Чваков Димыч: другие произведения.

5. Семь ипостасей Салеева.Ипостась пятая: Инженер

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    Из жизни производственной Салеева... Переход в иные ипостаси: 1 / 2 / 3 / 4 / 6 / 7


ИПОСТАСЬ ПЯТАЯ: ИНЖЕНЕР

  
  
   Большая часть долгой трудовой деятельности Славки Салеева прошла под эгидой высшего технического образования. Двадцать пять лет. Кто-то скажет, что это не так много. Но не следует забывать, что до этого были почти два года работы садчиком кирпича, аккумуляторщиком, год учёбы в инженерно-строительном институте Новосибирска, три года срочной службы на Тихоокеанском флоте, около четырёх лет работы электриком, шесть лет службы прапорщиком с одновременной учёбой (заочно) в Ульяновском политехническом институте.
  
   И сколько в итоге? Верно - чуть больше сорока лет. А это уже кое-что значит. Но и двадцать пять из сорока... значительно больше половины.
  
   Вы ждёте от меня хронологии? Спешу разочаровать - последовательность событий мною будет нарушена. Вероятно. Скорее всего. На мой взгляд, нет нужды отслеживать, что было раньше - яйцо или омлет, - когда речь идёт о живом человеке... Именно - живом, он с нами, Славка просто отошёл на минутку. Вы же прекрасно знаете.

1.ПОВЕСТЬ О ТОМ, КАК ПОССОРИЛИСЬ ИСЛЯМ ХУСНУТТДИНОВИЧ С РОМАНОМ ВАЛЕРЬИЧЕМ

     
   Назад тому лет несколько, или того больше, когда Ромка* ещё работал в лицее N23, где он преподавал информатику, случилась эта знаменательная ссора. В числе преподавателей служил вместе с ним и наш общий знакомый, и, даже можно сказать, друг Салеев Ислям Хуснуттдинович. Про него я уже имел честь вам докладывать, когда споры за Америку шли. Славик (в народе носит он несложное и понятное прозвище, Кудесником Славку зовут или просто - Змеем Очкастым) - электронщик от бога.
  
   Одна комната в Салеевской квартире превращена в мастерскую. Когда приходишь в гости, то поражаешься немереному количеству системников 9системных блоков ПЭВМ), мониторов, факсов, видеокамер, радиотелефонов, копиров, которые рассредоточены по полу его знаменитого логова. Часть из этого "хайтековского" (на момент посещения) богатства дожидается благодарных клиентов, гордясь своей отремонтированностью, а другая гипнотизирует взгляд нарядными южно-азиатскими внутренностями. В последнее время, как говорит Салеев, и восточноевропейские найдёныши в электронных кишочках наследить желают. Но лучше б они этого не делали. Если уж англичанам и французам не удалось удержать высокую марку азиатских торговых марок на уровне, то Словакия со Словенией добили престиж японского производителя, лихо отплясывая танцы западных славян на крышке изделия от господина Безенчука со товарищи.
     
      Салеев по жизни самоучка. Про себя он сам говорит, что поначалу "бросался с вилами на танки", покуда не пришёл к нему нюх, знания и мудрость, достойные Очкастого Змея от IP-технологий.
  
   Когда Славику стукнул полтинник (в 2001-ом году, прим. автора) и, похоже, он уже окончательно осел на преподавательской работе, а ремонтом занимается для души, это предположение оказалось ошибочным, ибо с февраля 2004 года Салеев трудится в Печорском центре ОВД филиала "Аэронавигация Северного Урала" (в январе 2009-го года Славка покинул этот мир, прим. автора).
  
   А пока преподавательская деятельность занимала в жизни Салеева большую её часть. Девчоночий контингент лицея попросту обожал своего наставника до умопомрачения. А он в ответ на такую любовь называл их "мои птенчики", разбавляя нехитрой педагогической лаской подачу учебного материала.
     
      Появление в учебном заведении Романа несколько охладило девичий пыл к Вячеславу Константиновичу (именно так учащиеся обращались к Салееву). Ещё бы - тут такой молодой преподаватель появился, чем-то напоминающий молодого Есенина. Где-то подспудно в душе Славика зрела ревность к молодому коллеге. Но, тем не менее, преподаватели жили дружно и весело, пока однажды директриса лицея не пришла к Салееву на занятие с инспекцией.
  
   Когда пара закончилась, руководительница затребовала у преподавателя учебный план. Славик, надвинув поглубже свои очки, через которые можно было рассмотреть даже самую тонюсенькую дорожку на печатном монтаже, принялся рыться в документации. Планы будто корова языком слизала. Он точно помнил, что только накануне обновил все свои бесчисленные преподавательские бумажки.
     
      По натуре Славик человек рассеянный, когда дело не касается его любимого дела. Понятно, что составление учебных планов ни одному здравомыслящему человеку нельзя определить в разряд любимых дел. Наверное, он сам куда-то свои бумажки и засунул. Но Салеев не хотел в это верить, как не желает не очень молодой человек смириться с прогрессирующим склерозом. Поэтому он в перерыве между занятиями спустил Полкана на Ромика, обвиняя коллегу в том, что тот, де, взял его планы для написания своих и не вернул. Ромка отказывался наотрез. Салеев всё сильнее распалялся. Дошло до того, что он начал швырять бумаги, которые обнаружились под рукой, в лицо молодому преподавателю. Роман не остался безучастным к такому к себе отношению. Он также зафинтелил три толстенных папки в Салеева. Как говорится, с нашим удовольствием, а не просто для украшения интерьера летающей декорацией.
     
      Скоро в преподавательской безраздельно кружили белые птицы, исписанные на крыльях текстами программ на языках программирования "Pascal" и "Basic", структурными схемами, объяснительными, докладными записками и прочей мурой. Стоя по колено в сугробе из бумажек Салеев орал:
   - Утащил мои планы, Рабинович, этакий!
   В данном контексте Рабинович - страшное ругательство, но иногда эта фамилия в Славкиных устах приятно ласкает слух, такой уж он непредсказуемый человек.
   - От тебя и снега-то зимой не допросишься, - продолжал свою гневную тираду Салеев.
     
      Ромку разрывала обида от несправедливых обвинений. Он буквально вылетел из преподавательской и затерялся в коридорах училища, надеясь подавить свои оскорблённые чувства. Но даже вечером дома Ромка не мог прийти в себя. Больше всего его обидела фраза о снеге. "Это от меня ничего не дождёшься? - думал он, - А вот посмотрим..."
     
      С утра, встав пораньше, Роман взял ведро и отправился за дом (он живёт в частных владениях) с подветренной стороны, где набил ведро чистейшим первосортным снегом. Отнести ведро в лицей и поставить на стол преподавателя в кабинете, где Салеев проводил первую пару, труда не составило. Поверх снежного холмика Ромка присобачил записку: "ИХ Салееву!". После чего гордо удалился в лаборантскую. Когда прозвенел звонок, шум возле аудитории так и не смолк. Занятие не начиналось. Ромка слышал это явственно. Через минуту в лаборантскую зарулил дядя Женя Киреев (про него я писал в главе "Бытие" своей именной Торы), который на договорной основе читал учащимся основы программирования на Паскале. Он, сдерживая смешок, сообщил Роману, что Салеев просит того "припожаловать в кабинет".
     
      Растолкав девиц возле двери, Ромик протиснулся в аудиторию. Над его заснеженным ведром тихо умирал от сдавленного мощным посылом воли хохота "ИХ Салеев", который мог выдавить из себя только: "Ну, Рабинович!". Это уже в положительном контексте.
  
   А занятие всё же состоялось, но началось оно на 15 минут позже по той простой причине, что Салеевские великолепные очки потеряли свою исключительную зоркость от слёз, нахлынувших на Славика в приступе смеха. О том, как состоялось замирение двух преподавателей в конце рабочего дня, я рассказывать не буду. Это совсем другая история, полная пивных разводов на импровизированной скатерти из шторы и учебных планов, заляпанных селёдкой.
     
     
      * - Ромка - инженер технического отдела в Печорском центре ОВД филиала "Аэронавигация Северного Урала", известен по эпопее "Тора от Димыча";
  
  

2.ИНТИМНАЯ ЖИЗНЬ С ГРИЗЛИ

  
   Сегодня у нас на предприятии заработная плата, и мы усиленно медитируем, боевую молодость поминаем с лёгкой грустью. Ну, а каким образом православный с мусульманином могут медитировать? Непременно с хорошей закуской. Закуску приготовила Верочка Ивановна, супруга Салеева. Славику на обед приготовила, но он замотался и, весьма кстати, сохранил её до наших посиделок. Едим котлеты из фарша осетровых рыб. Перцу жгучего в них положено изрядно, как любит Славик. Как люблю я. Мало того, что мы с ним родились под одним знаком Зодиака, так ещё и вкусы у нас одинаковые. Да, что там вкусы - жён наших Верами зовут. Отчества вот только разные.
     
      Кроме котлет на столе присутствует зелень и крутые яйца, четыре воблины и... всё. А что ещё нужно для культурного общения? Пиво, разумеется, в ассортименте. Я поинтересовался, не с родины ли осётр. Салеев чуть не подпрыгнул:
      - Какие там, в Димитровграде осетры? Не ловятся давно, не могут подняться. Печору вот сетками перегородили, а Волгу ГЭСами. Только если пешком сами дойдут... Здесь осетрину брали. Свеженькую. Через Верочкину подругу. Но она, по всему вероятию, кости туда подмешивает. Для весу что ли? Тебе не попадались? Я уже два раза чуть зуб не сломал. Придётся примерно наказать.
     
      Дальше наш разговор плавно перетекает к недавним воспоминаниям. О том, как день Радио на ПРЦ (передающий радиоцентр) отмечали. Слава 7 мая прославился тем, что шашлыками всех накормил досыта. Даже собак, несущих вахту на объекте. Это у нас так на предприятии встретили "молодое пополнение" (Салеев в конце февраля пришёл в аэронавигацию). Так сказать, вместо испытательного срока, разрешите вам накормить голодную банду службы ЭРТОС, в узком кругу - ЭРОС, хотя с античным божеством и его привычками наша работа не имеет ничего общего. Мы просто обеспечиваем летающие (по-научному - летательные) аппараты тяжелее воздуха надёжной системой локации, навигации и связи. Хотя, постойте, нечто эротическое во всём этом, несомненно, имеется.
     

* * *

     
      7 мая, в день Радио и связи (наш профессиональный праздник) почти весь день было тепло, а под вечер похолодало. Так мне жена сказала на следующий день. Сам-то я уже не чувствовал, хотя целый вечер провёл на пленере за румочкой праздничного чаю и шашлыкастой закусью. Народу собралось человек тридцать-сорок. Точнее сказать трудно, поскольку постоянно происходили миграции посвящённых в тайну распространения радиоволн особей внутри периметра и за его пределами.
     
      Те же, кто имел удовольствие прибыть на автомобилях, организовали импровизированную стоянку на ночь. И я подозреваю, что не все ещё свой транспорт забрали до сих пор, хотя на дворе вторая половина июля. Был и директор. Он вручил грамот громадьё, съел бутерброд с сёмгой после того, как принял на грудь, сел на любимого конька - рассказал коротенько (минут двадцать) о том, как замечательно организовано необъятное воздушное пространство нашей усталой от массового чиновничьего идиотизма Родины. Уехал он первым - грудь не того размера оказалась: принимать некуда. Его на служебной "Волге" до дому довезли.
  
   Оставшись сиротами, народ разошёлся ни на шутку. А дальше... Впрочем, эти подробности знакомы всякому человеку, пережившему парочку удачных корпоративных мероприятий.
     
      Меня, например, привезли и поставили под дверь на машине РП (руководитель полётов) часов в 10 вечера. Сам я в тот момент уже находился в стране грёз и гетер. Иначе говоря, был на изрядной кочерге.
     
      По иронии судьбы Салеев не ел свой шашлык. Он находился в творческом периоде "наведения мостов" в едабельной части своего лица. Закусывал исключительно шпротами и сайрой (тоже в масле). Мы этот продукт для него со всего стола собрали, чтобы повар не остался голодным. Голодным он и не остался, но дома оказался ещё раньше меня. У себя дома, разумеется, - живём-то мы в разных концах, хоть и одной, но достаточно длинной улицы. Усталость сказалась на Славкином имидже. И ещё юбилей начальницы АХО нагрянул, как снег на голову. Кто ж такое сможет на ногах перенести. Это пострашнее гриппа. Будь он хоть птичьим, хоть свиным.
     
      Виталик Беляев (техник с ЦКС) два дня потом асфальт из головы выковыривал. И где он асфальт обнаружил? Снег же ещё лежал кругом. А краткую характеристику этому разгулу демократии может дать усечённая стенограмма разговоров по мобильному телефону техника обзорного радиолокатора Григория П* с собственной супругой. Она в это время находилась на смене и периодически интересовалась состоянием дел на празднике. Её вопросы я опущу. Они и так понятны. Приведу только ответы супруга.
      Первый звонок:
      Сейчас директор вручает грамоты. Ага, вот за бутербродом с сёмгой потянулся. Тост сказал. Поехали!..
      Второй звонок:
      Гуляем отлично. Народ танцует. Кровь мне уже остановили. Где, где? На ПРЦ лежу, отдыхаю... Кровь где? На голове, естественно...
      Третий звонок:
      Меня домой повезли. Всё в порядке... Нас тут трое таких...
     
      Четвёртый звонок не состоялся, поскольку абонент сделался временно недоступным и на вызовы не отвечал. Неважная ещё у нас мобильная связь, доложу я вам.
     

* * *

     
   Однако. Лето. Июль.  
  
   Четверг, вечер. Мы с Салеевым всё ещё сидим под раскидистым вентилятором и ведём умные беседы.
     
      Постепенно, как это водится при разговоре двух умудрённых опытом мужчин, связанных одной профессией, возникла тема работы. Этот "летучий голландец" нашего подсознания всегда готов бросить якорь в бухте не только с пивом, но и более крепкими напитками. Слава увлечённо начал мне объяснять, как он упростил какую-то схему электропитания с улучшением характеристик последней.
     
      Взял он лист бумаги и быстро начал на нём что-то рисовать.
      - Здесь всё, как обычно, - сказал Салеев, - два рубля.
      Это так Салеев однофазный источник переменного напряжения величает. На бумаге выводит "~220", а говорит, что два рубля. Такое у Салеева правило "левого шурупа" (не спутайте с винтом, а то скандал выйдет по поводу характера резьбы).
      - А вот тут стоит кондёр, - продолжает свой ликбез Слава
      - Из какой крупы? - спрашиваю я, рискуя нарваться на "Рабиновича", которым может одарить меня Салеев в негативном понимании этой многообразной фамилии.
      - Причём крупа-то? Не знаю такого термина.
      - Да, суп это простой... Раньше, когда картошку Петр Алексеевич ещё не сподобился завести, первейший продукт на Руси после каш, киселей и пареной репы.
      Славка рассмеялся и посмотрел на часы. Ему пора было сдаваться, супруга ждала его, чтобы пойти поливать дачный участок. Он у Салеева буквально неподалёку от места жительства.
     
      Позвонил домой. Верочка Ивановна не ответила. Видать, была уже на огороде. Тогда Салеев набрал номер на мобильной "Мотороле", и до моего рассеянного по ячменной закваске сознания донёсся такой примерно диалог:
      - Привет, дружочек мой махонькой! Это я звоню тебе. Шолом! Мы тут с одним Рабиновичем (в хорошем смысле, отметил я) пиво сейчас допьём, и приду поливать.
      - Я тебя жду...
      - Ты меня ждёшь, а сама с лейтенантом живёшь, - спел Слава с чистой, как лучшая улыбка из его набора, душой и добавил. - Шла бы ты домой, Пенелопа... Верочка Ивановна. Я сам всё сделаю. Подойду минут через несколько... И не твою мать, а нашу бабушку...
     
      Автор этих строк строго высказал Славке, что негоже обижать женщину, а он ответил, что и не думал этого делать. Действительно, я просто уже подзабыл манеру общения Салеева с любезной Верочкой Ивановной. На все Славкины происки она отвечала волшебным смехом с непременным комментарием "дурак".
     
      Славка почистил рыбку, достал из неё икру и, поделившись со мной, поставил жирную точку то ли на последней теме, то ли на моём комментарии к телефонному разговору:
      - Якшицизм это всё.
      Я знавал сам себе, что татарское слово "якши" представляет собой нечто утвердительное и жутко правильное, но теория якшицизма мне была незнакома. Я попросил Салеева уточнить, что он имел в виду своей последней фразой. Слава немного задумался и изрёк с умным видом:
      - Якшицизм есть ничто иное, как заебатецька вещь!
      Этого мне хватило, чтобы осознать свою роль в холодной Вселенной. Тоже якшицизм своего рода.
     
      Потом мы со Славкой ударились в воспоминания.

_ _ _

  
   Воспоминания Салеева о работе с иностранцами большого восторга у него не вызвали. Не любит он представителей северной части континента, который Колумб на нашу беду открыл, а закрыть всё руки не доходят. Не просто не любит, а даже очень не любит.
      - Канадцы, в отличие от американцев, хамы, - сказал Слава. - Американцы очень вежливо с улыбочкой объясняют, что ты дурак, а канадцы матюгами сыплют и уволить грозят каждую секунду. Это я тебе не с чужих слов вещаю, а на основании личного опыта говорю, ибо замечен был в связях с иноземными буржуинами. Отрицать данную связь не стану, тем более, что стыдиться мне её нечего.
     
      Канадцы, американцы, англичане. Их много поналезло в наши северные края в смутные годы игры в неограниченные суверенитеты, в которой не было никаких правил. Но как только правила появились, иностранные псевдо-инвесторы тут же и повывелись, лишний раз продемонстрировав либеральные манеры беспринципного хапужничества: если нельзя взять задаром, то стоит ли вкладывать капитал с далёкой перспективой.
     
      Канадцы, американцы, англичане... И с теми и с другими, и чуточку - с третьими. Салеев столкнулся в совместных предприятиях, которые пустили было корни на Коми земле, да быстро самоликвидировались, поскольку в наших условиях работать не привыкли. Здесь им не Африка и не континентальная Канада, где любой транспорт по дорогам рассекает с толстым удовольствием, и думать о заброске оборудования не нужно. Край лесов и болот всё-таки, не какая-нибудь там Луанда с шельфом нефтеносным, на которую уже некий лондонский невозвращенец Еленин ставки в углеводородном казино сделал. И никакие ссылки на плохое законодательство, и непомерные налоги здесь не при чём. Такие им льготы давали, этим СП, - закачаешься!
     
      Нашим производителям и не снилось подобное в розовых грёзах о процветании, будто это они приехали в чужую страну "отбивать там бабло", а не последователи техасских и ньюфаундлендских углеводородных нуворишей.
     
      Канадцы в Печоре филиал "Байтек-Силура" соорудили, а американцы "Парма-ойл" с нуля воздвигли (на наши же, отечественные, "деревянные" денежки из не шибко жирного государственного бюджета, в основном, - свои-то жалко). Славка несколько месяцев лямку в "Байтеке" тянул главным энергетиком, где канадцы верховодили, поэтому о них и разговор мы с ним вели по большей части.
     
      СП "Байтек-силур" - фирма канадская, зарегистрирована на Кипре, штаб-квартира в Лондоне. Нефть добывают в Африке, а деньги отмывать решили на Российском Севере. Предприятие долгое время ничего толком на нефтяном поприще не делало, попросту говоря, создавало имитацию бурной деятельности (ИБД в обиходе). Зато такие деньжищи плавно перетекали через его счета, что с ума сойти можно. Представляете себе, у фирмы в аренде три нефтеносных буровые, которые мохом подёрнулись, и контора на окраине города, а обороты феерические. И, всё больше, в американских долларах, чем в канадских.
     
      Славкина работа в канадсой фирме совпала с периодом творческого застолья СП, когда работала только контора, производящая воздух и деньги из данного воздуха - на оффшорной подушке банков острова Кипр. Это уже позднее канадцам пришлось за ум браться, когда их власти республиканские "прижучили" ненароком, и когда открылся секрет арендованной собственности. Но фирмачи-специалисты бурильного дела оказались слабаками против нашей природы.
     
      Одну скважину чуть вообще не загубили. Пришлось на поклон к нашим мастерам идти с брезгливым видом. Знаем, де, какие у вас все алкаши безграмотные. В разгар самых сильных морозов сумели российские бурильщики не только скважину спасти, но и инструмент. И какова же была благодарность? А никакой. Канадские нефтяные эксперты, которые с Ньюфаундленда прилетали и всё дело усугубили, довели ситуацию до критической, получили своё по контракту. Спасителям же только высокомерное "Thank's" отвесили сквозь фарфоровые зубы и сволочили позднее, где только удавалось. В основном в Кремлёвских окрестностях. Мудрый председатель правительства кивал харизматической головизной своего черномырдого лицевого отростка озабоченно. Дескать, знаю, такая беда у нас со специалистами, хоть плачь, на одних только иностранцев и уповаем.
     
      Руководили "Байтеком" два громилы, достойных режиссёрских работ Серджио Леоне периода спагетти-вестернов. Звали их Роб и Стэн. Оба в ковбойских шляпах и ковбойских же сапогах, в кожаных пальто до земли и клетчатых байковых рубахах с галстуками от Версаче. Уроды полные. Малограмотные парни с фермы. Иначе их и не назовёшь. Славику эти близнецы (в смысле ума-палаты, а не в физиологическом понимании) поручили обустройство базы в электрической части. Оборудование всё сплошь хитровыделанное, западенской закваски. Всё от трёхфазной сети - 110 Вольт переменного напряжения (один рупь на фазу) питается.
     
      Попробуй в почти ещё советских условиях такую подстанцию где-то найти, чтобы на входе "два рубля", а на выходе только один. Главная задача - компрессор запустить, душу всей базы СП. А тут, на беду, ящик с инструкцией на таможне застрял. Роб со Стэном по территории арендованной за символический доллар на пятьдесят лет носятся, шпорами гремят, всех на средний палец отправляют самым изощрённым способом, на какой способны их фермерские умы, и насколько английского языка хватает.
     
      Хватает его, должен заметить, не на много. Тогда канадцы начинают проявлять чудеса изобретательности, на русский мат переходя. Но и с этим у них беда. Знают-то всего два-три слова, и всё в один этаж сплошняком, без склонений, спряжений и перегибов с переливами. Будто малолетки отмороженные и косноязычные разговаривают Стэн с Робом, смех один. От данного обстоятельства ещё сильнее руководители заводятся и расправами русскому персоналу грозят. А они-то уж совершенно не при чём, между прочим. Это всё таможня что-то в коробках из Лондона найти пытается, шпиона, возможно или же взбесившуюся говядину.
     
      Тут Слава и предложил всё электрическое хозяйство собрать безо всякой документации. Роб подумал и не разрешил. Без специалиста из Англии, ну, никак нельзя - только там просвещённые умы обитают. Потом подумал ещё чуточку и сказал, что с него хватит: он с базы уезжает, всё запрещает, но к утру, чтобы всё сияло и работало. То есть на Салеева всё повесить желает в случае провала.
      - Мне, собственно, всё равно хоть 2 рубли, хоть рупь на входе, - сказал Слава. - Я же дипломированный энергетик. Мне всё едино. Сказано по рублю, но сегодня - значит, сделаем по рублю. Два часа работы и всё в полном ажуре, приходи кума любоваться. Оба голубчика-фермера даже в город уехать не успели, когда энергетика уже готова была.
     
      Я спросил у Салеева об оплате.
      - Заплатили, конечно, заплатили, куда деваться, раз я на их бестолковых глазах, можно сказать, чудо явил техническое, как Христос Лазаря воскрешающий. Знаешь, у них всё предусмотрено в бюджете. Нужно только предъявить чеки и календарь местных праздников, чтобы банкеты узаконить. Есть даже статья на подкуп чиновников. Честное слово, не вру! Из этой статьи мне Роб и выделил 300 долларов, как клерку, какому из аппарата управления по оприходованию взяток. Хорошо, что не одной бумажкой, а то бы я вообще верить в себя перестал, - таков был Славкин ответ.
     
      - Тут и Крисмес ихний подоспел, - продолжал Слава. - Сёмгу привезли для братвы нашей канадской, свежую - ещё вчера в Печоре гуляла. Роб посмотрел и говорит, чтобы пожарили. Ну, ты видел таких уродов? Я долго его убеждал, что малосолая лучше будет. Это же речная царица, жирная, розовая. Не чета норвежской. Переводчица вся извелась, пока меня толмачила. Взял я рыбу на тонкие кусочки порезал, солью, перцем обогатил и в банки стеклянные разложил. Чтоб дошла быстрей в плотном виде.
     
      И вот! К столу вынесли огромное блюдо малосольной сёмги со свеженьким укропом, петрушкой и другими травками с рынка. Народ, естественно, не берёт ничего. На Роба косится, когда тот первым отведает (Стэн же где-то в Лондоне мотался в это время). Роб нос скривил, кусочек взял, обнюхал со всех сторон и брезгливо пригубил. Тут и весь народ приобщился к лучшему из лососей. И за банкетной суетой как-то не заметил никто, что сёмга вдруг куда-то исчезла. Оказалось, её наш ковбой в гостиницу забрал. На людях всё кичился, нашими продуктами пренебрегал, а под подушкой тайком килограмма четыре умял за милую душу.
     
      Но реконструкцией и монтажом английской подстанции Салеевские подвиги не ограничились.
     
      Между делом Слава отремонтировал копировальный аппарат, который неосторожные грузчики где-то уронили, и компьютер "Apple Macintosh" в порядок привёл, хотя видел его первый раз в жизни. Не водится у нас на севере такой дичи. IBM only, на худой конец, AMD или Schneider. Господа управляющие всё удивлялись и нахваливать Салеева не уставали.
     
      И тут Энергонадзор предписание "Байтеку" выкатил с плёвеньким штрафом для первого случая. Дело, в принципе, вполне даже обыденное и мало значительное. Тем более что Славе фактически бумажные дела не передавали, когда он на работу устраивался, некому было. Никто электроснабжением базы до него не занимался, как должно. Все по очереди и никто в целом, как это ведётся, если деньги на заработной плате экономить.
     
      Выполнить предписание - раз плюнуть, но не тут то было. Вызвал Салеева Роб пред свои залитые дорогущим вискарём очи и правёж устроил. Бегает по кабинету, орёт нецензурно, оскорбляет Славиных родственников и его самого в придачу.
      - Совсем нюх потерял, лемминг гуттаперчевый, - пояснил мне Салеев. - Только что в любви вечной клялся и таланты мои восхвалял, и тут такой военно-морской загиб от адмирала Нельсона, чтоб ему не икалось. Идите вы на хрен мелкими перебежками, дорогой мой Роб, говорю. Он мне "факин фак" (почти, как "миру мир" по-нашему), а я ему вернул с довеском. Ну, чтобы Роб с медведем оральным сексом занялся, причём, без разницы в каком варианте. Оба с летальным исходом.
     
      Переводчица сидит, краснеет, как перевести, спрашивает. Ну, я и говорю, что пусть у гризли отведает чупа-чупсов, а сам заявление по собственному желанию уже писать заканчиваю. Не знаю толком, перевела ли ему растревоженная нашим разговором девица последнюю фразу, но, взглянув на мою бумажку, Роб рот закрыл, а потом тихенько так спрашивает, уай, дескать? Ну, тут я и выдал ему уже всё по полной программе. Уере гоу мэн ту, говоришь. Не знаю манто там или манту, а идите вы в манду. А потом ещё для верности по-татарски добавил "Кутак - блян кермяся, китаб - блян кермес" (что с членом не вошло, то через книги не войдёт, Генезис). Этого точно переводчица донести не смогла, не на того училась, но у меня чувство гордости в душе осталось. Тоже немало.
     
      А я подумал, что зря, наверное, Славка про книги сказал. Не читал их Роб отродясь.
  

3.ЯСАК

  
   На заре перестройки случилась у Славки командировка в Вильнюс. Он тогда в МП "Геотехнология" трудился инженером-каротажником. За персоналкой поехал... ДВК или СМ... Да, СМ... ДВК-шки в Киеве, Орле и Тбилиси выпускались. А Литва как раз серию микро-ЭВМ СМ выпускала...
  
   Начальником отдела сбыта ЛПО "Сигма" был симпатичный литовец по имени Стасис. Если бы Салеев не оказался татарином, то не видать ему новых компьютеров. А тут всего только пришлось изобразить обиженного русскими и немножко советской властью потомка самого хана Кучума, и сразу дело сладилось. В процессе подписания документов выпили армянского коньяка, тогда ещё не "катанного", пожалились друг другу, пожелали успехов в предполагаемой и скорой незалежности. Один Ягайлу вспомнил, незаслуженно исключённого из рядов строителей светлого будущего, второй припомнил москалям разрушенный Казанский Кремль.
  
   - Не спешил бы ты Ислям ЭсЭм-ки брать, - говорил Стасис ближе к середине второй бутылки, - скоро наши из-за "бугра" подойдут... будет тебе крутая персоналка ИксТи, не меньше! С "винчем" ЭмЭфЭм (MFM) на целых 20 "метров".
   Но Салееву ждать оказалось не на что, командировочные подходили к концу, и, к тому же, сдачи от коньяка и закуски на билет в авиалайнере не хватало. Пришлось ехать в плацкартном вагоне с пересадкой в Москве, питаясь остатками той самой закуски. Я полагаю, что за Славкину выдержку относительно взятой некогда Казани, Стасис мог бы ему дать в дорогу чего-нибудь из личных запасов. Но не сложилось, не совпало. Литва ещё только наращивала сельскохозяйственные мощи, готовясь накормить Евросоюз своей продукцией. А личное хозяйство - для личного пользования. Как говорится, не обобществляй, да не обобществлён будешь!
  
   А настоящую фирменную "икстишку" Салеев впервые увидел года через полтора-два. И не только "икстишку", но ещё и IBM AT286 фирмы "Schneider" из федеративной таки, офф её, Германии.
  
   И ещё одна командировка тех времён вспомнилась Салееву. Он тогда всё в том же малом предприятии "Геотехнология" НПО "Недра" работал, но уже с повышением - инженером-электроником. Времена кривые, смутные. Любое финансовое вливание без толкача не делается, поскольку ВСЕМ МОЖНО ВСЁ. В том числе и ничего не делать или, наоборот, брать взятки за выполнение своих должностных обязанностей. А иногда и за НЕвыполнение.
  
   Славку направили в столицу, чтобы ясак в нужный кабинет доставил. Ясак в виде "хвоста", да не простого, а сёмужного. Рыба, как помнит Салеев, была красавицей, килограммов на девять-десять. На самолёте везти нельзя, поскольку в те времена воровать редкую печорскую рыбу методом браконьерского лова разрешалось исключительно московским чинам, гражданским и военным. Вывозили сёмгу грузовыми самолётами из Нарьян-Мара. А все пассажирские рейсы досматривались на предмет того, не везёт ли подлый хититель наших национальных богатств принадлежащих не сколько народу, сколько его, народа, слугам.
  
   Тут, хочешь, не хочешь, а ехать поездом требуется. А ведь лето на дворе, температура за бортом под тридцать. В те времена в МПС ещё не придумали, как пользоваться встроенными в вагоны кондиционерами, потому в составе ещё жарче. Ехать больше сорока часов. Пересолишь рыбу для сохранности - высокое начальство обидится и денег на исследование структур методом сейсмокаротажа не выделит.
  
   Сёмга должна быть слегка солёной, тогда только можно ощутить всю её прелесть. Существуют, конечно, и другие методики. Например, коми-засол. Это такой способ, когда рыбу сознательно доводят до состояния первичного разложения, и уже появляется нехороший запашок. А уже потом её солят. Употреблять в пищу такое лакомство способны только люди крепкие духом и нюхом. Их не так много, посему описанный выше способ посола не имел шансов на успех в столичных коридора власти.
  
   Сел Славка, призадумался, как ему рыбу в целостной малосольности в Москву довезти. Начальству-то что, оно указание дало, сёмгу по своим связям достало, а дальше - твоя печаль-заботушка. Но только попробуй съездить безуспешно, шкуру с тебя снимут. Однако не таков Салеев, чтоб позволить с себя кожу за здорово живёшь содрать.
  
   Взял он рыбину, обернул в льняную тряпицу, заранее вымоченную в тузлуке, а потом тщательно отжатую. Затем положил в картонную коробку огромный шматок толстого полиэтилена - этого добра на буровых всегда навалом. А дальше уже Славкино "ноу-хау". Для пользы дела ему разрешили использовать целый углекислотный огнетушитель. Догадались, в чём дело? Точно, сёмгу обдали углекислотой, как на пожаре третьей категории сложности, а потом очень скрупулезно (чтобы не оставалось зазоров для проникновения воздуха) упаковали в полиэтилен. Следом ещё один слой, и ещё один. Затем коробку перевязали багажными ремнями, погрузили в челночно-проточную сумку модели "Мечта оккупанта", и Салеев отправился в путь.
  
   - И что, неужели не осталось никакого запаха от использования огнетушения? - спросил я.
   - А чего ему оставаться, если я перед передачей "хвоста" тщательно его промыл проточной водой. Сёмга выглядела так, будто только что из реки. А что до здоровья чиновников, то моё дело маленькое - довёз рыбу в лучшем виде. Если траванулся кто, то, собственно, и поделом - нечего вымогать взятки за свою работу. Но не думаю, что дело до такого дошло... У жадных-то чиновников желудки лужёные, любую дрянь съедят... если на халяву.
  

4.Я СИЖУ НА САПОРЕ

  
   Салеев, не спеша, отхлёбывал чай из кружки с изображением медведя, очень похожего на бегемота, случайно оказавшегося на лесной поляне. Во время такого рода перерывов Славка любит пообщаться, а если быть точнее, рассказать что-нибудь из своей богатой на события жизни. Вот и сейчас... Вы только послушайте?
  
   - Хочу поведать вам об одной пословице, иначе говоря, - присказеньке, которую мне доводилось слышать в раннем детстве:
  
   Деньги есть - Уфа гуляем, денег нет - Чишмы сидим.
  
   Нет, это не Турецкий курорт Чешме, как вы могли себе подумать, и не город славы русских военно-морских сил. Чесменское сражение не забыли ещё?
  
   Я, вообще говоря, в молодости считал данную сентенцию чем-то легендарным, никак с реальной жизнью не связанным. Оказалось - напрасно. Есть откуда ногам было вырасти у этой фразы. Поехал я как-то в столицу Башкирии по служебной надобности, и тогда всё выяснилось.
  
   Платформа Чишмы находится к юго-западу от Уфы с тёмной станцией-будкой, куда влезет человек шешнадцать... если утрамбовать асфальтоукладчиком. Но пивнушка освещённая. Зато вся остальная часть, включая вокзал, пропадают в темноте, как только пивная исчезает из прямой видимости трогающегося по расписанию поезда. Будто и нет никакой станции, а есть только сон... Вокруг пивной, как правило, стоит несколько мужчин в костюмах с элементами национального колорита и производит некоторые действия, которые можно отнести в разряд незначительного хулиганства без злостных намерений.
  
   Не суть важно, а ссуть неважно... Такая вот неприличная урологическая присказка.
  
   А на железнодорожном вокзале в Уфе огромный ресторан... На весь второй этаж! Просто сказочно! Огни сияют, праздник прыгает прямо на холку, едва ты входишь с перрона в блистающее, как новогодняя ёлка, здание.
  
   Поняли, в чём фикус-кактус? Ага, лучше один раз посвятить свои денежные средства придорожному ресторану в Уфе, чем всю жизнь отсвечивать гениталиями всем проходящим поездам в пивнушке станции Чишмы.
  
   - Через год-другой этот нож уже станет неважным, - сказал Славка с трудом пытаясь отрезать голову тупым тесаком. Не свою, успокойтесь... рыбью голову. Рыба носила северную ледовитую фамилию Голец и мешала нам проникнуть во внутреннюю суть полярного лосося.
  
   Говорят, что тем ближе к Северному полюсу, тем вода всё более пресная. А когда-то давно, 20 миллионов лет назад он и вовсе был пресноводным озером. Думаете, враньё или ошибка геологии? Не знаю... Но вот в Финском-то заливе...
  
   А, собственно, пресная ли вода в Финском заливе? Я сидел там целую романтическую ночь с девушкой... Оба жутко замёрзли. Выручила машина ДПС, доставившая наши начавшие коченеть тела в общагу. Девушка потом вышла замуж... и даже не за моего друга, как я думал... А вода? Вода настолько пресная, что мне даже больше и сказать-то нечего.
  

* * *

  
   Рабочий день готов скончаться прямо у нас на руках, но мы со Славиком искусственно продолжаем его экзистенциальность привнесением натурального пивного духа стеклянно-емкостным методом, присущим людям классического образа мысли. Салеев сегодня не на шутку не любит знать... Да, нет, вы неверно трактуете. Славка всегда стремился к знаниям, просто он не любить знать... Снова непонятно? Скажу ещё проще - не любит знать знать...
   Он прямо сейчас вам всё растолкует.
  
   - Сильными мира сего отчего-то называют Ромчу Абрамчика, Баба Еленина, Гуся Телевизионного... Нет, последнего уже не считают. Ему только сейчас и остаётся в тире для начинающих героев внешней разведки выступать в роли подсадной утки. А на самом деле, какие они, к чёрту, сильные-то? Вот когда станут эти герои жить на одну зарплату, и возможности спи*дить у них не останется, будут ли эти господа в авторитете? Думаю, их сразу по плинтусу размажут те, кто к грубой силе привык... А интеллектуалы с ними один кроссворд на всю камеру решать не будут....
   - Ой, ли! Эти твари шакалоподобные всегда найдут способ, как кинуть кого-нибудь...
  

* * *

  
   - Слышу, яйца загудели, значит мобильник звонит. Радио "Sheet FM"... или что-то в этом роде. Comedy Club и прочий умерший от мания величия и изрядного похабства американской современной эстрады КВН. Совокупления с многополым андроидом, задница в форточке, чесотка в метро, морда в торте, хрен по деревне... Одним словом, весь ассортимент гэггов из тайных закромов Си-Эн-Эн. Только при этом ещё немного армянского шарма, без которого передачу можно было бы считать полностью вырожденной. То-о-о-ска...
   - Не та тоска, в которую гвозди бьют, а та тоска, которая грюздь. Но не тот грюздь, что в бочках солят, а та грюздь, которая тоска.
   - Помню... Ещё и сапор где-то рядом на ветру полощется, и песец по своим нецензурным делам пробегает*...
  
   - Как ты относишься к Пелевину? Говорят он весьма динамичен...
   - Ага, особенно сцена из "Чапаева...", который никак не может с простатой проститься... Помню-помню, что Пустота. Шучу, конечно, шучу. А что за эпизод? Точно, когда героиня носится на фаллическом летательном аппарате от Арни Шварцнегера с губернаторской эрекцией. Представляешь, страниц 10 невразумительного бреда, от которого хочется спать... но без женщины... Или, в крайнем случае, с надувной...
   - Может быть, с мальчиком?
   - Ага, Мальчиком-с-пальчиком! И не нужно мне говорить о Фрейде. Фрейд - это учёный, а Витя Пелевин - хрен мочёный... Гений, которого мгновенно поняли современники из касты необузданных эстетов, на самом-то деле фигура дутая. Одухотворённости в этом писателе не хватает, одни псевдо-попытки увидеть мир из засады в прямой кишке. Эстетика каловера. Пелевин - тот же Сорокин с его "голубиным салом", только не с такими барскими замашками. Да знаю я, знаю, что о голубом сале речь... но уж больно эстетизм Сорокинский сродни сексуальным эстет-большинствам. Сейчас ведь так дело обстоит, что захочешь славы, сразу голубеть начнёшь поневоле.
  
   * - здесь Лицоотавтора, вероятно имеет в виду словесные цепочки:
   1). (неопределённо-кавказское) Храм - сапор, ограда - сапор, живот болит - снова сапор;
   2). (японское) Шуба - песец, воротник - песец, полярная лисца - песец, под трамвай попал - опять песец;
  

5.ЗАПРАВКА УГЛЕМ

  
   Рабочий день звенел!
  
   Попив чаю, мы со Славиком набросились на картриджи, не оставляя им ни малейшего шанса остаться не заправленными. В процессе Салеев рассказал мне историю из своей жизни.
      - Как-то на днях пришёл ко мне нерусский.... - начал Салеев.
      - Татарин, что ли? - не совсем интеллигентно перебил его я, зная неравнодушное отношение Славика к собственной национальности. Он усмехнулся только, ничуть не обидевшись. На бестактность Рабиновичей не принято обижаться в нашем кругу.
      - Да, нет! - продолжил Слава. - Чёрный ко мне пришёл!
      - Негр? - снова сострил я.
      Славик опять не обиделся. Так тоже принято в нашем кругу. Но не для всех. Только для Рабиновичей. Остальные могут и под раздачу угодить.
      - Если бы негр, то я бы так и сказал, что "гуталин-малай". - Незлобиво продолжал Салеев. - Так чёрный и не русский? - Я уже давно понял, о ком шла речь, но просто продолжал дурачиться.
      - Именно! Хозяин жизни, чтоб ему! Дзурикелло, блин! - вполне серьёзно заметил Славка.
      Дзурикеллами он называл всех представителей Кавказа, не взирая на их национальность. Не знаю, знаком ли Салеев с произведениями Думбадзе, но по какому-то странному стечению обстоятельств имя главного героя одного из самых светлых произведений батоно Нодара стало носить для него какой-то негативный окрас. Впрочем, ничего, наверное, в том удивительного нет. Имя Кирилл для Салеева тоже означает что-то негативное. Просто такой он человек своеобразный. Только про Рабиновича никогда нельзя сказать однозначно. Фамилия эта в Салеевских устах звучит по-разному. Кто про его ссору с Ромкой читал, тот помнить должен.
     
      То, что случилось дальше, опишу со слов Славика. Напомню только, что руки у Салеева золотые. Он дома ремонтирует всяческую оргтехнику. От обычных видеомагнитофонов, до цифровых видеокамер и "макинтошевских" ноутбуков. По этой причине (слухами-то земля полнится) в его квартире очень часто раздаются телефонные звонки и звонки в дверь от потенциальных клиентов. Бывшие заказчики рекомендуют мастера своим друзьям и знакомым. Вот именно поэтому и знает Салеева практически весь город. Итак, постоянно звонящий телефон и дверной звонок - привычное дело в Славкиной квартире. Его жена, Верочка Ивановна, запросто смогла бы работать приёмщицей в мастерской электронной аппаратуры. Но, обычно, всё же у клиентуры Салеевской принято сначала по телефону договориться, а уже потом лично заявляться. Но не в тот раз.
     
      Так вот, накануне Слава открыл входную дверь сам. На пороге стоял большой породистый азербайджанец. Золота у него не было только на кобуре телохранителя. Да, и то я, подозреваю, что пули в обойме у этого секьюрити отлиты из наиблагороднейшего металла самой высокой пробы. С места в карьер "Дзурикелла" приступил к делу. Тон его речи не терпел возражений:
      - Ты Салээф? Выжу, ты. Сабырайса, тарагой! Паэхали! Там всо эта увыдыш.
      Славик понял, что возражать не имеет смысла, поскольку такой замечательно большой представитель сынов Гейдаровых попросту утащит его силой. Об этом свидетельствовали и соскучившиеся по настоящей работе бицепсы телохранителя, которые готовы были порвать кожу "косухи" одним своим лёгким вздутием. Салеев только поинтересовался, что сломалось, чтобы иметь представление, какой с собой инструмент брать.
     
      Посетитель сообщил очень коротко:
      - Сэрокс, блать, нэ фотаграфыруит!
      Славику этой кодированной фразы было вполне достаточно, чтобы понять, чем ему предстоит заниматься в ближайшее время. У мусульман, вероятно, всегда так всё обустроено, что они друг друга с полуслова понимают. Ой, слышал бы меня сейчас Салеев! Точно бы удостоился я звания Рабиновича в совершенно отрицательном значении этой знаменитой фамилии.
     
      Навороченный джип "паджеро" быстро доставил мастера с заказчиком и телохранителем в "офыз". Офисом оказалась небольшая однокомнатная квартира. Комната была забита пустой тарой из-под овощей-фруктов под самый потолок. А посередине пустой кухни красовался породистый, как и его хозяин, RANK XEROX, у которого внезапно закончился корм. Славик деловито растелешил копировальный аппарат. Так, что он все свои внутренние органы без стеснения представил на суд зрителей. Пока продолжалась эта эротическая процедура, "Дзурикелла" голосил тонким бабским визгом с характерными южными нотками:
      - Тарагой! Угол, навэрнаэ, кончился? Где угол бэрут? Скажишь, нет? Мнэ сыртыфыкат дэлат многа нада. Тавар вэзут два вагон дапална. Ынспэктор злой будыт, эсли сыртыфыкат нэту. Давай, дарагой, выручай. Да?! Куда этат угол сыпат знаиш? Маладэц! Так гдэ угол бэрут?
      - На вокзале, - пояснил Славик. - Поезжай на вокзал. У проводников в любом вагоне уголь есть. Попросишь -дадут. Тут немного и требуется. Всего полведра. Только мелкого бери, без камней.
     
      Сказал Славка и забыл тут же. Только на улыбку рыночного делавара взглянул и подумал про себя, что парень с юмором - понять должен. А руки Славика уже, по давнишней привычке, картридж раскидывают на запчасти. Не заметил Салеев, что его заказчик исчез куда-то пулей со словами:
      - Нэ ухады, тарагой, ныкуда! Очэн тыбя прашу! Сдэлаэш сэрокс, быдыш патом мармэлад-лукум кушат балшой лошкой!
      Один только охранник и остался в уголке. Сидит на табурете, суставами на пальцах щёлкает. Видать, к будущим сражениям за всеобщую рыночную справедливость готовится. Недосуг на этого бойца Славику смотреть. У него тонер двухкомпонентный с собой имеется, руки работящие жжёт. Времени нет слушать музыкальные звуки азербайджанского народа, извлекаемые охранником из своих конечностей. Тут ему и застойный дух заколдобевших носков не помеха. Вместе с фруктовой тарой, что ли те носки хранят хозяева? Впрочем, некогда об этом думать. Славка, он, ведь, знаете, какой - дело для него, прежде всего. Побочные явления никак его не отвлекают, лишь в дальних уголках памяти откладываются. Для потомков? Может быть, и для них тоже. Не исключено!
     
      Когда Славик аппарат собрал уже и в работе проверил, появился "Дзурикелла". Лицо его было немного растеряно.
      - Слушай, тарагой, такые эти правадныки бэспрэдэльщыки! Нэ далы угол! Гаварят, чта савсэм я дурак такой. Нэт у них угол тля сэрокс машынка. Толко тапит вагон эст. Я им дэнэг давал. Нэ дали угол. Мэнтом пугалы. Я ым гавару, что сам дуракы пратывный. Я жэ панимаю, шта угол мэлкий нужэн для мнэ серокс исправлят фатаграфий картынка дэлат. Ани толко смэются, гаварат в катэльный ищы угол. Мы дават нэ будым. Иэх! Нэ взял с сабой Магомэт. Так бы ых заставил угол дават, - такую примерно речь вёл озадаченный заказчик.
      Каких трудов стоило Славику не засмеяться, я, наверное, даже предположить не могу. Но, то, что он не засмеялся, это точно. В противном случае Салеев, пожалуй, не смог бы и рассказать мне эту историю. По крайней мере, в ближайшее время. А, возможно, и вообще стало бы попросту одним татарином на свете меньше.
     
      Салеев очень корректно объяснил заказчику, что у него немного "был угол для сэрокс машынка аппарат", которым он и заправил копир "Дзурикеллы". От пакетика с блестящим воркутинским антрацитом, который настойчивый азербайджанец всё-таки набрал возле какой-то котельной, Славик благоразумно отказываться не стал. Сказал, что пригодится когда-нибудь. А "Дзурикелле", конечно же, посочувствовал. Дескать, стрелять этих наглых проводников МПСовских, не перевешать. Алиева на них нет! Что касается до оплаты, то рахат-лукумом Салеев целую неделю семью кормил на свой гонорар. А, может, даже и больше. Я не проверял.
     
      Теперь уже, спустя почти месяц после описанного события, "Дзурикелла", по всей видимости, наверняка узнал-таки, каким порошком ксероксы заправляются. Но, тем не менее, претензий Славику предъявлять не стал. И именно для такого элитного заказчика Славик хранит в отдельном пакете подарочный угольный набор от азербайджанской фруктовой мафии. Вдруг действительно пригодится.
     
      За разговором мы со Славкой не заметили, как завершили работу.
  

6.В ИНТУ (ДОРОЖНОЕ)

  
   - Ты посмотри-ка, литерный проехал. Видать, за литром отправился. А мы вот в командировку едем... Боже, как приятно подремать в вагоне пока ещё не совсем жарко... Ага, подремлешь тут, когда проводница уже стаканы в уютных подстаканниках, придуманных, наверное, ещё во времена "чугунки" каким-нибудь добрым интеллигентным инженером с лицом лопушанского домового на заслуженном отдыхе, с ароматным напитком несёт.
  
   Пьём кофе. У Славки претензия к МПС: выпили по два стакана, а бодрости ни в одном глазу. Спать хочется, будто триста лет подряд с ненаглядной певуньей в стогу... ночевал... так в песне поётся. Слова Евгения Аграновича, если кто-то с Есениным путает.
   - Шла бы ты... как докладывает нам казанская девочка Максимка с босоногими следами, вдоль ночных дорог! - приказал Славка своей сонливости, и тут же в окно заглянуло кровожадное, с потными пальцами на похотливых руках, светило. Будто и не на Северах живём, а в экваториальной части Африки.
  
   Проводница, как я уже говорил, молодая жизнерадостная пампушка, постоянно приходила в восторг от Салеевских сентенций. Имя ей было Людмила. Ислям и Людмила - былинно-сказочная парочка. Я улыбался их невинным забавам, то и дело, протирая платком потеющую лысину.
  
   Лето нагло разваливалось внутри плацкартного вагона, не забыв предварительно поломать в нём кондиционер.
  
   Сидеть без дела оказалось невыразимо скучно, и я принялся записывать Славкины слова и свои мысли. Вперемешку. А какая разница по большому счёту? Мы же оба с ним проявленья одного и того же Божьего промысла...
   Смотрю свои записи:
  
   Распять сознание возможно много раз... но это не поможет вознестись...
   Люди сходятся, чтобы создать семью и расходятся, чтобы снова стать счастливыми. Но, как ни странно, счастливыми не становятся.
  
   Госдеп в тысяче второй раз предупреждает... выборы в России опасны для здоровья американской нации,
  
   Плевали, знаем...
  
   Не бог весть, что надумалось за три часа, но на безрыбье и креветка за морского конька сойдёт
  

* * *

  
   В Инте нас встретили на машине (читай - автомобиле УАЗ в либеральной комплектации "Фермер"). От станции до аэропорта километров двадцать, и всё, как говорится, огородами. Окружающий пейзаж внушает тревогу и беспокойство. Во-первых, карликовая растительность лесотундровой зоны заставляет припомнить доктору Гулливеру его путешествие в страну Лилипутиных, а, во-вторых, пост-промышленный пейзаж вынуждает воскресить в памяти картины Апокалипсиса работы средневековых мастеров. Или, вполне возможно, средневековье здесь не при чём... Тут всё больше напоминает Град Обреченный братьев Стругацких.
  
   Сначала проехали следы бывшей шахты, стволы которой несколько недель утрамбовывали специально привезёнными на платформах танками со снятыми башнями. Это так новые хозяева объединения "Интауголь" красиво расправляются с конкурентами: теперь уголь для котельных в среднюю полосу России будут возить из Кузбасса.
  
   Цена? Вы спрашиваете о цене вопроса? Так мы за ней не постоим! Именно мы, мы с вами, в карман к нам давным-давно лезут обнаглевшие олигархи-монополисты, не забывая упрекнуть нас же в жадности и несговорчивости. Я бы предпочёл, чтобы в момент ликвидации шахты на её краю собрались все господа-граждане, которые и организовали этот армаггедец местного значения. Когда всем олигархическим стойлом подыхаешь - оно не так и страшно...
  
   После закопанной шахты на нашем пути попалась огромная некогда, но почти осыпавшаяся котельная, которая обеспечивала теплом шахту и стоящий рядом завод железобетонных изделий. Завод напоминает собой знаменитый Сталинградский Дом Павлова после освобождения города. Только в Сталинграде ещё кое-что оставалось, поскольку не было мародёрства...
  
   Всё, молчу... До самого аэропорта ни слова...
  
   Потом была работа по установке, настройке, запуску АРМа, обучение персонала. А после - купание в лесной речке под густой бомбардировочный свист оводов и комарья... И вот мы уже на вокзале... Через полчаса снова едем...
  
   - Надоели взрослые дети хуже горькой редьки. Я бы с маленьким позанимался на старости лет. Внуков вот нет... Тамагочи, что ли усыновить? - странно сказал Салеев, и мы полезли в вагон, в котором по сложившейся традиции сломался кондиционер, надумавший было осчастливить пассажиров.
  
   Сидим в забитом плацкартном вагоне, в котором люди едут на отдых... от жары к жаре... Но там, на югах ещё и кислорода побольше, а гнуса не то, чтобы поменьше... там его просто нет.
  
   У нас накрыто. Вернее, накрывается... Всё, так сказать, в процессе, обеспечивающем отменное слюноотделение. За целый день можно хоть раз добром поесть... Но не тут-то было. Проводница, уроженка Полтавы по имени Наташа (Наталка-Полтавка - не худо-то как! а не знает ли она случаем супругу Садретдина Умарова, не знает? Полтава - большой город), разглядев в Салееве земляка (откуда что взялось???), попросила отремонтировать дверной замок в вагоне. Славка выгодно отличается от остальных пассажиров вагона тем, что у него с собой всегдашний набор инструментов и желание прийти на помощь "землячке".
  
   Откуда у Славки хохляцкая грусть? Подумал с такой силой, что получилось, будто спросил.
  
   - Украинцы меня называли хохлом нерусским. Где я с ними сталкивался? Так у нас в бригаде на ДААЗе работал один. Самый настоящий, душевный хохол, широченный душой и телом. И жена у него такая же... только пошире... в талии. Любил я у них в гостях бывать. Накормят так, что самостоятельно из-за стола не подняться... если выпил мало. А вот если "в самый аккурат", да ещё "на коня" на пороге и одевшись, то дорога домой глаже самого гладкого сала покажется.
  
   И вот однажды я попал с этим хохлом в неудобное положение. Пришёл он раз с обеда, сидит в раздевалке, довольный. Пот со лба вытирает и заявляет, мол, напоролись, сейчас со снохой от души... Это меня смутило, сам понимаешь. Так открыто говорит при живой-то супруге. Это первая мысль об адюльтере, дурно попахивающем инцестом. Вторая - когда же он успел-то? В смысле, и пообедать, и напороться... не при детях будет сказано. Тут я возьми да и спроси напрямую, в лоб, всё, что думаю. Хорошо, что инструментов никаких под рукой у хохла не оказалось, а то бы мог я и на больничный уйти... с последующим увольнением на пенсию... по инвалидности.
  
   Что, что, что? Оказалось, я со своим татарским прямодушием человека очень сильно за живое задел. Напороться - это наестся до отвала, а не то, что отображалось в моём молодом, неокрепшем мозгу ещё неженатого мужчины.
  
   Так что пришлось мне срочным образом учить украинский язык, включая говор, на котором изъяснялся хохол из моей бригады. Из всего многообразия фраз больше всего запомнился сказочный герой Чахлик Невмирущий и название конфет "Ведмедик клешаногий". Не понял, у тебя вопрос по существу? Ага, мишка косолапый тебе известен. А кто такой Чахлик? Не читал ты сказок, родной мо женераль, эх, не читал... Что, догадался? Ну, то-то... А тебе и говорил уже... Забыл? Вроде бы я старше немного, а память у меня куда как лучше работает. И не смотри на меня, как баян на новые аккорды!
  

* * *

  
   Вот и отремонтирован дверной замок в плацкартном вагоне, в которым мы неутомимо движемся в сторону родного дома. И Наталка-Полтавка сияет от удовольствия. Приглашаем её к нашему столику (плохо, что не в ресторане сидим). Но тут на горизонте появляются новые проблемы в лице озверевшей от жары женщины с бокового места. Она кричит в диапазоне Имы Сумак, что немедленно вызовет милицию, и нас немедленно ссадят на ближайшем разъезде и предадут разнузданной конституционной обструкции члены общества неистовой трезвости.
  
   Высадит? Хм, это вряд ли... Пиво ещё не попало в разряд запрещённых к распитию напитков... даже в таком количестве, как у нас со Славкой. Но выслушивать дурноватый ор совсем сбрендившей мадам нет никакой охоты. У меня вообще сложилось впечатление, что даже если бы мы пили чай с невинными горчичными бубликами, тётка нашла бы к чему прицепиться. Мы крайне её раздражали уже самим фактом своего существования.
  
   Наталка пришла на помощь, и вскоре мы переместились в служебное купе, где и начали разворачивать стол из походного положения в боевое. Это мы со Славкой. А проводница неожиданно спросила, будто даже не догадывалась о нашем настрое немедленно приступить к приёму пищи, делая акцент на последнем слове:
   - Вечерять будете?
   - Да что там... вечерять, мы и ночерять останемся, если попросите... Мы же не только по электричеству, - ответил Салеев, укладывая набор инструментов в сумку.
  
   За ужином я нарезал огурцы с помидорами, шелушил п/к колбасу (колбасы с/к в станционном буфете не оказалось), а Славик потрошил копчёную чехонь и рассказал о своём отношении к рыбе по имени минтай, отвращение к которой получил во время службы на флоте.
  
   В первый раз он поймал минтая во Владивостоке, когда лодка стояла на ремонте. Поймал и выбросил по совету береговиков. В те времена, да и, наверное, сейчас для Дальнего Востока минтай - это сорная кормовая рыба. Её дают в пищу свиньям. Так говорили ребята из береговой охраны.
  
   И точно, в столовой плавсостава мясо по своему вкусу напоминало рыбу. Салеев такую свинину есть отказывался, а его подозревали в религиозной нетерпимости. Наивные!
  
   Потом уже, приехав в Центральную Россию, Славка долго ещё смотрел на минтая, как на рыбу, идущую в корм скоту и для производства удобрений. И всё время удивлялся, отчего ЭТИМ люди не брезгуют...
  
   Вот уж воистину - сытый от голодного отличается и поведенческой мотивацией, и рассудительностью, и даже отношением к жизни как к процессу...
  
   По этому поводу даже анекдот есть. Не анекдот, скорее, а притча. Вот послушайте.
  
   Натолкнулась голодная стая волков на одинокого зайчишку. Стоят, решают, что с ним делать.
   - А давайте мы его съедим! - предложил поджарый, как велосипед, молодой самец, которому требовалось калорий не в пример больше, чем, скажем, вожаку.
   - Вы п-п-поступите весьма оп-п-п-рометчиво, г-г-господа волки, - произнёс косой дрожащим от ужаса голосом, - ес-с-сли с-с-съедите меня. Я т-т-такой худой по весне. В-в-вам достанется ж-ж-жалкие ко-с-сточки с сухожилиями. А между тем, я смогу оказать вам неоценимую ус-с-слугу. Мне известно, где пасутся прекрасные жирные овцы. На всех хватит.
   - Э-э! Косой-то дело говорит! - остановил самых голодных собратьев вожак. - Пусть показывает, где овцы.
   Стая, ведомая зайцем, тронулась в путь. Час идут, другой, а обещанного стада всё так и нет. В волчьем коллективе начинается ропот, вроде того, что сгубил персидскую княжну, опрометчиво отправившуюся в круиз по Волге без спасательного жилета.
   - Заяц, слышь, где там твои овцы-то! Жрать хочется, как из пулемёта!
   - Недолго уже, господа волки, Только на этот холм поднимемся, потом в долину спустимся, там уже и они. Жирные, нагулянные. Не пожалеете. Баранинка нежная. Товар - высший сорт.
   Но не помогла косому внезапно проснувшаяся способность старшего менеджера втулить лоху-покупателю самый залежалый товар. Съели его несдержанные на желудок волки.
  
   И верно, никакого удовольствия. Одни косточки и сухожилия. Вожак даже всплакнул от жалости: дескать, и как же бегал-то бедолага, в чём только душа держалась.
   Двинулись волки дальше, только через холм перевалили - батюшки мои, а там отара отборных мериносов! Не обманул заяц, царствие ему зверское... Вот тут-то и началось то, что историки привыкли называть древнеримскими оргиями императора Нерона или пирами князя Владимира Красное Солнышко.
   Но поскольку именно мне выпало счастье рассказать вам эту историю, то не стану тревожить нежное воображение слушателей жуткими кровавыми картинами насилий. Скажу только, что голодных волков не осталось.
  
   Лежит стая в тенёчке после роскошной трапезы. Лениво профилактику стоматологических заболеваний проводит осиновыми (говорят, полезно) веточками. А что вы хотели, здесь же не ресторация "Ах при лужке, при лужке", специальных палочек не подают.
   Но мы отвлеклись. Предоставим рекламе следить за качеством состояния кариеса в стране и её окрестностях.
  
   Лежат волки, животы набитые навстречу полуденному светилу выставив. Рассуждают...
   - Похоже зря мы, братцы, зайца схарчили. Не врал он. На очень душевное местечко наколку сделал.
   - И то. Молодец косой!
   - Давненько я так не наедался... Ажник, селезёнка от напряжения скрипит... что твоё потёртое седло.
   - Так мы же свиньи, ребята! Такого парня загубили!
   - Не свиньи мы...волки... Нам положено.
   - Вот кабы знать, что не врёт...
   - Ша! Стоп! Стоп! - это уже вожак право митинговать узурпировал личным зубовным цыком. - Если мы не последние скоты, а нормальные, по понятиям, хищники, то нам требуется отдать последний долг безвременно покинувшему нас зайцу, а то есть похоронить его по-человечески.
  
   Стая снова перевалила холм, теперь уже в обратном направлении, быстро обнаружила заячью шкуру и остатки косточек. Хвостик пупочкой? Значит, точно, наш заяц. А куда останкам деваться-то, если грифов-падальщиков в те края не завезли?
   Похоронили волки косого, памятник на могилке поставили. Думают, что же начертать на нём памятным шрифтом империал, высотой 150 пунктов.
   - Предлагаю написать "Другу от врагов", - раскрыл пасть тот самый волк, который не смог сдержать в себе звериные инстинкты, и первым на зайца бросился. Виноватым себя чувствовал. На сытый желудок совесть редко просыпается, а тут - смотри-ка!
   - Нет, не годится. Какой он нам друг? Так...попутчик...
   - Хорошо, пусть тогда - "Врагу от друзей"...
   - Опять ерунда. И не враг нам заяц... Вон какое стадо подогнал!
  
   Долго судили-рядили волки, а потом остановились на самой политкорректной эпитафии из всего возможного многообразия звериной научной мысли. Звучит она следующим образом:
  

КОНСУЛЬТАНТУ ОТ ПОКЛОННИКОВ

  
   Так вот, что тут можно добавить в качестве морали, как считаете? Думаю, следующее:
  
   - не спешите оказывать консультации клиентам с хищным оскалом, как бы красиво ни расхваливали они ваши профессиональные достоинства, сожрут, непременно сожрут;
  
   - ничто человеческое современным волкам не чуждо... если вожак из либералов;
  
   - если вы мирно пасётесь на подножном корму малого семейного бизнеса, то спешите свернуть производство, едва завидев длинноухого консультанта, сожрут, непременно сожрут;
  

* * *

  
   В Печору поезд прибыл с небольшим опозданием. Вместе с нами сошла и та крикливая дама с уникальными голосовыми данными и банальной стервозностью, застрявшей в последней мозговой извилине. Та, которой всюду чудились алкогольные оргии, насилующие её эстетическое чувство, заполненное расшитыми в лебединую верность подушечками, портретами киноактёров благословенного Голливуда и великолепной семёркой слоников эпохи исторического материализма. Хорошо, "спайдермена" не завелось в её фантазиях или какого-нибудь "Капитана Галактика", чтоб ему не хврпалось в открытом нараспашку Космосе.
  
   Когда леди вышла из кэба, экипаж поехал быстрее... Что называется, баба с возу...
  
   Поезд набирал ход, чтобы настигнуть в ночи то время, которое было утеряно жарким июльским днём. Впрочем, этого сделать ещё не удавалось никому. Время слишком быстро передвигается... Не в пример съеденному зайцу. Хотя... как знать...
  
   ...кроме бабы же поезд покинули и два повидавших много кой-чего мужчины... на небольших пивных тормозах...
  

7.УСТЬ-ЦИЛЬМА (НАЧАЛО)

  
   Вот теперь и в Усть-Цильме будут знать, что Славка должен Виталику сто баксов. Отчего? Да просто на коробке с принтером отсвечивает долговая расписка, оставленная Салеевым именно здесь ввиду крайней степени обстоятельств, не позволивших оформить её лицом, имеющим государственную аккредитацию на проведение нотариальных актов локального свойства. Эх, да что там говорить, для памяти написано, чтоб не ускользнули какие-либо детали сделки в результате продолжительных праздничных мероприятий, посвящённых...
  
   Что вы удивляетесь, дорогие читатели? Именно так сдержанно собирался я закончить предложение. Именно так и закончил: "...праздничных мероприятий, посвящённых..." И никаких продолжений, ничего более. И без того довольно сказано. Если хотите, окончание сами придумаете.
  
   Я смотрел на наш скромный багаж - большую часть аппаратуры отправили вертолётом с подвернувшейся оказией. Сами же ехали поездом. Сначала до станции Ираёль, а потом ещё примерно 240 километров по асфальтовой и грунтовой дороге с преодолением водной преграды, реки Печоры, на пароме.
  
   По "железке" едем на юго-запад, а потом автомобильным транспортом - на северо-запад. Напрямую не добраться, дорог нет. Близок локоть, как говориться, да Усть-Цильма немного дальше.
  
   Та часть пути, которую предполагалось освоить уже без помощи подвижного состава МПС, обычно обслуживалась либо рейсовыми ПАЗиками Усть-Цилемского АТП, либо микроавтобусами "Газель", находящимися в частном владении. Ехали мы как раз перед празднованием Петровщины - дня святого Петра, который издревле считался покровителем села Усть-Цильма, наверное, потому, что первое летописное упоминание о нём зафиксировано документально именно в этот день.
  
   Усть-Цильма, согласно официальных исторических сведений, была основана выходцем из Новгорода Великого Ивашкой Дмитриевым в 1542-ом году, который пришёл с Нижней Мезени по реке Пезе. Через год в Усть-Цильме уже было с десяток дворов.
   А теперь селу 465 лет исполняется...На юбилей похоже мало, однако народу в Усть-Цильму рвётся невероятное количество. Даже странно... Но поссовету не прикажешь. Постановили, что юбилейные торжества состоятся 12 июля 2007 года, значит, быть посему!
  

* * *

  
   Итак, смотрел я на две наши со Славкой боевые сумки, в которых опытный офицер таможенной службы легко бы смог обнаружить по паре сменного белья, полотенцу, зубной щётке и несколько бутербродов, которые по законам недалёких путешествий просто обязаны быть "перепрятанными" буквально в первые же его часы.
  
   И, едва сев в поезд, мы приступили к осуществлению процесса перемещения съестного во влажную парилку желудков, истекающих именным и, как говорится, одноимённым, соком. Желудков, готовых к отражению бутербродно-чайных атак, в купе оказалось три. Кроме нас с Салеевым здесь на нижней полочке расположился уже не молодой, но очень бодрый организм Максима Ананьевича. Это начальник внутрипортовой связи в нашем предприятии. Он тоже в командировку, но с другими целями.
  
   Ему нужно развернуть систему пожарно-охранного оповещения на Усть-Цилемском передающем радиоцентре, подконтрольного нашему. Но не это основное. Главное - посещение горячо любимой тёщи. Согласитесь, попасть на блины к родной маме супруги во время православного праздника, совпавшего с общегражданским юбилеем, дело не только благородное, но и вполне достойное с точки зрения Конституции. Российской Федерации, разумеется.
  

8.СЕРАЯ ЛЕДИ (ДОРОЖНОЕ)

     
      Отправились в командировку. Втроём. Уже едем. Едим и едем. Ещё разговариваем. Травим, если кому-то так нравится больше. Салееву почётное право первого слова:
     
      - Трудился я тогда главным энергетиком в СМП-234. Ну, да, так строительно-монтажный поезд называется. Ведомственная строительная организация, одним словом. Верно, как раз прапорить закончил, диплом инженера энергетика получивши.
     
      Только начал работать на новом месте, как перестал дома бывать. Практически перестал. Строили мы тогда пятиэтажный дом в посёлке Косью. Я осенью устроился, а сдача в разгар лета следующего года намечалась. Так что приходилось дневать и ночевать на доме. До Печоры 2 часа на рабочем поезде ехать, поэтому зачастую и спать оставались на объекте, чтобы время не терять. Верочка Ивановна даже обижалась на меня некоторое время, пока не увидела, сколько "колёсных" да премиальных за этот строительный подвиг МПС совместно с державой отстёгивает.
     
      Одним словом, упирались мы всем трудовым коллективом изо всех сил и к сроку нормативному всё закончить успели. И вот наступил момент сдачи. Председателя комиссии прислали ярославского из управления северной железной дороги, а замом его была женщина - председатель местного поселкового совета депутатов трудящихся. Не помню, правда, имени, но в памяти хорошо отложился её образ, образ дамы весьма экзальтированной и амбициозной. Она курила папиросы, вставляя их в длинный мундштук из салонной жизни времён предреволюционного имажинизма, одевалась богато, не по-здешнему. Даже летом носила меховое манто из выгоревшей на солнце полярной лисицы. Хотя, вполне возможно, песец пожелтел от неумеренного курения своей владелицы. Довершали образ местечковой Венеры в стиле изрядно поддатого Рубенса кирзовые сапоги поверх импортных колготок с невыразимо актуальным телесным рисунком в виде голубей мира и вязаное платье оттенка "фисташка в изгнании".
     
      Ярославский председатель был тоже божьей милостью наделён фигурой неординарной. Высок, крепок в районе шейных, а особенно, седалищных позвонков. Привык в номенклатурном своём раю одеваться с иголочки и по партийной моде. Носил лаковые штиблеты, каковыми впору отбивать чечётку на эстрадах-ракушках советских курортов или топтать ковровые дорожки в знаковой гостинице "Советская", что возле метро "Динамо", но никак не месить грязь на "стройках века" где-нибудь а Приполярье. Образ усталого от труда по раздаче советов (государство-то советское) партийного руководителя дополнял строгий однобортный костюм, галстук фабрики "Большевичка" и фетровая шляпа-пирожок, совсем уж ненужная в разгар самого жаркого периода короткого северного лета.
     
      Я как главный энергетик, разумеется, считался членом комиссии, но мой номер был в ней "шешнадцатый"... или даже двадцать шестой. В дюжину банкетных счастливчиков естественно не попал, то есть, поставив подпись в акте приёмки, я мог преспокойно дожидаться рабочего поезда и катиться к Верочке Ивановне под тёплый бочок. Как говорится, что позволительно Юпитеру, там жаба раньше нас завелась. Или, иными словами, богу богово, а прораб и без закуски выпьет.
     
      Столы были накрыты на втором этаже в одной из трёхкомнатных квартир. Они просто ломились от изобилия свежепросоленной рыбы (самой неказистой из ассортимента выглядели сиги и хариусы, а главенствовали нельма с сёмгой), дичи и прочих деликатесов. Любой иностранный обозреватель из капиталистических земель, завидев это величие немедленно был бы посрамлён в своей клеветнической попытке очернить жизнь "простых" советских людей.
     
      Итак, комиссия планомерно и целенаправленно обследовала весь дом, со всем тщанием проверяя качество штукатурки, побелки, сантехники и электрики. Часа два с половиной ходили, покуда председатель не запросил пощады, мотая вспотевшей головой. На фетровой поверхности "пирожка" уже обозначились первые солевые следы. Комиссия зашла в заветную квартиру, где быстренько поставила подписи в акте приёмки. Банкет назначили через полчаса. После чего представители подрядчика поспешили отпустить рабочих, дожидающихся в засаде так, на всякий случай: вдруг чего-то быстро подлатать понадобиться.
     
      Я в числе прочих изобразил свою закорючку на типографском бланке с заранее впечатанным поверх целлюлозных вкраплений текстом, потом вышел в подъезд, где, встретив бригадира электриков, пошёл показать ему, что нужно сделать в квартире на четвёртом этаже. Там почему-то вводная силовая коробка оказалась не закрытой. Комиссия не сочла этот недостаток настолько вопиющим, чтобы отменять праздник сдачи, тем более что на устранение понадобиться буквально несколько минут.
     
      В "банкетном зале" остался ярославский денди - председатель и его заместитель, глава местной администрации с подведёнными, как у Элизабет Тэйлор в роли Клеопатры, в честь праздника... глазами. Им, горланам-главарям от советского агитпропа никуда идти не хотелось, одежда на обоих была парадной. Так спрашивается, какого чёрта тащиться на улицу где полно гнуса и оводов, где жарко... а в квартире прохладно и завлекательно разноцветят этикетками бутылки с напитками?
     
      Спустился я вниз после раздачи указаний и пошёл было в балок, чтобы добром отметить сдачу объекта со своими электриками. Но тут раздался такой дикий вопль, какого мне никогда до этого момента слышать не доводилось. Аж сердце кольнуло. Вышел на улицу и нос к носу столкнулся с огромным несуразным серым мешком, из которого как раз и доносился этот страшный вой. Мешок передвигался самостоятельно, на собственных ногах. И орал тоже самостоятельно, изредка поблёскивая коронками дорогого металла в пасти женщины средних лет на общем сером унылом фоне испорченной малоэффективной диетой фигуры. И тут меня торкнуло - боже, так это председатель поссовета! Только отчего она в таком странном виде, даже глаз не видно... один только рот?
     
      Клеопатрой от глаз этой фемины даже и не пахло, чёрт меня дери! И когда она успела выйти на улицу, я же в квартиру не заходил, когда бригадиру фронт работ показывал, то есть стоял в коридоре всё время. И никто при этом подъезда не покидал? Чудеса...
     
      Разъяренная женщина пролетела мимо меня, обдав жаром праведного гнева, и застучала ступеньками о подошвы своих элегантных керзачей с яростью потревоженной в разгар сна львицы. Маршрут её следования отчётливо проявлялся в прозрачности атмосферы серым облаком цементной пыли.
     
      А дело, как оказалось, заключалось в следующем. Оставшись вдвоём, председатель приёмной комиссии и его заместитель сочли первым долгом отстаканиться армянским пятилетним напитком, пока не началось основное застолье. Выпили, зажевали лимончиком, после чего женщина решила выйти, покурить. Выход на балкон оказался экстремально-анекдотическим. Балкон попросту отсутствовал... А внизу стоял ящик со свежим цементом... Остальное вы знаете.
     
      Как получилось, что во всём доме отсутствовал только ОДИН и ИМЕННО этот балкон, хоть убейте, не вспомню. Вполне возможно, он и вовсе не был предусмотрен проектом, просто других оконных блоков не оказалось в последнюю минуту, а заложить проём забыли по недосмотру.
     
      Но дом-то сдан, как не возмущайся. Акты все подписаны. Формально придраться не к чему. Только вот что делать с оскорблённой и напуганной, хотя и практически невредимой женщиной? Председатель комиссии срочно вышел по спецсвязи на Ярославль, откуда немедленно телеграфом был выслан денежный перевод на имя председателя поселкового совета, чтобы компенсировать испорченное имущество.
     
      А банкет? А что банкет-то? Состоялся, не пропадать же добру. Это только первые два разлива было тихо, а потом всё наладилось. Говорят, что сама пострадавшая громче всех пела и веселилась. Я думаю, что любой бы предпочёл в цемент с головой, когда б узнал о компенсации в размере полугодового оклада.
     
   - Ага, - попытался я пошутить, - штрафную, ей видимо, налили...
      - Не понял, ты о чём?
      - Это мне ребята рассказывали. Случай из реальной жизни. Сам свидетелем не был, но могу передать общий смысл. Одним словом, мой знакомый ездил в отпуск. В какой-то южный город ездил. Решил вечерком прогуляться с супругой. Темно, фонари горят. Воздух свежий после дождя. Где-то неподалёку гульба идёт. В соседнем доме. Окна третьего этажа настежь, крики слышны: "За молодых!", "Горько!" и прочие. Свадьба, не иначе. Вдруг треск, шум, крики, и с балкона квартиры, где гуляют, что-то вываливается с матерным посвистом. Знакомый мой поближе подошёл, чтобы осмотреть тело... и потом вызвать неотложку. Но кусты разверзлись сами по себе, из них вырос пьяный субъект мужского пола в рваной окровавленной рубахе и с огромным фингалом под глазом.
      - Ты как, мужик? - спросил свидетель беспримерного полёта соловья-разбойника над своей вотчиной.
      - А... горько! - ответил мужик и скрылся в подъезде.
      Наверху, тем временем, никто, казалось, не заметил потери бойца. Песни, тосты... счастье в полный рост.
      Спустя минуту-другую стал слышен звонок во входную дверь и совершенно изумлённый голос:
      - Опа! Смотрите-ка! Вован пришёл! Ты чего опаздываешь? Штрафную ему, пусть скажет тост за здоровье молодых!
     
      Салеев улыбнулся и заметил, что хорошее было бы продолжение к его истории, если бы он его раньше слышал.
     
      До нашей станции оставалось ехать больше часа, и мы ещё раз решили задобрить желудок горяченьким чаем. Ведь дальше придётся добираться автотранспортом никак не меньше пяти часов (как говорили нам опытные люди). В дороге только сухомяткой и обойдёшься.
  

9.СТОЛБОВАЯ (ДОРОЖНОЕ)

  
   За чаем Максим, инженер по аэропортовой электросвязи, едущий вместе с нами, рассказал историю о том, как сдавали телефонную линию связи между деревней Новый Бор и селом Усть-Цильма. К очередной пролетарской дате, к которой по плану необходимо было её сдать в эксплуатации, монтажники не поспели. И вовсе не от глупости и лени. Просто проводов не хватило. Столбы стоят, а протягивать нечего. Всего лишь каких-то метров сто пятьдесят-двести не хватило, но и этого, как говорится, с горочкой, если уж комиссия приехала из столицы республики.
  
   Признаться, что линия не готова - значит сразу же положить партбилет на стол и лишиться руководящего кресла. И никого в Сыктывкаре не стало бы интересовать, что какой-то разгильдяй-снабженец толкнул часть кабельной продукции "налево", посчитав, что "авось, да хватит" - с запасом же, дескать, заявлялись в Госплане.
  
   И что же прикажете делать в таком случае? Вопрос решился просто. Комиссию встретили, как полагается: с баней, со свежевыловленной сёмгой, мочёной морошкой, напитками изрядной крепости. На следующее утро в Новый Бор комиссия решила не ехать по причине "неудачно проведённой акклиматизации". Проехались немного вдоль линии на машине, а говорить решили с телефонисткой.
  
   "Телефонистка" сидела с трубкой на столбе, подцепившись ею к линии, в монтажных когтях электрика и тщательно маскировала свой недостаточно высокий голос под тембр женщины от связи - слегка визгливый, но чуточку романтичный.
   - Почта, почта! Слышу вас хорошо! Над Новым Бором прекрасная погода!
  
   Одним словом, сдача телефонной линии прошла успешно, после чего высокая комиссия посвятила остаток дня празднованию этого замечательного события вместе с примкнувшими селянами и селянками, после чего благополучно улетела в столицу республики. Через неделю-другую "нашёлся" внезапно пропавший провод, и телефонизация района благополучно завершилась не только на бумаге.
  
  
   Тут и Салеев снова вспомнил времена своего трудового подвига в должности главного энергетика СМП-234.
   - День рабочий был. Если не считать, что понедельник, следующий сразу после дня строителя. Дал я задание своим архаровцам, мы тогда линию высоковольтную тянули от подстанции до подстанции, а сам с начальником пошёл объекты жилищного строительства осматривать.
   Полдня мы с ним на это потратили. Тут и время обеда подоспело незаметно. Кормили нас в собственной столовой, неподалёку от прорабской и той самой подстанции, откуда в тот день электрики работать начинали.
  
   Подходя к столовой, я окликнул монтёра, сидящего на столбе, чтобы спускался - обедать пора. Окликнул и дверь в святилище общепита открыл.
   Поел. Выхожу, настроение благостное. А монтёр всё на том же столбе сидит и, кажется, даже позу не сменил. Вот трудоголик! Работник - всем на зависть! Потом всё остынет. Холодный обед - не самая большая радость в жизни. Подумал я так, а сам пошёл по своим энергетическим делам. Чего человека зря дёргать, если он делом занят вплотную.
  
   Возвращаюсь через три часа. Глядь, а монтёр-то мой с места не сдвинулся, хотя по расчетам должен уже на пару столбов сместиться. Позвал его несколько раз, громко кричал, помнится. Никаких эмоций, никакого ответа, никаких телодвижений.
  
   И тут меня словно током ударило - парню же, наверное, плохо стало...после вчерашнего. Не окочурился ли часом? Этого ещё не хватало! Срочно послал дежурного из агрегатной на столб. Сам не полез, высоты я боюсь, если помните. Пока электрик когти к ногам прилаживал, успел я врача по телефону вызвать.
  
   Но медицина была бессильна... Разбудить храпящего (снизу, кстати, слышно не было) монтёра оказалось не таким простым делом. Всё объяснялось просто: накануне этот крендель всю ночь предавался излишествам и практически не спал. Работа на столбе, вдали от начальства его вполне устраивала. Едва взобравшись наверх, электрик примотал к руке пассатижи, чтобы изображали трудовой энтузиазм и случайно кому-нибудь на голову не свалились, а потом закрепился двумя страховочными поясами и погрузился в сладкую нирвану сном трезвеющего праведника.
  
   Вот тут и призадумаешься, а стоит ли проводить монтажные работы сразу после праздников? Или всё-таки лучше бросить пить? Хотя...чего это я, собственно, меня-то это не касается... я ж высоты боюсь.
  

10.УСТЬ-ЦИЛЬМА (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

  
   За разговорами мы не заметили, как прибыли на станцию Ираёль, которую местные жители называют Коми-Израилем - землёй, обетованной... транзитными пассажирами. Одни с автобуса на поезд, другие с поезда на автобус... Почти как у взрослых... на африканском континенте.
  
   На стоянке толпилась слабо структурированная масса, состоящая из разного вида автотранспорта и приближённых к нему лиц, как то - водители и счастливые пассажиры, уже успевшие забронировать себе место в автобусе или ГАЗовской "микрашке".
  
   Желающих уехать было огромное количество. Праздник Петровщины в Усть-Цильме обещал быть прекрасным и широким. Как мы потом узнали, гости были не только из республики, ещё из Питера, Архангельска, Петрозаводска, а также - Финляндии и Норвегии. Всего числом свыше трёх тысяч. С учётом того, что население села чуть больше 7000, то вам станет ясно, как были перегружены две малюсеньких гостиницы Усть-Цильмы и частные подворья, хозяева которых согласились принять на постой гостей юбилея.
  
   Вот именно по этой причине нам со Славкой пришлось ночевать прямо на передающем радиоцентре. Но это чуть позже. А пока нужно ещё доехать.
  
   Вспомнил ситуацию давно минувших дней, дней институтской юности. Ехали в колхоз на обязательную осеннюю программу по уборке урожая. Первый курс. Практически никто никого не знает. Первое знакомство, почти разведка боем. Автобус забит. И оказалось, очень многим девчонкам не хватило мест, а, между тем, несколько парней сидело. Ситуация не совсем правильная с точки зрения этикета, согласитесь. И вот, чтобы разрулить возникшее несоответствие кто-то из девчонок обратил свой вопрос в пространство:
   - В этом автобусе, что ли, совсем нет джентльменов?
   - Джентльменов полно, свободных мест нету, - этот ответ автору аукался до самой защиты диплома.
  
   Слава богу, в нашей командировочной ситуации сидячих мест хватило всем, но от этого легче не стало.
  
   Трясло в "Газели" так, что Славка родил новую сентенцию (сама вышла, кесарева вмешательства не потребовалось):
   - Голова вот-вот упадёт в штаны. Способ есть, какой-нибудь, чтобы так бесславно не закончила моя карьера?
   - Способ только один против этого - вилку в район кадыка, - скромно ответил я, наивно полагая, что Славка не станет особо расстраиваться, поскольку означенного столового прибора у нас с собой не было.
  
   Так что едем... Без особого удовольствия, но с вполне определённой целью...
  
   Пыль стояла не только на дороге, но и в салоне. Вот что значит месяц жаркой, без дождей, погоды.
  
   А перед стартом интересуемся у водителя с видом заштатного Шумахера, у которого не хватает денег на бензин:
   - Сколько будем ехать?
   - Часа четыре, если повезёт...
   - А если не повезёт?
   - Минут двадцать...
   Юморной нам попался водитель. Любитель быстрой езды, чтоб ему... не хворалось. Хотя, собственно, чего я придираюсь? Довёз же.
  

* * *

  
   А в Усть-Цильме - полный аншлаг. Юбилей села. Мест в гостиницах нет. Да, собственно говоря, сколько тех гостиниц может оказаться в селе с населением 7 тысяч жителей? Верно - всего две с общим количеством спальных койко-мест - 150 панцирей, не в смысле черепах, разумеется. А гостей, как вы, может быть, сочтёте нужным припомнить, в 2007-ом году понаехало около 3000. Да-да, говорил уже... Повторяться начал, склеротирую, что ли? Прав Славка?
  
   Так вот...
  
   ...если предположить, что половина прибывших разместится у родственников, то, по крайней мере, 1350 туристов необходимо растыкать по частному сектору на правах взаимного доверия. А тут ещё мы со Славкой в командировку приехали. Ну, чисто - беспредел!
  
   Однако ж, как нам потом стало известно, человек триста гостей села не стало претендовать на комфортные условия, а расположилось в палатках на берегу Печоры. До Грушинского фестиваля далековато, но и на лагерь бойскаутов Мичиганщины невероятно Среднего Запада тоже похоже немного.
   Ещё не сутки до знаменитой Петровщины (день святого Петра, совпадающий с днём созданием Усть-Цильмы), а тут живому яблоку упасть некуда. А что говорить тогда о сухофруктах, как считаете? Вот то-то же.
  
   Сначала, разумеется, работа, потом "путник, укажите место к источнику хмельного напитка", а потом - баиньки. Нам не до развлечений, не до гонок на лодках и катерах (а желающих продемонстрировать свой класс вождения и знания лоции, по слухам, ожидается человек 60-70), не до участие в конкурсе приготовления шанег с картошкой, клюквой и брусникой, рыбных пирогов и каши на открытом воздухе с условно бесплатной водкой, не до щупанья девиц в духмяных травах или свежих стогах... мы в командировке, чёрт возьми.
  
   Мы со Славкой люди государственные, жутко востребованные... Мы приехали насаждать плоды Тайваньской цивилизации, настоянной на выжимках из Билла Гейтса, в отдельно взятой Припечорской глубинке.
  
   Спали мы, как отмечалось выше, на ПРЦ, передающем радиоцентре. Два диванчика, письменный стол, телевизор, чайник, микроволновка, вода в бочке, удобства во дворе. Невыносимо загадочно и романтично пахнет свежескошенной травой. Что ещё нужно для настоящего деревенского счастья? Правильно - комаров, мух, оводов и слепней. Их в данном премилом местечке оказалось презабавное количество. Ковш с водой эта братва запросто из бочки доставала, чем привела нас со Славкой в неслыханное изумление. Ну, да мы люди опытные - и более чудесные метаморфозы в командировках видывали. Думаете, шучу? Угадали, шучу!
  
   Ага, что это здесь за ненаглядная агитация на стенках висит?
  
   Ты только посмотри, плакат по ТБ, а на нём написано "огнеупорно", а не "огнеопасно". Так это ещё что. Бывают и не такие лингвистические заплетыки загадочные.
  
   Вот, скажем, отправился несколько лет назад Виталий в отпуск на Кавказ. Не то Терскол, не то Домбай. История о том умалчивает. Предположим только, что дело происходило где-то в Приэльбрусье. Экскурсия, то... сё... Выехали на автобусе засветло.
  
   Полдня мухой пролетело, а ещё ж по дороге заезжали на заводик по разливу минеральной воды. Заводик, прямо скажем, не совсем глобалистский: сарай с тарой, кран, из которого минералка льётся, да пара рабочих - мастеров на все свои мозолистые руки.
  
   Заводик-то невелик, да вот проблемы от него в некотором роде несколько выше... холмов, что на Среднерусской равнине произрастают. Одним словом, вода, даже минеральная, дырочку найдёт... Не понятно? А вот водитель экскурсионного автобуса понял сразу, оттого он и работает водителем в этих местах, а вас пока не приглашали.
  
   Он подрулил к стенам древнего монастыря, монахи в котором тоже были опытными в экскурсионных вопросах и в связи с этим возвели приличное здание с двумя раздельными входами. Только у заведения на дверях, вместо привычных логотипов "Эм" и "Жо" (именно так говорил известный герой Анатолия Папанова - Лёлик - в кинофильме "Бриллиантовая рука") значилось "Бэ" и "Эс".
  
   Виталий подошёл к заведению и занял очередь... в неизвестно... какую дверь. Женская очередь была здесь же, но и там не знали точно, в каком конкретном направлении стоит двигаться. Все ждали, когда хотя бы из одной комнатки появится кто-то, чтобы прояснить ситуацию. Но, судя по всем приметам, ожидание было напрасным. Никто выходить не торопился. Похоже, туалет был совершеннейшим образом пуст. Так что, заходи, куда душа пожелает? Мальчики - налево, девочки - направо? Биде в СССР придумали только для дипломатов, поэтому оставался один способ... Обнаружить писсуар, верно!
  
   Но!
  
   А если всё же кто-то "занял гнездо" и с вероятностью 50% объяснит особо нетерпеливым их родословную до десятого колена с неприличными картинками. Рисковать свойственно людям благородным, но не в столь пикантной ситуации. Назревавший было кризис естественных отправлений предотвратил монах, вышедший из ворот монастыря:
  
   - Что встали, дети мои? Нехорошо показывать невежество своё перед лицом Господа нашего. Забудьте всё наносное, мирское, тленное... что принесли вы их мира прелюбодеяний и алчности, чревоугодия и святотатства... Вспомните, что для Пастыря Небесного вы всего толька дети его, братья и сестры...
  
   Получив информационный толчок, очередь деловито устремилась к другому толчку, в котором разделение клиентов по половому признаку шло на уровне божьего промысла в ребровидном исполнении.
  

* * *

  
   Здесь вам Усть-Цильма, не Приэльбрусье, здесь нравы простые, северные, можно сказать, нравы. На туалетной комнате, исполненной в стиле "пленительный пленэр" вообще никаких надписей. Заходи и отдыхай, сколько душа пожелает, будь ты хоть пьяным сапожником, хоть чопорной леди Оксбридж викторианской поры в пору расцвета колониальной политики той самой Британии, которая ещё умело правила морями.
  
   А что это за утренний посвист соловьиный? Так и есть, Салеев уже всё своё тело холодной водой облил, и теперь от гнуса отбивается с матерком щедрым, не забывая при этом сообщать напарнику (то есть, мне) кое-что из жизни аэронавигации в условиях капиталистического села с многовековыми традициями, ведущими своё начало от Господина Великого Новгорода.
  
   Потом в помещение ворвался и сам Славка собственною персоной, абсолютно голый. Похожий на пожившего и погрузневшего Аполлона. На нём блестели капли воды, а сам он вещал так:
   - Я всегда говорил: береги честь смолоду, а елду к старости! Утреннее обливание ледяной водой никого ещё до прост...ите не доводило... до нехороших болезней. Наши железы железны!
  
   Роджеру Желязны такая сентенция должна была понравиться...
  
   Потом Салеев брился и демонстрировал театральные способности, входя в образ разгневанного мавра.
   - Я задушу тебя духами от Диора! Пафосно и достаточно убедительно!
   - Ой, не души меня, дядяка, я тебе ещё на что-нибудь сгожусь. На мне и лом золотой числится... электротехнический... в бухгалтерии, на сумму 72 рубля и 38 копеек.
   - Проба низковата, - заметил Слава, - и лом очень мелкий, меньше булавки... Тоньше комариного писка...
   - А какой у комара писка? Не подскажете, случайно... никто не видел?
  
   Из присутствующих на ПРЦ мух ни одна не выразила желания ответить, и мы вынуждены были сделать вывод, что либо соседствующие с нами насекомые очень стеснительные, либо они глухие, либо воспитаны в викторианских традициях - разговаривать с людьми, которым они не были представлены, в высшей мере некультурно.
  
   Во всяком случае, бессмысленное жужжание за членораздельный ответ засчитывать никак нельзя.
  
   Что это нам здешние часы показывают? Какое-то среднее время. Я бы даже рискнул предположить, что среднеевропейское. Нечто среднее между Гринвичем и НЕ Гринвичем. Полная свобода творческой мысли. Не хотелось включать "недостойный ящик" в присутствии шейха по связи на выезде (так называет меня стажёр Салеев), но пришлось... Для работы оказалось ещё рано, а спать уже не имело смысла. Пришлось пить чай со вчерашними рыбными консервами. С вечера бычки в томате (юношеская ностальгия!) показались мне куда как лучше... Но гербовой, как говорят в российской глубинки, не оказалось даже в заначке. Хорошо, хоть сахар обнаружился в тайнике у гостеприимных хозяев.
  
   После завтрака рыбными консервами Салеев снова воодушевился и пояснил кое-что из технологии консервирования морепродуктов:
   - Рыбу сделать легко, легче, чем крабовые палочки. Там крабовый экстракт нужен, крахмал или соя плюс мясо минтая. А для рыбы даже экстракт ни к чему
  
   Потом Славка немного пофилософствовал...
  
   - С похмелья не болеешь, когда сало ешь. А его-то мы перепрятали ещё в поезде. Вот потому вчера и не выпили, - объяснил ситуацию с необмытым АРМ-ом Славка. Сам себе объяснил, похоже... Поскольку я не произнёс ни звука.
  
   И ведь он прав, якорь мне в медузу - купить купили, но даже не разговелись... Теперь уже до вечера ждать, поскольку ещё предстоит работа по обучению.
  
   А чуть позже Салеев поделился своим открытием относительно жизни и работы на объекте ПРЦ.
  
   - Слушай меня сюда, мон дженераль, они даже в сортир здесь не ходят. Я бумажку бросил в очко, а она не упала... на паутине повисла... да ещё паук, кажется, что в прошлом сезоне повесился. Так что меня можно считать Колумбом здешних одиночно стоящих строений.
  
   Потом Салеев поупражнялся в лингвистических изысканиях... Приговорка "Умна не по годам" моментально была переделана в "Годна не по уму!".
  
   А чуть позже я сел за компьютер и выполнил то, что хотел сделать ещё во сне. Набил документ и отправил его по электронной почте в родной Печорский центр. Пусть не теряют своих героев...
  
   Из рапорта "...прошу добром премировать инженера электросвязи Салеева И.Х. за беспримерный, но доблестный труд... по добыче "белой смерти" с повышенным содержанием неактивированной глюкозы... "
  
   Вы уже догадались, что утренний чай мы пили с сахаром?
  

11.НОСТАЛЬГИЧЕСКОЕ

  
   Подумать только - вчера уехали, а уже домой тянет с неистовой силою... И воспоминания накатывают.
  
   - Не компьютер, а вирусохранилище. Ой, опять нарвались на жилу Интернет-червей! Клондайк, Эльдорадо! - Kin-Soft радуется, как ребёнок, которому подарили новую игрушку. То-то будет развлечение - давать по рукам пользователям, которые тащат из дома всякую гадость в корпоративную сеть вместе с дисками, флешками, ноутбуками... а кое-кто из ретроградов-традиционалистов ещё и на дискетах заразу носит. Воистину - червям все виды носителей любы, а все операционные системы - почва благодатная.
  
   Тут же, неподалёку от сетевого "свичера", разместился господин Отавтора, который прислушивается к пламенной речи, украшающей Славкины нарядные уста. Опять обсуждаем нечто из области НАНО...
  
   - ...наслушаются радио, телевизора насмотрятся, и, давай, к месту и не к месту употреблять всякого рода термины, о значении которых не имеют ни малейшего понятия. Вот возьми, скажем, нанотехнологии. С лёгкой руки этих деятелей появились такие отрасли производства материального и даже духовного: нанометаллургия, наногеология, нанопрограммирование, наноавтомобилестроение, нанолитература.
   - Точно, Славка, дурдом полный. Так и представляю себе нанопрограммистов, которые пишут очень тонкий код невероятно мелким почерком... Буквально под микроскопом.
   - Нет, не под микроскопом пишут... Просто с его помощью меняют структуру кристаллов непосредственно в процессе выполнения микропрограмм.
   - Наверное, круто?
   - А ты думал... Ещё как круто!
   - А наногеология - это что?
   - Это исследование геологических наноструктур на предмет обнаружения нано-углеводородов...
   - Ясно, это для снабжения наноавтомобилей наногорючим.
   - А нанолитература, выходит, это литература с настолько тонкой иронией (почти как у Донцовой), что её невозможно ощутить.
   - Нет, нанолитература - это романтическое описание жизни строения атомного ядра, записанное хвостиком нейтрино на внешней электронной орбите методом Поля Дирака...
   - А ещё там, в нанопробирке, живёт нанодемон Максвелла, который производит нанотеплоэнергию, особо не упираясь...
  

* * *

  
   И тут Салееву становится скучно презентовать тонкие виды нано-лженаук, и он переключает наше сознание на события и факты более прозаические, но от этого не ставшие вдруг скучными.
  
   - Помните, я вам про Анфису рассказывал? Ну да, того самого, что у нас на лодке служил. Сам он нанаец. Из семьи охотников. Я его историю одну очень хорошо запомнил... Вот, как вы думаете, могут медведи летать? Нет? Да, могут, могут... Только очень низенько. Судите сами.
  
   Пошёл как-то Анфиса со своим дядькой в тайгу на промысел. Парень тогда ещё совсем неопытным был, с крупным зверем встречаться не доводилось. Недавно его на охоту брать стали. А в тот раз - на тебе - почти сразу на медведя напоролся. Видать, шатун попался. Недоспал своё. По лесу колобродит, а пожрать нечего - снег ещё толком не стаял. Как говорил Анфиса, он зверя сначала даже не почуял. Подкрадывается тот сзади, что твой ниндзя, даром - косолапый. Бесшумно, будто муравей в ватных тапочках.
  
   Что делать? Бежать поздно. Вот Анфиса с дядькой на деревья и полезли. Каждый на своё, к которому ближе оказался. Медведь тоже полез. Пацана своей жертвой выбрал. Рычит и норовит когтями за сапог уцепить. И что делать-то? Ружьё в спешке внизу оставлено, а чтоб каблуком медведю в нос заехать, нужно попасть в пределы, доступные медвежьим лапам. Страшно же!
  
   Дядя, в отличие от Анфисы, ружьё не бросил. Вроде бы удача, так нет же. Патроны только с дробью, а жаканы и пули разные в сумке остались. И сумка эта... правильно - под деревом валяется.
  
   Анфиса сначала не соображал ничего от страха, только орал дурным голосом, но потом угомонился, чуть-чуть от зверя оторвавшись. Метра на полтора. Начал с дядькой переговариваться. Вот тут ему родственник и присоветовал:
   - Можешь подняться вон до той развилки, чтобы руки более-менее свободными оказались?
   - Попробую, а чего?
   - Залезешь, сними с себя фуфайку, расправь хорошенько и, когда хозяин совсем близко будет, на морду ему бросай. Только не промахнись...
   - А поможет?
   - Сам увидишь.
  
   Анфиса так и сделал, как ему дядька присоветовал. Ватник ещё не успел Мишкину морду прикрыть, а он уже передними лапами, как крыльями, засучил, пытаясь поймать добычу. И низвергнулся, соответственно, с самой верхотуры.
  
   Что ты говоришь, Виталик, не полетел ли? Да, я утверждал, что медведи летают, не стану отрицать. Летают... но очень низенько, помните? А там метров восемь-десять было.
  
   Шмякнулся косолапый на бочину, завыл от боли. И потом ещё с полчаса оглашал чащу своими жалобами. Кончилась охота. Бесславно кончилась. Насилу уполз хозяин, задние лапы подволакивая.
  
   Спустились Анфиса с дядькой вниз, осмотрели они место, куда косолапый упал. Прямёхонько на пенёк загремел болезный. Крови не особо много, но ударился знатно. Почему Анфисе известно об этом? Нет, не стали они с дядькой после такого стресса медведя преследовать. Просто через два дня егеря обнаружили в полукилометре от того места, где всё происходило, мёртвого зверя. Ещё свежего. Когда тушу разделывали, то обнаружили множественные переломы костей таза и внутренние кровоизлияния. Всё-таки, не Дедал... К Икару ближе оказался.
  
   Так что, ребята, советую вам смотреть внимательно в охотничьем угаре на то, уж не фуфайку ли вам подбрасывают. О какой охоте говорю? Известно, о какой... об амурной. Или вам никогда не попадалась старая вата вместо упругой женской плоти? Вот и свезло же вам, мои милые!
  
   А тому, кто слова мои мимо интерфейса пронесёт, мы тебе ужо харизму-то раскосматим!
  

* * *

  
  
   - Главная часть пениса называется кутак башлар. Это понятия к мусульманам приходят вместе с обрезанием. А вот генезис - гены и ЗИС. Генный мутатор. Такой ассоциативный ряд. В генах у меня песня из детства застряла... Кинотеатр в деревянном клубе довоенной постройки и автомобиль ЗИС - голубая мечта добропорядочных граждан.
   А знаете, я же, если подумать, современник Сталина... Мы с ним жили в одно время почти полных два года... Даже трудно себе представить...
   Ах, ну конечно... Я же песню вспомнил... Из того времени...
  
   Моя твоя давно любит
   И бэз тэбя нэ может жыт.
   Тэбя я знал давным давно...
   Пайдом са мною на кино!
   Кино в то врэмя был "Тарзан"
   Иго сматрэла вэс Казан
   Когда Тарзан аскар читал,
   Бобёр лиса на руки брал
   И хытрый морда ей лизал!
  
   Под аскаром Салеев подразумевает дифирамбы, как он сам думает. А верно ли это на самом деле, не знаю. Не нашёл такого мусульманского термина в Интернете, как ни старался. И нигде не нашёл. Придётся поверить Славке на слово, поскольку татарского городского фольклора из нас больше никто, предположительно, не знает... с огромной долей вероятности, как говорят замороченные физики-ядерщики о возможности атомного взрыва, увидев характерный пыльный "гриб" из смотровой щели командного бункера где-нибудь в районе Семипалатинска или посёлка Пирамида, что на Новой Земле.
  
   Я вернулся из отпуска. Недавно.
  
   Оп-па! Я уже давно вернулся из отпуска. Мало этого, я скоро снова отправлюсь в отпуск... очередной... трудовой... Так что получается - склероз? Нет, не склероз... Литературный приём с реминисцентными позывами? Пожалуй... Только по почкам не бейте... прошу вас.
  
   Но к делу...
  
   Произвожу осмотр места моего недавнего отсутствия. У нас все авторучки новёхонькие, прелесть, а не ручки. Только написать ничего невозможно... Высохли, что ли?
  
   - Ты глянь, Виталик, у него руки в сале. Бумага жирная, оттого и не пишет. Тих-х-ха украинская ночь! А сало лучше перепрятать...
  
   В моё отсутствие установили новый центр коммутации сообщений, стоечный вариант. Приезжал наладчик.
   Славка про него говорит так:
   - Молодой. Но ещё ИксТишку помнит. А молодо выглядит, поскольку не женат.
  
   Тиха украинская ночь, воистину тиха... А плохим танцорам Иванов всё-таки НЕ МЕШАЕТ! И нет у нас плохих танцоров. Исключительно - первоклассные! Хотите проверить? Приезжайте... может, будем рады...
  

* * *

  

12.УСТЬ-ЦИЛЬМА (ОКОНЧАНИЕ)

  
   "Ой, а что здесь окончание рассказа о поездке в Усть-Цильму делает?" - подумалось Отавтора. Он хотел было отправить фрагмент на полагающееся ему место, чтобы кое-как соблюсти хронологию... Хотел, а потом решил, что раз уж всё это около птицы, так пусть здесь и остаётся...
  
   Около птицы - это когда near bird.
  
   Усть-Цильма, ПРЦ, ближе к обеденному времени... Появляется начальник тамошнего радиоцентра...
  
   - Ты, что ли, здесь генератором белого шума работаешь? - это реплика Отавтора. - Самого не видать, а рябь по эфиру всё мечется.
   - Это так ты нас встречаешь, Григорий? - Славка тоже не промолчал. - Мы к тебе с доброй службой, а ты и носа не кажешь!
   - Так я же в отпуске...
   - Значит, и водку пить не станешь?
   - С вами?
   - А ты думал, тебе по случаю ввода АРМа генерального директора на банкет пришлют?
   - Только лёгонько...
   - Что так?
   - Так сегодня Петровщина... Нужно на ночные гульки сил оставить...
   - А мы уезжаем...
   - Спешите?
   - Нет, просто хочется под душем хотя бы под утро помыться, а не из той бочки, что стоит у вас во дворе...
   - А... может быть, останетесь? Ночь будет знатная...
   - Эге, - сам себе думаю, - хороша Маша, да не пляшет...
   Григорий решил сменить тему, проявив заинтересованность в технических вопросах:
   - А что это вы нам такой старый компьютер привезли?
   - Я его слепила из того, что было, - съязвил Отавтора.
   - Тебе ещё повезло, Григорий. Второй "пенёк" достался. Вполне рабочая лошадь, - это подключилась лёгкая кавалерия прикрытия в лице Славки. Он даже продемонстрировал красноречивым жестом на грани приличия явное превосходство Intel Pentium II над IBM PC XT, а потом повернулся в сторону Отавтора.- А помнишь, мой махонький друг, на каком чугуне приходилось нам начинать? Процессор 8086. Диск, даже не ATA... совсем древний... Не литой, без тормозных колодок.
   - Помню, MFM... 20 мегабайт - великое чудо человеческой мысли.
   - А, знаешь, что значит по-татарски "ата"?
   - Знаю, отец. Тьфу, не так... Знаю - отец!
   - Так вот этот диск совсем-таки на АТА, он уже вполне сложившийся замшелый БАБАЙ...
   - Дедушка, что ли?
   - Кому дедушка, а кому и хардварий* позорный... Ну, так что, убедил? Нормально, Григорий?
   - Отлично, Константиныч!
   Константинычем называют Славку не слишком близкие люди. Действительно, запомнить имя Хуснуттдин для современного работника связи не такое уж простое дело.
  
  
   На хрен лучше не посылать, а приглашать. Больше толка получится, особенно, когда с женщиной дело будешь иметь. Откуда это? Приснилось... или Славка наболтал? Кажется, подъезжаем... Славка, поднимайся, приехали!
   - Может, ну-ка его к бесу... Поспим, в Инте Леха встретит...
   - Проводник не позволит...
   - Да ну его...
   - Мужчины, приехали, выходим! - это уже сам проводник пожелал лично принять участие в подъёме Салеева...
   - Круче Кощея только его яйцо! - ага, получил, служитель культа МПС!?
   Эх, Наталка-Полтавка, где же ты... С тобой бы Славке не было так тяжело подниматься...
  
   Расстаёмся на вокзале...
   - Ну, всё... завтра я на пашню выхожу...
   - Орало не забывай!
   - Чее-е-е-его?
   - Ну-у-у... плуг, в смысле, на пашню же....
   - Plug and Play?
   - Глюк энд Орфей**...
  
  
  

13.ЗА ЁЛКОЙ

  
   - Я слышал, у вас много платят...
   - Мне хватает.
   - А сколько всё-таки?
   - Все мои. Я, во-первых, подписку давал, а, во-вторых, у тебя же ничего не выпытываю.
   - Вот, блин, Слава... Подписку ещё приплёл. Секретный сотрудник, что ли?
   - Секретный, не секретный, а коммерческая тайна - прежде всего!
   - Ну, хорошо, не говори. Я знаю, что вам платят много. Чего машину не купишь?
   - Как научусь толком пешком ходить, немедленно приобрету себе тачку, чтоб деньги в ней возить. А машина-то мне за каким, извините за выражение, биномом?
   Автомобиль летел по гололёду с тридесятым присвистом. Человек за рулём чувствовал свою несомненную предновогоднюю правоту, но ему не хватало интеллекта, чтоб подчеркнуть люмпенское превосходство позавчерашнего пролетария, над работником умственного труда, моим другом Славкой Салеевым.
  
   Слава опаздывал на работу, автобус, как водится при цейтноте, приехать не спешил, но тут подвернулся старый знакомый, счастливый владелец побитой дальневосточной молью и северной коррозией "Мазды". Повезло - повёз. И вот впереди уже показалась цель путешествия - здание аэровокзала.
  
   И тут что-то случилось на проезжей части пролетающей мимо (по своим делам) эволюции. Удар. Толчок. И некуда деваться. Так, а, может быть, почти так спел однажды известный классик авторской песни, иначе говоря - всенародный бард Советского Союза.
  
   Оба героя, водитель и пассажир, завалились набок. Вместе с автомобилем. Вылезать на свет божий пришлось через одну дверь, ту, которая со стороны пассажира, поскольку вторую заклинило невероятно неудачно появившимся на обочине плотным сугробом. Салеев отряхнулся и воткнул в тугую плоть морозного воздуха риторический вопрос:
   - И ты предлагаешь мне купить машину! А вот тебе - иллюстрация о вреде автотранспорта. Не успеешь среагировать на текущие обстоятельства современной действительности, и уже в кювете валяешься. И ты хочешь, чтоб я всякий раз платил за эвакуатор, замену шаровой опоры и т.п.? Ты вот говоришь, что на крайняк, машину можно использовать в качестве блядовозки. Вижу теперь, что точно насношаешься, только не с бабами. А впереди-то год Быка! То есть, травка и тёлки! Некогда под автомобилем валяться, будто других дел нету.
  

* * *

  
   К утренней селекторной планёрке Славка всё же успел. Только потный и красный, невзирая на забортный морозец. Видать, бежал последние метры в унисон дыханию северо-восточного ветра. Таким возбуждённым и мокрым я его и застал, когда пришёл на работу сам.
  
   - Так спешил, что позавтракать не успел, даже кофе не попил, - сказал Салеев.
   Заварили чай и заговорили о ёлке, мол, пора её уже и ставить - до Нового года меньше недели осталось. Именно после этого замечания Славка и ударился в воспоминания.
   - Как ты знаешь прекрасно, сейчас проблем с выбором искусственных ёлок нет, а в те далёкие времена, когда моим сыновьям хорошо постриженный английский газон мог показаться дремучим лесом, в канун Нового года необходимо было отправляться в лес за зелёной принцессой детского праздника. Это в больших городах - ёлочные базары, полные корявых сосен и дорогущих кедров, а в наших палестинах - всяк гражданин сам себе праздник устраивал при помощи топора, пилы и браконьерской удачи. Впрочем, Фортуна тогда редко какому нелегальному порубщику изменяла, поскольку о партии "зелёных" никто и не слыхивал. Из зелёного в СССР водились тогда отнюдь не доллары, а обычные "трёшки" рублёвого насыщенного содержания, летом - кузнечики, зимой же - те самые новогодние деревья хвойных пород.
  
   Да, кстати, заговорил о сыновьях, а ведь ошибся. Я же тогда в СМП-234 работал главным энергетиком, следовательно, Серёжка - младший - ещё не родился в то время. Но разницы большой нет - одному ребёнку праздника хочется ничуть не меньше, чем двоим. Стало быть - изволь, папаша, ёлочку принести и украсить её самым сказочным образом.
  
   Помню, так совпало, что день 31 декабря по календарю выходным оказался. Последняя рабочая смена - тридцатого. Контора у нас на левом берегу Печоры была, в посёлке Изья-ю, если помнишь. Каждый день туда приходилось ездить на рабочем поезде. От вокзала минут тридцать пять-сорок пилить, от платформы же "Макаронная фабрика", правда, чуть меньше. А в общей сложности - около полутора часов езды. Печора - не Москва, довольно долго получается по нашим меркам, но деваться некуда, поскольку работа приличная, оклад жалованья не в пример другим строительным организациям позначительней будет.
  
   Так вот, контора наша на краю посёлка располагалась. Одноэтажный барак, несколько балков и пара вагонов в тупике. А за ней, за конторой, то есть, болото круглое, диаметром с полтора километра. Летом-то оно топкое, зато зимой замерзает за милую душу. Стоит болото преодолеть, там и ельник отменный. Деревце для дома на ночь новогоднюю выбрать - как два пальца об асфальт.
  
   Вот я себе и думаю, что в обеденный перерыв сгоняю в лесок, пока светло. Немного пораньше уйду. Как раз и успею обернуться. План есть, пора его реализовывать. Да не всё так просто оказалось. С утра на пленэре тишь стояла бархатная, можно сказать - изумительно в воздусях. А часам к одиннадцати вьюга разыгралась не на шутку. Правда, когда в лес на лыжах шёл, всё было прекрасно. Ветер в спину подгонял - милое дело.
  
   Выбрал я пушистое деревце, спилил аккуратно и в обратную путь-дорогу отправился. Только тут и ветер сменил генеральную линию. Если б в лицо дул, всё бы хорошо, а то - сбоку принялся на меня наваливаться. Укрыться негде, идёшь по болоту, гладкому, будто блюдо, в одной руке пила, в другой ёлка. Тащишься, будто глупый пингвин, а тебя вбок-то и валит. Парусность большая, на ногах не устоять.
  
   Как только я первый раз пытался из сугроба подняться, мне это удалось достаточно просто, уж не знаю, почему так вышло. Зато потом накувыркался вдоволь. На карачках расшаперишься, пытаешься встать, а тебя снова вниз, в свеженькую лыжню сдувает. И опереться-то не на что. Разве только, догадливый ты, - именно на ёлку!
  
   Короче говоря, когда я в своём кабинете обозначился, был мокрый весь, будто мышонок после купания в тазу. И бросало ж меня то в жар. То не в жар!
  
   Всё с себя снял и на батарею отопления вывесил для просушки. Сам переоделся, во что под руку подвернулось: было кое-что из спецодежды в шкафу. И только тогда стал свою добычу рассматривать. И тут - вместо радости и восторга от красоты неземной - испытал сильнейшее разочарование. Все-то веточки на моём трофее поломаны, хвоя осыпалась частично. Жуткое зрелище. И ничего, собственно, в том удивительного - сколько раз мне моя ёлочка из снега подняться помогала - не сосчитать. А вес у меня хоть и поменьше, чем у трёх толстяков, но, всё-таки, не бараний. Вот теперь и додумай, что я вместо новогоднего дерева в контору притащил.
  
   А тут и смеркаться принялось, по-зимнему быстро и споро. Поезд рабочий отправлялся в шесть вечера, так что теоретически я ещё успевал разжиться новой ёлкой. Рабочий день короткий, так что уже в четыре можно отправляться в новую экспедицию. Но теперь-то без фонаря точно не обойтись, чтобы лыжню свою давешнюю разглядеть и дерево приличное выбрать, а не - какое придётся.
  
   Что ещё нужно с собой захватить, каким реквизитом экипироваться, чтобы не получилось, как в первый раз? Пилу лучше топором заменить - нести удобней. Для ёлки мешок необходимо взять и верёвку, чтобы спеленать родимую, парусность уменьшив. Одеться следует полегче, чтоб подниматься в случае падения было не так проблемно. Ага, ещё - нужно палку с собой лыжную прихватить, хотя бы одну. Верно-верно, елку-то поберечь надобно.
  
   Всё так и сделал, как наметил. До ельника без приключений добрался. Где-то с краешку деревце завалил, вытащил на болотную гладь. Тут луна из-за тучки выглянула. Посмотрел я на добычу - опять неудача. В лесу при фонарном свете хорошо смотрелась, а снег когда с ёлки слетел, оказалось, что пушистость её почти на нуле.
  
   Плюнул с досады, снова в лес вернулся. Тщательно деревья на вшивость проверял. И, наконец (о, чудо!), упаковал в мешок отменный экземпляр, классическая ель, практически без изъянов.
  
   Обратная дорога была медленной и мучительной, я всё упасть на своё сокровище боялся, еле-еле лыжами шевелил, будто нерпа на сносях. Но донёс своё сокровище до конторы без эксцессов. Только тут меня в очередной раз ожидала череда разочарований. Во-первых, я снова был мокрым от пота - видно, очень много сил тратил на то, чтоб на ногах удержаться. Во-вторых, одежда на батарее - артефакт давешнего похода - ещё не просохла. В-третьих, рабочий поезд в Печору уже ушёл. Теперь, хочешь, не хочешь, а изволь дожидаться двух часов ночи, когда пойдёт пассажирский на Воркуту.
  
   Но меня таким невезением в уныние не привести. Позвонил домой. Предупредил, что задержусь. Потом главному инженеру домой звякнул. Он как раз в посёлке жил, а не в городе.
   - Славка, ты? Ёкарный гуталин, а чего не дома?
   - За ёлкой ходил, а поезд уже ушёл.
   - Так и хорошо! Я как раз тут в гости собрался. Пойдём вместе, а то там вместе с моей одни бабы. Не с руки мне в женском коллективе без компаньона кирять. Потом тебя на воркутинский посадим. Ну что, согласен?
   - Пошёл бы, да одеть нечего. Сижу почти голый на палубе, как Робинзон после дождя, вся одежда промокла.
   - Не переживай, подгоню я тебе что-нибудь. В следующем году отдашь, хех. Какой у тебя размер? Подойдёт. А рукава и брючины подкатаешь. Сейчас так даже модно.
   Через двадцать минут я сидел в УАЗике главного инженера, упакованный в его же одежду. Ёлка осталась стоять в кабинете, отогреваясь с мороза. Одна мысль меня не оставляла: "Только бы не забыть её, когда поеду домой!"
  

* * *

  
   Проснулся я оттого, что кто-то жужжал над ухом, как назойливая муха. Уйди, уйди, насекомое! Не мешай мне спать. Но муха не унималась. Она хватала меня за подмышки, шевелила и всё время что-то монотонно бормотала с какой-то чудовищной неземной укоризной:
   - Ты зачем эту палку в дом притащил? Весь коридор уделал, а ведь я убирала... Одежда чужая! Как на шуте смотрится. Хорошо ещё - трусы-то свои!
   - Ты кто?
   - Совесть я твоя. Верочка Ивановна, помнишь?
   - Вот же, три шешнадцать, ничего не помню. А ёлку-ту я привёз?
   - Эту?
   Дежавю! Не иначе. Смолистую клюку с обломанными ветвями я уже видел вчера два раза. Странно, а где тогда последний Новогодний релиз "Ёлки праздничной, свежевырубленной"? Неужели это она, моя раскрасавица? А что же случилось-то?
  
   Позднее позвонил главному инженеру и выяснил, что в гостях я выпил граммов сто пятьдесят и захмелел, будто безусый юнец из подготовительной группы детского сада "Орлята Ильича". Понятное дело, организм целый день находился в стрессовой ситуации: то его потеть заставляли на студёном ветру, то скакать по кабинету почти неглиже, то снова в лес идти...
  
   Меня уложили спать, а перед поездом влили в мой начавший заболевать организм ещё стакан водки, "для сугрева" и профилактики простуды. О ёлке вспомнили в последний момент, но бежать в контору было уже некогда, потому схватили некое подобие праздничного дерева, которое кто-то забраковал и оставил возле железнодорожной станции.
  
   В дороге и это сомнительной красоты деревце подверглось испытаниям. Оно валялось по всему тамбуру, где меня пытался удержать на ногах сопровождающий сотрудник из нашей конторы. Он к моему счастью тоже опоздал на рабочий поезд и потому был вынужден исполнять роль ангела-хранителя. В Печоре меня загрузили в такси, а ёлку положили в багажник. Правда, дереву пришлось обломить верхушку, чтобы оно туда влезло.
  
   Посмотрел я с утра на ту дровину, что притащил домой накануне, в глаза сыну взглянул, потом умылся и пошёл в лесопарк, что рядом с моим домом. В конце-концов, чем маленькая сосна не новогодняя ёлка?
  

* * *

  
   Салеев тихонько вздохнул, заново переживая то давнее приключение с многочисленными походами через замёрзшее зимнее болото. А потом продолжил начатую тему:
   - На следующий год купил я искусственную ель. С тех пор никаких предпраздничных эксцессов со мной не случалось. А для новогоднего духа нужно взять еловую, а лучше - пихтовую веточку, ошпарить её кипятком и поближе к батарее положить. Запах такой, что с ног сшибает!
   - А я в вазу пару-тройку еловых веточек ставлю. Ёлка же тоже искусственная. Когда сын был маленьким, тогда всякий раз за натуральной ходил, а теперь, и пластик за настоящее дерево сойдёт.
   - И всё равно для детей Новый год пахнет мандаринами и апельсинами.
   - Это раньше, когда цитрусовые в дефиците были. Только в Новый год и наешься от пуза.
   - Не скажи, нынче тоже так же. Наверное - менталитет.
   - Скорее всего, судьба!
  

* * *

  
   А у меня другая история связана с добычей новогоднего дерева.
  
   В тот далёкий уже год, числа 30 декабря я тоже собрался за ёлкой. Сыну Илье почти за три месяца до этого стукнуло четыре года, и мне пришло в голову, что парень уже достаточно созрел для небольшого зимнего приключения, благо за город ехать не было необходимости. Мой бывший сослуживец по вычислительному центру Гена Шаевич как раз пригласил меня в гости на седло барашка с параллельным вырубанием праздничной ёлки в окрестностях его дома.
  
   Гена жил тогда в посёлке Восточный рядом с Печорской ГРЭС. Там-то как раз, отойдя метров 300 от дома, можно было выбрать красивое деревце для новогоднего празднования. Шаевич уже неоднократно - года два или три подряд - приглашал меня на настоящее почти браконьерское мероприятие. Всё никак я не мог надумать, а тут решился.
  
   Собрались мы с сыном и поехали. Для маскировки взяли с собой полотняный мешок, чтобы в автобусе никто не подстерёг с нелегально спиленным деревцем и не затребовал административный штраф с последующим наказанием по месту работы. Гена встретил нас с Ильёй радушно и предоставил широкие охотничьи лыжи, чтобы быстренько форсировать неширокую полосу сугробов до ближайшего леска.
  
   Когда вышли на дело, уже стемнело. Время чуть за полдень перевалило, а солнце почти скрылось в жиденьком мареве горизонта. В наших краях в декабре это совсем не удивительно. Но, как сказал классик социалистического народного фольклора, темнота - друг молодёжи, и наша троица выдвинулась к месту дислокации еловой флористики.
  
   Мы с Геной оставили Илью на тропинке, наказав строго, чтобы никуда не думал убегать, а сами, взяв пилу, пошлёпали по глубокому снегу. Возвращались практически в полной темноте, подсвечивая себе дорогу фонариком, поскольку луна предательски закатилась за тучное морозное облако, взбитое Хозяином Ночи, как пуховая подушка.
  
   Илья стоял на тропинке в позе пограничника Карацупы (только без верного пса Ингуса), мужественно сжимающего кулаки в вязаных варежках. Нас с Геной он завидел издалека и очень этому обрадовался. Я показал сыну маленькую лесную красавицу и спросил, не заробел ли он нас поджидаючи. Илья правдиво ответил:
   - Было страшно, волки глазами сверкали! Но я их не боялся. У меня же лыжная палка. Честное-пречестное, папа! Правда же, я взрослый теперь?
  
   И нам с Шаевичем не оставалось ничего иного, как подтвердить, что одним взрослым мужиком на планете стало больше. Вы спросите, действительно ли волки сверкали глазами, стараясь испугать моего отпрыска? Нет, это были не волки. Просто лесок, где водятся новогодние деревья, находится в низинке, и оттуда хорошо видно, как вдалеке светят автомобильные фары машин, спускающихся с горки в направлении ГРЭС. В темноте вполне сойдёт за глазища страшных голодных волков. Особенно в воображении мальчика четырёх лет от роду.
  

* * *

  
   Я заканчивал рассказывать историю о СВОЕЙ ёлке, когда нас в кабинете уже было трое. Виталий заскочил на минутку, не его же смена, да так и остался.
  
   - А когда служил неподалёку от Хатанги, там тоже были ёлки, но какие-то чахлые, - сообщил нам бывший пограничник.
   - Витаминов не хватало, - пояснил догадливый Салеев.
   - Вот и шестиглазый серафим соврать не даёт!
   - Шестикрылый?
   - Не знаю, как у тебя, Славка, дела с крыльями, а глаз - точно шесть! Когда паяешь мелкосхемы.
   - Шестиглазый хер-Рувим, подумал я вслух.
   - Сам ты Йоулупукки! - не растерялся Салеев.
  
   А Виталий тем временем уже начал украшать искусственную ель к предстоящему корпоративному фуршету. Вечерок обещал быть жарким. Полная Акапулка!
  

14.А КОЛОКОЛЬЧИКИ-БУБЕНЧИКИ "ДУ-ДУ"

  
   Но прежде была осень. С ней такое случается, особенно в начале октября. И что характерно, её, осени, прибытие совпадает с наступлением осенне-зимнего периода (сокращённо - ОЗП) в эксплуатации средств радиолокации, радионавигации и связи. А это прямое указание на тот сермяжный факт, что непременно нужно готовить... нет, не технику. Вы не угадали. В первую очередь необходимо заполнять многочисленные бумажки: акты, формуляры, журналы технической учёбы... И не упомнишь. А бдительная комиссия помнит всё. Всё, что ритуального (включая танцы с бубном и камлание на федеральных авиационных правилах (сокращённо - ФАПах)) каждый руководитель объекта должен исполнить, чтобы попасть в "зачёт" и не лишиться 13-ой зарплаты как злостный неисполнитель требований вышестоящих.
  
   Или - это была осень предыдущего года? Или... Впрочем, цикличность - наше второе я...
  
   И вот не терпящие отлагательств бумажные дела, завершены. Теперь пора было идти на антенное поле. Там терпеливо ожидают нашего ласкового человеческого вмешательства антенные полотна и примкнувшие к ним снижения. Живое дело, дамы и господа, живое дело.
  
   И всё это трепыхающееся на сильном ветру удовольствие называется по-нашему, по-научному, АФУ - антенно-фидерное устройство.
  
   Сама коротковолновая антенна, натянутая между двух мачт ажурно-сварочного плетения, состоит из двух полотен и называется ВГД-2, вибратор горизонтальный дипольный. Цифра два означает как раз то, что наличествуют два полотна, а про вибратор ничего не скажу - вы и без меня сможете придумать массу шуток про это эротичное устройство. В месте схождения полотен имеется снижение в виде лесенки со ступеньками-изоляторами, которое крепится к опоре, стоящей на земле. Мачт у нас в хозяйстве три, а, следовательно, антенн и снижений ровным счётом два. По-моему, это так утомительно, что кое-кто уже начал зевать. Лучше продолжу повествование.
  
   Пошли "на дело" вчетвером. Вообще говоря, можно было справиться и двоим, но, с учётом моего притаившегося в глубинах позвоночника хондроза, автора этих строк в качестве тягловой рабочей силы особенно не используешь. Хотя, конечно же, не тягловой, а крутящей, ибо опускать антенные полотна до земли с 30-ти метровой высоты - увлекательное занятие, заключающееся в том, чтобы методично крутить лебёдки, по одной на каждой мачте. Ещё более увлекательное мероприятие - подъём антенных полотен при помощи тех же лебёдок. Отличие одно - приходиться крутить с перекурами, иначе не хватает дыхалки, силы в руках и простого терпения: подъём антенны всего на метр сопряжён с многократным поворотом ручки на барабане. А ведь требуется поднять полотно на тридцатиметровую высоту.
  
   Итак, двое крутят.
  
   Третий человек необходим для того, чтобы регулировать процесс сматывания-разматывания снижения. Перепутать очень просто, когда работаешь вдвоём. Так что обоснованность третьего налицо. К чему же тогда четвёртый? А за компанию, чтоб веселей работалось, чтобы инструмент подать, подержать стремянку и просто подбодрить незлой инженерной шуткой.
  

* * *

  
   Перво-наперво опустили те полотна, с которых летающая корова оборвала снижения своею неразумной толстомясостью, во исполнение закона всемирного тяготения. Виталик забрался на стремянку и начал осматривать место обрыва.
  
   Кстати, а стремянку с подачи моего сына мы называем "шухерка". Стоять на стрёме - примерно то же самое, что и "стоять на шухере". Теперь понятно, надеюсь. Итак, на шухере был Беляев, а внизу стояли мы со Славиком Салеевым и Ромкой. Начинался мерзкий дождик, переходящий временами в не менее мерзкий снегопад. Но разве можно заскучать, когда на кубический (с учётом висящего над землёй Виталика) метр воздушного пространства приходится целых четыре весёлых технаря, не обременённых указаниями начальственного перста? Мы и не скучали.
  
   Славик нас просветил относительно того, как правильно "британить" и, вообще, объяснил значение этого термина. Оказывается пошло это чудное название с "морей". Именно там распространено вязание всяческих узлов и скруток. Принцип "британки" такой, что при сплетении двух концов распущенными повивами троса, полученный узел работает на самозатяжку. Хватка мёртвая. Скорее порвётся где-то в другом месте, чем на узле.
  
   Собственно, раньше мы практически так же и делали, а заместитель директора по ЭНС просто умничал, когда указывал на наше якобы неумение. Теперь же всё прояснилось. Даже солнце на мгновение выглянуло сквозь пелену мокрого снега. Салеев продемонстрировал и вязку модифицированной "британки", которую он назвал "двойным татарским узлом имени курбан-байрама". Затем Славик оглядел с любовью творение своих рук и дал этому труду оценку: "Пять шарей, к бабке не ходи!"
   - Такому узлу вообще сноса не будет! - хвастался Салеев. - Даже если отару баранов на него навесить.
   Баранов под рукой не оказалось, за заместителем по ЭНС мы побежать поленились, поэтому просто-напросто подняли антенные полотна и пошли смотреть, как поживают в щитке газоразрядники. Поживали они неважно, поэтому пришлось всё внутри выскоблить, а затем замуровать щиток гайками "эм шешнадцать", как выразился Салеев, закручивали с натугой и при посредстве вазелина и радиотехнического молотка, чтобы никому из вышестоящих неповадно было туда лазать из ехидного любопытства.
  
   Время двигалось к обеду, а на очереди стояла вторая антенна. Там дел поменьше, только один конец подвязать, но спускать полотна придётся всё равно до самой земли. Стали решать, оставить это безобразие на после обеда или погодить до завтра. Первым выступил жизнерадостный Рома. Он заявил, что "вкалывать, вкалывать и вкалывать" - это лозунг наркоманов, и ни в коей мере не должен касаться инженерно-технического труда по разного рода связям.
  
   Я помянул про светлое будущее, которое лучше ожидать, чем насильно притягивать ко дню сегодняшнему за непослушное брыкающееся вымя. Попутно выяснилось, что с теорией относительности нам тоже в разные стороны. Это наука для грузчиков, пусть они и мучаются.
  
   Виталик ничего не сказал, но по его выразительным глазам стало ясно, что свойственный ему трудовой энтузиазм не настолько превалирует над природным чувством лени, чтобы эту лень одолеть врукопашную, и немедленно.
  
   В завершении дискуссии выступил Славик.
   - Антенна не водка, можно и на завтра отложить, - мудро заметил Салеев. - Только водку нельзя на потом оставлять... чтобы в "штопор" случайно не завалиться.
  
   Дружно приняв во внимание выступления докладчиков, мы в состоянии мокрых куриц, а, скорее, помятых, но не побеждённых, петушков, поковыляли отогреваться чаем, оставив поле фидерной брани до лучших времён.
  
   Назавтра сеанс опускания второй антенны проходил в условиях более хорошей видимости, но всю производственную "малину" подпортило не совсем приятное в своей неожиданности обстоятельство: на одной из мачт, на самом её верху тросик, за который цепляется одно из полотен, слетел с блока и заклинил его. Взяли у диспетчеров с СДП (стартовый диспетчерский пункт) бинокль и совершенно явственно увидели вышеописанную картину в полный рост, насколько это позволяла Цейссовская оптика.
  
   Таким образом, спустить антенну в штатном режиме не представлялось возможным - один конец полотна был заклинен. Но нет смекалистей мужика, чем технический работник славянского разлива, един о четырёх головах. Понимаете, о чём я? Быстро организовали рабочее место Виталику на трёхметровой раздвижной стремянке (спасибо родной администрации за её покупку!) и вытравили один конец антенного тросика до самой, как говорится, до "первой звезды". Даже нижний блок от удивления скрипеть перестал.
  
   Антенна практически лежала одним концом на припорошенной снегом земле, а другим упрямо цеплялась, как утопающий, за заклинивший ролик. До середины, где крепится "лесенка" снижения, как раз можно дотянуться с высокой стремянки. Картина почище Шишкина. Только вместо медведей, которые ползают по наклонному бревну из озорства, наша славная и неунывающая команда. Но озорство тоже в наличии.
  
   За разговорами (правда, без "Толстяка") время летело незаметно. Единственное неудобство - "шухерка" стояла слегка наклонно, упираясь в оброненную басурманами из РСУ дорожную плиту, когда они мостили путь к стоянкам МИ-6. Вертолёты эти уже и не летают давно, а плита, как говорится, и ныне там!
  
   Поэтому приходилось внимательно отслеживать эволюции нетвёрдо стоящей на ногах стремянки, удерживая её в три молодецких плеча. Один раз, правда, как-то расслабились, и Виталика качнуло. Он запереживал:
   - Эй, вы там, балагуры, поосторожнее. Чуть не грохнулся...
   - Грохнулся - это ничего. Вот если бы наемнулся, тогда страшнее... - в словах Салеева не было ничего, кроме вселенского опыта.
   - Если наемнёшся, яйца поколешь, - это уже Ромка попытался сострить.
  
   Последние слова неожиданно переключили всеобщее внимание на историю древнего Китая. Рома у нас страстный поклонник такого рода литературы, в которой излагаются древние цивилизации. Всё б ему про восточную экзотику вкушать из различных публицистических и научных источников, страсть, как он это дело обожает. Особенно делиться вновь обретёнными знаниями. Особенно в непогоду.
  
   Рома не стал скрывать, что из недавно читанной им книги узнал о возникновении термина "мальчики-колокольчики" (в другой редакции "мальчики-мудозвоны"). Не стану от вас скрывать - наш любитель исторической литературы очень волновался и тревожно жестикулировал, делясь с нами сокровенными знаниями. Изложу Ромкину речь в произвольной манере.
  
   Дело обстояло следующим образом, и это есть неоспоримый факт, добытый в результате многочисленных научных изысканий, одним английским учёным по фамилии сэр Забыл (Форгет, если на английском?). Несколько странное для обитателя туманного Альбиона имя нас не смутило. Мало ли. От этих заграничных эстетов и не такого дождёшься. Так вот, во времена династии Мин, или, вполне вероятно, что и Цинь, некий император повелел всем мальчикам, прислуживающим в его гареме, удалить яички и вставить на их место серебряные колокольчики, чтобы радовали повелителя в минуты хандры и скорби, и, одновременно с данным действом, привлекали бы к себе внимание, когда их владельцы приближались к властелину.
  
   Для безопасности сие обстоятельство как раз весьма немаловажно. Впоследствии многие из этих мальчиков сделали себе государственную карьеру. Вот, собственно, с этого и началось шествие "колокольчиков" во властные структуры. Продолжается оно, и по сей день. Только современные технологии позволяют тщательно микшировать неуместные звуки во время заседаний многочисленных правительств и парламентов. Но если очень хорошо прислушаться...
  
   Появление зама по ЭНС на горизонте вызвало нездоровое волнение в наших рядах. Славик заметил:
   - Вот идёт к нам этот змей, жалом водит...
   - Ни хрена себе, пакетик со сладостями! - то ли сказал, то ли очень громко подумал Виталик.
   Поприветствовав присутствующих царственным кивком, вновь прибывший осведомился, почему мы опустили только один конец антенны. Мы объяснили. Тогда зам начал разговаривать с бригадой, как с неразумным детсадовским контингентом. А проверили ли мы, что система блоков неисправна? А точно ли мы видели в бинокль, что блок заклинило? А не пробовали ли мы забраться наверх мачты?
  
   Последним вопросом мы были озадачены. Без наряда-задания, специального допуска и монтажных поясов высотные работы не ведутся, заму ли это не знать. Тем более в сложных погодных условиях. Тем более, когда трос под натяжением. Тем более, что ни у кого из нас допуска на высотные работы не было.
  
   - А у нас в БУСе (бассейновое управление связи Печорского речного пароходства) такой случай был, - не унимается зам по ЭНС, - заклинило тросик на мачте... Вот точно также, как здесь. И там один связист быстренько по уголкам конструкции взлетел с наружной стороны и всё исправил. Когда спустился, ему и говорят, отчего, мол, по лестнице не полез. Она же внутри для этого приварена. Он очень удивился: "А что, там лестница есть?" Забавно, в общем, получилось... Ты, Роман, парень молодой, вёрткий. Забрался бы и всё исправил. Чего тебе стоит?
  
   А на нашей опорной мачте, как раз, лестницы внутри каркаса не предусмотрено, лезть можно только снаружи конструкции по наваренным штырям... В снег и ветер весьма проблематично, ведь пришлось бы монтажный пояс с двумя цепями использовать... С одной цепью загремишь за милую душу... Да, и допуска на верхолазные работы не только у нашей четвёрки, ни у кого на предприятии нет. А там тридцать полных метров - десятиэтажный дом без окон и дверей.
  
   Понятно, что сказано было только так, для красного словца, но раздражение возникло из ниоткуда. Его сумел нейтрализовать Салеев своей ходовой фразой: "Причём здесь милиция, когда куры дохнут?" Сказал он тихо, но услышали, все, кого это касалось. Затем Славик потешно наморщил лоб и произнёс таинственное "кэджит", после чего зам счёл необходимым удалить все свои части тела подальше от места работ. Я думал, что это по-татарски что-то нехорошее. Оказалось, что по-коми - "холодно". Напряжённость растворилась в очередном снежном заряде.
   - Ребята, по-моему, к нам приходил один из этих... из китайских мальчиков... - странная фраза зацепилась за мой язык и, повисев немного, упала на благодатную почву.
   - А почему тогда не звенит? - это уже Рома проявил своё юношеское любопытство.
   - Язычки у колокольчиков пооткусывали...
  
   Между тем, работа подошла к концу. Подняли злополучную антенну, как полагается, а поправить верхний блок оставили на следующее лето***. Пусть тогда руководство монтажников вызывает, а нам недосуг, мы обо всём доложили, как водится. Теперь бы по кружке чаю горяченького. С конфетами. Их в РЭМе всегда полно в монтажном столе. Сделали мы всё путём, только фонариков никому не навесили. Вани с нами не было. Считаете упущением?
  
   Вообще-то, зам по ЭНС у нас мужик неплохой. Снабженец от бога, от Меркурия, естественно. И специалист по связи первоклассный, но одна беда - его халвой не корми, только дай поумничать. И чего это мы к нему прицепились? Давно что ли языков не точили? Да, нет, не тех, что из серебра... Впрочем, оставим эти вопросы на совести распоясавшихся сотрудников со мной во главе и продолжим повествование. Благо, не долго уж ему занимать ваше внимание.
  
  

15.СОПРЯЖЕНИЕ СЛОВЕЙ ИЛИ СКЛОНЕНИЕ ПАДЕЖОВ

  
   Прохудился на рабочем месте руководителя полётов монитор. Да, так прохудился, что никакой мочи на нём работать не стало. Развёртку схлопнуло вверху, где шляпа, а на трубке прогар выглядывал звериным оскалом интерфейса АРМа "Рабочее место РЦ". И ничего здесь удивительного нет. Попробуй-ка, поработай в круглосуточном режиме почти 6 лет, когда на экране практически никакой динамики, а Screen Saver-а не предусмотрено.
  
   Тут дело тоже вполне объяснимое: Screen Saver c АРМом на базе обрезанной Windows NT 4/0 (SP6) никогда бы не смог так мило отрабатывать свой "хлебушко" по полтора-два месяца без перезагрузки. Это же не рабочие места диспетчеров, где картинка на мониторе меняется в соответствии с локационной обстановкой. Там всё равномерно выгорает, и глазу почти недоступно в видимой части спектра, если ты с этим монитором сроднился, как с верной собакой.
  
   Таким образом, вопрос с заменой назрел, как фурункул на шее простуженного бушмена, попавшего в открытое море. Привожу я новёхонький ЭЛТ-монитор прямо из магазина и затаскиваю его вместе со Славиком в единый зал системы УВД. Вот вам и пример неудачного выражения. Не понятно, кто кого затаскивает. Но, если брать в расчёт мою остеопатическую спину, то вариант, когда я поднимаю на второй этаж Салеева верхом на мониторе, отпадает просто и естественно, как перхоть с непокрытой головы на капитанском мостике.
  
   Вот вам и ещё пример неупорядоченного использования словарным запасом на грани фола. Вы когда-нибудь лицезрели одинокую голову, полную перхоти, на капитанском мостике? Мне, честно говоря, не доводилось. Обычно голова всегда находится при ком-то конкретном. Укорочение деятелей Великой Французской Революции методом Конвентированного Гильотена в расчёт брать не станем. Теперь в Парижском городу очередная республика не балуется такими изысками, а Воланд в Москве не появлялся с тридцатых годов прошлого века.
  
   Но я совсем забылся с этим изучением литературного цинизма. Вернёмся в начала абзаца, где мы с Салеевым поднимаем монитор в единый зал (гражданские плюс военные) системы УВД. По дороге я жалуюсь на бестолковость диспетчерской братии:
  
   - Представляешь, уже почти семь лет АКС УВД "Альфа" пользуют эти черти вместе со всеми АРМами и принтерами, а до сих пор не могут правильно запрос сформулировать. Вчера звонят, например, и после представлений говорят так:
   - У нас краска кончилась.
   - Какая краска?
   - На принтере.
   - На каком принтере? Где он установлен?
   - У нас.
   - Понимаю, что не у меня. На каком рабочем месте?
   - Э-э-э-э... Где руководитель полётов сидит... похоже...
   - Вы не темните, мне нужно точно знать, какой принтер, лазерный или матричный, чтоб не переться без толку через перрон в другое здание. Краска, как я понимаю, для принтера нужна. Не краска, кстати, а картридж, в котором лента или порошок.
   - Ну да, а краска тогда откуда?
   - Что значит, откуда? В картридже для "лазерников" или матричных принтеров краски не предусмотрено, а "струйников" у вас там нету.
   - А чем тогда печатает? Не углём же... - возражает мне продвинутый диспетчер. Я, Славка, сразу твою историю с Дзурикеллой припомнить не забыл. Потом мы ещё пару минут выясняли, какой из себя принтер, который перестал печатать, пока я не догадался, что это тот самый, что "печатает планы и режимы". Уф-ф-ф...
  
   Славик не отвечает и не комментирует. Он просто понимающе улыбается, будто говорит, что, мол, погоди, сейчас тоже концертный номер увидишь. Билет у меня в кармане в виде "минусовой" отвёртки. "Крестовый" пропуск на представление тащит Салеев.
  
   - Что, опять какую-нибудь рухлядь притащили? - строго спросил руководитель полётов.
   - Нет. Новьё! - отвечаем мы дуэтом.
   - А плоский?
   - Экран класса "флэтрон", плоский, как гладильная доска.
   Достаём агрегатину из коробки. Начальник диспетчерской смены кривит губы и говорит:
   - А говорили, что плоский... А он обычный, только форма немного другая, не как у старого. А отчего нам плоский начальство не хочет купить?
   Я хотел, было, начать объяснение о том, что диодная матрица в статическом режиме выгорит ещё быстрее, чем "трубка" (ерунда, разумеется, полная, но хоть какое-то объяснение), и вот именно поэтому, а не по какой другой причине... Но Славик решил проблему быстрее. Он вытащил из-за спины руку с одним из своих личных инструментов класса "мандала" и хохотнул:
   - Хотите плоский? Ща, сплющим!
  
   Больше руководитель полётов вопросов нам задавать не стал, поскольку принял мандалу за ибалу, а слово "сплющим" немного и на свой счёт. Куда потом с камбалой вместо монитора (или головы) податься... Такое невесёлое подозрение... А нам-то что, мы сделали дело - можно и перекурить.
  
   Стоим мы со Славиком Салеевым в курилке и сами себя развлекаем различными литературно-грамматическими играми. К примеру, одну общеизвестную фразу про "два пальца" пытаемся в удобоваримый эстетический конвертик завернуть.
   - Как бык по асфальту, - задаю я темп.
   - Как бык по сусалам, - подхватывает Салеев выпавшее, было, из моих рук знамя слуховых аналогий.
   - Как бык по салу, - не сдаюсь я.
   В этот самый момент Славик светлеет лицом, видимо вспомнив нечто такое, что привело его в довольно приятное расположение духа. Он прокашливается и говорит:
   - А, кстати, ты видел, как бык елдой трясёт на ходу? Я имею в виду, в процессе... Тут не до геометрических изысков. Летом, конечно, не заметно. А зимой на снегу отчётливо видать. Знаки Зорро, что ж такого! Помнишь фильм? Вот, и у быка такой же в точности. Да, знак этот, а не то, о чём ты подумал.
   - Просто дебри падежей какие-то!
   - Дебри падежей, дерби под ежей?
   - Так и представил себе: вместо коней с лошадьми скачут настоящие ёжики... нет, даже не так - скачут ёмоёжики!
   - Знатные звери!
  
   Мы стояли и курили в тамбуре. Я одетый, а Славка в пиджачишке поверх лёгкой сорочки. Ему в "предбаннике", видите ли, душно. Ветер был, хоть и не достаточно северный, но всё же на май не поворачивал. Разве татар на севере понять можно? Не люди - один только импульс, один стремительный порыв в светлое завтра. Причём безо всякого разумного объяснения. Близко это мне... И, если бы не мой остеохондроз...
   - Ты не слишком погорячился, - заботливо осведомился ваш покорный слуга, - когда курить в такой неглижовости выполз?
   - Для меня дело привычное, - ответил Салеев. - Я с детства к этому приучен. Меня отец с малолетства холодной водой окатывал по утрам на крыльце в любое время года. Нас у родителей семь братьев и сестёр было. Я самый младший. В школе учился. Остальные уже работали. Жили скудно, и меня особо не баловали. Чувствовал себя иждивенцем. Остальные-то мои единоутробные трудовую копейку в дом несут, а я один в школе прохлаждаюсь. Старшие братья, бывало, мою порцию съедали, пока на улице с пацанами бегал.
  
   Но один раз я им отомстил крепко за такое к себе отношение. Прихожу как-то к ужину, а они сидят и мечут. Без меня начали трапезничать. Чего, дескать, шляешься так долго. Я им и говорю, что ходил мотыля мыть, а там, в кустах кошка дохлая. Сам же руку за пазуху, и на стол старую кроличью шапку выкладываю. Братьёв враз из-за стола сдуло. Прямо на улицу. Удобства же во дворе. С тех пор они уже никогда больше меня объесть не пытались. Вот так-то. В большой семье едалом не щёлкай!
  
   Дальше курили почти что молча. И, чтобы хоть как-то скрасить наше совместное отравление никотином, я снова завёл беседу:
   - Вот, пора бы шапку новую покупать. Хороша норка. Знатная. Но уже старовата стала.
   - Так на работу ж ничего, носить можно, - успокоил меня Салеев.
   - А если по городу? Просто так...
   - Главное, чтоб не летом. Летом никаких нервов не хватит объяснять всем любопытным, что тебе некогда новую шапку купить...
  
   Курили, не включая вытяжной вентилятор, так как строго следовали наставлениям и указаниям о сбережении драгоценной электроэнергии. Перед глазами, как живой, вертелся навязчивый маэстро Чубайс с денежным счётчиком под мышкой. Лёгкий поворот ручки, наподобие той, какие приделывались к патефонам фирмы Thorens-Excelda, Швейцария, в 30-е годы ХХ-го века, и уже очередной миллион попадал "рыжику" в карман. А на кармане кто-то неловко написал нитроэмалью: "Закрома государства. Охраняется законом и ПОНЯТИЯМИ о чести и совести нашей эпохи!"
  
   Прошло время. А, может, немного больше, и я снова зашёл в РЭМ, где Салеев оставался за старшего почти до самого конца января. Слава сидел, как старый филин и руководил процессом сбора ёлки, напоминая всем старую истину о том, что человеку никогда не наскучит смотреть на пламя, бегущую воду и то, как другие работают. Получалось у него такое странное дело довольно успешно. Ёлка была искусственной и по этой причине никакого сопротивления лапам, жаждущим завесить её игрушками, не оказывала.
  
   Боже, как мы далеки от природы!
  
   Уже точно не вспомню, кто это подумал, я или Славка. Возможно, мы с ним в унисон для двух славных персон. И, кроме того, ёлка вызвала в памяти моей какую-то странную ассоциацию, которая вряд ли приходила в голову разработчиком дизайна принтеров фирмы "Хьюлетт Паккард". Она, ассоциация эта, напоминает о себе всякий раз, когда я посещаю кабинет, где сидят диспетчера-инструкторы со своим любимым принтером. Тамошний каповый нарост сканера на НР 1100А походит на пивной животик начинающего бюргера. Я обычно стараюсь быстро выйти из этого офиса, чтобы не стать жертвой пивной жажды.
  
   Обед ещё и не думал начинаться. Позиционирование атмосферных потоков не предвещало чего-либо экстраординарного. Но тут вошёл Рома. Накануне ночью он не спал, поскольку посетил биллиардную "Три туза" со своим новым цифровым фотоаппаратом наперевес и желанием кого-нибудь обыграть в "пирамиду" или "американку". С партнёрами ему везло не очень, поэтому домой он так и не попал. А вот какая сила заставила парня прийти на работу - для меня лично осталось непонятным. Рома контролировал себя достаточно уверенно, только посторонние ароматы вызывали опасения, будет ли он верно понят начальственными особами при личной встрече.
  
   В биллиардной Ромик пил джин, настоянный на еловых шишках до самого утра. И, действительно, от него всё ещё пахло хвойным лесом в жаркий солнечный день, запоздалым похмельем и кое-какой закуской из бара "Трёх тузов". Вполне возможно, что это было фондю. Абсента ему не подавали - это точно! Или не точно? Другие, возможно, угощались полынной горечью... И, кстати, причём здесь абсент, вообще говоря?
   - Иди отсюда, шишка еловая! - пошутил Салеев. - Такого перегара мне ещё не доводилось употреблять натощак.
   - Так мог бы, и отвернуться, - возразил слегка озадаченный Рома.
   - Как же, отвернёшься. Ты у нас, как пострел, который везде поспел. От тебя сегодня, как от жёлтых листьев, не спрятаться, не скрыться... А с виду, вроде, на шишку больше похож... чем на Яка Юлу. Рабинович, ничего не скажешь...
   - Что, и даже ролик, который я снял в биллиардной, не посмотришь?
   - Была охота в твой телевизор для грызунов смотреть (Слава имел в виду Ромкин цифровой фотоаппарат Konika-Minolta звычайной портативности). И так уже одни очки не спасают, а ты меня на телескопические линзы подписываешь. Иди лучше чаю крепкого попей... Может, человеком станешь...
  
   Рома увлечённо рассказывал об устройстве мира с точки зрения биллиардного клуба. О том, на каких трёх столах стоит наша земля, и какой "живой" и "мёртвой" водой потчуют в тамошнем баре. Про джин мы и сами догадались, а вот остальное... О том Рома поведал на словах, руках и движениях непослушной не выспавшейся головы. Опять всплыло название розового абсента.
  
   Пока только в качестве непонятного позывного из сеанса связи, к которому меня не допустили в связи с отсутствием пароля. Но тогда я не придал этой странности ровным счётом никакого значения. Тем более что Ромка заявил вдруг, что там, в "Трёх тузах", снабжение от газовиков. Так и сказал, что в биллиардной маза "Севергазторга". "Не маза, а мыза, - подумалось мне. - Хотя, причём здесь эстонцы? Наверное, всё-таки - база". Оказалось, действительно, речь шла о базе, просто у меня после второго тоста оказался банан в ухе.
  
   Так-так-так, а причём здесь тост, если ещё рабочий день? Ах, да, вспомнил. Просто Рома повторил свою историю позднее, уже за столом, посвящённым проводам старого года. Я что, про это ещё не рассказывал? Тогда слушайте. Впрочем... забыл...
  
   А вот абсента мы снова не пили... И когда уже кончится это безабсентное безобразие?
  
   скомпоновано в мае 2009 г.
  


Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Е.Шторм "Мой лучший враг"(Любовное фэнтези) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) Д.Хэнс "Хроники Альдоса"(Антиутопия) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Мир Карика 9. Скрытая сила"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"