Суботина Татия: другие произведения.

Пуля для невесты книга 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 8.43*14  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вторая часть "Пули для невесты". ЧЕРНОВИК. ПРИ РЕДАКТИРОВАНИИ окончательной версии возможно будут вырезаны некоторые сцены или, наоборот, дописаны. Ляпы могут присутствовать, за адекватную поимку блох - буду благодарна! Книга написана. Находится на стадии редактирования. Пока бесплатно и полностью можно прочесть на ПродаМане. Не сможете найти - пишите на почту, дам ссылку. Здесь появляюсь очень редко, вопросы могу пропустить. Третья книга в работе.
    О чем думала Катя, решаясь ввязаться в авантюру с путешествием во времени? Уж точно не о том, что параллельно со спасением незнакомца придется спасать и собственное сердце. Все, что хотелось - помочь и утолить любопытство, наскоро разобравшись с загадками. Вляпаться в неприятности - раз плюнуть. Особенно тогда, когда ты совсем не знаешь правил игры мира существ. Просто хотела помочь?! Не оправдание. Теперь попробуй-ка разберись с опасностями и новыми открытиями, к которым оказалась совершено не готова. И не забудь, что, как говорят, благими намерениями...
    Выкладка на другом ресурсе.
    В связи с участившимися сливами книг в пиратские библиотеки... Напоминаю, последние главы книги бесплатно получат те, кто комментировал роман по ходу выкладки.
    homepage counter счетчик сайта
    Стоит ли затевать самостоятельную историю с некоторыми персонажами из "Пули"?
    Нет. Хватит истории Егора и Кати.
    Нет. Мне достаточно будет информации о развитии отношений второстепенных героев вскользь во второй книге "Пуля для невесты".
    Да. Хочу историю Иллариона и Ады.
    Да. Хочу историю Петра Ивановича.
    Свой вариант ответа в комментарий.


Татия Суботина

"Пуля для невесты"

книга 2

   Аннотация:
   О чем думала Катя, решаясь ввязаться в авантюру с путешествием во времени? Уж точно не о том, что параллельно со спасением незнакомца придется спасать и собственное сердце. Все, что хотелось - помочь и утолить любопытство, наскоро разобравшись с загадками.
   Вляпаться в неприятности - раз плюнуть. Особенно тогда, когда ты совсем не знаешь правил игры мира существ. Просто хотела помочь?! Не оправдание. Теперь попробуй-ка разберись с опасностями и новыми открытиями, к которым оказалась совершено не готова.
   И не забудь, что, как говорят, благими намерениями...
  

Глава 1

   Аромат сандала и апельсина дрейфовал по комнате.
   Помнится, когда-то благовония хорошо влияли на него, приносили нечто отдаленно напоминающее покой.
   О тех чуждых временах он старался не вспоминать.
   Пустое это. Тратить силы на кусочки памяти, мысленно возвращаясь назад. Подобные путешествия не способны принести ничего полезного, лишь разворошить пустоту, с которой почти удалось свыкнуться.
   Каждый раз поджигая аромопалочки, он делал это скорее в дань старой привычке, чем ради пользы. Потому как все благоприятное влияние этих дымящих штучек на его настроение исчезло еще несколько веков назад.
   Он думал, что ночь никогда не сможет надоесть. Эта красавица умела блистать тысячами различных оттенков. Пусть другие считали темное время суток всего лишь блеклой стороной яркого дня. Плевать. Так могли говорить, лишь жалкие людишки, слабые по сути и невидящие дальше собственных носов.
   Он же хорошо знал, ночь - лучший вариант для него.
   Если вообще не единственный...
   Но время имеет свойство предавать, видоизменяя сложившееся мнение на противоположное.
   Проклятое время мира!
   По происшествии однообразных столетий он перестал переоценивать преимущества ночи. Больше не упивался ее красотой, как страдающий жаждой вблизи благословенного оазиса.
   Теперь его единой, крепко обосновавшейся рядом, спутницей оказалась скука.
   Бабочки резко взлетели под деревянный свод потолка. Перезвон их хрустальных крылышек можно было принять за своеобразную волшебную мелодию.
   Ленивым взглядом он проследил за зигзагообразным полетом этих мелких тварей, что когда-то соткала магическими нитями одна из его любовниц. Предполагалось, что каждый раз, когда бабочки пустятся в воздушное путешествие по его дому, он будет вспоминать ее, ту, что вложила часть своей магии, оживив их.
   Напрасно эта дурочка, такая же, как тысячи до нее, надеялась на это.
   Ни одной женщине не удалось вызвать в нем истинную искру интереса, а тем более заставить думать или вспоминать о ней. Он мог позволить себе лишь краткое падение в наслаждение, когда упивался теплотой и мягкостью женского тела. И не больше.
   Ему удавалось полностью охладеть к женщине даже тогда, когда ее кожа, покрытая бисеринками пота после чувственной разрядки, еще соприкасалась с его. Никто не смог овладеть его сердцем. Ведь невозможно забрать то, чего не существует...
   И хоть любовницы, согревающие его постель, менялись так часто, что трудно было запомнить их лица, магических бабочек он не стал уничтожать.
   Даже это являлось специфическим способом заполнить пустоту и скуку, что становились лишь сильнее год от года.
   - Почему он все еще жив?
   И не пришлось оборачиваться, чтобы понять, кому принадлежал этот резкий, наполненный злобой голос.
   - Он слишком любит жизнь, - как нечто само собой разумеющееся сказал мужчина, передернув плечами. - К тому же главе благоволит богиня Справедливости.
   Саркастический хмык, слишком громко прозвучавший в комнате, заставил его против воли повернуться к источнику звука. Пламя в камине посинело, взмывало вверх, щедро сыпало искрами. Если бы оно не обладало магическими свойствами, то смогло бы в считанные секунды перекинуться на соседствующие предметы и сожрать к чертовой матери дом до основания.
   Мужчина скрипнул зубами.
   Не то чтобы он переживал... Вовсе нет! Просто ненавидел любое посягательство на свою собственность. Тем более что века, проведенные в этом доме, превратились в привычку. А их трудно менять. Для этого необходима хоть малейшая искра энтузиазма, которым он давно не обладал.
   - Эта стерва всегда была слаба на смазливых мальчиков, - скривился незваный гость.
   Его силуэт мерцал и постоянно двигался среди языков пламени, то искажаясь до невразумительного пятна, то возвращая форму, словно анимация "убитого" качества.
   Некоторое время тягостное молчание прерывалось лишь потрескиванием огня, да перезвоном от полета хрустальных бабочек.
   Гость не спешил продолжать разговор. Мужчина же не собирался вдаваться в обсуждение воли богов. Как бы сильно он ни презирал этих паршивцев, но вечность научила, что держать язык за зубами порой единственно верное решение.
   - Тебе нужно сделать так, чтобы моя сестрица перестала испытывать к нему симпатию. Иначе, нам его не убрать, - наконец, заговорил пришелец.
   - Это действительно надо именно мне?! - язвительно бросил мужчина.
   Огонь зашипел, синие язычки взметнулись вверх, облизав часть потолка. Мужская фигура трансформировалась в огромное обезображенное нечто, громко утробно рыча. От такого мощного звука - задрожали стекла.
   Еще несколько веков назад подобная демонстрация силы могла впечатлить, сейчас же мужчина даже не дрогнул, наблюдая за скучным представлением.
   Удостоверившись, что страха или благоговения трансформация не вызывает, гость вернул себе привычный облик.
   - У нас уговор, - приглушенно напомнил он. - Или ты забыл?
   Еще бы не помнить!
   Дернул же черт составить договор с богом Обмана!
   Одна мысль останавливала слепую ярость - он, наконец, завладеет цепью и освободится от обязательств перед богами. Конечно, после того, как поспособствует убийству главы призрачного ордена.
   Ах, эти склоки, интриги и подковерные игры!
   Сколько ни живи, а выдумки в предательствах - ноль целых и ноль десятых.
   Скука смертная.
   И что им всем неймется? Вечность делят власть, предают, убивают, лгут и не останавливаются на достигнутом.
   Первое время подобные спектакли его даже забавляли, но когда сценарий стал неизменно повторяться - и это действо быстро наскучило.
   Все же, как ни крути, а постоянно предугадывать исход событий - набивает оскомину.
   Бог Обмана, конечно, последний кому вообще стоит верить на слово, но договор, скрепленный кровью, не даст возможности обвести его вокруг пальца. И как только цепь, из-за которой боги все века держат его на коротком поводке, вернется к нему - божественные ублюдки поплатятся. Сполна.
   - Времени до Самайна достаточно, чтобы хоть тысячу раз прикончить главу, - спокойно ответил мужчина.
   - Мне не надо тысячу! - Огонь взвился столбом. - Хватит и одного. Только чтобы наверняка.
   Он не стал ничего отвечать "гостю".
   Кто бы мог подумать, что бог Обмана окажется таким дерганым типом?!
   - Заставь богиню отказаться от покровительства над главой, - зашипело пламя.
   - И как по-твоему я должен ее "заставить"? - скривился мужчина.
   Нет. Все же сотрудничать с богами крайне утомительно. Вроде и живут вечность, а мозгов меньше, чем с куриное яйцо.
   - Тея всегда слишком близко к сердцу принимает несправедливость любого рода, - загадочно протянул заказчик. - Особенно к женщинам.
   Бог Обмана не сказал ничего по сути полезного или того, чего он, палач, сам бы не знал. Но последнее замечание могло оказаться "в руку", если подгадать момент и правильно его использовать...
   - Пока мальчишка находится под защитой моей дорогой сестрицы, - с последним словом огонь сыпанул пригоршней искр, точно сплюнул от отвращения, - никто не сможет ему существенно навредить.
   Возразить этому оказалось трудно, богиня Справедливости славилась жестким характером и принципиальностью, но он попытался.
   - Не заметил, чтобы она его хоть как-то защитила от проклятия Гекаты. Без сущности он слаб.
   - Эта слабость его не убьет.
   - Конечно, нет, - согласился мужчина. - А вот несколько удачных выстрелов - как раз.
   Из-за глубокого капюшона, натянутого на голову так, что невозможно было разглядеть лица, он не видел, какое впечатление произвели последние слова на бога. Хоть вполне догадывался.
   Удовольствие.
   Злорадство.
   Предвкушение.
   В наглядных подтверждениях собственной правоты палач не нуждался.
   Сказывался опыт прожитых веков и сотни тысяч выполненных "заказов". Убийств.
   - Срок тебе до Самайна, - с нажимом провозгласил пришедший. - Глава должен быть мертв, а...
   - Проход в мир смертных открыт, - закончил за него мужчина, махнув рукой. - Я все помню.
   И как ни помнить? Боги вновь затеяли борьбу за власть.
   Но ему до этого не было никакого дела. Впрочем, как и до тех последствий, к которым приведет прорыв в мир смертных и последующая битва существ. Большую часть людей просто сметет первой черной волной смертей, остальные либо станут рабами существ, либо пойдут на корм.
   Если бы это хоть как-то тревожило палача, он даже мог бы попытаться посочувствовать.
   Но сочувствовать не стоило.
   Банальная эмоциональность - удел человечишек.
   Слабых.
   А он никогда не был слабым и... не будет.
   У богов своя война, у него... своя.
   Ну а люди... Люди так... расходный материал.
   - Умный песик, - пренебрежительно проскрежетало из огня. - Попробуй только подведи меня, и твой теперешний ошейник покажется сущим раем.
   Пламя пыхнуло так ярко, что на мгновение могло показаться точно мир взорвался белым светом.
   Раздалось шипение. Фигура в камине быстро скрутилась в тугую спираль, взметнулась вверх и выстрелила снопом синих искр, растворившись в воздухе.
   - Показушник, - скупо обронил вслух мужчина.
   Синее пламя мгновенно погасло, а обычное, что пылало ранее в очаге, так и не зажглось заново.
   Одним взмахом руки мужчина прекратил полет хрустальных бабочек. Этот слабый перезвон стал изрядно действовать на нервы. Магические существа опустились на полку над камином, их крылышки поблекли, сложившись воедино.
   Комнату обняла тишина.
   Плотная, как твердый сыр.
   Звенящая.
   Напряженная, точно струна, ожидающая игры мастера.
   Лишь изредка молчание прерывалось то гулом ветра за окном, то тревожным уханьем филина, скрипом старых половиц или же писком какой-то мелкой твари.
   Мужчина неподвижной мощной фигурой застыл у окна, вглядываясь в темноту.
   Казалось, он даже не дышал.
   Раньше ночь всегда помогала в принятии верных решений. Только в эти часы он чувствовал себя свободным. В окружении тьмы не надо было скрываться.
   - Темное к темному, - помнится именно так сказала первая женщина, что осмелилась накинуть на него цепь.
   И он не стал бы перечить этому утверждению.
   От правды все равно не скрыться. Лучше уж принять ее таковой, какая есть.
   Сейчас же...
   Либо палач разучился слушать ночь, либо она больше не желала говорить с такими, как он.
   И не все ли равно, если решение уже принято?!
   Что-то не давало ему покоя. Некое едва уловимое чувство тревожности. Легкий зуд. Словно мелкая заноза, застрявшая в пучке пальца.
   Или нетерпеливое ожидание чего-то грядущего...
   Важного и доселе неизведанного.
   И это чувство никак не давало ему полностью сосредоточиться на поставленной цели.
   Поэтому вместо того чтобы скорее раздать необходимые указания, он просто... стоял у окна.
   Зрение никогда не подводило палача в темноте. Вот и сейчас, вглядываясь в черное, на первый взгляд, стекло он без труда различал кромку леса. Настолько древнего, что даже он сам, повидавший чуть ли не сотворение мира, не смог бы точно сказать, когда именно появилась эта чаща.
   И что именно там обитало...
   Наблюдая за пушистыми верхушками сосен, он довольно часто задумывался о том, каково это быть по-настоящему свободным? Независимым от характера, настроения или замыслов очередного тупоголового бога, что вознамерился подергать "черного пса", как любили называть его небесные жители, за поводок.
   Ни разу за все прошедшие столетия палач не отыскал необходимый ему ответ.
   Может, просто не там искал?
   Или же стоило прекратить эфемерные поиски и начать действовать?
   Что-что... а идти напролом к цели, он научился.
   Мужчина не знал, сколько времени вот так простоял в раздумьях, опираясь на подоконник. Может несколько минут, а может и часов.
   Также неизвестно, сколько бы еще смог неподвижно вглядываться в пространство, если бы не заметил, как небо плотнее закуталось в черноту, словно в палантин.
   Палач любил этот короткий и самый темный момент ночи - миг перед рассветом.
   В другое мгновение он бы обязательно полюбовался зачатием нового, ненавистного дня, но указания стоило раздать до того, как взойдет солнце.
   Поэтому мужчина поспешил к камину. Уверенными движениями заменил отсыревшие поленья новыми и развел огонь.
   Кинув в пламя амулет призыва, отступил вглубь комнаты.
   Через несколько десятков секунд раздалось знакомое шипение, полымя позеленело, из камина высунулась полупрозрачная, завернутая в черный кокон, сущность.
   - З-звал, хозяин?
   Обращение прозвучало нечетко, звук слышался глухим с ярко выраженными шипящими нотками.
   Но палач прекрасно расслышал.
   Ему часто приходилось работать с падальщиками мира существ.
   - Передай моим союзникам, что могут начинать задуманное.
   Тень зашлась в глубоком поклоне.
   Зеленые огоньки лизнули черный кокон и световыми бисеринками скатились на пол, мгновенно исчезнув.
   Запах разложения мертвой плоти зеленым дымком поплыл по воздуху.
   - Как можно скорее, - добавил палач, кривясь от брезгливости. - И пусть постараются не облажаться, как в прошлый раз.
   - Будет ис-сполнено, хоз-зяин.
   - Выполняй немедленно.
   Тень вновь молчаливо кивнула и без лишних напоминаний исчезла, превратившись в мутный сгусток, что метнулся к западной стене и резво прошел сквозь нее.
   Первым делом мужчина подошел к окну и распахнул его, чтобы выпустить зловоние. Как только свежий воздух наполнил комнату, палач, усевшись в глубокое кресло у камина, вновь вперил взгляд в пустоту.
   На своем веку палач знал каждого главу призрачного ордена. Все они отличались бескорыстием и твердостью характера. Да и Егор явно перенял эти черты от своих предков. Хотя исчезновение истиной сущности уже должно было спровоцировать некоторые агрессивные изменения.
   Честно говоря, лично против него палач ничего не имел, но... уговор есть уговор.
   Завеса должна быть разрушена до Самайна, чтобы очередной мирный договор между слоями существ и смертных не подписали.
   На кону стояло слишком многое, чтобы просто так взять и отказаться от задуманного.
   По его указке бабочка уже махнула крылышками, осталось только дождаться последствий...
  
  

Глава 2

   За три дня до предполагаемых событий...
  
   Было больно.
   Поначалу даже не верилось, что я могу испытывать что-то настолько жгучее и безжалостное. Чувство прошло сквозь грудную клетку острым откровением. И не скажу, что оно оказалось хоть чуточку приятным.
   Будь на то моя воля - зареклась бы испытывать что-либо подобное еще раз.
   И, конечно же, не отказалась бы от волшебной кнопки или рычажка, с помощью которых смогла бы управлять временем. Обязательно отмотала бы его назад, воспользовавшись шансом избежать всей скверности ситуации.
   Хотя бы ради того, абы не чувствовать себя полной дурой.
   Наивной.
   Обманутой.
   Отвергнутой.
   В порыве эмоций я даже попыталась сдернуть с шеи цепочку с чертовой подвеской, что втянула меня во все это! Цепочка не поддалась, как неистово я ее не дергала. И вскоре после того, как поняла, что любые попытки избавиться от вещицы, разорвать или снять с себя - безуспешны, прекратила и пытаться.
   Толку-то? Лишь нервы портить.
   Говорят, что мечты разбиваются неимоверно болезненно.
   Наверное, это и вполовину не настолько ужасающе, как когда приходится разочаровываться.
   В тех, кем имела глупость очароваться.
   А особенно больно разочаровываться в себе.
   Ведь, кто виноват в совершенных ошибках, если не ты сама?!
   Я могла бы, горестно уткнувшись в коленки, мысленно винить в бедах кого-нибудь другого. Тем более что даже знала конкретно кого.
   Но!
   Опыт прошлого прекрасно доказал обратное.
   Мне всегда настойчиво не везло в отношениях с противоположным полом. Первую неудачу спокойно можно списать на случайность, вторую - на досадную оплошность, ну а третья и последующие, как ни крути, а становятся неприятной закомерностью.
   Вывод напрашивался самостоятельно.
   Все дело во мне.
   Я - неправильная.
   Другая.
   Ущербная.
   Только комизм ситуации заключался в ином. Если ранее, зная, что я просто-напросто неспособна привлекать мужчин, как женщина, и поэтому невозможно будет построить нормальные отношения, смирилась и жила спокойно, то сейчас, покорив первую вершину наслаждения, падать в пропасть оказалось... мучительно.
   И ужасно обидно.
   Никогда не думала, что близость мужчины может оказаться настолько фантастической. Уснула я самой счастливой девушкой, блаженно мечтая и грезя о совместном с Егором идеалистическом будущем. Проснулась... в комнате, которую занимала в особняке, заботливо кем-то раздетая до нижнего белья и укутанная одеялом.
   Растерянная, но по-прежнему мечтательная. А еще с твердой уверенностью, что обрывки воспоминаний, где Егор нес меня на руках до машины, оказались не сном - реальностью.
   Представлять себя, безмятежно спавшую, вовремя того, как мужчина проходил над пропастью - не имело смысла. Сразу становилось слишком жутко. Да и портить настроение приступами страха - последнее, что хотелось. Поэтому я быстро справилась с паническими мыслями, запретив себе даже думать об возможных опасностях, что могли с нами приключиться на обратном пути, пока я бездействовала, и занялась приятными утренними процедурами.
   Отмокала в душе я довольно долго. Горячая вода - это сила! Никак не могла заставить себя перестать нежиться, подставляя, то спинку под тугие струи, то живот. Мышцы, непривыкшие к подобным, как вчерашние, физическим нагрузкам, свело тупой болью. Но символический водный массаж приносил ощутимое облегчение. Поэтому отказаться от удовольствия оказалось почти невозможно. Только благодаря силе воли, я прекратила изображать балдеющего под домашним водопадиком зомби, и завершила водные процедуры.
   Приведя внешний вид в относительный порядок, долго крутилась перед шкафом, не зная, что именно выбрать из одежды на сегодня. Кстати, сумка, что я привезла из квартиры, была уже кем-то разобрана, вещи аккуратно сложены в шкаф, книги и документы обнаружились в тумбочке, а мобильный телефон на пуфике возле кровати.
   Кто же так заботливо копается в чужих сумках, наводя порядок?
   Ответом, как всегда, мне послужило безразличное молчание. К сожалению или счастью, стены не умели говорить.
   Дав себе обещание, что обязательно разберусь с этим позже, вернулась к главной женской дилемме: "Что надеть?".
   Как только брала в руки платье, мысленно задавалась вопросом: "Понравится ли оно Егору?". В итоге забраковала почти всю одежду, что забрала из квартиры, собираясь сюда.
   Никогда еще я не одевалась для кого-то, пытаясь спрогнозировать будущую реакцию на собственную внешность. Это дело оказалось неблагодарным, изнурительным и раздражающим.
   Скрепя сердце, остановила выбор на ситцевом сарафане простого покроя и целомудренной длины до середины колен. Яркие цвета в одежде я всегда избегала, боясь ненароком выделиться из толпы даже в этом. Да и подчеркивать неестественную бледность кожи не хотелось. Но этот сарафан чистого лазурного цвета все равно купила, хоть и не носила прежде. Сейчас же, за неимением другого выбора, рискнула. На безрыбье, как говорят, и рак - рыба...
   Собственным отражением в зеркале так и не осталась довольна. Я совсем не считала себя красавицей, но сегодня хотелось выглядеть по-особенному хорошо. Чтобы... понравиться Егору. И каждая деталь во внешности была подвергнута неповторимому критическому разбору.
   Меня не устраивало все: от непослушных кудряшек, до выпирающих ключиц и острых коленок. А еще в глазах появился какой-то странный блеск. То ли свет необычно падал, то ли эмоциональный подъем выражался именно так. Маленьким счастьем, словно искорки, во взгляде.
   Магией превращения замухрышки в принцессу я не обладала, поэтому пришлось смириться с тем, что дала мать-природа. Ведь видел же Егор вчера кого целовал?! Вот и сегодня не должен сверх меры быть разочарованным мной, обычной с непримечательной внешностью де... гувернанткой.
   Подгоняемая нетерпением поскорее увидеть мужчину своей мечты, я покинула комнату. Тогда ведь еще не знала, что первое разочарование уже поджидало, мстительно затачивая когти, чтобы побольнее царапнуть...
   Бродить в одиночестве по огромному, чужому дому, где ночью из-за сущей "случайности" может оторвать голову, как Аннушке, было бы сверхглупостью. Посчитав, что Егор уже должен был спуститься к обеду, я довольно быстро отыскала выход к лестнице и спустилась на первый этаж.
   Реальность не оправдала ожиданий.
   В столовой хозяина особняка не оказалось, стол не радовал изобилием яств. Видимо, я опоздала к обеду, остальные уже успели поесть и теперь разошлись каждый по своим делам.
   Вот клуша! Никак платье не могла выбрать и проворонила того, для кого так тщательно наряжалась!
   Укол разочарования не должен был быть острым, но именно таким и оказался.
   Расстроившись, я не сразу заметила, что не одна в комнате.
   Около окна в дальней стороне стола, сидела Настя. Сцепив руки в замок перед собой, она не спускала с меня неприязненного взгляда. Выглядела осунувшейся, напряженной и немного бледной. Солнечный свет бил ей в спину, отчего вокруг головы, казалось, создалось желтое сияние, подсвечивая рыжие пряди.
   На столе слева от нее примостился серебряный поднос с фарфоровой чашкой и милым заварником. На блюдечке, нетронутая, покоилась румяная булочка.
   Легкий запах сдобы тут же пробудил зверское чувство голода, на которое раньше я старалась не обращать внимания.
   Я двинулась к столу, гипнотизируя булочку и постоянно сглатывая подступающую слюну.
   - Где вы были? - громко и довольно грубо спросила Настя.
   - Что? - отвлекшись на пробудившийся аппетит, я не сразу поняла, что рыжая имела в виду.
   - Где вы провели ночь?! - резко вскочила она.
   Стул опрокинулся с глухим звуком.
   - Я не...
   - Егор не ночевал дома!
   От подобной истерики, я застыла безмолвным истуканом.
   Не дожидаясь ответа, девчонка схватила поднос и швырнула в меня. Для такого хрупкого телосложения бросок у нее получился довольно легко и... метко. Поднос с посудой пролетел стол, и я лишь в последнюю секунду успела увернуться, чтобы снаряд не настиг цель.
   Чай расплескался во время полета, оставив на столешнице коричневую лужицу, венчаемую перевернутой чашкой. Булочка приземлилась где-то справа от меня отдельно от тарелки, что разбилась на мелкие кусочки, как только соприкоснулась с полом, падение подноса сопровождалось грохотом. Как только заварник треснулся об пол, его содержимое брызнуло мне на ноги.
   Нежности кипятка никогда не вызывают радость, но сопровождаются бурей иных чувств.
   Вот и сейчас, я мгновенно взвыла, собираясь то ли прыгать, то ли бесцельно обмахиваться, лишь бы прекратить жжение.
   Ни того, ни иного сделать просто не успела, испугавшись неожиданной близости рыжей.
   - Вы были вместе, да?! - зашипела она мне в ухо.
   Я даже не заметила, как Настя так быстро оказалась за моей спиной, обдавая затылок горячим дыханием. От такого соседства неприятный холодок прошел по позвоночнику.
   - Это не смешно, - я постаралась изгнать страх и приосаниться.
   Она ведь совсем девчонка! К тому же квелая и обделенная нормальными понятиями про общение, если верить Егору. Глупо бояться почти ребенка!
   Разум старательно пытался взять верх над эмоциями.
   Только злоба, звучавшая в голосе Насти, совсем не придавала мне должного оптимизма.
   - Мы поехали забрать мои вещи, а потом решили съездить в... - сбивчиво начала я, но резко опомнилась. С какого перепугу вдруг стала мямлить и оправдываться? - Брат тебе не рассказал?
   - Я его сегодня еще не видела.
   Что если про особенное место для Егора никто больше не знает?
   Приятная теплота распространилась в районе солнечного сплетения, вернув мне утерянное спокойствие.
   - Тогда спросишь у него сама, если Егор вдруг решит давать отчет младшей сестре, то ответит.
   Настя стушевалась.
   Да и я сама не ожидала холодных ноток, что вдруг прозвучали в голосе. Видимо, преподавательская псевдовыправка проснулась. Стараясь не выдать страха, что все еще не отпускал, спустившись слабостью в коленки, я обернулась и отодвинулась.
   Кто знает, что у нее на уме?
   Подростки - они такие... нестабильные.
   - Я-я, - замялась девчонка. - Просто волновалась. Он не пришел, а ты... Ночь. И...
   Настя говорила сбивчиво, глотала слова, точно спешила оправдаться, но вдруг забыла, как это правильно делается. Что девчонка имела в виду, мямля и краснея, я так и не поняла, кроме того, что поступок Егора вызвал в ней волнение и страх.
   Помня, что пообещала заниматься с рыжей, решила прощупать почву заранее. Попробовать наладить контакт и проявить больше понимания, сочувствия. Хотя Настя этой истерической выходкой вызвала во мне страх и неприязнь.
   Но ведь она всего лишь ребенок...
   - Он всегда ночует дома?
   - Нет.
   - Всегда предупреждает тебя? - продолжала допытываться я.
   - Нет, - скрипя зубами, выдавила Настя. - Просто я привыкла, что он читает мне на ночь, а тут он...
   Я скептически выгнула бровь. Он читает ей? Сказки? А не слишком она уже переросла возраст для волшебных историй?
   - Он не пришел! А ты! И вы! - вновь взвилась рыжая.
   - Ты ревнуешь?! - оторопела я.
   Настя нахмурилась, тряхнула головой и спросила последнее, что я ожидала от нее сейчас услышать:
   - А что такое ревность?
   Либо она откровенно издевается надо мной, либо...
   Судя по широко открытым глазам рыжей, в которых плескалось любопытство, я остановилась на втором варианте. Она действительно не знала, что значит ревность.
   Разве у нее может быть пробел в базовых знаниях?
   А как же учеба дома, о которой говорил мне Егор?
   Неужели нельзя было объяснить девочке элементарного? Начать с цветов, цифр, а там и к эмоциям плавненько перейти...
   Или же она все же издевается?!
   Бред какой-то!
   - Я... - растерянно выдавила в ответ, плохо соображая, как вообще подобное возможно. - Расскажу тебе на уроке.
   Только интересно, как я это сделаю?!
   Отбарабанить на зубок биографию писателя, раскрыть фабулу, сюжет, характер героев книги - это всегда пожалуйста. Но объяснять значение эмоций, когда сама толком не разбираешься в подобном...
   Мысленно сделала пометку начать обучение с Шекспировского "Отелло". Пойдем легким и знакомым путем. Буду объяснять на примере героев. Рассуждая о книгах, я всегда чувствовала себя, как рыба в воде. Уж лучше играть на своей территории, чем блуждать в потемках метафорических сравнений.
   - Не сегодня, - тут же воспротивилась девчонка.
   Я хотела было поспорить, настоять на своем, пустой желудок и жжение в ногах никак не настраивают на миролюбивый лад, но передумала.
   Начнем собачиться почем зря - мира никогда не достигнем. Оно мне надо?
   - Не сегодня, - согласилась, выдавив улыбку. - Но завтра отлынивать не позволю! Я согласилась учить тебя не для того чтобы...
   - Что здесь происходит? - Ада ворвалась в столовую, словно взбешенный смерч.
   Она смерила нас с Настей хмурым взглядом, осмотрев "поле разрушений", хмыкнула и презрительно сморщила носик.
   - Гладиаторские бои на своей территории не потерплю, - сказала, как отрезала.
   Несмотря на совершенно прозрачную неприязнь ко мне со стороны брюнетки, я искренне обрадовалась ее появлению. Да и явной угрозы от Ады не ощущала. А вот рядом с Настей по-прежнему было неуютно настолько, что постоянно хотелось поежиться и сбросить с плеч непонятное липкое чувство.
   - Ты! - Ада вытерла руки о передник, оставив на нем белые разводы, и повернулась в сторону рыжей. - Быстро здесь все убираешь. А если я увижу, что ты поцарапала подносом столешницу, будешь зализывать повреждения языком. Уяснила?
   Ее тон не предполагал даже малейших возражений с чьей бы то ни было стороны. Глядя на спокойную решимость Ады я отчетливо поняла, что это последний человек здесь, с кем стоит ссориться. Даже приготовилась кинуться самостоятельно убирать столовую, Настя же явно энтузиазмом не пылала.
   - Да, как ты смеешь мне приказывать?! - вскрикнула девчонка. - Ты здесь никто! Прихлебала!
   Я сжалась, ожидая ответного взрыва на оскорбление, но его не последовало.
   Выдержке Ады смело можно было позавидовать.
   - Сама насвинячила, сама и уберешь. Я подтирать за тобой не нанималась.
   Настя сжала кулаки, глубоко вдохнула, точно перед прыжком в воду. Ее лицо и шея стремительно покрылись красными пятнами возмущения.
   - Откуда ты вообще решила, что это сделала я?!
   Ах, маленькая нахалка!
   Она решила перевести стрелки?!
   Брюнетка медленно посмотрела на меня, склонив голову набок, точно что-то просчитывала в уме. Потом также демонстративно сверля Настю взглядом, ответила:
   - Больше некому. Так что не тяни время. Раньше приступишь, раньше освободишься, - протянула она. - Все необходимое найдешь в кладовке.
   Девчонка сердито сопела, но продолжала стоять истуканом.
   - Можешь начинать.
   Секунда-другая молчания, и свершилось чудо.
   - Хорошо, - прошипела Настя. - Но не думай, что я это тебе забуду.
   Не дожидаясь ответа, она выбежала из столовой.
   Я уже хотела было ретироваться следом за ней, как Ада одарила и меня "заботливым" вниманием.
   - А ты иди в лабораторию, - будто бы нехотя выдавила из себя девушка. - Илларион будет только рад тебя "обработать".
   Последнее слово она нарочито подчеркнула изрядной долей отвращения. Сначала я удивилась, не понимая, что именно Ада имела в виду, а потом опустила взгляд, заметив красные пятна чуть повыше щиколоток. Когда двойной смысл фразы, наконец, дошел до меня, щеки стыдливо вспыхнули жаром.
   - Нет, не стоит, - тут же отказалась. - Ожога нет, ничего не болит.
   - Болеть будет потом, - как несмышленышу, растягивая слова, поведала она. - Так что иди давай, не маячь перед глазами. Некогда мне еще и с тобой нянчится.
   Я честно попыталась обидеться. Кто ее вообще просил со мной нянчится?! Или я так беспомощно выгляжу?
   И если бы слова Ады прозвучали с издевкой, то началась бы новая перепалка. Настроение испортилось, а голод делал меня агрессивной.
   Но брюнетка сказала это с уставшим вздохом, точно просто констатировала факт, а не пыталась специально меня задеть. И обидеться не получилось.
   - Я не знаю, как открыть дверь, - вспомнив про кнопочки у входа в лабораторию, призналась я.
   - Тебя проводят. - Отмахнувшись, как от назойливого насекомого, Ада понурила голову. Избегая смотреть мне в глаза, точно неожиданно чем-то расстроилась, она вышла из комнаты.
   Стоило обернуться, как на пороге столовой заметила дворецкого.
   Еще один недовольный тип по мою душу!
   А ведь день так хорошо начинался!
   Прислонившись плечом к дверному косяку, мужчина молчаливо гипнотизировал меня взглядом. Как ни странно, но в этот раз я заметила проблеск любопытства среди мрачности и недоверия. Эдак смотрят на кошку с пятью лапами или гусеницу, что так и не превратилась в бабочку. Точно пытаются на расстоянии препарировать и вызнать все секреты.
   Не сказав мне и слова, дворецкий двинулся в холл к лестнице. И по дороге даже ни разу не обернулся, словно совершенно точно знал, что я последую за ним.
   И что мне оставалось делать?
   Кожу действительно жгло, от успокоительной мази сейчас я бы точно не отказалась. Пришлось плестись за угрюмцем, чуть ли не дыша ему в спину и надеяться, что Илларион встретит меня с улыбкой, а не мрачной, пренебрежительной миной, как все до него.
  

Глава 3

  
   Когда Ада сказала, что меня проводят, я ожидала легкую помощь в открытии кодового замка. И совсем не оказалась готова к тому, что дворецкий будет неусыпно следить за мной, как только мы попадем в белый коридор Иллариона, а успокоится и уйдет только тогда, когда передаст ученому "из рук в руки". Точно бомбу замедленного действия.
   Больное недоверие со стороны этого пристарковатого мужлана - уже начинало откровенно бесить.
   Долго Иллариона искать не пришлось. Он оказался именно там, где мы встретились в прошлый раз. За столом в лаборатории, полностью погруженный в свои записи и баночки-скляночки.
   - Катя?! - округлил глаза ученый, словно увидел привидение.
   Изумление Иллариона было искренним, но от того не выглядело менее смешно. Со всколоченными волосами, в изрядно помятом халате, он напоминал нищего, а не светилу медицины.
   Мужчина резко встал. Пытаясь побыстрее пробраться ко мне, чуть не опрокинул химикаты, смачно выругался и... устыдился. Неожиданно даже.
   Застыв на пороге лаборатории, я задумчиво разглядывала Иллариона. Кажется, впервые покрасневшего при мне.
   - Что случилось?!
   Ожидания на радушную встречу не оправдались.
   Вместо улыбки я получила удивление, тревогу и легкое недовольство.
   - Меня Ада отправила к тебе.
   - Ада?! - мгновенно охрип мужчина. - Зачем?
   Стараясь уже ничему не удивляться, я вкратце пересказала ему случившееся, упустив некоторые ненужные детали.
   Илларион не перебивал, терпеливо слушал, не комментировал. Правда, начал нахально зевать, даже не пытаясь сдержать порывы. Но когда мой рассказ затронул Аду - все признаки скуки мужчины мигом сдуло. Он как-то весь враз подсобрался, напрягся, глаза зажглись живым интересом.
   Заметив столь любопытную реакцию, я стала повествовать медленнее, уделяя гораздо больше внимания деталям, связанным непосредственно с брюнеткой, чем всей истории. Возможно, даже слегка приукрасила. Ученый улыбался и хмыкал, казалось, искренне наслаждаясь рассказом, но потом вдруг нахмурился, откашлялся и ринулся к медицинским шкафчикам.
   Вернулся с тюбиком мази. Мрачный, как грозовая туча.
   Я так удивилась его резкой перемене, что не заметила причину, почему это случилось. Может, сказала что-то не то?
   Илларион утянул меня к кушетке, жестом приказал сесть, а когда я послушалась, примостился рядом и бесцеремонно уложил мои ноги к себе на колени.
   И пока я не успела опомниться и запротестовать, скинул балетки, выдавив полупрозрачную белую субстанцию на пальцы, стал медленными круговыми движениями втирать в покрасневшую кожу.
   Со стороны наше соседство могло показаться более чем интимным. Но волнения или желания от близости этого мужчины я не испытала.
   Любое даже легкое прикосновение к ожогу вызывало жжение и боль. Я поморщилась, пытаясь отодвинуться подальше, а Илларион заговорил:
   - Значит, Ада приставила к тебе Петра Ивановича в няньки?
   Ухватившись за эту мысль, я даже о жжении позабыла.
   - Почему сразу в няньки? - нахмурилась. - Он должен был только помочь мне попасть в лабораторию! Некоторые же кодовые замки понаставили тут!
   - Забавы ради, - фыркнул ученый. - А что, Ада тебе не назвала код? Она ведь прекрасно его знает...
   Меня прошибло пониманием.
   - Она мне не доверяет, - немного подумав, выдала очевидное я.
   Илларион никак не подтвердил эту версию, но и не опроверг. Почему-то стало горько.
   Неужели я никогда не смогу по-настоящему с кем-то подружиться?!
   Закончив втирать мазь, ученый внимательно осмотрел мои ноги и, видимо, оставшись довольный результатом, обул.
   - Неприятные ощущения пройдут через несколько часов, - сказал он, поднимаясь с кушетки. - Пятна сойдут на второй день. Следа не останется.
   - Спасибо.
   Илларион кивнул.
   Занявшись мытьем рук, он несколько раз повторил мне непонятную комбинацию цифр.
   - Запомнила?
   - Что это?
   - Код доступа к лаборатории.
   Я тут же преисполнилась глубокой благодарностью к этому странному, даже немного безумному ученому.
   - Н-но зачем?
   Илларион обернулся, старательно вытирая руки коротким вафельным полотенцем.
   - Не дело постоянно ходить с провожатыми, не маленькая уже, - улыбнулся он и тут же хитро подмигнул: - Тем более что ты теперь здесь как бы работаешь. Мало ли что может тебе понадобиться от меня...
   Поведение мужчины было таким непредсказуемым, что я ни разу пока не смогла понять, когда он шутил, а когда говорил всерьез.
   Но на всякий случай одарила Иллариона красноречивым скептическим взглядом:
   - И не мечтай.
   Но код запомнила. Тоже на всякий случай...
   Илларион закатил глаза.
   - Ты просто не знаешь, что теряешь, детка... - пропел он.
   И вместо того чтобы возмутиться и хотя бы попытаться его осадить какой-нибудь колкостью, я... банально покраснела.
   Неожиданно вспомнила ночь в пещере. Пришло понимание, что теперь стала хоть чуть-чуть лучше разбираться в том, чего могу лишиться...
   Илларион, заметив мой румянец, лишь весело рассмеялся:
   - Ты прелесть, - хохотал он, а потом вернулся к столу и, как ни в чем не бывало, вновь принялся за прерванную работу.
   Немного потоптавшись на месте и уяснив, что мужчина совершенно не обращает на меня никакого внимания, словно выпал из реальности, решила больше не мешать.
   - Ты не подскажешь, где мне найти Егора? - обернулась с вопросом к ученому, уже взявшись за дверную ручку.
   - Не подскажу.
   На мгновение я даже дар речи потеряла.
   - Почему?
   - Потому что если Егор не хочет с тобой ви... - будничным тоном начал Илларион, тщательно перемешивая в прозрачной пробирке ядовито-зеленую жидкость, а потом запнулся, подняв на меня злые глаза. - Он занят. Уехал.
   - Куда?
   - Откуда мне знать? - недовольно буркнул мужчина. Но видимо заметив мою растерянность, смягчился. - Егор занятой человек, его часто не бывает дома. Как только он освободится, я уверен, что найдет тебя.
   Сердце ухнуло вниз.
   А что если с ним уже что-то случилось?!
   И меня нет рядом!
   - Как будто я хоть чем-то смогу помочь при случае, - пронеслась едкая мысль. - Тоже мне... Спасительница.
   - Что бы между вами ни произошло, все уладится, не переживай, - огорошил меня "участием" мужчина.
   Да и говорил так проникновенно, чуть ли руки в утешительном жесте не заламывал.
   - А с чего ты взял, что между нами что-то вообще произошло? - тут же охладила его запал я.
   Нет, я понимаю, что откровенные ласки в пещере нельзя причислить к будничным занятиям, но... Честно говоря, не такой реакции на случившееся я ожидала. И уж тем более не намеками от другого мужчины!
   Илларион вздернул брови, после недовольно прищурился:
   - Мне показалось.
   - Когда кажется, - тут же язвительно начала я.
   - В будущем буду внимательней с догадками, - бесцеремонно прервал мою маленькую шпильку он. - А теперь иди, не мешай работать.
   Я раздраженно выдохнула, но отвечать не стала.
   - Не лаборатория, а проходной двор, - донеслось ворчливое в спину, когда уже вышла за дверь.
   Возвращалась в свою комнату я голодная, злая и растерянная. А еще в полной уверенности, что Егор разболтал Иллариону о случившемся в пещере. И вместе со стыдом меня накрыло первой волной губительного разочарования. Зато переживания за сохранность Егора отпустили, притупившись мрачными мыслями.
   В самом что ни на есть воинственном настроении, я взлетела по лестнице, свернула в коридор и так быстро добралась до нужной комнаты, что и одуматься не успела, как резко рванула ручку на себя. Метнувшись в спальню, захлопнула дверь за собой. Изрядно громко. По-хамски даже. Полностью наплевав на привитые маменькой правила этикета. Обладай я большей силой - имущество Егора явно пострадало бы.
   Как он посмел?!
   Я задохнулась возмущением.
   Конечно, я слышала, что мужчины те еще сплетники, но обсуждать такой интимный вопрос...
   Хотя ведь они друзья. Может, откровенничают и не на такие темы...
   Нет! Все равно не понимаю.
   Егор же прекрасно видел, каким трудом далось мне доверие перед такой близостью! И пусть я не говорила, что хочу чтобы все произошедшее между нами осталось в тайне, но ведь это и так понятно без слов! Разве нет?
   А с другой стороны... Егор ничего мне не обещал. Возможно для него такое вообще в привычке вещей!
   Господи, как все гадко!
   От глупых метаний разболелась голова.
   Так сосредоточившись на гнусных теориях заговора против себя же, я не сразу заметила изменения в комнате. Только намереваясь подойти к окну, чтобы впустить свежий воздух и остудить праведный пыл, увидела на кровати поднос, накрытый серебристой крышечкой. Да так и застыла пораженная, некоторое время просто пялясь на это "чудо".
   Желудок совершенно наглым образом громко взвыл, напомнив, что последний раз я ела почти сутки назад. И тоже в обеденное время.
   Не отличавшись сейчас терпеливостью, кинулась к кровати и быстро подняла крышку. Сладкий творог, стакан сока, две румяные булочки, пиала джема и яблоко. Все выглядело настолько аппетитно, что отвлекаться на манеры и сдерживаться, поглощая пищу медленно, как наставляла мама, не имело смысла.
   Живот подводило от голода! Насыщение - вот единственное на что я полностью переключилась.
   И преуспела!
   Утолив первый зверский голод, я уже гораздо медленнее принялась пощипывать вторую булочку, запивая маленькими глотками сдобу апельсиновым соком.
   Не знаю, кто проявил столь приятную заботу, принеся мне еду, но была благодарна. На сытый желудок даже настроение улучшилось.
   А Егор...
   Что ж и черт с ним. Слишком уж я уши развесила, слюни пустила и придумала сказки об идеалистическом будущем. Впредь стоит быть умнее и помнить, что первая и главная причина моего пребывания здесь - попытаться помешать Егору загнуться осенью, а не устраивать личную жизнь с ним!
   Приняв какое-никакое, но решение, немного успокоилась.
   Но депрессивный настрой все равно остался.
   К тому же занять себя было нечем.
   Слоняться по дому я не рискнула. Что-то меня итак не слишком жалуют здесь. Да и запал к ссорам совершенно исчез. Внутри точно угасло пламя, оставив после себя неприятный холодок.
   Ожог не слишком беспокоил. Жжение почти прекратилось. И хоть более непредсказуемого и многоликого человека, чем Илларион я не встречала, но за его талант лечить была благодарна.
   После сегодняшних столкновений чувствовала себя... грязной. Но, боясь случайно помешать воздействию мази, принимать душ не стала. Хотя очень хотелось. Решила подождать до следующего утра, уповая на правдивость прогнозов ученого. Уродливые красные пятна на ногах - совершенно не то оружие, что может сделать девушку привлекательней. Особенно тогда, когда природа с рождения обделила особой красотой.
   Не то чтобы я вообще пыталась кому-то понравиться здесь...
   Интересно, самообман хоть когда-нибудь срабатывает?
   Со мной, видимо, нет.
   Как ни пыталась отвлечься, а мыслями все равно возвращалась к Егору, ночи в пещере и неприятностям, что ждали меня по возвращению в особняк.
   Но долго пребывать себе в самокопании все же не позволяла. Какой толк будет от меня зареванной и мрачной, когда Егор постучится вечером в дверь?
   Нет. Я должна успокоиться и встретить его во всеоружии. Чтобы... обстоятельно поговорить, расставить все точки над "и". Иначе недомолвки и мрачные домыслы просто доведут меня до безумия.
   Поначалу от нечего делать я просто расхаживала по комнате, более детально изучая окружающее пространство. Чего-то необычного не заметила. Уютная обстановка, удобная мебель из красного дерева, дизайн в приятных, приглушенных тонах. Если бы у меня имелась возможность обустроить комнату под свой вкус, то здесь даже ничего менять и не пришлось бы. Словно под меня делали.
   Потом решила перебрать свои вещи, разложив все так, как привыкла. В итоге заняла себя еще на пару часов и не заметила, как подошла пора ужина. Спускаться вниз категорически не хотелось. Одна мысль о всеобщем недовольстве, что придется лицезреть, как только окажусь в столовой, вызывала тошноту. Поэтому от ужина я благоразумно решила отказаться.
   От несколькочасового голода еще никто не умирал. Да и сдерживать подобные физиологические желания мне было не впервой. Методы материнского воспитания оказались несколько разнообразны в наказаниях.
   И хоть подобные радикальные меры случались редко, но запоминались необычайно ярко, будто впечатывались намертво в память.
   Мама трактовала исключительные уроки голодом тем, что настоящая леди никогда не должна находиться под властью собственного желудка, и лучше не доесть, следя за фигурой, чем переесть.
   Конечно же, "идеальные наказания" приходили в действие только во время отсутствия дома отца, за его спиной. А на работе глава семейства пропадал куда чаще, чем обитал дома. Пожаловаться ему потом я не находила смелости, боясь гнева матери, как кары Господней.
   Нет. Маму нельзя было назвать монстром во плоти.
   У нее, идеальной до кончиков волос, просто существовали личные взгляды на "идеальное" воспитание.
   Стараясь отвлечься от ненужных сейчас воспоминаний, я принялась составлять план будущих уроков с Настей. Ощущение, что еще обязательно намучаюсь с девчонкой, не покидало, превратившись в тревожное предчувствие.
   Покончив со скучными документами, я, прихватив томик Оскара Уайльда, который со времен неудачной велосипедной прогулки покоился в прикроватной тумбочке, удобно устроилась на кровати.
   Намерение дождаться Егора оказалось твердым, как никогда. А надежда, что он обязательно заглянет ко мне в комнату повидаться и все объяснит, словно яркий огонек, горела в груди.
   Ничто не могло так приятно скрасить ожидание, как погружение в любимую книгу. Чтение захватило меня настолько, что я и думать забыла о плохом, как прошлом, так и, возможно, грядущем.
   Время летело незаметно. Вскоре пришлось зажечь ночник на тумбочке, чтобы не напрягать зря в сумерках зрение.
   Уснула я в обнимку с книгой, даже не поняв толком, как это произошло.
   Егор не пришел.
  
  

Глава 4

  
   Проснулась я резко.
   Испуганно сорвалась с кровати, как трусливый заяц, непонятно чем всполошившись. Запутавшись ногами в одеяле, приземлилась на пол не слишком удачно, больно приложилась затылком. Вспомнить, что такого жуткого приснилось, заставив меня спасаться бегством, не получилось.
   Несколько мгновений ушло на то чтобы отдышаться и понять, где именно нахожусь.
   Память не подвела, а вот настроение...
   В сердце иголкой кольнуло осознание, что Егор так и не пришел.
   Или приходил, но я спала и просто не стал тревожить?
   Опять одни догадки... Никакой конкретики!
   Подавив разочарованный стон, я откинула одеяло и поднялась. Видимо только для того чтобы замереть в изумлении. Вместо платья, в котором ждала прихода Егора, на мне красовалась полупрозрачная ночнушка. Кровать была разобрана, томик Уайльда покоился на краешке тумбочки, а на пуфике вместо знакомого подноса с грязной посудой уже стоял новый, поблескивая золотистой крышкой. И судя по аппетитным ароматам, что наполняли воздух, под крышкой меня дожидался завтрак!
   Ой, мамочки!
   Нет, завтрак в комнату, я еще могла понять, но фокусы с переодеванием...
   Ведь точно помнила, что прилегла на кровать немного почитать и...
   Может, сама переоделась перед сном?
   Сейчас я уже ни в чем не была уверена.
   В голове стоял туман.
   Не сводя глаз с подноса, будто под крышкой отсчитывала секунды бомба, я попятилась к ванной. Нервы были на пределе. Все странности последних дней запросто могли довести меня до безумия. Оставалось надеяться, что все необычное на самом деле просто игра моей разбушевавшейся фантазии или забывчивости.
   Самообман - отличная штука! В моем случае еще и спасение от паники. Хотя на задворках разума крепко засела мысль, что в происходящем все не так просто, как мне бы того хотелось и стоит пересилить страх, разобраться, понять, докопаться до истины, но обманываться оказалось намного приятнее. Безопаснее.
   Горячий душ не потерял волшебных свойств. И, приведя себя в более-менее приличный вид, я вернулась в комнату намного спокойнее. Теперь утренние страхи вызывали лишь снисходительные смешки. Вот я глупая! Наверняка же сама переоделась, да и забыла обо всем, крепко уснув. А потом накрутила себя, поддавшись паническому настрою, как последняя идиотка!
   Надо завязывать с чтением перед сном.
   Слишком уж я впечатлительная.
   Все еще тихонько посмеиваясь над собой, я с удовольствием приступила к завтраку. Под крышкой оказались аппетитная овсянка, заправленная сухофруктами, изюмом и орешками, стакан яблочного сока, цитрусовая нарезка и круассан. В общем все, что я любила. Не знаю, откуда Ада узнала о моих предпочтениях в еде, но такое совпадение было приятным сюрпризом.
   Единственное, что все же омрачило вкусный завтрак, догадки, переросшие в уверенность. Подобная "забота" воспринялась, как прозрачный намек на нежелание терпеть мое присутствие во время совместных трапез внизу.
   Что ж... Навязываться не буду.
   Если бы не обещание Егору позаниматься с Настей, да желание разобраться во всем, пока еще есть время, давно бы вернулась домой. Тем более, что, похоже, никто особо во мне и не нуждался... Как прекрасно продемонстрировал вчерашний день.
   Словно в поддержку мрачных мыслей, еда утратила всякий вкус. С таким настроением я сейчас спокойно могла жевать бумагу и даже не почувствовать. Задумавшись, не рассчитала силу и раздавила апельсиновую дольку, брызги сока осели на руках и ночнушке. Растяпа!
   Таким образом нетрадиционно быстро покончив с завтраком, я поспешила в ванную.
   По возвращению в комнату застала презанимательную картину.
   Поднос с грязной посудой и остатками еды исчез.
   Ничего себе скоростное обслуживание!
   Всего на минуту отвлеклась!
   Самое интересное, что ведь и не услышала, чтобы кто-то входил в спальню!
   Как такое возможно?
   Обогнув кровать, я выглянула за дверь, надеясь заметить таинственного помощника, кто принялся здесь настойчиво хозяйничать.
   Поначалу коридор показался пустым. И лишь хорошенько присмотревшись, я заметила неясную фигуру, что быстро двигалась в противоположную от лестницы сторону. Доказательством того, что это именно тот, кого я ищу, послужил поднос с золотистой крышкой. Обычная посудная утварь казалась в треть роста таинственного помощника.
   Ребенок?!
   Карлик?!
   - Э-эй! Подождите, пожалуйста! - окрикнула я, кинувшись вдогонку.
   Человечек взвизгнул и подпрыгнул. Звякнула посуда.
   Не оборачиваясь, незнакомец прибавил ходу.
   Как я ни старалась ускориться, а расстояние между нами лишь увеличивалось.
   - Я не хотела вас напугать! - отчаянно запричитала, спотыкаясь. - Не убегайте!
   Человечек остановился, как вкопанный, и резко обернулся.
   Сперва даже толком не поняла, что увидела.
   Точно могу сказать, что это был не карлик и никак не ребенок.
   Лохматое нечто гипнотизировало меня немигающим взглядом. Эти ярко-желтые огромные глаза с черной вертикальной радужкой словно призваны преследовать в кошмарах. Детальнее разглядеть ничего не удалось.
   Я словно окаменела от ужаса.
   А потом настала очередь визжать.
   И сообразить не успела, как истошный крик вырвался наружу.
   Таинственный "помощник" вздрогнул, затрясся всем лохматым тельцем, подхватил мой визг на самых высоких нотах и мигом исчез, юркнув прямо в... стену. Вместе с подносом, кстати.
   Это выглядело настолько вопиюще нереально, что визг тут же прекратился. Я стояла в абсолютно пустом коридоре, разглядывая ничем не примечательные шелковые обои. Оставалось лишь хватать воздух ртом и безумно оглядываться по сторонам, надеясь, о скорейшем пробуждении.
   Да, дважды спихивать безумие на возможный сон и дважды ошибаться - явно моветон.
   Но!
   Лохматое нечто просто не могло быть настоящим! Либо я сошла с ума, либо кто-то решил жестоко пошутить. Ни тот, ни другой вариант, конечно, не обладал должным позитивизмом.
   - Что-то случилось?
   От неожиданно близко прозвучавшего мужского голоса, душа ушла в пятки.
   Оборачиваться оказалось страшно. Мало ли какие еще галлюцинации меня ожидают? Не зря на пуфике так заботливо дожидался вкусный завтрак... Ой не зря!
   Перебороть страх и посмотреть на "пришельца" все же пришлось.
   В нескольких шагах от меня стоял... не монстр, нет. Дворецкий.
   Хотя он, несмотря на вполне человеческую внешность, тот еще монстр! Один характер и упрямый нрав чего стоят! Жуть.
   - Я н-не...
   - Вы кричали.
   - Д-да.
   - Вы нуждаетесь в помощи? - спросил он так, точно интересовался, который сейчас час.
   Я лишь кивнула.
   Был бы выбор, ни за что бы не согласилась воспользоваться таким помощником.
   - Чем могу помочь?
   С таким видом только зонтики да шляпки подавать, но никого иного рядом не оказалось. Поэтому я закрыла глаза на явную недоброжелательность дворецкого.
   - Он-но. З-здесь, - стуча зубами, указала на стену, в которой исчез признак моего сумасшествия. - В-вид-дели?
   Петр Иванович скептически изогнул бровь, скрестив руки на груди:
   - Не понимаю о чем вы.
   Куда уж понять, и, правда! Сама двух слов связать не могу.
   - Я завтракала, а он... лохматый! Ух! И вдруг с моим подносом, - уже близко к истерике лепетала я. - И я сюда, а оно... Убежало и в стену!
   Поначалу мужчина просто смотрел, не комментировал. Его взгляд и так был красноречивее тысячи слов. Под этим мрачным сканированием мне хотелось съежиться и превратиться в невидимку.
   - У вас украли завтрак, - наконец снизошел до разговора дворецкий.
   - Нет!
   Петр Иванович нахмурился. Поди будь его воля он бы вообще не стал меня выслушивать. Но то ли обязанности не позволяли выказать столь явное пренебрежение, то ли вся ситуация его просто забавляла. Стоял. Слушал. А я начала пересказ по новому кругу. На этот раз более разборчиво, удалось совладать с нервной дрожью, но не менее эмоционально.
   - У вас забрали посуду, - как полоумной чуть ли не по слогам сказал он и сам же утвердительно качнул головой, когда я завершила размахивать руками.
   - Да.
   - А вы не доели и решили нагнать работника.
   - Да! То есть, нет. Не в этом дело! - вскричала я, теряя терпение. - Он был лохматым, маленьким и исчез в стене! Надо его скорее вынуть оттуда!
   И вновь это многозначительное молчание, да взгляд, которым можно ставить диагнозы. Я уже готова была просто взвыть в голос.
   - Вынуть?
   - Что вы вечно все повторяете?! За дуру меня держите?
   - Нет, что вы, - неубедительно отмахнулся мужчина и тут же выдал новую версию. - Лохматый карлик забрал у вас завтрак и исчез в стене.
   Он что издевается?!
   Из-за снисходительных взглядов дворецкого меня уже всю трясло от ярости.
   - Вы мне не верите? Но он здесь был! Ушел в стену!
   Для убедительности яростно принялась тыкать пальцем в шелковые обои, особо не надеясь, что под моим напором они приветливо разойдутся и покажут укрытие лохматого безумия.
   А еще я уже приготовилась начать рассказ заново, чем чаще повторяла вслух, тем больше верилось в увиденное. Как ни странно такое признавать.
   - Конечно, Катерина, конечно, - китайским болванчиком кивал дворецкий. - Егор Владимирович попросил проводить вас в комнату его сестры. На занятие.
   Я чуть не стукнула себя по лбу. Совсем забыла!
   - Но...
   - Пойдемте.
   И почему, интересно, он не попросил меня лично, а передал поручение дворецкому?!
   - А лохматый...
   - Вам показалось.
   Кажется скоро, едва услышу это словосочетание, меня гарантировано станет посещать нервный тик.
   - Ненавижу это! - в сердцах воскликнула я.
   - Что простите?
   Поскольку я никогда особо не проявляла чувств на людях, а тем более не пыталась на кого-нибудь накричать, стало стыдно. Гнев исчез, как по мановению волшебной палочки. Остались растерянность и усталость.
   И я не придумала ничего лучше, чем начать оправдываться.
   - В последнее время я слишком часто слышу то, что мне все просто показалось, - скривилась, вспомнив попытки Егора нахально врать. - Даже произошедшее с Аннушкой на самом деле оказалось несчастным случаем. А вообще я не удивлюсь, если опять скажут, что мне все просто показалось! И ничего не было.
   - Мне очень жаль, что именно вы нашли, - глухо сказал мужчина. Прежде чем он опустил глаза, я заметила в них проблеск искреннего сочувствия! - Аннушку.
   Железный человек оказался не таким уж и железным, да?!
   Не знаю, что подтолкнуло дворецкого к такой реакции, но он смог меня так крепко удивить, что чуть ноги не отказали от шквала эмоций.
   А уж после того, как похлопал меня по плечу, словно в знак утешения, и неловко закашлялся, я вообще оказалась на грани обморока!
   Что это было?!
   В этот момент даже лохматый чудик отошел на второй план.
   Сопровождаемые неуклюжей тишиной мы медленно подошли к моей комнате. Не останавливаясь, я решила первой нарушить молчание:
   - Раз уж Егор Владимирович вам сказал провести меня к Насте, то ведите. Буду учить, - попыталась улыбнуться.
   Петр Иванович остановился, вновь одарив меня таким взглядом, что кровь могла застыть в жилах.
   Явно пауза эмоциональности была временной и больше не повторится.
   - Вы всегда занимаетесь с учениками в полуго... гхм... таком виде? - уточнил он.
   И только после этих слов меня настигло осознание. Да такое мощное, что мгновенно стало жарко до дурноты!
   Все время пока истерически пыталась доказать реальность лохматого чудища на мне была лишь короткая полупрозрачная ночнушка! Ее даже и одеждой назвать можно с трудом!
   Ой, мамочки!
   Я даже не сразу сообразила, что первым стоит прикрывать: верх или низ? А когда избавилась от ступора, поняла, что и то, и другое одновременно прикрыть все равно не получится. Кое-как изловчившись, я чуть пригнулась и скрючилась, сжав колени.
   Дворецкий же продолжал безучастно наблюдать, и под его внимательным взглядом я всем сердцем пожалела, что не имею шапки-невидимки!
   - Не смотрите! - промямлила я, пытаясь боком юркнуть в свою комнату.
   - Как скажете, - послушно согласился мужчина. - Я подожду вас здесь.
   Что-то неясное пробормотав в ответ, я потянулась к резной ручке и неуклюже открыла дверь. Прежде, чем ввалиться в спальню, кинула последний взгляд на дворецкого. Он остался стоять у противоположной стены и... улыбался!
   Нет, я точно обезумела!

Глава 5

  
   Такого жгучего позора я не испытывала со времен... Господи, да я вообще никогда подобного ужаса не испытывала! Кого обманывать?
   Ироничная улыбка дворецкого так и стояла перед глазами. Метаясь по комнате, словно муха в паутине, я трижды ударилась коленкой о неудачно попавшуюся на пути мебель, дважды едва не подвернула лодыжку и не меньше пяти раз перерывала шкаф в поисках необходимого. От аккуратных стопочек с одеждой не осталось ничего. Лишь светлая память.
   На этот раз я даже смотреть в сторону платьев не стала. До сих пор не отпустило желание - прикрыть каждый оголенный кусочек кожи. Мало того, что эта ночнушка просвещалась, так и нижнего белья на мне... не оказалось. От слова "совсем".
   Кошмар!
   Эту шокирующую неприятность я исправила сразу. Но спокойствия не прибавилось. У меня вообще не было пагубной привычки спать голой, а тут еще и память наотрез отшибло, и подобный факт оказался забытым.
   Просто блеск!
   В итоге еще немного помучившись, даже руки не слушались, я нашла то, что искала. Темно-синие узкие джинсы и батистовую рубашку. А если бы в шкафу оказалась паранджа - обязательно ею воспользовалась бы.
   Я в тысячный раз успела проклясть собственную неуклюжесть и талант попадать в неприятности перед тем, как хоть чуточку успокоиться. Только истерика пошла на убыль - вернулись мысли о лохматом человечке. И сейчас у меня уже не было непоколебимой уверенности в том, что видела.
   Могла ли фантазия сыграть злую шутку?
   В последнее время я стала все меньше полагаться на трезвость собственного рассудка.
   Возможно вся причудливая лохматость не что иное, как... шуба? Летом?
   Не сдержалась от скептицизма и фыркнула вслух.
   А страшные глаза с вертикальными зрачками... линзы. Да.
   И в стену человечек, даже мысленно было не слишком приятно называть его карликом, не уходил. Просто там... Я судорожно подыскивала наиболее приемлемый вариант для собственного убеждения.
   Тайный ход!
   Бинго!
   Эта версия не казалась мне такой уж и бредовой. Отыскав, пусть неподтвержденное, но объяснение увиденному, я облегченно выдохнула. И все же дала себе зарок вернуться к тому месту позже и внимательно все осмотреть. Вдруг смогу отыскать доказательство догадкам?
   Подхватив необходимые записи и книги для занятия, я направилась к выходу из комнаты и... застыла. Перспектива повторной встречи с дворецким после такой демонстрации срамного наряда никоим образом не радовала. Но деваться было некуда, как ни крути.
   Поэтому призвав в помощь всю свою куцую храбрость, я вышла в коридор. Петр Иванович дожидался на том же месте, где мы не так давно распрощались.
   Честно говоря, я ожидала от него насмешливых взглядов, возможно даже едких замечаний, лишних напоминаний о позоре, но... ничего подобного не последовало.
   И я впервые ощутила безумную благодарность к этому мужчине за такую реакцию.
   Он был, как прежде, невозмутим и безэмоционален. И только смешинки во взгляде, которые я научилась замечать, говорили о том, что дворецкий не настолько глух к окружающему, как ему хотелось бы показать.
   - Нам сюда, - жестом указал он в сторону лестницы и пошел впереди, показывая дорогу.
   Ни разу мужчина даже не обернулся, не сбавил шаг. В общем, проявлял поразительное равнодушие, точно ему было совершенно все равно - иду я следом или нет. Еще два часа назад подобное поведение глубоко уязвило бы меня, сейчас же, наоборот, воспринималось благословением. Несколько минут тишины и своеобразного вакуума, словно вокруг нет ни единой живой души, оказались именно тем, что требовалось для восстановления внутреннего спокойствия.
   Мы довольно быстро подошли к главной лестнице, но к моему удивлению не стали спускаться вниз или подниматься на третий этаж, где я еще не успела побывать. Вместо этого просто миновали площадку и оказались по ту сторону лестницы в длинном коридоре, аналогичном тому, из которого совсем недавно вышли. Если бы не уверенно шедший впереди дворецкий, могла бы заблудиться. Все в этом коридоре было схожем на тот, где находилась моя комната, но в то же время несколько иным, незнакомым. Словно зеркальное отражение.
   У пятой по счету двери Петр Иванович остановился, легонько постучал и, не дожидаясь ответа, провернул ручку, пропуская меня внутрь. Только зайдя в комнату поняла, что дворецкий и не собирался следовать за мной. А без него вдруг стало... непривычно боязно.
   В первое мгновение я даже не поняла, куда собственно попала?
   Не то чтобы на зубок знала, как именно должны выглядеть девичьи спальни, моя-то была вполне себе обычной, но такого... никак не ожидала. От обилия розового всех оттенков - рябило в глазах. Мебель и та оказалась розовой!
   Кошмар какой-то...
   Не хватало лишь декоративных единорогов на стенах и феечек с полупрозрачными крылышками, чтобы окончательно утвердиться в безумии дизайнера. Если именно так должны выглядеть спальни маленьких "принцесс", то мир сошел с ума!
   И будем честны, Настя уж никак не тянула на статус маленькой и тем более принцессы. Разве что... для Егора...
   Звук закрывшейся за спиной двери прозвучал своеобразным приговором. От напряжения, сковавшего тело, даже вздрогнула.
   Все еще находясь в полушоковом состоянии от окружающего, я не сразу отыскала глазами виновницу... моего визита. Да и среди изобилия розового трудно было разглядеть странно притихшую Настю. Она сидела, подтянув колени к груди, на широком подоконнике и нервно теребила край пижамных штанов. Розовых!
   Прекрасные же у нас получатся уроки в такой обстановке!
   Откашлявшись, попыталась обратить на себя внимание. Бесполезно. Наверняка в эту минуту легче было заставить кошку ходить на задних лапах, чем "достучаться" до малолетней упрямицы, что мне попалась!
   Настя даже головы не повернула, всем своим видом игнорируя меня, несмело мнущуюся около двери.
   - Здравствуй, - наигранно бодрым голосом начала я.
   Девчонка не пошевелилась.
   Я поежилась.
   Все же не такой реакции ожидала.
   - Начнем занятие?
   Ноль внимания.
   Она собралась спровоцировать меня на откровенный конфликт?!
   Да я, как сейчас, не нервничала даже в свой первый день начиток лекций перед студентами! С чего бы это?
   Единственное, о чем стоило переживать: дабы глаза не вытекли! Остальное... решаемо. Мне не впервой учиться налаживать контакт с учениками. Справлюсь!
   - Я могу провести первый урок и при абсолютном молчании с твоей стороны, - уверила девчонку.
   Настя никак не отреагировала, а я перестала изображать истукана. Она хочет противостояния? Получит. В обещании Егору не обговаривались методы воспитания. И, наверное, можно воспринимать это, как символическое развязывание рук.
   Я решительно направилась к письменному столу. Единому твердому островку среди моря плюша, рюшек и мягких игрушек. Кроме того, что столешница также была гадко розовой, в остальном стол показался мне вполне обычным. И безопасным.
   - Я присяду?
   С таким же успехом могла бы попытаться разговорить мумию Тутанхамона. Возможно, даже мумия подала бы мне какой-то знак согласия, но Настя осталась непоколебимой.
   Что же ее так зацепило? Или все хваленое "домашнее образование" и проходило в таких условиях?
   Боже упаси!
   Позавидовать педагогам этой девчонки с дрянным, как оказалось, характером мог только смертник.
   Больше запрашивать разрешения "маленькой хозяйки" перед любым своим действием не стала. Кто здесь главный, в самом-то деле?! Что это я няньчусь и боюсь вздохнуть лишний раз, дабы никоим образом не задеть тонкую душевную организацию дитяти?!
   Смешно!
   Оккупировав стол, я разложила необходимые документы, блокнот, книги, отодвинула стул на колесиках, присела и... с отчаянным грохотом мгновенно оказалась на полу.
   Перевернувшись, стул проехался по паркету, остановившись у противоположной стены. Я же, оглушенная таким поворотом событий, растянулась возле стола безучастно вперившись взглядом в безобразно розовый потолок.
   Не знаю, сколько бы смогла вот так пролежать, бездействуя, но послышался приглушенный смешок. Он то и вывел меня из растерянности, да поднял в груди такую мощную волну праведного возмущения, что стало жарко.
   - По-твоему это смешно?! - вскочила на ноги я.
   Копчик не оценил энтузиазма и, казалось, горестно взвыл, послав сноп боли в поясницу.
   Настя лишь слегка повела плечами, что оказалось первой по счету ее ответной реакцией на меня за сегодня.
   - Почему ты так настойчиво пытаешься вывести меня из себя?
   Не стоит и упоминать, что рыжая не ответила? Вновь застыла, уставившись пустым взглядом в окно.
   Безумно сильно хотелось подскочить и хорошенько так встряхнуть мелкую пакостницу. Вместо этого, я лишь прищурилась, рассматривая ее. Точно внешность хоть как-то могла подсказать правильные ответы на мучавшие вопросы.
   Незатейливая маечка девчонки была единственным ярким пятном на фоне царственного розового. За эту белую вещицу я и уцепилась взглядом.
   Только усилием воли удалось подавить гнев.
   Возможность выплеснуть его наружу никуда не делась. Я могла накричать на Настю, обвинить ее, даже пожаловаться потом Егору, но... Чего бы этим добилась?
   Еще большей неприязни со стороны рыжей, да и скепсиса в моем профессионализме от Егора. Сомневаюсь, что брат не знал о "причудах" сестренки. Поэтому, сцепив зубы, я решила не давать девчонке лишнюю возможность обозлиться на весь мир.
   Я медленно подняла откатившееся колесико от стула, немного повертела его в руках, мысленно потешаясь над глупостью затеи рыжей. Мелкая пакость со стулом! Банально и так по-детски!
   Хотя однозначно неприятно.
   Сейчас я в какой-то мере начала понимать педагогов, когда одноклассники решительно отрабатывали на них очередные школьные "шутки". Смеясь со всеми, никогда не думала, что хоть когда-нибудь придется испытать подобную "любовь" учеников на себе!
   Поступая на филологический, я в первую очередь, таким образом, выражала протест матери. И ведь даже на секунду не задумалась о будущих последствиях...
   Говорят, что дети - цветы жизни. Переживая воочию "заботу" юного дарования, я стала укрепляться в мысли, что эти "цветы", как минимум, ядовиты! А некоторые из них еще и смертельно!
   - Сделаем вид, что колесико у твоего стула самостоятельно открутилось, - вздохнула я, а заметив удивление девчонки, даже приободрилась и решила закрепить успех. - Совершенно случайно.
   А ведь правильно поступила! Выбрала отличную тактику! Вон как бровки рыжей чуть ли не к волосам взметнулись от неверия! Путь к взаимоуважению не будет труден!
   Забрав со стола план занятия, я огляделась, куда пристроиться и начать, наконец, первый ознакомительный урок. Огромная, двуспальная кровать с ярко-розовым балдахином - показалась удачным вариантом.
   Недаром говорят, что когда кажется лучше перекреститься.
   Как только подо мной скрипнул мягкий матрас, поняла, что решение не просто неверное - катастрофическое!
   Острая боль заставила мгновенно подскочить на ноги. Мало того, что копчик до сих пор ноюще отзывался при каждом движении, так теперь и сесть мне будет проблематично!
   Настя хихикнула.
   Смерив ее злобным взглядом, я приподняла покрывало в естественном порыве узнать, что же покусилось на целостность моих нижних округлостей. Секунда и... можно было любоваться прелестной картиной. Все ложе "принцессы" оказалось усыпано металлическими кнопками-гвоздиками, их острия загадочно поблескивали, купаясь в солнечном свете.
   Не знаю, что именно в этот момент Настя смогла углядеть в моем лице, но отпрянула и прилипла к стеклу она так рьяно, точно решила слиться воедино с интерьером.
   Если бы я выкинула подобные фортели, то обязательно получила бы несколько десятков ударов линейкой по рукам от матери, как идеальное наказание проступка.
   А Настя...
   Нет, бить я ее не собиралась. Как ни крути, а подобные методы мне не по душе. Хотя, честно говоря, сильно хотелось сделать из девчонки дикобраза, утыкав в отместку кнопками. Насилу сдержалась. Не то чтобы я отличалась завидным терпением или неиссякаемым милосердием. Просто отомстить вот так, уподобившись малолетке, окажется слишком простым наказанием.
   Здесь необходим иной подход.
   И, кажется, я точно знала, как следует поступить...
   Смысла спрашивать, чего именно добивалась девчонка, не было. И так понятно без слов. Подорвать мой профессиональный авторитет, доказав братцу, что не гожусь на роль гувернантки и избавиться от "ненавистных" уроков. Откуда ноги растут такой упрямой предубежденности в отношении занятий, еще предстояло выяснить. А пока...
   Кое-как изловчившись, я вытащила несколько кнопок, что будто занозы остались торчать в джинсовой ткани, оставила их сиротливой кучкой на столешнице. Все это проделала в гордом молчании, хотя ощущения трудно было назвать приятными. Ягодицы жгло, острая боль хоть и превратилась в тупую, но меньше беспокоить не стала.
   Маленькая пакостница наблюдала за каждым моим действием исподлобья. Насторожившись, как дикий зверек, Настя, казалось, обратилась вниманием, видимо ожидая, что вот-вот и отвечу агрессией на агрессию. Как бы ни так!
   Как только я разгадала замыслы негодницы, действовать дальше оказалось легче. Раздражение не исчезло, но у меня получилось довольно мастерски, как я надеялась, его скрыть, натянув на лицо маску безучастности. Точно не я только что чуть не отбила себе копчик, а потом украсила филейную часть канцелярскими кнопками, как праздничный торт свечами.
   Медленно разгладив листочек с планом будущих занятий, который я в запале нещадно скомкала, прислонилась к стене. Предусмотрительности хватило, чтобы больше не пытаться присесть куда-либо в этом адовом розовом царстве. Недаром девчонка облюбовала подоконник. Наверняка, это единственное безопасное для здоровья место, что здесь осталось. Можно было бы опробовать пол и усесться по-турецки, конфисковав подушку, но... после произошедшего меня разбирали серьезные сомнения, что я вообще смогу сидеть в ближайшие пару дней.
   Поэтому во избежание дополнительных жертв со стороны здоровья пришлось притвориться жердью. Вещающей на благо образования, кстати.
   Не обращая внимания на вытянувшееся от изумления лицо девчонки, я монотонно зачитала план и приступила к первой вступительной лекции по истории зарубежной литературы. Определением базовых знаний рыжей займусь потом, когда Настя капитулирует и наступит перемирие.
   А сейчас... если девчонка настолько против моих уроков, то именно их она и получит. Причем в максимально полном объеме, чтобы насладиться как следует.
   Поначалу весь образ Насти излучал лишь одно - изумление. От округлившихся глаз, неестественно прямой спины и до приоткрытого рта - все говорило: удивить рыжую у меня получилось.
   А потом к девчонке пришло осознание случившегося. Множество эмоций за несколько минут сменились на ее лице. Все происходило настолько быстро, что я не успела понять и половины из них. Не заостряя лишнего внимания, наблюдала за пакостницей краем глаза. Было интересно увидеть ее первый отклик на собственное поражение.
   К слову, ожидаемая реакция оказалась бурной.
   Как только Настя осознала, что ее провокации не возымели должного эффекта, чуть ли ни затряслась от злости. Побагровела, почти слившись по тону с собственными волосами. Да так крепко вцепилась в край подоконника, что пострадай имущество - я не удивилась бы.
   И что дети такие нервные нынче?!
   Я продолжала глубокомысленно вещать, точно ничего особенного и не происходило.
   А Настя принялась скрипеть зубами, будто вознамерилась стереть их в порошок.
   Я уже стала беспокоиться за здоровье "подопечной", все же услуги стоматолога нынче дорогое удовольствие, да еще и детского психолога придется подключать для крепости нервишек, так подавно влетит в копеечку...
   Хотя... Судя по обстановке особняка, Егор мог позволить себе выделить для любимой "прынцессы" сотню психологов со стоматологами, вооруженными новейшими бормашинами. Только, я сомневалась, что маленькая упрямица все еще поддается перевоспитанию.
   Стадия гнева прошла довольно быстро. Надувшись, аки мышь на крупу, Настя отвернулась к окну, изо всех сил выказывая глубокую степень безразличия к происходящему.
   Но потому как периодически девчонка поджимала пальцы на ногах или чуть слышно сопела, я прекрасно понимала - обманывает, не только слушает, но и строит ответные планы будущей мести.
   Не то чтобы я особо боялась... Но желание стать жертвоприношением даже во имя великого образования, не просыпалось. Подобные перспективы вызывали тревогу, но победило упрямство.
   Вещала на благо дитяти я самозабвенно, вдохновлено и неутомимо. Дабы Настя как можно лучше прочувствовала всю "сладость" вводной лекции по истории зарубежной литературы. Особенно если ее рассказывают монотонным голосом и без перерывов. Сама же нарвалась!
   Рыжая прочувствовала.
   В один момент мне даже показалось, что она всхрапнула, уткнувшись головой в колени. А когда встрепенулась и сонно приоткрыла глаза, заметив, как обслюнявила ткань, скривилась и покраснела.
   Больше ученица-мученица не засыпала. Периодически сдавалась и куняла, но быстро приходила в себя, возвращаясь к внимательному бдению. Чего только дожидалась?
   Лишь единожды я заметила проблеск истинного интереса, когда сдержала обещание и стала рассказывать про ревность на примере шекспировских героев. Настя настолько оказалась поглощена рассказом, что чуть не свалилась с подоконника. А как только она просекла, что попалась, то вновь стала изображать обиженную, безучастную деву, вглядываясь в окно.
   Моя педагогическая мстя, то есть вводная лекция, продлилась не менее трех с половиной часов. В итоге, когда я собралась уходить, оставив Насте задание на следующий раз и стопку необходимой литературы для изучения, голос срывался и стал походить на хрип.
   - Я не буду ничего читать! - оглушила своим возмущенным визгом девчонка.
   - Будешь.
   - Ты меня не заставишь! - спрыгнула с подоконника она.
   - Единственное, что может спасти тебя от выполнения заданий - тотальное неумение читать, - флегматически заявила я. - Но в подобное упущение Егора я не поверю.
   Настя задохнулась возмущением.
   Пока она старательно подыскивала колкость в ответ, я уже потянулась к дверной ручке.
   - Катя! Не смей больше приходить ко мне! Кнопки были только началом!
   А сколько гнева и приказа в голосе! Однозначно талант! Так вопить еще уметь надо!
   - Ну, во-первых, деточка, - прищурилась я, стараясь привести голос в порядок перед тем, как вновь включать режим "железного педагога". Горло болело, в итоге все мои усилия все равно обращались шипением. Что ж... Может оно и к лучшему. Эффективнее звучит. - Не ты меня нанимала на работу, значит, и не тебе приказывать. А во-вторых, пока я являюсь твоей гувернанткой, изволь обращаться - Катерина Леонидовна и никак иначе. Мы с тобой не в куклы играем.
   Настя растерянно захлопала ресницами, теряясь с ответом.
   - И еще, - решила ударить завершающим аккордом.- Перестань провоцировать меня на конфликт и пакостничать. Если я начну отвечать на твои выходки, Настенька, то мало не покажется.
   Врать и не краснеть - то еще искусство! Но у меня получилось.
   Рыжая сжала кулаки. Ее лицо вновь покрылось красными пятнами:
   - Дура! Ты вообще не понимаешь, куда попала!
   Здесь я поспорить не могла... Ни с первым, ни со вторым доводом, но вида не показала и пропустила оскорбление мимо ушей.
   Все же какая эксцентричная особа! А вот признаков умственной болезни я и не заметила...
   - Я ведь могу и Егору рассказать о твоих выходках. Даже показать. - Холодно усмехнулась я, заметив, как побледнела девчонка. - Все подтверждения остались на мне.
   - Ты не посмеешь! - зашипела Настя.
   Конечно, нет! Снять джинсы перед Егором, чтобы доказать, что его сестра мелкая пакостница? Да, никогда! Стыд-то какой!
   Преимуществом стало то, что девчонка ничего не знала, о моих настоящих намерениях и... казалось, с легкостью поверила сказанному.
   - А ты проверь.
   В спину мне донесся лишь глухой стон злобы.
   Видимо радость, что путь к взаимопониманию окажется прост, была преждевременной.
   Наши уроки для меня окажутся тем еще испытанием. Чувствуя себя так, словно пыталась научить Маугли аккуратно есть, пользуясь ножом и вилкой, я вышла из комнаты.
  

Глава 6

  
   В коридоре, прислонившись к стеночке, молчаливо стоял дворецкий. В первое мгновение я даже обрадовалась его обществу, но вспомнив, о плачевном состоянии филейной части и нервов, расстроилась. Хотелось выдохнуть и расслабиться, а не продолжать демонстрировать железную выдержку, которой я никогда не обладала. Поэтому насилу выпрямив спину, попыталась невозмутимо пройти мимо. Вдруг не меня дожидается?
   Не сработало.
   Стоило сделать всего несколько шагов, мужчина отступил от стены, намереваясь следовать за мной, словно тень.
   - Я сама найду дорогу, - совершенно беззлобно просипела я.
   Голос все больше садился с каждым произнесенным словом.
   - Не сомневаюсь в этом, - невозмутимо ответил дворецкий. - Но все равно проведу.
   И как бороться против такого непоколебимого упрямства?
   Правильно! Никак.
   Оставалось смириться.
   Что я и сделала.
   Правда, выдержка также дала существенную трещину. Поэтому "держать лицо" у меня не получилось. Спину нещадно ломило, нижние округлости жгло так, что хотелось содрать джинсы желательно вместе с воспалившейся кожей и посмотреть, в чем же там дело. Да и в горле саднило, хотелось пить. Опыт неудачного первого занятия крепко засел в голове. Я никак не могла избавиться от плохих мыслей, постоянно прокручивая наше с Настей специфическое общение. Где совершила ошибку? Почему девчонка так остро реагирует на каждое мое слово или действие? Должна же быть причина!
   Увы, ее-то как раз я и не знала. Что значительно усложняло мою задачу - наладить контакт с Настей, проверить ее базовые знания и заполнить пробелы.
   С такими занятиями, как сегодня, ничего из задуманного выполнить не получится, разве что нервы друг другу потрепать... И это тоже не принесет никакой пользы.
   Реальность со всеми ее вытекающими последствиями, казалось, надавила на плечи так резко, что чуть весь дух из меня не вышибла. За всю свою сознательную жизнь я не чувствовала себя такой растерянной неудачницей, которую дурят на каждом углу, как здесь и сейчас. В особняке.
   Честно говоря, тысячу раз уже успела пожалеть о поспешном принятии решения ввязаться в эту мистическую непонятную мутотень.
   Но бежать, трусливо поджав хвост, отвернувшись от шанса разобраться во всем, по-прежнему отказывалась. Может, и зря...
   Увлекшись мысленным самобичеванием, я совершенно перестала следить за тем, как выгляжу. В итоге маска железного педагога слетела стремительно и резко, явив миру уставшую мямлю, коей, если вспомнить слова матери, я всегда являлась.
   Сейчас меня совершенно не волновало, ни ссутулившаяся спина, что испортила царственную осанку, ни шаркающий шаг и прихрамывание на левую ногу, ягодица которой особенно издевательски пекла, ни мнение дворецкого, что следовал за мной шаг в шаг.
   Да и какое мне дело до того, что мужчина мог подумать?! Все равно в особняке против меня словно ополчение собралось. Одной насмешкой больше, одной меньше...
   Чувствуя цепкий взгляд Петра Ивановича, что, казалось, прожигал спину насквозь, я поежилась. Сложилось впечатление, будто мужчина собирался что-то спросить, но не решался, поэтому я самостоятельно облегчила ему сию сложную задачу.
   - Даже не спрашивайте, - угрюмо пробормотала, безуспешно пытаясь скрыть хромоту. - Все равно не отвечу.
   Мужчина с легкостью меня обогнал на несколько шагов и притормозил, пристроившись под медленный темп. Теперь мы шли почти рядом и я могла видеть его лицо, наблюдая за сменой эмоций. Если бы они были, конечно.
   - Я и не собирался, - уверил он.
   Ага, как же! Держи карман шире!
   Любопытство, что именно произошло в спальне маленькой "прынцессы", чуть ли не бегущей строкой на лбу светится! Хоть, безусловно, Петр Иванович и тертый калач в прятках эмоций.
   Я неопределенно хмыкнула. Дворецкий воспринял это по-своему.
   - Может, пройдем к Иллариону?
   - Зачем это?
   - Поможет устранить последствия, - он замялся, видимо подыскивая нужное определение случившемуся, - вашего занятия.
   Перспектива светить израненной задницей перед Илларионом внушала лишь стыд на грани ужаса.
   - Не стоит, - решительно мотнула головой я. - Все в порядке.
   - То-то ты походку сменила от этого "в порядке", - резко рявкнул дворецкий.
   От неожиданности я споткнулась на ровном месте и потеряла равновесие.
   Петр Иванович среагировал мгновенно. Подхватив под руку, встряхнул и удерживал до того момента, пока я не пришла в себя, твердо встав на ноги. После отпустил, прошипев в лицо:
   - Не умеешь врать - не берись!
   И невозмутимо пошел дальше.
   Ох, мамочки! И что это сейчас было?!
   Заметив, что я так и не сдвинулась с места, дворецкий вернулся. Помимо воли я съежилась под его мрачным взглядом.
   Несмотря на произошедший выплеск, мужчина выглядел невозмутимым до безобразия, как и прежде. Точно мне, в сотый раз, наверное, все просто... показалось, ага. Лишь скептически вздернутая бровь, да тяжелый взгляд, давали почву для сомнений в непоколебимости Петра Ивановича. Только вот чем я так сильно смогла его задеть, что чуть не довело до греха... рукоприкладства, к примеру, не имела и малейшего понятия.
   - Я-я... - под этим взглядом чувствовала себя, как на жестоком допросе, что показывали в старых военных фильмах. И ничего не могла поделать с тем, что несуразные оправдания лезли прежде, чем успевала подумать. - Не врала. Просто...Так стыдно-о...
   Дворецкий сразу же смягчился.
   Холодность исчезла из глаз, рот расслабился и вертикальные складки между бровей пропали. Без этой суровости мужчина выглядел... почти молодым. По крайней мере, точно перестал смахивать на моего дедушку.
   От такой необычной метаморфозы даже дух захватило!
   Если бы Петр Иванович меньше хмурился и брезгливо поджимал губы, его вполне можно было бы назвать симпатичным!
   - Естественность - не то, чего стоит хоть когда-то стыдиться, - спокойным тоном ответил мужчина. Чем еще больше ввел меня в ступор. - Так мало осталось чистоты и наивности вокруг, что волей-неволей начинаешь ее ценить.
   - А-а?
   То ли при падении я не только копчик отшибла, а и мозги изрядно встряхнула, но понять, о чем зашел разговор, никак не могла.
   - Пойдем...те, - дворецкий мягко взял меня под руку. - Еще немного осталось и сможете отдохнуть.
   Ошарашенная до предела, я не стала бы сейчас противиться даже, если бы мужчина потащил меня вниз в лабораторию. Настолько мимолетная перемена в нем была поразительной, что я вконец растерялась.
   - Если хотите, чтобы злость переросла в уважение - не давайте ей спуску, - доверительно шепнул мне на ухо.
   - Что?
   - Я давно здесь слу... работаю, - снизошел до ответа дворецкий. - Настя - незлобная девочка, просто упрямая.
   С "незлобная" после сегодняшних приключений я могла бы серьезно поспорить.
   - Да и хозяин совсем ее разбаловал. Поэтому если хотите, чтобы занятия были эффективными, то не уступайте ей ни в чем.
   Легко сказать!
   Боюсь, что здоровья не хватит на такое противостояние характеров.
   Я тяжело вздохнула.
   - Она привыкла понимать лишь силу, - словно прочитав мои мысли, продолжил наставления Петр Иванович. - Как только почувствует слабину - сразу залезет на шею. Из хозяина и так веревки вьет.
   - Э-э-э... спасибо, - рассеяно кивнула, не понимая, что сподвигло вечно угрюмого мужчину к откровению. - Я учту.
   Так незаметно, мы оказались у спальни, где дворецкий учтиво открыл мне дверь, пропуская внутрь.
   - Я принесу вам ужин. Обед вы все равно пропустили.
   Непонятная забота Петра Ивановича неожиданно произвела на меня совершенно неадекватный эффект. Разозлила до разноцветных искр перед глазами!
   - Значит, мне запрещено нарушать "святое" общество, спускаясь в столовую?
   Дворецкий на миг округлил глаза, а потом прищурился. Нехорошо так. Словно вновь включил "рентгеновское" зрение.
   - Буду портить аппетит?!
   - Совсем нет, - спокойно ответил он.
   Я сердито засопела.
   - Просто я подумал, что вам будет неловко, да и неудобно... сидеть, - красноречиво выделил последнее слово мужчина, - со всеми.
   Стыдливый жар опалил щеки. Опять сама себя накрутила!
   А ведь сидеть пока вообще будет проблематично! И выставлять подобное на всеобщее обозрение - последнее, что могло бы привести к расположению обитателей особняка. Только лишний повод для смеха дам.
   - Простите, - быстро повинилась. - Я не подумала.
   Дворецкий сухо кивнул.
   - Только не говорите никому, - успела выкрикнуть ему в спину, спохватившись. И как только мужчина обернулся, заинтересованно вглядываясь в мое лицо, поспешила тихо объяснить: - Про неудачное занятие. Не хочу давать повод для... насмешек.
   - Можете об этом не беспокоиться, - заявил он. - Не скажу.
   И столько в голосе было безапелляционной решимости, что не поверить оказалось невозможно.
   Я еще несколько минут задумчиво вглядывалась в спину Петра Ивановича, пока он не скрылся за углом, а потом вернулась в комнату. Странно, но тревога улеглась, осталась лишь невозможная усталость, что могла свалить с ног и слона.
   Но перед тем как уступить слабости, надо было хотя бы вымыться, да оценить причиненный нижним округлостям ущерб. Что я и поспешила сделать в ванной.
   Из душевой кабинки вышла с твердой уверенностью - горячей водой можно излечить любые недуги! Усталость хоть и не исчезла совсем, но некая сила для еще пары часиков бодрствования появилась.
   Кое-как изловчившись у зеркала, никогда ранее не замечала за собой подобной гибкости, смогла разглядеть последствия тесного "общения" с канцелярскими кнопками. Ягодицы пестрели красными точками, кожа вокруг некоторых особенно заметно воспалилась.
   Сейчас идея обратиться за помощью к Иллариону уже не казалась мне столь отвратной. Но гордость брала свое.
   Поморщившись даже от мысли, что предстоит сделать, я потянулась к аптечке, которую собирала еще в квартире, и вытянула пузырек с зеленкой.
   Смазывание ранок показалось мне извращенной пыткой инквизиции! И ведь никак не подуешь, чтобы унять жжение!
   В итоге, насилу справившись с оказанием себе же первой помощи, я закуталась в халат и вернулась в спальню.
   В глазах стояли слезы, руки тряслись, а ноги налились слабостью. Наверняка именно из-за этого я не сразу поняла, что не одна в комнате.
   - Я стучал, вы - не ответили, - первым нарушил тишину мужчина. От его голоса я даже подпрыгнула. - Решил зайти и проверить, все ли в порядке.
   Расположившись в одном из глубоких кресел, сидел дворецкий. Поднос с едой уже привычно стоял на журнальном столике.
   - Все в порядке, - чисто механически подтвердила я.
   - Хорошо, - кивнул Петр Иванович, но что-то в его лице подсказало мне - не поверил.
   К чему столь пристальное внимание?
   Бочком продвинулась к журнальному столику и сняла крышку с подноса. На этот раз меня дожидалось мясное рагу, салат и несколько кексов. Еды явно было рассчитано не на одного человека. Если, конечно, этот человек не троглодит.
   Дворецкий молчаливо двинулся к выходу.
   - Постойте, - неловко остановила его я, указывая на поднос. - Здесь слишком много еды для меня.
   Мужчина тот час напрягся, будто ожидал, что я начну в чем-то его обвинять.
   - Вы мне не поможете с этим вопросом?
   Петр Иванович нахмурился.
   - Как именно?
   - Поужинайте со мной, - улыбнулась я.
   Молчание, как показалось, длилось слишком долго. А потом недоумение на лице дворецкого сменилось растерянностью и, наконец, превратилось в уверенность. Решение было принято.
   - Если вы настаиваете...
   - Я настаиваю, - кивнула, сама толком не понимая, почему нуждаюсь в его компании.
   - Я действительно не успел еще поужинать, - уголки губ мужчины дрогнули и показалось, что вот-вот сейчас я, наконец, стану свидетелем чуда. Увижу улыбку этого мрачного типа. Но... не сложилось. Жаль.
   Значит, в другой раз.
   Устроились мы в креслах. Петр Иванович поставил журнальный столик между ними для удобства. А когда понял, что мне вообще в принципе проблематично сейчас сидеть, то без лишних слов убрал одно из кресел, заменив его подушкой.
   Его молчаливая, без лишних комментариев, помощь, оказалась как нельзя кстати.
   И хоть пришлось стоять на коленях возле журнального столика, лишь изредка приседая то на одно бедро, то на другое, но никакого стеснения я не чувствовала.
   Удивительно! Дворецкий оказался прекрасным собеседником. Умным, вежливым, интеллектуально развитым и тактичным! А самое главное, Петр Иванович еще был отличным слушателем! Не перебивал, не пытался раздавать советы направо и налево, а самое главное - в его глазах светился неподдельный интерес вместо вежливого участия.
   Говорили мы обо всем и одновременно ни о чем конкретном. На личные темы не переходили, что радовало. Все же я не была готова к новому залпу откровенности. Доверие - хрупкая штука.
   Неожиданная забота дворецкого больше не воспринималась мною в штыки. А благодаря горячему чаю с медом, что он не забыл взять к ужину, боль в горле пропала, голос хоть и был с хрипотцой, но змеиное шипение больше не напоминал.
   Когда же дворецкий собрал посуду и собрался уходить, неожиданно поняла, за окном совсем темно! А время пролетело незаметно!
   Непринужденная беседа с этим довольно сдержанным в эмоциях мужчиной, принесла неожиданное облегчение и улучшила настроение. Больше не хотелось биться головой об стену, выть на луну или слоняться по особняку в поисках... Егора!
   Нет, несколько часов в приятной компании волшебным образом не избавило меня от боли, сомнений или обиды, но хотя бы заставило ненадолго освободиться от них, подышать на полную грудь. И это принесло такую необходимую легкость, что хотелось улыбаться с поводом и без. А вот отпускать дворецкого, на которого после этого совместного ужина я точно буду смотреть по-другому, наоборот, жутко не хотелось. Но... здесь я ничего не решала.
   - Спасибо, что составили мне компанию, - от души поблагодарила мужчину.
   Он кивнул.
   - В последнее время я чувствую себя здесь... одиноко, - с разочарованием выдохнула горькое признание. Предлагать что-либо незнакомому мужчине, от которого ранее ожидала лишь подвоха, но неожиданно получила помощь, оказалось верхом неловкости. - Если у вас вновь когда-нибудь еще будет время и желание...
   - Я обязательно составлю вам компанию еще раз, - сказал дворецкий, избавив меня от дальнейшего неловкого бормотания.
   - Спасибо.
   Смутившись, я плотнее закуталась в халат и вдруг поняла, что этот мужчина просто заполнил пробел в моем одиночестве, что появилось из-за невнимания кое-кого иного...
   Не став даром терять времени, я решила воспользоваться сегодняшним добродушием дворецкого и спросить о наболевшем:
   - Не подскажите, где я могу найти Егора?
   Мягкость дворецкого тут же сменилась официальной холодностью. От такой мгновенной ошеломляющей перемены я даже поежилась. Точно в комнату запустили промозглый ветер.
   - Хозяин занят.
   - Мне бы только поговорить с ним минутку...
   - Много дел, - хмуро отчеканил он и отвернулся.
   От неприятного чувства у меня засосало под ложечкой.
   - Возможно... - решила попытать счастье еще раз я и попросить Петра Ивановича самостоятельно проводить меня к Егору. Может, он не хочет чтобы я бродила по дому одна?
   - Нет.
   Я запнулась на полуслове.
   - Егор Владимирович не любит, когда его отрывают от дел, - пояснил дворецкий для того, чтобы сгладить грубость. - Как только освободится - сам вас найдет.
   Чтоб ему пусто было! Этому Егору Владимировичу! Деловому по самое не балуй!
   Скупо кивнув напоследок, дворецкий вышел из комнаты, оставив меня растерянно хватать воздух ртом.
   Ну не может человек быть настолько занят, чтобы не уделить мне всего несколько минут! Особенно после того, что между нами произошло... в пещере.
   Ведь не может?
   Или же это для меня было чем-то особенным, а для Егора просто возможностью сбросить напряжение?!
   Нет.
   Я хоть и не была искушена в вопросах интима, но точно могла сказать, что разрядки Егор тогда не получил. Может, проблема именно в этом? Тогда он меня не стал принуждать к активным действиям, а сейчас пожалел и разозлился?!
   Черт ногу сломит в искусстве личных отношений!
   В сердцах я бросилась на кровать, пытаясь забыться и заснуть. Но лежать на животе оказалось ужасно неудобно. Да и сон совершенно не шел. Поэтому решив не мучиться, а отвлечься от мрачных мыслей, я переоделась, выбрав свободный спортивный костюм, и вышла из комнаты.
   Отыскать тайный ход - чем не повод хорошенько отвлечься от сердечной боли?!
  
   Продолжение следует...
  
   Вторая книга дописана. Идет работа над третьей. Проду ищите на ПродаМане. Она теперь только там. Если возникнут вопросы пишите на почту tanechka_911@mail.ru
  
  
   Не хотите пропустить обновлений в разделе? Идет подписка на новостную рассылку.
  
  
  
  

Оценка: 8.43*14  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"