второй раз... а как и первый, разве, что теперь даже камня не нашли... Затем еще было несколько неудачных попыток и все впустую. Весь лес, сплошная чаша непролазная, без собаки тут можно ходить годами, если медведь спит крепко, то хоть костер поверх его убежища разводи - никак не отреагирует.
  Темнеет, пора уходить в деревню, ночевать в зимнем лесу у костра - удовольствие на любителя. И все же Сашка верил, что ему повезет и решил дать проводнику последний шанс, пусть еще сделает одну попытку.
  -Поди-ка опять обманыват нас ирод? -давно уже ругают мужика замерзшие нижние чины, но Александр вдруг понимает, что на этот раз "засечка" - удача повернулась к ним лицом.
  Крестьянин ковыряет длинной жердиной кучу хвороста и тут неожиданно добивается результата. Раздается сдавленный рев, снег и палки разлетаются в стороны и образовавшуюся дыру просовывается огромная мохнатая лапа. Проводник бросает свое импровизированное оружие и изо всех ног спешит укрыться за спины солдат.
  Секунда, другая... минута, десять минут - и ничего не происходит, медведь из берлоги не вышел и похоже совсем на прогулку не торопится.
  -Ты энто порты сыми и елдой ево вороши! Чай обидится и скочит! -советуют сашкины сослуживцы проводнику, но тот напуган сильно и возвращаться к берлоге не хочет ни за какие коврижки.
  -А коли там не медведь, а медведица? Ха-ха-ха! Ей поди-ка...
  Дружный смех из доброго десятка глоток вдруг да оказывается эффективнее жерди, началось... Ужасающий рев заглушает звуки человеческих голосов и восстав из берлоги огромная косматая масса точно метеор летит разбираться с обидчиками. Выстрелить из охотников успел только Александр, ни на секунду не отвлекавшийся на разные посторонние раздражители. Точку прицеливания он взял, как и советовали - между налитыми кровью глазами зверя.
  Б-бац! И медведь встал на задние лапы, казалось еще секунда и выпрямившись в полный рост косолапый кинется в атаку. Совсем по-человечески выходили, словно боец поднялся на ненавистных врагов, прервавших его сладкий сон, нарушивших его покой. Однако через секунду или две после выстрела стало тихо - рев прекратился точно отрезали, затем издав какой-то хлюпающий, "горловой" звук топтыгин грузно завалился назад, упал на спину. Было прекрасно слышно, как хрустнул под такой здоровой тушей снежный наст.
  -Никак наш миша... того? Готов? -предположил Сашка, исходя из создавшейся обстановки, -Добивать нет нужды?
  -Да вроде... -ответил ему облизывавший сухи губы, признак крайнего воления, Григорий.
  Унтер-офицер, прежде чем что-то предпринять первым делом перезарядил свою винтовку и только затем рискнул действовать дальше.
  -Всем стоять на месте! Держите его на прицеле. Федор сходи проверь! Да стой, не подходи к нему близко, швырни жердь издалека как копье! -и Александру пришлось даже попридержать немного своего подчиненного.
  Предосторожности оказались излишними, медведю хватило одной удачно выпушенной пули, случай редкий, но временами бывает такое. Когда "монстра" измерили, то оказалось, добытый экземпляр весьма и весьма невелик, а первое впечатление было, что чуть ли не пять метров в холке медведь попалася. Зверюшка на проверку вышла чуть более того медвежонка, виденного ранее Сашкой в городе на ярмарке, недомерок какой-то, а не нормальный медведь. Может данный конкретный любитель меда болел в детстве, как тот орел в анекдоте?
  -Поди барскую буренку сами зарезали и сожрали, а на мишку напраслину возвели! Где ему корову подмять, овцу разве тока! -сразу же посыпались упреки на крестьянина, но тот оправдывался, что дескать в здешних краях все медведи такие, но якобы при этом "шибко злые".
  Невелика вроде бы добыча, но тащить ее к саням оказалось довольно утомительно, по пути прикидывали, что выгоднее забрать на свою долю: шкуру или мясо убитого медведя? По давнему русскому обычаю охотнику доставалось что-то одно из двух, остальное забирал хозяин угодий. Но на долю нижних чинов в итоге не перепало ни то и ни другое.
  Пока егеря-охотники помогали возчикам кормить лошадей, да укладывались на ночлег в людской горнице барского дома, да зубоскалили с дворовыми девками, добыча "ушла" и с концами. Хозяин вместе со своими подручными по-тихому уволок тушу и спрятал ее в подвал под замок. Кинулся поутру унтер-офицер было к этому "Плюшкину" на предмет "где наш медведь" и получил от ворот поворот.
  -Налей хоть водки моим людям за работу! За твой ведь интерес вчера весь день на морозе страдали! -попытался было хоть что-то сорвать со скупердяя унтер-офицер, тщетно...
  -Не дури солдат. Вам от казны сие положено! А теперь извольте убиратся вон! -таков был ответ, вот она какая бывает "барская благодарность".
  Долго еще после этого события подначивали сослуживцы унтера: "Медведя добыл, а шкура ево где, а ну покажь?!". Да будь его воля, Александр бы доставил тогда в полк сразу две шкуры, одну с медведя, другую с того жлоба, что их так подло обманул.
  
  Очередной серый день, какой год не важно - счет уже давно потерян. Утро и полк построен на плацу, идет обычная текучка армейской жизни именуемая в просторечии "развод". Неожиданно до ушей Сашки долетает хрипловатый голос полковника: "Унтер-офицер такой-то имярек выйти из строя." Пока сознание пытается вникнуть в суть происходящего, тело отрабатывает команду и вот уже за спиной пустота и не ощущается дыхания стоящих сзади товарищей. Что же произошло? Обычно приказы нижним чинам "через голову" непосредственного начальника не отдаются, а тут проигнорировали сразу две инстанции: ротного и батальонного командиров. Может есть какие-либо замечания по состоянию оружия? Мастер Бауэр, будучи гражданским лицом, на утренние построения не выходит и бывает, что распоряжения ему передают как раз через унтер-офицера, нештатного оружейника по совместительству. Ошибка... Александра назначили старшим в наряд, да еще в какой - на похороны! Но в полку сегодня умерших нет, об этом бы обязательно объявили на построении, таков порядок да и "солдатский телеграф" в стороне бы не остался.
  -Возьми из своего капральства шесть нижних чинов трезвого поведения и следуй с ними к канцелярии полка, понял?
  -Так точно ваше высокоблагородие. -заученно ответил Сашка, ничего толком не сообразив, но это и не важно, все выяснится позднее.
  В помещении канцелярии, или "штаба полка" Александр застал как самого "хозяина", командира 13-го егерского полка, так и старого знакомого - штабс-капитана Ивана Федоровича Денисова. Кроме того присутствовал и главный писарь, солдат из кантонистов. Все трое были заняты приведением отчетности, так называемых шнуровых книг или тетрадей в порядок.
  -А появился... не надо не козыряй и так вижу, -упредил доклад унтер-офицера полковник и сделал знак рукой - проходи сюда ближе.
  Загадочное происшествие наконец прояснилось, оказывается вчера вечером скончался нижний чин, но не у них в полку, а в гарнизоне - в инвалидной команде. Это подразделение, укомплектованное "списанными" из армии солдатами, нередко преклонного уже возраста исполняло в уезде различные охранно-полицейские и одновременно строительно-подметательный функции. Людей у них традиционно не хватало и вот теперь похоже даже похоронить умершего сослуживца было некому, все в расходе. Поэтому и обратились к егерям, хоть и отношения между "городскими" и армейцами были всегда весьма и весьма натянутыми.
  -Все одно слуга отечества и царя представился. Хоть они и "гарниза рваная", а следует просьбу уважить, -сказал тогда полковник, и прибавил, -По закону офицер с командой надобен на сию церемонию, хотел было я Ивана Денисыча послать, но нельзя... Посему пойдешь ты один.
  -Ревизию мы ждем-с! -вполголоса пояснил писарь, и жестом указал на огромное количество различных "приходно-расходных" тетрадей, книг и журналов разложенных то тут, то там по столам, стульям, подоконникам и даже прямо на полу.
  -Только чтоб все было чин-чином! Чтоб никаких... -строго предупредил командир полка, но затем заметив недоумевающий взгляд Денисова неожиданно смягчился, и прибавил совсем тихо, -Полтину серебром на помин души покойного получишь у казначея, коли не даст... скажешь, я велел.
  -Так точно ваше высокоблагородие, все будет в порядке! -заверил Александр и получив разрешение идти вернулся к ожидающим его снаружи сослуживцам.
  Сперва маленькая команда Сашки искала церковь, где должен был состоятся обряд отпевания покойника, не так то просто оказалось. Даже в маленьком уездном городке этих культовых сооружений было не менее полудюжины.
  -Гарнизонный служивый помер? Неа, у нас токмо купцов первой гильдии и господ дворян завсегда отпевают! -завернул их в первом же храме какой-то мелкий служитель, не то ддьяче, не т о пономарь, к которому обратились за справкой, -Идите к Сухому Оврагу, тама мастеровщина и черный люд, а здеся господа одне.
  На улице имени вышеупомянутого оврага тела умершего солдата тоже не не застали, оказывается и рядом с ремесленниками и мещанами слуге отечества не место, "рылом не вышел" солдат. Для них, наряду с нищими и заключенными острога предназначена отдельная часовня на отшибе, на самом краю города. С трудом, но наконец нашли, это маленькое и на редкость по-спартански обставленное церковное здание. Несколько больших, черных от времени образов висит на передней стене и не разобрать уже что там намалевано, видны лишь смутные силуэты. Посередине помещения стоит постоянное возвышение для гробов, а в углу - запертая на большой висячий замок конторка со свечами. Непременного атрибута многих больших и малых храмов - традиционной церковной кружки размером с полведра для пожертвований нет и в помине, здесь такая публика, что лишней копейки за душой у нее не имеется.
  -Покойника отпевали уже, али нет? -сразу же спросил сторожа Григорий, Александр в разговор пока не встревал, поскольку имел очень смутные представления о церковных обрядах и полагался целиком на приятеля.
  -Почто так рано? У нас с десяти часов пополудни тока батюшка отпевает. -ответил тот, а кто-то из солдат за спиной Сашки полушепотом прибавил, что с утра духовное лицо еще очевидно не опохмелилось и приступить к исполнению службы не может.
  -А на кладбище ваш священник похороны сопровождает? -попытался уточнить Сашка.
  -Ты чаво ундер сдурел, порядков наших не знашь? -замахал руками сторож, -Где энто видано, чтоб батюшка всяку солдатчину да нищих провожал?!
  Вот смотри-ка, оказывается выходит, что их штатный полковой священник не такой уж и плохой человек, пусть и пьет порой слишком много. По крайней мере свои служебные обязанности благочинный исполнял честно, увильнуть никогда не пытался и так вот ждать его часами не приходилось ни разу. В полном облачении вместе с немногочисленным причтом "их батюшка" всегда бывал на похоронах нижних чинов и не упускал случая сказать несколько теплых слов всем присутствовавшим при этом печальном событии. Здесь же в уездном городе царил голый формализм, даже на самом последнем пороге жизни и смерти.
  Пока Сашка и компания ждали попа, они от нечего делать немного расспросили церковного сторожа о покойном, кто, да что, да отчего представился. В основном, удивление нижних чинов вызвал странный факт - отсутствие у служивого семьи, никто из родственников не пришел на похороны. Обычно гарнизонные солдаты в отличие от армейцев все же со временем как-то обживались и "пускали корни" в тех местах, куда их забросила судьба. А этому видимо не повезло вдвойне... не смог найти себе бабу.
  -От чего он помер? Вроде не старый еще мужик?
  -Лихоманка грят сгубила.
  Конец печальный но закономерный, от него никто из нижних чинов не застрахован, туберкулез убивает не так быстро как вражеские пули и штыки, но столь же верно и неотвратимо. Никто не задумыывался всерьез, что такой же вот незавидный финал может быть уготован и ему лично. Пока солдатики судачили и впустую чесали языки, появился и столь долгожданный поп - толоконный лоб, судя по виду служитель не только культа Христа, но и Бахуса одновременно.
  Дальше все завертелось быстро, минут 15-20 прошло: "Бу-бу-бу... помолимся" и готово, пожалуйста, тело готово на вынос.
  -Поп здеся казенный и служит по казенному! Души нет! -сплюнул, когда вышли на улицу, в сердцах старый приятель Сашки, Григорий почитаемый в полку первым знатоком религии, после благочинного. Александр только кивнул, в любом случае он сам мало что понимал во всех этих премудростях, но без этого было тошно от казенной бюрократии.
  Унтер-офицер пытался распоряжаться выносом, но особого смысла не было, дело это, к сожалению, для российского человека знакомое с детских лет, проще оказалось принять личное участие в такой работе.
  -Легче! Легче, держи за угол, не заваливай! Спереди стань кто... понесли.
  Совместными усилиями кое-как неструганный гроб вытащили из часовни и положили на телегу, присланную к тому времени властями города. Хорош однако катафалк, такое впечатление, что еще совсем недавно на нем покоилась бочка для вывоза нечистот, ну и кляча подстать экипажу. Сама природа объявила траур по умершему солдату и из серых облаков стал накрапывать мелкий холодный дождичек, более схожий с водяной пылью.
  Только было тронулись в путь, но вышло небольшое препирательство со священником. Поп вдруг решил заменить в последний момент новое и чистое полотно, которым как флагом покрывали сколоченный из плохо обструганных досок гроб, каким-то старым тряпьем. Видимо он решил, что на кладбище, да под дождем сойдет и так, все едино погибнет в могиле.
  -Чего жалеешь то для покойника? Не трожь, это ему из казны отпущено! -завозмущались нижние чины и в самом деле батюшка перешел рамки дозволенного.
  Служитель культа не обратил на протесты ни малейшего внимания и пришлось вмешатся унтер-офицеру и восстановит порядок. Противоправные действия попа были пресечены жестко, весьма ощутим толчком кулака в бок.
  -Ты почто сАлдат на духовно лицо руку поднял?! -басом завопил корыстолюбивый попик и проворно отскочил в сторону, покрывало он был вынужден оставить на прежнем месте.
  Неприятный конфликт отчасти разрешил Григорий, и в самом деле цены парню в таких случаях нет. Он быстренько, под локоток утащил обиженного священника в сторонку и все доходчиво ему довел.
  -Батюшка не встревайте поди! Унтер нашенский по уставу соизволит, иначе не могет. А прихожане ваши не поймут, коли вас с побитой мордой завтра узреют. Им то откудова знать, мож питухи кабачные вас эдак благословили, а не наш Сашка-унтер?
  Попик опалив на прощание злобным взглядом унтер-офицера и его команду, черной крысой шмыгнул в часовню и более на глаза не показывался. "Донесет..." - решил про себя Сашка и не ошибся в своем прогнозе. Вечером самого последнего дня перед выступлением в поход он случайно заглянул в канцелярию и застал там главного полкового писаря за странным занятием, тот жег в печке какие-то казенные бумаги.
  -Что Моисей, секретные приказы и распоряжения уничтожаешь? супостатам ничего не оставляем? -ехидно поинтересовался Александр.
  Официально писарь все же был Михаилом "по ведомости", но учитывая его происхождение из крещеных евреев нижние чины его иначе и не называли, бывший кантонист на такие насмешки не обижался, давно привык за столько лет.
  -Какое там, их высокоблагородие, господин полковник велел все доносы на нашенских солдат спалить. Жги, говорит, Мойша к чертям эту пакость. Вот - цельный сундук накопили, посмотреть хошь?
  Ну кто же от такого заманчивого предложения откажется? Перебирая испачканные чернилами, испрещенные кривыми каракулями "казенные бумаги" Александр не без труда отыскал и парочку "опер" на себя и самое удивительное и на старого знакомца - Григория. Судя по специфическому стилю доносы сочинило некое духовное лицо, скорее всего как раз тот самый пострадавший от унтер-офицера попик, жаль как следует его тогда не удалось проучить... Все же есть у армейской бюрократии кое-какие и положительные стороны, где бы сейчас куковал пришелец из будущего, если бы в военном ведомстве не соблюдали порядок прохождения жалоб и доносов строго "по команде"? В противном случае, скорее всего, Сашка давно бы уж рубил чего-нибудь там - уголь, руду или просто пустую породу кайлом в рудниках Нерчинска.
  Но это событие в отдаленном будущем, до которого солдату надо еще дожить, а пока мужик-возничий подстегнул свою кляченку и скорбный экипаж тронулся по направлению к кладбищу. Вслед за телегой повел свое неполное "капральство" или взвод и Сашка, оба термина и старый и новый в то время использовались в разговорной речи одинаково часто. Шли маленькой колонной, впереди сам унтер-офицер, за ним Гришка , а затем и остальные "бойцы". Нижние чины двигались молча, нахмурясь и казалось были сильно заняты лужами, и мучительным раздумьем о том, что: "Проклятая вода, уже просочилась под подошву, вся портянка насквозь вымокла." Возчик, сидя на передке телеги покрикивал на свою убогую кляченку, да то и дело помахивал веревочным кнутом, без постоянных понуканий несчастная скотина не прошла бы и шагу.
  -Ну ты леший! А... чорт тя забодай! - и далее следовал сухой, резкий звук от удара самодельного бича по коже животного.
  Встреченные по пути прохожие вели себя по разному: небогатые мещане, и прочий "черный люд" сразу же снимали шапки и крестились, а вот "чистые господа" обычно не замечали процессию, приятное исключение составила лишь одна, встретившаяся почти у самого кладбища, немолодая и видимо сильно набожная купчиха.
  Путь лежал через весь городок, проехали и мимо местной достопримечательности - Арсенала, где по случаю "царских дней" службу нес усиленный "офицерский" караул. В будни же обычно начкаром назначали не обер-офицера, а одного из унтер-офицеров. Завидев военную похоронную процессию, молоденький подпоручик, недавно прибывший в 13-й егерский полк, выгнал из помещения и выстроил всех своих подчиненных во "фрунт". Прозвучала четкая и звонкая команда: "Слушай на караул!". Барабанщик отбил положенную дробь, вышло у него коряво правда - профессиональных музыкантов в полку сроду не было, но и на том спасибо. Покойному отдавалась в первый и последний раз честь... до этого всю жизнь тянулся по стойке "смирно" и "шапку ломал" он сам.
  Кое-как они по разбитым улицам, а затем и по проселку доковыляли до городского кладбища. Александр поспешил узнать у сторожа, кладбищенского служителя о месте, отведенном под захоронение. Могилу копать не пришлось, их заготавливают заранее, как только земля оттает - еще с весны.
  -Чичас господин ундер, надоть токо поправит яму маленько! -и мужичок-смотритель повел их дальше, гроб сняли и понесли на руках, огибая то и дело вросшие в землю почерневшие гнилые кресты без надписей.
  Опустить сразу же печальную ношу в могилу не удалось, узка яма оказалась, землекоп немного ошибся, на вершок разве что. Но это дело быстро поправили одной из взятых у смотрителя лопат.
  -Не принимат сыра земля нашего брата! -мрачно пошутил при этом происшествии один из нижних чинов, остальные промолчали.
  Комья с шумом застучала по сосновым доскам и вот уже бренные остатки нижнего чина инвалидной команды скрылись под почти двумя метрами глинистого грунта. Закончив работы содаты, а с ними и Сашка как по команде стали торопливо крестится.
  -Григорий, молитву... -вполголоса напомнил товарищу унтер-офицер.
  -Так я же того... старгого благочестия... раскольник, -замялся было тот.
  -Какая теперь разница? -и в самом деле унтер-офицер и вовсе атеист, о чем безусловно знают его близкие друзья-приятели, но порядок прежде всего.
  Гриша прочитал "Отче наш" и даже сказал что-то вроде короткой проповеди в подражание священнику, на этом похоронная церемония и закончилась. В изголовье установили крест и сверяясь с выданной в часовне бумажной Александр вырезал на гладком дереве маленькой стамеской, взятой напрокат у оружейника, следующую надпись: "Иванъ Гавриловъ сын. 1760-1803". Закончил работу и замер, чего-то здесь явно не хватало...
  -Постой, а где же у него отчество? -Сашка еще раз вперился глазами в бумажку, но тщетно, этой третьей составляющей не было.
  -Не положено видать нашему брату? -высказал предположение кто-то из нижних чинов.
  Похоронили они чужого солдатика, не исключено что и кого-то из них вскоре ждет такая же участь. Одним крестом стало больше на огромном пустыре, бесприютно легла его могилка между другими подобными. Скоро время и дожди сделают свое дело, земля осядет, а там и нехитрый памятник упадет и не останется от Ивана Гаврилова никакого видимого следа в этом мире. Был человек и нет его, закончен путь.
  Делать нечего, еще раз перекрестились напоследок и пошли они восвояси. На обратном пути заглянули нижние чины в питейный дом, надо было помянуть покойного, это тоже входит в общепринятый обряд и традицию. Из предложенной кабатчиком нехитрой закуски больше всего понравился свежий хлеб, они умяли в момент все три каравая и пришлось просить четвертый. Не то, что бы в полку пекли плохой, но мука поставляемая провиантским комиссариатом отдавала уже захтлостью, и это при том, что местный край славился своими хлебами. 13-й егерский полк уже давно вел с чиновниками провиантского комиссариата тяжбу, чтобы разрешили закупать все необходимое для хлебопечения прямо на месте, но пока видимых результатов не было.
  Уже возле барака первого батальона унтер-офицера неожиданно перехватил ротный командир.
  -А ну дыхни! Ты никак выпимши! Галун шею жмет?
  -Никак нет ваше благородие! Водку пил, но не пьян. -и Александр изложил в чем дело, более никаких претензий со стороны офицера не поступало. Все же есть в российской императорской армии опредленный маленькие "прелести", попробовал бы в свое время сержант Сашка так - "пил, но не пьян", ответить своему ротному в СА, что бы получилось в итоге, сколько нарядов вне очереди?
  
  
  Тяжело в учении - значит легко в бою?
  -Длинным коли, р-р-раз! Так его вражину! Коли один р-р-раз - и бросай басурмана со штыка! -весь строй как один человек проделывает выпад, и вновь возвращается в боевую стойку. Чуть присесть на полусогнутых ногах, расставленных на шаг, правая нога позади, левая впереди и тяжелое длинное ружье с острым и хищным жалом штыка в положении "на руку", приклад прижат к правому боку.
  Сегодня пятница, день посвященный хитрому искусству фехтования на штыках, фельдфебель Матвей с утра вбивает в солдатские головы "науку". Всего пара-тройка простых движений, но следует отработать их до совершенства, до полного автоматизма, "там" будет не до размышлений. От подобного навыка и умения в реальной схватке зависит многое, холодное оружие по прежнему решает в этом мире исход сражений. А посему - учится, учится и еще раз учится... авось пригодится на поях сражений. Будущим бойцам даются инструктором ясные постулаты по психологии боя, элементарные основы прикладной техники и даже сведения по использованию периферийного зрения.
  -Штыком коли крепко! Ударил штыком, да и тащи его вон к такой-то матери! Назад, назад его бери быстро! Да и другого коли! Скидай со штыка, стоит? Прикладом ево еб...и, мать... ево! Ушей не вешай, голову подбери, а глазами мотри: глядишь направо, а видишь и влево!
  Ветерану суворовских походов можно простить и явно неуставное непечатное слово, тут не детский сад и не до "изящностей словесных". Он должен вбить в головы солдат простое правило, чтоб запомнили раз и навсегда - в штыковом бою середины нет, там "или ты его, или он тебя", это не перестрелка, где результат зачастую не очевиден.
  Сперва приемы отрабатывают на воображаемом противнике, затем наступит черед набитых соломой манекенов, подвешенных рядами на перекладине, подобии виселицы. Каждый обучаемый должен быстро всадить штык, и столь же быстро выдернуть его назад, промедление грозит гибелью, противнику не следует оставлять ни малейшего шанса на ответный удар.
  -Помни, ребята, -объяснял старый фельдфебель своим ученикам-солдатам, -Ежели, к примеру, фихтуешь, так и фихтуй умственно, потому фихтование в сече есть вещь первая, а главное, помни, что колоть неприятеля надо на полном выпаде в грудь, коротким ударом, и коротко назад из груди штык вырви... Отскокни шаг назад, и ударь опять! Ен сука упал - коли другого, коли третьего! Не стой ирод на месте.
  -Помни, из груди коротко назад, чтобы ен рукой не схватал... не давай! Вот так, р-раз -- полный выпад и р-раз и энто назад. Потом р-раз и д-ва, р-раз и д-ва, ногой коротко притопни, устрашай его, супостата, р-раз - д-ва! -мелькает в воздухе, точно живое ружье учителя, тому уже доводилось на практике и не раз поддевать штыком врага.
  И Александр старался изо всех сил, подражая инструктору, коротко вырывал штык из груди воображаемого неприятеля и, энергично притопывая сапогом пыль, устрашал его к крайнему удовольствию Матвея, любившего его "за ухватку". Не иначе тогда, полтора года назад, за эту "сноровку" его и выбрал фельдфебель в качестве потенциально киллера для ненавистного прежнего командира. Слава богу не пришлось никого убивать, но все еще впереди... Получается далеко не у всех, суровый учитель налетает точно коршун на неумеху рядом с Сашкой, у кого неправильная стойка так прямо из себя выходит.
  -Почто тебя скрючило? Живот болит, что ли, мужик? -кричал, бывало, Матвей на скорчившегося с непривычки на боевой стойке солдатика, -Ты гордо стой орлом, а не як баба брюхатая! Ишь раскорячился!
  Так и напрашивается подзатыльник разгильдяю дать, руки чешутся - но нельзя, за порядком строго надзирает назначенный на учение офицер. Не то что бы в полку солдат за прегрешения не наказывали в том числе и розгами, раз уж в уставе прописано такое прописано, однако теперь экзекуции проводятся только с ведома полковника. Ненавистная прусская школа, когда солдат боится палки капрала сильнее пули противника у них в полку под запретом и прекрасно, этой известной системы Александр уже успел отпробовать, вторично испытать подобное удовольствие желания нет.
  -А? Что энто? Ты вольготно держись, как енерал в карете, развались, а ты как гусь на проволоке... -приходиться изворачиваться фельдфебелю, изыскивая "приличные" слова для внушения нерадивым.
  Следует отметить, что, несмотря на довольно широкие возможности использования оружия, техника штыкового фехтования намеренно сохранялась предельно простой, чтобы обеспечить наилучшие возможности для массового, и по-настоящему армейского обучения. На первое место выдвигался приоритет не индивидуального, а шереножного обучения, при котором "один солдат поддерживает другого, поэтому и бой легче". Скажем, в том же дореволюционном учебнике Соколова базовых позиций защиты всего три, не считая дополнительной защиты от удара саблей сверху, в пособии 1907 года - всего две. В русской армии триумф штыка принято отождествлять с тактикой генералиссимуса Александра Васильевича Суворова. Суворовская тактика действительно основывалась на скорейшем преодолении поражаемого огнём пространства для решительного удара в штыки. При этом патрон в стволе Александр Васильевич рекомендовал экономить, оставляя его как вспомогательное средство именно для штыкового боя: "Береги пулю в дуле на два, на три дня, на целую компанию. Стреляй редко да метко! Двоих заколи, а третьего застрели!" Но никогда великий полководец не запрещал вести огонь, если была благоприятная возможность нанести противнику ущерб, это "домыслили" уже после него и отчасти за него.
  В оригинале, слова А.В. Суворова в "Науке побеждать" звучат так: "Береги пулю на три дня, и иногда и на целую кампанию, как негде взять. Стреляй редко, да метко, штыком коли крепко. Пуля обмишулится, штык не обмишулится: пуля - дура, штык - молодец". Данный фрагмент в целом совершенно меняет понимание той фразы, которую из трудов полководца обычно неграмотно и поспешно выхватывают. Александр Васильевич всего лишь призывает подчиненных беречь боеприпасы и стрелять метко. Он акцентирует внимание на важности умения работать штыком, но при этом отнюдь не умаляет и действия ружейным огнем. Гладкоствольные ружья с мешкотным заряжанием не могли обеспечить высокой скорострельности и требуемой меткости, и хорошее владение штыком в бою было критически важно для каждого солдата. Это подчёркивают другие суворовские слова: "Штыком может один человек заколоть троих, где и четверых, а сотня пуль летит на воздух".
  Немало недоразумений возникает из-за того факта, что штыковая атака может быть крайне эффективной даже тогда, когда штык не только не убивает вражеских солдат, но и вовсе не дотрагивается до их тел. Бывает, что 100 процентов потерь причинены ружейным огнем, тем не менее, инструментом победы является все-таки именно штык, точнее "страх штыка". Ибо его назначение, не убивать, а дезорганизовывать и выигрывать у противника позицию. И зачастую, достаточно блеска штыков и решимости в глазах их владельцев, чтобы вызвать шок и трепет в рядах противника. Штык превосходное оружие устрашения. Успех штыковой атаки - когда враг бежит, не дожидаясь физического контакта с атакующими. Отмечалось в частности многими авторитетами, что страх укола штыком во многом иррационален и способен лишить противника сначала воли, а затем, как следствие, и полной способности к организованному сопротивлению. Отсюда и байки про "несокрушимость русского штыка", впрочем тоже самое было во всех армиях нового времени, разве что турки составляли исключение.
  Наконец утомительное фехтование на штыках, после которого солдаты расходились, держались за стенку - ноги почти не гнутся, закончилось! Сегодня наставником, как обычно, выступал старый знакомый - фельдфебель Матвей, считавшийся в полку мастером своего дела. Однако для Сашки и остальных застрельщиков мучения только начинаются, после обеда ими займется штабс-капитан Денисов и окажется, что с утра у них была только легкая разминка, навроде зарядки.
  Пот заливает лицо под фехтовальной маской, ноги снова налились свинцом и руки уже отваливаются под тяжестью грубо сработанного макета ружья. Кто сказал, что тяжело в учении, а легко в бою? Да тут сдохнешь вперед сто раз, зачем только его выбрали для показа ударов и защит? В отличие от остальных солдат застрельщики, по замыслу командира полка, должны были пройти полный курс боевого фехтования. Надо постичь десять основных ударов и защит, плюс еще пару дюжин вспомогательных. Невольно хочется нырнуть под оружие противника, и навязать ему ближний бой в стиле самбо, но к черту, здесь такой фокус не пройдет. Пока возишься с одним, его сосед нанижет тебя на штык, это к сожалению не борцовский ковер, здесь правила другие. Короткая передышка, наконец то можно скинуть пропахшую потом маску и вдохнуть полной грудью свежего воздуха, сознание с трудом воспринимает детальные пояснения штаб-капитана, что он там настойчиво втолковывает: "Не отстраняя ружья противника переходят на правую сторону через верх его штыка. В то же время, как левая рука атакующего притягивает для этого движения ружье к груди, правая рука, держащая приклад, подает его несколько вперед. Когда же левая выпрямляется для того, чтобы поместить ружье с правой стороны, рука с прикладом в это время обходит около живота и переходит на левую сторону. Обе руки нападающего тогда скрещены, и ружье повернуто боком вверх". Где только Денисов набрался этой премудрости? У фельдфебеля все было намного проще, штыковым ударам обучали самым примитивным: "Длинным - коли! Коротким - коли! Прикладом - бей!". Предполагалось видимо, что в бою русские пехотинцы будут орудовали штыком как привычным сельхозинвентарем, да и для большинства фехтовальных приемов в тесном строю просто не хватит места. Вспомним Толстого и его "Видел только широкие спины преображенцев, работающих штыками, как вилами - по-мужицки..." и это гвардия, чего же желать от обычных армейцев?
  Оказывается слово "парад" имеет еще одно значение, уже забытое нашими современниками - синоним "парировать". Режет уши фраза штабс-капитана: "Парад против такого удара совершают, держа ружье прикладом вверх, уводя штык противника влево центральной частью ложа..." Не так уж и плохо, приклад применяют почти так же часто, как и штык, значит в случае крайней нужды можно будет пустить в ход и его винтовку. Удар прикладом в висок, по голове, в солнечное сплетение - ничуть не хуже фельдфебельского "длинным коли" должно выйти по воздействию на противника.
  Особое внимание уделяется извечному и самому страшному врагу пехоты - кавалерии. Всадника, по словам штабс-капитана, следует колоть с левой стороны, где действия наездника ограничены головой лошади. При встрече с двумя кавалеристами, нападающими с фронта, пехотинец должен сначала покончить с правым, помня общее правило, как нужно нападать на верховых, так чтобы сабля противника была поставлена в менее выгодное положение. Атакуемый кавалерист кроме того будет служить защитой против левого противника. В случае одновременной атаки спереди и сзади следовало покончить сперва с одним, не дожидаясь приближения второго нападающего. Если "водитель кобылы" оказывается слишком ловким и увертливым, то следует постараться ранить лошадь в заднюю ногу, исполняя это с помощью обходных поворотов.
  -Ваше благородие, а если их трое или больше будет? -не выдержал Александр, уж очень сомнительной ему показалось перспектива вести бой с конным противником.
  -Первым делом братцы надобно использовать в свою выгоду условия местности. Принять бой там, где верховому трудно двигаться. К примеру возвышенности, валы, кустарник али болотистая и топкая почва. Уходи в лес, прикрывайся деревьями ямами и каменьями, если из-за прикрытия не дотянешься до врага, то бей по лошади. Но только смотри берегись, это скотина умная, может лягнуть или даже укусить!
  -А ежели он с пикой нападет? -разговорчивый Гришка, не может пройти миомо такого интересного обсуждения. -Эвон у казаков какие дрыны, рази от такого штыком отмахнуться?
  -Не бойся, пика она порядком тяжелая хоть и длинная, одной рукой ею ворочать нелегко. Ежели конный с разгона в тебя не попадет, то потом толку от нее мало. Хватай руками за древко смело и стягивай его наземь, сабля во сто крат опаснее.
  Александру все эти наставления напомнили старый советский плакат, в каптерке у них помнится целая галерея таких была: "Танки встречай шквалом огня, твердо запомни - горит и броня!" Нет, тут нужно что-то другое, кидаться со штыком на летящую словно вихрь навстречу кавалерию занятие однозначно самоубийственное. Может одного отставшего наездника так можно завалить, но они сволочи предпочитают перемещаться на поле боя большими группами. Только на укрытия вся и надежда, разве может артиллерия поддержит огнем свою пехоту? Почему в начале 19-го века не применяют ручные гранаты, лошади вряд ли понравиться взрыв под брюхом, явно отвернет в сторону, или даже сбросит наземь седока.
  -Ваше благородие, а нельзя ли ручными гранатами их встретить, или еще как?
  -Ну ты братец загнул, гренады или но нынешнему гранаты, это оружие для осадной войны, как ты в поле намерен с зажжённым фитилем возиться?
  -Выходит и самом деле пуля дура, а штык молодец?
  -On ne connait pas encore la puissance de la baionnette. La baionnette est la reme des armes! -ответил на вопрос солдата штабс-капитан Денисов, вероятно не сразу сообразил, что нижние чины не понимают принятого в столичных кругах французского языка, и тотчас поправился, -Еще не знают могущества штыка. Штык - "царь оружия"!
  -Это братцы Бонапарт, так сказывает, с коим нам еще воевать предстоит, а вот Александр Васильевич ружейный огонь ценил. Но что поделать, ты же Сашка лучше меня знаешь, какие у нас в полку дедовские старинные фузеи?
  -Все равно не по уму как-то ваше благородие...
  -Да я и без тебя понимаю... Ладно хватит бездельничать! Смирно! В стойку становись! Продолжим, я вам еще третью защиту сегодня показать должен.
  
  Осень, промозглая слякоть, начало ноября, проливной дождь загнал троих - офицера и двух нижних чинов под старый дырявый навес заброшенной конюшни на окраине уездного городка. Вода сверху, вода снизу пополам с грязью жирно чавкает под сапогами, одним словом проклятущая Н2О везде, она пропитала все вокруг и только пар столбом идет точно в бане от мокрых шинелей. Александр сам виноват, мог бы находиться сегодня в теплой сухой казарме, или работать в мастерской над починкой ружей. Но скучно стало сидеть на одном месте, уже третий год проходит - в другом мире, и в другое время солдату давно полагается дембель, а здесь нет, поэтому тоска неописуемая. От такой напасти нижние чины стреляются, вешаются или убегают, куда глаза глядят, зачастую без всякой надежды на успешный исход своего предприятия. Узнав, что штабс-капитан собрался сделать топографическую съемку окрестностей города, он напросился в помощники, кое-какой опыт в прошлой жизни был, географичка в школе мучала его вместе с остальными несчастливцами в рамках подготовки к олимпиаде. Заняться картографией военных побудили веские причины, в следующем году наконец предполагалось провести учения совместно с другими родами войск, следовало приучить людей к грому пушек и показать им в деле кавалерию. Запрошенные из губернии карты оказались, как смеясь пояснил Денисов, еще с "песьеглавцами", не иначе - манускрипты почти столетней давности. Вот и приходиться штабс-капитану вспоминать уже подзабытые уроки топографии. Какие же маневры без карт, нет так не положено, будьте добры представьте... С утра Сашке пришлось немало побегать по стерне сжатых полей и по кустам с огромной рейкой испещренной отметками, пока начальник страдал вдали с кипрегелем над шатким мензульным столиком. Занятие простое, не напрягает мозг и весьма способствует преодолению душевного кризиса, да еще свежий воздух и природа вокруг, чего еще желать? Но к обеду съемку пришлось прекратить, возникли, как обстоятельства непреодолимой силы, как любят говорить юристы.
  -У природы нет плохой погоды, всякая погода благодать... -совсем не к месту сегодня, но неведо зачем уста нашего героя сами выдали короткую строчку.
  -Энто как нету? Глянь как поливает, эка хлябь небесная! -чуть не подавился очередным сухарем Григорий, впрочем за два года он уже привык к чудачествам сослуживца.
  -А ты братец пиит однако, сам сочинил, или вычитал где? -не остался в стороне и Денисов, -Ты откуда родом будешь, давно хотел спросить? Софья мне рассказывала, но я признаться ничего толком не понял, ловко ты тогда нашим девицам "турусы на колесах" раскатал.
  Под навесом наступила тишина, Сашка не мог сразу сообразить, что же ответить. Рано или поздно надо попробовать, нет он просто должен! Сбежать отсюда к бункеру на склоне горы возле Сосновки, как он уже убедился - дело безнадежное, в других направлениях так же непросто. Еще в петровское время внутри страны установили довольно жесткий полицейский режим. С 1724 года запрещалось выезжать без паспорта из своей деревни или города дальше, чем на 30 верст. Все часовые на заставах в городах и стоявшие постоем по деревням войска обязаны были задерживать праздношатающихся "беспашпортных" людей. Действовать так им предписывали инструкции, которые к счастью не всегда соблюдались дословно. В каждом "беглом" подозревали преступника. А если у задержанного находили "знаки" - следы наказания кнутом, клеймами или щипцами, разговор с ним был короток, что бы арестованный ни говорил в свое оправдание. Бежать на Урал и в Сибирь в одиночку было очень трудно. Для успешного побега через "Камень" - Уральские горы - нужен был опытный проводник. По дороге в Сибирь власти зорко следили за "шатающимися" беглыми и гулящими. В воротах городов и острогов стояла стража, проверяя каждого пешего и конного. Чтобы бежать на юг или юго-восток, нужно было двигаться вдоль рек, переправляться предстояло через броды и перевозы, кишевшие соглядатаями. Опасно было идти и по открытой степи, где беглеца легко замечали разъезды. Почти всюду до беглого дотягивались длинные руки власти. Одним словом, велика Россия, а сбежать некуда! Уйти за границу было также непросто. Беглецу предстояло быстро, не мешкая, опережая разосланные во все концы грамоты с описанием его примет, добраться до западной границы и пересечь ее. Без подорожной для передвижения внутри страны и без заграничного паспорта сделать это было почти невозможно. Даже сам царь при выезде из столицы обычно получал подорожную и прочие документы. Поэтому власти, послав сыщиков и нарочных с грамотами о поимке беглеца, успевали предупредить о нем полицию, пограничную стражу и даже посольства России за рубежом. Добыть же паспорт беглецу без связей в провинции было нереально. В сельской местности появление каждого нового человека становилось заметным событием, чужак сразу попадал на заметку начальству. В многолюдных городах была своя отработанная система контроля. Правда оставалась Москва с ее многочисленными притонами дающими приют беглецам, но до нее надо еще добраться.
  Куда ни кинь - всюду клин, но служить 25 лет Александру совершенно не хотелось, тут скорее свихнешся от тоски, если на войне раньше не убьют. Пусть штабс-капитан Денисов заберет на благо царя и отечества хоть все оборудование из бункера, но даст возможность ему вернуться домой. Ранее он сомневался, что машина времени забросившая его в 19-й век находиться в подземном убежище, но в последнее время робкая надежда переросла в твердую уверенность, да она проклятая, стоит там в аппаратной, скрылась под толстым слоем упаковочной полиэтиленовой пленки, и дизельгенераторы предназначены для нее, для хозяйственных нужд бункера хватило бы одного вместо четырех.
  -Да как вам сказать ваше благородие? Врать я не люблю, а правда такова, что вы так просто мне не поверите. -Сашка остановился подбирая слова, и внезапно его, что называется "осенило", -Представьте, вот допустим, дождик закончился и вышли вы Иван Федорович из под нашего укрытия, обернулись, что за чудеса такие: нет ни навеса, ни нижних чинов с рейками, все исчезло. Только поле и деревня там вдали за речкой. Что бы вы стали делать?
  -Даже не знаю, поискал бы вас и затем отправился в деревню, что же мне еще остается? -ответил заинтригованный неожиданным предложением штабс-капитан, совсем не то он ожидал услышать от простого солдатика.
  -Хорошо, пришли вы в деревню, а навстречу молодцы верхом в кольчугах и островерхих шишаках выезжают с саблями на боку и собачьими головами и метлами у луки седла. Хватают они ваше благородие под микитки и волокут в стольный град Москву прямо к царю Ивану четвертому. Его кажется Грозным прозвали, или я ошибаюсь, Грозным был Иван третий?
  -Нет все правильно, Иван четвертый Васильевич это как раз Грозный и есть. Ивана третьего у нас обычно называют Великим. Только я не пойму братец твои аллегории, к чему сие?
  -Сашка врешь ты все! Откедова Грозный царь теперича возьмется? Они же представились двести лет назад? Такое не быват! -Григорий не удержался, от удивления он даже про свой любимый сухарь забыл. Унтер "чудил" и ранее - это всем в полку известно, но таких странных баек он не рассказывал еще ни разу.
  -Гриша, люди в небесах летают? -быстро отреагировал Сашка, неожиданно как бы сменив тему разговора.
  -Нет конечно, бог с тобой, человек не птица, ему по земле ходить положено! -уверенно ответил опешивший сослуживец.
  -Ваше благородие, Грише простительно, а вот вы о братьях Монгольфье и Жаке Шарле слышали? Вроде бы французы хотели на войне для наблюдения за полем боя воздушный шар использовать, да что-то не заладилось у них?
  -Наслышан, да тут, ты Сашка прав, могут летать люди, но к сожалению не у нас в России. Как императрица Екатерина вторая запретила воздушные шары использовать, так до сих пор и не отменили.
  -Экие чудеса на свете есть... -Григорий даже перекрестился на всякий случай, -Не колдуны ли часом диавольским попущением крылья себе отрастили?
  -Нет Гриша, в небо они поднимаются с помощью оболочки наполненной горячим воздухом или водородом, можно сказать, что особой машины или даже воздушного судна. Вот и вас ваше благородие, Иван Федорович забросило во времена Грозного царя посредством специального аппарата, как зачем и почему - это обсудим позднее. Что же вы делать будете?
  -Боюсь, что ничего... особливо если с кипрегелем и картами в руках меня опричники возьмут. В воду не гляди, вздернут на дыбу как колдуна или иноземного шпиона и на костер затем отправят, в те времена с такими не церемонились, Грозным этого царя ведь прозвали не даром.
  -Хорошо, допустим царевы слуги пока везли случайно утеряли все приборы и документы, в этом случае царь посчитает вас обычным иноземцем. Будет он вас расспрашивать, кто каков, откуда взялся? Что вы ему ответите - Санкт-Петербург, где Вы родились еще не построен. Лгать Грозному нежелательно, говорят весьма проницательный был человек, что называется "насквозь видел" собеседников.
  -Задал ты братец задачку... Как я понял, ты Софье с Палашей тогда сказал, что тоже пришел "ниоткуда", мол такого города в России еще нет?
  -Примерно так, к сожалению доказать это сложно, вот разве, что заводское клеймо на моем компасе, посмотрите - там указан год и месяц. -и Александр протянул штабс-капитану один из немногих предметов, которые попали вместе с ним в прошлое.
  -Забавная вещица, я похожих признаться не видел... Но вот если бы я с Грозным царем беседовал, то мог бы много чего поведать, о казанском походе и о других делах. А что ты нам расскажешь?
  -Ваше благородие я образование получил хоть и высшее, но сугубо гражданское и техническое, так что не взыщите, могу представить только общие сведения из школьного курса.
  -Давай, посмотрим, какой из тебя Нострадамус выйдет, с кем у нас следующая война случиться?
  Главная - с Наполеоном конечно, но возможно будут еще и с персами, турками или шведами, но то малые и незначительные конфликты. Про них я ничего толком припомнить не могу, а вот французы: "Померкни, солнце Австерлица! Исчезни, краткий наш позор!", правда это уже литература, поэт Пушкин Александр Сергеевич, он пока в лицее еще учиться.
  -Печально, братец в каком году этот позор будет? И кто у нас в сем безобразии повинен?
  -К сожалению не помню точно, но не ранее 1805 года. Руководил войсками тогда Кутузов, но ему сильно мешали как царь, так и австрийские генералы, наши союзники по антинаполеоновской коалиции.
  -Ну это уже лучше, от сердца отлегло, с такими друзьями и врагов не надобно, и Михайло Ларионовичу далеко до Суворова, Федот, да не тот... Дальше что будет, неужели наши так и потерпят обиду?
  -Сплошные неудачи, даже не расписано подробно в учебнике, все закончиться подписанием мира на плоту в каком-то немецком приграничном городишке. Россия присоединится к континентальной блокаде Британии, но вскоре договор будет нарушен.
  -И я догадываюсь Наполеон возжелает нас наказать за сие вероломное действие? Угадал?
  -Да, летом 1812 года начнется новая война, Великая Отечественная, первая...
  -Ну что же ты тянешь! Давай дальше и подробнее! -кажется Денисов в какой-то момент поверил в совершенно безумную историю, излагаемую унтер-офицером. Слишком уж связно получается, такое трудно придумать, и говорит он по "писанному", неужто действительно вспоминает?
  -Наши силы тогда были разделены на две отдельные армии под командованием Багратиона и Барклая де Толли. Багратион рвется в бой, но Барклай предпочтет отступление вглубь страны, чтобы измтотать противника. Позднее главнокомандующим объединенной армии станет Кутузов, Барклая вроде бы за "пораженческие настроения" сместят. В подмосковье у деревни Бородино произойдет генеральное сражение, после чего наши войска отступят и Бонапарт займет Москву. -Александр старался как мог, но поневоле выходило рубленными телеграфными фразами, но нет надо добавить Лермонтов тут как нельзя уместен: "Скажи-ка, дядя, ведь не даром, Москва, спаленная пожаром, Французу отдана? Ведь были ж схватки боевые? Да, говорят, еще какие! Не даром помнит вся Россия про день Бородина!"
  -Москва златоглавая, господи, наша вторая столица... Позорище похуже Австерлица, что так и отдали без сопротивления? Даже уличных боев не было? -штабс-капитан вероятно не разделял мнение Сашки и Лермонтова о славной бородинской "победе". Чисто с военной точки зрения - это 100% поражение.
  -Город сожгут почти дотла сразу после занятия французами, в результате их армия будет вынуждена отступить по разграбленному ранее пути без всяких припасов. Они растают как снег по весне, но Наполеон уйдет невредимым и воевать с ним в Европе придется еще долго.
  -Когда же этого корсиканского сатану прихлопнут, скажи уж не томи?
  -Вроде в 1815 под Ватерлоо, это где точно не знаю, возможно - Бельгия. Бонапарта арестуют и сошлют на далекий остров в океане, где он и помрет своей смертью со временем.
  -И чего антихриста не порешили? Энто сколько ж народу ен поубивал за стока лет? -вставил свои пять копеек молчавший ранее Григорий, но Сашка оставил вопрос без ответа. Монотонно, словно учитель на уроке истории он продолжал свой рассказ дальше.
  -В декабре 1825 года после смерти Александра первого в России случиться революция, но неудачная. Новый император Николай первый сумеет подавить нарправленное против него плохо организованное выступление военных.
  -Фамилии какие вспомнить сможешь? -на лице штабс-капитана, помимо воли, отразилось мучительное сомнение, уж не для слежки ли за ним в полк направили этого необычного солдата? Может как раз подбираются к нему, надеются выведать что-нибудь?
  -Пестель, Раевский, Трубецкой, Пущин, Волконский, Рылеев там много их было... Стрелять в нового царя собирался кажется Каховский. Они хотели учредить республику и провести реформы как в свое время во Франции. У нас их принято называть"декабристами" по дате выступления.
  -А как... Как сия организация у повстанцев называлась?
  -Не помню толком не то "северная" не то "полярная звезда", на допросах они особо не болтали, поэтому известно мало. Да и не интересовался я помимо школы историей того времени.
  -Очень может быть... -пробормотал потрясенный Денисов, но тут же и успокоился, к его масонской ложе декабристы явно отношения не имели, -Государь император сам обещал провести необходимые реформы, но видать не сподобился? Что за 1825 следом грядет?
  -В 1853 случиться еще одна война. Против России объединятся Британия, Франция и Турция. Черноморский флот будет уничтожен, а его главная база Севастополь - полностью разрушена.
  -Это уже интересно... значит была крупная морская баталия, неужели наши моряки уступили?
  -Нет не уступили, они свои корабли утопили сами. Против вражеских судов, оснащенных паровыми машинами и не зависящих от воли ветра, наши парусные оказались, как наш Гриша любить говорить: "Что плотник супротив столяра"!
  -Опять не слава богу, там вообще хоть что-то утешительное нас ждет? Неужто совсем воевать разучились?
  -В 80-е война с турками, кажется тогда болгар освободили, однако Царьград и проливы не взяли.
  -Турки, это турки, у них дарование быть битыми, как говаривал еще кардинал Ришелье.
  -В 1904 война с японцами, весь российский флот за исключением черноморского уничтожен или пленен, все сухопутные сражения проиграны.
  -Б... -это что за черти такие? Неужели с того островка, что перстом на карте накрыть можно? -штабс-капитан с трудом сдерживал эмоции, не часто ему доводилось прибегать к ненормативной лексике. Очень уж неприятное известие, дальше некуда.
  -Они самые... "Япошки-макаки, да мы сами кое-каки", так тогда говаривали.
  -Ладно хватит братец, не хочу слушать твои речи, тошно... Постой, ты говорил что Великая Отечественная война первая, значит и вторая должна быть? С кем на сей раз?
  -С немцами, не беспокойтесь так, там еще и первая мировая война будет с ними же и их союзниками, но в итоге мы победим, правда невероятно дорогой ценой.
  -Хрестьянам то волю дадут али по прежнему все останется? -наконец вновь подал голос Григорий, военная история его занимала мало, а вот такой животрепещущий вопрос, совсем другое дело.
  -В 1861 году крепостное право будет отменено новым царем, Александром вторым! Но Гришь не радуйся больно, освободят мужиков почти без земли, да еще заставят за это дорого заплатить.
  На некотое время под навесом установилась гнетущая тишина, собеседники Сашки молча "переваривали" весьма нерадостные перспективы будущего. Первым в себя пришел Денисов, и тут же поставил, что называется вопрос "ребром".
  -Извини братец, а каковы доказательства у тебя имеются? Покамест мы только слова от тебя видим...
  -Ваше благородие, если бы я обладал свободой передвижения, то за этим вопрос бы не встал. Более того я считаю, что "из будущего" к вам в 19-й век прибыл не в одиночку, есть еще как минимум один такой путешественник. Мне только нужно попасть в определенное место под Москвой, где находиться замаскированная машина для перемещения по времени и другое вспомогательное оборудование, и... - мысленно про себя добавил Сашка, но вслух ничего не сказал, -Свалить отсюда нафиг домой, это не мое время, не моя страна и воевать за бредовые амбиции вашего царя мне совсем не хочется!
  -Хорошо, я подумаю и может быть получиться организовать командировку или по части ремонта лошадей. Скоро надобно будет обоз комлектовать. -штабс-капитан поверил, или по крайней мере сделал вид, по его немного "монгольскому"и слегка раскосому лицу не понять, -Ты братец до времени помалкивай, а то знаешь даже в нашей убогой провинции тайные полиции своих людей имеют. Гришка - ты тож молчи, смотри не болтай лишнего!
  -Ваш высокблагородие, нам чего - мы привычные, раз велено то буду нем как могила!
  
  Что изменилось в этом мире после разговора трех человек на окраине богом забытого уездного города, который и не на всех картах сыщешь? Ровным счетом ничего: штабс-капитан удаленный из столицы за близость к масонам, лишний раз уверился в своей правоте, его земляк Григорий узнал когда наконец будет народу долгожданная "воля", Александру же только остается ждать и надеяться и больше ничего. Потянулись долгие зимние дни, разводы, караулы, наряды и опять мастерская и ворчит за спиной швейцарец - как не старались беречь материальную часть, но сумели таки наши солдатики изломать за очередной летний учебный период полсотни ружей. Такое впечатление, что время если не остановилось совсем, то сильно замедлило свой бег, все раз за разом повторяется, тоже самое было и прошлой зимой и позапрошлой? Во вторник его вызвали в канцелярию полка, допытывались какое отношение он имеет к некоему крепостному крестьянину Алексашке Иванцову, ограбившему совместно с вольнонаемным кучером-подельником своего барина, три года назад в окрестностях деревни Сосновка московской губернии. Сашка не имел еще в этом мире на своей совести никаких прегрешений перед законом, так он им сказал в глаза, мол разбирайтесь сами с вашей бумагой ваше высокоблагородие, мало ли чего там чиновники напутали. Присутствовавший при импровизированном судилище штабс-капитан Денисов его поддержал, в самом деле, смотрите господа офицеры: имя, фамилия, возраст подозреваемого - ничто не сходиться. Какой из этого унтер-офицера грабитель, ему можно смело полковой денежный ящик доверять, пропажи не будет. После недолгого обсуждения командир полка велел предать это дело забвению, запрос положили под сукно и более Александра по этому поводу не дергали.
  Ближе к рождеству у него во взводе случилось ЧП, чуть галун унтер-офицерский с Александра тогда не сняли, но пожалели на первый раз, или опять Денисов подсобил. Солдат Тимофей Скорохватов утопил в проруби законную жену приказчика Анисимова, а затем и сам покончил жизнь самоубийством, повесившись в пустой конюшне на заднем дворе полка. Такова провинциальная жизнь, под тихой и неподвижной водой бытия нередко кипят невидимые потоки обжигающих страстей. На Сашку накинулись, куда смотрел, почему не предотвратил? Он ведь не ясновидящий... Тимоха никому ничего не говорил, о его романе с приказчицей до трагической развязки в полку не знал ни один человек. Погребли беднягу на солдатском кладбище за лазаретом в присутствии всего полка, как положено и по-человечески похоронили, хоть и без церковного отпевания, не как при Немце. Полковник произнес на гражданской панихиде короткую речь, а полковой батюшка выдал нравоучительную проповедь два дня спустя на обязательной для нижних чинов молитве...
  Постепенно в привычную музыку провинциального застоя стали вплетаться тревожные нотки слухов и сплетен. Не то что бы в прежние годы их не было, какие только дикие известия не проникали в казарму раньше, но нижние чины за свою судьбу не беспокоились: "это не про нас". В новом 1804 году впервые до глухой уездной дыры докатилось зловещее дыхание новой войны, готовой вновь вспыхнуть в Европе. Надо сказать, что боевые действия уже шли давно, но это была война кита со слоном: Британия безуспешно пыталась забороть Францию, а все остальные державы выступали пока в роли зрителей на политическом ринге. Российскую империю эти события вроде бы не задевали, но тем не менее новому царю видно хотелось подвигов и приключений на свою пятую точку. Первые известия, породившие в солдатской среде нешуточную панику принес из полковой канцелярии ремонтировавший там мебель Гришка. С его слов выходило, что 13 егерский полк погрузят на корабли в Питере и морем повезут во Францию вместе с другими войсками. Якобы в штабе уже получены морские карты и господа офицеры их дотошно изучают. Народ тут же единогласно пришел к закономерному выводу: "Утопят нас сволочи - ни за грош пропадем!". Одни рванулись пропивать последние наличные копейки, других неожиданно охватило благочестие, полковой священник сильно подивился количеству желающих исповедоваться и причастится, раньше никого не найдешь все пропадают в кабаке, а тут целая толпа разом привалила желающих покаяться в грехах... Сашка улучил момент и кинулся в штаб полка прямо к Денисову.
  -Ваше благородие, что мы скоро выступаем в поход?
  -Александр, братец ты устав помнишь, учил ведь недавно, знаю учил... Как войско должно довольствоваться на походе? -штабс-капитан неожиданно ответил вопросом на вопрос, не иначе ожидал такого развития событий.
  -С полкового обоза конечно, а он пополняется в казенных провиантских магазинах по пути следования части.
  -А где ты у нас обоз видел? Ни одной лошади нет и ни одной повозки не имеется в наличии, мы даже до губернского города не дойдем, не то, что до Санкт-Петербурга. Или ты братец полагаешь подаянием людей питать по дороге?
  -Теперь понятно, простите ваше благородие, слухи такие ходят...
  -Да я уж вижу у вас который день дым коромыслом идет, поговори братец с людьми и, успокой их и разъясни, тебе поверят больше, как я полагаю.
  Понемногу волнение само собой улеглось, хотя Александра сослуживцы еще долго терзали расспросами: "Парыж - энто где? В какой растакой губернии?" Пришлось выпросить у штабного писаря старую географическую карту, и с ведома батальонного командира устроили своеобразную политинформацию, после чего солдатики окончательно успокоились. Франция по сравнению с Российской Империей на казенной пожелтевшей бумаге разлинованной меридианами и параллелями, выглядела очень несерьезно, куда им малохольным до нас - если что, то шапками закидаем супостатов! Куда только эти дохлые французики лезут, что мало им Суворов надавал по сусалам в Альпах...
  Кризис миновал, все наличные деньги успешно пропиты и старые грехи отпущены полковым батюшкой - остается жить дальше, все так же не спеша и размеренно и невероятно тоскливо. В начале апреля у егерей появилось правда небольшое развлечение, от полка стали назначать караулы в "крепость". К фортификации это сооружение уже давно имело весьма отдаленное отношение, представляя собою скорее пустырь обнесенный высоким забором, где раньше в незапамятные времена помещался не то артиллерийский парк, не то арсенал. Крепость-арсенал, как и острог и другие важные уездные объекты охраняла местная инвалидная команда, но по весне у них случилась существенная убыль в людях: двое нижних чинов по пьяному делу утонули, желая сократить путь, переходили через речку по уже подтаявшему льду. В связи с такими обстоятельствами часть караулов передали в ведение 13-го егерского полка. Хоть какое-то разнообразие в унылой и монотонной солдатской жизни...
  ...Александр почти час бесцельно слонялся по обширному и захламленному внутреннему двору крепости, разглядывая сваленные в кучи ржавеющие пушечные стволы, пирамиды чугунных ядер и бомб, и покосившиеся от времени дубовые лафеты с передками, еще сохранившие кое-где на потемневшем дереве остатки красной краски. Никакой описи или учета хранимого имущества здесь сроду не велось, поэтому все более-менее стоящее, как свинец, медь, хороший порох и другие ценные материалы уже давно утилизировали в свою пользу солдаты инвалидной команды. Караул фактически охранял только сам себя, и еще огромные ворота, запертые проржавевшим до состояния монолита амбарным замком - на такие раньше запирали города. После загребущих лап местных "инвалидов", на долю егерей достались только железо и чугун. К сожалению, железоделательных и металлургических заводов в округе не было, и черный металл был обречен бессмысленно пропадать под открытым небом, поражаемый ветрами и дождями. Правда, ушлые ребята из второго батальона ухитрились толкнуть одному местному помещику сразу четыре чугунные трехфунтовые пушки, взяв ровно по рублю за фунт калибра. Зачем понадобилась сельскому барину в домашнем хозяйстве целая батарея, остается только строить предположения, возможно для салютов по праздникам, а может он всерьез собирается с соседями воевать? Денисов рассказывал, что при матушке Екатерине такое изредка случалось, бились господа дворяне друг с другом насмерть, разрушали усадьбы и захватывали в плен чужих крепостных крестьян и дворовых, даже восстание Пугачева некоторые "вояки" зачастую использовали, как удобный предлог для сведения счетов с "добрыми соседушками". Определенным спросом пользовались у местного населения и ядра от тех же мелких трехфунтовок, что с ними делали купцы неведомо, может быть как гири применяли. Сашка нащупал носком сапога в снегу твердый округлый предмет, неужели ему улыбнулась удача, лишний гривенник в кармане очень бы не помешал. Нет не везет сегодня, найденное и очищенное от снега и земли ядро фунта на четыре потянет не меньше, на такие на местном рынке спроса нет. Не попытать ли ему счастья в пороховом погребе, может хоть там, что-нибудь ценное сохранилось? На худой конец пороха подмоченного надо обязательно набрать для полкового оружейника, а то на рождественские фейерверки Филипп Карлович извел почти все свои наличные запасы. Глядишь, высушит швейцарец эту слежавшуюся пакость, перетрет и можно будет снова в дело пустить. Пороховой погреб найти оказалось нетрудно, впрочем ни малейшего сходства с погребом это сооружение не имело - просто еще один сарай огороженный защитными земляными валами с трех сторон. Тут как и везде в крепости царили полная разруха и запустение, по углам валялись какие-то как ломанные, так и целые бочки, гнилые ремни и прочая ненужная никому дрянь. Александр вскрыл один непочатый бочонок и аккуратно орудуя специальной деревянной лопаточкой наковырял примерно полтора пуда плотной черно-серой слежавшейся массы, затем добытое сложил в приготовленный заранее холстинный мешок. На обратном пути он не удержался, машинально пнул груду гнилой упряжи наваленной возле самого выхода, и внезапно его внимание привлек массивный низкий ящик, или если точнее по-местному "ларь", скрывавшийся ранее под этими старыми кожаными ремнями. Что тут у нас спрятано, давайте посмотрим - и удивленному взору открылись плотные ряды жестяных банок, точь в точь в таких упаковывали расстворимый "ленинградский" кофе в старые советские еще времена. Вот только жестянки набиты отнюдь не кофейными зернами, очень уж тяжелы - да это же картечь к трехфунтовым или четырехфунтовым пушкам - догадался Сашка, сразу всплыла картинка из номера "Техники молодежи", историческая серия по артиллерии нового времени. Оставлять найденное добро на произвол судьбы было жалко, хоть он и не представлял пока, как можно такое богатство использовать. Пришлось сбегать в караулку и занять у сослуживцев еще пару дерюжных мешков. У каждого солдата, заступавшего в караул, с собой был обязательно хотя бы один в запасе, нижние чины собирали на постах всякие мелкие железки и сбывали потом кузнецам в городе. Обычно "добычу" просто перебрасывали через забор, и позднее сменившись с караула приходили и забирали. Александр поступил таким же образом, разве что пришлось звать на помощь старого друга Григория, одному за раз два увесистых мешка не унести. Пока они волокли тяжелую ношу в казарму, в голове у Сашки возникли кое-какие идеи насчет использования неожиданной находки, надо только поговорить с Бауэром, может его опыт изготовления фейерверков пригодится...
  *********************************************************
  Отзвучали со сцены слова великого классика, полные неподдельного трагизма, медленно ползет плюшевый занавес, но это не конец спектакля - антракт, предстоит смена декораций, и отчасти актеров.
  -Фальшивят-с ваши комедианты сегодня Филипп Карлович, Дездемона ровно торговка селедкой на базаре кричит-с, без души играют-с! -выразил неудовольствие толстый и важный господин в модном малиновом фраке своему соседу по ложе, аристократически растягивая слова и добавляя к месту и не к месту непременное "-с", -Сэр Уильям Шекспир-с право слово, был бы недоволен-с эдакой игрой-с!
  -Не волнуйтесь ваше сиятельство, сейчас мы быстро все поправим, запоют как надо! -и бывший историк, нашарив рукой скрытую на крючке под портьерой плеть-треххвостку, стремительно кинулся исполнять желание дорогого вельможного гостя, на ходу он выкрикнув дежурившему в коридоре экзекутору, -Арапке тридцать палок, не жалей черномазого придурка, а с этой б... Дунькой я сам расправлюсь!
  Хлопнула, точно пистолетный выстрел дверь гримерной, и спустя мгновение маленькое помещение наполнил до отказа истошный женский визг, со своими крепостными актерами, бестолковыми куклами из плоти, "гость из будушего" никогда не церемонился. Но вскоре просто обрабатывать плетью толстый дунькин зад ему надоело, почему бы не совместить приятное с полезным?
  -Подмылась ли ты на ночь Дездемона? Сейчас проверю! -старая хохма, времен студенческих любительских спектаклей, здесь в устах Степаныча прозвучала совсем не смешно...
  Дуняшку за загривок и мордой в стол, юбки верхние и нижние - не преграда, взлетели наверх точно невесомые лепестки цветка и барин приступил к привычному и весьма приятному занятию. Вся женская крепостная прислуга в его владениях, а равно и "актерки" его домашнего театра давно уже смирились с милыми чудачествами своего господина, и покорно ему отдавались по первому требованию, тех кто дерзнул противиться ожидала очень печальная участь. На ссылке в Сибирь барин уже давно не экономил, как тогда в Москве, а связи в столичной полиции позволяли легко подвести строптивицу под "покушение на жизнь господина", что уже однозначно грозило кнутом, и пожизненной каторгой.
  Распластанная на туалетном столике бедная девка даже слезу пустить не смеет, боится сложный грим на лице испортить и тогда наказание будет уже совсем иным. Еще немного времени и в лоно начинающей "звезды сцены" будет впрыснут внушительный "творческий заряд". Краем уха Виктор Степанович улавливает приглушенные толстыми стенами особняка вопли "арапа" Ахметки, которому не посчастливилось получить от рождения негроидные черты лица. Как бывший историк и профессионал, Степаныч любил достоверность, не раз подмечая опытным глазом недостатки в художественных фильмах и ругаясь на очередную дешевую "голливудскую поделку". Раз шекспировский Отелло - мавр, значит должен быть негром, а поскольку натуральные арапы в городе на Неве чересчур дороги для использования в театре, то пришлось подыскать местный эквивалент среди крепостных. Смотри как вопит сердешный, на совесть бьют на конюшне, так и слышно по по всему дому. Подумать, только всего тридцать палок по пяткам, и столько шуму. Нет, определенно китайцы, наши косоглазые братья, знают толк в пытках и телесных наказаниях - великая древняя цивилизация, не то, что российские лапотники.
  -Молодец кучер старается ведь! -проноситься в распаленном похотью мозгу мысль. Надо обязательно поощрить верного слугу, может отдать ему эту Дуняшку, пусть побалуется, если продать как актерку ее не получиться. Только и талантов у дурочки, что хорошая память, а так ни кожи ни рожи, сгодиться только в бордель самого низшего пошиба категории "за гривенник", предназначенный для солдат, матросов и прочего уличного отребья.
  -Ваш млость!!! -выпалил скороговоркою неведомо откуда взявшийся мальчишка-посыльный, -Их просят до сцены!
  -А сука бестолковая, марш вперед работать! -с трудом оторвавшись от начатого дела Степаныч пинком, прямо по толстой голой заднице выставил "примадонну" Дуньку за дверь, даже не дав девке сперва прикрыть стыд пышными "господскими" юбками. Что за собачья жизнь, опять ему не дали кончить в бабу! Взревев как раненый зверь он заметался по гримерке, натыкаясь на стены, сметая со столиков банки-склянки и прокидывая вешалки с одеждой и париками. Бабу барину! Ба-а-бу!!! Полжизни бы отдал, только бы женщину сейчас сюда любую хоть саму страшную и старую, но ведь не прибегут на зов, небось попрятались по углам и дрожат как мыши. Неожиданно Степаныч-Пферд заметил, что он в помещении гримерной не один: парнишка-курьер не убежал вместе с Дунькой, а забился в угол и таращит на него испуганные, по полтиннику расширенные глаза. Конечно, не каждый день такое захватывающее зрелище увидишь - господин барон Пферд со стоящей как кол елдой между ног, мечется по артистической уборной и крушит в ярости все, что попадается под руку, только стекло хрустит под ногами.
  -Ну поди сюда скотина!!! -сказал, нет скорее прорычал терзаемый неистовым желанием бывший российский интеллигент, -Как тебя звать щенок?
  -Грицько... -еле-еле слышно промямлил тот, страшась даже взглянуть в глаза разгневанному барину.
  Дай бог память, да это же тот хлопчик-хохол, что знакомые поляки в прошлом году подарили на очередной пьянке в счет покрытия старого карточного долга? Мордашка смазливая и кудряшки как у девчонки, а голова тупая точно валенок, сколько не учили, сколько не били, так и не смогли ни к чему путному панский подарок приспособить, только на бессловесные роли голозадых ангелочков-купидонов в постановках и сгодился, да и в качестве подметальщика заднего двора в другое время.
  -На колени раб!!! Пасть открой, а глаза закрой, вот так молодец! Сейчас барин тебе покажет птичку... -и тронулось, покатилось... подробности этой дикой и неприятной для нормального человека сцены 'любви' пожалуй стоит опустить и оставить за кадром...
  -Смотри-ка оказывается, какой редкий талант у мальчишки скрывался как старается, аж причмокивает, -подумал удовлетворенный Петрович, надо будет наградить умельца хоть двуегривенным на конфеты, не иначе мальчонка опытный уже и сам напросился на специфическую барскую ласку.
  Животная страсть теперь окончательно выпустила Степаныча из своих жестоких объятий, теперь возникло желание и "за жизнь" немного поговорить, пусть даже с этим ничтожным бестолковым рабом. С дворовыми девками общатся было бессмысленно, тупые, безмозглые дряни только ревут белугами после соития, как правило, дельного слова от них вовек не услышишь, даже от постоянных "любимых" наложниц. Нет что бы понять, посочувствовать и морально поддержать господина в его ежедневных тяжких трудах, это ведь какую прорву денег он тратит на содержание этих дармоедов, а уж нервов сколько извел! Один театр вместе с декорациями, костюмами и машинами в кругленькую сумму обошелся, почти как пехотный полк. Неизвестно еще удастся ли вернуть вложенные средства на продаже в розницу крепостных актеров и на возможно... на военных подрядах: провиант, снаряжение, лошади и так далее. Знатного хмыря, имеющего связи в Провиантской Экспедиции, того самого, что сейчас развалился на диване в ВИП-ложе, он уже добрый месяц пытается окрутить на предмет выгодных контрактов, но пока безуспешно. Ранее он пробовал и российский балет поднять на мировой уровень, была в Питере преходящая мода у господ аристократов на "танцорок" и "балерунок", но успешного бизнеса не получилось, разве что полезные связи появились через "театральных" девок в различных ведомствах. И вот теперь в том же самом доме, где год назад нанятый итальянский балетмейстер дрессировал с помощью палок и леденцов тощих деревенских девчонок, Степаныч устроил драматический театр. Дело пока шло неплохо, он даже определенную известность получил в кругах питерских ценителей искусства, вот только с доходом пока не очень, его можно сказать совсем не было. Одни сплошные убытки и потери, так двух девок уже пришлось задарма презентовать "любителям прекрасного" из окружения всемогущего Аракчеева, не подмажешь, не поедешь.
  -Впредь, когда барин спрашивает, всегда представляйся как положено, называя имя, фамилию, должность, номер противогаза и размер трусов! -в обращении со слугами он всегда старался придерживаться строгого военного порядка, нечего их сволочей распускать. Рабы должны всегда чувствовать жесткую руку господина, пуговица оторвалась или вид неопрятный всегда подлежали суровому взысканию, кучер-экзекутору без дела скучать не приходилось, розги так и свистели под вечер, а по выходным случалось и сутки напролет доносились крики истязаемых людей с конюшни, работы у "домашних" палачей было много.
  -М-м-мы...па-а-ан... -только и смог ответить его случайный партнер, размазывая по лицу сопли пополам с той белой липкой субстанцией, что первоначально предназначалась Дуньке в качестве своеобразного поощрения.
  -Мазепа что ли? -припомнил барин старинное ругательное прозвище малороссов, знакомое еще по Москве. В ту пору, когда громадные обозы чумаков с солью, бывало едва тащились по раздолбанным российским дорогам, и любимое занятие встречных было дразнить их: "Че хохол, Мазепа ваксу поди съел?".
  -М-м-мыыыы... Бандера мы, вельможный пан... -наконец справился с соплями и другими жидкостями во рту парнишка, обиженно выпятив круглые полные, как у девки губки.
  Виктор Степанович не смог удержаться от распиравшего его смеха, давно он так не веселился с тех пор как покинул двадцать первый век, неужели это предок того самого самостийного и незалежного "вождя", похож немного внешне или нет? У того ведь тоже аналогичные наклонности были, если верить его современникам-полякам, нет надо определенно поощрить разумного юнца, вдруг да в самом деле прапрадедушка столь известной исторической личности. Неплохое начало для государственности одной пограничной с Россией "великой державы"...
  -Беги к экономке, скажешь барин велел тебе целковый на сладости выдать. Да постой, морду сперва утри от молофьи, вот полотенце возьми с вешалки.
  За три последних года, проведенных в начале 19-го века наш современник сумел добиться вполне ощутимых успехов в жизни. Только вот с титулом не повезло, баронство удалось купить без особого труда, помогли добрые люди за отдельную плату, а вот выше поднятся никак нельзя. Денег у бывшего историка, что называется было, как у дурака стекляшек. Несмотря на карточные проигрыши и не всегда удачный бизнес, современники его не без оснований считали одним из немногих столичных миллионеров. Перебравшись из надоевшей Москвы в северную столицу, он сумел провернуть ряд на редкость удачных дел, благо в памяти осталось немало нужных сведений по данному периоду истории. Самое значимое пожалуй - его афера с векселями. Он занял у различных столичных ротозеев-кредиторов внушительные суммы ассигнациями под хороший, очень высокий процент с условием выплаты долга в свою очередь "бумагой", а затем быстро превратил полученные средства в недвижимость и благородные металлы. Успел что называется проскочить перед поездом на переезде, грянул неожиданный для большинства населения дефолт, бумажный рубль обесценился почти вчетверо, а Степаныч честно заработал на этом событии первый свой миллион. "Без лоха, как говорят мудрые люди, жизнь плоха", этот девиз долгое время висел у него в кабинете в красном углу вместо иконы в золоченой рамочке. Позднее его сменил другой, изобретенный лично бароном: "Кого не уе..., того нае...", а что такого, у его знаете ли официально в гербе красная башня фаллического вида в голубом поле стоит и крепко сжатый кулак в латной перчатке имеется.
  Он удачно и своевременно женился, сделал хорошую партию, взяв немалое приданное в том числе землями и крепостными душами заодно. Деньги, что называется сами шли к деньгам, его состояние постоянно множилось, но насытится он никак не мог - все время хотелось большего. Семейная жизнь, так уж получилось, у бывшего историка совершенно не сложилась, жена оказалась весьма неравнодушна к "невинным" забавам муженька, которые он не захотел оставить и после заключения брака. Поэтому спустя два месяца после свадьбы его дражайшая супруга баронесса Пферд скропостижно скончалась от желудочных колик, вызванных скорее всего отравлением цианистым калием. Это вещество еще совершенно незнакомо, как местным медикам, его получит немецкий химик Роберт Вильгельм Бунзен только в 1845 году. Поэтому разоблачения и соостветствующего наказания можно было не опасатся. Историк был безутешен и горевал вполне искренне, ведь ему пришлось потратить на эту глупую и вздорную дуру одну из 20-ти драгоценных таблеток, предусмотрительно захваченных им из будущего на всякий пожарный случай. Он же ей дал полную свободу заводить любовников хоть целую роту, так чего же ему не пошли навстречу? Теперь никто и ничто уже не ограничивало его веселую разгульную жизнь, проблемы же с законом здесь принято решать путем взятки, важно только вовремя 'позолотить' ручку нужному человеку. Главное чтобы все прошло "тишком", без громкого скандала и разбирательств, если информация дойдет до царя, то виновника могут действительно наказать "по закону" или по произволу, как угодно его императорскому величеству будет. В противном случае сплошь и рядом даже "мокрые" дела судейские спускают постоянно на "тормозах", или вариант - "тянут" десятилетиями, пока не помрут естественной смертью свидетели, истец или даже сам ответчик.
  Соседи нового помещика, барона Пферда всегда поражались, почему у курляндца в деревнях сплошь одни некрасивые девки и бабы: "ни одного пригожего лица не встретишь". Ничего сверхъестественного, просто Степаныч сразу же выгодно распродал всех своих более-менее смазливых девиц и баб в публичные дома от Москвы до самых до окраин российской империи, как в песне поется. Действовал он по "юридически чистой" схеме, отработанной ранее в первопрестольной с Варькой, вот и остались на селе одни страхолюдины. "Барин"-историк не брезговал в поисках хорошего дохода абсолютно ничем, столичным прожигателям жизни наскучили русские девки? Прекрасно - через бартер с кавказцами и персами он наладил поставки в российские дома свиданий персиянок, черкешенок, негритянок и прочей "ненашей" экзотики, специально для богатых, для любителей. Привез он так же парочку негров-атлетов из Эфиопии, надо же позаботиться и о знатных дамах, пока мужья развлекаются в обществе "потерянных, но чрезвычайно милых созданий". К удивлению историка-сводника, африканцы действительно умели немалый успех и пользовались спросом в высшем обществе, вот только не среди столичных женщин...
  В своих загородных имениях, число коих постоянно увеличивалось, доморощенный фон-барон никаких новшеств не вводил, справедливо полагая, что лучший сельскохозяйственный инструмент в российских условиях - это палка в руках жестокого надсмотрщика. Пусть князья Волконские, Бобринские, и прочие титулованные и не очень идиоты, покупают заморские машины и орудия, строят конные заводы и вводят новые сельскохозяйственные культуры, Степаныч озадачился простым выбором подходящих управляющих для своих новых имений. В основном выколачиванием денег из крестьян по оброку у него занимались иностранцы из числа подонков, набранных по особому конкурсу в питерских портерных. Но были так же и свои отечественные "специалисты" из отставных унтер- и обер-офицеров. Например, один такой палач держал в страхе не только порученную барином ему деревню, но и весь уезд заодно, недаром крестьяне его прозвали "сатаной". Господина барона совершенно не волновало, что происходит на селе, урожай - не урожай, да хоть конец света, но оброк должен быть собран вовремя и в полном объеме, пусть они там хоть грабят на большой дороге или баб своих на позорный "промысел" в город посылают. Как ни странно такой подход к ведению дел обеспечил ему не только вполне стабильный высокий доход с поместий, но и создал репутацию строго и рачительного хозяина в среде провинциальных землевладельцев. Не все помещики имели возможность столь изощренно мордовать своих крепостных, для этого "верные" и безжалостные люди нужны на местах, и связи в верхах на случай непредвиденных форс-мажорных обстоятельств, вот и завидовали ему "черной завистью". Классика русской литературы в чистом виде: у Пушкина главным провинциальным авторитетом ведь выведен самодур и жестокий рабовладелец Троекуров, а не либерал и "добрый барин" Дубровский, об того местные чуть ли не ноги вытирают. Пфердовские крепостные крестьяне неоднократно пытались жаловаться властям, но их всегда пороли за казенный счет и возвращали хозяину, так положено по закону, да и приплачивал барон кое-кому из чиновников немного ну и прикармливал соотвественно. Далее обычно начиналась расправа с "кляузниками" и "бунтовщиками", кому снова жестокая порка, кого в Сибирь в ссылку на поселение, кого в солдаты - отечеству ведь нужны защитники. В самом крайнем случае, если очередной управляющий перегибал палку, и дело доходило до кровопролития и трупов, господин барон с чистым сердцем сдавал негодяя властям под суд и ставил на его место нового, не менее свирепого. А как вы хотели - "наша власть должна быть страшной", иначе народ избалуется и чего дорого захочет свободы, Степаныч быстро стал в новом мире приверженцем этого принципа.
  Особая забота была у него конечно же была о подрастающем поколении, снова прямо как у классика: "Дети - это наше будущее". Так в окрестностях Петербурга был основан закрытый пансион для девочек, а управляющие в поместьях получили четкие указания прислать туда всех "пригожих на лицо" девиц в возрасте от 7 до 10 лет. Дело вела "генеральша Амалия", с виду представительная и родовитая дама, но на самом деле известная в узких кругах любителей 'клубнички' варшавская бандерша польского происхождения. Степаныч соблазнил ее немалым окладом и процентом от реализации "красного товара". Девиц добросовестно учили четыре года примерно по той же программе, что и в Смольном институте, кроме специфических, можно сказать - специальных предметов конечно. Выпускные экзамены по спецпредметам обычно принимал лично Виктор Степанович: отличницы поступали на стажировку в его домашний гарем с перспективой дальнейшего трудоустройства на ниве оказания сексуальных ВИП услуг - содержанками например к богатым господам, хорошисток иногда продавали горничными и гувернантками зачастую в приличные дома. Самую многочисленную категорию выпускниц - "троечниц" понятное дело, с нетерпением ждали публичные дома и прочие "заведения" Питера, Москвы и других крупных городов, эти девицы вполне сгодятся для удовлетворения потребителей средней руки. В последние годы ближе к 1810, в связи с наплывом в столицу знатных и не очень французских и немецких эмигрантов, возник немалый спрос и на нетрадиционные для России сексуальные услуги. Виктор Степанович уже всерьез подумывал об открытии специальной школы-интерната для воспитания крестьянских мальчиков из числа как собственных его крепостных, так и закупленных на стороне, но к сожалению, судьба распорядилась иначе и осуществить столь грандиозные замыслы он не успел.
  Читатель вправе спросить, почему столь бурную и незаконную деятельность вовремя не пересекли власти, да и дворовые своего "веселого" барина должны были давно убить за такие фокусы. Ответ прост до безобразия - от справедливого возмездия по закону Степаныча спасали деньги и связи среди "хороших людей", зачастую презентованная вовремя нужному человеку девка решала все проблемы с местной юстицией. Что до рабов, так зря он что ли докторскую защитил по теме противостояния крепостных и их хозяев? Он все предусмотрел до самых мелочей, сразу же завел в Питере вольнонаемную вооруженную охрану и среди его окружения, среди 'ближних' или домашних дворовых никогда не было крепких мужиков и парней, кроме избранных экзекуторов вроде уже известного читателю кучера Степана. Исключение составляли актеры домашнего театра, но туда он брал только абсолютно забитых и покорных. На кухне тоже трудились исключительно наемные кухарки и повара, барин совсем не желал получить на завтрак хорошую дозу мышьяка от родных очередной своей жертвы. Не держал он по 200-500 дворовых "бездельников" при себе, как многие его столичные современники, обходился минимальным количеством "вольных" слуг, за вычетом гарема конечно. Поэтому в Питере, среди столичного общества барон Пферд слыл человеком передовым, европейцем. Консерваторы почитали его чуть ли не революционером и отпетым "вольтерьянцем", а ведь зря. Впрочем, надо сказать, что известность у него была несколько специфическая, его советами, услугами, деньгами и девушками столичные аристократы охотно пользовались, но приглашать к себе столь же откровенно брезговали. Раз только и удалось ему принудить одну молоденькую графиню рассчитаться "натурой" за один должок... Не принимал Пферда высший круг общества, но он пока и не особо комплексовал по этому поводу. Примут рано или поздно, куда они от него убогие дегенераты денутся?
  От этих черезчур "благородных господных" честному и полезному бизнесу были сплошные проблемы, однажды зарвавшийся Степаныч был жестоко бит по морде молодым гвардейским офицером, из-за очередной девки кажется вышел скандал. Но и тут природный ум и сообразительность его выручили, как всегда и ранее. После некоторых поисков он завел себе собственного "подставного поединщика", иначе говоря профессионального дуэлянта - bretteur-а, или по меркам ХХ века - личного киллера. Молодцу грозила пожизненная каторга за весьма неприглядные деяния и стоило немалых денег его "отмазать" от заслуженного возмездия, что впрочем окупилось впоследствии сторицей. Теперь каждый потенциальный обидчик неоднократно подумает на предмет "а стоит ли?", прежде чем поднимать руку на господина барона, слишком уж нехорошая слава была у его французского приятеля и приживала.
  Страна готовилась к войне с Наполеоном, и наш пострел тоже собирался принять в этом захватывающем действии посильное личное участие. Нет воевать - не для него, убить ведь могут или покалечить благородного человека, подыхать на полях сражений - это удел крепостного быдла и тех немногих дураков, что его ведут на убой. Другое дело поставки продовольствия и других предметов снабжения для военного ведомства, это и патриотично и выгодно. Заранее зная, чем закончиться очередное сражение можно весьма неплохо заработать на такой важной информации...
  Что еще? Читатель вправе спросить, почему бывший историк до сих пор не попытался найти бункер на горе возле Сосновки, ведь там осталось столько нужных и полезных для начала 19-го века вещей? Нет не забыл Степаныч ничего, он неоднократно вспоминал о этой своей потенциальной "заначке", особенно в моменты временных финансовых затруднений. Но каждый раз на пути к столль заманчивой 'халяве из будущего' возникали непреодолимые препятствия. Начнем с того, что холм на склоне, где находиться прибывшее из 21-го века бомбоубежище с артефактами, принадлежит казне и в частные руки его не продадут. Поэтому купить эту территорию, обнести высоким забором, и потихоньку заниматься поисками и раскопками было нельзя. В одиночку или небольшой группой рыскать по окрестностям Сосновки можно долго и безуспешно, точное местоположение "клада" неизвестно. Другое дело если разделить местность на квадраты и привлечь для прочесывания сотню-другую поисковиков, но как сохранить секретность такого мероприятия? Разнесется по всей округе слух, что на горе у Сосновки ищут клад, и тогда совсем не факт, что заветный бункер найдут люди Степаныча-Пферда. А это уже что называется... белый пушной зверек в двери скребется. Там ведь остались еще три миллиона с лишним фальшивых ассигнаций, целый арсенал различного огнестрельного оружия, "военные" карты и вдобавок - досье на "известные персоны" и еще масса интересных и полезных вещей. Даже самый тупой абориген-полицейский или другой чиновник, на которого повесят расследование без труда сообразит, что между фальшивками, стволами и "душкой Пфердом", которого все еще не забыли в дворянском собрании города N, существует определенная связь, и далее ниточки неизбежно потянуться в Москву. Тут уже не отделаться даже особо крупной взяткой: фальшивые деньги, оружие и документы в специально оборудованном тайнике - это уже по местным меркам "заговор", информация обязательно дойдет до царя и до Аракчеева. "Замять" такое дело будет невозможно, ни за какие деньги. Получалось как ни крути, что пока овчинка выделки совершенно не стоила.
  Таким образом, оценив все плюсы и минусы предполагаемой операции по поиску бункера, Степаныч решил отложить эту операцию до лучших времен. Ведьмина горка, как называют холм местные жители еще добрых 100 лет не попадет в сферу хозяйственной деятельности, следовательно ее тайна останется нераскрытой.
  
  
  Глава 5. Забытый богом гарнизон.
  
  С утра как всегда ничего не предвещало грядущих неприятностей, было обычное построение,развод но нарядам работам и караулам. Сегодня объявили шереножное учение, это в основном для офицеров, значит застрельщиков пока оставят в покое. Александр отпросился у ротного командира в оружейную мастерскую, одними унтером в строю меньше, одним больше - для сегодняшняшних занятий такое мелкое отступление от регламента вполне допустимо. По дороге туда его догнал штабс-капитан Денисов и приказал срочно подобрать ему пару пистолетов получше и желательно одинаковых.
  -Что случилось ваше благородие, опять вас в поездку посылают? -удивился странному требованию Сашка.
  -Кабы так, плохо дело братец, разве ты не слышал, поручик Яковлев сегодня намерен стреляться будет с уездным предводителем дворянства. Я секундантом от полка назначен на дуэль, нешто вам денщики не рассказали?
  -Так они в казарме редко появляются, живут вместе с офицерами на квартирах, я с вами пойду или как?
  -Да конечно, я у ротного тебя отпросил, обязательно возьми потребные оружейные принадлежности и сами заряды для пистолетов.
  Пока шли к месту поединка штабс-капитан разъяснил в чем дело, оказывается уездная предводительница дворян уже перепробовала всех до единого холостых офицеров в полку, всех перетаскала к себе в постель, не иначе бабенка страдает острой формой нимфомании. Ее лечить надо, говорят, есть испытанное веками народное средство - вожжами по беспокойной заднице, очень хорошо помогает в таких случаях. Если так дальше пойдет, то мадам скоро и на унтеров перескочит, а там и до рядовых дело недалеко. Но предводитель уездных команчей взъелся по неизвестной причине только на юного поручика Яковлева. И вот сегодня парню предстоит отвечать, как за свои грехи, так и за чужие, за общие полковые в конечном итоге, поскольку семейных среди офицерского состава немного. Поганый однако у местных обычай "выяснять отношения", и отказаться нельзя ни в коем случае - "лицо потеряешь". Прямо какя-то самурайщина средневековая - или дуэль или уходи со службы, а в случае отказа драться - автоматически становишься изгоем в обществе. Но и в случае гибели или тяжелого ранения противника, офицеру участвовавшему в поединке, не позавидуешь - он запросто может пойти по этапу. Если подходить чисто формально, то дуэль - это уголовное преступление, тут уж как настроение будет у его императорского величества, с какой ноги царь встанет, все исключительно на усмотрении самодержца. Так были случай, что один "горячий" джигит-офицер просто зарезал обидчика и отделался лишь годом заключения в крепости без поражения в правах, но другого за "честную дуэль" разжаловали в нижние чины без права выслуги, третьего и вообще наказали как за обычное убийство. Петр Первый так и вообще карал участников поединка одинаково и без затей - вешали и того и другого, даже если один уже к тому времени и был убит.
  -Иван Федорович, так что же делать теперь, и так плохо и иначе тоже нехорошо?
  -Хоть бы промахнулись оба что ли, постараюсь навязать им максимальную дистанцию для поединка.
  Полагается, что на дуэль должны явиться только непосредственные участники и еще секунданты вместе с врачом, таковы неписанные правила... дело вроде как "интимное" и лишние свидетели ни к чему. Но это в теории, на практике на пустыре за мучным амбаром собралось довольно много посторонней публики, как минимум два десятка человек пришли посмотреть. Сашка с неприязнью заметил, что без упыря-исправника и тут не обошлось, видать любит гад кровь во всех проявлениях. Его круглая красная физиономия так и светиться солнышком в первых рядах зевак, видно ждет развязки с нетерпением. Сами дуэлянты выглядели неважно, поручик бледный как полотно, а у предводителя заметно руки дрожат, наверно уже раскаялся десять раз, что решил прибегнуть к такому крайнему средству урегулирования конфликта.
  Денисов еще раз призвал стороны решить дело миром, тщетно - они все же решили драться, на мировую не идут. Без лишних свидетелей может быть и договорились, но публично - никак. Неторопливо секунданты стали отмерять шагами дистанцию, где же будет знаменитый "барьер"? И сразу же началась жаркая свара, штабс-капитан потребовал не менее двадцати шагов, а секундант от противной стороны настаивал на десяти, зеваки тоже не молчали, каждый считал себя вправе вмешатся и высказать свое собственное мнение. Больше и громче всех орал упырь, мол двадцать - это либеральные французские штучки, по-нашенски пускай стреляются на пяти, чтоб наверняка одного убили! Денисов не выдержал и тогда предложил, что пусть уж тогда дуэлянты в упор друг в друга палят, упырь был только за, но вот остальным такая "убойная" идея не понравилась и сошлись в итоге на дистанции в пятнадцать шагов. Все равно мало, это как раз расстояние прицельного выстрела из гладкоствольного пистолета и выходит, что же делать? Сашка решил, назло всем - судьбе и особенно краснорожему выродку-исправнику, не допустить печального исхода. Какая глупость, весна вступила в свои права, снег тает, птички поют и солнышко ласково пригревает, даже тут на пустыер травка местами зеленеет, а вот кто-то должен лечь сегодня в сырую могилу из-за глупого средневекового обычая, занесенногог некогда в Россию иностранцами.
  Под пристальными взглядами секундантов и просто любопытных он в последний раз проверил оружие и стал заряжать. Сперва хотели, чтобы каждая сторона сама этим занялась, но штабс-капитан Денисов заверил собравшихся, что его унтер-офицер - нештатный оружейный мастер и у специалиста получиться лучше, без разных там досадных недоразумений, какие иногда на дуэлях случаются. Точно отмеренный заряд засыпан в ствол, далее шомполом досылается пыж, затем круглая пуля, затем еще один пыж, готово... ничто не забыто?
  "Вот пистолеты уж блеснули, гремит о шомпол молоток.
  В граненый ствол уходят пули, и щелкнул первый раз курок.
  Вот порох струйкой сероватой, на полок сыплется.
  Зубчатый,Надежно ввинченный кремень. Взведен еще..."
  Дуэльных пистолетов ни у кого в уезде и в помине нет, поэтому взяты у оружейного мастера Бауэра простые армейские офицерские, разве что заряд пороха сегодня необычный, усиленный по сравнению с уставным примерно на четверть - так принято на поединках. Молоток, как у Пушкина не нужен, у него были так называемые "дуэльные" - специальные, а здесь простые армейские пистолеты, для них достаточно одного шомпола.
  Из маленькой пороховницы отсыпана небольшая доза на полку замка, мягкий щелчок и еще минуту назад бесполезная игрушка превращается в смертоносное оружие. Упырь прямо под руки к Александру лез словно желая убедиться, что убивать людей сегодня будут по-настоящем, без обмана. Так бы и врезал ему унтер-офицер бы от души по этой ублюдочной образине, но нельзя - не по чину, приходиться сдерживать естетественные порывы.
  -К барьеру господа дуэлянты! Готовы? По моему сигналу стреляйте! -голос штабс-капитана предательски дрожит, но виду он не подает, платок его в руке взлетает и опускается. Начали, пошла потеха...
  Предводитель дворянства, пожилой уже, полный мужик с отвисшими усами "а ля Тарас Бульба" плавно переходящими в бакенбарды, с трудом унимает дрожь в руках и нелепо тычет пистолетом в сторону противника словно желая побыстрее разобраться с неприятным делом, а поручик уверенно, как учили, поднимает свое оружие и только бледное лицо выдает охватившее его внутреннее волнение. Два оглушительных выстрела почти сливаются в один, обладатель бакенбард, вдруг роняет свой пистолет на землю и припадает на колено обхватив руками правый бок. Денисов и Яковлев, а вместе с ними врач кидаются на помощь, остальные зеваки недоуменно пялятся на упавшего, красивой сцены как в романах не получилось, только краснорожий исправник доволен по самое 'не могу', впервые улыбнулся за сегодня, раззявив свою широкую красную пасть с гнилыми зубами чуть ли не до ушей...
  -Пресвятая богородица, да у него просто сердце чуток прихватило, сейчас разотрем и отойдет! -радостно кричит врач потерявший в спешке шляпу, попутно роясь в своей вместительной дорожной сумке.
  Все закончилось благополучно, никто не убит и даже не ранен, может и есть "моральный" ущерб - но это теперь уже не важно. Поединок прошел "как положено", противники пожали друг другу руки и расходятся с миром - продолжения не будет, зеваки разочарованно расползаются с пустыря, обсуждая детали поединка: "Я сам видывал пуля 'вжик' и клок волос ему срезала супротив виска! - Врешь поди, будет заливать? Пулю ен увидал!"
  Они втроем, унтер и двое офицеров отправляются обратно в полк, но на полпути из-за очередного сарая выскакивает маленькая детская фигурка в сером платьице и синем бурнусе и бросается на шею к поручику Яковлеву.
  -Леня, Леня братец ты живой! Я... -и дальше пошли сплошные слезы и рыдания, стушевавшийся поручик утешает белокурую девочку, как может, но пока безуспешно, вслед за ней из-за угла появляется женщина в голубом салопе, какие обычно носят небогатые дворянки или купчихи. Опять объятия и слезы, слезы... точно нескончаемой рекой текут.
  -К Леониду мать с сестрой сегодня с утра приехали, мы им не сказали ничего про дуэль, но видно все же узнали. Сердце матери, говорят не обманешь... -штабс-капитан пояснил Сашке смысл происходящего, хотя и так понятно было, слава богу, что все обошлось "без потерь".
  Дальше до полка добирались уже вдвоем, Яковлева родные насильно увели в город на квартиру. Денисов по дороге рассказывал различные интересные случаи по дуэлям и поединкам, чего оказывается только не бывает, один продвинутый господин даже сумел самоубиться вследствие неосторожного обращения с пистолетом. И лишь у самой двери оружейной мастерской штабс-капитан неожиданно спросил, сверля пристальным взором починенного.
  -А почто братец выстрелы на сей раз такие глухие вышли? Я же три дня поручика натаскивал в стрельбе из пистолета, и чуть было не оглох на одно ухо, а тут "пух-пух" и все?
  -Ваше благородие, свинец нынче на базаре дорог! -Сашка резко взмахнул правой рукой и продемонстрировал изумленному офицеру два круглых свинцовых шарика на ладони.
  -Но как же ты словчил, столько народу смотрело, а исправник даже обнюхал пистолеты ровно пес сучку не иначе?
  -Ловкость рук и ничего более, это единственный трюк, Иван Федорович, что я могу нормально проделать. Мальчишкой еще научился, двоюродных сестер развлекал и знакомых девочек, только там шарики стальные от подшипников, помню были, но размер схожий. Вот так смотрите, показываю медленно: кажется, что пуля уходит в ствол, а на самом деле она зажата снизу между большим пальцем и ладонью, а далее надо ее незаметно стряхнуть ее в рукав мундира.
  -Вот шельма народ, додумаются же! -довольный штабс-капитан хлопнул своего унтера по плечу, -Молодец брат, такого я тот тебя признаться не ждал, выручил всех нас, можно сказать весть полк. Но смотри никому не рассказывай! Может статься и еще раз твой фокус сгодиться, кто его знает как жизнь еще обернется...
  Весна в этом году выдалась затяжной и приходилось сидеть в казармах-бараках, обувь и обмундирование в полку берегли, было даже распоряжение на работах использовать собственную одежду у кого таковая есть. Александр решил применить свободное время для физподготовки, почему бы не вспомнить уже подзабытые немного приемы самбо? Сказано - сделано, желающие помериться силами на ковре нашлись без труда, да и зрителей хоть отбавляй почти вся рота собралась и из соседней любопытствующие прибежали, все одно развлечение - как они вообще живут ни телевизора, ни радио и даже простых газет в помине нет. Однажды, когда он боролся с очередным противником, заявился штабс-капитан Денисов Иван Федорович собственной персоной, оказывается кроме фехтования ему и вольной борьбой заниматься доводилось, или как ее тогда называли "французской". Пришлось и с ним бороться, как командиру отказать в таком одолжении, и тут Александра ждал облом, впервые на лопатках оказался он сам... Оказывается его противник не так уж и прост, чувствуется хорошая школа, а вот Сашка борец надо сказать был весьма посредственный, занимался в свое время урывками и нерегулярно, освоил лишь несколько наиболее эффективных приемов. Удалось отыграться только на специфических удушающих захватах самбо, вероятно местные борцовские школы еще не знакомы с такой техникой пришедшей с востока.
  -Не по правилам братец ты однако ж борешься! -только и заметил отдышавшийся после очередного захвата красный, как вареный рак Денисов, и тут же добавил, -Покажешь мне эти фокусы, больно уж ладно у тебя выходит.
  Пришлось Александру выступить в непривычной роли тренера, хреновый из него правда сенсей получился, хорошо хоть ученик опытный попался и лишних вопросов не задавал, штабс-капитан в свою очередь обучил его кое-каким фехтовальным приемам с саблей и тесаком, оказывается в случае нужды можно применять и это как бы "оружие". В те времена часто полагали, что солдатские кортики, тесаки и всякие там полусабли скорее форменное украшение или инструмент для бивачных работ, но оказывается, неведомый Сашке французский учитель-наставник Денисова придерживался иного мнения. Вот так и занимались, до того времени когда почва наконец не просохла и не стало возможным вывести людей в поле на настоящие учения.
  Раз уж речь зашла про спорт, то Сашка попутно "облагодетельстововал" 13-й егерский полк утренней зарядкой, в начале 19-го века такие изыски еще были неизвестны. Отношение к такому новшеству было разное, среди нижних чинов понравилось не всем - но не роптали. Командир сразу оценил по достоинству, разминка пришлась очень кстати, особенно для только что пришедших с пополнеие и поэтому почитаемых еще "сырыми" ректрутов. Приживется ли "зарядка" в российской императорской армии - время покажет, но есть большие сомнения, уж очень такие вещи не стыкуются с "фрунтом".
  Впервые за много лет 13-й егерский полк принял участие в полевых учениях вместе с другими родами войск, это уже было немного похоже на настоящую войну. Полковник сперва выпросил в дивизии аж целый казачий полк, для обозначения на местности действий кавалерии. Но не получилось, только прошел слух о казаках, как из окрестных деревень потянулись делегации ходатаев, оказывается для крестьян постой кавалерии и так тяжек, а уж казаки - сущее наказание. Степные воины беспощадны не только к врагам, но и к девкам, курам, поросятам и прочей мелкой скотине. Вдобавок малорослые казачью лошадки невероятно прожорливы, точно азиатская саранча - настоящее бедствие для любого, даже справного крестьянского хозяйства. В связи с таким раскладом полк донцов решили заменить эскадроном драгун. Все равно в поле они выглядели внушительно, когда плотный строй этих кавалеристов скачет прямо на тебя, ружье с примкнутым штыком как-то сразу кажется слабым и бесполезным оружием. Хорошо, что это только имитация, не "по настоящему", и в последний момент драгуны отворачивают в сторону, сдерживая коней, кто знает выдержит ли каре 13-го егерского полка в бою реальную кавалерийскую атаку? Нет, так дело не пойдет. Александр поневоле вспомнил о своей прошлогодней задумке, из чего же можно изготовить ручные гранаты? Может быть найденные в крепости жестянки с картечью подойдут - надо обязательно прикинуть. Познакомился он и с артиллеристами, был приятно удивлен примитивность прицельных приспособлений и механизмов наведения орудия, похоже пушка в начале 19-го века еще отнюдь не всемогущий "бог войны". А уж едкого порохового дыму сколько после каждого выстрела остается, что приходиться ждать несколько минут пока серое вонючее облако рассеется, если бы ему лично довелось сражаться против орудия с прислугой, то он бы точно выбил по очереди всех одного за другим - укрывшегося в складках местности или залегшего пехотинца они достать не смогут при всем желании. Артиллерийскую роту прислали не только для того, что бы приучить молодых солдат к вспышкам и грохоту пушечных залпов. Были проведены специальные занятия с целью показать, как следует захватывать и вывозить с поля боя вражеские орудия, или выводить их из строя, так обычный гвоздь-сотка забитый в запальное отверстие превращает любую самую грозную пушку в металлолом. Несмотря на кужущуюся примитивность и сомнительные, с точки зрения нашего современника, боевые качества артиллерию в ту пору высоко ценили, захват вражеских пушек в сражении приравнивали чуть ли не к победе, а потерю своих к поражению. Полковник так и сказал на итоговом построении после маневров, запомните - мол кто пушку с бою возьмет, так сразу будет представлен к награде, выше оценивали только захват вражеского знамени или пленение высокопоставленных военачальников в ранге начиная от штаб-офицера. Александр было сунулся к артиллеристам, как мол братцы поживаете, ружей у вас нет и пешком ходить не надо - чем плохая жизнь? В ответ ему тут же выдали целый ворох проблем, главная беда - пушка, ее надо драить постоянно, прямо смерть, а начальство требует, чтоб все блестело непременно. У драгун тоже жизнь не сахар, особенно не повезет тому нижнему чину, кто получит лошадь белой масти, ее сволочь такую надо чистить и мыть чуть ли не каждый час, а все равно грязной постоянно оказывается. Несчастный солдатик страдает, ни прилечь ни присесть ходи за ней проклятой скотиной весь день без отдыха. Кавалерийские отцы-командиры традиционно больше заботятся о конском составе, чем о ввереных им людях - ведь на проверке сразу видно, в теле лошадь или худая и некормленая, а у человека под мундиром сразу и не поймешь.
  -Воруют наши командеры страсть энто, не по божески совсем... -худой вахмистр поперхнулся табачным дымом, но прокашлялся и продолжил рассказ, -У нас полковой кады дочку замуж выдал, то заобещал зятю весь доход от фуража за ей в приданное дать. В хороших то полках, говорят командер до 25000 рубликов серебром чистого доходу в год имеет. А вы что пехота сера, у вашего полковника чай сапоги чиненные - не иначе тока на царево жалованье живете?
  -Нижним чинам что-то перепадает с того? С вами начальство делиться? -заинтересовался Сашка, эта сторона армейского быта ему совсем была неизвестна. У них в части таких злоупотреблений не водилось, случалось иногда, но по мелочи и в основном по вине сторонних подрядчиков, а не "своих" офицеров. Проклятые "буржуи", с легкой руки нашего современника это прозвище навсегда прилипло к местным купцам, все время старались облапошить военных. Спорт у них такой национальный, кто казну нагреет сильнее, тот и чемпион, тому полагается всеобщий почет и уважение. Иной купчик хоть на рубль обсчитает оптового покупателя, хоть на гривенник, так уже и рад безмерно, а то что такими фортелями доверие подрывает к себе - ему все равно, такая вот тут "коммерция", не обманешь - не продашь.
  -А как же, палок для нашего брата не жалеют суки! Лошади овса положено четыре гарнца, а выдают тока три с половиной, а потом еще и взыскивают с нас, почто де худая у тебя стала? Ладно летом еще трава добрая и сено на базаре дешевое, жить можно. А бывает грех, своруем где али сами без спросу хозяев накосим. Зимой прямо беда с имя, хоть из своих кровных не докупай ей корму.
  Незаметно за все этой разнообразной кутерьмой сборов и учений прошла весна и лето и наступила осень, унылая пора "очей очарование". В этот год впервые солдат отпустили в деревню на вольные работы, видимо начальство решило, что они уже достаточно обучены военному делу и вполне "втянулись в работу". К сожалению Сашка в число счастливцев не попал, виновата оружейная мастерская, да штабс-капитан со своими застрельщиками. Народ уходил на работы в весьма приподнятом настроении, как же там есть БАБЫ! Спустя месяц Александр расспрашивал сослуживцев, что и как:
  -Ну и как девчонки сельские показались? Дают даром или как здесь, только за деньги? Поди вволю оттянулись, деревенские жаловаться не прибегут часом к полковнику?
  -Господь с тобой, мужики своих-то берегут, не пущают с нами гулять. Как в остроге караулят с кольями, а вечером девок и в избу загоняют ровно телят в хлев. Ни те хороводом ни те посиделок али гулянок, ниче тебе. Грят драгуны де прежде стояли, и обрюхатили двоих девок, вот оне энто и злы...
  -Дворовых девок и баб у барина в усадьбе, что нет совсем?
  -Как нет, полон дом юбков, тока он разбойник на ночь их под замок запират, разврат де вишь ему не нужон, поди сам их того... Слышь Сашка ты грят слово заветное знашь замки отпирать, али врут, научи?
  Оказалось, что напрасно они надеялись, пришлось довольствоваться услугами одной единственной немолодой уже солдатки, в деревнях традиционно эти женщины "гуляли" и были легкодоступными. Получилось почти то же самое, что и в уездном городе, никакой разницы. А какие надежды были, вся казарма прямо гудела целую неделю, народ уж и платочки с колечками для потенциальных деревенских подруг заранее закупил в городке.
  -Что вы там хоть строили, дом или амбар?
  -Неа, энту как она запамятовал, во - галдарею, грят мужики - барин энто дурью страдат. А нам то че?
  Отпуска в этом год штабс-капитан Денисов, по независящим от него обстоятельствам, истребовать не смог, ему как ссыльному не положено разве, что неофициально, а посему поездка в Сосновку откладывалась пока на неопределенное время. Зато повезло Сашкиному начальнику в личной жизни, как за него не порадоватся: жена его - Софья родила, и не одного, а сразу двойню - и мальчиков. Штабс-капитан носился целый месяц как заведенный, про службу совсем забыл - такое редкое в жизни событие! Сашка был приглашен в числе других гостей на крестины, и возможно из-за него счастливая мать нарекла одного из братьев Александром, второй же стал Иваном как отец. В конце осени от полка была командировка в Нижний Новгород на ярмарку, для закупки обозных лошадей, но Сашка опять "пролетел", по конской части он профан - послали фельдфебеля Матвея. Потом унтер-офицеру дважды довелось съездить во главе отдельной команды в губернский город за новыми рекрутами, но никакого движения в сторону Москвы или подмосковья и близко не намечалось, похоже не судьба и в этом году добраться до бункера, "текучка" опять заела.
  Скучна жизнь нижнего чина, но и у него изредка бывают развлечения, точны метеоры проскакивают такие случаи на черном полотне ночного неба и запоминаются как правило надолго.
  -Лександр, айда во второй батальон! Матвей зовет говорят комедь де покажут! -тормошит прилегшего было отдохнуть возле верстака Сашку старый товарищ -Гриша, сошлись с ним еще во времена Немца, будь он неладен.
  Предложение до нельзя заманчивое, как тут не откликнутся? К моменту их появления в бараке занятом вторым батальоном народу собралось не меряно, такое впечатление, что в маленькое здание набился весь полк, разве, что никого из офицеров не было. С большим трудом он протиснулись в первые ряды перед импровизированной сценой, огражденной лавками. Там традиционно собиралась солдатская аристократия: фельдфебель, унтер-офицеры, писарь, каптенармусы и просто старослужащие нижние чины.
  Через несколько минут легкий стук в дверь, и через вторую дверь, с черного хода вошел важный такой с виду, но уже заметно побитый молью и временем "барин" в ермолке с кисточкой, в заношенном до дыр старом турецком халате с красными шнурами. Не обращая на нас никакого внимания на собравшихся, он прошел, будто никого и в комнате нет, сел на невесть откуда позаимствованный стул, и стал барабанить пальцами по подлокотнику, а потом закрыл глаза, будто задремал. В маленькой прихожей кто-то кашлянул. "Барин" открыл глаза, зевнул широко и хлопнул в ладоши.
  -Ванька, трубку!
  И вмиг вбежал с трубкой на длиннейшем черешневом чубуке человек с проседью - "слуга", в подстриженных баках, на одной ноге рваный и грязный опорок, на другой туфля, судя по всему - женская. Подал барину трубку, а сам встал на колени, чиркнул о штаны спичку, зажег бумагу и приложил к трубке.
  "Барин" не спеша раскурил свой длиннющий "бамбук" и с видимым наслаждением затянулся.
  -А мерзавец Прошка где, отвечай скотина?!
  -На ем черти в аду воду возят...
  -А-а-а! -"барин" выпустил клуб дыма и задумался. По крайней мере, актер ловко изобразил свойственным некоторым представителям этого сословия "мыслительный процесс". Вскоре последовал и соответствующий результат "умственной деятельности".
  -Ванька малый! Принеси-ка мне полштоф водки алой!
  -А где ее взять, барин?
  -Ах ты, татарин! Возьми в поставе!
  -Черт там про тебя ее поставил?
  -А шампанское какое у нас есть?
  -А которым тока ворота запирают!
  -Что ты сказал дурак? Плохо слышу!
  -Что сказал - кобель языком слизал!
  Небольшая пауза и барин снова аппетитно затягивается вонючим "бамбуком", затем продолжение.
  -Ванька малый, ты малый бывалый, нет ли для меня у тебя невесты на примете?
  -Есть лучше всех на свете, красавица, полпуда навоза на ней таскается. Как поклонится - фунт отломится, как павой пройдет - два нарастет... Одна нога хромая, на один глаз косая, малость конопатая, да зато вельми бо-ога-атая!
  -Ну, это не беда, коли рожей не вышла давай ее сюда. А приданое за ней какое?
  -Имение большое, не виден конец, а посередке дворец - два кола вбито, бороной покрыто, добра полны амбары, заморские товары, чего-чего нет, харчей запасы невпроед: сорок кадушек соленых лягушек, сорок амбаров сухих тараканов, рогатой скотины - петух да курица, а медной посуды - крест да пуговица. А рожь какая - от колоса до колоса не слыхать бабьего голоса!
  Опять следует пауза, но видимо "барин" женится на столь богатой и привлекательной невесте все-таки раздумал.
  -Ванька малый! А как из моей деревни пишут? Живут ли мои крепостные богато?
  -Пишут, что чуть дышут, а живут страсть богато, гребут золото лопатой, а дерьмо языком, и ни рубах, ни порток ни на ком! Да вот еще вам бурмистр письмо привез...
  -А где он вор эдакой, старый леший?
  -Да уж на том свете смолу для господ кипятит! -"Слуга" вынимает из опорка бумажку и подает "барину".
  -Ах ты, сукин сын! Почему подаешь барину письмо не на серебряном подносе?
  -Да серебро-то у нас в забросе, подал бы на золотом блюде, да разбежались люди... "Барин" вслух читает письмо: 'Батюшка барин сивый жеребец Михайло Петрович помер шкуру вашу барскую содрали продали на вырученные деньги куплен прочный хомут для вашей милости на ярмарке свиней породы вашей милости было довольно'.
  -Ванька! Скот! Да тож письмо старинное?
  -Половину мыши съели - было длинное!
  -Тогда был у меня на дворце герб, в золотом поле голубой щит...
  -А теперь у вас, барин, в чистом поле тока х... и тот не стоит! - и "слуга" демонстрирует "барину" оттопыренный средний палец на левой руке, жест яввно привнесенный из других времен.
  Вот и собственно и все, такая вот народная "комедь". Позднее Сашка познакомился с актерами, один парень, столь талантливо изображавший "баоина" действительно играл временами в тератре, благо богатые помещики нередко заводили для себя такие развлечения. Второй же был давно знаком, да его весь полк знал, малый не без успеха подвизался в роли балагура и весельчака, эдакий предок легенжарного Василия Теркина и звали почти так же - Васькой.
  Актрера потом долго допытывали всем миром, не за "комедь" ли в солдаты отдали оказалось нет, были другие причины.
  -Я братцы барыню того... полюбил... красивая она была, по сю пору забыть не могу... -признался все же под конец парень, когда сослуживцы стали расспрашивать.
  И добавил, что барин за сию неслыханную дерзость своего ничтожного слугу бил смертным боем, сломал ему два пальца на левой руке, но насмерть не убил, может быть жена вступилась. В результате "актер" оказался в рекрутах, судьба не была столь благосклонна к нему, как к Александру и из Восточной Пруссии "комедиант Васька" не вернулся.
  
  [Новый эпизод - начало.]
  "Унылая пора! Очей очарованье! Приятна мне твоя прощальная краса..." А собственно почему такая "унылая"? Для "барина" Пушкина может быть и так в самом деле было, ему не угодишь, но вот для крестьянина как раз наоборот - закончены тяжкие полевые работы и в деревнях обычно в эту пору играют свадьбы и гуляют. Для солдата российской императорской армии тоже наступает самое "то время", осенью учения уже закончились, наступил период всяческих разъездов, командировок-заготовок, а значит появился шанс, пусть в даже в теории, добратся наконец воину православному до столь желанных деревенских девок.
  Но это лирика, а вот и практика подошла. Александру сегодня предстоит на собственом опыте проверить, как простой российский крестьянин любит "родную" армию. И в этом ему поможет как некая казенная бумага, так и десяток вооруженных солдат из его же взвода. Нет он мог бы и один попробовать выполнить данное поручение отца-командира, но законопослушность среднего российского мужика - величина переменная и сильно меняется в зависимости от очень многих обстоятельств. С городскими обывателями и так понятно, для них егеря 13-го полка - "враги народа", прямо так и говорят им открыто в лицо при каждом удобном случае, мол от вас лишь раззорение одно православным, да и в придачу разврат немалый - только и умеете, что девок лапать и водку жрать без меры, особенно задарма.
  -Извините, ваше степенство, но народ, что не пожелает кормить свое национальное войско, неизбежно будет содержать чужое! -как-то возрасил Сашка на один такой упрек одному представителю торгового сословия.
  -Брось ундер энти сказки книжны, до нашенских палестин чай француз, али немец какой не дойдет, куды им в таку даль! -таков был ответ местечкового патриота, их ничем не проймешь, ни в какого Наполеона не верят, такие вот толстокожие российские купчики и мещане обитают в уездном городе N.
  Небольшой отряд, десяток солдат с унтер-офицером во главе быстрым шагом продвигается по проселочной дороге в сторону ближайшей деревни. В двадцатом веке сказали бы "отделение", но здесь пока так не принято, взвод уже есть и давно - почти век, а вот до более мелких подразделений военная наука еще не дошла. Поэтому официально они считаются воинской командой, направленной для "взыскивания" с сельского населения обозной повинности, у Александра и предписание официальное есть, все вроде бы законно... Но это как посмотреть, штабс-капитан Денисов, напротив считает подобные действия самым настоящим произволом, однако иного выхода нет, провинция давно уже живет не по писанным законам, а сплошь и рядом по "понятиям", "обычаям" и "у нас так заведено". Обоз у полка еще не сформирован, пока лошадей где-то в Нижнем Новгороде закупят и приведут, пока местные ремесленники изготовят фуры и двуколки - когда это закончится? Хорошо если к концу предстоящей зимы управятся со всеми этими хлопотами. Тем не менее существует острая потребность кое-какие грузы доставить из губернского города, не на себе же их тащить за столько верст? По идее транспорт для таких перевозок должен по первому требованию предоставить "уезд" у которого полк состоит как бы на содержании. Но господам чиновникам не то лень учитывать обывательские повозки и лошадей, не то они основательно "прикормлены" местными хитрованами, поди разберись в этом гадюшнике, здесь сам черт ногу сломит. Поэтому в каждый раз, когда возникает нужда в транспортных средствах и делается запрос, то вместо подвод из резиденции градоначальника лишь присылают бумажки, наряды: "Получить столько-то потребных телег вместе с возчиками и лошадьми в деревнях А, Б, С" и все.
  
  -Опять наши орлы кого-то там в деревне избили до полусмерти, эдак скоро и до применения оружия дело дойдет, -подвел однажды вечером итог очередной "экспедиции" штабс-капитан, когда они с Александром встретились по какому-то делу в канцелярии полка. Унтер-офицер туда заглядывал часто и по делам служебным и просто поговорить с тем же Денисовым, ну или хоть газету почитать там можно было у знакомого писаря, если полковой адъютант отсутствовал на рабочем месте.
  -Так ведь нам добром мужики не дают ничего... -только и промолвил Сашка, проблема известная, сколько раз уж сталкиватся доводилось, правда в других областях.
  Не то чтобы у них в части народ как на подбор грубый и "крутой", напротив люди добрые, в прямом смысле этого слова. Солдат ведь считает себя человеком "казенным", а что в России "казна" или другим словом - власть делает чаще всего по отношению к "подлому" сословию, угадайте с трех раз? Правильно - отбирает все что, только можно отнять, да и палками лупит при малейшем сопротивлении или просто так для острастки на будущее. Вот и с подводами так же получается, отказали крестьяне служивым, уперлись рогами, пошли на принцип - и сразу же в ход идет кулак, а затем зачастую и приклад. Люди в России начала века 19-го простые и "ндравы" у них соответственно незамысловатые, везде "внушають" сплошь и рядом в основном не словами, а прямым физическим воздействием.
  -Завтра ведь нам надо кого-то снова посылать, а людей нет, кто в отпуску, кого на ремонт командировали, я сам из канцелярии вылезти который день не могу, -пожаловался на судьбу-злодейку штабс-капитан, действительно дел у него не впроворот, -Слушай Сашка, может подскажешь мне, кто у нас из унтер-офицеров сможет без мордобоя обойтись? А то полковник недоволен, обывателей ведь обижать не следует, они нас кормят, а мы их бьем.
  -Может быть Васильев-второй из третьей роты подойдет, он вроде до драки не любитель.
  -Нет, его нельзя, посылали уже в прошлом месяце, неужели забыл? А ты сам как, не попробуешь ли? Заодно и посмотришь, как деревенский народ живет у нас в России, для общего развития тебе полезно. Тут ведь совсем не далеко идти, десять верст до одного села по прямой, затем еще столько же до следующего, за субботы обязательно управишься.
  Сказано - сделано и вот уже унтер офицер идет новый исполнять приказ. Александр не стал возражать, была у него тайная надежда, что если с этим поручением он успешно справится, то может быть его с тем же обозом и дальше в губернский город затем пошлют? Туда ведь конвой обязательно отряжают, не столько от разбойников - в уезде относительно "тихо", сколько для "сбережения" крестьян-возчиков от пьянства, да и от разных посягательств губернского жулья и начальства заодно. А там старая подруга - Палаша, столько лет прошло, а Сашка ее все же помнит, не то что бы... а просто хочется ему посмотреть своими глазами и убедится, что все у нее хорошо в жизни получилось.
  
  "Мы будет жить светло и вечно, нам только б это взять село...". Сашке даже и не село нужно "взять", а такую малось - хотя бы пять подвод, да только не так это просто, как еще вчера ему казалось. Пока они шли, сослуживцы объяснили унтер-офицеру, что и почем и как следует себя вести с мужиками. К великому сожалению, все проверенные рекомендации как раз так или иначе и сводились к "кулаку" или "палке". Не то что бы народ в деревне такой уж жадный, их можно понять, просто жизнь такая. Никто, ни власть с ее многочисленными представителями, ни тем более барин-рабовладелец никакой меры не знают. Будешь отдавать добровольно - они войдут во вкус и отберут все вплоть до последней рубашки, так считает "средний" мужик и поэтому сопротивляется до крайнего предела. У него практически нельзя что-то "истребовать", а можно только "выбить". А как ему жить иначе? Сослуживец Александра, с которым они вместе начинали, Григорий рассказал, что в деревнях люди даже сапоги носить боятся, а женщины еще и украшения надевать. Ведь если барин увидит хоть какой-то признак "роскоши", то обязательно решит, что его подопечное "быдло" разбогатело и прибавит оброк или накинет пару-тройку дней на барщину, или просто потребует срочно собрать некую сумму - это уж как ему в голову придет. Поэтому везде народ деревенский прибедняется и почти всегда мужик предпочитает стоически терпеть побои, даже если речь идет о совершенно незначительных требованиях.
  Так то оно так, но нашему современнику совсем не хотелось вламыватся к пейзанам в роли оккупанта, пусть даже и без шмайссера наперевес: "Матка млеко, матка яйки...". "Советская" часть его сознания против такого метода протестовала и никак с ней справится или заглушить не получалось, если бы каких-нибудь немцев трясти то еще ладно - он согласен, а вот своих... А так почти полная аналогия выходила, они - с точки зрения крестьян, конечно, обыкновенные грабители, разве только в форме российской императорской армии. Единственное отличие от разбойников с большой дороги - так тем местному населению хоть сопротивлятся разрешается в известных случаях, а тут даже и такая возможность исключена, власти сразу же решат, что произошел "бунт" и вышлют карателей. Это у них быстро, оперативно и без проволочек, как раз на прошлой неделе опять из их полка одну роту отправили в соседний уезд "на подавление" беспорядков. Обычно об этом не любят упоминать в исторических трудах, но куда денешься - российская императорская армия воевала с собственным народом столь же часто, как и с различными внешними врагами империи. Даже песни сочиняли, не сами конечно нижние чины, это уже явно кто-то другой постарался за отдельную плату, ведь "музыка" в полках почти сплошь вольнонаемная:
  При Павле наш ментик и ташку,
  Лосины и белый парик
  Не раз видел в гибельной схватке
  Повстанец - калужский мужик.
  Остается только сожалеть, что у нашего калужского мужика не было винтовки, ведь красный ментик и белый парик так хорошо смотрятся по ту сторону прицела, британцы если что - подтвердят, у них опыт по этой части большой.
  Пока они по дороге говорили-обсуждали-"перетирали" детали предстоящей "операции", время пролетело незаметно, вот и деревня уже перед ними. Поперек дороги точно баррикада или надолб лежит в луже, что бегемот в болоте огромная свинья и не пройти и не проехать, весь проход с этой стороны закрыт.
  -Гриша, кольни-ка ее штыком слегка, -распорядился унтер-офицер, сперва он сам намеревался пнуть наглую скотину, но сразу же передумал, ведь так только сапог испачкаешь в грязи.
  Григорий, получив приказ, как бы "взвесил" в руках тяжелое пехотное ружье, убивать или калечить ценное животное и у него и в мыслях не было, и надо прикинуть, как будет это самое "слегка". Быстрое движение, отблеск утреннего солнца на стали, и точно в цель - укол примерно на дюйм в филейную часть, чуть пониже хвостика-крючка. Раздался оглушительный визг, хавронья вскочила, метнулась вперед и понеслась вдоль деревенской улицы, Сашка и не ожидал, что такая массивная туша может перевигаться столь быстро.
  -Эк побегла ровно ушкан, коли железо в ляжку воткнут, и не эдак еще полетишь! -философски заметил ктото-то из егерей за спиной Александра, пока он оглядывался в поисках местных аборигенов. Неужели на шум никто не придет и надо будет заходить в избы? А нет, вот уже вылезают как суслики из своих нор, слышно, как где-то за высоким плетнем хлопает дверь. Мягкий такой звук и даже приятный, несмазанные дверные петли "ржаво" не скрипят, железо российскому крестьянину не по карману, все у него в хозяйсте сплошь то кожанное, то деревянное.
  -Почто солдатики животну мою тираните? Чай свинья вам не супостат поди? -вышла из дыры в плетне им на встречу баба, скорее всего еще молодая и судя по походке и размерам выпирающего под одеждой живота - беременная. У крестьянских женщин иногда возраст определить трудно, тяжелая жизнь нередко за две пятилетки превращает юную девушку в дряхлую старуху, да и косметикой на селе не балуются. За ней следом на улицу увязалась пара ребятишек, следом за матерью выскочили мальчик и девочка, на вид погодки 7-8 лет, им на вид больше не дашь.
  -Добрый день! Нам бы старосту вашего надо повидать. -сразу приступил к делу Сашка, а чего тут медлить, он должен до вечера еще две деревни посетить, а посему время дорого и не до пространных комплиментов.
  -Помещичьи мы, барина енерал-аншеф Ильинского, у нас бурмистр, а староста чай тока у казенных хрестьян. -поправила его баба, и в самом деле ошибся немного унтер-офицер, у этих "хрестьян" даже подобия самоуправления нет, кого барин назначит руководить, тот и старший.
  -Ну тогда бурмистра! Где его найти? -продолжил разговор Сашка.
  -Энто сызнова поди пороть ево зачнете за егорьевский лужок, за потраву?
  -Ты чево тетка, совсем сдурела, мы те не гарниза рваная, а егеря! -это уже остальные нижние чины к диалогу подключились, разъясняют пейзанам "политику партии" и "текущий момент". Действительно, хоть и доводилось им иногда "подавлять", но экзекуциями обычно занималась полиция или гарнизонные войска.
  -А кто вас чертей эких зеленых разберет, у нашенских то честных хрестьян праздник, а вы колобродите!
  После этих слов женщины Александр оглянулся назад, что же Григорий его не предупредил? Но главный консультат и советчик по части религии в ответ на немой вопрос начальника только пожал плечами. Скорее всего сельчане какой-то местный обычай здесь соблюдают, может быть сохранившийся еще с незапамятных языческих времен, официального праздника в календаре сегодня нет.
  -Так где он?
  -У церкы поди ево сыщете. -ответила баба и решительно направилась обратно в сторону своей избы, ее дети же однако остались на месте. Стоят белобрысые, глазенками любопытными сверкают, разглядывают сашкину маленькую армию и нисколько не боятся пришельцев, судя по всему, может еще просто и не понимают, что за "гости" пожаловали. Одеты примерно одинаково и мальчим и девочка в длинных, не очень чистых, и покрытых местами заплатами рубашках, длиной примерно до половины голени. Единственное отличие - у представителя сильного пола рубашонка подпоясана веревочкой, а у девки - нет, ну и оба конечно босые. Выглядят совсем как те дети, что первыми встретили когда-то пришельца из будущего у Сосновки... почему он тогда не повернул обратно к бункеру?
  Приняли не особенно их не особенно ласково, но до всяких там лужков и потрав и прочих местных "терок" Александру дела не было, ему поставлена командованием другая задача. "Церква" - это церковь? Скорее всего так, а вон и маковка с крестиком виднеется, совсем рядом - надо только пройти по улице дальше и там, похоже, повернуть налево. Он оценил на глаз, как выглядят его "бойцы", конечно так себе - не гвардия на параде, особенно фуражные колпаки смешно смотрятся, его панама-афганка не в пример удачнее, жаль только кокарда не сохранилась, вот таким же мелким "шкетам" пришлось презентовать звездочку. По правде говоря, иного ретивого службиста и ревностного поклонника фрунта один вид такого "воинства" довел бы до инфаркта, но для деревни сойдет и так. Здесь главное, что бы люди видели, что к ним пришли представители власти, а не какие-то там левые "партизанены" или вообще бандиты с большой дороги.
  Бурмистра в массе крестьян, уже расходившихся по домам после какой-то церемонии, Александр "вычислил" сразу же с первого взгляда. Кое-какой опыт уже был у него к тому времени, "старший" на селе всегда как-то выделяется среди остальных крестьян. Бляху медную, пожалованную барином бурмистр себе на шею нацепит, или медаль старинную какую-то за неведомые никому заслуги - надпись давно стерлась, иной представитель власти берет в руки палку - понятно для каких нужд. Федор рассказывал, что у однодворцев "голова" и вовсе обязан носить постоянно специальную дубину - "булаву", как вождь у папуасов. У этого же мужика, единственного в толпе на голове была меховая шапка из овчины, папаха, не папаха - размером не вышла, нет скорее - именно "шапка под хохла". Видно, что идет "местная власть", походка гордая - спина прямая, взгляд орлиный, красивая седина в висках и вдобавок - борода подстрижена как у купца по последней моде. Он не один - жена в праздничное одежде под ручку рядом важно вышагивает как на смотру и из-за спин родителей выглядывает девчонка-подросток, строит глазки "офицеру" кокетка деревенская. И еще два каких-то мелких пацана рядом под ногами вертятся, может быть его отпрыски, а может и нет. Народ увидев прибывшее "начальство" как-то поспешно, и можно даже сказать - испуганно, расступился в стороны, боятся - почему? Тогда Александр не понял в чем дело, потом уже когда они беседовали, бурмистр напоследок разговорился и рассказал, что недавно тут побывала совсем другая воинская команда - карательная. У них оказывается сосед-помещик "большой человек" при губернаторе, а местные у него еще летом случайно "потраву произвели", недосмотрели малолетние пастушки за скотиной. Обычное история для провинции, где произвол властей заменяет закон, "посекли маненько и побили" для науки всю деревню и больше всех досталось похоже именно "старшему".
  -Вы бурмистр? -грубо разрушил семейную идиллию унтер-офицер, не хотелось ему, но что поделаешь - служба!
  -Ну я... А энто почто? -крестьянин как-то изменился прямо на глазах, сразу посерел лицом, осунулся и даже голову в плечи втянул. Скорее всего, долгий опыт общения с "людьми в мундирах" подсказывал представителю сельской администрации, что сейчас за вопросом незамедлительно последует традиционный удар кулаком "в рыло" и возможно еще и не один. Обычно так с мужиками, что "казенными", что крепостными - без разницы, разная большая и маленькая чиновная "знать" и общается с простыми людьми, по другому они просто не могут - "народ их не поймет".
  -Пойдемте пожалуйста в сторонку, нам надо поговорить, -Сашка мог бы и здесь, при всем "честном народе" вручить бурмистру предписание властей, но лучше все же без лишних свидетелей, да и стоит поближе к "своим" подойти, что ждут его в начале маленькой деревенской площади, там он их оставил. Зачем лишний раз искушать судьбу и провоцировать местных жителей на беспорядки. Законопослушность российского крестьянина - не константа, а величина переменная, зависящая от многих факторов и нижний чин не всегда воспринимается по умолчанию сельским населением как "начальство".
  Мужик тяжело вздохнул, но плечи все же расправил, раз уж пришелец обращаются вежливо и на "вы" - он русский ли вообще, как можно так с "подлым сословием" разговаривать? Что-то непонятное творится, но ясно одно, его - "старшого" вряд ли будут бить, по крайней мере - не сейчас. Жена и дочь, судя по выражению лиц у них, оптимизма мужа и отца совсем не разделяли совершенно. Так девчонка мгновенно слезу пустила, а баба готова была и в голос завыть и зареветь. Готова была была и уже рот широко раскрыла для крика, но ей не дали, мужик зло шикнул на свою "прекрасную половину" и та покорно заткнулась. Александр же только приветливо улыбнулся девчонке - "да не плачь, не съем я твоего папу"... а она ничего, может и не красавица, но свеженькая и симпатичная.
  Вроде бы сначала все пошло хорошо, но потом увы, как Александр подошел к цели, ради которой они и пришли, то все - тупик. Уперся бурмистр и ни какие доводами его не пронять. Унтер-офицер не стал сразу выкладывать все козыри, рассчитывая потихоньку, полегоньку уломать упрямого мужика. Стратегия у него такая - сперва вежливо так напомнить о патриотизме и так далее, "за бога за царя"? Облом-с, народ деревенский оказывается и за то и за другое, но исключительно теоретически, а подводы давать не хотят. Бурмистр ссылается на волю барина, но тот давно уже где-то в Питере обосновался и видели его в последний раз лет пять назад. По словам местных жителей, господин тогда приехал, отдохнул в усадьбе немного с дороги, и занялся "делами". Барин за два вечера "спортил четырех нашенских девок", по словам бурмистра, и снова укатил в столицу.
  -А дальше? -осторожно спросил Сашка.
  -Так не видали мы ево с энтих пор, оброк кажинный год исправно отсылаем. Мож ен уж помер, али в неметчину подался.
  -Я не про вашего барина, я про тех девок хотел узнать, что там с ними дальше было.
  -А чаво с имя сделаетси? Троих опосля замуж выдали, а одна дуреха руки на себя наложила, повесилась в анбаре на вожжах.
  Эту печальную тему развивать далее не стоило и Сашка вытащил новую карту из своего "стратегического запаса" - напомнил о причитающемся вознаграждении возчикам за труды от военного ведомства, деньги правда небольшие, но ведь мужики трясутся над каждой копейкой.
  -Неа, нам энти твои гроши все едино придется барину отдать... -печально покачал головой крестьянин, опять отказ.
  Непонятный совершенно момент - а зачем барину об этом знать? Неужели деятельность сельской администрации им как-то контролируется да еще с такого расстояния? Как он узнает, что его мужики съездили на три дня в "губернию" - через тайных осведомителей, именуемых в просторечии "иудами", или "стукачами"? Бред... да тут же один грамотей на село, а до появления первых массовых телефонов еще целый век. Или их здорово запугали, или им просто не выгодно - второе вернее.
  Пока Александр пытался уговорить упертого бурмистра к нему понемногу подтянулись и остальные нижние чины, видимо стоять в дальнем углу и "точить лясы" с девками и молодухами им к тому времени надоело. Ну как раз пришли, так сразу и "ценные" советы, жестами показывают давай, начинай командир его "давить". Вот Федор даже не удержался, кулаком хлопнул по открытой ладони, показывая, что пора перейти к силовому решению проблемы, горячь однако парень... Боковым зреним Сашка уловил, что и "бурмистерша" рядом находится и даже прислушивается, чего там унтер-офицер ее мужу объясняет, а вот дочка куда-то убежала вместе с остальными детьми. Тем лучше, если совсем никак не выйдет, он расчитывал припугнуть упрямца угрозой ареста, пусть его баба поревет немного, может быть это сломит окончательно сопротивление. Но это самый крайний случай, а пока есть еще один козырь, пожалуй самый значительный. В ХХ-ом веке принято считать, что самый важный стимул в таких случаях - экономическая заинтресованность, остается попробовать в деле, сработает ли эта уловка в 18-ом столетии?
  Дело в том, что в данном конкретном уезде сложилась интересная экономическая ситуация, можно сказать, что даже уникальная. В городе цены на рожь и некоторые другие сельхозпродукты просто смешные, местные купцы путем сговора намеренно удерживают "планку" на самом низком уровне. Иное дело "губерния", большой город и большой спрос на такой товар, там даже перекупщик и то почти вдвое больше дает. Но выбраться туда местные мужички практически не могут, если по уезду они перемещаются свободно, то за его пределами любого беспаспортного ждет острог и тут уже недалеко и до Сибири. В чем же беда, ведь документ примитивен как пять копеек, это в сущности справка, что данный человек отпущен на такой-то срок таким-то помещиком или сельским обществом, последнее для так называемых "казенных" крестьян.
  Просто - да не совсем... Оказывается, если в других уездах администрация обычно отдает уполномоченным лицам чистые бланки с печатями, то в уездном городе N порядок заведен немного другой. Так крестьянин сперва должен получить паспорт по месту жительства у помещика или старосты, затем тащиться в город в канцелярию градоначальника, где ему поставят печать, без которой его "плакат" оказывается недействителен. С учетом того, что российский мужик любого чиновника, да и "казенных мест" боится как огня, уже большая часть крестьян-земледельцев попасть на базар в "губернию" не в состоянии. А те у кого помещик зачастую проживает "в столицах" и вовсе прикованны к уезду. Да еще и власти вдобавок регулярно проявляют "отеческую заботу" о простом народе, полагая, что "чего им убогим таскаться куда-то далеко в губернию, пусть в городе на базаре продают свою рожь", правильно - за бесценок. Вот бы еще узнать, сколько местные купцы городской администрации за такую заботу о православных регулярно отстегивают, но это тайна за семью замками.
  Как-то один раз прошлой осенью Александр лично наблюдал процесс "выдачи печати", вел он в тот день вечером караул из Арсенала после смены. Дошли они без особых происшествий до здания администрации, и что там за цирк? Телега какая-то убогая крестьянская припаркована у самого входа, запряженная "лошаденкой", а рядом - под самыми окнами мужичок пожилой на коленях стоит - прямо вгрязи на улице, точно перед чудотворной иконой.
  -Караул стой! -скомандовал тогда Сашка и затем подошел к крестьянину распросить в чем же дело, -Что за фигня? Кто тебя дедушка обидел?
  Тот объясняет служивому, что приехал печать получить на "плакат" и ему господа чиновники "проставили".
  -Мне тока сынка в остроге повидать надоть напоследок, а оне... -мужичок с головы войлочный колпак и показывает унтер-офицеру, куда ему поставили печать - на лбу у него расплывается синий двуглавый орел, прямо посреди морщин. За окнами на втором этаже раздается взрыв веселого смеха... удачная вышла шутка.
  Рожи упитанные и круглые у "царевых слуг", у некоторых даже лоснятся от жира, видно от нечего делать развлекаются чиновники, Пугачева на них нет, так бы и на кол скопом за всех и посадить. Унтер-офицер промолчал, что тут сделаешь - ничего, только зубы стиснуть остается от бессильной злобы, да и все... а вот его подчиненные не удержались в это раз. "Прорвало" нижних чинов, да еще как.
  -Вы что энто сволочи над православным народом измываетесь? Али управы на вас нет? -раздалось неожиданно из рядов. Потом хотела было местная полиция выяснить, кто кричал "возмутительные речи" и "призывал к бунту", кто зачинщик беспорядков, да не смогли, доносителей среди солдат не нашлось.
  -Господа, гляньте - серое быдло нам угрожает? Да мы вас сечас вые...м шкуры казенные! - орут в ответ сверху обиженные регистраторы и прочие ассесоры, но на улицу разбиратся они тогда так и не вышли, слабо им оказалось.
  -Так иди сюды, экий смелый! Мы тя содомита бл...го штыком в жопу толстую приголубим! -это уже снизу отвечают на брошенный "верхами" вызов.
  Александр не стал дожидатся, чем закончится препирательство, рявкул что есть мочи - "Шагом марш!" и увел побыстрее караул прочь. Было потом разбирательство, но с учетом крайне натянутых отношений между гражданскими и военными властями все благополучно сошло ему и его подчиненным с рук.
  ...........................................................................
  Сашка уже хотел было напомнить бурмистру, что в "губернию" подводы пойдут порожняком, кто же мешает крестьянам загрузить их мешками с рожью или еще чем-нибудь? А это уже не жалкие казенные копейки, а полновесные серебрянные рубли, так они смогут уплатить подати и оброк, не надо будет продавать задешево последний хлеб и потом голодать зимой. Отберут? Кто рискнет? А вооруженный конвой так и смотреть на это безобразие будет? Только он было собрался, как случилось настоящее чудо, можно вмешались "высшие силы", природа отработала тогда или бог - не суть важно, это кому как, кто уж во что верит.
  Еще когда он утром вел воинскую команду по проселку в небе ветер тучки таскал туда-сюда, хоть день вроде бы и солнечный был. Все Сашка тогда гадал дорогой польет дождь или нет, разверзнутся хляби небесные или пронесет стороной?
  Ударило потоками воды с небес как раз в тот момент, когда Александр только собрался пустить в ход самый веский аргумент - "экономический", а затем и гром загрохотал, да так, что уши заложило и пришлось сделать небольшой перерыв. Надо сказать, что уламывал он бурмистра не прямо посреди площади, если конечно так назвать простое расширение деревенской улицы, а под навесом - там прямо перед церковью, шагах в тридцати было такое сооружение. С какой целью его местные возвели так и осталось для Сашки загадкой. Позднее он подобные постройки видел у поляков, но там они использовалясь в процессе обмолота и провеивания зерна и располагались отнюдь не в центре деревни. Поэтому дождь не дождь, ливень не ливень - все равно, унтер-офицер и остальные нижние чины укрыты, крестьяне же кинулись спасаться от ливня, кто к ним под навес, кто по домам. Потоп продолжался минут пять от силы, а затем еще раз ударил гром и словно отрубило, дождь прекратился.
  Сашка собрался продолжить, но не вышло, откуда-то из-за церкви раздались крики, вроде бы детские, сперва внимания на это никто из собравшихся под навесом не обратил. Однако через минуту от туда прибежал какой-то мальчишка и сходу выпалил на одном дыхании:
  -Пров Васильич беда!!! Катьку твою молоньей пришибло!
  Что тут началось - а бардак, какой обычно в таких случаях бывает, все бестолково бегают туда-сюда и орут, вместо того чтобы спасать пострадавших. Баба, жена бурмистра взвыла сиреной, как машина скорой помощи и стремительно кинулась к церкви, за ней рванулся и мужик. За ними пришлось последовать и Александру с товарищами.
  Завернув угол неказистого деревянного храма унтер-офицер попытался с ходу оценить сложившуюся обстановку. Девчонка, что ему недавно строила глазки лежит возле стены на мокрой соломе и не шевелится, склонившись над ней, как волчица воет баба.
  -Кровиночка моя родная-а-а-а...
  -Господи за что караешь??? -а это уже бурмистр рядом бухнулся на колени с разбега, самое то время молится.
  -Дядь салдат, а Катьку взаправду убило? - а это уже какая-то мелкая девочка-соплюшка сбоку лезет с расспросами, в сторону ее, не до разговоров теперь время на вес золота.
  -Гриша, Федор со мной! Прохор за старшего остается. Бабу долой к чертям, всех отогнать на пятнадцать шагов и не подпускать ко мне! -Александр скорговоркой выдал распоряжения, секунды дороги, тут же он винтовку свою сунул в руки одному из егерей, оружие пока не потребуется.
  Он метнулся вперед, не без труда оторвал обезумевшую мать от тела дочери и отбросил назад, прямо в руги следовавших за ним солдат. Теперь надо быстро проделать необходимые реанимационные мероприятия. Ожогов ни на ногах, ни на голове пострадавшей нет, пульса нет - он сразу же пощупал на горле - тишина мертвая, однако зрачки на свет реагируют - хороший признак, дыхание - не понять, да и не надо нам его. Времени с момента происшествия прошло совсем немного, а значит шансы на успех должны быть приличные. В той "нормальной" жизни его прямо выводили из себя все эти тренировки с манекенами, и прочие упражнения с шинами и бинтами, но увильнуть возможности не было и приходилось заниматся. В организации, где он тогда работал, таким вещам придавали весьма серьезное значение. Ирония судьбы - ему впервые на практике применить полученные знания пришлось только в 19-ом веке.
  Александр расстегнул у девушки ворот рубашки и заодно ослабил, а затем с дернул с нее вышитый поясок. По уму, следовало согласно иструкции, предварительно с нее и вообще одежду снять до пояса сверху, но хорошо такие вещи излагать на бумаге, а попробуйте проделать сами, когда вокруг уже толпится едва ли не пол-деревни невежественных аборигенов, а вы находитесь чуть ли не в церкви. Ведь не поймут они, если Сашка сейчас начнет девчонку раздевать догола, а по другому с ее одежками и не получится. Придется ему проводить все манипуляции прямо сквозь одежду. Так, вот тут у нее косточка, накрываем ее тремя пальцами иначе можно сломать, резкий удар кулаком по грудине - и первый этап пройден, затем надо будет делать как искусственное дыхание, так и зарытый массаж сердца. Хорошие помощники у него есть, Григорий и Федор этому обучены в полном объеме. Прошлой зимой он вспомнил почти дословно инструкцию по оказанию первой медицинской помощи, еще бы - если каждые полгода сдавать экзамен ней, от зубов будет отскакивать. Начальство отнеслось к этому начинанию весьма скептически, но не мешало занятиям, что Сашка проводил у себя во взводе. Ну и как всегда старый друг и соратник во всех начинаниях - Денисов отправил одну из размноженных полковым писарем копий инструкции "наверх" - эффект был тот же самый, что и со всеми остальными "великими" прожектами... тишина и тоже мертвая.
  Как у нее маленькие груди дернулись, упругие ведь точно мячики... машинально отметил для себя Александр, в другое время он бы не отказался их и помять немного в руках, но сейчас не до того. И тут он почувствовал, что на него внезапно сзади навалилось на спину "нечто" пудов эдак с пять и ему безжалосто вырывают волосы и стараются откусить правое ухо.
  -Б...ть!!! Я же вам сказал, бабу - УБРАТЬ! -заорал Сашка пытась стряхнуть с себя нового противника. Помогли ему в этой борьбе Федор с Гришей, они мигом поскочили, и не без усилий отодрали бурмистершу от унтер-офицера, затем передали свихнувшуюся от горя бабу в руки другим егерям, что стояли в оцеплении и не пропускали к месту происшествия зевак.
  -Идите сюда вы оба. Начинаем! Как учили! -он собрался надавить ладонями на грудь пострадавшей, но в послений момент оставился. Сашка заметил, что девчонка вдруг открыла глаза - голубые, как у маленького ребенка, наморщила носик и чихнула - значит уже и дышит. Одного предкардиального удара оказалось достаточно, запустился вновь у не в груди остановивишийся было "моторчик" сердца. Девица ему попалась в этот раз относительно крепкая, хоть и ростом не вышла и похоже, что более-менее сильная. Александр еще удивился, почему до сих пор ее замуж не выдали - хоть и подросток годами, но уже "все при ней" - как в народе говорят. Не то родители дочку сильно любят, не то просто крестьяне местные не такие уж бедные, как сперва показалось унтер-офицеру и ранние браки здесь не в ходу.
  -Глико, дочка наша ожила, шевелится! -рядом наконец очнулся бурмистр из ступора, до этого он так и стоял на коленях как памятник самому себе, но не мешал, поэтому его и не вытолкали прочь как остальных зевак.
  Нет больше он этого делать не будет никогда... пусть уж молоденьких девушек оживляют женщины. Ситуация идиотская, иначе не скажешь... Выглядело это примерно так: Сашка наклонился на девчонкой, она его разглядывает, он тоже ...и оказывается попутно тискает в своих ладонях эти самые ее "мячики", да еще и попутно гладит подушечками пальцев маленькие соски, отчетливо проступающие сквозь тонкую ткань рубашки. Как-то "само собой" у него такое интересное непотребство получилось и не хотел вроде совершенно и даже и не пытался, а вышло. А рядом ее родители стоят и плюс еще черт знает сколько родственников, соседей и подружек, к тому времени на шум народу много сбежалось.
  Он поспешно убрал свои "шаловливые руки" в сторону, и отодвинулся немного назад, пропуская к дочери отца. Но когда тот попытался ее приподнять с земли Александр сразу же его остановил.
  -Не сейчас, пусть немного полежит и отойдет, когда сможет - встанет сама.
  Так они и сидели возле девочки минут двадцать, ждали, пока та окончательно придет в себя. Сашка тем временем пытался понять, как же ее все таки "щелкнуло". Скорее всего было так - молния ударила у колокольню, громоотвода там конечно же не было - бесовское ведь наваждение, и разряд ушел в землю по мокрой веревке привязанной к языку колокола. Да видимо так и вышло, конец этого импровизированного "проводника" совершенно сухой и опален точно огнем. Колокольня у местных маленькая, звонарю для работы на крошечной площадке не развернутся, поэтому "благолепие" делается прямо с земли, как раз с помощью той самой веревки, что чуть не убила Катю, когда она, вместе с остальными детьми пробегала рядом. В своя время Александру доводилось видеть, как со стальных тросов, оттяжек мачты радиорелейной станции бьют в землю весьма внушительные на вид разряды во время грозы и это не смотря на наличие в конструкции системы грозозащиты. И здесь что-то подобное вышло, разве, только в меньшем масштабе.
  Катерина понемногу "оживает прямо на глазах. Вот она уже пытается поднимать голову, вот села и начинает выбирать из волос попавшие туда стебли соломы. Все окончено, занавес, можно получать заслуженные аплодисменты у местной публики...
  -Продолжим! -унтер-офицер хватает за руку и тащит бурмистра опять под навес, попутно сделав отмашку подчиненным - пусть они отпустят его супругу, та стрелой кидается к дочке, слезы и объятия, на этот раз от радости.
  Пока они шли, точнее пока Сашка его тащил, мужик что бормотал малосвязное. Из этого словоизвержения он уловил только то, что его вдруг да повысили на ранг, виртуально конечно, но все равно приятно. Был сперва "ундер", а теперь вдруг сразу и "ваша милость" и "ваше благородие" оказывается стал, эдак еще кого-нибудь молнией в этой деревушке шарахнет и дальше глядишь - "ваше высокопревосходительство"? Как в песне "Немного прошагал, пока не генерал... А у меня все это впереди!", незначительный такой пустячок, а солдату все же приятно.
  Собирался было Александр изложить главе местной сельской администрации свою теорию экономического развития отдельной среднерусской деревни Белосвятцы, да опять не вышло. Старый приятель Григорий его опередил, тот подсел с другого бока к бурмистру и "прошептал" ему на ухо, да так, чтоб обязательно слышали все любопытные "варвары" вокруг в радиусе полста метров.
  -Слышь отец, давай подводы по хорошему! Видал экий у нас унтер - мертвых кулаком поднимат!
  -М-м-м-м, -только и смог промычать в ответ, еще не оправившийся от потрясения мужик.
  -Он ить колдун, ну а как осерчает и порчу на вас нашлет? -Александр собирался было возразить, но старый друг подмигнул - "молчи, не мешай!".
  Пока Григорий не произнес это роковое слово "колдун" вокруг точно пчелиный улей гудел - народ вполголоса переговаривался, видимо опасаясь помешать "господину унтер-офицеру", а тут разом - стало тихо, языки все разом прикусили... Надо ковать железо пока горячо, решил Сашка тогда, Григорий скорее всего прав, очухается бурмистр и обязательно поймет, что видел какой-то фокус и опять начнется бесконечная "волынка". Пора наконец поставить жирную точку в этом сильно затянувшемся споре.
  Александр встал с бревна, на котором они все сидели во время переговоров и обернулся к собравшимся позади сельчанам.
  -Вы все слышали? Господин управляющий велел вам снарядить пять добрых подвод с возчиками из расчета для командировки на три дня! Так? -он слегка толкнул собеседника и тот закивал головой в знак подтверждения. Затем унтер-офицер присмотрел в толпе двоих парней покрепче, -Ты и ты, подите сюда и помогите человеку дойти до дома, чего встали? Бегом!
  Все кончилось неожиданно... сборище вокруг моментально забегало, заорало и завертелось, тут же и телеги откуда-то возникли как по волшебству, а ведь утвердал бумистр, что не одной нет в наличии, все повозки он якобы в уезд на базар отправил. Мужики быстро лошадей запрягли и мешки с продуктами уложили - себе харчи на дорогу. Еще пять минут и обоз тронулся, только пыль из под колес полетела - каких-то полчаса буквально прошло с момента отдачи команды, а говорят еще русский человек необыкновенно медлителен, да они кому угодно фору дадут по этой части. Обошлись в этот раз без всяких мудреный экономических стимулов, хватило простой веры в чудеса, различного рода "волшебников" в простом народе, совсем как встарь, все еще почитают и главное - боятся.
  Убедившись, что отряженный от деревни Белосвятцы подводы двинулись в сторону уездного города Александр собрал своих людей и они уже свободным шагом пошли к следующей деревне, как его неожиданно остановили.
  -Ваша милость, ваше благородие стойте, погодите! -это бурмистерша с дочкой их уже на выходе из деревни нагнали воинскую команду, что им еще нужно, придется немного задержаться.
  -Катька, дурочка, давай земной поклон бей спасителю твому отбей! -толкает женщина девочку и сама кланяется в пояс чуть и не до земли.
  Сашке это идея не понравилась, что это такое - девчонка у нее сперва в мокрой соломе полежала полчасика, теперь ее принуждают снова на сырую землю падать, так еще простудится и заболеет? Поэтому Катерина в процессе нагибания была ловко им перехвачена, поднята... и уж если наглеть - так наглеть, солдату -положено! Александр крепко обнял девчонку и поцеловал в губы, та зарделась румянцем, надо сказать - ей весьма идет. Эх, есть все же определеная прелесть в 1800-х, ну где еще таких естественных девиц найдешь, чтоб кровь с молоком и ни грамма косметики на лице, да еще и бы и "не ломались"? Романтика тут кругом куда ни глянь, жаль времени нет пообщатся с молодыми пейзанками поближе и желательно - в неформальной обстановке.
  День у них сегодня задался? Какое там - опять облом-с, в следующем селе ничего существенного добыть не удалось, кроме разве расписки, гласящей, что хозяйка имения такая-то там отставная майорша предоставить подводы отказывается. Ругаться со вздорной бабой, по виду сущей гоголевской Коробочкой - занятие бесперспективное, Александр это понял сразу, и нет у него никакого средства воздействия на "благородных" скупердяев, кроме упоминания о долге перед отечеством. Но такое впечатление, что здесь как у Ходжи Насреддина с ростовщиком вышло, слова "дай" эти люди не знают в принципе. Одно хорошо, хоть быстро определились - нет, так нет, но оставалась теперь согласно предписанию еще одна деревня. Под конец он все же не удержался и напомнил этой жадине, пожалевшей несколько подвод для российской армии - существует вероятность, что рано или поздно придут французы, заберут у нее все "сокровища" и крестьян заодно освободят. Судя по тому, какой адский разгром "цивилизованные европейцы" устроили в 1812-ом в Москве и окрестностях, церемонится никто с гражданским население завоеванной страны в начале 19-го века не станет. Только и радости было, что после этих слов мутные близорукие глазки на лоб у помещицы полезли и "моська" сразу стала как у бульдожки после легкого тычка в нос сапогом.
  
  -Лександр мож мы туды не пойдем? Ну его к бесу... -робко предложил Гришка, остальные "бойцы" похоже готовы присоединится к такому мнению. В другое время спокойный и рассудительный унтер-офицер скорее всего внял разумному совету и так поступил, но сегодня с утра был необыкновенно "громкий" (куда уж дальше - до сих пор уши заложены, как ватой) успех и Сашку, что называется "понесло". Изредка даже с ним такое случается, несмотря на природный "нордический" характер.
  Он повертел казенную бумагу так и сяк, сомнений нет - третья, как раз "та самая" нехорошая деревня, как только штабс-капитан Денисов ошибся и не заметил такой явной провокации со стороны уездных властей? Скорее всего он тривиально перепутал, у данного помещика Ку...ва в уезде с пяток однофамильцев наберется, и те относительно "нормальные", а вот этот "сильно озорует" по народной классификации. Следует пожалуй немного рассказать о ней иначе возникает неизбежная путаница.
  И так, там первым пунктом идет барин "добрый" - вполне приличный человек, который обычно отпустил мужиков в "свободное плавание" и не пытается изображать из себя "крутого феодала", довольствуясь лишь ежегодным и заранее определенным оброком, живет человек на ренту и никому не мешает. Такие в уезде редки как зимняя гроза, но вроде бы парочка есть, вот только Александр ни разу с ними не сталкивался.
  Затем в списке идет барин "чудной" - этот в принципе тоже ничего. Данная формулировка означает, что барин просто нарушает открыто местные нормы морали. К примеру - взял да перешел в католичество из православия (музыка ему видите ли органная нравится), или отослал жену к ее родителям, заменив супругу парой-тройкой молоденьких цыганок - а тут и вокал обеспечен и еще кое-что полезное в придачу. Такого бы "чудака" нижние чины 13-го егерского не испугались, да собственно "чудной" помещик и опасности не представляет ни для "общества", ни для своих крестьян. Этот тип упоминается даже в классической литературе, Сашка даже мог бы вспомнить кое-что из "Онегина", если бы конечно не поленился и прочел это произведение, в рамках школьной программы обучения:
  В своей глуши мудрец пустынный,
  Ярем он барщины старинной
  Оброком легким заменил;
  И раб судьбу благословил.
  Зато в углу своем надулся,
  Увидя в этом страшный вред,
  Его расчетливый сосед.
  Другой лукаво улыбнулся,
  И в голос все решили так,
  Что он опаснейший чудак.
  Следующая ступень по списку, барин "веселый" - уже заставляет насторожиться. Если ему весело, это не значит, что всем остальным окружающим тоже хорошо. Особенно достается от таких "благодетелей" молодым крестьянским женщинам и девушкам, коих "веселый" помещик имеет обыкновение регулярно "обижать" - насиловать или принуждать к сожительству, как уж им несчастным повезет. Гаремы из крепостных девок в усадьбах "веселых" помещиков - обычное явление, как правило конфликты возникают и власть вмешивается лишь когда барину наскучат его рабыни-"серальки" и он кидается на чужих, или на свободных женщин. Есть тут, правда, "приятные" - кому уж как, исключения, сведущие люди говорят, что в губернии один подобный "весельчак" женский пол на дух не переносит, предпочитая девицам мальчиков. Такие вот здесь милые "шалунишки" в изобилии водятся в начале века 19-го в провинции среди местной элиты. Если всевозможные "как бы историки" с постперестроечного российского ТВ млеют и глазки закатывают от "милых дворянских причуд" золотого века, то у Александра при одном упоминании о "веселых барах" рука сразу же сама по себе тянется к кобуре... жаль нет ее. Бывают ситуации, когда пожизни бы отдал за самый обычный наган, пусть даже и старенький.
  Если же по мнению крестьян некий конкретный барин - "озорник", то в переводе на реалии ХХ-века выходит однозначно - бандит, и его "забавные проделки" всегда пахнут кровью. Такие "орлы" среди бар здесь не такая уж экзотика, встречаются почти в той же пропорции, что и "добрые" - норма в среднем по одному, или бывает но редко, что даже по два на уезд. В отличие от "братвы" лихих 90-х здешние "соловьи-разбойники" жаждут не материальных благ, а только лишь острых развлечений на грани фола, ну и просто психи среди них попадаются частенько. "Благородные" - какое там, они даже опаснее своих собратьев по ножу и топору из 20-го столетия. Те сколотив состояние сразу же от криминальных "дел" обычно и отходят, эти же нет - куролесят на полную катушку, пока или старость, или рука какого-нибудь "народного мстителя" их не остановит. Закон - а он не для них писан, на практике оказывается достаточно быть "седьмой водой на киселе" губернатору или другому высокопоставленному лицу или же просто "прикормить" местных чиновников и можно делать все, что душе угодно. Даже безнаказанно убивать фактически разрешено такому "озорнику", не всех конечно - "подлых" разумеется, за дворян могут привлечь к уголовной ответственности.
  Александр посмотрел на свои "бойцов", люди головы повесили, глаза прячут и решил, что дело дрянь, пресловутый "дух" упал ниже некуда - надо поднимать, надо напомнить им, что они уже давно не крестьяне, а нижние чины российской императорской армии. Все равно в следующем году, хочешь - не хочешь, их не спросят придется - отправлятся на войну. А значит пора уже привыкать, ведь там выбора "...туды не пойдем?" не будет.
  -И так, товарищи солдаты, я напоминаю, что мы с вами не в кабаке водку пьянствуем и не девок щупаем, а на службе находимся - при исполнении! -начал унтер-офицер "издалека" излагать свои соображения, потом передумал, не та аудитория, да и место явно не то, но сразу оставится все же смог, -А значит, мы выполняем приказы только непосредственного начальника, и там разные попы, помещики, полицаи-исправники и прочие лица нетрадиционной ориентации идут куда? Правильно - подальше.
  Сашка пристально всматривается в лица вчерашних крестьян, дошло ли до них сказанное? Столько лет, да какое там - поколений, в них "вбивали" рабскую покорность приучая народ, что главный начальник - барин, разом ведь через такое воспитание не переступить, а ведь - надо! Иначе как они будут убивать собратьев тех, кому привыкли покорно кланятся? В России ведь чуть ли не любой француз или немец наряду с пресловутым "барином" - уже по умолчанию "господин" для "подлого" люда, издавна так заведено. Зачастую по невежеству прогибаются даже перед богато одетым лакеем или холуем, но одетым в "немецкое" платье, таковы здешние реалии. Из всех егерей только Григорий с Федором, те да "перековались" давно - готовы идти за ним хоть сейчас в огонь воду и медные трубы, особенно первый, все же та история с Немцем здорово их связала незримыми узами. Остальные же "бойцы" колеблются, для того что бы это явление заметить не надо быть тонким психологом и так видно. Плохо ведь, так дальше нельзя, рявкнет очередной "озорной" барин "А ну вяжи его скота!" и чего доброго обратят нижние чины оружие против своего же унтер-офицера. Придется Александру прибегнуть для убеждения в помощи самого главного для российкого солдата "авторитета" в те времена, того, кто в полку у них первый после бога, как капитан на боевом корабле.
  -Федя напомни мне, пожалуйста, что наш полковник велел делать в карауле, когда на тебя всякие уроды на тебя наскакивают?
  -Так энто прикладом ево, коли с кулаком лезет, с палкой - колоть, с оружьем - пали смело! -перечислил нижний чин, хоть и не складно но верно, такие вот им были даны наставления.
  Давняя история, Арсенал или крепость, где приходилось нести службу в карауле нижним чинам из 13-го егерского, располагался на самой окраине города, а рядом небольщая роща с романтическим названием "Козий парк" - излюбленное место "променада" у местного чиновно-купеческо-мещанского "общества". Гуляют там вечерком разные франтики под ручку с "приличными" девицами, тросточка в руках, модная шляпа-цилиндр на пустой голове, испанская папироска в зубах - да и черт с ними, солдату дела до них нет, а стоящему посту и тем более. Вот только - время от времени то одного, то другого штатского "героя" на подвиги потянет. Смотришь бывало - подскакивает быстренько чистенький и холеный "фрачник" к часовому в серой шинели и в "рыло" ему раз - и задвинул, а потом грудь колесом выгибает и гордо возвращается обратно, красуясь перед девицами! Барышни провинциальные в вострорге, чуть ли не кипятком писают от таких подвигов, какой смелый молодой человек - "ужасного" штыка не испугался, а собственно чего опасаться в сущности? Нижний чин только стоит как истукан и глазами хлопает, ничего поделать не в силах - это же "господа" развлекаются, ладно еще тростью или палкой не огрели православного воина и на том им спасибо. Присутствие офицера местных "смельчаков" как бы тоже особенно не смущало, пытался однажды штабс-капитан Денисов, случайно оказавшийся рядом при очередном георическом деянии, призвать их к порядку, и ему ответили без обиняков, прямо: "Быдлу - положено!". Так продолжалось долго, пока службу у Арсенала несла лишь одна "гарниза", приходилось уже пожилым нижним чинам, зачастую ветеранам нескольких войн безропотно сносить издевательства "чистой публики". Однако в один прекрасный день к караул должны были заступить нижние чины от 13-го егерского...
  -Кого увижу опосля с битой мордой, не обижайтесь братцы, тот солдат будет у меня в полку последний человек! -так сразу же с утра на разводе отец-командир объяснил подчиненным "текущий момент", что кому "положено", и что на это дело "наложено".
  Более того, в процессе подготовки и проверки первого караула даже занятие специальное провели с солдатами на тему "как правильно и по уставу бить хулиганов". Вечером того же дня местных повес из числа "золотой молодежи" ждал очень неприятный сюрприз, они убедились, что безобидное ранее развлечение теперь стало весьма опасным для здоровья. Первый же атаковавший пост "герой"-франтик схлопотал прикладом по голове, цилиндр ему - всмятку и заодно хорошую встряску этот балбес великовозрастный получил, может быть хоть думать впредь начнет, прежде чем что либо подобное делать. Его приятеля, немедленно пожелавшего ударить "оборзевшего" часового тростью укололи штыком в руку, не смертельно вышло, но больно и весьма обидно. Визгу и крику по поводу такого ЧП было много, а как же "серая скотина дерзко подняла руку на господ чиновников и прочих там аристократов?! Убивают!". Почти сразу же, на другой день в 13-й егерский пожаловала целая делегация возглавляемая самим градоначальником для разбирательства и наказания виновных. Но высоким гостям продемонстрировали утвержденный его императорским величеством устав, где черным по белому было указано, что часовой обязан охранять и оборонять порученный ему пост и себя тоже заодно, последнее - по компетентному мнению полкового командира. Жрецы местной фемиды с ним не согласились и начали приводить различные явно "дутые" аргументы, но их вежливо послали подальше. Судейским напомнили, что как раз армейцы им и неподсудны, все претензии пусть предъявляют автору устава или точнее, его нынешнему преемнику. На этом все и закончилось, с тех пор пижоны с тросточками стали обходить пост у Арсенала стороной, чуть ли не за пятьдесят шагов и на неприкосновенность часового более никто не покушался, по крайней мере - в трезвом виде, пьяным то все равно. Как и следовало ожидать, с нижними чинами обиженные "господа" попытались потом свести счеты неофициально и в неформальной обстановке, но им и тут не обломилось - у солдат кулаки оказались крепче.
  -Вот так и мы ребята находимся почти, что в карауле. Нам выдали оружие и боевые патроны не для красоты! -напомнил своим подчиненным Сашка, теперь вроде бы до них дошло, что никакой "левый барин" им не начальник, и для окончательного закрепления урока он добавил, -Если что то вся ответственность ложится на меня, здесь нет ни полковника нашего ни батальонного, ни ротного командиров - я один их заменяю.
  С "духом" так было покончено и Александр со своей командой пошел дальше, в тот момент грядущее предприятие не представлялось ему уж очень опасным. Ну дойдут они до усадьбы, помещик если дейсвительно "крут", то даже разговаривать с ними не будет, а вышлет для переговоров управляющего какого-нибудь да м все, или просто унтер-офицера даже на порог не пустят. Не так страшен в конце-концов черт, как его малюют.
  Кое-какие, безусловно ценные сведения сообщил встреченный по дороге мужичок, дядя ехал в соседнюю деревню те по делу, не то навестить родственников, но охотно остановился и ответил на все вопросы унтер-офицера. Барин действительно "озорует", правда в последние годы все меньше, видимо время берет свое и потенцией у него определенные проблемы. Ранне же этот Куролесов, забавное сочетание - фамилия у него такая, был известен всей губернии - топтал со своими боевиками посевы, жег леса, нивы, и даже деревни, насиловал и убивал крестьян и мелких помещиков временами, и все это проделывал не корысти ради, а исключительно для развечения, скучно-с видите ли барину было в уезде. А теперь что, жалкое подобие былой "ратной" славы? На прошлой неделе, по словам крестьянина, барин со своей бандой отобрал корзинки с ягодами у группы детей и подростков из мелкой деревушки, принадлежащей какому-то отставному поручику, когда те возврашались из "казенного" леса. Герой-воитель взял ребятишек в "полон". Впрочем, такой добычи "полководцу" оказалось мало и тогда впридачу еще и всю одежду до последней рубашки включительно у "пленных" отобрали.
  -Эдак голяком он их и погнал опосля до дому, -пояснил мужик, у него "забавное происшествие" не вызвало даже тени улыбки, -Малым детям то ладно ищо, а там энто еще и девки с имя тама были - срам экий на деревню!
  -И чего, их и не тронули совсем, только тряпки забрали? -не поверил Александр, что-то уж больно "мягко" вышло, обычно так не бывает.
  -Нестоиха грят у него теперя, а раньше бы эдак ни единой не пропустил. -ответил собеседник Сашке и добавил, что у барина-импотента для таких деликатных поручений заведены своего рода "заместители", особенно старается на данном поприще какой-то восточный "чалавек", недавно появившийся в его свите.
  -Давай отец подробнее, с барином вашим все понятно - "благодетель", мать его. Остальные вот "бойцы"... расскажи мне, кто они на вид, сколько их и главное - чем вооружены. -насел Сашка на своего информатора, тем более, что мужик еще в начале разговора предупредил, что барин любых военных терпеть не может, а значит недалеко и до открытого конфликта. Была у господина Куролесова милая привычка на проезжающих через его владения людей натравливать временами собак, целую свору держал у себя, он вообще как бы "охотник" был - зверя травил круглый год да и крестьян заодно если случайно кто под руку подвернутся ненароком в процессе. В прежние годы частенько и мелкие соседи-помещики у Куролесов "под раздачу" попадали, приезжает в гости банда стволов пв полста, хозяина весело пинают, женщин его "обижают" всей толпой - в общем творилось сплошное "озорство". На открытое сопротивление "беспределу" решались немногие, а жаловатся властям было безполезно, высокие покровители все равно "отмажут" гоп-стоп-барина от любого обвинения. В самом крайнем случае, когда трупов было слишком много, на каторгу отправляли одного-двух его поручных, а то и просто первых попавшихся дворовых, выбив предварительно из них признательные показания. Сам же "дикий барин" за убийства и прочие насилия стабильно раз за разом получал то "церковное покаяние", то "отеческое внушение" от представителей местных властей.
  Но не все коту масленица и бывает и по другому в жизни, да и безжалостное время берет свое - полгода назад по привычке спустил барин свою свору на цыганский табор, и не стало у него их с тех пор собак. На проверку оказалось, что не "ромале" шатры свои раскинули, а казаки на походе биваком остановились, с ремонта видимо донцы ехали и "вида воинского" не имели, а вот девки как раз у них с собой были. Ну и результат соответстующий - лихо порубили станичники всех помещичьих породистых шавок в капусту, за что им вся округа теперь благодарна, соответственно у барина с того времени к любым мундирам просто адская ненависть в душе. В последний раз он даже обычного чиновника, приехавшего по какому-то делу из города, велел своим подручным бить нещадно батогами, чуть было не убили бедолагу, впрочем эта история к делу не относится.
  -Эк он убивался тады, собаченьки мои грит родные... как по малым дитям. Ищо бы ево оприщников кто бы так, да энто и самого прибрал...
  Одно слово, второе и так по каплям из информатора удалось вытянуть все необходимые сведения, как о самом "диком барине", так и о его окружении. В данное время у него всего двадцать "бойцов", из них 18-ть судя по описанию - обыкновенные российские разбойники, так называемые "пришлые тати" - по мнению местных. Еще один, судя по словам рассказчика, какой-то не то турок, не то кавказец - "чурбан нерусской", "басурман". Последнего мужик назвал так - тоже не русский, "брит" вроде, англичанин? Неужели подданый Великобритании появился и в такой дыре, что он тут делает? До сих пор только один уроженец туманного Альбиона был в губернии, да и тот сбежал несколько лет назад, выходит - есть и еще.
  -Ен из ружья шибко метко бьет, собаку за сто шагов убиват, -дополнительно сообщил крестьянин, упоминув еще, что иноземный супостат для забавы перестрелял у в том селе почти всех псов.
  Это уже плохо, скорее всего потенциальный противник располагал как минимум одним "снайпером", такие фокусы с обычным глакоствольным ружьем проделать трудно с учетом того, что деревенские "дозорки" и "тузики" обычно мелкие и шустрые как лисы - кто их будет особо откармливать до величины теленка, если сами хозяевам по весне порой кушать нечего. Скорее всего, британец пользовался штуцером - самой распостраненной в начале 19-го века разновидностью нарезного огнестрельного оружия. Сашка лишний раз "виртуально наградил" самого себя за предусмотрительность - он догадался взять в этот "полевой выход" не обычное солдатское ружье со штыком, а свою "родную" винтовку и теперь в случае весьма вероятного столкновения есть чем ответить на "ультиматум Керзона". Вот только скорее всего первый выстрел все равно будет за противником, а значит надо "вертеться", просто тупо заявится под окна барского дома - непростительная глупость, такой визит может закончится неприятностями. И оставался еще один "проклятый вопрос", на него обязательно нужно получить точный и недвусмысленный ответ...
  -Слушай отец, а не дай бог, до драки дело дойдет, так мужики тамошние за барина своего часом не вступятся? -спросил он напоследок словоохотливого крестьянина.
  -Бог с тобой ундер, энто был бы барин человек, а то изверг! Нешто хто за таково пойдет добром, а силом... сам знашь.
  Теперь можно и смело идти в усадьбу и вручать помещику наряд на подводы и далее с ним разбираться, никакая толпа с кольями и вилами в решительный момент в тылу не появится, в самом худшем случае местные мужики будут лишь "отбывать номер". Так уж всех достал "озорник", если даже в церкви молитвы заказывают "за избавление" от него. Еще бы и подходы к "логову зверя" заранее узнать - и надо же мужичок охотно согласился проводить и подсказать. Сашка сначала испытывал кое-какие подозрения в надежности добровольного проводника, но потом отбросил все сомнения. На "классического" Сусанина дяденька не похож ни капли - обычный крестьянин, да вряд ли его барин ждет в гости воинскую команду, очень сомнительным представлялся вариант, что у такого "дикого помещика", проводящего все свободное время в кутежах, различных полу-криминальных "развлечениях" и на охоте, имеются агенты или "свои люди", как в окрестных деревнях, так и в уездном городе.
  На войне, как войне... оружие проверено и заряжено, отданы последние распоряжения, бой там их ждет или обойдется, но лучше быть готовым к любому варианту событий. Александр заранее назначил себе заместителей, не исключено, что придется им действовать вразброд. Если что, то его заменит Григорий - как самый опытный из оставшихся нижних чинов, далее командование примет Федор, затем... а там уже неважно. Проводник, хороший все же мужик попался, им нарисовал палочкой на песке примерный план барской усадьбы и объяснил где и что находится и как туда подойти по возможности незаметно.
  -Робятами ищо малыми мы яблоки у ево батюшки крали, вот эта тропочка здесь у ручья, по ей и ступайте с богом.
  Попрощались они со своим "Сусаниным" перед самой "вражеской" деревней, далее тащить его с собой не стоило, зачем подвергать хорошего человека ненужной опасности, он и так сделал для них немало.
  Через парк к помещичьему дому они продвигались острожно, колонной по одному, стараясь постоянно держать друг друга в поле зрения, хоть и трудно это было осуществить. Сашка просто до жути боялся нарваться, на "нечто" - патруль, засаду, "черта лысого" или просто у него был очередной приступ "мнительности", неважно - лучше перебдеть, чем попасть в ловушку.
  Может когда-то здесь и в самом деле был "парк", но теперь местами то, едва заметную в густой траве, тропинку преграждает упавшее дерево, то, давно поменявший старое русло, ручей приходится обходить, но впереди уже виден просвет. Лес постепенно перешел в сад, столь же правда дикий и запущенный, дубы и березы сменились яблонями и каким-то кустарником. Плодовые деревья видимо давно уже не знали ухода и богатый урожай с них никто не собирал. Ветви яблонь гнутся под неимоверной тяжестью и кое-где уже обломились и нет заботливого садовника, который подставил бы подпорки или подвязал их. Александр слышал, как за его спиной сослуживцы шепотом ругаются, мол какой здешний помещик жлоб - губит столько прекрасных яблок, нет что бы людям отдать. Местами куда ни ступи, звонко хрустят зеленые и желтые шары под сапогами, Сашка даже чуть не доскользнулся один раз. Тот год вообще урожайный был на разные местные фрукты, что произрастаю в средней полосе России, а вот рожь - основной продукт питания местного населения уродился плохо, помешала сперва засуха, а потом и дожди не вовремя пошли. Если их добровольный помощник все правильно указал, то вскоре они должны выйти прямо к "ядру" усадьбы - барскому дому, там есть еще какие-то мелкие деревянные постройки, но им туда не надо.
  -Долго там Лександр ищо нам ползти по энтому лесу? -забеспокоился шедший непосредственно за ним Гришка.
  -Да вроде уже подходим, вон уже и дворец барский виден, всего-то два этажа оказывается и крыша ржавая... Стоп! Тихо! Ты ничего не слышишь? -Александр подал условный сигнал и его "боевая" команда послушно остановилась и замерла, все они прислушались.
  Его спутник как ни старался, так и не смог ничего разобрать, вроде бы где то впереди какой-то неясный гул, но что это такое - поди пойми.
  -Там дети малые шумят, мож оне играются и яблоки обирают? -высказал преположение находившийся неподалеку Федор, которого природа наградила не только прекрасным голосом, но и "музыкальным" слухом.
  -Да пожалуй... -пробормотал сковзь унтер-офицер, появилось у него в тот момент нехорошее предчувствие, "слишком уж тут красиво - жди беды". Но отступать уже было поздно, он решительно шагнул вперед и остальные его "бойцы" пошли вслед за командиром.
  Не обманул их мужик, жаль имени его так и спросили, да и Федор не то угадал, не то и в самом деле услышал. Впереди их ждала вполне себе идиллическая картина: вдалеке за шпалерами "колючей изгороди" видна дорога, что делит пополам большой яблоневый сад, она ведет прямо к особняку и огибает его по периметру, изчезая за углами здания. Сам участок земли, где располагалась усадьба имел форму трапеции, где барский дом был ближе в меньшему основанию, почти все остальное пространство занимал полу-парк, полу-сад. Александр со своими людьми заявился как раз со стороны одной из боковых граней - с северной, он как бы с фланга зашел, если применять чисто военную терминологию. Его появление обитатели, а равно и охранники барского дома не заметили, их внимание, как правило было обращено в сторону дороги, обычно оттуда и появлялись различные как званные, так и не очень гости. Собственно, как потом показывали немногочисленные свидетели из числа дворовых, никто и не видел егерей, пока "все не началось"... Позднее, был момент, когда Сашка даже пожалел, что не ушел тогда "по тихому", по английски, пока была такая возможность.
  На втором этаже особняка - на небольшом балкончике похоже как раз батюшка-барин и устроился, трубку длинную метровую покуривает, рядом еще трое молодцов, один из них заметно выделяется - одет по "европейски". Сюртук ли фрак или мундир на фоне архалуков, армяков или даже рубах не заметить не возможно, просто глаза режет. А внизу между деревьями по обе стороны дороги и далее до самых ворот, чуть дли не все "детское" население деревни собралось, не то две, не то даже три сотни работничков страются не покладая ручонок. Дети собирают яблоки в различную тару кустарного производства - корзинки, лукошки, берестяные короба, а иные девчонки и прямо в подолы рубашек. Берут все - как опавшие плоды, те пойдут на корм свиньям, так и срывают яблоки прямо с деревьев. Кругом, куда ни посмотри, видны радостные детские лица, смех и писк и визг, маленькие сладкоежки уже кое-где поспешно дегустируют дары осени. Но что-то здесь не так... неужели наверху в кресле спокойно сидит и смакует ароматный турецкий табачок - "тот самый", за кого местные мужики не один год уже молебны заказывают "во избавление"? Сашке почему-то тогда казалось, что подобный субъект должен выглядеть совсем не так... уж не "промахнулись" ли они и не забрели ли в соседнюю усадьбу ненароком? Вроде как данную "шельму", рассевшуюся вальяжно на балконе, бог никаким заметным визуально клеймом не отметил, не красавец писанный здешний помещик, но и не явный дегенерат, из числа тех, что иногда наезжали покутить в уездный городишко и попутно спьяну вытворяли там различные, далеко не невинные "шалости". Сашка уже давно понял, что реальная аристократия в начале 19-го века выглядит совсем не так, как на портретах в художественных галереях и разных там иллюстрированных изданиях, "французкая булка" на проверку - даже внешне сплошь и рядом с плесенью. Нет ничего в этом явлении удивительного и загадочного, ведь любой художник-портретист, даже самый известный "мэтр", всегда творит под заказ. А в России мало, что денег не заплатят - если барину не понравится, так еще обиженный клиент может иной раз и покалечить мастера. Крепостной, не крепостной - какая разница разница, все одно - "чернь" или даже "быдло", с точки зрения "благородного чалавека".
  Сбились с пути они, чудеса... маловероятно - Александр никогда в жизни не терялся даже на совершенно незнакомой местности, всегда прекрасно ориентировался и находил нужные дороги и тропки. Ошибки быть не может, у Сашки зрение необычайно острое, даже с такого дальнего расстояния он "их" прекрасно разглядел почти во всех деталях. Особое внимание привлек "европеец" - это скорее всего тот самый англичанин, мужичок еще отметил про него, что дословно "гаденыш энтот с пасюком схож", и точно что-то крысиное в холеном нерусском лице безусловно есть. Не то нос такой специфический, не то короткие усики под ним, не то что-то еще неуловимое, но и в самом деле ни дать не взять - "крысенок". Так заранее обозначил для себя Сашка одного из вероятных противников, вторым обязательно будет сам "барин", остальные же "цели" так себе, морды у них из разряда "под мостом с ножом сидеть" - все как словно из одно инкубатора вышли. Минуточку, что такое? Британец повернулся немного, теперь стоит ни в профиль, а "в пол-оборота" и в правой руке что-то такое блеснуло на солнце... металлическая трубка? Да нет, скорее всего ствол короткого ружья, карабина или даже охотничьего штуцера, остальное просто не видно, обзору сильно мешает парапет балкона. Значит - последние сомнения прочь, там как раз рядом с помещиком импортный "догкиллер" и стоит, безжалостный истребитель местных шавок и скорее всего - его хозяин держит совсем не для такой "работы", а для чего, позвольте узнать?
  Остается лишь Александру со-товарищи подойти поближе и возможно, что там все и прояснится окончательно, однако это оказалось не так просто проделать. Путь преграждали зарости колючего кустарника, живая изгородь - почти полный аналог колючей проволоки, или даже хуже. Почти полчаса у маленького отряда ушло на преодоление каких-то жалких последних 500-т метров, не переть же напролом, пришлось искать проход.
  Пришли наконец, можно и так сказать, осталось шагов 200 от силы. Сашка решил все же не лезть внаглую, а еще немного понаблюдать за "озорным барином" из под прикрытия кустов. Их по прежнему никто не обнаружил, по крайней мере складывалось такое впечатление. Аристократия наверху "курит бамбук", дети внизу собирают яблоки, все вроде бы при деле и даже не тени какого-либо конфликта. Но штуцер... зачем британский "крысенок" таскает с собой "ствол", ведь его боссу вроде бы никто не угрожает, сплошные загадки - и у Александра нет пока на них ответа. Время шло, ничего не менялось и в конце концов унтер-офицер решил рискнуть, не будут же они вот так вот сразу стрелять в него. Солдат, пусть даже нижний чин - это не крепостной крестьянин, он человек "казенный" и где-то числится, и есть люди, которые за него отвечают. Пусть даже этот местный "енерал" - паркетный, но не знать такой простой вещи он не может.
  -Гриша, остаешся за старшего, если что - по обстоятельствам! -распорядился Сашка, тащится туда под барские очи всей командой не имело смысла.
  Скорее всего одного служивого с его бумагами "крутой барин" просто пошлет подальше - на три буквы, в крайнем случае господин велит своим опричникам "гнать батогами" и придется унтер-офицеру убегать. Совсем по другому выйдет, если явится небольшая группа вооруженных людей, тут уже может последовать и соответствующая реакция. Какая - никто не знает, что у того "аристократа" в голове, может он и в самом деле сильно обижен на военное ведомство за тех своих собачек. А ведь кругом, куда ниглянь - гражданское население, дети, и "подставлять" их под выстрелы не хотелось.
  Он уже совсем было собрался и даже отдал винтовку Федору, как вдруг на балконе наметилось какое-то движение. Барин отложил свою "трубку мира" в сторону и сделал какой-то знак одному из слуг. Почти сразу же, изнутри здания по цепочке из рук в руки -и в руках помещика появился предмет, не попознать который с такой малой дистанции было невозможно даже близорукому. Охотничье ружье, двустволка... однако никакой дичи кроме воробьев и иеще каких-то мелких пташек поблизости нет, даже ворон, которых так любил стрелять послений российский император не видно.
  Унтер-офицер снова замер на месте, и так то у этого "озорного барина" не все в поряде с головой, а с оружием в руках даже вполне нормальные люди в минуту раздражения ведут себя неадекватно. Самое разумное решение - подождать, пока помещик выпустит заряды по воробьям и тогда быстро и подойти, в противном случае вся дробь из двух стволов може достаться как раз Сашке. Смотрите, целится... б...ть Федька... Винтовка непонятно как, видимо Федор вовремя оказалась в руках и унтер-офицер моментально прильнул к прицелу, мягкий щелчок - курок взведен. Физиономия "барина" ясно видна сквозь диоптр, ведь день солнечный и ведь улыбается он, доволен, ну сейчас мы посмотрим, кто будет смеятся последним? Что случилось, почему Сашка так долго ждал и вдруг внезапно дернулся? А в последний момент он заметил куда целится "батюшка-барин", в каком направлении смотрят стволы его двустволки - не вверх оказывается на птичек, а наоборот - вниз на детей в саду. Помещика уберег в этот раз от неминуемой смерти Григорий, успевший буквально в последнюю секунду удержать Сашку.
  -Погодь брат, может ен играется, нешто по-всамделишному палить собрался, да в ребятишек? -последние слова были произнесены, когда унтер-офицер уже выбирал, плавно выжимал пальцем слабину спускового крючка, еще немного и грянул бы точный выстрел. Сложно бывает с такой ситуации остановится, но ведь и Александра не зря считался "стрелком от бога", он сумел и как потом оказалось совершенно напрасно.
  Между тем там с балкончика ударила дуплетом двустволка, сизый клуб дыма взлетел вверх, а внизу начался какой-то адский переполох. детишки побросали свои корзинки кинулись кто куда, лишь уйти подальше от выстрелов. девчонки визжали так пронзительно, что "резало уши" даже стоящим в отдалении Сашке и его товарищам. Но странное дело - вроде бы убитых или раненых пока не было, вот упала девочка-подросток. Унтер-офицеру показалось, что "нехорошо" и он даже снова взял барина на прицел, но тут Гришка слегка толкнул его под руку - оказывается мнимая "убитая" проворно вскочила на ноги и изо всех сил улепетывает в направлении ворот усадьбы.
  -Эдак у нашенских барчуки в войну игрались. -поделился воспоминаниями один из солдат, молодой парень сданный в рекруты весной этого года, -Соберут бывалоча робят с деревни, строем выстоят, палки имя дадут заместо оружья, а сами с ружьев палят, войско де в поход идет.
  Наряжение немного спало, егеря даже немного посмеялись, когда рассказчик сообщил, чем закончились импровизированные "учения", затеянные сыновьями и племянниками помещика. Родители барчуков тогда перепороли всех "вояк" подряд не разбирая чинов.
  Барин между тем разошелся не на шутку, ему видимо неперывно подавали уже заранее заряженные ружья, а он все пали вниз в толпу разбегавшихся во все стороны детей. Со стороны балкона то и дело слышались выкрики навроде "Бей! Жги!" пополам с матом.
  Вот ведь господа нетрадиционной ориентации какие, только и подумал тогда Сашка, устроил помещик себе развлечение и ничего ему и не предъявишь - руки коротки. Хотел он было выйти и людей свои вывести из укрытия, да и пресечь "этот бардак" но вскоре передумал, появление на сцене еще одной группы вооруженных людей воцарившийся вокруг хаос никак не упорядочит, а скорее только усугубит. Большая часть "мелкого народа", петляя между деревьев уже удирает по направлению к воротам, благо они открыты настежь. Перед балконом мечутся лишь три десятка - эти видимо не могут в панике взять нужное направление, да и деревья здесь посажены гуще и мешают им соориентироватся. Иные детишки ведут себя под огнем если не героически, то по крайней мере вполне достойно, почти как солдаты. На глазах у Сашки какая-то крошка споткнулась и упала, заливается слезами ее бросили? Черта с два, девочка постарше вернулась за ней, подхватила и потащила за собой, пытаясь отыскать какое-нибудь укрытие за стволами яблонь или за кустами. Есть все женщины в русских селеньях, для маленького человечка это настоящий подвиг, был бы у Сашки в то время орден, так вот ей бы и отдал - заслужила! Барин сверху не целясь палит тем временем уже "веером" во все стороны, только дым пороховой столбом над балкончиком стоит, это сколько же у них там ружей приговлено, или успеваеют быстро перезаряжать, а что - вполне возможно.
  "Вжик"... что-то свистнуло в метре над головами егерей, странный звук, когда-то Александр уже его слышал.
  -Лександр а ведь поди ка пуля, ты энто на вйоне вроде был, эдак они поют? -сразу же обеспокоился старый товарищ, но унтер-офицер лишь кивнул. Может произошло недоразумение и "заряжающие" у барина в спешке засадили в ствол боевой патрон вместо холостого. Такое даже у них в полку на учениях иногда случается, когда приходится быстро заряжать ружья. Пока нет ни убитых ни раненых помещик в праве "озоровать" сколько ему заблогорассудится, и никто ему не указ.
  Да и вообще было не до того. Внимание Александра было в данный момент полность поглощено "британцем", тот к тому времени взял свое оружие в положение "на изготовку" и как будто искал подходящую цель, достойную нарезного ствола.
  Возли кустов, которые нижние чины использовали как временное укрытие имелся узкий проход в колючей изгороди, что отделяла "культурный" сад от дикого. Какой-то мальчишка лет десяти увидел лазейку и решил видимо этим путем уйти подальше от "любимого барина", что палил сверху не переставая. Однако, когда он был уже в каких-то двадцати шагах от верного спасения, то неожиданно наткнулся на солдат в зеленой форме - Александра и его команду. Беглец, как испуганный заяц, попавший в свет прожектора замер на мгновение, чтобы решить куда бежать дальше и в этот момент с балкона раздался сухой треск - внезапно доселе молчавший "ожил" штуцер в руках англичанина.
  Сам Сашка не видел как из головы мальчика, пораженного штуцерной пулей, брызнула кровь пополам с обломками костей, он целился, точнее удерживал в прицеле "крысенка", пытаясь угадать, что же тот намерен делать.
  -Б...ди!!! - выкрикнул кто-то за спиной унтер офицера и сразу грохнул выстрел, а за ним еще два.
  Позднее штабс-капитан Денисов составляя рапорт укажет, что "нижние чины были вынуждены стрелять в воздух дабы предотвратить семертоубийство и нарушения благочиния". Но это потом и для "начальства", а Сашка виде, что сослуживцы бьют по балкону, да он сам тогда чуть на спуск не нажал, поддавшись общему чувству, но он ведь не такой, он "устойчивый"... Почему он так поступил, ответ простой - время здесь такое, и такие порядки - "золотой век". В двадцатом столетии сержант Сашка не задумываясь нажал на спусковой крючок, и плевать ему, пусть хоть там на балкончике стоит главный гарант демократии, хоть "рассейский, хоть заокеанский. Второго бы он даже с большим удовольствием подстрелил. Там иначе нельзя, а вот здесь, где основная масса населения - бесправные рабы все обстоит по другому. Он должен подгадать, чтобы дело было можно представить потом как будто "барин и компания" напали на егерей, а не наоборот. Жизнь и здоровье маленьких крестьян никого особо не волнуют, они и так умираю массово в неурожайные годы, подумаешь какая беда, подстрелил помещик "случайно" парочку ребятишек на "охоте". Накажут его жестоко, куда уж дальше - в угол поставят. Не хотелось тогда, ой как не хотелось унтер-офицеру провести остаток жизни в бегах, или как вариант - на Нерчинском курорте с тачкой в обнимку... такие вот соображения. Может скажут иные моралисты "шкурник", "трус" - так он обычный человек и на высокое звание героя никогда не претендовал, он просто хороший солдат, и неплохой сержант.
  -Отставить стрельбу! Бегом назад за кусты! -последовала команда, все равно ребенку уже не помочь, он убит наповал, теперь надо как-то действовать дальше.
  Их выстрелы однако не пропали даром, хоть и ружья в полку - дрянь, а тут еще и расстояние до цели почти предельное для гладкостовольного оружия. Можно сказать, что даже отстрелялись удачно, почти... Одна пуля ударила в стену слева от балкона и оставила там выбоину, вторая - не видно куда попала, может быть в одно из окон второго этажа залетела. Лучше всех получилось с третьей - та легла точно в метре над головами барина и его ближайших помощников, выбив целый пласт штукатурки, небольшое облачко пыли в том месте можно было наблюдать и спустя полминуты. Стрелковый клуб имени непонятно кого тотчас сообразил, что положение резко изменилось, еще бы - им на головы хлынул целый дождь обломков и едкой пыли, теперь они сами попали под выстрелы. С балкона и "господа" и "холуи" рванули с поразительной резвостью, бросив попутно два охотничьих ружья и барскую экзотическую трубку. Крестьянские же дети в саду наконец получили долгожданную передышку и поспешили попрятатся, забились кто-куда, до них наконец дошло, что бывает с теми кто слишком долго открыто стоит на одном месте. Из барского особняка слышни какие-то вопли и крики, было такое впечатление, что там паника и некто невидимый но весьма "голосистый" пытается срочно собрать вокруг себя людей и организовать отпор.
  Все товарищ сержант, вы окончательно доигрались в солдатиков это война и надо немедленно действовать, чему там тебя учили: "Быстрота. Глазмер. Натиск.", так? Нужно опередить с принятием решения барина и его подручных и нельзя ошибится, шаг влево, шаг вправо и конец. Даже победить классическим способом "ура в штыки" этих чертей нельзя, как потом оправдыватся, когда припрут, ведь помещик тоже власть - местная полиция и имеет право применять оружие. В переводе на реалии 20-21 веков все выглядит так как будто бы конфликт милицейского и военного патрулей, и военным выгодно представить себя пострадавшей стороной, пусть даже придется при этом перестрелять "ментов". Варианты пока первый - идти вперед, заблокировать всю гоп-стоп компанию в особняке и попытатся силой навязать им свои условия. Второй - немедленно бежать прочь, пока противник не опомнился. Третий - затаится в этом лесопарке до темноты, а затем незаметно уйти.
  Александр лихорадочно просчитывал, что же предпринять, первым полетел в корзину второй вариант, у противника лошади и численное преимущество, а до ближайшего настоящего леса несколько километров, их запросто перехватят по дороге в чистом поле, где маленький отряд особенно уязвим. У врага численное премущество, обычно в поле барин выставляет примерно 20-ть бойцов, но не стоит сбрасывать со счетов и его дворовых, наверняка в имении найдется еще столько же разных там псарей, доезжачих, кучеров и так далее. Обычно из этой публики помещики как раз и рекрутируют палачей для наказания крестьян. Сами по себе эти "орлы" против солдат регулярной армии ничего не стоят но в сочетании с боевикам представляют определенную угрозу. Тем более "враг бежит", а слабый значит и желающие преследовать такого противника найдутся, так они и до полусотни и более стволов собрать смогут против его одиннадцати.
  Третий вариант - и этот отпадает, лесопарк относительно небольшой. И кто противнику мешает мешает заставить деревенские его прочесывать, а сами "господа" пойдут за спинами рабов, да еще и тех детей и подростков чего доброго привлекут, посылают же их вперед на загонных охотах пугать зверя? Сашка еще раз внимательно осмотрел местность, он совершенно забыл еще об одном факторе - детишки то ведь до сих пор находятся в саду перед домом помещика, те что сразу не убежали. Надо бы мелких как-то вывести оттуда, а то могут так и погибнуть, что там у помещика на уме не понять, вдруг да прикажет чего доброго "добить подранко"? По его прикидкам там примерно два десятка маленьких сборщиков яблок осталось, забились в разные щели и сидят тихо как мыши.
  Так решение принято, быстрота - отработано, теперь дело за глазомером - ГДЕ мы будем принимать бой? Хм, что там такое, что за строение примерно в 200-ах шагах от главного и единственного с этой стороны входа в здание, руины какого-то строения. Что было сейчас не важно, летняя кухня, беседка, гарем отдельный барин хотел построить или тюрьму для рабов - главное там есть надежная защита от огня, кирпичная стенка в виде буквы П, торцом обращенная особняку... прекрасное укрытие на первое время, а там посмотрим - решил тогда Александр.
  -За мной бегом! -крикнул он и пригнувшись рванулся вперед, где то там за стенами барского дома "крысенок" как раз сейчас спешно забивает в ствол штуцера пулю и надо его опередить.
  Стать очередной мишенью для англичанина, как тот мальчишка унтер-офицеру совсем не хотелось, остальными можно пока и пренебречь, вряд ли у них есть в банде мастер-оруженик, а значит и ружья так себе.
  Нет определенно Александру везет и в это раз только они добежали, только последний солдат спрятался за "стенку", как из окон второго этажа началась бешенная ружейная пальба, враг опомнился и немедленно открыл огонь. А как же натиск, спосил бы унтер-офицера дух великого полководца, если бы смог конечно, почему ты не поднял людей в атаку? Что бы ответил Сашка: "Изините Александр Васильевич, виноват. Да только ведь вас потом никто ведь за турков в суд не потащил, а меня за этих гопников - очень может быть и на каторгу закатают."
  Сашка наконец перевел дух и даже улыбнулся, теперь он наконец имеет полное право стрелять и убивать тех, кто засел в помещичьем особняке - они напали на воинскую команду 13-го егерского полка! А ведь еще пару минут назад все было весьма и весьма мутно. Но это достижение следует немедленно закрепить, он сразу же распределил секторы наблюдения, между своими бойцами и попытался ка мог организовать оборону своего маленького "люнета". Особое внимание конечно же входу в особняк, скорее всего если решат напасть, то враги полезут оттуда.
  -Гришка по дверям огонь! Видишь же уже лезут. -прохрипел унтер офицер отплевываясь от кирпичной пыли, вражеские пули подняли в небо целое облако, видимо кладка очень старая и уже крошится. Его старый приятель и сам заметил, что одна створка приоткрылась, словно кто-то пытается острожно выглянуть наружу, и сразу же выстрелил. Его пуля угодила не в эту створку, а в соседнюю, однако напуганный вражеский соглядатай моментально захлопнул дверь.
  -Всем посматривать на вход, если оттуда выскочат, встретим их залпом, -предупредил Сашка сослуживцев, вот пока и все планы на будущее, других нет.
  Противник между тем перешел от беспорядочного к вполне организованному огню, удивительное дело - по егерям из особняка били залпами! Сашка сразу же решил, что стрельбой противника кто-то управляет, скорее всего все тот же "крысенок", англичанин пару раз выглянул из окна и более не появлялся, значит он чем-то занят, не исключено, что не помещщик, а именно он и руководит в бою. Обходя своих подчиненых Сашка вдруг обнаружил, что они одни тут прячутся от пуль, им составила компанию 5-и летняя девочка, скорее всего крошка забрела сюда еще до того момента, как барину взбрело в голову немного пострелять по своим малолетним рабам и с тех пор здесь и осталась. Прямо куколка белокурая такая сидит на траве рядышком в двух шагах, хоть на витрину магазина выставляй ее, толко бантик красный бы прицепить...
  -Как тебя звать маленькая?
  -Маня, -и вдруг засмущалась "куколка" при этом вся румянцем залилась.
  Александр пощарился в патронной сумке, где-то там у него припасен завернутый в чистую бумагу сухарь, а вот он - пальцы нащупали. Он достал и отломил кусочек, сахара бы ей дать, да нет его.
  -Давай так Маняша, ты мне свой белый платочек одолжишь на время, а я тебя сухариком угощу?
  -Ага! -вот они и друзья теперь нав сю жизнь.
  Быстрым шагом и стараясь не поднимать голову над стенкой, Сашка вернулся к своему "ближнему кругу", пока он болтал с малышкой у него появились кое-какие новые соображения относитель ближайшего будующего.
  -Ну что ребята, как там? -спросил он более для проформы, обстановка была ясна и так.
  -Палят черти, не жалеют свинца! - ответил ему федор, Григорий только кивнул, подтвердив сказанное напарником.
  -Они уже более вухсот патронов сожгли впустую, пытаясь нас отсюда выгнать... Пора бы им кое-что предложить? -подвел итог первого получаса перестрелки унтер-офицер, -Гриша вот тебе платочек, давай привяжи на штык и прмаши, пусть вышлют кого-нибудь для душевного разговора. Да осторожнее не порви, мне хозяйке его вернуть надо.
  -Ты Лександр чево задумал то? -удивился старый друг вроде бы только сражатся начали, а тут и сразу белый флаг выкидывать.
  -Гриша, там - не французы, а свои российские паразиты, и нам бы целыми отсюда уйти да тех спиногрызов мелких за собой вытащить, -и Александр указал приятелю на свою новую "подружку". Та в отдалении спокойно грызла точно мышка солдатский сухарик, пролетающий над головой свинец и грохот выстрелов нисколько ее не беспокоили, маленькая она и не понимает еще.
  Сигнал к переговорам на вражеской стороне принят и там появился белый флаг, точнее синий, скорее всего в этой роли выступила оконная занавеска. В особняке может быть уже и то же были не ради, что так получилось, поэтому решили использовать предоставившуюся возможность. Однако вскоре у Александра возникли определенные сомнения, что им удасться договорится.
  -Слышь ти, я твой женщин ипал! -сразу же первым делом заявил прибывший из особняка "переговорщик", и видимо чтоб окончательно запугать унтер-офицера, -Моя рюсски женщин ипал! Моя резать!
  Не вызывало ни малейшего сомнения, что "восточного чалавека" послали совсем не для переговоров. У Сашки сложилось впечатление, что противник возможно решил, что ему противостоят всего лишь два или три солдата с унтер или обер-офицером во главе и решил проверить, так ли это. Иначе смысла посылать к ним этого "воена" не было. Кто это такой был - бог весть они так и не поняли. Сашке пришелец напомнил кавказца, правда и внешность и акцент - совершенно другие. Федор сразу предположил - "турок", Грища счел, что это - "татарин". Не исключено, что прав был все же Федя, только это видимо не "осман", а не то албанец, не то какой-то братушка-ренегат из числа балканских славян. С "чалавеком" из особняка отправили сразу две записки, видимо одна на случай если отрядом командует офицер, другая - для нижнего чина,"турок" изрядно ступил и отдал Сашке обе, как немецкий посол Молотову в 1941-ом году. Гость вел предельно нагло и явился вопреки обычаю "при оружии": кинжал типа восточного, два пистолета, укращенные серебром, и обычный кавалерийский карабин принес с собой. Все режущие колющие и стреляющие предметы у "папуаса" тотчас изъяли в пользу 13-го егерского полка и ласково похлопали по морде для вразумления, надо же было ему объяснить, что здесь не Африка, а Россия как никак. Пришлось и руки ему скрутить - так он ими сильно размахивал не по делу, связали снятым с него же кожанным поясом.
  Пока трое егерей ловко обрабатывали "турка" унтер-офицер внимательно прочел оба послания, в первом через слово мат и только подпись без него обошлась - "генерал-аншеф Куроедов". Смысл простой, как пять копеек - нижнему чину велено немедленно явится пред светлые очи господина генерала для последующей экзекуции. Второе письмо вполне себе цензурное, но примерно тот же самое, да еще там вроде бы обещана личная безопасность - слово благородного человека...
  Совсем недавно - при матушке Екатерине благодаря какой-то там махине, времена были "чудесатые", одни офицеры российской императорской армии зарабатывали славу себе и отечеству на полях сражений, другие - на дворцовом паркете и на "постельном" фронте, третьи и вовсе умудрялись стабильно расти в чинах не выезжая никуда из родового гнезда. Отставной генерал-аншеф похоже как раз и принадлежал к последней категории. Нижнего чина в последний раз этот полководец видел лет эдак ...цать назад на параде, а не в боевой обстановке. Поэтому и сложилось у него мнение, что одно слово "генерал" парализует волю любого унтер-офицера. Может в гвардии оно и в самом деле так, там умеют превращать людей в "строевые автоматы". Но "паровоз летит, колеса гнутые, а нам все по херу..." мы головой думаем, стараемся по крайней мере, отметил про себя Сашка, и на такой примитивный крючок он не клюнет никогда.
  "Турок" между тем опять начала талдычить свое: "моя ипать... рэзать...", мог и помолчать немного, может тогда бы и остался в живых, но теперь его участь решена.
  -Заткните ему пасть! Мне этот чурбан думать мешает, да и ребенка он напугал. -последовало распоряжение.
  Лишней тряпки у егерей не оказалось и качестве кляпа использовали обернутый травой обломок кирпича, сойдет и так, голь на выдумку хитра.
  Александр между тем подошел поближе к связанному "турку" и стал внимательно его рассматривать, схватил рукой и дернул за ворот чекменя, да так, что крючки полетели в стороны.
  -Сойдет! -решил унтер-офицер и вытащив из ножен свой отточеный до бритвенной остроты кортик несколькими движения распорол на "восточном чалавеке" по швам верхнюю одежду, под ней у того оказалась рубашка зеленого цвета, на мундиры егерей походило не очень, у них серый оттенок преобладал, а тут изумрудный, но придется попробовать.
  -Прохор дай мне свою фуражную шапку у тебя ведь размер большой, я тебе потом в полку отдам свою, если что. -и Александр пояснил изумленным сослуживцам суть своего замысла, -Хочу проверить, что стоит на самом деле слово "блаародного" господина, вот этот болван и послужит мне для опыта.
  Гриша с Федором поняли командира без лишних слов, упирающемуся "турку" натянули на голову, да так, чтоб глаза закрыло, солдатский колпак с кисточкой. Один из егерей опять махнул платочком на штыке ружья, предупреждая, что сейчас кто-то выйдет и затем "непойми кого" сильным пинком выставили из укрепления на открытое место. Моментально из окон особняка грянул дружный залп, почти два десятка стволов ударили примерно в одно и то же место, плюс-минус метр и через полминуты всем стало ясно, что супостат "ипать" более никого уже не будет, разве что гурий в аду. Зачем вообще это чудо им прислали - или как соглядатая, чтобы понять с кем имеют дело, сосчитать людей у противника сможет и такой, а вот допрашивать его бесполезно, он ведь русского языка толком не знает. Может, враги всерьез рассчитывали, что после того как разделаются с офицером противника, выманив его под выстрел на деморализованных оставшихся двух-трех нижних чинов хватит и такого, или просто "сбросили" наименее ценного бойца на растерзание по принципу - обмен фигур, мы вам пешку, вы нам слона. Расплатились егеря с противником в это раз той фальшивой монетой, что и получили от него, ничего - пусть привыкает, ждали они Сашку и ошибочка вышла небольшая.
  -А ведь местные девки нам должны теперь дать? -предположил унтер-офицер в шутку.
  -Почитай главного ихнего супотивника извели! - засмеялись сослуживцы, -Эк оне лихо свово ж прибили.
  [Новый эпизод - окончание.]
  ....................................................
  Вот уже и рождество не за горами, оружейный мастер Бауэр опять занялся фейерверками, пришлось подчистить окончательно пороховой погреб в старой крепости от последних остатков слежавшегося и испорченного пороха. Изготовил в этот раз, он так же по просьбе одного из офицеров несколько хлопушек для детей, к празднику рождества нового 1805 года. Александр еще удивился не сказано, почти такие же как в его далекой уже кажущейся невероятной жизни, клееная картонная трубка - дернешь за веревочку, раздастся хлопок и вылетит заряд разноцветных бумажных конфетти. Постойте, но это же почти готовый запал для ручной гранаты, надо только замедлитель на несколько секунд в схему добавить! Сашка тут же и насел на старика, привязался точно клещ, тот сначала отнекивался, баловство вроде - детские игрушки, но потом оценил замысел своего подмастерья. Терочный воспламенитель - его ведь можно и в артиллерии применить вместо скорострельных трубок и пальника, вещь стоящая. Возились они почти месяц, на традиционную "огненную забаву" пришлось плюнуть, отговорились недостатком пороха. В итоге, после ряда неудач им все же, удалось создать более-менее надежный запал терочного типа. По крайней мере, из десяти образцов на тесте все сработали так, как было задумано.
  Велосипеда Александр не изобрел и Америку в очередной раз не открыл, ручные гранаты или 'гренады' появились на полях сражений давно, как бы не раньше, чем огнестрельное оружие. Существовала даже соответствующая воинская специальность - гренадер. На вооружении европейских армий начала века были различные образцы весом от одного до восьми фунтов. Конструкция предельно простая - полое сферическое ядро, корпус изготавливали обычно из чугуна, по той же технологии, что и артиллерийские боеприпасы. Изредка чугун заменяли медью, стеклом или керамикой.
  В качестве взрывчатого вещества в сферических гранатах начала 19-го века порох дымный порох. Приводились они в действие дистанционной трубкой, в ранние времена выточенной из дерева, затем свернутой из медного листа, или жести. Для воспламенения дистанционного состава в трубке использовали тлеющий стропиновый фитиль, который боец вынужден был всюду носить с собой по полю боя в специальной фитильной трубке, притороченной к снаряжению. Процесс воспламенения был длительным, а 'источник открытого огня' часто гас при передвижениях и демаскировал бойцов в засаде. Сумка для ношения гранат по виду напоминала патронную, однако делалась основательнее и тяжелее. Рядовой гренадер носил при себе пять гранат, капрал только три. Со слов штабс-капитана Денисова, знакомого с этим видом оружия только по наставлениям, процесс кидания 'гренады' выглядел примерно так. Окончив стрельбу, гренадер при помощи погонного ремня надевал ружье через плечо, затем правой рукой доставал из сумы гранату, срывал зубами бумажную пробку с запальной трубки, поджигал фитилем запал и метал снаряд в сторону противника. Но это пешие, а говорят, были в давние времена еще и конные гренадеры, как они ухитрялись манипулировать фитилем и гранатой сидя в седле - одному богу известно... возможно перед применением гранат эти бойцы спешивались. Эффективность такого оружия была невелика, чугунный корпус давал при разрыве не более 3-5-и осколков. Поэтому применяли ручные "гренады" обычно не в полевой войне, а в осадной или при штурмах, в тесной траншее и так сойдет, там кидали "подарочки" частенько прямо под ноги противнику. В 1700-е годы в гренадерские полки стали поступать специальные ручные 'мортирцы', предназначенные для стрельбы гранатами, аналог современного гранатомета. По виду мортирка напоминала ружье с необычайно коротким и толстым стволом, такое оружие якобы позволяло добросить гранату аж 500 шагов. Но такой гранатомет не получил широкого распространения, и вскоре вышел из употребления. В итоге получалось что, к началу века 19-го ручные гранаты сохранились в основном на бляхах и эмблемах элитных полков гвардии... эволюция однако, почти по Дарвину все идет.
  Унтер-офицер решил использовать для изготовления ручных гранат найденные еще в прошлом году жестянки с картечью для трехфунтовок, сколько им еще валяться под нарами в казарме, пусть пойдут в дело. Два в одном: и корпус подходящий и поражающие элементы готовые - картечь имеются в наличии. Все равно отлить оболочку из чугуна в местных условиях нереально, а найденные в старом арсенале стандартные артиллерийские бомбы и гранаты слишком тяжелы для метания вручную. За зиму потихоньку изготовили почти три дюжины ручных гранат "нового типа", правда никому из начальства нововведение не приглянулось, по достоинству новинку не оценили. Одно только неприятно, бросать "кофейные банки" было неудобно - тяжелые, но после длительных тренировок с муляжами в течении недели удалось получить приемлемую дальность броска, порядка 20 метров. Этого вполне достаточно, чтобы самому не попасть в зону поражения разлетающихся картечных пуль и кусков жести. Теперь, как считал Александр, атак кавалерии можно не бояться, у нас есть для нее "карманная артиллерия". К сожалению, полковое начальство сашкиного увлечения пиротехникой не одобрило и на вооружение застрельщиков новое оружие не поступило, не стали обучать людей и метанию гранат, сочтя это занятие бессмысленной тратой времени и сил.
  -Ну ты братец и прожектер, ладно чертежик запала мне нарисуй, пошлю в Петербург знакомым артиллеристам, может чего сообразят? -только покачал головой Денисов, когда увидел жестянки, что называется в действии.
  -Ваше благородие, но вы сами наблюдали, испытание на стрельбище - ведь вещь стоящая! Вполне сравнимо с действием гранаты из шестифунтовой пушки, если верить артиллерийскому учебнику.
  -Что толку братец? Твою "систему Минье" для нарезных ружей уже третий год рассмотреть нашим умникам из военного ведомства недосуг. А тут гренады эти... Ответят наверняка, что у немцев сего чуда нет, у австрийцев нет, и у французов нет, а значит и нам сие не надобно!
  1805-й несчастливый для славы русского оружия год, пролетел для Александра незаметно в трудах и учениях, разве что в августе случился очередной скандал все из-за той же уездной предводительницы, опять произошла дуэль и снова нехитрый фокус спас жизнь одному из участников поединка. Его не взяли на вольные работы осенью, а как же оружейнику есть заняться и в полку работы хватает. Одно время ему пришлось даже взять шефство над молодым солдатом-рекрутом, его официально назначили "дядькой". Начальство потребовало, что Сашка подготовил себе замену для работы в оружейной мастерской, на походе и бою его место в рядах застрельщиков, а не в тылу с Бауэром.
  Стоит немного сказать и самом обозе, или как его еще иногда в тут пору называли фурштат, видимо от слова фура, что ли? В помощь молодому и неопытному военному чиновнику командир полка назначил туда "на хозяйство" старого знакомого Сашки по первому году службы - фельдфебеля Матвея Сыромятникова. В строю на учениях ветерану уже приходилось туго, больные ноги временами подводили, обычно таких "стариков" списывали в инвалидные команды и прочие тыловые подразделения, но Матвей не захотел расставаться с родным полком. За длительный период службы нижние чины как бы "сживались" со своей частью и проникались своего рода патриотизмом: "Робяты тринадцатой егерской бьют! Выручай!!!" - и выносили солдатики на кулаках очередных обидчиков, часто даже против превосходящих сил.
  Приобретенные недавно в на ярмарке в Нижнем Новгороде лошади для обоза стали одновременно и гордостью и головной болью всего полка: бывшие крестьяне умели обращаться со своими привычными помощниками в нелегком труде, да и городские парни в те годы часто работали с лошадьми. Тут проблем не было, конюхов и ездовых нашли быстро и в изрядном количестве. Беда другая - чем бедных лошадок кормить? Казна отпускала средств, что называется в обрез, но обычные обозные лошади требует не намного меньше еды, чем породистые кавалерийские. Летом нижние чины выкосили всю траву на бесхозных пустырях вокруг города, что-то полковник бартером получил от помещиков в обмен на рабочую силу, все равно фуража не хватало, а близилась зима. К сожалению, Александр в сельском хозяйстве разбирался слабо и ничем практически помочь старому знакомому не смог, разве что по его совету нарезали в лесу ветвей с молодой листвой и тем разнообразили рацион лошадей. Пробовали они с Матвеем на зиму заготовить для пробы силос, но результаты опыта получились неоднозначные, в одной яме сохранился прекрасный корм - почти свежий на вид, в другой все без остатка сгнило. Старая народная мудрость гласит: "Пока толстая лошадь сохнет, худая сдохнет!", приходилось ломать голову, как сделать эти живые "моторы 19-го века" если не толстыми, то хотя бы в меру упитанными и сильными...
  Загодя из отпущенной интендантством муки стали заготавливать на грядущий поход сухари. Был вариант для полка получить хлебные консервы натурой, да вот только "казенный" сухарик - еще тот деликатес, от него морду воротят даже невзыскательные нижние чины. Александр ранее полагал, что все просто и примитивно - напекли хлеба, нарезали и засушили. Оказывается нет тут сложная технология, сухари приготавливаются отдельно и подсушиваются прямо в печи хлебопекарни - своего рода искусство, вполне сравнимое по трудности с выпечкой хорошего хлеба. Иначе нежная мякоть перетрется в процессе транспортировки в труху, а так смотрите - аккуратно нарезанные ломтики покрываются твердой, но тонкой корочкой, способной некоторое время предохранить походный "солдатский хлеб" от порчи. Затем подрумянившиеся сухарики будут отлеживаться и доходить до кондиции в специально сплетенных для них из лозы конусообразных корзинах вместимостью от 2-х до 4-х пудов. Поскольку сухарей требовалось почти 500 пудов с лишним - пришлось отвести для хранения все свободные помещения вплоть до казармы, расфасовка в мешки и сухарные мешочки солдатского снаряжения производится за месяц перед выступлением в поход. Кое-что, надо полагать, нижние чины не удержались и употребили прежде времени, мелочи жизни... Сашка тоже не смог побороть соблазн, больно уж запах заманчивый шел и попробовал, что называется "на зуб", вполне съедобно и даже вкусно, а он как дурак предлагал еще заменить традиционные сухари галетами, входящими в сухой паек солдата века ХХ. Какое там, техпроцесс уже отработан полностью со времен еще незапамятных, была бы в наличии мало-мальски пригодная мука, дрова для печи и главное - "прямые" руки пекаря, чего обычно недостает в интендантствах и казенных провиантских магазинах.
  Часть этого "богатства" будет выдана нижним чинам на руки, своего рода неприкосновенный запас на случай неизбежных на войне перебоев со снабжением, остальное поедет в полковых фурах. Историки и писатели, описывая быт российской императорской армии, часто приводят такую идиллическую картину - идет солдатик на походе и одновременно "хрустит сухариком", еще бы - ведь у него целая сумка-мешок под них отведены. Как бы не так, носимый на людях запас продовольствия без разрешения ротного командира использовать нельзя, в пищу идут совсем другие сухари, перевозимые в обозе первой категории.
  Для пересыпки и окончательной упаковки "сухарного запаса" потребовались усилия 20-ти человек в течении целого рабочего дня. Что бы понять какое значение в то время придавали "простому сухарю" следует пожалуй упомянуть, что сам полковой командир дважды в день приходил посмотреть как идет работа по заготовке. Опять своего рода искусство, почти на грани циркового трюка - надо плотно утрамбовать сухари в мешках, но при этом не переломать хрупкие ломтики. Руководил процессом, самый опытный из нижних чинов, старый знакомый Александра - Матвей, к тому времени дослужившийся уже до фельдфебеля первой роты, с учетом выслуги он считался "старшим" среди всех нижних чинов, далее по рангу шли уже обер-офицеры. Вот седой ветеран покручивая короткий ус проверяет почти 15-ти вершковой рейкой плотность набивки очередного мешка. Немного недовложили, беда вполне поправимая, сейчас добавят недостающее и можно закрывать и опечатывать. Нижние чины, назначенные на работу, вполголоса матерятся - зашивать мешки наполненные твердыми и угловатыми сухарями трудно, от того, что края отверстия горловины нельзя соединить, а ставить отдельную латку из дерюги неудобно.
  Остается еще одна нерешенная пока проблема, как бы нижних чинов по части употребления сухарей не опередили мыши, кошек у них в 13-м егерском не заведено, как впрочем и везде в воинских частях. Вопрос весьма серьезный, даже не столько для сухарного запаса, сколько и для другого ценного солдатского провианта - крупы, которую тоже положено заготовить заранее в больших объемах. Одно проделанное каким-нибудь шустрым грызуном отверстие и половина мешка высыпалась на землю, да еще и по закону пакости смешается с различным мусором. Голь на выдумки хитра - продукты хранят в сараях и каптерках на специальных деревянных стеллажах, у которых ножки-опоры у самого пола на вершок или более вымазаны толстым слоем дегтя.
  -Мыша, энто дух дегтяной не жалует! -объяснили Александру опытные "специалисты", вчерашние крестьяне в таких вещах разбираются прекрасно.
  Что до крыс, то их как-то в товарных количествах пока не заметили, "бог миловал" по всеобщему убеждению, значит борьба с этой разновидностью вредителей целиком переходит в ведение полкового священника... или придется все же завести кота.
  
  Однообразен и скучен день российского солдата, особенно в провинции зимой, почти как в СА два века спустя, отличия есть но не принципиальные, так - дань текущему столетию и традициям. Зимнее утро, конец февраля. В огромной казарме еще царит полумрак, кое-где рассеиваемый немногочисленными лампадками у икон, да редкими сальными свечками. Дневальные открывают настежь маленькие, почти в размер форточки 20-го века окна и в помещение врывается свежий воздух, а наружу выходит густой "солдатский дух" - запах пота, портянок и еще бог весть чего.
  Уже прошел час, как разбужены нижние чины, помещения прибраны кровати заправлены и "отбиты". Хотя нет, последнее - это у Сашки смешались в голове "старые" и "новые" жизненный и бытовые реалии. Здесь люди спят на сколоченных из досок нарах и топчанах, постельного белья кроме набитых соломой матрасов и подушек от казны не положено, а вместо одеяла служит шинель. Пользуясь кратким мигом отдыха солдаты разбрелись кто куда по углам, суетятся лишь "назначенные на работу": подметают, выносят остатки сора и протирают стекла крохотных окошечек. Стрелка старинных полковых часов-ходиков, неумолимый распорядитель жизни нижних чинов, между тем добралась наконец до четверти девятого. "На занятия выходи!" - кричит во всю мочь, надрывается дневальный.
  -Выходи строиться, живее! -вместе с остальными унтер-офицерами Александр торопливо подгоняет к выходу нижних чинов.
  Наряд вместе с унтерами обходит барак, вплоть до всяких пристроек и закоулков, выгоняя на плац замешкавшихся и опоздавших. Последние на ходу спешно напяливают на плечи ранцы, одевают портупею с тесаком и патронные сумки. Ровно в половине девятого шеренги рот уже стоят на своих привычных местах, однако пока еще кое-кто поправляется и застегивается, отдельные то и дело солдаты бегают назад в казарму за забытыми деталями амуниции и снаряжения. "Смирно-о-о!!!" -точно бык ревет басом фельдфебель, верный признак того, что появились ротные офицеры, сейчас начнется придирчивый осмотр, лентяям, увальням и просто нерасторопным сильно не повезет... такова жизнь.
  "Смирно, глаза налево!" -отрывисто и без 'протяжки' командует батальонный, значит появился "первый после бога" - командир полка. Далее следует целый ритуал, полковник с помощью денщика освобождается от шинели, мороз не мороз - ему все равно хоть минус сорок на дворе, держит "марку" перед подчиненными. Затем отец-командир быстро, по-молодецки, словно не давят годы на плечи, обегает строй выискивая наметанным взором недостатки и неполадки. Поздоровавшись "за руку" с офицерами полковник быстро заскочил в казарму, осмотрел цейхгауз, канцелярию и каптерки, принял рапорт фельдфебеля о больных, проверил расходы у артельщиков и перекинулся парой слов с оружейным мастером Бауэром напоследок. Закончив свои "хозяйственные дела командир вышел к строю, дабы полностью отдаться предстоящему "учению". "Здорово братцы!" -гулко режет морозный воздух приветствие, и как один человек, полк дружно гремит в ответ, -"Здравия желаем ваше превосходительство!"
  Собираются в кучку вокруг полковника офицеры, получают необходимые указания и распоряжения, обычная утренняя проверка закончена, теперь время заняться делом. В первую очередь от рот вызывают молодых солдат, вчерашних рекрутов и их наставников - "дядек". Им предстоит осваивать воинскую науку на плацу перед зданием казармы, остальные отправятся к утоптанному пустырю за территорией полка, который всем "миром" накануне очищали от некстати выпавшего снега. В начале 19-го века принята в России оригинальная трехступенчатая система обучения нижних чинов. Первоначально с рекрутом бьется наставник, выбранный из числа старых и опытных солдат. Его задача - научить вчерашнего крестьянина или мещанина азам строевой подготовки, ружейным приемам, чинопочитанию, привить ему хотя бы видимость выправки, а заодно и дисциплины. Когда "курс молодого бойца" закончен, за солдата берется унтер-офицер, теперь начинается настоящий "фрунт", "чин чина почитай" по уставу, и частично даются основы тактики. Одновременно специалисты разъясняют "молодым" солдатам особенности нехитрой, но весьма капризной материальной части - гладкоствольного ружья с "батарейным" кремневым ударным замком. В 13-м егерском эта нелегкая обязанность полностью легла на "нештатного" Сашку, поскольку оружейный мастер быстро выходил из себя - "тупые" рекруты доведут до белого каления кого угодно, чтобы втолковывать по десять раз одно и то же, нужен воистину "нордический" характер.
  Завершают полный цикл обучения тактические учения под руководством офицеров, где нижний чин приобретает необходимые навыки для действия в составе как отдельной роты на походе, и в бою, так и всего полка в целом. Теоретических занятий, таких как в СА не предусмотрено совсем, обучают людей исключительно личным примером и показом, но по-другому абсолютно неграмотных и "темных" новобранцев и не проймешь. Все остальные необходимые сведения по службе молодой солдат получает самостоятельно, постепенно и частным порядком: сперва от дядьки, потом от унтер-офицера и далее еще кто как сможет полезного подсказать. Схема весьма разумная, особенно если учитывать длительные сроки службы нижних чинов, ведь типичный солдат начала века 19-го проводит в "рядах" практически всю свою жизнь.
  Однако требуется постоянный и неусыпный контроль на всех стадиях обучения, иначе "дядька" может запросто превратится в "дедушку". На днях одного такого корыстолюбивого наставника полковник отчитывал и стыдил перед строем: посылает рекрута в лавку, наказав купить для себя разной снеди на гривенник, а денег выдает ровно копейку. Если же не следить командиру полка за унтерами, да и за офицерами, то вместо "солдатской науки" по Суворову можно получить знаменитое прусское "палочное обучение". С этим феноменом Александр уже сталкивался в первый год, когда полк был отдан на откуп ненавистному "Немцу". Но слава богу, с нынешним командиром полный порядок, старик сам во все вникает и никаких поблажек никому не дает...
  В заключение по этому вопросу можно сказать, что это была в целом продуманная и весьма эффективная для своего времени система, исправно снабжавшая российскую армию кадрами нижних чинов. Были определенные определенные проблемы с дисциплиной, но с другой стороны не требовалось "окарауливать" российские полки на биваках кавалерией с целью воспрепятствовать массовому дезертирству солдат, как было заведено в "образцовой армии" у Фридриха Великого.
  Приняты такие порядки отнюдь не везде, часть офицеров считает их "устаревшими", екатерининские "орлы"-фавориты Потемкин, де с Румянцевым начудили в свое время, "либералы" еще те, не надобно таких штучек... Кое-где, особенно в гвардии препочитают действовать по-другому, передовой подход: "Четырех забей, а одного представь!" - так быстрее выходит. Поклонники "палочного" подхода полагают, что "мужика в России много", чего его жалеть, и если эти рекруты подохнут от "науки" - наберем новых, стоят они для казны дешево.
  
  Девять часов, кругом господствует обязательный "фрунт", иначе говоря - строевая подготовка. Усиленно гремят барабаны и везде, где позволяет место маршируют ряды солдат на три или на пять шагов обычной дистанции. То и дело слышатся резкие возгласы: "Ружье на плечо!", "Не сваливай приклад!", "Вытяни носки!" и так далее. Офицеры лишь говорят и указывают на недостатки, а унтер-офицеры бегают, "поправляют дефекты", подсчитывают что-то и временами вполголоса ругаются, поминая то чертей, то святых. Все делается строго по уставу, без ненужной грубости, толчки, тычки и "крепкое словцо", порой срывающееся с губ, не идут в зачет - здесь армия, а не институт благородных девиц. 13-й егерский в этом плане можно смело считать образцовым, по сравнению с другими российскими полками, где порой солдата с небитой мордой не найти. Так в гвардии на учении нижних чинов лупят ножнами, тростями и палками прямо на глаза у императора. Армию же постепенно "завоевывает", по мере смены старых кадров "передовыми", ее величество "морда", или как тут стыдливо именуют кулачную расправу - "отеческое обращение".
  Час прошел, ненавистный всем от недавно поступившего в часть рекрута до полкового командира, но обязательный по уставу "фрунт" закончен, на очереди полевые тактические занятия. Народ заметно оживился, приказы офицеров выполняются с заметным воодушевлением. Еще бы, после мертвой хватки "строевого шага" очень приятно постоять вольно, или просто пройтись не спеша "по-человечески", а не по "казенному". Застрельщиков в этот раз не выделили в отдельную группу, приходится Александру и его начальнику отрабатывать приемы борьбы с кавалерией в составе всего полка. Уставы и наставления особыми тактическими изысками не блещут - единственный проверенный способ борьбы с "напастью" - свернутся в каре. Прием старый и испытанный, в ходу еще со времен далекой античности. Римские манипулы - по сути дела те же ротные и батальонные каре, только вместо штыков у легионеров были копья. Проклятущие римляне как-то умудрялись в таком хитром построении двигаться по полю боя, а вот у егерей все никак не выходит. Ротное каре кое-как ползает с божьей помощью, а батальонное распадается уже через первые десять шагов.
  -Плохо братцы!!! Мешкотно строитесь в кареи! Эдак вас даже казаки стопчут! -негодует полковник и действительно сложные перестроения плохо даются 13-му егерскому, не хватает постоянной практики. Особенно печально выглядело полковое каре, вместо ровного прямоугольника вышла трапеция да еще с хитровыгнутыми дугой боковыми гранями.
  -Что скажешь о наших приемах? Чай в 20-м веке так не воюют? -спросил, воспользовавшись небольшой паузой в занятиях, унтер-офицера штабс-капитан Денисов.
  -Простите ваше благородие, я не верю, что каре удержит кавалерию, если та будет действовать решительно и не взирая на потери. -честно признался Сашка, -Нужны дополнительно еще какие-то огневые или технические средства.
  -Ты братец, к сожалению, прав, бывает и такое. -после некоторого раздумья продолжил офицер, -Ранее полагались в первых рядах стоят пикинеры, а промежутки между ротами, али батальонами занимала полковая артиллерия... и рогатки бывало применяли, как покойный Миних в Крыму.
  И в самом деле, если у большинства сослуживцев и были определенные иллюзии, то Александр, хорошо знакомый с действием огнестрельного оружия начала века, считал, что тут скорее работает психология. Все решит один единственный фактор - у кого нервы окажутся крепче, у кого "железные яйца": рискнет ли конница кинутся на стену штыков, выстоит ли пехота при виде накатывающейся лавины кавалерии? Но времени обсудить проблему, у них уже не было. Час пополудни, как эхо по ротам прокатывается продублированная унтер-офицера команда "Кончить занятия!".
  Полк быстрым шагом, почти бегом, возвращается обратно к казарме. Солдатики ставят ружья в пирамиды, снимают натершую плечи амуницию. Головные уборы летят на полки и на нары, и люди утирают вспотевшие лица платками, тряпицами с въевшимися навечно в ткань разводами соли. Слышны в серой шинельно-мундирной массе привычные шутки-прибаутки, жизнь по-прежнему продолжается. Вскоре собираются группки нижних чинов у "раздатчиков", для получения пайки казенного хлеба и наконец раздается долгожданное: "К обеду!". Ежедневный солдатский праздник, поели и можно сказать, что еще один денек прошел, оставшееся время до дембеля никто в полку кроме Сашки сроду не считал и календарей не заводили. Двадцать с лишним лет, и никакого просвета впереди - все жили одним текущим днем, его радостями о горестями, долговременных планов не строили. Пищу в 13-м егерском готовили на весь полк разом, а принимали по-ротно. От топчанов и от нар спешат нижние чины к строю, кто в шинели, кто несмотря на зимнее время в одной нижней рубахе. У каждого кусок черного хлеба под мышкой и деревянная ложка в руках. Единственная солдатская посуда, как правило, до команды "смирно" приводится в чистый вид посредством плевка и обтирания тряпочкой.
  Вот вся рота собралась в кухне под навесом, нестройно поется молитва, лишь голос запевалы четко выводит отдельные слова, переходя с одной на другую ноты. От каждого "пятка" бежит солдат к оловянной чашкой к кашевару, который в белом фартуке с раскрасневшимся лицом колдует среди огромных котлов. Огромным половником черпаются щи, пар понизу застилает точно туманом всю кухню. Столовой в полку сроду не водилось, был лишь большой навес от непогоды возле кухни, там обычно и обедали, разве, что в сильные морозы уходили в казарму. На свежем воздухе и аппетит разыгрывается заметно сильнее. Раздается громкое чавканье, периодически прерываемое возгласами: "Ей, Антип Иваныч! Будь ласков, плесни еще половничек, да не жиль ты, гущицы зачерпни." Щи съедены и вновь наполнены чашки распаренной перловой кашей, первый голод утолен и теперь пища поглощается заметно медленнее. Народ проявляет склонность к разговорам и приходится унтер-офицерам подгонять "своих", напоминая, что на все про все, включая и молитву им отведено ровно полчаса. Наконец, когда весь полк насытится, наступает самое приятное - чаепитие. Если обедают нижние чины все вместе, без каких либо "сословных ограничений", то по части чая заметно определенная дифференциация. Унтер-офицеры и старые солдаты собираются вокруг фельдфебеля, можно сказать, что это "ядро" полка, люди заставшие недобрые времена "Немца". За шесть лет их сохранилось не более трех десятков, остальные кто помер, кого списали в инвалидные команды. "Молодежь" собирается сама по себе, но и у них заметно расслоение по землячеству и срокам службы. Хуже всего приходится "зеленым" - рекрутам, они как обычно просто отправляются в казарму, где можно часик-другой вздремнуть на нарах, на такое нарушение распорядка в полку традиционно смотрят сквозь пальцы. "Старики" собравшись возле единственного в полку самовара, усердно раздуваемого фельдфебельским "камчадалом", потягивают морковный чай пополам с травками, сахар здесь не присутствует даже в качестве украшения. Люди хлебают горячий напиток и помалкивают, только сам фельдфебель Матвей, да каптенармус, толкуют со "старыми" солдатами о "политике", да о войне - две неизменные темы, бывшие всегда в ходу у полковой "солдатской" аристократии. Рядом у сослуживцев веселее и соответственно шума больше: "У нас деревне...", "Вот кабы я был на воле!", "Слышь брат, Анютка то грят всем мужикам без разбору дает?". Около лавок и столиков собираются интимные группы, стоят пузатые медные чайники с многочисленными изъянами, да невесть где добытые чашки и стаканы. Но все хорошее рано или поздно кончается, до развода остается еще минут двадцать. Давно докурены трубки и нары понемногу занимаются своими владельцами, закутанными в серые шинели, в эти неизменные и верные спутники нелегкой солдатской доли. В казарме постепенно наступает тишина, нарушаемая лишь храпом, сопением и урчанием - желудки, как видно на славу работают. Только дневальный у входа полубодрствует, опираясь на подоконник. Иногда однако он, встрепенувшись, тревожно посматривает на часовую стрелку, которая вот-вот безмолвно скажет, подойдя к двум часам. что следует кричать "Подъем!".
  Следует сделать небольшое отступление, полк в котором довелось провести столько лет Александру, по части хозяйственной организации был не совсем обычный для начала века. Полковник G, его бессменный командир, до самого момента роспуска, критически пересмотрел принятые в те годы формы и методы снабжения, сделал по-своему, приблизившись, таким образом, к реалиям более позднего времени. В 19-м веке, вплоть до самых реформ Милютина и даже немного позднее в российской армии господствовала так называемая артельная система. Группа солдат, иногда человек десять, иногда больше, объединялась в артель, самостоятельно закупала часть продуктов и готовила себе пищу - так отпуска мяса от казны не было, выдавали деньгами. Поэтому одного нижнего чина из артели приходилось фактически освобождать от несения службы, он был занят бытовым обслуживанием остальных. На практике такая тенденция, в сочетании с большим "расходом" солдат на различные наряды, работы и прочее "самообслуживание" приводила к существенному ослаблению боевой силы полков. Кроме того, нередко артели заводили себе отдельные повозки и без того громоздкий обоз увеличивался совсем до неимоверных размеров. Часть военачальников была в восторге от артели, еще бы с них фактически снималась часть забот о снабжении вверенной части, но многие открыто плевались и порицали - недостатки перевешивали все достоинства. Организация зародившаяся в петровские времена, когда нижние чины жили слободами по десятку на избу, спустя прошедших сто лет, заметно устарела. Особенно плохо сочеталась солдатская артель с казарменным размещением войск. В небогатых регионах, где продукты были дороги, артельщики, вынужденные покупать мясо и другие продукты в розницу и конкурировать друг с другом, невольно повышали цены. В итоге страдали все: и казна, и обыватели, и армия. Отсутствие контроля сверху стимулировало повсеместное развитие 'инициативы' грабежей и мародерства, за каждым отделением не усмотришь, честно ли купили солдатики теленка, или скажем "прихватизировали", отобрав силой у крестьян? Поди начальник разберись, никакой отчетности о расходах каждой артели не ведется в принципе. Поэтому, с учетом прежнего негативного опыта, в 13-м егерском полку снабжение было более-менее централизованно, "артельщики" назначались по одному человеку на роту, на постое и в походе. Более мелкими подразделениями все равно войска тогда не стояли. Мясо и остальной, не положенный от казны натурой провиант полк закупал оптом, по куда более низкой цене, что безусловно благотворно сказывалось на снабжении солдат. По крайней мере у них постоянно образовывался "приварок" - никогда всей приготовленной пищи полностью служивые не съедали, как бы не были голодны. А вот у соседей в инвалидной команде постоянно нижние чины ходили полуголодными. Егеря из солдатской солидарности, и с молчаливого согласия начальства, подкармливали их, несмотря на существовавшую давнюю вражду между частями. Дело снабжения в полку было поставлено с немецкой аккуратностью и дотошностью, так например крупные кости распиливались на специальном станочке, изготовленном Сашкой и Бауэром, и вываривались отдельно с целью получения бульона для приготовления супов. Стараниями полковника завелись в части и собственные 'ученые' мясники, способные грамотно забить быка и разделать тушу, так, что бы ни одна часть туши животного не пропала даром. Старого военачальника, командира 13-го егерского полка можно считать "суворовцем" в полной мере: Александр Васильевич ведь не только полководцем прослыл, но и умелым, знающим свое дело интендантом. Про "пулю-дуру" у нас известно всем и каждому, а вот о деятельности Суворова по части снабжения знают только специалисты, равно и военно-судебной частью генералиссимус занимался и даже - сюрприз, интересовался применением воздухоплавания к военному делу.
  Ну да бог с ней с лирикой и прочими отступлениями, в два часа последовал развод на работы и в наряды. Александр стоя в строю слушал вполуха, обычно "мастеровых" и "умельцев" старались лишний раз не привлекать, ему приходилось едва лишь раз-другой в месяц ходить в караулы. Он обдумывал, одну на первый взгляд дельную мысль, впервые посетившую его несколькими днями ранее. Среди различным приспособлений, штатный полковой оружейный мастер - швейцарец Бауэр, привез с собой небольшой токарный станок. Сашка был несказанно удивлен, увидев это устройство, словно старого знакомого, пришельца из 20-го века встретил. Все на месте: патрон и суппорт, и даже коробки скоростей и подач имеются в виде пусть примитивного, но вполне 'рабочего' редуктора. Сашка для опыта и для восстановления полезных навыков попробовал обточить на станке свинцовый пруток. Убивало напрочь единственное обстоятельство - привод... ручной, точнее ножной, как на древних швейных машинах, вроде самых первых Зингеров. Железо или сталь на таком станке обработать нельзя, не хватит мощности, нужен какой-то внешний и достаточно мощный источник энергии, нужен привод... Водяных колес и ветряков в ближайших пределах не заметно, все окрестные провинциальные "мануфактуры" работают исключительно на конной и человеческой тяге. Здесь в этом забытом богом и людьми Мухосранске обычный сарай с верстаком внутри уже считается 'заводом'... Иной такой "гигант промышленности" приносит владельцу прибыль рубля три в месяц, и то почитают за благо. Городить, как первоначально предложил швейцарец огромное колесо наподобие беличьего, где роль шустрого грызуна исполняют люди, не было ни малейшего желания. Внезапно злодейка-память выдала нужную подсказку, опять из глубин далекого полузабытого детства. Нужна паросиловая установка, и он однажды имел дело с таким весьма экзотическим для ХХ века устройством. Радиокружок, где занимался маленький Саша отвечал в дворце пионеров и за поддержание в порядке небольшого музея. Там то и столкнулся он с "паровозом", моделью локомобиля, изготовленной пионерами еще в 'лохматые' 30-е годы и чудом дожившей до 80-х. Разобрали они тогда с ребятами забавную "игрушку", почистили от копоти и грязи, собрали заново, заправили водой и техническим спиртом в качестве топлива, разожгли топку - "чих-пых" и чудо-юдо агрегат со скрипом, но заработал. Весь дворец тогда сбежался посмотреть на оживший "паровоз", даже девчонки пришли. Позднее местное телевидение сделало пятиминутный сюжет об этом "воскрешенном из небытия" антиквариате. Устройство в принципе примитивное, но только с учетом технической базы 20-го века, а где в 1800-х взять например сплав "баббит" из которого у модели отлит поршень цилиндра? Ладно, его теоретически можно заменить цинком, коего в прочем тоже в провинции нет и в помине, а вот где достать сам цилиндр... Ползунов, дай бог памяти, кажется использовал пушечные стволы... Когда его впервые "торкнуло" на 'изобретательство', а дело было глубокой ночью, Сашка немедленно двинулся в полковую канцелярию, ключи от всех помещений казармы у него были свои, поскольку постоянно приходилось изготавливать дубликаты. Там он остаток ночи, при неверном свете масляной лампы и двух сальных свечей, пытался нарисовать на оборотных сторонах старых "казенных бумаг" сперва эскиз, а затем и все необходимые чертежи. Пришедший поутру, еще до подъема писарь обнаружил унтер-офицера за столом спящим, уткнувшимся лицом в какие-то чудные кабалистические рисунки. Два дня Александр "шлифовал", "вынашивал" и "доводил до ума" замысел и сегодня пришло время обсудить его с потенциальными помощниками: оружейником Бауэром и кузнецом Тимофеем. Швейцарца на месте не было, он приболел и после обеда отправился к себе на квартиру, поэтому пришлось ограничиться местным "Гефестом".
  -Тю, да у тя поди одних заклепок железных на ево почитай сотня уйдет! -сразу же отрезвил Александра кузнец, поставив крест на столь великолепном "прожекте".
  -Нигде их добыть нельзя? -огорчился Сашка и вспомнил, что вопрос уже поднимали однажды, когда пытались сделать полевую кухню.
  -Дурь энто, опять у тя, -констатировал вечно чумазый полковой "бог огня", и напомнил, -Али запамятовал, наш полковник велел тя учить лошадей ковать? Копыто с мертвечины принес?
  -Тьфу черт, и точно забыл! -Сашка развел руками и прихватив остро наточенный топор отправился на городскую свалку.
  В начале недели полковник проинспектировавший мастерскую приказал нештатному помощнику оружейника выучиться искусству ковки лошадей - мало, ли вдруг штатный кузнец заболеет. И не просто распорядился, но и конкретные сроки назначил. Поэтому пришлось унтер-офицеру срочно искать конские копыта, на живой лошади таким вещам не обучают, поскольку велик риск "испортить" ценный транспорт. Ознакомившись теоретически с устройством копыта, правилами расчистки и снятия мерки, пригонки и прибивания подковы, обучаемый затем приступает к практическому применению приобретенных знаний. Сашка в полной мере овладел полезным 'искусством' только с 41-й попытки, испортив в ходе опытов массу гвоздей и все четыре подобранных на помойке копыта. На это у него ушло три с половиной дня, в завершение ему устроили экзамен уже на реальной лошади.
  -Добро, сгодится! -сухо, коротко, но со знанием дела оценил успехи своего ученика кузнец, -Теперь могешь ковать, тока начинай покедова со смирных, к норовистым не лезь., не то зашибут.
  Общаясь с мастерами начала века Александр в корне пересмотрел свое прежнее пренебрежительное отношение к так называемым "кустарям". В 20-21 веке это слово в технической среде равносильно ругательству - "кустарщина", и сразу перед глазами возникает нечто такое кривое и косое, кое-как слаженное и спаянное на монтажной плате с торчащими во все стороны лохмами проводов. Но что вы скажете об умельце, способном с минимумом самого примитивного инструмента изготовить ружье, практически не уступающее фабричному? Здесь в 1800-х такой уровень - норма, а не исключение из правил. Это все равно, что в веке 20-м в домашних условиях, "на коленке" склепать АК-47... делают, конечно, отдельные "самородки", но их убогие поделки и близко не приближаются к продукции оружейного завода, даже китайкого.
  Опять неудача, снова очередной провал... Денисов немного утешил, пообещав отослать доработанные чертежи в Питер, может быть там в военном ведомстве, или у Аракчееева кто-нибудь заинтересуется. ЕСКД - штука хорошая и удобная, но здесь принято изображать по другому, особая беда с электрическими схемами, там вместо условных обозначений надо рисовать сами элементы как есть, иначе не поймут. Локомобиль - вещь ведь в принципе в войсковом хозяйстве нужная и не столь футуристическая, в отличие от радио. Мало ли какие потребности возникнут: станок в действие привести, насос, мельницу, веялку, или лебедку. Самоходным бы еще этот агрегат сделать, так и вообще цены бы не было... мечты, мечты...
  -Эх, Сашка, Сашка, вроде умный ты человек, а не понимаешь простой вещи, -вздохнул в очередной раз Иван Федорович Денисов, услыхав о новом "прожекте", -Никто в нашей России в твоих новшествах не заинтересован. Возьмем к примеру землеройную машину, как там ее у вас именуют - "экскаватор"? Она заменяет 1000 землекопов и безусловно выгодна... в Британии надо полагать. У нас заместо машины нагонят для работы 1000 крепостных или казенных мужиков, солдат, ссыльных каких и вперед с "дубинушкой" ухнем. Пароходы на Волге и на Каме, хорошо - а бурлаки на что? Пока есть в избытке дешевые и послушные рабы не будет ничего... никакого технического прогресса.
  -Доводилось читать мне перед "провалом в прошлое" наших перестроечных писателей-фантастов, -попытался парировать довод оппонента Александр, -У них все выходит просто и красиво, попал инженер из века 20-го в 17-й, прибежал к царю и через полста лет православные звездолеты бороздят просторы галактики... Неужели и в самом деле сейчас абсолютно ничего нельзя сделать?
  -Ну так беги в Питер, хоть нет, сие плохой совет. Поймают и забьют шпицрутенами... -продолжил штабс-капитан, -Я порой думаю, что не пни Россию-матушку в свое время Петр Великий, так мы бы и сидели у разбитого корыта со стрельцами, бородатыми боярами и фитильными самопалами. От удара бомбардирского ботфорта подскочила наша Русь высоко, да и там застряла. Ежели не придет супостат с телеграфом, броненосцами и винтовками, да не настучит нам по дурной головушке ни куда мы не подвинемся.
  Сколько уж они с Иваном Федоровичем бумаги извели отправляя туда "наверх" за долгие годы различные "прожекты" от примитивного "плоского" реле, до телеграфа и "искровой" радиостанции, всего не перечислишь... а в ответ - лишь гнетущая тишина. Никому ничего не надо, попытался однажды штабс-капитан доклад сделать в офицерском собрании о современном развитии средств связи примирительно к военному делу. Заинтересовались тогда кроме командира полка только молодые офицеры, а из штатских пришел послушать лекцию один-единственный человек - студент, сын местного градоначальника, приехавший к родителям в отпуск. Обсуждение материала доклада в своем "полковом" кругу вышло и совсем "никакое" в итоге, полный и 100% провал.
  -Эк вас высоко занесло голубчик! -ответил тогда им полковой командир, выслушав все приведенные доводы, своего штаб-офицера, -В пехотном полку сие неприменимо, у нас только пешие и конные посыльные в ходу и лучшего не надобно. Мне Иван Федорович проще во сто крат будет послать солдата с запиской, чем за ваши мудреные аппараты отвечать. А ну как там чего сломается, али провод где порвут ненароком и донесение не дойдет?
  Чтобы успокоить расстроенного порядком штабс-капитана, полковник все же добавил позднее, что флажковый код сигналов мог бы безусловно заинтересовать моряков и крепостных артиллеристов, а радиосвязь в комплексе с телефоном и телеграфом безусловно полезна в штабах, начиная от корпуса и выше. Пришлось поневоле с ним согласиться в таком вопросе, и в самом деле на нижнем уровне здесь обычно воюют только "в пределах прямой видимости".
  Чтобы уж быть совсем справедливым и избежать обвинений в очередном предвзятом очернении истории нашего отечества стоит и сказать немного в защиту той самой многократно упомянутой недобрым словом российской военной бюрократии. Слишком уж "время неподходящее" для разных революционных и не очень проектов - период с 1801 по 1808 годы, даже если бы кто-то в военном ведомстве заинтересовался и при самых идеальных условиях, все равно ожидать скорого продвижение той или иной инновации было нельзя. Судите сами, административный механизм, созданный и запущенный еще Петром Первым на проверку оказался слишком громоздким и удаленным от воздействия центральной движущей силы. Сделанные в период "бабского царства" изменения положения нисколько исправили и лишь внесли в сферу государственного и военного управления дополнительную путаницу и беспорядок. Впервые на бардак, отсутствие единоначалия и элементарного порядка во многих отраслях обратил внимание еще император Павел Первый, но далее благих пожеланий, изложенных в известной записке "Об устройстве разных частей государственного управления" дело у него не пошло. Может быть, неудачник-император просто не успел ничего сделать, он правил недолго - помогли заинтересованные люди раньше времени "почить в бозе". Между тем давно и настоятельно напрашивалась модернизация старого государственного и военного механизма. Коллегиальную систему, где фактически никто толком ни за что не отвечал, следовало заменить министерствами с ответственными министрами во главе.
  Новая организация высшего государственного управления была создана в России манифестом от 8-го сентября 1802-го года по старому стилю и без особых революционных изменений сохранилась вплоть до наших дней. Разве, что согласно духу времени менялись названия отдельных подразделений и департаментов и иногда добавлялись новые. Цель нововведения, по словам манифеста заключалась в доставлении государству наибольшего благосостояния. "Пример древних и новейших времен, гласил манифест, удостоверяют каждого, что чем удобнее были средства для исправления и искоренения зла, отвращения всех причин могущих подать повод к нарушению частного и общего спокойствия и чем правила государственного управления тому соответственнее, тем стройнее, тверже было бы политическое тело, тем довольнее и счастливей каждый член ему принадлежащий." Для осуществления указанной цели вся сфера государственных дел сообразно их естественной связи была разделена на восемь отделов: военно-сухопутных сил, морских сил, иностранных дел, юстиции, финансов, коммерции и народного просвещения. Каждый из этих отделов "заключая в себе все части по существу своему к нему принадлежащие" должен составить министерство возглавляемое особым, лично назначенным императором чиновником - министром. Не то что бы раньше в государстве российском не вводили такие высокие посты, первые "министры" появились еще при Петре Великом. Но те ранние не имели ни реальной власти, ни полномочий, а главное - соответствующего аппарата управления. Превращение прежних коллегий в новую организационную форму производилось постепенно, шаг за шагом. Образование министерства военно-сухопутных сил, в виду уже состоявшегося полного обособления и объединения дел военного ведомства в военной коллегии ограничилось на первом этапе лишь введением должности министра. Даже человек остался тот же самый - бывший президент государственной военной коллегии генерал от инфантерии Вязмитинов Сергей Кузьмич. Но как обычно бывает в России процесс затянулся, и то что планировали провернуть по-быстрому в год-два заняло почти две пятилетки вплоть до самого 1812 года. Пока организовывали и размешали канцелярии и новые департаменты выяснилось, что министру надо бы иметь заместителя-помощника, пришлось ввести должность дежурного генерала, а затем различные новые должности посыпались как из рога изобилия.
  Прежде всего, военный министр упорядочил повседневную деятельность своего совещательного органа - Военной коллегии, многие влиятельнейшие члены которой с трудом 'признавали' свое новое государственное предназначение - быть, 'состоять' при главе военного ведомства, а не просто сладко спать на заседаниях и получать при этом немалое жалованье от казны. Произошло объединение власти над Комиссариатским и Провиантским департаментами в руках генерал-интенданта армии. Это быстро сказалось на улучшении централизованного снабжения сухопутных войск, прежде всего полевой армии и особенно в условиях военного времени. На полях Восточной Пруссии в 1807 году достижений по этой части как-то незаметно... если только раньше было еще хуже? Образован Инженерный департамент, что стало важной вехой в развитии военно-инженерных войск русской армии, поскольку все их текущие дела теперь сосредоточивались в одних руках. Улучшилось управление Артиллерийским департаментом, который теперь ведал только делами армейской полевой и крепостной артиллерии, еще бы в итоге туда пришел сам Аракчеев, один из наиболее эффективных администраторов той эпохи! Департамент больше не занимался одними военными инженерами. Произошло переустройство военно-судной части, что повлекло за собой повышение уровня организованности и дисциплинированности в армейских рядах, улучшение правопорядка в войсках. В переводе с официально-канцелярского на русский сие означает, что солдат бить стали чаще, бить стали лучше, бить стали веселее! Состоялось переустройство счетной части, отчего военная статистика заметно выиграла - вместо одного пуда шнуровых книг для каждого полка завели два, писаря вешаются... Было создано Медицинское управление военного ведомства, что заметно улучшило медицинское и санитарное обеспечение военных сухопутных сил. До этого военная медицина подчинялась Министерству внутренних дел. Был образован Департамент министра военных сухопутных сил, выполнявший функции его личной канцелярии, занимавшейся разработкой большинства вопросов, которые глава военного ведомства проводил в жизнь. Среди прочих прямых обязанностей военного министра был личный прием посетителей в специально назначенный день каждой недели. Состав таких посетителей и просителей каким-либо положением не определялся, но это быстро поправили заведя соответствующие "традиции и порядки" для отсечения черезчур назойливых просителей и прочих нежелательных "правдоискателей". Но тем не менее, на прием к министру военных-сухопутных сил теперь теоретически мог попасть армейский штаб- и обер-офицер, военный чиновник любого ранга, вдова военнослужащего-офицера, отставной офицер и так далее, все кроме нижних чинов конечно, коих за людей так и не считали. Для России той эпохи это было совершенно новым явлением, приблизились к "европейским стандартам".
  Однако училище колоновожатых, прообраз будущей Академии Генштаба официально открыли только в 1811 году, а Главный Штаб и вовсе ведет отсчет своей деятельности с 1815, до этого существовал только Генеральный штаб в весьма эфемерном и переменном составе, ничего "война - фигня, главное маневры!", пусть даже административно-бюрократические. < dd>  Генералу от инфантерии С.К. Вязмитинову удалось собрать вокруг себя круг единомышленников, или по крайней мере свою "команду". Первыми помощниками министра военных сухопутных сил стали: генерал-интендант армии генерал-лейтенант князь Д. П. Волконский, генерал-кригскомиссар генерал-лейтенант С. С. Борщов, управляющий инспекторской экспедицией генерал-лейтенант Д.М. Хрущов, генерал-провиантмейстер генерал от инфантерии Н.С. Свечин, инспектор всей артиллерии генерал-лейтенант А.И. Корсаков, управляющий счетной экспедицией генерал-лейтенант граф И.А. Апраксин, генерал-аудитор генерал-лейтенант князь С.И. Салагов, директор Департамента министра генерал-лейтенант И.И. Яковлев и генерал-квартирмейстер армии инженер-генерал П.К. фон Сухтелен.
  Все это циклопическое преобразование выглядело на первый взгляд весьма прогрессивно, но чисто российский парадокс - пока на самом верху властной пирамиды генералы Борщовы-Хрущовы делили кабинеты и полномочия, внизу царил "мертвый" застой и практически любые инициативы наглухо блокировались в самом зародыше. Никто из чиновников не хотел брать на себя ответственность в постоянно меняющейся и нестабильной обстановке. Как говорят китайцы в таких случаях нехорошему человеку - "Да чтоб ты жил в эпоху перемен!".
  
  Так незаметно шаг за шагом, тихой сапой подкрался с рождественскими праздниками и новый год, последний мирный для Сашки и его сослуживцев. Второго декабря прошлого 1805 года в битве под Аустерлицем союзная армия потерпела от войск Наполеона сокрушительное поражение, не помог даже численный перевес над противником. В России об этом печальном событии узнали только в конце января следующего года. Однажды утром в первых числах марта штабс-капитан отозвал после развода Сашку в сторонку и протянул ему мятый номер "Санкт-Петербургских Ведомостей" двухнедельной давности.
  -Накаркал ты приятель беду, читай вот... да не здесь, а на второй странице, внизу и мелким шрифтом в самом низу.
  -Так вроде ничего страшного не случилось Иван Федорович? Пишут, что наши части отступили в порядке и сражение было неудачным.
  -У нас так заведено, ежели ретирада и "в порядке" - почитай бежали без оглядки! Коли в известиях указана 'неудачная' баталия - полный разгром, можешь мне поверить. Слава богу, хоть государь император в плен не попал. Ты тогда говорил, что наши еще долго воевать будут после Аустерлица?
  -Да вроде... точно не помню, у нас и в будущем не любят вспоминать о разных неприятных поражениях.
  -Смотри только панику мне не разводи в полку заранее, обоз ведь у нас уже почти сформирован и первый и второй разряды, сам знаешь!
  -Может, пронесет нелегкая, как в прошлый раз?
  -Нет братец, теперь точно выступаем, офицерам вчера выдали деньги на приобретение лошадей под седло и "подъемные". Свою Софью с детьми я сегодня отправлю к матушке в деревню, пусть пока поживет у нее. Она напрашивалась со мной ехать до самой границы, но куда ей с малыми ребятами на походе? Полковник наш категорически воспретил брать с собой женщин, прислугу и прочих домочадцев. Так вот.
  Следующий месяц прошел относительно спокойно, но в апреле его вечером поймал возле оружейной мастерской Матвей. Вид у фельдфебеля был донельзя встревоженный, не иначе смутные слухи о предстоящем выступлении в поход до него уже дошли.
  -Сашка, а замок на воротах крепости никак не открыть, ты же мастер по энтой части? Ну, замки то ломать?
  -Нет, только если распилить его, там все проржавело до основания.
  -Ребяты сказывают, тама передки еще хороши были с железными осями, да и колеса добрые дубовые окованные от лафетов и всяко мелко железо для обозных фур, чай еще не все городски мошенники растащили? -сокрушенно вздохнул фельдфебель, он втайне надеялся, что может быть удастся хоть запасные оси металлические заполучить, с паршивой уездной собаки хоть шерсти клок.
  -Я не против, но наш полковник, в курсе такого безобразия? Как бы не взыскали потом с него, если мы казенное добро оттуда в открытую попрем?
  -Ен мне велел забирать любу вещь, что годного найдем, де все равно уходим скоро навсегда отседова.
  -Завтра меня туда в караул пошлют, возьмем с собой инструмент у плотников и кузнеца, кроме арматуры и осей тебе больше ничего не надо? Приводи всех своих фурлейтов, мы через забор тебе железяки покидаем.
  -Благодарствую брат, запамятовал, еще бочки и бочонки разны потребны, пойдут и опосля пороху. Нам с верхов предписанье пришло иметь запас мяса на семь ден в походе. Верно, дурак нерусский какой в штабе у енералов додумался, ладно бы зимой, а летом по жаре стухнет ведь за день. Наше начальство посему велело солонину заготовить, поросей уже закупили намедни, за бычками пошлют в губернию, в городе шибко цены на говядину купцы ломят, те исчо жилы.
  Сашка было возразил, что из под пороха тару для пищевых продуктов использовать нельзя. За долгие годы дерево пропитались насквозь селитрой, но оказывается, что этот ингредиент и так добавляют в качестве необходимого компонента при приготовлении консервированного мяса. Все определенно шло к войне, официально им ничего пока не объявляли, но нижние чины и сами все поняли. Приготовления такого плана полностью скрыть от солдат нельзя, как ни старайся. Достаточно, например, заглянуть под любым предлогом в оружейную мастерскую - там штатный мастер больше не страдает над поправкой ружей, а проверяет и упаковывает в специальную тару запасные кремни, их требуется много, очень много - ведь положено менять после каждых 30-ти ли 50-ти выстрелов.
  Всю весну шла лихорадочная подготовка, Александр едва-едва смог урвать немного времени, чтобы проститься с Софьей и своим новым тезкой. Надо сказать, что хрупкая с виду девочка проявила просто железное упорство, желая непременно следовать за супругом в походе. Ее пришлось уламывать целых четыре дня подряд: Денисов, Сашка, подружки - жены офицеров полка и даже денщик штабс-капитана подключился к общему процессу уговоров. Кое-как все же отговорили, в те далекие времена случалось, семьи офицеров, а иногда даже и солдат нередко сопровождали часть в длительных переходах. Полковник, опасавшийся неконтролируемого разбухания обоза до неприемлемой величины, был неумолим: женщины, дети, прислуга, лишние вещи - все надлежало оставить на старом месте. Вполне разумное решение, надо сказать, зачем тащить на войну близких людей, пусть пребывают в безопасности. Размеры военного обоза в российской армии были строго регламентированы. Повозку и две вьючные лошади могли иметь ротмистры и приравненные к ним по чину офицеры. Повозку и четыре вьючные лошади - майоры, коляску, повозку и четыре вьючные лошади - подполковники, карету или коляску, запряженную четырьмя лошадьми, две повозки и шесть вьючных лошадей - полковники. Генералам же вообще полагался целый поезд: карета, повозка, фура и шесть - двенадцать, в зависимости от чина, вьючных лошадей. Но нередко, господа офицеры, особенно гвардейцы, не ограничивались себя этим количеством экипажей, и перед каждой кампанией государь император обращался к ним с одной и той же просьбой не брать с собой в поход слишком много колясок, повозок, фур и вьючных лошадей, так как обозы мешали быстрому передвижению армии и загромождали дороги.
  Появилась в полку масса новых людей - чиновников и офицеров, даже лекаря прислали, до этого лечили нижних чинов фельдшеры проверенными народными средствами: водка с перцем или с солью, и травки настоянные на ней же. На штабс-капитана Денисова временно, пока штаты "утрясаются", взвалили дополнительно еще и обязанности полкового адъютанта. В его функции помимо "бумажной" работы в канцелярии теперь входила также приемка новых рекрутов и еще много чего по части погдотовки к походу. Александр дважды съездил с Иваном Федоровичем в качестве приемщика на свежим "пушечным мясом" в губернию, где теперь располагался сборный пункт. Рекрутские депо к тому времени уже появились в полдражание французам, а до этого часто использовали для временного содержания новобранцев как остроги, та и любые свободные казенные помещения вплоть до конюшен. Один раз повезло, прислали большую группу здоровых молодых парней откуда-то из под Рязани, все они пошли на укомплектование второго батальона полка, существовавшего пока все больше на бумаге. А вот другой раз вышел настоящий облом... Полковник как увидел своих будущих воинов, так за голову схватился... сплошные деды с бородищами до пояса. Одному такому "бойцу" даже чуть ли не пятьдесят пять лет в этом году исполниться, да в довесок были даны - "добровольцы", явно набранные из числа отъявленной городской пьяни, именуемой по неизвестной причине "золоторотцами". В тот же день Сашка увез всех до единого обратно, для скорости ему даже казенные фуры из обоза дали, лишь бы побыстрей избавиться от такого "подарка". Было велено вернуть их назад, невзирая на сопротивление губернской военной администрации. Умудрились чиновники принять в казну "некондиционных" рекрутов - кто знает сколько им обломилось за это явное нарушение закона "безгрешного дохода", пусть сами с ними и разбираются. В любом случае, старики и больные не выдержат предстоящего перехода длиною не одну сотню верст, боевое подразделение - не богадельня.
  Полк буквально трясло, временами даже лихорадило, в ротах постоянно шли проверки обуви, мундирной одежды, оружия и снаряжения и прочая и прочая... Не было времени даже толком обучить недавно прибывшее пополнение. Совсем немного погоняли "дядьки"-старослужащие и унтер-офицеры "деревенщину" на строевой подготовке, научили заряжать ружья и целиться в щит, чуточку ружейных приемов показали. Вот и все, дальше заниматься придется в пути, или уже на новом месте службы. То и дело с поступали с интендантских складов палатки, шанцевый инструмент, котлы и прочая и прочая... Необходимо было все это добро тщательно проверить и принять, интендант - тот же купец, только в военной форме, и точно так же норовит обмануть покупателя на каждом шагу, недоглядишь и подсунут что-нибудь гнилое, негодное или некомплектное.
  "Подготовительное безумие" продолжалось весь месяц, в конце апреля офицерам раздали казенные пистолеты и лядунки для зарядов, а нижним чинам было приказано "опустить", иначе говоря - наточить штыки и тесаки. Теперь сомнений в грядущем походе уже ни у кого не было, не знали только точной даты выступления - КОГДА???
  Забавно, но изображать из себя ковбоев или пиратов никто из полковых офицеров не пожелал и под разными предлогами они сдали громоздкие "пушки" обратно оружейнику Бауэру. Никчемная вешь, лишняя обуза - таково было общее мнение, война - это ведь не дуэль, для боя лучше всего подходит обычное солдатское ружье со штыком. Буквально за две недели до выступления в путь, Сашка неожиданно в дополнение к ручным гранатам обзавелся еще одним весьма специфическим оружием. Среди очередного пожертвованного "патриотически настроенным" населением хлама Филипп Карлович Бауэр, или как в полку прозвали "Карлыч" обнаружил неплохую двустволку, разве только - левый ствол был раздут вблизи дульного среза. Сделали из нее обрез, укоротив стволы, дабы исключить дефект и немного подрезали приклад. Для стрельбы картечью на близком расстоянии вполне сгодиться, мало ли вдруг придется осаждать крепость, или самим сидеть длительное время в окопах? По крайней мере Александр счел, что для ближнего боя, преобладающего в позиционной войне такое приобретение совсем не лишнее, много места в повозке у оружейника двустволка не займет. Сашкины гранаты же согласился пристроить фельдфебель Матвей в обозе первой категории, всегда всегда следующим за полком, как и патронные двуколки.
  Дождались - послезавтра в поход! Толпа прямо с плаца после команды "разойдись" рванулась в городок, сегодня кабаки явные и тайные, а равно и "гулящие" девицы сделают хороший бизнес, народ денег не жалеет, гуляют напропалую уже который день подряд.
  Вчера утром командир полка на построении объявил, что через три дня предстоит наконец тронуться в путь, дорога 13-му егерскому лежала в Польшу. Он не стал вызывать к патриотизму своих воинов или разъяснять текущую международную обстановку, здесь так не принято. Да если честно, никто бы и не понял ничего ровным счетом, граф Уваров знаменитую троицу: православие-народность-самодержавие еще не скопировал у французов, так что с идеологией дело дрянь, политрук бы в начале 19-го века повесился наверняка. Вместо этого были даны весьма разумные рекомендации нижними чинам заготовить дополнительную обувь или сапожный товар, запасные портянки, а так же телогрейки под шинель и прочие полезные в дальнем походе предметы, не предусмотреные казной для нижнего чина. Отслужили торжественный молебен о победе российского оружия, затем последовала раздача оставшейся части жалования нижним чинам, по заведенному порядку хранившегося от излишнего соблазна, порождаемого "зеленым змием" в денежном ящике под караулом. А после обеда большую часть служивых отпустили в город, погулять в последний раз и развеяться... Надолго запомнят уездные "буржуи" 13-егерский полк, не повезло тем из них, кто попался в первый день под горячую руку будущим победителям Наполеона, отплатили сполна за все многолетние пакости и неприязнь. Получился полный аналог "дня ВДВ", только фонтанов для купания в уездном городишке не было и в помине, ну а остальные оставшиеся дни солдатики просто "отдыхали", накал страстей немного спал. Александр не принял участия во всеобщем прощальном празднике, равно как и почти вся "трезвая" первая рота - они занимались укладкой многочисленного и разнообразного полкового имущества в обоз, а так же другими подготовительными мероприятиями к походу, всем работы хватало. Оказывается, это совсем не так просто, надо запихать массу всякого добра в ограниченный объем повозки, прочно увязать и укрыть брезентом от сырости и пыли, да еще необходимо груз распределить равномерно, чтобы фура не перевернулась случайно на каком-нибудь откосе. Грузоподъемность транспортных средств начала 19-го века Сашку тоже не впечатлила. Поневоле затоскуешь, о современных грузовиках, где такие манипуляции погрузки на порядок проще. К вечеру их неожиданно собрали перед бараками по тревоге трубой и барабаном и поставили "в ружье", прошел слух, будто местные аборигены готовят акцию возмездия за недавний "прощальный" погром. Простояли нижние чины на плацу до полуночи, там уже стало ясно, что расчетливые торгаши не рискнут связываться с целым полком. Так и есть, утром "их степенства", прикрывая платочками синяки на заплывших жиром мордах, явились целой делегацией жаловаться на бесчинства, полковник принял их весьма учтиво, однако ничего конкретного даже и не обещал.
  
  
  Глава 6. Первый поход.
  
  Холодная роса стекает каплями с блестящих в лучах восходящего солнца штыков. Полк замер, построен у городской заставы, идут последние приготовления к выступлению. Унтера и обер-офицеры в последний раз проверяют наличие людей, внешний вид и состояние оружия. Некоторые бойцы слегка пошатываются, словно матросы на корабле в качку, трехдневный активный отдых, связанный со злоупотреблением крепкими напитками, не прошел для них даром. Беззлобно ругаясь и шипя унтер-офицеры незаметно заталкивают этих "мореманов" вглубь строя, подальше от зорких глаз начальства. Если не придираться к таким мелким деталям, то зрелище просто великолепное, все что должно блестеть - блестит и сияет, люди здоровые сытые и полные сил, полк выглядит на все сто, живое олицетворение военной мощи и силы российской империи.
  К несчастью Александр все еще не может пока занять положенного места в голове колонны и насладиться редким зрелищем, он мечется между сараями и обозными фурами, разыскивая внезапно пропавшего Гришу. Слава богу "потеряшка" появился из-за забора, а то уж были законные опасения, что напарнику местные купчики припомнили напоследок успешные амурные похождения, бежит Гришка стремглав ему навстречу.
  -Гришка черт, ты где шлялся, меня Денисов с ротным убьют за тебя?!
  -Я энто, глянь Лександр... -переводит дыхание запыхавшийся Григорий, -Чайник экий славный добыл, аж ведерный, кипяток сливать надоть было, вот и отстал.
  -Купчиха что ли подарила знакомая на прощанье? -удивился Сашка, другую что-ли любовницу бывший столяр успел завести, его прежнюю пассию за сто верст в другой город услали, в соседний уезд. Чайник в походе вещь полезная, собирались было скинуться во взводе даже на самовар, но не по солдатским доходам такая роскошь.
  -Ага, тока оне об энтом не знають... Шел мимо лавки, вижу вещь стоит на пороге без дела, прихватил и до полка побег.
  -Спер, что ли??? ...А теперь уже все равно, кидай его в нашу фуру и побежали в строй, скоро двинут!
  Они успели вовремя, даже осталась пара минут в запасе "почистить перышки" - обмахнуть пыль с надраенных до блеска сапог и поправить мундиры. Равнодушный к щегольству и парадам полковой командир решил напоследок порадовать зрелищем обывателей уездного городка. Горожане, несмотря на ранний час уже ждут, забыты даже вчерашние беспорядки и обиды на солдат. Не каждый тень такое увидишь, последний раз через город войска торжественным маршем проходили еще при матушке Екатерине, по случаю победы под Измаилом.
  -Солдатский адрес нечего расспрашивать! Солдат в ответ не скажет ничего, а только нет синее неба нашего и нагляжусь, я вдоволь на него! -назначенный запевалой Федька старается сегодня от души. Оркестра в полку так и не завели свою "музыку" от бедности, все музыкальное сопровождение ограничивается казенным сигнальным рожком и барабаном. Поэтому надежда только на артистизм, голос и хорошую память этого бывшего владимирского мещанина, немало времени потратил с ним Сашка разучивая по распоряжению ротного строевые песни. Полк дружно подхватывает припев, правда слова немного коверкают, но это не беда, главное - все получается в ногу.
  Улицы забиты людьми, яблоку негде упасть, никогда раньше столько народу одновременно не видел старый уездный городок. Провожают солдат хорошо, ах если бы так встречали в свое время. Женщины и девицы машут платочками, и некоторые тайком утирают слезы, прощаются, но с кем? Не исключено, что не только у его приятеля Гришки имелась здесь тайная "сударушка", теперь расстаемся навсегда, прощайте милые и простите нас за все грехи большие и малые. Лифчиков, как у одного поэта, местные красотки в воздух не бросали, их еще не изобрели, по крайней мере у своей Палаши Александр этой непременной детали туалета современной девушки не видел. Гулко грохочет барабан, отбивая дробь, наступает короткая передышка, главный полковой запевала восстанавливает дыхание для нового "творческого порыва". Еще немного и снова колонна, ощетинившаяся иглами штыков, подхватит песню, рожденную в другом веке. Но центральная улица быстро кончилась, и вот уже под сапогами пылит песчанный проселок, остались далеко позади толстые неуклюжие купцы, оборванные, с испитыми лицами, ремесленники, важные и не очень чиновники и их многочисленные домочадцы обоего пола. Только неугомонные городские мальчишки с криками "ура" бегут охваченные общим порывом за маршевой колонной еще с полверсты. Поход начался, а когда и где завершится - неизвестно, очевидно только одно - спокойная мирная жизнь 13-го егерского полка закончилась навсегда.
  Следуя в голове маршевой колонны Сашка случайно подслушал разговор штабс-капитана с полковником. Получается, что тремя батальонами они вышли, до театра военных действий доберутся только два или два с половиной, один неизбежно отстанет, а вот вернуться обратно в Россию, дай бог, чтобы хоть с одним. Не факт конечно, что все нижние чины должны погибнуть, скорее всего большая часть выйдет из строя больными, ранеными, отставшими, но все равно перспектива печальная. Кто знает заранее, суждено ли тебе уцелеть, а или сгинуть без следа - своего рода лотерея.
  -Полк стой! Вольно! -прощальной музыкой в ушах солдат звучит долгожданная команда. Блестящее представление подошло к концу, тут за пределами города нет больше зрителей кроме ворон и галок рассевшихся на березах вдоль дороги. Полчаса дано всем на отдых и подготовку к дальнейшему движению. Колонна на глазах преображается, точно змея скинув красивую парадную шкурку в пользу более удобной и практичной повседневной. Первым делом избавляются от неудобных мундиров фрачного покроя, их аккуратно складывают и вместе с ранцами отправляют в обоз. Погода стоит прохладная, летняя жара еще не наступила, поэтому "прусские" мундиры по старой, еще с петровских времен традиции, заменены шинелями надетыми прямо поверх нижних рубах. Бесследно исчезли и новенькие, заведенные только в прошлом году кивера с блестящими медными кокардами под "золото", на головах служивых теперь красуются простые полотняные серые колпаки с кисточками - появились сразу две тысячи с лишним в меру веселых и злых Буратин. По команде обер-офицеров с ружей снимаются штыки, а ружейные замки бережно обертываются промасленными чехлами для предохранения нежного механизма от грязи и влаги, в стволы вставляются деревянные пробки-затычки... праздничная бутафория и показуха закончились, впереди предстоит долгий и тяжелый поход.
  Александр, с разрешения начальства, одел на голову свою старую армейскую панаму, один из немногих предметов уцелевших с момента его "провала" в прошлое. Джинсы и рубашка давно уже износились во время работы в оружейной мастерской и превратились в бесформенную ветошь, разве что молния перекочевала на ширинку форменных солдатских полотняных штанов, штормовка же превратилась в чехол для винтовки. Что еще осталось из "носильных" вещей? Совсем немного, только ремень офицерский кожаный, да кирзовые сапоги, они намного легче, удобнее и долговечнее казенных, специально сохранены для такого дела. Вопреки распостраненному мнению, "кирза" при должном уходе служит дольше чем натуральный материал. Сослуживцы тоже переобулись, кто в свои "домашние" сапоги, кто в поршни - примитивную кожаную обувь, кое-где и лапти с онучами на ногах солдат появились, это же поход а не парад и ноги следует беречь в первую очередь.
  -Ишь лодырь, сапога собственного своего не имеет на подмену! -распекает солдата капитан Терентьев во втором батальоне. Лопоухий рязанец из недавних рекрутов, оправдывается, что крестьянам летом босиком привычнее ходить, а сапожный товар у него "как положено" заготовлен и лежит в обозе.
  -Где же я возьму лишню обувку, ваш благородие Трифон Терентьич? Рекрутам не полагаитси денег, а человек я не мастеровой, хрестьянин.
  -Пианствовать по трактирам меньше надо, у справных солдат всегда все есть, хоть первую роту взять для примеру! -привязался строгий капитан, -Пшел в строй бездельник!
  Последний взгляд на унылый провинциальный город, с которым за пять лет уже свыклись как с родным и снова вперед. Ротный командует "песню запевай" и Федор снова рвет глотку:
  -Аты баты шли солдаты! Аты баты на войну!!!
  -А нам бы ба-а-а-а-абу, нам бы бабу! Нам бы ба-а-а-а-а-а-а-а-абу хоть одну! -дружно подхватывает и тянет рота, офицеры вокруг командира полка смеются, хорошее начало...
  -Что же ты братец такой похабщине нашего Федора обучил, нешто там у вас там такое на походе пели? -Штабс-капитан Денисов добрался до Сашки и учиняет допрос, -Велено же было патриотические песни усвоить! Как хорошо про серые шинели было, только слова местами непонятные...
  -Ваше благородие, Федька ведь не автомат музыкальный из кабака, где монету в щель закинешь, на кнопку нажмешь, и по заказу поет-играет. Что на душе у человека лежит, то и выходит песней.
  Дорога затягивает, дорога покоряет, первые три дня шли весело с ухарством, и с безобразиями: задирали проезжих купцов и даже мелких помещиков, пугали баб и девок по деревням... Но затем, по прошествии первой недели, бесшабашное веселье стало постепенно убывать, лица у людей похудели и осунулись, молодые парни словно прибавили лет по десять в возрасте. "Эх яблочко куда ж ты котишься, к егерям попадешь - не воротишься!", докатились всем стало понятно, что предстоят нешуточные испытания, по сравнению с которыми все прежние трудности проходят по разряду "пустяки и развлечения".
  .........................................................
  Типичная сцена в селе Х, точнее в усадьбе Х, сколько еще таких будет на пути никто не знает. Пока одни воины зубоскалят с деревенскими бабами и девками, другие времени даром не теряют. Худой, высокий и испитой мещанин Кучеренков, главный остряк второго батальона, дурачился в пыли у самого крыльца людской на хозяйственном дворе. Он напялил на себя какую-то рогожу, шатался, изображая пьяного, да так усердно, что действительно оступившись свалился в сточную канаву. Доморощенный артист повозился там и полез назад, за собою он сосредоточенно тащил, зацепив веревкой, старый березовый чурбак.
  -Каспада, сичас путит мусика!.. Пашалста, нэ мэшайт! -объявил он, изображая из себя иностранца и присел на лавочку возле ворот.
  Вокруг толпились нижние чины и многочисленные обитатели помещичьего двора. Хозяин усадьбы не удостоил гостей вниманием, за что и будет обязательно наказан. Кучеренков, с рогожею на плечах, возился над своим чурбаком, словно медведь на ярмарке. С величественно-серьезным видом он положив обрубок на колени задвигал около торца рукою, как будто вертел воображаемую ручку шарманки, и хрипло запел:
  -Зачем ты, безумная... Трр... Трр... Уу-о! Того, кто... уээ! Трр... Трр... завлекся... Трррр...
  Он изображал испорченную шарманку до того великолепно, что все кругом хохотали: дворовые мужики, девки, бабы и солдаты.
  -Каспада, пошалуйтэ пэдному тальянскому мусиканту за труды.
  Денег у пейзан нет, поэтому гонорар получается яблоками, огурцами, яйцами и другой нехитрой снедью. Пока сельские ротозеи толпой обступили артиста, его сослуживцы уже успели взять обычную дань с богатой усадьбы, у барина добра много, не убудет...
  -Господин полковник, падает дисциплина среди нижних чинов! Снова кур волокут, я устал уже изымать и возвращать хозяевам! -не все зрители оценили "народное творчество" положительно, штабс-капитан Денисов сразу понял в чем тут дело.
  -Полноте вам Иван Федорович сокрушаться! -полковник только улыбается в густые усы, покуривая маленькую солдатскую трубку, неизменную его спутницу, -Нешто вы в походах не бывали? Раз помню в гвардии еще, я роту вел через деревню. Вышли в поле, слышу хрюкает кто-то в строю, глянул туда в середку, а они черти двух здоровущих свиней прихватили. Народ бессовестный к крестьянскому горю равнодушный, то поросей сведут, то теленка или бычка с пастбища по дороге, а уж чужой овес или сено, так завсегда гребут ровно свое. Мои же только парку-тройку курей взяли для заправки супа в котле и не у своего брата крестьянина, а помещичьих из птичника.
  -Три или тридцать, все едино супротив устава и закона?
  -Усадьба богатая, местного барина мы по миру не пустим, мог бы и сам защитников отечества угостить, чем бог послал. Ежели будет жаловаться на пропажу, так покрою убыток из экономических сумм. -полковник спокоен, он знает, что дальше будет хуже. Не стоит "затягивать гайки" из-за пустяков, мелкие хищения у обывателей - непременный атрибут армейской походной жизни во все времена.
  -Начнут с кур и гусей, а далее до настоящих грабежей недалече, а не то и на баб накинуться? -Денисов безутешен, на войне о был неоднократно, но полки водить не приходилось, собственного опыта длительных походов у него нет, а из штабов же мелкие жизненные неурядицы не видны. Бог с ней с птицей, в самом деле поди пойми кто виноват: лисица, хорек, коршун или солдат?
  -Увольте сударь мой, эти разбойничать не будут, ибо по натуре крестьяне и мещане покамест, а не солдаты. До санкт-петербуржских гвардейцев им далеко, про наших славных "донилычей" я уж молчу.
  
  Тают под ногами бесконечные километры разбитых проселочных дорог и столбовых трактов, мелькают точно в кинофильме деревушки, села и небольшие уездные города. Это давно перестало походить на знакомый по срочной службе в СА полевой выход. В этом мире нет ни железных дорог, ни автомобилей, равно и транспортных самолетов. Даже обычные повозки обоза для рядового солдата непозволительная роскошь, он пехотинец, а значит должен передвигаться на своих двоих - пешком. В качестве анекдота штабс-капитан Денисов в первый же день им поведал историю, как поручик, сослуживец его батюшки а таком же дальнем походе успел влюбиться, жениться и даже обзавестись детьми, разве что там путь у него лежал из Малороссии в Сибирь. Шутка вышла не смешная, Варшава и Кенигсберг конечно ближе чем Иркутск, но как только подумаешь, сколько сотен верст еще надо пройти, так сразу и становиться не по себе.
  Первую неделю с пищей насущной было более-менее сносно, но дальше начались большие и неприятные проблемы. Аналога полевых кухонь в начале 19-го века еще нет, хоть сама идея, что можно поставить котел и топку на колеса уже не нова. По мнению всезнающего штабс-капитана Денисова, даже у татаро-монголов, что-то подобное было и знаменитый "русский" самовар - отдаленный потомок походной кухни-очага кочевников. Слишком много времени войскам приходиться расходовать на обычное приготовление пищи. Часто люди на привалах валились от усталости и засыпали голодными, чтобы пожевав наскоро сухарей пополам с водой поутру снова двинуться в путь. В первые часы прихода на бивак стоит несмолкаемый гул и обычная сутолока лагерной жизни. Многочисленные костры точно искрами вкраплены в непроглядную тьму. Около импровизированных очагов суетятся силуэты людей, остро пахнет эрзац-чаем и едой... Придешь после долгого пути на ночлег усталый, измученный, с полной уверенностью, что обеда не дождешься, потому, что припасы остались в отставшем обозе, который всегда приходит позже. А когда наконец скрипучие фуры подтянуться - доставай котлы, рой в земле очаг, добывай черт его знает где воду и дрова. Начали варить - еще несколько часов жди. Одним словом, канитель такая, что и голодный солдат мысленно отказывался от обеда, который поспеет после полуночи, лишь бы только поскорей предаться отдыху и спасительному сну для того, чтобы к утру освежить силы к предстоящему новому переходу. Вскоре полк был вынужден устраивать дневки через каждые три-четыре дня. Обычно подходящее место выбирали на берегу речки или пруда, что бы можно было заодно помыться, постирать белье и портянки. Затем полковник вспомнил старый суворовский трюк, он стал высылать часть обоза с кашеварами и артельными котлами вперед на полдня пути. Стало легче но не намного, жаль все же, что военная среда консервативна буквально до мозга костей. Они с Денисовым еще два года назад набросали чертеж полевой кухни-одноколки и направили на рассмотрение, но в "верхах" по давней традиции принято любые прожекты выдерживать годик-другой, если сразу не положат под сукно. Удивительно, даже обещанная и подтвержденная приблизительными расчетами ожидаемая экономия продуктов не привлекла внимание военных бюрократов. К великому сожалению, своими силами изготовить походную подвижную кухню не получилось, в округе не было железоделательных заводов, а в кузнице такой "аппарат" не склепаешь.
  Сперва проблема с питанием, особенно первый месяц, стояла очень остро, потом как-то привыкли и притерпелись, человек ко всему привыкает. Если раньше худо-бедно дважды в день нижние чины получали горячую пищу и чай утром, то теперь как в анекдоте "трехразовое": понедельник, среда, пятница. Как назло время года весна и на полях и в огородах разжиться нечем, разве что редиской, да перьями лука - но это не еда. Иногда нижние чины только отводили душу "заимствуя без отдачи" кур и уток в богатых помещичьих усадьбах или на фольварках панов позднее, когда добрались до западных регионов. Одно время Александру даже снились те самые беленькие жестяные банки консервов без этикеток, каша перловая со свининой, так их ему не хватало. В свое время выбрасывал он их безжалостно, чтобы облегчить свой вещевой мешок, а тут и рад бы нести побольше - но негде взять. Даже до примитивной тушенки местная военная мысль еще не доросла. Государственная система продовольственных складов, или как тогда говорили "магазинов" на практике оказалась ниже всякой критики. Обычно ничего там кроме крупы и полу-гнилых сухарей получить оттуда не удавалось, да и с такими простыми продуктами были перебои: то вместо круп выдавали овес, то сухари были с "мясом" - с червями. Все как положено, интенданты воруют, а солдат вынужден жрать "что дают", если вообще ему что-то дают. Главный же деликатес для нижних чинов - мясо предполагалось закупать у населения, вот только, кто же по весне массово бьет скотину? В итоге полк приобретал у местных крестьян и помещиков каждый раз полдюжины тощих после зимней голодовки бычков, уныло следовавших вместе с обозными повозками. На привалах и дневках эти "ходячие консервы" забивали и быстро разделывали, благо имелся свой хороший мясник, заранее обученный ремеслу еще на месте старой стоянки. Бардак, что называется, был первосортный, а ведь столько лет готовились вроде...
  Нет определенно в жизни счастья, по неизвестной причине в полку распространился слух, что идти предстоит через Малороссию. Солдатики уже предвкушали грядущее приятное времяпровождение с любвеобильными хохлушками, а тут как молотом по темени ударили - оказывается движутся они к Смоленску. И в самом деле не силен у нас простой народ в географии вот и фантазирует, зачем такой крюк в добрую тысячу километров: "У хохлов бабы на нашего брата сами кидаются, тока помани...", мечты... мечты. Теперь тоже самое говорят уже про немок, мол придем туда, а там наконец оттянемся вволю, всех оприходуем.
  В довершение всех бед конец мая вышел необычно жаркий, "наступили жары" - так тогда было принято называть это природное бедствие. Александр охрип и сбил в кровь костяшки кулаков, отгоняя вместе с другими унтерами и обер-офицерами солдат от разных сомнительных луж и прочих грязных водоемов. Воду для питья, согласно приказу полковника, следовало брать исключительно из колодцев и родников, вот только как это элементарное правило армейской гигиены внушить обезумевшим от жажды людям... задача непростая. Понятное дело, вскоре дизентерия стала брать привычную дань, то один солдат, то другой стремглав выскакивает из вяло бредущей по дороге колонны и кидается в кусты. Далее такому бедолаге путь в лазаретную повозку, идти в строю вместе со всеми он уже не сможет. Но на удивление, от этой достаточно серьезной болезни никто из нижних чинов не умер. Первые потери полк понес совсем от другой напасти.
  В тот день с утра наступила адская жара которая усугублялась еще и прямо банною удушливой атмосферой. С первых же шагов видно было, что поход сегодня будет нестерпимо тяжелый. После 5-6-ти верст марша появились первые отстающие, были случаи солнечных ударов, лекарь с добровольными помощниками подбирал больных и отсталых в лазаретные двуколки, которые быстро наполняются. Пускаются в ход все меры, чтобы уменьшить число отсталых, делаются чаще остановки в спасительной тени, разрешено пить воду без ограничения. Придя на большой привал, по полку проноситься известие, что один служивый солнечным ударом поражен смертельно. Все примочки и растирания лекаря оказываются тщетными, и бедняга лежит с открытыми безжизненными глазами и неумолкаемо не то стонет, не то кричит, совершенно автоматически и безумно - тяжелая и неприятная картина.
  Догорают костры, затихает бестолковый шум бивака, нарушаемый только предсмертными хрипами, вылетающими из лазаретной двуколки, где лежит умирающий нижний чин, рядовой Малышев - первая потеря 13-го егерского полка. Мало-по-малу наступает тишина, замолкает и он бедняга, конец мучениям, скончался... Это явно не последняя жертва в этой долгой и утомительной дороге, полковой лекарь только руками разводит - медицина как всегда бессильна. He решились хоронить его здесь прямо в поле, и довезли тело с собою до ближайшего села, где как-никак есть кладбище, обязательная принадлежность каждого русского селения. Там сослуживцы вырыли могилу, которая вмиг точно затонула среди гор весенних полевых цветов и зелени, доставленных со всех сторон товарищами. Простой некрашеный деревянный крест, наспех сколоченных плотником Гришей, обвешан самодельными венками и гирляндами. У изголовья покойника на поставленную кем-то плошку в один час, из одних медных копеечек и гривенников, накопилось свыше дюжины рублей. Хотели отправить эту скромную лепту семье покойника, да оказалось, что в суматохе сборов полковая канцелярия забыла захватить с собой необходимые документы, и теперь уже невозможно установить адрес, по которому проживал погибший на "гражданке". Решено отправить деньги потом, когда закончиться поход, писарь клянется и божиться, что обязательно найдет ведомости и все разузнает. Пока собранная сумма сдана в полковой денежный ящик, своего рода походный сейф. В присутствии всего отряда приглашенный сельский батюшка совершил отпевание - штатный полковой священник заболел, отстал где-то далеко позади и появился только в Смоленске. После завершения печальной церемонии командир распорядился выдать по чарке водки "на помин души"... двинулись дальше, долгая, очень долгая дорога. Увы! Впоследствии, после боев, придется хоронить десятки и сотни нижних чинов, и нередко - офицеров без положенных торжеств и церемоний, упрощенным порядком в братских могилах.
  .........................................................
  Все, на сегодня - закончили, отмучились, отстрадали... Кое-как составив ружья в пирамиды и сбросив с плеч пропитанные потом ремни патронных сумок и тесаков, падают "чудо-богатыри" как подкошенные в спасительную тень деревьев и кустов подлеска. Теперь изможденных людей не поднять ничем, хоть из пушки над ухом стреляй. Отлежаться два-три часа и только тогда можно будет подумать о выставлении обязательного караула, разведении костров и прочих необходимых мелочах лагерно-походной жизни. Сегодня они сами себя загнали точно лошади на скачке, штабс-капитан Денисов указал им далекий лесочек на горизонте, как место следующего привала и нижние чины резво зашагали вперед, первая рота далеко оторвалась от остальных, что и неудивительно, так как в нее собрали наиболее сильных солдат со всего полка. Так велико было желание избавиться побыстрее от палящего зноя и невыносимой дорожной пыли, точно сделав аккордную работу по принципу: "сработал дело - гуляй смело". Успели до заката, вырвав у уходящего дня пару-тройку часов и вот теперь приходиться расплачиваться за необычайно высокий темп. Вроде бы и прошли немного, всего 36-ть с половиной версты, если верить приблизительным расчетам штабс-капитана Денисова. Нормальным пешим переходом в составе полка можно одолеть в день, с учетом неблагоприятной погоды, всего верст 20-25, 35-40 уже очень тяжело пройти, а 50 и более считается непосильным трудом. Но это обычным шагом, а сегодня обманутые заманчивой близостью цели они шли ускоренным, с верхушки холма далекая рощица казалась, что называется "рукой подать". Далеко еще солдатикам 13-го егерского до чудо-богатырей Суздальского полка Суворова, проходивших маршем 560 верст за 11 суток без потерь. Позднее правда Александру знатоки разъяснили, что тогда Александр Васильевич, вез своих нижних чинов на подводах, а вот позднее, когда стали 'быстро поспешать' пешком, Суздальский полк моментально превратился в батальон усиленного состава. Понятное дело, историки такие 'несущественные мелочи', как правило, не учитывают в своих трудах, создаваемых в спокойной обстановки в тиши кабинетов. Какая им разница: шли или ехали? Это сможет понять только тот, кто сам лично отмерил своими ногами пару тысяч верст. Вероятно, так и рождаются различные легенды, весьма далекие от реальных событий.
  Не очень то тут разгуляешься... в отличие от сослуживцев Александр не завалился сходу на нетронутый ковер зеленой травы лужайки, сумел побороть непреодолимый соблазн прилечь. Уже после первой недели марша он с удивлением обнаружил, что по части выносливости заметно превосходит коренных аборигенов 19-го века. Первоначально Сашка грешил на панаму-афганку, действительно вещь для лета оказалась чертовски удобная по сравнению с головными уборами у остальных, голову совершенно не напекает. Как уж только народ не изворачивался, так свежий лист лопуха или капусты под кивер или колпак, народное средство на практике оказался малодействительным. Свою лепту вероятно внесли и легкие кирзовые сапоги, по сравнению с теми колодками, что таскают остальные солдатики - просто песня. Но истинную причину удалось выяснить позднее, пообщавшись накоротке с людьми в минуты отдыха. Еще один миф о "могучем российском солдате" отправлен в копилку несуразностей, сколько уже их там собралось? Оказалось, что многие крестьянские парни мясо в своей жизни раньше видели только пару раз в году, исключительно по большим праздниками. Таковы местные реалии, и если наши воины и поражали иностранцев, то скорее всего только "духом" и напором, но отнюдь не физической силой. Как так крестьянин и без мяса в своем хозяйстве живет? Для нашего современника звучит дико и невероятно, но удивительный факт... Расспросы сослуживцев несколько прояснили, как обычно было дело:
  -Что Ефим неужто свинку откормить в хозяйстве нечем, или ленитесь?
  -Откормим Лександр Васильич чушку, а то и не одну! Тока зарежем к зиме, глядь - управитель барский, сука бежит бегом... Давай, молвит, волоки в мой амбар, по санному пути в город увезу до господина. Для кормления дворни барской значится, али на продажу мож сгодиться. Ен ирод знат у кого из хрестьян че заготовлено, ниче не сховаешь мимо ево.
  -А послать его подальше не судьба? Оброк вы ведь полностью заплатили деньгами, чего же еще и мясо свое отдаете?
  -Послал я его, далече послал... и теперя с вами иду воевать в немецку землю. Сдал меня паскуда в рекруты опричь заведенного порядку. Шибко умным и строптивым де у нас туды дорога!
  Ларчик оказывается просто открывается: хоть деревенские ребята с виду крепки и жилисты, но уже источены болезнями, непосильным трудом и главное - с детства плохо кормленные. Даже скудная солдатская пайка для российского простолюдина оказывается наградой, он дома, как правило, и такой не получал. Городские жили получше и побогаче, но тоже отнюдь не в масле купались, вопрос классика-поэта "Кому на Руси жить хорошо?" пока остается открытым.
  Рота выглядит так словно скошена пулеметным огнем на поле боя, кроме Александра "живых" осталось немного, можно пересчитать по пальцам одной руки. В основном это офицеры, благо им полагается по штату лошадь для передвижения. Но в этот день тяжко пришлось и "их благородиям", многие шли пешком, подвозя в седле охромевших и выбившихся из сил подчиненных. Рядом на пенек тяжело опустился, проделавший весь путь с первой ротой, штабс-капитан Денисов. На его Сивке сегодня почти весь день ехал в седле денщик, не бросать столь ценный кадр, обоз уже забит больными и хромыми под завязку и туда более никого не принимают. Надо сказать, что в 13-м егерском полку был принят особый порядок назначения казенной офицерской прислуги, неоднократно становившийся поводом недоразумений и даже конфликтов между офицерами и полковым командиром. По заведенному с незапамятных времен порядку "для услуг" офицерам принято назначать наиболее расторопных, умелых и ловких солдат, но старый полковник решил, что место таких бойцов в строю и предложил "их благородиям" выбирать себе "Санчо Пансов" из числа убогих, никуда более не пригодных. Собственно не столько очередной заскок "сурового старика", а скорее возврат к "старым" - петровским еще временам, когда часть денщиков исполняла обязанности курьеров, рассыльных, санитаров, военной полиции и просто участвовала в боевых действиях. Их даже в ведомостях различали, делили на "ротных" - строевых солдат, и "офицерских" - просто слуг из числа привезенных из поместий крестьян. Вот так Денисов и оказался обременен денщиком по кличке Заяц, свое прозвище солдатик получил, не от сокращения фамилии как обычно, а вследствие привычки постоянно заикаться, особенно этот недуг мучал его при общении с вышестоящими начальниками.
  -Ваше благородие, сколько нам еще осталось топать до Смоленска? Идем и идем уже который месяц, а все конца не видно.
  -Много братец, точно не скажу пока... моя карта осталась в седельной сумке. Позднее будем с Зайцем расседлывать лошадь достану и посмотрю. Я вас по собственным кроки веду, так удобнее. -ответил офицер с трудом разомкнув усталые веки. Коротким тычком ножнами шпаги он привел в чувство свалившегося рядом и было прикорнувшего Зайца, -Давай сбегай за дровами для костра, почитай всю дорогу сегодня верхом проделал, а туда же вслед за остальными ложишься? Вставай лодырь не притворствуй!
  От кустов на краю поляны тянуло приятной прохладой и сыростью, несомненно где-то рядом притаился ручей или даже небольшая речка. На негнущихся, словно свинцом налитых ногах Александр, поминая недобрыми словами российские дороги, с трудом продрался сквозь густые и колючие заросли шиповника, и там его упорство вскоре было щедро вознаграждено. Прохладная, чистая точно хорошее стекло, вода небольшой речушки приятно остудила тело, привела в порядок мысли и отчасти сняла усталость, словно второе дыхание появилось. Искупавшись вволю и смыв пот и въевшуюся в кожу дорожную грязь, он тотчас принялся приводить в порядок свое нехитрое солдатское дорожное имущество. Занятие муторное, но совершенно необходимое, а так не хочется, неудержимо тянет полежать на белом песочке, ногами в воде. Главная забота, тревога и надо сказать и надежда тоже - это его сапоги, сколько они еще выдержат такую безумную нагрузку? "Дойдем до Берлина!" как на военном плакате в школьной хрестоматии... ха, нам хоть сперва бы до Смоленска доползти, а там посмотрим. Внимательный и дотошный осмотр не обнаружил предательских потертостей и трещин, далее в ход пошел самодельный крем составленный из дегтя, сажи и говяжьего сала. Казенной ваксе Сашка вполне обоснованно не доверял, с тех пор как узнал, что в ее состав входит серная кислота - лютый враг любой кожи и ткани. В течении получаса с техническим обслуживанием столь ценного снаряжения было покончено и кирзачи, прихваченные бечевкой за тесемочные "ушки" пристроены на спину к вещевому мешку. "Секрет победы - в ногах!", так кажется штабс-капитан Денисов на последнем занятии с застрельщиками высказался, или немного по-другому? Не суть важно, в любом случае следует немного отдохнуть от обуви и походить до утра босиком. Смазывать мозоли несоленым салом, как делают некоторые сослуживцы он не стал - еще одно "верное средство" испортить ноги, еще одна благоглупость.
  Солнце уже прижалось к линии горизонта, еще немного и в этот мир придет спасительная ночь, благодетельница и защитница от палящего дневного зноя. Александр решил немного прогуляться и двинулся вверх по течению реки прямо по кромке воды. В лесу без сапог легко можно напороться на скрытый в траве острый сучок, а тут только желтоватый песочек слегка чавкает под босыми ступнями. Бог с ним со службой, если что случится, то собирать людей все равно будут рожком и барабаном. На привалах свободу передвижения нижним чинам начальство не ограничивало, справедливо полагая, что выбившиеся из сил во время перехода люди далеко не уйдут и ничего криминального не натворят.
  Неторопливо, размеренно шлепая по воде Сашка довольно далеко забрел от места стоянки полка, впрочем это только первое впечатление, русло речушки причудливо изгибалось, точно бесконечная голубая змея. Конец, пора бы уже обратно возвращаться, но неожиданно слух растревожили звуки, которым совершенно не место в лесу. Заинтригованный унтер-офицер продвинулся еще шагов на полста вперед и далее уже не смог остановиться, даже если бы захотел: "БАБЫ!"... заветная мечта каждого российского солдата! Нет неправильно, надо вот так с душевным надрывом, словно ржавым ножом по сердцу: "БА-А-А-БЫ!!!", иначе не описать состояние Сашки. Сейчас на несчастного солдатика накинуться моралисты, в основном из числа тех, коим не довелось в свое время вертеть портянки. "Рассейский" воин, суворовский "чудо богатырь" должен посвящать дни и ночи исключительно подготовке в борьбе за веру, царя и отечество. Какие еще бабы - нижний чин российской армии обязан молиться, поститься и слушать только радио "РадонежЪ". Опять сплошное очернительство светлого образа нашего легендарного защитника отечества? Успокойтесь господа, байку про "веру, царя и отечество" или "православие, народность, самодержавие", граф Уваров еще не придумал. Сергей Семенович по причине малого и сопливого возраста пока занят совсем другими проблемами, и с радиовещанием в начале 19-го века имеются определенные технические трудности, наличие отсутствия - это если канцелярским языком выражаться. Действительность, правда жизни, она такая грязная-корявая, неприятная на глаз и вкус... не похожа совсем на позолоченный лубок "официальной истории" и пропаганды. Солдат по своей природе не монах и не инок, воздержание и смирение ему не к лицу, он должен быть в меру злым и агрессивным. Поэтому сколько ни пытались у нас военачальники, начиная от Суворова и кончая современными замполитами заставить подчиненных "поститься и молиться" результат неизменно получался отрицательный. К слову, сам великий полководец позднее свое отношение к "облико-морале" подчиненных изменил и в корне пересмотрел. В его поздних наставлениях неизменно всегда упоминается "на добычь", ну а про знаменитое "три дня на разграбление" мы уже вспоминать не будем, кто старое помянет... сами знаете.
  Сомнений не было, легкий вечерний ветерок донес до его ушей веселую перебранку, задорный женский смех и плеск воды. Чего-чего, а женщин у него не было уже несколько месяцев, почитай с самого начала подготовки к походу. Даже коротких невинных разговоров у калитки, прогулок по окрестностям городка и посиделок на скамеечке, какой уж там секс, не до того - их гнали и гнали безостановочно, а дневки как правило проходили вдали от населенных мест.
  Одуревший точно олень по весне, ничего не соображающий Сашка полубегом, куда только усталость дневная делась, кинулся на шум и совершенно неожиданно вылетел на небольшой песчаный пляж, притаившийся за очередным крутым изгибом речки. Если где-то на белом свете и существует рай, то скорее всего он выглядит именно так, только и мелькнула в распаленном воображении мысль. Господи сколько же их тут: одна, две, три, четыре... всего больше дюжины молодых женщин и девушек весело плескались на мелководье, оглашая округу криком и визгом. Юные гибкие тела в прозрачной незамутнённой воде, легкий красноватый ранний "весенний" загар, ничуть неиспорченный белыми полосками от купальников и абсолютно никакой одежды, даже чисто символических ниточек-веревочек бикини тут нет! Оказывается, есть свои положительные моменты и в 1800-х годах этого дремучего века, пусть мало, но зато какие! Купальщицы выглядели 'картинно', так словно покинули полотно Рафаэля, конечно если приглядеться, то можно заметить, что та девица немного кривобока, у этой бабы на лице видны отметки от оспы, и далее еще... но совершенно обалдевший Александр никаких мелких пороков у "деревенских венер" не замечал. Длительное воздержание сделало свое черное дело, и думал наш герой в этот момент отнюдь не головой, а совсем другим органом в противоположной части тела.
  Сашка тупо замер столбом, остановившись посреди пляжа, прямо среди разбросанной одежды, мучительно соображая что же следует делать дальше. Постепенно до его затуманенного сознания дошло, что в сущности он "пролетел" на этот раз и крупно. Была бы девица одна, или ладно две, можно было бы попробовать соблазнить и договорится по-хорошему. Но здесь их немалая толпа, значит приватно не получится, как бы не побили еще девушки сгоряча. Воображение мгновенно нарисовало картину "Купальщицы" Петрова-Водкина: здоровенные голые тетки гоняются с пучками крапивы за щуплым парнишкой...
  Девушки и молодки деревенские, не может быть в этом сомнения, характерная одежда крестьянок - рубашки и сарафаны были развешаны по кустам и валялись на песке. Прошла томительно минута, другая, время текло незаметно и ничего... ровным счетом ничего не происходило. Ни криков, ни драки, ни петрово-водкинской крапивы, хоть бы девушки словом упрекнули солдата? Бросив несколько косых взглядов на незваного гостя, деревенские "русалочки" дружно отошли подальше от берега, на глубину, где вода им по грудь. Дурацкое положение - Александр прикидывал, не раздеться ли ему и присоединиться к купающимся девушкам, но не рискнул, по местным меркам это уже запредельная наглость получится. Придется ему ограничиться одним только "визуальным осмотром", вот та брюнеточка очень даже ничего, жаль не успел до конца разглядеть, а ведь молоденькая совсем, почти девочка. Как назло красотка, вероятно заметив повышенное внимание солдата к своей персоне, отодвинулась еще дальше и вода скрыла окончательно ее прелестную грудь.
  Посматривая тайком на купальщиц, бог с ним полноценного стриптиза не получилось - женщины теперь только топлесс, да и то не все видны, Сашка попытался изобразить для видимости некую деятельность. Он прошелся туда-сюда вдоль кромки воды и попутно срезал кортиком несколько ивовых прутьев толщиной в мизинец и тоньше в прибрежных кустах, якобы за этим сюда и явился - за вениками. Между тем по вполне понятной причине ему захотелось присесть, благо есть на берегу мостки из одной доски, не разгуливать же далее со стоящим членом - еще девки засмеют.
  Женщины здесь были не одни... Ангелам как известно на небесах для противодействия положены бесы. Здесь в этой роли целый табор детишек под присмотром шустрой рыжей девчонки-подростка. Вся эта компания занималась тем же, чем обычно заняты дети на пляже в ХХ веке. Одни плескались в воде и весело играли, гонясь в припрыжку друг за другом, другие сосредоточенно что-то возводили из песка. Все это разнополое и разновозрастное сборище весело шумело, орало и пищало. Особенно усердствовала их рыжая надсмотрщица-"воспитательница":
  -Феклушка куды лезешь? Глубоко тама! Ефимка не тронь девок, вот я вам неслухам чичас ухи оборву! -угрозы немедленно подкреплялись соответствующим физическим воздействием в виде щипков и шлепков, но порядка в этом сборище отнюдь не прибавлялось, скорее даже наоборот.
  Сперва Сашка эту мелочь пузатую даже не заметил, как и для всякого нормального мужика, для него взрослые девицы с развитыми формами имели приоритетное значение. Но теперь они скрылись в воде чуть ли не по уши, остается только ловить момент, когда очередная красотка решит нырнуть или немного поплавать. "Меня не ценят это минус, но и не гонят это плюс." -серебряным колокольчиком звякнула в сознании фраза из давно забытой театральной постановки, 'Труфальдино из Бергамо', что ли? Остается пока только сидеть на гнилой доске и ждать, может та "фигуристая" девчонка все же смилостивиться над ним. В одиночестве он пробыл недолго, вскоре другая девица решила составить служивому компанию...
  Александр с трудом сдерживая смех наблюдал отчаянные ужимки малолетней рыжей соблазнительницы: повернулась так и эдак бочком и далее еще изогнулась демонстрируя то наметившуюся грудь, то тощие бедра мальчика... девчушка явно желала привлечь к себе его внимание.
  -Красивая, красивая... Ладно не вертись, иди лучше сюда посидим вместе и поговорим. -предложил он.
  -Дяденька я боюся, а как вы дезертирт какой, али разбойник? Оне, сказывают девок забижают! -ответила, а в глазах у самой играет бесовский огонек, кокетничает и заигрывает девица с ним не иначе.
  -Да унтер-офицер я, нижний чин 13-го егерского полка, Сашкой звать, вот посмотри! -и Александр показал недоверчивой маленькой собеседнице патронную сумку с позеленевшими цифрами, словно документ, до военных билетов здесь еще местные бюрократы не додумались. Надо сказать, что по случаю жары от шинелей пришлось отказаться, нижним чинам раздали из обоза мундиры и ранцы, освободив правда последние от части положенного груза. В толстой не пропускающей воздух, суконной одежде по такой жаркой погоде идти очень тяжело. Поэтому в походе егеря были в одних нижних рубашках, зеленое казенное сукно несли за спиной вместе с манерками и прочим штатным и нештатным барахлом. Все кроме одного - прошлой зимой Сашка изготовил себе из купленной по случаю на базаре, обыкновенной льняной рубахи некое подобие мундира, выкрасив в зеленый цвет и добавив форменные пуговицы, воротник и обшлаги. Издалека, если особо не присматриваться, сойдет такой импровизированный "китель" за обычный мундир. Уж очень неудобна оказалась казенная форменная одежда для работы в оружейной мастерской: ни согнешься ни разогнешься, вот и пришлось заняться "творчеством". Но вряд ли простая деревенская девочка понимала такие тонкости...
  -А не обманешь? Побожись! -мило улыбается рыженькая, но кажется совсем не боится солдата.
  -До вот тебе крест, садись рядом не бойся.
  Долго уговаривать не пришлось, вот уже старая доска мостков скрипит и гнется под тяжестью двоих. Девчушка пристроилась сбоку, уселась прямо с ногами, обхватив колени тонкими ручками и положив на них подбородок.
  -А меня Настей маменька нарекла, али Настеной кличут, -поспешила представиться маленькая красотка.
  -Настя, а как вон ту девушку зовут? Нет не эту высокую, а другую черненькую росточком пониже? -Александр указал рукой на предмет своих вожделений.
  -У тя губа не дура! Это Верка, сестра моя родная. Перва красавица у нас на селе будет. -выпалила скороговоркой Настенка и тут же тряхнув гривой рыжих волос, сердито добавила, -Тока ты солдат зазря на ее зенки вылупил. У ей жених есть, сговорено и к Покрову обвенчают. Любит она ево!
  -Так это осенью еще, а сейчас весна, поди сбегай и позови пожалуйста Веру. Может она и меня полюбит? -Александр пошел ва-банк, а что ему еще оставалось?
  -Да ты что служивый, срамота же не пойдет она до тебя голышом! -категорично заявила Настя, собственная нагота, похоже ничуть ее не смущала.
  Александр так и не смог сразу определиться, это взрослая по местным меркам девица или нет, ведь здесь браки заключают рано. Грудь у нее немного уже обозначилась и кончики сосков вызывающе точат - точно манят "ущипни меня", но мордашка чисто детская, все остальные формы скорее неуклюжего подростка, чем нормальной, сложившейся девушки, да и только. А чего тут думать, можно же просто ее спросить?
  -А у тебя жених есть? -закинул он для начала пробный шар.
  -Неа, Митрошка заглядывался, давай грит с матушкой сговорюсь на тя. Прогнала его, мене такой сопливой не нужон. Поди женилка у ево не выросла ищо.
  -А со мной пойдешь погулять, если вдруг позову?
  -Матка не велит, меня на гулянье к парням не пущают, мала де ищо.
  Вот и определились с возрастом и положением, значит первое впечатление его не обмануло, все-таки это еще ребенок. Все логично, иначе бы Настя была вместе со взрослыми девицами там в воде, а так похоже совсем не смущается присутствием Сашки. Походы по кустам и последующее возможное, кто знает, может в этот раз повезет, соблазнение девицы отменяется, вот через два-три годика бы эту рыженькую помять... мечты, мечты. Им конечно же не суждено сбыться.
  -И часто к вам в село дезертиры заглядывают? -спросил Александр чисто из спортивного интереса, от идеи сбежать со службы он уже давно отказался по вполне понятным причинам. Из сбивчивого рассказа девочки следовало, что в прошлом году маленькое сельцо навестила целая банда, ограбив и без того небогатых крестьян.
  -Шут их знат, мож дезертирты, али казаки, али беглы каки, а мож разбойники. У нас всех курей повытаскали, у дяди Макара теля забрали, у Гореловых порося свели со двора. Я с Веркой в бурьяне хоронилась за хлевушком, маменьку тати пытали, испрашивали иде мол девки и ножиком пужали - она имя сказывала: "Нету дочек, мне бог тока парней послал"...
  -Власти чего, не нашли, не изловили ваших разбойников? -удивился Сашка, как пороть за "неповиновение", так это быстро, а вот когда надо крестьян защитить выходят не торопятся.
  -Не... убоялись наши доносительствовать на энтих. Исправник ен наедет до нас, сам хуже грабителя, тока дай и исчо дай. А вас солдатов куды гонят, с кем воевать нынче будут?
  В Восточную Пруссию идем под город Кенигсберг. С Наполеоном Бонапартом вроде снова собираются в этом году сражаться. -выдал Сашка, страшную военную тайну.
  -Ой мамоньки, тож Антихрист! Страхи то какие! Нам батюшка в церкви сказывал. У ево поди рога и огнем из уст пышет? Тама на стенке у клиросу нарисован такий чорт... не боязно? -Настя вздрогнула и непроизвольно прижалась головой к плечу Александра.
  -Ничего, если рога есть - отшибем! -бодро заверил он, правда особой уверенности не было. Что поделать, хоть убей, не удается ему вспомнить ни одной значительной победы над Наполеоном ранее 1812 года. Тут как бы наоборот самим от гениального корсиканца по рогам не получить. Пожалуй, стоит перевести разговор на другую тему, не хочется даже думать, о том, что ему предстоит в недалеком будущем воевать.
  -А что парней и мужиков ваших не видно совсем, одни дети малые с бабами? Или где на работе сейчас они заняты?
  -Оне версты на две повыше будут у Чорного омута, так у нас испокон заведено.
  Оказывается, что все теплое время года тут купаются, бань у них нет, поэтому приходиться для гигиенических нужд пользоваться рекой. Зимой обычно моются в печах, а что поделать свой лес давно извели, а казенный рубить на дрова не дозволяют. Александр и раньше слышал от прабабки о такой русской народной эрзац-бане, но технология ему была совершенно неизвестна. В самом деле в русской печи взрослому человеку не развернуться. Настя охотно пояснила, что оказывается моются все же прямо в избе, а печь служит своего рода сауной - туда залезают только прогреться и основательно пропотеть, благо мебели у крестьян немного, а обоев на стенах и сроду не бывало.
  -И сюда на речку парни не приходят никогда? Может и мне уйти, ваши бабы поди недовольны?
  -Ниче, у других деревнях скопом моются по жаре и бабы и мужики. А сюды тока барин наш ране ходил, у его труба позорная есть, выглядыват девок. Ен флотский амирал в отставке, на фрегате хаживал в море-окияне аж до конца свету. Пущай смотрит, здоровье чай свое, не на базаре куплено! -не замедлила выдать длинную тираду Настенка. Оказывается местная крестьянская мораль весьма гибкая, когда надо. Перед любовником, а часто и перед законным мужем женщина из народа раздеваться догола не хочет, а тут пожалуйста, сверкают обнаженными телами на солнце... или это жара так разлагающе действует на людей?
  -Не обижает вас барин?
  -Старенький ен у нас, помрет поди скоро, а молодой барин, сынок евонный, в Питерхсбурге живет. Мы ево на деревне сроду не видывали. Вот соседский помещик бают, совсем зверь-зверем, девушек дворовых сильничает. Одна в пруду утопилась, друга в петлю полезла, третью ен брюхатую палками бил и через то родами померла. Господа важны с городу, его изверга судить ездили в позапрошлом годе.
  -И чего посадили в острог, или может, хоть в Сибирь сослали?
  -Ты че солдат дурной? Это ить барин, господин! Ниче ему за то не было.
  Далее любопытная девчушка принялась дотошно допытываться: откуда Александр родом, где раньше обитал и что делал, до того как его в рекруты забрали. Пришлось выдать ей уже отработанную легенду: полу-правду, полу-ложь - примерно то же самое, что и сослуживцам ранее рассказывал. Ничего сверхъестественного и необычного: жил в небольшом городе и работал на оружейном заводе. Поехал он раз к родственникам в провинцию, и по дороге попал в облаву, после чего был сдан местной властью в рекруты как беспаспортный бродяга. Документов дескать тогда с собой не было и ничего в остроге доказать властям не смог, а из полка солдату уже обратного хода нет, забрали - служи четверть века.
  -С заводу то чай сбег, за то и загребли поди под красну шапку? -неожиданный вопрос девочки озадачил Сашку.
  -Да нет, мне там хорошо жилось, работал себе...
  -Врешь поди? У нас энто на завод ровно на каторгу шлют. Тама год-три и помират народ, боле не живут.
  Пока Александр болтал с Настей, вслед за своей "атаманшей" к нему подошли и остальные крестьянские детишки. Сперва робко, побаивались видать, а затем осмелели и накинулись Обступили толпой шаловливые ручонки и так и тянуться везде шупают то и это.
  -Дядь а у тя сабля настояща? А покажь? -сопливый белобрысый карапуз пытается вытащить из тугих ножен кортик.
  -Ружжо покажьте, а энто чо? Тута порох, али как, а пули иде? -маленькие детские пальчики то лезут в патронную сумку, то дергают за пуговицы импровизированного мундира-рубашки. Добрались уже и до винтовки, хорошо хоть оружие покоиться в чехле и до вещевого мешка, сброшенного с плеч на мостки. Приятно конечно быть объектом всеобщего внимания, но в данных обстоятельствах немного напрягает.
  -А ну кыш, чего набежали! -встрепенулась рыженькая, и грозно прикрикнула, видимо не желая делить Сашку с остальными. Подчинились любопытные, отошли поодаль, но не иначе разобиделись на свою рыжую предводительницу смертельно...
  -Настька! Лягуха рыжа! Почто нас гонишь? Мы тож послухать хотим че солдат бает! -белокурая девочка лет девяти накинулась на Настю.
  -Мы вота кажем твому батюшке, почто с солдатом женихашься, он те березовой каши задаст! -верещат остальные в лад.
  Да, да, кажем! Он те задаст! -подтверждает зачинщица.
  Не тут то было... рыженькая схватила ивовый прут, из связки нарззанной ранее Сашкой, и понеслась восстанавливать свой "статус кво". Справилась она быстро, педагогический инструмент прошелся разок-другой по тощим загорелым попкам и спинам, все виновные и не очень получили по заслугам. Пострадавшим остается теперь только всхлипывать и утирать грязными кулачками слезы на мордашках.
  -Не жалко тебе их совсем? За волосы дергаешь, розгой по заднице лупишь, больно ведь наверное? Вон та девочка до сих ревет, за что так наказываешь? -Александру захотелось немного пристыдить Настенку, все же местные нравы ему не по душе.
  -Оне сами виноватые, не слухаются! Ябеды... Да ить я их легонько для науки, нешто не понимаю, не до кровушки. Рази эдак порют? Нас с Веркой в прошлу седьмицу потаповский барин отлупил, я два дни лежала пластом! Ужо и за знахаркой батя посылал. -рыженькая сама вдруг заплакала навзрыд, слезы так и покатились из глаз, -А почто нас, че мы ему тако сделали?
  Так значит еще один "добрый барин", cколько же их тут? Судя по рассказу девочки этот субъект даже женскую прислугу не держит у себя в поместье, предпочитая мальчишек. И очередная "милая забава" или "милое барское чудачество, как угодно господам историкам: обожает сечь розгами всех попадающихся на глаза особ женского пола. Так по слухам, барин однажды посек даже соседскую помещицу случайно заехавшую в его деревеньку.
  Странное дело, Александру сперва казалось, что всевозможные извращения это продукт цивилизации 20-21-го века, но выходит, что и раньше в семье без урода не обходилось. Первые сомнения посеял штабс-капитан Денисов, по его словам в Питере немало народу сделало карьеру, что называется "через задницу", особенно много таких деятелей собралось в окружении царя. Времена идут, а ничего не меняется, только и остается с тоской констатировать Сашке, что император, что президент, что феодализм, что российская демократия - один черт...
  -Мы в казенный лес по бересту ходили, на растопку надобно, да дедушка короба из ей плетет. Обратно пошли чрез Потаповку, сказывали барин в губернию уехал. Тама евонный управляющий нас и пымал и к барину на двор приволок. -продолжила Настенка, -Ен чисто зверь сразу зеват: "Пороть воровок надобно!"
  -Так вроде чужих крепостных наказывать нельзя? Это незаконно?
  -А ему что? Верка тода тож сказывала: "Ваш милость, лес ведь не ваш, а казенный будет, пожалейте нас сиротинушек!". Ен ее по лицу мазнул: "Буде де барину дерзить!" Кинули евонные слуги нас наземь, заголили и давай розгами сечь. Меня эдак зашибли, и дохнуть не могу, а ен ярится орет: "Молчит сучка? Давай робяты наяривай, не жалей прутьев!" -Настя от всхлипываний перешла к рыданиям, -Почто так лупили, аж сомлела, ниче не упомню, как сестрица меня до дому уволокла. Я у батюшки мово любимая, ен меня только ладошкой по заду шлепал, ни разочка не сек.
  Александру только и остается, что молча выслушивать жалобы девчушки. Слышал он подобные истории уж наверное тысячу раз: от Софьи и Палаши, от сослуживцев и случайных знакомых. Официально конечно у нас тут мир и любовь, но по факту выходит совсем иначе. Поневоле вспомнишь тут бессмертного Гашека: "Все знатные баре - педерасты!". И в самом деле справедливо, кто в прямом, кто в переносном смысле, но практически все, прав чех оказался. И ничего наш "человек с ружьем" для Насти и для других обиженных сделать не сможет, по крайней мере сейчас.
  -Знаки остались, я теперя быдто каторжная! -Настенка повернулась боком, продемонстрировала Сашке многочисленные следы от "барской науки" на спине и ягодицах, действительно шрамы остались, на ощупь заметно, но на глаз к счастью нет. Красноватый легкий загар все скрыл, точно покрывалом.
  -Да ладно не плачь, по свадьбы заживет! -Александр в шутку легонько шлепнул свою собеседницу по тощей заднице и та послушно уселась рядышком, доверчиво прижавшись к плечу солдата, словно он мог ее защитить... -Уже почти ничего не видно.
  -Хто меня замуж теперя возмет, опосля такого позору? Девки и эдак дразнят: "Рыжа - бесстыжа!".
  -Не убивайся Настя, волосы у тебя хорошие! -Александр задумчиво потеребил в руке распушенную золотисто-рыжую косу девочки, что же ей сказать такого, чем утешить, -Глянь все девчонки, кроме Веры твоей, беленькие, а ты получаешься рыженькая. Мужской глаз сразу и цепляет, словно лисичка среди собак. Пройдет время и будешь вместо сестры первой красавицей на деревне, все парни будут за тобой бегать.
  -Правда? Лисонька... -недоверчиво уставилась на Сашку девочка, смотрит прямо в глаза, точно пытается угадать свою дальнейшую судьбу.
  Конечно милая, жаль я этого не увижу. Мы уходим завтра с рассветом...
  -Настенка, тя вон Верка кличет! -тут в их разговор бесцеремонно вклинился курносый мальчишка лет восьми, судя по лицу ее младший брат. Но очень может быть, что тут все село родственники, и в наше время такое иногда случается.
  В самом деле, сестра рыженькой уже давно машет руками пытаясь привлечь внимание. Другие купальщицы в свою очередь уставились на Александра, явно что-то от него ждут, вот только чего? А как он дурак мог забыть, ведь болтают они с Настей уже добрый час, девчонки в воде скорее всего успели продрогнуть и хотят выбраться на берег, чтоб обсохнуть в лучах заходящего солнца и одеться. Стесняются девушки, все верно значит пора уходить.
  Тут словно детство в 'пятую точку' ему ударило, в каждом мужике в глубинах души скрыт мальчишка и иногда эта сущность прорывается самым неожиданным образом. Правая рука, как будто сама взметнулась вверх, два пальца сложились, точно для того что бы перекрестится... Вжик... импровизированная плеть обожгла детские ягодицы Настенки, благо девочка как раз повернулась к Александру спиной, пытаясь понять, чего от нее требует старшая сестра.
  Ай, ой, мамочка!!! -оглашает округу громкий визг, а солдат подхватив вещевой мешок и винтовку в чехле улепетывает в лес, только кусты по сторонам трещат, словно нашкодивший мальчишка. Убежал он недалеко, обиженная легконогая девчонка догнала его через каких-нибудь тридцать шагов, и маленький кулачок больно врезался в бок по ребра, как раз между ремней патронной сумки.
  -Драться задумала? Вот тебе, получай! -Александр мгновенно разворачивается и секунду спустя рыженькая забияка бессильно бьется в его сильных объятиях. Губы впиваются в губы, он срывает у девчонки поцелуй, так это кажется будет в литературе высоким стилем... и заодно давит на ее устах зародившийся крик. Настя притихла, сбитая с толку происходящим, не сопротивляется, только пристально смотрит в серые глаза солдата. Осторожно, стараясь не напугать и не обидеть, он опустил девочку на землю, из-за разницы в росте ему пришлось приподнять немного эту рыжую малявку для поцелуя, и тихонько отступая, пятясь задом, удалился прочь в лес. Заходящее солнце отражается в расширенных от удивления зрачках Настенки, такой Александр ее и запомнит, более они не встретятся никогда... судьба.
  Едва скрылся за деревьями просвет речного пляжа, как он наткнулся на старого знакомого - Зайца, денщика штабс-капитана. Унылое и сонное лицо бывшего лакея абсолютно ничего не отражало, ни единой мысли. Выполняя приказ, Заяц собрал большую охапку валежника и теперь возвращался обратно лагерю полка, грязный и помятый мундир мешком сидел на его тощей фигуре. Взять в руки топор и нарубить дров прямо на месте явно ему не судьба, а может и просто не умеет - всю жизнь до рекрутчины прожил в городе 'при господах'.
  -Слышь грят обеда нынче не будет, артельщики отстали и догонют тока утром! -оповестил сослуживца денщик. На предмет еды он слыл большим специалистом и даже экспертом, всегда мог точно сказать, что сегодня вариться в котле и что следует ожидать завтра.
  -Хм, не иначе через сломанный мост обоз не смог перебраться, поехали в объезд, большой крюк. Не в первый раз, придется сухарями довольствоваться, -утешил сослуживца Александр, но скорее всего Заяц и сам об этом давно знал. Тут даже хохма такая есть у ямщиков: "Куда дурень тебя занесло, али не видишь что ли мост казенный! давай езжай через брод.". Вдруг тупая и сонная денщиковая физиономия оживилась, точно собака он понюхал ноздрями воздух и уставился как раз в том направление, откуда явился Сашка.
  -А че там за шум, никак бабы орут?
  -Купаются они там... -Александр тут же и пожалел о сказанном, но слово не воробей - вылетит и назад уже не воротишь.
  -Я брат тода пойду, гляну... Истосковался по бабью, одним рази глазком! -бросив дрова Заяц неловко, но быстро засеменил в сторону источника шума. Александр прикинул, может стоит догнать его и вернуть назад к биваку? Зачем, девушек и женщин там на пляже более десятка, все на подбор молодые, здоровые и сильные. Денщика, слывшего в полку первым слабаком даже его новая рыженькая знакомая побьет в одиночку, если конечно нужно будет. Не стоит беспокоится, и он нагнулся, подобрал связку валежника и неторопливо двинулся обратно к месту стоянки.
  .........................................................
  -Спасибо, удружил, а то моего черта только за смертью посылать! Не видал его часом? -штабс-капитан Денисов ожидая прихода Зайца с дровами уже успел развести маленький костерок из сухой травы и вот теперь угасающее пламя алчно ждало подходящего топлива.
  -Я только... -не успел ответить Сашка, из кустов выскочил, не скорее даже вывалился злополучный денщик. Судя по всему, этот бравый воин успел побывать в небольшом сражении: глаз заплыл синяком от сильного удара, лицо исцарапано, рукав форменного мундира оторван и болтается на двух нитках - не иначе вышел из боя?
  -Сашка, это ты его что ли разукрасил? Почто? С меня же полковник за него взыщет! -не на шутку встревожился штабс-капитан, бессмысленное рукоприкладство, или по народному 'морду' у них не поощряли, в отличие от других частей российской императорской армии. Такой вот маленький 'бзик' был у полкового командира 13-го егерского, по слухам его в одном из походов спас от верной гибели рядовой солдат, с тех пор полковник сам зарекся бить подчиненных и другим не дает руки распускать "без дела" - все строго по уставу.
  -Да нет, такое дело... -Александр улыбнулся, уж очень смешной вид был у этого 'любителя клубнички' и не торопясь рассказал об последнем происшествии. Денщик плача и рыдая подтвердил, что дело именно так и было, он вышел из леса к реке и сразу наткнулся на одевающихся после купания девушек. На его появление деревенские прелестницы отреагировали весьма бурно, сразу в ход пошли кулаки. Все сходится: замерзли девицы в воде, вот и согрелись, размяли мускулы, пиная подвернувшегося под руку Зайца. Судя по его рассказу, больше всех усердствовала одна рыжая мелкая девчонка, чуть ухо не оторвала несчастному.
  -Эх деревня... идиллия там поди по вечерам наступает. -вслух предался приятным воспоминаниям штабс-капитан, -Как сейчас помню, кадетом еще молоденьким бывал в именьице у моей маменьки на Каме...
  -Неужто в самом деле деревенские девицы вот так вот и плещутся во всем естестве прямо на глазах у народа? -подключился к разговору сидевший немного в стороне от костра поручик Яковлев, -В Москве я такого не видывал, девки и бабы купаются в Москве-реке летом в нижних рубашках.
  -Леонид, так это столичный город! В деревне летом по жаре нравы как во времена царя Гороха простые... Да кто крестьянки, помещицы нередко плещутся вместе со своими дворовыми девками, и тут же смотришь мужики воду набирают и лошадей поят рядом. -Денисов принялся рассказывать очередную историю из времен своей молодости, похоже у него неимоверное количество таких баек, сколько уже привалов в пути было, столько и рассказов.
  -У матушки моей имение небольшое, всех крестьян она давно отпустила на оброк. В поместье живут с ней только две семью, для присмотра за домом, птицей и скотиной. Земля там плохонькая - одна глина и песок, урожай сам-пять в иной год почитается даром божьим. Вот наши и мужики перебрались к реке в большое торговое село, пристроившись кто ремесленником, кто грузчиком на пристань, а иной бурлачит и таскает лошадьми суда супротив течения. Даже избы свои разобрали по бревнышку и туда перевезли.
  Штабс-капитан глубоко затянулся крепким табаком из старинной дедовское еще длинной трубки, и огляделся по сторонам. Ранее вымерший бивак начал понемногу оживать, нижние чины потихоньку приходили в себя после сегодняшней бешенной гонки наперегонки со временем. Подходили на стоянку и остальные роты, далеко отставшие от первой на марше. Откуда-то издали, с пыльной дали дороги гремел начальственный 'командно-матерный' бас батальонного командира, привычно 'накручивающего хвосты' припозднившимся. Обычная суета походно-лагерного быта, уже давно привыкли и даже кажется, что по-другому и не жили никогда раньше. До заката осталось еще полтора-два часа, а там вместо безжалостного солнца людям начнет докучать мошкара - очередное проклятие жаркого лета. За день солдаты так выматываются, что не обращают на летающих кровопийцев внимания, укроются с головой пропахшими потом мундирами и 'ловят кайф', коротая недолгие часы ночного отдыха.
  -Молодо-зелено... приударял я в те времена за дочерью местного священника, батюшка знаком был с нами домами, и часто попадья с дочками наведывалась в гости на чай, али или я к ним заезжал. Тот день жарило нестерпимо, ну как сегодня точь в точь. Я решился на рыбалку съездить, удочка мне больше по душе судари мои, нежели охотничье ружье. Пришлось идти в село за лодкой, Кама - это не мелкая речушка как вот этот ручей! -Денисов с презрительной улыбкой махнул рукой в сторону кустов, за которыми угадывалась речка, -Другой раз разбушуется, ровно море-океан, берегов не видно за туманом. Добрался до пристани, и боже мой! Предмет моих воздыханий там... купается вместе с сестрами и попадьей и добрая половина девиц и женщин того села с ними рядом. В природном, так сказать, естестве... пришлось шляпой мне мои грешные чресла прикрывать, ибо сами знаете, что там воспряло внезапно. Пока в рыбачий челнок не уселся, и не отчалил прочь, пришлось страдать, такая вот потешная оказия вышла. Сколько лет прошло, а до сих пор помню, точно позавчера сие со мной было.
  ....................................................................................
  Ох если бы ночи в конце мая были чуть по длиннее, ну хоть на час! Ну почему такая несправедливость, только свалился на зеленый матрас травы и уже снова светло, а значит надо вставать и продолжать этот долгий путь, которому все никак не видно конца. Все повторяется, как вчера, позавчера и неделю назад. Неумелый горнист мучает рожок, пытаясь сыграть 'Зарю', этот парень явно консерваторию по классу духовых инструментов не оканчивал. Бивак пробуждается, первыми встают унтер-офицеры, их задача поднять и привести в порядок остальных нижних чинов. Дежурная ругань и в ответ дежурные проклятия и просьбы оставить хоть ненадолго в покое. Александр уже затвердил эту скороговорку: 'Давай вставай! Кому сказал... Живее мать вашу! Ротного ждете?' Что дальше - умыться холодной водой из реки, чай 'белая роза' из закопченного на костре чайника и кусочек сухаря вприкуску. Он провел по подбородку ладонью, щетина отросла, но бог с нею с бородой, до дневки назначенной на завтра с бритьем можно подождать.
  Вчерашнее происшествие так и вертелось в голове, а тут еще и Денисов со своими россказнями масла в огонь подлил. Не в первый раз уже гложет тоска, куда и зачем мы идеи, что ждет впереди. Цветет ведь кругом - красота, остаться бы с этими бабами, остаться с той Настенкой... Но нет бесплодные мечты, солдат на них права не имеет. И еще одна неприятная мыслишка, точно червяк-короед стала в последнее время точить мозг: 'Что дальше?'. Дойдут они до этой Восточной Пруссии, в этом Александр уже не сомневался, побывают в боях и походах, и какая судьба далее уготована ему? Можно ли что-то сделать, что-то существенно изменить в этом мире? Рыжая девчонка так и не отпускала его, вот опять перед глазами. Как он там сказала: у них барин 'старенький', не до девок ему уже отгулял свое, песок отовсюду сыплется? А что будет когда молодой наследник из Питера приедет? Чего только солдаты из крестьян не рассказываю про местные 'барские забавы', слушать порой тошно, Стивен Кинг с его триллерами нервно курит в сторонке. Еще бы, ведь у Кинга явный вымысел, рассчитанный на щекотание нервов американского обывателя, а тут кондовая российская реальность пахнущая порой настоящей кровью и всегда горькими слезами. Наведывается, например молодой барчук с собутыльниками в отцовскую деревеньку и оттягивается по полной программе: насилуя всех мало-мальски привлекательных женщин, девушек, девочек... всех подряд, кто под руку попадется. И так продолжается из года в год, крестьяне уже привыкли и покорно сносят издевательства, лишь бы только их близких хозяева спьяну не покалечили, проявили бы божескую 'милость'. Одним словом 'имеют' эти господа простой российский народ во все возможные отверстия и пока управы на них нет никакой... Недаром мужики полагают, что рябая от оспы девка не в пример счастливее живет, на нее барин или его приближенные холуи не позарятся даже спьяну, предпочтут поискать сперва красивую. К счастью не додумались российские крестьяне пока, как некоторые африканские племена до практики намеренного уродования своих женщин.
  .........................................................
  Построились в походную колонну поротно и пошли. Ноги механически работают шаг, еще шаг -только пыль столбом стоит над движущейся колонной. Словно заведенный механизм "раз-два" унтер-офицер, отмеряет очередные российские версты, а мысли так и бьются беспокойными птицами в голове. Неужели ничего, совсем ничего нельзя сделать, чтобы изменить текущий порядок вещей? Чего ты боишься, чего трусишь, Сашка, ведь все равно идешь на войну где тебя и так могут убить. Воевать, к слову похоже будем 'не пойми за что', фактически за глупый каприз царя, обидевшегося на удачливого французского конкурента-императора. Позавчера вечером Денисов примерно так и сказал, кому-то из офицеров, когда обсуждали причины новой войны... Но война, это одно, а вот революция совсем другое и хороший солдат не обязательно хороший бунтовщик-мятежник, духа и силы воли не хватит пожалуй. Нашелся бы какой-нибудь хоть захудалый Пугачев, вот тогда Александр пошел бы с радостью под знамена этого 'крестьянского царя', жаль он опоздал, казнили уже давно того 'государя Петра Федоровича' и нового пока не предвидеться. Кто там у нас еще дергался против крепостного рабства, дай бог памяти? Остаются только те ребята, что вышли в декабре 1825 на Сенатскую площадь... Мозг лихорадочно прокручивает, просеивает информацию, словно пытаясь выявить зацепку. Раевский, Трубецкой, Кюхельбекер и далее и далее... сколько же их там было? Паршивый из Александра получается историк, фамилии память удержала, а вот имена-отчества или хотя бы возраст этих деятелей покрыты мраком неизвестности. Тех же Раевских, скорее всего несколько было и родственники и однофамильцы есть, вот еще бы узнать, какой именно ему нужен? Еще беда, простой унтер-офицер для питерских гвардейцев никто и звать его никак. Хоть об стену убейся, но не поверят и в свои ряды не примут, равно и поучений слушать не будут. Остается только один путь, надо попытаться через штабс-капитана, его как раз за 'политику' вышибли из гвардии, из Свиты императора, понизили в чине и фактически отправили в ссылку. Но Денисов осторожен сверх меры, про девок столичных знакомых охотно рассказывает, а вот про друзей-соратников по тайным обществам молчит, словно воды в рот набрал. Ни одной фамилии не назвал за столько лет совместной службы, даже намеком не указал и не обмолвился ни разу - и тут полный облом. Тяжело, нет выхода... нет выхода, остается только смириться, тяни лямку солдат, может дотянешь в итоге до обер-офицера, лет эдак через ...цать и закончишь свои дни муштруя таких же бедолаг на плацу: 'Ать-два. К ноге - на плечо!'. Невольно на стену тут полезешь от такого расклада.
  ...Словно что-то звонко щелкнуло в мозгах, словно после удара молнии неожиданно прояснилось затянутое черными тучами небо. Александр не видит в эту минуту ни разбитой дороги, ни огненного диска палящего солнца в небесах, ни стоящей серым облаком пыли над ползущей на запад колонной пехоты. Перекрестье оптического прицела медленно двигается по заснеженной площади, выискивая ЕГО, только ЕГО одного. Фуражки, кивера и каски так и лезут в глаза, мельтешат и мешают, но это рядовые... Они, а равно и генералы сегодня не интересуют Александра, ему нужен только один человек, одна мишень и более никто. Знакомая еще по старому советскому учебнику истории усатая физиономия с глазами навыкате, наконец появляется в прицеле словно вырастает из питерской морозной дымки, сомнения быть не может - ОН! Только там на портрете был старше и в дурацкой блестящей кавалергардской каске с орлом, "курицей" на жаргоне нижних чинов.
  Год 1825, декабрь, Россия, Санкт-Петербург, Сенатская площадь... холодный северный ветер обжигает лицо, на крыше недостроенного Казанского собора крайне неуюто, но лучшей позиции для стрелка нельзя и желать. Его величество Николай Павлович очень захотел стать императором, но оказывается забыл уведомить о своем решении маленького унтер-офицера Сашку? Нехорошо получается, господин потенциальный император! Реформы мы оказывается проводить не желаем, освобождать крестьян упаси господь, это по-твоему не патриотично и не державно? Для чего ты красивый такой нам нужен - неужели только для медалей и портретов? Что ты оставил стране в наследство после себя, снабдил ее на сто лет вперед дураками и разбитыми в хлам дорогами? Спасибо, мы твои поданные, сыты по горло и тем и тем... не всякая голова и ноги выдержат такое двойное счастье. Не может маленький человек, ничтожный такой нижний чин бороться с колоссальной машиной подавления могущественной империи, она его раздавит как клопа и не заметит, или... 'Я стреляю, и нет справедливости, справедливее пули моей!' -так и только так. Посмотрим еще, чья возьмет: на весах истории одна моя винтовка против твоего мифического миллиона штыков?
  Но это в ближайшем будущем, а пока надо дойти до Восточной Пруссии, победить или проиграть, но главное - выжить. Немец-садист Сашку не забил, его не затронули болезни, временами косящие народ направо-налево, остается надеяться, что пули-штыки французов его тоже минуют. Ничего рыженькая, ничего Настенка, твой знакомый 'человек с ружьем' еще не сказал своего веского слова. Оказывается, вопреки обстоятельствам, шанс изменить историю у него все же есть, надо только его умело и с толком использовать его, дождаться своего часа. И бункер из далекого будущего, находящийся на горе возле Сосновки ему в этом должен помочь. Этим чертям, что засунули его в прошлое, оказывается был нужен совсем не техник по обслуживанию РЭА. Ну как он мог забыть, про этого ненормального соседа-историка Степаныча с его иностранным легионом и прочими прозрачными намеками, он помниться еще и фотографии дембельские Сашкины рассматривал внимательно и все расспрашивал про войну. Особенно историка интересовал вопрос, легко ли убивать людей, и как себя после этого чувствуешь... нет определенно его тогда прощупывали на "профпригодность". Должно же быть объяснение всему этому бардаку, у него ведь есть еще и вторая профессия, из разряда тех, что указывают в военном билете на отдельной странице, ВУС - снайпер. По логике вещей новые "хозяева" и оптический прицел для него должны были приготовить. Один точный выстрел и все, когда придет нужное время, он сумеет его сделать, даже если придется расплатиться в итоге собственной жизнью, а пока прости родная... На мгновение мелькнула мысль, что возможно прежние владельцы бункера как раз сейчас и пытаются 'поправить историю' в нужном ключе, активно вмешиваются в происходяшие процессы. Ересь, химера, мираж - столько лет прошло и пока никаких заметных изменений не видно, да и не бросили бы они одного из своих на произвол судьбы, просто по соображениям собственной безопасности. Скорее всего что-то у них разладилось, что-то пошло не так, не по плану и в начало 19-го века угодил только Александр, возможно и еще кто-то, один -два человека - разница небольшая... Степаныч мог отправиться вслед за ним немного позднее, когда из острога их на этап вели, один мужик в толпе зевак уж очень на него был похож. Не в этом суть, основной замысел у них провалился, по крайней мере информации опровергающей это предположение нет.
  Вот так всегда и получается, придумал наш Александр себе прекрасное оправдание, чтобы ничего не делать в ближайшие годы, такова уж человеческая природа. Но с другой стороны у наконец появилась в жизни цель, ранее он существовал исключительно по примитивному принципу: 'Дают-бери, бьют беги!' и все.
  -Почто лыбишся, девку вчерашню поди вспомнил? -толкнул его в бок идуший рядом Григорий, -Баская девка али нет?
  -Вспомнил Гриша, вспомнил и девушку и заодно человека одного нехорошего. Должок у меня к нему есть.
  -Отдать надоть! Отсюдова как? Вот кода ежели вертаемся назад в Рассею? Я брат тоже одному эдакому Тюлькину в Питере должон в морду занепременно дать.
  -Мы обязательно вернемся!
  .........................................................
  В тот утренний час, когда Александр, обжигаемый первыми лучами солнца, отмеривал ногами очередные километры бесконечной дороги на пути к Смоленску, произошло еще одно незначительное на первый взгляд событие, о котором пожалуй тоже стоит упомянуть. В богатом особняке стиля ампир, в окрестностях столичного Санкт-Петербурга проснулся в холодном поту другой человек. Бесконечно далекий и чуждый Сашке, он тем не менее был связан словно невидимой цепью с унтер-офицером 13-го егерского полка. Они оба рядом жили в другом мире, и сюда в 1800-годы попали почти одновременно, с промежутком чуть более получаса.
  Господин барон одернул одеяло, и подвинув подушки к изголовью, с трудом принял полу-сидячее положение. Тяжело бывает в России по утрам, особенно после тяжкого похмелья, прав Тальков свинья, вечера здесь восхитительны, а вот рассвет лучше бы и не наступал совсем. Все тело до последней жилки невыносимо болело и ныло, а голова буквально раскалывалась на части после вчерашней дикой оргии, сопровождавшейся весьма неумеренными возлияниями крепкий напитков, да под конец он еще и опиума покурил немного на сон грядущий. Но не это его беспокоило, холодная ванна, крепкий турецкий кофе и умелые руки восточной рабыни-массажистки быстро приведут его в норму. Он бывало и не так порой зажигал, но в новом мире судьба или точнее машина времени вызвав в его теле процесс регенерации попутно наградила железным, скорее даже скотским здоровьем. Все было барону нипочем, водку и коньяк он глушил даже не стаканами, а бутылками, объедался изысканными деликатесами до блевотины на званных обедах и ужинах, вызывая закономерное восхищение приятелей-гуляк, а уж бабы, бабы... ого-го-го... только держись! И все сходило с рук без существенных негативных последствий для организма. Так продолжалось до поры до времени, но лишь сегодня он внезапно почувствовал угрозу своему казалось бы безбедному существованию. Ощущение было не из приятных, словно кто-то невидимый издалека рассматривал его, Степаныча в микроскоп, точно вредоносного, подлежащего немедленному уничтожению паразита. Да нет скорее даже не микроскоп, там во сне был... Что же это такое за хитрое оборудование такое, дай бог памяти, а вспомнил наконец - оптический прицел!
  Никогда ранее бывший ученый-историк Степаныч, а ныне богатый помещик и дворянин барон Пферд таких поганых снов не видел, у него вообще раньше их никогда не было. Что же это такое совесть что ли просыпается, оптика - вероятно тонкий намек, на то, что он бросил на произвол судьбы человека, которого сам и подставил, намеренно затащив в прошлое, собираясь использовать в качестве телохранителя и помощника. Да тот Сашка, он ведь помниться стрелок-спортсмен, снайпер... специалисты, с которыми ему пришлось пообщаться в один голос твердили, что у парня уникальный дар, талант, дескать - "стрелок от бога". Однако чего он так всполошился, даже если его современник захочет отомстить за все пержитое, то до барона ему не добраться. Скорее всего помер Александр уже давно, нижние чины, что на войне, что в мирное время долго не живут, они для казны дешевый расходный материал, даже мундир из доброго английского сукна ценится дороже чем человеческая жизнь солдата. Недавно вот целый рекрутский набор, почти 80 тысяч человек в распыл пошел, всех успешно забили-уморили...
  Придя к такому заключению Степаныч постарался расслабиться и забыть неприятное видение... постепенно самочувствие пришло в обычную норму и тут барон вспомнил наконец, что в постели он не один. Кто же из многочисленных девок ему сегодня согревал ложе? Долой одеяло, ого девица очень даже ничего, как ее зовут? Катька, Наташка, Феклушка, Палашка... бр-р-р... всех сразу и не упомнишь, у него только постоянного состава "одалисок" в гареме их три десятка душ, а есть еще и временные, прибывшие из училища на стажировку, или те, что предпродажную подготовку проходит в барском доме.
  -Проснись дура! Барин с тобой любовью хочет заняться! -и он отвесил спящей девке добрую пощечину, затем еще одну, чего с ними бабами церемониться?
  -М-м-м-м! -только губы хлопают и более никакой реакции, с таким же успехом можно было бить по щекам неодушевленный труп или резиновый манекен. Может в и самом деле померла сука, убыток однако выйдет тогда, почти в тысячу рублей серебром? Степаныч брезгливо пощупал пульс на сонной артерии девушки, оказывается живая стерва, только пьяна вдрызг определенно, хорошо еще, что в постели не обмочилась, бывает у них и такое. Он в бешенстве рванул позолоченный витой шнур колокольчика для вызова прислуги. Прибежали сразу двое, столкнувшись лбами в узких дверях спальни: молоденькая служанка из дворовых и вольнонаемный бугай-охранник из чухонцев.
  -Эту дрянь волоки на конюшню, пусть кучер ее водой холодной отольет, а затем плеткой обработает, будет знать как с хозяином напиваться! -сперва в сильно раздражении он чуть было не приказал сечь эту девку тяжелым палаческим кнутом, но вовремя одумался, еще молодая ведь и красивая, можно выгодно продать в "заведение". Но наказать все же примерно надо, -После пусть на неделю к вам поступает в караулку для увеселения, пользуйте эту б...ть как хотите, но смотрите не калечьте, потом сразу пойдет на торги!
  На дубовой чухонской физиономии баронского телохранителя одновременно отразились верноподданство пополам с животной похотью. Минута и подхватив безвольное женское тело подмышки, он исчез с ним за дверью, заранее предвкушая грядущую потеху. Будучи сам предельно строгий с крепостными людьми бывший историк и персонал себе набирал соответствующий, пристально следя за тем, чтобы надсмотрщики не смогли сговориться с рабами. Он иногда называл своих наемников в шутку "опричниками", и в этом была определенная доля истины, с той лишь разницей, что в отличие от его палачей, настоящие "опричные" слуги грозного царя были еще и профессиональными воинами. Но к счастью в 1800-х годах воевать в России не надо, крепостные крестьяне забиты по самое 'не могу' и лишь редкие единицы способны к активному сопротивлению барскому насилию. Есть кое-где правда еще и разбойники, пошаливают на временами дорогах, но они никогда не нападут на путника сопровождаемого вооруженными людьми, равно и на охраняемое поместье, себе дороже выйдет. Буйные времена Пугачевых давно минули, нынешние работники ножа и топора - лишь жалкое подобие тех молодцов, что были полвека назад, лепота одно слово, рай для настоящего российского барина-патриота.
  -Эй дура, чего глаза вытаращила? Давно березовой каши не получала? Поди покличь ко мне Катьку, да пусть подмоется с мылом сперва! -от намерения получить наслаждение Степаныч так и не отказался, несмотря на столь необычное пробуждение, -И эту турчанку новенькую, как ее Фатьма вроде звать? Пускай тож приходит, обоих употреблю зараз. Повару заодно закажи закусок - трюфелей и соленых огурчиков, и пускай бутылку выдержанного французского вина пришлет с мальчиком. Чего встала? Марш!!!
  Испуганная служанка не жива не мертва пулей вылетела за дверь, только юбки и мелькнули. Что за народ, ничего нельзя по-человечески попросить, надо обязательно на всех надо орать и погонять, негодовал про себя барон, добрейшей души человек между прочим...
  Почему такой выдающийся деятель все еще барон - это самый нижний дворянский титул, которым награждали обычно "понаехавших" сомнительных немцев, да "примазавшихся" к благородному сословию евреев-ростовщиков? Вопреки ожиданиям, успешные занятия бизнесом, да еще таким специфическим, как поставки "живого товара" в публичные дома и различные махинации в других областях отнюдь не способствовали продвижению барона в питерские аристократические круги.
  Перспективная вроде бы попытка подняться наверх путем нового брака с известной авантюристкой графиней Жеребцовой, родственницей Зубовых, позорно и с треском провалилась. Не польстилась хитрая стерва на богатого курляндского "жеребца", несмотря на подходящую вроде фамилию, темперамент и даже методы 'работы' и не стала оформлять развод с прежним мужем. А ведь могла бы получится прекрасная пара мошенников... Жадная и ловкая баба вытянула у Пферда-Степаныча почти 200 тысяч рублей серебром и сделав ему ручкой на прощанье, укатила в Лондон, к своему прежнему любовнику, дипломату Чарльзу Уитворту, одному из организаторов переворота и убийства императора Павла первого. А сам барон еще легко отделался, так с британского правительства ловкая продувная бестия стрясла денежек на порядок больше. В свое время, как посредник заговорщиков она отправилась в Лондон, где получила от правящего кабинета сумму, соответствовавшую 2-м миллионам рублей серебром - во столько оценили британцы "устранение"императора Павла Первого. Эти деньги должны были быть распределены между организаторами переворота, в особенности между теми, кто непосредственно принимал личное участие в убийстве, своего рода "гонорар". Но Жеребцова предпочла удержать всю сумму за собою, будучи уверена, что никто не отважится открыто требовать 'заслуженного' вознаграждения за совершенное преступление. Ловко Оленька кинула тогда своих подельников из числа гвардейских офицеров, присвоив все себе, но вскоре почти все и промотала: 'Легко пришло - легко и ушло.'. Появившись вторично в Лондоне, графиня скандально прославилась своими откровенными претензиями к жене Уитворта, герцогине Дорсетской, по сути дела Ольга занялась обычным шантажом бывшего любовника. Посол граф Воронцов писал в письме брату: 'Здесь отказываются понять, каким образом дама из хорошего общества, замужняя, имеющая детей, сознается в своей любовной связи и выражает отчаяние по тому случаю, что не может продолжать прежних отношений со своим любовником, так как он женился'. В конце концов герцогиня Дорсетская 'приобрела спокойное пользование своим мужем', заплатив Жеребцовой десять тысяч фунтов стерлингов отступного. "Если бы можно было говорить о русском типе выдающейся женщины восемнадцатого века, я в качестве образца назвал бы Жеребцову"... -скажет в другом веке один из соратников Степаныча по цеху исторической науки, столь же неразборчивый на предмет морального облика 'героев', обычно в народном языке для таких особ зарезервировано некое нецензурное слово из пяти букв. Только и радости осталось обманутому барону, что он может теперь честно сказать: "Имел я этих аристократок в свое удовольствие и в рот и в зад..., те же б...ди, никакой разницы". Так то так, а вот титула и положения в аристократической среде он с того не поимел, хоть и понес весьма существенные финансовые потери, вскоре возмещенные впрочем, за счет очередного "обувания" дураков из военного ведомства. Прошли те времена, когда никому не известные "Луки Мудищевы" благодаря своей "махине" легко поднимались до светлейших князей российской империи. Слишком уж много и без Степаныча при дворе Александра первого потомков различных проходимцев "попавших в случай" при его бабке и позднее, для новых соискателей места нет. Вдвойне обидно, знал ведь заранее барин-историк о похождениях Жеребцовой, и о том, что ей нельзя доверять, но купился на обещания, вышла и старуху поруха.
  .........................................................
  Марш, поход, движение... как много в этих словах потаенного смысла, словно служат они для перемещения из одной реальности в другую. Российские дороги, это особый мир с его маленькими радостями и очень большими проблемами и горестями. Начнем с того, что несмотря на отвратительное состояние они безумно дороги для страны. В центральных губерниях власти без зазрения совести сдирают на содержание транспортной сети с народа порой до десяти рублей в год с ревизской души. Но это еще полбеды, деньги понятное дело полностью никогда по назначению не доходят, попадая значительной частью в "безгрешный доход" господ чиновников. Но иногда все же надо изобразить радение, обычно перед приездом важных особ, тогда эти самые православные души целыми деревнями, а то и уездами выгоняются на дорожные работы. Посевная ли урожай по сезону - кого волнуют 'проблемы индейцев', ведь "бальшой чалавек" приехал? Паршивыми железными, а иногда и деревянными лопатами подневольные труженики роют по бокам кюветы-канавы. Вынутый грунт ровным слоем укладывается на дорогу, утаптывается ногами и готово "русское шоссе" как раз только на один проезд царя, а далее до первого дождя и опять здесь будет труднопроходимое болото. Не везет 13-му егерскому полку, не иначе его императорское величество давно не ездил по этой местности. Как же так, не может быть! Разве не про него Пушкин наш Александр Сергеевич писал, что: "Всю жизнь провел в дороге, а помер в Таганроге."? Мало горя, что кругом сплошные уродующие ноги колдобины, так еще и сама дорожка узенькая, с трудом разъезжаются две крестьянские телеги, с другими экипажами уже проблемы. И никуда в сторону не свернешь и не сойдешь, по обе стороны зеленеют посевами поля, не топтать же их, уничтожая тяжкий труд земледельца.
  Рот-а-а-а! Принять вправ-о-о-о! -тянет нараспев одуревший от жары поручик Яковлев. Молодые офицеры на походе по очереди упражняются в сложной науке вождения воинских колонн, ранее такой, весьма нужной, практики по причине крайней экономии казенных средств у них не было и в этот день очередь вести первую роту, а фактически и весь полк выпала Леониду. Полковой командир сегодня занят важным делом, он "накручивает хвосты обозу", разбираясь с причинами хронического отставания последнего от полка. Навстречу из-за рощицы выкатывается влекомая четверкой крупных, породистых лошадей, запряженных цугом попарно, массивная дорожная карета на высоких колесах и рессорах двойными дугами. Совсем как в старых английских сериалах, что крутили по центральному телевидению в последний год перед тем как Александр провалился в прошлое. Нижние чины по команде поручика кидаются в сторону, подальше от неожиданно возникшей опасности, но к великому удивлению всех кучер не дрогнувшей рукой направляет свой рындван в точности туда же куда и свернула колонна - направо...
  -Стой, мать твою гужеед!!! Почто своих православных давишь??? -десятки рук хватают одновременно лошадей под уздцы и неминуемое столкновение предотвращено, карете повезло меньше. Она съезжает в канаву, слышен противный хруст ломающегося дерева и вот уже нелепый экипаж лежит на боку, подмяв своей облезной громоздкой тушей хилые придорожные кусты. Изнутри доносятся пронзительные женские крики, визг и даже собачий лай - своего рода концерт на несколько голосов сразу. Беда - надо женщин срочно спасать, и без всякой команды, пока растерявшийся поручик в себя еще не пришел, Александр, а за ним следом и Григорий с Федором взбираются на боковую стенку завалившегося экипажа. Остальные нижние чины тоже времени не теряют, слышны хлесткие звуки ударов, это "учат" бестолкового кучера, спрыгнувшего с облучка в момент опрокидывания кареты и заодно уж и казачка-форейтора: "Ты куды смотрел дурень?" Последний как бы ни причем, сидел ведь сзади на запятках, но народ у нас справедливость любит, поэтому наказание щедро разделили сразу на двоих.
  -Штыком дверцу сковырни малость, мож где перекосило? -советуют снизу, но Сашка успел нащупать защелку внутреннего замка, просунув руку в открытое окно. Еще немного, толчок и дверь открыта настежь, внутри не пойми чего, сплошная мешанина ткани, голов, рук и ног, сколько же их тут поместилось?
  -Гриша хватаем вон ту с кудряшками за руки, и поднимаем вместе на счет. Раз-два-три взяли!
  На божий свет из глубоких недр кареты появляется хорошенькая и в меру полненькая девица в дорогом, господском платье, кажется она серьезно в дорожном происшествии не пострадала.
  -Барышня вы часом не ушиблись нигде? -обращается к спасенной девушке Сашка, пытаясь выглядеть более-менее галантно и учтиво.
  Ответ последовал незамедлительно: "Трах" - увесистая пощечина обжигает щеку Александру, девушка ловко поворачивается - "трах", и свою плюху получает Григорий, низкорослый Федор чудом успевает увернуться и спрятаться за спиной своего унтер-офицера. Ни слова не говоря напарники хватают это чудо природы под локти и поспешно опускают вниз, пусть там с этой драчливой девицей разбираются остальные.
  -Позвольте мадемуазель! -не иначе поручик Яковлев подключился к спасательной операции, в полку среди офицеров у него устойчивая слава первого ловеласа и дамского угодника. "Трах-трах-трах-трах", удары сыплются в ответ, барышня разгневалась не на шутку, досталось и поручику за компанию с нижними чинами.
  -Во зла экая, ровно собака, Ляксандр тащщи другу девку давай, эта не гожа, деретси! -доносятся снизу иронические смешки и подначки солдат.
  Вторым номером вытаскивают худенькую девушку одетую хоть и по 'господски' но заметно скромнее. На вопросы Александра о самочувствии она отвечает односложно, вероятно это гувернантка, француженка или немка, русский язык понимает плохо, говорит на нем еще хуже. И ее тоже бережно передают вниз в руки остальных нижних чинов. Между тем ее хозяйка уже пришла наконец в себя, извиняется и просит вытащить еще кухарку Матрену и какого-то неведомого зверя Шарика. С собакой они управились быстро, болонка сама впилась зубами в обшлаг рукава гришиного мундира, как только он в очередной раз полез рукой внутрь, так ее и выволокли наружу. Визжаший бело-серый комок шерсти, словно мячик Гриша перебросил в подставленные руки гувернантки. С Матреной дело обстояло иначе, пришлось немало повозится...
  -Федор, давай ныряй вовнутрь, подашь ее нам сюда, мне не развернуться там, а ты сможешь! -распорядился Александр и сам помог сослуживцу опуститься в недра кареты.
  -Ну почто возишься с бабой, тебя послали тащщить вверх ея, а не тараканить! -торопит посланца потерявший терпение Григорий.
  -Сам сперва попробуй! Оне башкой вниз туточки лежат! -глухо точно из бочки, доноситься изнутри.
  -Не поломалась ли она часом? Голова, руки, ноги, ребра в порядке?
  -Не-а цела вроде, тока тяжелуща зараза, пудов на семь, али восемь тянет. Лександр Васильич, не развернуть мне ея, мочи нет!
  -Тогда ноги наверх подавай! -командует Александр, и вскоре в проеме двери появляются сперва грязные голые пятки, а затем и остальные части могучего женского тела. Его обладательница поминутно стонет: "Ой милые, ой, смертушка, моя, ой помираю! Ой полегче родимые!"
  К великому сожалению нашего Сашки эта мощная бабенка, мало что вверх ногами извлекается, так еще и ее платье системы "сарафан" зацепилось подолом, за что-то там внутри кареты, равно как и нижняя рубашка, а другого нижнего белья в народе в ту далекую пору не носили... Быстро возле опрокинутого экипажа собралась целая толпа солдат, привлеченная невиданным редким зрелищем.
  -Вот энто жопа, нешто таки бывают! Не иначе на барских харчах отъеласи? Гришка, Сашка вертайте ее, надо для порядку сиськи глянуть и передок! -настойчиво требуют соскучившиеся по бабам воины, -Во Матрена попа едрена, едрить ее в кочерыжку скоко добра!
  -Ого-го! С такой спать - и перины не нать! -острит мелкий солдатик, записной "штатный" весельчак из третьей роты, а народу вокруг все прибывает - на дороге возле экипажа уже не протолкнуться, вот уже и второй батальон показался. Все спешат словно на пожар, когда еще такое представление увидишь, люди в серых шинелях стриптизом явно не избалован.
  -Она тя Ефим поди заспит, задавит пузом як кутенка, али утопнешь в эдаких телесах? -подначиваю его остальные, бесплатный цирк да и только.
  -Смирна-а-а! -неожиданно, точно из пушки, раздался могучий бас. В момент смолкли смешки и прибаутки, нижние чины заученно замерли на месте. Театр закончился, на сцене появилось наконец начальство в лице командира первого батальона.
  С точки зрения устава происходящее выглядело жутким нарушением, нет даже глумлением. Поручик, напрочь забывший о своих служебных обязанностях, под ручку с какими-то девками, солдаты беспорядочно толпятся на дороге и смеются, а там вверху точно знамя гордо реет та часть женского тела, которую обычно прикрывают юбками.
  -Яковлев!!! Господин поручик, извольте доложить, что это за б...? Барышни... -едва успел ввернуть нужное словечко капитан разглядев наконец с кем имеет дело. Кто этих девиц разберет, может генеральская дочка попалась, или еще какая знатная особа? Не судите читатель его строго, когда человек всю жизнь начиная с 10 лет живет в казарме, он матом не просто разговаривает, а скорее даже думает и по другому выражать свои мысли не может. Александру довелось встречаться в жизни с одним таким экземпляром, тот правда был уже полковником, но в наше время чинопроизводство идет быстрее чем двести лет назад, обычное явление во все времена и во всех армиях. Так и этот старый служака, сколько уж раз попадал впросак, иной раз и хочется ему комплимент молодой прелестнице сказать, а выходит, как всегда на плацу... Поручик между тем сумел наконец преодолеть узы женских чар и немедленно доложил о происшествии, так мол и так - но нижние чины первой роты не виноваты.
  -Унтер, да прикрой эту ж..., хм иллюминацию, мундир свой сыми и прикрой. Нашли священную хоругвь черти... -смягчился грозный капитан, прикинув, что ничего страшного определенно не произошло. Несчастную Матрену к тому времени выдернули из экипажа точно морковку из грядки, перевернули и привели в 'божеский' вид. Ничего оказывается женщина совершенно без комплексов, разве что на лицо немного рябая, следы перенесенной в детские годы оспы не иначе. Истерик кухарка не закатывала и по морде спасителей не лупила как госпожа.
  Тотчас посыпались дельные распоряжения, первую роту с поручиком погнали дальше, вторая занялась устранением последствий ДТП. Дело нехитрое, когда под рукой такая масса людей: раз-два-три и с помощью 'дубинушки', жердей и такой-то, непонятно чьей, матери карету вернули в исходное положение. А тут и обоз полковой подоспел, подошел как раз вовремя, теперь осталось только кузнецу постараться, надо восстановить шарнир, которым крепиться дышло, работы примерно на полчаса от силы.
  -Дубовая ить, рассейская значиться работа как на духу, сносу нет! Смори-ка ниче ей не сделалоси, немецкая карета поди непременно развалилась! -восхищенно щупают солдатики облупленные бока повозки, вслух сожалея, что такую аппетитную Матрену потискать не довелось, не дал проклятый их благородие Петр Николаевич... Этого Александр уже не видит, его первая рота уже давно скрылась за очередным изгибом дороги. О необычном событии в походной колонне судачили еще полдня, дальше усталость в очередной раз взяла верх. Нижние чины с тоской вспоминали своих прежних подружек и возлюбленных и предавались мечтаниям: 'Вот дойдем эта до земли немецкой, там говорят бабы до солдатиков шибко жадные, сами де кидаютси!'. Александр с большим трудом подавил приступ смеха когда это услышал, солдатская байка, почти дословно повторяла точь-в-точь старый военный анекдот рассказанный после ста грамм фронтовиком-дедом. Как там было? Вроде так: 'До чего у немцев бабы до мужика охочие. Как зайдешь бывалоча в фатеру ихнюю, как саданешь вверх из автомату для порядку... Они и стоят, трясутся - знамо дело мужика ХОТЯТ!'. Дед тогда много чего интересного рассказывал под хмельком, в основном из разряда, что в мемуары по вполне понятным причинам не попадает. Времена идут, а оказывается, что люди совершенно не меняются.
  Смоленск, Смоленск... -это слово точно заклинание все участники похода, солдаты и офицеры, повторяют уже вторую неделю, там им обещан долгожданный длительный отдых. Короткие передышки, так называемые 'дневки' уже давно не восстанавливают потраченных сил, люди продолжают идти 'на износ' на последнем дыхании. Немногочисленные обозные повозки давно забиты под завязку больными, 'обезножившими' нижними чинами и более девать их некуда, а кое-кто этот марш и не пережил, таких впрочем ничтожное меньшинство - по одну идва человека на роту. Командиру полка приходиться постоянно изыскивать возможность для того что бы пристроить хоть куда-нибудь своих пострадавших солдат. С медицинскими учреждениями в российской империи далеко не все в ажуре, строго говоря в провинции их нет совсем. Приходиться уповать теперь лишь на помощь сердобольных местных жителей, обычно служивых выхаживают женщины из числа вдовых купчих и богатых мещанок, один раз с десяток больных нижних чинов пристроили в мужском монастыре. Хваленая система войсковых продовольственных магазинов на проверку оказалась идеальна только на бумаге, но не на практике. В реальности же пожалуйста, всегда в наличии для вас солдатики гнилые сухари с червями пополам и овес вместо крупы... И буквально каждый пуд продовольствия и фуража приходиться выбивать, или выпрашивать у "экономных" интендантов. Тыловые крысы стоят, что называется, 'на смерть' и неохотно сдают позиции, еще бы здесь ведь как - что зажал и не отдал, то и твое, не воровство, а так называемый 'безгрешный доход'. В ход идут старые, веками испытанные способы воздействия: доброе слово, полновесный серебряный рубль с портретом царской особы, ну и как не трудно догадатся, его величество кулак - главное средство убеждения людей в пределах матушки России. Последний аргумент применяется чаще всего, поскольку деньги уже давно на исходе и на дне полкового денежного ящика, подпрыгивающего на дорожных кочках, бренчат лишь жалкие медные гроши, даже пост для охраны отряжать перестали. Красноречием Цицерона старый полковник не владеет, академий генерального штаба он не кончал, учился в свое время, как тогда говорили 'у дьячка на медные деньги'. Вот и приходиться вспоминать теперь уроки блаженной памяти Александра Васильевича, последний немало времени и сил уделял снабжению вверенных ему войск. Более того оказывается Суворов и сам был в свое время снабженцем, что позволило ему в совершенстве изучить все приемы и трюки этого славного гадюшника. И если многочисленные уловки придуманные великим полководцем для обмана или запугивания чиновников обычно срабатывали, то к величайшему сожалению, в борьбе с обнаглевшими гражданскими барыгами-перекупщиками безбожно вздувавшими цены на мясо тень Александра Васильевича совершенно не помогала: 'против лома нет приема'...
  Опять куда ни глянь сплошное очернительство, но что поделаешь, это наша с вами страна, только примерно двести лет назад... 'век золотой' или серебряный. Так утверждают некоторые наши современные историки, жаль мы не узнаем, что скажут о нашем времени двести лет спустя.
  -Соизволите ваше высокоблагородие получить недостающее в Смоленске... Здесь в уезде отпуски более делать не велено, согласно последнему распоряжению его императорского величества! -велеречиво пыхтит толстая чиновничья харя, спрятав хитрые крысиные глазки за толстым кожаным переплетом приходно-расходной тетради. Хорошие у них тетрадки, удобно прикрываться точно щитом, когда потерявшие терпение просители начнут бить по морде.
  -Пошли отсюда б...! Пехота вшивая! -с нижними чинами разговор на казенных складах уже другой, смотрители и сторожа выражений не выбирают, -В Смоленске получите, ходют тут всякие, вон!
  Серая от пыли и от благоухающая едким запахом пота колонна давно живет только одной мыслью, добраться бы туда... Там есть мясо, там баня и бабы, и главное - долгожданный отдых, пусть хоть всего на неделю. День, еще день и еще и вот на горизонте среди лесов и полей точно мираж возникает большой город, блики отражаются от многочисленных его куполов...
  Какой великолепный, просто эпический облом... такого в жизни Александра еще не было ни разу, если не считать провала в прошлое и последующей за этим насильственной вербовки в рекруты, происшедших несколько лет назад. В город 13-й егерский полк не пустили, власти категорически потребовали встать на бивак в десяти верстах восточнее старых городских стен. Буквально за пару суток до них в Смоленске случилось небольшое такое ЧП местного масштаба: проходившие через город драгуны учинили на местном рынке форменный погром. Действовали лихие кавалеристы по всем правилам военного искусства, с отвлекающими маневрами и устрашающими криками 'ура' и соответственно с захватом ценных трофеев, прекрасному полу опять же перепало на орехи, что поделать, 'на войне как на войне' - так кажется французы говорят. Не от большого ума видно, местный градоначальник кинул на борьбу с беспорядками казаков. Получилось как в одном голливудском боевике: 'Потуши мой пожар бензином' и вот теперь трясется высокопоставленный чиновник как осиновый лист опасаясь, что дважды ограбленные обыватели устроят настоящий бунт. Сколько его не убеждали, что егеря в 13-м дисциплинированные и благонадежные, ну разве когда выпьют лишнего, то подерутся, а грабить или девок обижать упаси бог - эффекта никакого. Хорошо хоть место удачное для временной стоянки было выбрано, рядом река и тракт под боком. Местные торговцы не иначе обладают даром предвидения, еще не развернуты палатки в лагере и не вбиты колья растяжек, а уже слышны крики шустрых разносчиков-коробейников и снуют кругом разбитные простоволосые бабенки приветливо подмигивая солдатикам: 'А вот пироги горячие... Сбитень, сбитень, поспешай-налетай служивые...'. Из города приехала целая толпа торгашей за отдельную плату у них можно добыть все, от водки до женской ласки. Одна только проблема, нет их родимых даже мелких и медных, поиздержались наши нижние чтны в долгой и трудной дороге. Выдача жалования обещана здесь, в Смоленске, а значит придется ждать как минимум сутки, сегодня поздно - после обеда ничего получить уже не светит в принципе, господа чиновники в казначействе утруждать во второй половине дня работой себя не привыкли. Приходиться пока нашим бойцам выскребать из карманов последние чудом завалявшиеся копейки, на чарку этого хватит, а продажная любовь до получки отменяется. Только и разговоров кругом, что о бабах все словно свихнулись на них, народ воспрянул духом и кое-чем еще, откуда только силы взялись после долгого изнурительного пути?
  -Слышь Васька, почем тут девки гулящие берут, часом не знашь?
  -Я с одной милкой уговорился за полтину, завтра опосля отбоя обещалась подойти, в кустах у речки ее родимую и покрою.
  -Чей-то дорого, за двоегривенный не согласны чай?
  -За таки гроши токмо соплюхи малолетни, да перестарки тебя уважат. Стоящая девка тут за полтинник идет, а грудастая таки за рупь!
  -Эх-х-х кода же господа жалованье дадут? Страсть как бабу охота, моченьки нет, любую бы счас поял, прям здеся!
  У офицерских палаток, где пыхтит паровозом спешно разведенный денщиками самовар, разговоры как ни странно, вертятся вокруг да около того же вечного, только расценки немного иные, и здесь тон задает безусая молодежь.
  -Господа, нам лучше всего к мадам Боннэр сходить, там говорят девицы милые и экзотические от самого барона Пферда на любой вкус!
  -Сдался поручик вам этот поганый сводник-барон, как только такой сволочи дворянство пожаловали, купил подлец не иначе? Я лучше в трехрублевое заведение подамся, чем к пфердовским девкам. Вот ведь скотина, скупает у помещиков молоденьких пригожих девок и перепродает в бордели сбольшой выгодой.
  -Как угодно сударь, но за три рубли там одни толстые ленивые немки, что себе на приданное у нас зарабатывают, мне сие доподлинно известно. У барона же девицы искусные, человек почитай всю Россию столько лет ими снабжает. А еще знающие люди говорят у него еще и травка прямо волшебная есть... покуришь сие зелье немного и ровно на небеса попал.
  -А по мне все по х..., одним словом - едино, я к тому времени надерусь поди-ка так, что не отличу дочь Рейна от чорной Ефиопки, ха-ха. -встревает в разговор третий любитель "экстремальных развлечений".
  Александр на секунду вздрогнул, промелькнула знакомая фамилия "Пферд", подобные хорошо запоминаются. Кажется, он ее уже не раз слышал, вот только где и когда? Пришлось порыться в памяти и припомнить события последних лет. Оказывается как минимум дважды, в первый раз, ну конечно же по поводу той бумаги из уездного города N, где его загребли на базаре во время облавы на бродяг и беспаспортных. Серьезное тогда было обвинение, вооруженной нападение и разбой как-никак, но удалось удачно выкрутиться, не сошелся возраст подозреваемого, правда другие приметы были один в один. Очень странная и необъяснимая история, ведь ничего такого криминального он натворить в 19-м веке еще не успел, да и не планировал, если честно. Второй раз с субъектом по фамилии 'Пферд', а может это имя, кто этих нерусских чертей разберет, он столкнулся на прошлой неделе, еще бы не вспомнить - весь полк материл этого представителя сексуальных меньшинств, снабдившего по подряду интендантство совершенно неугрызимыми "дубовыми" сухарями. Что они тогда с ними только не делали и варили в кипятке и пытались размачивать, все тщетно... словно не из муки хлебопродукт испечен, а из цемента слеплен. И вот теперь проституция, оказывается этот хмырь неплохой бизнес тут поднял, наш прострел везде поспел. Надо будет постараться хотя бы одним глазком взглянуть на этого местного 'нового русского', если возможность такая появиться.
  .........................................................
  Новый день начался просто на удивление хорошо и спокойно. Поднялся Сашка затемно, еще по давней с других времен привычке, сделал зарядку, размялся-потянулся и напоследок не смог отказать себе в небольшом невинном удовольствии искупаться, благо река в тридцати шагах от бивака. Солнышко в ослепительно голубых небесах светит приветливо и уже не палит немилосердно как тогда на марше, ранние мелкие пташки в кустиках чирикают, и жалованье за полгода накануне наконец-то выдали, медь и серебро приятно оттягивают карманы... красота, чего еще желать нижнему чину? Одна беда тревожит нашего унтер-офицера, в город не пускают и не собираются, так бы и поубивал всех этих проклятых 'драконов' пополам с казаками-разбойниками. Но редкая удача, судьба сегодня распорядилась так, что в древний град Смоленск Александр все же попал и не 'самоходом', а вполне легальным путем. Но давайте не будем забегать вперед, пока весь военный лагерь погружен в сон, за исключением дневальных и караула...
  Рвет утренний воздух пронзительная трель рожка возле шатра полковника, полковой трубач старается как может, ладно не стрелять же нам в этого "пианиста" пусть играет как умеет. Сигнал "заря" традиционно подается в российской армии начиная с 15 века, раньше по нему утром отпирали городские ворота, а вечером затворяли, а теперь вот просто поднимают и отбивают солдат. Вот уже заорали на десятки голосов сонные дневальные протирая глаза: "подъем, подымайтесь братцы!", забегали между палатками и кустами шустрые унтер-офицеры, попутно подбадривая добрым матерным словом и пинками любителей поспать подольше, коих надо сказать среди вчерашних крестьян немало. Серо-бело-зеленая масса устремляется неудержимым потоком вниз к реке, слышны ругать, смех и чуть ли не лошадиное ржание, это 13-й егерский умывается и чистит перышки. И здесь тоже свой особый ритуал: унтерам, заслуженным старым солдатам, коих впрочем в 13-м раз два и обчелся и прочей "полковой аристократии" навроде писарей вчерашние рекруты поливают из кружек, ковшиков, чайников и прочей подручной посуды, у кого уж что есть. Казалось бы зачем - река рядом, черпай воды пригоршнями сколько хочешь, но иначе нельзя, древняя традиция уходящая корнями чуть ли не в неолит, их здесь блюдут свято. Далее все должно идти по заведенному порядку, сперва они позавтракают черным хлебом и суррогатом чая, каждый заваривает по вкусу все что найдет - хоть свои собственные портянки. Потом будет обязательное построение, молитва и развод на работы. Служба в походе идет упрощенным порядком, кроме караула и дневальных нарядов не назначают. На кухню и другие жизненно необходимые, но "грязные" работы выбирают, что называются явочным порядкам по итогам утренней проверки. Например, так...
  -Почто сапоги не чишенны, пуговица где? Марш к котлам, будешь сегодня дрова рубить! Или вот так, к слову гораздо чаще...
  -А ну дыхни! -и аромат сивухи мощно бьет по обонянию всех окружающих в радиусе пяти метров, -Никак с утра пьян скотина?
  -Никак нет, ваше благородие водку пил, но не пьян! -бодро рапортует очередной Федька, Петька или Васька, но бдительное "их благородие" так просто не обмануть, предательский запах дешевой сивухи выдает виновника ЧП с головой.
  -Унтер, этого мерзавца отправишь копать отхожие места, и чтоб самую большую лопату взял! Я проверю, не сумлевайся!
  "Залетчиков" всегда хватает, обычно как раз ровно столько, чтобы покрыть все потребности лагеря, ну а если будет избыток, тогда грядет еще одна церемония, правда ее ввели совсем недавно стараниями отца-командира... Торжественное отпевание и похороны собранной близ лагеря стеклянной посуды в глубокой яме размером два на два метра. Совсем как в Советской Армии времен застоя - кто служил, тот знает, подробно объяснять не надо. Но одно существенное отличие, здесь бутылки, точнее бутыли - прямоугольные, а не цилиндрические, из мутного толстого зеленого стекла - такой убить можно, если по голове ударить. Иногда попадаются и разичные глиняные бутылкообразные емкости кустарной работы.
  Проходит время, ежедневная раздача "кнутов и пряников" закончена, теперь до обеда служивые будут наводить уставной порядок: скребсти, мести, чистить, копать и подсыпать дорожки между палатками желтым речным песочком. После полудня личному составу полагается отдых, но это только в теории. У нижнего чина, как вы правильно догадались, слуг и помощников нет, он сам себе прачка, портной, сапожник, шорник, брадобрей и еще бог весть кто. Поэтому по настоящему оттягиваться егеря начинают только после отбоя, серые тени как тараканы неудержимым потоком ползут из лагеря в окрестные кусты. Часовой у денежного ящика сходит с ума: отовсюду из темноты слышится подозрительный хруст веток, словно орды разбойников с кистенями и ножами в зубах крадутся во мраке дабы завладеть казенными 167 рублями 37 копейками серебром. Страшно... пальцы сами невольно тянуться к спусковому крючку ружья, курок уже заранее взведен... но неожиданно обстановка разряжается. Из тьмы кустов раздается пронзительный женский визг, и затем звонкий и привычный, ни с чем не перепутаешь звук пощечины. Значит, можно расслабиться, оказывается это боевые подруги, прибывшие вечером из Смоленска, укрепляют связь российской армии с народом.
  -Слазь с меня ирод проклятущий!!! Мы эдак не уговаривались!!! А-а-а маменьки помогитя-я-я!!! -вопит фальцетом невидимая баба, скрытая где-то там в ночи.
  -Братцы вы энто того потише бы?! Неровен час наш полковник услышит! -пытается усовестить разохотившихся до женской ласки сослуживцев бдительный страж.
  -А те чевой, никак завидки берут? Терпи служба, твой черед девок мять завтра будет! -издевательски доноситься в ответ из непроглядного мрака. Визги, писки, охи-ахи и приглушенная ругань слышны из окрестных кустов и оврагов почти до рассвета и лишь за два до подъема этот ночной фоновый шум стихает и "партизаны" потихоньку возвращаются обратно в свои белые просторные палатки.
  
  Александр по счастью освобожден от этих утренних нудных и кажущихся бессмысленными занятий. Одно время он нес службу в наряде с остальными унтерами и рядовыми, самый первый день в лагере под Смоленском и вообще провел в карауле. Там Сашка устал как собака, да и охрип полностью, сорвал голос отгоняя торгашей и баб налетевших из города точно комары, кулаки сбил в кровь - слова на многих любителей наживы никакого действия не оказывали. Но прошел день, другой и его отправили в помощь уже знакомому оружейнику Бауэру, надо проверить добрых две тысячи ружей, работы много и старик не справляется. Но сегодня все пошло наперекосяк сразу после развода, едва Александр направился к Бауэру на край лагеря, где притулился обоз, как столкнулся с Зайцем, денщиком штабс-капитана Денисова.
  -Л-л-лександр Ва-ва-василич... А-а-а-а...
  -Ну что там еще, рожай быстрее кролик, я тороплюсь!
  -В-в-велено за вами послать их благородием! -заика все же справился с языком и выдал нечто связное.
  Пришлось бежать не к оружейнику, а вслед за припрыгивающим Зайцем к офицерским палаткам. Новость оказалась хорошей, предстояло получить в смоленском арсенале недостающее по табели вооружение. Нельзя сказать, что их послали на войну с "одной винтовкой на троих", тем не менее, положенного по штату оружия в полку не хватало. Невооруженными оказались офицерская прислуга, фурлейты, сигналисты и писаря, кроме того не хватало положенных "заручных" или запасных ружей. А ведь ими предполагалось вооружать для боя младших офицеров и восполнять неизбежные потери материальной части в ходе сражений.
  -Давай живее садись в повозку, наш немец с утра уже уехал, надо поспешать не то гляди передумают еще! -Иван Федорович Денисов, штабс-капитан сегодня сам за кучера, что поделать, ведь Сашка к лошадям не привычен, а Зайцу доверять фуру и вовсе рискованно, бывший лакей только и умеет, что ставить самовары, чистить сапоги, да вино по рюмкам разливать.
  Направляемые опытной рукой серые калмыцкие лошадки бежали резво и вскоре беленькие парусиновые палатки лагеря скрылись за деревьями. Едва выехали на тракт, так Заяц тут же принял горизонтальное положение и спустя пару минут захрапел, просто феноменальная у этого кадра была способность спать в любых условиях.
  -Вот настоящий солдат, смотри Сашка он спит, служба идет. Только мы дурные что-то бегаем суетимся... -ехидно заметил Денисов.
  -Да уж, я так бы не смог... -и Александр сменил тему разговора, -Софья супруга ваша в порядке? Письма от нее давно получали или нет пока известий?
  -Нет к сожалению ничего не было, надеюсь в городе на почтамте ждет меня весточка. А ты братец не темни, спроси уж сразу как там Палаша поживает.
  -Бог с вами Иван Федорович, с ней у меня все закончилось, не хочу счастливую семью разрушать, пусть уж живут. И странно вышло тогда, до сих пор не пойму, не то она меня сама выбрала, не то я ее, вроде как...
  -Бывает такое, я тебе не рассказывал как со своей суженой познакомился? Нет ну погоди... -но тут про Софью пришлось забыть, впереди показались сначала домики обывателей, а за тем и массивные городские стены.
  -Нет взгляни на это! -голос штабс-капитана дрогнул от искреннего возмущения, -Возле древней башни на стенах старинных были чуть не пашни! А ведь числиться Смоленск первоклассной крепостью. Куда ни ткнись, куда ни посмотри, все существует у нас только на бумаге, ничему нельзя верить.
  Из расщелин стен и в самом деле выросли внушительные деревья, которые были видны издалека. По мере приближения наших путников стали заметны и зияющие огромные дыры, не иначе местные аборигены потихоньку разбирали оборонительные сооружения на кирпич, в домашнем хозяйстве все сгодиться, для печей - самое то.
  -Да уж твердыня хоть куда, это что там, на стене левее башни такое, курятник не иначе пристроили?
  -Больше похоже на голубятню... балуется кто-то из местных птичками, -штабс-капитан на минуту задумался, его усталое лицо приняло выражение, которое обычно бывает у человека мучительно пытающегося вспомнить нечто важное, -Я ведь в свое время целый трактат написал о средствах сношения с осажденной крепостью или с удаленными отрядами. Голуби, собаки, сигнализация факелами... судя по иностранным газетам во Франции построили уже 200 верст оптического семафорного телеграфа, а у нас и конь не валялся еще.
  -В мое время под "оптикой" подразумевают нечто совсем иное.
  -Помню, у вас применяют телефон, радиосвязь, а ранее кажется и электрический телеграф был? Что-то из этого списка ты сможешь изготовить, коли возможность будет?
  -Думаю, что смогу... -Александра словно током пронзило, он по совести говоря уж давно на это дело плюнул, -Но нужны как минимум две вещи: гальванические элементы и тонкая медная проволока. Ничего подобного в провинциальной тмутаракани я найти смог, и не уверен что и столице найдется. Вот если бы до бункера как-то добраться там много чего полезного осталось, жаль я дурак не осмотрел его тогда толком.
  Обсуждали они с Денисовым эту тему уже не раз, капитан даже массу прожектов со слов Сашки составил для военного ведомства, вот только чихали там на его "беспочвенные фантазии". Тут нужен высокий покровитель, или связи в верхах и самое главное деньги! С одними бумагами без действующих образцов никого ни в чем не убедить, а изготовление даже самого простого приемника и передатчика по схеме Герца-Попова потребует немалых средств, времени и усилий. И если честно, то есть сильные сомнения насчет возможности продвижения "изобретения", поскольку теоретическая база отсутствует полностью. Остается только что-нибудь попроще, но имеет прикладное значение для военного дела: телефон и телеграф, но и здесь такой Эверест проблем, что сразу руки опускаются.
  -Прости братец, с этим делом пока не получается. Я ведь по сути в полку ссыльный. Отправлен сюда из гвардии для отбытияе наказания, без права отпуску, отставки, а равно и переводов с повышением. Остается только ждать, может какая оказия, съездить в сторону первопрестольной подвернется.
  -А нельзя ли кого-нибудь еще привлечь, ну хоть поручика Яковлева например. Вроде неплохой парень?
  -Леонида? Пожалуй можно, но уж больно опасно, секретов хранить молодежь у нас не умеет, не приучены люди наши к таким вещам. Думай братец сам, то что ты мне рассказал о будущем времени, нашим властям боюсь не понравиться. Ладно погоди выберемся как-нибудь с этой войны, попробую старые связи в столице использовать, может в Пруссии в штабах кое-когоиз знакомых по свите его величества повстречать случится. Пока нельзя, от меня иные старые друзья шарахаются как от зачумленного, влип с этими масонами крепко. А там может за давностью забудут, война нас сблизит, или еще какая протекция откроется.
  -Неужели ваши "вольные каменщики" настолько плохи оказались?
  -Не спрашивай брат, сплошное ребячество и бессмысленное прожектерство... ты сам же подтвердил, что никаких следов в истории от наших первых тайных обществ не осталось, растаяли аки туман в летний день. Стой родимые тпру-у-у! Приехали Сашка, сделай одолжение разбуди моего Зайца и присмотри за ним пока я в канцелярию сбегаю.
  Так вот ты оказывается, какой зверь - смоленский арсенал... Первая мысль, что это нечто могучее и монументальное, в воображении возникают стройные уходящие за горизонт ряды пушек, бесконечные пирамиды винтовок, и огромные горы бочек с порохом, снарядов и прочих боевых припасов. Реальность намного прозаичнее, здесь всего лишь кусочек территории прилегающий к городской стене и огороженный со стороны города высоким но насвозь гнилым дощатым забором с единственными воротами без калитки. Внутри пара-тройка кирпичных административных зданий, в одном из которых исчез Денисов, и целый город огромных сараев. На входе стражу несет отнюдь не спецназ и не даже не молодцы-гренадеры, а пара дедушек из местной инвалидной команды и здоровенная блохастая псина неизвестной породы, вероятно добавленная в качестве усиления столь слабого караула. Пропуская система проста и оригинальна, дальше некуда: "Куды вашбродь, к кому пожаловали?" - "Отворяй, али не видишь, еду по казенной надобности!"... и все, более никаких вопросов, проезд и проход открыт.
  Пробродив чуть ли не полчаса на пару с Зайцем среди лабиринта деревянных построек Александр все же отыскал не без труда нужный им склад. Там он застал весьма и весьма печального полкового оружейника и одного из местных чиновников-кладовщиков.
  -Вот смотри, ружей здесь нет! В белом оружии не смыслю ничего... -Бауэр только руками развел, давай мол принимай это добро как знаешь, -Я пойду в контору, попробую хоть кремни у них выпросить, может смилостивятся эти господа и соизволят дать.
  Александр в холодном, или как тут принято выражаться 'белом' оружии разбирался ничуть не больше наставника, но что поделать надо - "держать марку", придется попробовать себя в роли приемщика.
  -Это что за хрень такая? Не иначе легкий лом, нам без надобности, мы же не пионеры.
  -Больно ты разумный, я погляжу. Смотри галун сымут за такие слова! С коллежским секретарем чай разговариваешь! -недовольно хмыкнул в седую бороду замшелый повелитель склада, отдаленно напоминающий растолстевшего гнома, и почесав за оттопыренным ухом продолжил, -Сие есть шпага офицерская, установленного его величеством образца 1798 году.
  -Пика, алебарда, копье??? -Сашка тем временем крутил в руках следующий образец вооружения. Не подлежит сомнению, что любой мастер единоборств из китайских боевиков с гнусавым отечественным переводом отдал бы полжизни за такое стильное оружие. Но в 19-м веке на поле боя ему трудно найти разумное применение: "Чувак, мой ствол круче твоего кунг-фу", так кажется Чак Норрис, или какой другой киношный супермен высказался, сейчас уже не вспомнишь, и это действительно так.
  -Эспонтон, прости господи невежду, а ежели по-нашенски то протазан, а еще раньше во времена давние совней именовали. Для господ офицеров сие предназначено и для тебя тоже олух царя небесного. Ты унтер чем по табелю вооружен?
  -Винтовка у меня дульнозарядная уменьшенного калибра и кортик еще есть, зачем мне еще эта дубина?
  -Непорядок! -складской гном-каптерщик вытащил из необъятных и пыльных глубин конторки потертый фолиант и принялся торопливо листать страницы... Глянь сюда, должон ты быть таким, его императорское величество лично сии парсуны чертил! -корявый узловатый палец уткнулся в пестро раскрашенную миниатюру.
  -Дедушка у этого копьеносца штаны красные, а у меня зеленые! -только и сумел выдавить из себя ошеломленный Александр, идея заменить огнестрельное оружие допотопным неуклюжим копьем пришлась ему совсем не по вкусу.
  Они бы вероятно препирались еще долго, но тут как чертик из табакерки появился штабс-капитан, и все разом изменилось, открыто перечить офицеру складской чиновник не рискнул.
  -Не спи православный воин замерзнешь! -легкий щелчок по переносице временно вывел задремавшего денщика из сонного отупения, в которое Зайц то и дело непроизвольно впадал по старой лакейской привычке, -Что тут у вас милостивый государь для нас есть? А вот вижу великолепные шпаги из настоящего сырого тульского железа! Извольте полюбопытствовать, они хоть из ножен вынимаются, али приржавели сто лет назад при Петре Великом?
  -Не извольте беспокоится ваше благородие, у нас все в должном порядке содержится, -с горечью и профессиональной обидой в голосе ответил кладовщик, -А ну служивый подай шпагу сюда!
  Унтер-офицер протянул ему тяжелую и неуклюжую железяку, словно по недоразумению носящую столь романтическое название. Хр-тр, раздался противный скрежет металла по металлу, рывок, еще одно усилие и клинок подавшись наружу примерно на дюйм, намертво застрял на этой предельной отметке. Дед-кладовщик, крякнул и рванул - не идет... долго потом дергал и тянул но далее дюйма сдвинуть не сумел, силенок не хватило.
  -Александр попробуй ты, чего старого почтенного человека напрягать? -предложил Денисов.
  -Ваше благородие, не дам я вашему унтеру, дурной он у вас, шибко много разумеет, еще спортит вещь казенну, а мне отвечать! -кладовщик стукнул в сердцах кулаком по эфесу и ржавый клинок послушно заскочил обратно в ножны, -Пущай уж лежит, ежели смазать как положено, то еще послужит.
  -Так я и знал, Бауэр милый наивный немец шум поднял с утра, что "ружья дают, ружья дают", а тут как всегда. Удивительно столько лет человек прожил в России, а к нашим порядкам привыкнуть не может. Куда он делся?
  -Кремни для ружейных замков пошел просить, у нас и в них недостача имеется.
  -Дадут ему... ничего не получит! -с мрачной иронией отметил штабс-капитан и как впоследствии оказалось в точности угадал.
  Между тем народу прибыло, первым это заметил проснувшийся Заяц, остальные были заняты обсуждением сомнительных перспектив применения холодного оружия. Сопровождавший полковника в сегодняшней поездке, фельдфебель Матвей отвесил денщику хороший пинок, от которого тот подскочил вверх чуть ли не на полметра, дрыхнуть в присутствии полкового командира - это уже слишком, верх наглости!
  -Что тут у вас происходит? -деловито осведомился отец-командир 13-го егерского. Штабс-капитан Денисов кратко доложил сущность дела, впрочем это пустая формальность скорее рассчитанная на посторонних, все было видно и так с первого взгляла. Итог подвели быстро.
  -Господа офицеры у нас в полку имеют собственные шпаги установленного образца, а посему казенные клинки нам не надобны, -первый пункт был отметен сходу.
  -Ваше превосходительство, а как же офицерские и унтер-офицерские копья? -старый чиновник решил все же попробовать всучить "клиентам" хоть что-нибудь. Вряд ли он действовал из корыстных побуждений, скорее всего тут был замешан чисто спортивный интерес, -Ведь высочайшее предписание же есть, вот извольте засвидетельствовать!
  -Может и в самом деле нам стоит хоть эти копья забрать ваше превосходительство? -осторожно предложил уже тертый и битый жизнью штабс-капитан, -А не то сами знаете... смотры, проверки.
  -Иван Федорович будьте покойны, я скоро пятый десяток как на службе, и все время верхи у нас чудят... -и полковник ударился в воспоминания, любил он иногда поговорить о "старых добрых временах".
  Когда он молоденьким юнкером поступил в полк, оказывается у них еще по штату даже пикинеры числились, правда, никаких пик к тому времени не было и в помине, все нижние чины были вооружены ружьями. Эх была эпоха... ей-ей... В восьмидесятые годы Григорий Александрович Потемкин куролесил славно, при нем егеря получили вместо штыков длинные ножи на ратовищах наподобие алебард. По замыслу генерала-фельдмаршала пока один солдат стреляет, другой - его напарник размахивая этим дрыном должен отгонять вражескую кавалерию в итоге это привело только к существенному ослаблению огневой мощи егерских батальонов. Постепенно сама жизнь свела все эти нововведения на нет, поломали и потеряли нижние чины чудо-юдо совни, не исключено, что и намеренно, и восстанавливать столь важное "оружие" никто не стал. Александр Васильевич Суворов, став генералиссимусом по части чудачеств даже превзошел бывшего соратника, полагая что, солдата кроме ружья со штыком следует обязательно вооружить еще и шпагой. К счастью, это прожект не прошел дальше бумаги, прославленному полководцу вовремя напомнили, что бог дал человеку только две руки, а не три и соответственно нижний чин не сможет действовать в бою одновременно и штыком и шпагой... Наконец отличился и предпоследний самодержец, покойный ныне император Павел Петрович первым делом ввел в войсках по примеру любимого и почитаемого Фридриха Великого все эти прусские штучки в том числе и уже давно забытые российской армией офицерские и унтер-офицерские протазаны.
  -Я вас Иван федорович всегда ставил в пример нашим полковым недорослям за ученость, а вот знаете ли вы для чего сии чудные копья предназначены на самом деле?
  -Полагаю, что для обозначение статуса и положения начальственного лица, но в наше время для этого достаточно шпаги или знаков различия, -ответил не ожидавший подвоха Денисов.
  -Во тут то вы и заблуждаетесь... молодо-зелено... Давайте вспомним чего там по Фридриху солдат должен боятся супротив пули противника? Это она родимая - "палка капрала"! Эй унтер поди-ка братец сюда! Тебе братец сия оглобля нужна, чтоб капральством управлять, али нет?
  -Никак нет ваше превосходительство! -обрадовался Сашка сообразив куда клонит полковник, -Если люди побегут то их никакой дубиной не остановишь, а в бою от этой алебарды проку немного, вещь предназначена исключительно для парадов и для красоты.
  Штабс-капитан пытался было еще что-то возразить, но полковник уже ничего не хотел слушать, и этот вопрос был решен окончательно. Денисов получил указание не принимать более ни под каким предлогом впредь "белого" оружия, что бы там из корпуса штаба не указывали.
  -А если смотр какой будет? Взыщут ведь с нас? -таково было последнее слово.
  -Займем у соседей на время!
  .........................................................
  Они уже были на пути к повозкам, как за спиной неожиданной раздались крики. Да это оказывается все тот же чиновник со склада, наверное что-то забыл.
  -Ваше превосходительство, а как же рогатки! -на одном дыхании выпалил запыхавшийся коллежский секретарь, -Их ведь тоже велено вам передать! Извольте хоть глянуть?
  Что поделать пришлось идти и смотреть, "рогатки" на проверку оказались не детским "оружием" для стрельбы по боробьям, а целым штабелем почерневших от времени дубовых брусьев.
  -И давно сие чудо у вас лежит? -осведомился Денисов.
  -Даже не упомню, -честно признался чиновник, -Давненько конечно завезли, я в ту пору еще коллежским регистратором был.
  Пока они разговаривали полковник зашел сбоку тщательно осмотрел торцы брусьев, точно искал какой-то ведомый только ему одному знак. Неожиданно он жестом поманил к себе одновременно и Сашку и Матвея.
  -А ну братцы снимите мне во-о-н то бревнышко. Да нет не это, а соседнее с щербинкой. Так молодцы хвалю, а теперь разверните его той стороной где пазы... -у старого вояки на глазах навернулись слезы умиления, -Мать честная, да это же мой Суздальский полк их тут бросил когда шли в первый раз поляков замирять!
  -Не может быть, те должны уж сгнить давно, или на дрова бы пошли за ветхостью! -выразил за всех удивление штабс-капитан, сколько же лет с тех пор прошло?
  -Нет сие они, наши старые добрые суздальские рогатки. Я вот тут слово непечатное ножиком малым вырезал... две буквы до сих пор видны. Александр Васильич хотел было взыскать строго за сию шутку, но пожалел вьюношу неразумного.
  Закончить эту фразу полковник не успел, с диким ревом "Павел Данилыч!!!" на него налетел складской гном, и чуть не задушил в объятиях. Ошеломленный столь неожиданным приемом отец-командир 13-го с трудом пришел в себя.
  -Никеша... прости Никифор, ты ли это??? Ай, ай, нехорошо не признал... А Марья Анатольевна жива ли еще?
  -Жива друг мой, жива, намедни правнучку нашу замуж выдал. Нет пойдем чай пить я тебя так просто не отпущу, почитай двадцать лет не виделись.
  Делать абсолютно нечего, оружейник пропал неведомо где, чиновник уволок к себе полковника, они остались втроем. Зайца можно не учитывать, он опять отрубился как только старые друзья ушли, непонятно что ночью то делает? Вскоре пришел черед штабс-капитана, из канцелярии арсенала за прибежал посыльный, оказалось забыли где-то в бумагах подписи поставить.
  -Теперь до вечера, с этими нашими порядками и традициями словно муха в паутине, -Денисов искоса взглянул на циферблат луковицы карманных часов, -Давайте гуляйте братцы, но чтобы только к вечерней поверке в лагере были на месте.
  Вскоре и Матвей засобирался, оказывается надо задать лошадям положенную порцию овса.
  -Да чего с ними сделается? Переживут поди? -попытался удержать его Сашка, _пошли лучше в город сходим.
  -Живые они чай твари господни, не железные машины. Недосмотришь, недокормишь - обессилеют и заболеют. А там и до живодерни недалече! Я пойду... -бывший драгун просто не мог поступить иначе, его и ругали постоянно и корили, что коней содержит лучше порой чем вверенных ему людей. Но такова уж у натура у человека ничего с собой поделать фельдфебель не мог. В итоге Александр остался один-одинешенек, и почти сразу же у него проснулись дремавшие где-то в отдаленном уголке сознания намерения...
  -Идет солдат по городу, по незнакомой улице и от улыбок девушек вся улица светла... - мотивчик из нереального для этого мира "прошлого" завис на губах. Как давно это было и было ли вообще, может память его обманывает? Летний вечер, старый парк провинциального русского города, карусель и девушка доверчиво положившая белокурую головку на плечо солдата-дембеля...
  Пока ему хотелось только любви... с этой мыслью Сашка буквально пролетел одну улицу, затем другую. Что за чертовщина - нет не только молодых девушек, но даже и женщин нет, навстречу попадаются только старухи и уж совсем малыши. Неужели сидят по домам и боятся выйти погулять в такой прекрасный день? Нет, положительно хочется поубивать всех этих "кентавров" что учинили тут недавно погром. Ладно, в итоге решил он, если нет любви, то попробуем просто секс, надо только определиться с географией. Местные представительницы древнейшей профессии, судя по агентурным данным, обитают в районе с поэтическим названием "Гнилая Яма", прямо по Куприну не иначе? Надо будет спросить кого-нибудь... вон тетка с корзинкой бубликов идет...
  -Эй кума, будь добра, подскажи как до Гнилой Ямы добраться?
  -Тьфу на тебя охальник! Пшел вон антихрист! -и действительно плюнула, Александр еле увернулся от смачного плевка. Ничего не поделаешь, пришлось вернуться к Арсеналу в надежде, что инвалиды своему собрату-солдату в такой справке не откажут.
  В караулке он застал только одного, старый ветеран похоже был занят приготовлением нюхательного табака. Чадила лампадка возле закопченной иконки, а кругом были разложены по полочкам и столу корешки, горшочки, чашечки со специями, а уж дух внутри помещения стоял, что называется "вырви глаз".
  -Здравствуй дед, подскажи мне как до Гнилой Ямы дойти, а то кого не спрашивал, никто не знает. -с ходу выпалил Александр и умолк.
  -Эх дружок, туды не ходют, не ездют, а попадают! А опосля быват и пропадают. Ступай в кабак и гуляй коли хочешь, к вечору в Яме и окажешси... -ветеран отложил в сторону ступку и пестик и уже собрался было отчитать бесцеремонного гостя, но тот не дожидаясь продолжения, пулей вылетел за дверь.
  -Вот гады, домострой тут сплошной завели... -стучала в воспаленном сознании Сашки злая мысль пока он шел прочь. Снова улица - другая, третья, и еще одна и так пока не уперся в полуразрушенную городскую стену. Тут его немного отпустило, нервное раздражение спало, и он осмотрелся по сторонам. Вот стена, вот церковь, а вот там точно на расстоянии положенных по закону 150 шагов от храма расположен кабак. Может быть, с него и стоит начать? Пока в голове крутились различные варианты, ноги уже сами несли его к питейному заведению. Но зайти туда он побрезговал, слишком уж нестерпимо внутри воняло мочой и еще какой-то невообразимой дрянью. Прямо клоака натуральная, там у них в провинции на старой стоянке было намного чище, а тут смотри как все пьянчужки загадили. Он развернулся на 180 градусов и в глаза словно указующий перст уткнулся крестик на когда-то золоченной макушке церкви. А может туда заглянуть? За те годы, что он провел в прошлом, ни разу еще доводилось бывать в храме. Своей церкви 13-егерский так и не завел, полковой священник обычно пользовался походным клиросом, это ширмочка такая с картинками религиозного содержания и цитатами молитв. Сколько раз с ребятами собирались на праздник сходить туда - 'в церкву', но по непонятной причине всегда попадали то в ярмарочный балаган, то на кулачные бои, то все в тот же кабак или к девкам... как повезет. Может попробовать, как тут говорят, "спасти душу"?
  "И не церковь и не кабак, ничего не свято...", да уж верно поэт подметил, абсолютно ничего тут возвышенного нет, только злобно шипят змеями за спиной бабки со свечками: "Картуз сыми ирод, хуть бы лоб перекрестил безбожник!". Долдонит что-то непонятное на кафедре поп, да пялиться на тебя злыми глазами служитель из-за какой-то загородки. Все правильно, он Сашка тут чужак, вот и этот долгогривый наверно опасается, как бы подозрительный нижний чин не стянул бы чего из церковного инвентаря. Его душа и чувства никого тут не интересует, да пошли они все... Терзаемый такими мрачными мыслями он вывалился из душного полумрака на улицу и о чудо!
  Он чуть не завопил благим матом "ДЕВКИ!!!", но вовремя сдержался, опасаясь спугнуть столь редкого в этой части города "ценного пушного зверя". Несколько его смутил только тот факт, что девицы были в одежде покроем сильно напоминающим униформу. Может быть институтки, хотя нет, им лет по 17-18-ть не больше, разве что последний, выпускной курс? Город тут большой, а значит, вполне может быть и соответствующее учебное заведение для девочек. Денисов помниться говорил, что при Екатерине их открывали повсеместно и чуть ли не сотнями. Красивая парочка, блондинка и брюнетка, худенькая и пышечка и форма у них ничего, очень даже кокетливая, строгое и правильное сочетание черного с белым. Вот только головной убор все портит, общая беда этого столетия, но он тоже должен таскать на голове подобие усеченного ведра. Яблоки в него собирать удобно, а вот в носить на макушке увы... Надо брать быка за рога, и Сашка решительно кинулся навстречу девицам, словно боясь, что последние внезапно растают точно мираж в пустыне.
  -Здравствуйте девушки, разрешите познакомиться, э.... -Александр заготовил заранее целую речь, но в последний момент смутился и смог выдавить только ее куцый обрывок.
  -Ты почто служивый к христовым сестрам пристаешь? Али не видишь, что монахини мы? -жестко осадила его пухленькая, ну и мордашка у нее, щечки пухленькие красные... впечатление портит только россыпь веснушек, да курносый нос пуговкой. И надулась совсем точь в точь как обиженный ребенок... А вот ее спутница просто пронзила Александра странным, словно оценивающим взглядом, но ни слова не вымолвила в ответ.
  Незадача однако, определенно сегодня скверный день, ему ведь не монашки нужны, а как бы совсем наоборот... Но девицы чертовски привлекательные, особенно брюнетка, а значит стоит все же попытаться, вдруг да что-то выйдет, ну не зашивают же им там известное место. Между тем пухленькая продолжала изливать на наглого солдатика свое искреннее возмущение.
  -Куда только ваш полковой батюшка смотрит! Совсем воины православные распустились! Мы будем жаловаться в консисторию и в синод на вас напишем! Мало того что ваши тут в Смоленске содом устроили, девиц бесчестили, так еще и монахиням средь бела дня прохода не дают!
  Сашка начал оправдываться, как всегда лучше всего в таких случая ответить отдельно на каждый пункт обвинений. Первое самое простое, куда смотрит полковой поп 13-го егерского? После того как выдали жалование, известное дело - в бутылку. Он вчера на молитве дважды вместо "аминь" скомандовал "налей", чем не мало потешил весь полк. Какой уж есть, это уже второй за последние пять лет, прежний не выдержал жизни в провинции и попросился в отставку. Пойдем дальше, в городе зажигали не "наши" а драгуны черт знает какого полка в теплой компании с казаками, а 13-й егерский только три дня назад прибыл и ничего еще натворить не успел. И наконец простите красавицы, он Сашка с Урала родом, девиц-монашек до этого и в глаза не видывал, он "дикий лесной человек", если что. О консистории и синоде Александр имел весьма смутные представления, кажется у дяди Гиляровского что-то читал: Попал черт в невод и кричит в испуге "Не в консистории ли я?". Поэтому этот пункт лучше проигнорировать.
  Сердитый "щеканчик" немного смягчился и принял сашкины извинения. Забавная все девчонка щеки так и ходят туда-сюда, когда говорит, прямо хомячок-девица, а вот брюнетка по прежнему загадочно молчит, только глазами бездонными сверкает. После некоторой паузы нижнему чмну были выданы особо ценные указания к испонению.
  -Сходи братец в церковь помолись и покайся, там тебе грехи отпустят, -предложила блондинка. Прекрасно, Александр давно ждал такого оборота, теперь можно как в шахматах сделать следующий ход, е2-е4.
  -Простите неразумного девушки, но чтоб покаяться, ведь надо сначала согрешить? У меня тут с этим делом проблема, давайте выручайте!
  -Ты чего хочешь служивый? Мы и так с тобой грешим, нам с мужчинами разговаривать не положено по монастырскому уставу, мать-настоятельница епитимью наложит за такой проступок.
  -Это потому твоя подруга и молчит?
  -Дурень ты право! Откуда только такие берутся! Сестра Елизавета обет молчания приняла и третий год строго блюдет! -важно заявила пухленькая. Серьезно тут все однако... Александр взглянул на брюнетку теперь другими глазами. Три года добровольного безмолвия... да его последняя подруга в двадцатом веке и пяти минут прожить без разговоров не могла, трещала точно телевизор. Но отступать уже поздно, все равно других путей сегодня нет.
  -Раз уж все равно красавицы вас епитимьей карать будут, так давайте согрешим по-настоящему. Пойдем на стену в башню, там никого нет и займемся любовью!
  -Да ты что нас двоих сразу... -пухленькая так и не решилась произнести последнее слово, возможно она просто не знала "приличного" варианта.
  -Конечно! -бодро заявил Сашка глядя в округляющиеся от изумления глаза блондинки, -Как изволите, хоть по очереди, хоть обеих сразу, нам солдатам все равно, мы все можем!
  Тут с подружками-монашками произошла удивительная метаморфоза: нет больше хомячка - пухлые щеки втянулись, а глаза округлились и расширились до предела, как у безумной белки из диснеевского мультфильма. Ну да и черт с ней, на блондинку Александр больше и смотрел, его внимание поглотила ее подруга-молчальница. В черных глазах прямо адский огонь бушует, так сейчас и спалит, такое ощущение... Но "момент истины" продолжался недолго, раздался истошный визг, блондинка рванула прочь точно спринтер и к сожалению уволокла за собой ту другую, которая как показалась Александру была близка к тому чтобы согласится на его предложение.
  Вот так и познакомились... сбежали девушки, все сорвалось, теперь ему одна дорога в Гнилую Яму. Пошатавшись еще полчаса по улицам, он сумел у местного пьянчужки-забулдыги за мзду в три копейки узнать, где находиться эта самая пресловутая Яма. Оказалось, что отсюда далеко, на противоположном конце города, точнее это даже предместье. Пожалуй сегодня он туда уже не пойдет, просто лень так далеко тащиться. Из лагеря 13-го егерского полка намного ближе, тем более, что по распространившимся слухам, запрет на посещение Смоленска скоро снимут.
  Что теперь остается, день к вечеру клониться, не посмотреть ли на окрестности с высоты старых городских стен? Эта неожиданная, случайная мысль сразу пришлась Александру по душе. Сказано - сделано, попасть на стену было нетрудно, тут лестницы через каждые двести метров. А вот и башня, когда-то это было мощное сооружение, его не сломили ни татарские стрелы, ни польские ядра, но время-разрушитель безжалостно. Давно исчезла крыша, и возле узких окон-бойниц уже не несут службу бдительные стражи, там только ветер гуляет и свистит. Он внимательно рассматривал старинное сооружение, таких ему еще не доводилось видеть ни разу, все было в новинку. Не понятно для чего такие странные большие окна, может быть раньше их закрывали специальными щитами? Стоп, что это, что происходит? Рядом как будто послышался вздох, всхлип, или ему почудилось? Он метнулся к окну на противоположной стороне башни, его проем заполнила заслонив заходящее солнце тоненькая фигура в бело-черном одеянии.
  -Лиза? Что ты тут делаешь? -сперва он решил, что обознался, девушка стояла к нему спиной. Но нет это она, стоит и молчит, уставившись взглядом в невидимую точку на пламенеющем горизонте. Словно нечто очень важное там увидела.
   "Плачет Ярославна на забрале...", или не плачет, а вот кажется так: "Ярославна рано плачет в Путивле на забрале" с русской литературой у него всегда было неважно. А ведь она сюда определенно не любоваться закатом явилась, мелькнула в голове Сашки долгожданная мысль но доселе скрываемая, она к тебе дураку пришла. Он осторожно погладил узкие плечи покрытые черной тканью, далее его рука опустилась на талию и двинулась чуть ниже... Он попытался поцеловать Елизавету, не получилось, девушка упорно отворачивалась, подставляя его губам только шею, затылок и край щеки. Он попытался было осторожно оторвать ее от окна и развернуть к себе лицом но встретил неожиданное и стойкое сопротивление. Ломать ее силой не хотелось и Александр приник губами к изящному ушку...
  -Ты согласна? -почти сразу вылетело у него на одном горячем дыхании, а в ответ тишина, только бродяга-ветер воет в абмразурах древней башни, словно издеваясь над неудачником, нижним чином Сашкой.
  Молчание - знак согласия, ну что же он решил не терять времени даром. Захваченная его пальцами черная ткань верхней одежды послушно поползла вверх нехотя открыв ослепительно белый шелк нижней рубашки. А девчонка то видать не из простых, только и успел он подумать, его последняя любовница в этом мире, кухарка Палаша носила только полотняные сорочки, хоть и из тонкого материала. Он попытался добраться руками до маленьких и судя по очертаниям одежды красивых сосков девушки, но тут его опять постигла неудача. Партнерша смана наклонилась и крепко прижалась животом к каменному карнизу окна, точно влитая и уцепилась руками за какие-то выемки в стенах, без грубого приложения силы не оторвать. Невольно всплыли в памяти рекомендации, воспоминания деда-фронтовика: "Мордой ее суку немецкую в окно и сзади е...ть, руки у дуры заняты хватается за косяк, боится выпасть...". Но нет у нас все будет по согласию и добровольно. Его ладонь мягко легла Лизе на спину и заставила девушку полностью лечь животом на подоконник, та легко без сопротивления подчинилась, словно только этого и ждала. Стены в башне толстые, а значит никакой опасности вывалиться из окна для нее нет и в помине. Белые ягодицы партнерши словно светились внутренним светом в полумраке башни, и Александр немного поласкав интимные места девушки немедленно приступил к соитию. Обычно он это дело - "предварительные ласки" проделывал дольше, но тут было такое ощущение, что еще минута и у него низ живота просто взорвется, не иначе длительное воздержание сказалось.
  Бр-р-р, что такое??? Он все сделал правильно! И никакой реакции, дыхание ровное не дернулась под ним ни разу и даже не вздохнула глубоко... да хоть бы газы что ли выпустила на худой конец и так иногда бывает у девиц... Такого в его сексуальной практике еще не было. Просто голова раскалывается... Сашка попытался развернуть Лизу к себе лицом, но она продолжала упираться не давая ему изменить однажды принятую позу, значит девчонка не в трансе и не спит и проделывает все фокусы вполне сознательно. Вот чума, интересно как эту красотку звали до пострижения? Имена ведь меняют, может это у нас Зинаида? "Купили в магазине резиновую Зину, резиновую Зину купили в магазине" - память услужливо напомнила детский стишок. Действительно такое впечатление, что только что занимался любовью с манекеном, с пластиковой куклой. Хорошо, может быть одного раза тебе Зина-Лиза недостаточно, попытаемся еще, благо кажется силы у Сашки восстановились. И он сделал еще "заход", а затем и еще один... После четвертого, или может быть восьмого, Александр потерял счет произошли наконец кое-какие изменения. Елизавета закряхтела, засопела, словно ей не хватало воздуха для дыхания, ага значит все проняло, Сашка соображал в тот момент плохо, но остановиться уже не мог даже если бы захотел. Никогда он раньше не замечал у себя такой дикой сексуальной энергии, неужели перемещение во времени так сказалось, или виновата во всем эта ведьма-монашка?
  Он словно превратился в отбойный молоток из мяса и костей, в безумного дикого кота, что рвет когтями свою подругу во время сношения. Перерывов для отдыха больше не было и вскоре Лиза прогнула спинку и вдруг неожиданно задвигала в такт его движениям задницей, да так резко, что чуть не сбила Сашку с ног. По всему выходило, что она девица опытная и похоже ненасытная в плане секса... Солнце уже на три четверти скрылось за горизонтом, а безумный любовный марафон на стенах древнего града все продолжался, ему чудилось, что сама старая башня давно уже ходуном ходит, и скоро от вибрации начнут отваливаться от стен и крошиться кирпичи. Наконец удалось услышать знакомое "бабье" оханье, еще немного и его Лизавета начала стонать, надо бы закончить наконец это безумие, но Сашка остановиться тут не смог, продолжая "долбить" ее как заведенный. И только когда девушка под ним стала кричать дурным голосом и резко дергаться, пытаясь избавиться от гнетущей тяжести мужского тела на своих плечах и пояснице, он кое-как сумел от нее оторваться.
  Из-за расплывчатой и зыбкой линии на горизонте теперь выглядывал только совсем микроскопический краешек огненного диска, минута, другая и вскоре раскаленным металл дневного светила окончательно исчез, окрашивая в бардовый цвет далекие облака. Александр с трудом оторвался от бойницы и бросил быстрый взгляд налево в сторону. В соседнем оконном проеме по прежнему маячила худенькая фигурка в черной монашеской одежде, значит еще не ушла... Один длинный шаг, одна фраза: "Лиза прости меня дурака если сможешь..." и вот уже Александр буквально скатывается по крутой каменной лестнице со стены, нет что за безумный день такой сегодня?
  .........................................................
  -Что с тобой такое? Выглядишь так ровно в Москву и обратно сбегал? -вопрос штабс-капитана Денисова выдернул Александра из ступора.
  -Да вот тут это... согрешил с одной монашкой немного...
  -А что баба, она баба завсегда! Против естества не попрешь. -философски заметил Матвей набивая табаком трубку, -Эвон в киевской лавре почитай все монахи семейные. Квартировали мы там, спросишь бывалоча какого мальца, где ево батя служит, так и говорят что де монахом в Лавре. А чего ты от слабой бабы хочешь?
  -Все, давай садись поедем в лагерь, боюсь я тебя тут оставлять в таком виде! -категорично заявил Денисов и вскоре маленькие калмыцкие лошади уже неторопливо везли всю компанию домой. К великому удивлению Александра они то и дело встречали бредущие в сторону бивака по направлению из города группы солдат.
  -Вы чего мужики, куда ходили, запрещено ведь? -окликнул он одну такую кучку.
  -Так мы энто нумера, шифры де сняли, начальство знает! -таков был ответ, -Праздник ить сегодня, как в город не пойти?
  -Похоже в Яму они ходили, а совсем не в церковь молится, -отметил неприятный факт штабс-капитан, -Скорее бы нас отсюда убрали, не то боюсь по части безобразий мы скоро тех драгун нагоним.
  И тут Денисов тоже оказался пророком, ну скажем так, почти угадал. Стоянка в окрестностях Смоленска немного подзатянулась, ближе к концу первой недели бывший в городе проездом генерал отменил несправедливое распоряжение местных властей и началось всеобщее веселье. Сашка еще не один день побегал по постоялым дворам и гостиницам, пытаясь отыскать свою "сестру Елизавету", но тщетно. Навел справки, в Воскресенском, Свято-Троицком и Спасо-Вознесенском женских монастырях города таких монахинь или послушниц не было никогда. Не то что бы он хотел повторить с Лизой то, что проделал ранее в башне, была потребность как-то объяснить, извиниться, но она исчезла из ешлш жизни навсегда.
  С ружьями они закончили возиться на удивление быстро, и вскоре друзья-сослуживцы сумели затащить Александра в ту самую знаменитую на весь Смоленск Яму. Этот хитрый переулок безвозвратно погиб в гигантском пожаре 1812 вместе со всем предместьем и не осталось о нем никаких воспоминаний, словно бы и не было его в природе. Но в 1806 году злачный район процветал вовсю. "Заведения" располагались так сказать по географическому принципу, самая южная часть была отдана обычным кабакам, далее шли публичные дома самого низкого пошиба, из разряда "все удовольствия за двуегривенный", далее к северу цена и уровень сервиса неуклонно возрастали и заканчивался переулок знаменитым заведением мадам, или точнее maman Боннер. Последнее как внешне, так и внутренне сильно смахивало, по крайней мере днем, на пансион для благородных девиц и злые языки говорят, что однажды прибывший из столицы важный чиновник обознавшись адресом этот бордель "проинспектировал" вместо соответствующего городского учебного заведения. По крайней мере так господин чиновник объяснил свои действия чинам полиции, когда его там "накрыли".
  Понятное дело, к Боннер Александра и его приятелей и на порог бы не пустили, нижним чинам вход закрыт даже в более дешевые "рублевые" заведения. Да они и сами бы туда не пошли... обычно егеря собирались в одном из кабаков, выпивали понемногу и тут же цепляли девиц из числа местных "любительниц", выходило дешево и сердито иногда даже получалось совсем бесплатно, "по любви". Российский солдат как известно к бытовым удобствам нетребователен, а летом любой кустик ночевать пустит, вот и трещали от "безумной страсти" каждый вечер заросли на пути между предместьем и биваком 13-го егерского полка. Но иногда случались и развлечения иного рода, об одном таком событии и пойдет речь ниже.
  Итак начнем, день стоит отличный, вид у наших воинов вполне приличный, с учетом специфических условий того места куда они сегодня собрались идти. Сюда по одному являться не стоит, эту простую истину нижние чины просекли сразу. Поэтому как только наступает вечер в кабаке, что притулился в самом южном конце одного, не будем указывать указывать какого переулка становиться весьма людно, порой не протолкнуться. Пестрядь, чуйки, нанковые халаты мастеровых и лохмотья босяков смешиваются с темно-зеленых мундирами солдат, хотя нет обычно народ держится кучками, как бы кланами. Халаты к халатам, мундиры к мундирам, босяки же отдельной корпорацией в дальнем углу возле стойки содержателя, для них не всегда находятся сидячие места, чай не "баре" постоят и так. Надо сказать, что нижние чины на фоне местных выделяются не только казенным сукном одежды. Есть и еще одно отличие, по которому солдата можно узнать за версту, даже если придет ему в голову прихоть натянуть на себя цивильную одежку. Короткие стрижки принятые в 13-м егерском очень даже выгодно смотрятся на фоне заросших сальными космами или стриженных под "горшок" аборигенов. Простонародье обычно предпочитает очень примитивные прически или вообще не следит за своей внешностью, намажут голову растительным маслом, абы под картуз или колпак влезала и все дела. В этом весьма прогрессивном для начала 19-го века нововведении заслуга нашего современника. Перед походом, получив приказ привести людей в "надлежащий вид" он недолго думая остриг свое капральство, свой взвод под полубокс, благо в СА ему привили кое-какие начальные навыки парикмахерского ремесла. Инициатива получила должное развитие, весна стояла теплая, лето ожидалось жаркое, в дальнем пути приходиться уделять особенное внимание требованиям гигиены. В отличие от более поздних времен в 1800 по части солдатских, да зачастую и офицерских причесок царила удивительная "демократия", историки до сих пор не могут понять, как же действительно выглядел средний армейский солдат постпавловских времен. Фотографий понятное дело не сохранилось, а имеющимся картинкам доверия нет, слишком уж много противоречий и не удивительно, любой художник ведь фиксирует на холсте или бумаге свое личное видение мира, а не скучную окружающую реальность. Причина столь вопиющего беспорядка кроется как ни странно в стремление последнего императора привить всюду единообразие. Введенные им "пукли", пудра и косы в армии приживались плохо по причинам сугубо экономическим. Иное дело - гвардия, там этого идиотизма хлебнули сполна: "Прибыл в лагерь поутру в 10 часов, я увидел здесь большую суету, кому голову стригли, кому ершили волосы кирпичом, пачкали светлым салом, натрусивали провиантской мукой накручивали пукли и привязывали косы. И в таком параде должен был солдат сидеть или стоять всю ночь, дабы не повредить буклей и прически." Довольно сложная и длительная процедура да и дорогостоящаяю, к счастью до провинции она не дошла, здесь продолжали донашивать старые екатерининские мундиры и стричь солдат под "горшок". Позднее по требованию нового императора была введена небольная косичка, но в 13-м егерском и до нее, что называется "руки не дошли", его командир продолжал придерживаться старого доброго принципа сформулированного Потемкиным, что "туалет солдатский должен быть таков, что встал, то и готов". Поэтому предложения пришельца из будущего попали можно сказать уже на подготовленную почву и прижились. Но не будем отвлекаться...
  Последнее время "отдохнуть" они ходили втроем точно три мушкетера у Дюма: Александр, Григорий и Федя - последний, тот самый ротный запевала "нам бы ба-а-абу...". Получился своего рода оптимальный состав группы, если надо отмазаться от начальства, то Сашка незаменим, к Федору липнут девки, да еще гитару приятели позаимствовали для него в имении богатого ротозея-помещика во время фуражировки, ну а Григорий в драке просто зверь - весьма ценное качество в этих неспокойных местах.
  С виду это обычный кабак, каких на Руси заведено немало, но посидев тут минут десять-пятнадцать случайный посетитель понимает, что попал в самый натуральный притон, служащий своего рода биржей для гулящих девиц и сводников всех мастей и оттенков. Тут все обыденно, так же висят по облезлым стенам картины с "прынцами", горланят за грязными столами в дым пьяные компании, мерзко воняет от луж непонятного происхождения. Музыкальное сопровождение полностью соответствуют обстановке, слышиться откуда-то из дальнего угла примерно следующее.
  А за кустичком, за березничком,
  А четыре попа да кобылу е...т,
  А и пятый поп поскакивает:
  -А, братцы, попы, доброхоты мои,
  Дайте мне хоть плешь обмакнуть!
  Атмосфера самая подходящая, хоть топор вешай, как в народе говорят. Вроде кабак как кабак, обычное питейной заведение, коих на просторах Российской империи тысячи. Но маленькая разница - народ приходит сюда не только для того чтобы пить.
  Наши друзья сидят за столиком недалеко от входа, здесь хоть дышать можно свободно, и уже второй час не могут одолеть полуштоф водки, из закуски у них только хлеб и сваренные вкрутую яйца, остальные разносолы в этом "общепите" употреблять себе дороже. Чего же они тут делают, ведь такую смешную дозу местного алкоголя, крепость которого в лучшем случае достигает 15-20 градусов, трое крепких парней одолели бы за пять минут. А вот сейчас и узнаем... помойной крысой рыщет между столами разбитная баба со следами многочисленных "ошибок молодости" на лице. Вот подкатила она к нижним чинам.
  -Солдатики-касатики красных девиц посватать не жела-а-ити? У вас купец у нас товар! -кривляется сводня подражая свахе.
  -Нам бы тетка трех сразу надо! -сразу ставит условие Александр, до группового секса местная мораль как-то еще не дошла. Отсталые они предки в этом плане, учиться им еще и учиться... или все же луше таким вещам не учится?
  -А меня три девицы-красавицы как раз для вас голубчики!
  -Старухи поди?
  -Упаси господь, мои девицы молоды, из себя ладны!
  -Ну что ребята может возьмем, сколько тут еще сидеть?
  -А ну бабка постой! Сколько годов твоим девкам то? -это у Григория возникли нехорошие подозрения, неудивительно слишком все гладко пошло в этот раз.
  -Старшой десять будет, младшеньким девятый пошел, да вы солдатики не сумлевайтесь. Девки то ладны и умелы, с пяти годков промышляют! -масляные, заплывшие жиром глазки так и сверкакют в предвкушении неплохого барыша.
  -Поди твои?
  -А то как? Скока их растила-кормила, пущай теперя матушку содержат !
  -СУКА еб..я!!! -пинок и мелькая юбками баба-сводня кубарем вылетает а открытую дверь заведения, словно футбольный мяч. А Гриша все не может успокоиться. -Что за люди, дите свое родное продают, ровно игрушку, убить таких надоть!
  -Эй служба, ты почто бабу выкинул? Ее вить это исчо еть можно! -доноситься из-за спины. Григорий зло крутит головой, пытаясь найти шутника, но тот более себя никак не обнаруживает.
  -А может и не своих, подобрала нищенок, или заманила каких глупеньких вот и торгует... -пытается успокоить приятеля Сашка, -Зря поди мы ту первую прогнали? Похоже у них сегодня забастовка, вчера отбою не было, лезли на нас толпой, а тут как в пустыне сидим.
  -Известна обманщица, сколько уж ее наши били! Эх зря мы Сашка сюда пришли, поди стоит лучше завтра днем счастья попытать в леске за городом. Воскресенье, а значится бабы и девки туды гулять пойдут. Может и подцепим кого.
  -Верно робяты, седни конец поста, девки гулящие поди грехи замаливать в церкву пошли. Завтра надоть, когда оне разговляться будут.
  Но это завтра, а сегодня им судьба уготовила развлечение несколько иного рода. За соседним столом, который служивые делили с местными ремесленниками и еще каким-то пришлым сбродом давно уже зрел конфликт. Обычное дело в таких местах, если за вечер два-три раза не подерутся, то можно сказать, что день прошел впустую.
  -Ты энто сАлдат не замай, куды прешь? Осади давай! Почто не видишь, я на Марфутку ужо глаз положил?
  -Погодь борода не ерепенься! Нашего брата на войну гонют, а ты туточки возле бабской юбки остаешся! Чай успешь ищо попользоваться.
  Не поделили бабу,что поделать сегодня тут на женское тело определенный дефицит. Сейчас друзья-товарищи успокоят спорщиков и все закончиться. В самом худшем случае враждебные стороны пойдут разбираться на улицу в кусты за помойкой. Нередко с такого "боя" враги возвращаются обратно в обнимку, хоть и с разбитыми в кровь лицами - значит мир, в драе победила дружба. Это дело житейское, нравы здесь простые и никто по этому поводу не комплексует, выпили-подрались-помирились и так порой неоднократно. Так бы все вероятно закончилось и в этот раз, но неожиданно прозвучали роковые слова...
  -Лапы поганы убери! ШКУРА КАЗЕННА!!! -ляпнул не подумав пьяный "халат" и тут же осекся и замолчал, испугавшись собственной дерзости.
  Как обрезало, бестолковый пьяный галдеж моментально смолк, стало слышно, как звякнула уроненная буфетчиком мерная посудина для водки и чирикают воробьи за мутными, никогда не протиравшимися окнами... Всего два слова, а какой поразительный эффект! Маленькая историческая справка: это сочетание, "шкура" плюс "казенная", или другие варианты со словом 'шкура', например "шкура дубленная" почитаются здесь среди нижних чинов страшным, смертельно обидным оскорблением. Нравы в российской армии начала 19-го века довольно грубые, солдат привык к тычкам, пинкам, ну а матом даже разговаривают. Никто не обижается, все понимают служба такая - не институт благородных девиц. Мордобой, правда, в 13-м егерском запрещен, но это личная инициатива полковника, его коллеги с ним определенно не согласны. И тут какая-то "шкура"... просто фантастика! Да нет, здесь тонкий намек на казенных лошадей, которые продолжают служить отечеству и после смерти в виде ремней снаряжения или кожи на барабанах. Солдат, который проводит на службе почти всю свою короткую жизнь, такие вещи чувствует что называется нутром и годов даже лечь добровольно под шпицрутены, только бы не позор... Александр был свидетелем, как батальонный капитан, сам проженный ругатель-матершинник не способный связать двух слов без упоминания представительницы некоей древнейшей профессии, в момент сорвал галун с унтер-офицера назвавшего солдата "казенной шкурой": "Ты у меня навечно в рядовых останешься, б... сукин сын!!!" Вот такие дела, а уж от какой-то мастеровщины терпеть такое оскорбление, да ни за что! Самый последний убогий солдатик и тот не спустит, а здесь в кабаке-притоне собрались как на подбор буйные и отпетые. Остальные, робкие или больные не рискуют таскаться по таким "заведениям" и вынуждены пользоваться услугами городских проституток самого низшего пошиба, тайком проникающих на бивак 13-го егерского полка в ночное и вечернее время.
  Кабак точно пороховой погреб взорвался безумным побоищем, "швед, русский колет, рубит, режет...". С одной стороны в качестве оружия пошли в ход бутылки, кружки, палки - короче все, что попалось под руку. Нижние чины пустили в дело свое традиционное... Совершенно бесполезный в бою тесак в кабацкой или уличной драке превращался в грозное и универсальное холодное оружие: хочешь - наматывай с ремнями на руку для усиления, а умелец - так используй в качестве кистеня, и уже в самом крайнем случае - как нож можно задействовать. Но до поножовщины обычно дело в таких побоищах доходило редко. Сашка с завистью наблюдает, как его приятель раскручивает ремень портупеи, 'вжик-вжик' и тяжелый эфес врезается в затылок очередного противника. Григорий тут на высоте, приходится только постоянно удерживать, чтоб не увлекся и не покалечил серьезно кого-нибудь, а не дай бог еще и убьет. Александр перевязь с кортиком обычно не носил, у него для такого дела припасен кастет. Прекрасная вещь для ближнего боя, досталась она ему при разборе пожертвованного населением в пользу армии оружия, чего там только не было вплоть до составных луков и стрел. Бесполезную, по всеобщему мнению "железку" он сразу же прикарманил в свою пользу, только острые шипы сточил напильником, незачем зря людей уродовать.
  Вот сзади к самозабвенно орудующему импровизированным кистенем Гришке подкрадывается очередной "халат". Непорядок однако, Сашка встает у него на пути, ныряет под занесенную над ним бутылку, и ловко отработанным приемом выкручивает руку противнику, до звонкого хруста в костях. Приемы самбо восстановленные и заново отработанные прошлой зимой очень даже пришлись кстати.
  -Пусти служивый!!! А-а-а рученка моя... Я ить портной как теперя буду??? -воет обезоруженный и прижатый к стене мастеровой.
  -Лезь под стол и сиди там пока не кончиться! -еще с одним покончено, но в открытые двери вваливается новая партия чуек, халатов и союзных им босяков, дело сегодня будет жаркое.
  -Ура братцы!!! Бей!!! Не выдавай!!! -егеря только рады новым "гостям", даже пятикратный численный перевес не поможет местным и дело тут не в физических "кондициях"... Здесь побеждает не тот, кто сильнее - нижние чины возьмут верх напором, сплоченностью, чего и в помине нет у противной стороны. В 13-м егерском все слабые духом и телом давно отсеялись за время похода, отлеживаются теперь по квартирам у сердобольных обывателей, можно смело сказать, что тут собралась своего рода военная "элита".
  Именно так, а не постами и молитвами и формировался в те времена российский солдат, которого было мало убить, а надо еще и повалить. Дрались они много, и всегда с диким остервенением... Когда Сашка впервые с этим явлением столкнулся, то испытал даже некоторый шок, но затем привык и принял как должное.
  -Почто б... дозволили гарнизонным нашего повязать!!! Али вы не товарищи, забыли выручить??? -бывало рычит на провинившихся подчиненных отец-командир.
  Урок усвоен, в следующий раз полиция-"гарниза" будет безжалостно бита, а "рестованный" нижний чин освобожден из под стражи. Таковы здесь "обычаи" освященные вековой традицией, не тот виноват, кто что-то сделал, а тот кто попался, кого поймали... не дай себя повязать и бей всегда первым. Рудименты такого подхода к подготовке личного состава Александр мог припомнить и из своего опыта срочной службы. Там тоже старшина-сверхсрочник возмущался, какая мол еще дедовщина? В его времена было принято драться рота на роту, или шли в клуб, специально чтобы сцепиться с местными парнями, меж своими такого безобразия не было.
  Финал сражения: уцелевшие мастеровые и компания трусливо спасаются, укрывшись в одном из полтинных "заведений", но разошедшиеся солдаты не оставляют их и там.
  -Куды!!! -бугай-вышибала пытается остановить их, но поздно. Сашкин кастет отправляет стража продажных женских прелестей в нирвану. Чем не отработка уличного боя? Спрятавшихся врагов вытаскивают из под кроватей, из шкафов, из-под стоек. Визжат обалдевшие "девицы" коих застали в самый разгар "производственного процесса", от страха даже не прикрываются, или лни так специально демонстрируют свои прелести потенциальным клиентам? Но на них никто не обращает внимания, может быть, потом когда нижние чины остынут, девки получат определенную толику внимания, но не сейчас.
  Краем глаза Александр вдруг замечает, что из окон соседнего строения валит клубами густой дым, и показались языки пламени, это явно не самовар поставили - это же пожар, страшный бич деревянных городов! Пора ему вернуться к своим обязанностям унтер-офицера, надо срочно прекратить драку и попытаться потушить возгорание, иначе будет плохо всем. Как угорелый он мечется туда-сюда, надрывая горло криком, трудно оторвать людей от такого приятного дела. Приходится буквально оттаскивать их как охотничьих псов от желанной добычи, к счастью его приятели уже опомнились и помогают ему в этом нелегком занятии.
  Бордельчик они тогда потушили, для трех десятков солдат не бог весть какой героический труд, да еще и побежденную в схватке "мастеровщину" привлекли, мотивируя на мирные подвиги кулаком и "добрым словом". Хозяйка заведения пообещала щедро отблагодарить за спасение, да и девки кажется не против, первый испуг у них уже прошел. Ничего особо выдающегося не произошло, такие события здесь на окраинах не в новинку, нынешнее побоище отличается от обычных потасовок разве, что масштабом - ну перестарались немного. Часть солдат осталась в "заведении", чтобы получить заслуженное вознаграждение 'натурой', остальным хватило на сегодня драки, на баб уже не тянуло. Александр, как вы уже догадались, принадлежал к этой второй, меньшей половине, Григорий тоже, сполна парень выложился в "побоище", только Федька остался, не иначе присмотрел подлец такой себе новую подружку...
  .........................................................
  День второй или третий - какая разница, здесь праздники длятся порой неделями...
  -Пошли прочь охальники, креста на вас нет! Детей бы малых постыдились! -вот опять сорвалось, их прогоняют прочь. Детишек и в самом не заметили, приятели немного обознались: это няньки тут своих подопечных выгуливают, а вовсе не кухарки отдыхают, как сперва показалось. Перепутать не трудно, нередко молодые женщины и девушки, находясь "в услужении", совмещают две эти нелегкие обязанности. Какой хороший день, неужели пропадет? Пригородный лесок на берегу Днепра издавна служит горожанам своего рода парком для отдыха и прочего приятного времяпровождения. Туда и направили свои стопы в поисках любовных приключений наши "мушкетеры", прихватив два полуштофа водки и немудреную закуску - лук и хлеб. Пикап смоленских девок что-то определенно не задался, попадались или такие, что себе дороже, или красотки гордо морщили носики и отворачивались, мол с грубой "солдатчиной" им иметь дело не хочется. Проходили так друзья полдня и никого из женского полу не подцепили...
  -Может с теми еще счастья попытаем? -предложил уже совсем в отчаянии Федька.
  -Нет эти не для нас, смотри, одеты чистенько и не по-народному... не захотят с солдатами точно.
  Но поразмыслив решили они сделать еще одну попытку, терять уже было нечего. Для храбрости и наглости следовало прибегнуть в испытанному средству - алкоголю. Устроились как раз напротив потенциальных "жертв", примерно в пятнадцати шагах. Девчонки, как было видно, тоже перекусывали, с аппетитом грызли какие-то баранки и сушки. Их было трое: две примерно одного возраста, на вид 18-20 лет не больше. Это старшие, компанию им составляла девица, которой Сашка не дал бы больше 15-ти, но по местным меркам это тоже вполне взрослая девушка. Вниманием Александра завладела одна из них, что сидела точно напротив него прислонившись спиной к стволу старого дуба. Набегалась и верно устала, обувь сброшена, и маленькие пальчики вытянутых изящных ног забавно шевелятся, словно радуются обретенной временной свободе. Девица, очевидно заметив, что унтер ее разглядывает, тот час стряхнула крошки с подола, благо с сушкой она управилась, и совсем немного изменила позу. Сначала делала вид, что смущена, даже личико демонстративно ладошкой прикрыла, но затем началось нечто... Длинные ножки у нее теперь не прижаты плотно друг к другу, а разведены в стороны буквой V, словно она решила нарочно подразнить любопытного солдатика. Смотри мол, служивый, а все равно ведь ничего не увидишь, длинная юбка мешает, надежно скрывая плотной тканью стройные и длинные ноги почти до икр, хотя нет теперь они обнажились сильнее, еще немного... и колени мерзавка так и не показала, одарив в качестве компенсации Сашку очаровательной улыбкой.
  Завязался у них немой диалог, Александр мимикой и слегка жестами дал понять своей весьма удаленной, к сожалению, собеседнице, что покорен-восхищен-влюблен, и жаждет продолжения "банкета". Девчонка опять лукаво улыбнулась, господи какие ямочки у нее на красных щечках обозначились в этот миг, и шутливо пригрозила пальчиком, дескать, знаем мы вас... В ее голубых глазах заиграли веселые искорки, и тут случилось ЧУДО! Пока Сашка пялился, смотрел ей в лицо пытаясь угадать, что же задумала эта молоденькая красотка, изящные маленькие, еще не огрубевшие от работы ручки скользнули на полные, уже почти женские бедра. Точно сами-собой пальчики прочной хваткой вцепились в складки широкой юбки, подаваясь усилию, тонкая ткань натянулась как парус на ветру... Ап, и рядом изумленно охнул, внезапно подавившийся чаркой, Григорий а Федор не иначе и вообще дар речи потерял от неожиданности. Удивленным взорам наших воинов открылся маленький кустик коротких жестких черных волос в нижней части живота девушки и небольшая складка кожи в самом верху женского естества, большег к сожалению из-за позы девушки видно не было. Она, насладившись с минуту-другую лицезрением вытянувшихся физиономий совершенно обалдевших солдат, непринужденным легким движением опустила обратно свою юбку, занавес эротического театра закрылся. Девчонки не смогли сдержаться и тотчас захохотали, чуть не до упаду, ничего удивительного - можете представить сами, какие рожи были в этот момент у Сашки и его приятелей!
  Но оказывается и это еще не конец, а только антракт, смелая девица поднимается, и ее место под деревом занимает другая, сговорились они что ли? Представление продолжается: медленно эротично разводятся в стороны прекрасные ножки, натягиваются юбки и опять то место, что обычно скрывается от посторонних мужских взглядов, вводит в ступор зрителей. Фелинни с его утонченной итальянской эротикой нервно курит в стороне, зрелище невероятно, неописуемое и неповторимое - как пудовой кувалдой по голове. Зеленая трава снизу, голубое яркое небо словно на картинке, ни одного облачка сверху и для контраста между двумя этими стихиями на стыке - девичья... как ее... даже не подберешь подходящего слова. У нас по непонятной причине о этом женском органе все термины, ка на подбор или судебно-медицинские, или нецензурно-матерные и только лишь. Обидно, но таких вещах не рассказывают - слов не подобрать, их надо видеть своими глазами.
  -Гляди-ка, а у энтой волос на срамном месте рыжий... -только и смог прохрипеть пересохшими губами Федька, -Лександр подстричь бы девку тама, не видать ни зги.
  -Да я бы их обеих... того, -Сашка был не в силах скрыть восторг, -Чертовки, смотри что делают!!!
  Точно услышав пожелания солдат девушка немного двинула тазом вперед и чуть согнула ноги в коленях, откинувшись при этом спиной назад на ствол дерева. Ее "пирожок" при этом раскрылся, призывно маня нежными красно-розовыми складками, в какой-то неуловимый момент даже крохотная темная дырочка была видна. У Сашки от такого "представления" крыша чуть совсем не съехала, он с трудом сдержался, еще минута и рванулся бы вперед как лось во время гона.
  Молодая волшебница продемонстрировав свое "сокровище" и помахав напоследок ручкой резво вскочила на ноги, только юбки вихрем хлопнули. Теперь настала очередь младшей девчонки, эта смущается и пытается всеми силами избежать "демонстрации", отнекивается, но старшие неумолимы.
  -Нюрка давай живей, делай как уговаривались, не то мотри, парни уйдут! -шпыняют они свою задерганную подружку.
  -Ой боюсь, ой срамота, ну а увидит ищо кто, окромя них? -пытается сопротивляться в конец задерганная девицами Нюрка.
  -Ты наземь не садись задом, а присядь ровно сикать собралась и подол подыми повыше! -понуждают ее более опытные товарки, -Во так, и коленки, коленки разведи дуреха, то им не видать поди ниче! Мотри ждут служивые тебя дуру окаянную.
  Теперь настал черед смеяться уже для егерей. Скорчив страдальческое лицо, Нюрка присела перед ними на корточки и нелепо раскорячилась поднимая юбки, но тощие колени у нее остались крепко сжаты, словно хозяйка над ним не властна. Девушки теряют терпение и силой помогают подруге развести их в стороны, не обращая внимания на робкие протесты. Третью подружку определенно брить не надо, пока в наличии только легкий, едва заметный пушок на лобке, не скрывающий никаких анатомических деталей юного тела.
  -Девки!!! Не мучайте вы ее, давайте лучше познакомимся! -Александр наконец сумел выйти и ступора, надо спешить, пока эти решительные красавицы не передумали. Он резко вскочил и направился к ним, Григорий следом, а Федька так и остался на месте.
  -А-а-а!!! -Нюрка занятая неравной борьбой с подругами потеряла равновесие и свалилась на спину, попутно задрав вверх тощие белые ноги, чуть не кувыркнулась через голову... Но Сашка уже был рядом, и помог несчастной "стриптизерке" подняться и оправить платье.
  Вот так и познакомились, Вера, Катя и Нюра оказались портнихами, отсюда и "непростая" одежда с претензией на "европейский стиль" сбившая сперва наших приятелей с толку. Хозяйка требует, нельзя иначе - клиентки не поймут. Девицы искали сегодня с утра приключений и вот похоже нашли.
  -Вы как подмастерья что ли у нее? -осведомился Сашка.
  -Подмастерьем у нас тока Нюрка, а мы мастерицы! -обиделись было девушки, но гитара в руках Федора и душевные романсы скоро примирили всю компанию. А там и водка быстро пошла в дело, это у нас не долго.
  Кончили они полуштоф, поговорили про жизнь, девки охотно поделились местными сплетнями и новостями, пришла пора определиться: 'Всякое дыхание любит пихание!' - так тут принято. Пустая бутылка выступила в роли рулетки, красавица Вера досталась Григорию, смешливая и чуть полненькая Катя отошла Федору, а Сашка как всегда пролетел, ему выпала самая младшая - Нюрка. Пришла пора разбегаться по кустикам, и тут Александр заметил, что его партнерша как-то проявляет совсем мало энтузиазма в отличие от старших девушек.
  -Боишься?
  -Неа..., отрицает Нюрка, а сама то и дело отворачивается от назойливых ласк солдата.
  .........................................................
  Все сразу пошло не так как хотелось, сначала было "как положено", но спустя несколько минут Нюра под ним сперва заохала, а затем вдруг залилась слезами. Плачет навзрыд точно маленькая девочка у которой отобрали любимую игрушку. Сашка был вынужден прекратить соитие, теперь надо срочно утешать и успокаивать партнершу.
  -Ну что милая не так? Я вроде осторожно начал, неужели так больно?
  -Я ить девушкой была, -размазывает по лицу слезы и сопли девчонка, -Теперя пузо будет, куды я брюхатая подамся, хозяйка поди-ка выгонит!
  Руку вниз и точно - кровь на пальцах, странно, но Александр ничего не заметил, вероятно алкоголь виноват и долгое воздержание, совсем одурел. Постой, постой... а сколько же ей лет будет? По виду выглядит, как вполне сложившаяся девушка, не фотомодель конечно, но все положенные прелести на месте. С трудом расспросил захлебывающуюся соплями и слезами Нюрку, слово скажет, и пять минут воду льет, оказывается девице всего тринадцать.
  -А чего же ты Нюра тогда с солдатами по кустам кувыркаешься? -сразу возник законный вопрос.
  -Верка с Катькой энто... приневолили. Грят не подешь с нами гулять, так в соплюхах тя и оставим! -сквозь слезы доносится до Александра, -Куды я теперя брюхата така пойду? Ы-ы-ы...
  -Да постой, наконец, не плачь! У тебя ведь первый раз? Кто же с него беременеет? -по правде говоря Сашка не был в этом уверен, но надо обязательно утешить девчонку, раз уж так нехорошо получилось.
  Мало-помалу водопад слез наконец иссяк, может просто вода там у нее внутри закончилась, и теперь можно поговорить нормально. Не везет Александру на женщин в последнее время, хоть медицинский осмотр им предварительно не устраивай: Лиза-монашка явно больна на голову была, а эта еще сопливая малолетка-подросток оказывается.
  -Успокоилась? Давай в чехарду поиграем! -возникла у него идея, -Становись на четвереньки, вот так попой ко мне повернись... Хорошо и не двигайся, я сейчас сам тебя попробую...
  -Ой, ой, не нать! -опять началось, когда Сашка аккуратно раздвинув ей ягодицы, вошел в девчонку сзади, но вскоре Нюрка притихла, только сопела носом точно паровоз. И вдруг он ушам своим не поверил, она оказывается, тихонько смеется! Что за черт, ведь только что ревела?
  -Ох умора! Я видывала намедни у нас под окном кобель сучку эдак жарил, ровно как ты мя счас! -не очень приятное получилось сравнение, однако Александр не обиделся. Он обихаживал ее почти добрый час, а может и больше, время в таких случая течет незаметно, но результаты получились весьма скромные, первый блин всегда комом. Когда закончили, то обратно на место встречи Сашка доставил девчонку на руках, чем немало удивил уже поджидавший ее там подруг.
  -Почто так? Нежели ноги отнялись? Долго мы тебя ждали, нешто парень такой сильный попался? -но Нюра только застенчиво улыбалась и на вопросы подруг не отвечала. Условились они завтра встретиться том же месте, и в том же составе.
  Последнюю неделю проведенную в лагере они в Яму уже не ходили, каждый вечер встречались со своими "смолянками". Нюра появилась еще раз, а затем девушки стали приводить других молоденьких учениц, желающих приобщится к серьезной "взрослой" жизни. Объяснили, что хозяйка их не всегда отпускает после работы, нагружая попутно домашними делами, только старшие мастерицы могут вечером отлучаться по своему усмотрению. Новые девицы оказались на проверку, старше и опытнее Нюрки с ними проблем уже не было, разве что кроме самой последней.
  -Вера зачем вы ее притащили? Она же поди еще в куклы играет? Сколько тебе лет красавица? Десять? -он почти угадал, в этом году только одиннадцать будет.
  -Анфиска глупая, сама за нами увязалась, ей богу Саш! Гнали не уходит, говорит хочу мол как все девки.
  Понятное дело с такой чересчур юной подругой сношения у него не было, так лишь поговорили чуток, да пощипал немного в шутку, пока ребята Верку с Катькой обрабатывали, старался по возможности не обидеть и не напугать ребенка. Можно сказать, что просто поиграл с девочкой, пусть подождет рано ей еще любовью заниматся. Приключения начались позднее, стоило ему на минуту отвернуться, как девки угостили свою мелкую приятельницу водкой, ничего пусть привыкает. Сперва действительно было "ничего", а затем малолетняя любительница приключений сомлела и пришлось Александру тащить ее домой на руках. Заодно и посмотрел, в каких бытовых условиях его новые знакомые обитают и работают. Тесновато конечно, но чистенько, уютно и отнюдь не полено под головой как у чеховского подмастерья Ваньки Жукова, немного напоминает комнату в женском студенческом общежитии. А тут как назло еще и на хозяйку ихнюю он неожиданно нарвался, эдакая шустрая бабенка лет 35, за версту видно - бой-баба, привыкла всеми заправлять.
  -Это что еще за содом! Я вас гулен таких в участок под розги отправлю! -началось по началу. Но ушлые Верка с Катькой так и вертятся вокруг начальницы, только и слышно: "ш-ш-ш... как у коня!". Надо полагать, Нюра рекламу Александру сделала, ей вероятно с непривычки почудилось невесть что, теперь придется держать марку поскольку отступать уже поздно.
  -А по виду не скажешь, паренек ить молодой! -с сомнением разглядывает "грозная начальница" Сашку, и тут у него чисто случайно вылетело...
  -Ничего что молодой, зато у меня хрен с бородой! -ответил Сашка и сам удивился, откуда столько наглости взялось, удивленная тетка аж дернулась от неожиданности.
  -Коли так пошли, помочь требуется, комод тягать надо, дворник седни болен, а мне одной не поднять, -и когда поднимались наверх добавила в спину, -Я те бороденку то парень, мотри выщипаю...
  Мастерская и квартира девушек размещались на первом, хозяйка жила этажом выше. Любопытные девчонки не мешали и пришлось ему и мебель двигать и хозяйке потом задвигать по полной, к счастью до ненасытной Лизы-монашки этой было далеко... На обратном пути чуть не поставил синяк на лоб своей старой знакомой Нюрке. Оказывается, у двери собрались почти все девчонки-ученицы и по очереди подслушивали, как там Александр усердно "работает" над хозяйкой, шуганул он их напоследок и весело смеясь разбежались прелестницы, кто куда по углам. Одна только Нюра с ним и осталась...
  -Прощай милая, завтра мы уходим в дальний поход... Больше не увидимся.
  -Ой, давай я тя провожу напоследок! Хозяйка теперя отпустит, эдак ты ее ублажил! -и проводы немного затянулись, так что он едва успел к проверке, встал в строй уже под грохот барабана. Пока шли до лагеря, пять раз заходили в кусты "прилечь и отдохнуть", Нюрка под самый конец заохала и застонала совсем по бабьи, обманывает, надо думать, и притворяется - научили ее более опытные старшие девушки.
  .........................................................
  Дороги, дороги, кто же вас распроклятые придумал, руки-ноги бы оборвать такому изобретателю-рационализатору. 13-егерский снова в пути, месяц неожиданного, пьяного, веселого и бесшабашного отдыха в Смоленске пролетел незаметно, точно его и не было. Неслышно и тихо они расстались со старым городом, просто ушли на рассвете с первыми лучами солнца прямо в утренний белый туман, не было ни слез, ни проводов, так даже лучше. Память странная штука, Александр прекрасно помнит всех своих женщин, но совершенно забыл о многих других вещах, случившихся с ним за последние годы. Так например о поистине эпическом рапорте - пришлось постараться, чтобы обелить себя и сослуживцев после того происшествия в Гнилой Яме, спасибо хоть штабс-капитан Денисов по старой памяти помог. Хотели местные власти много чего повесить на 13-й егерский, да обломилось у них. Тут главное правильно отчитаться... С нашей стороны оказывается сплошь были доблестные защитники отечества, а с противной - личности по недоразумению и халатности властей пребывающие на свободе. Пришлось конечно немного исказить действительность и кое о чем умолчать, но в главном Александр против истины не погрешил, "заведение" егеря не поджигали, само загорелось, бывают на свете такие чудеса.
  Вторая половина пути уже пошла легче, спала жара - лето кончается. Полковник настойчиво торопит и подгоняет, надо успеть встать на назначенные зимние квартиры до распутицы, а топать до них еще далеко. После Смоленска уже появились признаки, что где-то там, на западе идет война. Пока еще слабые, но чем дальше, тем сильнее... Вот их на марше обогнал казачий полк, а вот они сами догнали медленно ползущий обоз с провиантом для армии. Один раз попался казенный транспорт с ранеными и калеками, впечатление тягостное - кто без ноги, кто без руки. Егеря обступили их, насильно в руки страдальцам суют продукты и табак, расспрашивая: "Как там братцы?"... Зачем - и так по одному виду понятно, что хреново приходится, наши доблестные интенданты лютуют страшнее неприятеля, заморили почем зря массу народу. Остались в прошлом все пьянки, приключения с девками, на марше у служивых просто недостает сил, сроки поджимают, и темп движения постоянно нарастает, скорее вперед, надо обязательно успеть. Надо закончить поход пока осень окончательно не превратит дороги в непроходимое болото, где можно запросто оставить как лошадь, так и сапоги. На этом этапе никаких серьезных приключений на долю Сашки не выпало, если не считать удачно подстреленную "дикую" барскую свинью и пару гусей, на которых пули тратить не стали, свернули шеи горластым и так.
  Встать на зимние квартиры в этом году им пришлось на самом стыке Виленской и Курляндской губерний. В ближайшем провинциальном городе подходящей казармы для полка не нашлось, поэтому разбросали их по-ротно и по-батальонно по многочисленным деревням, фольваркам и местечкам. Сашка долго не мог понять, куда собственно они забрели, куда зашли - что это такое Польша, Литва или может быть все таки Белоруссия? Одно было несомненно, население встречало их - солдат российской императорской армии враждебно. Не понятно как в нашем времени, но сейчас это жалкий огрызок некогда великой и могучей "Ржечи Посполитной", успешно "профуканной" полвека назад вельможными панами. На лицо все основные классические признаки: огромные покосившиеся от времени черные кресты у перекрестков дорог, католические костелы, жирные бритые ксендзы, наглые и спесивые "гонористые" паны-помещики, и для полного комплекта - имеются в наличии забитые покорные хлопы. И самое главное, здесь все от мала до велика ненавидят "москалей", видно память о кровавых восстаниях, полыхавших в прошлом веке, еще не изгладилась окончательно и памяти местного народа.
  .........................................................
  Солдатская шинель на морозе оказывается ни черта не греет и от холода не защищает, сказки все это для самых маленьких и глупых деток, тут нужен мех или на худой конец толстый слой ваты. В одном лишь теперь спасение, надо безостановочно двигаться вперед, за тем холмом должно быть местечко, где расквартированы первый батальон и штаб "родного" 13-го егерского полка. Одинокий солдат упорно ползет по полузасыпанной снегом лыжне, волоча за собой узкие санки, оставляющие на белоснежном покрове кроваво-красный след, цепочку или россыпь мелких точек. Путь кажется бесконечным, а груз неимоверно тяжелым, заиндевевшая винтовка оттягивает усталое плечо, такое впечатление, что она прибавила за время пути в весе по крайней мере вдвое.
  Добрался наконец, дошел до цели... какое счастье после пяти часов, проведенных на морозе снова попасть в теплую избу, пусть даже тут не очень уютно и местами неприятно попахивает навозом и еще какой-то дрянью, зато не прохватывает до костей леденящий душу холод.
  -С рождеством христовым пан вахмистр! -встретила Сашку гостеприимная хозяйка. Он настолько обалдел от такого необычного приветствия, что даже не снял с плеча оружие, так и зашел в дом, попутно зацепившись длинным стволом винтовки за низкий косяк двери. Там внутри его ожидал новый шок - и хозяин вежливо поздоровался, опять вылезло некстати пресловутое "пан вахмистр"! Хозяйская дочка молоденькая красавица Франка прямо так и льнет к унтеру, соблазнительно бедрами покачивает, бюстом потряхивает и улыбается - нет положительно это сон, может быть он замерх по дороге и свалился и уже умирает? Да нет он, живой и здоровый, находится на половине крестьянского дома отведенной нижним чинам. сегодня здесь непривычно чисто, неужели хозяева пол вымыли, просто фантастика! Домашние, вязанные из тряпок половички кругом лежат, и что совсем убийственно - появились холстинные занавески на окнах.
  -Гриша, что у нас случилось???
  -Христос воскрес Лесандр Петрович... ха-ха!
  -Да я вижу, полячки то почему такими ласковыми стали? Неужели в честь праздника? Еще сегодня утром хозяйка шипела как змея: "москали, проклятые схизматики", а Франка от меня пряталась по углам точно кошка от собаки. -вслух высказывал удивдение унтер-офицер, - По-русски они оказывается и говорят прекрасно и понимают, а раньше только морды в сторону воротили?
  -Обожди немного, расскажу сейчас, косулю чай добыл, али не повезло?
  -Куда она от меня денется, пришлось правда просидеть в засаде почти все утро, боязливые они стали. Санки с тушкой во дворе, надо будет побыстрее ее разделать, а то как бы собаки местные не объели.
  -Вот и славно, счас ребят за ей пошлю, -в отсутствие Александра Гриша в капральстве, или во взводе, в ту пору оба термина использовались одновременно, распоряжался в отстутствие унтиер-офицера за старшего, -В штабе сегодня свинью режут. Значиться делиться с имя не надо, добыча наша будет, токмо язык пошлем штабс-капитану Денисову, уважим.
  С утра еще затемно Александр подкарауливал в панском лесу очередную жертву - косулю, за зиму он истребил целое стадо этих грациозных животных, жалко их, но что поделать - такое вкусное мясо. Пока он мерз поджидая свою добычу, в местечке произошли события коренным образом изменившие отношение местного населения к расквартированным тут егерям. "Что за подлый здесь народ!" -бывало не раз, на все лады повторяли возмущенные до глубины души солдаты 13-го егерского полка. И в самом деле, щепку возьмешь у них, хлопы уже вопят во все горло, что мокали их грабят-разоряют... Бабу или девку ущипнешь за бочок - светопреставление считай гарантированно, вчерашний российский крестьянин в солдатском мундире к такому странному обхождению не привык. Каждое утро в канцелярии полка толкается толпа жалобщиков, только немногочисленные лавочники-евреи относятся к нижним чинам более-менее дружественно, блюдут свою коммерческую выгоду. И внезапно, в один зимний день, все полностью переменилось... Что же произошло? Оказывается, устав разбирать многочисленные претензии полковник объявил местным пейзанам, что намерен поменяться местами расквартирования с казачьей сотней, стоящей в фольварке в пятидесяти верстах восточнее. Мелкие, но невероятно прожорливые степные лошадки уже весь фураж там подъели подчистую и казаки давно просят о такой рокировке...
  Тотчас же аборигены "прозрели и раскаялись", сразу в штаб потянулись делегации, явились местный пан с женой и дочками, ксендз с причтом и конечно же многочисленные хлопы, как без них? Вся эта публика, чуть ли не на коленях, целый день с утра до вечера умоляла полковника оставить батальон на прежнем месте. Так уж им очень не хотелось иметь дело с донцами, видно хорошо запомнили казачьи нагайки, погулявшие вволю по местным задницам и спинам четверть века назад. В любом случае для крестьянина постой кавалерии - худшее из возможных наказаний, ведь лошади сожрут все его запасы сена и соломы и все это "удовольствие" будет, что называется "за так". Чиновники из провиантского комиссариата заплатят пейзанину в качестве компенсации какие-то жалкие копейки, если вообще не положат денежки в свой карман, как оно и случалось сплошь и рядом. Казаки же вообще, согласно давней традиции, за взятые у местных жителей фураж и продовольствие ничего и никому сроду не платили.
  Нежданно-негаданно у Александра появилась и очередная любовница, скорее всего местные девицы и молодые женщины получили от родителей негласный наказ быть поласковее с солдатиками. Если ранее Франя, Крася, Зося, Цеся и другие местные красотки на нижних чинов и не смотрели, то теперь другая ситуация. "И женщин им дать в соответствие чину", все верно подметил полузабытый уж Сашкой поэт, так и распределили: унтер-офицеру на общем разборе досталась Франка, у нее отец местный староста. До этого на зимних квартирах было скучновато, разве что Денисов по распоряжению командира стал обучать застрельщиков приемам и методам полевой фортификации, да и ведению осадной войны заодно. Не столько "в интересах дела", а скорее - что бы дурью от безделья они не страдали. Они в охотку плели туры, благо у крестьян нашлась масса заготовленной с осени гибкой ивовой лозы, ничего сложного - втыкаем в нарисованный на земле круг тонкие прямые палочки заостренные на концах, затем оплетаем получившуюся конструкцию ветками и в итоге то, что нужно. Такая корзина без дна и покрышки легко переноситься одним бойцом, позднее в нее насыпают землю превращая в надежное укрытие укрытие от ружейного огня. Стали рыть осадные траншеи и возводить из снега бастионы на пустыре сразу за панской усадьбой. Егеря на практике постигали различия между редутом, люнетом и флэшами, оказывается и здесь все очень просто. Гораздо сложнее запомнить все эти мудреные иностранные термины, все эти гласисы-траверсы-банкеты, это хозяйство перевести на русский язык никто до сих пор не удосужился... Штабс-капитан постоянно сетовал, что инженерное дело у нас традиционно пребывает в загоне, войска практически им не занимаются в отличие от пресловутого "фрунта", рано или поздно придется за это упущение расплачиваться кровью и не малой.
  Очередного повышения он ни в этом ни в следующем году не получил, да и не пехотный это чин. Просто местные польские крестьяне роизвели его в "вахмистры" явочным порядком - неуклюжая попытка польстить, а может просто в родном для них языке и слова то такого "унтер-офицер" нет? Полковника и то "паном пулковником" зовут, теперь тут даже рядовой солдат стал внезапно "паном", а ранее все подряд были без исключения были "проклятые москали-схизматики", это еще самое мягкое из применявшихся приминительно к нижним чинам выражений. Подметили наблюдательные хлопы, что он - Сашка чаще, чем остальные млашие командиры распоряжается, обладает большим авторитетом у подчиненных, вот и посчитали априори "большим" начальством, хоть и галун на воротнике у него такой же как и у остальнях унтер-офицеров. Окончательно с местным населением солдат сблизили "танцы" или точнее вечеринки, организованные по инициативе штабс-капитана Денисова. В качестве танцкласса использовали огромный сарай в усадьбе, музыканты нашлись или свои доморощенные, или за отдельную плату приглашали скрипача из числа местечковых евреев. Погулять на халяву собиралась не только вся местная молодежь, но даже из соседних деревень девушки и парни специально приходили.
  В конце января их чуть было не отправили на войну, штаб уже засобирался, были отданы соответствующие распоряжения и даже отслужен торжественый молебен о даровании успеха российскому оружию. Но не получилось, не то власти побоялись оставить недружественную окраину без гарнизонов, не то о 13-м егерском в суматохе сборов просто забыли. Последнее - скорее всего, спустя много лет Александр узнает, что оказывается в связи с обычной российской безалаберностью их полк в ряде бумаг почти до конца 1808 года включительно проходил как отдельный батальон слабого состава, делопроизводство и логистика в российской армии традиционно не на высоте и такие казусы постоянно имели место. Полк получался как бы "лишний", вне положенного штата. Отсюда и многие странности, так им даже шефа не назначили до сих пор и долго не давали нового знамени, так и прошли егеря всю кампанию под старым "екатерининским", что привез с собой полковник при формировании части. В ту пору по давней традиции обязательно полагалось иметь кроме командира, того кто непосредственно поведет людей в поход и в бой, еще и так называемого "шефа" - на это лицо возлагали заботу о полковом хозяйстве и нуждах нижних чинов и офицеров в мирное время. Так тогда и говорили, например полк светлейшего князя N, при том, что сам аристократ всю жизнь держался вдали от полей сражений. На такую должность указом царя назначали нередко, всяких знатных особ, иногда даже иностранных вплоть до правителей сопредельный государств. Вряд ли великосветские бездельники нисходили до уровня понимания жизни и потребностей армейцев, это ведь не блестящая гвардия, которая всегда на виду у его императорского величества в Питере. Спросишь, бывало у "чужого" солдата, кто у них полковой шеф, тот не всегда даже ответить сможет: мол немец какой-то и фамилия такая нерусская, что черта с два без бутылки выговоришь, видел мол эту образину только раз и то на портрете. Надо сказать, что такое необычное положение дел нижних чинов 13-го егерского полка нисколько не угнетало, давно уже поняли, что чем меньше внимания сверху от высокого начальства, тем даже лучше - никто фрунтом и прочими строевыми извращениями не допекает.
  .........................................................
  -Франка садись на доску, покачаю тебя сейчас! -предложил Сашка, увидев качели, что за черт? Девчонка только шарахнулась в испуге, сделав глаза круглые в пол-лица.
  Сначала он ничего не понял, но потом подружка объяснила в чем тут дело. Оказывается эти качели еще совсем недавно были виселицей для хлопов, у каждого себя уважающего пана на заднем дворе имеется такое ценное сооружение. Любят паны простой народ, заметно невооруженным глазом, если уж такие добротные дубовые бревна не пожалели. Кстати, оказывается украинское "хлопец" производное от польского "хлоп" - забавно, выходит хохлы сами себя рабами называют и не замечают, привыкли видимо?
  С Франкой у него беда творится, нет девушка хорошая видная, пятнадцать лет... что называется "кровь с молоком", все при ней. Вот только никак не удается получить от нее то, что собственно каждому солдату и надо от девицы. Поцеловать, обнять и приласкать - сколько угодно, потрогать везде тоже можно, девчонка покорно сносит все, а вот дальше продвмнутся... никак. Сколько уж раз Александр пытался приступить к делу и каждый раз у них ничего не выходило, Франка в самый последний момент начинает сопротивляется и плачет, дескать мать ее убьет. По-разному уже Сашка пробовал подступиться, но пока подвижек не было... не насиловать же подругу. Какая досада, а ведь совсем сблизились, если уж даже мылись в вместе пару раз. Местные хлопы такой роскоши как баня до появления 13-го егерского полка не знали, дрова по местным расценкам баснословно дороги, а рубить панский лес им не позволяли. Российским же нижним чинам, понятное дело, на запреты польского пана глубоко наплевать, сколько надо столько и рубят. Нашлись свои умельцы, и сложили печку в в одной из пустующих бревенчатых построек, как же русскому человеку обойтись в быту без привычной баньки?
  Зима неспешно проходит ночи становятся короче. Жизнь по немногу движется, пришли известия, что под Прейсиш-Эйлау феврале было большое сражение, обе стороны понесли значительные потери, результат неопределенный - а посему И Наполеон и российская сторона зачитали себе еще по одному "успеху". В Петербурге, как всегда в таких случаях, сперва заявили о победе, даже медаль отчеканили в честь битвы , но позднее как-то предпочли забыть об этом эпизоде войны, словно его и не было совсем. По устойчиво циркулирующим слухам в апреле 13-й егерский полк наконец отправят на театр военных действий в восточную Пруссию. Там, на глинистых полях и болотистых пустошах его императорское величество решил этой весной еще раз попытать счастья в борьбе с Наполеоном и стягивает войска для новой боевой операции в этой, казавшейся скоротечной но затянувшейся на несколько лет войне.
  У Александра тем временем случилась своя маленькая, но важная личная победа, в отличии от Прейсиш-Эйлау вполне реальная. После долгих уговоров и мытарств удалось наконец уломать упрямую Франку. И девственницей она осталась и солдата своего в полной мере удовлетворила в итоге. А ведь сперва долго не верила, что "так можно", но подвело свойственное женской природе любопытство, попробовала раз-другой-третий, а затем ей даже понравилось. Ничего страшного в сущности не произошло, девица не глупая и вряд ли будет делиться приобретенным сексуальным опытом с будущим мужем, так что не надо заранее обвинять нашего современника в циничном развращении "братских славянских народов", это дело житейское, бывает...
  .........................................................
  -Франка, милая... давай еще разок попробуем, завтра мы ведь уходим навсегда... -пыльная тьма дровяного сарая, затянутая паутиной глушит ответ девушки, кажется она совсем не против, но любовное свидание приходиться неожиданно прервать.
  -Сашка, ты тут прячешься? Еле нашел тебя. Пошли со мной, тебе обязательно надо послушать, что наш полковник скажет перед выступлением в поход! -знакомый голос штабс-капитана грубо выдергивает Александра из плена сладких иллюзий.
  Что поделать, на ходу застегивая мундир он выскакивает из сарайчика, где намеревался еще раз, возможно последний, предаться любви с Франкой. Снаружи, за тонкой стенкой ждет его Денисов, и кто ему только сказал, где надо искать?
  -А вы барышня не кручинитесь, через час верну вам кавалера! -подмигивает офицер выглянувшей вслед за Сашкой из сарая девице, -Велено было всем полковым офицерам и чиновникам подойти после обеда. Но я подумал, что и унтер-офицерам полезно будет, ведь наш старик воевал вместе с Суворовым почитай с самого начала, еще с Суздальского полка...
  Пожалуй Франке следует сегодня немного подождать, если уж полковник вдруг заговорил, обычно отец-командир отмалчивался, лишь временами позволяя себе только едкие критические замечания по адресу "новомодных штучек". А так почти все обучение личного состава было отдано целиком на откуп штабс-капитану Денисову, из полковых офицеров он единственный получил высшее образование. Остальные включая и самого полковника, что называется "учились на медные деньги", в начале 19-го века такой порядок подготовки командного состава был в российской империи общепринятым. На старого полкового командира молодежь смотрела как шустрые млекопитающие на неповоротливого динозавра, были они грозными, да время неповоротливых ящеров давно прошло. Однако, как оказалось впоследствии, "старая школа" себя проявила достойно, по крайней мере куда лучше, чем "передовая и новая".
  ...-глазомер, быстрота и натиск, -полковник внимательно оглядел собравшихся, цепляясь взглядом за лица, кроме Александра унтеров здесь было только трое, все остальные присутствующие - офицеры. Похоже Денисов пригласил сюда только тех нижних чинов, кого в полку рассматривали в качестве потенциальных кандидатов на получение офицерских эполет.
  -Вот и весь секрет побед нашего Александра Васильевича, по крайней мере так я господа офицеры запомнил. К сожалению, у нас сейчас в фаворе теории супротивные не только здравому смыслу, но даже нашему ружью, обычаям и самой сути российского воинства. Я не препятствовал их продвижению, ибо сии веяния исходит от самого государя императора, но завтра нам предстоит воевать, мирные маневры закончились. А посему судари мои, я счел своим долгом поставить вас в известность!
  -Павел Данилович наши современные пушки... -привычно начал возражать Денисов, почитаемый в полку как знаток современной тактики, но сегодня старый суворовский вояка его не слушал.
  -Да я ведаю, Иван Васильевич, что орудия теперь наводятся быстрее, чем в мое время, и возможно проскочить под картечью, как проделывали мы при Александре Васильевиче уже не выйдет. Но ведь люди не изменились? Коли так нельзя, что еще доказать надобно на опыте, то следует изыскивать другие пути, а не стоять истуканами под обстрелом! -полковник еще много чего высказал в тот день, много обид и непонимания накопилось за эти долгие годы. Линейная тактика пехоты - выстраивание на поле боя красивых живых стен, по его мнению, была глубоко порочна в самом своем корне, она обрекала своих горячих сторонников на вынужденное бездействие, постоянно отдавая инициативу решительному противнику. Великие полководцы - Наполеон, Суворов действовали фактически вопреки устоявшимся канонам и поэтому побеждали, добиваясь нередко просто фантастических результатов. "Линия" хороша у противника, пусть он и пребывает в этом приятном заблуждении, а нам следует ее безжалостно ломать, если конечно хотим побеждать "по-суворовски".
  Александру только осталось дивиться странному сочетанию: молодые офицеры глубоко привержены линейной "застойной" тактики внедренной в уставы и наставления, а вот ветеран напротив продвигает более-менее продвинутое учение, проверенное на практике еще самим Суворовым. Действительно не надо быть стратегом семи пядей во лбу, даже с точки зрения простой житейской мудрости, все эти глубокие построения навроде того же пресловутого каре, где люди стоят плотно, локоть к локтю - идеальная мишень для артиллерии, да и для ружейного огня временами тоже. Почитаешь и диву даешься, словно специально врагами написано, словно авторы стараются обеспечить наиболее комфортные условия для вражеских артиллеристов, когда один снаряд будет выносить за раз десятки солдат, стоит только попасть в цель, а при смехотворных дистанциях боя начала века это не проблема.
  -Господа офицеры, это моя последняя баталия, далее уже не протяну, пора и на покой. Поэтому судьбу компании решать вам - молодым. Постарайтесь посему уж не делать грубых ошибок, не срамить наше оружие...
  -Но ваше превосходительство нижние чины... -начал было один из ротных третьего батальона, и был тотчас безжалостно оборван Павлом Даниловичем.
  -Али говорят солдат ныне не тот пошел? Полно вам господа офицеры в мое время был ничуть не лучше! Капральствами бывало за Дунай убегали. Мы хоть нынче напрямую с каторги пополнение не получаем, как нередко в былые годы. -оглядев собравшихся офицеров полковник продолжил, -Я умышленно собрал в первых двух баталионах полка наиболее сильных простых крестьянских парней, длительный переход закалил их, отсеяв убогих телом и духом. В третьем сведены людишки пожиже, но все одно вполне годны для дела, коли уж дошли сюда за столько верст. Это судари мои, хорошее, сильное войско, надобно только его умело применить во славу отечества!
  Полковник, не взирая на царившее в собрании общее скептическое отношение среди его подчиненных, принялся дотошно излагать, в чем, по его мнению, состоит истинная сила российского солдата. Прав он безусловно, у нас все принято делать быстро, рывком или аккордом - русский человек не терпит мелочной монотонной работы, таков он и на войне. Стоять часами в строю под пулями и картечью сможет только один из десяти, остальные рано или поздно дрогнут и тогда поражение неизбежно... С другой строны в момент броска вперед даже самый робкий в другое время солдат, увлеченный общим порывом обязательно становиться героем, пусть и кртаковременно на какие-то считанные минуты. Главная задача командира - помочь нижним чинам реализовать этот скрытый "наступательный потенциал". Александр Васильевич Суворов это хорошо понимал и постоянно использовал на практике, в том и основной секрет его поразительных достижений. Он был прежде всего хорошим тактиком, своего рода солдатским "вождем" или точнее - "предводителем", все остальные приводившие к победе факторы по сути вторичны, и служат только для развития успеха. Можно составить великолепный план, отыскать на редкость удачную позицию, обнаружить скрытые пороки или ошибки у противника, но если исполнители, что называется "не потянут", то и самый блестящий замысел в ходе реализации выйдет "пшиком".
  -Вы что судари мои полагаете, тот солдатик Махотин, что у Массены в Клентале воротник отодрал - богатырь былинный, новый Илья Муромец? Да он поди вот этому унтеру ростом по грудь головой выйдет... -и полковник ткнул пальцем в подвернувшегося не кстати под руку Александра, -Зажгите ваших людей и они пойдут, сами побегут за вами хоть в пекло!
  -Да уж знаем мы их сволочей... Побегут - не остановишь, только дай! Назад только... -вполголоса мрачно заметил кто-то из офицеров за спиной полкового командира.
  -У Александр Васильича тако же бегали, все мы люди, все человеки испугу подвержены. И гвардия санк-петербуржская не стерпит, коли супостаты прижмут посильнее. -рассказчик перевел дух и стал убеждать дальше, -В реляциях победных сие не пишут ибо зазорно, а помню - удирали, бывало и не раз! Так что же теперь делать - "заманивай братцы, заманивай их нехристей, обернемся и сильнее ударим!". Только так. Озаботьтесь, дабы подчиненные у вас вперед в сражении бежали, а не в противуположную сторону.
  Затем речь пошла все больше про хозяйственные аспекты предстоящего боевого похода, поскольку выступление было назначено на завтра. Обоз, обоз, обоз и еще раз набивший уже оскомину обоз. Штабс-капитан незаметно дал Александру отмашку, беги к своей возлюбленной прощаться, вряд ли ты ее позднее увидишь, такова уж судьба российского солдата во все времена.
  .........................................................
  
  
  Глава 7. На войне как на войне, никаких чудес...
  
  Весело хрустит под сапогами тонкой корочкой едва подсохшая весенняя грязь, снова 13-егерский полк в дороге. Прощая Франка, прощай Польша - впереди лежит неведомая пока Пруссия, а это уже можно сказать почти Европа. Остались далеко позади Бело Място, Ново Място, Б..ско Място, Велика Жопа, ставшие за последние месяцы для егерей почти родными. Теперь названия населенных пунктов пугают непривычного к экзотике русского человека обилием шипящих и ворчащих согласных. Как вам например Гуттштадт - где еще можно собрать столько "т" в одном слове? А когда узнали нижние чины, как на местном наречии обзывают речку, близ которой им намечено встать и совсем стало тягостно. Алле - но российские солдаты моментально переделали название в "Алую", значит река цвета крови. Не хорошее предзнаменование, не иначе вскоре вода здесь действительно станет красной, вот только кому не повезет на этот раз, чья кровь прольется?
  Первое впечатление обманчиво, Европа здесь, цивилизация... ага дождались, а дороги такие же паршивые как и в России, разве только песок под ногами вместо глины. Дома в деревнях каменные, на вид весьма и весьма добротные, крыши крытые красной черепицей, родных почерневших от времени и непогоды деревянных изб больше нет и в помине, последняя осталась за сто верст на востоке. А народец на проверку оказался вполне знакомый, в сельской местности почти сплошь уже привычные по прежней стоянке хлопы-поляки с редкими вкраплениями евреев, немцы обычно предпочитают для жительства города и крупные поселки городского типа, совсем как пруссаки-тараканы, те тоже только в хороших городских домах обитают.
  Но есть и существенные отличия, люди здесь смотрят на солдат уже не так забито-враждебно, как по ту сторону Немана, в пределах российской империи. Чувствуется, что это уже совсем другая страна, хоть и говорят тут местные на вполне понятном славянском языке, весьма схожем с русским.
  -Ишь борзы какие, морды от нашего брата воротят! Ниче обломам вам еще рога... -ругаются и ворчат вполголоса нижние чины, когда местные аборигены им отказывают в различных мелких одолжениях, якобы не понимают, или не желают понимать, поди разбери сходу.
  Они подошли вовремя, как раз к шапочному разбору, чуть раньше - пришлось бы голодать зимой вместе со всеми остальными, чуть позже - опоздали бы к началу боевых действий. Во второй половине мая к русской армии, стоящей на зимних квартирах, стало наконец поступать в нужном количестве продовольствие и фураж, что являлось жизненно важным для продолжения ею боевых действий. Общая численность русских сил задействованных на западном направлении достигла рекордной за последние военные годы отметки в 125 000 человек, в том числе 8000 казаков и 20 000 штыков в корпусе Тучкова в Польше. Французов правда по непроверенным слухам было еще больше, но силы Наполеона были весьма разбросаны по большой территории. Император Франции решал текущие проблемы, продолжая по мере сил "нагибать" сопротивляющихся немцев, последние еще сражались, не до конца утратив надежду сохранить хотя бы видимость былого величия Пруссии. Этой весной российских военачальников очень уж соблазнял отдельный корпус Нея, нагло выдвинутый далеко вперед к Анкендорфу. Можно было предположить определенные стратегические намерения у коварного Бонапарта, но на самом деле все было до обыденности просто, никто ничего заранее не планировал и никаких далеко простирающихся замыслов не вынашивал. Войска и российские и неприятельские застряли на тех самых местах, где их сковало в свое время осенне-зимнее бездорожье рано наступившей зимы 1806 года. Недаром сам Наполеон назвал тогда дорожную грязь "четвертой стихией", и попутно списал на нее все свои большие и малые неудачи.
  В этих краях, на болотистых равнинах Пруссии невезучий 13-егерский полностью оправдывал свое название. Высокое начальство долго никак не могло решить, куда же следует приткнуть столь ценную боевую единицу. Сперва их отправили ускоренным маршем в район Гуттштадта на усиление группировки генерала Багратиона, но на половине дороги запыленных и грязных егерей догнал курьер из штаба на породистой английской кобылке, теперь велено было идти к городу Лаунау. Путь лежал прямо в противоположном направлении, их отдали под начала генералу Дохтурову, что стоял в городе Вормидт, на северо-западе региона. Куда деваться, прозвучала громкая команда "Кругом!" и пошли они по старым своим следам вспять, обычная неразбериха войны усиленная традиционным российским головотяпством.
  Но не эти шатания-болтания по разбитым тысячами ног и копыт восточно-прусским дорогам сохранил в глубинах своей памяти Александр. Куда больше его шокировал и напугал совсем другой эпизод. Полку предстоял строевой смотр, самый первый в его недолгой пока истории. В той далекой и убогой провинции, где они раньше обитали, звери-генералы в природе не водились, и никто егерям особо не докучал. К великому сожалению в этой грязной "Эвропе" высоких чинов было хоть отбавляй, несмотря на то, что супостат их периодически пленял и истреблял в товарных количествах.
  Что означает "смотр" для рядового солдата - любой, отслуживший срочную в СА, расскажет вам читатель без прикрас: это ночи без сна и отдыха - сплошная стирка, глажка, чистка, это старшина придирчиво выискивающий воспаленными глазами нитки, предательски торчащие из формы молодого солдата, это... большой северный пушной зверек в конечном итоге для всех без исключения. Вышеуказанные удовольствия получил в комплекте и наш Сашка - такова уж судьба нижнего чина, плюс его заставили в очередной раз вместе с оружейником Бауэром проверить подряд все полковые ружья и даже громоздкие казенные пистолеты, о которых давно забыли еще полгода назад. Побриться и подстричься - это сами понимаете в обязательном порядке, хотя насчет первого пункта существовало некоторое послабление. Бритье в те времена не являлось каждодневной обязанностью нижнего чина. Приводить в порядок растительность на лице положено было не менее чем раз в три дня. В самом начале XIX века как правило эта операция доверялась цирюльнику, который состоял в штате каждой роты. Иметь отдельную бритву нижнему чину уставом не возбранялось, поэтому Александр брился самостоятельно и обычно не прибегал, как остальные солдаты к услугам весьма неловкого казенного "мастера".
  Торжественный и неповторимый миг, наконец настал, бляшки, пряжки и медные пуговицы начищены до ослепительного блеска, нижние чины выстроены заблаговременно по прочерченным по веревочке на земле выверенным прямым линиям. Ждут только одного человека, ради которого этот содом и гоммору устроили - ГЕНЕРАЛА. В последний момент штабс-капитан Денисов Иван Федорович вдруг забегал, засуетился, стал вытаскивать из строя солдат и заталкивать их в передние ряды.
  -Что случилось ваше благородие? -недоумевает Сашка, его "законное" по уставу место не здесь, а капитан тащит далеко на правый фланг.
  -Да запамятовал я ребята, завели у нас проверяющие обычай лично опрашивать нижних чинов. Но поскольку далеко ходить господам генералам чин не позволяет, то пытают вопросами только правофланговых. Посему вот и усердствую, надобно чтоб ответить наши воины смогли высокому гостю нечто вразумительное, а не только глазами хлопать.
  -Чего спрашивают то ваше благородие? -задал законный вопрос Федор, неожиданно для себя тоже угодивший в число избранных.
  -Да всякую дичь, сообразно чину, чем выше тем глупее... -Денисов пустился в долгие объяснения. Был у него в гвардии такой фельдфебель Егоров, добрый малый, плохого слова о нем не скажешь. Но на смотру у самого его величества императора чуть всех сослуживцев под монастырь не подвел, такая вот забавная вышла история в лицах...
  -За что вашему полку серебряные трубы дадены знаешь солдат? -спросил тогда фельдфебеля император.
  -Как не знать, ваш императорско величество! За узятие городу немецкого Берлину в 17ХХ годе!
  -Молодец!!! А где сей славный город располагается? -царь видимо запамятовал, что в российской империи едва ли один из тысячи его поданных получает хоть какое-нибудь образование.
  -За теплыми морями, за горами, за землями басурманскими! -браво, глазом не моргнув, отрапортовал фельдфебель, поместив столицу союзной Пруссии в Африку... Все бы ничего для своих сошло бы и так, но рядом с Павлом Первым в тот момент находился как раз прусский посланник. Это надо же такое ляпнуть, к счастью переводчик хитрый черт выкрутился, кое-как разъяснил плохо понимающему по-русски высокопоставленному немцу, что это дескать шутка такая у нас народная. Обошлось тогда, а ведь с учетом патологической пруссофилии императора Павла Первого могло обернуться и грозными последствиями в виде ссылок, отставок для офицеров и изрядного количества палок для неразумного фельдфебеля.
  -Другой умник стал у нас допытываться, почто мундиры у полка эдакого цвета, а не василькового к примеру... -продолжил рассказ о своих мытарствах в гвардии штабс-капитан.
  -А в самом деле почему? -Сашке и самому тут стало интересно. Внимательный читатель конечно заранее знает ответ - зеленое обмундирование должно служить егерям для маскировки и применения к местности. А вот и неверно, прежде всего, в те времена "зеленый" означало отнюдь не то, что сегодня. Все цвета были заметно темнее, и нижние чины 13-го егерского полка щеголяли в форменной одежде примерно того оттенка, в какой российские железнодорожники обычно красят станционные сооружения. Принятые в начале 19-го века красивые цветные канты, выпушки и погоны в совокупности с многочисленными блестящими пряжками снаряжения, кокардами и ремнями по любому сводили на нет любую маскировку, независимо от цвета мундира. Впрочем, местная военная наука до такого понятия еще не доросла, хаки и камуфляж - порождение эпохи пулеметов, а пока вполне обходятся без них.
  -А сие никто у нас не ведает. Могу предположить лишь, что последний император желал иметь в каждом полку мундир своего, особого цвета, чтоб легко различать войска на поле боя и в мирной обстановке. -пожал плечами Денисов, -А добился он в итоге лишь того, что теперь у нас и отдельные роты разнообразно обмундированы. Чует мое сердце покарают нас жестоко за форму одежды, штаны то вы братцы старые зеленые донашиваете "екатерининские" еще, а положены нынче белые завести. Казна как двуликий Янус, настаивает на всемерном сбережении мундирной одежды, использовании старых запасок коли есть, и одновременно требует в точности следовать высочайше установленному образцу.
  -Едут оне!!! Едут... вашбродь!!! -громкие крики заранее выставленных сигнальщиков из числа нестроевых солдат прервали столь затянувшуюся беседу и загнали всех ее участников обратно в монолит полкового стоя. Первое серьезное испытание на прочность началось.
  Сначала все шло гладко, точно по заранее отработанному сценарию, хотя определенные сомнения появились сразу, так например внешний вид проверяющего был уж очень экзотический, не каждый день увидишь генерала с головой обмотанной словно чалмой грязным полотенцем.
  -Прямо турок к нам пожаловал, никак болван-паша? -съязвил по этому поводу кто-то из молодых обер-офицеров.
  Казалось, еще немного и скомандуют "к торжественному маршу" и строевые мучения для 13-го закончатся, пройдут они чеканя шаг перед генералом и его свитой из штабных и адъютантов и все - финал. Но этому деятелю приспичило сказать речь, да еще какую! Почти час генерал говорил и привел всех своих слушателей в немалое изумление и смятение. Из путанного и противоречивого монолога "их высокопревосходительства" можно было сделать только один вывод: что все потеряно, Бонапарт непобедим, он как бы тут первый после бога, а посему надо срочно возвращаться в Россию, прямо так всем скопом и прямо сейчас.
  -Егеря!!! Вас предали и продали! Все потеряно и вам лучше бежать домой, я убегаю первым! -закончил свой спич генерал, тряхнув обвязанной тряпкой седой шевелюрой, странный головной убор у него однако, но может голова болит...
  Александр осторожно огляделся, все вокруг просто обалдели от такого поворота событий, особенно гнетущее впечатление производил полковой командир, на него без слез нельзя было смотреть. Еще бы такой неожиданный удар, люди впервые прибыли на войну, и вместо того чтобы ободрить и поддержать их, "высокое начальство" заранее запугивают неминуемым поражением и разгромом.
  -Я сам первым побегу! Понятно? -торжественно закончил "их высокопревосходительство" и тут же ткнул в грудь тростью наугад в первого же попавшегося нижнего чина, Александру опять повезло, надо отвечать на вопрос генерала.
  -Ваше... ваше высокопревосходительство, как же так? Мы как раз только что из России сюда и пришли! Может повременим немного, а там и видно будет, кто побежит, мы или ваш Бонапарт?
  -Отлично! Учитесь господа офицеры, нижние чины и то больше вам разумеют в военном деле, -и тут же как обухом по голове "болван-паша" выдал, -Расстрелять мерзавца немедленно за бесподобную дерзость! Прямо тут и аркебузировать, я вам полковник приказываю!!!
  ...Сашка пришел в себя только за кирпичной стенкой ближайщего к временному плацу сарая, куда его волоком за шиворот оттащил из строя штабс-капитан Денисов, вызвавшийся добровольцем исполнить приговор генерала. Сейчас его старый знакомый просто умирал от смеха...
  -Ой братец, не могу, ну и рожа у тебя, нет не могу! Жаль фотографических аппаратов еще не изобрели, а художник я плохой, надо бы обязательно запечатлеть сие зрелище для истории.
  -Иван Федорович, а вот мне совсем не весело, это что еще за "говно-командующий" такой на мою голову свалился? Ну а как в самом деле бы к стенке поставили и ни за что?
  -Да это же Каменский Михаил Федорович, генерал-фельдмаршал между прочим! -удивился в свою очередь Денисов, и напомнил, что уже рассказывал про него Александру ранее. Генерал и прежде то был, как тогда говорили, с "зайчиком в голове": то пленных французов велит пытать 'а-ля Карбышев', то еще чего такого необычного учудит смотря по обстановке. Одно время Каменский был Санкт-Петербургским военным губернатором, но его вскоре попросили в отставку, не выдержали горожане 'буйного ндраву'. После неудачного для российской императорской армии сражения под Прейсиш-Эйлау Михаил Федорович Каменский окончательно свихнулся. У генералов такое не в редкость, по словам штабс-капитана, недавно вот Тучкова отправили лечиться от нервной горячки, а современники считали, что умнейший был человек. От командования фельдмаршала еще с зимы отстранили, теперь за главнокомандующего в Восточной Пруссии генерал от кавалерии Леонтий Леонтьевич Беннигсен, а его предшественник ездит с тех пор проверками по полкам, пугает людей почем зря. Новый главком пока ничем себя значительным не зарекомендовал, прямо скажем - не Суворов, но лучше уж такой чем явно сумасшедший.
  -Так почему же он тогда нас тут строит, а не санитаров в дурдоме?
  -Ну ты братец и загнул, сказано же тебе, сие чудо природы по чину - генерал-фельдмаршал! Кто же его в скорбный дом поместит?
  В 1806 году генерал-фельмаршал Каменский был вызван из очередной отставки и по требованию "общественности", назначен главнокомандующим, действовавшей против французов армии. По началу с ним связывали большие надежны, но как говорится "она не шмогла, так шмогла"... Престарелый поэт Державин хвалебной одой приветствовал "оставший меч Екатерины, булат, обдержанный в боях". Однако, по мнению более компетентных и скептически настроенных военных специалистов, 'последний меч Екатерины' слишком долго лежал без дела в ножнах и от того основательно подзаржавел и пришел в негодность. Сумасшедший фельдмаршал еще долго будет чудить по тылам армии, почти до самого конца войны. Лишь в 1808 году император, внявший многочисленным просьбам военачальников, отправит его подальше в деревню с глаз долой, а там местные мужики излечат "дикого барина" кардинально - топором в лоб. На месте преступления будет поставлен каменный валун весом в 300 пудов. По делу об убийстве было отправлено в Сибирь более двухсот человек, почти вся деревня оказалась "виноватой": кого в ссылку, кого в каторжные работы почти всех "употребили".
  Вернулись они обратно, полк давно стоит по стойке "вольно", отец-командир куда-то исчез... похоже псих Каменский тут еще много чего наговорил, прежде чем адъютанты его уволокли к накрытому для гостя фуршетному столу. Долго еще это происшествие нижние чины 13-го егерского этот смотр вспоминали и рассказывали потом знакомым и приятелям из других полков.
  -Слышь земляк, а главный то енерал у нас кажись дурак!
  -Брешешь, быть такого не могет! Ен же самим царем на должность поди поставлен!
  -Истинный крест, своими ушами слыхал, а коли не веришь, пойдем к ундеру в перву роту, енерал ево ни за что стрелить велел.
  .........................................................
  Днем 5-го июня, едва только они обустроились на новом месте и разбили палатки, как поступило распоряжение сняться с лагеря и срочно двигаться на север. Оказывается - маршалу Нею надоело ждать, пока российские войска его наконец окружат и он сам перешел в наступление, захватив город Гуттштадт ранее бывший как бы "ничейным". Наконец начнется, скорей бы, не то что бы наши доблестные егеря стремились побыстрее помереть за совершенно непонятные им цели и интересы, но все уже давно устали ждать. Денек стоял прекрасный, по подсохшим дорогам полк продвигался быстро, временами справа за холмами появлялась в поле зрения голубая лента реки. Это уже не Алле, другая водная преграда, на какие богат рельеф Восточной Пруссии - Пассарга, за ней укрепились основные силы французов. Но на "нашем", на российском берегу находится только Ней со своим весьма урезанным корпусом. Вроде бы и неплохо, но удерживая в своих руках переправы противник в любой момент мог обрушиться на войска Беннигсена в любом удобном для себя месте, поэтому следовало поспешить. Тем не менее, обе воюющие стороны за исключением корпуса Нея проявляли пока странную, непонятную медлительность. Может быть погода к этому располагала, в такой прекрасный, почти летний день совершенно не хочется думать о сражениях и о смерти. Но дыхание войны уже висело в воздухе, вскоре стала отчетливо слышна отдаленная канонада, где-то впереди за лесом и холмами усиленно работала полевая артиллерия, чья вражеская или российская, поди разбери - на "голос" все пушки одинаковы. Приехал, на запыленной до самых ушей лошади, казак с запиской из штаба дивизии, теперь полк посылали на запад к Либштадту, там следовало рассыпаться в стрелки и занять какой-то неведомый сосновый лес, не обозначенный на карте. Больше посланец ничего дельного не сообщил, дескать, там сами на месте разберетесь, и стремглав ускакал прочь, только его и видели. Опять куда-то двинулись, пока добирались в третьем батальоне двигавшемся в самом хвосте колонны возникала легкая паника, кто-то из солдат заметил французов в придорожных кустах и сразу же началась беспорядочная стрельба, но вскоре нижние чины опомнились и пришли в себя. Вот и тот самый лес, три сосны и дальше сплошные заросли мелкого кустарника, остальное, похоже недавно вырубили, только свежие пни кругом зияют, французов нет и здесь и в помине, почти нет...
  -Ваше благородие, мы обнаружили два трупа, вон там у кустов в дальнем конце вырубки. -Александру по долгу службы приходиться отчитываться о неприятной находке.
  -Наши или французы?
  -Не понять теперь уже, местные мародеры раздели убитых до белья.
  -Все едино люди, возьмите в обозе лопаты и похороните их. -отдал короткое распоряжение ротный.
  Артиллерия на юго-западе продолжает усиленно греметь, но теперь в грозные раскаты пушек порой добавляются серии хлопков потише, значит где-то рядом ведется и ружейная стрельба. Поступило распоряжение обустраиваться на бивак и варить кашу на обед, а Александру предстоит вместе со штабс-капитаном и двумя десятками добровольцев из числа застрельщиков отправиться в разведку.
  Маленький отряд прошел примерно километр и никого не встретил, кроме одного местного мальчишки-пастушка. Денисов пытался было допросить белобрысого аборигена, но вынужден был оставить это бесполезное занятие, поскольку тот был сильно испуган и ничего внятного сообщить не мог в принципе. Обстановка прояснилась, когда взобрались на один из холмов, откуда открывался неплохой вид на окружающую местность. Отсюда стали видны батареи на гребнях соседних возвышенностей и маневрирующие внизу в долине войска. Издали поля покрытые васильками и свежей зеленой растительностью выглядели необычайно красиво, как на глянцевой фотографической открытке. Изрезанная морщинами оврагов местность сильно мешала продвижению разноцветных колонн и отрядов, последние были вынуждены двигаться как бы в лабиринте между оврагами. Позднее им сообщат, что сегодня, если верить реляциям, шло первое сражение за этот самый Гуттштадт, и российская императорская армия по старой привычке засчитала себе очередную победу. Вот только никаких существенных результатов не было - ни пленных, ни трофеев, но к счастью не было и серьезных потерь. Противники обстреливали друг друга с запредельных дистанций, и не повезло только немногим бедолагам, случайно попавшим под раздачу навроде тех, чьи бренные останки егеря обнаружили в лесу. Однако к вечеру 13-й егерский полк сильно сократился в составе, третий батальон, укомплектованный отчасти нестроевыми и "ограниченно годными" нижними чинами отозвали назад и более его никто не видел, армии потребовались люди для проведения фуражировок и для несения службы в гарнизонах. Из второго батальона "высшие силы" изъяли на первый раз триста человек на пополнение других полков, серьезно пострадавших прошлой зимой. Произошло то, чего собственно и опасался давно их полковник, часть начали раздергивать и вскоре им предстояло действовать в сокращенном однобатальонном составе.
  -Ничего страшного, господа... Помню у нас в Суздальском полку как раз и было в наличии всего 700 штыков, почитай один полноценный батальон по нынешним меркам, а тут покуда еще 800 остается! -только и нашел чем утешить подчиненных ему офицеров отец-командир.
  
  Так вот и прошел для Сашки первый день на войне в 19-м веке. Первый, если не считать далекий Афганистан, но боже как давно это оказывается было? Даже не вериться совсем...
  Утро унтер-офицер встретил в пикете почти на самом берегу Пассарги, эта река не широкая и не быстрая с Волгой или Камой не сравнить. Но говорят, что речка относительно глубокая, а заросшие камышом заболоченные берега создают дополнительное препятствие для переправы крупных воинских подразделений. С рассветом появились и французы, как без них? На противоположном берегу из лесочка вышел небольшой отряд и расположился точно напротив российского пикета, вероятно противник тоже решил выставить свой пост для наблюдения за российскими войсками. Григорий отправился было за водой к реке, и началась потеха, с той стороны открыли по нему интенсивный ружейный огонь, да еще организованными залпами бьют. Но враг старается впустую, пули тонко вжикают где-то далеко в стороне, большое расстояние и несовершенное гладкоствольное оружие не дают горе-стрелкам никаких шансов на поражение цели.
  -Во гляди суки чего делают! Не дозволяют воды нашему брату воды набрать! -размахивает пустым чайником рассерженный Гришка, -Лександр чего ты на их смотришь? У тебя же ружье поди на тыщу шагов достает, али нет? Давай шуганем энтих нехристей!
  И в самом деле, а почему бы перед сражением не проверить оружие в стрельбе по реальному противнику? Но ведь их послали сюда только для наблюдения. Постойте, а что там в уставе сказано насчет несения службы и применения оружия пикетами, ведетами и прочими какими-то нерусскими "-ами", задумался на минуту Александр, кажется ничего определенного нет. Штабс-капитан Денисов ведь постоянно сетует, что нынешний устав как святое писание, можно толковать в любом желаемом проповеднику направлении. Тем временем к требованиям Гришки присоединились и остальные "пикетчики", давай Александр стреляй, они все равно первыми начали...
  Винтовка привычно ударила прикладом в плечо, и маленькая фигурка на далеком, залитом солнцем лугу рухнула на землю, один противник определенно готов. Рядом народ только восхищенно цокает языками, материться и удивляется, такого они в свое жизни еще не видели, ведь из армейского гладкоствольного ружья на дальней дистанции попасть в цель можно только чудом. Пальцы как бы сами по себе рвут грубую бумагу патрона, аккуратно освобождая пулю, по уставу требуется скусывать зубами, но вкус селитры - это на особого любителя разных извращений и Сашка после первой же пробы завел себе маленькую охотничью пороховницу, предназначенную исключительно для затравки. Затем следует слегка прибить шомполом заряд, всего два коротких заученных движения, и вскоре после нескольких простых вспомогательных операций можно стрелять снова. Выстрел, и еще один француз отправляется к Аллаху, или куда там у них положено по религии...
  -Оставить пальбу! Кто приказал стрелять? Вы чьи такие, какого полка??? -неожиданно раздается командный выкрик сзади-слева, ударило точно током. Стрелявший ранее по французам из положения "лежа", Александр моментально вскочил на ноги. Увлеченный давним и любимым занятием он упустил из виду самого главного врага любого солдата, непонятно откуда подкралось к пикету "высокое начальство" в ранге генерала не меньше. Свита штабная тут же вьется, как только подобная кавалькада сумела незаметно подъехать, куда остальные друзья-соратники смотрели? Да похоже все туда же, на тот дальний берег - на французов, а своих отечественных супостатов проворонили.
  Сейчас его жестоко вздрючат по полной программе, может даже и разжалуют в рядовые, бьется в голове тревожная и неприятная мыслишка. Кивер где-то в траве валяется, пуговицы на высоком воротнике расстегнуты, а ранец и вообще в обозе остался. Итого - как бы все признаки тяжкого воинского преступления на лицо, не отвертеться и иоправданий нет. Если верить всезнающему штабс-капитану Денисову, то совсем недавно за неправильно пришитый трынчик сажали в крепость даже заслуженных военачальников, а уж нижних чинов ретивые поборники "фрунта" сгубили не счесть...
  Но погодите, генерал пока помалкивает, адский шум-гам устроил какой-то полный и мордастый штабной подполковник из его свиты. Личность не столько страшная на вид, сколько комичная, эдакий своеобразный Санчо Панса при Дон-Кихоте. Но кипит мелкий толстяк качественно, как заправский тульский самовар, даже его гнедая лошадка столь же кругленькая и низенькая - точно под такого седока, приняла участие в сваре, попытавшись незаметно укусить Александра за руку. Вот ведь умные твари, невольно проникаешься к ним уважением, тонко чувствуют душевный настрой хозяина и пытаются помочь, иная ведь даже в драке охотно участие принимает.
  Он отмахнулся от наглой скотины, и вытянувшись по стойке смирно, постарался затем доложить, как учили: они - пикет 13-го егерского полка и сюда отправлены для наблюдения за противником на противоположном берегу Пассарги. Интересно, за кого штабной чин их принял, неужели за дезертиров или беглых? Ну да конечно, нижние чины сбежали или ушли в "самоволку" и решили по своей инициативе немного повоевать с врагом...
  -Успокойтесь Карл Фридихович, а то унтера и нижних чинов мне напугали, -наконец заговорил генерал, -Я знаком с их полковым командиром, мы вместе у Александра Васильевича начинали... Весьма прискорбно, что такой старый и опытный воин у нас все еще полковник по прошествии стольких лет. Может быть, наш государь император после войны все же исправит эту вопиющую несправедливость.
  У Александра отлегло от сердца, этот военачальник за не застегнутую пуговицу казнить нижнего чина не будет точно, если хоть одна десятая того что о нем говорят в войсках - правда. Похоже, что судьба на этот раз свела нашего современника с Петром Ивановичем Багратионом, одним из последних и весьма результативных "суворовских" генералов российской армии. Зря про него судачат, что дескать самый "носатый" из российских военачальников, нос как нос ничего необычного, специфических кавказских особенностей на беглый взгляд не заметно. Первое время все "чужие" офицеры казались Александру на одно лицо, если свои полковые стриглись и брились относительно коротко, то здесь по последней военной моде, заимствованной у французов, было принято отпускать роскошные баки. Иной так зарастет щетиной до глаз, что лишь небольшая часть лица торчит из окружения буйной растительности - впечатление одновременно свирепое и смешное, это как уж посмотреть. Генерала же с головой выдавал легкий специфический акцент, примерно с таким в старых советских фильмах обычно изображали Сталина: "У вас эсть план товарищь Жюков?". Еще бы трубку ему для комплекта, Сашка бы и свою подарил - не жалко, да только потерял ее еще на прошлой неделе.
  -Нет ты скажи, кто приказал тебе стрелять! -толстый немец-подполковник все же продолжал давить, все правильно, здесь инициатива снизу не приветствуется.
  Александр вздохнул, глотнул свежего воздуха всей грудью и постарался на сей раз выдать исчерпывающее объяснение: решение принял он сам лично, как старший в пикете, устав такое действие не воспрещает, правда и не разрешает - поступай, как знаешь по обстоятельствам.
  -Ваше превосходительство, приказ о начале войны с французами до нас довели еще месяц назад. Вот мы и палим по ним, неужели еще какое-то специальное разрешение требуется?
  -Весьма печально сие, -отметил генерал, но улыбнулся, видимо ответ унтер-офицера пришелся к месту, -Даже нижние чины понимают что на войне надобно воевать в отличие от нашего главнокомандующего Беннигсена! Подарить маршалу Нею целую неделю времени - Суворов бы такого себе не позволил. Мы уже давно должны быть за Пассаргой, а не топтаться здесь на берегу.
  Штабной офицер начал что-то возражать, упоминая про оперативные планы, резервы и текущее состояние дорог, но Багратион пропустил отговорки подполковника мимо ушей.
  -А пальбу ты зря затеял братец. Бросаешь пули на ветер! -обратился он с упреком к Сашке. Как раз в этот момент из-за реки французы дали очередной ответный залп. Вольтижеры целились, как видно, теперь в группу вокруг генерала, но единственный достигнутый результат - только фонтанчики воды выросли на мгновение у кромки берега, весьма значительный недолет.
  -Река в сем месте имеет 300 шагов в ширину, но это по старой карте 1786 года. По весне Пассарга разлилась от таяния снегов и теперь, как бы не все 400 будет, а то и больше. -выдал точную справку дотошный немец-полковник, вероятно рассчитывая, хоть так прижать под конец Александра.
  -Позвольте мне сказать ваше высокопревосходительство! Не соизволите ли вы взглянуть на противуположный берег, унтер-офицер двоих вольтижеров там положил и всего лишь двумя выстрелами! -неожиданно вмешался в разговор старших по чину молодой поручик-адъютант. Действительно на этот выпадающий из привычной картины мироздания факт матерые военные профессионалы поначалу внимания не обратили.
  -Одна пуля, одна цель... хорошо бы конечно так, но сие из разряда охотничьих баек. Нет, друг мой ты что-то путаешь... -произнес генерал, но все же попытался рассмотреть вражеский пикет с помощью подзорной трубы.
  -Ну как же ваше высокопревосходительство, все сходиться! Пока мы подъезжали, ведь слышали ружейный залп издалека и два одиночных выстрела с нашей стороны в ответ.
  Сейчас проверим сие... Унтер давай заряжай! -последовало короткое распоряжение.
  Сашка словно на автомате принялся за работу, только бы не подвела в этот винтовка! Предстоял экзамен, своего рода проверка, и ее нельзя было завалить ни в коем случае - возможно, это первый и последний шанс хоть что-то изменить в это мире и в своей судьбе, на штабс-капитана Денисова он уже давно потерял надежду.
  -Бей ихнего сержанта! Да нет не туда целишься, вот же он слева в строне стоит особняком! -добровольных помощников нашлось достаточно, даже старый знакомый Григорий пытался что-то дельное подсказать.
  Его винтовка - изделие неведомого, но безусловно гениального мастера снова произнесла свое веское и так скажем, так весьма громкое слово. За рекой после выстрела ничком упал на траву сержант вольтижеров, вероятно начальник французского пикета, и почти тотчас вскочил обратно на ноги, зажимая ладонью сквозную рану на плече.
  -Попал!!! -вылетело одновременно со многих уст, и Сашка принялся лихорадочно заряжать по новой, предполагая, что сейчас зрители потребуют продолжения банкета. Однако, вольтижеры на дальнем берегу Пассарги к тому времени, наконец сообразили, что оставаться на открытом месте, где неуязвимый вражеский стрелок бьет их одного за другим на выбор - плохая идея. Подхватив под руки раненого командира, французы бегом кинулись под защиту кустов спасительного леса и вскоре их красивые бело-синие мундиры окончательно исчезли среди буйства молодой весенней листвы.
  -Sauve qui peut! -поспешил сострить кто-то из штабных офицеров, -Спасайся кто может?
  -Резво они прочь поскакали, всегда бы так... -Багратион окончательно пришел в хорошее настроение, а вместе с ним и его сопровождающие его офицеры мгновенно учуяв изменение поведения высокого начальника сменили гнев на милость в отношении к нижним чинам.
  -Однако же, что у тебя за ружье такое братец, и кто тебе его дал? -немец, видимо начальник штаба у генерала, продолжил допрашивать Александра.
  Этот вопрос ему задавали уже за последний год не раз и не два и ответ был заранее подготовлен, Сашка зазубрил его как молитву. Согласно распоряжению ее императорского величества от 1772 года у них в полку, в каждом батальоне у них в полку завели по одному стрелку с нарезным оружием "вольного образца". Примерно такую легенду он выдавал неоднократно любопытствующим начальникам и всегда прокатывало, более ничего обычно не задавали, никакого интереса к нарезному оружию у военных в ту пору не было. Следует сказать, что не смотря на всеобщее засилье "фрунта" и шагистики, полковые командиры и шефы в александровское время располагали некоторой "свободой" действий, так различные мелкие неуставные "нововведения" отторжения у вышестоящих начальников не вызывали. Один изобретал особый "походный" шаг - и терроризировал им подчиненных, другой увлекался насаждением огородов, третий завел в полку школы для нижних чинов - почему бы в 13-мо егерском полковнику не воскресить давно уже всеми забытое распоряжение императрицы даже не Екатерины 2-ое, а как бы не Анны 1-ой?
  -Постой, разве это не гладкое ружье у тебя? Дай сюда глянуть... -Багратион провел пальцем по дульному срезу ствола, -Поразительно господа, но это оружие нарезное, солдат мне не солгал, как сперва показалось. Карл Фридрихович, что скажете, вы же у нас ученый? Я лично впервые вижу такой длинноствольный штуцер, да еще поразительно малого калибра.
  -А это не штуцер, а особое винтовальное ружье или фузея. Наши казаки именуют такое оружие по старой восточной традиции "винтовкой". Известно по крайней мере с позапрошлого века, в московской оружейной палате до сих пор храниться нарезное винтовальное ружье царя Алексея Михайловича с колесцовым замком работы московских мастеров.
  -Почему же столь удачного боевого оружия нет у нас в войсках?
  -Уж больно ваше высокопревосходительство сия вещица капризная, требует долго обучения нижнего чина и тщательного а собой ухода, -полковник начал перечислять все известные многочисленные недостатки дульнозарядного нарезного оружия, как настоящие, так и мнимые, -И главное, смею вас заверить, чрезвычайно мешкотное заряжание! Применение на войне такого винтовального ружья совершенно бессмысленно и даже вредно, поскольку солдат вооруженный даже укороченным штуцером едва ли успевает сделать из него за сражение всего один или два выстрела супротив нескольких десятков, а то и сотен у гладкого ружья.
  При этих словах все присутствующие, за исключением стоявших по стойке смирно егерей, как по команде обратили свои взоры на противоположный берег, где на лугу лежали бело-синие доказательства "бессмысленности и вредности" нарезного оружия. За спиной ученого немца послышались приглушенные смешки молодых адъютантов, академическая военная наука в очередной раз с блеском села в лужу. Но ей старушке не привыкать, постоянно "пролетает" в последнее время... Остался решающий и надо сказать весьма веский довод.
  -Петр Иванович да посмотрите, у него же штыка на ружье нет! Эй унтер, как ты будешь в ближнем бою биться?
  Александр еще раз дословно повторил, древнее, замшелое но никем до сих пор не отмененное постановление времен Екатерины второй, особенно упирая на сочетание "вольный образец". И в самом деле про штык в той бумаге не было сказано ни одного слова. Предполагалось, что данный "стрелок-охотник" должен действовать преимущественно огнестрельным оружием, минус один боец в рукопашной схватке - совсем небольшая потеря для батальона. А если что, то для самообороны, так у него кортик есть и еще дополнительно - ручные гранаты в сумке имеются.
  -Гренады в поле? Какая глупость, опять чудит ваш отец-командир подражая покойному Потемкину, не иначе... увольте меня от таких благоглупостей. Он еще шашку свою старую кавказскую заместо казенной шпаги не нацепил? -Петр Иванович, предался воспоминаниям, не иначе, видно по лицу, -Эх, были тогда денечки, славные времена, скажу я вам...
  -Позвольте заметить ваше высокопревосходительство, один важный момент! -снова в разговор влез молодой адъютант, корнет или подпоручик, вероятно у этого парня были доверительные отношения с генералом? Забавная у него курточка, Сашка не мог вспомнить, как такое хитрое обмундирование называется, в голове что-то вертелось, но подобрать слово не получалось никак. Молодой кавалерист с закрученными колечками усиками, заметно выделялся даже на фоне пестрых мундиров штаба: кивер с высоким белым султаном, расшитый декоративными шнурами малиновый китель с массой пуговиц и кокетливая сумочка с вензелем императора Александра первого - непонятного назначения, болтающаяся у колен. Единственный рациональный и разумный элемент формы у офицера - обувь, в отличие от остальных у этого сапоги были короткие и соответственно более удобные для носки. Зато патронташ, или лядунка, как здесь этот предмет снаряжения называют - настоящая игрушка, у пехотных офицеров Александр таких изящных "цацек" не видел ни разу. Во-первых, она была на удивление маленькой, с крышкой в виде металлической пластинки с двуглавым орлом. Во-вторых, ремень к ней сделали из сафьяна, обшитого сукном по цвету воротника мундира и с галуном. Спереди на перевязи располагались розетка с цепочкой и два протравника, сзади - пряжка, запряжник и наконечник, все детали из блестящего желтого металла. Такую изящную штуковину, почти ювелирное изделие впору только девкам носить для украшения...
  -Здесь у нас только один стрелок с дальнобойным ручным оружием, а представьте господа, что в поле действует в рассыпном строю батальон... нет даже лучше полк в полном составе? -захватив внимание собеседников корнет смело продолжил, -Я вот своим скудным умишком полагаю, что тактика должна сильно измениться, нашим плотным строям суждено отойти в область легенд и преданий?
  -Молодости свойственно все время забегать всегда вперед мой друг, -генерал, кажется на минуту задумался, -Да не бубните вы Карл: "штык, штык, штык...", ей богу как дятел заладили. Здесь за Пассаргой француза штыком не взять, сперва переправиться надобно, а вот пулей унтер их достал прямо с сего места. Можно ведь снабдить это оружие и съемным штыком клинкового типа, ежели нужда такая возникнет. И я что-то не заметил у нижнего чина "мешкотности" при заряжании, господа офицеры...
  Обиженный немец тут же, как заведенный, выдал кучу цитат из трудов разных военных авторитетов и залакировал эту сборную солянку хлесткой фразой сказанной в свое время Наполеоном в Венсенской стрелковой школе по результатам испытания предназначенных для пехоты штуцеров: "совершенно бесполезное оружие...". Для вящего эффекта он еще и перевел цитату с французского на русский, вероятно желая окончательно добить Сашку.
  -Где у тебя колотушка? Потерял что ли? Почто заряжаешь штуцер как обычное гладкое ружье? -посыпались вопросы со всех сторон. Вот он момент истины наступил, сколько лет прошло и дождался его унтер-офицер, наконец своего "звездного часа" - ОНИ заметили ГЛАВНОЕ...
  Стараясь сохранять спокойствие и подавляя нахлынувшее волнение, Александр постарался предельно четко и конкретно с разбивкой по пунктам изложить все требуемые важные сведения. Для вящей наглядности он даже эскиз кончиком ножен кортика нарисовал на белом прибрежном песке. Это винтовка новой системы Минье, здесь не нужно тщательно "приколачивать" заряд деревянной киянкой, слегка расплющивая пулю как в обычном нарезном штуцере. Необходимая обтюрация при выстреле обеспечивается исключительно за счет особой формы пули. Не забыл он упомянуть и штабс-капитана Денисова, который уже добрых пять лет бомбардировал военное ведомство проектами, пытаясь продвинуть это новшество хоть на шаг вперед. При упоминании фамилии штабс-капитана немец недовольно скривился, словно лимон целиком разжевал, видимо что-то ему было известно о той поистине титанической борьбе, которую много лет Иван Федорович Денисов безуспешно вел с могущественной военной бюрократией российской империи.
  -Бог ты мой, откуда мой старый приятель таких ученых унтеров набрал? -выразил общее изумление офицеров Багратион, -Ты братец часом не оружейный ли мастер будешь? Слова то какие знаешь, я таковые только у артиллеристов и слыхал.
  -Ваше высокопревосходительство, я считаю своим долго вас предостеречь! -опять вылез ученый немец, начальник штаба или может быть походной канцелярии у Багратиона, -Штабс-капитан Денисов - особа нам известная, он был замешан в деле масонской ложи мартинистов, побывал под судом, и оставлен высочайшим решением в подозрении. А на его прожектах введения у нас нарезного оружия одна известная вам высокопоставленная особа поставила резолюцию, что этот человек страдает душевным расстройством и подлежит лечению!
  -Да будет вам господин полковник! -стараясь придерживаться официального тона ответил на этот выпад генерал, но тут же смягчился, -Карл Фридрихович доставайте свой любимый гроссбух, и запишите для меня подробные сведения об унтер-офицере и его ружье. Даст бог, разгромим корпус Нея, заключим почетный мир с Наполеоном, вот тогда и займемся этими новшествами. И соблаговолите непременно образец патрона с него взять, да это как ее Минье, Минье... на немца не походит... Эй братец, постой а это не французское ли сие изобретение часом?
  Александр подтвердил, что да, действительно система французская, скрывать не было смысла, об этом многократно упоминал и штабс-капитан Денисов, справедливо полагая, что иностранцам у нас веры больше, чем своим отечественным прожектерам.
  -Шустрые однако ребята эти галлы, но надеюсь, что в сию кампанию они вооружить свои войска таким ружьем не успеют! -генерал страдальчески наморщил лоб, проблема снабжения была больным местом не только наполеоновской армии но и российской тоже, -И почему Бонапарт не у нас служит? Поди часом бестолковый вербовщик ему попался, не смог объяснить ладом корсиканцу, что в российской армии чинопроизводство идет быстрее, чем во французской... Я бы предпочел господа ругаться с ним, как с Беннигсеном или Дохтуровым, а не воевать!
  -Позвольте заметить ваше высокопревосходительство! -опять влез в разговор неугомонный немец, -Этот, с вашего позволения, "изобретатель", штабс-капитан Денисов наряду с нарезным оружием и вовсе фантастические прожекты в военное ведомство представлял.
  -Странно, но мы армейцы о сих вещах ни чего не ведаем. Не потому ли, что военная наука у нас варится в собственном соку, и нас убогих постоянно забывает?
  -Как угодно, но мы отдали ряд бумаг штабс-капитана на экспертизу в Академию Наук, таков у нас порядок, мы не такие уж враги все нового, как принято считать. И ученые мужи вынесли заключение, что подобный аппарат в природе существовать не может, ибо сие противоречит законам физики! Сие явный бред, плод нездорового ума, использовать какие-то мифические эфирные колебания для посылки депеш на дальние расстояния?
  Если бы спорщики в этот момент обратили свое внимание на унтер-офицера, то безусловно заметили бы, как несколько секунд тот сильно "изменился в лице", затем правда справился с нахлынувшими как ураган эмоциями. Еще бы тут даже пресловутый железобетонно-спокойный "нордический характер" не устоит. Столько лет долбили они с Иваном Федорвичем гранит казенной бюрократии, столько трудов затрачено и усилий, пуд бумаги извели и ведро чернил - все вышло "пшиком". С другой стороны местные "светила науки" по-своему правы: сколько там лет осталость до уравнений Максвелла, до вибратора Герца и до остальных больших и малых открытий в этой области? И в 21-ом веке не приняли бы ни за что некое "изобретение", для которого еще не существует теоретической "базы". Убедить местных ученых, а заодно и инженеров-практиков можно было только реально работающим образцом. Мечты, мечты, нет вещь вроде бы и бог весть какой хайтек, но... Сашка "сломался" при попытке воссоздать самое простенькое и примитивное электромагнитное реле. Где взять в этом самом Мухосранске тонкую медную проволку, да еще изолированную - главный компонент почти всей "доэлектронной эпохи" радиотехники? В столицах, и при наличии щедрого финансирования - задача вполне решаемая даже в отсталые 1800-е годы, ну а как на медный грош, да силами полковой оружейной мастерской в провинциальном городе N расстараться, слабо господа изобретатели и рационализаторы?
  -Каюсь, я физике не учен. Пытался недавно почитать переводную книгу сэра Ньютона, да ничего не понял, не для нас там господами учеными видно сие писано. -прервал наконец бесконечные разлагольстования немца-штабиста генерал Багратион, -Однако же винтовка у нижнего чина есть, и она стреляет и убивает, и это - главное! А посему соблаговолите-ка любезный мой Карл выполнить приказ.
  Присмиревший начальник штаба незамедлительно извлек из седельной сумы увесистый блокнот в кожаном переплете, размером с небольшую книгу, и не обращая внимания на подначки молодежи принялся расспрашивать Сашку, записываю тут же полученные сведения мелким бисерным почерком, что возникло подозрение как будто старался рачительный немец экономить бумагу. Как дошли до пункта "откуда призван в ряды императорской армии", так и пошло всеобщее веселье, адъютанты заржали точно жеребцы. Александр честно ответил на этот коварный вопрос, сообщив, что его ведь поймали на базаре без документов... народ даже посочувствовал пострадавшему, надо ловчее быть и не впредь не попадаться. Напоследок за меткую стрельбу генерал наградил унтер-офицера серебряным рублем, теперь останется у Александра сувенир о памятной встрече. Ведь не каждый же день сталкиваешься с "живой легендой", это человек, в честь которого назвали одну из самых успешных операций Великой Отечественной войны. Очень жаль, что в Восточной Пруссии в 1807 году судьба и "высшие силы" в лице ставленников его императорского величества не дали развернутся генералу Багратиону и проявить свои полководческие таланты. Не один Александр увлекался сбором памятных вещей, находились и другие любители. По воспоминаниям Дениса Давыдова, однажды пушечное ядро откатилось после рикошета прямо под ноги Багратиона. Тот даже и не почесался - дело уже привычное. Тогда его ординарец, поручик Офросимов поднял снаряд и передал вестовому. На вопрос генерала, зачем он это сделал - последовал ответ: 'Это ядро легло слишком близко от вас, чтобы не сохранить его!' - 'Э, братец, так ты воз французского чугуна наберешь. А поезжай лучше к Багговуту и скажи, что ему пора начинать'. Все же маленький серебряный кругляшок монеты таскать с собой намного удобнее, чем увесистый металлический шарик весом в шесть фунтов...
  Вся эта история длилась полчаса, или в лучшем случае минут сорок, но Александру показалось, что прошла целая вечность. Вот уже скрылся за кустами гнедой жеребец генерала, махнув на прощание коротким подрезанным хвостом. С егерями задержался на несколько минут молодой адъютант, тот самый... Наконец удалось вспомнить, как эта смешная курточка с доброй полусотней пуговиц называется, это 'ментик', а чудная, украшенная золотым шитьем сумочка - "ташка"! Практическое назначение этого предмета амуниции теперь установить трудно. Возможно, в давние времена плоская кожаная сума, имеющая крышку, обшитую сукном, служила для перевозки почты, которой занимались кавалеристы в Венгрии. Значит этот умный корнет - гусар, или может быть такая форма одежды присвоена и другим разновидностям кавалерии - в этой области Сашка пока не силен, постоянно путается в пестроте мундиров и своих и чужих.
  -Ты посты в тылу обязательно выстави, да хоть одного человека. -посоветовал на прощанье гусар, -Мало ли кто еще подъедет, ладно свои, а вдруг конные гренадеры или уланы с того берега пожалуют, или прямиком от Нея заявятся сюда.
  -Да, да конечно ваше благородие, виноват... -начал оправдываться Александр, но гусар его оборвал.
  -Ты братец я вижу на войне в первый раз?
  -Нет... простите ваше благородие, так точно! -унтер-офицер не сразу сообразил, что далекий Афганистан отделенный от этой реальности тысячами километров и сотнями лет вспоминать теперь не стоит.
  -Я вот нет, а посему добрые тебе совет - смотри братец ладом за собой и за своими товарищами, а то неровен час... -и собеседник не стал договаривать, а только пришпорив своего скакуна быстро скрылся за кустами пустившись галопом вдогон уже удалившемуся штабу.
  Сабля у него красивая, может это и есть та самая "золотая" которой принято награждать за храбрость наряду с орденами? Хотел было Александр спросить, но того уже и след простыл, только облачко пыли осталось на дороге.
  Что-то такое гусар почуял странное и даже немного пугающее, в этом простом с виду нижнем чине, словами не выразить. Точно некое инородное тело затесалось среди плотной серой массы нижних чинов. Этот момент совершенно упустили как Багратион, так и остальные штабные офицеры и адъютанты, их внимание привлекла только необычная винтовка, да неуклюжие попытки поборника официальной военной науки опорочить это оружие вопреки очевидным фактам. Но новый знакомый Александра, хоть и постоянно воспевал в своих шуточных стихах крепкие напитки: "Сабля, водка, конь гусарский...", но тем не менее сохранил до глубокой старости удивительно трезвое и реалистичное восприятие окружающего мира. Пока мы забудем об этом человеке, до поры до времени, но однажды он снова появиться на жизненном пути Александра.
  Война никогда не была похожа на парадные батальные полотна, скорее, в ней, как в трагедиях Шекспира, рядом с высоким и благородным соседствовало низкое и коварное, а порой даже и смешное. Здесь отвага и величие шли рядом со страданиями, вперемешку с кровью и грязью. Потому реальные французские и русские солдаты мало походили на сусальную картинку, какие так любят историки. Они существовали во плоти и крови со всеми их достоинствами и недостатками. они были людьми...
  Боевое крещение 13-егерский, а вместе с ним и унтер-офицер Сашка получили неожиданно и можно сказать, что внезапно, как снег на голову. Шел уже третий день затянувшегося что-то "сражения при Гуттштадте", российские войска пытались окружить и уничтожить корпус маршала Нея, вот только получалось донельзя плохо. Местность не позволяла использовать главный козырь - подавляющее преимущество российской кавалерии, большим конным массам просто негде было развернуться на изрезанном оврагами пятачке между Алле и Пассаргой. Вдобавок Ней, которого в России традиционно недооценивали - ну как же какой-то там "сын ремесленника", оказался весьма умелым полководцем в обороне. Еще зимой французы понастроили массу засек, шанцев и прочих разнообразных полевых укреплений, превратили часть населенных пунктов в импровизированные крепости и теперь под их прикрытием имели возможность отражать удары противника, перебрасывая силы с одного угрожаемого участка на другой по мере надобности. По прежнему армии Беннигсена никак не удавалось овладеть переправами через реку Пассаргу, хотя усилий и крови было затрачено немало. В одном месте пожертвовали целым полком с приданными ему для усиления немецкими добровольцами, и даже сумели захватить предмостное укрепление - тет-де-пон, но сама переправа осталась под контролем противника. На другом направлении генерал Дохтуров, методично укладывая батальон за батальоном сумел, вроде бы полностью овладеть мостами и отрезать войска Нея от частей Сульта, другого наполеоновского маршала. Но атаки французских драгун, при поддержке конной артиллерии раз разом сметали всех, кому удалось переправиться на вражеский берег. Понеся большие потери Дохтуров счел за лучшее сжечь с таким трудом отбитые у неприятеля мосты и отойти назад на исходные позиции. Попытка кавалерии самостоятельно, вплавь переправиться через Пассаргу не удалась, разве, что вездесущие казаки сумели просочиться в ближний тыл противника и даже разграбили пару обозов, но на этом успехи и закончились.
  О всех этих событиях Александру поведал штабс-капитан утром этого дня, 13-й егерский полк по прежнему стоял биваком у леса "Трех сосен" и в боевых действиях участия не принимал, ограничившись высылкой усиленных пикетов для наблюдения за противником. Только собрались они в это утро отведать перловой каши с мясом, одуряющий аромат которой распространялся далеко по вырубкам вплоть до самой реки, как из штаба в полк явилась целая делегация во главе с дежурным генералом. Не сумасшедшим Каменским к счастью, а вполне вменяемым, но нижним чинам от этого лучше не стало.
  Завтрака не будет, даже котлы с уже готовой булькающей кашей, только что заправленной артельщиками мясом велено перевернуть, очевидно, чтобы никто не соблазнился отстать, поесть и догнать полк позднее. Их бегом погнали на север, оказывается там, всего в двадцати верстах ниже по течению, казаки случайно обнаружили слабо охраняемый противником брод. Вопрос овладения переправами уже давно превратился в своего рода паранойю или идею-фикс в штабе Беннигсена. Российское командование, похоже, искренне считало, что все проблемы легко и просто решаться там за Пассаргой. Знали бы они тогда, что их на самом деле там ожидает, тогда может быть, так бы и не спешили.
  13-му егерскому сумасшедшие штабные не дали времени ни на проведение разведки, ни на подготовку к атаке. Не позволили даже осмотреться на местности перед сражением. Планы наступления офицерам пришлось вырабатывать буквально на ходу, предполагалось прямо с марша развернуть цепь застрельщиков и под ее прикрытием выдвинуть вперед штурмовую колонну в составе трех рот. Артиллерией 13-егерский усилить командование не захотело и теперь следовало выкручиваться своими силами. Стандартное для тех лет тактическое решение, неоднократно применявшееся на этой войне, однако в этот раз оно оказалось трагической ошибкой, едва не погубившей весь полк.
  .........................................................
  Этот летний день Александр запомнит на всю оставшуюся жизнь, он услышал как "поет" смерть, нет оговорки нет... Не увидел, а именно услышал, пули это совсем другое к ним он уже привык, а вот рой чугунных шариков, вылетевших из пушечного ствола издает такой специфический звук, что ни с чем больше не спутаешь. Они не свистят и не жужжат, а ревут и вопят, как сотня маленьких дьяволов и кровь стынет в жилах даже у бывалого солдата. Для артиллеристов - это просто картечь, одна из разновидностей боеприпасов, а вот для пехоты - смерть.
  Только, подгоняемые всю дорогу, свирепыми матюками штабного генерала они вывалились на прибрежный лужок с узкой лесной дороги, так слева раздался ряд отдаленных пушечных выстрелов, а затем на егерей обрушилась картечь, сметавшая людей точно тряпичные куклы. Мат, вопли, крики: "Ой братцы убили меня... убили..." и опять отдаленные хлопки пушек и этот дьявольский визг... только теперь с другой стороны, с фронта - картечь бьет прямо в лицо. Нельзя сказать, что Сашка не бывал ранее ни разу под огнем, но в этой свалке он полностью растерялся и кинулся чуть ли не навстречу летящему чугуну. От верной гибели его спас штабс-капитан, вовремя выдернув из толпы обезумевших нижних чинов за шиворот, и утащив под прикрытие спасительных деревьев.
  Надо отдать должное их полковнику, комплексами свойственными большинству военначальников начала века 19-го он не страдал, и это обстоятельство спасло жизнь как Сашке, так и многим его сослуживцам по 13-му егерскому. Как должен был поступить обычный полковой командир в таких обстоятельствах? Господствующая в ту пору в российской императорской армии военная доктрина не оставляла никакого выбора: шпагу из ножен, знамя развернуть, и марш-марш вперед в безнадежную атаку, вперед - прямо на картечь. Может быть получится, нестойкий враг дрогнет и отступит с позиции, или вдруг у него снаряды закончатся, или покровитель российского воинства Михаил-архангел поможет? Но самоубийственного наступления не последовало... Штабные категорически потребовали взять брод любой ценой к началу следующих суток и наобещав 13-му всевозможные кары вплоть до децимации всего личного состава предпочли исчезнуть. Бравый генерал, столь успешно гнавший егерей вперед на пушки, не захотел лично возглавить атаку на вражеский люнет - позицию, где якобы всего одна жалкая рота или даже полурота без артиллерии за укрепления слабого профиля обороняется.
  "Вот затрещали барабаны и отступили басурманы. Тогда считать мы стали раны, товарищей считать...". Увы, барабаны не трещат, вместо них изредка бухают из-за изгиба реки шестифунтовые орудия, методично посылая ядра в сторону кромки леса, что служит егерям неплохим укрытием. 'Басурманы' опять же не отступают, они очень хорошо тут на холме устроились, остается только считать раны и уцелевших товарищей, ошибся Михаил Юрьевич, интересно, сколько ему сейчас лет? Да он - Лермонтов может быть еще и не родился. К счастью им необычайно повезло, враги поторопились с открытием огня, вот если бы они начали чуть позднее, когда весь полк вытянулся бы на луг с просеки, то последствия были бы куда печальнее. А так пока 13-егерский потерял всего два десятка нижних чинов и одного офицера, а сначала в суматохе решили, что там на опушке легла чуть ли целая рота в полном составе. Старый знакомый штабс-капитан оттирает пот и чужую кровь с лица, у него забот неожиданно прибавилось, теперь он командует 1-ой ротой в 1-ом батальоне. Покоящийся в недрах полковой канцелярии секретный приказ пришлось временно предать забвению, и в самом деле не отдавать же роту под начало безусым поручикам, когда есть "свободный" офицер, да еще с немалым боевым опытом?
  Пользуясь временным затишьем Денисов с ведома командира полка поспешил организовать разведку, однако первые же результаты были весьма не утешительные.
  -Где эти слепошарые штабные б... увидали полуроту? Да французов здесь укрепился батальон. Их не меньше, а коли считать вкупе с артиллеристами, то их почти столько же сколько и нас будет! -материли бестолковое командование офицеры ничуть не стесняясь присутствием нижних чинов и надо сказать было от чего.
  
  -Вот это Сашка и есть то, что обычно у нас называют "сильная позиция". -констатировал печальный факт штабс-капитан, они уже более двух часов ползают по кустам, рискуя привлечь к своим особам внимание французов, но пока безрезультатно.
  В самом деле, задача кажется неразрешимой, по крайней мере в поставленные им жесткие временные рамки. Дело даже и не в том, что французов много, нет у наступающих существенного численного преимущества даже не два к одному выходит, а меньше... Чтобы выбраться к броду, надо сначала пройти почти версту с лишним по узкому 100-метровому проходу - естественному коридору между болотом и заболоченным берегом реки. Непростое занятие, особенно когда из-за Пассарги работает восьми орудийная батарея шестифунтовок. Сам бывший артиллерист, штабс-капитан Денисов быстренько подсчитал, сколько они выбросят картечи за время движения полка по этому узкому дефиле, получилось, что хватит на всех и даже с изрядным запасом. Но это еще не все, ближе к реке имеется не обозначенный на картах глубокий овраг, а за ним небольшой холмик, на котором собственно и окопалась вражеская пехота, устроив люнет полного профиля, открытое с тыла полевое укрепление, усиленное к тому же завалами из срубленных деревьев. Из его бойниц грозно торчат стволы все тех же знаменитых французских шестифунтовок системы Грибоваля - суньтесь, мол кому охота? Эти две батареи командуют, как выразился штабс-капитан, всей прилегающей местностью. При попытке атаковать батарею за рекой, если конечно каким-то чудом егерям удастся перебраться незаметно через прибрежное болото, их во фланг немедленно возьмет холм. К люнету не подойти - из за реки обрушиться на атакующих убийственный ливень картечи, сегодня они уже пробовали один раз, закончилось плохо. Даже если часть полка доберется по трупам своих же товарищей до холма, то там их встретит огнем и штыками сильное пехотное прикрытие. Выходит замкнутый круг, куда ни кинь - всюду клин, как в одной народной поговорке.
  -Полк у тет-де-пона на юге так же и погубили? -спросил Александр, просто чтобы прервать затянувшееся тягостное молчание.
  -Нет, там говорят была засада. Наши по невежеству, али по глупости полагали, что ударят внезапно и возьмут французов врасплох, а вышло совсем наоборот. -штабс-капитан бесцветным голосом ответил на неприятный вопрос, и чуть позже добавил, -Не то проводник их предал, не то просто чья-то дурость, дело темное.
  -А почему нельзя форсировать Пассаргу в другом месте и ударить с тыла по батарее на берегу? Ведь там у них нет пехотного прикрытия, только пушки и расчеты при них.
  -Александр, ты видать братец забыл, что стало с теми частями, кого Дохтуров намедни отправил на тот берег? Я ведь тебе сегодня утром рассказывал...Ежели пехотного прикрытия не видно, то сие значит, что их скорее всего охраняет кавалерия. Очень тяжело не то, что полк переправить через такую реку, а даже отдельную роту, ежели без лодок, плотов или понтонов. В случае возникновения угрозы французы всегда имеют возможность отправить часть своей пехоты через брод на сикурс артиллеристам.
  -Но казаки Платова же как-то шастали туда за речку? -попытался возразить Сашка.
  -Казаки... казачки-разбойники? Это же по сути иррегулярные войска, легкая кавалерия, их прямое назначение громить неприятельские обозы... и баб еть. От столкновения с сильным противником они завсегда уклоняются, а вот мы не сможем, ибо пешие.
  Штабс-капитан Денисов, как и многие армейские офицеры в ту пору весьма неприяненно относился к казакам, веские причины для этого были. До войны 1807 года легкая кавалерия себя ничем особо не проявила, если не считать мелких набегов на вражеские обозы, которые французы почти никогда не сопровождали конвоем, да и чего уж там прибеднятся - грабежей и мародерства. Когда Сашка впервые услышал фамилию "Платов", то вспомнил, что была у него в "сопливые времена" детская книжечка "Гром-Атаман". Услышав такое прозвище штабс-капитан не поверил, что речь идет том самом Платове, по словам офицера к этому скорее подойдет прозвище "Грабь-Атаман". Отчасти скептицизм российских военных разделяли и их противники - французы, считая до поры до времени, что казаки: 'Более шумное, нежели опасное войско!'
  -Выходит, что остается единственный вариант - атаковать люнет ночью, все же шансов на успех будет больше.
  -Да ты прав, кажется, что именно к этому у нас дело и идет. Но ночной бой на сильно пересеченной местности - вещь вельми неприятная и непредсказуемая, даже великий Суворов всего лишь один раз к такому приему прибегал на войне, когда поляков подавляли. Положим, избегнем мы неприятельской картечи, так утонем в болоте, куда половина полка неизбежно забредет в потемках. Ночи тут светлые, а французы, должно быть давно пристрелялись, коли тут стоят не один месяц... если нужда будет, то смогут бить и вообще вслепую.
  Точно в подтверждение слов штабс-капитана очередное вражеское ядро ударило в ствол дерева всего в двух метрах левее, старая осина с противным скрипом рухнула, подняв в воздух целое облако лесного мусора, и попутно больно стегнула лежащих на земде разведчиков ветками по ногам, Сашка еле успел увернуться.
  -Ладно, вот тебе моя труба, может чего и высмотришь незамыленным свежим глазом. -Денисов протянул Александру свою "оптику", -Я пойду к нашему полковнику, тут нужны пушки. Потребны хотя бы две артиллерийские роты шестифунтовок, иначе у нас ничего не получиться, только напрасно людей погубим.
  Время шло незаметно, уже полдень миновал... у "лягушатников" видимо наступил обеденный перерыв, по крайней мере их орудия перестали бессмысленно терзать лес. Александр, вероятно уже в сотый раз, внимательно осматривал местность выполняя приказ начальника. И вот когда уже совсем он утратил надежду, вдруг тренированный глаз стрелка-спортсмена как бы сам "зацепился" за одну небольшую, совсем незаметную деталь рельефа, которую не увидели местные фортификаторы, а может и умышленно проигнорировали, сочтя слишком уж незначительной.
  -Ну что друг, у меня для тебя две новости! Одна хорошая и одна плохая. -Денисов появился точно ниоткуда, незаметно подполз сзади.
  -Хорошая состоит в том, что пушки нам обещаны! Даже целую бригаду дадут... -продолжил штабс-капитан, -А вот плохая новость, артиллеристам потребно не менее двух суток, дабы сюда добраться. Но взять это брод надобно к завтрашнему утру... Ну как, ничего тут важного и нужного ты, братец не углядел?
  -Есть одна идейка, Иван Федорович, вот только не знаю, как вам покажется...
  -Давай говори не таи, сейчас сгодиться все, положение у нас до самой крайности отчаянное! Хоть в омут головой не кидайся.
  -Вот посмотрите туда, -Сашка вернул подзорную трубу штабс-капитану, и указал направление, -На два часа левее одиночного высокого дерева с раздвоенной вершиной. Перед большим оврагом, если приглядеться, то можно заметить еще один, совсем маленький, по размерам почти траншею. Французы его не заняли стрелками и вообще никак не используют в своей системе обороны.
  -И что ты предлагаешь, что-то я не улавливаю братец?
  -В этой щели можно скрытно сосредоточить человек 30-50... На лугу между болотами высокая трава, незаметно доберемся до овражка ползком по-пластунски, небольшими группами, по двое или даже по одиночке.
  Штабс-капитан Денисов влет оценил необычное предложение нижнего чина, теперь появился пусть призрачный но шанс на успех. Классическая же атака колонной по узкому дефиле, да еще под обстрелом вражеских пушек ничего кроме неизбежной, пусть и картинно-героической, гибели 13-у егерскому полку не сулила.
  -Так постой, одним взводом нам сей проклятый холм не взять и не удержать тем паче, но можно на краткое время захватить часть оборонительного вала, до подхода остальных... Нужны еще дополнительные силы для развития сей атаки... -размышлял он вслух, вероятно по причине сильного волнения, с ним такое иногда случалось, -Надобно скрытно подвести хотя бы еще одну роту с штурмовыми лестницами. Именно так, ползком под прикрытием темноты, пусть французы думают, что мы вытаскиваем с поля боя раненых и убитых после неудачного дела.
  -Примерно метров пятьсот ночью продвинуться рота сможет, если конечно не все скопом кинуться, а по очереди группами и не будут сильно шуметь. Пускай прямо взводами потихоньку ползут вперед. -предложил Александр, не очень то и надеясь, на успех предприятия...
  -Продвижение вперед в атаку ползком, по-пластунски? Такое иногда применяют в разведке для скрытности, или при осаде крепостей, и то редко, но в поле? А ведь стрелять по залегшему противнику ни в одной армии солдат не обучают!
  Тут же все и порешили, поскольку время не ждет. Александр прямо сейчас отправиться к малому оврагу, и если успешно доберется, то подаст сигнал ручным зеркальцем, завел давно он себе такую штучку для бритья. Денисов тем временем должен подготовить все остальное для успешного предприятия.
  -Лети в обоз и забери все, что сочтешь нужным, если чего не дадут, то ссылайся на меня... Постой пойдешь один или тебе помощник нужен?
  -Пожалуй Гришу возьму с собой, вдвоем помирать все одно веселее.
  -Давай Сашка с богом! -на этом и расстались, правда вышло, что совсем не надолго.
  .........................................................
  Были сборы короки: они взяли с собой три пистолета, выбрав самые маленькие и легкие из имевшихся в обозе, восемь ручных гранат в заранее заготовленных холщовых сумках, наподобие противогазных и Григорий еще прихватил обрез двустволки.
  -Коли ружье с собой нельзя то мож и энто заместо сойдет?
  Действительно тащить длинное гладкоствольное ружье с собой смысла не было, пожалуй стоило оставить в тылу и винтовку, но для Сашки она стала своего рода талисманом. Он скорее согласился потерять бы руку, чем ее любимую. Если ничего не выгорит с атакой, то он хоть сокращение командных кадров французам устроит на прощание, надо только предварительно позицию хорошую выбрать для стрельбы.
  Григорий привычно перекрестился и двинулись, как раз противник закончил обедать, ударила из-за реки пушка и дежурное ядро просвистело где-то в небесной вышине над головами. Это хорошо, они ведут беспокоящий огонь, вероятно добиваются, что бы егеря из леса не вылезали.
  Кажется Александр тут уже сегодня был на этом месте... или только так кажется? Левый локоть внезапно промок, роса... но ведь уже давно за полдень и трава вокруг стоит сухая, что за черт? Он пощупал рукав и поднес ладонь к лицу и тут же одернул руку назад, это не вода - кровь. Память не подвела, именно тут их и накрыли сегодня утром, надо поскорее пройти это поганое местечко, вот только ползком "скорее" не очень быстро получается. Метр и еще один, хорошо хоть он гимнастерку свою импровизированную догадался одеть, а вот Григорий, ползущий позади потеет в суконном мундире. Стоп, это еще что? Он чуть лицом не уткнулся в неожиданное препятствие, до того густая и сочная трава и неудивительно, ведь луг заливной. Да это же сапог, судя по покрою - офицерский, вот их старый ротный командир нашелся... зрелище не для слабонервных. Крышку черепа мужику срезало словно ножом, мозги наружу вывалились, а вот само лицо практически не пострадало - так и смотрит застывшими голубыми глазами в безоблачное ясное небо. Пока он огибал труп, не переползать же через него, его сзади догнал Гришка.
  -Сашка слышь, никак стонет кто?
  -Нет... хотя постой, вроде там левее будет?
  -Поди подберем ево, раненого то?
  -А куда мы его денем, ведь не за тем пошли! И ведь все равно перевязывать его нечем.
  На минуту задержались, надо было решать, как поступить. Бросать раненого товарища на произвол судьбы не хорошо, не по-человечески однозначно. Но с другой стороны у них с собой нет ни аптечек, ни индивидуальных перевязочных пакетов. В походе нижним чинам полагается иметь корпию и бинт из расчета один такой комплект на десять человек, все это добро осталось лежать в ранцах. Впору бить себя по голове, да и по другим частям тела, больно бить. Знал он ведь куда идет, заранее готовил оружие, боеприпасы, долго и старательно упражнялся в стрельбе и осваивал приемы рукопашного боя и фехтования на штыках, а вот припасти простейший бинт забыл.
  Предположим, они сейчас вытащат с поля одного раненого, но драгоценное время будет потеряно и намеченная Денисовым атака сорвется. А ведь завтра с утра явиться тот штабной генерал и погонит весь полк прямиком на картечь. Приходиться выбирать, одна жизнь на кону против трех-четырех-пяти сотен, если не больше.
  -Ежели ен легкий то потерпит до ночи, тама наши вынесут. А ежели тяжелый... то надоть дать человеку помереть спокойно! -с крестьянской прямотой и откровенностью сомнения разрешил верный друг - Гриша и они двинулись, поползли вперед навстречу неизвестности.
  До цели короткого путешествия "пластуны" добрались без особых приключений, никто им не помешал. Может быть, беспечный противник плохо наблюдал за подступами к люнету, а может действительно их сочли незначительной целью, недостойной траты снарядов - это теперь уже неважно. Больше всего Александр опасался, что его сигналов зеркалом никто в лесу не увидит, а ведь уже вечер и солнце начинает опускаться за горизонт. Близость противника - прекрасно было слышно как французы галдят наверху, как ни странно, ничуть его в этот момент не "напрягала".
  Нет, определенно ему везет, ровно через час после последнего сигнала приполз Федор, затем стали по одному прибывать остальные старые знакомые по команде застрельщиков. Последними появился штабс-капитан Денисов, и с ним для комплекта увязался поручик Яковлев, оказывается у молодого человека тяга не только к амурным приключениям, ему и обычных военных мало, вызвался идти вместе с нижними чинами. Собралось в итоге 37 "охотников", так в этом веке называют добровольцев на опасные предприятия, а вовсе не браконьеров, как возможно подумал бы иной наш современник.
  -Все, больше здесь народу не поместиться без риска преждевременно себя обнаружить. -штабс-капитан сразу же взял руководство операцией в свои опытные руки, -Александр посвети им, должны прекратить отправлять людей!
  С трудом, но удалось Сашке поймать зеркалом крохотный солнечный лучик уходящего дня, и направить его в сторону темнеющих вдали дубов. Оттуда вскоре послышался жиденький ружейный залп, значит условный сигнал принят.
  Теперь дело за малым - надо сообразить, как захватить, хоть на пять минут, часть французского укрепления и удержать до подхода основных сил и заодно помешать вражеским артиллеристам. Если издалека люнет выглядел маленьким и игрушечным, то здесь, вблизи впечатление совсем другое, просто устрашающее, особенно не понравились Сашке сам завал на склоне холма, образованный из поваленных деревьев. Хитрый враг не просто накидал перед фасом укрепления бревна, могучие некогда деревья были старательно подкопаны и выворочены корнями в сторону оврага, в котором и так спокойно уместился бы четырех этажный дом. Как туда влезть пока не понятно, штабс-капитан правда принес с собой целую связку штыков, их можно будет использовать в качестве ступенек, воткнув в земляные стенки оврага, может быть плотная на вид красная глина выдержит вес человека.
  В любом случае, когда они поднимутся наверх, против каждого бойца будет не менее десятка вражеских штыков, а у них из оружия только ножи, топоры, тесаки, плюс старые пистолеты да еще есть шпаги у Денисова с Яковлевым. Ружья и патронные сумки оставлены в лесу, с ними по такой круче без помощи лестниц все равно не подняться. Такое экзотическое вооружение имеет смысл применять только при внезапном нападении, гранаты тут тоже не спасут, разве что отвлекут врага на непродолжительное время.
  Необходимость - мать изобретений, так говорили древние мудрецы, пока Александр прикидывал что делать, а Денисов пытался внушить своему малочисленному воинству решимость драться до конца, шустрый Федька поползав туда-сюда-обратно сделал важное открытие, приведшее к существенной коррекции первоначального плана нападения. Оказывается их овражек-траншея в одном месте очень близко подходит к своему большому собрату, два метра - смешное расстояние, когда нечего терять и есть малая саперная лопата, а она у Александра как раз была с собой! Все остальные давно сдали бесполезный инвентарь обратно в обоз, и только он по старой привычке продолжал носить лопатку в специальном кармане вещевого мешка, или как в этот раз - в чехле на поясе. Сослуживцы лишь беззлобно потешались над чудачествами "неправильного" унтер-офицера, а начальство делало вид, что не замечает неуставного снаряжения.
  Работали они с диким, просто нечеловеческим энтузиазмом, куда там шахтерам-стахановцам! Каждый прекрасно понимал, что открытый штурм вражеской позиции 'в лоб' не оставляет маленькому отряду никаких реальных шансов на выживание, не говоря уж о победе. Они должны отвлечь на себя французов, выиграв немного времени до подхода основных сил, получится или... - тот еще вопрос, ответа на него пока еще нет. Смертников среди егерей-"охотников" не водилось и в помине, все надеялись так или иначе уцелеть в этом бою, а почему пошли на столь опасное дело? Зачем же "дернулся" тогда Александр на такое рискованное предприятие? Ему что, обязательно хотелось в этот раз героически погибнуть "за веру, за царя"? Да как бы нет - для него это пустые слова, скорее наоборот - не порыв его толкнул на "подвиги" а расчет. Он сразу же прекрасно понял, что по другому никак и не получится. При действиях в составе импровизированного штурмового отряда у него есть кое-какие реальные шансы выжить и даже победить, а если бы он просто "умыл руки", пусть другие решают? В боевых порядках место унтер-офицера как раз в самых первых рядах. Батальонная колонна развертывается при атаке повзводно - и первому взводу первой роты и достанется первая картечь, а значит и шансов остаться в живых у нижних чинов и офицеров там практически нет. Точно такая же судьба ждет и всех остальных "охотников" - они ведь все из первой роты, ее тоже поневоле принесут в жертву "богу войны", а затем и вторую и третью и так далее... всех по очереди. Если с рассветом последует лобовая атака "по науке, по уставу", то выжить смогут только нижние чины из "хвоста" колонны, все остальные будут расстреляны вражескими пушками в этом узком дефиле при попытке подойти к люнету, такая вот простая арифметика войны.
  Еще не успели наступить сумерки, как лаз в овраг, превращенный противником в ров перед своим укреплением, был полностью готов. Снова вышло удачно, выходное отверстие получилось в точности под большим развесистым кустом можжевельника, тень и ветки удачно замаскировали образовавшуюся дыру. Противник ничего не заметил, но может статься, что уповая на силу позиции, французы и не считали нужным вести тщательное наблюдение за подступами к ней. В теории малыми силами тут все равно ничего не сделаешь, а приближение крупного отряда скрыть невозможно. Едва немного стемнело, как штабс-капитан прихватив в помощь поручика и все того же вездесущего Федьку отправился осматривать люнет, Александр же временно остался за старшего. Отсутствовали они долго, и вернулись уже в полной темноте, злые как собаки отплевываясь и матерясь шепотом, при этом Денисов постоянно что-то словно выискивал в своей некогда роскошной шевелюре.
  -Помоями нас облили суки хранцузские. Добро хоть не помочились еще на голову! -пояснил причину столь странного явления Федор.
  -Сашка мы нашли подходящее место, где можно легко взобраться наверх. Или мы завтра все тут ляжем до единого, или я этим скотам устрою п...ц! -культурный штабс-капитан матерился крайне редко, исключительно пребывая в крайнем раздражении. Теперь без вариантов: поутру или егерям явиться пушной зверек, или тем, кто сейчас пьет водку и беззаботно горланит веселые песни на холме.
  Было всем приказано отдохнуть пару часов перед боем, но уснуть у Александра уже не получилось, нервы на пределе, только-только руки не трясутся, и есть отчего. Драться на холодном оружии ему еще ни разу в жизни не доводилось, да были тренировки, но... как увидишь перед собой, перед самым лицом отточенную до блеска сталь, так и сразу возникает желание оказатся подальше от такого "подарка". Скоро рассвет и все решиться, или французы их трупы сбросят в ров штыками, или они возьмут этот чертов люнет - "нет ужаса сильней в бою, чем ожидание атаки", кто сказал уже не вспомнить ни за что, но так оно по жизни и есть оказывается, дьявольски верно... А если так сутки ждать или не дай бог дольше, свихнешься ведь определенно.
  Атаку назначили на рассвете, они ударят на врага с первыми лучами солнца, когда часовым сильнее всего хочется спать. Одного из своих бойцов штабс-капитан отослал обратно с запиской об этом изменении, не предусмотренном первоначальным замыслом. Теперь Денисов рассчитывал не просто взобратся на люнет, но и проникнуть внутрь укрепления и если получится, то пербить артиллеристов, привести к молчанию расположенную там батарею. Что будет с ними, если первая рота не успеет выйти на исходный рубеж или ее преждевременно обнаружат враги, никто из оставшихся 36 "охотников" старался не думать. Александр долго всматривался в темноту, кажется там заметно какое-то смутное движение, или это просто игра воспаленного воображения, когда принимаешь воображаемое за действительное? Не может быть, чтобы не успели подойти, не должны... совершенно неожиданно помогли в этом затруднении ему, французские артиллеристы. С того вражеского берега с шипением и треском в небо по опрокинутой крутой параболе ушла осветительная ракета и вскоре, завершая полет, плюхнулась обратно вниз, прямо в темные воды Пассарги, спустя пятнадцать минут в небо взлетела еще одна и так почти всю ночь продолжалась иллюминация... Теперь в неверном свете горящего пиротехнического состава ракет можно было кое-что разглядеть: свои их не бросили, не оставили на произвол судьбы! Там в темноте, на полпути к люнету, укрытые только травой и легким ночным туманом лежали на земле нижние чины и офицеры первой роты и ждали условного сигнала, недолго им придется ждать, времени до рассвета осталось мало - всего лишь два часа.
  -Ничего, что земля сегодня холодная, на подъем наши злее будут, когда пойдут на штурм! -шепнул ему на ухо штабс-капитан.
  -Иван Федорович, почему французы их не замечают и ничего не предпринимают? Я же вот вижу, хоть и с трудом?
  -Да уж зрением тебя господь не обидел, ничего разобрать не могу, сколько не вглядывался. И над рекой небольшой туман, дымка должна искажать очертания предметов. Но полагаю не в этом дело - они ожидают видеть идущую колонну, но никак не ползущую по-пластунски! А еще у тех наверху, на люнете не иначе праздник вчера был, судя по тому как они орали-шумели и по обилию сброшенных в ров пустых штофов из под горячительных напитков.
  .........................................................
  Сашка с трудом удерживается на месте, чуть было не сорвался вниз, шейка штыка не самая лучшая опора для ступни - режет как ножом даже через толстую резиновую подошву кирзового сапога. Приходиться прижиматься всем телом к стенке оврага, нащупывая малейшие неровности для того, что бы не свалится вниз. Вот уж не предполагал он, что когда-нибудь придется в жизни заниматься скалолазанием. До верха еще далеко, а вот штыков более нет в запасе - кончились проклятые, немного не рассчитал штабс-капитан, буквально на пару-тройку метров. Ребята отдали ему два тесака, все равно в бою это скорее обуза, чем надежное оружие, придется использовать их. Ценой неимоверных усилий удается продвинуться еще на пару метров, вот край уже совсем рядом, но до него вытянутым рукам не хватает сантиметров двадцать - такая малость, поневоле позавидуешь орангутангу... обезьянам наверное проще в такой ситуации, у них руки длиннее. В ход идет последний резерв и малая саперная лопатка, столь удачно послужившая сегодня егерям безжалостно превращается в последнюю точку опоры, в последнюю ступеньку...
  Все - он влез, он наверху... можно перевести дух, первый маленький шаг к победе уже сделан, но успех надо немедленно закрепить, а заодно и веревку по которой пойдут остальные бойцы. Вот этот пенек средних размеров, остаток сломанного дерева пожалуй подойдет для такой цели, "шлюпочный" узел пальцы вспомнят сами...
  Опасность! Тело словно само бесшумно ушло с открытого пространство в сторону кустов, коротким быстрым перекатом, и Александр замер вжимаясь в землю. В учебке, в свое время его долго мучили, обучая правильно ползать, перекатыватся и маскироваться. Там в Афганистане эта хитрая наука почти не пригодилось, всегда удавалось найти подходящую груду камней для укрытия. Зато тут и сейчас, вбитые давным-давно в солдата-срочника жестоким инструктором пополам с кровью и потом навыки передвижения на поле боя, только, что определнно спасли ему жизнь. Он успел в последнюю секунду убраться с пути совершающего обход вражеского часового, чуть бы промедлил и пожалуйста - получи штык промеж лопаток. Враг двигался неспешно, и почти бесшумно, едва шаркая по утоптанной глине тропинки потертыми до дыр солдатскими ботинками, но впереди бдительного стража следовал такой крепкий дух алкогольного перегара, что не учуять его было невозможно даже обладателю хронического насморка. Молодец Денисов, он правильно все рассчитал, одобрил в душе Сашка выбор своего командира. Солдат начала 19-го века привык встречать противника грудью в открытом бою, а вот в конце двадцатого принято прятаться и наносить внезапные удары, это сейчас и произойдет. Насвистывающий фальшивый мотивчик француз с ружьем в положении "на плечо" ничего не заметил, пройдя мимо замершего в траве рядом с тропой Александра, теперь осталось убедиться, что противник один, и следом за ним не движется второй - подчасок...
  Бросок, метры стремительно тают под ногами, еще секунда-другая и утративший бдительность враг надежно взят на удушающий прием, не зря он все же вспоминал самбо, вот теперь и пригодилось в деле. Все прошло просто невероятно удачно, ничто не звякнуло, не брякнуло, не пискнуло - ни единого предательского звука не раздалось в ночной мгле, звенящей трелями сверчков, да еще редко-редко какие-то неизвестные пташки покрикивали. Громоздкое ружье француза снабженное длинным грозным штыком мягко плюхнулось в густой куст малины и там застряло, лишь легко хрустнули молодые упругие веточки под тяжестью оружия. Александр не выпуская захвата и стараясь не производит лишнего шума мягко положил обмякшее тело противника на землю, и тут его мозг ледяной иглой пронзила мысль - а сколько времени же надо держать, чтобы задушить человека наверняка? Ранее никогда не приходилось выполнять этот прием "по-боевому" и соответствующего опыта у него просто не было, да и не могло быть. Если француз очнется раньше времени и заорет, их тотчас обнаружат и считай все пропало. Минута, другая, третья - и он не выдержал, подал сигнал остальным - короткий условный свист прорезал тишину. Спустя несколько минут над кромкой оврага выросла лохматая голова его приятеля, и вот уже Григорий рядом. Состоялся быстрый немой диалог, общались исключительно жестами и мимикой: "Дорезать его?" и взмах ножом в подтверждение намерения - "Не знаю, вроде и так готов?". Александр наконец рискнул разжать уже затекшие от напряжения руки, и тут же проверил пульс на горле у не подающего видимых признаков жизни часового, действительно получилось, он его задушил.
  Между тем из оврага появился штабс-капитан, длинный клинок в ножнах был подвязан у него за спиной, как меч у пресловутого голливудского "горца", Александр даже невольно улыбнулся, настолько поразило сходство с героем нашумевшего в свое время блокбастера, что нервное напряжение спало. Но что это такое? Командир беззвучно бьет себя по голове и жестами показывает унтер-офицеру на ружье и валяющийся прямо на тропе, козырьком вверх, кивер часового. Для вящей убедительности Денисов в конце этой немой пантомимы изобразил еще и "страшное лицо". Сашка вскочил как ужаленный змеей, ну конечно, как он дурак мог забыть! Если часовой один, то за ним вполне могут наблюдать из лагеря противника и как только силуэт на фоне ночного неба исчезнет на продолжительное время, там или объявят тревогу или отправят разводящего с группой поддержки, разбираться в чем дело. Его же ведь проинструктировали заранее и не один раз... ну как так можно?
  Секунда и чужой громоздкий кивер на его голове, ну и запах от него, не подхватить бы тут еще и "животных" для полного комплекта. Ружье вскинуто на плечо и теперь Сашка будет изображать часового, пока Гриша и Иван Федорович вытаскивают наверх одного за другим остальных бойцов их маленького отряда.
  Первые лучи светила прорезают далекий горизонт на востоке, скоро... скоро все начнется, теперь счет пошел уже на минуты. Спит беспечно за толстыми земляными стенками люнета вражеский бивак, отдыхают от нелегких ратных трудов и люди и оружие. Составлены в пирамиды знаменитые ружья образца 1777 года, эти стволы и штыки славно поработали на всех ратных полях многочисленных сражений в Европе, создавая славу сперва молодой французской республики, а затем и империи великого Наполеона. Это основное стрелковое оружие Великой Армии Бонапарта, модель 1777 года модифицированная в IX году нового летосчисления.
  Цена ровно 24 франка вместе с принадлежностями, общая длина 1.52 метра плюс еще 44 сантиметра приходится на штык, длина ствола 1.137 метра, калибр 17.5 мм, вес со штыком 4.946 кг. Вес пули до Революции составлял 25.5 граммов, а после 23. Последняя характеристика может слегка озадачить кого угодно: какое отношение политические перипетии могут иметь к весу пули одного и того же ружья? Дело в том, что как более тяжелые, так и более легкие пули гладкоствольного ружья изначально были по диаметру несколько меньшими, чем калибр. Зазор был необходим, чтобы не произошло разрыва оружия из-за неизбежных неровностей внутренних стенок ствола. Чем больше было несовершенств и брака в производстве, тем больше возрастала вероятность такого исхода. Именно поэтому из-за падения качества производства ружей в период Революции - было приказано изготовлять не 18 пуль из фунта свинца (французский фунт - 459,51 г), как это делалось ранее, а больше - 20. Уменьшение веса и диаметра пуль, а следовательно, и увеличение зазора, конечно, несколько уменьшило убойную силу и точность стрельбы, зато сделало более безопасным использование ружья в бою. После восстановления нормального производства вооружения в эпоху Консульства было решено, тем не менее, не возвращаться к старому весу пуль - также из соображений безопасности и заодно экономии.
  Если бы эти ружья-ветераны могли говорить, о чем бы они рассказали внимательному слушателю? Наверное, немало смогли бы поведать разных историй... Они ведь видели и жаркий песок у подножия древних пирамид Египта и ледяную грязь бывшей "Ржечи Посполитной", пыль почти всех дорог Европы забилась в невидимые поры-щели их прикладов. Но сегодня день особый, этому оружию предстоит открыть еще одну и совсем не славную станицу в истории наполеоновских войн... По воле случая это оружие попало в руки вчерашнего рекрута, а ныне российского солдата, он впервые на войне и не может похвастаться подвигами. Но все когда-то случается в первый раз...
  Штабс-капитан Денисов чуть не заорал от восторга, когда наконец увидел вражеский люнет изнутри во всех деталях. Это определенно был еще один подарок злодейки-судьбы, столь часто в последние годы обижавшей и его и вообще все российское воинство в целом. Мало того, что противник, уповая на исключительную силу позиции, грубо нарушил все общепринятые тогда правила несения караульной службы, так они еще и лагерь свой оказывается разбили совершенно неправильно. Точнее тут было даже два отдельных бивака разделенных промежутком в добрых пятьдесят метров, большой и маленький. Вчерашние сыновья торговцев и плотников получив из рук императора Наполеона офицерские эполеты, через чур возгордились и слишком далеко зашли в подражании "бывшим королевским" аристократам-офицерам. Они умышленно расположились отдельно от своих подчиненных, поставили свои палатки вдали от грязного и вшивого солдатского "быдла".
   Серые тени бесшумно точно призраки возникли из кустов прямо за белыми парусиновыми шатрами офицерского бивака... Минута и составленные в пирамиды ружья мирно спящих французов обрели новых хозяев, вторая - и беспечный караул уснул вечным сном, а за ним и командный состав французского батальона, расплата за разгильдяйство наступила быстро. Когда Александр наконец понял, что изображать далее часового бессмысленно и добрался до первого лагеря, там уже все закончилось. "Прошли по тылам мы, держась, чтоб не резать их сонных...", не прав бард Высоцкий - колоть штыком лежащих оказывается намного удобнее и быстрее, не надо даже нагибаться. И не запачкаешься лишний раз чужой кровью...
   С офицерами и охранением люнета покончено, егеря в грязных разорванных мундирах собрались маленькой неровной кучкой вокруг своего командира. Теперь он - единственная их надежда и опора... он один должен принять единственное правильное решение. Впереди лежит большой лагерь, а там не менее 400 французов по самым скромным подсчетам. Этих переколоть легко и играючи, как они только что положили более полсотни человек в малом офицерском биваке, уже не выйдет, будет жестокий бой и скорее всего для многих из них, если не для всех - последний?
  Штабс-капитан замер на краткий промежуток времени, словно оценивая обстановку, и вдруг внезапно отбросил ружье с окровавленным штыком и резко метнулся в сторону ближайшей амбразуры люнета. Сашка не сразу понял, что задумал Денисов, но вскоре дошло, как и до всех - ПУШКИ! Вот их спасение, ведь отступить уже поздно, а после всего того, что натворили и в плен пожалуй не возьмут. Тут же рядышком за валом люнета перед амбразурами стоят и скучают шесть новеньких орудий, заряженных еще вчера вечером картечью, они терпеливо караулили весь день 13-егерский и вот дождались, встречайте родимые... Ругаясь шепотом и спотыкаясь о разбросанные кругом какие-то ведра, бочонки и ящики, бойцы бегом кинулись разворачивать тяжелые шестифунтовки жерлами в сторону палаток спящего неприятельского лагеря. 100-150 метров - дистанция идеальная, особенно если в стволах картечь, первый и единственный залп из шести орудий все и решит. Денисов как черт лихорадочно метался между пушками выставляя прицел и подбадривая, подгоняя своих людей. Между тем в большом лагере французы уже проснулись и зашевелились, но явных признаков тревоги там пока не было, ни барабан ни сигнальный горн не нарушили еще девственную тишину утра.
  -Иван Федорыч... не могем поднять ево, здеся винт заело... не ворочается идол такой-сякой!
  -Суй полено под хобот, да сперва правилом его приподними вверх, а вы двое на ствол навалитесь спереди! Живее братцы, живее, надо спешить!
  .........................................................
  -Сашка!!! Мы успели! Все, настало время и пора будить французов! -на одном духу выпалил штабс-капитан, теперь уже можно говорить, и даже орать и петь песни, теперь все равно, сейчас свое веское слово скажет сам "бог войны".
  Старинный пистолет с колесцовым замком, не подвел хозяина, отработал как часы - да он и по устройству с ними схож немного, где только Денисов его добыл, какими неведомыми путями? Может еще шведы "подарили" под Полтавой этот антиквариат предку штабс-капитана? Скорее всего именно они, прежде чем на экскурсию в Сибирь направится, российские оружейники такой сложной и дорогой системы всегда избегали, исключение делалось разве, что для одних царей.
  Хлопнул одиночный выстрел и в лагере внизу заметались между палатками, забегали, завопили на сотни голосов белые фигурки - тревога. Верх беспечности и презрения к противнику - оказывается, они даже спать легли, раздевшись до нижнего белья, как принято в мирное время!
  Александр невольно вздрогнул, вспомнив, что как раз в эту минуту по условному сигналу, там вдали - между болотом и изгибом реки первая рота встанет с земли. Начнется дикий забег на время, где роль секундомера судьи будет выполнять восьмиорудийная батарея, расположенная на позиции за Пассаргой. Остается надеяться, что нижние чины смогут добежать до люнета и взобраться на вал, прежде чем вражеские артиллеристы успеют выставить новый прицел и развернуть правилами громоздкие орудия в сторону внезапно появившейся новой цели. Полковник, правда, обещал устроить демонстрацию у кромки леса, и отвлечь на время внимание французов, но насколько этот прием поможет первой роте заранее сказать нельзя. Враг вполне может уделить внимание двум целям сразу, ресурсов у него для такой задачи хватает.
  За рекой пока тихо, зато в люнете вот-вот начнется кромешный ад, все готово. Понеслось... ударила точно тяжким молотом по наковальне первая пушка и крики команд унтер-офицеров в лагере противника сразу же сменились воплями боли, а затем страха и отчаянья. Отстрелялась вслед вторая и третья тотчас присоединились к товарке, заполняя воздух сотнями завывающих на все лады маленьких круглых чугунных посланцев смерти, четветрая, пятая... Шестая не выстрелила... что же случилось? Александр опрометью бросается туда и видит: его приятель Гришка тычет раз за разом пальником в полку орудия и не замечает видимо от волнения, что фитиль уже давно погас и едва дымится. Ну ничего, головня из тлеющего неподалеку костра вполне сгодится, сейчас... только подождите немного... дам я вам прикурить.
  Ну и жахнуло, он оказался слишком близко от выстрелившей пушки, надо было отойти еще хоть на шаг или на два. Сквозь звон в ушах с трудом пробиваются рубленые слова команды: "Держаться вместе, не отставать и вперед не забегать. Надо выбить их с центральной линейки! Вперед!". Шатаясь, точно пьяный Александр, на ходу подбирает с земли, затем перехватывает тяжелое трофейное ружье наперевес и кидается бегом вместе со всеми, стараясь не отстать. Там впереди мгновение назад правила бал ее величество картечь картечь, а сейчас будет работать скромный труженик войны - штык.
  Армейский идиотизм неистребим и вечен, как воздух, вода и камень, можно сказать, что это своего рода закон природы. Он одинаково свойственен любой эпохе, любой нации и любой армии. Здесь в начале 19-го века Александр уже сталкивался с эти явлением не раз и не два и не три. Но сегодня этот фактор сработает на победу 13-го егерского полка. Дорожки присыпанные речным песочком, палатки строго выравненные по линеечке - это есть у всех, это уже проходили, это еще со времен первых римских легионов заведено в армии. А вот здесь французы придумали нечто свое и новое, можно сказать эксклюзивно новшество, соорудив длинные козлы для хранения оружия прямо на центральной линейке лагеря, заменив ими традиционные пирамидки на три-четыре ружья возле палаток. Выглядит это "изобретение" красиво и может быть даже оправдано, но в другое, в мирное время... В результате этого полезного нововведения, как минимум три четверти французских пехотинцев, спасаясь от обстрела картечью, вынуждены были временно покинуть свой лагерь без ружей, они просто не смогли до них добраться под огнем. Нет, спору нет, для проверки сохранности и содержания оружия такой способ хранения идеален. Идет себе неторопливо сержант вдоль длинного ряда, покуривает глиняную трубку и подмечает наметанным глазом, где пятнышко ржавчины на стволе, а где кремень неплотно зажат в тисках, не надо бегать от палатки к палатке, точно собака высунув язык. Но вот случилось беда, в лагерь, как снежная лавина с горы, влетел штабс-капитан Денисов со своими молодцами, они не раздумывая пинками повалили на землю эти хитро-мудрые козлы вместе с составленными туда ружьями, и теперь французским пехотинцам не просто надо добраться до своего оружия, но нужно еще и отбить его силой у противника.
  Скоротечный жестокий бой, кипевший в лагере напоминал по сути беспорядочное броуновское движение, где единственной крупной молекулой был сплоченный и ощетинившийся штыками вокруг штабс-капитана Денисова и поручика Яковлева отряд егерей. Отдельные мелкие группы солдат противника налетали на этот "ежик" и тотчас отражались прочь. Временами немногим, уцелевшим после шквала картечи французским сержантам удавалось сплотить более-менее крупный отряд из своих подчиненных и кинуть на егерей, но каждый раз метко брошенная сильной рукой граната вынуждала врагов вновь рассеяться. Одиночек и мелкие группы отбивали дружными действиями, каждый вражеский штык встречали как минимум три своих. На левом фланге "кофейные банки" во врага кидал Александр, на правом главным гранатометчиком был Григорий, остальные бойцы, к великому сожалению, опыта обращения с этим полезным оружием не еще имели. Пока на поле боя установилось шаткое равновесие, ни одна из сторон не смогла одержать верх. Хозяева игрового поля никак не могли реализовать свое численное преимущество, а гости до подхода подкреплений были вынуждены придерживаться тактики активной обороны. Удар, еще удар, штык отбивает штык, пронзительный лязг железа, мелькает в воздухе занесенный над чьей-то головой приклад и хриплый мат из перекошенных ртов - не разобрать на каком языке и говорят, противник снова отскакивает, напоровшись на жесткую стальную щетину. Убитых в такой "неправильной" схватке немного, куда больше выходит легкораненых. На рожон никто отчаянно не лезет, не сумев пробить брешь в рядах егерей, очередной враг проворно отбегает назад, чтобы спустя несколько минут попробовать счастья еще раз в другом месте. Одна сторона эпизодически швыряет во врага гранаты, другая пустила в ход все что попалось под руки вплоть до пустых бутылок из под вина и водки.
  На левом, вплотную примыкающем к фасу укрепления фланге, где орудовал Александр установилось временное затишье и почти все бойцы моментально перебрались на правый к Денисову. Они тут остались втроем: он, Федор и еще один солдатик, которого почему-то по недоразумению прозвали Цыганом, хотя ничего специфического от "кочевого племени" во внешности парня не было. Минуту назад бойцы удачно отбили очередную попытку французов добраться до валяющихся позади егерей ружей. Цыгану даже удалось смертельно ранить одного из нападавших, благо только у двоих врагов было боевое оружие, а остальные шли в бой с чем "бог послал" - от шанцевого инструмента, до палаточных кольев и обычных палок и сучьев. Отбив атаку, нижние чины расслабились на краткий миг, и это их чуть не погубило.
  Откуда-то из-за уцелевших после обстрела солдатских палаток раздался дикий рев, словно там появился медведь или лев и на опешивших от неожиданности егерей выскочил новый противник. Александр считался рослым среди уроженцев начала 19-го столетия, а этот бугай был выше его на целую голову. Никогда еще не приходилось Сашке ранее встречать в 1800-х столь крупного мужика, обычно народ здесь среднего и ниже роста, акселерация - это век ХХ. По внешности великан более всего смахивал на некий гибрид шимпанзе и медведя: широченные плечи, маленькая головка дебила, и увитые буграми железных мыщц руки чуть не до колен. Длинное и тяжелое дубовое правило, окованное по концам металлом, выглядело в его лапах совершенно несерьезно, словно игрушечная тросточка. Но орудовал он своим оружием виртуозно. Вжик, шмяк, мелькнуло в воздухе правило - и Федька попытавшийся парировать выпад нового врага прикладом улетел метров на пять в сторону, впечатался задом в полотно палатки. Еще вжик, бум, хлоп - и со стоном опустился на колено Цыган, пытаясь прикрыться от следующего выпада стволом ружья. Сашка отработанным движением подставил под удар деревянного лома свой приклад - так его учили. Раздался мерзкий хруст дерева, и в его руках остается только жалкий обломок ружья. Мелькнула в голове совершенно неуместная теперь мысль, а ведь у них тоже видать воруют. Нечистый на руку подрядчик заменил, положенный для приклада дорогой крепкий орешник, куда более дешевой осиной или даже сосной, как легко срезало точно бритвой - излом чистый и гладкий. Он швырнул в великана как дротик свой обломок, целясь штыком ему в лицо, но не сработало - промахнулся. В этот момент Цыган, уже частично оправившийся от контузии ухитрился достать обезьяно-медведя удачным выпадом снизу вверх прямо с колен, кончик штыка вошел великану на три пальца под ребра. Другому, нормальному человеку, бы такого ранения хватило за глаза, но этот только дико, точно зверь взревел и снова вскинул вверх свою длинную дубину. Сашка в этот момент попытался вытащить из ножен кортик, но протянутая за оружием рука неожиданно нащупала нечто другое.
  У него же сохранился сзади за поясом заряженный пистолет! Другие нижние чины уже давно отстрелялись в самом начале схватки, кто как сумел и выкинули совершенно бесполезные в рукопашном бою однозарядные "пушки", а он занятый метанием гранат не успел. Увидев наведенный на него ствол француз резво отскочил назад, для такой здоровой туши он двигался с поразительной скоростью. Осечка... неужели выкрошился кремень, или на полке нет ни грамма пороха? Пальцы лихорадочно взводят курок по-новому, проклятый замок словно в сговор с врагом вступил, сдирает кожу как наждаком. Противник между тем подступает снова поигрывая правилом словно ребенок барабанной палочкой, а на помощь Цыгана надежды уже нет. Грозное оружие легко взлетело, вверх и сейчас обрушиться на Александра сокрушительным молотом, уклонится он не сможет, поздно... Но Сашка успел за мгновение до рокового удара вторично надавить на спусковой крючок, последовал легкий щелчок и на полке замка взвилось небольшое облачко дыма, затем оглушительно хлопнул выстрел, отдача была невероятная чуть кисть руки стрелку не вывихнула, из подобных пистолетов ему стрелять еще не доводилось. Бугай утробно захрипел, дернулся всем телом, и как-то неестественно стал валиться назад и одновременно набок - влево, его грозная дубина завершая начатое движение прошла в стороне от Сашки лишь кончиком больно царапнув его по бедру и разорвав слегка штанину форменных шаровар.
  -Епть!!! Ну и образина! Ты его стрелил? Лександр дай ищо гранат у нас опять хранцы проклятые кучкуются! -это подскочил сзади Григорий, -Проредить их сволочей надобно!
  -Возьми, но эти последние, -он протянул товарищу сумку с двумя оставшимися "жестянками".
  Григорий тут же убежал прочь, на правом фланге опять закипела интенсивная драка, а Александр, пользуясь передышкой, стал осматривать остатки своей маленькой армии. Из-за палатки пошатываясь вышел, нет точнее выполз Федор, если судить по внешнему виду, то с ним все в порядке. С Цыганом хуже, кажется у него перелом ключицы, надо бы шину наложить парню, но пока совершенно некогда, опять лезут справа французы, правда на этот раз только четверо. Сашка направил на одного из врагов уже разряженный пистолет и демонстративно щелкнул курком, Цыган вскинул свое ружье и Федька отгадав замысел унтера тоже стал имитировать прицеливание. Старый солдатский трюк, которому его научил единственный полковой ветеран, фельдфебель Матвей в этот раз сработал: "Не та пуля страшна, что летит, а та что в стволе сидит!". Правда, сейчас в стволах у нашей троицы было пусто, единственный заряд Александр выпустил несколько минут назад, а у остальных не было при себе патронных сумок, не рассчитывали ведь они на возможность ведения огневого боя. К счастью французы об этом печальном недоразумении не знали, и противник не рискнул идти на выстрел, видимо запал и желание драться у наполеоновских вояк уже давно на исходе.
  Но где же свои, где застряла первая рота - недоумевал и уже начал беспокоится Сашка. Со стороны берега между тем уже минуть пять доносился шум частой пушечная пальбы, вражеская батарея за рекой проснулась и открыла интенсивный огонь, вот только по кому они стреляют? Проклятое воображение уже услужливо рисовало Александру поле перед укреплением сплошь заваленное окровавленными телами в темно-зеленных мундирах старого "екатерининского" образца, и траву из зеленой вдруг ставшей красной, но неожиданно из ближайшей амбразуры послышались столь знакомые каждому российскому солдату командно-матерные выражения. Сейчас эта свирепая ругань была на слух благозвучнее любой музыки, ибо означала, что сослуживцы все же успешно дошли, они добрались до люнета!
  -Федька давай сюда, надо помочь подняться нашим! -и они кинулись к земляной стенке укрепления.
  Первым наверх по приставленной к стенке оврага лестнице пулей взлетел их батальонный командир, или точнее по текущему состоянию полу-батальонный, полк недавно сильно сократился в составе, правда вовсе не вследствие боевых потерь.
  -Где...!!! Е... мать! -вторая часть фразы видимо означала "Принимайте моих людей живее, отбросьте вон те бревна слева и справа, они мешают проходу!"
  Александр с Федором с невиданным ранее энтузиазмом, откуда только силы взялись, кинулись выполнять распоряжение, а офицер размахивая обнаженной шпагой побежал на помощь к штабс-капитану Денисову, там как раз намечалсь новая стычка с противником.
  .........................................................
  Бой был закончен в течении нескольких минут, появление первой роты все и решило в пользу российской императорской армии - враг увидев прибывшее подкрепление счел за лучшее отступить на противоположный берег. Французы бежали, провожаемые беспорядочным ружейным огнем, ведь Пассарга здесь оказалась местами чуть ли не по колено - не река, а настоящий ручей. Вновь прибывшие и разгоряченные забегом под французской картечью егеря рвались вслед за противником в погоню. Офицерам и унтер-офицерам стоило большого труда прекратить это неорганизованное преследование и вернуть нижних чинов обратно в люнет. Наступило кратковременное затишье, первый тайм они отыграли, последует ли за ним второй - пока неизвестно...
  
  -Не суйся туды ундер. Оне железного гороха для нашего брата не жалеют! Во как сыплют! -одернул Сашку, пытавшегося выглянуть в амбразуру обращенную в сторону французской батареи, незнакомый ему солдат. Он в полку знал в лицо далеко не всех нижних чинов, они получили последнее пополнение рекрутами перед самым прибытием на театр военных дейсвий, и в дороге познакомиться уже не получилось. Действительно, проспав внезапную атаку егерей, французы теперь щедро поливали чугунной картечью обращенный к ним вал люнета. К бойницам в той стороне было лучше не подходить совсем, хорошо хоть все щели закрыли плетенными из лозы матами, заботливо заготовленными прежними хозяевами укрепленной позиции. Но зря французские артиллеристы так стараются, против толстых земляных стен их маленькие чугунные дьяволы на этот раз были бессильны, а ядра и гранаты похоже они извели еще вчера днем, ведя беспокоящий огонь по лесу для сдерживания противника. Александр подобрал с земли и рассмотрел несколько чугунных шариков-пуль рикошетами заброшенных далеко вглубь люнета, почти к линии палаток, какие они оказывается мелкие, почти как ружейные пули, а сначала показалось, что не менее бильярдного шара размером. Не то у страха глаза велики, не то по ним вчера из-за реки батарея стреляла другой разновидностью картечи - "дальней", а это - так называемая "ближняя".
  Пока нижние чины отдыхали после недолгой, но жаркой рукопашной схватки и приходили в себя, рядом шло совещание офицеров, на котором отцы-командиры решали, что теперь делать дальше после того, как укрепление захвачено. Собственно они даже не обсуждали, а уже давно азартно и эмоционально спорили и бранились, причем весьма громко, так что подробности стратегических планов мог узнать любой желающий. Штабс-капитан Денисов требовал развивать успех, для этого, по его мнению, следовало перейти под прикрытием люнета Пассаргу, и совершив обходной маневр ударить по французской батарее с тыла. Батальонный командир напротив хотел немедленно приступить к укреплению захваченной позиции, французы убежали, но в любую минуту могут явиться обратно с внушительным подкреплением. Что там на том берегу делается никому неизвестно, может быть рядом за ближайшим лесом у противника целая дивизия стоит?
  В итоге, недолгих но бурных дебатов "оборонцы" окончательно победили, и под руководством офицеров нижние начали укреплять тыл люнета, сооружая там завалы из бревен, благо этого строительного материала на холме было заготовлено в изобилии.
  -Где твоя винтовка? -неожиданно вытащил Александра из группы переносивших строительный материал солдат штабс-капитан Денисов.
  -В малом овражке осталась, я ее там надежно укрыл ваше благородие, -ответил Сашка, ему давно уже хотелось забрать свое оружие, но пока не было возможности, его не отпускали.
  -Сбегай быстрей за ней, я все же хочу попробовать изгнать прочь эту чертову артиллерию. Только смотри, будь осторожнее, обойди люнет и спускайся в ров с другой стороны, где они не достают огнем.
  Александр кинулся за любимой игрушкой, как на крыльях полетел, винтовка ждала его в специально вырубленной саперной лопаткой в стене малого оврага нише, укрепленной к тому же толстыми ветками, он целый час потратил на сооружение этого тайника. Все он боялся, как бы при штурме не затоптали случайно, все же такая масса народу пробежится по этим местам, но обошлось благополучно. Когда унтер-офицер карабкался обратно по скату, его вдруг поразила наступившая тишина, канонада продолжавшаяся уже второй час внезапно прекратилась, словно "высшие силы" выключили некий невидимый рубильник, стало слышно даже пение птиц. Чирикают себе беззаботные птахи, им наплевать, что на земле идет война и рядом умирают люди.
  -Сбегли они Сашка, все до единого сбегли! Вот те крест! -разъяснил приятелю причину внезапной перемены ожидавший его наверху Григорий.
  Оказывается, пока он ходил за своим оружием и обратно, Денисову пришла в голову идея пострелять навесным огнем из трофейных пушек по французам за рекой. Попасть он ни в кого не попал, вследствие малого опыта, или вернее полного его отсутствия у импровизированной орудийной прислуги, поспешно набранной из нижних чинов его же роты роты. Но штабс-капитан достиг неожиданного эффекта. Вражеская батарея после первых же выпущенных гранат, взорвавшихся чуть не за полверсты в стороне, снялась с позиции и уехала, причем не просто перебралась на другое место, а совсем исчезла из поля зрения. Объяснение столь поразительного явления могло быть только одно: французы не захотели рисковать своими пушками, поскольку люнет пал, а пехотное прикрытие - сводный батальон разбит наголову и его деморализованные остатки бежали. Напрашивался интересный вывод, получалось, что в этом месте у врага за Пассаргой вообще никаких сил нет?
  К сожалению, использовать это обстоятельство 13-егерский сам по себе никак не мог, но сразу же послали конного курьера с донесением в штаб командующего корпусом, а полковник желая подстраховаться отправил второго гонца еще и к действовавшему немного южнее генералу Багратиону. Полк тем временем вовсю обживался в захваченном укреплении, солдаты с явным удовольствием дегустировали трофейные вина и водки, нашли и сварили "вражеский" кофе. Экзотический напиток не понравился решительно никому, включая и Александра, поскольку надо было сперва основательно прожарить ли даже прокалить на огне зерна, а нижние впервые в жизни дорвавшиеся до такого деликатеса поторопились. Народ круго изменился и воспрянул духом, а еще ведь вчера, после первой картечи, трусливо жались к друг другу, точно испуганные дети. Теперь даже самый робкий солдатик ходит гоголем, грудь колесом, свысока озирая окрестности гордым взором победителя. Даже Зайц, денщик штабс-капитана Денисова не выглядит теперь жалким, по недостатку народа казенную прислугу поставили обратно в строй, отставив по одному денщику на двоих-троих обер-офицеров и многим бывшим "лакеям" это определенно пошло на пользу. Некоторые бойцы уже начали бахвалится, мол я брат дюжину французишек на штык намотал! Сашка невольно в душе посмеялся, услышав такое эпическое преувеличение, сегодня он получил исчерпывающее представление о ближнем бое на холодном оружии и прекрасно понимает, как невероятно трудно "намотать на штык" хотя бы одного противника. Основные потери французы понесли по всей видимости от картечи, ее исключительный "почерк" на трупах ни с чем другим не спутаешь. Сашка не может похвастаться особыми достижениями, двоих он точно уложил но не штыком, а с остальными бог весть как получилось. Нет, штабс-капитан не зря терял время обучая его, наряду с другими застрельщиками фехтованию, ряд неплохих ударов различным противникам он все же нанес, и главное - сам успешно отбил все вражеские выпады. Но этот первый бой был невероятно скоротечный, они дрались на штыках минут десять от силы, пока не подошло подкрепление, и противник не дрогнул, никто на егерей волнами не накатывался, как Матвей рассказывал о прежних сражениях. В такой обстановке даже получив смертельное ранение враг вполне мог убежать далеко и умереть уже за рекой в кустах. В Афганистане ему рассказывали о таких случаях, пока человек бежит, то живой несмотря на тяжелое ранение, а присел, посидел и все - конец. Да что рассказы, он своими глазами только что видел, как умер один из бывших с ним в бою "охотников", парень только прислонился к земляной стенке люнета на секунду, и тут же глаза закатил и упал навзничь, подхватить не успели. Не повезло сослуживцу, французский штык кольнул его точно под сердце, аккуратная такая дырочка получилась между ребер, и крови совсем немного вытекло, может быть, даже мундир не пострадал на радость рачительной казне, отдадут кому-нибудь в другой полк носить. Свои не возьмут, даже под страхом расстрела, тут все суеверные до мозга костей, считается, что вещи можно забирать вещи только с убитого врага, но никак не со своего погибшего товарища. Рядом мелким бесом суетится ротный командир, но не их Денисов, а другой - второй роты, отчитывает своих непутевых подчиненных.
  -Где знамя сволочи такие-растакие? Их тут цельный батальон был с пушками, значится должно быть! А ну быстро сыскали, а то я гляжу водку вы уже найти сподобились?
  -Ваш бродь, да нету ниче! Все обшарили, аж за реку сбегали, мож кто из хранцузов с собой унес и тама нет, мож в реке утопло?
  -Я вас чертей!!!
  -Нашли, нашли ваш бродь! -и действительно что-то волокут служивые, теперь надо посылать за штабс-капитаном, поскольку только он сможет опознать находку, по виду палка-палкой с остатками полотнища, только длинная как пика. Подходит не спеша Денисов, как и все участники утренней "дикой атаки" он сильно измотан и физически и морально, но держится молодцом и виду не подает.
  -Иван Федорович гляньте сюда, это оно ли часом? Нижние чины подняли в малом лагере.
  -Нет, к сожалению, сие всего лишь значок обозначающий палатку и положение командира батальона, у знамени обязательно должно быть позолоченное навершие в виде одноглавого орла с номером части.
  -Суки драные, ей Петров! Марш сыскивать по новой!!!
  -Да полноте Вам капитан их гонять. Не будет знамени, французы здесь держали сводный батальон, собрав по одной роте из разных полков, а может даже и повзводно их подбирали. -по усталому, постаревшему сегодня разом лет на десять лицу штабс-капитана пробежало некоторое подобие улыбки, -Иначе бы я с тобой друг Лаврентий тут не разговаривал, нормальный линейный батальон должен был растоптать моих "охотников" в один момент... эти же "орлы" только бегали кругами, натыкаясь на наши штыки.
  У нижних чинов свои маленькие радости, вот бежит Федор, он славно поживился на руинах вражеского лагеря, новенькие офицерские сапоги со шпорами висят на плече радуя глаз начищенной до блеска юфтевой кожей, в руках булькает неведомым содержимым увесистая трехлитровая медная баклажка кавалерийского образца.
  -Лександр Васильич глянь, это что за питье такое не отрава ли? -и приятель протягивает Сашке увесистую металлическую емкость для пробы.
  Притертая пробка с трудом поддалась, пряный густой запах ударил в нос, точно кулаком, что-то отдаленно знакомое по прошлой жизни? Да это же коньяк и неплохой, на дорогой марочный конечно не потянет, но и отнюдь не 'перестроечно-ларечная' смесь спирта с чаем! Самое то для разрядки, огонь волной бежит по жилам, он сделал изрядный глоток и вернул посуду новому владельцу.
  -Коньяк! -и тут сообразил Александр, что его не понимают, не "народный" это напиток в России, пришлось пояснить подробно, -Водка такая специальная, особо крепкая, ее из винограда производят и выдерживают несколько лет в дубовых бочках для вкуса. Смотри только не упейся с непривычки, это тебе не наша казенная сивуха, здесь градусов сорок, если не более.
  -А то Лександр... Ить какие богатые суки эти хранцузы, добра то всякого у них, я стока и на ярмарке в селе не видал ни в жисть! -констатировал очевидный факт Федор, действительно лагерь врага даже после разгрома учиненного егерями с российским сравнить было нельзя, -Почто к нам бедным хрестьянам лезут?
  -Так они всю Европу почитай, почти полмира ограбили... -только и нашелся, что ответить Сашка, небольшая ложь, но она лучше все же чем горькая правда.
  .........................................................
  -Ну как тебе Сашка наша война? -голос Денисова вывел Александра из состояния задумчивости, в которой унтер-офицер пребывал после доброго глотка коньяка.
  -Если честно Иван Федорович, то только одно слово - "охренеть" в голову и лезет! -откровенно признался наш современник волей рока заброшенный в эпоху наполеоновских войн. -Нет я читал конечно и у Толстого и так... но пока сам в такую заварушку не попадешь, не поймешь и прочувствуешь.
  -Ничего привыкай братец, вчера ты был просто нижним чином, сегодня уже стал солдатом, бойцом. Такими делает людей победа, посмотри как народ в полку поменялся!
  -А оно и в самом деле того стоило? - и Александр взглядом показал своему собеседнику на неподвижное тело одного из егерей, одного из тех, с кем он еще утром сидел рядом в маленьком овраге, этому парню сегодня не повезло, он погиб.
  -Да я и сам не знаю... Но куда теперь нам деваться? -действительно, после всего того, что они наворотили сегодня, терзать себя размышлениям глупо, надо просто все забыть и жить дальше.
  -Ладно не горюй, такое у нас бывает не очень часто, я и сам был всего в пяти рукопашных схватках побывал. Обычно противник отступает раньше, чем дело по-настоящему дойдет до штыков. -продолжил штабс-капитан, и хотел было еще что-то добавить но не успел, рядом завыл в руках неумелого полкового сигналиста рожок и вторя ему начал отбивать дробь барабан. Объявили всеобщее построение, может что-нибудь интересное и важное, наконец удастся узнать.
  Полковник поздравил их с первой одержанной победой, и с боевым крещением одновременно. Они оказывается разгромили сводный батальон, одних только ружей противник бросил на поле боя почти четыре сотни, потери врага более трехсот убитыми только здесь в люнете, еще за рекой бог знает сколько валяется трупов. Но самое главное - среди прочего добра ими взяты пушки! Первый такой трофей, после сражения под Прейсиш-Эйлау, там правда тоже брали вражеский орудия, но позднее пришлось все захваченное вооружение бросить при вынужденном отступлении, да еще и свои орудия впридачу потеряли. Далее командир полка покритиковал нынешние порядки, в старые добрые времена матушки Екатерины первому же солдату, ворвавшемуся во вражеский бастион, без лишних разговоров давали обер-офицерский чин, а теперь в лучшем случае представят к введенному недавно знаку военного ордена. Отменили, оказывается этот порядок как раз из-за Потемкина, светлейший начал в конце раздавать звания кому попало без разбора вплоть до своих брадобреев и прочей домашней прислуги. Весьма тактично и разумно старый военачальник оценил "работу" всей импровизированной штурмовой группы, не выделяя пока никого конкретно. И в самом деле, как тут делить, кто больше, а кто меньше вложился в общее дело, в общую победу? Однако Сашку все же он упомянул, наряду со штабс-капитаном Денисовым вторым номером. Это могло означать только одно, унтер-офицера заметили и он попадет в официальное донесение, будем надеяться, что как здесь говорят, за царем служба не пропадает?
  Была и печальная новость, потери 13-егерского убитыми вместе с ранеными составили тридцать человек, выбыло 29 нижних чинов и один офицер в чине капитана. Есть правда надежда, что трое раненых солдат выздоровеют со временем и вернуться обратно в строй. Раненых было вначале конечно больше, но местная военная медицина такая, что они быстро переходят в разряд погибших, не дождавшись положенной врачебной помощи. Александр невольно вздрогнул, когда ему снова об этом напомнили. Здесь все просто и жестоко... Нижним чинам в бою строжайше запрещено поднимать и эвакуировать пострадавших товарищей, ведь чтобы вынести с поля боя одного раненого нужно изъять из строя минимум двоих боеспособных - нельзя так ослаблять подразделение. Вот продырявят тебя, от этого никто не застрахован и будешь целый день валятся в поле истекая кровью и корчась от боли, к ночи может быть подберут, если конечно конями кавалерия раньше не затопчет. Цинично с одной стороны, но незначительное число тяжелораненных сильно облегчает жизнь всем остальным, что до калек - то это в основном работа военных медиков, очень уж тут любят отрезать конечности по поводу и без оного. Да и инструменты свои хирурги моют редко - о стерилизации здесь и подавно не слышали, хорошо, если только половина прооперированных помирает от 'антонова огня'. Поэтому до последней возможности стараются к медикам солдаты не обращаться, недаром полковник даже не упомянул о контуженных, ушибленных и легкораненных - таких тут вообще не учитывают при подведении общего итога потерь. Сашка аж поморщился, когда вспомнил, про этот неприятный момент, ему ведь по голове поленом прилетело, в них там в лагере французы швыряли все, что под руку попадется, вот ему и попало, надо же так неудачно, в приятеля Гришку вон фляжку с виноградной водкой кинули... В СА был бы великолепный повод сходить в санчать и 'сачкануть' на время от общих работ, а тут куда пойдешь? Полковой лекарь, в медицине разбирается даже меньше унтер-офицера, раньше он вроде был цирюльником, только кровь пускать умеет и более ничего. На войне такая операция, столь любимая зажиревшими купцами, совершенно без надобности - здесь и так специалистов по кровопусканию хоть отбавляй.
  Тем временем командир перешел к практическим распоряжениям их у него накопился целый ворох. Штабс-капитана Денисова назначили ответственным за сбор и сохранение трофейного артиллерийского имущества, а то пока суд, да дело, один зарядный ящик нижние чины уже начали разбирать на дрова для костра, точно леса вокруг не хватает. Александр искренне позавидовал начальнику, ему намного проще - собрал все свои пушки в кучу, оградил веревкой и поставил солдата для охраны. Унтер-офицеру совместно с оружейником Бауэром предстоит принять многочисленные трофейные ружья, полковник требует собрать все вплоть до последнего железного шомпола, а это оружие разбросано на большой площади и местами основательно втоптано в грязь во время боя.
  -Господа офицеры, я требую строжайшего присмотра за нижними чинами, нельзя ни в коем разе позволить им самовольно заменить наши казенные ружья трофейными! У французов калибр меньше и заготовленные нами патроны к ним не подойдут, -продолжал давать указания полковник, в заключение правда одна добрая весть, хоронить погибших врагов нижним чинам не придется. Уже посланы люди из обоза в ближайшую деревню за местными жителями, эту тягостную операцию решено полностью возложить на них. Забавный факт, пленных они взяли всего ничего, ровно одного. Того самого первого и единственного - французского пьяницу-часового, оказывается Сашка все же не задушил его до конца, или как народ полагает - пьяных сам бог хранит в таких случаях. Всех остальных раненых врагов затоптали или прикололи в драке на линейке лагеря - этим не повезло, а остальные, кто остался на ногах, убежали прочь, их не преследовали...
  В эпоху господства линейной тактики такие чудеса, как недавнее взятие люнета одной ротой 13-го егерского полка хоть и редко, но иногда случались. Виной тому пресловутый 'фрунт' проникший во все уголки военного быта - зачастую военачальники и не представляли, что воевать можно и по-другому. Обычно 'героями' таких 'неправильных' стычек были казаки, легкая иррегулярная кавалерия, но иногда отличались и другие части. Что до неумеренного употребления горячительных напитков и разгильдяйства, то в российская императорская армия могла даже дать по этой части значительную фору как французам, так и любой другой европейской армии. В том же 1807 году, по пьянке попал в плен к противнику российский генерал барон Корф. Ехидный Ермолов, тогда еще полковник, описывал происшествие в красках: 'Четыре полка егерей под командой генерал-майора Корфа, расположенные в Петерсвальде, страшным образом лишились своего начальника. Он занимал лучший в селении дом священника, принялся за пунш, обыкновенное свое упражнение, и не позаботился о безопасной страже. Гусарского офицера, присланного для разъезда, удержал у себя. Несколько человек охотников вольтижеров, выбранных французами, в темную ночь вошли через сад в дом, провожаемые хозяином, и схватили генерала. Сделался в селении шум, бросились полки к оружию, произошла ничтожная перестрелка, и неприятель удалился с добычею. Наполеон не упустил представить в бюллетене выигранное сражение и взятого в плен корпусного генерала, а дабы придать более важности победе, превознесены высокие качества и даже геройство барона Корфа. Но усомниться можно, чтобы до другого дня могли знать французы, кого они в руках имели, ибо у господина генерала язык не обращался. Я в состоянии думать, что если бы было темно, то барон Корф не был бы почтен за генерала в том виде, в каком он находился, и нам не случилось бы познавать достойным своего генерала из иностранных газет'. Обычно в отечественой литературе принято идеализировать те времена, и те пороки, достаточно вспомнить Пушкина, или более раннего поэта - Дениса Давыдова, но на практике, к сожалению все выглядело не так радужно. Еще одна уместная цитата из дневников будущего покорителя Кавказа: 'До одиннадцати утра дрались мы с умеренной потерею, но по дороге нашедши разбросанные бочки с вином. Невозможно было удержать людей, которых усталость и довольно сильный холод наиболее располагали к вину, и в самое короткое время четыре из егерских полков до того сделались пьяны, что не было средств соблюсти ни малейшего порядка. Они останавливались толпами там, где не надобно было, шли вперед, когда нужно отступить поспешнее'. После таких замечаний, та борьба с 'зеленым змием', которую постоянно вел командир 13-го егерского, уже не кажется прихотью выжившего из ума полковника.
  .........................................................
  Только обер-офицеры развели людей по работам, как опять терзает слух сигнал сбора... Оказывается у 13-го егерского гости, нет к счастью, не французы, их и след давно простыл. Прибыли гвардейские саперы и почти сразу кинулись обустраивать подступы к броду, работали они быстро, видно было, что стараются мужики не на страх, а на совесть. Всем был хорош командир 13-го, но была у него одна плохая с точки зрения нижних чинов привычка, по старой традиции он всегда оказывал помощь другим частям ради общего дела. Вот и теперь он своих егерей послал на помощь саперам пытающимся засыпать часть оврага, Александру пришлось оторватся от сбора ружей и отправится вместе со всеми, оружейник Бауэр с нестроевыми справится и без него, трофеев оказалось не так много, как сперва посчитали. Пока работали вместе с гвардейцами, заодно и познакомились, поделились табачком и разными сплетнями. По сравнению с егерями, саперы смотрелись куда внушительнее, все же в гвардию отбор совершенно другой, туда точно алкашей-"добровольцев" и отловленных на базаре беспаспортных, наподобие Сашки не отправляют. Наш современник по чисто физическим кондициям: рост, вес, и прочие параметры - скорее всего бы подошел, но требовалась еще и 'беспорочная служба', чего у бывшего "бродяги" не было по умолчанию. Ближе к обеду работы закончили, возникла другая проблема, гвардейцам очень понравилась его малая саперная лопатка. Еще бы, им то самим приходиться носить на походе вместе с ружьем обычные штыковые только с укороченным на ладонь древком. Неудобно и тяжело особенно на ремне в чехле таскать, лопатка-игрушка мигом пошла по солдатским рукам и дошла так до командира саперного батальона. Предлагали продать за два рубля серебром, да он бы и так отдал им, но ведь казенное имущество, более того относится к снаряжению. Но саперы оказались настойчивы, тут же снарядили гонца к командиру полка, последний вернулся с запиской, приказано было передать требуемое и взять другую лопатку в обозе. Для компенсации Александру обрадованные саперы презентовали весьма полезную в походе медную литровую кружку с застегивающейся крышкой, почти целый походный котелок по меркам ХХ века. Только проволочную ручку приделать осталось, что он и сделал в ближайшей же сельской кузнице. Эта штука очень долго и верно ему потом служила, пока однажды не потерялась во время последнего отступления...
  После обеда, не успели еще артельщики толком помыть котлы, так началось "великое переселение народов", через брод пошла российская кавалерия. Первыми появились вездесущие казаки, пехота в то время называла их в шутку "донилычами", намекая не то на происхождение этих бойцов с Дона, не то на специфические ухватки. Был тогда в Москве такой купчик Петр Данилыч, прославился в народе патологической жадностью, его имя надолго стало нарицательным. Легкая кавалерия тут же кинулась к палаткам захваченного сегодня утром егерями французского лагеря, но там поживиться было уже нельзя, все ценное имущество давно подобрали. Тогда верные принципу "с паршивой овцы взять хоть шерсти клок" "донилычи" принялись снимать и сворачивать сами палатки, а что - сгодиться в походном хозяйстве, тоже трофей! Насилу эту публику прогнали прочь, особенно переживал фельдфебель Матвей, опасаясь, что после визита казаков численность обозных лошадей 13-го егерского уменьшиться, такое уже и раньше бывало. На старого солдата тяжело было смотреть, за сердце бедняга держится, но вроде обошлось в этот раз без потерь.
  Затем пошли "Уланы с пестрыми значками, драгуны с конскими хвостами, все побывали тут...", а так же уже знакомые Сашке гусары и еще какие-то нерусские черти - у них были кокарды типа "череп с костями", кто это шел, что за кавалерийский полк - он даже и не узнал тогда. В общем потоке двигались и батареи легких пушек конной артиллерии и даже часть обозов, в основном на глаза попадались зарядные и патронные ящики.
  -Во гляди, силища то какая прет!!! Конец теперь Антихристу, допрыгалси наш Бонопартий! -вслух восхищались нижние чины и было от чего. Действительно движение конницы создало впечатление просто потока неудержимой и мощной живой силы, способной смести все на своем пути, ей нужно только развернуться для решающего удара. В узком междуречье Алле и Пассарги вся эта мощь была скована до настоящего времени густой сетью оврагов и болот, а там, на том берегу, на равнинах Восточной Пруссии она себя покажет, да еще как!
  Наверное, именно так и выглядели, с поправкой на эпоху конечно, войска непобедимого "Потрясателя Вселенной", когда шли в поход к последнему морю? Кто знает, свидетельства растаяли давно во мраке веков, и рядом с блестящими кавалерийскими полками 13-егерский выглядел особенно убого и жалко. Уже стемнело, а конница не кончалось и вот наконец в хвосте этой бесконечной колонны появилось нечто удивительное. Подошел полк совершенно особый, высокие слоноподобные лошади и необычайно рослые солдаты в доспехах. Выглядели эти ребята на редкость внушительно, ни дать ни взять - средневековые рыцари. Правда надо заметить, что кирасы были только у части рядов в первом эскадроне, остальные всадники прикрыты помимо казенного обмундирования только собственной кожей. Однако, по непонятной причине только кирасиры своим бравым видом егерям не внушили должного уважения. Нижние чины и раньше то и дело подначивали проходящих мимо кавалеристов, тем было не до разбирательств - сильно торопились. Но по настоящему прицепились только к этим гигантам...
  -Дяденько достань дитю воробушка! Ей самовары медны, начишены, углей не нать? -неслось с люнета на валу которого собрался почти весь свободный от работ и нарядов полк.
  В ответ великаны-всадники только грозили кулаками, было видно, что сильно вымотались они, длительный поход тяжело дался и людям и животным.
  -Голодранцы! Пехтура рваная! -не выдержал наконец один из "латников". В ответ на бронированную кавалерию обрушился дождь незрелых каштанов: "чпок, чпок, чпок" - колючие но нежные плоды раскалываются о металл блестящих кирас и впиваются шипами в сукно колетов.
  -Это уже слишком! А ну отставить! -наблюдавший вместе со всеми движение конных масс штабс-капитан счел своим долгом вмешаться и прекратил безобразие, погасив назревающий конфликт в зародыше.
  -Может мы и рваные, но укрепление взяли, а эти красавцы тут на болоте все полегли бы до одного и ни на шаг не продвинувшись! -проворчал еле слышно Александр, примерно такие же мысли видно одолевали почти всех его сослуживцев.
  -Смотри и кирасирские полки сюда бросили! -Денисов поискал глазами своего унтера, а вот оказывается рядом совсем стоит, -Александр, помнишь... тот наш разговор, ты тогда насчет 1807-го года? Не ошибся ли ты часом? Такое впечатление, что намечается вскорости серьезное дело?
  К сожалению, Сашка ничем помочь штабс-капитану не смог, не сохранилось в его памяти упоминания о громких победах в том далеком году, вот 1812-й и позднее - другое дело. Спорт и девочки-одноклассницы оказались привлекательнее скучных уроков литературы и истории, откуда можно было бы сейчас почерпнуть столь необходимые крупицы драгоценных сведений.
  -Что задумался? Может все же вспомнил, неужели ничего не было?
  -Нет, -мотнул отрицательно головой Сашка, -Пусто как в космосе... Вы лучше подскажите Иван Федорович, чем мне таких рыцарей валить в бою, у французов вроде бы они тоже есть. Цилиндрострельчатая пуля Минье такие латы возьмет, или лучше стоит попробовать длинную с максимальной навеской пороха?
  -Не бери в голову братец, эти кирасы защищают только от холодного оружия, их даже обычные круглые ружейные пули пробивают. Кроме того можно всегда убить под латником лошадь, она ведь броней совсем не прикрыта...
  -Хм, а выглядят надежно, как настоящие рыцарские доспехи. Хороший комплект качественных лат пули должен держать, или нет?
  -Точно не скажу, да только настоящие 'хорошие' кирасы уже давно кавалерии не дают, по соображениям чисто экономического свойства. Ничего, ты скоро сам убедишься на практике в бою. У французов здесь в Пруссии целая кирасирская дивизия генерала Нанси имеется.
  Денисов пояснил, что тяжелая российская кавалерия вообще оказывается по штату не имеет никаких защитных доспехов, вот и у этих кирасы не то трофейные на плечах висят, не то спонсоры подарили, а может и свои офицеры скинулись между собой, благо в этих полках народ богатый служит. В ту пору даже пословица была соответствующая, кто куда попадает: 'Умный в артиллерии, богатый в кавалерии, пьяница во флоте, а дурак в пехоте!' -примерно так и говорили.
  Тогда Александр еще не знал, что первая боевая 'практика' с кирасирами будет у него на следующей неделе, впрочем на войне ничего и никогда нельзя знать заранее, здесь все происходит как бы 'само собой' и часто не вовремя. Между тем, несмотря на то, что российская кавалерия сумела вырваться на оперативный простор, и боевые действия были перенесены на другой берег Пассарги, маршал Ней со своим корпусом каким-то чудом ухитрился выскочить из почти неминуемого окружения. Правда, Багратион успел обрубить ему 'хвост', французы потеряли пару полков и обоз, но сам корпус разгромить не удалось. Отличились донцы Платова, говорят, что казаки взяли 'кассу' - обоз и казну вражеского корпуса, теперь вероятно будут коней своих немытых в шампанском купать.
  'Казакам достались обозы, и между ними экипаж маршала Нея, его серебрянный сервиз и другие вещи, -иронизировал позднее генерал Ермолов в мемуарах, -Найдены серьги и браслеты, трудно было бы понять какое употребление делал из них господин маршал, если бы не истолковали вырезанные на серебре гербы различных польских фамилий и беспристрастие его к самым верным слугам Наполеона. Пруссия не успела еще умножить сих сокровищ.'
  По слухам, наполеоновский маршал питал непреодолимую склонность к различным мелким и ценным ювелирным изделиям, ушлые барыги-маркитанты теперь скупают мелочевку взятую в его обозе на вес ведрами, без счета. Вновь и вновь российское командование пытается догнать этого французского 'неуловимого Джо' и прибить, пока он не соединился наконец с основными силами Великой Армии, но тщетно.
  13-егерский опять в дороге, опять его куда-то гонят, точно биллиардный шар, но теперь зеленое сукно стола раскинулось уже на левом берегу полноводной Пассарги. Захваченный вражеский люнет остался далеко позади в тылу и трофейные пушки давно уже обрели новую прописку, вроде бы их отдали в бригаду к Ермолову. Совсем недавно егеря неплохо проучили утратившего бдительность противника, но в этот день они сами попадут в ловушку расставленную судьбой, это война и своего рода лотерея: 'а может мы, а может нас'... не угадаешь.
  Они двигались вдоль реки на юг, на место новой стоянки, растянувшейся на полверсты походной колонной, дорога тут была более-менее приличная, но предусмотрительный полковник все же отправил обоз еще ночью и теперь егеря его догоняли. Ничто не предвещало каких-либо неприятных приключений, ведь если верить разведке, то противник далеко отошел на запад под давлением российской конницы и переправившихся вслед за ней корпусов Багратиона и Дохтурова.
  Навстречу им попался небольшой казачий разъезд, донцы быстро пролетели с краю вдоль колонны и исчезли за ближайшим лесом, вскоре вслед за ним проскочила уже целая полусотня, чего-то там казаки-наездники орали, но никто толком не разобрал сказанного. Кавалеристы ведь всегда кричат пехоте при встрече, что-то обидное вроде: 'С дороги мужики сиволапые!' и тому подобные весьма нелестные комплименты. За казаками следом в облаках пыли двигалась большая кавалерийская ча