Кот Учёный: другие произведения.

Печальный Демон. Часть 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 4.45*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мистический детектив.
    Вампиры и Кавказ, кто сказал, что это не сочетается?
    Россия. Век XIX. Посол влиятельного мистического клана прибывает в Кисловодск, дабы выкупить реликвию, утерянную много лет назад. Вскоре посол найден убитым, а реликвия исчезает. Узнав о плохих новостях, в город прибывает разгневанный старейшина клана, могущественный вампир. У сыщика Вербина несколько дней, чтобы найти преступника и вернуть реликвию. Иначе, беда неизбежна... Помогает сыщику его родственница Александра, способная чувствовать души умерших и предсказывать смерть. Совершенно разные персонажи, объединив усилия, идут к цели.
    Обыкновенный герой - сыщик, который расследует преступление. Герой со сверхспособностями - девушка, способная чувствовать души. Вампир (темный властелин), ключевой персонаж, который втягивает их в свои интриги


   В названиях глав использованы строки поэмы М.Ю. Лермонтова "Демон"

Елена Руденко

ПЕЧАЛЬНЫЙ ДЕМОН

"Печальный демон, дух изгнанья,

летал над грешною землей..."

М.Ю. Лермонтов


Обложка Ormona



ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ГОСТЬ ТЕМНОТЫ

Глава 1

И утра луч и мрак ночей

  
   1839 год, Кисловодск
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Вернувшись из Пятигорска, я на следующий же день получил неприятное известие о смерти одного из постояльцев дома Реброва. Весьма знатный господин был застрелен под утро в своих апартаментах. О личности убитого, кроме его итальянского имени Марио и весьма необычных привычках, ничего узнать не удалось.
   -- Что вы скажете на это? -- спросил доктор Майер, протягивая мне пулю.
   -- Серебро, -- изумился я, -- весьма странно...

Под настроение романа
Рис. Каспар Давид Фридрих

   -- Вы даже представить не можете насколько странно! -- воскликнул доктор. -- Вы задержались в Пятигорске и многого не знаете.
   -- Да, пожалуй, вы правы, -- согласился я, -- мне будет трудно составить представление, кто мог желать смерти этому господину... Возможно, у него пропали ценности? Он был богат.
   Я не сразу сообразил, на что намекает Майер.
   -- Да, у Марио пропала важная вещица, но к этому вопросу, с вашего позволения, я вернусь позднее, -- доктор прервал мою речь, -- этот человек... он не человек... Вы понимаете, о чём я? -- Майер вопросительно смотрел на меня. -- Он никогда не появлялся в обществе днём, только после захода солнца.
   Неужто мой старый приятель опять погрузился в свой богатый мистический мир? Циник и мистик в одном лице -- забавное сочетание!
   -- Доктор, вы меня удивляете! -- воскликнул я. -- Такой распорядок дня свойственен большинству молодых людей водяного общества! Они ложатся под утро, а просыпаются вечером!
   Мои слова прозвучали в любимой циничной манере доктора Майера, я уже приготовился получить остроумный ответ, но доктор был серьёзен.
   -- Марио не пил вина и шампанского, -- продолжал он.
   -- Да? -- мне стало смешно. -- Это, действительно, весьма необычно. Я бы не удивился, если бы он не пил целебную воду, и, возможно, итальянцу не пришлось по вкусу местное вино... но не пить шампанское? Вы правы, это весьма любопытно!
   -- Хватит шуток! -- Майер немного обиделся.
   -- Верно, хватит, доктор! Даже для ваших мистических интересов это уже слишком! -- ответил я сурово.
   Мне показалось, что из-за своего увлечения мистикой доктор Майер стал чрезмерно мнительным, что несколько обеспокоило меня.
   Признаюсь, последнее время пришлось повидать немало таинственных явлений, но не стоит забываться и видеть в очертании каждого предмета мистический силуэт.
   -- Позвольте мне высказаться? -- Майер не отступал. -- Марио никогда не принимал участие в общем веселье. Всё его времяпровождение сводилось к познавательным беседам. Дело в том, что для их клана особенно ценны знания. Они много путешествуют и при малейшей возможности пополняют свои познания. Их может заинтересовать любая, даже незначительная на наш взгляд мелочь!
   -- Весьма похвальная черта, -- заметил я.
   Возражать оказалось бы бессмысленной затеей.
   -- Соглашусь с вами, -- кивнул доктор, -- Марио сразу же заприметил меня как человека образованного. Он был очень приятным собеседником, не скрою... Хотя, к моему стыду, во время бесед с Марио меня охватывало необъяснимое беспокойство. Если бы вы видели его глаза!
   Майер невольно вздрогнул.
   -- Вы говорили, что у гостя пропала ценная вещь? -- напомнил я.
   -- Да, реликвия их клана. Реликвию украли из замка главы клана много лет назад. Спустя годы, она попала в руки одного из местных торговцев "забавными вещицами", как он сам себя называет. Торговец выяснил об истинных владельцах реликвии, и написал письмо, в котором выразил готовность вернуть вещь за вознаграждение. Клан направил Марио в качестве посла выкупить реликвию. На следующий день после сделки посол был убит, а "реликвия рода" -- так она у них называется, пропала. Шкатулка, где находилась реликвия, найдена пустой.
   Доктор сделал паузу.
   -- Сложное дело, -- задумался я, -- вы обратили внимание, кто помимо Марио интересовался реликвией?
   -- Разумеется, -- важно произнёс доктор, -- замечу, они и не пытались скрыть своего интереса.
   К моему счастью, в дальнейшем разговоре Майер забыл о своих предположениях относительно нечеловеческой сущности убитого, и мне не пришлось выслушивать его доводы. Хотя, я не мог полностью исключить возможную правоту доктора -- за последние два года я уже привык ничему не удивляться.
  

* * *

   Как оказалось, в Кисловодске за моё отсутствие появилось много новых занятных личностей. С одним из них я познакомился около источника, куда направился вместе с Майером на назначенную встречу. Моему взору предстал коренастый коротко стриженый мужчина средних лет, похожий на монаха со средневековых европейских рисунков.
   -- Моё имя Томас, -- произнёс он по-русски без малейшего акцента, не дожидаясь, пока доктор представит нас друг другу, -- я представитель могущественного старинного ордена Охотников, произносить тайное название которого я не вправе.
   Я едва не чертыхнулся. В памяти еще оставались недавние встречи с охотниками на ведьм. Что такое? Почему все тайные общества вдруг понесло на Кислые Воды?
   Однако моя несносная черта сомневаться во всём снова проявила себя. А вдруг этот господин обычный жулик, притворившийся важной персоной, чтобы выкрасть реликвию с целью наживы. Если мои сомнения верны, значит, его актёрская игра весьма убедительна.
   Я не подал виду, что усомнился в истинности его слов. Моё лицо выражало лишь неподдельный интерес и внимание.
   -- Мы ведём войну с кланом... я даже не хочу произносить их имени, эти слова жгут мне уста, -- Томас не скрывал отвращения. -- Я не знаю, кто похитил их реликвию, но если она попадёт в руки злодея -- быть беде...
   -- Прошу меня простить, -- перервал я речь Томаса, -- но спешу вас предупредить, найденная реликвия будет немедленно передана законным владельцам.
   Не трудно догадаться, куда клонит господин. Согласно этому мнению, только его орден может владеть похищенной реликвией. Я снова заподозрил возможность обмана.
   -- Вы не понимаете! -- воскликнул Томас. -- Нельзя допустить, чтобы реликвия вернулась к ним...
   Доктор молча наблюдал за нашим разговором.
   -- Позвольте мне провести следствие, -- ответил я, -- пока я не имею права высказать свои суждения. Замечу, как представитель личной Его Императорского Величества канцелярии, я обязан найти убийцу итальянского гостя.
   Лицо собеседника исказила гримаса возмущения.
   -- Неужели вы будете утруждать себя поиском убийцы этого..., -- он снова запнулся.
   Подобное нахальство поразило меня. Неужто, мистер Томас действительно полагает, что я безоговорочно поверю ему и с радостью начну помогать во всех бредовых замыслах.
   -- Повторюсь, служба обязывает меня провести следствие. Спешу заметить, иначе невозможно найти реликвию, -- пояснил я. -- Позвольте узнать, где были вы в ночь убийства?
   Томас на удивление спокойно воспринял мой вопрос и дал сдержанный ответ:
   -- В своей комнате, я провёл время в праведном сне. Правила ордена обязывают меня отказаться от светских развлечений. Ваших краях я по долгу службы моему ордену, а не для утехи.
   Казалось, он не заметил моих подозрений, или сделал вид, что не заметил. На этом наш разговор завершился.
   -- Либо он сумасшедший, либо..., -- мне не хотелось верить второй версии, она слишком невероятной, и, что важно, слишком пугающей...
   -- Кавказские воды стали местом столкновения враждебных обществ, -- закончил доктор мою мысль, -- увы, мой друг, это так...
   Майер печально вздохнул.
   -- Томас не вызывает у меня симпатии, -- произнёс он уверенно, -- чего стоит его уговоры отдать ему реликвию. На мой взгляд, обычное воровство! Уверяю вас, все эти борцы со злом либо безумны, либо отвратительнее любой нечисти...
   Циничные суждения моего друга оказались точны. Касательно личности Томаса я решил поверить доктору на слово, не только по причине его мистического опыта, но и в свете недавних событий. Однако я не терял надежду, что Томас выдумал про свой тайный орден. Не хотелось бы повтора истории с инквизиторами.
  

* * *

   Следующим собеседником оказался продавец древностей по фамилии Щуц. Его небольшая лавка была заставлена самыми разнообразными предметами, способными вызвать живой интерес у представителей водяного общества.
   -- Тут спокойнее и уютнее, чем в Петербурге, -- сказал торговец, -- покупатели те же, а шумихи меньше...
   Щуц довольно улыбнулся, потирая руки.
   -- Как вам попала эта вещица? -- я сразу перешёл к делу.
   -- Я купил её у одного торговца, который решил под старость отдохнуть от дел и распродал все предметы, -- ответил Щуц. -- Как вы знаете, я поступил благородно, разыскав законного владельца.
   "Да, чтобы благородно получить вознаграждение!" -- подумал я.
   -- Сделка прошла честно, -- заметил торговец, -- я отдал ему шкатулку с реликвией и сразу же получил названную мой сумму. Эх, побольше бы таких покупателей!
   Он сокрушенно вздохнул, что столь великая удача выпадает не часто.
   -- Что представляла собой реликвия? -- поинтересовался я.
   -- Старинный кинжал, -- безразлично ответил торговец, -- я старался на него не смотреть. Открыл шкатулку два раза: первый -- при покупке, второй -- при продаже.
   Возможно, опасения доктора верны и мы, действительно, имеем дело с мистической вещицей. Господин Шуц не похож на суеверного паникера, но реликвия рода его явно напугала.
   -- Находились ещё желающие купить реликвию?
   Я ожидал утвердительного ответа на этот вопрос.
   -- Да, конечно... Но я уже договорился с её хозяевами, нехорошо нарушать условий договора... Вещицей особенно заинтересовался некий Томас. Он настоятельно уговаривал меня продать ему реликвию, запугивал меня нечистой силой, но меня пустыми угрозами не проведёшь. Я не видел бумаг, подтверждающих, что он слуга древнего ордена, а на слово я не верю.
   Здесь я был полностью согласен с торговцем. Хотя немного склонялся поверить доктору Майеру, что Томас, действительно, посланец ордена, занятого истреблением вурдалаков.
   -- Где вы были в ночь убийства? -- спросил я.
   Вопрос не вызвал беспокойство собеседника.
   -- В своей лавке, я живу здесь, -- ответил Щуц, -- моя комната находится сразу же за дверью. Простите, но мне тяжело говорить о происшедшем! Подумать страшно, ведь могли убить и меня!
   Я задумался. А вдруг Щуц решил заполучить и деньги, и реликвию... Хотя особой прыткостью он не обладает.
  

* * *

   Под вечер мне довелось познакомиться с учеником убитого, представившимся как Джовани. Ученик объяснил мне, что он ещё не прошёл посвящение в клан, поскольку не преодолел все испытания. Он должен ходить в учениках господина ещё три года, за время которых обязался доказать свою преданность клану. Лицо Джовани не было лишено приятных черт, но излишняя бледность и худоба делали его похожим на чахоточника. Удивительно, но некоторые дамы находят в подобном облике нечто притягательное и завораживающее.
   -- Теперь я не смогу пройти посвящение, -- печально произнёс Джовани, -- я не смог защитить учителя.
   Меня мало интересовала карьера собеседника.
   -- Где вы были в ночь убийства? -- спросил я.
   -- Учитель отправил меня по поручению...
   Речь Джованни звучала по-военному чётко.
   -- Ночью? -- невольно изумился я.
   -- Да, я привыкаю к жизни клана, -- ответил ученик, -- как я понимаю, он хотел остаться один... Я выехал, когда солнце уже опустилось, но ещё не стемнело. Часовые на крепости должны были видеть, как я проезжал мимо.
   -- Когда вы вернулись? -- задал я новый вопрос.
   Ответ последовал незамедлительно. Помощник вампира оказался хорошо вымуштрован.
   -- В четыре часа ночи я был возле крепости, -- сказал Джовани, -- когда я вернулся в дом, мой учитель был мёртв. Его застрелили серебряными пулями. Мне очень тяжело осознавать, что я не был рядом с ним. Доктор сказал, что смерть наступила после четырёх часов утра... Если бы я прибыл на часок раньше...
   Джовани виновато опустил взор, но его лицо оставалось неподвижным.
   -- Мне бы хотелось услышать рассказ о реликвии, -- попросил я.
   -- Я не имею права ответить на ваш вопрос, -- твёрдо произнёс ученик.
   -- Не буду настаивать, -- согласился я, -- можно узнать, где ваш учитель хранил шкатулку с реликвией?
   К счастью, запрета на этот вопрос не оказалось.
   -- В своей комнате, в комоде, он не пытался спрятать шкатулку. Учитель был уверен, что отныне никто не осмелиться посягнуть на собственность клана. После его гибели жандармы обыскали все комнаты в доме, но реликвия не была найдена.
   -- Кого вы подозреваете? -- спросил я.
   Мой взгляд снова пробежал по гостиной апартаментов, оформленной по просьбе постояльца в мрачных тонах. Несколько тёмных картин в массивных рамах завершали образ тёмной обители.
   -- Я подозреваю господина Томаса! -- ответил Джовани. -- Его орден давно преследует наш клан, он наш злейший враг. Я готов убить его, но не посмею этого сделать без повеления старейшин клана.
   -- Весьма мудро, -- одобрил я, -- вина Томаса не доказана. Позвольте узнать, а вы уверены, что он не самозванец или безумец?
   Джованни впервые за весь наш разговор взял паузу.
   -- Разумеется, я уверен, он погубил многих славных представителей клана! Если вы не верите моим словам, считая их юношеским вздором, скоро сюда прибудет один из старейшин, в истинности его слов вы можете не сомневаться!
   Я поблагодарил Джовани за помощь и спешно удалился.
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   В гостях у Нины Ребровой я встретила князя Александра Долгорукова, который, как заметила Нина, с нетерпением ждал моего визита. После недавних приключений мы с ним удивительно сблизились, мудрость его обретенных знаний поддерживала меня, даря сладостное осознание того, что я не одинока... Долгоруков умело скрывал свои мистические таланты от общества.
   -- За время твоего отсутствия произошло много любопытных событий, -- сказала Нина таинственным тоном, -- в своих апартаментах застрелен вампир... Пуля была серебряной...
   Последнюю фразу она повторила наигранно-таинственным голосом.
   -- Вампиров не бывает, -- ответила я, возмущённая тем, что люди верят подобным сказкам.
   -- Разумеется, как и призраков, -- поддразнил меня князь.
   Я обиженно замолчала.

Аликс
Рис. Richard Johnson

   -- Князь с ним сдружился, -- укоризненно произнесла Нина, -- не понимаю, как можно стать приятелем вампира, от одного взгляда которого становится жутко.
   -- Марио оказался человеком, очень интересным в общении... если его можно назвать человеком... Особенно поразила его удивительная тяга к любым знаниям, для их клана знания дороже золота.
   Неужто и Долгоруков начитался новомодных глупых историй про вурдалаков?
   -- Князь, я не могу спорить насколько приятным собеседником оказался ваш приятель, -- прервала я, -- но почему вы решили, что он вампир? Он мог быть всего лишь представителем экцентричного общества?
   -- Вполне возможно, не смею возразить, -- ответил Долгоруков, -- не исключено, что они всего лишь люди, отвергнувшие человеческие устои. Аликс, вам не стоит быть столь категоричной.
   Мне стало совестно за свою несдержанность, и я неловко извинилась.
   Принимая во внимание, что Долгоруков стал наследником знаний Огненного Владыки*, его словам можно доверить. Князь наверняка стал для господина Марио интересным собеседником. Весьма любопытно обсудить то, что сокрыто от обычных людей... Впрочем, я испытала на себе подобное приятное времяпровождение в разговорах с Долгоруковым, чувствуется, что он знает намного больше и недоговаривает. Не потому что он мне не доверяет, просто его удел быть хранителем знаний, и даже я не вправе преступить запретную черту...
  
   _______________________
   *См. роман "Незримого Начала Тень" (часть вторая).
  
  
   -- Кем бы он ни был, Константину придётся найти убийцу, -- сказала я. -- Это не обрадует мою сестру.
   Ольга не любит, когда мужу доставались подобные следствия, она считала их наиболее опасными.
   -- Убийца выкрал реликвию клана, -- добавила Нина, -- как сказал ученик Марио, на днях должен приехать один из старейшин клана.
   -- Дело грозит обернуться скандалом, если мы имеем дело с обычным мистическим обществом аристократов, -- задумался князь, -- а если они, действительно, те, кем себя называют...
   -- Лучше и не думать! -- Нина прервала князя. -- Надеюсь, Константин Вербин отыщет злодея. Полагаю, его убил Томас...
   Это имя ничего не говорило, и Александру с Ниной пришлось подробнее рассказать мне об ордене охотников на вампиров. Сказанное показалось глупостью, но я решила оставить своё суждение при себе. Возможно, действительно, не стоит быть слишком категоричной. Встречи с призраками стали для меня обыденностью, и поэтому я с недоверием смотрю на все остальные мистические явления, с которыми не довелось встретиться.
   -- В убитого влюбилась госпожа Холодева, -- сказала Нина.
   Холод пробежал по телу от этого упоминания. Эта дама при первом же удобном случае выставляла меня на посмешище, разумеется, если рядом не было моих защитников, к числу которых сразу же присоединился князь Долгоруков. Увы, держать удар на светское злословье я так и не научилась.
   -- Она не смогла очаровать его, -- немного язвительно продолжала Нина, -- злилась ужасно, для неё это стало таким ударом...
   -- Вот и подозреваемая, -- улыбнулась я, -- отвергнутая светская дама страшнее армии охотников.
   Князю, хотя он явно не испытывал к Холодевой сердечной склонности, наше дамское злорадство наскучило очень быстро.
   -- У Марио была возлюбленная, -- сказал Долгоруков, желая прервать нашу болтовню, -- поэтому посол вежливо, но твёрдо объяснил, что ему не интересна её благосклонность.
   -- Интересно, как выглядела невеста посла? -- задумалась Нина.
   Меня внешность избранницы вампира мало интересовала. Главное, надменная дама потерпела позорное поражение.
   -- Надеюсь, ближайшее время нам удастся избежать смертей? -- спросил меня князь.
   Несмотря на шутливый тон, он спрашивал серьёзно.
   -- Надеюсь, -- ответила я, -- никаких пугающих видений меня не преследует... Хотя... сегодня на рассвете... кажется, видела призрака...
   -- Призрака? -- оживилась Нина.
   Короткая мистическая встреча вновь пронеслась перед моим взором.
   Ранним утром в предрассветной мгле я прогуливаюсь по местному кладбищу. Признаюсь, это одно из моих самых излюбленных мест для прогулок. Я наслаждаюсь тишиной и вечным покоем, которые дарят желанное умиротворение. Особенно прекрасны минуты рассвета и заката, когда солнце укрыто за горами и деревьями, а всё вокруг окутано серебристым полумраком. В эти краткие моменты нет ни власти света, ни власти тьмы -- только вечность.
   Среди могильных крестов мне встретился мальчик шести лет.
   -- Как твоё имя? -- спрашиваю я.
   -- Яшка, -- отвечает мальчик, -- я живу там, -- он неопределённо махнул рукой, -- и здесь живу...
   Тогда я не подумала, что означает слово "здесь".
   -- Здесь люблю гулять, -- продолжает мальчик, -- но чёрный нож мешает спать.
   Вижу, как он убегает от меня, будто растворившись в предрассветном тумане.
  
  

Глава 2

Он презирал иль ненавидел

   Первый день следствия
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Визит старейшины не заставил себя долго ждать. На следующий день я получил от него приглашение, немедля переданное мне верным Джовани. Разумеется, я немедля отправился к таинственному гостю.
   В сопровождении Джованни я вошёл в комнату, с плотно задёрнутыми шторами, освящённую тусклым сиянием свечей. Я увидел господина неопределенного возраста с тяжёлым холодным взглядом. Мне не хотелось смотреть в его глаза, и я невольно опустил взор. Старейшина жестом велел Джовани оставить нас наедине, и ученик послушно удалился.
   -- Моё имя Чезаре, -- старейшина представился с неким особым достоинством.
   Я, склонив голову, назвал своё имя.
   -- Я знаю, что вы очень умный человек, -- сказал старейшина улыбнувшись, -- я готов поручить вам это следствие...
   -- Благодарю за оказанное доверие, -- ответил я учтиво.
   Признаюсь, меня несколько удивила благосклонность собеседника, были все основания ожидать всяческого проявления недовольства, но глава клана повел себя весьма приветливо.
   -- Вас удивляет, что я согласился довериться человеку, -- продолжал Чезаре. -- Да, мы презираем людей как племя, но всегда выделяем лучших из них, которые достойны нашего внимания.
   -- Сколько у меня времени? -- спросил я, понимая, что милость оскорблённого старейшины не безгранична.
   Черзаре улыбнулся, выражая похвалу моей догадке.

Чезаре
(По типажу похож на Джонни Деппа в "Сонной Лощине")

   -- Вы верно поняли, что я не намерен ждать, -- произнёс он, -- у вас есть ровно семь дней, чтобы найти убийцу Марио и вернуть нам реликвию... Иначе, я рассержусь, -- последние слова прозвучали пугающе.
   У меня не было ни малейшего сомнения в ужасных последствиях, которые повлечёт за собой его гнев.
   -- Вас и вашей семьи не коснётся мой гнев, поскольку вас не было в Кисловодске в роковую ночь, -- продолжал Чезаре, -- я уничтожу лишь тех, кто может быть причастен к этому преступлению. На мой взгляд, вором и убийцей может оказаться каждый, кто находился в этой местности в ночь убийства. От своих подозрений я освобождаю только семью хозяина этого дома, владельцы дорогих гостиниц не грабят постояльцев.
   Голос старейшины звучал спокойно и бесстрастно.
   -- А если я успею найти реликвию? -- спросил я.
   Мне стоило большого труда не думать о последствиях возможной неудачи.
   -- Мы никогда не появимся в этих краях, -- пообещал старейшина.
   Чезаре протянул мне руку в чёрной перчатке. Наше рукопожатие стало символом договора. На его бледном худом лице снова мелькнула улыбка.
   -- Как вы уже смогли убедиться, наш клан всегда держит своё слово! -- произнёс он, -- мы могли убить глупца-торговца, заполучившего реликвию, но мы выполнили обещание и выплатили ему обещанную сумму до гроша. Мы безжалостны и жестоки, но не вероломны, это качество не достойно сильных и смелых существ! Только трус не способен сдержать слово!
   -- У меня нет причины подозревать вас в вероломстве, -- ответил я.
   Мне удалось выдержать пристальных холодный взор собеседника.
   -- Я вам желаю удачи! -- слова Чезаре звучали искренне.
   Уходя, я попросил разрешения заглянуть за раму картин, висевших на стене. Внимание привлек свежий срез, оставшийся на внутренней стороне рамы.
   -- Картина была в этой комнате в момент убийства? -- спросил я.
   -- Да, я остановился в тех же апартаментах, где жил наш посол, -- ответил старейшина. -- Вы полагаете, что убийца мог спрятать реликвию за рамой, а потом забрать в моё отсутствие?
   По хладнокровному тону невозможно было понять мнение Чезаре о моём предположении.
   -- Да, это очень распространённый способ, -- ответил я, -- спрятать там, где не будут искать -- совсем рядом.
   -- Мне понятна ваша идея, но в нашем случае она ошибочна, -- произнёс старейшина, -- будь реликвия рядом со мной, я бы почувствовал её присутствие.
   -- Простите... а как далеко вы чувствуете подобные предметы? -- поинтересовался я.
   Жизненный опыт научил меня внимательно относиться к мистическим явлениям. Старейшина одобрительно кивнул, встретив моё понимание. Не думаю, что сыщик-скептик вызвал бы у него тёплые чувства.
   -- Я могу отыскать нужный мне предмет в пределах любого города... Но сейчас я не чувствую ничего! -- в голосе Чезаре прозвучал скрытый гнев. -- Не могу понять почему? Как им удалось спрятать реликвию так, что даже старейшина, не может понять, где она?
   Я поспешил удалиться, дабы не докучать эксцентричному господину своим бесполезным присутствием.
  

* * *

   Выйдя на улицу, я невольно зажмурился от солнечного света, показавшегося мне ослепительным после тёмной комнаты. Было странное чувство, будто я вырвался из царства вечного мрака. Мне встретился Томас с воинственно горящим взором.
   -- Прибыл Чезаре, старейшина клана! -- произнёс он. -- Мой долг убить его! Я могу рассчитывать на вашу помощь?
   -- Нет, мой долг не позволить вам этого сделать! -- перебил я.
   Ум сыщика снова нарисовал мне пугающие картины возможных последствий, если позволить чрезмерно пылкому госодину вершить самосуд.
   -- Как вы можете заявлять такое? -- Томас был поражён. -- Вы знаете, кто это? Вы слышали о Чезаре Борджиа*? Чезаре не умер, он стал одним из них, и вскоре получил статус старейшины клана!
  
   _____________________
   * Чезаре Борджиа -- итальянский аристократ, политический деятель эпохи возрождения, также снискавший себе славу отравителя. Личность весьма неоднозначная. Читать на тему: Чезаре Борджиа
  
   Мне едва удалось сдержаться, дабы не назвать собеседника безумцем.
   -- Вам напомнить, кем был Чезаре Борджиа? -- продолжал Томас. -- Этот человек стал вместилищем всех пороков, олицетворением жестокости, он истинное исчадие Ада...
   Я вежливо, но твёрдо прервал пылкую речь охотника.
   -- Достаточно того, что у нас убили их посла, -- ответил я, -- если погибнет старейшина, мне страшно предположить, какие беды обрушаться на наш райский уголок. Кто бы он ни был -- самим Борджиа или богатым эксцентричным аристократом, не стоит сердить общество, которое он представляет! Особенно, если это влиятельное общество.
   -- Я должен исполнить свой долг! -- повторил Томас.
   -- Вы сможете исполнить ваш долг потом в любой момент подальше от нашей местности! -- произнёс я сурово. -- Повторюсь, нам не нужны беды. Я распоряжусь взять старейшину под охрану, и если вы или ваши люди будете задержаны при попытке нападения, вас немедленно арестуют...
   Томас не находил слов.
   -- Большим добром для крещёного мира - отдать им реликвию, чтобы они отправились восвояси! -- сказал я не дожидаясь вопроса. -- Сейчас как при угрозе войны, нужно сделать всё, чтобы её избежать.
   -- Но мой долг... -- повторил охотник.
   -- Сначала я исполню свой долг, -- перебил я, -- пока старейшина находится на Водах, он под нашей защитой.
   Как ни странно, мои слова несколько убедили Томаса.
   -- Возможно, вы правы, -- произнёс он, -- надобно проявлять терпение. Так гласят правила нашего ордена. Мы не должны уподобляться им, прежде чем вступить в бой, должно постараться его избежать.
   Меня порадовало, что удалось остудить пыл господина Торквемады*, и мы расстались вполне дружелюбно.
  
   ________________________
   * Томас Торквемада -- основатель Испанской инквизиции, первый великий инквизитор Испании. Известен как один из самых жестоких инквизиторов средневековья .Читать на тему: Томас Торквемада
  
  
   Невольно мне вспомнилось размышление доктора Майера, что Томас, это, действительно, сам Томас Торквемада восставший из могилы, дабы преследовать нечистую силу. Разумеется, я отбросил эту версию, даже в свете последних событий эта идея была слишком смелой. Хотя... если бы она вдруг подтвердилась, я бы не удивился...
   Я терялся в догадках. Мистическая версия казалась мне невероятной. Может, мы столкнулись всего лишь со враждой двух богатых обществ? Лично у меня ни одна из сторон не вызывала симпатию. Однако я понимал позицию Чезаре. Сейчас он вступал как пострадавший, кем бы он ни был, в данном случае, правда на его стороне -- убит их посол и похищена реликвия.
   Из журнала Александры Каховской
  
   В этот день Нина вновь сообщила мне очередные светские сплетни.
   -- Ты слышала про господина Чезаре? -- хитро, прищурившись произнесла она. -- Нет-нет, я не о пропаже реликвии, -- подруга не стала дожидаться моего ответа, -- помнишь, я тебе говорила про чету Драгомировых?
   Встретив мое недоумение, Нина сурово покачала головой.

Дарья
Рис. Richard Johnson

   -- Вспомни про мужа-зануду, -- повторила она.
   Да, верно, Реброва рассказывала мне о некоторых неприятных разговорах, возникших между супругами, и будто господин Драгомиров чрезмерно строг к своей кроткой жене.
   -- Он вечно всем недоволен! -- повторила Нина. -- Сегодня я слышала, как Драгомиров назвал желание супруги приколоть алую розу к платью цвета шампань - буржуазной безвкусицей!
   В ответ я пожала плечами, меня совершенно не занимала судьба Драгомировых. Ольга давно заметила мне, что ежели жена позволяет мужу дурно с собою обращаться, значит, ей это по нраву.
   -- Всё гораздо любопытнее, -- спешно добавила Нина, несколько обиженная моим безразличием, -- Драгомиров сегодня был в ярости, когда узнал о приезде Чезаре...
   Реброва взяла паузу, пытаясь понять, догадалась ли я.
   -- Ревность, -- предположила я.
   Нина торжествующе кивнула.
   -- Готова держать пари, что Чезаре когда-то проявлял интерес к Дарье, тогда ещё не Драгомировой, -- улыбнулась она. -- Но всё не так уж просто... Думаю, вскорости ты сама всё узнаешь, наверняка, Драгомиров обратиться за помощью к Вербину...
   Моё искреннее недоумение вновь вызвало возмущение Нины. Я, действительно, не понимала, с какой стати Константин должен помочь отчаявшемуся мужу избежать измены жены?
   -- Аликс! Вспомни, я говорила тебе, как Драгомиров бахвалился тем, что спас свою Дарью от гибели в плену вампира! -- воскликнула она.
   Да, но тогда я сочла это глупостью и немедля забыла. В свете можно и не такое услышать. Однако с приездом таинственного Чезаре, рассказ Драгомирова выглядел иначе. Неужто, он, действительно, стал спасителем юной девы, едва не ставшей жертвой кровожадного упыря?
   -- Сегодняшний вечер обещает стать любопытным, -- произнесла Реброва в предвкушении.
   Я взглянула на часы. Приближалась время отправиться в ресторацию. Признаюсь, даже меня заинтересовала встреча Чезаре с былой знакомой.
   Когда мы с Ниной спускались по лестнице, до нас из холла донеслись слова Драгомирова, обращенные к супруге.
   -- Вспомни роман Джона Полидори*, какова участь ждала сестру героя! -- твердил он сурово. -- Если бы я тогда не вмешался, что ждало бы тебя...
   Далее они покинули холл, и речь прервалась.
  
   _______________________
   * Джон Полидори -- английский врач, друг Байрона, автор одного из первых романов о вампире в английской литературе.
  
  
   Вдруг пред моим взоров вновь промелькнуло пугающее видение. Я увидела Дарью Драгомирову возле могильного креста, на котором отчетливо разобрала имя её супруга. Будто в переменившемся сне подвенечный наряд сменил траурное платье молодой дамы. Напротив Дарьи возник тот самый Чезаре, не видя его ни разу, я почему-то была уверенна, что это именно он. Бесстрастно улыбаясь, он протянул даме руку через могилу её покойного мужа. Их неподвижные лица в профиль пристально смотрели друг на друга.
   Я судорожно вцепилась в перила, дабы не упасть.
   -- Ты что-то видела? -- оживилась Нина. -- Скажи, прошу тебя, что ты увидела?
   -- Мне дурно, -- ответила я натянуто.
   -- Опять ты обманываешь! -- обиделась Реброва. -- Почему ты скрываешь от меня свои видения? Неужто принимаешь меня за болтушку?
   -- Ладно, -- смягчилась я, -- скажу тебе позднее, после ресторации...
   Нина благодарно улыбнулась в ответ, однако дождаться окончания вечера она не могла. Поэтому мне пришлось рассказать ей о видении по пути в ресторацию. Выслушав мой рассказ, Реброва, отнюдь, не испугалась, а, напротив, оживилась.
   -- Даже вампир будет лучшим мужем, чем этот ворчун! -- заметила она. -- Впрочем, любовь вампира весьма романтично...
   -- Не знаю, -- ответила я, находясь под впечатлением промелькнувшего видения.
   -- Аликс, тебе же понравилась история влюблённого Демона? -- хитро напомнила Нина.
   Напоминание заставило меня смутиться. Помню, как мы с Ребровой долго спорили о поэме Лермонтова "Демон". Я была возмущена тем, что в финале никто не спросил саму Тамару. Ведь весьма интересно, какой путь избрала бы её душа. Почему ей не дали воспользоваться правом выбора, что дано каждому?
   "Выбрать Демона? -- недоумевала тогда Нина. -- Он же злодей?"
   "А злодеи не могут испытывать сердечной склонности?" -- кипятилась я.
   Нина Реброва уже была готова написать самому автору, поскольку была с ним знакома, что вызвало у меня настоящий страх, и я спешно прекратила спор. Лучше я останусь одной из многих неизвестных ему поклонниц.
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Перед вечером в ресторации граф Апраксин попросил меня заглянуть к нему.
   -- Чёртов Драгомиров надоел мне до крайности! -- с раздражением воскликнул он. -- Не успел некий Чезаре, его былой соперник, появиться на Кислых Водах, как Драгомиров заявился ко мне со всяким вздором!
   Мне пришлось лицезреть Драгомирова лишь однажды, я бы охарактеризовал его как человека капризного, с высоким самомнением и склонностью к истерии. Не знаю, какие тяготы судьбы вынудили бедняжку Дарью стать его супругой.
   -- Позвольте узнать, о чем были слова Драгомирова? -- поинтересовался я.
   Апраксин махнул рукою.
   -- Он требовал защитить его и супругу от нападения господина Чезаре, дескать он... Право, вы сочтете Драгомирова безумцем... По его мнению, господин Чезаре вампир, когда-то похитивший его супругу, когда та была еще девицей... Драгомиров спас ее...
   -- Любопытно, -- пробормотал я.
   -- Любопытно? -- передразнил граф. -- Мы же не можем опекать каждого рогоносца! Если мы будем следить за каждой неверной женой, у нас не останется ни одной свободной минуты для истинных преступников!
   Мой начальник принужденно рассмеялся.
   Значит, Дарья сочла Драгомирова своим спасителем, и поэтому вышла за него замуж... А не претендовал ли Драгомиров на реликвию клана, желая тем самым отомстить за едва не поруганную честь супруги... а, возможно...
   -- Мне очень жаль, но вам придется отбиваться от этого назойливого бреда, -- прервал граф Апраксин ход моих мыслей, -- предупреждаю вас, сегодня в ресторации будет жарко...
   Он усмехнулся.
   -- Эх, быть Драгомирову рогоносцем, -- с надеждой в голосе произнес Апраксин.
   Признаюсь, Драгомиров не производил на меня приятного впечатления, и я невольно, подобно Апраксину, встал на сторону его мрачного соперника.
  

* * *

   Заехав за супругой Ольгой, я нехотя отправился в ресторацию. Светские склоки нравились мне меньше всего, но на сей раз любая перепалка закончиться весьма печально. Только завидев меня, Драгомиров оставил супругу и спешно подошёл ко мне.
   -- Надеюсь, граф Апраксин предупредил вас? -- произнес он надменно.
   Подобная манера всегда вызывала у меня раздражение.
   -- Смею вас заверить, что приложу все усилия, чтобы в этот вечер все остались живыми и здоровыми, -- безразлично, но весьма учтиво ответил я.
   Драгомиров истерично отпрянул.
   -- Кто дал вам право разговаривать со мною столь неподобающим тоном? -- спросил он, побледнев от искреннего негодования.
   В ответ я лишь молча указал взором на только что появившегося Чезаре, который уверенным шагом направился к Дарье Драгомировой, скромно стоявшей в стороне от болтливых компаний -- её премногоуважаемый супруг считает, что они могут дурно повлиять на её добродетель.
   Собравшиеся застыли, с неприкрытым интересом наблюдая за сценой, достойной готического романа.
   -- К вашему изумительному платью прекрасно подошла бы алая роза, -- произнес Чезаре, -- почему вы передумали приколоть ее к корсажу?
   Позднее я узнал от Аликс, что Драгомирова, действительно, хотела приколоть розу к платью, но супруг не позволил, сочтя подобное украшения наряда безвкусицей.
   Драгомиров вздрогнул, но сдержался, хотя выглядел на грани истерического припадка. Гости не пытались скрыть, что ожидают дальнейшего акта захватывающей пьесы.
   Подоспевший Ребров, как и положено хозяину ресторации, поспешил снять напряжение. Постепенно завязалась вполне спокойная беседа, но Драгомиров не желал сдаваться. Он нарочно завел речь о романе Джона Полидори.
   -- Все знают историю несчастного, сестра которого по неведению стала невестой вампира, она была лишь источником, утолившим жажду крови, -- произнес он, с вызовом глядя в лицо Чезаре, однако, отпрянул, не сумев сдержать пронзительного взгляда соперника.
   Глава клана, кем бы он ни был, явно играл со слабым противником как ловкий кот с пугливой мышью.
   Не знаю почему, но я решил высказаться о давно терзавших меня сомнениях в логики героя романа английского врача.
   -- Если вампир желал лишь крови девицы, зачем он собирался жениться на ней? -- рассуждал я. -- Он мог убить её подобно гречанке-простолюдинке... Да и неразумно только ради своей "жажды" выбирать знатную барышню... И зачем тратить время на длительное светское ухаживание за своей "едою"?
   Удивительно, но светская публика поддержала мои умозаключения.
   -- Браво! -- воскликнул Чезаре.
   В его голосе не было ни тени иронии, ему явно понравилось моё умозаключение. Он перевёл взор на смущённую Драгомирову.
   -- Право выбора, -- вдруг уверенно произнесла Аликс, -- у каждого должно быть право выбора...
   Драгомиров с раздражением швырнул на пол бокал с шампанским.
   -- Продолжайте нести вздор! -- воскликнул он. -- Мы ни минуты не останемся в вашем обществе.
   Покорившись мужу, Дарья послушно последовала за ним под оживленный ропот гостей. На устах Чезаре играла улыбка победителя. Будто повинуясь его гипнотическому взгляду, покорная супруга на миг обернулась.
   -- Забавный вечер, -- шепнула мне Ольга. -- Не думаю, что Дарья отказалась от Чезаре ради занудного истерика Драгомирова... Будь этот старейшина хоть трижды вампир, ни одна барышня не променяла бы его на такого дурака...
   -- А ты бы согласилась тоже стать вампиром? -- поддразнил я. -- Замечу, это означает никаких зеркал... Добавлю, никаких зеркал целую вечность!
   Мой голос прозвучал нарочито зловеще. Ольга обиженно надула губки. Зная страсть супруги вертеться перед зеркалом, такой пытки она бы не перенесла.
   -- Иногда ты становишься занудой похуже Драгомирова, -- проворчала она, -- ведь столь романтично -- нежная светлая душа в любовных объятиях тёмного господина... Каждая девушка в тайне ждёт своего демона, желая покорить его своею чистотой...
   -- Никогда об этом не задумывался, -- признался я.
   Мне вообще иногда трудно предугадать, о чём в тайне мечтают светские дамы и барышни. Часто оказывается, что мечты совершенно противоречат утверждениям, которые эти особы множество раз повторяют на балах и в салонах. Помнится, как дамы и барышни как один голос твердили о том, как ужасен лермонтовский Демон. Поэтому внезапное заявление Ольги, что будто все дамы только о демонах и мечтают, вызвало у меня недоумение.
   К счастью, моя супруга достаточно мудра и не стала донимать меня романтической чепухою, но наш разговор услышали другие дамы.
   -- Вам не понять, ведь вы не женщина! -- заметила одна чрезмерно кокетливая особа. -- Многих дам посещают сновидения, в которых их ждёт томный поцелуй тёмного рыцаря. Ах, вам не понять, какое это наслаждение!
   Она мечтательно прикрыла глаза.
   Я с трудом сдержал смешок. Действительно, не понять! Пожалуй, сон с господином столь фривольного поведения по отношению к моей персоне стал бы для меня самым страшным ночным кошмаром, независимо от сущности этого назойливого извращенца.
   К нам подошёл Чезаре, явно довольный собою.
   -- У меня есть все основания подозревать Драгомирова в краже и убийстве вашего посла, -- поделился я со старейшиной своими размышлениями.
   -- Драгомиров? Этот болван? -- Чезаре был готов расхохотаться во все горло, но поймав мой напряжённый взгляд, сдержался.
   -- Драгомиров был осведомлён о вашем клане? -- спросил я.
   -- Да, прохвост многое проведал, когда пытался украсть у меня Дарью! -- с раздражением произнёс Чезаре. -- Предлагаете мне схватить его и побеседовать наедине?
   В его глазах сверкнул недобрый огонёк, но старейшина сдержался.
   -- Личные чувства не должны затмить благоразумие, -- произнес он спокойно, -- соглашусь с вами, мудрее будет умолчать о наших подозрениях...
   Он недобро улыбнулся. Если Драгомиров виновен, ему остаётся только посочувствовать. Мне стоило больших трудов, чтобы унять чувства неприязни, сыщику должно оставаться беспристрастным.
   А Дарья Драгомирова? Так ли она проста, как кажется? Вдруг под маской безропотной страдалицы скрывается коварная особа, способная обвести даже хитроумного вампира вокруг пальца. Чезаре? А вдруг он ловко водит нас за нос, разыгрывая пробуждения чувств былой любви, дабы отвлечь внимание? Жизненный опыт не позволяет мне столь легко поверить в романтическую сказку. Как сыщик я давно убедился в истинности древней мудрости "вещи не такие, какими кажутся".
  

Глава 3

Ни день, ни ночь, -- ни мрак, ни свет!..

   Второй день следствия
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   Сегодня я отправилась встречать рассвет среди окрестных холмов. Лучи солнца ещё не показались из-за гор, хотя мрак ночи начал рассеиваться. Вдруг, спустившись к реке, меня охватило странное волнение, моя лошадь остановилась и испуганно попятилась, больших трудов стоило удержаться в седле. Из предрассветного тумана явился чёрный всадник.
   -- Приветствую вас, старейшина, -- произнесла я, пытаясь унять волнение.
   Я не могла смотреть на его суровое бледное лицо и опустила взор.
  

Аликс встречает рассвет
Рис. Каспар Давид Фридрих

   -- Вы не ошиблись, -- ответил всадник, -- рад встречи с вами. Давно хотел взглянуть на этот эксперимент высших сил...
   В его голосе не было иронии, но, выслушав подобное мнение, меня охватило чувство неловкости. Что он хотел этим сказать?
   Он спешился. Не ведая причины, последовала примеру незнакомца.
   -- Вы обладаете особым даром, -- продолжал Чезаре, -- не знаю, завидовать вам или пожалеть... Вашему взору подвластны все людские жизни, все -- кроме вашей собственной. Вы сгораете подобно свече... Хотя пока ещё полностью не осознали себя...
   В его глазах промелькнуло искреннее сочувствие.
   -- Позвольте узнать? -- робко произнесла я. -- Мне часто снится странный человек, он смотрит на меня пугающим взглядом, жутко улыбаясь... Вы знаете, кто он?
   -- Не могу понять, зачем задавать вопрос, ответ на который вам прекрасно ясен? -- ответил старейшина.
   Неужели моя догадка верна? Холодный ужас на мгновение охватил меня.
   -- Завтра, спустя час после захода солнца, я жду вас в своих апартаментах. Буду очень признателен, если вы согласитесь стать свидетелем моих переговоров с представителем враждебного клана, -- произнёс Чезаре.
   Его слова звучали как утверждение, а не просьба.
   -- Чем я могу вам помочь? -- спросила я, осмелев.
   -- На переговорах должны присутствовать незаинтересованные свидетели. Обычно представители кланов, с которым у обеих враждебных сторон заключён мирный договор. Согласно правилам, человек не может быть свидетелем. Поскольку, подобных личностей в этих краях нет, а вы не совсем человек, -- он улыбнулся, -- только вы и князь Долгоруков подходите для этой роли.
   -- Благодарю за оказанное доверие, -- ответила я.
   Чезаре простёр мне руку в знак расположения.
   Он замер, вслушиваясь в утреннюю тишину. Издалека доносилось щебетание птиц. Чезаре выхватил меч. Неведомая сила заставила меня выхватить свой дамасский клинок, ставший моим хранителем. Он правит моею рукою, не владея искусством фехтования, я могу поразить даже самого опытного воина. Меч всегда со мною, ожидающий схватку, после которой его клинок излучает холодное сияние.
   Опасность. Я даже не успела подумать об угрозе, как клинок поразил внезапного противника, бросившегося на меня. Нападавший не ожидал внезапного отпора от хрупкой барышни, в его умирающем взоре застыло удивление. За спиною раздались стоны. Чезаре, бесстрастно взирал на трех врагов, пораженных его оружием. Никто бы не оставил без внимания на меч старейшины! Никогда не видела лезвия столь причудливой формы.
   -- Браво! -- произнёс Чезаре, глядя на убитого мною противника. -- Дамасская сталь не подвела! Меч хранит своих избранников, служа только им, -- он вытер свой клинок платком, любуясь на сталь, тускло блеснувшую в предрассветном сумраке, -- моё оружие подчиняется только мне, -- на лице старейшины мелькнула улыбка, -- только я могу дотронуться до его рукоятки, любой другой -- сразу же погибнет!
   Нужных слов в ответ подобрать не удалось.
   -- Мне пора, -- произнёс старейшина, уже сидя в седле, -- благодарю за приятную встречу...
   Гость темноты скрылся в предрассветном тумане. Несколько минут я пыталась собраться с мыслями, только утренние лучи вернули меня к жизни.
   Я поспешила домой, дабы рассказать Константину о встрече с Чезаре и внезапном нападении.
   -- Они хотели убить Аликс? -- испугалась моя сестра.
   -- Спешу тебя успокоить, враги напали на Чезаре, а наша Аличка оказалась рядом с ним в неподходящее время, -- поспешил ответить Константин.
   А ведь верно, на старейшину напали трое, а меня атаковал лишь один.
   -- Ты обратила внимание на их одежду и оружие? -- спросил он меня.
   К своему стыду ответить на вопрос не удалось.
   -- Дорогой, как можно задавать барышне подобные вопросы? -- сурово пожурила его Ольга. -- Кстати, достаточно ясно, что они были вооружены мечами, а не осиновыми кольями и прочими предметами, пугающими вампиров согласно поверью...
   -- А это значит, что господин Томас не причастен к нападению, -- серьёзно завершил Константин её ироничную мысль.
   Моя сестра пожала плечиками, поражаясь задумчивости супруга.
   -- А вот если бы они кидались чесноком, или опрокинули на голову ушат святой воды, -- рассмеялась она, но тут же обиженно смолкла, встретив строгий взгляд мужа, который не любил несерьёзного отношения к следствию.
   -- Хотя... возможно, у врагов Чезаре были не совсем обычные клинки, -- предположил он. -- Надо бы разузнать у господина Томаса, какие методы борьбы с вампирами он предпочитает...
   Ольга вздохнула, обижаясь, что в такие минуты супруг будто не обращает на неё внимания.
   -- Ясно одно, -- рассуждал сыщик, -- Чезаре подозревает в убийстве и краже враждебный клан... Не думал, что на Кислых Водах сейчас находятся представители двух кланов. Появилась вторая угроза: наше тихое место может стать полем боя...
   -- Как бы я хотела, чтобы всё это оказалось выдумками скучающих аристократов! -- вздохнула Ольга.
   Я полностью разделяла её желание.
   -- Но кто напал на Чезаре? -- недоумевала я.
   -- Полагаю, ему об этом известно лучше нас, -- ответил Константин.
  

* * *

   В Кисловодске недалеко от Нарзана есть маленькая часовня, куда я люблю приходить в одиночестве, когда страх охватывает моё сердце. Здесь я чувствую себя по-настоящему защищенной.
   Сегодня увидела в часовне госпожу Драгомирову. Удивительной подобная встреча не показалась. Однако потом я невольно услышала несколько слов из исповеди Дарьи.
   -- Чезаре доверяет мне...
   Я видела ее лицо в профиль, на котором промелькнула улыбка, отнюдь не романтическая...
   Пронеслась мысль, что Константин прав и Драгомирова не так проста... Сказка о влюблённой, которую рисовало моё наивное воображение, будто рассыпалась на множество осколков.
   Пройдя к Нарзану я увидела Чезаре. Весьма удивительно встретить старейшину средь бела дня, учитывая образ жизни существа, за которое он себя выдаёт.
   -- Прекрасная погода! -- произнес он, указав на пасмурное небо.
   -- Порошу вас, уделите мне немного времени! -- спешно произнесла я. -- Госпожа Драгомирова... Вам следует быть осторожным с нею, -- речь прозвучала сбивчиво и невнятно. -- Я... хочу предупредить...
   Чезаре пристально смотрел на меня, склонив голову на бок. Сначала в его взоре промелькнуло искренне изумление, потом на губах появилась насмешливая улыбка. В ответ -- лишь молчание. Оставалось только, извинившись, удалиться, чувствуя себя болтливой дурочкой. За спиною долго чувствовался тяжёлый взгляд старейшины.
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Госпожа Холодева оказалась весьма изумлена моим визитом, или старалась произвести подобное впечатление. Она встретила меня в распространённой светской манере с книгой в руках. К моему удивлению, философской. Дама старалась выказать, что смерть посла Марио ей совершенно безразлична.
   -- Позвольте узнать, какое отношение я имею к вашему следствию? -- спросила она надменно.
   Я понимал, Холодева может принять за оскорбление любой мой ответ, который послужит прекрасным поводом указать мне на дверь.
   -- Насколько мне известно, вы очень наблюдательны, -- произнёс я учтиво, -- если вы провели вечер в ресторации, вы, наверняка, запомнили всех присутствующих.
   Комплимент помог растопить лёд. Холодева улыбнулась и задумчиво произнесла:
   -- В ту ночь я недолго пробыла в ресторации, у меня началась мигрень, и уже в час ночи пришлось вернуться в свой нумер... Мне очень жаль, но ничем не смогу вам помочь.
   Дама попалась в мою ловушку и легко рассказала, где была в ночь убийства. Понятно, у неё нет алиби. Насколько мне известно, Холодева так и не смогла снискать благосклонности посла Марио, непростительная обида для светской дамы, привыкшей к толпам поклонников. Доктор Майер рассказал мне, что незадолго до гибели Марио она интересовалась, как можно убить вампира.
   -- У посла пропала реликвия клана, -- продолжал я.
   -- Ничего не знаю об этой вещи, -- безразлично ответила Холодева. -- Вы полагаете, что убийство совершено с целью кражи? Не думаю, Марио сам по себе был очень неприятным человеком, возомнившим о своей необыкновенности...
   В её голосе прозвучало презрение.
   -- Господин Томас так не считает, -- возразил я.
   -- Он не слишком умён, -- ответила дама, -- на вашем месте я бы не стала принимать его слова всерьёз.
   Насколько мне известно, Томас всячески предостерегал Холодеву, когда она пыталась обратить на себя внимание посла. Подобная навязчивая опека вызывала у красавицы явное раздражение.
   -- Позвольте узнать, какое впечатление произвел на вас господин Чезаре? -- поинтересовался я.
   -- На мой взгляд, он слишком скучный, -- пожала плечами дама, -- и весьма странно, что вновь увлёкся несчастной Драгомировой, которую тиранит муж...
   Холодева печально покачала головой, явно сочувствуя бедняжке.
   Мне не послышалось, она сказала "вновь"!
   -- Возможно, виной всему воспоминание, -- продолжала дама, в ответ на моё удивленное молчание, -- когда Чезаре встретил Драгомирову впервые на балу в Неаполе, она не походила на загнанного зверька, -- заметила она. -- Русские барышни пользуются огромным успехом в итальянском свете, конечно, Чезаре не мог не обратить внимание на юную очаровательную блондинку...
   Неаполь? Выходит, водяное общество куда более меня осведомлено в личной жизни старейшины мистического клана.
   -- Выходит, до замужества Драгомирова была другой, -- уточнил я.
   -- Совершенно! -- всплеснула руками дама. -- А теперь... Удивляюсь, что Чезаре вновь обратил на нее внимание. Ох, иногда вас, мужчин, понять невозможно, -- продолжала Холодева свои рассуждения. -- Вы отвергаете ярких красавиц и теряете разум из-за невзрачных девиц...
   Она тут же прервала свою речь и поспешила добавить:
   -- Нет-нет, мои слова не относятся к вашей супруге.
   Я кивнул. Разумеется, и мысли не возникло подумать, будто слова о невзрачности можно отнести и к Ольге. Моя очаровательная жёнушка всегда блистает.
   -- Даже Драгомирову я бы не назвала невзрачной, -- задумалась собеседница, -- скорее, зажатой и запуганной... Да, тогда она была другою...
   -- Простите, вы были близко знакомы с Драгомировой? -- спросил я.
   -- Да, конечно, -- ответила дама, -- мы познакомились в Неаполе, она была столь милым весёлым созданием. Одно её появление дарило радость всем окружающим. Верно, от Дарьи исходило некое сияние счастья, позволившее даже снискать симпатию всех дам, никто не видел в её лице соперницу.
   -- Почему такая барышня выбрала себе в мужья скучного Драгомирова? -- прозвучало моё недоумение.
   Холодева пожала плечами.
   -- Увы, я покинула Неаполь задолго до свадьбы Дарьи с Драгомировым... К сожалению, мне даже не удалось лицезреть ухаживания Чезаре, -- с досадой произнесла она, -- странно, что Дарья предпочла Драгомирова... Чезаре со всеми его странностями куда получше...
   -- Драгомиров утверждает, что спас Дарью...
   Собеседница не дала мне договорить.
   -- Спас от чего? -- рассмеялась она. -- Ох уж эти сказки про упырей! В высшем свете поверят в любую глупость, если она достаточно интересна!
   Мои вопросы вскоре наскучили даме, и она вежливо, но настойчиво попросила меня оставить её наедине со своими мыслями.

* * *

   В этот же день мне передали записку от Чезаре, в которой он говорил о прибытии своего советника. Весьма любопытный чин для столь эксцентричного клана.
   Признаюсь, я ожидал получить новость о визите старейшины клана противников Чезрае, поэтому остался несколько удивлён неожиданной новостью. Не слишком ли много мрачных гостей для нашего райского уголка?
   Так называемый советник, как оказалось, находившийся в соседнем Пятигорске, не заставил себя долго ждать. Я увидел его вечером, когда солнце уже клонилось к хребту гор, рассеивая прощальный мягкий свет. Советник прогуливался по Кисловодскому парку, явно наслаждаясь подобным времяпровождением. Худощавый господин среднего роста, одетый весьма педантично. Хоть я и не прослыл неряхой, но так завязать галстук никогда не сумею. Ярко-синий сюртук аккуратного господина отчетливо вырисовывался на фоне парковой аллеи. За педантичным господином послушно следовал огромный черный пёс ирландской породы.
   Завидев меня, советник неспешно направился ко мне.
   -- Сыщик Вербин? -- приветливо произнес он с едва уловимым французским акцентом. -- Зовите меня Максимильен.
   Солнце уже скрылось за горами, и мой собеседник снял зеленоватые очки, защищавшие его глаза от солнечных лучей. Во взоре Максимльена мелькнуло нечто неуловимое, как во взгляде Чезаре.
   -- Вы уже познакомились, -- неожиданно прозвучал голос Чезаре, который возник будто из ниоткуда.
   Он протянул руку Максимильену.
   -- Как добрались? -- поинтересовался он, что говорило о весьма приятельских отношениях между старейшиной и советником.
   -- Прекрасно! -- на тонких бледных губах мелькнула улыбка. -- Узнав о вашем прибытии, я немедля отправился в Кисловодск.
   -- Увы, мой друг, вам никак не удастся отдохнуть! -- хохотнул Чезарае. -- Угораздило же вас отправиться на отдых именно в ту местность, где должно было произойти возвращение нашей реликвии...
   Я вздрогнул. Фраза, непринужденно брошенная Чезаре, явно предназначалась для меня. Старейшина явно не склонен доверять случайностям. Хотя вполне разумно не спешит распространяться о своих подозрениях.
   -- Надеюсь, милые провинциальные забавы Пятигорска пришлись вам по вкусу, -- произнес я, -- в прошлый четверг, говорят, в ресторации ставили новый водевиль...
   Лицо Чезаре оставалось бесстрастным, но я мысленно почувствовал его одобрение. Именно с четверга на пятницу произошло убийство.
   -- Водевиль? -- изумился советник. -- Прошу простить, но вы ошиблись... Водевиль ставили во вторник...
   Мой собеседник оказался весьма умен и учел все мелочи с педантичной тщательностью. Он явно уловил наше с Чезаре недоверие, хоть и не показывал виду.
   -- Максимильен, замечу, ваш коллега, -- отметил мне старейшина, -- он блестяще разгадывал преступление, которые затрагивали интересы клана, что и позволило ему по праву заполучить чин моего советника и другую заслуженную награду...
   Максимильен склонил голову в знак благодарности.
   -- Разумеется, поскольку я обещал вам год отдыха, то не осмелюсь требовать приступить к следствию, -- сказал старейшина Максимильену, -- никакие бедствия не заставят меня нарушить слово...
   Я невольно позавидовал такому начальству. Мне об отдыхе и мечтать бесполезно, ведь наш генерал полагает, что на водах каждый день и так отдых, а следствие преступления вполне полезная разминка для ума.
   -- Благодарю, -- Максимильен взглянул на меня, прищурив голубые глаза, в которых мелькнул зеленоватый огонек, -- уверен, что гражданин Вербин прекрасно справится...
   Он сказал именно "гражданин", мне не почудилось.
   -- Право, мой друг, пора бы оставить свои республиканские замашки, -- хмыкнул Чезаре, видя мое замешательство.
   -- Увы, -- пожал плечами Максимильен. -- Такова моя сущность... Позвольте откланяться?
   -- Приятного вечера, мой друг, -- невозмутимо произнес Чезаре.
   -- Браунт, за мной, -- велел Максимильен своему верному псу, неподвижно просидевшему у ног весь наш разговор.
   Браунт послушно последовал за хозяином.
   -- Мне нечего вам сказать, -- произнес Чезаре, -- вы сами обо всём догадались, не так ли?
   -- Вы подозреваете своего советника и не доверяете случайности, по которой он оказался неподалеку, -- ответил я.
   Мотив -- заполучить реликвию, дабы самому стать главою клана -- весьма весом.
   -- Верно, -- кивнул старейшина, -- хотя у меня ни разу не было причины усомниться в преданности Максимильена... Совпадения, сплошные совпадения, -- с досадой пробормотал Чезаре. -- Мой советник беспокоит меня меньше другого случая...
   Я выждал, пока Чезаре сам даст объяснения своим словам.
   -- Неподалеку также оказался старейшина клана, с которым мы давно враждуем, -- ответил он, -- Ваша родственника наверняка уже рассказала вам о нашей с ней беседе... Завтра Лоренцо объявиться собственной персоной, я уверен...
   Имя Лоренцо, единственное, что удалось узнать о главе вражеского nbsp;клана.
   -- Александра рассказала, что на вас напали, -- напомнил я, -- кого вы подозреваете?
   -- Нет, это не столь важно, не отвлекайтесь от главного, -- безразлично ответил Чезаре.
  

* * *

   По пути к ресторации, где в это время только начиналась вечерняя жизнь водяного общества, мне встретился Томас, который сразу же бросился на встречу.
   -- А вы знаете, кто на самом деле советник Чезаре? Это сам Максимильен Робеспьер! Самый кровавый тиран Европы!
   Я едва сдержал смех, но вспомнив обращение "гражданин" невольно призадумался. Вероятнее всего господин советник создал себе эксцентричный образ, пытаясь походить на мрачного персонажа французской истории.
   -- Нетрудно понять, что Робеспьер был вампиром! -- продолжал Томас. -- Посудите сами: его описывают как чрезмерно бледного, он в солнечный день надевал очки с темными стеклами, любил бродить по ночному Парижу в сопровождении чёрного пса!
   Мне не сразу удалось найти подходящие слова для ответа.
   -- Робеспьер получил власть во Франции в подарок от клана за хорошую службу, но недолгим было его правление. Наши герои помогли термидорианцам свергнуть кровавого вампирского тирана.
   -- Позвольте заметить, Робеспьеру отрубили голову на гильотине в присутствии городской толпы, -- напомнил я.
   Знаю, многие предполагают, будто вампиры часто уезжают в дальние страны, откуда посылают письма о своей кончине, но ведь смерть Робеспьера лицезрел весь Париж.
   -- Для опытного вампира подобная процедура подобна легкой простуде! -- нервно воскликнул Томас. -- Увы, никто не догадался сжечь его тело... Вообще, как вы заметили, вампирская аристократия не страшится прогуливаться средь бела дня! Даже солнечные лучи хоть и неприятны, но не смертельны для них... Робеспьер был не рядовым вампиром...
   Завершив рассуждения, Томас указал мне на князя Долгорукова, непринужденно болтавшего в компании молодежи, вышедшей из ресторации вдохнуть ночную прохладу после душного зала.
   -- А ваш друг опасен, -- шепнул он мне, -- если он станет заодно с вампирами -- беды не миновать! Попытайтесь побеседовать с ним...
   Молча выслушав тираду собеседника, я поспешил удалиться, опасаясь за свой рассудок.
   Александр Долгоруков, молча наблюдавший со стороны за моей беседой с Томасом, направился ко мне. Как я заметил, князь пользуется у гостей темноты особым уважением. Возможно, многие материалисты сочтут это чрезмерной внушаемостью, но мне, действительно, кажется, что некий Огненный Властелин передал ему в наследство тайные знания.
   -- Невозможно не заметить, как Томас смотрел на меня во время вашей беседы... Не беспокойтесь, -- улыбнулся князь, -- я не изменю своему правилу остаться между светом и тьмой...
   -- Право, мой друг, ваш мистический путь меня занимает менее всего, -- честно признался я, -- тут бы со следствием разобраться, время ограничено...
   -- Увы, я не могу вам помочь, -- несколько виновато ответил мой друг, -- даже и не пытаюсь понять, кто убийца, ведь иначе я не удержусь и расскажу вам, что недопустимо... Велик риск нарушить равновесие миропорядка...
   В его голосе прозвучала боль. Могу понять, как тяжело обладать знаниями и не иметь права воспользоваться ими даже во благо людей...
   -- Утешайте себя тем, что иногда действие, кажущееся благим, приносит весьма горькие плоды, -- заметил я.
   -- Вербин! Ваша мудрость поражает меня! -- с восхищением воскликнул князь. -- Вам не надобно никаких мистических талантов!
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   Вечером в своей комнате меня ждал массивный конверт, на котором было начертано "Александре". Не задумываясь, я распечатала письмо, в котором оказалось множество листков, исписанных необычным почерком по латыни. Задумавшись, что послание может касаться следствия, решилась взяться за перевод. Латынь я никогда не любила и знаю отвратительно, поэтому чтение продвигалось медленно. Не сразу удалось понять, что предо мною дневник самого Чезаре!
   Потребовалось несколько минут, дабы перевести дыхание. Какой-то "доброжелатель" выкрал журнал старейшины клана и послал его мне, желая открыть его тайны. Понимая, что чужие записи читать - дурной тон, поначалу было желание оставить труды изучения латыни. Однако мысль, что знание, полученное взамен этикета, поможет следствию, оправдало мое любопытство...
  

Глава 4

Он сеял зло без наслажденья

   Дневник Чезаре
  
   18** год, Лондон
  
   Лощёный пожилой лакей с фальшивой сахарной улыбкой проводил меня вдоль длинного коридора. Дверь гостиной, в которой меня ожидали, оказалась гостеприимно распахнута..
   Леди Коринг с гордо поднятой головой и манерно сжатыми губами вышла мне на встречу, шелестя белым атласом шикарного платья. Облик хозяйки дома мог показаться чопорным, но её завлекающий взгляд разбивал первое впечатление о неприступности на множество осколков.
   Оценивающе осмотрев меня, леди произнесла:

Ночной Лондон
Рис. Дж. Гримшоу

   -- Вы получите желаемые письма, -- голос Коринг звучал с явным кокетством, --смею вас заверить, что разузнаете немало забавного об интересующем вас лорде Родерике. Могу ли я рассчитывать на обещанное вознаграждение? Увы, пришлось значительно потратиться, дабы заполучить интересующие вас письма... Однако в награду за честность вы можете рассчитывать на мою благосклонность...
   Дама перевела красноречивый взор на слегка приоткрытую дверь, ведущую в спальню. Подобная манера давно навевает скуку, от которой сводит скулы от сдерживаемой зевоты. Возможно, такое обращение произведет впечатление на учеников воскресной школы, недавно выбравшихся в свет из далёких деревень, но меня эти повадки давно не прельщает.
   -- Буду рад услужить вам, миледи, -- галантно произнёс я, склонив голову.
   -- Верно говорят, будто ваш клан держит своё слово, -- она одарила меня, по своему мнению, обворожительной улыбкой.
   Подобная беседа вызвала у меня чувства, возникающие обычно после просмотра бульварной пьесы с однообразным сюжетом. Неужто светские дамы так и не научились вносить разнообразие в уловки обольщения?
   -- Надеюсь, не разочарую вас, миледи, -- произнес я, целуя её руку в белой атласной перчатке, украшенной алмазным браслетом.
   Затем, не заставив даму томиться в ожидании, достал небольшой футляр, обшитый чёрным бархатом.
   -- Вы позволите? -- поинтересовался я, кивнув на изящный столик.
   -- Прошу вас! -- позволила леди Коринг, не сводя с меня пристального взора.
   Положив футляр на столик со свечами, я открыл его, не отказав себе в удовольствии понаблюдать, как изменилась в лице "чопорная" дама, узрев свою мечту.
   -- Эти серьги стоят дороже, -- произнёс я, -- только для вас, миледи!
   Коринг с трудом сдерживала дыхание, дрожащие руки потянулись к бриллиантам.
   -- Невероятно! Волшебство! -- восклицала она, любуясь игрой камней в огне свечей.
   -- Мы волшебники, -- тон прозвучал несколько зловеще.
   Дама на мгновение замерла, но красота драгоценностей заставила её отринуть беспокойство.
   -- О! Надобно немедля примерить! -- воскликнула она.
   При помощи механизма на каминной полке, картина на стене начала медленно отодвигаться, открывая огромное зеркало. Пришлось шагнуть в сторону, дабы не оказаться напротив предательского стекла... Леди Коринг, заметив моё движение, насмешливо улыбнулась.
   -- Великолепно! -- повторяла она, любуясь своей красотою, подчёркнутой блеском бриллиантов.
   -- Разрешите проститься, -- произнёс я.
   -- Да... мой лакей проводит вас, -- безразлично ответила дама, не отрываясь от своего отражения.
   Соблазнительница, позвонила в изящный колокольчик, явно утратив всякий интерес к моей скромной персоне.
   -- Прощайте, мистер Чезаре, -- произнесла она, так и не соизволив обернуться.
   Старейшина прозвал меня Чезаре, принимая в ряды клана, поскольку я легко зарекомендовал себя мастером отравления. Особенно прославился мой отравленный кинжал. Прежнее имя осталось сокрыто от всех. Спустя время, сам позабыл как меня звали, впрочем -- к лучшему... Есть мастера, обладающие талантом чтения мыслей... Можно подчинить себе даже демона, узнав его рен*...
  
   __________________
   *Рен - имя (египт.)

* * *

   На ночной улице, как и следовало ожидать, нежелательной встречи избежать не удалось. Посыльные леди Коринг... Выходит, купленные письма, действительно, занятны. Сразу подозревал, что красотка не захочет легко отпустить своего гостя...
   Неподалёку ждал человек с пистолетом, уверенный, что легко покончит со своим противником одним выстрелом. Однако предательская осечка нарушила его планы -- мой старый трюк вновь сработал. Мгновения хватило, чтобы оказаться рядом с недоумевающим противником. Удар кинжалом -- и он не опасен...
   Пройдя несколько шагов, вновь почувствовал пристальное внимание. Сопровождающие оказались весьма настырны. На сей раз стрелок умело скрылся в одном из тёмных окон ближайшего дома.
   Прикрыв глаза, я сосредоточился, дабы вовремя уловить звук нажатого курка. Неслышный людскому уху щелчок вскоре прозвучал, доля мгновения -- я отклонился в сторону. Пуля попала в стену дома. Стрелок из окна напротив не успел укрыться -- брошенный кинжал поразил его. Уже мёртвый противник, пошатнувшись, выпал из окна на городскую мостовую.
   Вдали доносились голоса полисменов. Спешно забрав кинжал, я скрылся в темноте. В районе Вест-Энда полиция на шум прибегает быстро, дабы сберечь покой спящих леди и джентельменов.
   Простите, сеньора Коринг, что по моей дерзости вас постигло разочарование...
  

* * *

   Вскорости, я прочёл из вечерних газет, что леди Коринг скончалась от внезапно сразившего её недуга. Она за столь короткое время она настолько сильно привязалась к новым побрякушкам, что родственники решили похоронить их вместе с нею...
   Мы сдержали слово, шантажистка, готовая на любую подлость ради бриллиантов, получила свою оплату. Какая насмешка судьбы -- она погибла от того, что любила до безумия... Миледи умерла легко, мужчина не должен причинять боль женщине, даже убивая...
   Нельзя было оставлять леди Коринг в живых, она не из тех, кому можно доверять.
   Кодекс чести клана гласит -- не убивать лишь тех, кто ведёт честную игру. Честность -- весьма редкое качество для людей!
   Вновь ощутил, что, совершив убийство, не испытываю никаких переживаний. Раньше смерть врага доставляла мне радость. Увы, вскорости дело убийства стало скучной рутиной -- давно не испытываю наслаждения, глядя в глаза жертве... Убивать -- такая же обыденность, как для мелкого чиновника переписать стопку бумаг...
   Я избрал свой пути ради сокровенных тайн, но, спустя годы, полученные знания также наскучили... Только поиск новых неизведанных путей не даёт покоя, знаю, что наступит время, когда в моих руках окажется желанный ключик к запертой двери...
  

* * *

   В замке сэра Роуэма давали представление местные актеры, не наделенные талантом Сары Сиддонс*, впрочем, как автор поставленной пьесы не обладал талантами Уильяма Шекспира.
  
   ____________________
   *Сара Сиддонс -- английская актриса конца XVIII - начала XIX в.в.
  
   На сцене лысоватый старичок* устрашающего образа гонялся за актриской, нарумяненной до непристойности. В финале пьесы, главный герой, не уступавший по слою пудры и румян своей партнерше якобы воткнул в брюхо старика осиновую палку. Стоящий в кулисах помощник высыпал на сцену гору пепла, символизируя кончину похотливого старикана-вампира. Неужто увиденное мною на сцене являлось олицетворением хвалёного английского юмора?
  
   __________________
   * Навеяно этой забавной картинкой из ЖЖ Кати Коути и текстом к ней
  
  
   Какой вздор! Лишь недавно я научился спокойно взирать на подобное невежество, раньше меня охватывала непреодолимая злость.
   Вампир имеет возможность поддерживать свои жизненные силы при помощи людской крови. Умирая, гость темноты не рассыпается подобно горсти пепла. Состояние его организма подобно организму человека в первую секунду смерти, когда кровь ещё не успела застыть в венах, а живое тепло не покинуло плоть. Как может тело рассыпаться в прах в первый миг после смерти? При вскрытии убитого вампира не отличить от мертвеца-человека.
   Осиновый кол -- бесполезная палка, хоть про это дерево сложено немало легенд, рана от него зарастет за несколько мгновений.
   А вот серебро... Священный метал древних губителен для вампира, если пуля попадет прямо в сердце. Вампира можно убить кинжалом, если искусный мастер нанесет на клинок хотя бы тончайший слой серебра, с ювелирной точностью, дабы не затупить лезвие...
   Но особенно опасен огонь, вот что способно испепелить гостей темноты навсегда.
   Святая вода? Верно, вызывает сильное недомогание и отвращение, но не смертельна, также как и любая церковная символика. Сильный вампир сумеет даже зайти на храмовую службу, хотя испытает при этом острую боль во всём теле.
   Чеснок? Знаю, что многие люди, не будучи вампирами, не выносят чеснока...
   Зеркало! Ах, зеркало! Почему вампиры не отражаются в зеркале? Одни говорят, потому что зеркала из серебра. Какая глупость, тогда вампир отражался бы в ведре с водой. Другие, утверждают, что у вампиров нет души. Немыслимо, как же тело сумеет существовать без души? Как без души вампир может осознавать себя? Душа -- наша память, олицетворение личности, двойник тела... Третьи говорят, что вампиры не существуют в нашем мире, поскольку "не-живы", а также не существуют в загробном мире, поскольку "не-мертвы". А зеркало не может отразить то, чего нет. Всё с точностью до наоборот -- вампиры существуют одновременно в двух мирах, на грани!
   Дело в том, что, обретя силу вампира, человек находится между жизнью и смертью, в том состоянии, в котором и пребывает его тело -- первый миг смерти, как я уже упоминал. Известно, что зеркало может становиться окном в другой мир. Медиум, заглядывая в иную реальность через зеркало, видит не своё отражение, в стекле мелькает видение или пустота... Сила вампиров настолько велика, что зеркальная поверхность становится для них не отражением тела, а открытым окном... Естественные для людей законы природы нарушены... При желании вампир может шагнуть в зазеркалье на виду у изумлённой публики...
   После укуса вампира любой человек станет уму подобен? Ещё больший вздор полагать, что эта мистическая сила передается подобно венерической болезни! Чтобы обрести силу вампира надобно немало лет прослужить в учениках и доказать не только свою преданность избранному клану, но и свою значимость. Ни один клан не примет в свои ряды никчемного неудачника. Слишком сложный обряд, требующий определенных знаний и отнимающий много сил.
   Раз в сотню лет меняется старейшина клана. Его место занимает тот, кто за это время сумел сослужить наилучшую службу. Все наши подвиги заранее записываются и потом пересчитываются с учетом их важности. Безоговорочно старейшиной становится тот, кто сумел раздобыть мистическую реликвию...
   Размышления преследовали меня весь концерт, который начался сразу же после бестолковой пьесы. Следует отдать должное, игра музыкантов оказалась куда более приятной.
   После вечера хозяйка дома Джил Роулэм, давняя знакомая, позвала меня спуститься в парк, уже окутанный вечерним сумраком.
   Милашка Джил замужем за человеком. Поначалу новость о такой свадьбе вызвала у меня недоумение, но, встретившись с сэром Роулэмом лично, я невольно проникся уважением к выбору моей дорогой подруги. В нем чувствовалась внутренняя сила, столь редкая для большинства людей. Рядом с ним Джил выглядела, как сейчас говорят, "настоящей леди", наслаждаясь новой ролью.
   Опустившись на скамью, Джил сняла перчатки, дабы дать отдых тонким пальцам. Леди Роулэм постоянно носила перчатки и пудрилась не для того, чтобы скрыть возраст, а дабы скрыть молодость...
   -- Что скажешь, брат Чезаре? -- весело поинтересовалась она.
   Подруга представила меня своему мужу как сводного брата, дабы избежать ненужных пересудов.
   -- Письма получены, -- ответил я кратко, протягивая конверт, невольно любуясь личиком Джил.
   Воспоминание нахлынули сами собой. Как мы веселились, когда служили в паре по поручениям клана. Невозможно было не влюбился в шаловливую кокетку Джил. Наши отношения сразу же получили широкую огласку. Начальство решило, что влюбленность помешает службе, и каждый отправился по иным делам в разные страны...
   Мои размышления стали столь явны для Джил, и она улыбнулась той самой очаровательной улыбкой, которую я так любил.
   -- Завтра вечером тебя ждет корабль до Неаполя, -- произнесла она, -- о дальнейших действиях сообщит капитан, -- Джил взяла паузу и произнесла, -- будь осторожен, Чезаре...
   В голосе чувствовалось искренне беспокойство. Ну что ж, опасность может оказаться весьма интересной.
   -- Всё тот же безумец! -- добродушно рассмеялась Джил, проведя рукою по моим волосам как в старые добрые времена.
   Увы, риск не вызывает у меня прежних волнений, всё давно стало слишком привычным, только поиск новых знаний позволяет смириться со скучным земным существованием. Как парадоксально -- земное бессмертие быстро надоедает, как однообразная длинная книга...
  

* * *

   Устроившись в одном из наиболее сносных припортовых трактиров, я решил скоротать время перед отправкой судна. Вдруг неожиданно почувствовалось пристальное внимание одного из присутствующих. Кто-то наблюдал за мною, однако, шпион оказался слабее меня, поэтому ощутить его слежку оказалось легко. Интересно, чем я так "приглянулся" его хозяину? Не могут простить несколько десятков убийств? Какая мелочность!
   Расплатившись с трактирщиком, я вышел на улицу, вдохнув прохладный солёный морской воздух. Не оглядываясь, вновь почуял внимание своего преследователя. Надо отдать должное, он двигался бесшумно, но подобных умений мало, чтобы остаться незамеченным для меня. Остановившись на краю одного из пирсов, засмотрелся на туманный горизонт, чётко ощущая каждое движение своего противника. Он замахнулся кинжалом, но я опередил намерения врага, неожиданно повернувшись, перехватил его руку, пристально глядя в глаза врага. Отнюдь не физическая сила не позволяла противнику вырваться, именно мой взор сковал его движение.
   -- Зачем тебя послали? -- спросил я бесстрастно, будто интересуясь, который час.
   -- Занять твоё место! -- повинуясь, ответил враг.

Лондонский порт ночью
Рис. Дж. Гримшоу

   Соображаю быстро... Попытка убить меня обычным кинжалом -- значит, враги не догадываются о нашей сущности, хоть и охотятся за реликвиями клана. Нет, наш орден не прячется от людей, это недостойно сверхсуществ. Впрочем, последние годы люди сами стараются не верить в наше существования, слишком силён страх перед неизведанным. Они подобны маленькому ребенку, спрятавшемуся с головой под одеяло от ночных теней в комнате. Нынче, даже скрывающиеся от людей кланы, могут не бояться разоблачения, люди сами придумают материалистические объяснения любому событию.
   Если раньше на балу при виде меня гости испуганно шептались, что весьма забавляло, то теперь одаривают глупыми комплиментами. Так и пославшие за мною шпиона совершенно напрасно пытались не поверить очевидному, за что остались обречены на неудачу. Хотя прислали одного из лучших.
   Я отпустил руку врага и молча отправился вдоль пирса. Далее произошло то, что следовало ожидать. Нож, оставленный в руке противника, полетел мне вслед. Я хладнокровно сделал шаг в сторону, не люблю, когда острые предметы застревают в спине. Кинжал с всплеском упал в воду. Обернувшись, долго глядел в побледневшее лицо врага.
   -- Удар в спину, -- укоризненно произнёс я, -- выходит, напрасно дал тебе шанс на спасение...
   Медленными шагами я направлялся навстречу противнику, испуганно засеменившему назад. Наконец, оказавшись на самом краю пирса, он оступился и скрылся за холодными тёмными водами. Он даже не пытался выбраться из воды, хотя, знаю, был искусным пловцом.
   Приближалось время отправления судна, пришлось поторопиться.
   Капитан, наш проверенный человек, радостно приветствовал меня.
   -- Путешествие обещает быть интересным для вас! -- воскликнул он.
   -- Интересным? -- иронично переспросил я. -- На вашем судне можно не ожидать внезапного нападения, поэтому стоит приготовиться к наискучнейшему времяпровождению...
   Капитан молча указал на девушку, одиноко прогуливающуюся по палубе. Чем вызвал у меня приступ смеха.
   -- Она именно такого склада характера, что привлекает вас: мила, приветлива и сердце её просто, -- продолжал капитан, не замечая моей насмешки. -- Путешествует со своею тёткою, злою как собака, которая только и ждёт как бы поскорее повыгоднее пристроить воспитанницу...
   -- Мой друг, простота приедается также легко, как и кокетство...
   В этот момент поднявшийся ветер сорвал шляпку сеньориты. Она подняла руки, дабы поймать за ленту... Луч вечернего солнца скользнул на миг из-за тучи, и я заметил, как на запястье девицы что-то блеснуло... Неужели? Не может быть!
   Оставив капитана, я спешно подошёл к сеньорите, наплевав на правила приличия. Представившись, тут же воспользовался поводом поцеловать её руку... Душа наполнилась ликованием! Да! Не ошибся! В дешёвом браслете светился именно этот камень... Знал ли глупый ювелир, что создал?
   Через мгновение я перевёл взор на обладательницу желанного предмета.
   -- Дарья, -- произнесла она с милой улыбкой.
   Действительно, очаровательное создание, добрые широко-распахнутые глаза, от сеньориты будто исходило светлое сияние. Однако в новой знакомой я ощутил не только нежность, но и жёсткость. Она будто легко раскусила, кто перед нею.
   -- Надеюсь, наше совместное путешествие будет приятным! -- по-детски непосредственно произнесла Дарья.
   -- Не сомневаюсь, сеньорита, -- ответил я.
   Да уж... Нетрудно понять, с этой девочкой поладить не так просто, как кажется...
  

* * *

   Неаполь, 18** год
  
   Нужно заполучить египетский камень. Дарья должна сама подарить мне его, иначе предмет утратит свои свойства... Драгоценность из скипетра верховного жреца Египта, визира фараона. Эта вещь хранит тайны, о ключе к которым можно было только мечтать... я видел его лишь однажды... И теперь уж точно не упущу... Артефакт откроет новые сокровенные пути, которые помогут мне надолго распрощаться со скукой!
   Однако никак не могу понять, что на уме у девчонки, что скрывают чистота и простосердечие...

Дарья. Утро в Неаполе
Рис. Daniel F. Gerhartzу

   Ужасно надоедает некий господин Драгомиров. Дальний родственник моей милой Дарьи, так называемый друг детства, пропади он пропадом! Вечно родственники-друзья-детства сваливаются на нашу усталую голову! Нет, Дарья не обратит внимания на подобное ничтожество... Драгомиров противник любых развлечений, но скорее не из-за убеждений, а от природной лени... Хоть весёлая юная родственница никак не подходит для его пуританских взглядов, он постоянно преследует её, при всяком удобном случае говоря обо мне нелицеприятные вещи... По счастью тётка не слушает его слов, размышляя кто из нас окажется более выгодным женихом...
   Люблю наблюдать на рассвете, когда сеньорита выходит на балкон в лёгком утреннем платье.
   К своему удивлению, я очень привязался к Дарье, её непосредственность и нежность очаровывают, дарят чувства давно забытой лёгкости. Иногда, вдали от посторонних глаз она прижмётся ко мне по-детски...
  

* * *

   Помню наш с Дарьей вчерашний вечер. Тётка уехала по делам в Венецию, оставив племянницу одну, явно не задумываясь о её возможной компании. А я позаботился, чтобы Драгомиров всю ночь оставался занят карточной игрой, ему удивительно везло, что даже будучи противником карт, он не сумел оторваться.
   Хозяин дома, где остановилась Дарья, устроил великолепный бал маскарад. Моя прелестница выглядела очаровательно в античном одеянии из тонкого шёлка, которое на ней смотрелось столь невинно.
   После бала отправились к морю прогуляться. Увлекшись беседой, не заметили, как забрели далеко, и вокруг -- никого. Ночь выдалась тёплой, мягкий лунный свет играл на легких волнах. Невольно я сам проникся романтическим настроением. Тонкая ткань туники оказалась слабой защитой, девушка не оттолкнула меня, доверившись, под всплеск морских вод подарила свою нежность... На время я позабыл о холодном блеске древнего камня...
   Дарья не хотела возвращаться... Я снимал небольшой домик неподалёку и решился... Она крепко прижималась ко мне весь путь, но взор оставался опущен. Интересно, знает ли Дарья о силе камня в браслете?
   Мы снова были вместе... опять её нежность...
   Потом, укутавшись в мой халат, сеньорита подошла к окну, долго смотрела вдаль, облокотившись на низкий подоконник. Неподалеку донёсся шорох, незаметный для других, но явный для меня... Да, девочка оказалась не проста... Рука Дарьи потянулась к пистолету, который оставил на подоконнике её приятель.
   Она не успела... Я схватил красавицу за руки. Мои движения были достаточно осторожны, чтобы не причинить барышне боли, и не оставить синяков на шёлковой коже. Однако эти прикосновения не дали Дарье даже пошевелиться.
   -- Потрудитесь объяснить, -- попросил я, указав взглядом на предмет, лежащий на подоконнике. -- Ваши друзья принесли вам подарок для меня?
   Подельник барышни давно оставил мой дом далеко позади. Помощи прелестнице ждать не приходилось.
   В эти мгновения мой взор был страшен, однако сеньорита сохранила спокойствие.
   -- Мне не хочется умирать, -- произнесла она тоном, будто речь шла о сахаре в чае.
   -- Не придётся, -- я выпустил Дарью из "объятий". -- Не ожидал, что ваши предпочли иные методы борьбы с нами. Для вас добрачная связь с мужчиной -- означает вечные муки Ада, -- знаю, ирония прозвучала жестоко, невольно мне самому стало совестно.
   Вопреки ожиданиям, сеньорита не возмутилась и даже не смутилась.

Чезаре и Дарья после маскарада
Художника не знаю

   -- Будем честны! Не стоит разыгрывать обиду! -- её голос звучал бесстрастно, -- вам нужен этот браслет, не так ли? Вы видели меня насквозь с самого первого мгновения...
   Дарья не ошиблась. Мы подобно двум шулерам за одним карточным столом пытались переиграть друг друга, и прекрасно это понимали. Хотя в момент близости были искренни...
   Устало вздохнув, она сняла браслет и протянула мне.
   -- Возьмите, -- сказала она голосом, не выражавшим никаких чувств. -- Мне эта вещь не пригодится. Она куплена за гроши, так что не беспокойтесь, что разорили меня... Никто не догадывался о ценности заинтересовавшего вас камня...
   -- Зачем вы дарите мне такой подарок? -- впервые за долгие годы пришлось испытать настоящее удивление.
   -- Хочу оставить о себе приятное впечатление, -- голос Дарьи вновь зазвучал по-детски.
   Странное создание! Что вы опять задумали?
   -- Вас накажут? -- я тоже искренне беспокоился за неё.
   Она покачала головою. Видно, хотела сказать "у нас не наказывают, мы не такие как вы", но сдержалась, боясь меня задеть. Весьма трогательная забота о чувствах врага!
   За окном доносились крики, замелькали факелы. Верно, приближались благородные спасители.
   -- Думаю, вам пора, -- произнесла Дарья, сдерживая волнение.
   На прощанье я окинул её фигурку, закутанную в халат. Понимая, что за ночное похождение сеньориту не похвалят, с трудом унял беспокойство. Потом представилось, как разозлиться Драгомиров, найдя объект своего внимание в столь недвусмысленном виде, от чего захотелось расхохотаться. Однако мне сделалось не до смеха, когда барышня ласково прижалась ко мне на прощание.
  

* * *

   Неаполь я покидал с непреодолимым чувством сожаления. Остановившись, ещё долго взирал на город, над которым начал заниматься рассвет. Не уходила досада, что болван Драгомиров, ворвавшийся в моё временное пристанище в сопровождении городской стражи, решит, будто спас Дарью. Обругав людское самомнение, я достал из кармана дорогой подарок. Камень, сиявший на моей ладони, заставил позабыть о неудачном приключении. Вспомнились далекие времена Египта, когда я был посвящён в тайны путей Ам-Дуата*...
   Знал бы мой давний знакомый жрец Маат**, что в мои руки попадёт его драгоценность...
  
   ________________________
   *Ам-Дуат -- тёмная часть загробного мира согласно древнеегипетской традиции, являющаяся также олицетворением Хаоса, нарушения закона миропорядка.
   ** Маат -- олицетворение равновесия, гармонии, миропорядка древних египтян, изображалась в образе женщины с крыльями и пером в волосах
  
  
   Равновесие, как мне наскучили их постоянные рассуждения о равновесии... Однако в наш век безумств я невольно загрустил о былых временах древних, когда миром правила мудрость...
  
   Из журнала Александры
  
   Я с раздражением отложила записи Чезаре. Времена Египта! Вот сочинитель! Неужто он утверждает, что ему несколько тысяч лет от роду! Хотя, может, речь идет не о древности... Наверно, Чезаре побывал в Египте наших дней и многое узнал... Из-за прескверного знания латыни можно легко ошибиться... Ам-Дуат... Странно, что я знаю значение слова, которое ни разу не слышала!
   А Дарья... Выходит, они продолжают морочить друг другу голову... А моё воображение уже нарисовало романтические картины любви, тьфу! Поэтому пыталась предупредить Чезаре, будто Дарья его использует... Он сам всё знает наперёд меня! Представляю, как старейшина посмеялся над моей глупостью.
   Ещё и зеркала. Какое красивое объяснение для зеркал наш нашёл гость темноты! Вампиры -- сверхсущества, находящиеся между жизнью и смертью, открывающие окна в мир мёртвых! Вот уж в фантазии не откажешь! Хотя... мистические чувства брали верх над обидой -- а ведь всякое возможно... В любом случае, кем бы ни был Чезаре, он не просто человек...

Я наложил печать мою

  
   Третий день следствия
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   Оставив дневник Константину, я отправилась на прогулку, в которой мне любезно составил компанию князь Долгоруков. И снова этот взгляд, прожигающий насквозь, но совсем другой, какой-то испытующий, желающий проникнуть в мои мысли...
   -- Чезаре заполучил египетский камень? -- наконец, произнёс он жёстко.
   Вопрос звучал, как утверждение. Впервые офицер говорил так со мною.


Рис. Каспар Давид Фридрих

   -- Да, -- прозвучал краткий ответ.
   -- Разумеется, я не предам это огласке в интересах следствия, -- спешно добавил Долгоруков, его голос вновь вернул былое добродушие.
   Я смотрела в лицо князя, в эти минуты казавшееся каким-то другим. Вновь проявилась сила Огненного Властелина, почитавшегося в древние времена Египта повелителем пустыни. Откуда я это знаю? Выходит, моего друга заинтересовала реликвия далекой эпохи...
   Мы спешились у водопада, рассвет только начал серебрить окрестности.
   -- Вы меня ждёте, князь? -- прозвучал голос.
   Будто из неоткуда к нам вышел Чезаре.
   -- Надеюсь, мой друг, вы не откажетесь присутствовать на моих переговорах, -- тон звучал любезно, но несколько зловеще.
   Ладонь Долгорукова легла на эфес сабли.
   -- Знаю, вас весьма заинтересовал египетский камень, -- Чезаре говорил насмешливо.
   Однако в его глазах я уловила напряжение, характерное для воина, встретившего достойного противника.
   Старейшина перевёл взор на меня.
   -- Женская душа, -- в ровном голосе не было укора, -- обязательно надо с кем-то поделиться...
   Он говорил будто об общеизвестном факте, как "трава зелёная", "небо синее", совершенно не желая меня задеть.
   Значит, Чезаре знает, что его записи попали ко мне. Похоже, его это не беспокоит... Впрочем, в них нет секретов клана...
   -- Уверяю вас, что ошибаетесь, -- возразил князь, -- мадемуазель ничего не говорила мне...
   Старейшина подарил мне взор полный уважения.
   -- Неужто вы столь догадливы? -- обратился он к офицеру.
   -- Совершенно верно, Семерхет*, -- произнёс Долгоруков с улыбкой, -- внимательный друг.
   Гость темноты отпрянул, но на его лице не читалось страха, только удивление. Да, князь назвал забытое египетское имя старейшины.
   -- Ждёте от меня подарка? -- старейшина явно не намеревался делится.
   -- Да, древняя реликвия не послушает нового владельца, если украдена, но дело обстоит иначе, если предыдущий хозяин убит, -- заметил князь.
   Его голос звучал также бесстрастно.
  
   _________________
   * Семерхет - один из вариантов перевода имени с древнеегипетского "внимательный друг".
  
  
   Несколько мгновений Чезаре и Долгоруков молча смотрели в глаза друг другу.
   -- Спешу заметить, -- первым нарушил молчание старейшина, -- вы имеете такое же право владеть артефактом жреца, как и я... Заполучив камень, вы станете узурпатором... Наследник Сета*... Понимаю, вы привыкли забирать желаемое, убив предыдущего владельца... Ведь именно так ваш Огненный Владыка заполучил трон своего брата...
  
   _____________________
   * Сет -- по египетским легендам один из первых правителей Египта, заполучил трону, убив брата Осириса. Потом был свергнут племянником Хором. После их долгой борьбы за трон, царство Египта было разделено на две части.
  
  
   Вопреки моему беспокойству князь оставался спокоен, безразлично слушая слова Чезаре.
   -- Этот камень давно не даёт вам покоя, не так ли? -- закончил старейшина. -- Ведь его из рук Маат заполучил Хор, а не Сет...
   -- Не спорю, этот предмет также не принадлежит мне по праву, -- ответил князь, -- однако ничто не помешает заполучить его...
   Легко предугадать, что они вступят схватку. Чезаре готов метнуть отравленный кинжал, а князь нанести удар саблей. Гость темноты говорил, что огонь опасен для их сущности, но старейшина достаточно силён, чтобы противостоять нападению наследника Сета.
   Однако Чезаре предпочёл саблю кинжалу. Их клинки скрестились, начался бой не ради убийства, а ради тщеславия -- желания показать своё превосходство и унизить поверженного противника. В этом сражении чувствовалось нечто неуловимое, не похожее на обычную дуэль.
   Подобные схватки рисовало моё воображение при чтении древних легенд. Только обычно воевали тьма и свет... А мне открылся иной бой... Никто из противников не преследовал благородных целей. Я знаю, Сету приходилось воевать с тьмой, но он никогда не изменял своей свободолюбивой сущности, оставаясь на грани двух враждующих сил. Его знания передались князю, и теперь Долгоруков стал рыцарем Сета. Но князь действует по своей воле, не по принуждению, упиваясь новыми открывающимися возможностями.
   Кто первым прекратит поединок? Тот, кто мудрее.
   Противники, будто услышав мои мысли, одновременно остановились, повернув ко мне напряжённые лица.
   -- Значит, вы согласны присутствовать на переговорах, -- вернулся старейшина к предыдущей теме беседы.
   -- Буду рад такой чести, полагаю, вы не зарежете меня из-за угла, -- голос Долгорукова прозвучал безразлично.
   Чезаре лишь насмешливо улыбнулся в ответ. Я чувствовала их внутреннее противостояние, при этом оставаясь совершенно спокойной за судьбу князя. Противники достаточно благоразумны, чтобы не поубивать друг друга, но чего может стоить их вражда окружающим... Столкновения двух армий иногда стирают города с лица земли ...
   Иронично поклонившись, Чезаре покинул нас.
   -- Неужто вы задались целью заполучить реликвию? -- прямо спросила я князя.
   Постепенно его лицо обрело прежнее обаяние и добродушие.
   -- Весьма заманчиво, -- ответил он, -- правда, мне мешает моя природная честность... обладай я хоть каплей подлости заполучить камень не составило бы труда... Впрочем, Сет тоже был честен, чтобы про него не говорили глупцы-гробокопатели...
   Да, Долгорукову свойственны благородные качества, которые не остались без внимания Чезаре, иначе бы он не пригласил своего противника на переговоры.
  

* * *

   В назначенное время мы я прибыла на переговоры кланов, Долгоруков уже расхаживал по прихожей апартаментов. Уловив его волнение, весьма удивилась, что могло его так обеспокоить, утром при встрече с Чезаре он держался более чем уверенно.
   Прочитав молитву, я вошла в комнату переговоров.
   Представители сторон уже сидели за столом друг против друга. Места свидетелей располагались во главе стола, между ними. Старейшиной враждебного клана оказался неприметный старик. Я не помнила, встречался ли он мне, он из тех незаметных людей, лица которых забываются мгновенно.
   -- Моё имя Лоренцо*, -- представился он.
   Его голос был тихий и мягкий, можно сказать, успокаивающий. Говорят, обладатели подобного голоса имеют способности гипнотизёра.
  
   _______________________
   * Лоренцо -- ассоциация Лоренцо Медичи. Государственный деятель Флоренции (Италия) эпохи возрождения, покровитель наук и искусств, основатель могущественной династии Медичи. Читать на тему: Лоренцо Медичи
  
  
   Лоренцо с изумлением взглянул на князя, явно не предполагал, о присутствии такого свидетеля.
   -- Вы наделали слишком много шума, -- обратился Лоренцо к Чезаре, -- выкупая реликвию клана, следовало действовать более осторожно, не привлекая внимания. А теперь поздно сожалеть о потере...
   Его тон звучал подобно нотации строгого учителя.
   -- Не в правилах нашего клана скрывать свою силу, -- ответил Чезаре, не тая свого недовольства от подобного обращения, -- это вы прячетесь как кроты! Затерялись среди слабых людей, впитав в себя их самые мерзкие качества.
   В мгновение спора, Чезаре, выглядящий гораздо моложе собеседника, казался старше его. Лицо Лоренцо уже не было старым, только глаза, в них была неуловимая усталость.
   -- Вы можете говорить про нас всё, что вам угодно, -- улыбнулся Лоренцо, -- но наш клан значительно превосходит вас по численности и богатству... И мы не тратим время на бесполезные убийства...
   -- Ваш клан трусливо скрывается от них, а мы предпочитаем сами преследовать врагов! -- гордо произнёс Чезаре. -- Мы привыкли встречать опасность лицом к лицу!
   -- Вы пригласили меня, чтобы похвалиться своим безрассудством? -- прервал Лоренцо вкрадчивым голосом.
   -- Да, будьте добры, вернитесь к теме переговоров! -- произнёс Долгоруков устало.
   Он давно осознал свою силу Огненного Властелина, и, как мне показалось, относился к гостям темноты как к противникам, с которыми заключено временное перемирие. Однако в его взоре читалось уважение, офицер не должен недооценивать врага.
   -- Вы прекрасно знаете, зачем я пригласил вас на переговоры! -- ответил Чезаре. -- Убит наш посол и украдена реликвия.
   -- Я предполагал, что наш клан не избежит ваших напрасных подозрений, -- ответил Лоренцо. -- Вы судите по себе... Не в наших правилах развязывать воины!
   -- Я знаю, что вы любите действовать путём лживой дипломатии. Вы не привыкли к честности и прямоте. Вашим словам нельзя верить, -- ответил Чезаре.
   -- Осмелюсь, предположить, что вы ищите повод для ссоры, -- улыбнулся Лоренцо. -- Вам нужна война...
   -- Если бы мы желали войны, мы бы действовали без создания причины, -- перебил Чезаре, -- это вы всегда ищите повод...
   Несмотря на жаркий спор, их голоса звучали спокойно, а лица были беспристрастны, ни единый жест не выдавал их истинных чувств. Мне стало любопытно, как легко даётся соперникам сохранять хладнокровие в столь напряжённой беседе, или это становится обычным качеством спустя пару сотен лет.
   Князь, скрестив руки на груди, пристально наблюдал за их лицами, будто пытаясь мысленно уловить несказанные фразы. Кажется, я начинала понимать, зачем Чезаре пригласил его, отринув неприязнь. Долгоруков честен, он не станет скрывать, если почувствует фальшь -- для этого и нужен беспристрастный сторонний наблюдатель, равный по силе гостям темноты. Нужен не только свидетель слов, но и свидетель мыслей.
   -- Как я понимаю, если родственник нашего свидетеля, -- он кивнул мне, -- не найдёт убийцу и не вернёт вам реликвию в срок, вы объявите нам войну?
   -- Верная догадка, вы очень умны, -- иронично произнёс Чезаре.
   -- А если виновен кто-то из корыстных людей? О реликвии знали все на Кислых Водах, благодаря вашей гордости, -- в тон ему ответил Лоренцо.
   -- Они тоже не укроются от нашего гнева. Под подозрение пострадает каждый, кто был в этой местности в ночь убийства! Мы не намерены тратить время на бесполезные поиски! Поскольку ваш клан под большим подозрением, на вас мы обрушим самую суровую кару.
   -- Как я понимаю, полем битвы станут Кислые Воды? -- спросил Долгоруков.
   -- Совершенно верно...
   -- Удивительно, мир между нашими кланами в руках человека, -- задумчиво произнёс Лоренцо.
   -- Не только... -- произнёс Чезаре, взглянув на меня.
   Я перевела взор на князя, ожидая, что он выскажется против намерений старейшины, но Долгоруков задумчиво молчал. Понимая, что один не сумеет противостоять армии клана, а хвалиться понапрасну истинный офицер не приучен.
   Мне подумалось, что Чезаре пригласил меня как свидетеля, чтобы я рассказала Константину об их беседе с Лоренцо, дабы он знал насколько ужасающи могут быть последствия опоздания разгадки. Или эта встреча относилась ко мне? Неужели мои видения снова помогут Константину при следствии?
   Как и следовало предположить, переговоры закончились ничем. Чезаре удалился, попросив князя уделить ему время для личной беседы. Вновь чувствовалось их незримое противостояние, но старейшина ставил интересы клана превыше личной неприязни.
   Оставшись наедине с Лоренцо, я спросила его.
   -- Что толкает людей избрать ваш путь?
   Он произвёл на меня впечатление человека мудрого, который может дать более верный ответ на вопрос, и я не боялась получить в ответ насмешку как от Чезаре.
   -- У каждого свои причины, -- ответил он с печальной улыбкой, -- меня на этот шаг подвигла жажда знаний. Мне казалось заманчивым ведать о том, что сокрыто от других... Я тогда не полагал, насколько труден выбранный мной путь...
   Вошёл Джованни, чтобы проводить нас. Поэтому многие мои вопросы остались без ответа. Возможно, к лучшему.
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Весьма удивило письмо от господина Максимильена, советника Чезаре. Новый знакомый учтиво, но настойчиво просил меня приехать к нему.
   Как я и предполагал, советник оказался чрезмерным педантом. Встретив по пути Нину Реброву, я узнал, что постоялец велел многое переставить и заменить в своих комнатах. А увиденные пылинки на комоде доставили ему немало огорчений, хоть он и не выказал никакого возмущения, но своим молчанием дал понять, что подобная небрежность ему неприятна.
   Дверь нумера мне открыла изящная темноволосая барышня с огромными чёрными глазами. Её глубокий осмысленный взор явно указывал, что предо мной не сельская горничная.
   -- К тебе пришли, Максимильен, -- произнесла она вопросительно, сомневаясь, нужен ли мой визит господину советнику.
   Меня немного коробило от их революционного "ты", обычно к такой манере обращения я привык только у горцев.
   -- Да, Элеонор, пусть войдёт, -- ответил Максимильен.
   Девушка, неловко улыбнувшись, впустила меня.

Советник Максимильен
Рис. Л. Мелинг

   Невозможно было не заметить множество портретов постояльца в стиле "век восемнадцатый", украшавших комнату.
   -- Труды Элеонор, -- кратко пояснил он, не уточная, что он подразумевает под словом "труды", барышня сама написала эти портреты или просто соизволила украсить ими комнату, а советник, не желая обидеть подругу, не стал возражать.
   Максимильен ещё не закончил утренние сборы. Синий пиджак висел на вешалке. Элеонор, как оказалось, выполняла также роль лакея. Она помогла ему закончить одеться, тщательно поправила манжеты и высокий галстук, закрывавший шею Максимильена. Потом, полюбовавшись на дело рук своих, встала за креслом старейшины, бросив на меня испытующий взгляд.
   Думаю, водяное общество не оставит без внимания факт, что с господином вместо лакея путешествует молодая дама.
   Элионор... Кажется, так звали невесту... ладно, не стоит даже и думать об этом, иначе наши гости сведут меня с ума...
   Я обратил внимание на письменный стол, на котором аккуратно лежали исписанные листки бумаг. Советник серьёзно относится к своей службе... Да... такого порядка в бумагах у меня никогда не бывало.
   Максимильен явно ждал, что визитёр заговорит первым, и не скрыл изумления, когда я взял паузу, дабы показать, что разгадал его приём.
   -- Весьма благодарен, что уделил мне время, -- наконец, произнёс я согласно его республиканской традиции.
   На тонких бледных губах советника мелькнула улыбка.
   -- Хочу вам сказать, что знаю имя убийцы, -- произнёс он.
   Заявление оказалось весьма неожиданным. Однако я не был склонен доверять фразам вроде "мне всё известно". Максимильен уловил моё недоверие.
   -- Вполне понятно, что ты не веришь мне, -- произнёс он, -- однако поспешу заметить, что мои слова вызваны не желанием показать своё превосходство как сыщика... Нет-нет, мой друг, всё совершенно иначе, я даже не забивал себе голову размышлениями...
   Немного промолчав, советник продолжил.
   -- Ко мне явился некто, который сказал, что знает имя убийцы и попросил награду... Глупец! Я прочёл его мысли за мгновение...
   Вновь уловив моё недоверие о "чтении мыслей", собеседник улыбнулся.
   -- Несчастный обречён, -- добавил он, -- увы, я не могу назвать тебе имя моего визитёра... Поскольку поклялся, а закон клана запрещает нарушать данное слово...
   Понятно, наш гость решил затеять со мною свою игру. Любопытно, какая ставка за открытие имени убийцы. Надеюсь, в этом вопросе наш друг обещаний не давал.
   -- Ты легко догадаешься, что может меня заинтересовать, -- будто в ответ на мои размышления произнёс Максимильен. -- Учитывая моё прошлое...
   Он взял паузу, пристально глядя мне в глаза.
   -- Понимаю, ты придерживаешься иных взглядов... -- добавил советник.
   Не хотелось даже думать, что понадобиться этому человеку...
   -- Интересно, что скажет старейшина Чезаре, узнав о вашей игре? -- спросил я прямо. -- Вам известно имя преступника и местонахождение реликвии...
   -- Нет-нет, -- поспешно произнёс советник, -- о местонахождении реликвии мне неизвестно... А он нашем разговоре Чезаре не узнает, да, он силён, но я подольше его нахожусь в этом клане и прекрасно скрываю свои мысли и слова... Спешу заметить, мне не в чем себя упрекнуть, поскольку мои действия не предают интересы клана, ведь старейшина освободил меня от трудов в поиске убийцы, передав вам эту задачу. Значит, я, даже если и узнаю имя убийцы наперёд вас, могу промолчать...
   -- Насколько я понимаю Чезаре не любит подобных трактовок, -- перебил я речь в стиле провинциального адвоката, -- он прямолинеен. Однако, если вы в чине советника столько лет, значит, весьма полезны, несмотря на некоторые склонности... Да, вы умны, а Чезаре ценит ум...
   На сей раз я отчётливо сделал ударение на слове "вы".
   -- Не удивлюсь, если Чезаре знает о вашей игре, но молчит... Почему? Может, вам виднее?
   Максимильен не ожидал подобного нахальства.
   Нет, советник слишком осторожен, чтобы начать столь опасную игру за спиной старейшины. Вероятнее всего, Максимильен исполняет волю Чезаре. Но на кой чёрт им это нужно?
   Уходя, я уловил во взгляде советника явное уважение. Неужто моя догадка верна? А вдруг... Но что-то не сходится...
  

* * *

   Далее ждал вечер у Ребровых, на котором присутствовали наши уважаемые гости темноты.
   К моему удивлению, госпожа Холодева живо беседовала с Лоренцо, причём их непринужденность явно выдавало давнее знакомство. Пришлось приготовиться к грядущим сюрпризам, которые не заставили себя долго ждать.
   Когда в зал вошёл Чезаре, сеньор Лоренцо первым поприветствовал его, представив свою собеседницу.
   -- Мой советник, -- с улыбкой произнёс он. -- И, возможно, скорый преемник... Впрочем, простите, я запамятовал, что вы уже знакомы...
   Признаюсь, не ожидал подобного поворота. Выходит, её интерес к покойному Марио был вызван отнюдь не сердечной склонностью.
   Холодева одарила Чезаре гордым взором. Похоже, дама относится к Чезаре не столь безразлично, как хотела показать. Она явно пыталась соперничать с ним. Я не сумел сразу понять, что подвигло красавицу на такой шаг.
   -- Спешу выразить свою искреннюю радость вашим успехам, -- Чезаре поклонился, его тон прозвучал подобно комплименту, что задело Холодеву.

Г-жа Холодева
Рис. Richard Johnson

   Она умело сдержала чувства, одарив Чезаре самой очаровательной улыбкой, на которую оказалась способна, но сыщика нелегко обмануть. Впрочем, как и Чезаре.
   Я не слышал их дальнейшего разговора, но, судя по лицам и жестам, их шпаги скрестились. Началась светская игра обменом тонкими ироническими замечаниями с умилительной улыбкой на устах.
   На их беседу молча взирала госпожа Драгомирова, просто смотрела, без всяческого выражения чувств.
   -- Холодева претендовала на статус старейшины, -- пояснил мне Лоренцо, -- впрочем они давно соперничали с Чезаре по различным талантам от мистических исканий до умения убивать... Но он оказался проворнее... Холодева в знак возмущения оставила их клан, а я не мог упустить случая обзавестись столь ценным советником...
   -- Как погляжу, вы довольные трудами сеньоры, -- заметил я.
   -- Сеньориты, -- шёпотом поправил Лоренцо, -- да, весьма доволен... Она полностью отдана нашему делу...
   Склонив голову на бок, он продолжил наблюдать за дуэлью Холодевой и Чезаре, которых уже окружили скучающие курортники, с горящими глазами наслаждаясь разыгравшимся спектаклем.
   Не знаю, чем завершился разговор, но Холодева с надменно поднятым подбородком повернулась к Чезаре спиной и направилась к выходу, по пути как бы ненароком толкнув локтем Драгомирову, за что даже не извинилась. Лоренцо галантно протянул руку своему очаровательному советнику, предлагая покинуть ресторацию вместе. Однако дама решила остаться...
   -- Они так и не научились уважать женщин, -- услышал я, как она жаловалась Лоренцо.
   Любопытно... никогда не слышал от Чезаре неуважительных высказываний о женщинах. Напротив, он заслужил репутацию весьма любезного кавалера.
   Надеюсь, когда Холодева станет главою клана, враждебного Чезаре, они будут уже далеко от нашей местности, иначе беды не миновать.
   -- Сеньорита Холодева давно пытается доказать свое превосходство перед Чезаре, -- пояснил мне доктор Майер, видя моё замешательство.
   -- Зачем? -- задумался я.
   -- Никогда не понимал женщин! -- развёл доктор руками.
   -- Холодева уверена, то упустила статус старейшины лишь потому, что она женщина, -- пояснила нам Ольга усталым тоном. -- Хотя... я бы сказала наоборот: она получит статус старейшины именно благодаря тому, что женщина... Вы видели, как Холодева гуляет со старейшиной под руку? Кто из мужчин клана получил такую честь? -- иронично добавила она.
   Моя супруга умеет сделать точные замечания.
   Однако Холодева, находясь далеко от нас, услышала эти слова и, обернувшись, одарила Ольгу таким взором, что та отпрянула от испуга.
   -- Прекрасно, -- вздохнула Ольга, -- теперь я её враг... Ох, женщины такого склада никогда не простят тех, кто осмелился приписать их успехи женским ухищрениям... Нет, не беспокойся, -- спешно добавила она, -- она достаточно умна, чтобы не причинить мне вреда, а к светской неприязни мне не привыкать...
   Сдается мне, что соперничество Холодевой и Чезаре началось гораздо раньше их битвы за статус старейшины... А ведь он ни разу не упомянул соперницу в своём дневнике.
   Задумавшись, я произнес:
   -- Даме можно только посочувствовать, -- фраза оказалась неожиданной для собеседников.
   Они вопросительно смотрели на меня.
   -- Бедняжка совсем утратила радость жизни в странной бесполезной битве, -- пояснил я, -- не думаю, что таланты Холодевой не оценили, но она даже не может понять, насколько её ценят и восхищаются...
   -- Совершенно верно, -- добавил проходящий мимо Чезаре, -- мне искренне жаль Виолу, так её звали в нашем клане... Разумеется, я не желал обидеть даму, право, я только оборонялся от её колкостей...
   В голосе не прозвучало иронии, он говорил искренне. Даже с некоторой симпатией.
  
  

Глава 6

Манил и звал он... но -- куда?..

  
   Четвёртый день следствия
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   ...На сей раз я снова заблудилась. Не знаю, как оказалась в незнакомом месте. Моя лошадь вдруг испугано попятилась, не желая следовать вперёд. Пришлось спешиться и идти дальше самой, поскольку не могла вернуться -- непреодолимая сила звала меня двигаться дальше.
   Предо мною вдруг возник чёрный волк. Удивительно, но встреча не испугала меня... Зверь пристально смотрел в глаза. Так странно, насколько известно из рассказов охотников, дикие твари не могут выдержать взгляда человека... Но у этого волка взгляд оказался необычно пронзительным... Странное чувство, будто человек превратился в волка, вернее, не человек, а некто...
   Множество раз доводилось слышать байки, которые Ольга приносила от дворни, будто бы волком-оборотнем может стать каждый, кто отыщет нужный колдовской нож. Надобно воткнуть кинжал в пенёк и перекувыркнуться через него. Потом, чтобы стать человеком, нужно перекувыркнуться снова. Всегда с ужасом думала, что если кто-то из путников вынет нож из пня, то несчастный не сможет вернуть себе свой облик и навсегда останется волком...
   Однажды на ночь Ольга рассказала мне другую деревенскую историю, будто волки-оборотни, это души колдунов, умерших без покаяния, которые вынуждены целую вечность скитаться по земле, пребывая в облике чёрного волка. Их человеческое обличие не менее страшно: желтоватое морщинистое старческое лицо и горящие красные глаза. Поскольку я была ребёнком впечатлительным, то потом всю ночь мне чудились тени оборотней, скользящие по стенам. Стоило зажмуриться, как пред внутреннем взором появлялись горящие красные глаза. Рассказать сестре о кошмарах я не решилась, иначе бы она перестала рассказывать мне интересные пугающие истории.
   Не знаю почему, но при встрече с этим волком сразу же возникла уверенность, что предо мной не оборотень и не призрак, а кто-то иной. Глаза его были не красные, а чёрные как смоль, без блеска, похожие на бездну.
   Я послушно последовала за зверем.

Рис. Каспар Давид Фридрих
   Вокруг царила пугающая тишина, ни шороха, ни пения птиц...
   -- Властелин Волков, -- прошептала я, вспомнив слова князя Долгорукого.
   Услышав меня, волк остановился, обернувшись. Потом вдруг скрылся в скальной расщелине. Неужто вновь пещерные коридоры? Однако не сумела воспротивиться его воле...
   Невольно вспомнилась старая сказка про царевича и волка, ставшего ему другом и защитником. Юношу убили злые братья, разрубив тело на куски. Волк собрал эти части, сбрызнул мёртвой водой - тело убитого срослось, сбрызнул живой - царевич ожил.
   Появилось странное чувство, что я слышала другую подобную историю... Да, мне рассказывал князь Долгоруков, что точно так же Властелин Волков оживил правителя Египта, которого убил Сет и разрубил тело на куски... Верно, героем русской сказки стал Властелин Волков... Он может принимать и человеческий облик...
   Как его звали? Анпу*... Странное имя... Возможно моя фантазия, но откуда столь отчетливо...
  
   ______________________
   *Анпу (егип.) -- Анубис (греч.)
  
   Мой путь освещал тонкий луч, скользивший сквозь щель в скале. Волк исчез, я очнулась, и увидела, что стою на берегу подземной реки, привязанная лодка легко колышется от неспешного подземного течения.
   На моё плечо легла рука, и ласковый голос произнёс:
   -- Не бойся, я тебя жду...
   Не испытывая ни малейшего страха, я обернулась и увидела, что рядом никого нет.
   Не помню, как вернулась назад.
   -- Что произошло? -- напрасно пыталась понять. -- Властелин Волков ждёт меня...
   Чёрный Волк -- Проводник в загробный мир, так представляли его многие народы, таким он представал в Египте. Почему я вновь вспомнила о Египте? Неужто виною всему древний камень, который заполучил Чезаре?
   От размышлений меня отвлекла встреча с Ниной Ребровой, которая ехала в сопровождении двух вооружённых слуг и не преминула заметить, что одной ездить по дикой местности опасно. Однако не стала долго отчитывать за неосторожность, перейдя к светским новостям об неудачах дам, которых мы с нею не жаловали, впрочем, как и они нас.
   Затем Нина вспомнила чету Драгомировых.
   -- Опять, стоя на балконе, услышала их разговор из смежных комнат, -- сказала она, -- возможно, поможет следствию. Дарья сказала, "не надо скрывать, подвергнешь себя опасности", а муж как обычно проворчал "ты не можешь знать лучше меня"...
   Наблюдательность подруги поразительна.
   Не имея таланта сделать нужный вывод из услышанного, я понимала важность новости для Константина. Слова Нины позволили на время позабыть о таинственной встрече.
  
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Сегодня к утреннему кофе прибыл ученик Джованни, изъявивший желание передать три письма. Одно было адресовано мне, другое Ольге, третье Аликс. Более посыльный не стал занимать наше время и поспешил откланяться.
   -- Неужто не представилось возможности высказаться одним письмом! -- воскликнула Ольга, распечатывая конверт.
   -- Правила клана, -- предположил я.
   Супруга, трепетно относившаяся к любым традициям, понимающе закивала.
   Прочитав письмо, Ольга задумчиво поморщилась.
   -- Надеюсь, если ваш супруг и сестра соблаговолят принять моё предложение, вы не станете возражать, -- прочитала она основную фразу послания, -- разумеется, я не посмею настаивать на вашем согласии...
   Чувствуя нетерпение жены, я тоже вскрыл конверт, в котором нашёл приглашение на очередную встречу с господином Чезаре.
   -- Наверняка, он захочет увидеть Аликс, -- вздохнула она, повертев в тонких пальцах письмо, предназначенное сестре.
   Однако Ольга, уважая правила клана и этикет, сдержала любопытство, хотя обиженно заметила:
   -- Жаль, что наш друг Чезаре не знаком со светскими правилами, тогда бы он знал, что мужчине не пристало писать лично к незамужней барышне. Надобно все обращения к ней изложить в письме к старшей замужней сестре либо другим родственникам...
   Мне невольно стало смешно, вспомнив, как я в дни моих ухаживаний, совершенно позабыв о тонкостях общения, лично написал Ольге, чем вызвал, пусть добродушное, но ворчание её опекуна. Так что о письмах с пылкими признаниями пришлось сразу же позабыть... А вести тайную переписку для меня было бы слишком волнительно...
   Пришлось смириться, что нужно исписать две страницы для родственников возлюбленной, чтобы, наконец, в конце письма иметь возможность сказать "осмелюсь послать свой поклон м-ль К* и прошу соблаговолить передать ей, что..." и далее начать свой рассказ к барышне, тщательно выбирая слова, дабы не сойти бестактным в глазах родных будущей невесты.
   В ответ мне приходило наискучнейшее послание, единственной отрадной строчкой в котором было "милое дитя просит передать вам наилучшие пожелания".
   Ольга, напротив, обожала слать секретные записки, содержание которых заставляло надолго потерять самообладание, и моя физиономия сразу же вызывала хохот приятелей офицеров. Особенно если в письме речь шла о назначенном тайном свидании. Зная мою обычную невозмутимость, не стоило труда догадаться в причинах внезапного смятения и воскликнуть "Неужто Вербин получил весточку от своей милой Ольги!"
   Однако неопределённость грядущих новостей заставила позабыть о романтических воспоминаниях. Каковы намерения старейшины? Этот вопрос занял мой разум.
   Впрочем, когда младшая сестра вернулась с прогулки, мы смогли убедиться, что предположения подтвердились: Александру приглашали отправиться со мною к Старейшине...
   Скрепя сердце, супруга проводила нас на встречу к Чезаре, теряясь в догадках, что он решится нам предложить.
   По дороге у колодца встретился Томас, как оказалось, догадавшийся, что мы вновь держим путь навестить синьора Чезаре.
   -- Что бы он вам не предложил -- не соглашайтесь! -- произнёс он суровым тоном.
   -- Позвольте мне решать самому, -- отрезал я, поскольку не люблю, когда со мною говорят тоном строгого учителя, запрещающему школяру вертеться за партой.
   Томас, сообразив, что его излюбленные методы не имеют на меня соответствующего воздействия, несколько стушевался.
   -- Неужто вы до сих пор не понимаете, с кем имеете дело? -- на сей раз в его голосе прозвучало отчаяние.
   Он воздел руки к небу.
   -- Прекрасно понимаю, -- ответил я, -- мне надобно успешно завершить следствие, лишь эта беда сейчас волнует меня превыше всего...
   -- Но прошу вас, отнеситесь к словам Чезаре настороженно, -- наконец его устами заговорило благоразумие.
   -- Сейчас вы, пожалуй, правы, -- согласился я, -- осторожность не помешает...
   Сэр Томас улыбнулся, радуясь, будто сумел убедить меня пристрелить Чезаре.
   Он попытался заговорить с Аликс, но я спешно увлёк её за собою. Подходило время встречи, люблю приходить минута в минуту.
   Джованни встретил нас ещё на дорожке, ведущей к дому Реброва, и, одарив натянутой улыбкой вежливости, проводил в комнаты учителя. В гостиной мы застали князя Долгорукова.
   -- Синьор изволит предложить нам рискованное предприятие, -- произнёс офицер без иронии.
   -- И вам? -- удивилась Аликс. -- Вы же враги?
   -- Иногда и враги становятся союзниками, -- ответил князь, морщась, -- Чезаре вынуждает меня принять его предложение, дабы помочь вам... Я не сумею отказаться... Другое дело, если вы не согласитесь...
   Старейшина не заставил себя долго ждать. Его ничего не выражающий взор скользнул по нашим лицам.
   -- Чем обязаны вашему приглашению? -- захотелось поскорее перейти к делу.
   -- У меня к вам заманчивое предложение, -- произнёс Чезаре, -- вы получите исключительную возможность выиграть дополнительное время для следствия...
   Опыт давно научил, что подобное благодушие всегда требует щедрой оплаты.
   -- Чем буду обязан? -- пришлось немного перефразировать вопрос.
   -- Отправиться со мною в мир мёртвых, путь начинается с путешествия по подземным водам...
   Он взял паузу, видя моё недоумение.
   -- Неподалёку есть места, где пугающая тишина, куда лошади бояться приближаться, а человека охватывает беспокойство... -- пояснил он. -- Аликс недавно гуляла именно там...
   Неужели в наших краях находится дорога в мир мёртвых?
   -- Этих дверей множество, -- пояснил Чезаре будто в ответ на мои мысли.
   Я перевёл вопросительный взор на Долгорукова, который молча кивнул...
   -- Решение за вами, -- произнёс старейшина, -- всего лишь маленькое путешествие, и вы выиграете время... Тем самым спасете людей от моего гнева... У вас ведь осталось так мало времени до конца следствия, почти три дня... Или у вас есть идея?
   -- Какова цель нашего странствия? -- поинтересовался я.
   -- Об этом узнаете в пути! -- ответа ждать было бы напрасно.
   Выиграйте время! Эта фраза эхом звучала в моих мыслях. Да, нельзя рисковать жизнями других, нужно воспользоваться предоставленной возможностью... Но Аликс...
   -- Я должна пойти! -- пылко воскликнула она, умоляюще глядя мне в глаза. -- Так надо!
   Спорить с Аликс в подобной ситуации бесполезно.
   -- Значит, и я согласен, -- развёл князь руками.
   В ответ старейшина молча пожал руку каждому из нас в знак скрепления договора.
   -- Странно, что так просто, -- иронично произнёс Долгоруков, -- обычно вы любите подписывать документы кровью. Не так ли?
   -- Я доверяю вам, -- серьёзно без обид произнес старейшина, -- вы честны... Договор для людей, которым нельзя доверять, дабы потом не сумели отвертеться, -- на его лице мелькнула презрительная усмешка.
  

* * *

   После разговора с Чезаре меня ждала беседа с Драгомировым. Действительно, зануда, с которым неприятно иметь дело. Разумеется, такой типус не станет меня слушать. Судя по новостям от мадемуазель Ребровой, опять самоуверенный свидетель решился начать свою игру. Обычно расплата за самомнение бывает жестокой...
   Каково было моё изумление, смешанное с негодованием, когда лакей, исполняя волю господина, попытался захлопнуть дверь перед моим лицом. Однако я помешал его намерениям, поставив ногу в дверной проём. Мой суровый взгляд заставил незадачливого слугу отпрянуть.
   Драгомиров сидел в кресле, укутанный в тёплый халат, хотя на дворе стояла весьма приятная погода. Голову подобно восточному тюрбану украшала повязка компресса. Столик у комода был заставлен склянками с лекарствами. Как поделился со мною доктор Майер, мсьё обожает лечиться. Живое олицетворение мольеровского "мнимого больного". Драгомиров болен? Смешно! Говоря по простонародному, его и оглоблей не добить.
   -- Мне ничего не известно! -- произнёс Драгомиров, когда я только переступил порог комнаты.
   Он явно не намеревался скрывать своего недовольства и неприязни, считая ниже своего достоинства беседовать с сыскарём.
   Его милая супруга, скромно стоявшая у окна, виновато взглянула на меня, будто извиняясь за грубость мужа.
   -- Спешу заметить, я бы не стал откровенничать с приятелем подлеца Чезаре! -- закончил он.
   Удивительная наглость!
   -- А ежели вас арестуют за помехи следствию? -- я поинтересовался самым язвительным тоном. -- Граф Апраксин не любит, когда подозреваемые утаивают факты... Вас могут заподозрить в государственной измене!
   Мой голос прозвучал нарочито зловеще. Драгомиров вздрогнул. Хоть он и частенько ворчал на графа, упрекая в бездеятельности, но навлечь на себя гнев начальника тайного надзора на Водах не желал.
   -- Мне ничего не известно! -- повторил он, обиженно поджав губы.
   Я едва сдержался, чтобы не бросить:
   "В таком случае, пусть ваша супруга закажет траурный наряд!"
   По испугу в глазах госпожи Драгомировой мне почудилось, будто она угадала мои мысли. Выходит, жена серьёзно опасается за жизнь мужа. Или это только игра, и дама ждёт удачного момента, чтобы избавиться от своей тюрьмы...Рядом с таким человеком красавица не производит впечатления беззаботной и счастливой.
   Опыт сыщика подсказывал, что меня ждёт ещё один труп и недовольство Апраксина моими трудами, хоть Драгомиров ему и докучает своей ненавистью к былому ухажёру жены, за что получил прозвище "рогоносец".
   Впрочем, не удивлюсь, если Дарья почти каждый вечер назначает свидания "врагу" Чезаре, когда муж-зануда отправляется спать согласно врачебному режиму.
  

* * *

   Пятый день следствия
  
   Утром до рассвета за мною и Аликс заехал невозмутимый Джованни. Он сам правил лошадьми коляски, явно не доверяя посторонним.
   -- Учитель ждёт вас, -- голос его прозвучал натянуто. -- Вы, действительно, решились ехать?
   -- Решились, -- кратко ответил я, подавив раздражение.
   К чему задавать глупые вопросы? Неужто произвожу впечатление столь ненадёжного человека, которому нельзя доверять. Если бы желал отказать, то отказал бы сразу.
   Видимо Джованни уловил мои мысли и поспешил заметить.
   -- Согласно правилам клана я обязан вас переспросить, -- виновато произнёс ученик.
   За мною вышли Ольга и Аликс. Сестры обнялись. Моя супруга явно не хотела отпускать маленькую сестрёнку в загробный путь, однако промолчала. Потом Ольга обняла меня, подарив свой ласковый поцелуй, от которого у меня всегда кружится голова.
   Джованни терпеливо ждал, когда мы простимся.
   Наконец наша коляска тронулась...
   Неужто, действительно, живьём отправимся странствовать по загробному миру? Разум отказывался верить в подобное, хотя довелось повидать немало невероятных событий.
   Значительную часть пути пришлось проследовать пешком, поскольку лошади вдруг остановились, испуганно переминаясь с ноги на ногу. Признаюсь, что сам испытал необъяснимое беспокойство от окружавшей местности. Особенно от тишины... Действительно, гиблое место... Ладно, двум смертям не быть, одной не миновать! Лишь бы с Аликс ничего не случилось... Вижу, девочка, как обычно, сохраняет спокойствие в любой мистической ситуации, воспринимая всё как обыденность... Искренне рад...
   В назначенном месте нас уже ждали Чезаре и князь Долгоруков, старавшиеся не смотреть друг на друга.
   -- Готов последовать с вами, учитель, -- произнёс Джованни, склонив голову.
   Учитель жестом выразил отказ. Ученик вновь поклонился и молча покинул нас, скрывшись за холмами. Любопытно, действительно ли он желал отправиться с нами, или лишь правила клана заставили юношу задать этот вопрос.
   С моего согласия, офицер предложил Аликс опереться на его руку, которая с радостью приняла его любезность.
   Мы последовали за старейшиной, который не говоря ни слова, скрылся в скальном проёме. Первые лучи солнца только коснулись гор...
   В памяти оставалось свежо наше прошлое пещерное путешествие, поэтому приятных чувств никто не испытывал.
   Удивительно быстро мы спустились вниз по каменной тропинке к широкой ленте подземной реки. Луч света, тускло пробиваясь сквозь щель в скале, скользил по воде. Нас уже ждали. Лодочник оказался не укутанным в плащ, а одетым в модный черный дорожный костюм. Его лицо выглядело не зловещим, и не было лишено приятных черт. Однако в чёрных глазах будто бы застыла пустота.
   По взглядам, которыми он обменялся с князем, стало понятно, что они прекрасно поняли и оценили возможности друг друга.
   -- Я знаю, зачем вы пришли, -- голос лодочника звучал спокойно, -- у одного из вас есть амулет, благодаря которому я должен провести вас... Мне известно, кто заполучил сей предмет...
   Он одарил Чезаре пристальным тяжёлым взором, но старейшина, надо отдать должное, сумел выдержать этот взгляд, в котором будто, действительно, отразилась пустота неизбежности.
   -- Зовите меня Проводник, -- представился он, -- я буду вашим кунаком*.
   Аликс, замерев, несколько мгновений зачарованно смотрела в лицо нашего проводника, который, приветливо улыбнувшись, помог барышне первой сесть в лодку.
  
   _________________
   *Кунак -- друг, часто употреблялась в значении "проводник".
  
  
   Мне на мгновение показалось, будто вместо человеческой тени Проводника, тень волка скользнула по каменным стенам, но я тут же прогнал неуместное воображение. В таком обществе и ситуации всякое может померещиться, но мысль о Властелине Волков не покидала меня.
   Наверно, очередная компания скучающих аристократов решила учинить себе преисподнюю в подземельях. Весьма эксцентрично. Однако сомнение не отступало, учитывая, как Аликс смотрела на нашего нового знакомого.
   -- Где я могла его видеть? -- услышал я её невольные мысли в слух.
   Проводник сдержал лукавую улыбку.
   Долгоруков, не дожидаясь приглашения, прошёл в лодку, для меня стало разумным последовать его примеру.
   -- Прошу тебя, займи место в лодке, Семерхет, -- обратился Проводник к Чезаре, который, услышав своё египетское имя, и бровью не повёл.
   Пришлось немедля отогнать удивление, откуда лодочник прознал про тайное имя Старейшины, князь Долгоруков не производит впечатления болтуна.
   Воцарилась тишина, нарушаемая каплями воды, падающими на гладь подземной реки со скального потолка.
   Куда приведёт наш путь? Я перевёл взор на невозмутимого Чезаре. Похоже, этого не знает даже наш гость темноты. Проводник молча взялся за весло...
  

Глава 7

Весь мир одет угрюмой тенью

  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Постепенно луч света ослаб, и нас окутала темнота. Проводник зажёг фонарик на носу лодки, тускло осветив мрачный путь. Вокруг царила та самая пугающая тишина. Беспокойство усиливалось с каждой минутой. Нет, мне не чудились чудовища, готовые вынырнуть из воды, дабы утопить названых гостей, и тени от огня не вызывали ужаса... Вокруг никого не было, но при этом, казалось, что мы окружены безмолвными невидимыми наблюдателями...
   -- Вы живые, поэтому никого не увидите, -- произнёс Проводник, -- разве что один из вас...
   Он, обернувшись, взглянул на невозмутимого Чезаре.

Тени
рис. И. Василь
   -- А вы сумеете почувствовать, -- лодочник перевёл взор на озадаченную Аликс, которая старательно вслушивалась в темноту.
   Порадовало, что нас не будет ждать армия монстров, нападающих из-за угла. Однако молчаливая неизвестность вызывала не меньшее напряжение.
   -- Соблаговолите объяснить, где мы находимся, -- поинтересовался я.
   -- Весьма любопытно, -- поддержал меня князь, -- у меня есть некоторые догадки, но...
   -- Вы не ошиблись, -- ответил Проводник, не сводя взора с глади подземной реки.
   -- Место потерянных душ, -- неуверенно произнёс Долгоруков, не веря собственным внезапным знаниям.
   -- Совершенно верно...
   -- Но мы не можем отправиться дальше этой местности, -- рассуждал князь, -- поскольку живы... Сейчас мы находимся на той самой грани...
   -- Да, вы не можете, -- перебил Проводник, -- но один из вас не совсем жив, не так ли...
   Чезаре невозмутимо молчал.
   -- Если он соизволит отправиться за врата, то не откажу ему в этой услуге, -- продолжал лодочник, уже не скрывая иронии, -- но, как погляжу, наш друг не испытывает такого желания...
   -- Отнюдь, -- возразил Старейшина, -- но насколько я могу быть уверен, что вернусь назад?
   -- Вы можете быть уверены, что не вернётесь! -- перебил Проводник.
   -- А, возможно, что наоборот, -- голос Чезаре прозвучал весьма уверенно.
   Этакий авантюрист вполне может рискнуть и отправиться туда, откуда-не-возвращаются. Лишь бы за собой не потянул. Нас не пустят, так как мы живы? Живы? Эту беду легко уладить и сделать нас своими попутчиками... Нет, наш гость темноты слишком честен для подобного вероломство, не знаю, откуда у меня столь сильная уверенность.
   -- Здесь нельзя долго находится, -- шепнул мне Долгоруков. -- Само место отнимает наши жизненные силы...
   -- Вы правы, -- ответил я, чувствуя, как на меня постепенно наваливается непреодолимая усталость.
   Казалось, будто каменные стены и потолок сдавливают нас.
   -- Надеюсь, мы вскорости прибудем к цели нашего пути, -- обратился я к Чезаре.
   -- Будьте спокойны, -- ответил он, -- сейчас наша лодка пристанет к берегу...
   -- Позвольте узнать, а как мы вернёмся назад? -- прозвучал давно волновавший меня вопрос.
   Наш проводник даже не обернулся.
   -- Не знаю, -- ответил он бесстрастно, -- моя задача вести вас по этим тропам к конечной цели, а поиск обратного пути...
   Он перевёл красноречивый взор на Аликс, которая вздрогнула.
   -- Мне нужно будет отыскать выход отсюда в мир живых? -- прошептала она.
   -- Иначе мы останемся здесь навсегда, -- завершил Чезаре её мысль.
   Барышня вздрогнула, глядя на меня неуверенным взором. Я взял Александру за руку, она благодарно улыбнулась, чувствуя мою поддержку.
   -- Простите, но чем могу помочь мои обрывки мыслей и чувств!? -- в её голосе звучало отчаяние. -- Я подобна слепому котёнку!
   -- А вот думать придётся вам, Вербин, -- добавил Старейшина, -- должен признать, что вы, обычный человек, мудрее нас всех... даже некоторых наследников Сета...
   Однако его слова не задели князя.
   -- Впервые готов с вами согласиться, -- произнёс офицер.
   Мне оставалось лишь сделать вид, что я не расслышал их неуместной похвалы.
   -- Так-так-так, -- протянул Долгоруков, -- кажется, картина начинает поясняться. Мадемуазель Каховская и сыщик Вербин нужны вам, чтобы найти дорогу назад...
   -- Да, дорогу, и не только, -- ответил Старейшина.
   -- Не спорю! Но какого, простите, что поминаю его имя, Дьявола, вам надобно от моей скромной персоны? -- офицер искренне недоумевал.
   -- Вы единственный, кто сгодились на роль моего компаньона в этом странствии, -- ответ Чезаре оказался несколько неожиданным, -- да, вы мне неприятны, не скрою, но надёжны и сильны... Ради пользы дела личная неприязнь отступает...
   -- Благодарю за оказанное доверие, -- серьёзно, без иронии ответил Долгоруков, -- надеюсь, что не разочарую вас...
   Наконец наша лодка подошла к берегу. Проводник галантно помог Аликс ступить на землю. Затем, взяв фонарь, молча отправился в глубь тёмного коридора. Нам оставалось только послушно следовать за ним.
   Необъяснимое беспокойство нарастало. Нет, это был не страх, а именно внутреннее беспокойство... Напряжение, схожее с тем, когда ожидается нападение неведомого врага из-за угла. При этом усиливалась слабость. После ранения моё зрение в темноте и без того сильно ослабло, а при подобной усталости я почти ничего не видел перед собою. Больше всего опасался споткнуться и вызвать у спутников сочувствие, подобное унижение для меня оказалось бы пострашнее злобных призраков.
   Аликс, съёжившись, испугано озиралась по сторонам. Она улавливала в тенях от фонаря нашего провожатого нечто более отчётливое...
   -- Я ничего не вижу и не слышу, но чувствую, -- шепнула она мне, -- отголоски их слов будто бы звучат в моих мыслях, а их тени обретают очертания пред внутренним взором... В них столько боли, которая разрывает моё сердце, души, которые вынуждены оставаться на грани миров навсегда...
   -- Почему? -- спросил я.
   -- Тени не отпускает прошлое, -- ответила Аликс, -- они могут лишь вернуться в наш мир, где их ждут не меньшие страдания. Там несчастных никто не видит и не слышит...
   -- Мир потерянных душ не только этот коридор, -- безразлично добавил Проводник, -- но, вновь замечу, чтобы проникнуть далее, вам надобно умереть...
   Удивительно, но даже столь зловещие слова не выхвали никаких переживаний, мы уже успели привыкнуть к нашему мрачному пути...
   Преодолев несколько поворотов, мы уткнулись в широкую гладкую каменную стену.
   -- Пока ещё можно вернуться, -- произнёс провожатый, -- моя лодка у берега, путь назад очевиден...
   Он пристально смотрел в глаза Чезаре.
   -- Я готов, -- твёрдо произнёс Старейшина. -- Дело за моими спутниками, я не стану держать обиды, если кто-то из них решится вернуться.
   Александра, явно забеспокоилась, но кивнула, выражая согласие следовать дальше.
   Проводник, поставив фонарь на землю, задумчиво скрестил руки на груди. Презрев всякий этикет, он долго вопросительно смотрел на барышню. Невозможно было понять, желает ли он, чтобы Аликс следовала дальше, или ей надобно вернуться.
   -- Выбор за вами, -- повторил Чезаре.
   Александра отвернулась, не желая встречаться с ним взглядом. Хотя Старейшина никак не пытался убедить её следовать за ним.
   -- Идём дальше! -- кратко ответил я за своих спутников.
   Проводник осторожно провёл рукою по глади широкого плоского, высотою в человеческий рост, камня, который удивительно бесшумно отъехал в сторону. Чезаре и Проводник вошли внутрь.
   Александра медленно подошла ко входу, зачарованно глядя в след уходящим путникам. Потом осторожно шагнула в темноту... Каменная дверь начала быстро закрываться... Я поспешно последовал за барышней, но будто бы ударился о невидимую преграду. Нет, каменная дверь ещё не закрыла вход, в этом я остаюсь уверен... Хоть и плохо вижу в темноте, но с ума не сошёл... В это мгновение каменный потолок вдруг рухнул, преградив нам путь...
   -- Проводник не пустил нас! -- с раздражением воскликнул Долгоруков. -- Он желает помешать Чезаре! Впрочем, я его не виню...
   -- Неужто для этих целей ему нужна помощь Аликс? -- недоумевал я.
   На земле что-то блеснуло. Столь отчётливо, что даже моё слабое в темноте зрение смогло обнаружить сей таинственный предмет.
   -- Камень Чезаре! -- изумился князь.
   Не думаю, что наш друг столь просто обронил свой амулет. Рассеянность исключена, впрочем, наверняка Старейшина догадывался о намерениях Проводника... Чезаре нелегко провести... Вновь меня охватила волна предположений.
   Однако куда больше беспокоила судьба Александры, оказавшейся в не очень подходящей компании для юной молодой девушки. Но надо отдать должное, гость темноты не принуждал и не уговаривал Аликс последовать за ним. Даже не смотрел в её сторону. Выходит, она сама сделала выбор...
   -- Она сама сделала выбор! -- будто повторил мои мысли князь. -- Нет, это не Чезаре... скорее, наш многоуважаемый Анпу...
   Вновь это странное древнее имя... кажется, так Проводника в мир мёртвых называла Аликс... это по-египетски...
   -- Зачем? -- спросил я кратко. -- Вам ведь виднее, мой друг, вы знаете гораздо больше...
   Мой тон звучал несколько сурово. Секреты сейчас не слишком уместны.
   Офицер, осёкшись, отвёл взор.
   -- Проводник желает помочь барышне, -- наконец, произнёс он, -- но теперь я сомневаюсь, надобна ли Александре такая помощь... лучше бы не знать... хотя... один господин...
   -- Кто? -- вновь спросил я по-военному кратко.
   -- Человек из кошмаров Александры...
   Слова Долгорукова окончательно меня запутали. Нет, надо сначала сосредоточиться на том, как догнать Чезаре и Аликс... А потом помозговать, как вообще отсюда выбираться... А о ночных кошмарах можно побеседовать и дома за завтраком...
   -- Выходит, мой друг, нам придётся странствовать по миру потерянных душ самим без проводника, -- печально заключил я.
   -- Увы, -- князь развёл руками. -- Ваш ум и мои знания должны помочь!
   Неужто Чезаре предвидел, и собрал нашу компанию для решения загадки не только по поиску дороги назад? Что нам надобно сделать?
   Я взглянул на амулет, тускло мерцавший в свете факела. Постепенно его сияние начало бледнеть...
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   Обернувшись на шум, я с ужасом поняла, что Константин и князь отстали от нас. Вход оказался завален камнями. Чувства и разум в унисон говорили, что их не пустили. Так решил Анпу. Но почему?
   Спутники, будто бы позабыв обо мне, едва не скрылись в темноте, и я решилась поспешить. Будь что будет. Странно, но чувствовала, что противники -- Чезаре и Анпу -- сходятся в одном желании -- чтобы я следовала за ними. Весьма странно? Эх, мне бы разум Константина, дабы понять, в какую ловушку меня завлекут...
   Путники резко замедлили шаг, позволив мне нагнать их, но не остановились.
   -- Куда мы идём? -- прозвучал мой вопрос, отозвавшийся гулким эхом.
   -- Терпения, милая сеньорита, -- ответил Чезаре.
   Анпу лишь молча обернулся, одарив меня столь тёплой улыбкой, будто пожилой кавалер на балу, желающий подбодрить юную пугливую дебютантку.
   Я вновь остро чувствовала их вражду. Проводник в мир мёртвых и человек, осмелившийся попрать законы жизни и смерти. Анпу желает оставить Чезаре в загробном мире навсегда, заточить в уделе потерянных душ, однако у Старейшины иные намерения... Он готов рискнуть ради своей тайной цели...
   -- Барышня не знает, что мы отправимся туда откуда-не-возвращаются, не так ли? -- произнёс Анпу. -- Ты желаешь рискнуть, Семерхет...
   -- Но... -- робко попыталась возразить я, -- мне туда рановато...
   -- Вы многого о себе не знаете, -- перебил Чезаре, -- не так ли, Проводник мертвецов? -- он вопросительно смотрел на Анпу, который не счёл нужным дать ответ на вопрос.
   Диалог весьма озадачил, но я решила, как учила матушка "никогда не беспокоиться заранее", будь что будет. Главное, постараться вернуться -- вот что должно стать основной мыслью и целью... Думаю, Чезаре именно на это рассчитывает... Прочь мрачные размышления!
   Весьма неприятно, что спутники используют меня в своих намерениях... хотя, Анпу держится весьма доброжелателен... и князь говорил, что Властелин Волков желает помочь мне...
   Снова вокруг тени, от которых исходит боль, что пронизывает моё тело, а в мыслях звучит множество сдавленных криков. Я понимаю, что ничем не могу им помочь, от этого мне становится ещё больнее.
   -- Они сами виноваты, -- с презрением произнёс Чезаре, -- малодушие...
   -- Малодушие? -- насмешливо переспросил Проводник.
   -- Сами виноваты, что не нашли способа выбраться из западни! -- категорично повторил гость темноты.
   Однако его слова не предали мне уверенности.
   -- Они почти беспомощны без поддержки живых, -- неловко произнесла я, -- когда люди забывают их имена и лица, тень слабнет в этом межмирье...
   Мои спутники молча согласились. Даже Чезаре.
   -- Выход есть всегда, -- только добавил он.
   Анпу усмехнулся.
   -- Не позволяйте им коснуться вас, -- с отвращением предупредил меня Старейшина, -- с вашим талантом и впечатлительностью этого нельзя допускать...
   Спутник оказался прав. Одна из теней тонкою рукою дотронулась моего плеча.
   Вновь одно из пугающих видений. Ночь. Тёмная дорожка через мрак. Хрупкая девушка, почти ребёнок. Удар ножа. Сдавленный крик. Линия крови на тонкой шее. Никак не могу привыкнуть безразлично взирать на подобные убийства. Смерть разбойника -- испытаю лишь радость, но гибель невинных...
   Пошатнувшись, я невольно опёрлась на руку Анпу.
   -- Она тоже сама виновата? -- спросил он Чезаре, который вздрогнул.
   -- Ненавижу ваши законы, -- кратко ответил Старейшина. -- Бедная душа, желающая справедливости, осталась в этой пустоте...
   -- У неё есть возможность отправиться дальше, -- возразил Проводник, -- забыть обиду на преступника...
   -- И простить, -- хохотнул Чезаре.
   -- Она не обижена, она желает справедливости... Она не одна... -- с отчаянием перебила я их спор.
   Убийца не остановился...
   -- Не одна, -- холодно подтвердил Анпу.
   Глупо ожидать от проводника-мира-мёртвых сочувствия убитым, однако в его взоре я уловила промелькнувшую ненависть к людской жестокости.
   -- Сотни тысячелетий я взираю на страдания, -- произнёс он устало, -- у одних людей чувство справедливости отсутствует, у других -- оно настолько сильно, что не оставляет их после смерти... Но постепенно боль утихнет, и душа продолжит путь...
   Возможно, Проводник говорит правду. Доктор Майер как-то делился своими наблюдениями, что "возраст" привидений обычно не превышает пять сотен лет.
   Чезаре промолчал в ответ, но его мрачный взор не выражал согласия.
   Вскорости мы подошли к выходу из каменного коридора, что стало для меня величайшей неожиданностью. Неужто путь завершён?
   Я уже приготовилась окунуться в ночь, которая после мрачного подземелья показалась бы красочной, а свет звёзд необычно ярким, но... Предо мною раскинулся непроходимый лес, а небо над головою оказалось серым без желанных звёзд...
   Вокруг царила темнота и тишина... Ни одного звука, свойственного для ночного леса. Тонкие деревья гор выглядели зловеще, представляясь прибежищем чудовищ, готовых растерзать нас.
   -- Я очутился в сумрачном лесу, -- невольно процитировала строку из поэмы Данте*.
  
   ____________________________
   * Речь идёт о "Божественной комедии", написанной Данте, в которой он описал путешествие по кругам Ада.
  
  
   Чезаре промолчал, но поморщился.
   -- Семерхет не в восторге от творений средневековых мастеров, -- заметил Анпу, в его словах не было иронии.
   -- Как можно восхищаться байками, написанными для устрашения глупой толпы? -- отмахнулся гость темноты. -- По мнению сего поэта в мрачной местности потерянных душ также должны находится призраки некрещеных младенцев и добродетельных нехрестиан... Какой вздор!
   Право, мне стало неловко, что я пусть невольно, но задела Старейшину, хотя сама, помню, длинный стихотворный рассказ о путешествии Данте и его спутника Вергилия* прочла с огромным интересом.
  
   ______________
   * Вергилий - поэт античности, выступивший в поэме Данте проводником по Аду.
  
  
   Проводник молча последовал по узкой дорожке, идущей через стволы деревьев, серые листья которых казались неживыми.
   Среди деревьев не было страдающих призраков, но непреодолимое беспокойство и слабость усиливалось ежеминутно. Ежеминутно? Странно, что я подумала о времени. Как в этих краях течёт время?
   Мы вышли на широкую каменистую поляну. Анпу молча взял меня за руку, я не противилась его жесту, ощутив долгожданное спокойствие... В это мгновение будто из ниоткуда появились иные тени... Чёрные очертания огромных хищников. Зеленоватые глаза и оскаленные зубы, которых жутко выделялись в темноте.
   Проводник резко дёрнул меня за руку, увлекая за собой по тропинке, ведущей вниз. Анпу не спешил, его шаги оставались размерены и неторопливы, но он настойчиво уводил меня прочь.
   Наконец когда мы остановились, я опустилась на плоский камень. Не могу предположить, как долго находилась в оцепенении. Потом, оглядевшись по сторонам, поняла, что с нами нет Чезаре.
   -- Не беспокойтесь, милая барышня, -- ваш спутник сумеет за себя постоять, -- впрочем, в этом не было сомнений...
   Неужто эти дикие твари призваны самим проводником-загробного-мира.
   Мысли не повиновались.
   -- Зачем? -- устало спросила я.
   -- У нашего друга больше нет амулета, и мне не пристало водить его по запретным тропам, -- безразлично ответил Анпу, -- раз он проявил столь рьяное любопытство, то вполне может путешествовать в одиночестве...
   Верно, Проводник желает оставить Чезаре в мире потерянных душ навсегда.
   -- Не печальтесь, -- добавил он, -- ваш приятель был вполне готов к подобному повороту... Не могу знать, как он собирается выкручиваться...
   Амулет... Но у меня теперь тоже нет камня... Неужто Анпу и меня бросит одну...
   -- Не стоит опасаться, милая барышня, -- в голосе Проводника вновь появилось добродушие, -- вас я не оставлю... По такому случаю я готов проводить вас назад... Разумеется, если вы не пожелаете отправиться со мною...

Свечи жизней
Рис. Подмогов
   -- Покорнейше благодарю! -- воскликнула я.
   Оказалось, слова Анпу мною восприняты неверно, он вовсе не желал уморить меня в загробном царстве.
   -- Я помогу вам приблизиться к разгадке вашей тайны, -- произнёс он всё тем же добродушным тоном, -- идём со мною...
   -- Неужто наконец узнаю, кто я?
   -- Не столь быстро, -- улыбнулся он, -- пока лишь один шаг к осознаю себя... Лишь шаг, -- будто на распев повторил он, протягивая мне руку.
   Черная бездна в его глазах в сочетании с ласковым взором завораживала.
   Мы подошли к крутому подъему. Анпу любезно помогал мне взбираться по камням, не выпуская моей руки и не сводя приветливого взора. Взобравшись на скалу, мы подошли ко входу в грот.
   Едва удалось сдержать крик. Вокруг горело множество ярких свечей. В точности как в ужасных сказках, которые я ненавижу с детства.
   -- Каждая свеча отражение людской жизни, -- прошептала я.
   -- Совершенно верно, -- звучал его мягкий голос.
   Рука Проводника легла мне на плечо.
   Среди свечей сияла одна, горевшая синеватым пламенем.
   -- Это я... -- догадка проста.
   Стало жутко. "Сгораете подобно свече" -- вспомнились пугающие слова.
   Верно, моя свеча горела стремительно. На время пламя замирало, потом разгоралось вновь.
   -- Ваш дар сжигает вас, -- голос Анпу вновь зазвучал холодно и бесстрастно. -- Вы вмешиваетесь в жизни других...
   -- Я помогаю призракам! -- прозвучал мой сдавленный крик.
   -- Не об этом речь! Вы убиваете живых при помощи своего дара! -- суровые слова он произнёс ласковым голосом будто салонный комплимент.
   -- Чем больше жертв, тем короче ваша жизнь, -- Проводник печально улыбнулся. -- Поверьте, моё искреннее желание помочь вам...
   Спутник не лгал.
   -- А человек из кошмаров? -- прошептала я.
   Анпу вновь промолчал, будто и не слышал этих слов.
   -- Кто я? -- прозвучал давно занимавший меня вопрос.
   -- Позже! -- твёрдо произнес Проводник.
   -- Я демон? -- испугалась я.
   -- Нет, -- Анпу не сумел сдержать хохота.
   -- Человек?
   Этот вопрос также остался без ответа.
   -- Ангел? -- мне самой стало смешно, с моим то прескверным характером воображать себя ангелом.
   -- Нет, право, -- он вновь рассмеялся.
   Что меня ждёт? Холод пробежал по телу... Не ангел, не демон, не совсем человека, а "эксперимент" -- вспомнился неприятный эпитет.
   -- Почему меня убивают? -- мой голос срывался.
   -- Вы опасны, неверный шаг, и милашка Аликс станет чудовищем, -- пальцы Анпу гладили мои кудри.
   Да, он искренне сочувствовал мне, желая оградить от грядущих бед, но даже страж-дорог-мёртвых, оставался бессилен. Кто я? Почему со мною происходят столь необъяснимые пугающие события?
   -- Убивать столь заманчиво, особенно безнаказанно, -- звучал голос проводника, -- это как опиум... Тяжело противостоять...
   -- Нет-нет, -- возражал слабый шёпот.
   Сама не верила своим словам. Да, я упиваюсь своей властью над людскими жизнями...
   -- Потом всё вернётся... -- он почти проговорился, но я не стала расспрашивать далее.
   Я опустилась на каменный пол, закрыв лицо руками.

Глава 8

Давно отверженный блуждал

  
   Из журнала Александры Каховской
  
   Из раздумий меня вывел ироничный голос Чезаре:
   -- Покорнейше благодарю, что соизволили подождать.
   Собрав силы, я уверенно поднялась на ноги.

Анпу - хранитель врат
Рис. Е. Литвиненко
   Анпу, казалось, ничуть не удивился, что наш отставший спутник столь быстро нагнал нас, легко отыскав верный путь.
   Старейшина, пошатнувшись от усталости, облокотился рукою о стену. Не трудно понять, что бой отнял у него все силы.
   Невольно я отыскала взором свечу Чезаре. Она не горела подобно свечам живых, но и не погасла насовсем. Фитиль её тлел едва заметным красным огоньком, который вдруг постепенно начал гаснуть. Поначалу, я решила будто это мне почудилось...
   Чезаре стоял, опираясь о стену, прикрыв глаза. Его бледное не выражающее никаких эмоций лицо, оставалось спокойным и неподвижным.
   -- Вы обессилены, -- неловко попыталась я выразить заботу.
   Мои слова были оставлены без внимания.
   Не знаю почему, несмотря на его, как мне показалось, надменное молчание, вдруг захотелось помочь нашему спутнику. Возможно, во мне заговорило прирождённое благородство. Кем бы он ни был... Нетрудно догадаться, как при его сущности можно восполнить жизненные силы...
   Будто бы уловив мои мысли, Чезаре с изумлением взглянул на меня. Я перевела испуганный взор на Анпу, который не выказал никакого порыва, дабы удержать меня от опрометчивого поступка.
   Я сделала шаг к Чезаре, встретившись с его пристальным взглядом. Потом почувствовала, что теряю сознание.
   "Он не хочет причинить мне боли" -- пронеслась мысль.
  

* * *

   Внезапно пред моим взором пронеслось множество ярких картин. Солнечных, красочных ландшафтов далёкой земли. Синие воды реки, сочная зелень, песок. Палящие жаркие лучи. Заманчивый благодатный край.
   Моя душа будто пролетела над необычным для моего взора пейзажем. Пожалуй, единственная местность, которая показалась мне краше Кавказа.
   Внезапно день переменился на ночь...
   И вот я на пороге комнаты, освещенной множеством светильников. Сначала вижу стол, заставленный сосудами с порошками и травами. Никак жилище лекаря? Жреца Анпу. Да, тот, кто открывает пути мира мёртвых, покровительствует спасению жизни - вечный закон равновесия. Не могу понять, откуда я это знаю!
   Сосредоточенный молодой человек старательно заносит удивительные знаки на лист папируса. Да это же мой друг Чезаре! Вернее, Семерхет, именно так звали его во времена Та-Кем...
   Я чувствую мысли лекаря. Они звучат отчетливо, будто произнесённые вслух слова.
   "Земное пребывание слишком кратко, -- размышляет Семерхет, -- оно дарит человеку множество возможностей, но скрывает знания, которые мы обретаем, лишь когда шагнём во Врата Дуата, утратив безвозвратно возможности человеческого тела земного мира.
   Мне удалось узнать, как, оставаясь в этом мире, разведать пути мира загробного... Для этой цели надобно одновременно существовать в двух мирах сокрытых друг от друга. Такова сущность стоящих-на-пороге, которых черпают свои жизненные силы из человеческой крови... Если действовать благоразумно, можно получить безграничное влияние... Должен, наконец, появиться тот, кто осмелится рискнуть...
   Семерхет развернул один из свитков... Людская кровь поможет мне... Мой первый шаг к верной цели... Возможно стать стоящим-на-пороге самому, не желаю ходить в учениках и слушать указания, далёкие от моих намерений... Но, этот путь опасен если ритуал не соблюсти, я рискую погибнуть...
   У жреца Маат есть священный жезл с кристаллом, способным отворить врата загробного мира, но живым туда закрыта дорога... живым... но не стоящим-на-пороге...
   Семерхет вышел на террасу своего дома и долго вглядывался в звёздное небо.
   Его мысли прервали люди в доспехах, ворвавшиеся в сонный ночной дом. Из верного воинского окружения к лекарю шагнул сам верховный визир фараона, жрец Маат.
   -- Прошу простить, что нарушил твой отдых, почтеннейший Семерхет, -- прозвучал приятный голос визира, -- Наследника рода моего укусил скорпион, а никто лучше тебя не ведает ядами. Я исполню любую твою просьбу, если ты немедля отправишься со мною на помощь моему сыну...
   Несчастный отец, несмотря на свой высокий статус, был готов опустится на колени перед Семерхетом.
   -- Достаточно одного моего слова, чтобы ты вернулся в храм Анпу, -- продолжал он, -- не ведаю, оклеветали ли тебя завистники, или ты сам увлёкся тайнами Хаоса, но я готов помочь тебе...
   Взгляд Семерхета упал на камень церемониального жезла, тускло сияющим в свете луны. Реликвия жреца Маат может стать ключом ко всем его запретным мечтаниям.
   -- Я отправлюсь с тобою, почтенный жрец истины, -- произнёс лекарь, -- и, дабы не терять времени, поведаю тебе о своих пожеланиях по пути...
   Спустя мгновения колесница неслась сквозь ночную пустыню ко дворцу визира, который сам правил своей повозкой. Колесницы стражников следовали рядом, окружив колесницу жреца.
   Моя душа парила над ними.
   -- Одолжи мне свой жезл на одну ночь! -- кратко произнес Семерхет.
   Жрец сохранил невозмутимость.
   -- Ты заставляешь меня нарушать законы храма, -- произнес он сурово.
   -- Нет, я не посмею вынуждать тебя, -- продолжал Семерхет, -- мой долг спасти умирающего ребёнка, но ты сам произнес клятву, что выполнишь любую мою просьбу... Если ты солгал, моя помощь окажется бесполезной, несчастное дитя, исцелившись от укуса скорпиона, на следующий же день упадёт с крыльца или захлебнётся в пруду, ибо плата за мои труды останется невыполненной... Твои слова обещания прозвучали, и нарушив их, ты подвергнешь опасности сына, увы, таков закон равновесия, который ты, жрец, хранишь...
   Слова лекаря звучали спокойно и бесстрастно, он не угрожал, а говорил правду.
   -- Скипетр на одну ночь, -- повторил Семерхет, -- я верну тебе его в целости и сохранности на рассвете. Меня обвиняют во многом, но никто еще не заподозрил в вероломстве и лживости...
   -- Да будет так, -- согласился жрец, -- ты получишь скипетр на одну ночь, когда пожелаешь... Ты не лжец, и твоя честность стала примером многим...
   -- Благодарю, мудрейший визир, -- произнес Семерхет, склонив голову.
   Они въехали в широкий двор обители визира. Лекарь послушно следовал за взволнованным жрецом.
   -- Ваш сын ещё жив, -- успокоил его Семерхет, -- у него еще час жизни... именно столько времени мне понадобится...
   Они успели вовремя. Моя душа испытала ликование.
  

* * *

   Внезапно картина переменилась, я увидела коленопреклоненного Семерхета с жреческим жезлом в руке. Он пристально всматривался в мерцающий камень. Лицо лекаря уже было мертвенно бледным, весьма не характерно для людей его местности. Он уже стал тем, кем пожелал, и, заполучив жезл, намеревался осуществить задуманное.
   Погрузившись в ритуал, он не слышал, как в комнату бесшумно скользнула тень, тонкое лезвие брошенного кинжала свернуло в лунном свете - серебро, редкий металл для земли Та-Кем, поразил лекаря.
   Но кто подослал убийцу? Нет, не жрец Маат, он бы не осмелился рисковать любимым наследником даже ради законов миропорядка. Удар нанесла одна из хранительниц равновесия... Совершив задуманное, девушка опустилась на колени и долго вглядывалась в черты спокойного застывшего лица. Наконец я смогла разглядеть убийцу, уловив поразительное сходство с Виолой Холодевой, хотя черты ещё нежные и юные, не получившие заострённость. Невероятно! Сомнений нет, это именно она, даже не потомок... именно Холодева... Выходит, их знакомство с Чезаре длится несколько тысячелетий! Значит, она раньше служила миропорядку, но со временем её пристрастия изменились.
   Девушка осторожно забрала жезл из омертвевших пальцев врага.
   Потом принялась перебирать множество свитков, однако это занятие вскоре наскучило красавице и она, сморщив носик, поспешно удалилась, не позабыв вынуть кинжал из раны.
   Рука Семерхета дёрнулась, преодолевая боль, он поднялся на колени.
   Несносная девчонка. Думал он. Это благодаря её стараниям я лишился места жреца Анпу в храме и получил опалу. Она была уверена, что меня ценят как лекаря выше лишь потому, что я мужчина. Попробовала бы она отдавать всё время древним свиткам Имхотепа, а не вертеться перед зеркалом...
   Увы, мои правила не позволяют мстить женщине, от чего она злится ещё сильнее. А мне повезло, что глупышку обманул торговец, кинжал, отнюдь, не из серебра... А что до жезла, как и обещано, он вернётся к визиру на рассвете... Девчонка поспешит похвастать своей отвагой...
   -- Приветствую, мой друг, -- прозвучал знакомый голос Анпу, -- твой ритуал удался. Готов ли ты отправится в опасный путь? Учти, я приложу все старания, чтобы бы ты не вернулся... Когда-то ты был лучшим последователем моих наук, но теперь твой разум охвачен не слишком добрыми стремлениями...
   Проводник мира мёртвых предстал в египетском обличии человека с головой чёрной собаки. В одеждах, который наш высший свет счел бы весьма нескромными даже для маскарада. Даже когда голова животного сменилась на ставшее уже мне знакомым лицо, моё замешательство не исчезло.
   -- Я выбрал попутчика! -- усмехнулся Семерхет, указывая на меня, -- её душа прибыла...
   Значит, он меня видит... Это не сон, мой дух где-то затерялся во времени среди чужих земель.
   Что это значит? Семерхет знает меня? Откуда, мы ведь встретимся спустя тысячелетия.
   -- Кристалл жреца и умения стоящего-на-пороге открыл для моей души пути петли времени, -- произнес лекарь, -- я будто бы одновременно существую и осознаю себя в нескольких эпохах...
   Петли времени. Помню, Константин читал заметку во французском журнале о явлениях, когда человек на некоторое время оказывается в другой эпохе, кторые получили название "петли времени".
   -- Неужто до бесконечности! -- воскликнула я.
   -- Увы, только в те мгновения, которые проходят по петле времени... именно мгновения... И, прошу заметить, по времени путешествует не моё тело, а душа...
   В голосе его прозвучала нескрываемая досада.
   -- Пусть мне открыты лишь жалкие секунды, при благоразумных действиях можно немалого достигнуть, но горе неосторожному глупцу, который при неверном шаге может уничтожить себя...
   -- Вы изменяете свою прошлое при помощи будущего? -- не понимала я.
   -- Нет-нет, -- лекарь холодно улыбнулся, -- как я уже говорил, не стоит шутить с петлёй времени... Я лишь передаю и получаю знания сквозь века, которые позволяют мне действовать верно... Именно поступки, которые я совершаю при помощи полученных знаний, благотворно влияют на моё будущее...
   Я перевела взор на бесстрастное лицо Анпу.
   Проводник мира мёртвых молча протянул мне руку, предлагая продолжить путь...
   -- Тогда в века будущего я спасу вас, Чезаре? -- спросила я прямо.
   -- Да, сестра, -- произнёс он, -- и вовсе не своею кровью, как вам казалось... Право, какая глупость! Увы, вы совсем не знаете себя, -- лекарь вопросительно взглянул на невозмутимого Анпу.
   -- Сестра? -- переспросила я.
   -- Таков закон, если человек сам пожелает спасти жизнь одному из нас, то в награду за благородство он получает статус брата или сестры, -- пояснил Семерхет.
   Анпу молчал, я не могла даже предполагать, как он воспринял мои действия. Он предоставил меня самой себе... но почему многое скрывает?
   -- Я, право, восхищаюсь вами, Аликс, -- произнес лекарь, -- тогда вы поспешили предупредить меня об интригах Дарьи... Разумеется, я знаю наперёд о каждом шаге этой очаровательной особы, но ваша честность подкупила меня... Весьма похвально... Обычно люди полагают, что лишь "добрый герой" достоин благородной помощи, и вполне имеет право проявить вероломство к "герою злому"... Как избирательно!
   Признаюсь, никак не ожидала от гостя темноты столь уважительного отношения ко мне. Иногда его манеры я расценивала как снисходительное презрение.
   Под суровым взором пришлось сдержать наивный вопрос о его чувствах к мадам Драгомировой.
   -- А Виола Холодева? -- спросила я.
   -- Тщеславная взбалмошная девчонка, -- усмехнулся Семерхет. -- Недолго ей служить равновесию. Хотя, она весьма миловидна, но прескверный характер затмевает всё... и зависть ко всем, кто лучше неё... Она переметнётся во мрак из зависти к моим успешным исканиям...
   Постепенно очертания комнаты начали бледнеть, и мы снова вернулись во мрачный лес.
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Подступившая головная боль мешала собраться с мыслями. Невольно начал злиться на собственное бессилие. Обычно меня посещает множество идей, из которых нужно лишь выбрать наиболее верную...
   -- Что значит сей предмет? -- наконец, спросил я, указав взором на камень жреца, мерцавший на ладони князя, -- Ваше огненное чутьё вам что-то подсказывает?
   Долгоруков задумался. Видно, ему самому было неловко, что он не может мне помочь.
   -- Реликвия верховного жреца... равновесие, миропорядок, -- рассуждал он.
   -- Равновесие - жизнь и смерть, -- попытался я собраться с мыслями, -- камень послужил пропуском в иной мир... пропуск души...
   Мысли путались, окружающая нас местность, отнимала последние силы.
   -- Камень -- наша единственная возможность найти их души, -- произнёс я, теряя сознание.
  

* * *

   Очнулись мы среди мрачных лабиринтов, но уже иных... Я ощутил странное незнакомое чувство свободы, которое иногда посещало меня при крепком сне. Мысль, которую хотелось бы отогнать оказалась наиболее верной.
   -- Неужто мы вздремнули? -- неуклюже попытался иронизировать князь.
   Я ободрительно улыбнулся, мрачно добавив.
   -- И до сих пор спим...
   Как было бы прекрасно, если всё это безумие окажется лишь безобидным сном. Однако непривычные ощущения рушили всякую надежду.
   -- Мы оказались на тропах загробного мира, -- предположил я, -- как не прискорбно звучит, но наши души пребывают вне бренных тел ... и, надеюсь, что еще есть возможность вернуться...
   Уверенность, что нас отправили в это странствие не с целью угробить, дарила надежду. Опыт былого война подсказывал, что всё идёт согласно стратегии. При помощи камня наши души отправились в путь. Оставалось лишь терпеливо ждать, что ждёт дальше...
   -- Думаю, мы очень скоро встретим наших попутчиков, -- уверенно заметил я.
   Долгоруков не усомнился в истинности моего предположения. Хотя слово "скоро" этом мире звучало весьма пространно.
   Меня совершенно не беспокоило нападение возможной нечисти, больше волновало, почему наши дорогие попутчики нас не встретили сразу. Похоже, моё замешательство передалось и князю.
   -- Знать бы, куда идти, -- с досадой произнёс он.
   -- Что посоветует вам Владыка Огня? -- спросил я.
   -- Поразительно! -- воскликнул князь. -- Вербин, вас окружают люди с удивительными талантами, а все загадки решаете именно вы. Ваш ум дороже любого мистического дара!
   -- Благодарю, -- меня всегда смущали столь лестные отзывы, -- но пока рановато расхваливать мои умения...
   Чутьё подсказывало, что наше время подобной прогулки ограничено и надо бы поторопиться.
   -- Камень у меня! -- воскликнул князь, протягивая мне реликвию. -- Выходит, врут, когда говорят, что на тот свет ничего не возьмёшь...
   Невероятно! В руке князя мистический камень жреца. Не полагал, что призраки могут переносить предметы... Неужто свойства жреческого камня столь необычны?
   Князь долго вглядывался в холодный свет камня.
   -- Огненному Властелину однажды всё же удалось ненадолго заполучить этот камень, -- произнёс он, -- убив владельца -- родного брата...
   -- И теперь сила этого камня оказалась в ваших руках, а вы наследник Сета, -- предположил я, -- любопытно... как гласит легенда, после окончании тяжбы между Хором и Сетом, камень был передан Хору вместе с троном... Не так ли?
   -- Земли Египта поделили на два царства Хора и Сета, -- пояснил князь задумчиво.
   -- А также право владеть камнем, -- предположил я, -- теперь ясно почему Чезаре избрал вас своим попутчиком... В руках наследника камень обладает гораздо большими возможностями, чем у постороннего владельца, хоть и заполучившего камень в подарок...
   Что ж, надеюсь, вскорости разъясниться, какова моя роль в этом странном заманчивом спектакле.
   Самым простым и разумным решением стало последовать вдоль коридора. Камень жреца тускло освещал нам дорогу.
   -- Любопытно узнать, как Хор и Сет поделили право владеть камнем? -- поинтересовался я. -- Он находился у каждого из них согласно очередности, или они отдали его на хранение жрецу?
   -- Жрецу, -- задумчиво повторил князь, -- верно, великому Джехути*, ведавшему петлями времени... -- Долгоруков запнулся, -- существует камень Сета, который он укрыл среди запутанных путей Дуата...
   Догадка не составила труда.
  
   ______________________
   *Джехути (егип.) -- Тот (греч.), покровитель наук и письменности, олицетворение мудрости в Древнем Египте.
  
  
   -- Всё верно, значит, нашему другу Чезаре надобно отыскать камень Сета! Похоже, в вашем лице он нашёл весьма важного спутника, -- заметил я без всякой иронии. -- Камень созидательной силы Маат и разрушительной силы Сета - весьма заманчивое оружие... И, вполне вероятно, камень Маат поможет в поиске камня Сета... Да и мысли о петле времени у вас появились неспроста...
   Что ж господин Анпу не слишком рвётся помешать Чезаре? А что в наших силах? Остается надеется на честность дражайшего гостя темноты по отношению к нам, а там, пусть убирается из наших краёв со своими находками, и упивается своим господством где-нибудь у себя в Неаполе, или ещё где-то откуда он родом... Хотя... вполне вероятно, что находки ему понадобятся именно в этой мрачной местности... Тогда... Не буду загадывать заранее, не решился же он уничтожить весь белый свет...
   Впрочем, ожидать можно любого поворота.
  
  

Глава 9

Судьба грядущего решалась

  
   Из журнала Константина Вербина
  
   К счастью опасения касательно задержки наших дорогих спутников оказались напрасны. Наш путь по мрачному коридору был не долог, и мы вскорости, подобно лирическому герою Данте, оказались в "сумрачном лесу". Забавно, но как я узнал потом, такое же впечатление окружающий ландшафт произвёл и на Аликс.
   На выходе из пещеры нас встретил Чезаре. Признаюсь, я не сразу узнал его из-за непривычного одеяния, причёски и подведенным глазам*.
  
   ____________________
   * Отставить глупое хихиканье! Древние египтяне подводили глаза, что наглядно на любой египетской картинке
  
   Неужто наш друг современник фараонов? Да, верно нынче пред нами не Чезаре, а именно Семерхет.
   Немного в стороне я увидел господина Анпу, нынешний облик которого вполне соответствовал картинкам древностей, которые мне однажды довелось увидеть. Отсутствие шакальей морды, отнюдь, не препятствовало такому впечатлению.
   -- Проводник отведет туда, куда надобно душам! -- произнёс Семерхет.

Рис. Г.Доре
   Неужто верно, что наши души отправились в странствие... Разве что Семерхет находится в Дуате собственной персоной, учитывая особенности ему подобных, ведь он не-жив, но и не-мёртв. И Александра... но почему? Даже она не может ответить на этот вопрос, а господин Анпу многое скрывает...
   -- Куда желаете следовать? -- произнёс Анпу бесстрастно.
   -- О, Хранитель-Врат-Загробного-Мира, как догадался мудрый господин Вербин, я ищу камень Сета, укрытый среди путей Дуата, -- произнёс гость темноты.
   Слова, произнесённые согласно этикету древних, прозвучали с явным вызовом.
   -- Назовите, куда желаете отправится! -- произнёс Анпу бесстрастно. -- Могу отвести вас в Зал Истины!
   Даже моих скудных знаний о Древнем Египте хватило, дабы понять мрачную шутку Проводника. В Зале Истины вершится суд над душами умерших. Сердце кладут на одну чашу весов, Перо Истины - на другую. Если добрые дела, свершенные при жизни, превысили злые, то сердце окажется легче Пера, и душу ждёт вечное блаженство. Но горе тому, чьё сердце перевесит Перо, значит, грешника ждёт страшное наказание...
   Пожалуй, нам ещё рановато держать ответ за прожитую жизнь, подумалось мне. Надежда, что удастся "проснуться" не покидала...
   -- Сестра моя, -- произнёс он, обращаясь к Аликс. -- Что скажут тебе потерянные души Дуата?
   Хоть я несколько опешил от новости о внезапно обретённом родственнике, но не стал задавать бесполезные на сей момент вопросы.
   Пожалуй, роль Аликс теперь окончательно понятна. Любопытно, какой путь укажут нам призраки.
   Аликс опустилась на землю, прикрыв глаза.
   -- Горячие воды, -- прошептала она, -- озеро, от которого идёт пар... подобно Нарзанным целительным источникам, в которых курортники принимают ванны, но... эта вода настолько горяча, что способна причинить человеческой душе невыносимые страдания...
   У меня вновь мгновенно промелькнуло воспоминание о египетской религии. Что могут значить "горячие воды"? Озеро, куда бросают душу, не выдержавшую испытание Суда Истины? Или одно из препятствий дорог Дуата?
   Я перевёл вопросительный взор на князя.
   -- Огненное озеро, -- произнёс он, -- так его прозвали...
   -- Ответ прост, -- обратился я к Проводнику, -- мы держим путь к огненному озеру...
   Неужто моя роль заключена в столь простой загадке? Думаю, все мои спутники легко догадались бы...
   Анпу молча последовал по тропинке "сумрачного леса". Удивительно, но мрачный окружающий пейзаж не вызывал у меня никаких чувств -- ни беспокойства, ни волнения, ни упадка сил... Было лишь одно желание, поскорее завершить вынужденную прогулку...
   Спустившись с небольшого косогора, мы вновь вошли в узкий коридор пещеры, скользкая тропинка которой вела вниз. Сквозь расщелины между камнями струился тусклый свет. Немного поплутав под каменными сводами, мы, действительно, вышли к небольшому озеру, от серых вод которого шёл густой горячий пар.
   Подойти к воде позволяла лишь одна узенькая тропинка.
   -- Затерянные души не желают более говорить со мною, -- виновато произнесла Аликс.
   Значит, разгадка кроется в "Огненном озере"! Но где Владыка Пустыни решился бы спрятать камень? Бросить его на дно горячих вод?
   -- Князь, что говорят вам ваши чувства? -- поинтересовался я у спутника.
   -- Загадка, -- ответил Долгоруков, разведя руками, -- подобно загадке Сфинкса*... Да простят меня египтяне за столь нелепое сравнение с мифологией эллинов.
  
   _________________________
   * См. эллинский миф об Эдипе и Сфинксе. Сфинкс загадывал загадки путникам, и всех, кто не смог дать ответа -- убивал.
  
  
   -- Какая загадка? -- сурово поинтересовался Семерхет с явным нетерпением.
   -- Где находится камень Сета? Вопрос столь прост! В самом озере или на берегу под камнями? Куда труднее отыскать на него ответ, -- произнёс князь задумчиво.
   -- Если бы камень лежал под водами озера, то мы бы увидели его сияние! -- заметил Семерхет.
   -- Вы -- Наследник Сета, неужто ничто не подсказывает вам? -- спросил князя. -- Возможно, вам удастся представить, где Огненный Владыка решил укрыть свою реликвию...
   Долгоруков опустился на одно колено, будто вслушиваясь в окружавшую тишину.
   -- Огонь и песок, -- произнёс он задумчиво, -- огонь опалил песок...
   Князь поднял на меня виноватый взор, извиняясь за нелепые слова.
   -- Огонь и песок, -- повторил я, подойдя по узкой тропинке к горячему источнику, -- что способен огонь сотворить с песком?
   Мысли пронеслись мгновенно. Огонь способен превратить песок в стекло... Камень укрыт в стеклянном сосуде? Напоминает одну старую сказку про смерть Кащея. Любопытно, где находится стеклянный ларец с камнем Сета? Разумеется, если моя догадка о стекле верна.
   Прищурившись, я долго всматривался в испаряющуюся гладь воды.
   Аликс несмело подошла ко мне, осторожно положила руку на плечо.
   -- Стеклянный ларец, -- произнёс я, -- предполагаю, что камень укрыт в стеклянном ларце или сосуде...
   Барышня, опустившись на колени, тоже принялась всматриваться сквозь озеро.
   -- Он там! -- воскликнула Аликс, указав рукою на горящую воду. -- Я вижу его очертания, если присмотреться... nbsp; Моя душа будто пролетела над необычным для моего взора пейзажем. Пожалуй, единственная местность, которая показалась мне краше Кавказа.
   -- Ларец скрыл от нашего взора сияние камня, -- вновь предположил я.
   Разглядеть очертание стеклянного предмета мне не удалось. Неужто даже мой дух столь слабо видит в сумерках.
   -- Да, ты вновь прав! -- восхитилась Александра, -- ларец совсем близко на камне под водою, до него можно дотянуться...
   Барышня спешно протянула руки, чтобы достать долгожданную находку, но я остановил её, не зная о свойствах таинственного озера.
   -- Позвольте мне, -- вызвался князь.
   Я и Аликс спешно уступили ему дорогу.
   Признаюсь, не ожидал, что сумею столь успешно разрешить "загадки сфинксов", однако упиваться собственной удачей не пришлось. Вновь чутьё подсказывало мне, что нас ждёт весьма неожиданный поворот.
   Князь удивительно легко и быстро достал из горячей воды массивную шкатулку из мутного сероватого стекла. Не задумываясь, он спешно снял крышку.
   Семерхет шагнул к Долгорукову, дабы получить столь желанную реликвию, однако князь проявил решительность.
   -- Ты не получишь кристалл огненных разрушений, -- произнёс он твёрдо, -- только я могу прикоснуться к нему. Если ты, выбравший-путь-хаоса, дотронешься до камня, то обратишься в пепел...
   Князь уверенно взял в руки пылающий камень Сета. Теперь в его ладони лежало два камня.
   -- Отныне в моих руках два царства Та-Кем, -- задумчиво произнёс князь, вглядываясь сияния кристаллов. -- Неужто ты полагаешь, что я отдам тебе...
   -- Не смел подозревать тебя в вероломстве, -- иронично заметил Семерхет.
   Похоже, что у египтян нет обращения на "вы", не думаю, что прямолинейным "ты" гость темноты желал выказать презрение противнику.
   -- Вероломстве? -- подобным тоном переспросил Долгоруков. -- Нет... я вызываю вас на честный поединок... Пусть Анпу, станет секундантом, как в далёкие времена тяжбы Сета и Хора...
   -- Я готов, -- усмехнулся Семерхет, вынимая из ножен серповидный меч. -- Но учти, моя магия сможет отправить твою душу в самые потаённые земли Дуата, где даже сам Сет не сумеет отыскать тебя!
   -- Твои угрозы не страшат меня, предатель законов Истины, буду счастлив выступить в роли Владыки Пустыни, и пусть моим противником за место белого-сокола-Хора станет чёрный-ворон-Хаоса! -- произнёс князь. -- Сыщик Вербин, прошу вас стать вторым секундантом...
   Весьма сложный поединок... Разное оружие и разные приёмы битвы... Хоть речь и идёт о мистических знаниях... Даже в бою с горцами дело обстояло куда проще...
   Однако рассчитывать на примирение противников не приходилось.
   -- Оставь камни, -- произнёс Семерхет, -- ты будешь черпать из них силу, и получишь преимущество, благодаря которому наш поединок перестанет быть честным...
   -- Согласен, -- кратко произнёс князь, -- но я не брошу камни на землю, поскольку не уверен, что ты не воспользуешься моментом, дабы схватить их...
   -- Недоверие напрасно, хоть и разумно, -- ответил Семерхет.
   Князь протянул мне камни. Признаюсь, исход сражения вызывал сильное беспокойство. Да, князь умён и наделён способностями древнего властелина, но, в отличие от Семерхета, он пока что не особо уверенно умеет использовать обретённые знания. Пусть оружие гостя темноты не столь совершенно, но он более опытный воин. Это как новобранцу дать дамасский клинок, а противника - бывалого рубаку вооружить простой солдатской шашкой. Не трудно догадаться на чьей стороне перевес.
   -- Нет, -- возразил я, жестом отказываясь принять камни, -- пусть они окажутся в руках другого секунданта...
   Долгоруков протянул кристаллы молчаливому Анпу. Гость темноты резко шагнул вперёд, вытянув руку, намереваясь помешать.
   -- Нет, -- только и успел произнести он, как камни оказались в руках Проводника-мира-мёртвых.
   -- Что ты наделал!? -- воскликнул Семерхет, одарив князя укоризненным взором. -- Ты сам себя лишил возможности...
   Только когда ладонь Анпу сомкнулась, уверенно сжав полученные кристаллы, Долгоруков осознал свою ошибку. На лице Хранителя врат заиграла улыбка довольного шакала.
   -- События свершились, как я и предполагал, -- произнёс Анпу.
   Его лицо обрело былую бесстрастность.
   -- Почему вы не взяли камень раньше? -- прямо спросил я.
   Хранитель Врат имел прекрасную возможность достать ларец в любой момент.
   -- Даже мне не было дозволено дотронуться до камня Сета, который покоился среди вод озера Дуата, пока сам Наследник собственноручно не передаст его мне... Пришлось немного потерпеть твоё общество, Семерхет... И я не ошибся в сыщике, он сумел догадаться и отдать камни мне...
   Голос Проводника звучал так же безразлично.
   -- Вы этого хотели, Вербин? -- сурово спросил Семерхет. -- Отдать камни Анубису? Зачем?
   Гость темноты по невозмутимости способный соперничать с Анпу с трудом сдерживал чувства.
   -- Мне хотелось предотвратить исчезновение друга среди троп Дуата, -- ответил я, -- вы бы легко избавились от князя в поединке...
   Я не отвёл своего взора от его пронзительных чёрных глаз, в которых будто застыла бездна хаоса.
   -- Честном поединке, -- возразил он, -- ваш друг не столь беспомощен...
   Он указал рукою на князя, который не проронил ни слова.
   -- Но вы намеревались заполучить камни, как трофей! -- перебил я. -- Не так ли?
   -- Да, -- кратко ответил Семерхет. -- Но, повторюсь, ваш друг не столь слаб... Исход поединка оказался бы непредсказуем...
   -- Я не намерен рисковать, -- мой голос прозвучал по-военному резко.
   -- Да, вы солдат, Вербин, -- кивнул гость темноты с усмешкой.
   Семерхет быстро унял раздражение и погрузился в размышления.
   -- Удивительно, -- произнёс он, -- я видел себя в будущем обладателем этих кристаллов, -- он вновь гордо выпрямился, -- значит, игра не закончена, шакал! -- бросил он Анпу, который, рассмеявшись, растворился среди камней, унося с собой долгожданные реликвии.
   Я перевёл взор на задумчивого князя.
   -- Мною руководил разум Сета, -- произнёс он, -- стремление безрассудного огненного воина вместе с человеческим безрассудством опасны... С большим трудом удаётся сдерживаться, и чтобы владеть камнем Сета мне не достаёт его мудрости... Иначе я стану опаснее любого безумца...
   -- Оставим философию, -- добродушно произнёс я, -- нам надо бы поспешить назад... Наш Проводник бросил нас...
   Александра молча стояла в стороне, глядя на происходящее усталым взором.
   -- Милая Аликс, ты можешь вернуть наши души в бренные тела! -- воскликнул я. -- Ведь твои таланты...
   Я осёкся, не желая называть вещи своими именами. "Таланты убивать" прозвучало бы слишком грубо и прямолинейно.
   -- Имеют власть над душами, -- завершил я фразу.
   Она поняла мою мысль и растерянно замотала головой.
   -- Догадка Вербина верна, -- произнес Семерхет, -- Александра, ты поможешь им вернуться назад... А потом поможешь мне выбраться из лабиринтов... Ты ж не оставишь своего брата?
   Я попытался возразить, что не согласен с тем, что Аликс останется одна наедине с человеком, который втянул нас в это сомнительное предприятие... Но не успел, очертание окружающих предметов начало бледнеть...
   Очнувшись, мне не сразу удалось собраться с мыслями. Оглядевшись по сторонам, я увидел князя, неуклюже поднимающегося на ноги, и, к огромной радости, Александру, взволнованно, взиравшую на нас.
   -- Спешу поздравить, вы живы и здоровы, -- прозвучал голос гостя темноты.
   Обернувшись, я увидел нашего дорогого друга вновь в костюме нашей эпохи. Факел в его руке освещал стены подземелья.
   -- Благодарю, -- ответил я, неуклюже встав на ноги, -- весьма радостная новость, которая будет особенно отрадна, если мы сумеем выбраться...
   Для начала надобно постараться понять, где мы находимся?
   -- Надеемся на ваш талант следопыта, -- добавил Чезаре.
   Князь и Аликс промолчали, вопросительно глядя на меня.
   -- Аликс, ты можешь знать, где мы находимся? -- ласково спросил я Александру.
   -- Мы вернулись к началу пути, к вратам Дуата, в край потерянных душ, -- пояснила она.
   Сосредоточившись, я представил, как бы попытался найти выход, оказавшись в обычном лабиринте пещер. Вода! Подземная река обычно ищет выход... Рискованно, но есть возможность выбраться на свободу.
   -- Шум воды, -- произнёс я, -- Вы слышите шум воды?
   -- Туда, -- уверенно не раздумывая произнёс Чезаре. -- За мной!
   Оставалось только положиться на исключительный слух нашего спутника. Вновь пришлось петлять по подземным коридорам.
   Стоит заметить, гость темноты не обманул наши ожидания, и вскорости мы оказались у реки.
   -- Когда мы пойдём против течения, то выйдем к оставленной лодке, -- ответ оказался очень прост, не думаю, что моя догадка стала выдающимся достижением. -- Если мне не изменяет память, идти останется недолго.
   Ожидания не обманули меня, и мы быстро нашли оставленную лодку. Чезаре весьма услужливо усадил "сестрёнку", и сам устроился рядом, положив ей руку на плечо. Аликс даже не дрогнула.
   Я занял место Лодочника. Течение оказалось не сильным, и править лодкой не составило для меня особого труда. Мрачные своды уже не беспокоили, мы прощались с ними без всякого сожаления. Надеюсь, удастся избежать повторного преждевременно странствия по загробным рекам.
   Наконец, вдали забрезжили лучи солнца -- долгожданный дневной свет.
   -- Никогда не думал, что испытаю столь явную радость от солнечных лучей, -- усмехнулся Чезаре.
   -- Когда вернётесь в ваши нумера, вас порадует и столовое серебро, -- холодно пошутил Долгоруков.
   Гость темноты оставил его остроумие без ответа.
   Наконец, наша лодка причалила к берегу. И мы, ступив на каменную твердь, не скрывая радости, поспешили вверх по тропинке к выходу. Чезаре услужливо помогал Александре. Долгоруков явно не одобрял такой братской заботы, но высказывать возражений не решался.
   Выйдя на солнце, мы увидели трёх горцев верхом. Абреки, заметив незадачливых путников, с криками направились к нам вниз по тропинке со скалистого холма.
   Мгновенно, прежде чем я успел сообразить, как действовать, Чезаре шагнул вперед к противникам. Их лошади, испуганно попятились, а всадники замерли с искажёнными от ужаса лицами. Разбойники будто по чему-то неведомому велению -- верхом они могли бы разрубить нашего спутника саблей за мгновение, неожиданно спешившись с перепуганных коней.
   Я не видел лица Чезаре, поэтому не могу знать, что напугало их. Возможно, искусный гипноз. Наконец, будто очнувшись, абреки бросились бежать.
   -- Шайтан! Шайтан! -- раздались крики.
   Чезаре побежал за ними и скрылся за уступом скалы. Мы оставались стоять на месте, не понятно почему, не желая следовать за ним.
   -- Решил отобедать, -- хохотнув предположил Долгоруков.
   Зная привычки существ, к которым себя относит наш друг, предположение князя казалось вполне верным.
   Когда гость темноты вернулся к нам, его лицо ничем не отличалось от обычной человеческой физиономии. Следы крови на лице и одежде также отсутствовали.
   -- Путь свободен, -- произнёс он.
   К счастью оказалось, что мы очутились недалеко от нашего дорогого Кисловодска, а кони, брошенные горцами, оказались желанным трофеем, позволившим добраться быстро и без приключений.
  

* * *

   Вернувшись домой, я сразу же получил приказ отправиться к графу Апраксину, прекрасно понимая, что меня ждут отнюдь не приятные новости.
   Произошедшая прогулка теперь казалась мне неким наваждением, которое наконец-то внезапно завершилось, уступив место привычным служебным делам.
   -- Вербин, где вас черти носят?! -- с раздражением воскликнул генерал.
   Этот вопрос оказался весьма уместен, и я едва скрыл улыбку, которую начальник вполне справедливо мог неверно истолковать.
   -- Ещё одна кража! -- произнёс Апраксин мрачно. -- На сей раз похищены драгоценности одной из дам водяного общества, баронессы К*... Весьма радует, что даму не убили...
   -- Драгоценности... -- задумался я, -- баронесса назвала подозреваемых?
   -- Увы, -- махнул граф рукою, -- но мы подозреваем её воспитанницу, которой после кражи и след простыл... весьма типично -- сиротка обворовывает свою благодетельницу...
   -- Вполне возможно, -- однако я не спешил с выводами, -- вы сказали, что барышня исчезла... Её видели на станции?
   -- Нет, -- граф еще больше раздражался, -- возможно, девица удрала с сообщником... Мало ли прохвостов по округе ошивается?
   -- Мне бы хотелось побеседовать с баронессой, -- произнёс я.
   -- Разумеется, Вербин! И немедленно! -- воскликнул Апраксин.
  

Глава 10

И веяло могильным хладом

  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Баронесса К* встретила меня весьма недоверчивым взором. Внешности эта высокомерная особа была очень приятной и весьма моложавой для своих лет. Дамы подобного склада милы и приветливы в салонах, но горе тому, кому не посчастливится снискать их недовольство.
   Вполне разумным оказалось предположение, что подобная беда уже настигла офицера Юрьева, который раздражённо расхаживал по комнате, небрежно поправ все правила этикета.
   -- Надеюсь, хоть у вас хватит благоразумия выслушать меня! -- всплеснув руками, воскликнула дама, переведя на Юрьева возмущённый взор.
   -- Разумеется, баронесса, я сочту за честь выслушать вас, -- произнёс я, склонив голову.

   --Лоли не могла обокрасть меня! -- воскликнула дама.
   Офицер пытался было возразить, но я жестом попросил его повременить с выводами.
   -- Позвольте узнать, чем вызвана ваша уверенность? -- мой тон выражал искренний живой интерес.
   -- Посудите сами, мой друг, -- иронично продолжала дама, глядя на Юрьева, -- Лоли могла бы выкрасть мои драгоценности будучи в Петербурге и сесть на корабль до Лондона или Амстердама! Поверьте, она не была глупа...
   Размышления баронессы оказались вполне разумны.
   -- Ваше утверждение логично, -- произнёс я к удивлению Юрьева, -- буду признателен, если вы согласитесь поделится своими предположениями...
   -- Мне даже страшно представить, -- баронесса закрыла лицо руками, -- что Лоли мертва...
   Я перевел вопросительный взор на Юрьева, который пожал плечами, полагаю, он так и не сумел до конца выслушать свою собеседницу.
   -- Простите? -- несколько обескуражено переспросил я.
   -- Кто-то обокрал меня и убил несчастную девочку! -- воскликнула дама тоном учителя, которому не удаётся объяснить урок глуповатому ученику.
   Признаюсь, мне стало совестно за непонятливость.
   -- Позвольте... -- попытался возразить офицер, но я вновь попросил его повременить.
   -- Смиренно прошу вас поделиться вашими размышлениями, -- попросил я.
   Дама, одарив Юрьева торжествующим взором, обратилась ко мне с милой улыбкой.
   -- У Лоли был второй ключ к шкатулке с драгоценностями! -- воскликнула баронесса. -- Она бы достала их, а не крала бы вместе со шкатулкой... Тем самым воровка могла бы выиграть время... И ещё... она получила письмо... странное письмо... вовсе не приглашение на свидание... Увы, она его сразу же сожгла... Да и все эти увлечения Лоли мистикой меня не радовали, не мудрено спятить...
   Взяв паузу, баронесса завершила речь:
   -- По округе бродит вор и убийца, всем известно, который обокрал и убил господина Марио...
   Офицер Юрьев явно терял терпение. Бывалый жандарм не особо любил выслушивать рассуждения пожилых мадам.
   -- Благодарю! -- воскликнул я.
   Действительно, в словах дамы прозвучала истина. Однако вновь чутьё сыщика говорила, что всё не так уж просто. Не следует спешить с выводами.
   Когда мы покинули баронессу, Юрьев сурово поинтересовался:
   -- Неужто вы полагаете, что выводы госпожи К* не лишены основания?
   -- Баронесса рассуждает вполне здраво, -- ответил я.
   -- Вечно вы всё усложняете! -- с раздражением вздохнул офицер.
   Мне вдруг вспомнился рассказ Аликс о её видении, вызванном прикосновением тени убитой девушки... Возможно, тоже не случайность... Призрак пытался сказать, что она не одна...
   Мы вышли на дорожку, ведущую к колодцу, завидев нас, доктор Майер, простился с очередным назойливым пациентом и поспешил к нам навстречу. Присутствие офицера Юрьева вовсе не смутило его. Однако сам жандарм демонстративно остановился и, поспешно простившись со мною, направился назад к дому с мезонином.
   Доктор не придал значения поступку недоброжелателя.
   -- Дружище! -- воскликнул он. -- Мадемуазель Аликс рассказала мне об убитой девушке, -- он запинался от волнения, -- недавно я получал известие от своего коллеги из Ставрополя, о котором к своему стыду совсем позабыл... Он рассказал мне, как в прошлом месяце за городом в канаве нашли тело молодой женщины... Возможно, именно её призрак приходил к барышне Александре...
   Вывод Майера несколько противоречил моему предположению... Труп в Ставрополе не может оказаться компаньонкой баронессы... Однако, возможно, что...
   Наш разговор прервал подоспевший молодой жандарм. Задыхаясь от быстрого бега, он долго не мог внятно произнести нужные слова.
   -- Драгомиров убит! -- наконец, произнёс он, тяжело дыша.
   Впрочем этой печальной новости следовало ожидать. Весьма неразумно скрывать факты от следствия. Поэтому, когда сегодня утром, Аликс поведала мне о своём видении бесславной кончины господина Драгомрирова, я не испытал никакого волнения.
   -- Его тело нашли в конце парка под кустарником...
   Мы поспешно последовали за жандармом. Ночной парк вполне подходящее место преступления. Впрочем, не тороплюсь ли я с выводами, вполне возможно дерзкое убийство средь бела дня.
   Предположение подтвердились. Доктор Майер, опустившись на колени рядом с трупом, сразу же уверенно произнёс:
   -- Преступление совершено ночью! Не раньше полуночи, -- добавил он поразмыслив.
   Выходит, все господа вновь под одинаковым подозрением. Средь бала в ресторации можно столь легко выйти в парк, объясняя желанием подышать свежим воздухом...
   -- Прошу вас, пропустите! -- прозвучал голосок Дарьи Драгомировой.
   Доктор спешно обернулся, вполне справедливо полагая, что вдове может понадобиться его помощь. Госпожа Драгомирова замерла, увидев тело мёртвого мужа. Её лицо долго оставалось неподвижным. Толпа зевак с интересом ждала, как молодая дама поведёт себя...
   -- Вот и всё, -- наконец, произнесла вдова.
   -- Позвольте вам помочь, -- робко обратился доктор, но Драгомирова жестом отклонила его предложение.
   -- Вот и занавес, -- повторила она, и спешно направилась прочь.
   -- Она даже не всплакнула! -- раздался недовольный ропот.
   -- А над чем скорбеть, если этот болван тиранил бедняжку! -- возражал другой гул голосов. -- Вы бы рыдали над смертью своего тюремщика, получив долгожданную свободу?
   -- Какая злоба!
   -- Не будем ханжами!
   -- Прошу разойтись! -- резко прервал я набиравшую силы перебранку.
   Поскольку Третье Отделение вызывает трепет и беспокойство у многих, моя просьба оказалась выполнена незамедлительно.
  

* * *

   Дарью Драгомирову удалось легко отыскать в её номерах. Она не отказалась принять меня. Лицо молодой дамы не выражало никаких чувств... Знаю, мне приходилось видеть, когда людьми, потерявших близких, по вине горя овладевает безразличие ко всему окружающему. Нет... Драгомирова оставалась безразлична к произошедшему изначально... Будто заранее знала...
   -- Да, мне сказали, что он скоро умрёт...
   Вдова догадалась о моём вопросе.
   -- Позвольте узнать, кто именно?
   Ответ оказался не удивителен.
   -- Господин Чезаре...
   Следовало сразу догадаться.
   -- Во сколько ваш муж покинул вас этой ночью? -- задал я вполне логичный вопрос.
   -- Не знаю, -- Драгомирова пожала плечами, -- я легла спать очень рано. Обычно супруг ложился спать до полуночи, дабы соблюсти режим...
   -- Вы легли спать раньше вашего мужа? -- поинтересовался я.
   Драгомирова явно нервничала и не желала дальнейших расспросов, но не смела попросить уйти.
   -- Да, он пожелал написать несколько писем...
   Понимая, что добиться от вдовы боле ничего не удастся, я попросил позволения побеседовать с лакеем убитого.
   Услужливый лакей чётко отрапортовал:
   -- Господин ушёл из дому ровно в одиннадцать!
   -- Господин выглядел взволнованным?
   Вопрос поставил слугу в тупик.
   -- Нет, ваше благородие, не взволнованным, -- голос лакея звучал задумчиво, -- осмелюсь заметить, радостным...
   Весьма забавно. Неужто шантажист намеревался получить неплохую награду за своё молчание. Каков глупец!
   Глупец? Глядя на безразличное лицо дамы, промелькнула мысль о некой нереальности происходящего... "Вот и всё... вот и занавес" -- вспомнились мне её слова. Почему именно занавес? Слова, брошенные в такие моменты, не могут отказаться случайны...
   -- Простите, вы давно не получали писем из Неаполя? -- спросил я Драгомирову.
   -- Неаполь? -- изумилась дама, вырываясь из пут своих мыслей. -- Ах да... Неаполь... нет-нет... мне давно не писали из Неаполя...
   Мне оставалось только откланяться.
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   Снова непонятный зов. Не голос, не видение, а лишь странные чувства и беспокойство, заставляющие следовать по неизвестному ранее пути. Очередная ночная прогулка, способная вызвать ужас у любой барышни, но у меня нет возможности противиться воле незримого провожатого... Не знаю, куда я забрела... Вокруг скользят тени, множество безмолвных теней...
   Я опустилась на колени перед камнями. Повинуясь неведомой просьбе, собрав все силы, отодвинула огромный камень... и ощутила могильное зловоние, от которого закружилась голова. Отпрянув от испуга и отвращения, я упала на холодную ночную землю.
   Убегая прочь от "могилы", не помню, как оказалась около парка.
   Желая сократить дорогу -- прошла через аллеи. Сквозь ветви паркового кустарника промелькнули два силуэта, весьма недвусмысленно прильнувших друг к другу. Луч лунного света скользнул по их лицам. Возможно, мне почудилось, но... я увидела... Чезаре и... Виолу...
   Наконец, оказавшись в комнате, я зажгла свечу, и, выбрав книжку повеселее, забралась на кровать, не раздеваясь. Хотелось одного -- поскорее дождаться рассвета, дабы уехать домой и рассказать Константину о своей пугающей новости...
   Неожиданный роман Чезаре и Виолы занимал меня менее всего...
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Сегодня нашли тело несчастной компаньонки баронессы. Печальная новость породила множество загадок. Слова доктора Майера об убитой в Ставрополе также не давали покоя.
   -- Кем была убитая девушка, о которой вы говорили? -- спросил я друга.
   -- Бедной компаньонкой, -- ответил доктор, -- поначалу предположили, она выкрала драгоценности госпожи и сбежала с любовником, который не пожелал делится с нею награбленным...
   -- Злодея отыскали?
   -- Увы, -- доктор, тяжко вздохнув, развёл руками.
   К нашей беседе весьма бесцеремонно присоединился Джованни, который -- будто из-под земли появился.
   -- Глава клана просил передать вам весьма любопытную новость, -- он перевёл взор доктора.
   -- Прошу вас, -- выразил я согласие с присутствием свидетеля беседы.
   -- Господин Драгомиров мёртв... -- лицо собеседника оставалось непроницаемо.
   Майер усмехнулся.
   -- Это нам давно известно!
   -- Вы не поняли, -- сурово перебил Джованни.
   -- Какой вздор! -- возмутился доктор. -- Неужто вы полагаете, что я не способен отличить живого человека от мертвеца?
   -- Мой друг, не горячитесь, -- произнёс я, положив руку на плечо доктора, -- синьор Джованни желает сказать, о настоящем господине Драгомирове, не так ли?
   -- Вы правы, -- уважительно кивнул Джованни, -- Драгомиров умер в Италии...
   -- Значит, убитый самозванец! -- воскликнул я, хотя хвалиться столь простой догадкой было бы глупо. -- Впрочем, его супруга...
   Джованни вновь кивнул.
   -- Но как вы догадались? -- Майер недоумевал.
   -- Под властью мрачных дум, дама едва не проговорилась, что не бывала в Неаполе, -- пояснил я. -- Простите, что хвалюсь столь вульгарным трюком...
   Спрашивать, почему Чезаре скрыл сей факт от меня, было бессмысленным. Верным оказалось предположить, что именно старейшина нанял парочку жуликов, дабы напустить туману... И существует ли красавица Дарья, описанная в дневнике, на самом деле? А вдруг... Снова казалось бы невероятные предположения охватили меня.
   -- Позвольте узнать, можно ли мне побеседовать со старейшиной? -- спросил я.
   -- Да, сеньор Чезаре ждёт вас! -- Джованни молча развернулся и зашагал прочь, мне оставалось только последовать за ним, ругая правила клана, столь непочтительные к собеседникам.
  

* * *

   К сеньору старейшине у меня собралось много вопросов. Среди которых оказались темы весьма личного характера, которые готов затронуть не всякий сыщик при следствии. Впрочем, я осмелился предположить, что господин Чезаре сам выскажется о своих похождениях. Удивительно, но именно со столь личной темы старейшина изволил начать нашу вынужденную беседу.
   -- Да, мне известно, что барышня Александра заметила меня и Виолу в парке, -- безразлично произнёс Чезаре.
   -- Неужто, вы полагаете, будто Лоренцо не догадывается? -- задал я волновавший меня вопрос.
   Не думаю, что Чезаре из тех, кто часто недооценивает противника.
   -- Лоренцо знает, -- уверенно ответил он, -- мне остаётся лишь предположить, что он замышляет...
   -- Парочка мошенников весьма любопытна, -- напомнил я.
   -- Нет, они не мошенники, а всего лишь бедные актёры, которые согласились неплохо заработать...
   Актёры... теперь понятно, почему "Дарья", не имею чести знать её настоящее имя, произнесла слово "занавес".
   В это мгновение дверь в комнату распахнулась, и на пороге оказалась сама "Дарья"... Она опустилась на колени перед Чезаре и зарыдала, обливая слезами его руку.
   -- Мне страшно, -- шептала она, -- прошу вашей защиты... прошу вас...
   -- Не бойтесь, дитя моё, -- голос старейшины прозвучал удивительно ласково, его пальцы гладили атласные напомаженные локоны, -- Джованни, позаботьтесь о сеньорите. У нас есть свободная комната в апартаментах...
   Девушка пылко поцеловала руку Чезаре, одарив взором, который вызвал бы ревность страстной Виолы.
   На лестнице мне встретился педантичный советник Робеспьер. Его синий костюм, сидящий как влитой вновь являл собой образец изящной французской моды.
   -- Могу только посочувствовать, -- произнёс он, -- столько всего закрутилось, мой друг... в придачу убийства бедных девушек...
   В его голосе не было иронии, лишь настороженность.
   -- Если вы послушаете меня, то часть загадки окажется разрешена, -- шепнул он, оглядевшись по сторонам, -- нет-нет, я не прошу вас об услуге... речь просто идёт, о том, чтобы вы последовали моим советам...
   В эти мгновения я был готов внимать даже советам самого чёрта...
  
  

Глава 11

Твои слова -- огонь и яд...

  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Вернувшись домой, я застал в гостиной уважаемую даму Виолу за оживлённой беседой с Ольгой. Весьма удивительным казался визит этой таинственной особы, но особенно поразили меня её заплаканные глаза.
   -- Приветствую вас, мадам Драгомирова, -- произнёс я устало.
   Моя догадка отнюдь не смутила гостью.

Рис. Ormona
<-- Теперь нет смысла притворяться, -- произнесла она.
   -- Дарья уже всё рассказала мне! -- с гордостью воскликнула Ольга.
   Всегда поражало, что женщина при болтовне за чашкой кофе может разузнать от другой женщины гораздо больше, чем сыщик своею проницательностью.
   -- Мой муж давно умер в Италии... Поскольку Драгомиров вёл уединённый образ жизни и не сумел сыскать себе даже приятелей, в свете вскорости позабыли о его существовании, -- произнесла дама, опередив мой вопрос, потом, запнувшись, добавила, -- Актёров нанял Чезаре, чтобы обезопасить меня...
   Любопытно, очень любопытно!
   -- Насколько я могу предположить, это весьма длинная и занимательная история, -- добавил я, усаживаясь в кресла напротив Виолы-Дарьи.
   Признаюсь, моё поведение выглядело нахальством, но подобные интриги при проведении следствия всегда вызывали у меня раздражение.
   -- Я устала! -- Виола закрыла лицо руками, -- хватит, хватит...
   Ольга по-сестрински обняла новую подругу за плечо.
   -- Да, вы устали, -- улыбнулась моя супруга, -- поэтому не стоит принимать слишком поспешных решений... Послать Чезаре к Дьяволу вы всегда успеете...
   Своим взором супруга давала мне понять, что не позволит тиранить бедняжку.
   -- Насколько я могу предположить, вам будет слишком трудно повторить для меня ваш рассказ, -- умело скрыв досаду, произнёс я.
   Дарья, устало улыбнувшись, поспешно произнесла.
   -- Нет-нет, напротив, мне бы хотелось, чтобы вы узнали мою печальную историю... Возможно, вам быстро наскучит подобный романтический вздор, но ваш совет пришёлся бы весьма кстати...
   Похоже, моя супруга опять преувеличила мои таланты.
   Дарья виновато опустила взор.
   -- С величайшим интересом выслушаю ваш рассказ, -- заверил я даму.
   Помедлив, Драгомирова протянула мне смятые листки, лежавшие на столике.
   -- Из моего журнала, -- запинаясь, пояснила она, -- Ольга уже прочла... Простите, но мне, правда, трудного говорить...
   Я принял протянутые страницы. Дарья, густо покраснев, спросила позволения у Ольги устроиться за пианино, и принялась неровно наигрывать незамысловатые мелодии.

   Из записей Дарьи Драгомировой
  
   Чезаре уехал, не думаю, что он будет долго печалиться обо мне. Моё невинное очарование и нежность не столь уже великая редкость. Даже если я отыщу его и, презрев все приличия, стану его спутницей, Чезаре вскорости охладеет ко мне. Верно, я быстро наскучу ему...
   Неужто моя доля волочить серую жизнь с Драгомировым... Чезаре сказал мне, что мой кузен не проживёт и трёх месяцев, как его свалит смертельный недуг... О, Боже, как могут столь злобные мысли посещать меня... Чем плоха жизнь с богатым Драгомировым? Роскошь и уважение, о которых мечтает всякая барышня...
  

* * *

   Драгомиров умер... Чезаре не ошибся... Внутри меня пустота... Никаких чувств. Наверно, потому что я испытывала безразличие к супругу при его жизни, также мне стала безразлична его смерть...
   Чезаре... не могу забыть его... Он объявился в Венеции, я слышала. Непреодолимое желание немедленно отправиться к нему... напрасные мечты о романтической встрече... Чезаре даже не вспомнит обо мне... Нельзя дважды войти в одну реку... Даже если и вспомнит... и будет рад... Я не ошибаюсь в своих суждениях, что наскучу ему за неделю... Верно, я была ему интересна благодаря амулету... Чем нынче мне удастся заинтересовать его... Ах, так манит Венеция... Ах, карнавал, ах, карнавал... Да! Карнавал! Какая безумная мысль посетила меня...
  

* * *

   Венеция встретила меня вполне приятной погодой. Перед встречей со старейшиной мне стоило огромного труда побороть волнение. Ноги подкашивались, хотелось повернуть назад от его дома, но я решилась...
   Какова я актриса? Удастся ли мне остаться неузнанной под карнавальной маской? Мои светлые волосы скрывали тёмные кудри парика, лёгкие воздушные наряды сменили вызывающие яркие платья, сделавшие мои жесты чуждыми моему прежнему облику. Даже моё лицо стало другим, возможно, сам Чезаре не узнает меня...
   Удача сопутствовала мне. Приятное впечатление на главу клана не составило труда.
   -- Я готова доказать, что женщина не уступает мужчине в ловкости и живости ума, -- слова, чуждые для Дарьи, сорвались с уст Виолы.
   Я решила воспользоваться новомодными идеями европейских женщин о равенстве с мужчинами, которые всегда вызывали у меня недоумение. Ни за какие права я бы не променяло своё право на простые слабости. Как приятно чувствовать себя слабой и защищённой рядом с ним...
   Мои речи оказались убедительны.
   -- С радостью желаю вам удачи, -- улыбнулся старейшина. -- Неужто вы сумеете обставить нашего Чезаре? Он лучший...
   Поддавшись власти своей роли, я презрительно усмехнулась, услышав имя, которое заставило моё сердце биться быстрее.
   -- Однако вы не из обращённых, -- заметил старейшина, -- вам ещё долго ходить в учениках...
   -- А если я раздобуду реликвию, превосходящую по силе побрякушку, которую отнял Чезаре у деревенской дурочки? -- спросила я прямо.
   Столь дерзко говорила не Дарья, так говорила Виола.
   -- Древний артефакт значит одновременное посвящение в клан и в старейшины, -- заметил мой собеседник.
   Я понимала, что раздобыть артефакт, превосходящий по силе египетский амулет, невозможно, и невозможно тягаться с Чезаре. Однако моих сил вполне достаточно, чтобы этакое нахальство вызвало его интерес, чтобы искатель приключений задумался -- кто такая Виола? Он самолюбив и пожелает узнать её поближе...
  

* * *

   Чезаре станет главою клана. Я сделала многое, дабы обратить на себя его внимание, и он заметил... Но теперь мои любые попытки "мешать" ему тщетны... Никто не позволит насмехаться над старейшиной...
   Мои размышления прервала горничная, спешно вручившая записку.
   -- От сеньора Чезаре, -- с важностью добавила она, радуясь, что доставила мне какую-то важную весть, немало не заботясь доставит ли мне это радость или огорчение.
   Забавная черта, присущая всем слугам.
   Оставшись одна, я дрожащими пальцами развернула послание, в котором оказались лишь время и место встречи на одном из городских мостов. Надеюсь, старейшина-Чезаре не решился утопить меня в канале... Нет, он не из тех, кто мстит столь грубо...
   До свидания оставалось всего лишь полчаса. По счастью я была уже одета для прогулки и причёсана. Дождавшись нужного времени, я пустилась по ночной узкой улочке, спотыкаясь каблучками о булыжники мостовой.
   Подойдя к мосту, увидела знакомый силуэт. Чезаре был один. Я остановилась, дабы перевести дух. Не хотелось показать вида, что бежала к нему... Однако, Чезаре обернулся и направился ко мне. Его бледное худое лицо выражало неприкрытое добродушие.
   -- Право, милая Дарья, к чему вы затеяли столь бессмысленный маскарад? Вы желали позабавить меня? Что ж, вам это удалось. Но у всякой шутки должен быть финал.
   Мои ноги подкосились, и я почувствовала, что упаду, но Чезаре поддержал меня, крепко обняв за талию. Мне было тяжело поднять на него свой взор. Выходит, моя игра лишь опозорила меня...
   -- Нет-нет, вы были прекрасны! -- будто в ответ на мои мысли поспешно ответил он. -- И вам удалось вызвать мой непреодолимый интерес к вашей персоне...
   Я робко улыбнулась.
   -- Восхищён вашей смелостью! Не каждая сеньорита осмелилась бы сунутся в наше логово!
   Он не шутил.
   Мы опустились на уличную скамью неподалёку.
   Холодная рука Чезаре сжимала мою ладонь.
   -- Соблазнительное живое тепло... -- прошептал он, прикрыв глаза.
   Уловив мою дрожь, он рассмеялся.
   -- Моих знаний хватит поддерживать ваши жизненные силы, -- заверил он меня, -- так что вам не придётся становится вампиром и лишать себя удовольствия любоваться своим изумительным отражением в зеркалах...
   Я не могла противостоять ему.
   -- Мы сможем победить Лоренцо! -- шепнул он мне.
   В эти мгновения я была готова исполнить всё, что он попросит. Осознание, что я всё это время была ему интересна, занимало все мои мысли, не хотелось задумываться ни о какой опасности.
   -- Стоит пустить слух, что я вырвал из ваших рук статус старейшины, чем вызвал вашу обиду...
   -- Но Лоренцо поймет, что я не вампир! -- недоумевала я.
   -- Я смогу создать иллюзию, -- улыбнулся Чезаре. -- И научу вас многим хитростям... Разыграем сеньора Лоренцо... Создадим несколько ситуаций, где вам удастся обыграть меня... А потом, когда он начнёт доверять вам, нанесём удар... И продолжайте так же очаровательно ненавидеть меня...
   Возможно, он желает всего лишь использовать меня в своих целях. Неужто я всего лишь игрушка в руках вампира?
   -- Нет-нет, вы нужны мне! -- возразил Чезаре в ответ на мои мысли, настойчиво увлекая меня за собою. -- Идём, -- прошептал он, увлекая меня за собою в сторону самого прекраснейшего отеля в городе.
   (далее текст смазан чернилами)
  

* * *

   Отыскать сеньора Лоренцо не составило труда. Устроившись в апартаментах, одного из самых красивейших домов, он редко покидал Венецию.
   Но смогут ли мои речи заинтересовать Лоренцо, достаточно ли я буду убедительна в своих словах о ненависти к Чезаре? Мудрого вампира не так то просто обмануть, не слишком ли Чезаре самоуверен?
   Сеньор Лоренцо будто бы заранее знал о моём визите.
   -- Вас обидел Чезаре? -- спросил он, пристально всматриваясь в моё лицо, будто пытаясь прочесть мысли.
   -- Помогите мне отомстить! -- спешно произнесла я, целуя руку старейшины.
   Затем я почувствовала, как его холодная ладонь, легла мне на плечо.
   -- Благодаря его интригам я упустила статус старейшины! Виною всему, что я женщина! Неужто женщина не может встать во главе клана? История знает множество примеров, когда женщины управляли государствами, и слава об их мудрости осталась в веках!
   Вновь пришлось повторить неприятные заученные фразы, которые будто жгли мне губы.
   -- Право, сеньорита, как несправедливо с вами обошлись! -- ласково произнёс Лоренцо. -- В нашем клане вы не найдёте подобного... Как говорил мудрейший Платон, женщина уступает мужчине только по физической силе...
   Лоренцо улыбнулся. Его старое лицо казалось молодым.
   -- Мне прочили статус старейшины, -- продолжала я. -- Согласно законам клана, преимущество получает тот претендент, который отыщет древнюю реликвию... Амулет, превосходящий по силе египетский, был в моих руках... но они обманули меня...
   Старейшина недоверчиво отпрянул. Затем осторожно взял меня за руку...
   -- Да, -- произнёс он после долгой паузы, от которой холод пробежал по моему телу, -- в ваших руках печать силы древнего амулета... египетского амулета...
   Мне не удалось сдержать смеха от схлынувшего напряжения. Да, ведь я несколько лет носила таинственный предмет, который считала обычной побрякушкой...
   -- Отныне вы будете сопровождать меня, сеньорита Виола, -- произнёс он. -- Как вы желали бы отомстить? Убить негодяя?
   -- Убить? -- на сей раз мой смех звучал иначе, я отдалась новой роли. -- Нет, сеньор Лоренцо, я желаю посмеяться над ним... Причём множество раз... Чтобы он вздрагивал от имени Виола... Особенно будет забавно взглянуть на его лицо при личной встрече!
   Старейшина одобрительно кивнул...

* * *

   Из журнала Константина Вербина
  
   Закончив чтение, я вопросительно взглянул на Виолу-Дарью, которая, прекратив музицировать, вопросительно взглянула на меня. Впрочем, прочитанная история не казалась удивительной. Весьма напомнила старую романтическую комедийную пьесу, в которой влюблённые пытаются облапошить друг друга и в итоге оказываются оба в дураках. Вероятнее всего, этим дело завершится и в этом случае. Лоренцо, наверняка, догадался... Только смешного финала ожидать не приходится...
   -- Чезаре уверен, что Лоренцо не догадывается о вашем заговоре? -- спросил я.
   -- Не знаю... Но мне страшно... и я устала, мне надоела эта бесполезная игра... Чезаре использует меня...
   -- Вам страшно или в вас говорит уязвлённая гордость? Простите за столь бестактный вопрос...
   Мои слова не обидели гостью.
   -- Не могу понять, -- поразмыслив ответила Дарья. -- Вы полагаете, что мне грозит опасность?
   -- Увы, сеньора, -- печально произнёс я, -- вам остаётся только надеется на Чезаре...
   -- Я устала от этого, -- она закрыла лицо руками. -- Я теряю себя прежнюю... Становлюсь какой-то другой, противной самой себе... Простите, но мне нужно было поговорить...
   Вдруг мне вспомнился рассказ Аликс о Семерхете и о Виоле-египнятке, стрелявшей в него серебряной стрелой, которая оказалась поддельной.
   -- Выходит, вам не несколько тысяч лет, -- заметил я.
   Виола потупила взор.
   -- Иллюзия Чезаре сквозь петли времени, -- произнесла она. -- В далёкие века отправилась не я, а только мой образ... Но при этом я отчетливо видела и осознавала всё вокруг... Невозможно объяснить...
   Голос дамы звучал немного виновато.
   -- Но, возможно, Чезаре испытывает к вам действительную сердечную склонность, -- попыталась возразить Ольга.
   -- Не знаю, -- печально улыбнулась гостья, -- может ли сердце, переставшее биться, испытывать какую-то склонность... Простите, что помешала вашему отдыху...
   Дарья поднялась и почти бегом поспешила к выходу.
   Ольга хотела удержать Дарью, но я остановил супругу.
   -- Сейчас ей нужно одиночество... -- твёрдо произнёс я, весьма опасаясь за молодую даму. Надеюсь, Чезаре приставил к ней надёжную охрану.
   -- Я опасаюсь, как бы актриска не заняла бы место Дарьи, -- с досадой заметила Ольга, выслушав мой рассказ о встрече с Чезаре. -- Неспроста она так к нему начала липнуть...
   В ответ я лишь безразлично пожал плечами. Супруга встретила моё равнодушие с пониманием и решила более не донимать бесполезной болтовнёй.
   Стоило больших трудов сосредоточится на недавнем разговоре с советником Робеспьером. Он предложил мне помощь в поимке убийцы девушек, которые крали ради него драгоценности своих благодетельниц. Устроившись в кресле, я ждал назначенного часа, чтобы отправится в условленное место.
  

Глава 12

В нём чувство вдруг заговорило

  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Отправился в путь я далеко за полночь. Погода выдалась на удивление холодной, а ночь мрачной, весьма походящей на описание из английских романов, повествующих о гостях с того света.
   Следуя указанной дороге, я удивлялся, как господин советник, будучи человеком приезжим, сумел столь быстро проведать все тропы в окрестностях. Неужто вековой педантизм? Однако разум отказывался верить в столь солидный возраст моего нового знакомого.
   Наконец я спешился, и, крадучись, отправился по тропинке, ведущей вверх. Двигаться приходилось почти на ощупь, моё зрение, слабое в темноте, вновь подводило меня.
   Вскорости я увидел два силуэта, в одном из них я легко угадал худощавую фигуру Максимильена Робеспьера. Но кто второй? Кто этот вор и убийца несчастных компаньонок?
   -- Вы готовы выкупить драгоценности, за названную мной цену? -- прозвучал неприятный знакомый голос.
   -- Да, ваша цена меня вполне устраивает, -- ответил советник.
   -- Тогда положите деньги в тайник, а я, получив их, скажу вам, где драгоценности.
   -- Неужто вы полагаете, что я склонен верить словам грабителя...
   -- Но я тоже не склонен верить проходимцу, притворившемуся вампиром, взявшем себе имя покойного злодея!
   -- Злодея? -- Максимильен разразился жутким хохотом.
   Его собеседник испуганно отпрянул.
   -- Значит, наш разговор был напрасен, -- пробормотал он, -- и мне придётся вас убить...
   Его рука явно потянулась к оружию.
   Настало моё время вмешаться. Действовать пришлось мгновенно, не давая противнику возможности выхватить пистолет. Я легко сбил его с ног и приставил кинжал к горлу. Как и предполагал, преступником оказался многоуважаемый сэр Томас, столь искусно притворявшийся охотником за вампирами, и тем самым легко морочащий голову несчастным девицам.
   -- Вербин! -- воскликнул он удивлённо, потом, переведя взор на советника, пролепетал. -- Вы помогали ему? Зачем? -- не дожидаясь ответа, добавил, -- я не крал вашу реликвию, не крал... и не убивал вашего посла...
   Робеспьер надменно промолчал, его суровые губы исказила презрительная насмешка.
   -- Когда-то давно в Аррасе* мне не удалось изничтожить негодяя вроде вас, -- произнёс он, -- поскольку этот негодяй оказался влиятельный аристократ... Поэтому, спустя многие годы, я не мог пройти мимо повторившегося злодейства... Делом чести стало вмешаться...
   _______________________
   * Аррас (Франция) - родной город Робеспьера, где он занимал должность судьи до начала своей политической карьеры.
  
   Сэр Томас даже не пытался высвободиться из моих рук. Он со страхом взирал на Робеспьера и, казалось, поверил в вампирскую сущность своего разоблачителя...
  

* * *

   Утром меня встретил радостный офицер Юрьев.
   -- Браво, Вербин, вы столь неожиданно схватили подлого убийцу! -- воскликнул он. -- Надеюсь, он рассказал, куда спрятал награбленное?
   Его лицо светилось радостью ребёнка.
   -- Да, драгоценности уже отыскали, -- ответил я, понимая, что моей заслуги в столь успешном исходе дела не наблюдается.
   -- А кинжал итальянцев?
   Признаюсь, я не сразу понял, о чём идёт речь. Неужто мой друг решил, что Томас виновен и в преступлении против клана? Нет, исключено, Робеспьер не стал помогать бы мне, поскольку это бы означало нарушение моего договора с Чезаре.
   -- В этом деле замешан иной преступник, -- ответил я сурово.
   -- Опять вы усложняете! -- воскликнул Юрьев с раздражением. -- Я уже было намеревался дать отчёт графу Апраксину об успешном исходе следствия...
   -- Не торопитесь, -- перебил я.
   Видя мою решительность, офицер не стал мне перечить. Однако высказал своё недовольство, что следствие движется чрезмерно медленно.
  
   Из журнала Александры Каховской
  
   Я встретила Дарью на прогулке у реки. Светлые волосы уже не скрывал тёмный парик. Вызывающие наряды сменило более скромное бледно-голубое платье.
   Дама задумчиво подошла к бурлящей воде, потом сняла с себя какой-то кулон на длинной тонкой цепочке и бросила его в реку. Обернувшись, она заметила меня и приветливо улыбнулась.
   -- Всё закончилось, -- сказала Дарья, -- отныне я освободилась от них...
   Мне вдруг вспомнились слова Ольги, что актриска может воспользоваться ситуацией и занять место Дарьи-Виолы. Мы молча вместе отправились к парку.
   -- Простите, но Лоренцо... -- попыталась напомнить я, -- он отпустит вас?
   -- Не знаю, -- дрожащим голосом ответила Дарья, -- потом добавила, -- мне страшно...
   Войдя в аллеи парка, мы увидели Чезаре, прогуливающегося под руку с актирисой, которая весело щебетала без умолку, иногда прерывая свою речь непринуждённым хохотом. При виде соперницы она гордо улыбнулась, давая понять, что теперь место фаворитки старейшины занято. Да, такая девица не задумываясь станет вампиром.
   Дарья безразлично проследовала мимо пары. Я обернулась и увидела, что Чезаре пристально смотрит ей вслед, казалось бы, позабыв о своей беззаботной спутнице. Потом, пренебрегая этикетом, он оставил смеющуюся девицу и быстрыми шагами отправился за нами.
   -- Чезаре идёт, -- успела шепнуть я даме, которая с изумлением взглянула на меня.
   Впервые на его бледном невозмутимом лице я увидела волнение.
   -- Зачем вы сняли амулет? -- спросил он сурово.
   В его голосе звучал не укор, а беспокойство.
   Дама замерла, глядя в его пронзительные глаза.
   Да, выбросив амулет, она лишилась невидимой защиты... Будто подтверждая мои мысли, к нам шагнул синьор Лоренцо, его тонкие пальцы осторожно держали за стебель изящную белую розу. Поприветствовав нас изысканным поклоном, старейшина клана произнёс.
   -- Неужто, милая синьора, вы полагали, что я не знал ничего о вас и Чезаре? -- голос его звучал ласково. -- Вы ошибаетесь, я просто ждал сего момента...
   -- Говорите, что вам угодно? -- Чезаре шагнул вперёд.
   -- Вы прекрасно сами понимаете, -- улыбнулся Лоренцо, -- Отныне ваша прелестница в моей власти как этот цветок!
   Он сжал бутон розы в руке, Дарья, вскрикнув от боли, пошатнулась, но Чезаре подхватил её.
   -- Мне надоели ваши выходки, мой друг, -- голос Лоренцо звучал жёстко, -- так что, если вы желаете, чтобы ваша дама оставалась жива и здорова, никогда больше не стойте у меня на пути!
   Чезаре молчал. Дарья, избавившись от боли, осторожно отстранилась от его объятий. В это мгновение звук выстрела пронёсся сквозь воцарившуюся тишину. Светлое платье обагрилось кровью...
   -- Прошу простить, но я был вынужден предотвратить ваше предательство! -- прозвучал резкий голос советника Робеспьера. -- Таковы законы клана...
   -- Я вас уничтожу, -- прошипел старейшина.
   -- Не посмеете, -- Максимильен не дрогнул. -- Лучше попытайтесь спасти жизнь вашей подруги... Пройдя через смерть, она избавится от власти Лоренцо...
   Старейшина был готов испепелить советника клана за столь рискованный шаг...
   -- Весьма смело, Робеспьер, -- усмехнулся Лоренцо, положив розу на грудь умирающей, -- ведь вы прекрасно понимаете, что она не выживет... Эта гордая особа скорее умрёт, чем станет такой как мы...
   С этими словами он повернулся и неспешно побрёл вдоль аллеи.
   -- Помогите Дарье! -- Чезаре грубо схватил меня за плечо, что я едва не закричала от боли.
   -- Хватит! -- воскликнула я.
   Старейшина отпрянул, будто пытаясь заслониться от невидимого нападения, в его взоре мелькнуло изумление.
   -- Вы ей поможете! -- его слова звучали как утверждение.
   -- Пошлите за доктором, -- обратилась я к перепуганной актрисе, которая, явно распрощавшись с вампирскими мечтами, не заставила себя уговаривать.
   Что я могу сделать? Я сидела на дорожке, держа умирающую за руку, пока не подоспел доктор Майер.
   -- Удивительно! -- воскликнул он. -- Кровотечение остановилось, хотя рана глубока... Возможно, дама выживет... -- глядя на Чезаре, он сделал ударение на слове "возможно".
   На мгновение улыбка мелькнула на лице старейшины.
   -- Благодарю, -- поклонился он, протягивая белую розу Лоренцо.
   За что меня благодарить? Я ничего не сделала! Надо благодарить доктора!
  
   Из журнала Константина Вербина
  
   Встреча нашей Алички с мальчиком-призраком и его рассказ о ноже оказались для меня величайшей удачей. Как я сразу не догадался, где убийца спрятал реликвию, причём спрятал именно так, чтобы старейшина клана не почувствовал её. Кладбищенская земля церковная и освещена... всё сходится... Отдельные осколки мозаики легко сложились в гармоничную картину. Как всё оказалось просто!
   Сегодня вечером в ресторации я сделал заявление, которое вызвало всеобщее удивление.
   -- Старейшина клана сообщил мне, -- произнёс я, -- что украденная реликвия была подделкой. Перед смертью посол Марио успел передать её почтальону клана, и теперь реликвия находится в надёжном месте...
   Несколько минут господа обсуждали новость, но постепенно эта тема наскучила им, и внимание водяного общества заняли обычные светские разговоры. Я понял, что настало время действовать...
   Я уже догадался, кто убийца, оставалось только проследить за ним дабы узнать, где именно он спрятал реликвию. Как я и предполагал, убийца немедля направился на кладбище. Наверняка, он сомневался в истинности моих слов, однако, решил проверить, действительно, ли кинжал клана подлинный. Этот старый проверенный способ разоблачения вора обычно всегда помогает сыщикам.
   Через несколько минут моя ладонь легла на плечо убийцы, лихорадочно разгребающего руками землю, встав на колени между могилами.
   -- Значит, это сделали вы, ученик, -- произнёс я.
   Капюшон чёрного плаща открыл удивлённое лицо Джовани.
   -- Вы не солгали, часовые на крепости видели, как вы возвращались в четыре часа ночи. У вас было достаточно времени, чтобы за несколько минут добраться до дома, где остановился ваш учитель... Вы застрелили его, а реликвию спрятали за раму картины. Я увидел глубокие свежие царапины на тыльной стороне рамы -- следы кинжала. Только у вас была подобная возможность -- лишь вы могли вернуться в комнату сразу после обыска, чтобы забрать кинжал и перепрятать его.
   Сжимая в руке украденный кинжал, Джованни молча слушал мои слова.
   -- Да, вы очень умны, -- наконец, произнёс он, -- а теперь выслушайте меня. Я из ордена охотников, я тайно проник в клан вампиров шпионом. Я добился, чтобы посол взял меня оруженосцем в путешествие за реликвией... Я выполнил свой дол: убил вампира и выкрал реликвию, вы не знаете, какая тёмня сила заключена здесь!
   Он помахал лезвием перед моим лицом.
   -- А теперь вы послушайте меня! -- перебил я, выхватив кинжал у него из руки. -- Кем бы ни были ваши враги, но именно вы совершили два преступления -- убийство и кражу. При этом вы не задумывались, что за ваши идеи могут пострадать невинные люди... Гнев клана обрушился бы на каждого, кто в день убийства находился на Кислых Водах!
   -- Они стали бы мучениками! -- величественно произнёс он.
   -- А вы спрашивали, желают ли они столь благородной кончины? -- я был в бешенстве. -- Сейчас, так называемый слуга светлого ордена казался мне отвратительнее самого кровавого вурдалака, -- подумали ли вы, зарывая тёмный артефакт на кладбищенской земле, не оскверняете ли вы покой мёртвых...
   -- Значит, вы на их стороне? -- спросил шпион охотников.
   -- Мне бы хотелось держаться в стороне любых обществ, поскольку не имею к вашей вражде никакого отношения. Я не хочу, чтобы наша тихая обитель стала местом ваших войн! -- ответил я. -- Необходимо вернуть реликвию законному владельцу, чтобы никто не пострадал...
   Охотник молча достал пистолет.
   -- Выходит, вы наш враг, -- задумчиво произнёс Джовани.
   По движению руки Джовани, я легко догадался о его намерениях, и успел выхватить своё оружие. Мы стояли в двух шагах друг от друга. Два выстрела прозвучали одновременно. Мой противник схватился за кровавую рану, его глаза застилала предсмертная мгла. Он упал ничком возле осквернённых им могил. В трёх шагах от нас я увидел Аликс, в белом ночном платье она сама была похожа на призрак.
   -- Мне приснился сон, и я сразу же поспешила к тебе, -- прошептала она.
   Я обнял испуганную Аликс, из глаз которой катились слёзы. Я задумался, возможно, её мистический взгляд помог мне избежать вражеской пули, воин ордена Охотников должен быть обучен меткой стрельбе.
  

* * *

   Этой же ночью я и Аликс отправились к старейшине Чезаре, дабы передать найденную реликвию. Не хотелось медлить ни минуты, я уже не мог боле выносить напряжение ответственности за людские жизни.
   -- Как я и предполагал, вы успешно справились с поставленной задачей, -- спокойно произнёс старейшина, -- Любопытно, кто убийца?
   В голосе Чезаре не прозвучало никакого интереса. Он с благоговением принял реликвию и, поцеловав чёрный клинок, осторожно уложил в шкатулку из красного дерева.
   -- Убийцей оказался ученик вашего посла, -- ответил я, -- Джовани был шпионом ордена Охотников.
   Чезаре встретил эту новость невозмутимо, ни один мускул не дрогнул на его лице.
   -- Да, и в наши ряды проникают шпионы, -- произнёс он, -- к сожалению, сей неприятности невозможно избежать. Для этого и существует длинный испытательный срок, дабы шпион сделал ошибку и разоблачил себя... Как я понимаю, вы убили его? Я вас не виню, но мы бы нашли для шпиона более суровое наказание...
   -- Вы исполните ваше обещание? -- спросил я.
   Это единственное, что меня беспокоило. Хотя у меня не было причины усомниться в честности старейшины, мне очень хотелось, чтобы этот господин поскорее покинул нашу местность.
   -- Мы всегда исполняем обещания! -- повторил Чезаре, однажды уже сказанную мне реплику.
   Старейшина взглянул на часы.
   -- Три часа ночи, -- произнёс он, -- можно продолжить путь. Я успею добраться к рассвету до следующего укрытия. Ваша местность уже успела наскучить мне, пора следовать дальше в Персию.
   В комнату вошла Дарья Драгомирова, удивительно быстро поправившаяся после тяжёлого ранения. Судя по дорожному платью, она забыла былые разногласия и решилась следовать вместе с Чезаре. Надо отдать должное, дама сумела сохранить себя, свою душу... Возлюбленный принял её такой и не заставил измениться... Смогут ли две противоположности ужиться вместе -- время покажет.
   -- Счастливого пути! -- пожелал я.
   -- Не хотите ли присоединиться, вы достойны стать моим учеником, -- предложил старейшина.
   Аликс испуганно взглянула на меня. Её беспокойство было напрасным, меня подобное предложение отнюдь не привлекало.
   -- Благодарю за оказанное доверие, но я не могу оставить службу, -- ответил я, склонив голову, -- моё место здесь...
   -- Возможно, вы правы, каждому свой путь, -- задумчиво произнёс Чезаре. -- Прощайте, сыщик...
   Он взглянул на Александру:
   -- Прощайте, вестник смерти...
   Я заметил сочувствие, мелькнувшее в суровых глазах старейшины.
  
Конец Первой Части



Оценка: 4.45*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Кутищев "Мультикласс "Союз оступившихся""(ЛитРПГ) Д.Толкачев "Калитка в бездну"(Научная фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) О.Гринберга "Ребенок для магиссы"(Любовное фэнтези) А.Светлый "Сфера: один в поле воин"(ЛитРПГ) А.Тополян "Механист"(Боевик) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список