Год программиста 31 декабря 2011 года	Царство Я Библиотека в облаках Инструменты "Самиздата"(временно не работает) Архивы здешнего блога
См. также: НеЖуЖи | энСИклопедия

Год программиста

Народная примета гласит: что бы ни планировал сделать 31-го декабря, толком удаётся лишь не уснуть к полуночи.

Расставаться с уходящим годом лучше по-доброму. Посему решил я всё злободневное, и всё такое, перенести на грядущий год. Его и так уже обозвали годом конца света, так что в самый раз.

Замечу, что 20 + 12 = 32, 20 - 12 = 8, оба числа - степени двойки (5 и 3), а сумма этих степеней опять же даёт степень двойки. Ту же пару чисел получим, разделив 20 и 12 на 4. Однозначно, 2012 - год программиста. Ну или чего-то, иным образом относящегося к двоичной системе счисления. Например, электронно-вычислительных машин, искусственного интеллекта и так далее.

Хочу пожелать всем, кто успеет прочесть это ещё в 2011 году, исполнения всего задуманного, новых достижений, оптимизма и мирного неба. Но паче всего - здоровья.

Будем здоровы и счастливы!

Демиург

Эпистолярий

Дональд Кнут, как давно известно, перестал пользоваться электронной почтой. По тому же адресу процитированы слова Умберто Эко, который тоже считает, что достиг возраста, когда целью является не получать сообщений.

Ваш покорный слуга давно уже выяснил, что единственным способом что-то делать продуктивно является изолировать себя от разного рода отвлечений. Электронная почта, службы мгновенных сообщений и прочие пожиратели времени все подпадают под этот список.

Помню, что на заре использования электронной почты старался следовать рекомендациям Чарльза Доджсона (известного также как Льюис Кэрролл): писать обстоятельно, с душой, составляя таким образом практически произведение искусства. Ну, когда это вообще возможно.

Поскольку электронная почта вобрала и ассимилировала множество жанров (от мгновенного сообщения до романа), её приходится считать не жанром, а всего лишь инструментом.

А последнее бумажное письмо ваш покорный слуга написал, точно помню, ещё в том веке.

Так что возникла мысль: не собрать ли тайное общество поклонников настоящих бумажных писем, и не возродить эту всецело полезную привычку? Да, это медленно. Письмо может достигать вас долго. Да, это потребует оторвать седалище от сидения и дойти до почтового ящика. Да, это размеренное, неторопливое общение, вопреки веяниям и миазмам настоящего.

Зато каждое письмо становится предметом с историей. Они материальны. Как книги: ощущается присутствие того, кто начертал слова, человек незримо остаётся с тобой вопреки всему.

Вот и решил задаться вопросом: кто из прочитавших этот текст всё ещё пользуется, или вновь хотел(а) бы пользоваться старой доброй почтовой перепиской на настоящей бумаге? Подлинный чернила и гусиные перья - это уже по вашему выбору.

Интересно, решение упомянутых двух известных персон - признак старости? Мудрости? Консерватизма? Чего-то ещё, или смеси уже упомянутого? Как считаете?

Момент истины, или Wur qanar wur stilor wur kas

Кто играл в одну из старых-престарых компьютерных игр, и сумел дойти до финала, знает, что означают строки, приведённые в заголовке.

У каждого изменения есть спусковой крючок. Кому-то нужен удар посохом по лбу. Кому-то нужно посмотреть на свою предыдущую жизнь, и крепко на себя разозлиться. Кому-то достаточно просто сказать "Поехали!" Высший Разум, или кто там сейчас управляет судьбами всех и каждого, подходит к каждому индивидуально.

Методики разные. Очень эффективны едва не наступившая катастрофа, внезапно явившееся чудо в облике редкого атмосферного явления. Сойдут и способы грубее — сердечный приступ, например.

Всего-то дел — пройти сквозь участок зимнего леса. Красота! А воздух какой! Поскольку идут выходные, то мысли благостны и праздны, как это часто бывает под вечер. И вот ты смотришь на взошедшую луну, и осознаёшь, что дышать нет никаких сил. Просто некуда входить воздуху — внутри и так его полно. Стоит оттолкнуться от земли — и полетишь. Но оттолкнуться нету сил: ноги и руки стали ватными.

Вечер — практически ночь. Холмы, снег, тронутый лунным серебром. Загляденье. А у тебя одна, но простая задача — попробовать вдохнуть ещё раз. И ещё, желательно — на одном вдохе далеко не уйти, а лес, который раньше пересекал минут за пять, теперь тянется беспредельно. Думаете, в такие моменты перед глазами проносится вся твоя жизнь? Чушь, это включают только тогда, когда клиент безнадёжен, и остаётся лишь сделать архивную копию, да стереть, освободить место для другого.

Людей никого вокруг, да если бы и были? Это в фильмах люди тонут картинно, с криками и плеском. В реальности это можно просто не заметить. Это в фильме человек хватается за сердце и сползает наземь, хрипя. В реальности ты сидишь напротив него, ни о чём не подозревая, пока глаза внезапно не стекленеют. То, что с тобой что-то неладное, поймёт только тот, кто видел подобное раньше.

А вот что точно происходит — каждый сделанный вдох становится подвигом. И приучаешься его ценить. Потому что всё вторичное и третичное как-то само собой пропадает из мыслей, а останавливаться нельзя.

Проходит всё так же внезапно, как и накатывает. Просто пропадает лёгкость, тисками сжимавшая грудь, и наслаждение каждым сделанным вдохом. И вату вынимают из ног, возвращают туда мышцы. Вот это и есть момент истины. От трёх до пяти секунд просветления. Задай себе вопрос, пока длится ощущение, и немедля осознаешь ответ.

А вот потом у всех по-разному. Кто-то просто зайдёт в аптеку, да приобретёт там что-нибудь нитроглицериновое. Мало ли. Пусть будет под рукой. А потом ещё к кардиологу запишется, и тот, что характерно, ничего не отыщет. Кто-то задумается, и те пять секунд всезнания так и будут теперь висеть неудаляемо в памяти. И изменит свою жизнь. Пусть неощутимо, но фундаментально.

Большинство же просто предастся вновь благостным (или унылым — тем самым) мыслям и думать забудет о том, как чуть не дал дуба.

И Высший Разум, пожав плечами (если они у Него имеются), сочувственно проводит тебя взором, и займётся кем-то ещё.

Впрочем, отчаиваться не нужно. Будет и новый знак. Сможешь ли пережить его — отдельный вопрос.

Высший Разум тоже ошибается. Как любое мыслящее существо. А просветление — лекарство очень сильное, следует соблюдать дозировку.

Об одном пока что сожалею — было ясное понимание, что нужно посмотреть на Луну и очень сильно пожелать полёта. Но времени на два желания, увы, не было.