Веймар Ника: другие произведения.

Кровавая невеста

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Фанфик по роману Кьязы "В поисках себя (рабочее фантом трупа лича)" Оригинал здесь.
    Подлинная история хранительницы Порядка, проливающая свет на её взаимоотношения с магистром некромантии. И не только с ним. Будет немножечко кроваво. Закончено, выложено полностью.
    Большое спасибо Насте Л за подсказанное название. Без неё этого рассказа бы не произошло =)



  Ника стояла, опираясь ладонями на раковину, и лихорадочно дышала. Растрёпанные волосы, заострившиеся черты лица. "Дьявол, только не сейчас, хотя бы на час позже!" Приступы в последнее время становились всё чаще. Взглянула в зеркало: так и есть - взгляд заволокло знакомым безумием. Девушка, шатаясь, отошла от раковины, прислонилась спиной к стене, жадно хватая воздух ртом, закрыла глаза, пытаясь успокоиться.
  - Ты слишком долго тянешь в этот раз, - раздался спокойный голос.
  Вздрогнув, рыжая открыла глаза, с трудом сфокусировав взгляд на статной фигуре с белыми крыльями.
  - Глава, даже не представляешь, как ты не вовремя! - прошептала она пересохшими губами. - И вообще, это - женский туалет, тебе в соседнюю дверь.
  Эрштая это замечание не смутило. Он подошёл к девушке, положил большие пальцы ей на виски и легонько помассировал.
  Ника стояла безучастно и, лишь ощутив, как неохотно отступает безумие, не получившее в этот раз пищу, вырвалась, снова подошла к раковине, открыла кран.
  - Спасибо, - с ожесточением плеснула в лицо холодной водой.
  - А по интонации звучит, словно "Будь ты проклят", - протянул эрштай и нахмурился: - Ника, так больше продолжаться не может. Это твой долг, в конце концов. В чём дело?
  - Я устала, - хранительница порядка закрутила вентиль, автоматически оторвала несколько бумажных полотенец, насухо протёрла раковину. - Устала, Глава. А, впрочем, тебе не понять. Для тебя безопасность Города - превыше всего.
  - А твоё предназначение - хранить в нём Порядок, - напомнил эрштай. И добавил, уже мягче: - Я понимаю, профессиональное выгорание. Сделай то, чего мы все от тебя ждём, и получишь отпуск. Скажем, на неделю.
  - Три недели, - Ника яростно скомкала влажные полотенца и бросила их в урну. - И сестра поедет со мной.
  - Две, - предложил эрштай. - И с напарником я переговорю сам.
  - По рукам, - хранительница криво улыбнулась. - И выйди, наконец, вон.
  Захлопнув за собой дверь, Глава города довольно улыбнулся. Всё шло по плану. И скоро должен был начаться заключительный этап.
  ** *
  Лимузин был заказан, приглашения - отпечатаны и даже отправлены гостям. Магистр некромантии сверился со списком и с удовольствием поставил последнюю "галочку" напротив пункта "Взять кольца". Бархатная коробочка уже лежала в кармане пиджака. Букет из редчайших чёрных роз стоял в вазе. Магистр подошёл, любуясь бархатными лепестками. Если начистоту, розы чёрными не были, скорее, это был глубокий бордовый, настолько насыщенный, что казался чёрным. Чего магистру стоило уговорить Глав города позволить ему ради последнего предсвадебного каприза рыжей занозы ощипать городскую реликвию, он даже и вспоминать не хотел. Не был бы седым - точно поседел бы. А вздорная Ника заявила, что без букета из роз Справедливости свадьбы не будет. Уж лучше бы луну с неба заказала. Мужчина улыбнулся. Уже завтра это неуправляемое стихийное бедствие, по недоразумению носящее звание хранительницы Порядка и мотающее ему нервы в аккуратные клубочки последние полтора года, станет его женой. При одной мысли об этом сладко заныло в паху. Пожалуй, с торжественного вечера они уйдут пораньше...
  - Белое платье, белая фата, - отчаянно фальшивя, младшая сестра воткнула нож в сочащийся кровью стейк из телятины. - Слушай, Ник, а тебе его не жалко?
  - Отстань, седая девочка, - хранительница была не в духе. - Себя я жалею гораздо больше.
  - А если он откажется? - младшая прикусила губу, о чём-то размышляя. - Скажем, сбежит из города.
  - Скатертью дорога, - Ника положила в рот лепесток карпаччо и зажмурилась от удовольствия. - Мммм, идеально! Зря ты стейк выбрала, а не карпаччо. Сразу чувствуется: мясо категории Select, лимонный сок, капля бальзамического уксуса...
  - Вот и лопай сама сырую говядину, а меня стейк с кровью вполне устраивает! - в подтверждение своих слов некромант вгрызлась в отрезанный кусок стейка. - Я сегодня поздно буду, дело есть.
  Рыжая кивнула. У неё тоже были дела. В конце концов, до завтрашнего торжества оставалось всего ничего.
  Магистр допивал вечернюю чашечку кофе, когда раздался лихорадочный стук в дверь.
  - Ты? - он с удивлением обнаружил на пороге свою выпускницу и по совместительству сестру невесты. - Что случилось?
  - Разговор есть, - девушка сбросила кроссовки, прошла на кухню. - Кофе угостите?
  Отхлебнув глоток чёрного, как крыло терштая, кофе, она слегка наклонилась вперёд и спросила:
  - Магистр, вам точно нужен этот брак?
  - Не понял, - мужчина нахмурился. - Ты пришла меня отговаривать? Напрасно. Мы с твоей сестрой любим друг друга, я не брошу её у алтаря.
  - Вы её любите, а она вас ... - молодая некромантка вздохнула и с мольбой посмотрела на наставника: - Магистр, как коллега коллеге - уезжайте. Прямо сейчас.
  - Всё, разговор окончен, - глава гильдии начал злиться. - Дорогу к двери найдёшь сама.
  - Зря вы так, - некромантка грустно улыбнулась, вставая. - Я вас ценю и уважаю, господин магистр. Спасибо за всё. И ... мне жаль, правда.
  Она быстро вышла из кухни, а через несколько секунд негромко хлопнула входная дверь. Магистр только головой покачал. Странное заявление, очень странное... Неужели бывшая студентка ревнует? Но какой смысл, она ведь знает, что кроме Ники ему никто не нужен. Или это была последняя проверка перед свадьбой? Но о чём она, в таком случае, жалеет? В итоге глава гильдии решил всё-таки списать это на очередную проверку прочности, проведённую по просьбе Ники. Если рыжая хранительница чего-то хотела, проще было согласиться, чем объяснять, почему нет. Но он постарается отучить её от глупых капризов. Хотя бы в отношении себя.
  Церемония прошла без эксцессов. Главы города, лично проводившие её, поздравили молодожёнов, недовольно косясь на терштая-отступника, сопровождавшего сестру невесты. Тот, в свою очередь, рассматривал букет из роз. А когда Нику, изумительно выглядевшую в кипенно-белом платье, эрштай пригласил "на пару слов" в кабинет, решительно протолкнулся к новобрачному, протягивая ему узкий белый конверт.
  - Тут билет на ближайший поезд и деньги. Уезжай, пока не поздно, - сухо заявил он.
  - Умом тронулся? - глава гильдии некромантов возмущённо оттолкнул конверт.
  - Дело твоё, - отступник повёл чёрным крылом и отошёл.
  Тем временем в кабинете Глав города новобрачная, до боли впиваясь ногтями в ладони, пыталась унять дрожь.
  - Дыши! Глубже! - нависший над ней эрштай тихо выругался, помянув недобрым словом чьё-то ослиное упрямство. - Не вздумай прямо тут с катушек слететь!
  - Стараюсь, - жалобно выдохнула хранительница, закрывая лицо ладонями. После недолгого молчания произнесла уже нормальным тоном: - Я в порядке. Мы сейчас уйдём.
  - Держи, - белокрылый взял со стола конверт. - Как договаривались: две путёвки на 14 дней на тропические острова. Надеюсь, достаточно далеко от нас, чтобы ты отдохнула?
  - Лучше бы в другую галактику, но и так сойдёт, - девушка изучила содержимое конверта и спрятала его в сумочку. - И не приведи создатель, ты или твой коллега нас потревожат! Перья выщипаю!
  Эрштай лишь улыбнулся, отходя к окну. Взглянул на растущий в саду под охранным куполом розовый куст. Совсем скоро на нём появятся новые бутоны...
  Магистр некромантии начал нервничать. Супруги подозрительно долго не было. Но тут знакомые тёплые ладошки закрыли ему глаза.
  - У меня для тебя сюрприз, - жарко выдохнула новоиспечённому мужу в ухо вернувшаяся Ника. - Давай сбежим отсюда? Ну их!
  Очередной каприз? Да пусть так! В кои веки мужчине не хотелось спорить. Он покорно последовал за невестой, неожиданно потащившей его к подвалам ратуши. Звякнул замок, скрипнула тяжёлая дверь.
  - Заходи скорее, - поторопила Ника, осматриваясь. Шагнула вслед за ним, прикрыла дверь. - А теперь за мной, и не отставай!
  Она почти бежала, такая изящная, такая нежная в подвенечном платье по лабиринту узких коридоров. Магистр давно плюнул на попытки запомнить дорогу, мысленно пометив: при первой возможности спросить у рыжей интриганки, когда она успела так хорошо изучить подвалы ратуши.
  - Почти пришли, - тяжело дыша, Ника застыла у стены, провела по ней ладонью. - Смотри!
  Глава Гильдии некромантов приблизился и уставился на стену, не веря своим глазам.
  - Запретные символы!
  - Они, - выдохнула Ника, поочерёдно нажимая на какие-то выступы.
  Часть стены отъехала в сторону. Перед молодожёнами открылась крутая винтовая лестница, уходящая вниз. Хранительница Порядка шагнула вперёд, не оглядываясь, поманила рукой супруга. Едва мужчина спустился вслед за ней на несколько ступенек, стена с тихим щелчком встала на место.
  Спускались недолго - всего четыре витка, и новый коридор. Магические светильники слабо мерцали, освещая путь. Ника остановилась, не доходя нескольких шагов до очередной двери. Обернулась, прерывисто дыша и внезапно разжала кулачок и дунула в лицо магистру некромантии какой-то сверкающей пыльцой. Перед тем, как его сознание померкло, он ещё успел ужаснуться поселившемуся в глазах хранительницы безумию.
  
  Очнулся магистр от холода. Он был прикован к каменному алтарю так, что даже головой пошевелить мог с трудом. Рубашки и пиджака на нём уже не было. Кожа на груди ныла, словно в живую плоть впечатали раскалённый металл и только что убрали. Мужчина потянулся к Силе, и ... Ничего. Просто ничего. Ни малейшего отклика. Он попробовал ещё раз и зашипел от пронзившей грудь боли.
  - Даже не пытайся, - в поле зрения появилась Ника. На идеально белом платье рубиновым ожерельем выделялись пятна крови. В руках девушка держала простой узкий нож. - У тебя на груди "Печать Хель". Ты же знаешь, что это такое?
  Магистр знал. Один из немногих знаков, запечатывающий силу мага, не позволяющий обращаться к ней в принципе. А уж учитывая, что знак вырезан прямо на теле, можно считать, что Силы он лишён на всю оставшуюся жизнь. Причём в том, что длинной она не будет, мужчина был почти уверен. А Ника продолжала:
  - Ритуал я провела верно, ты это наверняка уже ощутил. А даже если бы вдруг где-то и ошиблась, это помещение экранировано. Ты не видишь, но тут есть и "Ледяная тюрьма", и ещё несколько "Печатей Хель", а уж о вязях и различных одиночных знаках я молчу. Даже я не всё знаю. Но ты здесь беспомощен, как младенец. Как и все тёмные. Магия этого места признаёт лишь меня.
   Хранительница умолкла, глядя на мужчину с ласковой улыбкой инквизитора. Взгляд её был холодным и бесстрастным.
  - Ты решила меня убить? - вопрос был риторическим, но мужчина хотел выиграть время, надеясь, что кто-то да видел, как они спускались в подвалы ратуши. - За что?
  - Это не у меня надо спрашивать, - Ника продолжала улыбаться. - Я - всего лишь исполнитель, магистр. Винтик в системе. Точнее, если систему считать гильотиной, я - лезвие. В этот раз от меня требуют оборвать твою жизнь. Видимо, чаша твоих грехов переполнена.
  - Ты же любила меня, - потрясённо выдохнул мужчина. - Полтора года...
  - Полтора года у тебя был шанс, - Ника пожала плечами. - Я не знаю, как это работает. Я просто храню порядок. Прости, так получилось. Рассудок для меня важнее, чем ещё одна жизнь. Если бы мы сегодня не пришли сюда, я могла бы сорваться... Тогда пострадали бы невиновные. А ещё розы требуют подпитки.
  Магистра почему-то клонило в сон. Но от последних слов он вздрогнул.
  - Розы? - произнёс он непослушным языком. - Так ... древние легенды о том, что в каждом городе есть свой Палач, не врут?
  Хранительница Порядка мягко улыбнулась.
  - Береги силы, - почти нежно произнесла она. - А я расскажу тебе старую сказку. Однажды в одном небольшом городе жила девушка. Светлая. Она любила уют, ценила порядок во всём, пока однажды с ней не начали происходить странные вещи. Иногда при взгляде на конкретного человека ей хотелось убивать... Странное желание для светлой, правда? Вначале она не обращала на это внимания, но потом начались провалы в памяти. Порой она ловила себя на крыше высокого дома, порой - посреди парка. И однажды очнулась в ратуше, в кабинете Глав города. Они объяснили девушке, что происходит, а потом указали на её первого жениха... Ты знаешь, что хранительницы Порядка убирают только мужчин? За это в древних летописях нас и прозвали Кровавыми невестами. Зато завтра роза Справедливости выпустит новые бутоны. Осталось немного - ещё полчаса, и в твоём теле иссякнет кровь. А потом на алтаре останется лишь кучка пепла... Я смешаю пепел с твоей кровью в этом зале, помолюсь своим крылатым богам, а затем розовый куст получит любимую пищу. Твоя смерть не будет напрасной до тех пор, пока цветут розы... В одном из бутонов ты возродишься, чтобы очистить душу от скверны.
  - Они ... все ... знали? - магистр на чистом упрямстве удерживал уплывающее сознание. Его бил озноб. - За... что?..
  Он затих. Ника выждала несколько секунд, привычным движением проверила пульс на сонной артерии. Отсутствует. Отсоединила заполненные тёмной кровью пузатые пакеты, аккуратно перелила ещё тёплую кровь в серебряную чашу. Вернулась к телу магистра, быстро, не слишком заботясь об аккуратности, вскрыла узким ножом грудную клетку, достала сердце. Держа его в левой руке, начертила в воздухе руну Огня. Тело магистра исчезло во взметнувшемся пламени, оставившем после себя, как и было обещано, лишь горку пепла. Хранительница, положив сердце на край алтаря, достала щёточку, металлический совок, смела пепел и высыпала его в серебряную чашу.
  Раздался стук в дверь.
  - Заходи, сестрёнка, - не оборачиваясь, разрешила Ника. - Ты вовремя.
  - Магистр был хорошим мужиком, - некромант покосилась на чашу с кровью и пеплом. - Мир его праху.
  - Не хуже остальных, - хранительница протянула на ладони сердце. - Упокой. Как обычно. И завтра - в отпуск, я выбила нам две недели отдыха.
  - Когда ты уже влюбишься, Ник? - доставая ритуальный кинжал, вздохнула сестра. - Выйдем, проследишь.
  В узком коридоре некромант пронзила сердце магистра ритуальным кинжалом, нараспев произнесла несколько коротких фраз. Сердце дёрнулось, словно живое, а затем начало усыхать, пока не осыпалось с клинка серой пылью.
  - Розу с тобой полить, моя весёлая вдовушка? - хмыкнула она, протирая кинжал платочком. - Или это интимное действие?
  - Лучше за фантомом лича присмотри, - Ника, не заботясь о чистоте платья, прислонилась к стене. - У неё были планы на магистра, она может огорчиться, что его не стало.
  - А если мы на две недели исчезнем, она не огорчится? - поддела сестра. - Ладно, ладно, поняла, заткнулась, исчезла. Кстати, а ей бы здесь понравилось: лабиринты, да и лаборатория - не чета склепу. А уж о ритуальном зале я вообще молчу.
  - А ещё магия и куча замков и печатей, - фыркнула Ника. - Брысь, младшая. И только посмей завтра опоздать на поезд.
  
   - Ника! - погрузившуюся в размышления девушку окликнул терштай-изгнанник. - Ник, постой. На два слова...
  - О, вот тебя мне и надо! - оживилась хранительница. - Скажи, мой чернокрылый фей, ты ведь ответственный, верно?
  - Ну... - штай неуверенно кивнул.
  - Любишь животных? - уточнила Ника.
  - Ага, - животных чернокрылый и впрямь любил. Чужих. Издали.
  - И не откажешься выручить слабую красивую девушку? - рыжая смотрела на терштая взглядом кота из мультика 'Шрэк'.
  Изгнанник понял, что дело нечисто, но отказываться было уже поздно.
  - Что нужно? - обречённо поинтересовался он.
  - Да пустячок, - Ника уверенно подхватила крылатого под руку, - присмотришь две недельки за Пинцетом. Значит, слушай внимательно. Пинц не любит оставаться один, так что две недели поживёшь у меня. На завтрак нальёшь ему в блюдечко свежих сливок, купишь на рынке у Агрипинны Квазимордовны, она пятая слева от северных ворот. Не перепутаешь, только у неё зелёный платок с оранжевой лягушкой. Потом достанешь из морозилки форель, как растает - запечёшь в духовке с морской солью и каплей оливкового масла. Дашь остыть, угостишь Пинцетика на обед. Кусочек возьми себе, кот должен убедиться, что это съедобно. На ужин закинешь в духовку пирог с ливером, Пинцет его очень любит. В принципе, я пирогов заранее наготовила, морозилка забита под завязку, тебе только доставать и в духовку их ставить. Ах, да, самое главное: проследи, чтобы Пинцетик не забывал кушать капсулы с рыбьим жиром, это полезно для шёрстки. И вычёсывай его четыре раза в день, только аккуратно, если будет колтун - вначале распутай, а потом чеши дальше. И не забывай гладить кошачий пузик, если он разрешит. Откажешься - будешь исцарапан, если пренебречь высшим проявлением доверия, Пинц обижается.
  Терштай понял, что он только что конкретно попал. Кто бы мог подумать, что у Ники есть кот!
  - Не волнуйся, - по-своему поняла его замешательство хранительница, - я всё тебе запишу.
  Увидев Пинцета, чернокрылый штай окончательно убедился, что попадос более, чем конкретный. Ухоженный кот с шелковистой шёрсткой лазурного цвета, подчёркнуто не замечая его, с чувством собственного достоинства царственно подошёл к Нике и требовательно заявил:
  - Мур!
  - Ника... Откуда у тебя лазурный кот? - ошалело вопросил назначенный нянькой редкого зверя терштай у почёсывающей блаженно прижавшего ушки кота Ники.
  - А, Пинцетик не мой, - девушка перебирала лазурную шёрстку, кот довольно урчал. - Он сам по себе, и у сестрёнки часто тусит, и к вообще незнакомым мне личностям шастает. Но последнее время каждый день тут. Так что я на тебя рассчитываю, ты ведь не обидишь котейку?
  Терштай и приоткрывший один глаз Пинцет смерили друг друга одинаково недоверчивыми взглядами, причём кот демонстративно выпустил из мягких лапок неожиданно длинные когти.
  - Не обижу, что ты, - уверил мужчина, тоскливо подумав про себя: 'А вот в обратном я совсем не уверен'.
  
  Ника, вихрем пролетев по комнатам, собрала вещи в сумку.
  - Золотце моё чернокрылое, я сейчас к родителям, а то знаю Зарайку: чемодан не соберёт, всё проспит, прибежит на перрон с одной зубной щёткой, хорошо, если документы прихватит. Всё, не скучай, мой крылатый фей! - хранительница звонко чмокнула терштая в щёку, обдав ароматом древесно-цитрусовых духов, и, вручив листок с инструкцией по уходу за котом, подхватила сумку и выскочила за дверь.
  - Рыжая-бесстыжая, вот что в тебе такого, что я позволяю подбивать меня на такие безрассудства? - покачал головой терштай. Взглянул на прищурившего глаза Пинцета, мирно усевшегося на пороге и пожаловался: - А она меня даже по имени не называет... Ладно, идём на кухню, посмотрим, чем тут можно поживиться.
  Стащив из блюда на столе пирожок, терштай порылся в морозилке, достал кило фарша и кусок форели. 'К вечеру разморозится', - опрометчиво решил он, щедро угостив кота вторым пирожком.
  Но к вечеру Ятсан понял, что жестоко ошибся. Пирожки закончились, а Пинцет всё так же требовательно и заунывно завывал, всем своим видом давая понять бестолковому 'крылатому няню', что котик голоден.
  - Лазурный, а ты не ... не офигел? - скармливая борзеющему не по часам, а по минутам коту последний пирожок, поинтересовался штай. - Ты же бездонный прямо! Жрёшь не только за себя, а за всю голодающую Африку впридачу.
  Кот, блаженно прижав уши, бойкой лазурной мясорубкой смолотил отжатый пирожок и, требовательно повернувшись, четко заявил:
  - Дай!
  - Что 'дай'? - офигел терштай. - Я тебе последний пирожок скормил, от себя, можно сказать, оторвал! Есть надо по режиму, это я тебе, как практикующий хирург говорю. Жди! Через полтора часа сварю тебе форель.
  Через полтора часа Ятсан вглядывался в девственно чистую раковину и уже сомневался, точно ли он туда что-то складывал. В то, что Пинцет, почти неотступно крутившийся под ногами, мог успеть заточить кило фарша и полкило форели не размораживая и вместе с целлофановыми пакетами, крылатый не верил. Десятью минутами позже, выуживая из-под стола погрызенные, чисто вылизанные целлофановые пакеты, в которых когда-то были фарш и форель, штай тихо ругнулся на прожорливую лошадь, по чистому недоразумению названную котом, и, понадеявшись, что тот наелся, полез в морозилку в поисках съестного. Обрадовался, наткнувшись на готовые к пожарке котлеты, мысленно поблагодарил запасливую Нику, зажёг газ, выложил на сковороду десяток котлет и, накрыв их крышкой, ушёл в комнату, чтобы дочитать оказавшийся неожиданно интересным журнал 'Сплет-элит'.
  Внимание терштая привлекла статья с названием 'Скелет-призрак вышел на охоту'. Вначале Ятсан недоуменно нахмурился, но уже после первого абзаца едва не рыдал от хохота.
  'Гулять по старому городскому кладбищу с наступлением темноты стало опасно. Источник редакции сообщил, что видел там высокое и длинное скелетоподобное существо с кроваво-алыми глазами. Скелет был покрыт зелёной плесенью и вёл себя агрессивно, преследуя случайно оказавшуюся в этот недобрый час на кладбище юную девушку. Бедняжка успела поседеть от ужаса, но вышедшему на охоту скелету этого было мало, и он преследовал девушку по всему кладбищу.
  - Это было самое жуткое существо, которое я когда-либо встречал! - сообщил наш очевидец. - Белое лицо, острые, как иглы, клыки и эта жуткая плесень... Оно наверняка ядовито!
  Ко всему прочему, жуткое создание владеет ментальной магией: набегавшись, оно внушило жертве выпить воды из ближайшей лужи. Не нам вам рассказывать, дорогие читатели, что вода почти наверняка была отравлена трупным ядом. Понимая, что девушке уже не помочь и справедливо опасаясь за собственную жизнь, гражданин поспешил покинуть опасную территорию. Но перед этим успел заметить, как выпивший душу невинной жертвы скелет растворился в воздухе, словно тень, и лишь алые глаза ещё какое-то время светились в ночи над могилами'.
  - Вышедший на охоту скелет-призрак! -утирая выступившие от хохота слёзы, протянул терштай. - Я просто обязан показать эту статью Кьязе! Интересно, почему Зарайя не показала? Может, сама не видела ещё?
  Взглянул на дату. Сегодняшний выпуск. Значит, точно ещё не видела, Ника бы непременно поделилась с сестрой такой новостью. Тут мужчина вспомнил о жарящихся котлетах и решил, что было бы неплохо их перевернуть. Пришёл на кухню и замер молчаливым памятником над сковородой, в которой скворчало масло. Без котлет. Пинцет умывался, сидя на табуретке, и делал вид, что он тут ни при чём.
  - Не обжёгся хоть? - преувеличенно заботливо спросил штай, в душе мысленно придушив лазурного прожору.
  - Мняу, - снизошёл до ответа кот.
  Ятсан заглянул в холодильник, понял, что кроме йогуртов ничего съедобного там не осталось, и, выбрав йогурт со вкусом груши с корицей решил перекусить хотя бы им, пока на сковороде разогреваются три отбивные. Оставлять кухню на кота штай в этот раз не стал. Но Пинцета гораздо больше заинтересовал йогурт. Пробежав по столу, он самым нахальным образом ткнул лапой прямо в баночку, вытащил, уже в йогурте, брезгливо тряхнул, забрызгивая кухню и Ятсана и тут же кинулся вылизывать. Насильно вымытый до стерильной чистоты терштай даже возмутиться не успел.
  - Тебя неправильно назвали: ты Проглот, - сообщил он прожорливому соседу. - Вот куда в тебя столько лезет, скажи? У кота ведь желудок не больше напёрстка, а ты слопал уже почти столько, сколько весишь сам.
  Кот лениво зажмурился, давая понять, что попытки достучаться до его совести потерпели фиаско. Ятсан повёл носом, принюхиваясь к разогревшимся отбивным, отрезал толстый ломоть хлеба, выключил плиту, переложил мясо на тарелку и собрался было ужинать. Но сделать это под умоляющим взглядом кота оказалось непросто. Нет, Пинцет не орал, требуя свою долю, он молчаливо и укоризненно смотрел на терштая. Пришлось делиться. Честно. То есть, две отбивные и ещё кусочек от третьей - коту, всосавшему их, как пылесос, а самому Ятсану - оставшееся. И хлеб. Но когда кот запрыгнул на колени мужчины и растопыренной лапой попытался достать прямо изо рта временного 'хозяина' кусок пирога с яблоками, терштай не выдержал. Пересадил Пинцета на соседний стул, сунул ему остаток пирога и вытащил из кармана телефон.
  - Ника, твоя лазурная прожорливая лошадь слопала уже недельный запас продовольствия, - услышав звонкое 'Слушаю', выпалил Ятсан. - Я уже не знаю, чем его кормить. И вообще, он мне поесть нормально не даёт! Ты уверена, что он меня ночью не слопает? Как-то плотоядно он на меня косится. Ага... Понял.
  Кот посмотрел на терштая укоризненно и, пренебрежительно фыркнув, удалился из кухни. Но стоило терштаю приоткрыть холодильник в поисках съестного, тут же снова нарисовался на пороге с вопросительным: 'Мыр?'
  - Не 'мыр', а пусто там, - сообщил ему мужчина. - Слушай, кот, добром прошу: сгинь!
  Кот нахально запрыгнул на стул и уселся, гипнотизируя терштая изумрудными глазами. Ятсан досадливо вздохнул и оставил кухню за котом, перебазировавшись в комнату. Но через пять минут услышал шорох в коридоре. Выглянул, и увидел, как Пинцет тащит в зубах половину батона. Судя по довольной харе, кот размышлял, сразу инвестировать батон в собственное развитие, или придержать до лучших времён. Когда терштай попытался разлучить кота с хлебобулочным изделием, оказалось, что они намертво срослись примерно в середине батона. Кто-то из этой парочки неразлучников даже гнусаво обругал мужчину недовольным: 'Мняу-няу-уууууу-шшшшш...'
  Провести воспитательную беседу с котом помешала открывшаяся входная дверь. Моментально сориентировавшийся кот тут же оставил батон сопернику и радостно бросился к вернувшейся хранительнице.
  - Ты зачем Ятсана обижаешь? - подхватив тут же замурлыкавшего лазурного на руки, ласково спросила Ника. Перевела взгляд на сидящего на корточках с батоном в руках терштая и нахмурилась: - Радость моя крылатая, Пинцет батон не ест. И не корми его в коридоре, сам подметать будешь.
  - Да я этот батон у него только что забрал! - обиделся Ятсан. - Этот прожора слопал фарш и форель, даже не размораживая, сожрал котлеты прямо со сковороды, как не обжёгся, главное, почти целое блюдо пирожков умял и ещё почти все отбивные у меня выпросил!
  - Серьёзно? - Ника опустила кота на пол. - Так ты голодный, бедолага?
  - Это ты мне или коту? - опасливо уточнил Ятсан.
  - Тебе, мой чернокрылый друг, тебе, - рыжая улыбнулась. - Иди на кухню, я руки вымою и приду, посмотрим, чем тебя кормить.
  - Мняяяя? - протянул кот, гладясь лазурным боком о ноги девушки.
  - И тебя тоже, - согласилась та.
  Ятсан мысленно с облегчением вздохнул. При Нике кот вёл себя образцово. Злосчастный батон терштай, правда, выкидывать не стал. Пока Ника была в ванной, запаковал его в пакетик и спрятал в дальний угол хлебницы, справедливо предполагая, что лазурный 'вкладчик' не сегодня, так завтра вновь потребует дополнительных инвестиций в растущий организм.
  
  Рыжим вихрем влетевшая на кухню хранительница покопалась в морозилке, извлекла оттуда кусок мяса килограмма на полтора, пакет с рыбным филе, погрозила пальцем протянувшему когтистую лапу за мясом коту, и тот моментально сделал вид, что лапу он вытянул, чтобы удобно было её вылизывать. Захлопнула морозилку, закинула мясо в микроволновку на режим разморозки, пока оно размораживалось, успела забросить в кастрюльку десяток яиц, смешать кляр, поставить вариться рис в скороварке и запихнуть рыбу в пароварку, слегка сбрызнув лимонным соком и посыпав морской солью.
  Ятсан с умилением наблюдал за этой картиной. Привычный к такому кот сидел на табуретке и вылизывался, время от времени поводя носом.
  - Фей чернокрылый, ты нужен мне, как мужчина, - роясь в холодильнике, заявила Ника.
  От неожиданности терштай на несколько секунд завис, уставившись на весьма аппетитные округлости хранительницы. Воображение тут же начало подкидывать варианты, но здравый смысл твердил, что что-то тут не так.
  - А? - отмерев, переспросил Ятсан.
  - Банку со скумбрией в масле открой, пожалуйста, - попросила девушка, протягивая консерву и консервный нож. - Мне это редко удаётся сделать аккуратно.
  Ятсан послушно открыл банку. Ника тем временем перекинула сварившиеся яйца в миску с холодной водой, выдала кусок рыбы из открытой банки коту, с волнением следившему за перемещением еды, достала из микроволновки размороженное мясо, поварским ножом, почти не глядя, нашинковала его тонкими лепестками, поставила на огонь сковороду, плеснула туда оливкового масла, выдала нервно дёргающему хвостом лазурному зверю два крайних, неровных куска, предварительно нашинковав их полосочками, отбила остальные, обмакнула четыре из них в кляр и шлёпнула на сковороду. Ятсан с удовольствием осмотрел ладную фигурку хранительницы Порядка и усмехнулся, обнаружив, что Ника не надела тапки.
  - Босая и на кухне, прямо мечта любого мужчины, - не преминул он подшутить над хранительницей. - Вот только с третьим пунктом непорядок...
  - Предлагаешь это исправить, мой крылатый друг? - Ника уже закончила фаршировать яйца и поставила перед терштаем тарелку с этой нехитрой закуской. - А ничего, что у нас генетическая несовместимость?
  - Ну я же врач, - не ожидавший такого ответа терштай решил идти до конца. - Всё решаемо, рыжик.
  - Ешь, герой-любовник, - не прониклась Ника. - Через пять минут будут готовы рис и отбивные. Пинц, нельзя на стол! Сейчас твоя рыба остынет и дам.
  Ятсан с демонстративным наслаждением жевал фаршированное яйцо, понимая, что это мелочно, но не в силах отказаться от возможности хоть так отомстить лазурному проглоту.
  Через пять минут, как и было обещано, Ника щедро зачерпнула из скороварки горку рассыпчатого белоснежного риса, украсила его по краям истекающими золотисто-прозрачным соком отбивными и поставила всё это великолепие перед Ятсаном. Кот к этому времени уже благополучно уминал свою рыбу, урча от удовольствия. Себе хранительница заварила только чай.
  Пока Ятсан ужинал, она успела из остатков рыбы и яиц с рисом сделать начинку для пирожков, замесить тесто на кефире и первый противень выпечки уже отправился в оснащённую таймером духовку. То, что на него не уместилось, Ника аккуратно сложила на присыпанную мукой доску и запихнула в морозилку.
  - Потом просто на 20 минут в духовку, и готово, - между делом проинструктировала она Ятсана.
  - Да я справлюсь, - успокоил её терштай, наевшийся, и оттого моментально подобревший. - Не беспокойся ты так, я умею готовить.
  - Да я знаю, - Ника отставила чашку и поднялась из-за стола. Отошла к окну.
  Терштай поставил опустевшую тарелку в раковину, подошёл к девушке, обнял её за плечи, почувствовав, как она напряглась, словно натянутая струна.
  - Как ты, Ника? - тихо спросил он.
  - Хреново, - девушка выдохнула, на миг расслабилась, прижалась спиной к груди мужчины, но тут же отстранилась. - Справлюсь, чернокрылый, не в первый раз. Ну что, все твои проблемы решены? Тогда я пошла, родители ждут и малая должна скоро вернуться.
  - Побудь со мной ещё часик, - попросил терштай. Видя, что Ника колеблется, добавил: - Тебе нужно с кем-то поговорить. А я провожу потом.
  Хранительница Порядка звонко рассмеялась.
  - Радость моя крылатая, что со мной случится? Ладно, пошли в комнату, поболтаю с тобой немного.
  Кот, вылизав свою тарелку и оставив на ночной перекус половинку выпрошенной отбивной, решил, что оставлять Нику наедине с неблагонадёжным терштаем, пожалевшим коту фаршированное яйцо, не стоит и молчаливой лазурной дуэньей просочился вслед за ними в комнату.
  - Я тут твой журнальчик почитал, - Ятсан кивнул на лежащий на столике 'Сплет-элит' и усмехнулся. - Интересно, кто из этих, с позволения сказать, катранов пера, Кьязу видел? Кстати, с опозданием публикуют новости, с опозданием...
  - У них периодичность, они иначе не могут, - Ника плюхнулась на диван, кот занял стратегическую позицию на кресле, наблюдая за терштаем.
  Тот колебался недолго и тоже сел на диван. Повернулся к хранительнице и произнёс:
  - В любом случае, сдаётся мне, что Гильдия некромантов этого так просто не оставит. Как минимум, потребуют опровержения. Не исключено, что ещё и оштрафуют.
  - Мой крылатый друг, ты наивен, как молодой карась, - хмыкнула Ника. - С их тиражом и их доходами они, во-первых, могут позволить себе любой штраф, а во-вторых, у них наверняка есть доказательства, после предъявления которых Гильдия будет выглядеть, мягко говоря, грустно и уныло... Отзовёт иск и ещё доплатит, чтобы сплетник доказательства не обнародовал. Точно так, как вышло с Главой Галом.
  - А что с ним вышло? - заинтересованно подался вперёд терштай.
  - Ты не в курсе, что ли? - девушка звонко рассмеялась. - 'Сплет-элит' пару месяцев назад опубликовал статейку, полную намёков на то, что, что главный эрштай города и ведунья Наядна состоят в тайной любовной связи. Подожди, сейчас посмотрю, может, я не выкинула этот номер...
  Ника вытащила с полки под столиком кипу прошлых выпусков журнала, быстро перебрала их, бросила часть на колени Ятсану, попросив сложить в аккуратную стопку и положить на место, а сама с чувством зачитала:
  - Рыдайте, дамы, ещё одна неприступная крепость пала! Ценный приз в виде целого главы города - уважаемого Гала - удалось получить главе Гильдии ведунов: прекрасной Наядне. Компетентный источник сообщил, что в последнее время ведунья частенько наведывается в городскую ратушу. Скажете, исключительно по рабочим вопросам? Конец года, и Главы хотят получить отчёты о работе вверенных им подразделений? Возможно, но уж слишком довольной выходит госпожа Наядна после этих бесед, а лёгкий беспорядок в одежде даёт понять, что встречи проходят жарко... Впрочем, глядя на фото госпожи ведуньи, мужская часть редакции понимает главу Гала, отдающегося изучению работы гильдии ведунов с полным погружением.
  Ятсан опешил. И это называется - намёки?
  - На месте Гала я бы за такое долго и с наслаждением душил автора статейки, закрыл журнальчик, сжёг редакцию, а то место, на котором она стояла, засыпал бы солью, - покачал он головой. - Ну не томи, что там дальше было?
  - Глава Гал был в ярости, не поленился лично прийти в редакцию и требовать опровержения, угрожал отобрать лицензию и закрыть их за клевету и оскорбление чести и достоинства, - охотно пояснила Ника. - А главред позвал его в кабинет и предъявил доказательства... Фотокор умудрился где-то заснять страстный поцелуй Гала и Наядны. Потом прочёл Главе лекцию о том, что публичный человек обязан либо вести себя безукоризненно, либо не обижаться, что факты из его жизни выносятся на достояние общественности... Тем более ни слова лжи в статье не было. И предложил сделку: журнал не публикует продолжение статьи с прилагающимся фото, а взамен получает освобождение от налогов на 5 лет и отсутствие проверок на такой же срок. Иначе - долгие и муторные суды, в которых решение, понятное дело, будет вынесено в пользу журнала. Что им теперь Гильдия некромантов?
  - А ты откуда знаешь такие подробности? - насторожился Ятсан.
  Ника снова расхохоталась:
  - Крылатый, ты, никак, подозреваешь, что я сотрудничаю с нашим элитным сплетником? Всё проще: их главный редактор - мой добрый знакомый. Однажды под бутылочку коньячка он и поведал мне эту душераздирающую историю.
  - Интересно, кто ещё есть среди твоих знакомых? - усмехнулся Ятсан. - Глава 'Сплет-элита', некроманты, светлые, Главы города и с недавних пор даже фантом лича... Кстати, помнишь, как мы познакомились с ней?
  - Вы с ней познакомились раньше, - мягко поправила Ника, улыбнувшись как-то грустно и беззащитно. - Я знаю, чернокрылый, что вы с ней были парой... А как познакомились мы - помню. Такое не забывается.
  Девушка умолкла, откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза. Тот день был облачным и туманным. От редких солнечных лучей, пробивающихся сквозь прозрачно-молочное марево деревья на старом кладбище казались позолоченными. Сильно пахло опавшей листвой, от замшелых надгробий тянуло сыростью. Компания, состоящая из обнаружившей разумный вид доселе неизвестной нежити Зарайи, самой Ники и напросившихся в сопровождающие Ятсана и почившего ныне магистра Санфео, весело шурша сухой листвой под ногами, топала по узкой тропинке, ведущей к увитому плющом склепу с приоткрытой дверью.
  - Вчера она была здесь! - звонко заявила юная некромантка. - Я сама видела!
  - Ничего так, готичненько, - Ника заглянула в приоткрытую дверь, мимоходом отбросив носком сапога в сторону засохший букет из когда-то белых роз. - Только пыльно-то как! Ужас! Срочно надо убрать паутину!
  - Между прочим, я на ней сплю, - раздался голос, и мигом повернувшаяся компания узрела симпатичный скелет с зелёной плесенью на костях. Причём даже не материальный. Точнее, материальный, но изредка. В общем, возмущённая произволом хозяйка склепа свалилась прямо в объятья магистра некромантии.
  В общем, с этого поистине эпичного знакомства и началась дружба. Кьяза, умудрившаяся взять под опеку дочь тёмных кузнецов Талену, развела бурную деятельность по сведению магистра и хранительницы, упирая, что такой паре Талену точно отдадут на воспитание. Ника упиралась, прекрасно зная, чем это закончится, но не имея права рассказывать. Не подозревающий о свой судьбе магистр ухватился за это предложение, с другой стороны на несчастную хранительницу давили главы города... И Ника сдалась. Тем более, приступы становились всё чаще... Сегодня она исполнила свой долг перед городом. В очередной раз.
  - Рано или поздно всё равно пришлось бы это сделать... - прошептала она, не открывая глаз. Из-под век скатилась одинокая слезинка.
  Не ожидавший такой реакции Ятсан про себя выругался. Доводить Нику до слёз в его планы не входило. Он неловко привлёк девушку к себе, успокаивающе погладил по волосам, но добился лишь того, что Ника тихо всхлипнула, вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг, а худенькие плечи заходили ходуном. Терштай в панике прижал плачущую хранительницу к себе, мучительно соображая, как прекратить эти тихие слёзы.
  Кот неодобрительно смотрел на них с кресла. Глупый крылатый двуногий. Расстроил хозяйку, а теперь пытается придушить. Разве ж так успокаивают? Вылизал бы лучше. Слёзы, конечно, невкусные, солёно-горькие, но когда Пинцет однажды сам успокаивал хозяйку, он лизнул мокрую щёку и тут же был вознаграждён улыбкой. Потом Ника сказала, что только он, лазурный котик, её понимает и налила целую миску свежих сливочек. Может, этот крылатый сливки не любит, вот и не успокаивает? Пинцет сам видел: в холодильнике целая бутылка! Хватило бы на двоих, он не жадный... Пару ложек для кофе точно бы не пожалел.
  
  Ника успокоилась сама. Отстранилась, глубоко вздохнув, промокнула глаза вытянутым из кармана платочком.
  - Похоже, у меня входит в привычку плакать у тебя на груди, - пошутила она. - В первый раз, помнится, тоже рыдала, как бобёр. Смотри, привыкну, придётся тебе специальную жилетку покупать, чтобы мне было, куда плакаться.
  - Для тебя - хоть десяток жилеток, - серьёзно проговорил Ятсан. - Ника, ты же знаешь, что все они были виновны. Ты просто исполняешь приговор.
  - От этого не легче, чернокрылый, - слабо улыбнулась девушка. - Ну допустим, Санфео не был святым. Я не всё могу тебе рассказать, клятва, сам понимаешь. Он был горд и упрям, и это его погубило. Но даже то, что его приговорили, не значит, что мне было легко убивать его. В конце концов, он действительно хотел начать всё сначала, стать лучше. Но некоторые ошибки нельзя стереть и сделать новую запись. Приходится вырывать целый лист.
  - Так надо, милая, - терштай воспользовался возможностью вновь привлечь гибкое девичье тело к себе, но хранительница Порядка аккуратно вывернулась из его объятий, поднялась с дивана и отошла к окну.
  - Я ненавижу этот город и своё место в его жизни, - произнесла она, не поворачиваясь. - Но надо быть сильной, надо верить в лучшее, и не только ради себя. А лучшего не будет: единственный шанс, о котором говорят легенды, уже упущен. Хранители любят лишь единожды, а меня угораздило полюбить того, кто мои чувства никогда не разделит... И это печально. Я никогда не узнаю каково это - засыпать и просыпаться в объятьях любимого. А значит, рано или поздно безумие победит. А Главы уже намекают, что у меня есть ещё один долг - перед городом и семьёй. Пока не требуют его исполнить, но лишь это лишь пока...
  Терштай тоже встал, подошёл к Нике, молча встал рядом. Он хотел бы поддержать, приободрить её, но не находил слов. Девушка сама повернулась к нему, доверчиво заглядывая в глаза.
  - Ятсан, - от того, как она произнесла его имя, у мужчины по спине пробежали мурашки, - что такое любовь? Как это - когда тебя любят по-настоящему? Ты ведь знаешь это чувство. Расскажи мне о нём.
  - Рассказать о любви нельзя, - несколько обалдевший от такой просьбы терштай пытался собраться с мыслями. - Она для каждого своя, рыжик. Ты ведь сама пишешь стихи о любви. Не смущайся так. Да, знаю, видел пару раз листики из блокнота с твоим почерком. Красиво, но грустно. Знаешь, я даже немного позавидовал тому, кому эти стихи посвящены. Так искренне, так откровенно...
  - Спасибо, - Ника порывисто обняла его. - Хочешь, напишу что-нибудь для тебя? Но у меня будет одна просьба. Возможно, странная.
  - Для тебя я заранее согласен на всё, - кивнул терштай и усмехнулся: - Раз уж даже согласился целых две недели кормить вон ту бездонную лазурную бочку, дрыхнущую в кресле.
  Словно поняв, что речь идёт о нём, кот лениво приоткрыл один глаз, презрительно фыркнул, встал, покрутился вокруг своей оси, улёгся на другой бок, демонстративно отвернувшись, и снова задремал.
  - Только не смейся, хорошо? - хранительница Порядка выглядела смущённой. - В общем, я тут подумала... Вокруг тебя всегда тьма женщин, я даже имена их не успеваю запоминать. Вроде, у трёх последних они на 'Ф' начинались, а перед ними была Жанна. И все они выглядят такими счастливыми рядом с тобой. И ты с ними ласковый и заботливый...
  - Ник, я всего лишь играю с ними в любовь, - тихо проговорил терштай. - Не люблю.
  - Я знаю, - кивнула девушка. - Научи меня тоже так делать. Играть, не любя. Так ведь проще и легче?
  - Иду навстречу цветным витринам, мимо пролетают дорогие лимузины,в них женщины проносятся с горящими глазами, холодными сердцами, золотыми волосами... - нараспев проговорил Ятсан. - Хочешь быть такой, да? Ника, ты рискуешь заиграться и потерять себя в пародиях на отношения.
  - Что мне терять, крылатый? - спокойно проговорила она. - Ты ведь помнишь продолжение: город-сказка, город-мечта. Попадая в его сети, пропадаешь навсегда... Чёрт с ним, помирать - так с музыкой. Полный карт-бланш, мой крылатый фей. Учи меня любить понарошку так, чтобы это казалось настоящим.
  - Хорошо, - слегка хрипловатым голосом ответил терштай. - Начнём с простого: попробуй посмотреть на меня так, словно ты меня любишь.
  - Это ты называешь простым?! - возмутилась Ника. - Ничего себе заявочки!
  - Это легко, - Ятсан положил ладони на плечи девушки и та застыла, завороженная нежностью в его глазах. - Ника, солнышко моё рыжее, маленькая, запутавшаяся девочка... Такая ранимая, такая хрупкая. Иди ко мне, рыжик.
  Он мягко привлёк хранительницу к себе, коснулся губами её волос. Ника доверчиво прижималась к нему, тёплая, мягкая. Несмело коснулась его крыльев, провела от оснований вниз, до поясницы. Шепнула:
  - Такие шелковистые...
  - Не настолько, как твои волосы, - терштай пропустил между пальцев прядь её волос. - Моя солнечная, ты в курсе, что от тебя пахнет земляникой?
  - А? - Ника подняла голову, и мужчина тут же воспользовался этим, легонько коснувшись её губ.
  - Однозначно - земляникой, - шепнул он, отстраняясь. - Можно продолжать?
  - М-мне нужно всё обдумать, - смутившаяся Ника решительно отстранилась, одёрнула футболку. - Идём кофе пить. А потом я пойду, родители ждут...
  Она выскочила из комнаты, разбудив и испугав мирно спавшего в кресле кота. Тот недовольно сощурился вслед, затем мягко спрыгнул и устремился следом. Ятсан тихонько рассмеялся. В принципе, он и не рассчитывал на положительный ответ. Рыжик... Неужели она правда поверила, что он сможет её обманывать?
  Когда терштай зашёл на кухню, Ника как раз разливала кофе из медной турки по чашкам. Лазурный кот сидел на подоконнике и гипнотизировал сковородку, в которой что-то жарилось.
  - Я Пинцету блинчик с ветчиной разогреваю, - хранительница кивнула на холодильник. - В морозилке, в нижнем отделении, сразу под пакетами с пельменями и чебуреками. - Пельмени котик не очень любит, а вот блинчики уважает. Они готовые уже, только разогреть. Ты его угощай, хорошо? Сейчас, пару секунд, я ему блин порежу, чтобы остыл быстрее, а нам к кофе печенье и конфеты. И сыр. Принеси мой блокнотик и ручку, пожалуйста, я тебе стих обещала.
  - Я пошутил, - примирительно поднял ладони Ятсан.
  - Я обещала, - Ника мотнула головой. - Тебе бальзама на травах в кофе добавить?
  - Ложку, - согласился мужчина, уходя за блокнотом.
  Кофе был изумителен. Бархатный вкус с лёгкой шоколадной ноткой и ароматом бальзама отлично сочетался с солоноватым сыром. Терштай наслаждался. Ника, отхлёбывая свой кофе, щедро разбавленный молоком, что-то строчила в блокноте, хмурилась, зачёркивала, исправляла. Наконец, вырвала чистый лист, переписала на него готовое стихотворение и, сложив вчетверо, пододвинула к Ятсану.
  - Фей, прочитаешь, когда уйду, договорились? -она допила кофе, поднялась, переложив пригревшегося на коленях Пинцета на освободившийся стул. - Провожать не надо. И не звони, мы с сестрёнкой выключим телефоны. Не желаю, чтобы хоть кто-то нас дёргал! Всё, я убежала. Береги Пинца! Ну, и себя тоже.
  Держа в руках листок, Ятсан вышел в прихожую. Проводил взглядом скрывшуюся за поворотом фигурку и развернул листок. Прочитал, нахмурился, вернулся на кухню, достал из шкафчика бутылку с бальзамом, щедро плеснул в чашку с остатками кофе, залпом выпил, перечитал ещё раз. Строчки, написанные знакомым летящим почерком, никуда не делись.
  'На алтарь воск свечи оплывает слезой,
  Замирает душа в ожиданьи рассвета.
  Мгла уйдет позабытой ночною грозой:
  Наша песня ещё до конца не допета.
  Заварю тебе кофе я с ложкой бальзама
  И накину на ноги потрёпанный плед.
  Так хочу позабыть, что любовь - это драма
  И что 'завтра' с тобой у нас в принципе нет.
  Этот вечер пройдёт и останется в прошлом.
  Мой терштай, я не знаю, что ждёт впереди.
  Говорят, не судьба, говорят, жребий брошен...
  Только слышишь, пожалуйста, не уходи...
  Свет погаснет и слов больше будет не нужно.
  И пусть утро разлучит с тобою нас вновь,
  Я поверю в ту страсть, что в глазах твоих кружит.
  Я поверю, Ятсан... Подари мне любовь'.
  
  Не отрывая взгляд от стихотворения, мужчина достал телефон, набрал номер.
  - Ты в курсе, который час? - сонно возмутились в трубке.
  - Я всё ей расскажу, - холодно сообщил терштай. - С коллегой сам договаривайся.
  - Ты с ума сошёл? - моментально проснулся собеседник. - Ятсан, ты знаешь правила!
  - Я рискну, - поглаживая листок, улыбнулся Ятсан. -В общем, я предупредил. И ещё, Гал, не вздумай мешать. Ты тоже знаешь правила.
  Не дожидаясь ответа, нажал на 'отбой'. Сполоснул чашку, забрал со стола лист со стихотворением. Взглянул на часы. И впрямь далеко за полночь. Заботливая Ника оставила чистый комплект постельного белья, но Ятсан не удержался и утащил из спальни её подушку. Разложил диван и лежал, наслаждаясь тонким ароматом земляники. Лазурный прохвост в знак высочайшего доверия устроился в ногах терштая и громко урчал на всю комнату. Под размеренное мурлыканье кота мужчина и задремал.
  Утром на вокзале было пусто и холодно. Среди нескольких человек, терпеливо ожидавших состава на перроне, были и Ника с Зарайей. И если хранительница была бодра и на вид вполне довольна жизнью, то некромантка маленькой нахохленной совой сидела на чемодане и поминутно зевала.
  - Проснись и пой! - радостно заявила Ника наконец. - Вон наш поезд, ещё 5 минут, и зайдём в уютное купе. Там досмотришь свои сны.
  - Нам всего 4 часа до Элл-Фамара ехать, - буркнула Зарайя. - Не успею.
  - Я всё больше убеждаюсь, что у нас в роду были как минимум ежи, а как максимум - медведи, - хмыкнула рыжая. - Иных причин твоей сонливости я отыскать не могу.
  - Да ладно тебе, - некромантка зевнула и нехотя поднялась. - За 2 недели высплюсь. Кстати, куда мы хоть едем-то?
  - На Лазурные острова, на побережье Луагроссы, - Ника подхватила свой чемодан. - Так что из Элл-Фамара самолётом компании 'Дракомант авиа'. Лазурные острова - их территория.
  - Да я помню, помню, - сдержала очередной сонный зевок младшая из сестёр, плетясь вслед за старшей к поезду. - Дракоманты, лазурные коты и плюющиеся огнём мыши, живущие в пустыне между Элл-Фамаром и Тремиштаем. Кстати, а Рейхан у нас по пути не значится? Говорят, там лучшая школа некромантов. Я бы пообщалась с коллегами по ремеслу. Может, они подскажут, как вернуть память умертвию?
  - Посмотрим, - не стала обнадёживать хранительница, предъявляя проводнику билеты. - Зар, наше купе седьмое, не отставай.
  - На две персоны? - присвистнула некромантка, заглядывая в дверь с нужным номером. - Богато живём!
  - А зачем нам непонятные граждане в попутчики? - Ника уселась у окна, выглянула на перрон и тут же задернула занавеску. - Этого ещё не хватало!
  - Кто там? - заинтересовавшаяся Зарайя выглянула в окно. - О, Ятсан! А он что тут делает? Ник, ты чего прячешься? Ты ж ему самое святое доверила - Пинцета!
  Некромантка забралась на полку, высунулась в форточку и энергично замахала рукой, привлекая к себе внимание. Терштай подошёл.
  - Решил вас проводить, - улыбнулся он, пытаясь высмотреть притаившуюся в глубине купе Нику.
  - Правильно, - кивнула некромантка и тут же заныла: - Ятсанчик, не дай пропасть во цвете лет юному дарованию, пожертвуй два маховых пера на амулет, а? Ну раз ты так удачно пришёл.
  - До отправления поезда номер 812 Кардашир - Элл-Фамар остаётся 5 минут, - прохрипел динамик на столбе.
  - Как знал, как знал, - Ятсан вытащил из кармана пакетик с двумя чёрными перьями. - Ника, на два слова.
  Получившая вожделенное сокровище Зарайя потеряла было интерес к планирующемуся разговору, но первая же тихая фраза терштая заставила некромантку насторожиться.
  - Ты собираешься возвращаться?
  - У меня нет выбора, - голос сестры звучал грустно.
  - Ника, по поводу вчерашнего, - тон Ятсана был серьёзен, - я понял намёк. И понимаю твоё желание сменить обстановку, побыть хотя бы две недели вне привычного социального круга и всех игр. Я не собираюсь тебя задерживать сейчас. Хотел сказать лишь одну вещь: ты можешь верить мне, рыжик. И вчера я не играл. Лёгкой дороги вам. Поговорим, когда вернёшься.
  Поезд медленно дёрнулся и тронулся с места. Зарайя, спрятав перья в рюкзачок, с любопытством уставилась на притихшую Нику.
  - Систер, а ты ничего мне рассказать не хочешь? - сон слетел с неё, точно его не бывало.
  - Не хочу, - покачала головой Ника.
  - А что у вас вчера было? - не собиралась отступать некромантка.
  - Кофе пили и разговаривали, - буркнула хранительница. - Отстань, мелкая. Я и так на нуле, не хватало ещё сеанс психоанализа от свежелицензированной специалистки по работе с мёртвыми получить.
  - А психоаналитик тебе бы не помешал, - пробормотала Зарайя.
  - Зара, пожалей доктора! - рассмеялась Ника. - Мы же ему курс реабилитации не оплатим потом!
  - Да я не об этом! - отозвалась младшая. - Никуша, дорогая, меня тревожит, что ты всё держишь в себе, словно так и надо. Это плохо. Ты ж так с ума сойдёшь! Ой... ну ты поняла, о чём я.
  - Начало весны - идеальное время, чтобы сойти с ума, - хмыкнула Ника. - Всё ещё серое и унылое после зимы, сил нет, любовь закончилась, даже не начинаясь, чай пахнет печалью, а в кофе чувствуется горечь потерь. Что ты на меня смотришь, словно я тебе не родственница? Да, я печалюсь, как все нормальные люди. Хотя меня к ним причислить как раз сложно. Зара, сестрёнка, что изменится, если я на весь мир заявлю, что мне больно, плохо и грустно, хочется уткнуться в надёжное плечо, укрыться мягким пледом и послать весь остальной мир к чёрту? Да ничего. И сейчас в моей душе Чёрные Земли, по которым катится одинокое перекати-поле, а на краю самой высокой скалы сидит унылый депрессивный Пьеро, которому до волшебной дверцы за очагом все рассказы про радужное и светлое завтра.
  - Я понимаю, - Зарайя крепко обняла сестру. - Ничего, дорогая, мы справимся. Я с тобой.
  - Спасибо, сестрёнка, - слабо улыбнулась Ника. - Я это очень ценю, правда. И давай не будем о грустном. Расскажи лучше, чем тебя не устроил господин Амадео? Папа спал и видел, как бы вас познакомить, а в итоге несчастный мужчина удрал из нашего семейного гнезда, не дождавшись фирменного маминого пирога.
  - Пфффф, он похож на усатого таракана! - заявила некромантка. - Ужас такой: он ел, а усы шевелились! А потом он решил проявить любезность и спросил, чем я увлекаюсь. Ну я и рассказала о своей научной работе. 'Влияние трепанации и консервации мозга на умственные способности зомби'. В подробностях.
  - Злодейка! - Ника хихикнула. - Дай угадаю, потом ты предложила ему отдаться на алтарь науки.
  - А чем плохо принести пользу обществу? - подмигнула некромантка.
  Время за разговором пролетело быстро. В Элл-Фамаре сёстры добрались до аэропорта, дождались нужного рейса и, удобно устроившись в кожаных креслах, дожидались взлёта.
  - Авиакомпания 'Дракомант авиа' рада приветствовать вас на борту нашего самолёта, - раздался из динамиков приятный мужской голос. - Пристегните ремни, уважаемые пассажиры. После взлёта вам будут предложены фирменные сладости и прохладительные напитки. Приятного полёта.
  Самолёт оторвался от земли, и Ника с Зарайей прильнули к иллюминатору. На землях дракомантов весна уже вступила в права. Горные склоны были покрыты цветущими яблоневыми и грушевыми садами. Молочно-белая и нежно-розовая пена лепестков сбегала к изумрудно-зелёной долине. Сады сменяли леса и луга, расцвеченные всеми оттенками весенней зелени, порой расчерченные синими ленточками рек. На лугах паслись стада овец и коров. Проплывали внизу города и замки с высокими, стремящимися в небо башнями, а потом это всё сменила глубокая синяя гладь бескрайнего моря.
  
  
  
  Через полтора часа самолёт приземлился в Саене - крупном городе в центре Акае, самого большого острова дракомантов. Оттуда до побережья Луагроссы сёстры добирались по монорельсовой дороге.
  - У нас путёвки в местный отель 'Луагросса', - проинформировала Ника. - Но лично мне две недели сидеть на одном месте будет скучно. Так что заселимся, а завтра - в путешествие по княжеству. Ты же не собиралась две недели на пляже тюленем пролежать?
  - Упаси меня Тьма! - Зарайя ткнула в направлении возвышавшегося вдали замка. - А это княжеская резиденция? Туда пускают на экскурсию?
  - Проверим, - улыбнулась Ника.
  Впереди были целых две недели с белоснежным, бархатистым, тёплым песком пляжей, лазурным ласковым морем, ярким солнцем и безоблачным прозрачно-голубым небом. Дни, наполненные негой, беззаботностью и забвением от всех проблем, оставшихся где-то далеко.
  Как и планировалось, на следующее утро девушки , оставив большую часть вещей в номере, отправились знакомиться с местными достопримечательностями. Княжеская резиденция значилась там под первым пунктом. Сёстры медленно шли вдоль кованной ограды, рассматривая замок.
  - Жаль, нельзя внутрь попасть, - остановившись напротив угловой башни, вздохнула некромантка. Сегодня на ней была лёгкая летняя мантия, из-под которой кокетливо выглядывали шортики с разноцветной вышивкой, и удобные сандалии на ремешках.
  - Увы, Зара, мы тут туристы, и дипломатической миссии у нас нет, - развела руками Ника. - Так что смотрим издали. А в отеле голограммы посмотрим, там внутреннее убранство резиденции вроде бы есть.
  - Извиняюсь за беспокойство, - раздался позади девушек мужской голос, - я случайно услышал, что вы хотели бы попасть в резиденцию. Могу это устроить.
  Обернувшись, сёстры увидели молодого парня с каштановыми волосами и двумя тонкими косичками.
  - Дракомант! - выдохнула Зарайя. - Настоящий!
  - Наследный княжич к вашим услугам, прекраснейшие, - парень склонил голову. - Можете называть меня просто Редж, без титулов. Позволите сопроводить вас в резиденцию?
  Ника хотела было вежливо отказаться, но тут вмешалась воспрянувшая духом Зарайя.
  - Идём! -некромантка ухватила не успевшую и слова вставить сестру под руку и потащила к воротам. - Княжич, не отставай!
  Редж оказался приятным собеседником, в меру тактичным, с хорошим чувством юмора. Экскурсию по замку и его окрестностям он провёл на высшем уровне. Пока Ника рассматривала портретную галерею, Редж уже успел уговорить Зарайю подняться на смотровую площадку, с которой открывался великолепный вид . К тому времени как туда поднялась хранительница, молодежь уже успела договориться, что на эти две недели Редж составит им компанию во всех прогулках и поездках. Княжич даже предложил сёстрам переселиться из отеля в покои для гостей, но тут Ника категорически воспротивилась. Сошлись на том, что пока девушки в Луагроссе, по утрам они будут встречаться с Реджем в холле отеля и оттуда отправляться по заранее запланированному маршруту.
  С княжичем было легко общаться. Внимательный и галантный по отношению к Нике, с Зарайей он превращался в шебутного мальчишку. Утаскивал её на водные аттракционы и некромантка распугивала восторженными криками чаек во время полёта в воду с очередной горки. Подбил попробовать дайвинг и виндсерфинг, а однажды на целый день увёз девушек кататься на яхте. Тогда они побывали на четырёх островах, образующих так называемый 'Лазурный пояс'. Больше всего Нике понравился остров Наос с поразительно красивыми пляжами, рощами из финиковых и кокосовых пальм, который был практически нетронут цивилизацией. Лишь несколько одиноких бунгало, находящихся в отдалении друг от друга, напоминали о том, что и здесь бывают люди. Зато тропический лес кишел лазурными котами. Они не боялись приезжих, смело подходили, синей рекой вились у ног, выпрашивая что-нибудь вкусное. А море у острова переливалось оттенками зелёного и голубого - от тёмно-изумрудного до насыщенно-бирюзового. Вода была как парное молоко. Пока Ника скармливала котам все запасы продовольствия, имеющиеся на яхте, Редж уговорил Зарайю посмотреть на редкие голубые кораллы.
  Вечер встретили на скалистом острове Тароф. Узкая, метров в сто полоска белого шелковистого песка, ласковый шорох волн, пальмы. Редж привёл спутниц в округлую пещеру на берегу, где уже лежал хворост.
  - А в завершение прогулки предлагаю попробовать лучшее блюдо сезона: шашлык из баранины, - объявил он, вручая девушкам набор одноразовой посуды и огромный плед. - Ника, могу ли я надеяться, что ты помоешь овощи вот в том прекрасном ручье, пока Зарайя нарежет хлеб?
  - А может, лучше наоборот? - хихикнула некромантка. - Я хлеб нарезаю щедрыми кривыми ломтями, Ника в курсе.
  - Ничего, - в один голос заявили хранительница и дракомант.
  Ника, давно заметившая, что Редж неравнодушен к некромантке, а та хоть сдержанно, но принимает его ухаживания, подхватила пакет с овощами и ушла к ручью.
  - Реджик, а откуда мясо возьмём? - спохватилась Зарайя. - Ника же всё продовольствие скормила стае лазурных разбойников на каком-то острове!
  - Не всё, - ухмыльнулся Редж. - Про холодильник в капитанской каюте она не знала, а я перед уходом закрыл каюту и ключ взял с собой. Пойдём, поможешь принести миску с мясом и шампуры.
  Не заподозрив подвоха, некромантка пошла за ним. Холодильник действительно был. Редж достал миску с мясом, поставил её на стол и внезапно прижал некромантку к стене.
  - Ты с ума меня сводишь, девочка, - жарко выдохнул он, глядя ей в глаза.
  - Там Ника одна... - пискнула Зарайя, не делая, впрочем, попытки вырваться.
  - Ника всё понимает и подождёт, - целуя её в шею пробормотал княжич.
  - А шашлык? - обнимая Реджа, больше для порядка возразила девушка.
  - И он подождёт, - уверил дракомант, и наконец-то поцеловал её в губы.
  Мир завертелся с бешеной скоростью, и в нём ничего и никого не существовало, кроме влюблённой пары, целующейся в капитанской каюте. Наконец, перехватив ладошки некромантки под своей футболкой, парень со вздохом отстранился.
  - Пойдём, - с видимой неохотой разжав объятья, проговорил он. -Иначе я за себя не ручаюсь...
  Нарезавшая к этому времени и овощи, и хлеб Ника лишь понимающе усмехнулась, глядя на вернувшуюся слегка растрёпанную парочку и припухшие от поцелуев губы сестры. Когда Зарайя убежала к ручью умываться, хранительница Порядка серьёзно предупредила:
  - Редж, обидишь её - сниму шкурку второй ипостаси и на сумочку пущу. И не смотри, что я светлая. Просто поверь на слово.
  - Не обижу, - убедительным тоном пообещал дракомант, нанизывая мясо на шампуры.
  Со следующего вечера Ника ночевала одна. Если они оставались на день в Луагроссе, Зарайя шла ночевать к Реджу. Если уезжали в другой город, парочка снимала отдельный номер. А на десятый день отдыха некромантка предупредила:
  - Реджу в Рейхан завтра нужно, я с ним попросилась. Мы там с ночёвкой останемся. А потом он меня обратно принесёт.
  - Личный авиа-дракомант? - хихикнула Ника. - Хорошо, мелкая, пусть будет так. Передай ему, что отвечает за тебя головой.
  - Я знала, что ты поймёшь, - просияла сестра. - Утром ещё увидимся! Я забегу перед отлётом.
  Хранительница Порядка уже собиралась ложиться, когда раздался стук в дверь. Решив, что это Зарайя что-то забыла, Ника открыла и потрясённо застыла, увидев на пороге Ятсана.
  - Фей чернокрылый, ты что тут делаешь? - справившись с изумлением, поинтересовалась она. - И с кем остался Пинцет?
  - Кьяза кое-что вспомнила, - терштай прошёл в комнату, встал у окна. - И теперь мы знаем, как её вернуть. С Дюлом и Галом мы встречаемся завтра, сегодня они в Рейхане. Кьяза, Наядна и Талена ждут нас в Чёрных Землях. А Пинцет у меня в номере, оставить его одного ждать нас всех я не мог. Гал выписал разрешение на перевозку редкого лазурного кота, документы я тоже взял.
  - Понятно, - новость царапнула сердце. Вот и всё. Скоро Кьяза оживёт, Ятсан вернётся к своей паре, и всё закончится, так и не начавшись... Зато он будет счастлив.
  - Рыжик, ты великолепно выглядишь в кружевном пеньюаре, но я не железный, - внезапно поменял тему Ятсан. - Накинь хотя бы халатик, а? Не издевайся.
  - А почему бы нет? - запихнув подальше совесть, тихо вякнувшую что-то насчёт того, что терштай давно и прочно любит другую, Ника ослепительно улыбнулась и шагнула вперёд, словно на подиуме. - Раз уж ты здесь, проверяй домашнее задание. Достаточно убедительно я на тебя смотрю. Эй, крылатый, глаза у меня выше!
  - Ника... - мужчина вздохнул. - Доиграешься, рыжик, доиграешься... Я ведь поговорить пришёл. Серьёзно поговорить. А ты меня успешно отвлекаешь от этого намерения. Касательно твоего стихотворения...
  -Не надо о нём, -перебила Ника. - Ты обещал, что поговорим мы через две недели. До этого срока ещё 4 дня. Всё. Дверь вон там.
  - Обстоятельства изменились, Ника, - покачал головой Ятсан. - Поговорим сейчас.
  - А я не хочу сейчас ни о чём разговаривать! - хранительница накинула пляжный халат, затянула поясок. - Не уходишь ты - уйду я.
  И выскочила в коридор. Пробежала по лестнице вниз, мимо стойки администратора на улицу и взвизгнула от неожиданности, когда её, бесцеремонно подхватив на руки, оторвали от земли. Не вырывалась девушка исключительно из соображений собственной безопасности. Десять минут полёта, и Ятсан бережно опустил её на скалу.
  - Тебе придётся меня выслушать, упрямая девчонка! - заявил он.
  - Куда я теперь денусь? - Ника осторожно подошла к краю площадки, вытянув шею, посмотрела вниз. - Да уж... отличное место для разговора ты выбрал, ничего не скажешь. Ну говори, чего хотел.
  - Правду я хотел, Ника, - терштай смотрел серьёзно. - Ты прекрасно умеешь исчезать со всех радаров, уходить на дно, говорить мне слова, которые ничего не значат, и убегать от проблем. Но если от своих проблем ты бежишь ко мне, на следующий же день осознанно и решительно снова разрушаешь всё, что нас сблизило, и отступаешь на прежние позиции. Я хочу знать, кто я для тебя.
  - А смысл? - горько усмехнулась девушка. - Я всё понимаю, крылатый . Ты всегда любил Кьязу, она - твоя пара. Она вернётся, и ты будешь с ней. А я... да, я люблю тебя, и что с того? Не всегда всё выходит так, как хочется и мечтается. Спасибо, что был рядом, поддерживал, не пытаясь ломать мою душу. И за поцелуй, точнее, намёк на него, спасибо. Я знаю, что нельзя впадать от кого-то в зависимость, что для хранителей это чревато не самыми лучшими последствиями, можно раствориться, забыв обо всём, потеряв себя... А я уже не знаю, кто я, понимаешь? Если не твоя, значит, ничья. И ни разу я не сильная и мудрая, если могу жить только тобой. А когда я потеряю даже не тебя, ты никогда не был моим, саму надежду на то, что может быть когда-нибудь мы сможем быть вместе, мне крышка. Нельзя жить без надежды. А я отпущу тебя. Искренне. И надежда умрёт сама.
  - Всё сказала? - во взгляде терштая нельзя было ничего прочесть. - А теперь слушай меня, рыжик. Я считал, что Кьяза моя пара, но потом выяснилось, что это было заблуждение. Мы были слишком юными, нам было интересно играть во взрослые отношения. Точнее, это ей было интересно. Понимаешь ли, рыжик, любые отношения похожи на игру в тетрис. Только подсказок в уголке в виде следующей падающей фигурки нет и не будет. И любимая всеми 'палка', способная закрыть пустоты, появляется очень редко. А Кьяза, если развивать аналогию, забрасывала меня загогулинами, которые как ни крути, не поставишь так, чтобы было идеально ровно и без пустот. Я честно пытался латать дыры, но вытягивать отношения в одиночку нереально сложно. И однажды, как и в тетрисе, их стало слишком много, чтобы можно было строить что-то дальше. Наша игра закончилась, потому что у меня не оставалось ни сил, ни желания и дальше разруливать создаваемый хаос. А у Кьязы этого желания не было никогда.
  - Но ты до сих пор её любишь, - упрямо покачала головой Ника. - И когда она вернётся... Она ведь тоже повзрослела за это время, многое осознала. И я видела, с какой тоской ты на неё смотришь.
  -Я волнуюсь за Кьязу и хочу, чтобы она вернулась. Но не ко мне, - проговорил Ятсан. - И нам всем нужна твоя помощь.
  - Для тебя я сделаю всё, что попросишь, - вздохнула хранительница и попросила: - Давай вернёмся в номер и продолжим разговор там. Здесь прохладно, а я не одета для вечерней прогулки.
  - Поверь мне, рыжик, если мы вернёмся в номер, последнее, что будем делать, так это разговаривать, - хмыкнул терштай.
  - А меня устраивает, - Ника произнесла это с каким-то отчаянным вызовом.
  - Устраивает, говоришь? - на губах мужчины заиграла предвкушающая улыбка. - Тогда иди ко мне, полетим обратно. Только не говори, что я не предупреждал.
  Но он в очередной раз недооценил Нику.
  - Ты, морда крылатая, на что намекаешь с такой довольной физиономией? - уперев руки в бока, поинтересовалась она. - У тебя в номере одинокий Пинцетик грустит, а ты, охальник этакий, со мной заигрывать вздумал? Даже не мечтай, что упаду в твои объятья спелым яблочком!
  - Даже не мечтай, что отпущу, если всё-таки упадёшь, - в тон ей ответил Ятсан. - С твоим лазурным всё в порядке: жив, здоров, откормлен, вычесан и даже вымыт. Когти отполированы, новая подушечка для сна и когтеточка в номере. Включил ему голограмму про жизнь лазурных котов в естественных условиях обитания, еды оставил.
  - Вот и проверим, так ли ему хорошо, как ты рассказываешь, - кивнула Ника. - Фей чернокрылый, я серьёзно, давай спускаться, ещё мне не хватало подхватить воспаление лёгких на отдыхе. И к котику меня доставь, я соскучилась.
  - Вот так всегда, - подхватывая девушку на руки и расправляя крылья, посетовал терштай. - Я ей душу раскрыл, а она мне котика предпочла... Чем он лучше меня?
  - Я у него единственная и любимая, - Ника приобняла Ятсана за шею. - У него шёрстка мягкая и шелковистая. А ещё он мурлыкает. И с ним спать тепло.
  - Со мной тоже тепло, - проинформировал мужчина. - Вместо мягкой и шелковистой шёрстки могу предложить мягкие и шелковистые перья на крыльях. Мурлыкать не умею.
  - Вот потому он и лучше, - рассмеялась девушка.
  Сонный администратор за стойкой никак не прокомментировал позднее появление постояльцев. Молча протянул ключи от номеров.
  - Отлично, мы ещё и соседи, - покачала головой Ника, ловко выхватывая у терштая ключ. - Не копайся, Пинцетик там один грустит! Мужчина, - она ослепительно улыбнулась администратору, - а можно в этот номер стейк из лосося и полкило очищенных королевских креветок? Запишите на мой счёт.
  Выслушав уверения, что заказ прибудет в течение десяти минут, с королевским достоинством кивнула и направилась к лифту.
  - Какая женщина! - восхищённо цокнул языком администратор.
  - Не вздумай оформить заказ на её счёт, - мрачно предупредил терштай. - Голову откручу. И прикручу обратно, но задом наперёд. Оплачиваю я, понятно? Бутылку вина добавь в заказ. И конфеты.
  Пинцет сидел на подоконнике, с интересом рассматривая что-то за окном. Но едва увидев любимую хозяйку, лазурной молнией метнулся к ней, громким мурлыканьем выражая радость от встречи.
  - Ты мой хороший! - Ника подняла кота, тут же забравшегося ей на плечо. - Ох, тяжеленный какой! Я тоже скучала, котик, тоже скучала, моя радость.
  - Мррррррр, - отвечал лазурный зверь, перебирая лапками.
  Ятсан наблюдал за этим трогательным воссоединением и ясно понимал, что хотел бы оказаться сейчас на месте кота. Ника уселась на стул возле письменного стола и поторопила, поглаживая перебравшегося с плеча на колени Пинцета:
  - Очень внимательно тебя слушаю, крылатый. Так что от меня требуется?
  В этот момент в дверь постучали. Принесли заказ. Но Пинцет даже ради лосося и креветок отказался покидать любимые колени. Нервно топтался, принюхивался, всем своим видом показывая, что голоден, но не уходил. Ника вздохнула, попросила терштая поставить блюдо с креветками на стол и начала по одной скармливать их блаженно жмурящемуся коту.
  - А вино с конфетами тоже Пинцу? -ехидно спросила она. - Он непьющий. А конфеты любит только ириски и 'Коровки'.
  - Вино и конфеты нам, - спокойно отозвался Ятсан, разливая упомянутое вино по бокалам. - Рыжик, что ты знаешь о Палачах, Судьях и розах Справедливости?
  - Очень смешно, - фыркнула хранительница, отставляя протянутый бокал на стол. - Особенно учитывая тот факт, что Палач - это я. А кто в нашем городе Судья - не имею ни малейшего понятия. Наверное, Дюл или Гал. Скорее, Гал, потому что он постоянно за мной ходит и поторапливает с исполнением приговора.
  - Дорогая, я не об этом спрашивал, - Ятсан любовался переливами вина на свету. - Что ты знаешь обо всех названных мною в принципе?
  - Судья выносит приговор, Палач - исполняет, - пожала плечами Ника. - Розы - растут, цветут и пахнут.
  - Уже неплохо, - кивнул терштай. - А условие, при котором приговорённый может возродиться, знаешь?
  - То, что я знаю, увы, не годится, - поглаживая кота, вздохнула девушка. - Насколько я в курсе, если Палач ответит на любовь приговорённого, тот останется жить. А о возрождении знаю только сказку, что после исполнения приговора может быть дан ещё один шанс. Но подробности мне неведомы.
  - Это не сказка, - мужчина взвешивал каждое слово, понимая, что ступает на опасную почву. - Каждый приговор может быть пересмотрен. Чтобы вернуть того, чья кровь и плоть напоила розы Справедливости, Судья, Палач, некромант и кто-то, кто готов будет поручиться за возвращаемого, должны будут провести один несложный ритуал. Мы должны дать шанс на искупление ошибок Санфео. И желательно сделать это до того, как вернётся Кьяза. Ты знаешь причину.
  - Так понимаю, поручиться за Санфео согласен ты, - задумчиво произнесла Ника. - Некромант, слава богу, есть в родственниках. А где я тебе, друг любезный, возьму городского Судью? Предлагаешь у Гала спросить, не он ли случайно занимает эту нужную и важную должность?
  - Солнце моё рыжее, поручителем выступит Наядна, - терштай вздохнул. - А городской Судья я, Никусь.
  Несколько секунд Ника с Пинцетом одинаково ошалело смотрели на Ятсана, переваривая информацию.
  - Вот теперь я, пожалуй, не откажусь от вина, - нашарив на столе бокал, Ника залпом выпила, чуть поморщившись, несколько секунд помолчала, а затем, усмехнулась: - Судья, значит? Приятно познакомиться. Внимательно слушаю, Ваша Честь!
  Мысленно терштай улыбнулся. В этом вся Ника. Вначале - выяснить информацию, а уже потом делать выводы. Но при этом съязвить, дабы показать своё недовольство. Она умеет слушать и главное - слышать, вычленять главное, оставляя при этом пространство для манёвра не только себе, но и собеседнику, а к каждому 'надо' добавлять важное уточнение 'кому именно?'. Не всегда озвучивая этот вопрос вслух, но не оставляя возможности умолчать. Сегодня он готов быть с ней откровенным. До конца. И будь, что будет. В общем-то, в том, что в итоге будет небольшой локальный Армагеддон для отдельно взятого Судьи, Ятсан не сомневался.
  - Сам ритуал прост, - произнёс он. - Твоя сестра нарисует малый круг вызова, поместим в него личную вещь магистра, окроплённую кровью поручителя, и один из бутонов. Вначале Санфео появится в виде призрака, а потом материализуется полностью.
  - А мы, значит, будем просто стоять и смотреть? - съехидничала хранительница.
  - Ты вырежешь на бутоне руну Жизни, а я отменю приговор, - пояснил штай. - У него будет год. Через год уже другой Судья рассмотрит его дело и примет решение.
  Ника задумчиво причёсывала пальчиками кошачью шёрстку. Развалившийся на её коленях кот урчал как трактор, довольно щурясь. По большому счёту, Пинцета мало волновало, о чём любимая хозяйка разговаривает с этим крылатым, который две недели кормил его, Пинцета, вполне сносно. Он чувствовал, что Ника нервничает, и старался успокоить её размеренным мурлыканием. И то, что эмоционально нестабильное настроение хозяйки связано именно с терштаем, кот знал так же точно, как то, что мяса в сухом корме нет.
  - Почему другой? - наконец спросила девушка. - Тебя сочтут лицом заинтересованным и неспособным к непредвзятым суждениям?
  - Через год я уже не буду Судьёй, - ответил Ятсан и заинтересованно замер в ожидании следующего вопроса.
  - Скажи мне, чернокрылый фей, раз ты Судья, так с какого перепугу ты уговаривал магистра уехать из города, пока у него ещё была такая возможность, если сам подмахнул смертный приговор на его имя? -Ника не желала развивать тему о том, что будет через год.
  - У всех приговорённых есть шанс, - терштай передвинул стул поближе к Нике, заботливо подлил вина в опустевший бокал. - Если воспользуются им - молодцы. Преследовать никто не будет.
  - А со мной что было бы, если бы он уехал? - хранительница Порядка покачивала бокал в ладони. - Полный глюк системы? Пошла бы искать жертву на улицах города? Представляю картину: в белой футболке и рваных джинсах, в Зариной бандане с черепами иду по улицам, а народ шарахается и бледнеет. Глаза чёрным карандашом подведены, губы алой помадой накрашены, а в руках - бензопила... Серийная маньячка вышла на кровавую охоту. Хоронись, честной народ!
  - Ничего бы не было, рыжик, - Ятсан представил Нику в белой футболке и сглотнул. - Если приговорённому хватает здравого смысла воспользоваться настойчивым предложением уехать далеко-далеко и никогда не возвращаться, приговор 'замораживается'.
  - Слушай, вышестоящее руководство, а ты мне сегодня на все-все-все вопросы ответишь? - прищурилась девушка. - Или есть темы, которые лучше не трогать?
  - На все, - кивнул терштай. - Считай, что у меня сегодня приступ откровенности и пользуйся.
  Ника засыпала его вопросами по ритуалу, потом Ятсан минут десять объяснял, как выносится приговор, кто должен собирать данные по делу и есть ли защитник и прокурор. В принципе, хранительница не слишком удивилась, узнав, что городской прокурор - Гал, а защитник - Дюл. Впрочем, отметила, что логичней было бы наоборот. Пинцет давно уже перебрался в свою корзинку и дремал, время от времени дёргая лапой. Коту снилось, что он играет со своими лазурными сородичами.
  - Что-то я ещё хотела спросить... - сонно проговорила Ника, зевая в третий раз за минуту. - Ох, полцарства за чашку кофе! Крылатый, ты меня зачем споил? Я уже отключаюсь... Ещё немного, и буду как китайский болванчик кивать с мудрым видом на полном автопилоте.
  - Давай спать тогда, утром договорим, - предложил мужчина.
  - Кофе тащи, - вяло отмахнулась хранительница. - А я пока вспомню, что хотела спросить.
  Вернувшись с чашкой кофе, Ятсан обнаружил, что Ника задремала прямо на стуле, опустив голову на скрещённые руки. Вздохнул, ставя уже ненужный напиток на стол, снял с кровати плед, откинул одеяло, осторожно подхватил девушку на руки и перенёс её на кровать. Проснувшийся Пинцет тут же запрыгнул следом, свернулся клубком у бока хозяйки и замурлыкал.
  - Кот, будь человеком! - прошипел терштай. - Уйди к себе обратно!
  Кот в ответ презрительно прищурился и по-хозяйски уложил морду и передние лапы на Никин живот.
  - Ну и овощ с тобой, - Ятсан накрыл девушку вместе с котом одеялом, потушил свет и лёг рядом, не отказав себе в удовольствии вдыхать медово-земляничный аромат. Не удержавшись, легонько коснулся губами виска девушки. Та сонно мурлыкнула и доверчиво прижалась к нему. Терштай попытался обнять её, но тут же получил по руке от бдительного кота. На первый раз без когтей, просто мягкой лапкой. Тихо выругав неразумное животное, мужчина предпринял вторую попытку, обещая пушистому блюстителю нравственности на завтрак стейк из телятины. Пинцет проникся, но вражескую руку на всякий случай взял в плен. Проще говоря, позволил обнять Нику за талию, а сам тут же устроился поверх руки, тем самым зафиксировав её и на любое движения реагируя лёгким 'иглоукалыванием'.
  Посреди ночи Ятсан проснулся от того, что выползший из-под одеяла на свободу кот не придумал ничего лучше, как тыркнуться мокрым холодным носом ему в шею, а после с хищным 'Мырррр!' прогарцевать по всему терштаю и ускакать куда-то в темноту. Но уже через несколько секунд мужчина простил коту всё, потому что повернувшаяся Ника обняла его, уложив голову на плечо терштая, закинула на него ногу и, погладившись щекой о ткань майки, шепнула:
  - Ятсан...
  - Счастье моё рыжее, - шепнул терштай в ответ, бережно прижимая девушку к себе.
  Ника спала на его плече, а Ятсан лежал, наслаждаясь каждой секундой. Пожалуй, впервые за несколько лет ему не хотелось поскорее перевести целомудренные объятья в весьма нецеломудренные, а потом, бросив что-нибудь вроде 'Детка, ты была великолепна. Созвонимся', уйти. Ни с одной из бесконечной вереницы Жанн, Изабелл, Алён и прочих, и прочих, чьи имена, как и их обладательницы, не задерживались в его памяти, он не оставался на всю ночь. Встретились, провели время с обоюдным удовольствием, и разбежались. С Никой всё было иначе. Достаточно было того, что эта рыжая девушка, пахнущая земляникой, такая сладкая, такая светлая, доверчиво спит на его плече. Ятсан улыбнулся, поглаживая прижимающуюся к нему хранительницу Порядка по спине. Закон и Порядок - прекрасное сочетание. А ещё лучше то, что если городские Судья и Палач связаны близкими отношениями, полномочия с них снимаются. Но пока не оживёт магистр Санфео, придётся контролировать свои желания...
  От размышлений терштая оторвал раздавшийся грохот. Вышедший на ночной променад по столу Пинцет то ли случайно, то ли нарочно уронил чашку с остывшим кофе. Ника беспокойно дёрнулась.
  - Спи, рыжее солнышко, спи, - шепнул Ятсан, не желая выпускать девушку из объятий. - Это кот чашку уронил.
  - С ним такое бывает, - сонно пробормотала Ника. - Наверное, генетическая память... Возможно, в прошлой жизни кот был слоном и любил гулять по посудным лавкам...
  Терштай честно пытался сдержаться и не заржать в голос. Такого логически обоснованного объяснения он не ожидал.
  - Не дрожи, как холодец в миске, - окончательно 'добила' его хранительница, - ты своими вибрациями мне спать мешаешь...
  Этого Ятсан уже не выдержал и расхохотался, уткнувшись в Никины волосы. Разбуженная таким варварским способом девушка высвободилась из объятий терштая и, дотянувшись до ночника, зажгла свет. Сонно щурясь, осмотрела комнату и вздохнула, укоризненно глядя на соседа по кровати:
  - И не стыдно тебе?
  - Стыдно, - легко признал Ятсан. - За то, что разбудил. Но твои сравнения шедевральны!
  Ника смущённо опустила взгляд.
  - Не обращай внимания, я в полусне могу болтать всякую чушь и заумно отвечать на самые разные вопросы, - проговорила она, нервно вцепившись в одеяло. - Зарайка вечно надо мной издевается: начнёт спрашивать о чём-нибудь ранним утром, а потом пересказывает наш диалог и умирает от хохота. Только где ключи от города штаев - спрашивать бесполезно: сразу проснусь и больно ударю подушкой. Кстати, судя по кофейной луже на полу, мой остывший кофе пал смертью храбрых в неравной борьбе с мягкой лазурной лапкой?
  - Заварить новый? - предложил терштай.
  - Фей чернокрылый, а давай обойдёмся без вот этого, - Ника поморщилась, - не надо так преувеличенно обо мне заботиться, я пообещала, что и так помогу.
  Ятсан мысленно вздохнул. Не верит... Впрочем, он сам отчасти виноват. И почему-то кажется, что даже если сейчас рассказать ей всю правду, она не поверит. Наслушалась историй о том, что когда-то он любил Кьязу, и не хочет больше ничего знать. Но попробовать стоит.
  - У Судей есть ограничения, Ника, - произнёс он, обнимая девушку за плечи и притягивая к себе. - Рыжик, не вырывайся. Можешь считать это условием, при котором я расскажу всё, что знаю сам. В том числе - ценную информацию о том, за что был приговорён магистр и что нужно сделать, чтобы сложить с себя полномочия Палача.
  - Шантаж, - не преминула заметить Ника, но вырываться перестала, позволяя обнимать себя. - Крылатый, не тяни метафорического кота за хвост, я не понимаю, чего ты сейчас добиваешься, и начинаю нервничать. Когда я нервничаю, то начинаю искать объяснения и могу придумать такого, что сама испугаюсь. Сделай милость, займи меня полезными рассуждениями.
   - Начнём с Санфео, - решил терштай. - Что рассказал тебе наш уважаемый прокурор, указывая на магистра?
  - Да как обычно, - хранительница задумчиво нахмурилась, вспоминая. - Позвал к себе, выдал папку с общими сведениями и характеристикой и сказал, что это - новый кандидат на корм розам. Мол, приговор вынесен и обжалованию не подлежит. Напомнил, что единственный вариант амнистии для некроманта - моя искренняя к нему любовь и отпустил с миром... Я и не интересовалась подробностями. Пыталась полюбить его, но... Клин клином вышибать - явно не мой метод.
  - Это Санни виноват во всём, что произошло с Кьязой, - тихо произнёс Ятсан. - Из-за его экспериментов она стала пёстрой. И фантомом её сделал тоже - он.
  - Что?! - Ника потрясённо выпрямилась. - Не может быть!
  - Может, - подтвердил терштай. - Когда умерла мать Кьязы, наша знакомая эрштайна увлеклась некромантией. Я пытался отговорить её от этого увлечения, но тщетно. А Санфео решил, что это будет интересно. В какой-то момент ритуал, который не должен был сработать, сработал, Кьяза получила некромантский кинжал, а вместе с ним - силу. И пёстрые крылья. С тех пор они с магистром всё больше времени проводили вместе. В какой-то момент их отношения переросли в любовные. Санфео знал, как много неудобств ей доставляет сломанное в детстве крыло и однажды обмолвился, что существует кардинальное решение: умереть, а затем вернуться, уже исцелённой. Кьяза согласилась без раздумий. А это, рыжик, запретный ритуал, за который полагается смертная казнь. И он редко заканчивается хорошо. Санфео перехитрил сам себя. Он не стал превращать любимую женщину в лича, он сделал её фантомом, чтобы вернуть через сутки. И допустил вторую ошибку: начертив запирающие руны, он оставил в пещере с призраком и погружённым в стазис телом банку с краской и кисть. Разозлённая Кьяза сумела частично материализоваться и закрасить все знаки. Похитила собственное тело, перепрятала его, а затем по какой-то причине потеряла память и на долгих семь лет исчезла. И наш магистр допустил третью ошибку: решил никому ничего не рассказывать, а попытаться отыскать Кьязу и вернуть ей память самостоятельно. Его энтузиазма хватило на четыре года. Потом он стал главой Гильдии некромантов и времени поискам уделял всё меньше. И последнее, Ника. Твои приступы напрямую связаны с поступками приговорённого. Чем дальше он от пути исправления, тем хуже тебе. Мы отыскали Кьязу, но Санфео даже не подумал прекратить отношения с тобой. Наоборот, начал уговаривать на свадьбу с утроенным энтузиазмом. Знаешь, почему? От связи со светлыми тёмные получают больше энергии. А ты - хранительница Порядка. Высокий статус, сильный род. И очень вероятно, что он, вернув Кьязу в мир живых, ушёл бы к ней.
  Ника молчала. Вскочивший во время рассказа на кровать Пинцет тоже молчал, настороженно поводя ушами.
  - Ирония ситуации в том, что даже адвокат оказался лицом заинтересованным, - усмехнулся Ятсан. - Гал - прокурор и отец Кьязы. Дюл - адвокат. После расставания со мной Кьяза какое-то время встречалась с ним, и Дюл до сих пор к ней неравнодушен. И я - городской Судья. Все знакомые лица. И все факты были против Санфео. Но мы готовы дать ему шанс. Кьяза с каждым днём вспоминает всё больше. Ещё немного, и вспомнит, где находится тело. Мы можем найти сильного некроманта из Гильдии, но тогда возвращение магистра теряет смысл. Все ошибки он должен исправить сам. Таков закон.
  Терштай говорил жёстко, словно зачитывал обвинительный приговор.
  - А что будет с ним потом, если он исправит ошибки? - осторожно спросила Ника. - ты что-то говорил о пересмотре дела. Но зачем, если он и так всё осознает и раскается? Повинную голову меч не сечёт.
  - Золотце моё, не мне тебе рассказывать, что признание вины не освобождает от содеянного, - терпеливо произнёс Ятсан. - Мне, как Судье, более правильной кажется иная трактовка: пришедшему с повинной гарантируется беспристрастное разбирательство и справедливый приговор, вынесенный с учётом искреннего раскаяния. А иначе - не тратя времени на бесполезные прения ему просто снесут голову мечом.
  - А вы сможете его искренне простить, если он попросит прощения? - поинтересовалась девушка после недолгого раздумья. - Или приговор в каком-то роде был местью? Скажи, вот это желание дать ещё один шанс - оно продиктовано здравым смыслом или сожалением о том, что вы наделали? И ошибки будет исправлять не только Санфео?
  - Солнышко, ты задаёшь правильные вопросы, но забываешь о некоторых важных моментах, - улыбнулся терштай. - Искренне прощать и подставлять вторую щёку умеют не только сильные и благородные люди, но ещё и всякого рода слабаки и чистоплюи, которые банально боятся взять на себя груз ответственности и боящиеся запачкать руки в крови негодяев. И не надо ставить знак равенства между местью и возмездием.
  Ника вновь умолкла, обдумывая услышанное. Таких откровений от сдержанного обычно Ятсана она не ожидала. Хранительница уже давно больше верила историям и поступкам, нежели словам, хотя к советам терштая прислушивалась. Наверное, потому, что он не пытался казаться лучше, чем есть, умел признавать свою неправоту, чтобы - не приведи высшие силы - нимб не свалился с головы. И это было таким понятным, таким простым и близким, находило отклик и в её душе. А ещё он не пытался бить себя пяткой в грудь, с пеной у рта доказывая свою правоту, и ни разу за всё время их общения не привёл самый весомый аргумент: 'я знаю, о чём говорю, можешь мне поверить'. При этом он мягко и ненавязчиво учил её верить. В первую очередь - в себя и себе, а уж потом -всем остальным. 'Чужой опыт - это ценный ресурс, но все эти другие - не ты, и их путь может тебе не подойти, - вспомнила она один из недавних разговоров в ординаторской, когда забежала на чашку чая к Ятсану и удачно застала его одного. - Верь себе больше, чем другим, и не будешь потом заливаться плачем Ярославны по поводу того, что не сработало, не подошло и не срослось'.
  - Ладно, с воскрешением магистра понятно, - проговорила она наконец. - А что ты насчёт отказа от полномочий говорил?
  - Есть некоторая должностная иерархия, - Ятсан вновь притянул девушку к себе. - Так, для общего развития: Главы города - это всегда прокурор и адвокат, без вариантов. Судья - терштай или кто-то из тёмных, Палач - светлая хранительница Порядка. И у Палача всего два варианта избавления от обязанностей при условии сохранения рассудка. Первый ты знаешь: влюблённость в приговорённого и как следствие - настоящий брак с ним. А второй - очень близкие отношения с Судьёй. Обязанности по сохранению Закона и Порядка снимаются автоматически.
  - Так ты мог избавить меня от этого кошмара уже давно? - Ника обвинительно стукнула терштая кулачком в грудь. - Ятсан, какого демона ты так долго молчал? Тебе что, нравилось смотреть, как я мучаюсь?
  - Тихо-тихо-тихо, - воспользовавшись паузой, во время которой хранительница набирала в грудь побольше воздуха для обвинительной тирады, штай быстро проговорил: - Пока ты не попросила меня быть больше, чем хорошим знакомым, я не имел права давать тебе эту информацию.
  И пока девушка не опомнилась, рассказал обо всём, что знал сам о Судьях, Палачах, сложности их взаимоотношений, передаче дел и неразглашении. О том, как сложно было, находясь рядом с ней, не выдать себя. И как это бесило в те моменты, когда Ника после приведения в исполнение очередного приговора приходила к нему, чтобы выговориться, а он не мог помочь, чтобы не нарушать древние правила...
  - У меня голова пухнет уже, - тихо пожаловалась хранительница. - Слишком много информации за короткий срок. Магистр виновен в том, что Кьяза стала фантомом, она не помнит, что их связывали любовные отношения, и его нужно оживить, чтобы он мог оживить её. Гал и Дюл - прокурор и адвокат, причём первый - отец Кьязы, второй - один из ухажёров. Ты - Судья. Скажи уж сразу, Редж, Зарайя и Талена тоже как-то связаны с Кьязой? По-моему, она центральная фигура, вокруг которой всё и закрутилось.
  - Связаны, -кивнул Ятсан, не обольщаясь особо насчёт того, что Ника временно оставила тему избавления от обязанностей городского Палача. - Отец Талены перековал на два некромантский кинжал. Один из этих кинжалов спрятала Кьяза. Второй - у Зарайи. Талена называет Кьязу мамой и тянется к ней. А Редж... Редж - сын Вае, княгини дракомантов. Они были подругами с Кьязой, и готов поспорить - эрштайна спрятала своё тело где-то в Чёрных землях.
  - Без бутылки не разберёшься, - невесело пошутила Ника. - Знаешь, пойду-ка я к себе в номер. Обдумаю в тишине и покое всё, что узнала, пусть уляжется в голове. Может, удастся ещё подремать...
  Ятсан понимал: если она уйдёт сейчас, пусть даже всего лишь в соседний номер, она уйдёт насовсем. Слишком аккуратно подбирает слова, слишком спокойно себя ведёт. Обиделась. На себя ли, на него или в целом - на несправедливость жизни, значения не имеет.
  - Не уходи, рыжик, - тихо попросил терштай. - Побудь со мной, пожалуйста, - и добавил, заметив, что Ника колеблется: - Я не умею красиво говорить о том, что чувствую. И строить отношения так, чтобы ровно и правильно, тоже не умею. У меня куча косяков, куда ни ткни. И там, и сям, и тут немножко. А кое-где вообще всё не так, как у нормальных граждан, и в ближайшее время так и останется. Но я стараюсь измениться, честно. И готов пообещать, что честно попытаюсь вносить как можно меньше загогулин в наш 'тетрис'. Прости мне моё несовершенство, земляничное солнце, потому что сам себя я прощать не умею.
  - Ты меня пугаешь, - девушка была напряжена, как струна. В поисках поддержки посмотрела на Пинцета: - Котик, скажи, что ли, что ты по этому поводу думаешь, а?
  - Дуррью вам надо пррекррратить маяться, - потянулся кот и веско добавил: - Обоим.
  Ника от неожиданности так шарахнулась к терштаю, что едва не упала вместе с ним на пол.
  - И давно ты разговаривать умеешь? - холодно поинтересовался Судья у лазурного зверя.
  - Всегда умел, - охотно ответил кот. - Только пока хозяин не скажет, мол, поговори со мною, кот или иным образом не даст понять, что снимает заклятье молчания, оно не спадёт. Как же хорошо снова разговаривать!
  - Дай мне подушку! - потребовала Ника, пытаясь вытащить искомое из-за спины Ятсана. - Ох, кто-то сейчас получит!
  - Но-но-но, - кот благоразумно спрыгнул с кровати и умостился на подоконнике, - я вообще-то редкое животное, Лазурный кот из семейства котов Учёных. Между прочим, это мой прапрапрадедушка был личным котом у Пушкина. Помните: 'Идёт направо - песнь заводит, налево - сказку говорит... '...
  - А ещё он на цепи сидел у дуба, - прищурилась хранительница. - Ты, морда усатая разумная, какого чёрта ко мне в ванную ломился постоянно?
  - Я эстет! - оскорблено заявил кот. - Вот вы же умиляетесь виду хорошеньких котиков, почему я не могу умилиться виду красивой девушки? Особенно в ванне, в облаке пены... Красота! Эй, не надо в меня подушкой целиться, я же исключительно любовался и искренне восхищался!
  Ловко уйдя с возможной линии огня Пинцет спрятался под кровать. Разгневанная Ника, перегнувшись через край кровати и продолжая возмущаться нахальством отдельно взятой лазурной морды-вуайериста пыталась отыскать тапок, чтобы запустить в разговорившегося кота. А тот вещал из-под кровати о своих великих предках, представителей рода котов Учёных и сокрушался, что кошачьи лапы неудобно устроены для того, чтобы держать в них кисть, иначе он бы непременно зарисовал одну рыжую особу. Ятсан некоторое время полюбовался тем, как красиво тонкий халатик очерчивает изгибы девичьего тела, а затем не выдержал.
  - Кот, ты мой должник, - выпалил он, сгребая Нику в объятья.
  Первые несколько секунд девушка отбивалась, упираясь ладошками в его грудь, а затем сдалась, ответила на поцелуй, обнимая терштая.
  - Другое дело, - довольно сообщил снова передислоцировавшийся на подоконник Пинцет. - Давно бы так. А то оба гордые и независимые, аж смотреть тошно. Одна стихи пишет и два года мне плакалась, что дескать, крылатый фей в ней только друга видит, другой за две недели мне все уши прожужжал о том, как бы хотел на моём месте оказаться и как жаль, что солнышко-хранительница его не полюбит. Странные вы, что штаи, что люди. Сами себе проблемы создаёте и не учитесь на ошибках. А чего проще - научиться признавать, что последствия всей этой вашей фигни под названием 'я всех умней и решу и за себя, и за других' часто выходят боком и больно бьют по тем, кого меньше всего хотелось бы обидеть. Но нет, продолжаете лезть в бутылку и гнуть свою линию, кривую, как очертания горной гряды, там, где достаточно простого 'извини'. Что вы на меня смотрите, как будто я - леший, рассказывающий, чем грибы от ягод отличаются? Правду говорю. Всё, понял, умолкаю, а то сейчас по шее получу. Никуля, я в твой номер ночевать пойду, чтобы вам не мешать общаться. Заодно исполню священный долг каждого кота - отдам часть шерсти на утепление твоих нарядов.
  Договорив, Пинцет выглянул в окошко, убедился, что окно в соседнем номере открыто и важно ушёл туда по карнизу.
  - Я сошла с ума, - Ника закрыла лицо руками. - Мой кот разговаривает, магистра можно и нужно воскресить, а ты...
  - ... люблю тебя, - подсказал терштай. - Очень люблю, рыжик. И слава тёмным и светлым силам, что Пинцет заговорил именно сегодня.
  - Почему? - удивлённо спросила хранительница.
  - Потому что иначе ты бы ушла, а я не смог бы тебя удержать, - Ятсан взял её за руку, провёл пальцами по запястью. - Я и так слишком долго молчал, моя солнечная девочка. Люблю тебя, Ника, по-настоящему, так, как никогда и никого не любил. Ты - моё персональное солнышко.
  Увидел её несмелую улыбку, смущённый румянец на щеках и привлёк к себе, вдыхая земляничный аромат. Неважно, что было до этого, сейчас терштай чувствовал себя так, словно обрёл несметные богатства. И понимал, что никогда не отпустит доверчиво прижимающуюся к нему девушку.
  Утром спящую пару разбудил вернувшийся кот, бодро проскакавший по кровати и ткнувшийся холодным носом поочерёдно в Нику и Ятсана.
  - Нас ждут великие дела! - заявил он. - А мне завтракать пора, вон, доктор не даст соврать, что нарушать режим вредно. Где моя отбивная? Где обещанный стейк? Я голоден! А котам голодать вообще нельзя, от этого начинаются необратимые процессы в печени. Так что - рота, подъём, звоните и заказывайте завтрак в номер!
  - Кот, ты козёл, - зевнул Ятсан и тут же получил тычок в бок от Ники.
  - Не обижай Пинцетика!
  - Ага, меня нельзя обижать, - кот тут же принялся ластиться к хранительнице, умильно заглядывая ей в глаза. - Никочка, а ты мне пирррожков с рррыбкой испечёшь, как вернёмся? А с фарррршем? А с сыррром и яйцом? Они у тебя такие вкусные...
  - Подлиза, - улыбнулась Ника и перевела взгляд на терштая: - Фей чернокрылый, закажи и впрямь чего-нибудь, пока я схожу переодеться. Пинцу - двойную порцию. Мне творог с фруктами возьми.
  - И мне тоже! - потребовал кот. - Кальций полезен для зубов и костей. И нет, не лопну.
  После завтрака Ятсан связался с Наядной и договорился о встрече на чёрных землях. Ника удивлённо взглянула на него. Девушка была уверена, что для ритуала им понадобится вернуться обратно в город, но терштай пояснил, что это не обязательно. Погружённая в стазис роза была в контейнере, Наядна должна была взять с собой одну из рубашек Санфео. Оставалось лишь дождаться Зарайю и можно было отправляться к месту проведения ритуала.
  Ятсан рад был бы не оставлять Нику ни на минуту, но Гал и Дюл решили до ритуала ещё раз обговорить с Судьёй все подробности.
  - Ты понимаешь, что этот ритуал не проводился уже пару тысяч лет? - строго вопросил Гал. - Если что-то пойдёт не так, на Чёрных землях появится свой призрак некроманта, а это может привести к межгосударственному скандалу!
  - Мы этого не допустим, - холодно уверил Ятсан.
  - Некромант-недоучка, городской Палач, Судья и светлая волшебница, - съязвил Дюл. - Отличная команда, чтобы сдержать воскрешённого некроманта.
  - И что вы предлагаете? - терштай устало прикрыл ладонями глаза, скользнул ими к вискам. - Не воскрешать Санфео?
  - Мы будем рядом, - припечатал Гал. - Наблюдателями.
  - Пр-р-ревосходно, - сдерживая злость, прошипел Судья. - Кто ещё будет? Кьязу позвать не забыли?
  По тому, как синхронно Главы отвели глаза, он понял, что попал в точку.
  - Она имеет право быть, - извиняющимся тоном добавил Дюл. - Ты же знаешь...
  - Знаю, - вздохнул Ятсан. - Дог с вами, тащите всех... Надеюсь, Таленку оставите под присмотром?
  - Она будет с Кьязой, - вздохнул Гал и внезапно рассердился: - Как будто у меня был выбор! Мы будем метрах в ста от вас.
  Судья махнул рукой. В сущности, количество наблюдателей роли не играло. Главное, чтобы никто не вмешивался.
  Сам ритуал прошёл до будничного просто. Ни разу не впечатлённая грузом ответственности Зарайя начертила малый круг вызова, нарисовала необходимые знаки, расставила участвующих в ритуале лиц в одной ей понятной последовательности, словно уже сотню раз проводила подобные манипуляции. В круг отправились бережно хранящаяся в стазисе роза Справедливости и рубашка магистра, окроплённая кровью Наядны. Нацелив остриё кинжала в центр круга, некромантка произнесла слова Вызова. Лежащие в круге предметы подернулись лёгкой дымкой.
  Ещё несколько слов, произнесенных с уверенной интонацией, и роза растворилась, превратившись в тугую струйку тёмного дыма, втягивающую в себя кровь с рубашки. Маленьким смерчем дым крутился по кругу, пробуя границы на прочность, искал выход и не находил. Облетев его трижды, начал расти, приобретая очертания фигуры и светлея. Через минуту в круге колыхался призрак магистра Санфео.
  - Ваша очередь, - просто произнесла Зарайя. - Я его держу, договаривайтесь.
  - Что вам ещё от меня нужно, что и в посмертии не даёте покоя? - Санфео скрестил руки на груди, бросил злой взгляд на Нику. - От тебя, светлая хранительница, я такого не ожидал! И бывшая ученица тут... Неужели от вашего рода мне не будет покоя нигде?
  - Ника городской Палач, - спокойно проговорил Ятсан. - Я - Судья. Выслушай наше предложение, все претензии сможешь высказать потом.
  - Палач? - Санфео горько рассмеялся. - Значит, ты меня никогда не любила, кровавая невеста? Впрочем, в этом мы с тобой похожи... Говори, Судья. Я слушаю.
  - Ты догадываешься, за что тебя приговорили, - утвердительно произнёс терштай.
  - Да, - кивнул некромант.
  - У тебя есть шанс получить амнистию, - голос Ятсана был холоден и бесстрастен. - Год на то, чтобы исправить последствия содеянного. А после - пересмотр дела.
  - Я согласен, - кивнул Санфео и усмехнулся: - Быть живым как-то приятнее.
  Ятсан протянул Нике второй бутон. Хранительница Порядка, не глядя на Санфео, вырезала на розе руну Жизни, протянула бутон Зарайе. Та требовательно протянула руку к Наядне. Светлая, поняв, что от неё требуется, позволила сделать ещё один надрез на запястье, и по ровным линиям руны потекли капельки тёплой крови. Зарайя осторожно, на кончике кинжала, внесла розу в круг, и призрак тут же жадно схватил её. Некромантка медленно произносила древние слова, и каждая фраза давалась ей с трудом. На левом виске вспухла от напряжения венка, на лбу выступила испарина. Призрак меж тем материализовался почти полностью, бутон в его ладонях, напротив, растворялся. Он наклонился, поднял и набросил на себя рубаху, по счастью, достаточно длинную. Напоследок со всех начерченных вокруг круга знаков сорвались чёрные сгустки и впечатались в возрождённого Санфео, заставив его согнуться от боли.
  - Метка на ауру, - сообщил Ятсан. - Не снимешь, и не пытайся. Ритуал окончен. У тебя год.
  - Можно мне другого Судью? - фыркнул Санфео, выходя из круга и натягивая принесённые запасливой Наядной штаны. - Ничего личного, но ты можешь быть предвзятым...
  - И Судья, и Палач будут другими, - уверил Ятсан, притягивая к себе Нику. - Идём, рыжик, наша миссия на сегодня закончена. Удачи, Санни.
  - Санфео! - глаза подлетевшей Кьязы, казалось, метали молнии. - Ты ничего не хочешь мне объяснить?!
  - И мы тоже пойдём, - Наядна дёрнула за рукав с непонятным восхищением рассматривающую магистра Зарайю.
  Отмерев, та несколько секунд молчала, а после с радостным воплем:
  - У нас всё получилось! - бросилась на шею к Реджу.
  Не желая разговаривать с Кьязой при таком количестве любопытных глаз и ушей, воскрешённый Санфео, ухватив вполне материальный сейчас скелетик за руку, провалился под землю вместе с ним.
  - Тропами мёртвых ушёл, - разочарованно прицокнул языком Дюл. - Быстро сориентировался!
  - Им нужно поговорить, - хмуро произнёс Гал.
  Вскоре пустынный ветер занёс песком место проведения ритуала, стерев все следы.
  - А куда мама делась? - звонко спросила Талена, дёргая Гала за рукав.
  - Она скоро вернётся, - эрштай подхватил Таленку на руки и взлетел. - Подождём её в номере.
  Магистр привёл Кьязу в знакомую пещеру с закрашенными рунами на стенах. Сел на камень у стены, обхватив голову руками. Призрак завис рядом.
  - Как много ошибок я натворил... - глухо проговорил Санфео. - Ты никогда меня не простишь. Но позволь хотя бы вернуть тебя...
  - Дурак, - беззлобно бросила Кьяза.
  Подлетела к стене, став материальной, подобрала с пола кусок мела, дорисовала две руны, и на полу возникло тело пёстрокрылой эрштайны.
  - Пространственный карман?! - магистр некромантии восхищённо взглянул на призрака. - Дорогая, ты превзошла учителя. Подумать только, тело всё это время было здесь... Идеальное состояние, благодаря стазису. Девочка моя, ты гений.
  - Возвращай меня, - штайна устало шевельнула крыльями. - Закончим с этим...
  Она протянула Санфео кинжал. Некромант полоснул себя по запястью, нараспев проговорил несколько слов. Тёмная кровь вспыхнула алым пламенем, очертив круг.
  - Иди ко мне, девочка, - магистр гипнотизировал её взглядом. - Пора возвращаться домой. Я возьму на себя твою боль, это меньшее, что могу для тебя сделать. А ты побори свой страх. И не отступай.
  Эрштайна почувствовала, как призрачное тело оплетают невидимые нити. Боли действительно не было, лишь лёгкий дискомфорт от того, что призрачное тело, привыкшее к свободе, словно на аркане, тянули к физической оболочке. Санфео слегка поморщился, по виску скатилась капля пота.
  - Иди, любимая, - прошептал он.
  Кьяза понимала, как обманчиво его внешнее спокойствие. Она вспомнила этот ритуал, знала, что каждый её шаг словно ранит магистра тысячей острых ножей. Всего пять шагов. Целых пять. И нет права на ошибку, ни у него, ни у неё. Плата - жизнь некроманта и вечное посмертие её самой. И штайна шла, отгоняя липкий страх, ползущий по спине, предательские мысли о том, что лучше оставить всё, как есть... Смотрела в чёрные глаза мага, боясь отвести взгляд, обрушить тонкий, непрочный мост доверия, едва-едва начавший возникать над пропастью. Последний шаг, самый сложный.
  - Поверь мне, - прошептал магистр. - В последний раз. Клянусь жизнью и посмертием, что не предам, не обману и не оставлю.
  - Верю, - тихо прозвучало в ответ.
  Кьяза сделала последний шаг. Мир разлетелся на части, расколовшись, как упавшая со стола хрустальная ваза. И тут же стало темно. Непривычная тяжесть... Штайна вздохнула, открыла тяжёлые, словно налитые свинцом веки. Ощутила прикосновение тёплых пальцев к ладони.
  - С возвращением, - прошептал знакомый голос.
  Реакции тела после стольких лет стазиса были замедленными, мышцы слушались неохотно, но Кьяза, превозмогая слабость, приподнялась и от души залепила Санфео звонкую пощёчину.
  - Я заслужил, - магистр не уворачивался, глядя на штайну совершенно больным, разбитым взглядом. - Прости, если можешь.
  - Какой же ты дурак, - шепнула она. - Я подумаю... Но позже.
  Не в силах противиться внезапно нахлынувшей сонливости, Кьяза опустилась обратно, закрыла глаза. Проваливаясь в сон, почувствовала, как знакомые сильные руки подхватили её, прижали к тёплой груди.
  - Я донесу тебя, девочка, - прозвучало над ухом. - И больше никогда не оставлю.
  Штайна удовлетворённо улыбнулась. Она была согласна дать магистру ещё один шанс, только ему пока знать об этом было не обязательно. В конце концов, она заслужила красивый и нежный период ухаживаний. В прошлый раз всё произошло рутинно, буднично, словно само собой. В этот будет иначе...
  Неся любимую женщину на руках, магистр некромантии думал, что готов отдать всё, лишь бы продлить это мгновение. Нести её на руках всю жизнь, защищая от невзгод, брать на себя её боль, просыпаться, грустить и радоваться вместе с ней, потому что именно она, Кьяза, его смысл жизни. И он готов хоть в Бездну, чтобы вновь увидеть в её фиалковых глазах счастье.
  
  * * *
  - Таленка, а что, окорок уже закончился? - Пинцет разочарованно облизнулся. - Ладно, тогда пойдём играть в шпионов.
  - Прекрати учить ребёнка плохому, - строго произнесла появившаяся в дверях Кьяза.
  Точнее, вначале появился огромный букет, а уж за ним - эрштайна.
  - Сколько цветов! - восхитилась Талена. - Мамочка, это ведь папа Санни подарил?
  - Он, он, - Кьяза почему-то смутилась. - Кот, тебе домой не пора?
  - Вррредная ты, - мурлыкнул лазурный, направляясь к двери. - Кстати, крррасивый гримуар из сумочки выглядывает. Прости уже магистра, старается ведь мужчина.
  - Прости папу, - тут же подключилась Таленка. - Пусть с нами живёт.
  - Сговорились, - нахмурилась штайна. И тут же улыбнулась: - Я подумаю.
  Бодро перебирая лапками, Пинцет бежал домой, гадая, чем вкусным на этот раз порадует Ника его и супруга. Если пирожками с курицей, Ятсану достанется три... нет, два пирожка. А если блинчиками с сердцем, то ... тоже два, хватит с него. Переедать вредно! 'Хотя вначале загляну в гости к Санфео, помнится, у него была замечательная копчёная форель, - кот облизнулся. - А заодно обсудим следующие действия по завоеванию Кьязы. Должа ведь семья воссоединиться'.
  
  * **
  Через 4 года
  - Ути, мои крылатенькие, - нянчилась некромантка с тремя племяшками, - а что у меня для вас есть...
  Она достала из кармана три леденца и протянула завизжавшим от радости девчонкам. Несмотря на то, что некромантка предусмотрительно купила одинаковые леденцы всем, крылатые сестрички едва не передрались, уверенные, что уж у соседки-то конфета точно больше, слаще и вкуснее.
  -Ну вот куда сладкое перед обедом? - появившаяся в дверях Ника только тяжело вздохнула, махнула рукой, пригрозила: - Вот будут у тебя дети, тоже буду закармливать их сладким! Узнаешь, что такое детский диатез и пф-ф-ф-ф-ф-ф-ф супом на стол, потому что добрая тётя накормила конфетами.
  - Да ладно тебе, - некромантка отмахнулась. - Когда ещё те дети будут?
  - Вот именно! - хранительница упёрлась руками в бока. - Даже жениха нет! Родители меня уже измучили просьбами на тебя повлиять... как будто я могу.
  - Найду такое же редкое чудо, как твой крылатик, подумаю, - опрометчиво пообещала некромантка. - Повезло тебе... муж только вечером дома появляется, весь в делах. Считай, вообще не замужем. Найду такого же - в тот же день свадьбу сыграем!
  - Редкое чудо, говоришь? - Ника ухмыльнулась. - Тогда у меня для тебя сюрприз, сестричка. Наши любимые родители подобрали для тебя несколько прекрасных кандидатов. Знакомство сегодня вечером, и я тебе этого не говорила.
  - Сбегу к Реджу! - насупилась Зарайя и тут же скорчила умильную физиономию: - Никуль, а Никуль, у тебя ведь найдётся лишний чемоданчик и новая зубная щётка?
  - Поезд через два часа, - подсказала рыжая, тихо посмеиваясь.
  Когда некромантка умчалась на вокзал, а малышки наконец-то угомонились и, тихо сопя, разрисовывали свежепоклеенные белые обои в детской, Ника, тихо посмеиваясь, уселась пить кофе. Пинцет, не дававшийся днём в цепкие ручки детей, выполз из нычки в кладовой, дожёвывая кольцо сухой колбасы.
  - Лазурный проглот, - беззлобно посетовала многодетная мама, - она же не досохла ещё.
  - По мне, в самый р-р-раз, - мурлыкнул кот. - Отправила сестр-р-ру к Реджу, как я и советовал?
  - А как же, - Ника улыбнулась.
  - Порра открывать брачное агентство, - Пинцет запрыгнул на колени к любимой хозяйке и потоптался, укладываясь поудобнее. Блаженно прикрыл глаза и мурлыкнул: - Будешь моим секретарем. Тебя и Ятсана свёл, Кьязу и Санфео - тоже, у Дюла и Вае всё идёт к свадьбе, Редж в этот раз Зарочку не отпустит... Ещё придумаю, как свести Наю и Гала, и всё, откр-р-рываю своё дело.
  ... Через год в семье светлой волшебницы Наядны и эрштая Гала появился первенец, а в городе открылось первое брачное агентство, управляемое котом и носящее гордое название 'Лазурные мечты'. Пинцет был великолепным психологом и точно знал, как подбирать подходящие друг другу пары.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) А.Дашковская "Пропуск в Эдем. Пробуждение"(Постапокалипсис) Я.Ясная "Муж мой - враг мой"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Прокачаться до сотки 3"(Боевое фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) Ю.Гусейнов "Дейдрим"(Антиутопия) М.Торвус "Путь долгой смерти"(Уся (Wuxia)) А.Гончаров "Поклониться свету. Стих в прозе"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"