Чваков Димыч: другие произведения.

6. Семь ипостасей Салеева. Ипостась шестая: Рыбак

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
  • Аннотация:
    Рыбацкое счастье Салеева... Переход в иные ипостаси: 1 / 2 / 3 / 4 / 5 / 7


ИПОСТАСЬ ШЕСТАЯ: РЫБАК

  
   Кто не любит рыбалку, тот меня не поймёт. Не поймёт, отчего вдруг одну из ипостасей Славика Салеева мне захотелось назвать именно так, как я это сделал. К рыбалке как процессу ловли рыбы можно оставаться равнодушным... но ровно до той секунды, покуда сам не почувствуешь сотрясение удилища, спиннинга, сети от невероятно свободолюбивых движений пойманной, но ещё не покорённой рыбы.
  
   А Славке даже не нужно было куда-то ехать. Он начинал возбуждённо прядать ноздрями, наподобие стоялого жеребца, стоило (извините за тавтологию) ему услышать рыбацкую историю. Настоящую историю от непосредственных участников событий... Как, например, эта!
  
  

1.О ВРЕДНОМ ВЛИЯНИИ СОЛНЕЧНОГО СВЕТА НА ЛОКАЛЬНУЮ ПСИХИКУ ИНДИВИДУУМА

  
   А всё нижеописанное происходило в середине августа 2000-го года. И связаны события, как понимаете, с рыбалкой. Но не такой, о которой принято говорить, будто бы лучше сначала разделить на десять, прежде чем принимать рассказанное очевидцами и участниками за чистую монету. Одна только правда, и ничего кроме! Несите сюда скорее библию, я дам клятву Гиппократа... или какую там полагается давать...
  
   Так вот...
  
   Не открою большого секрета, если скажу, у нас на предприятии очень много рыбаков. Не таких рыбаков, которым в удовольствие посидеть с удочкой на берегу тихой заводи в полудрёме и наивных мечтаниях об улове, который сам собой появится, пока главное действующее лицо, то есть рыбак непосредственно, об этом улове грезит. У наших парней иная хватка, иная поступь и мысль об улове поперёк всех прогнозов и мечтаний. Они вооружены моторными лодками типа "Казанка" или "Прогресс" с двигателями "Вихрь" или "Нептун", а то и "Сузуки" или "Ямаха", на корме. Не менее! У них в арсенале невода, перетяги, спиннинги, закидушки, донки, сети различного сечения, палатки, утеплённые спальные мешки и, даже пистолеты, стреляющие металлическими шариками... А удочкам места не нашлось.
  
   Практически каждый год дирекция нашей захолустной аэронавигации организует вылеты на Урал на день Воздушного флота в августе для этих фанатиков рыбной ловли. В тот год, о котором идёт речь, народ также жил в предвкушении очередной БОЛЬШОЙ рыбалки.
  
   Должен был лететь и я. Искушённым рыболовом меня назвать никак нельзя, но сам факт попадания на Вангыр, верховья Косью или Большого Патока дразнил воображение, волновал и вызывал эйфористические картинки из прошлых уральских вояжей. Но в назначенный срок что-то не складывалось. Сначала никак не могли договориться с авиапредприятием об оплате "вертушки", потом не стало погоды. Одним словом, сидим мы втроём (из числа попавших в списки пассажиров специального рейса) на рабочем месте и ждём от Урала погоды.
  
   Мы - это Виталий (техник ЦКС), Серёга Шишелов (инженер с посадочного локатора, теперь он уже на КДП сменные вахты держит) и, соответственно, ваш покорный слуга.
  
   Про Серёгу нужно сказать особо. Он рыбак по рождению, призванию и от бога. Не было ещё сезона, чтобы он не выезжал несколько раз, уютно расположившись в гостеприимном чреве своей "Казанки", на недельное сиденье на реку Орду (приток Печоры). Серёга все фарватеры на Печоре знает километров на 200 вниз и вверх по течению как содержимое своего потайного кармана для заначки. Да и Виталик тоже рыбак сокровенный. Для них выезд на рыбалку, а особенно подготовка к ней, - это особое таинство. Священнодействие. Смысл жизни и её радость. Поэтому не удивительно, что они взволнованы донельзя. Да и мне их возбуждение передалось.
  
   Сидим, нервничаем уже второй день, то и дело в окна выглядываем - а не засверкает ли МИ-8 своими лопастями. Нет, не сверкает. На посадку нас не зовут. Закрыт Урал плотным туманом. А в Печоре солнечно и сухо, но прохладно. А тут ещё и работа. Каждый день простоя делает всё более сложным момент договора с тем, кто подменит тебя в случае отъезда.
  
   Погода стоит осенняя, хотя и середина августа. Палатка и спальники на полу валяются. Мужики то и дело снасти свои перебирают, того и гляди, скоро блёсны от спиннингов до дыр протрут. И вот... когда солнце переехало через полуденную метку, стало ясно, что и сегодня вылету не бывать.
  
   Тут расстроенный новым интуитивным знанием Серёга отправился в известное заведение, предварительно спросив по своей деликатной привычке: "Гнездо свободно?". Уж не знаю, какие высокие мысли посетили его в момент "гнездования", но только вернулся он вскоре и предложил плюнуть на эту вертолётную затею и отправиться самим на лодке к Чёрному острову с парой ночёвок. Конечно, не те красоты, что в горах, не тот улов. Но зато надёжно и не зависимо от капризов погоды. Колебались мы с Виталиком недолго, поэтому часам к 17 дня уже спускали Серёгину "Казанку" на воду.
  
   На корме блестело три канистры с бензином, в ногах уютно располагались рюкзаки, призывно позвякивая кружками и ёмкостями с согревающим веществом, которое наличествовало только с благородной целью профилактики простудных заболеваний. Но поскольку вероятность простудиться близ речных вод в несущейся моторке была достаточно высока каждую секунду, то и жидкости припасено было изрядно. Но, известное дело, её не хватило, как обычно - не мне вам рассказывать. Однако в начале экспедиции обычно об этом не задумываешься.
  
   Лодка неслась по фарватеру, поднимая огромные водные буруны с барашками наверху. Мы сидели, прикрываясь плащ-накидками, чтобы зады не промочить. Вот показался створ Печорской ГРЭС. Здесь по установившейся рыбацкой традиции полагалось поднять первый тост "за удачный урожай". Что мы незамедлительно и исполнили, закусив малосольными огурцами, яйцами вкрутую и ...(о, ужас!) рыбной консервой, которую я по недомыслию прихватил с собой. Опытные рыбаки чуть меня не выкинули за борт. Ведь, по примете народной - не будет рыбацкой удачи. Но, порассуждав немного, они пришли к выводу, что поскольку я ловить не буду, то примета отменяется.
  
   Мотор в момент принятия исторического решения работал на малых оборотах, но это не помешало нам благополучно проскочить створ Печорской ГРЭС, не допив заветную бутылку. Это была ещё одной ошибкой. Нельзя провозить открытую бутылку через створ. Она должна быть или пустой или полной! Иначе не задастся рыбалка. Но делать нечего, не возвращаться же обратно. Стали тешить себя мыслью, что и не нужна эта рыба, просто отдохнём пару дней на реке. Но в глубине души каждый молил речного водяного, чтобы примета не сбылась.
  
   Между тем, смеркалось, и начался дождь. Плащи уже не спасали. Приходилось сидеть в луже и отплёвываться не только от набегающей волны, но и от небесного плача. Казалось, приметы сбываются - по всему видать. Не только рыбалки, но и отдыха не получится. Но "Казанка" продолжала стремительно рассекать упругую водную плоть реки упрямым противолодочным зигзагом, унося нас к неведомым пока приключениям. До Чёрного острова оставалось минут 10 ходу, но было уже совсем темно, поэтому шли на самом малом газу, чтоб не уподобить "Казанку-5" "Титанику".
  
   Вдруг Серёгу осенило, что под дождём развести костёр будет не просто, а дрова на острове весьма не близко. А тем более - сухие! Он повернул лодку к правому берегу, и мы быстро в него уткнулись. Берег был достаточно высоким и обрывистым, вылезти на него было не просто, но нам удалось. Взяли фонари, лопату и топор. Пошли копать червей (вдруг будет клёв, несмотря на все приметы) и набрать сухих веток для костра.
  
   Ходить по пояс в мокрой траве среди кустов под проливным дождём - удовольствие ниже среднего. Но желание изучить местную флору и фауну не угасло. Дрова нашлись быстро, тем не менее, черви копаться не желали. Мы углубились подальше в кусты. Там начали попадаться жирные, готовые к рыбьему употреблению, кольчатые твари. Они выползали навстречу водным процедурам прямо поверх коровьих следов. Видать, здесь паслось стадо из деревни Конецбор. Поверху копытных оттисков неожиданно появились и медвежьи. Похоже, здешний "хозяин" тоже изучал жизнь подотчётного стада. Червей, правда, выкапывать не стал... судя по следам.
  
   Мы с Виталиком немедленно заторопились к лодке, но Серёгу ничем нельзя было пронять. Ему червей подавай. Стали уговаривать своего шкипера, что можно и утром за червями приехать, но он ни в какую не соглашался. Почему? Это выяснилось позже. Но наконец-то количество земляных (наверное, правильнее было бы сказать - подземных, но воздержусь, чтобы не быть привлечённым за уничтожение гномов из Ломардских гор) жителей удовлетворило рыбацкую душу. Мы все сели в лодку и оттолкнулись от берега. Но Серёга двигатель не спешил запускать. Целых 40 метров двигались на вёслах. Почему? Ещё один вопрос, на который кормчий не давал ответа. Да нам, собственно, это было уже и не интересно, ибо впереди уже маняще прорезался сквозь тьму и дождь силуэт Чёрного острова.
  
   Первым делом поставили палатку и стащили туда все пока не промокшие вещи. Дальше началось самое трудное - приготовить горячий ужин. Костёр долго не зажигался, но после того как дрова облили бензином из канистры, он сдался и запылал. Суп варили так. На песке горит костёр. Рядом, присев на корточки, сидят два отчаянно голодных рыбака, закрывая его плащ-накидкой от дождя, а между ними то и дело протискивается озверевший Димыч, то и дело внося ингредиенты в котелок одной рукой. Второй рукой он пробует, что получается и периодически производит разлив лекарственного препарата в кружку, которую приходится удерживать зубами. Выпивание происходило с тостами за улучшение погоды и, ... чтоб рыба попёрла! Таким образом, как полагал Серёга, мы непременно должны сломать погоду.
  
   Наконец-то суп готов. Действие перенеслось в палатку, где ослабленным от лекарств организмам было очень лень переодеваться в сухое. Пришлось себя ломать и совершать это столь необходимое действие. Всю сырую одежду покидали поверх палатки - сырее уже не будет. Оказалось, как заявил Виталик, что необходимо углубить метеорологический процесс переламывания погоды, поскольку перерыв в процессе мог инверсно подействовать. Ему никто не возразил, так как дружить с аэрометом (метеорологи от авиации) было его должностной обязанностью, поэтому сваренного супа оказалось маловато, ибо взятое нами лекарство не только здорово ослабляло организм, но и имело жуткое побочное действие - усиливало аппетит до состояния волчьего. В ход пошли другие припасы, которые планировались к употреблению позднее. Коллектив явно тешил себя надеждой побаловаться назавтра ухой.
  
   Когда же наступило утро, я обнаружил рядом с собой двоих жутко помятых клиентов, измазанных по уши тушёночным жиром, хлебными крошками и огуречными семенами. Присутствовали таковые пищевые вкрапления и в моей бороде, но это удалось обнаружить только при наведении утреннего туалета. Под головой у Виталика вместо подушки была банка из-под той самой тушёнки, которая декоративно украшала его обнажённую грудь. Этот факт, вероятно, способствовал тому, что ему снились изысканные гастрономические сны, поскольку он аппетитно причмокивал губами и неутомимо работал челюстно-лицевой группой мышц. Серёга в качестве подушки избрал ёмкость, в которой раньше (кажется, ещё сегодня ночью) помещалось лекарство, так приятно скрасившее нам досуг. Сны его были тревожны. Он ворочался и стонал.
  
   На часах расторопный бог Хронос зафиксировал что-то около 5 утра. Выглянув из палатки и убедившись, что погода сломана окончательно (на небе палило северное солнце, и не было ни малейшего намёка на вчерашние тучи), я пошёл кипятить чай. Дров ещё имелось достаточно, не в избытке, но хватало. Не было никакой нужды ломиться за 100 метров в лесок, покидая уютный песчаный берег. На воде мирно покачивалась наша "Казанка", наполовину залитая дождевой водой. На правом же берегу Печоры заухал трактор, и пастух, поёживаясь от утренней свежести, гнал стадо на пастбище. Защебетали птицы, заиграла рыба. Жизнь снова была насыщенной и приятной. Когда чай вскипел, из палатки поднялся рыбацкий люд. Наскоро перекусив, мои спутники пошли ставить донки с теми самыми червями, которых мы с таким трудом добывали ночью. После чего мои спутники умчались в лодке покидать спиннинги на перекатах.
  
   Оставшись один, я снял кроссовки и долго бродил босиком вдоль берега по нежному песку. Часа через четыре пришло время проверить донки, что я и сделал с успехом. Пошкерив* больших язей, наладился варить из мелочи уху. Только развёл костёр и поставил котелок, как затарахтела моторка. "Вовремя", - подумалось мне. Но я ошибался. Это были не мои ребята. На какой-то затрапезной утлой лодчонке с чихающим от старости мотором к острову пристал неказистый мужичонка в драной ушанке с растопыренными ушами.
  
   Промасленная куфаечка на прибывшем кренделе стояла колом, как бы выражая полное ко мне пренебрежение. "Это моя тонЯ**!, - заорал он, - какого рожна вы тут закидушек наставили?". "Лицензию предъявите, будьте так любезны", - ответствовал я. Но кроме дыр на коленках и обратной стороне ширинки мужику предъявить было нечего. Он стушевался, но пригрозил приехать с Егорычем. У Егорыча, вероятно, была более серьёзная лицензия. Так я подумал. Но прибывший ухарь продолжал гнуть свою ПРЯМУЮ линию. "Налей стакан, мужик, - потребовал он, - а не то не отстану!" Я предложил чаю, но он, презрительно фыркнув, отчалил и исчез в лучах полуденного светила, посверкивая зазывно обнажённой лицензией на ветру. Скоро прибыли и мои рыбаки. Обед удался на славу. Для закрепления отличной погоды было произведено ещё два действа, подобные вчерашним. После чего я уснул.
  
   Проснулся оттого, что меня толкали в четыре руки и приговаривали: "Проснись, такое северное сияние - обалдеть!". Но я не нашёл в себе сил подняться. Морфей сковал мои глаза. Как оказалось на следующее утро, я проспал замечательную картину летнего северного сияния. Причём - на всё небо, причём - РАЗНОЦВЕТНОГО! Для тех, кто не знает, поясняю, что северное сияние бывает разноцветным очень редко (особенно летом). Обычно в оттенках зеленовато-белого, желтовато-белого или сине-бело-жёлтом колере. А вот чтобы все цвета радуги в атмосферном явлении летом присутствовали - такое феноменальное зрелище редко кому увидеть доводилось. Вот поэтому меня и будили. Вот поэтому и не пощадили моего безмятежного сна. А я же проигнорировал самым безобразным образом эти призывы. И до сих пор жалею, что не смог поднять своё жалкое тельце, чтобы увидеть сказочную картину...
  
   Следующее утро застигло нашу дружную компанию сидящей вокруг костра в полном составе. С полными чарками в руках. Я слушал рассказы о красоте ночного северного сияния и взирал в сторону того самого берега, где мы брали дрова и копали червей в первую ночь. Туда же смотрел и Серёга. Его взгляд окидывал такие знакомые места с чувством полного удовлетворения. Он говорил, с видом бывалого лоцмана: "Видите, мужики, тот берег? Это очень опасное место! Там столько топляка - мама, не балУйся! Я бы никогда не рискнул к этому берегу причалить. Одно неловкое движение, и винт на моторе сворачивается в трубочку". Тут я удивлённо промолвил: "Серёжа, а какого же чёрта мы там ночью так резво вышивали, чтоб червей найти и дрова?". На что Серёга вполне разумно ответил: "Так ночью ж не видно! Так то ж черви!".
   Вот и пойми после этого фанатиков от рыбалки! Если не видно ничего, то и мотор лодочный раздолбать не страшно. А вот солнце воздействует на их психику таким образом, что один только вред: ни к берегу на лодке не подойти, ни червей тебе накопать.
  
   Вы спросите, а каков был улов? Отвечу. Вероятно, вскоре вы сможете это сами увидеть, когда уснёте. Но для меня всегда останется загадкой, почему дневные опасения столь несущественны ночью.... Возможно, это просто сильное влияние солнечного света?
  
   Пошкерить рыбу* - очистить её от внутренностей и посолить;
   ТонЯ* - место богатое рыбой по определению;

_ _ _

  
   А теперь будет говорить сам Салеев.

2.ПОМОРСКИЙ ОТПУСК САЛЕЕВА

     
      - Собрался я в гости к старинному приятелю на Белое море, он меня давно приглашал. На поезде до Архангельска. Чуть не доезжая. До станции, как там, бишь, её... Запамятовал. Ах, да... Точно запамятовал. А оттуда на вахтовке к рыбакам на побережье. Как ехали? Трудно восстановить. Помню лишь, что проезжали какое-то Лиходеево. Я ещё тогда успел подумать, что, мол, название какое-то... В общем, не совсем приятное. Подумал и забыл тут же, а, видимо, зря. Тут и к колхозным владениям подъехали.
     
      Ничего необычного. Два барака, три сарая, коптильня... Вот и всё колхозное богатство. Оп-па, самое главное забыл. Ещё в колхозе было два малых рыболовецких бота. Оба с номерами и без названий. Третий же носил имя собственное. Думаете, какое? "Резвый" этот ботик прозывался. Мне когда его представляли, так и сказали, что нарекли это судно при рождении "Резвый", но почему-то все его называли с лукавым прищуром "наш Трезвый". Это ещё одно обстоятельство, которое обязывало меня насторожиться, но я так и не насторожился.
     
      Встретили меня, как родного...
      - А водки много привёз? - вмешался в разговор скептически настроенный Виталик.
      - Пятнадцать раз по ноль седьмой модели. Но ты не думай, если б я и пустой там появился, меня бы всё равно приняли как полагается. Не веришь? Дальше сам из рассказа поймёшь. Одним словом, вот что, господа, свежий морской воздух северного поморского лета, земляничный дух такое со мной сотворили... До самого вечера никак в себя прийти не мог. Это вам не в городе по бутикам сдуру шарахаться, не в гипермаркетах свою утробину-то ублажать. Там уже давно ничего натурального не осталось, кроме натуральной соевой лапши корейской закваски. А на Белом море всё настоящее... и никакой торговли кукурузой по запредельным ценам...
     
      Всё это пластиково-целлюлитное экономическое великолепие Славка называет циррозом цен и прободением качества. Казалось бы, совсем неуместная аналогия, но демократам не нравится до такой степени, что они готовы удушить моего друга Салеева прямо в общественном транспорте. Большое для Славки счастье, что стеснённые жизненные обстоятельства не позволяют представителям этой фракции ездить на автобусах. Ещё бы, там цена - по восьми рублей. А с нового года и целый червонец за конец. В самом, между прочим, прямом значении этого насмешливого слова.
  
   Рыбалка началась с курса молодого бойца. Сначала мне попытались навесить всякой лапши относительно качки и прочего, но быстро поняли, что дело имеют с человеком бывалым, который все эти боты рыбацкие в перископе видел... на расстоянии торпедной атаки. Тогда пошло по существу объяснение. Дескать, не совсем я вовремя приехал. Летом сайда не ловится, а треска всё больше мелкая, Пертуй**, в общем, а не треска. Хотя и зовётся эта мелкотня гордым латинским именем Gadus morhua marisalbi.
     
   Зато камбалы в данном сезоне столько, что не успеешь спиннинг закинуть, как пару штук обязательно цепанёшь. И все, как одна, по фамилии Platichthys flesus bogdanovi. Главное, вовремя с крючка снимать, чтобы руки не оторвало. Как говорится, чтоб вам не оторвало рук, не троньте камбалу руками. Камбала не очень большая, сантиметров до 60 в диаметре, зато очень уж её много. Хоть косой коси.
      И лето опять же. Удобно, не нужно далеко в море уходить, вся рыба ближе к берегу держится, на мелководье греется, жирок нагуливает. Так что пойдём, дескать, Славка, недалече. На расстоянии 10-15 километров от берега барражировать в каботажном порядке.
  
   Как водится, рыбалка началась с основательного застолья. Заодно и меня встретили. Стол ломился от рыбников и трески в самых замысловатых видах, начиная от простецкой ухи и заканчивая треской и камбалой горячего копчения, жир с них капал янтарными капельками на стол в местах, где хвосты свешивались над огромными блюдами. Было, конечно же, и мясо с картошкой, огурцы, помидоры (частично грунтовые с Кубани, частично из местных теплиц), но, согласитесь, не так часто мы едим свежевыловленную рыбу... К концу вечера, если бы на дворе не стояли "белые ночи", я бы сам смог очень неплохо освещать окрестности фосфорицирующими флюидами.
     
      Наутро, сами понимаете, голова напоминала старинный утюг, в который кладут угли из русской печки для разогрева. В бараке стоял крепкий мужской дух, а от храпа никто так и не услышал крики молодых петухов, которых водилось по соседству некоторое количество, отличное от нуля и явно больше одного, если вчера на радостях кого-то из них не подали к столу.
     
      Поковыряв в зубах, я понял, что белое мясо, там оказавшееся, могло заинтересовать исключительно ихтиолога. И что мне с того знания, спрашивается? Ну, целы все петухи округи, а как же быть с утюгом... головой, то есть? Поискал на столе. Ни-че-го! Подумал, что зря вчера все свои запасы выставил, нужно было хотя бы бутылку затаить. Кто ж знал-то...
     
      И тут зашевелилось бородатое одеяло возле печки, оказавшееся при ближайшем рассмотрении бригадиром рыбаков, который заснул, не снимая спортивной шапочки, натянутой на глаза. Я обратился к нему, с трудом переваливая бревно языка через частокол острых и жарких зубов поверх иссохшихся, будто барханы, дёсен:
      - Похмелиться есть чем? Нам же в море выходить... а я совсем потерянный...
     
      Бригадир молча указал на скатерть на столе, свешивающуюся чуть не до самого пола.
      Поднимаю её... Э-эх, этиловый-то спирт через лазерный привод! Там явственно видны два ящика с водкой, а ещё три-четыре только угадываются в неясных сумерках. Я спросил:
      - Откубривать?
      Бригадир кивнул.
     
      Я открыл, и мы похмелились. После чего я задал самый наивный вопрос, который был способен родить мой несвежий от утомительного зацикленного сна мозг в тот самый момент.
      - А как же море? - спросил я.
      - Море... оно Белое, - резонно заметил бригадир с философским акцентом и немедленно снова захрапел.
      Поняв, что больше выпендриваться тут нечего в связи с отсутствием зрителей, я принял ещё граммов несколько и тоже впал в поморский анабиоз.
      А ты, Виталий, так плохо о людях думал... Сколько водки взял, сколько водки взял? Нет, поморы люди щедрые, по всем медицинским показаниям радушные. С такими даже на ботике в настоящий шторм не страшно. Особенно на судне с иронично устрашающим названием - "ТРезвый".
  

3.РЫБАЛКА ПО-КРУПНОМУ ИЛИ ГРОЗОВОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

     
      - Да, кстати, а что касается того, что же случилось, когда мы оказались в море, то фантазировать не стану. Вышли ровно на третьи сутки после того, как я приехал. Нет, ошибаетесь. Водка ещё оставалась. Её просто оказалось несколько больше, чем я мог разглядеть в первое утро "рыбацкой казни". Сбылись смутные предчувствия, связанные с не очень благозвучным названием населённого пункта... Да, того самого, мимо которого я проезжал на вахтовке.
     
      Мотыляло нас на катере ровнёхонько трое суток. Волшебное число "три"! Как много в этом... высокого и непонятного. Это вам не от мракобесия. Это от триединства... нет, не отца, сына и святага духа... Триединство основных мировых религий я в виду имею...
     
      Первый день полоскало. Не сильно, правда. Всё больше от допущенных излишеств, а не от качки с неустойчивым дифферентом. Мастерство же не пропьёшь, чтобы вам было известно.
     
      А потом наступило то, что называется рыбалкой. Рыбалкой на спиннинг. В открытом море. Камбала, треска, сайда. Тьфу, ошибся. Сайда ушла к полюсу. Не было сайды, только треска и камбала. Экземпляры отменные. Не такие, как на наших рынках. Рыба серьёзная, жирная. Потом, когда вернулись на берег, её подсолили, подкоптили. Чумовая рыба. А домой привёз, уже не то...
     
      -...привёз, уже не то...
      - В смысле, уже несвежая, что ли?
      - Ага, на пангасиус похожей стала... А там, на месте, прямо как голубая акула... Даже ещё лучше...
      - Акула-самец?
      - Сам ты самец... Акула - она же девушка, хоть и голубая.
     
      И слово Славке дадим снова, как говорится, клёво:
     
      - Потом, после рыбалки, ещё неделю руки и тело болели от работы плечевым поясом. И, вроде бы, надоесть должно, когда тебе на спиннинг дуриком рыба садится, так ведь нет. Просыпается рыбацкий азарт, а потом полный рабочий день заставляет совершать охотничьи действия, обусловленные инстинктом самца-кормильца. И даже персиковый компот на камбузе не в состоянии тебя оторвать от этого однообразного занятия.
     
      На третьи сутки бригадир рыбаков (он же шкипер) посуровел седой небритостью и заявил мне так:
      - Море, оно Белое... Понимаешь... В ледниках полно камбалы. А тебе ещё до Архангельска добираться. Ужинаем сегодня на берегу.
     
      Очень неприятно ощущать себя маленьким и вздорным человеком во время летней грозы на берегу моря. Особенно, если море это Белое. Особенно, когда небо почти срослось с землёй, обычное дело для северных краёв (что поделать, если атмосфера намного тоньше, чем на экваторе), особенно, если вспомнить слова Бориса Гребенщикова о том, что оно, небо, становится ближе... с каждым днём. И в прямом и в переносном... Хотя если в переносном, то я не совсем согласен. Кое от кого небо как раз таки становится дальше. И весьма... Улавливаете мою мысль? Я про Пекло намекаю...
     
      Так вот, гроза собиралась с вечера, а к обеду следующего дня началось такое, что все попрятались под крышу коптильни, пытаясь каким-то первобытным манером создать себе иллюзию спокойствия. Камбала и треска, в том числе и мой личный улов, впитывали в себя дух ольховых опилок и чуточку капали жиром по листовому железу, вызывая запах жаренного на спичке рыбьего пузыря.
     
      Вдали молнии яростно атаковали мысок с редким сосняком, пока не подожгли одну из них. Но пламени не суждено было разгореться. Стена ливня, пришедшая на смену бессистемному ураганному ветру, погасила дерево. Мне было жутковато от всего этого зрелища. И, как видно, не мне одному. Шкипер, заметив испуг в моих глазах, сказал просто:
      - Место у нас тут такое, которое молнии притягивает. Ты не робей, Славка. Сколько себя помню, ни разу человеку не доставалось. Дерево повалить или сарай поджечь - это запросто, с людьми же никогда особо ничего плохого не происходит. Говорят, было как-то: ударило одного молнией, он сразу ясновидеть начал, будто Глоба какая. Ушёл сразу в Архангельск, салон свой открыл. Теперь болезни нетрадиционные лечит нетрадиционными же средствами...
      А, бывает, такое тут заворачивает, что по сравнению с сегодняшним - сущее наказание. Сегодня-то - тьфу, ерунда. Пертуй, а не гроза. Сегодня "шаромыг не было".
      - А что это за "шаромыги"?
      - Так молнии же. Шаровые только. Слышал, наверное, а видать, судя по всему, тебе не доводилось. А я вот столько их лицезрел, что не приведи Господь в страшном сне наблюдать. Бывало, до десяти штук разом "шаромыги" эти по дворам кружат. К нам тут даже какая-то экспедиция приезжала изучать шаровые молнии. Только в то лето не было их вовсе, будто специально попрятались. Так этот-то, что за главного у них был, муж учёный - хрен толчёный, сразу нам заявил, что, дескать, никакие это не шаровые молнии, а проявление иноземных цивилизаций, их, так сказать, энергетические поля... И что-то там ещё заливал о пространственно-временном континууме и зарядных устройствах для движителей на аппаратах летательных, перемещающихся с околосветовой скоростью. Не смотри на меня так, будто увидел умную обезьяну. А же грамотный слегка... на одно полушарие. Мореходку в Питере, слышь ты, почти закончил.
     
      Лучше вот слушай, что скажу ещё. У меня бабка с дедом в здешних местах жили, почитай ещё с начала прошлого века. Так вот они рассказывали, будто "шаромыги" на их памяти тоже здорово не озоровали. У этих молний какое-то свойство странное: всё время к пресной воде их тянет. Полетают над огородом, бултых в колодец (порой прямо через закрытую крышку), и всё... будто и не было ничего.
      А у деда-то с бабкой вот что приключилось. Сели они вечерять в аккурат перед грозой. Осень, темно на улице-то, только молнии изредка освечают... Ну, мои старики ко всему привычные, как никак, местные жители, едят себе, внимания ни на что не обращают. Посередь стола лампа керосиновая стоит. Электричества тогда ещё здесь не водилось повсеместным образом.
      Картошку с трескою дед и бабка мои лопают... если не сказать, что трескают. Тут прямо сквозь стекло влетает "шаромыга". Мне потом след этого влёта показывали. Будто радужкой стекло по кругу поведено, прозрачность потеряна слегка, мутно видно, как через слюду, а отверстий нет. Будто просочилась молния через поры стеклянные.
     
      Зависла "шаромыга" прямёхонько над керосиновой лампой. Мои-то сидят ни живы, ни мертвы. Бабка одними губами молится, руку для крестного знамения поднять не осмеливается. А дед ей говорит, замри, де, молчком, старая, вдруг ЭТО на звук реагировать вздумает. Так минут пять сидели, как дедушка мне потом сказал. Он машинально на ходики тогда взглянул и отрезок времени того тягомотного в голове-то у себя и отложил.
      Вдруг в воздухе почувствовалось некое шевеленье. "Шаромыга" взлетела под потолок и направилась в сторону печки. Потом резко начала опускаться и исчезла из виду, только из-за печки дым пошёл, и зашипело что-то. Сначала подумали, что пожар, но огня не было. Спустя полчаса дед осмелился заглянуть за печку. Там кадка с водой стояла... Вернее, раньше стояла. А теперь... Кадке-то ничего, целёхонька, на первый взгляд, а воды в ней нет. Ни капельки. Кадку эту потом выбросить пришлось, поскольку рассохлись доски и стали воду пропускать... А "шаромыга", понятное дело, исчезла.
      Сам же разумеешь. Море-то у нас... оно Белое...
     
      Брусничные катрены... Морошечные терцеты... Земляничные хайку... Так бы и жил здесь целую вечность... с горочкой. Но тут появился мой дружок, который на рыбалку приглашал... Раз принёс дурные вести, то казнить его на месте...Чеки у чаек на чай обучаемы... я чай... Билеты из Архангельска куплены, пора, Славка, и честь знать.
     
      А ночью прилетал ко мне Гавриилый семикрыл, Гавриил Шестикрылович. И сказал сквозь зубы, не сказал, отцедил, будто молоко дояркой в подойник выдавил:
      - А вот так, Слава Салеев, вот так... Бархатным коконом бабочки подсознание раскроется однажды ночью, и ты полетишь над землёю, над городами и весями, над горами и долами, белее белой ночи, наподобие ангела в семейных трусах.
      - А вот вам блинок горелый в глотку и три якоря тупых поперёк анальных изысков, чтоб я так жил, - подумалось мне... и я заснул.
  
  

4.НА БЕРЕГУ

  
  
      И снова вспомнил Салеев лето...
      - В отпуске ж был в Архангельской губернии. Не в какой-нибудь Атабаске! Красотень несусветная... У нас такого нет. Представляете, сосновый бор, полный грибов и земляники. Идёшь по нему, идёшь... а впереди крутой обрыв, узкая песчаная полоска и... уже море... Белое море. А какая там рыбалка! Это что-то!
  
   Помните, в прошлом году или забыли уже? Рыбалил с поморами. Так вот, двое или трое суток довелось жить в настоящей поморской семье, в настоящем поморском доме. В таком ещё при Иване Грозном местное население обитало. Только тогда стёкол не было вовсе. Их слюда заменяла. Сам ты бычий пузырь безграмотный. Ты тот пузырь видел когда-нибудь? А слюда, брат, уже вовсю добывалась. Не мозаика готическая, конечно, но всё лучше, нежели светёлка без света... хм...
     
      Вот там жизнь. Самая настоящая жизнь, ёлки-иголки, а не эстетизм прямой кишки, извините за вырождение...
     
      Пока рыбаки меня в море не сдёрнули, наслаждался местной природой и тягучей и основательной, как беломорский бриз, размеренной речью поморов. Новые слова для себя узнавал. Вот, скажем место между печкой и стеной, где обычно ставят рукомойник и отделяют занавеской из весёленького ситца, называется шомышой. Зато сараи и подсобные помещения стайками, как в Сибири, поморы не называют... Вот, кстати... вспомнил одну лингвистическую нескладушку, которая со мной приключилась.
     
      Послушайте.
     
      Ложился я поздно, как городской, зато вставал рано, практически вместе с хозяевами. Нет, с хозяйкой меня сравнивать всё-таки нельзя. Она уже в пять часов на ногах. Пока корову подоит, свиней с курями накормит, завтрак приготовит.
     
      Это мы здесь, поближе к европейской цивилизации привыкли к первой утренней пище как попало относиться, а в Поморских краях не так. Обязательно жиденького нужно добром похлебать: щи там, или грибницу. Потом каша пшеничная или ячневая на стол подаётся и шаньги горячие с молоком. После такого завтрака никакого кофе, никакого чаю уже не полезет.
     
      Однажды встал я раненько-раненько, пошёл к колодцу, водой облился и - снова в дом. А хозяюшка уже на стол свеженькие шаньги с картошкой и с брусникой мечет. Говорит:
      - Сходи, Славка, молока холодненького принеси и садись покушать, пока свежее...
      - А где молоко-то? - спрашиваю.
      - Да там, на мосту стоит, - говорит, а сама рукой неопределённо машет в сторону двери.
     
      Ага, точно. Помню я, есть там неподалёку от дома небольшой такой мосточек через ручей. Странно, конечно, что не в доме молоко хранят. Но, видно, обычай такой. Холодильник маленький. В нём мясо лежит. В подполе держать? Так каждый раз лазать далеко. На крыльце - так ночи-то тёплые, скиснуть может. Хотя, собственно, до моста тоже не ближний свет... Метров сто пятьдесят-двести идти.
     
      Иду к ручью, а самого сомнения раздирают. Но молчу. Мало ли каких обычаев с мрачной средневековой поры не осталось в местных селениях.
      Вот и прибыл. Осмотрелся. Мост как мост, ничего особенного. И нигде никаких намёков на хранилище, где бы можно было поставить флягу с молоком. Хотя... стойте... Конечно же. Чтобы не кисло, бидон, скорее всего, в проточную воду опускают. Наклоняюсь, заглядываю под опоры, в быструю воду смотрюсь. Нет ничего. Хм... странно. Что ж такое? Очень тщательно осмотрел всё, где можно было флягу молочную поставить, даже кусты окрестные обошёл. Ни-че-го!
     
      Возвращаюсь в дом и хочу... Нет, не дала мне хозяйка слова сказать.
      - Славка, тебя за смертью посылать. Ты где так долго копался? Живот, что ли, прихватило?
      - То есть, как это - где? На мост ходил. Только знаете, тётя Галя, сдаётся мне, что молоко-то ваше вместе с бидоном умыкнули...
      - Ты что такое говоришь-то, баламут? У нас тут отродяся никто ничего не крал. Даже иной раз двери на замок не закрываем. Только когда в город уезжаем... от чужих...больше... И ты, получается... на мост ходил?
      - Ясный клевер. Куда сказали, туда и ходил.
      - К ручью?
      - Через море-то пока моста нет, - начал я злиться.
      - Вот я тундырма-то мороженая. Ты же не наш, не мезенский, Славка. А у меня из головы вон.
      Тут всё и выяснилось к общему удовольствию.
      Вот тогда я и узнал, что такое настоящий мост в деревне на севере Поморского края. Оказывается, так называется глухой между двумя половинами дома коридор без окон и доступа солнечного света. Даже в жаркие дни здесь прохладно. На мосту обычно держат молоко, домашнюю сметану, хранят шаньги, а зимой - свежеслепленные пельмени.
      Так что если вы окажетесь где-нибудь на Белом море, и местная дама предложит вам встретиться на мосту, не спешите разочароваться, имейте в виду, что местечко это очень даже интимное.
     

5.КАТАНИЕ НА ДОМКРАТЕ, ИЛИ СЕГОДНЯ В БАНЕ РЫБНЫЙ ДЕНЬ

     
      -...и тут, как во времена танковой доктрины о неограниченном суверенитете и Беловежском разгуле трёх не вполне адекватных, но отнюдь не сказочных участников, навалило на нас демократических ценностей - только успевай в Гаагу бывших диктаторов отправлять, а в рай земной - разного рода дьявольских пособников, торгующих человеческими органами, да бомбящих любимую европейскую вотчину. Со слезами в пустых крокодильих глазницах не первой заокеанской свежести, между прочим.
     
      Англо-саксонский стоицизм с дежурным отсутствием соболезнований на расстоянии внезапного пропадающего телевизионного сигнала мне совсем не удивителен. Такова природа железных афро-американок с нарядным дипломом об окончании Денверского университета на месте, где должна быть совесть. Дело в другом. Они, эти народные избранницы вместе с географическими двоечниками - отбросами Йеля, походя путающими Австрию с Австралией, а Ирландию с Исландией, наивно полагают, что укрепляют имперское величие своей пропащей в бездуховности родины. А ведь на деле-то оно совсем наоборот получается...
     
      Так говорил мой друг Славка Салеев. Что, не верите? Вам кажется, будто не может он настолько изощрённо формулировать? Пожалуй, что вы правы. Пожалуй, это я излагаю его мысли своими словами. Так и что с того? Мы же с ним вполне понимаем оба, что ничего ваш покорный слуга не напутал, ничего не приврал, просто чуточку украсил президентской зеленью, прежде чем подавать к столу.
     
      Сидели со Славкой за бутылочкой зажигательной смеси, которая в качестве эстафетной палочки возвышалась над господствующей салатной высотой нашего банкета. Происходила передача отпускных полномочий от одного должностного лица другому. Салеев только что приехал из второй своей поездки на побережье Белого моря (помните, он уже был там однажды?), а я как раз собирался отправиться к месту проведения трудового отпуска.
     
      Зависали. Но не интенсивно. Больше беседовали о том, о сём... и о прочем. В числе этого прочего накатывало свои лёгкие северные волны...
     
      ...Белое море...
     
      ...Белое Море. Отчего оно такое? Почему вдруг белое? Неужели оттого, что зимой покрывается ледяной коркой. Так ведь лёд-то не совсем молочный, если вода солёная. Да и морей замерзающих на севере страны у нас с горочкой, а Белым лишь одно названо. Славка сомневался, не мог понять ещё в тот, в самый первый свой приезд на родину поморов. Два года назад это случилось...
     
      Теперь-то Салеев уже знал рабочую версию появления названия. Объяснили добрые люди.
     
      Оказалось, что Белое море белое по одной простой причине - оно кажется таким в пору полярного лета, когда в штилевую погоду спокойная вода отражает свинцово-снежную тяжесть небес без малейшего тремора...
     
      Лезвие вод отливает именно сталью. Белой сталью тысячелетий, сливаясь с приспущенным парусом парных облаков по еле различимой линии горизонта, напоминающей место склейки, которое долго разглаживал аккуратист ветер, прежде чем угомониться и уснуть в седых зарослях ягеля.
     
      Поездка к морю ничем примечательным ознаменована не была. Обычное железнодорожное путешествие с последующим автопробегом по северу Архангельской области.
     
      Известная дорога. Станция Лиходеево. Нехорошее предчувствие, связанное с названием. История повторялась. Дежа вю ли? Или нет ли? Ли да ли? И стоило ехать в такие дали, коли без приключений? Едва ли!
     
      В рыболовецком совхозе Славку встретили как старинного друга. И даже МРС (малое рыболовецкое судно) с забавным названием "ТРезвый" весело просигналило у пирса, докладывая о героических усилиях экипажа не только на берегу, но и вдали от него.
     
      В этот Славкин поморский отпуск отправились на промысел буквально утром следующего дня. Море - оно хоть и Белое (в застольном значении этого северного слова), но не в том случае, когда требуется выполнять план. Бригадир был неумолим - встреча Салеева оказалась символической... по местным меркам. Хотя для некоторых штатских, а также нетренированных иностранных граждан подобный вариант мог бы показаться самоубийственным.
     
      На четвёртые сутки Славка вернулся в тихую рыбацкую гавань, полный впечатлений и рыбацких трофеев, выловленных при помощи спиннинга. Коптильня на берегу заработала. И Салеевский улов тоже попал в нежные руки поморских дев, невыносимо близких своей первозданной приполярной красотой к классическим славянским канонам. Дев, умело разделывающих обитателей морских глубин лёгкими движениями обрезиненных конечностей. Дев, вооружённых острейшими ножами, так хорошо заточенными, что любой, даже самый капризный самурай не постеснялся бы использовать таковые в ритуальном обряде харакири.
     
      Салеев сбросил с себя рыбацкое облаченье и поспешил в летний душ, вода в котором уже должна была прогреться летним солнцем - обеденное время, как никак. Зенит, хоть и не Питерский, но тоже не проходит даром.
     
      Мечты, мечты... и что-то там дальше, как некогда заметил один замечательный литератор...
     
      Но тут навстречу "рыболовецкому волку" вырулил тот самый друг по имени Сергеич, который и организовал Славке беломорский отдых с уходом на промысел с профессионалами.
     
      - Я смотрю, ты время зря не терял. Как улов? Не сильно болтало?
      - В море выйти, не до ветру сходить... Тут опыт нужен, - Салеев решительным манером и не менее откровенным жестом подчеркнул свою связь с мировым океаном, в которой был замечен ещё сорок лет назад. - Рыбы валом. Только вот уделался весь, будто русалку вместе с коком на камбузе жарил. Мыться иду.
      - Может быть, лучше полчасика обождёшь, а потом мы с тобой в райцентр махнём. Там у меня приятель. Как раз сегодня баньку топит. Приглашал заехать.
      - Милое дело! Только я, пожалуй, слегка ополоснусь, а не то всю машину тебе рыбным духом провоняю.
     
      Через час с небольшим добрались из прибрежного рыболовецкого посёлка в райцентр. Выехали на нужную улицу. Частный дом со стандартным приусадебным участком не более шести соток. В углу приветливо помахивала берёзовым дымом из трубы бревенчатая банька, каких на архангельском севере великое множество. Славик сразу обратил внимание: в огороде практически ничего не растёт, а вот конопли да мака - чистый Афганистан без талибов. Ничего себе - поморский урожай!
     
      Хозяин встречал у калитки, заслышав ещё издали низкооктановое попёрдыванье ульяновского внедорожника не первой свежести... и на первой скорости.
     
      Вышли из машины. Поздоровались. Сергеич представил Салеева местечковому "героиновому плантатору", и вся троица уселась на крыльце, чтобы перекурить состоявшееся знакомство. В ногах крутилась худая, будто спортивный велосипед, чёрная кошка, видно почуяв ароматы, занесённые Славкой с МРС по имени "ТРезвый".
     
      За это навязчивое действие она немедленно была выдворена хозяином за пределы зоны его ответственности обычным пинком в район жиденького хвоста. Полёт животного сопровождался хрипловатым мявом и строгим хозяйским наставлением:
      - Лизка, бесстыдница гадкая! Сама же чёрная и мысли, твои ничуть не светлее... Кто ж тебя звал сюда, засранка ты непутёвая!
      - Мяу-учитель! Мур-ло поморское! - доносилось со стороны не по своей воле летающего животного.
     
      - А Билл у тебя где? - спросил Сергеич, делая многозначительную затяжку импортной сигареты, набитой турецким табаком молдавского производства.
      - Околел бедолага... Вот пёс был! Не пёс, а сказка. Хоть и брехать любил не по делу, но культурный и верный. Даром, что дурак... Так я к нему прикипел. Похоронил недалеко от погоста. Почти как человек, считай.
      - Интересные ты прозвища животным даёшь, - заметил Славка. - Из округа Колумбия на тебе ещё в международный суд по правам президентской администрации не подавали?
      - А чего им... обижаться? Я же от конкретного уважения, не просто из озорства какого.
     
      "Этого на хромой кобыле и за полдня хрен объедешь!" - подумал Салеев, наблюдая, как тёзка заокеанского госсекретаря* сцепилась на встречной полосе с колесом проезжающего мимо мопеда.
     
      Закурили ещё по одной. Чего-то ждали.
     
      Владелец плантации, охотно откликающийся на простое прозвище Иваныч, почти сразу обратил внимание на Славкин острый взгляд из-под сильно диоптрических очков, бороздящий просторы зелёной мясистости выдуривших на щедром северном солнце (днём и ночью светит летом без устали!) запрещённых представителей провокационной флоры.
     
      - Чего, удивляешься? По какой такой причине, мол, земля сорняком изошла? Так тому объяснение простое. Половина моя ещё по весне уехала к дочери. В Архангельск умотала до конца года, с внучкой нянчиться. А мне тот огород без благоверной поперёк горла. Пропадаю на работе без выходных-проходных, никакого интереса до сельских забав после такой пахоты.
     
      Я так супруге и сказал, что землю сей год "под пар" оставляем. Пусть отдохнёт маленько. Она поначалу-то всё языком своим побрить меня пыталась: что, де, совсем "старый хрен" обленился, раз и картошку даже посадить не хочешь. Но ничего, убедил её вскорости, что один-то год - оно и полезней даже.
     
      Никогда б не подумал, что сорняк так быстро попрёт. Наросло... внезапно. Да так густо... Сколько лет живу, ничего подобного не видал в наших краях.
     
      - Ай, Иваныч, хитришь, небось? Подзаработать решил "левачка", пока жена в отъезде? - сказал Сергеич с подначивающей интонацией.
     
      - Да вы чего, ребята? На траве сорной, что ль заработать? Ну, мак попёр кое-где - это понятно. У меня хозяйка его раньше сажала, чтоб пироги слоёные печь. Вот, видать, семенами-то и понасыпало. Правда, много ноне уродилось, потому что не пропалывал я ничего.
     
      Сколько того маку местным баушкам продать нужно, чтоб заработать прилично, как думаете? Молодёжь-то уже и печь разучилась. Юным вертихвосткам нынче всё диеты тайские подавай, не до пирогов. В фотомодели всё метят, ядрит ангидрид, подиум им поперёк плоскодонности. Так что овчинка выделки...
     
      А и ту зелень, которая в пояс все грядки в огороде заполонила, куда девать? Кто ж её купит-то? На корм скоту, курам на смех?
     
      - Ну, и не прост ты, парень. У тебя же полон огород полуфабрикатов для производства наркоты, а нам здесь "ваньку валяешь".
      - Честно, ребята... Ни сном, ни духом...
      - Рассказывай! А участковый у тебя в доле?
      - Да вот те крест!..
      - Верю, верю, Иваныч. Извини, пошутил неудачно. Только насчёт конопли - всё совершенно в дырочку. У Славки спроси, он знает.
      - А что, Слава, точно "дурь" уродилась?
      - А то я её мало в Сибири видел. Она, родимая.
      - Не иначе ветром семян нанесло...
      - С Чуйской долины, что ли?
      - А тогда откуда? Хо-тя... Может, соседи... У меня тут старики к детям перебрались, а хату каким-то беженцам сдают. Точно. Так и есть... Не зря же они такие обходительные... эт-ти беженцы...
     
      Вот я ещё всё удивлялся - все в золоте ходят, джипа сразу купили, а отчего-то беженцы... От больших-то денег, видать, не убежишь. Да и от вил в твёрдой руке тоже хрен увернёшься.
     
      Ты посмотри-ка, получается, от себя подозрение отводят. У меня огород засрали своей коноплёй, а милиция придёт они, вроде как, и не при чём. Вот же суки! Сейчас возьму косу и всё под корешок...
     
      - А, может, не стоит? Ты подожди чуток, когда товар, как говорится, созреет. Потом всё на корню соседям и продай... если не боишься.
      - А чего мне этих гадов бояться, если у меня ружьишко-тулочка имеется? Пусть только сунут свои поганые рожи на мой участок, живо дробью приголублю. Будут потом полгода выковыривать, будто изюм из сайки! Или...нет, с них и соли будет достаточно. А вот коноплю сейчас же выкошу и сожгу. Не хватало, чтоб на старости лет в наркодилеры заделаться.
     
      На запах сжигаемой "дури" прибежали озабоченные чем-то соседи.
      - Чэго зажыгаишь, Иваныч? Пажар лэтом не гадица, брат! Сухэ кругом. Вдруг займотса.
      - Да вот траву возле бани скосил, совсем всё заросло, до самого подбородка. А коровы у меня нет, вот и сжигаю.
      - Зачэм корова, слющай? Ты нам отдай.
      - Так и у вас нету живности, кроме собаки, куда денете?
      - Вах! Сэновал дэлаим. Подушки-пэрина набиваем. Запах хароший. Спать - адно наслаждэний, слюшай. Это же конопля, панимаэшь?
      - Вы её у меня и посадили?
      - Абижаэшь, Иваныч. Мы жэ опиум-шмопиум, анаша-шманаша народу нэ таргуэм. Зачэм нам это нада, э? Нам водка таргават до канца днэй хватит.
      - Вот ведь... Забирайте всё. А наркотики делать не станете?
      - Вах, такой балшой взрослый мушшына. Савсэм умный, а глупости говоришь. Тут тэбе север, не успевает конопля силу набрать. И со скошенного толку нет. Говорю тэбе, брат, - на подушки для аромата. Нэхорошо нэ доверять соседям, Иваныч.
     
      Отдать Иваныч отдал то, что осталось после пожарища - с десяток-другой необугленных стеблей, но обещал в случай чего участковому доложить честь по чести, если соседям вздумается предъявлять финансовые претензии относительно безвременно погибшего сырья. Беженцы спорить не стали. Разве придёт в голову возражать, когда против тебя три неслабых мужичка стоят, свиньёй построившись. Да не просто так стоят, а на солнце оружейной сталью посверкивая. Правда, не на тульском оружейном заводе произведённой.
     
      Это два великолепных домкрата вызывающе рикошетили солнечные блики в прикрытые веки непроспавшемуся мировому сообществу в лице соседского запойного механизатора по прозвищу Витя Бульдозер. Видать, за "катанкой" к соседям наведывался, но, вот беда, не дошёл. Присел на лавочку, да и сном непохмелённым сморился. Теперь вот и отсвечивает медью загара северного под храпоидальные напевы, передаваемые архангелогородцами из поколения в поколение.
     
      Что, вы не поняли, откуда взялись домкраты в руках у наших героев? А я вам разве ещё не рассказал? Странно даже. Хорошо, сейчас объясню. Да что, собственно, объяснять... Вы лучше прислушайтесь, о чём герои рассуждают.
     
      - Иваныч, а за каким ты бесом, братка (насмешливый кивок в сторону удаляющихся "беженцев"), домкратами нам со Славиком на беспримерный трудовой подвиг намекаешь?
      - Ребята, я забыл предупредить. Помогите. У бани нижний венец подгнил, весь угол и завалился, пол в предбаннике раком встаёт. Хорошо ещё - печь покуда цела. Так вот, сейчас бы нам в два смычка стену-то выровнять, вместо погнившего бревна бруса подложить.
      - Поможем. Как не помочь! Только ты того, Иваныч, понимаешь, что долго твоя баня не простоит всё равно? Раз венец погнил, теперь не остановить процесс.
      - Да это ж до зимы только. Мне в лесу уже новый сруб скатали. Вот снег ляжет, на прицепе леспромхозовским трактором новую баньку и притащат, целиком, чтоб не разбирать лишний раз.
      - А выравнивать на глазок станем? - спросил Салеев с умным видом знатока банной архитектуры.
      - Ну что ж вы, за дилетанта меня держите? Я давно отметки теодолитом "отстрелял". Видите, колышки вокруг вбиты? Сейчас верёвку натянем, и потом по ней венец выровняем.
     
      - Это другое дело, - согласился Славка с таким видом, что если бы колышков с отметками не оказалось, он бы разочаровался в теории сэра Чарльза Дарвина. Причём - раз и навсегда! - Слушай, Иваныч, а печку мы не потревожим, ведь она топится? Как бы до возгорания дело не довести. Тогда соседи твои окажутся правы на все сто... относительно пожарной безопасности.
     
      Производя на свет эту сентенцию, Салеев подумал, что никаким теодолитом хозяин бани не пользовался, поскольку метки "отбиваются" нивелиром. Подумал, но вслух говорить не стал. Устав в монастыре может быть, каким угодно, а попариться хочется. Всё достаточно просто. Прагматизм - это не стыдно... если ты немыт.
     
      - Так печка ж вообще в другом углу стоит, паря, - тем временем отвечал Иваныч. - Мы ту сторону не затронем вовсе. Не писай в компот... -
      -... в котором повар ноги моет?
      - Вот-вот, что-то вроде этого.
      - А ещё говорил, что в "дури" торчковой не бельмес, хе-хе.
     
      Взялись за дело мужички. Подвели подъёмный инструмент под завалившуюся стену сруба.
     
      Стали баню топить и одновременно поддомкрачивать с двух углов. Вернее, не так. Баню топить продолжили, поскольку к моменту приезда "гостей дорогих" вода в цельносварном баке, развалившемся на русской печи, уже начинала закипать.
     
      Когда работы оставалось совсем немного, буквально приподнять один угол сруба сантиметра на три-четыре, Славка не вытерпел. Он только что заглядывал внутрь бани, где обнаружил, что угара уже нет. Стало быть, пора идти "по первопутку".
     
      - Вот что, господа поднимальщики, вы как хотите, а от меня рыбой несёт, будто от царя морского. Надоело хуже горькой редьки. Пойду-ка я мыться по-взрослому, а не под душем пачкаться, вы же и без меня здесь закончите влёгкую, - сказал он. - Производите закат солнца вручную, как завещал великий кормчий, но с соблюдением правил охраны труда и личной гигиены.
     
      Сказал Славик и на крыльях ангела, отвечающего за духовную возвышенность, влетел в предбанник, оставив в недоумении своих партнёров, гадающих, что же имел в виду Салеев, упоминая правила личной гигиены.
     
      Первым делом Славка поддал, как следует, жару, забросив пару ковшиков кипятку на аккуратно и с любовью выложенные камни; потом полез на полок - греться. Аромат рыбных пресервов наполнил небольшое банное пространство, превратив его в цех по производству консервированных даров от мирового океана. Мерзкий образ зажаренной на камбузе русалки растворялся в ароматном духе запаренных веников из пихты.
     
      С Салеева сошло некоторое не установленное наукой по имени статистика количество потов, после чего он решил обмыть свою разгорячённую баней плоть. Славка набрал холодной воды из бочки, слегка разбавил водой горячей - уже из цельносварного котла, стоящего на печи, метнул тазик на скамью, готовясь опрокинуть на себя столб водяного удовольствия.
     
      Но, прежде всего, нужно умыть лицо. Славик склонился над тазиком... вот тут-то и случилось!
     
      Когда в спину Салееву впились две-три занозы с потолочной доски, он их почти не почувствовал.
      Когда голова его упёрлась в этот самый потолок - с изрядным ускорением - только что набитой шишкой, Славик даже не сообразил, какое пространственное положение занимает.
      Когда он со своим невысоким ростом допрыгнул до потолка и с силой врезал макушкой по балке перекрытия во второй раз, то и тогда не понял, ЧТО происходит в обычной русской бане.
      И всё потому, что обожженная спина не давала подсознанию перевести в область сознательного никаких иных подробностей, кроме ощущения обширного ожога тыльной части обратной стороны груди, обратной же стороны репродуктивного мужского органа и иных, менее значительных частей тела.
     
      И только половина кирпича, присланная Всевышним откуда-то сверху прямёхонько по свежеприобретённой гематоме на макушке, позволила нашему герою немного обрести присутствие духа. Ориентировка в пространстве вернулась к Салееву. Скажу больше - он понял теперь, какая боль главная, а какая - второстепенная.
     
      Правда, это знание не очень его обрадовало, поскольку хотелось послать кого-нибудь по матери, а послать было некого.
     
      Славка вылетел на улицу с диким воем и упал в траву. Наградой ему стала забота друзей, которые немедленно вылили на спину великомученика почти полную бочку дождевой воды.
     
      Отматерившись в пространство (ведь ругать спасителей у интеллигентных людей не принято, даже если они перед спасением сами устроили чрезвычайную ситуацию), Салеев принялся опасаться за свою репутацию, которая в силу неблагоприятных обстоятельств была совершенным образом обнажена. Ни единого берёзового листочка, ни единой хвоинки, ни малейшего намёка на мануфактуру или хотя бы какую-нибудь фигу. Да и конопля - частично сожжена, а частично роздана электоральным массам беженцев.
     
      Казалось, тут бы и пропасть Славкиной интеллигентности от повышенной стыдливости, да не вышло.
     
      Из предбанника ему вынесли полотенце, которое и прикрыло своей махровостью следы работы ритуального ножа Мелекесского** муфтия, оставленные более полувека назад, без участия вездесущей партии коммунистов, как ни странно.
     
      Салеев приободрился. Буквально расцвёл. И практически пришёл в себя, поскольку на вопрос Иваныча, как, де, состояние чресел, ответствовал своей дежурной присказкой:
      - Причём здесь милиция, когда куры дохнут?
     
      И, вроде б, ушёл от ответа, а ведь будто приласкал словом. А мог бы и направление движения в сторону с неприличным логотипом указать. Заебацкой души человек - этот Славка!
     
      И тут пошёл разбор полётов. Восстановив хронологию событий, все участники пришли к единому мнению, которое нашло вещественное подтверждение непосредственно на месте происшествия, а именно - в баке с кипятком, тазике и на полу бани.
     
      Оказывается, в тот самый момент, когда Славка наклонился, чтобы ополоснуть лицо, его компаньоны по проекту "Банный холдинг "Беломорский взлёт на паях"" совершили очередное усилие по подъёму заваленной стены сруба. И так удачно они это сделали, что перекрытие крыши наехало на печную трубу. Печь отреагировала на несанкционированный наезд несимметричным вбросом кирпичных осколков сначала в бак с кипятком, а потом и по Салеевской голове.
     
      Если первыми кусками кирпичной трубы были растревожены Славкины тылы, когда его окатило волной кипятка из бака, стоящего на печи, то после Салеевского подпрыгивания под потолок от дымохода откололся ещё один кирпич, угодивший прямо по набитой на голове шишке. Так сказать, для углубления полноты впечатлений.
     
      Убытков от всех случившихся в тот вечер событий почти не было, если не принимать в расчёт не совсем значимое для развития прогресса обстоятельство, что Иваныч оставил беженцев без ароматной набивки подушек, а совместными усилиями всей команды печная труба лишилась пары кирпичей. Зато приобретений - предостаточно.
     
      Во-первых, здоровенная гематома, прелестно разместившаяся на Славкиной голове. Во-вторых, отремонтированная баня, готовая простоять до замены сруба. В-третьих, кошка Кондолиза, научившаяся маневрировать хвостом во время полёта. И, наконец, в-четвёртых, Салеев приобрёл опыт помывки в сейсмически активных районах земли, а это, согласитесь, не каждому человеку удаётся!
     
      И не нужно бить себя в грязь лицом, как говорит мой друг Славка, поскольку все глупости на земле происходят от мракобесия. С этим даже кошка с поморским прозвищем Лизка вполне согласна.
      Видите, как куцым своим хвостом виляет?
     
      * - вероятно Салеев имел в виду Кондолизу Райс, верного соратника сорок третьего президента США;
     
      ** - ныне город Мелекесс Ульяновской области называется Дмитровградом;
  

6.ТРОЙНИКИ НА СОМА

     
     - Как съездил, спрашиваешь? Отлично! Начало ноября на Нижней Волге выдалось довольно тёплым. На второе утро, ещё и рассвести толком не успело, я уже ехал на рыбалку. Не абы как передвигался на раннем пригородном транспорте с не выспавшимся водителем у кормила. В новёхоньком "паджеро" цвета вороного крыла с крёстным сыном за рулём мчался в сторону Ульяновского водохранилища.
     
      Андрей - мой племянник по линии жены, и по совместительству - крестник с точки зрения теологической, божественной. У него сеть магазинов в Димитровграде, куча денег в связи с этим либеральным обстоятельством. И ещё - невероятная любовь к рыбалке. Эта его страсть иногда выражается в такой гипертрофированной форме, что мне остаётся только удивляться затейливости племянника.
     
      Нынешней весной он приобрёл катер, о котором давно мечтал. Японские стопятидесятисильные движки, подобие каюты на двоих, спутниковый навигатор и 3D-эхолот. Катер делали по спецзаказу где-то в странах третьего Рима (хотя, вполне вероятно, что и мира), затем транспортировали транзитом сквозь чёрте какие эмираты до Чёрного моря, а потом уже на платформе. Думаю, обошлась эта игрушка Андрею не очень дёшево. Конечно, не яхта Абрамовича, но и не шаланда, полная фекалий.
     
      Скоро и я увидел этого красавца - катер с наворотами от "Сузуки". И не только увидел, но также испытал ходовые качества. По водохранилищу наш лайнер летел круче, чем иная модель автомобиля по суше. Навигатор GPS, по-моему, был лишним. А вот эхолот - это сказка: сразу видно движение подводных объектов, объективно напоминающих перспективную добычу для рыбака-любителя. Спасибо, что не стал доставать розги, мой махонький, за употребление тавтологии. На Страшном Суде зачтётся!
     
      И вот, наконец, выбрали мы с племяшом местечко для ловли. Бросили якорь. Я полез доставать спиннинги... и обомлел. Вместо нормальных финских удилищ с бесшумными катушками "тапочки ангела" в трюме лежали какие-то навороченные артефакты научно-ихтиологического назначения. Я засомневался и спросил:
      - Андрей, это... спиннинги?
      - Разумеется, тащите их сюда.
      - А где мой старенький, прошлогодний?
      - Лежит где-то в гараже. А зачем он вам, дядя Слава?
      - Да я боюсь этакую крутизну в руки брать. Небось, тысяч по десяти за штуку, а?
      - Пятьсот евро каждый! - в словах племянника звучала неподдельная гордость. - Мне скидку сделали - два процента за то, что парочку взял. В одном специализированном магазине покупал, в Норвегии. Эксклюзив!
      Я опасливо взял "раритетный" спиннинг и попробовал бросить. Тройник на блесне по закону драматургии сразу же запутался в остатках брошенной рыболовецкой сети. На локаторе её видно не было, поскольку она ни к чему не крепилась и плыла по течению, куда наши глаза и глаза нашего эхолота не глядели.
     
      Хорошо, я быстро сообразил, что это не поклёвка, а чистой воды рыбацкий форс-мажор. Дёргать и вываживать не стал, а честно рассказал всё Андрею, который к тому времени ещё переодевался к рыбалке. У него уже привычка такая выработалась - завтракать в одном, на работе рулить бизнесом - в другом, к ужину в третьем костюме выходит; на рыбалку едет в городском, а потом только камуфляж одевает. Богатые ж такие эстеты, ё-моё, - бежать некуда. Полный экстаз. В любом месте за городом ты должен выглядеть не только по феншую, но и от Армани. А по большому без биологической кабинки как в таком костюме в кусты ходить, я тебя спрашиваю, когда времени на переодевание нет совсем?
     
      В общем, сказал я Андрею, что нужно бы от сети спиннинг отцепить. Он в лице изменился, но виду не показал, лишь посерел слегка. Выдержка у человека просто нечеловеческая. Ответил этак по-простецки:
      - Вы... это, еб...олдинский случай, дядя Слава, смотрите, куда кидаете!.. Всё-таки почти шестьсот баксов инструмент стоит!.. Теперь, наверное, придётся в гидрокостюм рядиться.
      - Давай, я сам.
      - Костюм вам велик будет, дядя Слава. К тому же, вы в какие времена с аквалангом тренировались? Вот видите... наверное, и дыхалку курением посадили. Так что - я сам.
      - Посадил, говоришь? Ты забавный человек, Андрюха. Подводник - это не натренированный на нырянии человек, это состояние души, понимаешь? И никакое курение здесь не при чём. Ты на сигарете крестик поставь, чтоб уяснить эту истину! Но твой гидрокостюм действительно не по размеру. Великовата кольчужка, как говорится. Кроме того, молодым до сих пор "везде у нас дорога", так что иди ты... под воду сам.
     
      После того, как мой крестник отцепил предательский кусок сети, которую мы тут же закинули подальше на берег, я начал бросать блесну с опаской: сначала на экране локатора рассмотрю место, куда кидаю, на всех глубинах, а потом уже к борту иду. Андрей же молчит, только сопит в обе ноздри незлобиво - вроде бы, стыдно ему немного за свои резкие слова, но признавать этого вслух совсем не хочется. Олигарх же, что и говорить.
     
      И вот выцепил я хорошую щуку, килограмма на три - без ухи уже не останемся. Андрей, у которого ни одной поклёвки, ни единого схода с блесны, немного воодушевился.
      - Выходит есть рыба, дядя Слава. Значит, сейчас пойдёт. Вот и на локаторе какой-то косяк видать. Крупные. Сазаны, наверное, как раз на нас прутся. Я пока кофейку выпью - из дома термос прихватил - рыба тут и подойдёт. Сказал племяш и в трюм полез, а спиннинг оставил наверху.
     
      Я у другого борта очередной бросок делал, когда услышал роскошный "бульк" и чуть позже крик Андрея:
      - Твою-то мать! Вроде же полный штиль был, а тут волна пошла. Бриз, чтоб ему!.. Еб...олдинская осень!
      - Что случилось?
      - Да... качнуло катер, спиннинг и свалился в воду. На дно пошёл. Теперь достать его будет хреновасто, ниппонский ёжик!
     
      Андрей оказался не просто прав, а прав в квадрате, ибо потом часов пять или даже шесть мы пытались вытащить "утопленника" вместо того, чтобы ловить рыбу. Поворачивали катер и так, и этак, пытаясь рассмотреть на экране удилище или катушку, но всякий раз там было видно лишь 3D-суспензия ила, взбаламученного моей блесной.
     
      Под вечер рука просто отрывалась в районе предплечья. У Андрея дела были не лучше. А если учесть ещё и его материальное горе, то тут уже никакие увещевания не могли помочь. Тем не менее, мне захотелось хоть как-то разрулить ситуацию, утешить племянника.
      - Андрюха, - сказал я, - ты пойми, не в деньгах счастье, не в спиннинге. Подумаешь, пропало пятьсот евро. Можешь ты на них наплевать, представив себе какой-нибудь природный фактор, которого было никак не избежать? В бизнесе же всегда есть риск.
      - Но это же не бизнес, дядя Слава. Тут своё теряешь за просто так.
      - Хорошо, пусть теряешь, но тебе заработать деньги на новый эксклюзив не составит никакого труда. Тогда чего переживать? И, к тому же, зачем тебе два одинаковых эксклюзивных спиннинга. Мне и старого, того, что в гараже, вполне хватит.
      - Ничего вы, дядя Слава не понимаете. Тут такой прикол - по ходу, едем мы с каким-нибудь конкретным пацаном на рыбалку. Он свои снасти достаёт. А тут я ему - бац - реально редкостную цацу предлагаю. Ни у кого нет, только у меня такой же спиннинг. Это же... это же... вообще - чисто брутальная шняга.
      От волнения и горя Андрей заговорил на смеси недетского говора времён малиновых пиджаков и навороченного сленга финансовых элит. Я понял для себя, что стал уже слишком стар, чтобы адекватно оценить потерю своего крестника. Понял и потому попытался разрядить обстановку.
      Да не пеняй мне, чистотел литературный, на двоякость фразы. Не я племянника потерял, а он свою игрушку. Понял же всё, так зачем тогда подтруниваешь? Живая устная речь, неужели не понятно?
     
      - Андрей, держи член бодрей! - сказал я. - Ёлки-иголки, я тебе крёстный отец или где? Сейчас как сделаю предложение, от которого не сможешь отказаться! Смотри мне...
      - Дядя Слава, что ещё предпринять, реально?
      - А зачем такие дорогие спиннинги покупал, если жаба душит?
      - Так ведь... красиво... И объяснил ведь уже. Так чего теперь издеваться. Вы за кого, дядя Слава: за меня или за объективно тусклые обстоятельства?
      - Вот оболтус-то. Хорошо, есть у меня одна идейка. Нужно дно в этом месте протралить хорошенько.
      - Уже сколько забросов сделали - всё без толку.
      - Нет, дорогой мой олигарх, нужно к данному вопросу подойти комплексно. Что я в виду имею? Сейчас поясню. Есть листок бумаги? Ах, да... Разве у тебя может чего-то не быть... Впрочем, этого как раз и нет. Я про рыбацкое счастье... Да не расстраивайся ты так, шучу. Если не клюёт с вечера, то к утру непременно удача сменит свои намерения. Вот попомни мой крёстно-отцовский слоган!
      Смотри сюда, мой птенчик. Нужно заказать кому-нибудь, чтоб сделали вот такую приспособу: кусок трубы, длиной метр-полтора, к ней наварить тройников на сома, да погуще. Потом через неё нужно будет продеть тросик или репшнур, завязав концы узлом, чтоб образовался равносторонний треугольник. Какая здесь глубина, мы смотрели? Ага, метров восемь. Тогда и конец каната стоит раза в два длиннее сделать. Дальше? Что дальше, спрашиваешь? Ты, Андрюха, смотрю, совсем с горя поглупел: дальше траль себе дно - обязательно твой спиннинг зацепишь. Понятно?
      - Так ведь темно уже, дядя Слава!
      - Точно умом покосился! Я тебе, что ли, сейчас предлагаю. И где мы сейчас материалы найдём, подумал? Приедем в город, я тебе этот трал живёхонько сварганю. Течение придонное сейчас слабое, илом за день-другой не занесёт.
      - Это-то как раз не проблема - достать материалы... прямо сейчас, дядя Слава!
      Последние слова Андрей произнёс со свойственной всем олигархически перерождённым гражданам хищной улыбкой на румяном лице. Но я особого значения этому не придал. Сказал только:
      - Как хочешь, Андрюха, а я спать ложусь, чтоб утреннюю зорьку не проворонить. Война войной, а намаз по расписанию, как говорят у нас на Итили. Ты же не лишишь меня удовольствия половить в охотку с рассветом?
      - Да-да, ловите... - последние слова племяш мой произнёс как-то рассеянно. И я опять не обратил внимания.
     
      Пробудился я ещё в сумерках. Вылез из палатки. А катера нет. Только одинокий спиннинг стоит в кустах, будто часовой, исхудавший от долгого несения караульной службы. Ничего себе - а Андрей-то где? Ни записки, ни намёка.
     
      Что ж, не стал заморачиваться, запалил костёр, хлебнул чайку. Тут и рассвело. Делать нечего, раз партнёр меня бросил - буду ловить рыбу, как придётся. Хотя с берега не очень-то размахнёшься - кругом кусты. А куда деваться?
     
      Закинул я блёсенку раза четыре, щучку небольшую взял, потом и услышал, что катер где-то рядом тарахтит во всю мощь своих лошадиных сил от японского производителя - фирмы "Suzuki", чья штаб-квартира расположена в местечке Хамаматсу префектуры Нара, одной из сорока семи, в полном соответствии с административной системой тодофукэн.
      Вот сказал и даже не поморщился, поскольку недавно совсем по Японским островам с помощью Google-а путешествовал. Занимательное занятие, ёлки-двадцать, даже без рекламного толстяка время летит незаметно...
     
      ...Андрей сошёл на берег с блистающим видом. То есть сиял, будто его мореманы призывники всю ночь начищали-надраивали к приезду флотской инспекции. А ещё - в руке героя козырился вчерашний утопленник - спиннинг.
      - С почином! - поприветствовал он мою щуку.
      - Спасибо, это уже вторая. Вчерашнюю-то не забывай, Дюха! Я смотрю, ты уже и пропажу выловил. В темноте, что ли, тенеты свои по дну водохранилища расплетал.
      - А то, дядя Слава! Я же, как вы легли, тоже завалился, только на катере. Но ни в одном глазу сна нет. Так и хочется чертёж давешний в жизнь воплотить. Ни единой секунды терпеть не мог. Вдруг, не получится. Даже всплакнул, представив себе такой неприятный исход. Не выдержал - по мобильному своих орлов с фирмы вызвонил.
      - Это среди ночи?
      - Нет, ерунда. Половина двенадцатого всего и было... Детское время. А в четыре - они мне уже готовый бредень к водохранилищу подогнали. Золотые ребята! Верите, дядя Слава, с третьего заброса поймал! Во как!
      - А мужики твои, как же сегодня работать будут после такой ночи?
      - Ничего, не рассыплются! Я им премию выпишу.
      - Андрей, ты теперь понимаешь, во что твои крутые спиннинги обходятся? Мало того, что в эксклюзивной лавке стоят дорого, так ещё теперь из прибыли незапланированную премию платить придётся. И это без учёта утраченных нервных клеток! Я с тебя удивляюсь, мой махонький друг!
   _ _ _
     
      - И ты знаешь, что мне крестник ответил?
      - Что-нибудь про жабу?
      - Нет, не про жабу. Он мне сказал, что, мол, вес в обществе для делового человека - прежде всего. Что уважать себя перестанет, если вдруг начнёт рыбачить снастями, которые никто престижными назвать не захочет. Я ему возразил, что всё это условности, придуманные для ограниченных людей. А он ответствовал, что с волками жить следует по либеральным правилам волчьего сообщества, и нечего здесь выпендриваться.
     
      Их, богатых, хрен поймёшь!
     
      В следующую пятницу Андрей позвонил мне по телефону и предложил снова поехать на рыбалку. Но я отказался. Ещё сломаю дорогой спиннинг, крестнику расстройство доставлю. Затребовать с меня компенсацию он не отважиться, а осознание того, что упоительно дорогие снасти пришли в негодность по чужому недосмотру, чего доброго, повлияет как-нибудь на сон молодого бизнесмена или, хуже того, - на потенцию. Никогда ж себе этого не прощу.
     
      Потому взял я обычную удочку, какими ловили и полвека назад, да на Мелекесску пошёл. Вода там чистейшая. Синтёпок в конце осени валом. Да рыбец-то весь жирный, нагулянный. Детство немедленно вспомнилось, на сердце хорошо. Песня сама из глотки рвётся наружу... Не то сага об удалом Хасбулате (ещё до его отставки в 1993-ем году), не то об "...вьёшься над моею головой". Добычи, впрочем, никто так и не дождался, зато улов у меня был знатный: за два дня - два ведра синтёпки.
     
      Насолил я её, навялил. Что говоришь? Меньше двух вёдер? Так я же не весь улов на работу притащил. У меня ещё два сына уклейку в охотку, как семечки, трескают. Да и Верочка Ивановна не гнушается. А ты как думал - я же не в капусте аистом работаю, у меня семья, брат... по нынешним временам вполне большая. А тут ещё и кризис из-за угла наехал, чтоб ему... всё время на технологические перерывы в присутственных местах нарываться!
      - Кому кризис, а кому и очередной карт-бланш, возможность ещё раз население демократично олибералить в особо извращённой нано-форме! - не смог я сдержаться, чтоб не прокомментировать новые эволюционные движения в высших сферах властной вертикали. На что Славка вполне резонно заметил фразой из репертуара димитровградского пивовара высшей очистки:
      - Ох, ещё насмотритесь вы в жопе абрикосов!
   И тут Салеев вновь мысленно обратился к недавнему эпизоду рыбалки на Ульяновском водохранилище с крёстным сыном, а, по совместительству, племянником:
   - Кстати, я не только богатых не пойму, но и заокеанских простаков тоже. Как это можно своих, почти родных по линии президента, афро-американцев называть цветными? Ты подумай только - black, и вдруг - цветной! Black - это black, и ничего больше. Они там, что - дальтоники все? Чёрный не может быть цветным по определению! А белый - это обесцвеченный, что ли?
   - А в ироничном значении?
   - Не думаю, что слово "ирония" знакомо нашим американским друзьям, не при врагах будет сказано.
   - Это верно.
  
   Помолчали, а потом Салеев вдруг очень резко (на мой взгляд) сменил тему.
  
   - А вши заводятся либо от нужды, либо от нервной системы...
   - Это ты к чему?
   - Когда в мире финансовый кризис, педикулёз - не худшее из зол. Гораздо более скверно, когда тройники на сома вцепятся в твоё эго и начинают жилы вытягивать. Никакого якшицизма! Одно расстройство.
  
   Абрикосы, несмотря на время года уже поспевали, и перспектива их рассмотрения в оправе мышцы сфинктера становилась всё более реальной.
  
   Кризис, а что вы хотели?
  
   И смыслы все в твоих глазах слились... жизнь... Так судьбоносно поёт группа "Лигалайз" из города Москва Московской области планеты Плюк... в Тентуре. Ну, если хочешь, то в натуре, чувак! В натуре галактики Кин-дза-дза...
  
   Нано-бум, ёлки-иголки, а что тут удивительного - в мире облибераленных ценностей таинство переливов языка превратилось в жуткий архаизм.
  
   Все смыслы уже давно слились... а мы и не заметили!
  
   * * *
  
   * - Мин бетен анла-рга, иркэм кыз бала! Бары мин шаяр-ырга! (тат.) - Я всё понимаю, милая девушка! Только я шутил!
  
   ** - Attention please we shall consider device of the counting trigger (англ.) - Внимание, сейчас мы рассмотрим устройство счётного триггера;
  
   *** - дякую (укр.) - благодарю;
  
   **** - ДААЗ - Димитровградский автоагрегатный завод;
  
  

7.ЛАБАРДАНС

  
   Итак, нашим героям захотелось потешить себя простыми радостями, свойственными, пожалуй, подавляющему большинству технических работников накануне субботнего первоапрельского дня.
   И мы их за это осудим, уважаемые читатели? А вправе ли мы это делать?
  
   Через двадцать утомительных минут...
   - Гамма-бета протеинов, не желаете ли отведать? - возвестил Виталик с порога.
   - Нас ждёт неопознанный летающий обед?
   - А по запаху?
   - Корейская народная лапша имени родственницы одного французского президента?
   - Правильно, а ещё? Вот, видишь в банке? С томатным отливом.
   - Никак лабарданс?
   Вот так, именно таким образом, лаборданс (в некоторых источниках - лабардан-с) с лёгкой руки Кудесника Славы Салеева оказался у них на столе.
  
   Лабарданс - судак специального приготовления. Точнее сказать - заливной судак. В "Ревизоре" у Гоголя сие обстоятельство не уточнено в полной мере. Так считает Славик. И где это он такое вычитать сподобился, просто ума не приложу? Хлестаков, дело понятное, человек экзальтированный, наглостью не обделённый, но зачем же так лабордансом-то его прямо в студень? Вы спросили, как у Николая Васильевича наша экзотическая рыба (по мнению Славика - судак) всплыла? А вот так, извольте полюбопытствовать:
   "Хлестаков: Завтрак был очень хорош; я совсем объелся. Что, у вас каждый
   день бывает такой?
   Городничий: Нарочно для приятного гостя.
   Хлестаков: Я люблю поесть. Ведь на то живешь, чтобы срывать цветы
   удовольствия. Как называлась эта рыба?
   Артемий Филиппович (подбегая): Лабардан-с.
   Хлестаков: Очень вкусная..."
   Сами теперь видите, что про судака у классика и словечка припасено не было. Что ж, с Кудесником спорить не стали. Что толку, всё равно же, кроме снетка в томатной заливке никакой рыбы на столе не присутствовало? А процесс непредумышленного праздника необходимо было перевести в управляемое русло.
  
   И ещё не ясно, как же всё-таки будет правильно, "лабардан-с" или "лабарданс"? Если следовать за Николаем Васильевичем, то, несомненно, рыба, которой угощали Хлестакова, называлась лабардан. Но Славик утверждал, что об этом и речи быть не может... Якобы "лабарданс", и никак иначе... Собственно, никто с Кудесником спорить не стал, а то ведь, сами понимаете, дело до закуски тогда навряд ли бы и дошло. Пить же без закуски - это не по-нашему, не по-православному... даже в разгар Поста. Ох-ох-ох, согрешат сейчас мои герои. Непременно согрешат.
  
   Рассуждали этим вечером на темы рыбацкие и темы философские. Скажем, кем приходится матушка-щука к внезапно задремавшему карасю-идеалисту? И сколько это будет стоить местному бюджету? Ничего в том удивительного нету. Снеток высовывался из своей томатной ванночки и взывал. Впрочем, о том, что в банку посажен именно снеток, а не какая-нибудь, там, килька, тюлька или анчоус, можно было узнать, лишь прочитав этикетку. А на вкус - никакой разницы. Как до перестройки закусывали мелким рыбцом в помидорной распарине, так и нынче. Правда, место плавленого сырка "Дружба" заняла неприхотливая корейская лапша на синтетической основе. Но, несмотря на данное не совсем патриотическое обстоятельство, сидели знатно. Хорошо сидели.
  
   Автору было немного грустно, что он наблюдал за происходящим со стороны, не подключаясь к основному процессу. Но число "три", как вы помните, свято для русского человека, и нарушать его возвышенность введением в антураж рассказа ещё одного героя не позволено никому. Автор проглотил внезапную приливную волну обильной, пополам с желудочным соком, слюны и смирился.
  
   - Что у трезвого на уме, то пьяный уже выпил... - сообщил после первой подобревший Димыч. Не удержался от комментария, не сумел.
   - А выпито, как завистовано! - Виталик привык мыслить категориями преферанса, поскольку считал себя бывалым картёжником.
   Закусили лабардансом... тьфу, ты... снетком, конечно же. После этого Виталия понесло. Он сел на своего любимого конька с пресноводно-морским уклоном. То есть заговорил о рыбалке.
  
   - Представляешь себе, тащишь ты Золотую Рыбку...
   - Типа лаборданса?
   - Похоже на то. Так вот, тащишь, а сам уже желание себе придумываешь... Царевна-краса, церковно-приходская егоза, желаю, де, всяческих развлечений и прочих валютных поступлений, налогом не облагаемых.
   - Нет, здесь ты не прав... Я бы здоровьичка попросил... А то у какой может быть праздник жизни без здоровья? Сплошное микроскопическое недоумение, а не праздник.
  
   Эта была только присказка, дальше началась настоящая вакханалия, отливающая блеском чешуи, со вкусом подвяленного воблиного плавательного пузыря, который поджарили на спичке. Никогда не пробовали? Тогда вы не гурман, уважаемый читатель и, вполне вероятно, вы ещё и пиво не любите. Мне вас искренне жаль.
  
   Говорили о том, как взять сёмгу на плавун (сети, натянутые между брёвнами, спускающимися самосплавом по течению) или острогой, подманив фонариком тёмной осенней ночью; о ловле карасей бреднем, голавлей и щук на живца, закреплённого на жерлицу (в некоторых местностях - крюк), язей на донки, хариуса на спиннинг... Димыч неожиданно начал томиться и снова предложил выпить. Беседа прервалась на некоторое время. Но ненадолго...
  
   Когда закусили, Славка рассказал, как ловят сомов на подпорченных воробьёв или лягушек в среднем течении Волги. Виталик ответил ему рассказом о ловле на северную перетягу, которую здесь называют "корабликом" и массе других достойных способах увековечить своё имя надписью на пьедестале главного рыбацкого бога Тьфу-тьфу-тьфу Первого.
  
   Снова разговор вернулся к рыбной теме, будто сам собой. Но у автора имеется сильное подозрение, что без происков Кудесника здесь не обошлось.
   Вспомнили коликукку - финский пирог с ряпушкой. Вспомнили и различные названия этой рыбы с поправкой на местные наречия. Тугун, рипус, хмурень, саурей, зельдь. Всего 16 наименований. Их полный номенклатурный перечень, собственно, и в голове не удержишь. Сломать мозг можно. Или в лучшем случае вывихнуть.
  
   Димыч хотел снова покинуть славный рыбацкий тандем, но внезапно воспроизвёл в мозговой круговерти своего не совсем свежего подсознания передачу, которую видел недавно на спортивном канале телевидения, и остался за столом.
  
   В передаче показывали зимнюю ловлю судака (того самого лабарданса?) в одном из вологодских озёр. Ловили на большую серебристую блесну, на которую кидались все хищники от мала (мелкого судака в этих местах называют юрком) до велика. Чуть побольше блесны вырос, а уже готов её заглотить. Оказалось, в озере обильно обитает ряпушка (по-местному - рипус), имеющая блестящую, как блесна окраску. Сразу стало ясно, отчего и окунь, и судак так охотно ловится в этих местах. Ряпушка же такая вкусная. А вы ещё не пробовали скоросолку из зельди?
  
   - Хватит уже о рыбах разговаривать. Завтра же 1 апреля. Как знакомых разыграть неординарно, никто не думал? - это Виталик поставил вопрос в такое неудобное положение, что не ответить ему было просто нельзя.
   Димыч почесал затылок и припомнил:
   - Неординарно, говоришь? Был у меня такой случай ещё в студенческие годы. В общаге туалеты все изнутри закрыли. Никто часа полтора попасть туда не мог. Думали, что занято. Большая очередь образовалась, доложу я вам. Но тебя же такое не устроит, у тебя дома... только если самому запереться внутри? Так ведь тёща не оценит. И жена, думаю, тоже... Ну, что ещё... Директору, скажем, позвонить можно или по факсу его отправить. Нет, не годится... Во-первых, не поверит... А, во-вторых, если поверит, то припишет шутникам нарушение безопасности полётов... За это, сами знаете, что бывает...
   - А скажешь завтра, что, мол, спина белая... и вся недолга. Или про убежавшее молоко на плите для разнообразия, - Славик был, как обычно, прав.
  
   Кудесник неожиданно перевёл разговор на кулинарный раздел, где описывались блюда из мяса. Здесь он припомнил давешнюю статью из Интернета, в которой как раз писали о классических и в тоже время, нетрадиционных мясных блюдах. Таких, как, скажем, "Корейка на косточке ягненка, выращенного контуженным папой Городничего на лечении в долинах Новой Зеландии" или "Ушное из баранины, со слов Держиморды". Ещё там было что-то про мозги с горошком.
   Мозги с горошком... Хм. А горошек мозговых сортов - это как раз для этаких кулинарных изысков?
  
   Зато про "ушное из баранины" Славка знал не понаслышке. Сам готовил, когда с полгода на одном мясокомбинате подрабатывал, будучи студиозом усердным. Приготовить ушное можно так:
   Нужно взять бараньи уши, тщательно их опалить. Потом ещё более тщательно отскоблить острейшим ножом, промыть и варить 3-4 часа. Чуть меньше, чем говяжьи ноги на холодец. Получившиеся уши мелко порезать и залить профильтрованным бульоном, в котором они готовились. При этом необходимо не забыть добавить мелко порезанного чеснока. Соль, перец и другие специи по вкусу. Уши во рту тают! Как я понимаю Держиморду!
  
   И снова заспорили о говяжьих мозгах с горошком. В конце концов, Виталик поставил точку в этом беспредметном разговоре, поскольку никто из присутствующих подобное блюдо не пробовал:
   - Вывих мозгов, бывает, происходит совсем просто... Все думают, что человек уснул... а ему настолько неловко, что он даже выпить не в состоянии... Вот так и мучается, хотя не совсем пьяный.
   - Правильно, в народе говорят, что человека нельзя считать пьяным, пока он может самостоятельно, то есть вполне без посторонней помощи, лежать на гладкой поверхности... никуда не скатываясь...
   - А на потолке?
   - Ну, здрасьте вам, приехали... Думай, чего говоришь-то... С потолка даже трезвый упасть может...
   - Тогда, по правде говоря, я ни одного пьяного в своей жизни не встречал...
  
   Звонок мобильного встревожил упругую плоть прорезиненной тишины.
   - Да? Да... Это я. Ну, сказал же, что на работе, неужели не ясно? Вот, слышишь, тут даже сервера вентиляторами жужжат (подносит трубку к стойке)... Слышишь? Ну, объяснил же, что залом у нас... (слабое хихиканье из угла и комментарий: "селёдочный")...
   Кудесник строго взглянул на веселящихся (дескать, подруга жизни на связь вышла, а вы...) и продолжил:
   - У нас на работе большой залом... (Славик устремил вопросительный взгляд в сторону напряжённого вынужденным бездействием коллектива, не вздумает ли кто снова шалить...) А ты преданно жди... Скоро буду... Если денег на такси стрельну... (Ещё один вопросительный взгляд в сторону аудитории...) Или так... на автобусе... как простой инженер... Эх, а ещё Кудесником называли...
   - Так ведь, ты возьми в толк, спирта пока не получили... а все остальные финансы на забавы ушли... Водка, ноутбук... жевательная резинка... Ты пойми правильно...
  
   - Сколько там уже давление? - поинтересовался Славка.
   - Без четверти... - догадался посмотреть на часы Виталий.
   - Если без четверти шесть, то я уже не успеваю. Если же без четверти семь, то я уже не успел... Поэтому спешить нет никакого смысла.
   - А зачем тебе время знать в таком случае?
   - Вот как раз за тем, чтобы быть уверенным в каком временном разрезе я не успел, в прошлом или в будущем. Тут, брат, настолько тонкая игра мысли, что без бутылки не разобрать...
   - А с бутылкой?
   - Иногда помогает...
   - Сейчас проверим.
  
   - Филе голубой акулы. Фасованное такое филе. Там в упаковке, как правило, два огромных стейка... Или три поменьше. Белоснежное мясо с кольцевидной радужкой на срезе... Зажаришь на сковородке... Пальчики оближешь... Особенно хорошо с разными специями...
      - А на пангасиуса похоже?
      - Есть такое дело...
      - Тогда я спокоен...
      - За пангасиуса или за акулу?
      - За нашу кулинарию.
  
  
   Раньше была просто килька... Теперь анчоус в томате... Раньше скумбрию под пиво брали... а нынче никому и в голову не придёт малосолой макрелью себя тешить в разгар ячменных игрищ... Орешки, сухарики, сыр копчёный, хрен мочёный... Разбаловался народ... Это у нас всё чинно, по-семейному, по-старообрядчески, можно сказать...
  
   Вьюга за окном не унималась, а под вечер ещё и подморозило. 1 апреля намечалось в зимнем варианте. Когда одевались, Виталик припомнил:
   - Это из далёкого социалистического счастливого позавчера. Народная мудрость, то есть... Пошло, но жизненно:
  
   На дворе мороз трескучий,
   А в кармане пять рублей.
   Хвост стоит на всякий случай -
   Отбиваться от ...лядей.
  

8.НОВОГОДНЯЯ ЛОМКА (ЗА ГОД ДО СЛАВКИНОЙ СМЕРТИ)

  
   Опять ломает прошлым куражом... А новое останется за кадром. Вспороть свой стиль тупым, увы, ножом... я не смогу... остаться здешним бардом? Я убираюсь с ваших палестин, мне не впервой казаться неумехой. А на реке опять набилось льдин. Взорвать затор - отменная потеха! Тяжёлый труд - себя не уважать, но он с годами легче удаётся. Ведь был так крут, что мог себя сдержать, но вот теперь подпруга просто рвётся... не в силах мой умерить резонанс, в который я вошёл с самим собою. Простите, люди, прозевал свой шанс остаться с не склонённой головою... И тут ушёл, уехал... улетел... уплыл на льдине, стоило ли драться? И что, спросить, недавно ещё пел? И нет причин в итоге сомневаться. И глупых колебаний больше нет, и ни к чему в потешники стремиться. И цвет волос - тумана бледный цвет, и я плыву... и не... остановиться...
  
   Под покровительством правительства их сиятельства их святительства просвятительства просвещения пресвятых первосвященников... мимо славы... мимо денег же...
  
   - На самом деле грусть - всего лишь одно из проявлений оптимизма, только вот не все знают об этом. Пора бы уже просветить!
  
   Славка сегодня серьёзен, как никогда... Сегодня 5 января, и пришла пора подумать о вечном,.. так ему кажется... Но не всё так глобально, хотя показалось поначалу...
  
   - Пришёл я первого января после смены домой... сел ужинать... и отужинал! Чертям дурно сделалось, а мне-то хоть бы хрен по деревне. Завтра же снова на пашню. А это понимание служебного долга такое чудо может свершить буквально за пару часов... Да-да, именно столько я и спал в ту ночь... И ничего... Сам же наблюдаешь...
  
   И снова щёлкает переключатель в голове моего друга Славки Салеева, и он открывает чакры... Тугая Вечность с еле слышным скрипом втягивается в его голову. Есть контакт!
  
   - Хочешь сделать кого-то счастливым, полюби его от всей души, а пожелаешь, чтобы все были счастливы или застрелись или уйди в монастырь, ибо в противном случае впереди тебя ждёт кровавая мясорубка пост-коммунистического реализма и предательство близких...
  
   Я писал годовой отчёт, а Славка работал мексиканцем. Он очень ловко разоблачил королевские креветки от двойного панциря, замариновал их, обваляв в смеси из соли, перца Чили, шафрана, базилика и лимонного сока. Через двадцать минут креветки были обжарены с мелко порубленным луком и стеблями укропа в соусе Чили с молодыми побегами бамбука и ананасом. Во вторую часть процесса на сковородку припожаловал ещё и лимон (в основном корочка), порезанный длинной соломкой. Перед подачей на стол Салеев разложил тушки отъевшихся креветок по тарелкам, посыпав зелёным дождём укропа, и сказал с сильным мексиканским акцентом:
   - Бон аппетито, синьор!
  
   - Славка, а ты знаешь, что означает выражение "подлёдный лох"? - пытаюсь взбудоражить Салеевские мозги от посленовогодий.
   - Подлёдный лох?.. Хм... Морж, занимающийся дайвингом.
  
   Понравилась ли мне латиноамериканская кухня? Давайте я лучше не стану вам о том рассказывать, чтобы попусту не сотрясать воздушные массы циклонической активности превосходными эпитетами, а то очень уж надоели метели этой зимой.
  
   - Что ты всё кипятишься? - обратился Славка к чайнику. - У тебя, что ли, датчика отключения нету?
  
   А потом мы выпили кофе. Кофе по-Салеевски пили. А что это такое, спрашиваете? Неужели забыли? Это же очень просто... Настоящий кофе должен быть КРЕПКИМ, ГОРЯЧИМ и СЛАДКИМ, как поцелуй ЛЮБИМОЙ ЖЕНЩИНЫ.
   И всё... И больше слов не требуется...
  
   Накануне окончания поста снова выпала смена Салеева. Рано утром в автобусе, ещё до первой звезды, его заметил знакомый.
   - Славка, куда в такую рань собрался?
   - К сыну на день рождения еду...
   - К старшему или младшему?
   - К Божьему...
  
   А вчера я снова встретил странного человека. Сейчас он не просил у меня "немного денег, чтоб поправить здоровье". Он просто сказал:
  
   - С Новым годом, вторая школа! И чтоб ты не болел! Вообще никогда! Слышишь? Ни-ко-гда!
  
   А что мне остаётся? Только соответствовать, хотя учился я в школе с героическим номером три на фасадной табличке муниципального офсета... И не мне, а нам... поскольку, как математик с едва начатым высшим образованием, могу доложить вам, что экстраполировать чьё-то доброе пожелание на всех моих друзей и хороших знакомых методом Эйлера... или, там, Рунге - Кутта - моя прямая обязанность.
  
   Вторая и третья школа... Конкуренция? Наивно, смешно... Каждый остаётся при своём мнении... Несмотря на...
  
   Один задницу на канализационном люке греет. А другой? А другой пожалеет какой-нибудь жалкий полтинник? Нет! Думаю, нет... И сотню не пожалеет... на пропой... выпускнику... второй школы! Нет, не третьей, а именно второй.
  
   Бир майн хауз, бир майн хауз, бир майн хауз ... ёпыр май!
  
   Море - оно же Белое! Белое? Белое-белое... А пивом голову не обманешь... Всплытие покажет!
  
   скомпоновано в мае 2009 г.


Популярное на LitNet.com О.Гринберга "Жена для Верховного мага"(Любовное фэнтези) Д.Хэнс "Хроники Альдоса"(Антиутопия) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) М.Боталова "Этот демон будет моим!"(Любовное фэнтези) П.Роман "Ветер перемен"(ЛитРПГ) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) М.Эльденберт "Бабочка"(Антиутопия) К.Леола "Покорители Марса"(Научная фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"