Сапига Алексей: другие произведения.

Один сол из жизни доктора Мальцева

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:

    Один сол это марсианские сутки, которые примерно на 39 минут длиннее земных. Приключенческая, познавательная, научная фантастика. События происходят на Марсе в начале следующего века, когда человечество еще только начинает перестраивать планету.



- 1 -
До начала рабочего дня еще оставалось часа полтора, но главврач Николай Мальцев уже спешил на работу. Час пик ещё не наступил, и люди встречались редко. По большей части попадались андроиды, роботы уборщики и другие механизмы.
Мальцев подошел к центральной шахте, когда у него на запястье завибрировал коммуникатор. На экране высветилась эмблема города - ветка цветущей черемухи на фоне красной планеты. Полвека назад ещё первый мэр города придумал эту эмблему в противовес банальной яблоне, поскольку сам родился и вырос в одноименном московском районе. Позднее Черёмушками стали именовать и подземный город в русском секторе Марса.
"Блин. Кому не спиться в ночь глухую, - не к месту вспомнился детский стишок. - Сейчас загрузят какой-нибудь чепухой", - слегка раздраженно подумал главврач. Он уже догадывался, что намеренно выкроенное время до начала рабочего дня сегодня придется потратить на очередную организационную рутину. Коммуникатор настойчиво подрагивал и уже начал нетерпеливо, но пока еще тихо попискивать. Несмотря на раннее утро игнорировать звонок из администрации было нельзя, и Мальцев ткнул пальцем по коммуникатору. На фоне рукава синей медицинской куртки серебристым светом замерцала нарисованная лазером бегущая строка: "Николай Алексеевич, зайдите к Бородину". Категоричность не удивила Мальцева, такова была манера общения электронного секретаря. Озадачило то, что сегодня мэр вызывал его лично. Обычно все вопросы функционирования госпиталя решались в дистанционном режиме. Последний такой вызов был так давно, что Мальцев уже даже и запамятовал, когда это было. По всему выходило, что случилось нечто необычно. Не столь экстраординарное, чтобы вызывать его срочно, но, тем не менее, важное.
Время визита "на ковер" к начальству не указывалось. Видимо компьютер учел, что Мальцев еще может нежиться постели. Некий запас времени позволял ему чуть схитрить и не спешить сразу в административный сектор, а прежде зайти к Ирине. Мальцев нажал кнопку "Принято" и сразу заглянул на страницу экстренных случаев. Ему пришлось ненадолго остановиться, чтобы не листать на ходу меню. В журнале поступивших пациентов значился только один больной с баротравмой. Больше ничего особенного за ночь не произошло. Мальцев прошел несколько шагов и снова остановился. Все же непонятный звонок его слегка обеспокоил. Он не удержался и набрал пароль доступа к физиологическим данным больных. Выбрал меню Ирины Мальцевой. Обычно он так не делал без необходимости, но сейчас чувство беспокойства не покидало его. На экране высветились параметры состояния его супруги. Все было в пределах нормы. По избытку инсулина и других характерных веществ в крови он видел, что жена как раз завтракает. И лекарства она то же приняла. Конечно, можно было просто позвонить. Но Мальцев знал, что коротким этот разговор не получится, да и из головы не выход вопрос о причинах вызова. Она всякий случай он заглянул на страницу тяжелых больных, но ничего тревожного в их состоянии не обнаружил.
Ирина вторую неделю пребывала на сохранении. Иная сила тяжести часто порождала непредсказуемые патологии в развитии ребенка, а в госпитале была центрифуга и специальные "штаны" для создания прилива крови к нижней части тела, не говоря уж об оперативной круглосуточной диагностике.
Хотя медицина далеко продвинулась в адаптации рожениц к иной гравитации, но всё равно проблемы оставались. Почему-то NG - аппарат1 помогал не так эффективно как ожидалось, а "штаны" он, как врач, считал больше знахарством, чем серьезной терапией. Но такие процедуры рекомендовал отдел здравоохранения при Комитете по освоению Марса. Из-за высокой вероятности разного рода осложнений, роды на Марсе и для супругов, и для врачей были событием беспокойным, а начальство из здравотдела лишний раз перестраховывалось и проверяло выполнение всех нормативных инструкций.
Мальцев, зная всё о беременности и патологиях, не мог избавиться от беспокойства. Весь день на работе Николай не мог избавиться от волнений и мыслей о жене, зная что Ирина не щадит себя и чрезмерно увлекается любимой работой. Он даже допускал, что намеренно сгустил краски и настоял на том, чтобы Ирина легла на сохранение. Так он надеялся оградить жену. От чего он и сам не мог толком сформулировать.
Правда, сейчас Николай уже пожалел, что тогда поспешил. Пребывание в госпитале ничего не изменило в распорядке её дня. Ирина не выпускала из рук компьютер и постоянно "висела" на связи с лабораторий. Часто заходить в палату Мальцеву не позволяли текущие дела, и они больше общались по телефону.
Но особенно одиноко Николаю становилось по вечерам. Не помогали даже регулярные видеозвонки. Мальцев постоянно замечал, что когда он общался с Ириной находящейся по ту сторону экрана, то абсолютно ничего не чувствовал. Или почти ничего. Вот только тембр голоса не оставлял его равнодушным. Но этого было так мало. Как врач он допускал, что при личном общении они обмениваются некими флюидами и таким образом приводят свои организмы в состояние биохимической синхронизации, которая собственно и обеспечивает гармонию в жизни любящих людей.
Но сегодняшний звонок обеспокоил главврача, и он на всякий случай связался со своим секретарем - компьютером системы электронного управления. Снова ничего такого ради чего его стали бы беспокоить в такую рань, он не нашел. Мальцев решил, что если дело срочное, то ему снова перезвонят, и не стал менять свой ежедневный маршрут.
Город в плане походил на многолучевую звезду. В вертикальном разрезе этажи были нанизаны на общий ствол, где поднимались и опускались лифты. Сверху толстый слой породы защищал людей от космических лучей. Надежные шлюзы отделяли воздух земного состава от разряженной и ядовитой атмосферы Марса. По плану, который Мальцев сам себе наметил и ежедневно выполнял, ему нужно было идти до госпиталя минут двадцать. Можно было ездить на работу на электросамокате, но он считал, что важнее побольше нагружать мышцы в условиях меньшей силы тяжести. Поэтому он специально шел по лестницам, а не пользовался лифтом и путь специально выбирал не самый короткий. Хотя обязательный час для физических нагрузок в тренажерном зале он никогда не пропускал, но всё равно, частенько в душе осматривая своё тело, Николай с огорчением замечал, что жир на животе всё прибавляется и прибавляется. Несмотря на хлопотливую работу главврача, всё же его образ жизни не отличался подвижностью. Да и возраст начинал сказываться. Мальцеву уже было сорок.
Большинство из проживавших в городе людей приехало сюда работать по контракту, обычно рассчитанному на семь лет. За больший срок, часто бывая на поверхности Марса, человек набирал избыточную дозу радиации. По закону, принудить работать дольше, было нельзя, и каждый контратник должен был принять решение вернуться на Землю или остаться ещё на несколько лет. Некоторые оставались, но всё же ближе к старости возвращались обратно на родную планету, особенно учитывая, что заработанных средств и положенной пенсии хвалило, чтобы скромно прожить на Земле остаток жизни.
До конца контракта Мальцеву оставалось еще два года. Но после рождения ребенка они с Ириной останутся тут ещё на четыре-пять лет. Считалось, что детям младшего возраста космический перелет противопоказан. Дольше задерживаться на Марсе тоже нельзя, если рассчитывать, что в дальнейшем их ребенок будет жить на Земле. Задержись ребенок на Марсе дольше, и его опорно-двигательный аппарат и внутренние органы сформируются в условиях меньшей силы тяжести, и адаптироваться к тяготению Земли станет с каждым годом все труднее и труднее.
Спустившись на свой этаж, Николай на секунду замялся. Ноги его сами несли вправо, но сегодня вместо пальм там колосилось поле пшеницы, над которым висели облака на фоне белесого, как часто бывает на юге, голубоватого неба. Николай точно знал, что там еще вчера было продолжение тоннеля. В городе неизменными оставались только полы. Здесь всегда высвечивались стрелки и указатели, чтобы люди и роботы не блуждали после очередной смены интерьеров. Стрелки указывали именно туда, в пшеничное поле. Чертыхнувшись про себя, Николай решительно шагнул вперед. Голографическая иллюзия пропала, и перед ним снова продолжался тоннель, в котором по стенам вились живые лианы. В условиях низкой силы тяжести они росли особенно активно, а по углам пальмы изогнувшись, упирались в потолок. Натуральные растения перемежались с голографическими картинами, демонстрирующими земные пейзажи. Дальше виднелись стеллажи с растениями. На многих участках в тоннелях часть площади вдоль стен использовали для выращивания разной зелени. Роботы регулярно собирали урожай, а заодно натуральные растения радовали глаз. В отличие от Земли на Марсе не существовало ограничений на применение роботов. Зато постоянно ощущалась их нехватка, а потому людям работы хватало.
- 2 -
В дверях медицинского блока Мальцев столкнулся с хирургом Нефёдовым. Сегодня он дежурил по госпиталю. Худощавый, роста выше среднего, черноволосый, с длинным крючковатым носом, Нефёдов всего два года работал на Марсе. Мальцев напротив был среднего роста, слегка полноватый, светловолосый, с прямыми бровями, голубыми глазами. Хотя Нефёдов был старше, но Мальцев уже разменял на Марсе пятый год, а потому считался ветераном.
Коллеги поздоровались, и Мальцев сразу поинтересовался: - Семен Васильевич, как состояние больного поступившего ночью?
- Множественные гематомы... Баротравма легкого... Пока его подключили к АИЛу...2 Скорее всего, потребуется пересадка большей части легкого... Ну и конечно микрохирургия сосудов, - как всегда размеренно говорил Нефедов.
- Причина известна?
- Снова разгерметизация скафандра.
- М... да... Много у нас бесшабашных голов, - посетовал главврач.
- Тут есть странность, - Нефёдов пожевал губами.
Мальцев вздернул брови и вопросительно смотрел на хирурга. Он уже привык к такой манере разговора своего коллеги и терпеливо ждал.
- Пострадавший каким-то образом повредил скафандр.
- И что тут странного? Так обычно и происходит при аварии с разгерметизацией.
- У него множественные повреждения скафандра ниже пояса. Повреждена даже биокожа. Причем раны такие, как будто он попал в какой-то механизм.
- А кто он по специальности.
- Наверно геолог. По крайне мере они его доставили. Поступил без сознания. Я не был в приемном отделении и не знаю подробностей. Хотя мне уже звонили из отдела безопасности. Интересовались, когда пострадавшего можно будет опросить. Видимо начали расследование инцидента.
- Всё-таки производственная травма, а не какая-нибудь глупость. Хорошо хоть жив остался, - сказал Мальцев, а сам подумал, не поэтому ли поводу его вызывает начальство. Может, потребуется особая медицинская экспертиза. Но такие вопросы обычно решались в рабочем порядке. Его мысли прервал Нефёдов: - Николай Алексеевич, - тут Нефедов снова на секунду замолчал, как будто собирался с мыслями, - у нас могут возникнуть проблемы с материалом для пересадки. Ткань уже заканчивается. На этого пациента если и хватит, то впритык. Но боюсь, если потом выясниться, что часть ткани не приживётся, его снова придется штопать. Нам лишняя морока, а главное, нагрузка на больного. Иначе ожидать полного восстановления не приходиться. Возможна инвалидность и отправка на Землю.
- А что за проблема с тканью? Мы же закупили партию у китайцев.
- Но,.. - Нефедов недовольно покрутил длинным носом и пожевал губами, - китайская ткань не лучший вариант. В этих образцах альвеол в десять раз меньше чем у нативной легочной ткани.
- Изъяны быстрой технологии на основе обычного коллагена, - начал Мальцев, но Нефедов перебил: - Николай Алексеевич, я, сколько говорю, что надо иметь свою установку... Вы же знаете, в любой момент могут привести не одного, а сразу двух или больше пострадавших, а им нечем будет легкие штопать... Хорошо бы выпросить у начальства аппарат БТИ...3
- А мы, Семен Васильевич, каждый год подаем в отдел снабжения заявку на биотканевый инкубатор. Нам отвечают, что на ближайшую навигацию корабль с Земли уже заполнен под завязку.
- Да причем тут загрузка, - возмутился хирург и стал говорить быстрее. - Аппарат весит всего несколько килограмм, а ванну с термостатом к нему можно подключить любую. Я же писал вам в заявке.
- Помню. Но ответ вам наверно известен. Наши чинуши не могут прислать нам разукомплектованный прибор. Только со всеми причиндалами, а это объем два кубометра и масса больше ста килограмм. А корабль и так летит переполненный.
- Вы Николай Алексеевич, оправдываете их бездушное и формальное отношение, - гневно сверкнул глазами Нефёдов.
- Никого я не оправдываю, - Мальцева начал раздражать этот бесконечный разговор. На заявку он всякий раз получал ответ, что в следующий раз её обязательно учтут. По большей части весь рутинный менеджмент осуществляли компьютеры. С "железякой" вообще поговорить было не возможно. Машины были запрограммированы на формальное исполнение инструкций. Только столкнувшись с неразрешимой ситуацией, компьютеры передавали управление человеческой администрации.
Поняв, что посылать заявки без толку, Мальцев направился прямо к начальнику отдела снабжения. Молодой, на вид ушлый малый, в строгом костюме с галстуком, неофициально пояснил: "Всё привезти с Земли невозможно. Скажите спасибо, что вам доставляют уникальные препараты. А все приборы, которые вы придумаете, в корабль не вмещаются. Знаете, на Земле много чего изобретают каждый год. Деньги вам выделяют? Покупайте всё, что не хватает у китайцев, американцев, индусов".
У чиновников была своя правда. Но реалии были такие, что индийский и американский сектора находились на другой стороне планеты и купить там что-либо было столь же затруднительно, как и привезти с Земли, а китайцы хоть и находились недалеко, но продавали всякое барахло. Объяснять всё это своему подчиненному главврач не считал нужным. К тому же знал из рассказов жены, что ситуация с инкубаторами совсем не такая простая, как она виделась со стороны. Даже среди биологов были свои распри из-за этих аппаратов. Потому молча слушал сетования хирурга, подавляя некоторое раздражение из-за того, производственная рутина уже затягивает его, хотя он ещё только преступил порог госпиталя.
- Я не понимаю, - продолжал Нефедов, - у генетиков в отделе стоит два инкубатора. Почему такой приоритет?
- Инкубаторы они получили из научных фондов КОМа. А нас снабжает другая епархия. Видимо работа генетиков считается особо важной, - иронически сказал Мальцев.
- Как же... Растят там органы для своих чудовищ. Но я точно знаю, что один аппарат у них пылиться без дела, - возмущенного говорил хирург. - Надо просто потребовать у начальства, чтобы его передали на баланс госпиталя.
- Вам легко говорить. Только мы заикнемся о передаче, уверяю вас, генетики завопят, что инкубаторы у них пашут целыми солами.
Слова Нефедова снова напомнили Мальцеву о вызове к мэру города, и главврач на всякий случай спросил:
- Э-э, Семен Васильевич, у нас кроме этого пациента никакого ЧП не произошло?
- Нет. Все как обычно, - пожал плечами Нефедов.
- Ладно, идите. А насчет инкубатора я спрошу. Если аппарат не используется, то буду настаивать, чтобы отдали нам.
Нефёдов вяло махнул рукой и размеренной походкой, пошел по своим делам. Мальцев смотрел ему в след и думал, что все хирурги такие. Кажется, они резко поговорили, а Нефёдов остался спокойным. У Мальцева на душе отложился неприятный осадок от непробиваемой стены. "Стены и барьеры тут вокруг. Каменные вот - окружают со всех сторон. Можно идти вперед или назад, но это будет туннель в лабиринте. Острый дефицит буквально всего поддерживает упрямство чиновников. Скрупулезность компьютерной администрации ужасно раздражает. Но помимо этого существует масса ограничений. Начиная от рациона питания, расходования воды, электричества и заканчивая свободой перемещения, выбора рода занятий и многих таких привычных для землян развлечений. Везде четкие правила поведения. А главный барьер - враждебная среда на поверхности. Долго еще придется ломать это мир под нас, под людей, постепенно снимая барьеры и разрушая стены. Но пусть марсиане строят новый мир уже без меня. Еще максимум четыре года и я отсюда сматываюсь вместе с женой и сыном. А сейчас зайду к Ирине, а уже потом удостою вниманием начальство. Заодно спрошу про инкубатор", - только подумал Мальцев, как снова завибрировал коммуникатор. На экране повторно высветился вызов. Мальцев остановился, не зная, что предпринять. "Подождут. Было бы что-то экстраординарное, уже сообщили бы", - решил он и поспешил дальше.
- 3 -
Ирина, лежа в кровати, держала перед собой планшет. "Снова плохо поела", - подумал Николай, увидев остатки пищи в тарелке.
Мальцев успел только поцеловать жену, как снова прозвучал сигнал. На этот раз требование было категоричнее: "Поторопитесь, это очень срочно".
- Ну, вот опять. Не успел дойти до работы, а начальство требует к себе, - извиняющимся тоном сказал Николай, показывая Ирине виртуальный экран коммуникатора.
- Что-то случилось? - участливо спросила Ирина.
- Я не могу даже предположить. Почему-то меня вызывают лично, а не связались по видео. Придется сходить, а то работать не дадут. Задергают...
- Я тебя отпускаю, - милостиво сказала Ирина. - Но потом снова зайди, а то мне скучно, - потянувшись и растягивая слова, сказала Ирина.
- Пять минут ничего не решают, - Николай присел на кровать. - Ну, как ты?
- Ничего. Все нормально. Пора меня выписывать.
- Ну, это я буду решать, - напустив на лицо строгий вид, сказал Николай. - Ты же знаешь правила.
- А ты их обойди и решай поскорее. Мне хочется домой. Что у нас там нового? - спросила Ирина.
- Всё как обычно. Рыбок покормил. Позавтракал.
- Мо-ло-дец, - растягивая гласные, улыбнулась Ирина.
- Выхожу из блока, в тоннеле как-то темно, думал свет отключился. Потом присмотрелся. Пещера. Сталактиты висят. Разные интересные каменные цветочки. Капельки воды поблескивает на стенах, - рассказывал Николай. - А в зале, возле кафе, большой такой грот, а там как бы сундуки с золотом сверкают. В первый раз на моей памяти такой дизайн применили.
- А... это пещера Аладдина, - догадалась Ирина.
- Наверно.
- Так вот... как тебя удивили с утра... Интересно посмотреть.
- Включи видео.
- Это не то... Своими глазами лучше. Отпусти меня домой. Вот я и посмотрю, - хитро сверкнула глазами Ирина.
- Ты снова за своё. Разве уже забыла, почему ты здесь. Помнишь, я прописал тебе дома покой, а когда ушел на работу, ты сбежала к своим кроликам.
- Какой ты вредный с утра, - отвела взгляд в сторону Ирина.
- Я такой злой, потому что меня зачем-то дергает начальство, - насупившись, пояснил Николай.
- Так и иди к своему начальству, - Ирина недовольно надула губы, всем своим видом показывая, что общаться дальше она не желает. Николай чмокнул в отвернутую щечку и быстро вышел из палаты.
Встретились они с Ириной отчасти случайно. Николай пошел на традиционную встречу колонистов прибывших на одном корабле. Они отмечали второй год на Марсе. В том же зале ресторана другая группа отмечал свой юбилей. Позднее Николай с Ириной обсуждали случайности, которые свели их вместе. В том, что две группы прибыли на Марсе в один и то же день, но в разные годы имелся элемент случая. Корабли с Земли прибывали раз в полгода, потом через год и снова через полгода. Причем даты, когда отрывалось "окно", все время смещались.
Также случаен был выбор ресторана. Их в городе имелось несколько. В этот вечер зал заказали только эти две компании. Но, даже оказавшись в одном зале у них было немного шансов для знакомства. Обе кампании сидели в разных концах довольно просторного зала и никак не общались, поскольку общих знакомых в обеих группах не оказалось. К тому же имелась определенная дистанция между прибывшими на Марс в разные годы.
Веселье шло своим чередом. Роботы-официанты меняли блюда и напитки, временами начинались танцы. Как ни странно, но в ресторане звучала живая музыка. Женщина старшего бальзаковского возраста проникновенным густым голосом пела преимущественно романсы, а мужчина, возможно, такого же возраста исполнял шансон. Вперемежку с медляком оркестр из четырех андроидов, одетых в рваные джинсы и куртки и изображавших патлатую рок группу позапрошлого века, наяривал быстряк. Посматривая на мужчину и женщину, Мальцев тогда удивился и подумал, что это кто-то из старожилов Марса, которые по неведомым причинам переквалифицировались в исполнителей ресторанных шлягеров. Женщин и мужчин периода поздней зрелости Мальцев видел в городе буквально единицы, и почти все они были его пациентами. Но этих двоих он еще не лечил, а потому решил, что прибыли они на Марс недавно.
Загадка разрешилась довольно скоро. Спустя какое-то время после этого вечера пожилой исполнитель шансона проходил у него курс обследования и Мальцев узнал, что работа у обоих исполнителей была совсем иная, а в ресторане они выступали ради собственного удовольствия. Это была семенная пара. В картотеке имелась информации о времени их прибытия на Марс. Оказалось, что они оба из числа первых поселенцев. Выходило почти три десятка лет. Мужчина работал горным инженером. Кем работала его супруга, и почему они так надолго задержались на Марсе, Мальцев расспрашивать не стал.
В тот вечер застолье было в самом разгаре, когда, отплясав очередной танец все сели на свои места, а солисты ушли на перерыв. Роботы остались и застыли как истуканы. В это момент внимание Николая привлек спор за столом, где сидела другая компания. Как потом рассказывала Ирина, она проспорила какое-то пустяковое пари своему знакомому. Тот потребовал, чтобы в оплату пари она громко кукарекала на весь зал. Ирина застеснялась и отказалась. Если бы согласилась, то не факт чтобы их пути с Николаем потом ещё пресеклись бы. Но тогда свидетели пари стали требовать, чтобы она проявила иные таланты.
В это момент Мальцев увидел как из-за стола вышла девушка, решительно пошла к эстраде и сказала в микрофон, что хочет спеть песню. За соседним столом ей зааплодировали. Роботы тут же включились в режим караоке и принялись подыгрывать. Как отметил про себя Николай, у девушки был хорошо поставленный и приятный голос. Он еще толком её не рассмотрел, но по телу уже побежали мурашки, и всё внутри напряглось. Именно голос Ирины потом не единожды действовал на Николая подобно некому афродизиаку. Она кончила петь, и ей зааплодировали друзья. Пение так понравилась Николаю, и он тоже похлопал. Приятели его поддержали. Кто-то из другой компании крикнул: "Ирка ты молодчина". "Да она поет лучше, чем местная певичка", - пропищал женский голос. Это явно необъективное заявление возмутило Николая. Обе исполнительницы были хороши. Просто пели в разных стилях. "Да это наша колония самая способная", - послышалось еще чье-то мнение. Какой-то разгоряченный мужчина привстал с бокалом в руках и крикнул, обращаясь к столу, где сидел Николай: "А вам слабо?" Это был вызов. Но все кто сидел с ним за столом, не проявили желания состязаться в вокальных способностях. Что-то подтолкнуло Николая. Вокалом он особо не занимался. Но в детском доме участвовал в хоре, и выучился играть на гитаре, а в универе пел на вечерах самодеятельности. Выпитый энергетик уже ударил ему в голову. Девушка ему понравилась. Не думая справиться или нет, и помнит ли слова хоть какой-то песни до конца, Николай вышел к микрофону. Забрал у одного из роботов гитару. Проверил аккорды. Хотя прошло несколько лет, с тех пор как он не брал в руки инструмент, но пальцы помнили всё.
На его удивление исполнение удалась. Ему тоже дружно хлопали. Кто крикнул: "Ирка твоя очередь". Девушка вышла и спела еще песню. Потом снова пел Николай. На припеве она к нему присоединилась, и они уже пели дуэтом.
Потом вернулись штатные певцы. Но роботы почему-то вжарили крутое космотехно и все вышли танцевать. Само собой получилось, что Николай и Ирина были рядом возле эстрады, и у него не оставалось выбора. Все случайности иссякли, и всё стало закономерным. Он пригласил её танцевать.
Интерес к биологии Ирина унаследовала от своих родителей. Они занимались конструированием биорботов для подводных работ. Генетический гибрид дельфина с руками обезьяны вместо передних плавников оказался весьма востребованным для работ на шельфе, имея важные преимущества перед "железными" роботами -надежность и долговечность. Ирина решила, что на космосе можно сделать нечто новое в этой науке и завербовалась в марсианскую колонию.
К этому времени Ирина уже отработала на Марсе три года. По началу она занималась поиском внеземной жизни. И как знал Николай, в тайне Ирина мечтала открыть первого внеземного микроба, которого само собой назовут в её честь. Бактериальные маты найденные глубоко в грунте еще первыми экспедициями состояли из окаменевших потомков бактерий. Ученые спорили, была ли это аборигенная жизнь или её в далекие времена занесло на Марс с метеоритами, выбитыми с Земли. В настоящее время незначительная микробиологическая среда на освоенных территориях занесена с Земли или намеренно распыляется входе биологических экспериментов. Для Ирины было важно найти нечто живое.
Проработав пару лет в отделе микробиологии и поняв, что искать на Марсе нечего, Ирина, продолжая семейную традицию, перевелась в отдел генного конструирования. Новое направление работы её полностью захватило, и теперь она и вовсе не желала покидать эту пыльную, негостеприимную, но такую перспективную планету.
Николай с определенным трепетом ждал того момента, когда у него закончиться контракт и надо будет принимать решение. Вариантов он видел всего три. Остаться ещё на несколько лет с Ириной на Марсе, что для него лично было нежелательно. Ограниченность и однообразие жизни в Черёмушках ему уже порядком надоела. Он не очень стремился вернуться на Землю. Там его никто не ждал. Николай хотел попробовать себя на Луне или в экспедиции к другим системам. Но поле того, как они стали жить вместе, он уже думал, что может получиться уговорить Ирину вернуться на Землю и там родить ребенка. О третьем варианте, который означал разрыв отношений, Николай думать не хотел.
Всё изменил генетический тест, который каждые полгода сдавали все колонисты, он показал у Ирины угрожающий рост числа мутаций. Сказывалось частое пребывание на поверхности. Ирине надо было решать. Или обзаводиться собственным ребенком естественным путем, пока еще генетики гарантировали относительный минимум возможных патологий или прибегнуть к генетической коррекции ДНК с искусственным оплодотворением и возможным вынашиванием плода в инкубаторе. Процедуры дорогостоящие и главное психологически неприятные для женщины, которая по зову природы хочет сама вынашивать своего ребенка и мечтает зачать его в постели с любимым человеком. Ирина сразу отвергла искусственный вариант, хотя на Земле он давно стал обычным способом размножения человечества. Была еще возможность уже позднее на Земле из замороженных до полета клеток провести искусственное оплодотворение. Но Ирина не хотела в ближайшие несколько лет возвращаться на Землю.
В итоге они приняли компромиссное решение. Теперь если роды пройдут успешно, им предстояло продлить свое пребывание на Марсе. Ирину такая перспектива вовсе не огорчала. Наоборот ей нравилось конструировать всяких зверюшек. Особенно учитывая доступную здесь относительную свободу творческого поиска, которая была следствием малой численности коллег и потенциальных конкурентов. Тогда как на Земле, специалисту её профиля пришлось бы сидеть в какой-нибудь биотехнологической фирме и от сих до сих отрабатывать утвержденный сверху план работ. А Николай смерился с тем, что проведет на Марсе еще несколько лет. "Все равно Земля или Луна от меня никуда не денутся. Да и никто меня там не ждет", - думал он.
- 4 -
Расставшись после легкого спора с Ириной, Мальцев поспешил в административный сектор, механически здороваясь со встречными людьми, он с легким раздражением думал, что сейчас его вызвали срочно, не объяснив причин и даже не спросив, а не занят ли он в данный момент важной процедурой. Врачи на Марсе находились на особом положении. За восемь лет его работы никто ни разу не попытался медиков построить в общую шеренгу. Наоборот старались всячески помочь. Пройдя не одну сотню шагов, он поостыл, решив, что сначала узнает, в чем причина вызова, а потом, если потребуется, даст волю своим чувствам.
Возле двери кабинета на доске электронного секретаря Николай просмотрел сообщения, но не нашел ничего касающегося медицинской темы. Только на "плитке" в правом углу значилась его фамилия. Мальцев коснулся экрана, и там высветилось приглашение войти.
Мальцев нечасто бывал в кабинете у мэра, но всякий раз главврач на секунду терялся от непривычной обстановки. Слишком резким был переход от пейзажей и рациональных интерьеров рабочих помещений, с их яркими красками, к мрачноватому стилю далекой эпохи.
В кабинете посетитель сразу видел массивный дубовый стол, декорированный зеленым сукном, над которым возвышалась спинка кресла, напоминающая средневековый трон. На столе перед мэром громоздился похожий на сундук старинный дисплей. Рядом стоял письменный малахитовый прибор, и лежала стопка бумаги. Справа несуразно торчала настольная лампа с розовым абажуром и фаянсовой ножкой.
Мрачные оттенки, непривычно высокие потолки, массивная мебель, всё вместе подавляли посетителя. Даже будучи человеком, воспитанным в эпоху всеобщей справедливости Мальцев не мог отделаться от гнетущего чувства, а потому он всякий раз старался поскорее уйти из этого помещения. Он прекрасно знал, что большая часть интерьера всего лишь голографическая иллюзия или имитация, напечатанной на трехмерном принтере, но это не избавляло его от неприятного впечатления. Особенно подчеркивал ощущения запах старой деревянной мебели. Мальцев всякий раз, оказавшись в кабинете, думал, что же из предметов интерьера действительно сделано из дерева, вещества на Марсе редкостного, чтобы из него могли делать мебель.
Хотя он понимал, что общая обстановка кабинета была специально рассчитана на определенное психологическое воздействие. Сколько прожил Николай на Марсе, он не помнил, чтобы в обстановке кабинета, что-то менялось существенно. Разве что погода за окном, цвет гардин или окраска стен.
Едва Мальцев прибыл на красную планету, как услышал, что ему предстоит побывать в камере. Он переспросил: "Имеется виду декомпрессионная камера?" Его наивный вопрос вызвал гомерический хохот у всех старожилов. Потом он узнал, что кабинет Бородина частенько называется жителями колонии камерой пыток. Хотя никого там Бородин не пытал. Но все кто прибывали на Марс проходили через этот кабинет и получали прямые наставления. Как сразу пояснили Мальцеву Марс не такое место, где начальство могло позволить себе поддерживать панибратские отношения с подчиненными. Здесь требовалось утверждать строгую дисциплину и неукоснительное выполнение распоряжений. Тогда как среди людей воспитанных в начале ХХII века чувство личной ответственности сильно нивелировалось тепличными условиями, которые постепенно создавались на Земле, где большую часть важной работы взяли на себя компьютерные системы и роботы. Несколько десятилетий назад столкнувшись с тем, что широкое использование роботов вызывает массовую безработицу и порождает социальные проблемы, на Земле ввели ограничения на использование машин оснащенных элементами искусственного интеллекта. Теперь за каждым роботом, даже мусорщиком, в уютном офисе сидел оператор. И если человек ошибался, то машины, действуя рационально и в условиях глобальной синхронизации, часто исправляли ошибки таких горе руководителей.
Совсем в другие условия попадал человек вне Земли. Тут требовался иной уровень ответственности. Техническая мощь, помноженная на энергию бесшабашных энтузиастов, часто порождала пренебрежение самыми элементарными мерами безопасности. В эту ловушку часто попадали новички, привыкшие решать все вопросы быстро и одним кликом, по инерции не задумываясь, что среда вокруг вовсе не виртуальная или доброжелательная, как на Земле, а враждебная и коварная. А потому, столкнувшись с суровой реальностью, они или глупо погибали или становились пациентами докторов. У психиатров даже появился термин - "синдром пофигизма" или на официальном языке "синдром мелкого моря".
С недоработками земной системы воспитания боролись разными методами. Вот Бородин некие психологические вопросы решал с помощью интерьера, который по его убеждению способствовал созданию дистанции и позволял разнести отношения начальник - подчиненный на разные уровни. Все проштрафившиеся руководители подразделений регулярно вызывались "на ковер", где получали втык за каждый, не закрученный до конца вентиль, не затянутый болт или по ротозейству утерянного робота. Вернувшись в свои отделы, они переносили втыки на своих подчиненных. По началу Мальцеву казалась, что он попал в мир дремучего авторитаризма. Но, став главврачом, и сам понял, что без жесткого отношения к подчиненным, беды не избежать.
Всякий раз, оказавшись перед дверью кабинета, Мальцев непроизвольно вспоминал, как пять лет назад его и еще нескольких новичков в первый раз вызвали на собеседование. Бородин, невысокий лысоватый, с высоким лбом и всклоченными волосами, мешками под глазами, в классическом костюме и старомодном галстуке, заложив руки за спину, и выставив вперед округлый живот, изучал вновь прибывших. Мальцев, рассматривая мэра, на автомате отметил, что у него проблемы с гормональным фоном и почками. В последствии Николаю приходилось пользовать Бородина. Такая зависимость начальства от врачей объясняла их благосклонность. А тогда Бородин дал им наставления: "Если кто-то из вас побывал на Луне или еще где-то, и вы думаете, что уже все знаете, о жизни вне Земли, то вы ошибаетесь. Марс! - говорил он с пафосом, чуть покачиваясь. - Вот самое опасное место в солнечной системе. Вам кажется, что эти милые холмы, покрытые пока еще первой растительностью, так похожи на земные пейзажи, что просто не могут таить угрозы. В этой схожести с Землей и таится главное коварство Марса. Кажущееся сходство действует психологически так, что люди часто забывают, где они находятся. Они не учитывают, что малейшая не точность в действиях может привести к трагедии. Ведь за бортом еще более агрессивная среда, чем на Луне или на астероидах. Там только вакуум. Все об этом знают, психологически готовы, а потому внимательны и точны в своих действиях. Никому не придет в голову отнестись к пустоте легкомысленно. А здесь не только давление смертельно низкое так еще и атмосфера токсичная. Я буду жестко вас стимулировать к выполнению всех правил распорядка. А слово стимуляция, - назидательно говорил мэр, - происходит вовсе не от какой-то там палочки для письма, а от названия остроконечного дрючка, которым в древности гоняли скот. Так что лихие покорители Марса мотайте на ус. За каждое послабление производственной и бытовой дисциплины я буду вас дрючить по полной программе. А если вам это не по нраву, так первым же кораблем дуйте обратно на Землю".
По началу Мальцев не понял эту тираду. Жизнь в Черёмушках в бытовом плане была почти такое же, как на Земле. Тот же замкнутый круг. Квартира, мало, чем отличная от земного жилья. Улицы, которые здесь заменяли длинные тоннели. Работа врача она везде одинакова. Опять улица, жильё и сон. Помимо этого круговорота житель мог выбрать почти такие же, как на Земле преимущественно виртуальные развлечения. Имелись здесь и реальные занятия для досуга, рассчитанные больше на любителей.
И только принимая травмированных людей с поверхности, Мальцев понимал, что там, на верху, бывают и другие условия существования. Вокруг города были разбросаны энергостанции, опытные участки, плантации, фермы, оранжереи, биозаводы и различные производства. Большую часть работ на поверхности выполняли роботы, которыми люди управляли из подземного города. Сами жители работали на поверхности вахтовым методом, чтобы дозы радиации не превышали допустимые нормы. Это правило не касалось геологов, которые кочевали по пустыне и жили сами по себе в разбросанных на сотни километров небольших автономных базах собранных из нескольких домиков называемых теплушками. Среди биологов и генетиков попадались энтузиасты, которых ни как не возможно было оторвать от их растений и удивительных зверюшек, и они подобно геологам подолгу жили на поверхности. Как и почему случаются травмы, Мальцев обычно не выяснял. Ему надо было просто лечить людей. Сам же он за пять лет бывал на поверхности всего несколько раз.
Люди подбирались на Марсе особенные. Те, кто хотел сытой и комфортной жизни, никуда с Земли не стремились. В колонии внеземелья летели фанатики своего дела, готовые идти на определенные жертвы ради любимой работы или захватывающей цели. Превращение Марса в зеленую планету стало одним из таких устремлений. Потенциальные кандидаты подбирались по особым тестам. Затем с ними проводили беседы. Многие отсеивалось и по медицинским показателям. В итоге желающих пополнить ряды покорителей космоса находилось немного. Большинство жителей мира всеобщей сытости не хотели менять условия своего существования. За столетие общество потребления породило массы инфантильных людей, способных к экстриму только перед стереоэкраном, когда управляемый андроид совершает любые подвиги, передавая оператору все, что он видит, запахи, а так же вестибулярные, некоторые тактильные и вкусовые ощущения.
В недружелюбные для человека иные миры проще было посылать роботов, управляя ими на расстоянии. Тот же виртуальный подвиг, как и в роботизированном приключении. Так по началу и делали. С Луной было совсем просто. Несмотря на секундную задержку, роботами можно было управлять с Земли. К Марсу пришлось отправить орбитальные станции. Операторы вахтовым методом жили на орбите, управляя роботами на поверхности. Но потом правители осознали, что таким путем можно построить базу, но не приспособить планету для людей. К тому же стало ясно, что Голубая планета скоро не выдержит прирост населения и придется принудительно переселять часть людей на Луну и Марс. Выселять колонистов на пустое место, рассчитывая, что они выживут, как это пытались сделать горе-энтузиасты на заре полетов на Марс, сейчас никто уже не планировал. Но сроки демографической катастрофы неумолимо приближались. По расчетам на заселение новых планет человечеству отводилось не более полувека. Почти миг в многовековой истории. Сделать же нужно было невероятно много. К сожалению, роботы не во всём могли заметить людей. Но люди не хотели покидать перенаселенною, но комфортную Землю. Генетики объясняли это адаптивной эволюцией. За столетие стали доминировать гены, ограничивающие устремления людей. Пассивное выживание стало способом жизни большей части человечества. Так уже было в древней Индии, когда из поколения в поколения люди разных каст жили не меня своего образа жизни. Вот только Земля ХХII стала единой кастой для всего человечества. Только такие как Мальцев хотели как-то изменить свою жизнь и вырваться из замкнутого круга однообразного существования.
- 5 -
Мальцев ничего не знал о своих биологических родителях. Но от кого-то из них он получил набор генов, который не лишил его романтических черт характера. Николай оказался вторым ребенком и по закону "одна семья - один ребенок" его еще в годовалом возрасте отдали на воспитание бездетной паре. Дальнейшую судьбу его биологических родителей, видимо невольно нарушивших закон, он не знал. В каждом случае суд принимал индивидуальное решение. Отлучение лишнего ребенка от родителей навсегда без возможности узнать его судьбу служило одним из наказаний.
Первые годы в приёмной семье прошли для него счастливо. Хотя он мало, что тогда ещё помнил. Когда Коле исполнилось пять лет, дядя подарил ему снаряжение богатыря. Пластмассовые шлем, лук, стрелы с присосками, ножны и меч. Совсем как у богатырей с одной старой картины. Пластик был металлизированный и ярко сверкал на солнце. Дядя жил где-то в глубинке и не очень был осведомлен о том, что обычно дарят городским детям. Но маленькому Коле столь раритетный подарок неожиданно понравился. Ужасно счастливый он сразу почувствовал себя настоящим бесстрашным воином. Коля уже научился играть в богатырей перед виртуальным экраном, он это ведь совсем не то же самое когда сжимаешь в руке настоящий сверкающий меч. Он в сопровождении дяди сразу побежал во двор. Рубить траву мечом было так здорово. Но наиграться ему не дали. В запале Коля срубил несколько цветков на клумбе, дядя, опасаясь скандала, увел племянника в дом. Вскоре взрослые сели обедать, а Коле так хотелось похвастаться своими новыми игрушками. Он какое-то время маршировал по квартире, потом незаметно вышел на лестничную площадку и спустился во двор. Никто не остановил его, когда он, размахивая мечом и что-то бормоча под нос, шагал от жилых домов в сторону оживленной магистрали.
Родители хватились его почти сразу. Но поначалу подумали, что Коля спрятался где-то в квартире. Когда они осмотрели все укромные уголки, стали спрашивать во дворе. Там припомнили, что видели маленького мальчика с мечом и в шлеме. Сказали, что шел он в сторону автомагистрали. Но никому не пришло в голову искать его с той стороны дороги. Перейти её в этом месте дорогу было невозможно. Часа через два, обежав в десятый раз все окрестности, родители заявили в полицию. Робот-нюхачь быстро взял след и вывел к тому месту, где маленький Коля подлез под ограждение магистрали. Глядя на плотный поток машин, родители могли подумать только самое ужасное. Еще через час оператор дрона засек небольшой блестящий и подвижный предмет на лесной поляне почти в полукилометре по ту сторону дороги. Коля, забыв обо всём и совсем не ведая страха, воевал с воображаемым Змеем Горынычем.
Когда состоялось расследование инцидента, то так и осталось невыясненным, как же мальчик перешел дорогу в 6 полос, по которой мчались в обе стороны потоки машин. Даже теоретически такое было маловероятным. В начале должны были сработать датчики ограждения, и компьютер дорожного движения должен был остановить поток машин. Сами машины преимущественно управлялись компьютерами, но их датчики обязаны были обнаружить посторонний объект на обочине и уж тем более на дороге и послать сигнал дорожному диспетчеру. Хотя возможно полиция замяла этот вопрос, чтобы не искать виновных среди дорожных служб. Ведь всё обошлось.
После этого инцидента состоялся суд, в который обвинил родителей в не достаточном присмотре за ребенком, поскольку в результате их халатности могли возникнуть тяжелые последствия. Вину родителей усугубляли разные мелкие нарушения, которые прежде фиксировали инспектора. В итоге приемных родителей лишили прав на воспитание, а Колю отдали в интернат. Для него это был ужасный удар. Он не только лишился людей, которых считал своим родителями, но еще и узнал, что они не его родные папа и мама. С тех пор прошло много лет, и он почти не помнил подробности своего богатырского похода, но хорошо помнил приёмных родителей. Позднее он получал от них подарки к праздникам, но им не позволяли встречаться. Уже в интернате Коля получил новую фамилию Мальцев. Шел седьмой месяц года, и по формальным правилам нужно было выбрать фамилию на букву М, четырнадцатую букву алфавита.
Так по своей неосознанной вине Николай потерял пусть приемных, но все же родителей. Это ощущение давило на него много лет. Он рос замкнутым и нелюдимым ребенком. Первые годы в интернате, где был суровый режим, и детей принуждали к строгому распорядку и учебе дались ему очень тяжело. Но после переходного возраста он изменился. Стал более общительным. У него появились друзья. Жизнь его обрела новые краски.
Дети из интерната имели одно важное преимущество. Общество заботилось об их будущем. Получив хорошее образование и пройдя тесты на профессию, Николая получил путевку в медицинский университет, а по окончании общество обеспечило ему первое рабочее место.
Напротив дети из обычных семей должны были пробивать свое место под солнцем самостоятельно. Зато у них была семья. Николай часто думал хорошо или плохо то, что с ним произошло, и не мог решить. Но спартанская жизнь в интернате и мучительные серые будни выработали в нем стремление вырваться из этого круга. Возможно, поэтому он очутился на Марсе.
- 6 -
Николай никогда не мечтал о Марсе. Вербовщики вышли на Мальцева, когда он ещё учился. Они отслеживали его жизнь несколько лет, пока он после университета работал в больнице. Видимо ждали, когда он наберется опыта. Но сам Николай об этом ничего не знал. Только оказавшись далеко от Земли, в отделе кадров марсианской колонии Николай случайно увидел на экране "плитку" с доступом к своему досье. На "плитке" кроме имени была указана дата создания файла. Тогда он понял, что попал под пристально око людей из КОМа после того случая, о котором он не любил вспоминать.
Когда прошли первые годы учебы, и Мальцев сдал все экзамены и тесты по теоретической медицине изучаемой по большей части дистанционно, ему предстала первая практика. Большинство сокурсников выбирало либо работу в офисе семейного врача либо в поликлинике. Имелась разнарядка на станцию скорой помощи, но туда никто не рвался. Мальцев подумал и решил попробовать свои силы именно там. Отношение к практикантам теоретикам у опытных врачей было, мягко говоря, отрицательное и к реальной работе их не подпускали. Почти весь отведенный месяц Мальцев сидел в приемном отделении и фактически занимался тем, что дублировал осмотры поступавших больных.
Дело было поздней осенью, и в городе разразилась эпидемия нового вируса гриппа, против которого ещё не успели создать вакцину. Несколько врачей тоже заболело. Из-за нехватки персонала Николая определили в бригаду. На вызов выезжал опытный врач, Николай, а с ними робот. Мальцева назначили фельдшером, хотя как раз эту функцию обычно выполнял робот. Управлял машиной автопилот. Ведь на вызове компьютеры дорожного движения всё равно давали им "зеленую" улицу, а, используя навигацию и контрольные радиометки с ворот, подъездов и от других машин автоматика могла припарковать машину непосредственно по указанному адресу.
В первый день они съездили и наложили швы на рану какому-то сорванцу. Помощь Мальцева даже не понадобилась. Все сделал робот. Потом ещё посетили нескольких больных гриппом. Николай не совсем понимал, что он должен делать. Его роль свелась к тому, чтобы носить за врачом чемоданчик с инструментами и медикаментами, а ещё присутствовать при осмотре.
Короткий осенний день уже клонился к вечеру. До конца смены оставалось не больше часа. Но за всё это время врач, суровый дядька с седыми усами больше обменивался репликами с роботом, а с Николаем так и ни о чем и не поговорил. Мальцев решил, что его взяли носильщиком на тот случай если придется помогать андроиду тащить больного до машины, и ему стало совсем грустно.
Вдруг на большом экране, где выводилась карта города, рядом с их отметкой замигал сигнал вызова. Сразу завыла сирена. Диспетчер холодным женским голосом тут же сообщил, что направляет их на место аварии. На экране появилась запись с дорожных камер наблюдения, и Мальцев увидел, как в потоке машин что-то произошло с микроавтобусом. Он вдруг завиляли, врезался в ограждение, вылетел с дороги и скатился по склону в реку. Следом появилось видео с полицейского дрона. Дорога. Поток машин. Обочина вдоль берега реки. Рядом с местом аварии уже остановилось несколько машин. Толпились люди. Поверхность воды. Мутное пятно. Дрон спускался ниже, и Мальцев разглядел светлый прямоугольник под водой. Он догадался, что это виднелась крыша микроавтобуса. Дрон завис над самой водой на поверхности, которой еще бурлил водоворот и лопались пузыри. Диспетчер бесстрастно сообщил, что расчетное время прибытия на место происшествия 46 секунд, а спасатели прибудут через 3 минуты и 10 сек.
Скорая помощь остановилась. За окнами толпились зеваки, и из-за их спин не было видно место аварии. Прошло несколько секунд, но начальник бригады даже не двинулся с места, а продолжал смотреть на экран.
- Мы ничего не будем делать? - удивился Мальцев.
- Наш робот не предназначен для подводных работ. Подождем спасателей, удивительно спокойно ответил врач.
- Там не глубоко, - горячо сказал Мальцев и показал на экран. - Вдруг в машине есть живые люди.
- Это не наша работа, - холодно ответил доктор.
Равнодушие начальника бригады подхлестнуло Мальцева, и он нервно посмотрел вокруг. Надо было что-то делать. Но что именно он не мог решить. Взгляд упал на закрепленную на стенке салона кислородную маску. Николай схватил баллон и выпрыгнул из машины. Возле барьера растолкал зевак. Никто даже не спустился к воде. Рядом стояли какие-то молодые люди. Один тараторил по телефону: "Крутая авария. Хлобысь и в реку... Не... нищак." С другой стороны девушка снимала видео. "Видал, как его крутануло". "Точняк что-то навернулось", - обсуждали голоса сзади.
Мальцева почти не контролируя свои действия, перелез через ограждение и побежал по крутому склону. Скользкая глина предательски поддалась, и он тут же упал и задницу, больно ударив копчик о камень, и заскользил вниз. Сверху дружно засмеялись. Но это уже происходило где-то за пределами его сознания. Через несколько секунд он, не раздумывая, бросился в воду. Нырнул. Холодная вода тут же сковала его по рукам и ногам. Муть. Ничего не видно. На ощупь нашел дверцу, рванул. Вплыл в салон. Держась за кресло, двинулся вперед и тут же уткнулся носом во что-то мягкое. И сразу получил удар по лицу, чуть не захлебнулся, инстинктивно рванулся вверх. Ударился затылком о потолок и понял, что голова оказалась на поверхности. В салоне было темно. Под потолком образовался воздушный пузырь. Прямо в ухо ему в истерике визжала женщина. Это ей в бедро он ткнулся носом. И похоже она с перепугу двинула его коленом в лицо. Судя по звукам, тут была еще как минимум одна женщина. Николай сразу пожалел, что не захватил фонарик. Мальцеву потребовалось некоторое время, чтобы успокоить женщин.
Вода быстро прибывала, и уже приходилось прижимать к потолку, чтобы не захлебываться. Потом он мучительно долго объяснял женщинам, что нужно надеть маску и нырнуть за ним. По очереди он вывел их обоих. К реке уже спустился врач и робот, который тащил носилки. Пострадавших посадили в машину и когда уже отъехали где-то над дорогой застрекотали винты вертолета. Мальцев так замерз, что у него зуб на зуб у него не попадал, и смотреть опоздали ли спасатели по сравнению с расчетом диспетчера, было уже в облом.
В тот вечер он стал звездой новостей. Произошел редкий случай, когда кто-то кроме роботов или специально обученных спасателей бросился на помощь. Сообщения новостей как обычно на отдельной вкладке сопровождала реакция зрителей. Мальцев удивился, когда прочел немало слов осуждения его поступка. Оказывается, не все были готовы не только совершить подвиг, но даже осуждали его, считая, что спасать должны те, кому это положено. В том, что спасатели опоздали, критики видели нерадивость властей, которые нерационально расходуют налоги. Но Мальцев про себя подумал, что почти спартанская школа интерната ему в этом помогла. Он с приятелями часто обдуривал роботов-надзирателей и убегал купаться на реку, где можно было вволю нырять с растущих на берегу верб и плакучих ив.
На этом эпизоде его практика на скорой помощи закончилась. На другой день, уже чувствуя признаки простуды, Мальцев пришел на станцию и узнал, что ему вкатили выговор за самовольные действия и поставили неуд за практику. Потом ему пришлось в счет каникул снова отрабатывать этот курс, но теперь он уже выбрал больницу.
Спустя годы ему позвонили из КОМа и предложили встретиться. Тогда после беседы с вербовщиками он решился лететь на Марс потому, что хотел заниматься любимым делом в необычных условиях. В этом он находил романтику и смысл жизни. Ему с детства хотелось вырваться из однообразной жизни.
Поначалу жизнь в подземном городе с таким родным названием Черёмушки его даже разочаровала. Но постепенно затянула рутина. Ожидаемые перспективы жизни по возращении на Землю были ничем не лучше, а может и хуже. На перенаселенной Земле рабочих мест в медицине оставалось всё меньше и меньше. Несмотря на запреты, людей постепенно вытесняли роботы. Только относительная дороговизна медицинских механизмов и необходимость содержать персонал для их обслуживания, уравновешивали чашки весов, давая и врачам шанс на профессию. Зато он хорошо уяснил разницу между землянами и жителями внеземелья.
Мальцев быстро освоился в Черёмушках, и через два года его назначили заведовать отделением, а после того как прежний главврач по окончании контракта отбыл на Землю, его место занял Мальцев.
- 7 -
Едва Мальцев вошел, Бородин быстро, как будто выкатился шарик ртути, появился из-за стола и неожиданно извиняющимся тоном произнес: - Николай Алексеевич, проходите. Присаживайтесь. Вызвал вас безотлагательно, чтобы поговорить тет-а-тет по срочному вопросу.
Пока Мальцев отодвигал стул и усаживался, мэр прошелся туда обратно вдоль стены, неожиданно резко повернулся и сказал: - Китайские товарищи снова просят донорскую кровь.
- Тогда надо начинать,.. - Николай привстал, но мэр остановил его жестом:
- Не беспокойтесь. Я уже распорядился разослать циркуляр.
Бородин снова прошелся по красной ковровой дорожке лежащей на полу между столом и окнами. Мальцев смотрел на силуэт Бородина на фоне высоких окон обрамленных тяжелыми гардинами кремового цвета. За мутным стеклом холодно моросил дождь. Николай непроизвольно поежился. Мэр остановился напротив Мальцева и продолжил:
- У китайцев за последний год уже третий случай, а потому я решил кое-что для себя уточнить и попросил собрать мне резюме по этой теме. Вот, - мэр махнул рукой в сторону стола, - информации мало и пока у меня осталось больше вопросов, чем ответов. Надеюсь, вы поможете мне выяснить ряд моментов. Необходимо выработать стратегию на всякий пожарный случай. Первый вопрос. Почему наши проходчики не болеют, а китайские шахтеры регулярно подхватывают эту заразу?
- Я не знаю, - честно ответил Мальцев и, видя недовольный взгляд начальника, быстро пояснил: - Речь идет о массовом отравлении в китайских шахтах особо токсичным веществом. Но подробности мне известны недостаточно, - Николай почувствовал стыд оттого, что оказался не готов к такому разговору. Своих забот хватало. Да и нужды пока и не было разбираться в деталях экзотической болезни, очаг которой пока не выходил за пределы Сяопина.
Мэр прошелся вдоль стола, остановился напротив и вывалил ворох вопросов: - Как это связано с добычей урана? Откуда берутся эти наночастицы? Каков их состав? Как вообще эта дрянь попадает в организм?
Мальцев на секунду замешкался, не зная, с какого конца отвечать, но, собравшись с мыслями, пояснил: - Раньше думали, что эта болезнь как-то связана с уранитами, поскольку первыми заболели шахтеры. Но сейчас зафиксированы случаи заболевания среди горных рабочих, которые прокладывали тоннели в так называемом городе "пришельцев".
- А как же происходит заражение?
- Полагают, что наночастицы с пылью попадают в альвеолы, проникают в кровь и разрушают эритроциты крови. Пока единственный способ лечения сводиться к полному переливанию крови. А вот в самих породах частицы пока не найдены.
- Чепуха какая-то. Если люди регулярно травятся, то этих частиц в пыли должно быть много.
- В этом есть какая-то загадка, - согласился главврач.
- Назовем это проблемой номер один. А что там с наночастицами?
- Состав известен приблизительно.
- Почему? - удивленно спросил Бородин.
Мальцев только пожал плечами.
- А китайские врачи могут что-то скрывать?
- Кажется, нет, - вопрос несколько удивил Мальцева. У него не возникало мысли, что врачи ограничат доступ к сведениям о заболевании и методах лечения. Из солидарности Николай постарался привести аргументы: - На последнем дистанционном симпозиуме китайцы делали доклад. Они сообщили некоторые сведения об элементном составе частиц. Хотя точных данных о строении не приводилось.
- Ничего не понимаю, - эмоционально взмахнул руками Бородин. - Наши генетики запросто склеивают куски ДНК. Физики легко видят отдельные атомы, а инженеры создают из них микросхемы. Атом это же намного меньше, чем наночастица состоящая из сотен атомов. А тут китайские ученые разобраться не могут, - с недоумением на лице рассуждал мэр. - Назовем это проблемой номер два.
Мальцев только развел руками. Бородин снова прошелся вдоль стены, заложив руки за спину и выставив живот вперед. Остановился, оперся на спинку стула, чуть наклонившись вперед, и глядя доктору глаза, спросил:
- Может, мы имеем дело с живым организмом?
Николай про себя удивился, ведь считалось, что Марс фактически стерилен. Однако, рассудив, что начальство на то и начальство, чтобы задавать любые вопросы, Мальцев терпеливо пояснил:
- Вначале предположили, что причиной заболевания является земной вирус-мутант. Но потом нашли необычные наночастицы, у которых не обнаружили явных признаков размножения или метаболизма. Отсюда следует, что это неживые образования.
- Вы готовы уверенно утверждать, что это токсичная пыль, которая локализована только в китайском секторе, а не зловредный микроб или вирус, который так ловко маскируется?
- Товарищ Бородин, - взмолился Мальцев, - мы ничего точно не знаем, китайцы сообщают мало информации.
- Вот! - Бородин поднял вверх указательный палец, - я это и хотел услышать. Назовем природу наночастиц проблемой номер три.
Мэр снова прошелся и вернулся на прежнее место.
- А кто-то еще исследовал эти частицы?
- Поначалу, когда думали что это вирус мутант, ввели карантин. Потом когда выяснили причины, особой нужды для привлечения других ученых к исследованию самих наночастиц уже не было. Такие работы полностью находятся в компетенции китайских врачей.
- Подведем итоги,.. - Бородин помолчал. - Есть смертельные случаи, вызванные отравлением некими частицами. В то же время наш главврач об этом имеет только поверхностные сведения. - Мальцев уже хотел запротестовать, но Бородин его опередил: - Но это не в вину вам, товарищ Мальцев. Как я сегодня выяснил даже в медицинской энциклопедии об этом написано от силы полстраницы, - мэр задумчиво постучал пальцами по спинке стула и продолжил:
- Я вас командирую в Сяопин, чтобы вы провели там личные беседы с китайскими врачами. Постарайтесь в доверительной беседе собрать больше информации. И главное, как хотите, но достаньте у них образцы крови больных. А по возращению организуем свои лабораторные исследования. Необходимо хорошо знать, с чем мы имеем дело.
- А когда надо съездить? - чувствуя неприятный холодок, спросил Мальцев.
- Да прямо сегодня. Вы будете сопровождать донорскую кровь.
- Товарищ Бородин, а кого-нибудь другого нельзя послать? - взмолился Мальцев.
- Кого? Вы все же терапевт. Вам ближе. К тому же ранг главврача повышает ваш статус на переговорах.
Мальцев понял, что отказаться не получиться, но на всякий случай предложил: - Может кого-то из ученых послать.
- А почему вы отказываетесь?
- Так у меня жена лежит на сохранении. Седьмой месяц. Может родить раньше срока.
- А-а... Весомо. У неё какая-то патология?
- Повышенный тонус...
- Но разве ваше присутствие при родах обязательно? Вы же, как мне помниться, не акушер?
- Ну, вы же понимаете...
- Вот что товарищ Мальцев... Вы говорите седьмой месяц? Значит, роды могут состояться необязательно прямо сегодня или завтра. Насколько я понимаю даже лучше, если они произойдут вовремя. От вас требуется только съездить в Сяопин. Отвезти кровь и пообщаться с тамошними медиками в неформальной обстановке. Я не хочу терять такую возможность. Вы же понимаете, что если китайцы что-то скрывают, то они просто так об этом не расскажут. А если вы привезете кровь, то это создаст лучшие условия для доверительного общения. Командировка займет от силы два сола. Да что я вам объясняю! - резко закончил мэр и быстрым шагом пошел к своему креслу.
На несколько минут в кабинет наступила тишина. Мальцев не знал, закончен ли разговор и не решался сам об этом спросить. Такой поступок означал бы его согласие ехать в Сяопин. А ехать ему почему-то не хотелось. Бородин что то просматривал на своем компьтере. Порто повернулся к Мальцеву и сказал:
- Эта проблема важна ещё и по политическим соображениям. Ведь финансирование марсианского проекта из года в год наталкивается на всякие препоны со стороны противников заселения космоса. Многие оппоненты на Земле говорят, что и на нашей планете ещё осталось множество мест, которые не хуже, чем Марс. Обычно приводят в качестве примера почти не заселенные пустыни Африки и Южной Америки. С ними спорить трудно. Построить колонию в центре Сахары или Антарктиды в тысячи раз проще, чем на Марсе. У нас есть только один аргумент, Марс это гигантская территория сравнимая с все сушей Земли, но реализация такого будущего возможна в случае успеха терраформации. Теперь представьте, что на Марсе мы столкнемся с препятствием, которое серьезно затруднит нашу работу. Мне кажется, неизвестная болезнь, которая косит китайцев, может оказаться таким препятствием. Аргументов не останется. Нам придется сворачивать деятельность на Марсе.
Мальцев и сам понимал, что кроме него ехать некому. Кровь мог отвезти любой курьер, но если речь шла о медицинской части, то тут иных вариантов не было. К тому же следовало обсудить вопрос с тканями для трансплантации. Опять выходило, что надо ехать ему. Самое время поговорить о дополнительном оборудовании для госпиталя.
- Товарищ Бородин, я не спорю и даже вижу другие перспективы моей поездки. У нас есть постоянная проблема. Регулярно поступают больные с баротравмой легкого, а оборудования для выращивания трансплантата у нас нет. Приходиться покупать не очень качественный материал у китайцев. Следовало бы выяснить, почему нам продают столь плохую ткань. Мы сами не можем наладить производство. Уже и заявки на инкубатор писали, а всё без толку. Вот и сегодня ночью поступил такой больной. Легочной ткани для него хватит в обрез.
- Кстати об этом пострадавшем мне докладывали, - перебил его мэр. - Как у него состояние?
- Тяжелая баротравма в результате разгерметизации скафандра и еще есть раны на конечностях.
- А вот об этом поподробнее. Что могло стать причиной полученных травм?
Мальцев понял, что вопрос городского головы его застал врасплох. Думая о том, как бы провести время с Ириной он не удосужился даже заглянуть в историю болезни.
- М-м,- Мальцев мучительно вспоминал, что же ему рассказал Нефёдов. - Там серьезные травмы. Как будто человек попал в механизм, - наконец припомнил Николай.
- Странно. Как утверждают геологи, его нашли далеко в стороне от буровой. В любом случае потребуется медицинская экспертиза о характере полученных травм.
- Будет сделано.
- Вот и хорошо. А по поводу оборудования, вы сами знаете ситуацию с поставками, - Бородин выразительно в упор смотрел Мальцеву в глаза.
Мальцев поёжился под его взглядом и несмело сказал: - Хорошо бы нам передать инкубатор, который редко используется в отделе биотехнологии.
- Сразу вижу, с передачей будут трудности. Больше того уверен, его вам не отдадут. Но вы можете написать мне мотивированную заявку, которую можно было бы рассмотреть на ближайшем Совете.
- Ну конечно, не отдадут. Но мы тратим деньги и покупаем плохую ткань у китайцев, а могли бы сами выращивать, - эмоционально сказал Мальцев.
- А других способов не существует? Выращивание на гибридах человека и свиньи?
- Увы, - Мальцев покачал головой. - Так можно вырастить сердце, почки, печень, поджелудочную железу. То есть то, что легко дублируются органами самого животного. Хотя печень еще можно на 3D-принтере напечатать. Для легких можно наструить небольшие имплантаты в качестве временных протезов. Просто чтобы заткнуть дырки. Но это не выход. Семьсот миллионов альвеол с очень тонкими стенками и с соединительной тканью, обязательными микрофагами напечатать не удается. Опять же человеческие легкие нельзя вырастить в гибриде. Здесь требуется биотканевый инкубатор с большой ванной, чтобы заложить сразу несколько образцов рассчитанных под разные ДНК карты.
- Ваша мысль, товарищ Мальцев, обсудить эту тему в ходе вашей командировки мне нравиться. С моей стороны будет всяческая поддержка. Пояснительную записку по поводу этого аппарата тоже напишите. Кстати, а ваша супруга ведь в отделе биотехнологии работает?
Мальцев кивнул.
- Уж не хотите ли вы её отдел без прибора оставить?
- Так у них их аж два! И поговаривают, что один часто простаивает.
- Тогда другое дело. А вы не пробовали как-то скооперироваться?
- Не думаю, что получиться. Для выращивания человеческих органов нужна особая стерильность в помещении, а там, рядом и с микробами всякими экспериментируют, а сотрудники шатают туда сюда.
- Поищите другие методы сотрудничества. Разве не могут они сварганить человеческие легкие внутри своих аресфирио? - Бородин улыбнулся. - Шучу.
- Мне Нефёдов давно толкует, чтобы мы сделали собственный инкубатор. Нужен только головной блок, а саму ванную сделать не трудно.
- Тоже хорошая идея. А сам блок устройство сложное?
- В том то и дело, - подтвердил Мальцев.
- Я сейчас узнаю у Найденова. Может, они помогут.
Бородин щелкнул пальцами, и стол неожиданно преобразился. Дисплей, лампа, письменный прибор и стопка бумаги куда-то мигом исчезли, зато над столом развернулся виртуальный стереомонитор.
- Связь с начальником отдела инновационных разработок.
Через несколько секунд на экране появилась голова незнакомого мужчины с лохматой шевелюрой.
- Слушайте, товарищ Найденов, вы можете сделать, я так понимаю, электронный блок для биотканевого инкубатора. Очень наша медицина его хочет.
- Аналоги есть? - сразу спросило лицо с экран, чуть прищурив глаз.
- Конечно. В отделе биотехнологии есть такие устройства.
- Секунду, - было видно, что Найденов перебирает файлы.
- Можно, товарищ Бородин, но там это влетит в копейку. Это же очень сложная штука. Сам блок мы можем сделать. Разные там коробочки, шестерни, микродвигатели - без проблем. Микросхемы специализированные. Тоже потянем. И не такие делали. Но ведь изделие штучное. Дорого обойдется.
- Для медицины мы не можем жалеть деньги, - веско сказал Бородин.
- Я понял. Надо подумать. А-а, - мужчина вдруг замолчал. - Это что за блок? - тыкал он пальцем куда-то в экран своего компьютера. - Какие-то пучки нанотрубок.
- Наверно это собственно и есть ростовой блок, - вставил Мальцев.
- Не ну извините это высокие технологии. Эти штуки надо заказывать на Земле.
- Жаль, - искренне сказал Бородин. - Но вы товарищ Найденов всё же подумайте, что можно сделать.
Ответ Найденова Мальцев не расслышал, так как зазвучал тональный вызов и приятный женский голос сообщил, что на связи начальник отдела кадров.
- Соединяете, - распорядился Бородин, прошел на свое место и уселся в кресло. Над столом проявилась лысина, поскольку теперь фронт экрана был с другой стороны, то Николаю был виден только затылок собеседника Бородина.
- А что делать с буровиками, их тоже вызывать, - глухим голосом спросил затылок.
- Конечно.
- Кравец сильно ругается, у них там технологический процесс... непрерывный.
Мальцев хотел вставить слово, но не успел, как Бородин уже видимо вызвал начальника буровой Кравца и спрашивал у него:
- А что Григорий Иванович там без людей техника сегодня не справятся?
Кравец ответил, что половина роботов в ремонте и рабочих рук не хватает.
- Вот черт! Я сейчас дам по голове Комину, за несвоевременный ремонт. Чего ему не хватает? Только месяц назад корабль привез компоненты для ремонта и новый трехмерный принтер, а у них опять роботы в разхламе. Всё равно посылай сюда всех свободных от смены.
Бородин уже вызывал на связь начальника биостанции и Мальцев решил, что это надолго, встал и, повысив голос, сказал:
- Я готов ехать.
- Хорошо.
- С учетом разных задержек кровь соберем где-то после обеда. Ехать придется ночью.
- Я дам такое разрешение, поскольку дело срочное. Обязательно поедете вдвоем.
- Не знаю, кого взять,.. - замялся Мальцев.
- Это уже не ваша забота. Найдем вам в попутчики кого-нибудь из тех, кто постоянно работает на поверхности и хорошо знает дорогу.
- 8 -
Мальцев вышел из кабинета озабоченным. Николаю впервые предстояло уехать так далеко. Как минимум 16 часов в пути. На поверхности он бывал всего несколько раз. Дважды целью таких экскурсий были поездки в другие города русского сектора. Если Черёмушки специализировалась по биотехнологиям, то в Электростали находились предприятия по производству металлов, а город Королев являлся космическими воротами российской марсианской колонии.
Иногда для жителей устаивали "пикники на природе", вывозя на экзотический природный объект. Чаще всего это был какой-нибудь из кратеров, коих было не мало в окрестностях базы или ущелье с необычными скалами. Для экскурсий имелся вместительный герметичный трейлер с большими окнами. Внутри кроме столиков и стойки с напитками имелся даже очаг с грилем, на котором жарили шашлыки и барбекю. Жареное мясо в Красном кратере или в Голубом каньоне - обычный вариант корпоратива по поводу дня рождения любимого шефа, т.е. самого Мальцева или дня медицинского работника. Причем не всякая такая поездка предполагала прогулки в скафандре. Обычно все сводилось к застолью с видом на природный объект через большой, во всю стену иллюминатор. Поначалу Мальцев не очень догонял, в чем тут прикол. Ведь можно точно так же жарить шашлыки в уютном холле, установив любую голографическую панораму. Но потом понял, что ощущения под землей и на поверхности все же различные. Человек чувствовал простор открытого пространства. Как врач он объяснял такой эффект тем, что организм неким образом получал ощутимый контакт с космосом. На Земле он такой же эффект уловил побыв высоко в горах. То ли космические лучи создавали избыточную ионизацию или как-то иначе, но человек ощущал, что находиться на поверхности планеты и от космоса его отделяет всего тонкий слой металла на крыше трейлера, да редкая атмосфера.
Когда Мальцев познакомился с Ириной, то они несколько раз ездили на опытную ферму, где она занималась клонированием животных для марсианских условий. Но эти поездки не выглядели рискованными мероприятиями. Если работа на поверхности не предполагала выполнении каких-то работ, не нужно было даже натягивать на себя биокожу. Достаточно было облачиться в скафандр, в шлюзовом отсеке сесть в комфортную машину с герметичным салоном, проехать по пустыне с десяток километров, выйти, пройти пешком несколько метров, зайти в шлюзовой отсек, снять скафандр, а там внутри базы уже вернуться к привычной обстановке.
И хотя явной причины не было, но как всякая новизна, предстоящая сейчас столь продолжительная поездка по пустынным просторам его немного беспокоила. Он вспомнил термин из курса психологии - неофобия путешественников. Опасение встретиться с некой новой опасностью, хотя для этого вовсе не обязательно были достаточные предпосылки. Еще вызывали тревогу и неуверенность то деликатное дело, которое ему предстояло выполнить. Казалось бы ничего особенного. Но после намеков мэра ему также припомнились некоторые странности. В своих докладах на эту тему китайцы явно что-то не договаривали. Насколько они будут с ним откровенны, сможет ли он привезти образцы, и не окажется ли его поездка напрасной? Это второй вопрос, который беспокоил Мальцева. Но изменить неминуемый ход событий было нельзя.
Вернувшись в свой кабинет, Мальцев, чувствия некоторую вину за тот прокол в кабине мэра, первым делом посмотрел историю болезни пострадавшего Руслана Пухова. Николай долго рассматривал снимки порезов и синяков, пытаясь понять, каким же образом были получены эти травмы. С такими повреждениями он еще не сталкивался. Обычно скафандр рвался при неосторожном обращении с инструментом или от случайного контакта с острым предметом. Были случаи, когда пропарывали ткань электроинструментом, прожигали сваркой или прокалывали, напоровшись на острый предмет. Несколько раз привозили пострадавших, у которых произошла поломка аппаратуры скафандра. Поступали геологи, у которых в результате падения со скал возникала трещина в шлеме. И ещё было много иных причин, о которых Мальцев даже не знал. Но такие рваные раны он видел впервые.
Аварии со скафандрами происходили регулярно, но большую часть повреждений удавалось вовремя залепить пластырем и до серьезных травм дело не доходило. Спасала продуманная конструкция скафандра и ещё биокожа - биоактивный и прочный костюм, покрывавший тело всякого человека выходившего на поверхность для работы. Биокожа обеспечивала сохранение тепла, водно-солевой обмен и главное стягивала подкожный слой капилляров и внутренние органы, обеспечивая возможность людям находиться в относительно разряженной атмосфере, избегая баротравм. Аналог древних компенсационных костюмов периода освоения стратосферы только насыщенное датчиками высокотехнологичное изделие. Но она не спасала при разгерметизации скафандра, а только лишь уменьшала баротравмы тела, но не легких. Как раз легкие страдали больше всего. От падения давления лопались капилляры. Альвеолы заполоняла кровь, и они уже не могли извлекать кислород. Счет шел на минуты.
Часто поврежденный участок скафандра находился в труднодоступном месте, и сам пострадавший не мог его заклеить или залить пеной. Именно по этой причине начальство настоятельно требовало, чтобы на поверхности при передвижении пешком люди работали вдвоем. На штатных производственных площадках допускались одиночные выходы, при условии наличия там робота, которому была встроена программа оказания помощи. Ведь случись, какое либо несчастье на одевание скафандра спасателями могло потребоваться слишком много времени. Однако поговаривали, что часто эти правила нарушались.
Графа "Причина болезни" ещё не была заполнена. Главврач вздохнул с облегчением. В случае чего он, даже посмотрев "историю" не мог сказать Бородину большего, чем рассказал ему Нефёдов. Но он вспомнил слова мэра о том, что пострадавшего нашли вдали от буровой, и подумал, что такие травмы он мог получить, если допустить падение высоты на острые камни. Но врача насторожило отсутствие переломов и травм внутренних органов, которые были неизбежны при падении. А с другой стороны на Марсе найти острые камни совсем не просто. Миллиарды лет песок, поднимаемый ветрами, лучше всякого наждака полировал камни, сглаживая их углы. Только если там был карьер, и проводилась добыча камня. Тогда там могли быть отвалы камней с острыми краями. Подумав секунду, Мальцев вызвал на экран карту. В "Истории болезни" указывалось, где именно нашли раненного Руслана Пухова. В том мете на карте никаких карьеров обозначено не было. Только буровая и недалеко находилась территория тепличного хозяйства.
Непроизвольно почесывая затылок, Мальцев вызвал на экран Нефёдова.
- Ваше мнение о причинах полученных травм?
- Всё-таки нужно заключение? - догадался хирург.
- Да меня уже Бородин просил об этом. Я вижу, что переломов нет, а только синяки и порезы. Похоже, пострадавший не падал. И как мне сказал Бородин, не мог попасть и в механизм. Его нашли в стороне от буровой.
- Хотите знать мое мнение? - Нефёдов вдруг перешел по шепот, придвинул лицо ближе к камере. - Раны нанесены не очень острым, но и не тупым и в то же время тяжелым предметом.
- Вы думаете, что здесь присутствовал умысел?
- Нефёдов пожевал губами и после короткой паузы тихо сказал: - Использовали нечто не настолько острое как нож, но и не такое тупое как молоток.
- Что же это?
- Я думаю какой-то инструмент.
- Неужели покушение на убийство? - Мальцева непроизвольно пробрал холод. За пять лет случай экстраординарный. На его памяти всего однажды в порыве ревности жена раскроила голову мужу, ударив его каким-то бытовым предметом. Еще было несколько драк между рабочими, когда пришлось применять пластическую хирургию побитых лиц и сращивать поломанные ребра. И вот теперь такой странный случай.
- Ладно, подождем, когда он придет в себя и сможет рассказать, что же с ним случилось. - Я сейчас готовлю его к операции. Так что результат мы узнаем не раньше чем через сутки. И то если всё пройдет успешно.
- Будем рассчитывать на лучшее. Я уеду на пару солов, а вы, если начальство раньше потребует медицинское заключение, укажите наши предположения о предмете, которым могли быть нанесены эти раны.
Нефёдов недовольно пошевелил носом, ему явно не нравилось, что придется брать ответственность, но потом кивнул и пробормотал под нос: - Ладно. Посмотрим, - и отключил связь.
Мальцев только успел связаться с отделением переливания крови и дать им указания, как его вызвали на селекторное совещание. Главврач подключился к административному каналу и увидел, что на связи присутствует начальник отдела по технике безопасности Иванов и двое неизвестных ему людей. Как Мальцев сразу подумал, глядя на их почти одинаковые одежды, это тоже были люди из службы безопасности. Один был невысокий, и все время ёрзал, другой длинный и сидел прямо, как будто проглотил шабру. Вскоре подключился Бородин и сразу спросил у главврача:
- Николай Алексеевич, как состояние пострадавшего,
Мальцев кратко ответил. Сказав, что пока опросить его в ближайшее время не удастся.
- Вы уже готовы дать нам заключение? - спросил мэр.
Мальцев мысленно поблагодарил себя за то, что уже ознакомился историй болезни и обсудил проблему с Нефёдовым. Он кратко изложил предварительные выводы.
- Вы считаете, это был относительно острый инструмент? - задумчиво сказал мэр. - Ваше мнение товарищ Иванов.
- Товарищ Бородин, - привстал начальник отдела безопасности и тут же плюхнулся обратно в кресло. Мальцев подумал, что он волнуется. - На месте происшествия мы искали острый камень, нож или иной предмет, но ничего не нашли. Орудие преступления забрали с собой. Мы взяли на экспертизу все острые предметы из теплушки буровиков.
- Какие же результаты?
- Мы проверили острые предметы, изъятые в теплушке, на предмет наличия крови. Результат отрицательный. Далее мы отработали версию камня. Но на месте происшествия преимущественно глина и песок. Место для теплицы и прилегающую площадь ведь специально выбрали для будущих посадок так, чтобы было поменьше камней. Только если кто-то специально принес подготовленный камень с острыми краями издалека. Но злоумышленник его же и унес, а потом выбросил. Искать камень со следами крови в пустыне дело безнадежное. Полицейского робота-нюхача, который бы прошел по следам, у нас нет. Но даже имей мы такого робота, шансов было бы очень мало. Ветер заметает следы, а запахи на Марсе очень быстро улетучиваются, - пояснил Иванов.
- А инструменты с буровой вы проверили? - спросил Бородин.
- Специально не проверяли. Мои сотрудники осмотрели буровую, но там как бы нет ничего такого подозрительного, - пожал плечами Иванов.
- Ладно, посмотрите по бухгалтерии, какие инструменты числятся среди имущества буровой.
Теперь невысокий человек засуетился, что-то выбрал на своем экране и вылил кучу ведомостей.
- Нет, ну мы же не будем все это читать. Вы нам сразу в картинках, - потребовал Бородин.
- Момент, - мужчина быстро исправил свою ошибку.
На экране появились изображения разных инструментов и деталей. Обращало внимание обилие гаечных ключей от самых маленьких до просто гигантских размеров. Доктор подумал, что такие даже не Марсе можно поднимать только вдвоем. Еще имелись всякие монтировки, ломики, кувалды, клещи. Далее шли муфты, задвижки, шайбы, гайки болты.
- Нужно что-то тяжелое и острое, чтобы могло порвать ткань скафандра. Но лезвие неширокое. Скорее узкое и не такое острое как у ножа. Хотя вот ломик, если его конец достаточно заточен, наверно подошел бы, - осторожно предположил Мальцев.
- Ваше мнение? - спросил у Иванова мэр.
Иванов поерзал на месте и спросил у долговязого: - Почему вы не проверили инструмент?
- Мы инструмент с буровой исключили. Мои сотрудники газохроматическим анализатором провели исследование грунта на предмет посторонних загрязнений. Также мы обследовали скафандр. Сам скафандр местами загрязнен маслами точно также как и весь инструмент с буровой. Однако обследование мест разрывов не дает основания предполагать, что имел место контакт с инструментами или механизмами с буровой. Это мог быть инструмент, но не с буровой, - уверенно заключил долговязый.
- Это отражено в заключении экспертизы? - переспросил Иванов.
- Есть, - кратко ответил долговязый. Все это время он оставался неподвижным.
Снова заерзал Иванов и, видимо, желая сгладить свою неточность, добавил: - К тому же у всех работников имеется алиби в виде непрерывной видеозаписи.
- Ну, это не очень надежное доказательство, - возразил Бородин.
- Но его дополняет отсутствие крови на предметах из теплушки и масел в разрывах скафандра, - возразил Иванов.
- Это другое дело. То есть вы исключаете самих работников буровой?
- Совершенно верно. В отношении них нет никаких зацепок.
- Кто еще там мог быть?
- В расположенной рядом теплице в тот день дежурила только одна женщина. Именно к ней в нарушении инструкций в одиночку и шел пострадавший. У них говорят, был роман, - добавил Иванов.
- А она к этому делу не причастна?
- К самому происшествию нет. Тоже есть видео. Кроме того, данные функционального контроля её организма однозначно локализованы в помещении теплицы. Датчики и видеокамеры шлюзов также показывают, что она не выходила наружу.
- Тогда кто же?
- Мы просмотрели тех, кто в этот период находился на поверхности. У всех есть однозначная привязка. Это могли быть только те сотрудники, которые постоянно работают на поверхности.
- Вы имеете виду геологов?
Иванов кивнул.
- А какие инструменты обычно используют геологи? - спросил Мальцев. Ему все же хотелось найти подтверждение медицинскому заключению.
- Покажите, - кивнул начальник безопасности невысокому человеку. На экране появились новые картинки: молотки и зубила, кувалда, почему-то бесполезный на Марсе компас и далее шли всякие приборы.
- Ну вот, геологический молоток. У него достаточно острый клювик, чтобы отбивать камни, - сказал начальник отдела безопасности. К тому же на нем не следует ожидать наличия масел, а только каменную пыль.
- Вполне годиться, - согласился Мальцев. - Следует сделать экспертизу на предмет наличия крови и ДНК на всех похожих предметах. Но меня смущает, вопрос, почему били только по ногам и бедрам?
Никто ему не ответил. А Бородин, обращаясь к следователям, сказал: - Вот и выясняйте, товарищи, кто бил и почему только по ногам. А заодно и мотивы. Не замешана ли здесь женщина?
На этом совещание закончилось.
- 9 -
Весь день Мальцеву некогда было волноваться. Ещё выйдя от Бородина, он позвонил Ирине и рассказал о задании. Долго поговорить не удалось. Его сразу закрутили текущие дела. Кроме обычных лечебных процедур пришлось решать множество вопросов, возникших из-за наплыва добровольцев. Некоторые доноры просили взять у них больше максимально допустимой нормы. Мальцеву приходилось их убеждать, что рисковать своим здоровьем нельзя. Врачи завершили сбор и упаковку крови, когда потолки уже окрасились в бледно-розовый цвет. Пластиковые пакеты уложили в самый большой термостат, который нашелся в госпитале. Робот установил его на платформу погрузчика и повез в гараж.
До отъезда оставалось с полчаса времени, и Мальцев поспешил в палату и, беспокоясь о том, чтобы предстоящая дальняя поездка не повлияла на его супругу. В палате проектор у изголовья кровати развернул перед Ириной виртуальный экран. От входа были видны силуэты графиков и таблиц. Мальцев еще не вышел из роли строгого врача, не удержался и сделал замечание:
- Больная, вы опять подключили диагностический компьютер к сети? Я же просил вас не напрягаться.
- Ой! Какие мы суровые! - Воскликнула Ирина и надула губы. - Как ты думаешь, я могу просто так лежать без дела? К тому же тут удобный экран.
Мальцев разозлился на себя, за то, что не удержался. Он подошел к кровати. Пылесос, возившийся в проходе, тут же спрятался под кровать и, скрипнув своими механизмами, затих. Чтобы сгладить неловкость Николай и уже спокойно спросил:
- Не обижайся. Ты же знаешь, я о тебе беспокоюсь. Над чем работаешь?
Ирина вздохнула и медленно ответила:
- Как всегда пробую собрать новую цепочку генов и смотрю, что получиться.
Теперь, присев на край кровати, Николай видел, что Ирина включила генетический симулятор и моделирует облик существа, комбинирую гены.
Перед ней в воздухе висели разноцветные шарики, и она легкими движениями пальцев складывала из них разные замысловатые фигурки.
- Вот смотри, - Ирина поменяла какие-то условия и включила симуляцию. А теперь надо подождать. Скорость связи у вас плохая.
- Никогда никто не жаловался, - пожал плечами Николай.
- Тем не менее. Обсчитать надо большие массивы. С таким расчетом может справиться только наш компьютер. А из-за того, что ты не пускаешь меня на работу мне приходиться включать "Мастером" этот допотопный комп, а он всё тормозит, - Ирина укоризненно посмотрела на Николая, но он пропустил явный намек мимо ушей и решительно заявил:
- Ну, тогда дело не в связи.
- И в связи тоже. Ведь мне приходиться качать туда сюда большие объемы
- А те шарики?
- Уже готовые модули. Но всё равно времени требуется много. Даже для симуляции только внешнего вида не говоря уж о дизайне внутренних органов нужно несколько минут. Сам увидишь.
Над кроватью все еще мерцали разноцветные шарики. Выше медленно ползла ленточка индикатора, показывая объем выполненного расчета. Они помолчали некоторое время, тупо следя за индикатором. Видимо решив, что в комнате нет людей, скрипнул механизмами и снова выполз из-под кровати пылесос. Но Николай притопнул ногой, и робот-уборщик снова скрылся в своем убежище. В этот момент высветилось сообщение о конце компиляции, шарики исчезли, и над кроватью появилось схематическое изображение существа похожего на крокодила, только с коротким хвостом и мордой как кошки. Движением пальцев Ирина принялась вращать симуляцию, показывая результат расчета с разных сторон.
- Гибрид аресзавра4 и кота? - предположил Николай.
- Основа аресзавр, а вот морда, как ты выразился, от кролика. Точнее от арескунели 5.
- А размеры
- Пока с этим проблемы. Вот видишь, она указала на колонку цифр сбоку экрана, - расчетная масса почти 300 кг.
- Опять монстр.
- По-другому не получается. Большие легкие. Наша главная проблема в том и состоит, как сделать систему дыхания для бескислородной атмосферы? Чтобы расщепить углекислоту, легкие у всех аресферио, устроены подобно электрохимической ячейке, к которой подводиться весьма приличный потенциал. Такие гены мы взяли у электрического ската. В общем, получилось чисто инженерное решение.
- А чем вас не устраивают кролики. Они же бегают в пустыне.
- Арескунели ещё не настоящие животные. Они часто болеют, живут недолго, сами не размножаются. Мы же всех их клонируем на фермах, а когда подрастут выпускаем в пустыню. Вот я ищу другую комбинацию генов для аресфирио, которая даст существо, более приспособленное к марсианским условиям.
- Они болеет потому, что питаются только полынью, - предположил Николай.
- По расчетам полынь для арескунелли вполне сбалансированная пища.
- Тогда в чем причина?
- Здесь нет полноценной биосферы. Вокруг любого многоклеточного организма в окружающей среде должна находиться целая армия незримых помощников в виде микроорганизмов. Мы рассчитывали, что постепенно мутируют бактерии, которые мы завезли с Земли. Но пока процесс идет очень медленно. Да что там говорить, - рассказывала Ирина, - у нас же на плантациях есть и более сложные растения, чем полынь или лишайник, но они растут в теплицах на гидропонной почве. Если высадить их в марсианскую глину, и они тоже будут расти, хотя и плохо, да и то если корни им подогревать и поливать питательными растворами. Чистая вода не подходит. Быстро вянут и погибают. Почвы как таковой тут нет. Фактически то что мы делаем это гидропоника в чистом виде. Надо создать почву, микробную среду, разных там букашек, а только тогда можно приживить здесь и крупных животных. Иначе не получается замкнутый биоценоз. А без него те же арескунели быстро теряют внутренную микрофлору, которая не восстанавливается и не пополняется в естественных условиях. Вот они и начинают болеть. Но это моя гипотеза. Хотя её разделяют многие ученые. В общем, перескочить через этапы эволюции планеты будет очень сложно. Наши усилия пока не дают эффекта, и генетическая революция, о которой я поначалу мечтала явно пробуксовывает.
Николай все эти рассказы слышал не первый раз. Но ему было просто приятно общаться и слушать голос Ирины, рассматривая её лицо. Но сейчас он снова вспомнил намеки Бородина и спросил: - У нас кто-то занимается мониторингом мутационных эффектов у бактерий?
- Да. В нашем секторе есть такая лаборатория.
- Сейчас какие отслеживаются тенденции?
- Понемногу идет процесс адаптации. Но пока в естественной среде очень медленно растут популяции микроорганизмов.
- Я спрашиваю в контексте того задания, которое мне дал Бородин. Он почему-то намекал на то, что китайцев сразил мутант земного микроорганизма. Ты не знаешь, есть такие сведения?
- Такое возможно. В китайском секторе тоже проводилась программа заселения Марса микроорганизмами. На это есть общая директива КОМа.
- Они тоже их распыляли с воздуха?
- В том числе.
- Значит, мутант с поверхности Марса мог попасть в систему кондиционирования китайского города и заразить людей,.. - задумчиво сказал Николай. - Но почему их ученые ничего об этом не сообщают.
- Ты же сам говорил, что причина болезни в токсичных наночастицах?
- Так утверждает официальная версия. Но я просто не понимаю, зачем нам образцы крови больных, если все дело в токсичных частицах. Ясно же, что это заболевание локализовано только там, где есть источник этих частиц. Ну, увидим мы в микроскоп те же самые частицы. Что дальше? - Николай пожал плечами и неопределенно махнул рукой, демонстрируя своё непонимание.
- А что тебя беспокоит?
- Я не понимаю смысла. Если эти частицы не размножаются, как утверждают китайцы, то какой нам от них вред? Мне сдается, что Бородин намеренно, причем, скрыв от меня истинную причину, послал меня за этими пробами.
- Он никак не объяснил свои мотивы?
- Вот я ломаю голову, почему он сгустил краски и даже приплел сюда политику. Никакой угрозы от этой болезни пока нет. Китайцы вполне обходятся переливанием крови. Контакты между колониями минимальны. Передача от человека человеку не зарегистрирована. К чему было меня посылать, я так толком не понял. Теперь я должен как-то выпрашивать образцы у китайцев. Мне не понятно чем я должен мотивировать эту просьбу. Скажу: "Дайте нам образцы мы тоже будем их изучать". Этакое предложение их ученых наверняка обидит. Они решат, что мы им не доверяем или ставим под сомнение их профессионализм. Вот если бы случаи заболевания имели место ещё где-то, тогда вопроса не возникает.
- Ну не бери в голову. Спросишь... Китайцы откажут под каким-то там предлогом и всё, с тебя взятки гладки.
- Но ради того чтобы спросить, я должен тащиться 16 часов на другой край Марса? Как будто у меня нет других дел. И оставлять тебя без своего внимания.
- Я понимаю, почему ты беспокоишься. Боишься, что я без тебя нарушу режим?
- Ну, как ты можешь? Я же о твоем здоровье и нашего малыша думаю.
- Не знаю. Видимо у Бородина были веские причины, чтобы поехал именно ты.
- Ну ладно хватит о работе, давай о чем-нибудь другом, - предложил Николай.
- Ты же сам затеял это разговор.
- Да я виноват, - покорно согласился Николай.
Они немного помолчали.
- Вообще тебе надо куда-нибудь съездить, - неожиданно сказала Ирина. Ты у меня засиделся здесь под землей. Так что тебе будет полезно. Хоть Марс посмотришь.
- Да что там смотреть. Все одно и тоже. И поедем мы по набитой дороге. Вон можно на сетевом ресурсе скачать видеопутешествие. Все равно в машине с экрана видно точно также как здесь.
- Я раньше сама ездила на опытный участок, а это в одиночестве больше часа. Странные чувства охватывают всякий раз. Вот скрывается база за краем кратера. Ты и пустыня. Только наезженная дорога связывает тебя с человечеством. Но все равно кажется, что остаешься один во вселенной. Ну, у меня всякий раз такое возникает странное ощущение.
- Проверю и потом расскажу, что чувствует мужчина. Но боюсь, что ночью темно все одно, как говорят все кошки серы и Марс ничем меня не удивит. Кстати нужно проверить как там с погрузкой, - Николай набрал номер. На экране коммуникатора высветилось изображении с камеры в гараже. Он увидел вездеход, возле которого копошились люди и роботы. Похоже, они ещё не погрузили термостат. Значит, у него есть время.
Тем временем Ирина отключила экран и попыталась лечь повыше, но Николай знаком её остановил и протянул руку, хотел погладить жену, но заметил, как потянулись её волосы к его руке.
- О-о! Я сегодня зарядился приличным потенциалом, - наигранно весело сказал Николай.
- Снова будешь кусаться, или сначала разрядишься, - в тон ему ответила Ирина.
- Лучше разряжусь, беспокоить тебя не хочу, - Мальцев посмотрел по сторонам, ища металлический предмет. Вокруг были только пластмассовые или композитные изделия. А робот-медбрат поблескивал металлическими деталями в дальнем углу.
- Ты опять надел одежду из синтетики? - спросила Ирина.
- Нет. Как обычно.
- Тогда откуда на тебе взялся заряд? - спросила Ирина и тут же догадалась: - А... ты опять работал в пятом блоке?
- Мы организовали там прием доноров.
- Тогда понятно.
- А вот мне не понятно. Наболело, - Мальцев вспомнил, как сегодня снова ругался с инженерами и решил продолжить эту тему, чтобы больше с женой не разговаривать о поездке.
- Маслов в своем репертуаре. Он уверяет, что система кондиционирования обеспечивает нужную влажность воздуха. Я ему говорю: "Где же обеспечивает. Посмотрите, всякие мелкие предметы липнут к рукам. И ударяет током, когда касаешься металлических предметов". Но это мелочи. Опасно то, что медицинские приборы барахлят. Получив ошибочные анализы, роботы могут непроизвольно нанести вред пациенту.
- Ну не заводись, - успокоила его Ирина.
- Да я спокоен. Мне просто не понятны причины. Я спрашиваю: "Так может в этом блоке где-то утечка влаги через стены?" А Маслов мне: "Мы все проверили гелиевым течеискателем, никакой утечки нет". А через пять минут так философски мне заявляет: "Это Марс высасывает влагу. Не может напиться после миллиарда лет засушливого состояния". Ты подумай? - спокойно, но с иронией говорил Мальцев. - Сам мне говорит, что нет утечки, а потом утверждает, что на Марс все вытекает. Ну, как с таким демагогом работать?
- Напиши докладную Бородину.
- Да бесполезно. Он скажет: "На Марсе и так людей мало. Находите контакт".
Мальцев решил, что достаточно отвлек жену от мыслей о разлуке. К тому же ему надо было попрощаться и поспешить. Он присел на кровать, наклонился, чтобы её поцеловать, но Ирина чуть отстранилась и напомнила, что он еще не разрядился. Мальцев коснулся металлической детали на капельнице и почувствовал удар током.
Теперь без опаски Николай протянул руку к разметавшимся по подушке волосам. Они остались на месте.
- Ну вот, я безопасен для употребления.
- Употребляй меня, - Ирина улыбнулась и с предвкушением потянулась. Николай наклонился и поцеловал Ирину в губы. Хотя ему надо было спешить, но после поцелуя, тепло пробежало по его телу и ехать ему сразу расхотелось. Он рассматривал рыжие волосы, её большие глаза. Сейчас лицо Ирины отливало болезненной бледностью, но все равно оно было ему самым милым.
Кажется, жена поняла его мысли и сказала: - Ты похудел. Пока я тут валяюсь, никто тебя не кормит, - Ирина провела рукой по его русым волосам.
- Да все я съедаю.
- В дорогу взял бутерброды?
- Всё я взял, - быстро ответил Николай.
- Ну не сердись, я же о тебе беспокоюсь, - нежно говорила Ирина.
- Да со мной все нормально. Как там наш малыш? Стучит ножками?
- Нет, сейчас спит.
- Сегодня кололи но-шпу? - Хотя он и так знал, что все процедуры выполнены. - А капельницу с магнезией ставили? Валерьянку давали? - Ирина кивала в ответ.
Но едва он замолк, как жена открыла рот, явно что-то желая спросить, но Николай быстро сказал:
- Самое главное на твоем сроке это физический и эмоциональный покой, - и принялся ласково поглаживать Ирину по волосам.
- Что ты мне рассказываешь, как будто я и сама не знаю. Ты еще забыл упомянуть о том, что требуется соблюдать покой в интимной жизни, - с легкой ироний сказала Ирина и надула губы.
- Для этого тебя и положили в госпиталь.
- Ага. Чтобы ты не доставал свою женушку, - Ирина улыбнулась голубыми с зелеными искорками глазами.
- В том числе. Нельзя чтобы присутствие любимого мужчины возбуждало тебя.
- А теперь вот уезжаешь, - грустно с ноткой каприза сказала Ирина. - А я останусь одна на целых два сола. Я буду тебе звонить. Часто, часто, - нежно говорила Ирина.
- Нет уж, - строго оборвал жену Мальцев. - Давай договоримся, что мы свяжемся еще два раза до наступления темноты. А потом я позвоню уже утром.
Видя недовольный взгляд Ирины. Мальцев пояснил: - Пойми, дорогая, мне же хочется выспаться. Я устал. Завтра предстоит трудный день. Не понятно, как сложатся переговоры с китайцами. Я хочу, чтобы моя голова была ясной.
- Ты всё о себе думаешь. Эгоист ты неисправимый.
- Милая, да я и о тебе думаю. Тебе тоже высыпаться надо, чтобы лишний раз не напрягать организм. Сегодня дежурят опытные врачи. Ну, всё моя кошечка, меня уже наверно заждались. Я быстро съезжу туда и обратно. И привезу тебе сувениры.
- Наверно бусы из аресита? - кокетливо спросила Ирина.
- Если они мне понравятся. Ну, я побежал. Пока. Не скучай, - Николай поцеловал жену и поспешил собирать вещи и надевать скафандр.
- 10 -
Мальцев уже одетый в биоскафандр торопливой походкой вошел в гараж. Он опасался, что припоздал. Однако в обширном сводчатом помещении, разделенном на секции колоннами, царила гулкая пустота. Только в центре возле вездехода как истуканы стояли два робота. Главврач решил, что всё уже подготовлено к поездке и ждут только его. Ему на секунду стало неловко, и он поспешно подошел пассажирскому вездеходу. Оба андроида дружно повернули свои головы и уставились на него своими глазами-пуговицами. Один из роботов в синем медицинском костюме привез термостат. Другой явно из гаража был одет в замызганную спецовку. На белой пластиковой этикетке закрепленной на нагрудном кармане гаражного робота большими печатными буквами было написано его кодовое имя Гриша, а ниже мелкими буквами дописано - Распутин. Мальцев понял, что в этом есть какой-то юмор, но кто такой Гриша Распутин он не помнил, хотя это имя у него ассоциировалось с чем-то не в меру распутным.
Каждое подразделение одевало роботов в свою характерную униформу. Эта традиция, возникла ещё во времена первых поселенцев. Хотя одежда часто цеплялась, рвалась и застревала в механизмах, но и сейчас роботов продолжали одевать, потому что так проще было различать их принадлежность. А то ведь частенько сотрудники смежных подразделений "грузили" чужих роботов своей работой. Иногда по этому поводу возникали споры, готовые перерасти в серьезный конфликт. Потом при подведении итогов корпоративного соревнования никак не могли решить, какому отделу засчитывать работу сделанную "чужим" роботом или кто должен его ремонтировать.
Главврач не часто бывал в гараже и смутно представлял регламент его работы. Он с минуту стоял, озираясь по сторонам надеясь, что появиться кто-то из людей. Подошел вплотную к машине и через небольшой иллюминатор заглянул во внутрь кабины, но не увидел там термостат. Ситуация начал его беспокоить. "Робот Вася стоит. Лаборант куда-то пропал. Термостат исчез. Погрузкой еще никто не занимался", - с легким раздражением думал Мальцев.
Главврач прошел дальше вглубь обширного помещения и только тут он увидел термостат, который стоял у стены на пластиковом поддоне. Шнур питания лежал поверх кожуха не подключенный к сети. Такая нерасторопность возмутила Мальцева. Не хватало еще, чтобы кровь стояла в тепле. И главное рядом не было людей, которые бы руководили погрузкой.
Мальцев решительно направился в глубь гаража, где между колонами угадывалось нечто похожее на мастерскую или бытовку. За прозрачной стеной за столом сидели двое техников и играли в нарды.
- В чем заминка, товарищи, - спросил главврач резко. - Почему не погрузили термостат?
- Да не влезает он, собака, надо снимать кресла, - пояснил один из техников, гремя стаканчиком с костями.
- Как не влезает? Всегда влезал, а тут не влезает, - удивился Мальцев.
- Так в этом вездеходе установлена мобильная лаборатория и кресла стоят по-другому. Снимать надо.
- А долго их снимать?
- Да с часик уйдет. Но уже рабочий день того,.. - выразительно сказал один из техников.
- Нет, мы задержимся, если что,.. - добавил второй механик.
- Час это плохо. А еще есть вездеходы?
- Нет, - кратко ответил первый техник и бросил кости на доску.
- Где начальник гаража? - решительно спросил Мальцев.
- Где-то тут был, - невозмутимо сказал техник и начал переставлять шашки.
Ситуация начала раздражать главврача.
- А где медбрат, который привез термостат?
- А этот... Наверно пошел попить газировки из автомата.
- Ну что за бардак... - только успел начать возмущаться Мальцев, как его перебил один из техников: - Во, Лев Аронович идет. - В глубине зала между колоннами появилась фигура коренастого человека.
Мальцев поспешил навстречу, и не доходя с десяток шагов, громко сказал: - Мне срочно нужен другой вездеход.
- Где ж я возьму другой? Все в разгоне или в ремонте. Завтра к обеду вернется экспедиция, тогда будет техника. А сейчас другого нет.
- А вот тот? - Мальцев указал в противоположный дальний угол гаража, где стоял накрытый чехлом вездеход.
- Вы с ума сошли, - взмахнул руками начальник гаража. - Это же транспорт самого товарища Бородина.
- И что!? - настойчиво выкликнул Мальцев. - Я еду по личному указанию товарища Бородина.
- Нет у меня такого указания, - хмуро ответил начальник.
- Так вызовите Бородина и спросите.
- Кому нужен вездеход? Мне или вам? Вот вы и спрашивайте, - огрызнулся начальник. Через секунду, видимо чуть остыв, он уже миролюбивей сказал: - Если мне дадут указание я его обязательно исполню. Но лучше подождите до завтра.
Но Мальцев всерьез разозлился. Он и так устал с этой суматохой, когда малочисленный персонал весь день, не покладая рук, брал кровь у доноров, сортировал её, упаковывал. Доноры по разным причинам задерживались. Выехать после обеда, как он в начале планировал, ни как не получалось. Уже приближалась ночь. Там еще Ира. Она и так будет нервничать из-за этой ночной поездки. Надо все сделать как можно быстрее. А тут то одно, то другое мешает. Мальцева переполнили чувства, и он на секунду потерял контроль: - Да вы что! Как завтра! Это срочно! - заорал главврач. Гулкое эхо отозвалось: "Уа! Уа! Уа!"
Но на Льва Ивановича всплеск эмоций не произвел впечатления. Видимо он был ко всему привычен, пожав плечами, начальник спокойно сказал: - А что я могу сделать? У меня вон три машины в боксах на ремонте! Я сколько прошу прислать новые аккумуляторы, навигаторы, блоки СЖО! Элементарного не хватает. А рулевые тяги, а диски сцепления, которые так и летят в этих песках. Даже тормозной жидкости БСК и то нет6. Это же Марс. Тут все в дефиците.
Ситуация была хорошо известна главврачу по снабжению госпиталя. Поэтому Николай слегка поостыл и уже спокойно предложил: - Лев Аронович, давайте как-то решать проблему.
- Не знаю... Вот разве что стоит в шлюзовом отсеке грузовой вездеход с пятой буровой. Если договоритесь... Но ехать в Сяопин на грузовике не слишком комфортно. Это же всю дорогу в скафандрах надо париться.
Последние слова Мальцев пропустил мимо ушей, поскольку вспомнил, что ему обещали попутчика: - А кто со мной едет?
В ответ Лев Аронович только пожал плечами. Мальцев понял, что придется вызывать Бородина, а он не любил лишний раз общаться с начальством.
Мальцев решил сначала связаться с секретарем. Оказалось, что всё уже решено. "Напоминаю, что вам уже было отправлено сообщение", - приятным женским голосом ответил компьютер. "Черт!" - Мальцев вспомнил, что прежде чем зайти к Ирине по пути заглянул в операционный блок и сразу на входе отключил коммуникатор. Почему-то всплеск радиосигнала в этом помещении во время вызова приводил к подергиванию манипуляторов робота-хирурга. Устройства очень чувствительного, а потому даже слабый сигнал коммуникатора наводил какие-то помехи в его схемах. Замотавшись, Николай забыл снова включить коммуникатор на прием.
Мальцев просмотрел сообщение и увидел, что в попутчики ему определили инженера-геолога Виктора Коваля. Его вездеход типа "Странник" как раз стоял в шлюзовом отсеке. На шасси у этой машины стояла двухместная герметичная кабина и крытая грузовая платформа. Сам же Коваль уже целый час ждал в баре его звонка.
Для экономии времени не стали разгружать разное геологическое оборудование. "Зачем? - сказал кто-то из гаражных, - все равно завтра вернетесь обратно". Термостат установили в грузовой отсек и подключили к бортовому питанию. Тем временем подошел Ковалёв, крупный мужчина средних лет. Виктор уже был полностью экипирован. Мальцев же еще только натягивал скафандр.
- 11 -
Вездеход, оставляя за собой длинный шлейф пыли и часто подпрыгивая на ухабах, мчался по едва заметной дороге, которая вилась между валунами и мелкими кратерами, хаотично разбросанными по дну широкой долины.
В тесной кабине сидели два человека в ярко-синих скафандрах. Их шлемы находились между креслами в специальных фиксаторах. Рядом были закреплены перчатки. Большой панорамный экрана показывал вид спереди и по бокам от машины. Перед водителем находилась панель управления и обычное рулевое колесо, на случай если потребуется взять управление на себя.
Путь, которого придерживался вездеход, только условно можно было назвать дорогой. Когда-то здесь проехал грейдер и сгреб крупные камни на обочину. На Марсе не бывает дождей, которые бы меняли свойства грунта. Только ветер сдувает и надувает песок. На твердых каменистых и глинистых участках вездеход набирал скорость и только подскакивал и мелко дрожал на ухабах, на песчаных, автоматически сбросив давление в шинах, наоборот замедлял движение. Из-за кратеров и крупных валунов дорога часто виляла. Компьютер уверенно вел машину, время от времени тихим женским голосом комментируя свои действия. Водителю оставалось только следить за обстановкой.
Мальцев, сидя в кресле пассажира, с досадой думал, что не удалось избежать задержек при погрузке. На резком вираже песок из-под колес выбросило широким веером так, что он сыпался перед машиной, и тогда дисплей на секунду залило желтым маревом. Доктор подумал, а можно ли такие шлейфы песка увидеть на Земле. Наверно только на автогонках, да и то в меньшем масштабе. Доктор посмотрел на своего спутника. Кузнецов, коренастый мужчина средних лет сосредоточенно смотрел на дорогу. Впереди просматривался ровный участок. Геолог включил автопилот и откинулся на спинку кресла. С Виктором Мальцев уже пересекался ранее, но встречались они редко, хотя и поддерживали приятельские отношения. "Как это Бородин уговорил Коваля сопровождать его в Сяопин" - только подумал Мальцев, как Виктор, почувствовав его взгляд, повернул к Николаю свое худощавое и смуглое от избытка меланина лицо, секунду смотрел на Мальцева, как бы раздумывая, а потом спросил: - Как там состояние Руслана?
Мальцев кратко рассказал. А сам подумал, что Коваль удачно затеял этот разговор. Доктор не решался затеять разговор на эту тему, помня, что подозрение пало на геологов, а ведь Виктор мог что-то знать о причинах нападения на Руслана. Но теперь можно было продолжить разговор. Мальцев намеренно вопрос сформулировал неопределенно: - Как могло произойти такое несчастье с вашим геологом?
- Руслан не наш, он бурильщик, - увидев, что доктор не особо понял разницу, пояснил: - Мы, геологи, ищем сокровища Марса, - Виктор даже гордо повел плечами. - А они бурят скважины для очередного прожекта по растапливанию мерзлоты токами высокой частоты.
- Почему прожекта? - удивился Мальцев. Моя супруга говорит, что подогрев почвы поможет прижиться растениям.
- Много лет наблюдаю эти безуспешные попытки, - иронически заметил геолог. - Знаю я плантацию Саркисяна. Растет что-то вроде полярной елки. Невысокая, так... не больше чем на полметра, но сам корень еще почти на метр заглублен, и к нему по трубкам теплая вода подводиться.
- Плантация ГМО ёлок ведь пережила уже несколько зим, - возразил Мальцев. - а то что растения плохо растут, то причина в том, что растения в открытом грунте находятся в стерильной атмосфере. Им не хватает микроорганизмов для нормального биоценоза. Здесь же нет биосферы. Каждое растение теперь помещают в оболочку, чтобы создать локальную экзосферу, - пересказал Мальцев суть последних опытов на биостанции.
- А я смотрю, что за презервативы на саженцы надеты, - засмеялся Виктор.
- Вообще-то это мембрана, - буркнул Николай. Ему не понравился юмор геолога, но пояснять, что защитная пленка сложное изобретение нанотехногогов, а Ирина принимала участие в разработке этого материала, Мальцев посчитал излишним и вернул тему разговора к началу: - Так что там случилось у бурильщиков?
- Руслан пошел в теплицу. Это с полчаса ходу. Там у него подруга. Вскоре на буровую поступил аварийный сигнал о разгерметизации его скафандра. Напарник нашел его в стороне от дороги на дне неглубокой впадины. Неясно, зачем он туда пошел и как повредил скафандр.
- А почему ничего не известно о видео с его скафандра?
- В таких отлучках обычно камеру отключают. Ты же знаешь, что нельзя в одиночку уходить далеко от базы. Вот и приходиться хитрить.
- У него гематомы и порезы. Как будто избили чем-то острым. Например, камнем. Это могло произойти на почве ревности?
- Чепуха, - резко ответил Виктор, отвернулся и уставился на панель управления. - Мальцев подумал, что тема исчерпана. Но через минуту Виктор продолжил:
- Любовь у них уже давно. По сути, они женаты. Так что никого третьего там не могло быть. У меня тоже женщина есть. Да почти у всех. А ты ведь знаешь, что в колонии поддерживается паритет мужчин и женщин. Так что всегда можно найти пару. Другое дело, что вам в городе проще. А нам вот приходиться бегать к своим зазнобам в такие вот отлучки. Хотя бывает и наоборот.
- Женщины тоже самовольно уходят?
- Конечно.
- А начальство?
- А-а, смотрит сквозь пальцы. Но после этого случая я думаю, закрутят гайки. Давно ведь хотели поставить датчики положения на все скафандры, чтобы операторы видели, куда кто пошел.
- А как же тогда?
- В принципе можно брать вездеход и ехать в одиночку. Кроме темного времени сола. Но вся проблема в том, что транспорта не хватает. Да и начальство вечно жмется и на личные нужды не выделяет машины. Как думаешь, наступит время, когда у нас на Марсе будет личные машины?
Вопрос застал доктора врасплох. Живя в городе под землей, он и не думал, что существует такая проблема. Мальцев что-то промямлил в ответ, а Виктор продолжил:
- У американцев уже есть фирма, которая выпускает такие двухместные машинки на солнечных батареях. Я уже приценивался. Недорого. Но как говориться за морем телушка - полушка, да рупь перевоз. Я уже подбиваю своих товарищей, чтобы собрались и организовали экспедицию к американцам, а заодно и перегнали несколько десятков машин. Но пока мало собрал желающих. Вот если нас прижмут, то число интересующихся личным транспортом возрастет.
- Но ведь личный транспорт под землей не нужен, а на поверхности радиация.
- Ну что ж теперь, что радиация. Зато здесь простор. Свобода. Легко дышатся. Мальцев удивился последним словам. Как это может легко дышаться в скафандре, подумал он и тут вспомнил слова Ирины об особом одиночестве и свои ощущения во время поездок на пикник и понял, что в чем-то его товарищ прав. На поверхности человек чувствует себя совсем иначе, чем под землей. Все же мы существа с поверхности хоть и другой планеты и жить нам в подземельях нельзя. Надо больше ориентировать научную работу госпиталя на развитие адаптационных свойств организма к жизни на поверхности. Если впереди предстоит освоение планеты, то ясно, что не в её недрах будет жить человек.
- Ты чего задумался? - прервал его мысли Виктор. - Тоже хочешь прикупить машинку? Давай возьмем тебя в долю. Американцы их быстро наштампуют, там ведь все детали на принтере печатают. Даже солнечные батареи и аккумуляторы.
- Да куда мне ездить?
- Так Ирина будет ездить. Я её несколько раз встречал на дорогах. Она лихо управляется с вездеходом.
- Ну, это у неё надо спросить, - отмахнулся Мальцев. Он действительно не понимал, куда особенно тут можно ездить и на что смотреть.
Некоторое время они ехали молча.
- Эпидемия у китайцев серьезная? - спросил Виктор.
- Полсотни больных.
- Вся эта фигня от пыли. Бывал я на китайских шахтах. У них по-простому. Надувают штрек до нормального давления и работают там и люди и роботы в одном забое. Причем рабочие в обычных спецовках, даже "намордники" не всегда надевают. Хотя там пылища,.. свет едва виден.
- На урановом руднике и без респиратора? Дурдом... То-то у них столько больных с легочной онкологией. А они разве не вентилируют забои?
- Технически сложно. Из-за разности давлений нельзя сделать вытяжную вентиляцию и выбрасывать пыль наружу. Нужно воздух выкачивать, очищать, обратно вдувать. Вот они и решили вопрос радикально. Просто отказались от скафандров. У нас в забоях марсианское давление, только снаружи вдувают воздух для вентиляции. Работают исключительно роботы. Но люди там находятся в скафандрах.
- Ну, к скафандрам на Марсе не привыкать.
- Я спрашивал у китайцев, почему вы без скафандров в забое? Ответ меня просто сразил: "Скафандры быстро изнашиваются".
- Выходит скафандры им дороже человеческих жизней?
- Да нет. Тех же скафандров не напасешься. А еще избыток рабочих рук и нехватка роботов. Отсюда много ручного труда. Как в старину... Их же на Марс понаехало черти сколько... Когда открыли тот подземный город "пришельцев". Думали, готовые помещения... Только завози людей, и всё. А много народу - мало кислорода, тепла и ресурсов. Я там по началу работал с американцами.
- Как возникла эта система пещер, так и не выяснили? - спросил Мальцев.
- По началу думали что карст. Особенно когда считали, что аресит, который там покрывает все стены, образовался как отложение солей. Но не обнаружили никаких следов течения жидкостей. Нет натеков, сталактитов и сталагмитов. Зато есть нечто отдаленно похожее на антодиты или геликтиты. Встречается бахрома, пещерное волокно.
- А что такое... геликтит? - спросил Мальцев, услышав незнакомое название.
- На Земле такие красивые каменные цветы из кристаллов, - быстро пояснил геолог и продолжил свой рассказ: - Их образование можно пояснить как кристаллизацию из газовой фазы. Но в природе возникновения самих пещер есть некая загадка. Как образовались ходы в камне без жидкости? Если бы речь шла о нескольких сотнях метров, то никто и не ломал бы голову над этими вопросами. Там уже сейчас разведано до тысячи километров.
- Ого! - Непроизвольно воскликнул Николай. Он и не думал, что город "пришельцев" такой протяженный.
- На самом деле тысяча километров это суммарная длина всех тоннелей. А занимают они не такое уж большой объем. Это как... клубок. Нет, комок из пушистой нитки, - пояснил геолог.
- Я понял, - кивнул доктор.
- В общем, идею карста окончательно похоронили, когда провели лазерную съемку топологии пещеры, - Ковалёв явно увлекся. - Там нет характерного постоянного уклона, а вода то вниз течет. Там туннели идут под любыми углами. То вверх то вниз. Сплошной лабиринт. Пришельцы тоже вряд ли строили бы коридоры, которые имеют то положительный, то отрицательный уклон. Ходить неудобно. Китайцы везде ступеньки вырубили. Тема генезиса пещеры меня очень интересовала. Начал собирать материал. Даже были мысли написать на эту тему диссер.
- Так что в сухом остатке? - спросил доктор, ему уже немного наскучило слушать эмоциональную речь приятеля, для которого явно эта тема была любимой.
- Ничего. Как только этот сектор отдали китайцам, так они нас всех оттуда тихой сапой вытеснили. Я иногда просматриваю статьи. Но сейчас эта тема угасла.
- А версию о том, что пещеру построила инопланетная цивилизация, разве откинули? - спросил Мальцев.
- Обсуждают, но не очень серьезно. Это точно также как предполагать, будто пирамиды построили пришельцы.
- Я так помню, слышал, что эта пещера уникальный для Марса объект?
- Больше ничего подобного нет. И это странно. Обычно природа повторяется. На Марсе множество лавовых пещер. Есть карстовые и ледниковые образования. Да вот даже недалеко от дороги есть долина, - Виктор махнул рукой влево, - а там есть две лавовые пещеры. Обе коварные ловушки. Они не большие. Но разные. В одной сейчас зыбучие пески в другой раньше был соленый раствор. Один наш чудик когда-то там вездеход утопил. Машина всего несколько часов была в рассоле. Так вездеход так и остался возле той ямы. Вместо памятника. Ничего восстановить уже было нельзя. Жидкость попала в кабину, и внутри буквально все разъело и покрылось налетом кристаллов. Ясное дело электроника вся отрубилась.
- А зачем вытаскивали? Не знали, что это дело безнадежное?
- Так за рулем был один глупенький начальник. Без году неделя на Марсе, а гонору аж до Фобоса. Поехал с заместителем на буровую. Настоял, что сам будет рулить. Дорогу толком не знал или решил покататься. Ну, влетел. С кем не бывает. Хорошо хоть глубина была не большая. Выбрались они. Но помощь вызывать начальник не разрешил. Амбиции взыграли. Не хотел показать, что по его вине потерян вездеход. Вызвал только машину с техниками. Приказал вытаскивать. Часа два они корячились. Но уже всё напрасно было.
Николай подумал, что его не в меру разговорчивый приятель сейчас будет ему рассказывать все геологические байки, и приготовился терпеливо слушать. Все равно заняться было не чем. Но оказалось, что Виктор больше был склонен излагать основы марсологии. В психологии такая чрезмерная разговорчивость собеседника, который показывает своему знакомому новые для него места, называлась "синдромом экскурсовода".
- У таких пещер все зависит от того, какой вход, - пояснял Виктор. - Если широкий, то шахту заметает песком. Поскольку песок мелкий, то частички электризуются и отталкиваются, а сила тяжести здесь маленькая, вот и получается, что яма заполнена как бы воздушным песком. Это и есть зыбучий песок. Попадешь и все. Утонешь. Мы узнали по тому, что в ловушку попал кролик. Бедняга. Его засосало, только голова торчит. Но спасти мы его не смогли. Натаскали камней и выложили вокруг. Чтобы другие не попадали. Они почему-то избегают места, где кучи камней лежат. А в той пещере, куда провалился вездеход, дыра исходно была небольшой и заросла песком. Поэтому её и не заметил тот чудик.
- Как заросла? - удивился Николай.
- В буквальном смысле. Как растет лед в луже. От краев к центру и затягивает дыру.
- Лед там понятно - вода замерзает, а здесь ведь пустота.
- На Марсе такое явление случается часто. Ветер наносит песок с частичками глины на край ямы. Глина выступает как связка. При резкой смене температуры, что случается каждые сутки, песок и связка увлажняются, а потом слипаются и смерзаются. Вот и растет корка на краю ямы, пока не закрывает отверстие. Потом сверху еще наметает песок. В запечатанных пещерах часто сохранялась жидкая вода в виде насыщенного раствора солей. Мы легко такие пещеры находим, когда проводим электро или сейсморазведку. Одно время пытались эту воду применять, но там только полная перегонка нужна. В общем, овчинка выделки не стоит. Проще лед из вечной мерзлоты добывать. Собственно это побочный результат работы буровиков.
Вездеход неожиданно резко снизил скорость и голос сообщил, что рядом движется объект. Мальцев с удивлением поискал глазами на экранах, и увидел, что вдоль дороги скачет арескунелли. Существо с пушистой шерстью прыгало как кенгуру и отдаленно напоминало огромного кролика с маленькими ушками. На взгляд в нем было ни как не меньше центнера. Синхронно с прыжками непропорционально большая грудная клетка раздувалась и сжималась так, что издалека казалось, будто кролик играет на баяне.
- Легок на помине, - усмехнулся Николай.
- Что-то я заболтался и не заметил, как мы его догнали, - сказал Виктор. - Видишь, и сейчас кролик скачет по дороге, а не напрямик. Не любят они камни.
Николай подумал, а знает ли об этом Ирина. Но спросил: - Куда это он?
- Ужинать, - усмехнулся Ковалёв. - Увидев непонимающий взгляд доктора, пояснил: - На южном склоне этого холма плантация.
За поворотом однообразный красно-желтый пейзаж разительно изменился. Теперь глаз радовали темно-зеленые оттенки, все склоны долины, которая открылась перед ними, были засеяны лишайником. На соседнем уступе в лучах заходящего солнца поблескивал робот андроид.
- Что он там делает? - удивился Николай.
- А лишайник высаживает.
- Как это?
- Дальше находиться биостанция. Там разводят лишайник такими маленькими кустиками, размером с ноготь. Каждый день отправляют роботов буквально с мешком на окрестные холмы, чтобы они клеили лишайник на камни.
- Клеили?
- Ну да, чтобы ветер не срывал. Лишайник потом приживается. Тут уже километров на десять вокруг все южные склоны зеленеют. А вообще земледелие на Марсе еще та канитель. Я часто мимо езжу, насмотрелся. Тут днем, когда ветра нет, биологи часто самолет запускают. Фюзеляжа нет, одно большое крыло, - продолжил свою экскурсию геолог. - А легкий, как пушинка. Его даже гелием надувают, чтобы он еще меньше весил. Самолет возит всего несколько литров раствора с бактериями и распыляет их. Низко так летает, почти над землей. Один у них разбился. Долго тут на холме его лохмотья на ветру болтались.
- Бактерии распыляют для создания биосферы?
- Нет. Чтобы разлагать магнетит и гематит, сложные окислы железа, которые дают рыжую окраску этим пескам. Освобожденный кислород уходит в атмосферу, а в итоге остается вюстит, простой окисел железа. Но пока это только опыты, - пояснил геолог.
- Надеются, что бактерии наполнят атмосферу кислородом? - спросил доктор.
- Когда-нибудь, лет через сто, - сказал Виктор. - Пока проблема в нехватке влаги. Слишком сухо. Надеялись, что утреннее и вечернее выпадение росы поможет, но пока ночные морозы и сухой дневной воздух не дают бактериям толком прижиться. На биостанции пытаются создать бактерии нового типа... - Виктор замолчал.
- Откуда ты все это знаешь? - поинтересовался доктор.
- Знакомая с биостанции рассказала, - хитро улыбнулся геолог и указал на кролика, который все еще скакал по дороге впереди машины, сказал: - Ничего не боятся. Они часто мешают. Машина обогнать его не может, так компьютер запрограммирован. - Виктор переключил управление на себя и объехал упрямое животное. - Мы как-то пробовали спугнуть кролика. Бросили немного впереди и в стороне на дорогу детонатор. Бахнуло прилично, огонь, пыль, а ему хоть бы что. Даже головы не повернул. Как скакал, так продолжал прыгать.
- Это потому что у него в генах нет чувства опасности.
- Хищников здесь нет. Появись хотя бы марсианский волк или та же собака, и они бы сразу эволюционировали.
- Был же история с песчаным барсом. Я, правда, уже позже на Марс прилетел.
- Так то вообще мутная история. Ты может, слышал, что поначалу подумали, будто это летающее существо? - Виктор вопросительно посмотрел на доктора. Николай отрицательно мотнул головой. - Так показалось первому пострадавшему. Якобы на него что-то свалилось сверху. Никто не мог понять, как можно летать в такой разряженной атмосфере. А тут ещё совпало по времени. Как раз открыли город "пришельцев", ни с чем не разобрались, и какой-то шутник кинул мысль, что якобы вернулись пришельцы, которые летают, используя инопланетные технологии. Самое смешное, что начальство повелось на эту шутку. Я до сих пор не могу понять, как можно было поверить в такую чушь. Но мы тогда несколько дней жили как на осадном положении. Никто не знал, с чем мы имеем дело. А на Марсе ведь исторически никакого оружия не было. Вооружились, чем могли. Самое простое - пики из ножей и дюралевых трубок. Кто-то даже арбалет сделал, мой приятель рогатки мастерил, - весело улыбаясь, рассказывал Виктор. - Ну а когда появились первые мутные фото, то существо назвали песчаным барсом. Представь, целый месяц вся наша экспедиция шлялась по пескам с пиками наперевес. Я сам несколько раз видел что-то похожее на большую собаку. Он же прыгающий гад оказался. А на Марсе можно прыгнуть метров на пятнадцать, следы трудно было искать. Ещё, как и кролики, закапывался в песок. Можно рядом пройти и не заметить.
- Знаешь, всё, что касается песчаного барса, до сих пор не разглашается.
- Серьезно? - удивился Виктор. - Я как-то не следил за этой темой.
Николай нашел возможность блеснуть познаниями: - Я от супруги слышал. Известно, что это был приватный проект, который дал побочный эффект. И все. Больше ни какой информации даже наши генетики не знают.
- Что тут скрывать? Весь Марс знает эту эпопею.
- Сам факт известен, но кто и зачем сотворил это чудовище так и не разглашается. У первых генетиков было много энтузиазма. Заселим Марс всякой живностью, и будет у нас тут яблоки цвести. Десятки лабораторий на Земле и на Марсе принялись синтезировать новую жизнь. Это же, так грандиозно и сопоставимо с божественным творением. Много тогда всяких монстров наплодили.
- Почему монстров? - спросил Виктор.
- Да маленькие организмы не получались. В размеры насекомых или даже мелких животных втиснуть легкие, которые способны дышать углекислотой, ученые пока не научились. Делали маленьких козявок, а получались гигантские пауки. Вот на волне энтузиазма кто-то создал песчаного барса, а потом пару особей убежало в пустыню.
- Я вот подумал, - сказал Виктор, - поскольку случилась такая паника, материальные и производственные потери к тому же люди пострадали, то кто-то не хотел нести ответственность, вот и решили эту историю скрыть.
- Но тогда ответственность должна была нести какая-то "шишка".
- Естественно, что кого-то прикрывает руководство Комитета, - согласился Виктор. - Поскольку никто не погиб, то и дело замяли.
- 12 -
Некоторое время собеседники молчали. Доктор рассматривал пейзажи, мелькавшие на экранах. Здесь на склонах лощины росли красновато-зеленые от марсианской пыли чахлые кустики полыни.
- Вон ужин для кроликов, - заметив, куда смотрит доктор, сказал Виктор. - Но вообще-то их ещё и специально подкармливают. - А ты знаешь, что пищеварительный тракт кроликов используется для размножения полыни?
- Да знаю. Ирина мне все про кроликов рассказала,.. участвовала в их создании. Сейчас она мне часто жалуется, что у них сплошное топтание на месте. В начале задача казалась простой. Точно также как некогда, подобрав нужную комбинацию генов, клонировали диназавроподобных рептилий. Так и здесь хотели поступить. Но требовалось создать много разных организмов, чтобы замкнуть пищевые цепи. В общем, целостную биосферу. Оказалось, что сейчас на Марсе можно создать экосистему только из микроорганизмов и простых растений, тогда за миллионы лет само собой возникнет богатство видов. Но всем нужен зеленый Марс уже для нашего поколения. А попытки родить разных существ не приводили к успеху. Пока условно прижились только кролики. Да те по сути биороботы, а не живые существа.
- Не только биология буксует, - согласился Виктор. - У нас в инженерной планетологии, тоже есть проблемы. После 30 лет терраформации частично растопили полярные шапки. Удалось вдвое поднять давление. В атмосфере стало больше воды. Регулярно выпадает роса. Снег идет часто. А взамен мы получили бурную и непредсказуемую погоду. Вот раньше, пыльная буря бывала раз, ну два раза в год, теперь считай, месяца нет, чтобы не закрутило, так что белого света не видно.
- Да, а как замучились на биокомплексах, раскапывать оранжереи... - Мальцев хотел пересказать то, что наслушался от супруги. Но его перебил приятель:
- Если забыть про бури, то кое-что изменилось и в лучшую сторону. В первый год, а я здесь уже вторую семилетку мотаю, Марс мне казался совсем не пригодным для жизни. Пустыня. Песок и камни. Я даже хотел отработать контракт и улететь. А потом привык. Да и природа меняется. Сейчас вот, на камнях пятна лишайника радуют глаз, полынь торчит. А когда штиль, в полдень так и хочется сбросить этот осточертевший скафандр, раздеться да лечь на горячий песок и представить, что где-то рядом плещутся волны.
- А чем тебе солярий не устраивает? Там есть всё для такой иллюзии.
- Это у вас в городе есть солярий, а мы как-то больше в поле работаем. Месяцами приходиться жить на буровой в теплушке, которая насквозь провонялась машинным маслом, потом и этим мерзким запахом пригоревшей биомассы из хлореллы...
Николаю возразить было нечего, и к тому же он вспомнил, что еще не ужинал.
- У тебя комбайн заправлен продуктами? - спросил он у Виктора, открывая дверцу кухонного автомата.
- А как же. Для меня хорошо покушать это главное дело. Иначе сил не будет по пескам бегать. Сделай заодно и мне кофе. Мой любимый, в главном меню.
Через полчаса. Виктор притормозил вездеход и сказал, что ему надо заскочить к ним на точку и отдать газовый анализатор, который он забрал из ремонта. - Ты не беспокойся это быстро, - добавил он, и, видя недовольное лицо доктора, пояснил: - Я же прибор взял еще до того как собрался с тобой ехать.
- А на обратном пути,.. - начал, было, Николай, но Виктор его перебил: - Ты что! Да Андреич этот прибор уже неделю ждет! Все ни как не было оказии его завезти. Я ему уже позвонил, что сейчас заеду. Если отложить до завтра, то он же меня потом будет всю жизнь попрекать, что я ехал мимо, и не закинул ему этот чертов анализатор. Вообще Андреич, он мужик нормальный. Но трудно работать на точке практически одному. Вот и возникают у людей разные капризы.
Ковалёв на трасе был за главного, и Мальцеву ничего не оставалось делать, как смериться с еще одной задержкой. Вездеход свернул с большака на едва видную дорогу, которая, виляя между валунами, скрывалась за ближайшим холмом.
Виктор принялся звонить своему приятелю, чтобы сообщить о времени прибытия. А Мальцев подумал, что всего за какой-то час он немало узнал нового. А так крутишься весь день в госпитале. Рутина заедает.
Его мысли прервал геолог, он указал на мелькнувшее впереди сооружение:
- Вон точка Андреича. Раньше тут у нас буровая стояла. Потом мы перенесли её дальше, а теплушка осталась. Место удобное. За ней большой кратер. Когда-то в нем было озеро. Вначале наши палеонтологи искали там окаменелости, но ничего не нашли. А потом место заняли биологи и построили там свои плантации. Якобы там глина подходящая.
Вездеход остановился у сдвоенного типичного домика геологов. Два стандартных металлопластиковых контейнера, размерами примерно четыре на шесть метров с плоской крышей значительно выступающей от стен, выглядели совсем приземисто, так как почти до половины были закопаны в грунт. На крышу была насыпана куча рыжей глины примерно метра полтора высотой. Издалека пирамидальная крыша и далеко отступающие от стен скаты крыши напоминали китайский или корейский домик. К передней стене примыкала небольшая камера для шлюзования.
Вокруг в беспорядке валялись трубы, разные железки, кучей были свалены цилиндрические керны пород. Отдельно стоял штабель из кислородных баллонов. За домиком видны были панели солнечных батарей, и высоко в небо возвышалась мачта с антенной.
Вездеход объехал разбросанный железный хлам и остановился перед овальным в человеческий рост люком шлюзовой камерой. "Надевай шлем", - я выйду на минутку, сказал Виктор.
Ковалёв приладил свой шлем, надел перчатки, открыл люк и вывалился из кабины. На минуту он исчез из поля зрения видеокамер и вот он уже появился, неся в руках небольшой пластиковый ящик с ручкой на верху. Мальцев успел подумать, что они в таких ящиках носят инструмент и мелкую аппаратуру. Как тут же он был поражен тем, что произошло дальше.
Ковалёв подошел к люку и постучал кулаком, через несколько секунд люк открылся до половины. Наружу вырвалось блеклое облако пара, и в проеме проявился силуэт человека, одетого в обычную спецовку. Виктор быстро сунул ему прибор и люк тут же захлопнулся.
- Что это было, - спросил Мальцев, когда они отъехали от теплушки.
- Что именно?
- Этот Андреич, он, что без скафандра был?
- Ну да, - просто ответил Виктор.
- Он что псих?
- Не. Я же говорю. Нормальный мужик. Он, правда, сейчас тоскует... От него полгода назад баба ушла. Та обычная история. Нашла себе помоложе и перебралась ближе к городу на биофабрику. От одиночества Андреич самогон начал гнать. Кстати эта его прежняя зазноба, она же биохимик, и научила его из хлореллы закваску делать. Там какой-то биокатализ. Я толком не знаю, но Андреич обещал и мне ферментов дать, - Виктор довольно ухмыльнулся. - В общем, самогон получается отличный. К нему бывает, заезжают наши мужики, посидеть. Выпить. Но говорят, уже видели, будто к нему наведывается на скутере какая-то дамочка с биостанции. Думаю, скоро она Андреича в норму приведет.
- Да я не о том, - перебил геолога Николай. - Зачем он так рискует своим здоровьем. Без скафандра выскакивает. Баротравму можно же сразу получить или умереть даже.
Виктор с некоторым удивлением посмотрел на доктора.
- Так, а что ему было делать? Мы бы здесь с полчаса стояли, пока он надевал бы скафандр. А так минута и мы поехали дальше.
- А разве нельзя было оставить прибор в шлюзовой камере, а он потом его забрал бы?
- Конечно, можно было. Даже и прямо перед теплушкой оставить, да это как-то не по-нашенски. Если я привез прибор, то должен хозяину его в руки отдать. Вдруг пока он будет валяться, с ним что-то случиться.
"Кролики украдут?" - хотел иронически спросить доктор, но не успел, как Виктор пояснил:
- У этих шлюзов есть одна беда. Этот проклятый песок регулярно попадает под уплотнение, и люк травят воздух. Поэтому по настоящему герметичен только внутренний люк.
- Что-то я не понял. А как же тогда открывается внутренний люк, если наружный люк негерметичен?
- Обычно открывается.
- А блокировка?
- Так её сразу отключают.
- А разница давлений?
- Требуется сноровка и тренировка. Я позвонил, Андреич надул шлюз и ждал нас. Наружный люк, конечно, травил воздух, но хоть внутренний люк тогда можно открыть. Когда я постучал, Андреич вышел в шлюз, быстро открыл наружный люк, взял прибор, сразу вернулся в основной отсек и закрыл второй люк.
- Подожди, я что-то не понимаю,.. когда он открыл наружный люк, то давление резко упало...
- Ну, правильно. Надо выдохнуть воздух, открыть люк и не задерживаться в разряженной атмосфере больше 10 секунд.
- Но как он потом откроет внутренний люк? - не понимая, спросил доктор. - Внутри теплушки ведь давление больше и оно припечатает крышку.
- А-а... Там хитрость есть. Надо в проем заложить железку, чтобы крышка не прихлопнулась.
- Дурдом...
Рассказ обескуражил доктора: - Все вы геологи такие. Пренебрегаете техникой безопасности, блокировки отключаете, а потом спасай вас, - проворчал Мальцев.
Виктор скривился и ответил: - Если мы будем всё делать по регламенту, то ничего полезного не успеем сделать. Это вы врачи сидите в своих норах. А на буровой и не такое можно увидеть. Если выдохнуть и задержать дыхание, то в биоскафандре без шлема около минуты можно. Экспериментально установлено. Башка потом трещит, и глаза болят. А совсем без скафандра только секунд десять можно. Не больше. Иначе смерть. Но что делать, когда надо выскочить, взять прибор и обратно? А если действовать по правилам, то получается не работа, а какой-то... театр. Напялил десять одёжек, жди декомпрессии, вышел на минуту и снова снимай. И так весь день.
Мальцеву возразить было нечего. Для него открывалась совсем иная марсианская жизнь.
- 13 -
Вскоре вездеход снова мчался по большаку. На быстро меркнущем небе цвета темного кофе с молоком над самыми вершинами резко очерченных на горизонте гор расплылось белесое пятно, как будто именно туда попала последняя капля молока. На нижней кромке пятна светился маленький размером не больше спичной головки солнечный диск. Едва солнце скроется за грядой далеких гор, небо начнет постепенно темнеть всеми оттенками черного кофе. Сумерки будут длиться еще больше часа и потом наступит темнота. Только свет звезд будет освещать однообразный пейзаж.
Ковалёв неожиданно остановил вездеход, повернул к Мальцеву свое круглое, загорелое лицо и сказал: - Есть идея срезать путь.
- А смысл?
- Наша дорога идет вдоль цепочки уже заброшенных геологических баз. Получается дуга. Если свернуть в эту долину, - Ковалёв ткнул пальцем в карту на экране, - то несколько часов сэкономим.
- Сократить путь, это замечательно. Но ты же знаешь, что поездки ночью по непроторенным путям строго запрещены. Или у вас геологов другие законы?
- Мы законы не нарушаем и ночью ездим только по известным путям.
Доктор вопросительно смотрел на улыбающегося геолога.
- Вот путь, - Виктор показывал на экран, где в сторону от дороги уходила красная линия.
- Это ты сейчас нарисовал? - иронически спросил Мальцев.
- Нет. Это наш маршрут, пятилетней давности, - и видя недоуменное выражение лица своего спутника, пояснил: - Я нашел файл в архиве.
- Догадываюсь, что вы так часто делаете.
- Конечно, мы же геологи, так сказать, герои пустынных горизонтов, ездим везде, где можно и нельзя. Но когда надо из точки А попасть в точку В, то часто выбираем уже пройденный маршрут. Поэтому храним базу данных всех поездок.
- Начальство устроит нам головомойку, когда узнает, что мы свернули с дороги.
- То будет завтра, а нам ехать сейчас, - возразил Виктор.
Николай подумал, что предложение Коваля как нельзя кстати. Он быстрее закончит свою миссию и вернется к Ирине. Но чтобы развеять сомнения Мальцев спросил: - А какая там дорога?
- Да нормальная. По большей части. Несколько песчаных и каменистых участков, а так почти проспект.
- Вопросов нет, едем, как ты считаешь нужным.
- Отлично. Всё же я и так весь день на ногах, а тут еще пол литра крови сдал. Хочется быстрее доехать и отдохнуть.
- Да я и сам от этой суеты подустал, - сказал Мальцев и отчетливо почувствовал, как слабость охватывает мышцы.
- Сказано, сделано, - пробормотал себе под нос Ковалёв и указал на карте новый маршрут. Ведомый автоматикой вездеход принялся наматывать на свои восемь колес марсианскую целину.
- Мы здесь проехали, взяли пробы, но оказалось, что тут не видно геологической перспективы и не стали дальше копаться, - рассказывал Ковалёв.
Мальцев слышал геолога в пол уха, он решил еще раз позвонить Ирине. Как всегда разговор коротким не получился. После того как общение, состоящее преимущественно из междометий и уменьшительно-ласкательных слов, пошло по третьему кругу, Николай пожелал Ирине спокойной ночи и отключил связь. Вскоре доктор задремал.
Мальцева разбудил компьютер. Женский голос предупредил: "Через десять минут наступит астрономическая ночь. Подтвердите движение в ночном режиме".
- Не сомневайся Маша, - пробубнил геолог.
В углу экрана появилось изображение симпатичной блондинки с выразительными формами. Она вопросительно смотрела на водителя, время от времени моргая длинными ресницами. "Дорогой, прошу однозначного подтверждения", - с нотками капризности в голосе настаивала Маша.
Мальцев подумал, что Ковалёв намеренно установил режим приватного общения, чтобы не свихнуться при езде в одиночестве по бескрайним просторам. Такие диалоги компьютер мог вести часами. Но не сейчас. Виктор протянул руку и подтвердил команду. "Спасибо, мой дорогой, рада исполнить твой приказ". Маша сделала реверанс, повернулась и, покачивая бедрами, исчезла в углу экрана.
Дно долины, покрытое плитами песчаника и едва присыпанное песком, было ровным, и от мерного покачивания и Мальцев снова задремал. Он проснулся от резкого толчка. Вездеход остановился.
- Вот дьявол, - выругался Ковалёв. Экран показывал, что машина стояла у подножья крутого подъема.
Виктор переключился на ручное управление и попробовал с разгона въехать на склон. Но колеса забуксовали, и машина съехала обратно.
- Ну что за чертовщина такая. Опять, двадцать пять, - бубнил под нос водитель, снова и снова пробуя преодолеть песчаную преграду. - Нет, надо искать другой путь, иначе мы тут всю энергию оставим и никуда не доедем, - и геолог подался вперед, рассматривая стереокарту. - Сканер показывает, что тут поперек долины тянется целый вал, - пробурчал Виктор.
Мальцев молчал, он ничем помочь не мог, а про себя подумал: "Это и есть твой проспект".
Виктор, как показалось Мальцеву, необычно долго манипулировал пальцами перед экраном навигатора, пытался изменить масштаб. Но всякий раз картинка увеличившись, снова сжималась, едва Виктор отводил руку от экрана. Приятель ругался и снова пытался установить нужный размер. Видимо заметив, что Николай с интересом смотрит за его безуспешными попытками, Виктор пояснил: - Электростатика задолбала. Сколько говорил техникам, чтобы проверили контакты на защитном кольце, а им хоть кол на голове теши. Наконец геологу удалось растянуть масштаб, и он откинулся на спинку кресла, повернув голову к сидящему рядом спутнику, с ударением произнес:
- Ну, вот же. Не должно тут быть барханов.
- Откуда же взялись? - спросил Николай.
- Намело, - уже спокойно и где-то даже безразлично сказал Ковалёв. - Карты, поди, снимались еще за царя Панька.
- Обновлять,.. - начал, было, Мальцев, но Виктор его перебил:
- Тут бывает, что песок может годами лежать ровным слоем. Потом пронесется горник и за час соберет одну большую кучу, а на завтра снова разметет без следа.
- Что будем делать?
Ковалёв сразу не ответил. Он снова колдовал над картой, меняя ракурс и глубину.
- Попробуем объехать правее. Там бархан ниже. Хотя дальше начинается склон, где есть крупные валуны, скальные обрывы и осыпи. Туда соваться не стоит.
- Час от часу не легче, - устало вздохнул Мальцев. Он уже пожалел, что согласился на предложение срезать путь.
- Нет у нас пути иного... - пробубнил Ковалёв и задал новый маршрут.
Через полчаса им удалось преодолеть песчаную преграду, и машина двинулась вперед по ровной хоть и каменистой поверхности. Мальцев снова закрыл глаза.
- 14 -
Вездеход вдруг застыл на месте, как будто наткнулся на преграду. По инерции Мальцева качнуло вперед. От толчка он проснулся. Судя по картинке на дисплее, впереди простиралась всё та же равнина, мотор гудел и вибрировал так, что его было слышно даже в салоне, но машина не двигалась.
Виктор выругался и дал задний ход. Но машина не сдвинулась с места, зато начала ощутимо проседать куда-то вниз. Ковалёв снова крепко выразился и начал быстро что-то переключать на панели управления. Вездеход задергался. Взлетели тучи песка и пыли. Виктор рубанул ладонью по пульту. Вмиг погасло большинство индикаторных огней на панели, и наступила неестественная тишина.
- Мотай отсюда, пока глубже не завязли! - крикнул Виктор. Мальцев, ещё спросонья не очень понимая, происходит ли это наяву, несколько секунд сидел неподвижно.
- Выпрыгивай! - заорал прямо в ухо Виктор. И только тут Мальцева охватило чувство опасности. Врач засуетился, схватил шлем. В спешке чуть не уронил. Надел. Фиксатор щелкнул. Схватил перчатки, стал надевать и перепутал их. Снова надел. Уже правильно. Вспыхнул огонек - автономный режим. Обернулся на Виктора. Он был в шлеме и перчатках. Мальцев, путаясь в шлангах и кабелях, чуть не с мясом выдернул разъемы, рванул гермозамок, откинул крышку люка и выпрыгнул из вездехода на песчаный склон. Он не устоял и упал лицом вперед. Пытаясь выбраться, быстро загребая руками, пополз вперед и верх. Как вода песок не держал, и всё оседал с монотонным шорохом и проваливался куда-то в пропасть. Николай почувствовал приступ паники, и отчаянно рванулся, но что-то ухнуло, вокруг все заволокло пылью, песок резко просел и Мальцев провалился вниз. Несколько секунд свободного падения. Жесткий удар. Боль пронзила плечо. Перехватило дыхание.
Сверху стремительно наваливался песок. Страх сковал движения, но песок уже ощутимо давил сжимая тесными объятьями. "Только бы выдержало стекло", - мелькнуло опасение. Следом мысль: "Выгребай", - и Николай начал отчаянно ворочать руками. Ужас, который охватывает при мысли, что тебя хоронят заживо начал проходить. Пришла трезвая мысль, что запаса воздуха в скафандре хватит еще надолго, а вес песка на Марсе более чем вдвое меньше, поэтому есть шанс, что не раздавит, а значит можно пробовать выбраться. Тут его рука наткнулась на что-то твердое. Мальцев понял, что это колесо вездехода. Стало спокойнее. Цепляясь за внешние детали машины, и подтягиваясь, ему удалось ослабить давление песка. Вокруг стояла кромешная темнота, и Николай не сразу понял, что его голова уже оказалась на поверхности. "Присыпало только", - с облегчением понял Мальцев. Вездеход прочно стоял в песке почти по самую крышу.
Мальцев позвал товарища, но эфир молчал. Только едва слышно шуршал песок. Держась за крышу машины, Николай выбрался по пояс. Включил фонарь на шлеме. Но лучи света, рассеянные пылью превратившись в короткие белесые снопы, и пробились от силы на расстояние вытянутой руки. Смутно виднелась только крыша кабины. Ухватившись за поручни, Мальцев взобрался на крышу и, держась за антенну, снова позвал Виктора. Тишина. Пришла в голову страшная мысль, что его приятель оказался погребенный под машиной и засыпанный тоннами песка, а он теперь так и останется один в этой пропасти и никто него никогда не найдет. Холодный пот прошиб его с головы до ног.
Прошло какое-то время пока он смог совладать с собой начал рассуждать: "Главное я жив. Возможно, удастся связаться и вызвать помощь, а сейчас главное найти Виктора".
Мальцев перелез по крыше на другую сторону машины. Здесь также песок лежал почти до крыши. По-прежнему ничего нельзя было рассмотреть. "Пыль теперь будет оседать долго, - с огорчением подумал Николай. - Надо как-то на ощупь искать Виктора". Тут ему пришла в голову мысль, что он не знает, покинул ли Виктор кабину. Но ему показалось странным, что в таком случае геолог не отвечает. "Надо запросить положение маячка", - осенила его разумная мысль. - Только бы электроника вездехода не вышла из строя".
Коммуникатор - "Включить". Высветилась заставка, которая показывала, что есть связь с компьютером вездехода. "Отлично", - обрадовался Мальцев и нажал иконку "Меню". Затем - "Положение людей". Дисплей показал, что Виктор находиться в кабине. Это была хорошая новость. Но плохая новость состояла в том, что приятель молчал. Выяснить, что с ним, было не так просто. Люк был засыпан песком.
Тут доктора осенило, что можно подключиться к бортовой видеокамере. Мальцев выбрал нужный пункт меню и увидел скупо освещенную кабину и голову Виктора, которая безвольно лежала на пульте управления. Шлема на голове не было. Николай, явственно представил, что мог нечаянно убить своего товарища, когда открыл люк. Как так получилось, Николай понять не мог. Он ведь отчетливо видел шлем на голове у Виктора. А после этого он еще отсоединил кабель и шланг и только потом открыл люк. Тошнотворное ощущение захлестнуло его, ввергнув в состояние близкое к отчаянию.
Потребовалось несколько секунд, чтобы он смог сложить в голове мысли. Когда он открыл люк, то прекратился наддув, и резко упало давление. Поэтому Виктор мог потерять сознание. Но автоматика блокировала люки, пока не обеспечена герметичность скафандров. Но понять, почему Виктор оказался без шлема, после того как он открыл люк, Мальцев не мог. "Он же сам меня торопил, - с отчаянием подумал он и закричал: "Виктор очнись!". Но приятель даже не пошевелился. Но было срочно до него добраться. Доктор прикинул, если там давление кислорода ниже критического, то конец наступит менее чем за пять минут. Николай никак не мог представить время прошедшее после падения. В любом случае было ясно, что медлить нельзя. Мальцев принялся лихорадочно раскапывать песок. Но тут сообразил: "Коммуникатор ведь на связи, олух я царя небесного!" - воскликнул доктор.
"Кабина". "Выбрать". "Атмосфера в кабине". "Выбрать". И дисплей в шлеме уже проецировал сведения о составе атмосферы. Давление, уровень кислорода и углекислоты - всё светилось красным. Цифры Мальцев пропустил мимо сознания. Это называлось: "хлебнуть марсианского воздуха". Мальцев поспешно нажимал на кнопки, лихорадочно думая: "Надо срочно восстановить атмосферу, а то пока я докопаюсь, Виктор не дождется помощи".
"Меню". "Аварийный наддув кислородом". "Выбрать". "Режим включен". "Это сразу снизит уровень углекислого газа. Очистку от избытка углекислоты и выравнивание состава уже сделает компьютер" - быстро соображал доктор. Но тут же его снова охватило опасение: "Тупая автоматика может заблокировать эти действия. Если люки остались приоткрытыми, - с нарастающим страхом думал доктор. Хотя он наверняка не знал, как работают системы вездехода в такой ситуации, - то наддув не начнется, пока не будет герметичности люка". Индикатор включения светился зеленым, но давление не менялось. Прошло несколько томительных секунд, которые показались вечностью.
Но дальше ждать, у него не было времени. "Меню". "Кабина". "Состояние человека". Пока шел анализ, Мальцев продолжал копать. "Состояние - глубокий обморок. Артериальное давление - низкое. Пульс - слабый, нитевидный. Дыхание - прерывистое". Всё как он и предполагал. Не ясно было только, почему так получилось. Теперь ему важно было откопать люк. Возможно, понадобиться дополнительная медицинская помощь.
Продолжая отгребать упрямый песок, доктор отмечал, что в цифрах состава атмосферы что-то начало меняться. Он перестал копать и внимательно присмотрелся к таблице. "Ну конечно, как же я разу не заметил. Олух смотрел только на показатели кислорода", - воскликнул доктор. Оказалось, что компьютер видимо по некой своей логике сначала резко поднял давление аргона, а теперь начал увеличивать парциальное давление кислорода. Почему он раньше это не увидел Николай, понять не мог, и решил, что всему причиной стресс в котором он находиться. "Надо глубоко вдохнуть и успокоиться", - решил он. Передышка явно пошла на пользу. Доктор вспомнил, что в биокожу вживлены контакты для реанимационных действий. "Идиот, какой же я идиот", - вслух сказал он. И начал перебирать меню, одновременно с радостью заметив, что давление кислорода в кабине уже достигло парциального. Мальцев, наконец, нашел все опции и запустил программу электростимуляции. Замигали иконки, ему даже почудилось, что что-то начало попискивать, точно так же, как в это происходить в реальности, когда находишься рядом с роботом-реаниматором. Хотя Николай точно знал, что ничего слышать не может, и решил, что звуки в его голове созданы воображением. Он даже помотал головой, чтобы убедиться в том, что происходящее вовсе не сон.
Глядя на дисплей, доктор отметил, что артериальное давление растет, пульс учащается. Тут в наушниках послышался шорох, сменившийся частым судорожным дыханием. Его взгляд уловил движение. Виктор шевельнулся и приподнял голову.
- Эй, напарник! - Крикнул Николай. Виктор поднял голову и медленно повернул её в одну, потом в другую сторону. Он еще явно не пришел в себя. - Я здесь за бортом! Слева! - прокричал доктор и вдруг услышал спокойный голос: - Не ори мне в уши, - Виктор повернул голову в его сторону, он по-прежнему дышал часто, как будто только что пробежал стометровку. После паузы, он, запинаясь, спросил: - Куда мы... вляпались?
- Какая-то дыра. Ты не разговаривай, приходи в себя.
Виктор выдержал не более минуты и снова спросил:
- Глубокая.
- Что?
- Дыра?
- Пока не вижу. Вокруг полно пыли. Мы завязли по уши в песке. Я стараюсь откопать двери.
- Что вокруг видно?
- Пока ничего. - Мальцев впервые поднял голову и посмотрел вверх. Пыль еще не осела, и свет фонаря пробивался не далее чем на несколько метров. Зато Мальцев увидел туман, клубящийся и вытягивающийся в полосы, он быстро уходил вверх. - Что-то парит вовсю.
- Пар? Ты не ошибся. Неужели здесь есть чистая вода!? - воскликнул Виктор. - Это новость.
В чем тут может быть новость, Мальцев не понял, но он видел, что геолог уже уверенно крутит головой, и даже пытался нажимать кнопки на пульте управления.
- Что ты там включаешь?
- Тестирую.
- И как результат?
Виктор не ответил. Он снял перчатки, медленно тер виски.
- Что с тобой? - озабоченно спросил доктор.
- А ничего... Пройдет... А чем ты там занят?
- Копаю песок.
- А-а... А чем копаешь?
- Руками.
- На борту пристегнута лопата, - подсказал Виктор.
- Не мог раньше сказать, - буркнул Николай. Но подумал, что обижаться на товарища вряд ли правильно, и добавил уже громко: - Я пошел искать лопату, а ты если уже чувствуешь себя нормально, то подумай, как выбираться из этой ловушки.
- Как будто у меня есть информация. Это ты там всё видишь.
- Ни чего я тут не вижу. Пыль да туман. А ты хоть спроси у сканеров.
- Что-то я туплю, - согласился Виктор.
- Это у тебя после обморока наблюдается заторможенность реакции, - поставил диагноз доктор.
- 15 -
Прошло с полчаса пока Мальцев раскопал люки с обоих бортов вездехода. Виктор выбрался наружу. Но его уверениям он чувствовал себя вполне нормально.
- Давай думать, как выбираться будем, - предложил доктор.
- Пока ты песок лопатил, я проверил все каналы. Связи нет. Так что позвать на помощь мы пока не можем. Но запасов воздуха хватит еще на сутки. Если мы не выйдем на связь, то утром нас начнут искать. Отправят по нашим следам спасателей. Но они могут не найти место, где мы свернули. Если к полудню нас не найдут, а так и будет. Запросят съемку со спутников. Не ясно, когда какой-то из них пролетит над нами. Может сразу, а может через несколько часов. Тогда увидят наши следы.
- Если к тому времени их не занесет ветром.
- Должны заметить эту дыру. Надо полагать сейчас так сифонит пар, что его столб видно на километры вокруг.
- Пока есть питание на термостате с кровью ничего не случиться. Но самое печальное, если кто-нибудь умрет пока мы тут застряли, - сказал Мальцев.
- Мне пока ясно, что за отклонение от дороги втык я получу по полной программе.
- Мы не должны ждать спасателей. Надо что-то сделать.
- Можно ускорить дело, если попробовать выкинуть антенну.
Мальцев непроизвольно посмотрел вверх. Пыль уже немного осела и приоткрыла часть отвесной скалы, но там, где должна была находиться дыра, всё еще клубился туман, скрывая отверстие. На глаз высота была приличной. "Взобраться наверно не реально. Неужели Виктор этого не видит?" - с удивлением подумал Мальцев и спросил:
- Ты собираешься вскарабкаться на отвесную скалу?
- Надо к метеозонду подцепить кабель, надуть гелием и поднять антенну выше края дыры. Полчаса мороки и мы на связи.
- А зонд есть?
- Целая пачка. Между прочим, метеонаблюдения часть нашей полевой работы.
Удивленный таким неожиданным ходом, Николай уже не стал спрашивать, а если ли у Виктора в запасе кабель нужной длины. Мальцев больше думал о том, что теперь у него есть шанс утром выйти на связь. Сейчас такой необходимости еще не было. Часы показывали глубокую ночь. В запасе оставалось время.
- Первым делом надо проверить твое состояние, - сказал Николай.
Виктор начал было уверять, что с ним всё в порядке. Но доктор профессионально его оборвал и настоял, чтобы они вернулись в кабину. Ковалёв подчинился. Они закрыли люки, сняли шлемы, и Мальцев приступил к обследованию.
- Основную информацию дадут мне датчики твоего биоскафандра. А пока компьютер думает, покажи мне свои глаза.
- Иридодиагностика? - Решил показать свои познания геолог.
- Нет. Хотя и такую методику можно применить. Я хочу посмотреть, нет ли серьезных кровоизлияний на глазном яблоке.
Осмотрев глаза геолога, Николай и нажал несколько кнопок на своем коммуникаторе. Система мониторинга психофизиологического состояния выдала все параметры на центральный экран. Доктор быстро просмотрел графики ЭКГ, ЭЭГ. - Похоже, ты еще легко отделался, - констатировал Николай.
- Закалка, сказывается, - несколько бахвалясь, сказал Виктор.
- Объем остаточного воздуха в кабине был большим, это тебя и спасло.
- Не скажи. На Марсе выживают те, кто к этому приспособлены.
- Спорить не буду. Но раз ты уже в норме, - Мальцев решился задать вопрос, который его мучил последние полчаса, - то скажи, почему ты оказался без шлема? Я же видел, как ты его надел.
- Я и надел, но у меня заедает фиксатор. Скотч отлепился. Я его прижимаю, а он не фиксирует. Тут удар, меня стукнуло о панель, и шлем слетел куда-то под кресло. Я его хотел достать, но шланги мешали, а тут и воздух кончился. Примерзкое ощущение, когда кончается воздух. У меня это уже второй случай... надо как-то привыкать, - Виктор криво усмехнулся.
Тут Николай отчетливо представил как это ужасно, когда кончается воздух, и осознал то, что совсем недавно пережил его товарищ. А еще подивился характеру Виктора: "Он был на волосок от смерти и еще пытается по этому поводу шутить". Рассказ о неисправном скафандре показался невероятным и доктор решил переспросить, полагая, что это шутка.
- Так что у тебя шлем на скотче держится?
- Нет, он держится, как положено, но у меня там рассыпался замок, вылезла какая-то фиговинка и мешает при фиксации. Вот она у меня и примотана скотчем. Скотч отлип, наверно когда я выходил тогда на точке у Андреича. Я потом не проверил. Сам виноват, что фиксация не сработала.
- А как же автоматика вездехода? Почему с моей стороны люк открылся?
- Так автоматика на этой машине сломана.
- Вот черт! Чего ж ты меня не предупредил?! - в сердцах воскликнул Мальцев.
- Не подумал, - просто ответил геолог.
- Это какой-то дурдом, - пребывая в состоянии потрясения, пробормотал Мальцев. Из-за столь безответственного отношения он чуть не лишил жизни своего товарища. - Нет, ты хоть понимаешь, что сейчас могло произойти.
- Понимаю. Но ведь всё обошлось.
- Я же мог тебя убить.
- Спасибо, что спас. Я твой должник.
- Будем надеяться, что тебе не придется меня спасать, - буркнул доктор, он всё не мог успокоиться. Мысли снова вернулись: - Как вы можете. Что ты, что твой приятель Андреич. Я не понимаю... Ведь целый скафандр это ведь жизнь! - воскликнул Мальцев.
- А как часто ты надеваешь скафандр? - в упор спросил Виктор.
Мальцев промолчал.
- Вот то-то, - не дождавшись ответа, продолжил Виктор: - Это вы там под землей света божего не видите. Ходите в костюмчиках. Дезодорантами мажетесь. Чтоб не воняли друг другу. Воздух у вас всегда чистый и свежий. - Доктор вспомнил сегодняшний спор с Масловым из-за, в общем-то, пустяка и ему стало стыдно вдвойне за то, что он попрекал приятеля. А Виктор продолжал: - А у меня скафандр повседневная одежда, которая быстро изнашивается. А всякий раз надевать, снимать, знаешь как задалбывает. Опять же все ломается. Новых не хватает. Вот и выскакиваем на Марс почти голяком и чиним скафандры, кто как может.
Они с минуту молчали, потом Николай сказал: - Извини, я это в сердцах на тебя наехал. Знаешь мне тоже надоело таким вот охламонам легкие пересаживать. Тоже как будто заняться больше нечем.
Приятели снова помолчали, потом Виктор сказал: - Я сколько езжу по Марсу, а вот в первый раз в такую дыру загудел. Надо провести сканирование, а то дербалызнулись к черту в преисподнюю и не знаем, как она выглядит, - говорил геолог, переключая клавиши на панели. На экране появилось неконтрастное изображение.
- Ничего не разберешь. Лучше пусть компьютер думает, - сказал геолог и принялся нажимать на разные иконки на дисплее. Неожиданно он сказал: - Хорошо, что ты выпрыгнул.
Доктор не понял к чему снова это разговор и сказал:
- Повезло, что меня только присыпало.
- Я не о том. Если бы ты остался там наверху, то у тебя были бы хорошие шансы спастись.
- Каким образом? Воздуха в скафандре на четыре часа. Мы уехали от базы так далеко, что спасатели никак не успели бы.
- А про систему КЭП ты разве не знаешь? - удивленно спросил Виктор.
- Э-э... - Мальцев смутно припомнил давнишний инструктаж, но суть уже ускользнула из его памяти. Ковалёв заметил неуверенность приятеля и с едва заметными нотками назидания начал пояснять:
- Система космической экстренной помощи или КЭП состоит из спасательного модуля и парашютной системы. Если приходит сигнал SOS, то в зависимости от положения станции на орбите на десантирование требуется от 20 минут до полутора часов. В контейнере стандартный набор на пять человек включает термопалатку, суточный запас кислорода, аккумуляторы, продукты, запасные скафандры, - говорил монотонно, будто читал лекцию геолог. Мальцев несколько задел менторский тон приятеля, и он прервал его:
- Спасибо, что просветил. А то вдруг упадет на голову парашют, а я знать не буду, зачем он мне нужен.
- Да вам, как кротам, живущим в норах и не нужно знать о системе космического спасения.
- А вам гордым жителям поверхности что-то известно про БАО.
- Это ты сейчас придумал? - с подозрением спросил Виктор.
- Нет. У нас жителей подземелья своя система спасения. Называется БАО или блок автономного обитания.
- Ладно, будем считать, что ничья, - усмехнулся Виктор.
- Как будто я с тобой соревновался, - обиделся Мальцев. Его начало раздражать, как ему казалось равнодушное отношение геолога к сложившейся ситуации, тогда как у него в голове крутился один вопрос, как выбраться, да еще и так, чтобы жена об их аварии ничего не узнала. Город как большая деревня, если они запросят помощь, то до Ирины могут дойти слухи. Она будет волноваться, а это ей сейчас не нужно. Надо действовать. А его товарищ, похоже, вознамерился тут ждать утра. Мальцев резко спросил:
- Так что, мы так и будем тут сидеть сложа руки, пока нас не достанут?
- В начале посмотрим, что тут насчитал компьютер, - геолог вывел на экран объемное изображение. - Ого! Да это не просто дыра, а целая пещера морфологию и генезис которой еще предстоит установить, - задумчиво говорил Виктор. - Дальномер показывает, что длина зала превышает сотню метров. Выходит, что мы въехали на участок, где свод был самым тонким, и естественно провалились. Высота падения почти пятнадцать метров. На наше счастье на дне уже была гора песка, которая и смягчила удар.
- Небольшая сила тяжести помогла.
- Не заметил. Моя масса набрала такую скорость падения, что при торможении тряхнуло меня основательно, - возразил Виктор, сосредоточенно рассматривая синтезированное компьютером изображение пещеры. Мальцев, глядя со стороны, высказал первое, что пришло ему в голову: - Полость в этом ракурсе похожа на "утку".
- Туловище вижу, а где изогнутая шея? - удивился Виктор.
- Нет... на утку медицинскую, - пояснил Мальцев.
- Ха! - усмехнулся Виктор. - Это у врачей юмор такой? Хорошо хоть не унитаз, а то была бы нам полная задница, а так есть шанс выбраться.
Николай геологический умор не оценил. Он помолчал, потом спросил:
- Вы же здесь проезжали раньше. И тут не было этой дыры?
- Если судить по навигатору, то мы тогда проезжали в сотне метрах левее. А попали сюда после объезда бархана.
- Какая-то зловредная цепь случайностей. Сначала надуло барханы. Пришлось объезжать. В результате мы как назло въехали точно туда, где свод был самым тонким, - проворчал Мальцев. - Но давай что-то делать. Если я не выйду утром на связь, то Ирина или сойдет с ума или родит раньше срока.
- Ах, если бы удалось... - загадочно произнес геолог и начал прилаживать шлем. Замок на горловине защелкнулся с третьей попытки. Мальцев так увлекся наблюдением за процессом надевания шлема, что Виктор повернулся к доктору и недовольно сказал: - Чего ждешь? Надевай шлем, я пошел наружу.
- Что ты задумал? - спросил Мальцев, спеша надеть шлем. Но Виктор не ответил. Он уже открыл люк и вылезал из кабины.
Проваливаясь по щиколотку в песке, Мальцев обошел вездеход и увидел, что Ковалёв вооружился лопатой и теперь отбрасывал песок от машины.
- Путь наверх лежит через откапывание машиной? - спросил Мальцев.
Но Виктор промолчал. Похоже, он не обратил внимания на иронический вопрос. Однако наличие у геолога идеи, которая вела к спасению, явилось приятной неожиданностью для доктора, и он решил присоединиться к приятелю.
- А есть еще лопата?
- Само собой на борту с той стороны, - подсказал Виктор.
Несколько минут они дружно отбрасывали песок, пока Виктор не открыл дверь грузового отсека.
- Сейчас вызволим из заточения джиннов, - сказал геолог и скрылся в отсеке.
- Джинны это роботы? - предположил доктор.
- Угу, - глухо прозвучал голос Виктора.
- А откуда они здесь?
- Геологи никогда без джинов не ездят.
- Ты шутишь, я сам помогал грузить термостат, но никаких роботов там не видел.
- Два робота сидят в ящиках. Мы от пыли их туда прячем, - пояснил геолог, появляясь в двери. Вскоре из грузового отсека один за другим вывалились на песок два андроида. Оба робота взялись за лопаты и принялись отбрасывать песок от задней части машины.
- Пока мы тут возимся, ты можешь посидеть в кабине, чтобы не растрачивать ресурс скафандра.
Мальцев понял, что приятелю сейчас лучше не мешать, но и в кабину он не полез, а стал осматриваться по сторонам. К этому времени пыль совсем осела. В свете фонарей был виден свод и черная дыра, в которой исчезали полосы пара. Где-то вверху пар замерзал и вниз сыпался мелкий снег.
- Слушай Виктор, а здесь наверно много воды. Смотри, уже наверно час прошел, а пар всё идет и идет.
Но геолог не ответил. Всё его внимание было занято каким-то манипуляциями с коммуникатором. Доктор помолчал несколько обиженный невниманием приятеля на его, как он полагал умное замечание, но подумал и решил зайти с другой стороны:
- Мы сейчас запустим аэростат и вызовем помощь, - предположил Николай.
Виктор, похоже, закончил манипуляции, повернулся. Доктор сквозь отблески света на стекле шлема разглядел улыбку. Геолог просто сказал:
- Вообще-то я собираюсь вытаскивать вездеход, - помолчал, глядя на онемевшего от удивления доктора, и добавил: - Если не получится, тогда твой вариант.
- Да как вытаскивать!? Тут же вертикальная стена?
Виктор, вместо того чтобы рассказывать свой план уже сосредоточенно смотрел за действиями робота. Андроид, двигаясь строго размеренными движениями, полез в раскопанную яму под машину. Там послышалось шуршание, скрип, звон металла. Робот появился и вытянул за собой трос. Ковалёв уже был рядом. Он подхватил трос и закрепил его за кольцо якоря. Мальцев так и не понял, откуда вообще взялся массивный якорь-кошка. Геолог зацепил якорь за какую-то деталь на боку робота и отошел в сторону. Андроид потоптался на месте и решительно шагнул вперед, волоча за собой трос. Он шел, проваливаясь в песке и раскачиваясь из стороны в сторону по направлению к скале. Возле стены постоял, как бы что-то высматривая и вдруг ловко начал карабкаться вверх.
Буквально за минуту он взобрался так высоко, что его почти не было видно в клубящемся тумане.
- Это специальный робот-скалолаз? - немного придя в себя от удивления, спросил доктор.
- Не... Стандартная опция.
- А что дальше?
- Он закрепит трос, - не поворачиваясь, геолог смотрел на экран и что-то там набирал.
Мальцев подошел ближе и понял, что Виктор видит глазами робота. Николай, еще не зная, не помешает ли работе, а скорее по инерции выбрал кнопку меню и то же подключился к каналу связи. Теперь он понял, что андроид уже выбрался на поверхность и теперь идет к ближайшему валуну. Мальцев решил, что слова приятеля насчет вытаскивания вездехода были просто шуткой, и подумал, что по тросу он может также выбраться наверх и позвонить в больницу, узнать как там дела у Ирины, а заодно вызвать помощь. Он всё ещё не понимал, что хочет сделать его товарищ, но видел, что Ковалёв целеустремленно решает проблему, и не стал отвлекать его расспросами.
Теперь глядя на экран, Виктор командовал, куда и как закрепить кошку.
Когда эта часть закончилась, Виктор пояснил, что один робот останется наверху, на случай если трос сорвется, а другой робот пока откопает колеса.
- А мы что ему поможем, чтобы ускорить дело?
- Ты помоги, если есть силы, а я пока прогуляюсь. - Мальцев посмотрел на него с удивлением. Виктор пояснил: - Возьму образцы.
- Это так важно?
- Николай, дело даже не в том, что мне как геологу интересна морфология этого образования. Тут пахнет большим открытием. - Ковалёв на секунду замолчал. Николай вопросительно смотрел, не понимая, о каком открытии толкует геолог. Виктор продолжил: - Про соленую воду я тебе уже рассказывал. Но вода там ни на что не пригодна.
Мальцев потерял терпение: - Так в чем открытие?
- Видишь, откуда-то сквозит пар.
- Да тебе уже с полчаса говорю, что пар идет, значит где-то пресная вода, а ты мне снова про соленую воду толкуешь.
- Судя по датчику здесь около нуля, а на верху сейчас примерно минус тридцать. А почему здесь так тепло? - Мальцев молчал и Виктор пояснил: - Возможно там гидротермальный источник. Представляешь если там много теплой воды, а здесь такая большая пещера. Это же идеальное место для будущего поселения. Я хочу посмотреть, на подземное марсианское озеро с пресной водой. Ещё никто не находил на Марсе пресного озера. Надеюсь, оно не далеко. Пока робот будет откапывать вездеход, я сбегаю. Не беспокойся, я не надолго.
Виктор заглянул в грузовой отсек и вернулся уже с геологическим молотком. Мальцев подумал всего еще несколько часов назад он сидел в уютном кресле в своем кабинете и рассматривал точно такой же инструмент на экране, раздумывая, годиться ли молоток для того, чтобы нанести травмы одетому в скафандр человеку. Видение было таким отчетливым, что он какое-то время потерялся. Очнувшись, Николай увидел далеко в темноте качающийся свет фонаря. Но Мальцеву некогда было за ним следить. Он принялся откапывать вездеход.
- 16 -
Сколько времени он махал лопатой, борясь со сползающим песком, Николай не заметил, пока усталость не взяла своё. Пот заливал глаза. Система терморегулирования скафандра не справлялась с теплом, выделяемым при интенсивной работе. С другой стороны вездехода монотонно шуршал робот. Николай осмотрелся. Нигде не было видно света фонаря. "Виктор. Не увлекайся. Пора возвращаться!" - громко сказал Мальцев. Но в ответ в наушниках отчетливо слышалось потрескивание, как будто где-то рядом бушевала гроза.
Мальцев включил монитор положения людей. На экране появилась только его собственная отметка. Николай предположил, что геолог увлекся и ушел далеко. Доктор снова позвал и вслушался, но услышал только треск. "В пещере не может быть радиопомех. Неужели рация сломалась, поэтому нет связи?", - обеспокоено подумал доктор и включил режим тестирования. Компьютер вездехода отозвался отчетливым голосом. Но едва голос Маши стих, как эфир снова заполнили шумы и трески. "Наверно контакты разболтались", - решил Мальцев.
Следы геолога были хорошо видны. Николай прошел несколько метров. Но его остановило нарастающее беспокойство. На Марсе так случалось. Вдруг появлялось чувство опасности, грозящее перерасти в панику. В такое состояние часто впадают дети в темной комнате. С возрастом обычно страхи проходят. Но в космосе рецидивы случались часто. Появление немотивированного чувства опасности психологи называли "синдромом чужого мира". Как и все кто, надолго покидал Землю, Мальцев проходил, специальные тренировки на психологическую устойчивость и потому усилием воли подавил в себе нарастающий страх. Теперь анализируя чувства и ситуацию, следовало оценить вероятность опасности. Николай подумал, что его тревога вызвана опасением за товарища. Хотя Виктор опытный исследователь Марса, но мог провалиться в какую-нибудь дыру или угодить в зыбучие пески. Доктор вернулся и взял с собой лопату.
По следам Николай дошел до стены. Здесь геолог повернул вдоль скалы. Пройдя еще несколько десятков шагов, Мальцев увидел что горлышко "утки" он миновал и теперь оказался в обширном зале. Мальцев пошел дальше пока не уткнулся стену. Чуть в стороне он обнаружил щель, из которой поток воздуха выносил белые хлопья снега, которые ярко светились лучах фонаря.
Мальцев опустился на колени и секунду размышлял, надо ли ему лезть в эту дыру или ждать приятеля здесь. Николай несколько раз позвал. Кроме потрескивания эфира он снова ничего не услышал. Доктор подумал, что здесь песка мало и лопата ему особо не нужна, а для похода в пещеру следовало взять веревку.
Мальцев прислонил лопату к скале и на карачках полез в щель. В начале высота была настолько низкая, что он цеплялся укрепленной на спине системой СЖО за выступы на своде. Но через десяток метров высота прохода увеличилась, и Николай оказался в широком овальном проходе с довольно гладкими стенами. Тоннель шел вдаль с небольшим наклоном. Николай снова позвал, но эфир по-прежнему потрескивал разрядами как при грозе. Уже через несколько шагов появилось ответвление. Мальцев остановился в раздумьях. Здесь можно было заблудиться. Осмотревшись, он заметил, что пол, стены и даже потолок покрыты бугорками похожими на отложения минералов. Причем между бугорками местами имелись глубокие полости. Мальцев посветил и увидел, что одна из таких дырок в руку толщиной уходит в глубь извилистой норой. Чуть дальше он нашел ответвление, в которое вполне мог пролезть ребенок. Под подошвами некоторые бугорки крошились, и можно было разглядеть следы. Он присел и стал рассматривать пол. Здесь Николай отчетливо разглядел следы геолога. Мальцев вспомнил сказку о Мальчике с пальчике, который в дремучем лесу бросал по пути белые камушки, а по ним нашел дорогу домой, и улыбнулся про себя. Его страхи куда-то исчезли. Им на смену пришло любопытство. Теперь поглядывая на пол, он смело шел по следам геолога. Он заметил, что в целом ход вел в низ. Хотя уклон был не большим.
Еще через несколько десятков шагов пещера снова изменилась. Здесь с потолка свисали сталактиты. Тут же Николай споткнулся о такой же нарост, который торчал из пола. Еще через пару шагов чуть не упал, когда его нога вдруг опустилась ниже среднего уровня, попав в яму, и он понял, что нужно внимательно смотреть куда ступаешь, так как в полу тоже могут попадаться глубокие норы, такие же, как и в стенах. Он вдруг подумал, что такие дыры тогда должны быть и в потолке. Он посветил вверх и увидел, что не ошибся. Он с минуту стоял, пытаясь вспомнить, где же он уже видел похожую картину. Решив, что это была видео экскурсия по какой-то пещере, он решил пока об этом не думать, а потом спросить у геолога. Воспоминание о приятеле заставило его снова позвать Виктора. Но опять же он ничего не услышал кроме частого потрескивания.
Дальше по ходу туннеля пол стены и потолок покрывали сплошные кружева из минеральных отложений, а вот ответвлений и дыр стало меньше. Наросты переплетались, образуя причудливые сооружения, изогнутые мостики, башенки, ажурные узоры и в ярком свете фонаря таинственно переливались серебристыми блестками. Николай подумал, что, пожалуй, ничего подобного на видео снятом в земных пещерах он раньше не видел. "Наверно это результат меньшей силы тяжести. Когда всё благополучно разрешиться я покажу Ирине эту видеозапись. Она удивиться", - с приятным предвкушением дарителя сюрприза подумал Мальцев.
Теперь он понимал, что Виктор увлекся этим минеральным богатством и ушел далеко в глубь пещеры. Периодически он посылал вызов, но по-прежнему ответа не было.
После очередного поворота тоннель привел его в обширный зал. Здесь пол оказался ровным, и доктор смело пошел вперед. Пройдя всего несколько шагов, Мальцев вдруг почувствовал, что ноги он переставляет с усилием. Приглядевшись, он обнаружил, что идет по воде. Совершенно прозрачную воду он не заметил в ярком свете фонаря. Только теперь, когда он шевелил ногой и поднимал волны, можно было увидеть колышущиеся тени на дне. Глубина была по щиколотку. "Вот и озеро, о котором мечтал Виктор," - обрадовался Мальцев.
Ему казалось, что озеро должно буквально кипеть, но ни пара, ни пузырей он не видел. Тут он вспомнил, что настоящая метель прекратилась, как только он влез в щель, а в тоннеле снежинки всё реже мелькали в свете фонаря. Поразмыслив, он пришел к выводу, что тут относительно тепло и пар просто невиден. В первом зале холоднее и там пар превращается в снег. Мальцев только не понимал, почему хлопья снега такие крупные, но думать дальше он не стал. Его больше заботила судьба приятеля.
Мальцев снова позвал геолога. Ответа не последовало. Он вернулся на берег и здесь без труда обнаружил, что Виктор пошел вдоль воды к стене. Пройдя с десяток метров, Николай увидел, что геолог свернул в боковой тоннель. Здесь на несколько минут его внимание снова было захвачено чудесными ажурными конструкциями. Он не заметил, сколько прошел, как вдруг его восхищение было неожиданно прервано зуммером и мигающим красным сигналом в углу дисплея. "Показать", - потребовал Мальцев. На дисплее шлема высветилось: "Уровень радиации - 30%". "Что за чертовщина?" - удивился доктор. "Подробнее", - потребовал Николай. Индикаторы показали цифры, а также графики с распределением по энергиям. Как врач он хорошо разбирался в нормах радиационной безопасности, но в графиках ничего не понял. "Сделать анализ". Компьютер выдал результаты. Пробежав глазами таблицу, Мальцев понял, что породы содержали уран, торий и ряд других радиоактивных элементов. Стало понятно, что вовсе не сталактиты увлекли геолога так далеко в пещеру. Видимо он еще у входа заметил рост радиации. Шутка ли открыть на Марсе второе месторождение урана. Это не водоем, который завтра испариться, а открытие десятилетия никак не меньше. Но Николай вспомнил, что время летит неумолимо. Камни никуда не денутся, а вот его ждут больные, а еще ему нужно до рассвета выйти на связь. Ирина сойдет с ума от волнения. От этих мыслей Мальцев начал терять терпение и просто прокричал: "Ковалёв черт тебя дери, где ты шляешься!"
Тут же в уши ему прозвучало в ответ: "Да не ори я прямо перед тобой".
Мальцев присмотрелся и увидел силуэт своего товарища, который находился не далее чем в 20 шагах впереди. Не заметил он его только по тому, что у геолога был выключен фонарь.
- Ты чего там в темноте?
- А ты выключи свой фонарь.
- Зачем?
- Увидишь.
Мальцева вдруг охватила злость на приятеля.
- Да и иди ты к черту, Ковалев! Ты чего со мной решил в прятки играть! Я сколько должен за тобой по пещерам гоняться! Как будто мы я тут мальчик какой-то, - прокричал Мальцев.
- Да погоди ты. Это же так интересно.
Чего мне ждать?
- Я только покажу, и мы сразу идем обратно.
- Да не хочу я ничего смотреть! Мы вообще из-за тебя в эту дрянь вляпались. Чего было резать путь. Ближе! Проспект! Блин! Или чего мы к этому твоему алкашу придурку заезжали? У нас дело важного приоритета, а ты Ковалев к нему относишься как какой-то прогулке! Образцы ему надо! Черт! Сколько времени потеряли, - Мальцев в сердцах махнул рукой и быстрым шагом пошел обратно.
Но не успел он сделать и нескольких шагов как услышал сзади хруст от ломающихся наростов, учащенное дыхание и через секунду геолог схватил его за плечо.
- Да подожди ты!
- Не хочу, - резким рывком он сбросил руку Ковалева и быстро шел дальше, не оборачиваясь. Мальцев уже пошел в разнос. Копившееся раздражение оттого, что его послали неизвестно куда и неизвестно зачем. Дали еще такого попутчика, который озабочен не понятно чем и вот теперь он тут лазает по пещерам. Будто нельзя через пару дней вернуться сюда со всей экспедиций и бродить тут хоть до скончания века. "Куда эти камни к черту денутся?" - клокотал внутри ворос.
В следующий момент нога потеряла опору. Мальцев взмахнул руками и покатился куда-то вниз, больно ударяясь разными частями тела о выступы: "Дьявол". Его развернуло, и он буквально врезался шлемом в какую-то преграду. От удара погас свет. Все сейчас лопнет стекло. Ужас охватил его. О весь обратился в слух, стараясь услышать шипение выходящего воздуха. Но тут на него в упал его товарищ, впечатав доктора в корявый камень.
- Идиот! Скафандр!
- Что уже порвал? - озабоченно спросил Виктор.
- Откуда я знаю? - нервно ответил Николай.
- А датчики?
"Идиот" - уже ругнулся про себя Мальцев. Действительно все датчики светились зеленым. У него отлегло.
- Куда мы попали, - спросил доктор. Виктор уже слез него, и Мальцев теперь сидел, прислонившись к скале.
- Это ты попал. Поперся куда-то. Я за тобой угнаться не мог. Так нельзя бежать, не глядя под ноги. Это же пещера, а не проспект, тут бывают всякие колодцы? - с иронией в голосе говорил Виктор.
- А ты чего сюда попал.
- Тебя дурака хотел остановить.
- А чего мы в темноте?
- Так я фонарь не успел включить. Прочим это даже к лучшему. Смотри.
- Ты достал меня. Куда смотреть? Тут же темень выколи глаз.
- Это глаза у тебя еще не привыкли к темноте. А чтобы лучше видеть, отключи индикацию.
Мальцев не успел ответить, как увидел слабое свечение. Глаза привыкали к темноте и всё отчетливее и ярче загорались огни и перед ним начала проявляться удивительная картина. По совету Виктора он отключал дисплей в шлеме и с удивлением рассматривал открывшуюся ему картину. Всё вокруг мерцало слабым светом. Башенки и сталактиты светились сиреневым цветом. Мостики красным. А еще он увидел тончайшие нити, которые свисали с потолка, покрывали стены и пол воздушным кружевом. Длинные, но тонкие иглы, торчали со всех сторон. Николай столько прошел, но в ярком свете фонаря ничего этого не замечал.
- Обалдеть, - восхищенно пробормотал доктор медленно вставая.
- Это что светиться? Изотопы?
Виктор выдержал паузу и сказал:
- Это жизнь.
- Что? - Мальцев резко повернулся. Ему показалось, что он ослышался.
- Живые формы, - подтвердил Ковалёв.
- Ты чего! Это же камни! - удивленно воскликнул доктор.
- Обижаешь. Я знаю все минералы Марса. А здесь каменная только оболочка. Что-то вроде хитина или перламутра, а внутри весьма сложные образования. А если отбить кусок, то даже вытекает вязкая жидкость. Я уже сделал кое-какие анализы. Тут и кальций с натрием, и фосфор. А ещё свинец и ртуть. Что интересно хлор. Видимо он участвует при метаболизме.
- Но это всё неорганика.
- Ах да, есть углерод. Раньше подобную хлорорганику находили на поверхности, но в сильно деградированном виде. А здесь она явно живая.
- Нет. Не могу поверить. Сколько сил потратили на поиски жизни вне Земли? У меня же Ирина этим занималась. Так что я в курсе. На Марсе всё облазили. И не только здесь. Бурили ледяной панцирь Европы. На Титан летали. Ничего. Ни одного микроба не нашли. А тут ты заявляешь, что в этой пещере мы встретили внеземную жизнь?
Но Виктор не обратил внимание на тираду доктора.
- Допускаю, что в качестве источника энергии как-то используется кроме хемосинтез еще и радиоактивный распад. Извлекают изотопы из базальта и держат внутри в качестве источника энергии. Кстати извлечение изотопов может быть частью их метаболизма. Знаешь, как образовалась эта пещера?
Мальцев недоуменно молчал. Его глаза совсем привыкли к слабому свечению, и он уже отчетливо видел не только сами светящиеся образования, но даже и силуэт Виктора.
- Местная жизнь выела ходы в базальте. Откуда я это знаю? Я разбираюсь в морфологии пещер, - уверенно заявил геолог. - Дальше туннели шире, но такие заросли,.. настоящие джунгли. А здесь ближе к поверхности проходит граница жизни. Типа тундры.
- Я тоже разбираюсь в радиационной биологии. Альфа, бета и гамма лучи невозможно использование для фотосинтеза. Энергичные частицы разрушит все химические связи. А потому такая жизнь невозможна, - возразил доктор.
- Ты ближе к биологии, тебе виднее. Но излучение изотопов можно ослабить до нужных энергий. Да хотя бы за счет каменной оболочки. Ну а если тебе трудно принять мою идею, то пусть будет какой-нибудь банальный хемосинтез. Но это точно жизнь, иначе как объяснить существование мотыльков?
- Каких? - удивился доктор.
- Да вот же они, - и Кузнецов указал на мелькнувшие в воздухе светлячки.
- А я думал это хлопья снега.
- Нет, посмотри, как они порхают. Они явно живые. А снег он мелкий и летит на входе, там, где резко падает давление. В пещере избыток давления явно создает местная жизнь. Если сквозит так долго, то сеть пещер может тянуться на сотни километров. Нам надо возвращаться и как-то заткнуть дыру, а то всё здесь погибнет, - заметил геолог.
Мальцев попытался поймать мелькающий белый листок. Но это оказалось совсем мне простым делом и мотылек, гордо махая необычно широкими крылышками, удалился в темноту.
- Вот такого цветка я еще не видел. Возьму ещё образец, и возвращаемся, - постукивая молотком, он принялся отбивать нарост, светившийся зеленым цветом и опутанный пушистыми волокнами, которые переливались подобно полярному сиянию.
- По любому надо спешить, - спохватился доктор. Он сразу вспомнил, что прошло уже много времени, и почувствовал, как его охватывает волна беспокойства. Инстинктивно обострились чувства, и он вдруг снова обратил внимание на отчетливое пощелкивание в наушниках.
- Ты слышишь эти щелчки?
- Это от радиации что-то пробивает в микросхемах. Ну вот! - Виктор счастливый держал на вытянутой руке каменный цветок. - Мои карманы уже полные, - он протянул камень доктору.
- Давай твой живой камень и пошли быстрее.
- 17 -
Николай только сунул образец в карман на бедре, как где-то рядом прозвучал хлопок, как будто выстрелила пробка от шампанского, справа что-то тяжелое навалилось на доктора и сбило его с ног. Нечто острое впилось ему в бок. От боли и неожиданности Николай закричал. Вспыхнул фонарь. От яркого света Мальцев ничего не видел, но чувствовал, как что-то тяжелое вгрызалась ему в бок. На мгновение паника охватила его, как тогда в детстве, когда на него напала огромная собака. Отчаянно Николай отмахивался, пытаясь сбросить какое-то тело, но хватка не ослабевала. Глаза резал свет. - Виктор, - прохрипел он. И тут почувствовал толчки, сопровождавшиеся глухими чмокающими ударами. Над ним исступленно кричал Виктор: - А-а! Вот тебе! Вот!
Глаза обрели способность видеть. Виктор лупил молотком по какому-то мешку, который стремительно раздувался. Вдруг хватка ослабела и существо с хлопком, явно выбросив струю воздуха, исчезло в темном углу.
- Сука! Прокусила скафандр! - истерично закричал Мальцев.
- До тела достала? - спокойно спросил Виктор.
- Да немного, - уже уверенно ответил доктор.
- Сейчас, - Виктор оживился и лихорадочно расстегивал наколенный карман, и пытался достать аварийную аптечку. Но там он напихал образцы, и теперь они мешали, и он их выбрасывал. Воздух со свистом выходил из скафандра. Экран дисплея мигал аварийными сигналами. Стало тяжело дышать. Появилось удушье. Широко открытым ртом Мальцев хватал воздух. "Возьми у меня!" - прохрипел Николай. Виктор расстегнул карман на колене у доктора, выхватил пластырь и налепил на место разрыва.
Мальцев сел, вытащил еще ленту пластыря и начал уже сам заклеивать разрывы.
- Проверь герметичность, - напомнил геолог.
Мальцев снова включил дисплей. Хотя часть цифр светилось красным, но было видно, что скафандр держит давление.
- Вроде как бы ничего, - неуверенно сказал доктор, его еще трясло от избытка адреналина в крови.
- Идти можешь? - участливо спросил Виктор. - Надо быстро уходить пока эта тварь не вернулась.
Ковалёв помог ему подняться. Мальцев сделал неуверенный шаг.
- Пока смогу.
- Я пойду сзади. Если что, молоток сгодится... - Виктор, примеряясь отразить нападение, взмахнул геологическим молотком с длинной ручкой.
А куда идти? - Мальцев сообразил, что они же падали и ещё понял, что у него до сих пор не горит фонарь.
Он попытался его включить, но фонарь не загорелся.
- У меня фонарь отключился.
- Сейчас поправим. У этой модели часто заедает контакт, - сказал Виктор и вкруг неожиданно стукнул доктора по шейному сочленению скафандра.
- Ты чего!
- Контакт проверь, - сквозь стекло Николай видел, что геолог чуть заметно улыбается.
- Смеешься, гад, - не удержался доктор. Он снова нажал на кнопку. Теперь свет вспыхнул. - Предупреждать надо. Вы все такие в геологии резкие?
- Жизнь такая, - сурово ответил Виктор. - Вот труба, по которой мы скатилось. Лезь первым. Я подтолкну.
Мальцев, не обращая внимания на саднивший бок и хватаясь за каменные наросты начал взбираться по крутому проходу. Следом пыхтел Виктор.
Через несколько минут они выбрались в тот зал, откуда скатились вниз. И доктор понял, что просто в впопыхах прошел чуть в сторону от того места, где он шел сначала, когда увидел Виктора темноте. Теперь держась за саднивший бок, он пошел по уже знакомому проходу, который вел к подземному озеру. За ним постоянно оглядываюсь, отступал Виктор. Доктор чувствовал, что у него с раной не всё в порядке. Хотя "вторая кожа", повинуясь приказу компьютера, уже залила рану бактерицидной пеной, но сама биоактивная ткань скафандр видимо была изрядно повреждена, и не могла быстро срастись и воспрепятствовать кровотечению. "Надо скорее вернуться в кабину, обработать рану и остановить кровь", - сказал в слух Мальцев.
- Лезь! - в ответ нервно приказал Виктор, подталкивая доктора в узкий лаз.
Вылезая доктор зацепил стоявшую у стены лопату она упала и ударила прямехонько по шлему следовавшего за ним геолога.
- Черт ты это что специально сделал?
- Не говори глупостей, - огрызнулся доктор.
- А лопата как тут оказалась?
- Я взял. Думал, придется тебя выкапывать.
- А-а. Так надо было её не оставлять. Было бы, чем отбиваться.
- Откуда я знал, что тут кишмя кишит всякими тварями.
- Дак никто не знал. Ну, давай не будет тратить время.
Возле вездехода Виктор сказал: - Мне нужно минут 10 для завершения операций. Что важнее сейчас, обработать твою рану или выбираться?
- Лучше давай выбираться.
- Хорошо. Садись в вездеход, а я тут покомандую.
Мальцева не покидало чувство опасности. Он вспомнил, как это неприятное ощущение проникло в его сознание, когда пропала связь с Виктором, и оно его не подвело. Только неприятность случилась с ним самим. Но и сейчас, когда он находился в относительной безопасности, подобное предчувствие не проходило. Оставалось ждать и терпеть саднящую боль в боку. Пока было время, Мальцев решил сделать общий анализ состояния. Судя по ощущениям, неизвестное существо разодрало бок, но ребра были целы. К счастью верхний скафандр имел изнутри толстый слой теплоизоляции, которая смягчила удар.
Мальцев подключил свой монитор состояния организма к бортовому компьютеру. Теперь он мог на экране основного дисплея лучше просмотреть все десять параметров, которые снимали датчики, встроенные в биоскафандр. Графики появились на экране и подтвердили, что потеря крови продолжается.
Биоскафанд изготовлялся из такого материала, который при повреждениях быстро срастался. Но видимо рана оказалась слишком глубокой, и пережать её до конца не удалось. Мальцев опасался только чрезмерно большой потери крови. Особенно учитывая, что всего несколько часов назад он сдал свою порцию крови. Не хватало еще брать кровь из запасов и устраивать тут переливание. Потом придется писать объяснительные, почему в накладной указано одно количество, а сдано другое. Хотя Мальцев догадывался, что поскольку дареному коню в зубы не смотрят, то китайские медики не будут так уж точно сверять с накладными количество привезенной крови.
Дальше смотреть на таблицы и графики уже не было смысла. Ожидание становилось невыносимым. Обещанные 10 минут прошли. Николай чувствовал легкое покачивание кузова, и пару раз послышались глухие удары, но Виктор явно задерживался.
- Виктор, как там дела, - не выдержал Николай.
- Счас, - хрипло ответил приятель.
Мальцев снова обратил внимание на потрескивание в наушниках. Но тут он услышал глухие постукивания по крыше. Николай с удивлением подумал, зачем это геолог полез на крышу. Но звуки стихли, а Виктор так и не появился.
- Как у вас? - спросил доктор.
На фоне явственных тресков в наушниках послышалось: - Уже закнчиваем.
"Что же тогда стучало по крыше? Может трос осыпает сверху камни и песок? Ну конечно так наверно и есть", - подумал Мальцев.
Как бы в подтверждение его слов сверху снова донеслось постукивание.
- У меня что-то стукало по крыше. Это камушки падают? - спросил Николай.
- Нет.
- А что там стукает на крыше?
- Не знаю, - нервно ответил Виктор и тут же резко выразился по поводу какой-то фиговины.
Тревога охватила Мальцева:
- Виктор, что-то не нравиться мне этот треск в наушниках. Там в пещере тоже сильно трещало.
- Ага.
- Я думаю, треск от той твари исходит.
- Потом.
Снова послышался непонятный шум на крыше.
- У меня что-то прыгает на крыше.
- Да успокойся, я только что глянул, ничего там нет, - резко ответил Виктор.
- А ты хорошо смотрел?
- Тебя просто мнительность заела. Не отвлекай. Сейчас трос захренячу и посмотрю.
- Я сам гляну, - Мальцев приподнялся, но прежде чем открыть люк решил, что не будет пока включать фонарь на шлеме. Потом приоткрыл люк и высунул голову. Сразу в наушниках защелкало громче. "Это оно", - обожгла мысль и сковала мышцы. Вдоль позвоночника пробежала холодная струя. Индикаторы состояния на дисплее отчаянно замигали. Красным горел датчик радиации. Мальцев несколько секунд, ожидая нападения, боялся пошевелиться, не зная, что лучше спрятаться или повернуться и посмотреть на источник опасности.
Наконец он совладал со своими чувствами и медленно повернул голову. В рассеянном свете фонарей, которые горели за машиной, он увидел, что на решетке багажника темнеет странный силуэт. Возникла ассоциация с пантерой изготовившейся к прыжку. На секунду ужас снова сковал мышцы, но тут же в кровь вспрыснулась изрядная порция адреналина, и мышцы напряглись готовые реагировать на определенную опасность.
Прошло несколько секунд, но силуэт не шевелился. Страх отступил на задний план, включился рассудок. Откуда-то Мальцев вспомнил, что все хищники реагируют или на движение, или на запах, или на звук жертвы. Два последних фактора явно исключались. Остается движение. "Если хищник не бросился на него, когда он высовывался из кабины, то медленные движения допустимы? Или нет, и эта тварь просто выжидает удобного момента. А может тоже изучает меня? - соображал Мальцев. - Надо как-то предупредить Виктора".
Почему-то он опасался что-либо произносить вслух. Хотя и исключил звук из числа опасных факторов. Существо не двигалось. До него было метра полтора. "Если эта мерзость шевельнется, я могу успеть нырнуть в кабину", - рассудил Николай. Эта мысль его немного успокоила. Сердце, которое казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, стало биться ритмичнее. "Первым делом надо получше рассмотреть", - решил Мальцев и, пользуясь тем, что его руки находились ниже крыши, дотянулся до левой руки, где был укреплен коммуникатор, и переключился на режим ночного видения. Температура тела хищника не сильно отличалась от температуры окружающей среды, поэтому лучше рассмотреть неизвестное существо не удалось. Хотя в отличие от контрового освещения созданного расположенными сзади вездехода фонарями кое-какие детали проявились лучше. Существо было чем-то похоже на моржа, только размером с крупную собаку. Веретенообразное тело, две мощные лапы как у рептилий и спереди изогнутые, как клыки у моржа, отростки. Разобрать, что это лапы или клыки при таком освещении не удалось. Мальцев решил, что это клыки. Между клыками угадывалась тупая морда, где видимо, пряталась зубастая пасть. Николай представил, что существо может ползать, передвигая лапы, изгибаясь и отталкиваясь задней частью как хвостом, при необходимости цепляясь изогнутыми клыками. Этими же клыками оно пробивает тело жертвы, и порвало его скафандр. Клыки могли оказаться полезными при лазанье по крутым скальным участкам. Только так можно было объяснить, как оно взобралось на крышу.
Странно было то, что существо уставилось вовсе не туда, где горел свет, и слышались глухие позвякивания, и смотрело оно не на доктора, а куда-то вперед, где была только покатая крыша, над которой возвышалась штанга с разными датчиками, лазерами, локаторами и радиоантеннами. "Чего оно там рассматривает?" - пытался понять Николай, и задался вопросом как ему лучше предупредить Виктора.
Виктор напомнил о себе сам: "Ты там не заснул?" - ухе слабо прошуршал наушник, но существо как будто услышало и начало раздуваться. "Сейчас оно надуется и прыгнет. Реактивная тяга как у каракатицы, - подумал Николай. - Пожалуй, при слабой силе тяжести и низком сопротивлении воздуха можно было прыгнуть на несколько метров даже не имя мощных лап как у земных хищников. Но почему оно нацелилось сюда, а не туда где есть потенциальные жертвы?" Существо, увеличившись в диаметре почти вдвое, перестало надуваться.
"Эй! Николай!" - снова прозвучало в наушниках. В ответ тело существа охватили судороги, и оно снова стало расти в размерах. Мальцев подумал, что существо как-то чувствует радиоволны. Сигнал от скафандра по каналу цифровой связи излучался на экономной мощности, так как Виктор находился рядом с машиной. Поскольку положение адресата компьютеру было неизвестно, то антенна вездеход передавала сигнал на большой мощности. "Вот оно что. Эта тварь использует радиосигналы, чтобы ориентироваться в этом темном мире. И глаз у нее может и нет вовсе. Так вот что это щелкает в наушниках. Локатор как у летучих мышей, только работающий в радиодиапазоне. Есть и ушки на макушке, - Николай рассмотрел наросты над головой существа. - Тварь меня сейчас не видит. Ушки смотрят на источник сильного сигнала. Компьютер лучит в эфир массу всякой телеметрии, общаясь с роботами и скафандрами людей. Видимо этот монотонный поток сбивает тварь с толку, и она реагирует только на сильный сигнал. Мальцев уже совсем успокоился и негромко сказал: "Помолчи". На его слова существо еще чуть раздулось. "О`кей", - на американский манер ответил Виктор. "Всё же хорошо когда напарник понимает с полуслова и не задает лишних вопросов", - подумал Мальцев.
Теперь он уже не боялся этой твари. Предупрежден, значит вооружен. Николай медленно выбрался из люка, придержал крышку, чтобы она не хлопнула и вибрация не привлекла хищника, пятясь, отошел на несколько шагов, потом уже смелее направился туда, где работал товарищ. Едва Виктор увидел его приближение, как Мальцев сделал знак молчать, потом подошел вплотную и демонстративно отключил радиосвязь. Виктор понял и сделал то же самое. Теперь можно было разговаривать, не опасаясь, что их услышат на радиоволнах. Чтобы было лучше слышно в разряженной атмосфере, они даже соприкоснулись шлемами. Николай рассказал о своих наблюдениях.
- Это же настоящее открытие. На Земле нет форм жизни, которые использовали бы радиоволны.
- Ты лучше скажи, что будем делать? - спросил доктор.
- Да без проблем. Сейчас я запрограммирую робота, пусть он эту тварь сгонит с крыши.
- У нас и оружия нет. Ну не лопатой же? - спросил доктор.
- Лопатой не эффективно. Я это почувствовал, когда лупил молотком. Бью, а оно пружинит, и толку ноль. Поступим проще. Робот медленно подберется, схватит и швырнет эту тварюгу так, что её потом со скалы придется соскребать.
- Убивать не стоит. Вдруг эти твари тут на Марсе занесены в красную книгу.
- Главное не спугнуть, убежит. Потом снова нападет.
- Робот всяко быстрее. Догонит он эту тварь.
Виктор набрал на коммуникаторе команды. Робот полез на крышу. Мальцев показалось, что прошло неожиданно мало времени, и в свете фонарей они увидели силуэт робота, который сжимал манипуляторами извивающееся существо.
- Ну, вот пусть отнесет гадину в пещеру.
- А оно тут одно? - поинтересовался Николай.
- Надо проверить. Кстати это просто, сейчас я активирую сканер, и заодно посмотрим, в каком диапазоне они излучают.
Ковалёв нажал несколько клавиш на коммуникаторе, и на экранах их шлемов появились пляшущие пики. "Есть захват" - сообщила компьютер бегущей строкой. - "Включаю сканирование".
- Ого, мощный сигнал. Субмиллиметровый диапазон. Наша рация ловит только какие-то гармоники. Потому щелчки не такие громкие.
На экране появилась круговая панорама. Источник сигнала находился над кабиной, но почему-то выглядел как сдвоенное красное и синее пятно.
- А почему их два?
- Не знаю, - Виктор что-то переключил, и на экране осталось только красное пятно. - Ага. Это диапазон жесткого излучения.
- Оно радиоактивное, - догадался Николай.
- Как и всё в этом царстве марсианского Аида, - только успел сказать Виктор, как у входа в пещеру засветился еще один сигнал. - Нет, мы так не договаривались. Это наша планета! А ну пошли обратно в свою дыру! - с азартом закричал геолог. - Ничего всех поймаем. Интеллекта у робота вполне хватит. Но мы на эту охоту отвлекаться уже не будем. Нам пора выбираться. Лезь в кабину! - скомандовал он доктору. - А я тут быстро приберусь.
- 18 -
Вездеход, наматывая трос на расположенную под днищем лебедку, взобрался на скалу, натужно урча и вибрируя, перевалил через край и застыл в десятке метров от провала. Всё прошло как-то уж просто и буднично. Робот смотал остаток троса и спрятался в грузовом отсеке.
- А второй робот останется в пещере? - спросил Мальцев.
- У него задание особой важности. Сейчас узнаешь.
Вездеход отъехал на сотню метров от провала, и Ковалёв что-то переключил на пульте. Через секунду земля вздрогнула, а из темной дыры выбросило клуб пыли.
- Что это было?
- Робот подорвал проход в пещеру.
- У тебя и взрывчатка есть?
- Геологи без взрывчатки не ездят, - гордо пояснил Виктор.
- А робот?
- Где-то спрятался. Я дал ему задание проверить герметичность пещеры и засыпать дыры песком. Кстати ему пригодиться твоя лопата, - Виктор улыбался, глядя на доктора.
- Я подозреваю этот альпинистский трюк с въездом по вертикальной скале тоже из вашего штатного арсенала?
- На такую крутую стену мне пришлось взбираться впервые, - усмехнулся Виктор. - Ну, кажется всё. До рассвета еще два часа. Пора в путь. А ты займись своими ранами.
- Ты уж, пожалуйста, не отклоняйся от известного маршрута, - попросил Мальцев.
Через час, закончив обрабатывать раны и сшивать разодранный скафандр, Мальцев попытался заснуть. Но от перевозбуждения мысли крутились вокруг происшедших событий: - Стоп, - Мальцева осенила простая мысль. - Мои раны удивительно похожи на те, что были у Руслана.
- Думаешь, такой же хищник напал на Руслана?
- Почему нет? Давай посмотрим записи камер.
Ковалёв разыскал среди файлов, видео снятое его камерой в пещере. Но кино мало что прояснило. В кадре прыгал луч фонаря, выхватывая из темноты то молоток, то какую-то темную массу, навалившуюся на доктора.
Затем посмотрели запись с камеры Мальцева. Там был виден темный силуэт почти без деталей. Зато во многих местах на видеозаписи мелькали белые искорки шумов. Коваль поменял настройки, картинка стал светлее, но зато теперь появились помехи, похожие на рябь или "снег".
- Нет ну это же не сравнимо с тем, что я видел, - возмутился Николай.
- Что ты хочешь? Камера рассчитана на дневное освещение или ночное при свете звезд. В почти полной темноте камера работает плохо. Не сравнимо с нашим зрением.
- В общем, какой-то мешок, с клыками. Марсианская каракатица.
- Теперь ты поверил, что они живые? - ехидно спросил Виктор.
- Да уж, - непроизвольно Николай потер раненый бок. - Меня чуть не съел марсианский хищник. Спасибо, что отбил.
- Типа мы квиты, - отмахнулся Виктор.
Некоторое время они молчали. Мальцев уже немного расслабился и немного отошел от пережитых событий. Виктор вдруг сказал:
- Я тогда их толком не рассмотрел...
- Что именно?
- Существо мне напомнило то, что мы видели тогда, почти пятнадцать лет назад. Мне кажется это те самые песчаные барсы. Клыки. Мы ведь тогда охотились с системой ночного видения, у которой кроме обычного света есть подсветка в инфракрасном и ультрафиолетовом свете. Самого барса я плохо рассмотрел. Только общий силуэт. Но эти клыки, они явно из кости, которая светиться в ультрафиолете. Я тогда понять не мог, его почти не видно на фоне песка, только полоски сверкают. Даже думал, что это такие большие глаза как у кошки. А теперь ясно.
Доктор усомнился и переспросил: - Откуда ты знаешь, что у этой твари клыки тоже светятся?
- Проверим, - Виктор вывел кадр на экран, - Теперь включаем фильтр.
Доктор с удивлением увидел, как блеклые клыки вдруг стали яркими полосками.
- Выходит, где-то могла открыться дыра в их подземный мир, и они тогда вылезли на поверхность. Но к счастью вылезло их мало, - предположил доктор.
- Мы не знаем сколько. Часть могла зарыться в песок и сдохнуть. Пищи на поверхности нет, к тому же холодно и атмосфера более разряженная. А кидаться на людей они стали от голода.
- Подожди. А почему тогда эта тварь на меня кинулась?
Виктор на минуту задумался: - Да верно. Как-то я поспешил. Значит, кроме голода была еще какая-то причина.
- Ясно какая, - быстро сказал Мальцев. - Радиоволны. Он вспомнил, как чудище сидело на крыше, уставившись на радиоантенну. - Они охотятся на источники радиоволн.
- Ага. Поэтому ползли к нашим базам. Но взобраться на вышку не могли вот и нападали на то, что находилось ниже. То есть на людей, которые разговаривали в эфире. Ну, правильно. Вот антенна укреплена на правом плече, - кивнул головой Виктор. Сюда они вполне могли допрыгнуть. Черт... Я припоминаю наши походы по пескам. Найдем следы и расходимся парами вокруг, ищем, куда барс дальше прыгнул. А ветер часто уже успевал замести след. А на камнях их совсем было не видно. Так ходим кругами и молчим. Почему-то мы боялись разговаривать... Вот что-то удерживало... Мы тогда больше жестами общались.
- Это земной инстинкт охотника срабатывал. Так что если какой-то зверь вас выслеживал, то ваше молчание в эфире не давало ему больших шансов, - предположил Николай. - Я так понял, ваша экспедиция ни одного трупа не нашла?
- Нет. Что легко объяснить. Может, когда-нибудь мы найдем целенький труп. Тут же нет бактерий, способных их разложить
- А может, кто-то другой нашел? Еще кто-нибудь кроме вас охотился?
- Не думаю. Все ведь происходило в радиусе полусотни километров. Мы бы знали. К нам в помощь подъехало еще с десяток человек из других экспедиций. Конечно, бригада скорой помощи дежурила. Начальство под ногами путалось. И в качестве поддержки несколько роботов. Мы их просто ставили по периметру на возвышенностях и на базе смотрели видео. Надеялись, что увидят что-то. А в охоте от них толку никакого. Вот сегодня я мог точно роботу задать последовательность команд: "Взять мешок на крыше и крепко держать. А если мешок убегает, то догнать и опять схватить". Робот вполне справился. А вот когда надо охотиться по едва видным следам. Тут только человек для этого приспособлен.
- Вообще-то при желании можно создать для робота софт, и превратить его в ловкого охотника. Они же вполне уверенно лазают по скалам и клеят лишайник, - допустил Николай.
- Просто тогда никто не поставил подобную задачу, да и времени особо не было.
- Но что их тогда выгнало на поверхность? - спросил доктор. И тут же предположил: - Может, у них брачный сезон был или типа нереста?
- Вряд ли. Мы теперь знаем, что наверху атмосфера всё же сильно другая, чтобы они туда вылезли по доброй воле, - возразил Виктор. - Обвал породы, который открыл ход на поверхность? Возможно. Позднее его замело песком.
- Но такое происходило и в прежние эпохи. А тогда вы, копаясь в песках, вполне могли бы найти трупы или кости. А их нет. Выходит, они сами на поверхность не вылезают, - сказал доктор.
- Или сразу прячутся обратно. Кстати, из-за относительно небольшого отверстия в потолке в той пещере, куда мы свалились, атмосфера не сильно отличалась, потому они и сунулись к нам в гости.
- Тогда надо искать причину, из-за которой они вылезли тогда и не спрятались сразу.
- Ну не знаю. Если исходить из того, что... они чувствуют радиоволны, может, их привлекли наши передачи?
- Вполне здравое предположение, - согласился доктор.
- Хотя, - Виктор щелкнул пальцами, - я догадываюсь, что их могло выгнать на поверхность. Тогда проводился эксперимент по расплавлению вечной мерзлоты. Помнишь?.. А ты не в курсе. Был такой великий проект. На огромной площади в грунт забурили тысячи металлических свай и пропускали ток высокой частоты. Хотели так быстрее насытить атмосферу водой, поднять давление и парниковый эффект. Но потом выяснили, что эффект пшиковый. Оказалось, лучше плавить полярные шапки и проект закрыли.
- А не могло быть такое, что проект закрыли по другой причине?
- Ну, вообще-то не знаю. Хотя работы свернули почти сразу, как только кончилась та эпопея. Ты к чему ведешь? Ищешь тут связь? А понял. Сейчас ведь вернулись к подобию того проекта только в малых масштабах. Буровая, где работал Руслан они же, как раз ставили под землей решетки для подогрева мерзлоты. Только масштаб не тот и глубина бурения маленькая. Им же надо всего-то подогреть площадку под высадку ёлок.
Но Мальцев думал о другом: - Я не понимаю... Разве Комитет не проводил расследование? Ясное дело что проводил. Значит, они точно знали, где в каких лабораториях кого клонировали. А если выяснили, что никто тех барсов не клонировал, то откуда они тогда взялись? Как ответили на этот вопрос в Комитете по освоению Марса? - Мальцев глядел на Виктора. Тот только пожал плечами. - Если допустить, что о существовании иной жизни на Марсе узнали еще тогда? - рассуждал доктор. - Могли и труп барса найти, но сразу засекретили.
- Конспирология какая-то, - хмыкнул Виктор. - Впрочем, примерно тогда же закрыли проект "Вулкан". Хотели ядерными взрывами вскрыть кору на глубину в 20 километров и создать искусственный кратер. Не знаю... - геолог задумался.
Мальцев немного помолчал, но не дождавшись продолжения, начал рассказывать о своих предположениях:
- Мое задание стало невыполнимым.
- А как это связано?
- Урановая лихорадка похоже вызывается особыми марсианскими организмами и китайцы об этом знают, потому не дадут мне пробы крови больных.
- Любопытно. Ведь он тоже мне поручил попытаться достать образцы пород с рудника. Я, конечно, вначале отказывался, как мог, но потом он пообещал мне особый бонус и я согласился.
Мальцев подумал, что он поехал и без всяких бонусов, потому, что это была его обязанность. Но расспрашивать, чем же соблазнил начальник Коваля, он не стал, зато продолжил развивать свою мысль:
- Бородин что-то знал или подозревал. Он прямо намекал, что наночастицы, которые вызывают лихорадку, могут оказаться особыми организмами. Ясно, что у китайцев тоже где-то есть дыра в подземный мир и оттуда к ним проникают микробы другой жизни.
- Само собой. У них же там урановый рудник! - воскликнул Виктор. И я сразу понял, что морфология пещеры в которую мы забрались она же точно такая же как тот самый "город пришельцев". Выходит на Марсе есть две локации и обе связаны с месторождениями уранитов.
- А почему две? Это может быть единая система.
- Это ты замахнулся, - сомнением покачал головой Коваль.
- Мне тут вспомнилась мне сказка древнего индийского писателя "Перевернутое дерево", которую я читал в детстве. Там описано дерево, которое растет не вверх, а, наоборот, в землю. Я подумал, что также случилось на Марсе. Примерно два- три миллиарда лет назад планета стала быстро остывать. Моря вымерзли. Атмосфера становилась всё тоньше. Организмы смогли выжить только глубоко под поверхностью, где они эволюционировали, создав уникальную биосферу. Точнее целый лабиринт пещер, которые как деревья в густом лесу сплелись кронами. Каждая ветвь дает пристанище множеству организмов. Подобно тому, как в джунглях, где на каждом гигантском дереве обитают десятки видов. Только здесь стволы и ветки полые и иные существа обитают в таких живых пещерах.
- Ага. Для химиосинтеза нужна энергия. Она есть в недрах в виде тепла и радиоактивных элементов. Значит, ветки твоего дерева должны пронизывать всю кору почти до мантии. А здесь у нас и у китайцев они выходят на поверхность, только потому, что тут находятся месторождения урана, - Виктор развил идею доктора с геологических позиций.
- Ты правильно заметил, когда сказал про тундру, - напомнил доктор.
- Как-то само пришло в голову. А ведь верно. На Земле все живое тянется к солнцу, а здесь к подземному огню марсианского Плутона. А я ещё вчера думал, что мы знаем Марс, как свои пять пальцев.
- Это не просто terra incognita...
- Mars incognita, - поправил его Виктор.
- Пусть так.
- Для ученого эта пещера... как пещера Алладина. Подарок твоей жене, - подсказал Виктор. Мальцев подумал: "Только сегодня утром Ирина вспомнила про пещеру Алладина. Случайность?" - мелькнула мысль. Но сам продолжил:
- Да, для Ирина это будет подарок. А ведь люди вне Земли искали нечто похожее на земные организмы. Теперь я понимаю, что на каждой планете своя эволюция, который создает нечто совсем неожиданное. Здесь пока ещё закрытый ящик Пандоры. Человек не имеет иммунитета против организмов с иной химией. Для нас это просто яд. Уже пояявилась урановая лихорадка. А что будет дальше? И в опасности не только человек. Все организмы, которые мы пытаемся здесь расселить, тоже находятся под угрозой. Но точно также наша жизнь представляет опасность для подземных барсов и всех этих "сталактитов". Мы насытим кислородом атмосферу, а это яд для подземного мира. Огромный пласт иной жизни просто погибнет. Так что наша экспансия на Марсе приведет или уже приводит к столкновению биосфер. Мы конечно победи. Терраформация приведет к тому что марсианская жизнь скоре всего исчезнет. Но прежде за эту победу придется заплатить большую цену, в том числе и человеческими жизнями.
- Ты считаешь, что всё так серьезно?
- Все это придется остановить... - Мальцев показал на боковой экран. На севере небосвод мерцал розовым свечением. Там за горизонтом атмосферные лазеры с накачкой от гигантских орбитальных зеркал плавили полярные шапки. А десятилетия труда генетиков по созданию новой жизни окажутся напрасными. Марс надо оставить в покое.
- Неужели ООН пойдет на это? - засомневался Виктор.
- Почему нет? Экологи вон над каждой букашкой трясутся, а тут может быть тысячи и миллионы уникальных организмов. Не спроста те, кто прикрыл историю с барсами и морочит всем голову с наночастицами, рассчитывают, что подземную биосферу быстро не найдут.
- Ты имеешь в виду, что тут замешаны чиновники из Комитета по освоению Марса?
Мальцев кивнул.
- А как же ООН и космическое право, которое запрещает вмешиваться в биосферы иных планет? - спросил Виктор.
- Я думаю, там ничего не знают. Наш КОМ могущественное ведомство. Государство в государстве. Раньше считалось, что на Марсе нет жизни, и Комитет получил все права на освоение Марса. Представь, что работы идут полным ходом и вдруг вылезают какие-то барсы.
- Теперь понимаю, почему нам упорно не поставляют оборудование для глубокого бурения, - задумчиво сказал Виктор.
- Выход из пещеры мы закупорили. А что нам делать дальше? - Мальцев замолчал. Его раздирали сомнения. Наконец он решился сказать Виктору:
- Я честно не знаю, как поступить? Можно растрезвонить, про это открытее и что дальше? Нас ведь могут эвакуировать с Марса, оставив только горстку энтузиастов ученых. Но будет ли землянам от этого хорошо? Марс единственная планета в Солнечной системе, где можно обосноваться с относительным комфортом. А к звездам мы летать пока не умеем. С другой стороны продолжить, значит подвергнуть опасности себя и других. Слушай, а если промолчать? - Мальцев вопросительно смотрел на приятеля.
Виктор с сомнением покачал головой: - Дыру видно со спутника. Маршрут, наше видео, и все сведения о падении и о состоянии здоровья находятся памяти компьютера. Мне еще нужно списать лопату и взрывчатку, а заодно сочинить объяснительную по поводу утери робота. Я же рассчитывал вернуться сюда с ребятами, достать робота, прорубить штрек в обход завала, установить там шлюз и провести исследования пещеры. Тысячи ученых захотят здесь работать. А разве не соблазнительно стать первооткрывателями. Это, значит, вписать наши имена в историю освоения Марса. Нет всего человечества! Это же первая по настоящему внеземная жизнь! - с жаром говорил Ковалёв.
- Успокойся. Китайцы давно могли застолбить это открытие и спрятать концы в секретных архивах КОМа.
- Да, что-то меня занесло. Кстати из-за суматохи я растерял все образцы. Обидно. Если вдруг КОМ захочет прикрыть дело, то пришлет спецбригаду. Они обрушат своды лавовой рубки, чтобы закупорить вход в нижнюю пещеру и как говориться концы в воду.
- А мы? Ведь мы свидетели.
- А что мы можем? Сообщить ученым. Так все жители Марса полностью зависят от КОМа. Нам с тобой прикажут эвакуироваться, и мы улетим обратно на Землю. На Земле нашим рассказам никто не поверит. Факт, что Марс стерилен, уже вошел во все учебники, - рассудил Виктор.
- 19 -
Уже первые лучи солнца осветили за ближайшим холмом верхушку решетчатой мачты.
- Въезжаем на территорию Сяопина, - сказал Виктор.
- Выходит, мы ничего не сэкономили, - грустно сказал Николай.
- Увы. Зато приключений поимели на свои задницы... Будет что вспомнить, - напротив весело сказал Виктор, но Николай его не слушал. Он по личному каналу звонил дежурному врачу.
"Если Ирина не спит, то перезвоню ей и скажу... В прочем, что я ей скажу? Просто узнаю, как она", - думал Николай, пока шел вызов.
Ему ответил дежурный врач, и тут же сказал, что пересылает звонок Нефедову.
Мальцев не успел обдумать, чтобы это значило, как услышал:
- Коленька! - неожиданно ласково по имени назвал его Семен Васильевич, - как я рад, что ты позвонил. Ты не представляешь как я рад.
- Что, что случилось? - заподозрил неладное Мальцев.
- Ты не волнуйся. Всё в порядке. Ирина уже спит.
- Она что ночью не спала?
- Всё хорошо. Всё прошло замечательно. Ирина хорошая девочка. Всё сделала сама. Мы все тебя поздравляем! - громко прокричал Нефедов последнее предложение.
- Ты что!? Ты о чем!?
- Да поздравляю я тебя! - кричал в ухо Нефедов. - У тебя сын родился! Почти три кило! Все показатели в норме. Грудь взял. Покушал и теперь спит с молодой мамашей. Похож на тебя. Однозначно, похож, - тараторил его старый приятель.
- Как же так. Почему так? - перебил его Николай.
- Около полуночи пришел вызов. Я прибегаю. Оказалось, отошли воды. Ну, в общем, всё прошло отлично. А то, что раньше срока, так это сейчас обычное дело. Ты же знаешь статистику. Видимо так распорядилась эволюция. В общем, у тебя родился непоседа. Не захотел ждать своего срока в утробе матери. Ты не беспокойся, я позвоню, когда Ирина проснется.
"Около полуночи, - подумал Мальцев. - Именно тогда мы угодили в ту пещеру. Неужели Ирина почувствовала, что я в опасности и заволновалась? Или это случайность? Неужели что-то чувствовала. Но ведь это не Земля, а Марс. На Земле есть биосфера, которая незримыми нитями связывает все живые существа. Мы люди эти нити плохо чувствуем. Разучились в процессе эволюции. Животные и растения крепче связаны. Но даже тех остатков связи нам хватает, чтобы улавливать, боль родных, находясь на больших расстояниях. Если случай с Ирины не случайность, то может и на Марсе уже начинает складываться наша земная биосфера? Не это чепуха. Она просто переволновалась. А если не чепуха?"
Его мысли перервал Виктор: - Случилось что?
Мальцев сразу не ответил, он подумал, что когда они доедут до мачты Марс завершит свой оборот вокруг оси. Прошел всего один сол, а, сколько случилось событий, и теперь его жизнь полностью перевернулась.
- Знаешь, я тут подумал... - наконец проговорил Николай. - Вернуть ничего обратно нельзя. У меня вот сегодня сын родился.
- Да ты что, поздравляю! - Коваль на радостях ткнул Николая кулаком в плечо.
Но Мальцев продолжил развивать свою мысль: - Теперь нас с Ириной в ближайшие четыре года отсюда нельзя эвакуировать. Я не смогу и не буду скрывать от неё это открытие. Особенно зная, как она мечтала отрыть везенную жизнь. Значит, нам уже рот не заткнуть.
- Тут я тебя приятель полностью поддерживаю. У меня сразу руки начали чесаться, когда мы только туда провалились, а теперь вообще зудят так невтерпеж развернуть там исследования.
- А что из этого следует? - Мальцев вопросительно смотрел на Коваля. Но тот молчал и ждал продолжения.
- Следует то, что человечество выйдет на новый виток. Не нужно бояться. Рано или поздно человечество должно было столкнуться с внеземной жизнью. А всякие урановые лихорадки? Мы и не с такими болезнями справлялись. Зато можно много полезного узнать у тех же барсов. Природа здесь решила проблему, над которой наши ученые ломают голову. Как расщеплять углекислый газ и дышать в разряженной атмосфере.
- Ты хочешь сказать, что можно взять ДНК барса и на этой основе создать гибрид кролика и барса.
- Не знаю, есть ли у них ДНК в нашем понимании. Но это мелочи. Мы ведь можем сделать больше. И уже делаем. Если нагреть планету и наполнить её атмосферу, то подземная жизнь с нашей конечно помощью вернется на поверхность. Не нужно уже такой огород годить, создавая биосферу с нуля. Она уже есть. Её только нужно адаптировать для жизни на поверхности. И красная планета снова наполниться новой жизнью.
- А как же мы люди?
- Это случиться не завтра и на наш век Марс ещё останется пустыней. А вот дети уже должны будут решать, как им уживаться с иной биосферой. А как иначе? Растоптать иной цветок можно. Даже легко. Но это не по-людски.
- Как скажешь, приятель, - улыбнулся Виктор.
Ни помолчали. Каждый думал о своем. Вездеход перевал через очередной холм и Мальцев увидел впереди дорогу, а вдали виднелись постройки.
- Ну что сдаем кровь и сразу назад? Ведь наша миссия почти выполнена.
- Твоя может и выполнена, но я должен привезти камни. Вот жалко, что я растерял все образцы.
Мальцев сунул руку в наколенный карман достал и протянул Виктору неказистый камень конической формы с желтоватым оттенком: - Остался только вот. Тот последний.
Виктор взял его в руки повертел: - Камень как камень, а ведь он когда-нибудь превратиться аресит.
- Ах да я же обещал Ирине провезти бусы из аресита, - вспомнил Николай.
- Ну, для ученого этот камень дороже всех бус, - усмехнулся Виктор.
- Нет, ты рассуждаешь как мужчина. А женщины существа особые. Им важно внимание. Если жена хочет бусы из аресита, то ей не нужен камень, который через миллион лет окаменеет и превратиться аресит.
- Какие проблемы купи ей бусы, а этот чужой организм в придачу в качестве бонуса.
- Ты же сам говорил, что для ученого это самый дорогой порядок, а тут какой-то бонус, - поддел приятеля доктор.
- Пусть это будет самый большой бриллиант, - быстро поправился Виктор.
В это момент замигал личный вызов, и Мальцев подключился к связи. В наушниках прозвучал голос Нефёдова:
- Есть ещё новость, - хирург помолчал, а Мальцев подумал, что он снова по своей привычке жует губы.
- Ну что там? Ирина проснулась? - не выдержал Мальцев.
- Нет, они еще спят. Я оформляю медицинское свидетельство твоему сыну. Взял анализы. Кстати отличные анализы. Как положено, сделал малышу ДНК-карту и занес её в базу данных. Потом сделал сверку с ваших с Ириной данных. Ты знаешь, положено вписывать в саму первую конфиденциальную базу генетических родителей, она потом все равно становиться не доступною, кроме специальных условий. Ты сам лучше меня знаешь порядок, - Нефёдов вдруг замолчал. Мальцев не мог понять, зачем он ему это рассказывает, и вдруг он подумал нехорошее: "А если из ДНК выясниться что он не отец ребенка. Что тогда?" - Неприятный холодок пробежал по спине. Нефедов, наконец, кончил "жевать кашу" и промолвил: - В общем, не волнуйся. В сортировке вы с Ириной друг за другом.
- Ну, ты гад! - у Мальцева отлегло на душе. - Зачем весь этот спектакль. Поиздеваться, что ли решил? Думаешь, я сомневался в своей супруге? Подожди, - Мальцев вспомнил последнюю фразу: - В какой сортировке? Разве ты не сравнивал данные только наши данные.
- Помнишь, ты говорил, что не знаешь своих родителей. На Земле искать бесполезно. Миллиарды людей и для большинства доступы к ДНК закрыт и охраняется законом. Никто не должен знать своих биологических родителей, если ему это знать не положено. Другое дело внеземелье.
- Ну и что? Я когда еще прилетел на Марс и узнал, что база тут открыта для врачей, поскольку часто приходиться оперативно пересаживать ткани, то думал поискать своих родителей, но потом решил, что это пустое дело.
- Ан нет! Воскликнул Нефёдов. После тебя и Ирины в списке генетических родственников твоего сына идут мужчина и женщина в подходящем возрасте. Я уверен это твои биологические родители, а твоему сыну они дедушка и бабушка.
- Ну, ты. А кто?
- Помнишь, у нас лечился Петров. Он горный инженер.
- Петров? Как же помню. Он ещё с супругой вечерами поет в ресторане.
- Вот вспомнил. Это твои папа и мама.
- Ё-моё. Нет, ну неисповедимы пути господни, - а сам подумал: "Общие гены неспроста свели его и родителей в одном месте. Понятно откуда у меня музыкальные способности. Слава богу, что Ирина хоть не моя родная сестра. Это знаю наверняка. Но где-то у меня есть брат или сестра и теперь я это тоже узнаю". От ожидания новых приятных событий у него аж защемило сердце.
- Что-то приятель у тебя снова случилось? Неужели двойня? - участливо спросил Виктор.
- Не смейся. Кто у нас родиться, мы врачи знаем сразу после зачатия. Есть такие методики. Но день сегодня выдался богатый на события. Знаешь, вся моя семья уже здесь. Теперь наверно я останусь на Марсе навсегда.
Пояснение некоторых терминов и аббревиатур.
1 NG - аппарат. Аппарат нормальной гравитации (центрифуга).
2 АИЛ - аппарат искусственного легкого.
3 Аппарат БТИ - биотканевый инкубатор.
4 Арес [греч. Arēs]. В древнегреческой мифологии: бог войны; то же, что в древнеримской Марс
Зверь - [греч. θηρίο] - фирИо
5 Кролик [греч. κουνέλι] - кунЭли;
6 СЖО - система жизнеобеспечения. БСК - тормозная жидкость применявшаяся в машинах "Запорожец" :)
Прямая ссылка: Один сол из жизни доктора Мальцев. На тот случай если читатель, скачавший текст, когда-нибудь захочет вернуться, написать комментарий, переслать ссылку приятелю или отметить произведение своей оценкой.
<
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) В.Пылаев "Видящий-4. Путь домой"(ЛитРПГ) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"